home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 10

Утром свое ночное злоключение я воспринимал уже так, как его нужно воспринимать при солнечном свете: легко и непринужденно. Пообещав себе никогда больше не смешивать коньяк с портвейном, я стоически пережил похмелье, натянул на плечи куртку и выбрался из квартирки чисто выбритый, с ароматом «Кензо» вокруг себя. Решив делать все дела по пути, я взял курс по указанному в записке адресу.

По дороге, заметив приближающегося мужика лет сорока на вид, в стареньком костюме и огромных очках в роговой оправе, я отколол такую штуку. Вынул из кармана записную книжку, расстаться с которой меня не могли бы заставить никакие перемены, изобразил на лице приличную мину и шагнул к спешившему мимо гражданину. Беглый визуальный анализ объекта дал такой результат: опять инженер, денег не хватает, но мечтает о гранте.

— Радио «Минимум», — зачастил я, сунув ему под нос диктофон, — изучаем общественное мнение. Скажите, пожалуйста, что вы скажете о вчерашних событиях в городе?

«Зря я вчера телевизор не смотрел», — сказал мне его взгляд, тускло сверкнувший из-за линз.

— А что вчера в городе опять произошло? — поинтересовался инженер.

— Ну, взрывы, пожары…

Он ответил таким образом, что я должен был понять: если вчера что-то из указанного и случилось, то он страшно извиняется за свою неосведомленность, поскольку с работы пришел вечером уставшим, поел и сразу лег спать.

Значит, ночной кошмар был только у меня. Если это не результат курения десятиклассниками под моими окнами марихуаны, то ответ на вопрос, что со мною вчера произошло на глазах у красивой девушки, может дать только клиническая медицина.

Чувствуя, что задыхаюсь от жажды, я рассмотрел среди крыш домов вывеску: «ГУМ». Я знаю, что там продают. В одном отделе можно купить репеллент от гнуса, ковер, седло и телевизор. Продукты в соседнем отделе. Второй этаж, как правило, занимает ярмарка брендов «Абибас» и «Панасоникс» из городов-производителей — Шанхая и Тайюаня.

Добравшись до двухэтажного здания, я вошел внутрь и по ярким этикеткам спиртного, выглядывающим из-за угла слева от входа, сразу определил, где можно увидеть минеральную воду. На «Перрье» можно было не рассчитывать, но что-нибудь вроде «Алтайской росы» я найти надеялся.

Еще не дойдя до манящего влагой отдела, я поднял глаза и осмотрел ГУМ снизу. Вот место на теле России-матушки, где не нужно заботиться о потребителе, искать его и заманивать. Этот придурок сам придет и купит.

Во всех магазинах нашей компании я велел включать симфоническую музыку. Спроси сейчас любого из тех, кто приходил в эти магазины и покупал каши, запеканки, хлопья и прочее, что готовить не нужно, а потому и пищей по большому счету называться не должно, он самостоятельно ни за что не вспомнит об этом. А если и вспомнит с чьей помощью, то ни за что не подумает, что таким образом я брал его в оборот. И не поверит, если его попытаться убедить, что он был объектом психологического приема. Симфоническая музыка единственный, пожалуй, из стимуляторов мозговой деятельности, который двигает на совершение покупки. Не понимая, что с ним происходит, да и не задумываясь об этом, клиент тотчас замедляет движение, и его вниманию, с которым он начинает смотреть на товар, позавидовал бы леопард, выслеживающий бородавочника. Статистика утверждает, что 8 из 10 покупок человек делает машинально, ориентируясь на опыт прожитых дней. Поэтому я даже организовал курсы для менеджеров в рабочей зоне зала по борьбе с клиентами, приходящими со списком необходимых покупок. Моя девочка подходила к мужику, который выбирал из предлагаемого товара вписанное женой в записку наименование, и впаривала еще две-три позиции. Клиент должен знать, что к каше для ребенка нужно покупать салфетки для утирки рта и крем для предотвращения ссыхания кожи. А к рисовой каше, как известно, лучше предлагать ребенку кисель из лесных ягод. Кто мне не верит, тот пусть купит полироль для авто или шампунь для волос. На обратной стороне, на этикетке, уже после покупки, клиент прочитает, что данную полироль (шампунь для волос) для достижения лучшего эффекта лучше всего использовать вместе с абразивной пастой (кондиционер для волос) той же марки. Идиоту понятно, что если завтра же не купить абразивную пасту или кондиционер, то ни о каком хорошем эффекте говорить не придется! А что тебя не предупредили, так ты, поди, сам читать умеешь — надо было читать. То же самое было написано и на коробках с кашами и хлопьями, но для борьбы с записочниками я предлагал открытый бой.

Забыв о жажде, я рассматривал теперь ГУМ как объект, который требовал немедленного вмешательства креативной мысли.

Вот здесь, в центре зала, я организовал бы выпечку булочек…

Их будут печь прямо на глазах у покупателей и тут же давать попробовать тем, кто покупать не хочет… Они видят сам процесс, он их завораживает, а нет ничего волшебнее, чем выпечка хлеба. Нет, есть! Бесплатная выпечка хлеба — вот что еще волшебнее. За бесплатным хлебом сюда будут заходить даже те, кто шел мимо ГУМа за отремонтированным в Доме быта чайником. Они все соберутся здесь, в центре зала магазина… И останется лишь развести их по отделам.

И — запах кофе. Только — кофе! Ароматный, струящийся по отделам, точащий слюну аромат на втором этаже… С горячей булочкой в руке, наверх, к чашечке дымящегося кофе… к товарам народного потребления, которые в голодный год за сто блинов не впаришь даже олигофрену… К вилам, дверным засовам, поплавкам… Я их ни одного не выпущу. Всем, кто купит набор из трех рыхлителей, я подарю четвертый бесплатно. И хер они догадаются, что в стоимость трех входит и четвертый…

Кофе — это наркотик, стимулирующий мозговую деятельность. Вряд ли кто догадывается, что при помощи кофе можно заставить человека купить вожжи. Это чуйня, что нет коня. Из вожжей можно изготовить замечательные качели для детей. Но, самое главное, запах кофе умиротворяюще действует на детей. Кто не знает, тому нечего делать в отделах по продажам. Сначала никто не замечает, что дети успокаиваются в ГУМе, а потом срабатывает подкорка. Мамы машинально тащат детей в ГУМ, где есть игровой уголок с няней, освобождающий покупательский потенциал мам от необходимости отвлекаться на капризы малышей, и там, передав уже привыкших к игрушкам детей, начинают делать… что? Ну, не стоять же на месте, понятно…

Ощущение домашнего комфорта, симфоническая музыка… Никто потом не осудит, что булочки стали платными, главное, кофе по-прежнему халявен.

Вас просили когда-нибудь в торговом зале, офисе или бутике скоротать время за чашечкой кофе? Проведите эксперимент. Скажите, что гипертоник, и попросите приготовить зеленый чай. Если вам таковой принесут так же быстро, как собирались быстро приготовить кофе, значит, президент этой компании уже с ног сбился в поисках толкового креативного директора. Я же готов биться об заклад, что в девяти случаях из десяти на ваших глазах секретарша отупеет от беспомощности.

Кофе с просьбой подождать — тот же опий, которым знахари из Перу поят клиентов перед тем, как начать бить в бубен. Выпил, послушал — и вот тебя уже можно водить по лабиринтам маркетинга и загружать по полной программе. И, потом, психика русского человека повернута таким образом, что выпить кофе и уйти ни с чем означает свинскую неблагодарность. Хозяев нужно обязательно отблагодарить, а отблагодарить можно (и это единственный способ, понятный визитеру) покупкой. Мы, русские, кофе пили не все и не всегда. И потому, когда нам подносят чашечку, извиняясь и прося подождать, мы, потомки не обязательно дворян, воспринимаем это едва ли не как царский жест. И через минуту за чашку «Нескафе», где кофе от силы на четверть, готовы платить сумасшедшие деньги.

Я говорю не о деревне, где Фома хотел стать бизнесменом. Я рассуждаю о городках с населением в несколько десятков тысяч человек. И уж вовсе не упоминаю, чтобы не выглядеть резонером, Москву и Питер.

Купив воды, я вышел из ГУМа, немного осуждая себя за выползшего из-под личины изгоя специалиста по маркетингу. Ничего, это скоро пройдет. Нет такой болезни, которая отступала бы сразу, как нет лекарства с мгновенным действием.

Все пройдет. Главное, что я уже думаю об этом.

В «Макдоналдс» порцию картошки фри продают за 50 секунд и 79 центов. Если я найду в стакане волос, мне выдадут карточку постоянного клиента с десятипроцентной скидкой. Если процесс займет 55 секунд, продавщицу уволят. Признаться, все это немного раздражает.

Накрашенная, как злодейка из «101 далматинца», стерва продавала мне бутылированную минеральную воду стоимостью 43 цента 8 минут 20 секунд. Нужно было идти за бутылкой на склад, потому что я, пидор приезжий, отказался брать ту, что на витрине, с предусмотренным технологией изготовления появившимся «со временем» на дне осадком. Я уверен, что по пути она успела и покурить, и перепихнуться с кладовщиком, и почесать бутылкой под мышкой.

Это не креативный маркетинговый прием, именуемый «эффектом бабочки». Это нормальное поведение разрисованной, как скво ирокеза, советской продавщицы.

Слава богу, наконец-то я оказался в мире, в который так рвался…

Если бы она меня еще и облаяла, я был бы окончательно счастлив.

До поликлиники Костомарова, что на Центральной улице, в километре от нужного мне адреса, я добрался часам к двенадцати. Игоря на службе не оказалось, он обещался подчиненным прибыть к двум, и это время я потратил на то, что сидел на набережной реки, швыряя в воду камушки.

Курение вызывало по непонятным причинам рвоту и головокружение, купленное в магазине ситро не лезло в горло — словом, я чувствовал себя как недоумок, дорвавшийся вчерашней ночью до бесплатного портвейна и коньяка. Смешать, но не взбалтывать… Бонд знал, что делать. Если меня сейчас взболтать, то не поздоровится, верно, не только мне, но и речке и уткам, изображающим здесь целомудренность природы периферийной части России.

Дважды попытавшись прикурить, я дважды отказывался от этого намерения. Лимонад выбросил в кусты. В голове хороводом бродили и пели заунывные песни казачки, причем я их даже видел, во рту стоял устойчивый привкус ацетона. Просидев в полном отчаянии и испытывая недюжинную жалость к себе около часа, я вдруг с ужасом понял, что надвигается страшное.

Волны уже не рябили в глазах, а выписывали правильно очерченные линии. Стоящий на том берегу жилой дом вдруг вырос до невероятных размеров и рухнул в реку.

Схватившись рукой за склизкую землю, я неловко вскочил и закрыл лицо руками.

Мне не хотелось в это верить, но увиденное мною ночью снова повторилось…

Очень хорошо, что я был в безлюдном месте парка, где свидетелем моего агонизирующего приступа были только утки и шуршащие над головой ветви берез…


Глава 9 | Downшифтер | * * *