home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава XVI

«Пальчик» со шрамом

Секунды три Тонкий пялился на несчастного реставратора и сердитого полицая. Потом очнулся и позвал гувернантку:

– Мадемуазель Жозефа! Переведите, плиз, ни хрена не понимаю!

Гувернантка хоть и была полиглоткой, но русский жаргон знала неважно, поэтому даже не стала пилить воспитанника за «ни хрена». Она чинно уселась на диван и стала переводить:

– Сегодня утром, – переводила она, – мсье Вибре был отпюшен за недостатком улик. Днем к нему зашел представитель власти, подписать бюмаги, и нечайанно обнарюжил пропавьшюю пьечать. Реставратор арьестован, дельо закрито.

Тонкий как сидел на диване, так и лег. Неужели он ошибался и Вибре не подставили? Печать-то нашли! У него дома! Дня три искали, а как выпустили за недостатком улик, так и нашли. С собой он ее таскал, что ли? В полицейский участок? Вряд ли. Скорее, печать действительно лежала в тайнике, а Вибре как вышел на свободу, так и достал полюбоваться на плоды воровского труда своего. Тут-то и пришел представитель власти со своей бюрократией.

Тонкий валялся на диване как оплеванный. В лужу сел начинающий оперативник Александр Уткин! Ларчик просто открывался, кого подозревали, тот и виноват. Нет, Тонкий заладил: подставили-подставили. Портсигары по углам собирал, за каменотесами ночными шпионил…

Так, минуточку! До Каменотеса ничего не находили, а как он пришел, постучал, тут сразу и нашли? Получается, он и подбросил печать? Пробился сквозь стену и подбросил… Тогда должна остаться дыра, почему полицейский ее не заметил? Потому что не с обыском приходил и печать нашел случайно. Может, этот Каменотес дыру продолбил точнехонько в кладовке или в стенном шкафу – в общем, где не сразу заметно. Просунул руку, подбросил печать да слинял себе.

– Должна остаться дыра, – вслух сказал Тонкий.

– Какьой дыря? – не поняла гувернантка. Тонкий отмахнулся. Жу-Жу сначала возмутилась, но быстро заметила Сашкин невидящий взгляд и оценила: – Спать, живо!

Спать не хотелось. Смотаться посмотреть на дыру не было никакой возможности: наученная горьким опытом гувернантка спрятала ключи на ночь, и даже Ленка, спящая с ней в одной комнате, не смогла найти.

Тонкий стал разглядывать портсигар. Еще вчера он упаковал улику (или все-таки безделушку?) в полиэтиленовый пакет, чтобы не стереть отпечатки пальцев. Портсигар был махонький, туда и сигарета не всякая поместилась бы, а только какая-нибудь особо гадкая, без фильтра. «Пальчики», что ли, скатать? А что ты с ними будешь делать, с «пальчиками»? – спросил себя Тонкий. – У тебя что, картотека есть или справочник «Вся Франция в отпечатках»?

Делать все равно было нечего. Тонкий положил на тумбочку еще пакет, на пакет портсигар и стал рыться в чемодане. Где-то здесь был графит. Не карандаш, как у чайников, а настоящий мелко-мелко молотый графит. Его наносят на кисточку, как краски. Кисточку возьмем помягче, приготовим скотч…

Тонкий растушевал графит по портсигару, осторожно сдул лишние крупинки, и – вот они, «пальчики», проявились. Узоры на них различались неплохо, а когда в глаза бросился шрам, Тонкий понял, что не зря старался. Шрам! Да еще какой! Чтобы найти хозяина портсигара, не обязательно скатывать «пальчики» у всей Франции. Достаточно обежать всю Францию и посмотреть на пальцы каждого мужчины. Да, у женщин таких толстых пальцев не бывает. Самый маленький «пальчик» на портсигаре был, как Сашкин большой, и он добавил еще одну примету: мужчина с толстыми пальцами, на одном из которых шрам. Еще он курит махонькие сигарки или сигареты без фильтра. Неплохо.

Тонкий выбрал самые четкие отпечатки, не смазанные и не перекрытые другими. Налепил прозрачный скотч, сдернул, и припорошенный графитом отпечаток остался на липкой стороне скотча. Наклеить теперь его на ленту, чтобы не прилипала пыль, – один есть.

Через полчаса у него было восемь отпечатков, заклеенных между двумя слоями прозрачного скотча, из них два – со шрамом. Теперь можно хоть все время таскать их с собой и сравнивать при необходимости. Тонкий вытер бумагой грязный портсигар и сунул в карман. Везуха, господа! «Пальчики» снимают профессионалы со специальной техникой. У каждого человека узоры на пальцах свои, но различия могут быть настолько малы, что какой-нибудь Александр Уткин ни за что не различит два разных отпечатка. А тут шрам!


Глава XV Печать нашлась! | Толстый - спаситель французской короны | Глава XVII Облом!