home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 17

Илья проснулся, изо всех сил стараясь вспомнить, как он оказался в гостиничном номере. Телефон, лежащий на тумбочке рядом с кроватью, противно тикал как допотопный будильник. Похоже, после приключения с кромешницей посыпалась программа. Худшие опасения подтвердил раздавшийся следом звук: вместо привычной мелодии звонка – противное треньканье.

– Да, – хватая трубку и окончательно просыпаясь, сказал Илья. – Лизок, – парень улыбнулся. – Извини, что не позвонил. Вчера так устал, еле добрался до кровати. Как десять утра? Что значит, уже началось? Бегу, – он подскочил, всовывая ноги в джинсы.

– Чертов будильник. Я же его поставил на восемь, – он бросил взгляд на экран раскрытой ракушки.

– Извините, я звонил. Но вы не проснулись, – высветилась мерцающая надпись.

– Крикнул бы в ухо, так проснулся бы, – раздраженно произнес Илья, ища майку, и осекся. До него дошло, что он спорит с телефоном.

– Извините, – обиженно завизжал сотовый, дрожа от виброрежима. – Я будил, будил, будил!

– Пора в Лондон, – прошептал Илья, глядя на разбушевавшийся мобильник.

– Развлекаешься? – в дверь без стука вошел Егор. Он посмотрел на прыгающий телефон, потом на растерянного Илью и щелкнул пальцами правой руки. Будильник заткнулся и обиженно засопел. – Поговори с Карлосом. Видимо, телефон на Совете чью-то энергию хватанул. Неудивительно, если вспомнить, что творилось. Вампир заберет лишнее, – будничным тоном произнес друг.

– Я смотрю у тебя снова перстень, – Илья уже застегивал рубашку.

– Стела подарила, – Егор демонстративно скрестил руки на груди, показывая серебряное кольцо с изумрудом.

– И рука уже не болит? – невинно поинтересовался Илья.

– Стела вылечила, – гордо кивнул парень.

– Чай будешь пить, попроси двойную порцию лимона, – хмыкнул Илья, хватая с постели подушку и швыряя в друга.

– Почему? – Егор легко отбил мягкий снаряд.

– Чтоб морда не была такой довольной, – Илья увернулся от подушки.

– Вы скоро? Мы опаздываем, – в комнату заглянула девушка.

– Только скажи что-нибудь, – Егор показал другу исподтишка кулак.

– Доброе утро, Стела, – Илья высунулся из-за плеча Егора. – Вы тоже проспали? – уточнил он, получая тычок под ребра от друга.

– Еще пятнадцать секунд и я закрою переход. Будете топать до набережной пешком, – ведьма захлопнула дверь.

– Строго, но справедливо, – хмыкнул Илья, направляясь за другом.


Профессор проснулся от звука работающего телевизора. Чистая постель. Большая кровать. Давно он не ночевал в таких королевских условиях. Ночевал? Мужчина подскочил как ужаленный, вспоминая минувший день. Почему он до сих пор здесь? События промелькнули с пугающей быстротой. Вот он заталкивает дуру-хозяйку в подсобку. Заносит Тину. Готовит ужин. Потом женщина, так похожая на его сестру, приходит в себя и рассказывает все про курсы, погубившие Тоню.

Круг замкнулся. Стало понятно, откуда сестра получила неизлечимую болезнь и почему сотрудница корпорации Эльвира Федоровна была так озабочена ее судьбой. Она так старалась, помогая найти деньги на лечение, что предложила ему работу. Грязную работу. Интересно, что натолкнуло Эльвиру на мысль затащить и его в свои сети. Фотографии с сослуживцами в семейном альбоме? Боевые награды, показанные гордившейся им сестрой?

Профессор потер лоб. При воспоминаниях об Эльвире всегда начинали путаться мысли и болеть голова. Но ночью он справился с болью, стоило Тине положить руку ему на голову. А потом женщина стала говорить с ним голосом сестры. Она рассказывала такие подробности о детстве, что все оставшиеся сомнения растаяли сами собой. Только его сестра могла знать, про занозу на большом пальце, которую он, боясь врача, сам выковыривал ножом. Или про драку с мальчишкой, старше на два года, разорившем птичье гнездо. Затем Тина долго гладила по голове не Профессора, а заплакавшего Алексея, вернувшегося, наконец, с собственной войны с озлобленностью на несправедливую жизнь. Видимо, потом он заснул. Какое непростительное легкомыслие! Мужчина протер глаза, оделся и зашел в зал, где на полу у телевизора сидела Тина.

– Нам пора, – он легонько тронул женщину за плечо.

– Хорошо, – кивнула она, счастливо улыбаясь. – У меня получилось, – она нажала кнопку, переходя на другой канал.

Мужчина вышел во двор. Выгнал из гаража джип. Вернулся. Взял из холодильника минеральную воду и упаковку йогурта. Вытащил документы из тайника. Проверил состояние оружия. С сожалением посмотрел на снайперскую винтовку Дегтярева. И спрятал ее обратно. Ехать с таким грузом было опасно.

– Иди в машину, – он заглянул в комнату.

– Уже иду, – Тина поднялась и еще раз переключила канал. Почти везде шли одинаковые выпуски новостей. Палаточный городок. Митингующие рядом люди.

– Быстрее, – он забрал у нее пульт. Экран погас.

– А ты? – она посмотрела на него незамутненным взором счастливого ребенка.

– Я скоро выйду.

– Не убивай ее, – женщина погладила его по голове, совсем как в детстве, и пошла к выходу.

Алексей потер лоб. Дождавшись пока хлопнула входная дверь, он прошел на кухню. Звякнул замок кладовки. Растрепанная блондинка сидела на полу, с ужасом глядя на мужчину.

– Нет, – прошептала она. – Я никому ничего не скажу. Обещаю, – заплакала тетка, боязливо закрывая рот рукой.

– Все так говорят, – зачем-то сказал мужчина. – Встать, – скомандовал он, сжимая в руке пистолет.

Дрожа от рыданий, женщина поднялась. Четко рассчитанный удар по скуле рукояткой и она рухнула обратно на пол. Алексей проверил пульс. Жива. Отделается сотрясением мозга. Зато визг и крики отодвигаются на пару часов. Вполне достаточное время для того, чтобы замести следы. Он захлопнул дверь и, немного подумав, не стал навешивать замок. Уверенно двинулся к выходу. Сейчас он скажет Тине, заменившей ему сестру, что с прошлым покончено. А потом, когда утрясет все с документами, займется ее лечением. У него достаточно денег. В этот раз он не потеряет близкого человека.


Руководитель СБ регионального отделения «ОРКО» бежал к служебной машине, поминутно оглядываясь на людей на набережной. Сумбурные мысли путались в его голове. Владимир не виноват, что все так сложилось. Это все ведьмы. Их происки.

– Вылезай, – бывший милиционер отобрал у шофера ключи и, нажав на газ, рванул подальше от гомона митингующей толпы и Михаила, с трибуны пытающегося успокоить людей.

Владимир ехал, петляя по городским дорогам, пока не понял, что добрался до дачного поселка. Когда-то они с женой мечтали об уютном домике на берегу реки. Но потом, потом на него напали ведьмы, и о спокойной жизни пришлось забыть.

Бывший милиционер остановил машину у трехэтажного особняка. Кажется, это был дом кого-то из областных депутатов. Он почти вспомнил его имя, когда через приоткрытую щель автоматических ворот увидел припаркованный у крыльца джип.

– Вот она подмога! – возликовал начальник службы безопасности. – Какая удача! Сейчас он все расскажет народному избраннику. И тот поможет, обязательно поможет очистить город от нечисти.

Владимир вылез из машины и постучал в калитку. Нажал кнопку звонка. Но он, похоже, был отключен. Мужчина потоптался и просунулся в узкую щель плохо закрытых ворот. В конце концов, у него важное дело. Он надеялся, что депутат простит непрошенного гостя. Мужчина крадучись пошел к дому, боясь нарваться на недружелюбную охрану, и застыл, в изумлении глядя на крыльцо. Рядом с машиной стояла ведьма. Та самая, которая, судя по отчетам, раздавала несчастным жертвам ромашки.

– Тварь, – прошептал он, нашаривая пистолет.

Женщина смотрела на него, улыбаясь.

– Все хорошо. Теперь все будет хорошо. Город спасен, – сказала она.

– Это точно, – мстительно усмехнулся мужчина, нажимая спусковой крючок.


Звуки выстрелов полоснули Алексея по сердцу. Он бросился к двери. Тина в окровавленном свитере лежала у порога. Мужчина в деловом костюме решительно двигался к ней, держа в руке пистолет. Возможно, он собирался проверить, жива ли жертва. Но Профессор не был любопытен. Он вскинул оружие. Раздался выстрел. Еще один. И еще. Профессор бездумно всаживал пули в оседающее на землю тело. Подошел, убедился в том, что нападавший мертв и вернулся к Тине.

– За что? – Алексей опустился на колени, с отчаянной надеждой всматриваясь в мертвое лицо женщины. – За что? – он провел рукой по ее волосам и поцеловал еще теплый лоб.

В голове затикал таймер, отмеряя ускользающее время. Профессор встал. Подошел к убитому мужчине и, откинув полу окровавленного пиджака, вытащил документы из кармана. Он даже не удивился, увидев в удостоверении название знакомой корпорации. Вернулся к машине. Достал барсетку. Расстегнул ее, вытаскивая оттуда устаревшие корочки, засвеченные в этом городке. Подошел к трупу, вкладывая в карман бумаги. Пнул голову мертвеца ногой, заставляя повернуться, и сделал выстрел в затылок. Пуля прошла навылет, превращая лицо в кровавое месиво.

Мужчина достал из кармана платок, вытирая с пистолета отпечатки пальцев, и вернулся к Тине. Стараясь не смотреть в лицо, прошептал: «Прости». Он вложил в ладонь пистолет, заставляя коченеющие пальцы обнять рукоять.

Пискнула сигнализация, заставляя ворота отъехать в сторону. Джип урчащий, как хищный зверь, выехал на проселочную дорогу. Водитель этой машины точно знал, что он будет делать дальше.


Пустырь перед набережной напоминал палаточный городок. Илья перевел дух. Он наивно думал, что уже привык к волшебному миру, в который втянул его друг. Но переход организованный Стелой, чуть не заставил сердце выпрыгнуть из грудной клетки. Зато прямо из коридора гостиницы они шагнули на пустырь, уставленный строительной техникой вперемешку с палатками митингующих людей.

– Круто, – восхитился Илья, понимая, что парни и девчонки в зеленом, размахивающие экологическими лозунгами перед трибуной, появились здесь благодаря организаторским способностям Лизы.

Мужчина с тяжелой квадратной челюстью пытался в микрофон перекричать толпу, что-то рассказывая про корпорацию. Десятки телекамер нацелились стеклянными глазами на происходящее. Кто-то из людей с микрофонами опрашивал жителей микрорайона, присоединяющихся к обитателям палаточного городка. Кто-то терзал вопросами нервного чиновника с синей папкой. Журналист с диктофоном тряс документами, задавая вопрос за вопросом мужчине на трибуне. Каждый его выпад встречался одобрительными аплодисментами людей.

– Все еще дерьмовее, чем в прошлый раз, – к Егору подошел Карлос. – Здесь слишком много людей. Плюс техника. Дух земли в бешенстве. Я кожей чую катастрофу.

Егор осмотрелся, отмечая в толпе около сотни ведунов и ведьм. Тех, у кого остались силы, после вчерашнего побоища. Все перекидывались озабоченными взглядами.

– Я ночью смотался в лес, – склонившись к Карлосу прошептал ведьмак. – Стела подбросила, – пояснил он. – Когда все начнется, водяной обещал остановить реку.

– Уже легче, – кивнул Карлос. – Обойдемся только землетрясением без подтопления.

– Я же говорил, он псих, – к ним с трясущимися руками подошел красный от гнева Игорь. – Мы должны выводить людей.

– Очередной раунд переговоров не дал результатов, – подытожил Карлос.

Подавляя вздох разочарования, он отвернулся и увидел странную пару, идущую по пыльной дороге от пятиэтажек. Высокая темноволосая девушка держала за руку мальчишку лет семи. Под ногами ребенка крутились четыре подозрительно знакомые рыже-черные кошки.

– Старые друзья, – улыбнулся Егор.

Тима, Леша, Кися и Брысь моментально оказались у его ног. Они терлись о брюки как настоящие коты, мурлыча и мяукая. Обрадованный встречей Чистюля спрыгнул с плеча Егора, обнюхивая приятелей.

– Здравы будьте, – серьезный мальчишка кивнул Егору, Карлосу и Валериану. – Сказывали мне коловертыши, что тут нелады, но вижу совсем худо дело.

– Защитник, – облегченно выдохнул Лери. – Мы же совсем забыли про тебя. Ты помнится, не хотел на Площадку перебираться.

– Бабка умирала, не велела к вам соваться, – мальчишка откинул непослушные вихры со лба. – Говорила нечисто там. А ваши Защитники где? – он вытянул шею, всматриваясь в толпу.

– Беда у нас, – Карлос присел, чтобы разговаривать на одном уровне с мальчиком. – Одну Защитницу кромешница считай, что убила. Второй Защитник теперь у ее постели. Пытается удержать.

Мальчик неодобрительно покачал головой, но ничего не сказал. Еще раз взъерошил вихры, принимая решение.

– Лады, – кивнул он. – Я здесь живу, мне и ответ держать. А главного помощника почему на Площадке покинули? – он показал на Инну.

Отпустив руку мальчика, она смущенно стояла в паре шагов от ведьмаков.

– Причем здесь вампирша? – не понял Валериан.

– Бабка говорила: век живи – век учись. А ты возгордился, думаешь, все знаешь, – сурово сказал пацан. – Ты, девонька, скажи: что чуешь?

– Дух обижается, ему горько и больно, – произнесла Инна.

– Этот чудик на каком языке говорит? – прошептал Илья на ухо Егору.

– А ты, человече, не путайся под ногами. Иди к своим, – сурово посмотрел на парня мальчишка.

Илья покраснел, бросил взгляд на Егора и, не найдя поддержки, пожав плечами пошел к трибуне.

– Значится так, – парнишка наморщил лоб. – Силушки у меня пока маловато, но вы подсобите. Я людей отвлеку, а вы пустырь от лишнего освободите.

– Сделаем, – кивнул Лери.

– А ты поговори с духом, – мальчишка погладил Инну по руке. – Скажи, что будет ему и покой, и тишина, и благодать. Давай, девонька, – он тихонько подтолкнул ее к пустырю.

– Ему так больно, – вампирша опустилась на колени, водя рукой над корявой землей поросшей сорняками. – Я заберу твою боль, – прошептала она, двигаясь дальше.

– Карлос, подстрахуй ее, – Лери положил руку на плечо друга. – Мы с Егором и остальными идем к трибуне.

– Угу, – не в силах отвести взгляд от Инны кивнул мужчина.

За девушкой, ползущей на коленях, тянулась дорожка ослепительно белых крупных ромашек.


Игорь двигался через толпу. Люди расступались, давая ему дорогу. За мужчиной шел мальчишка лет семи в окружении четырех котов.

– Расступись, – крикнул ведьмак, освобождая пятачок у самой трибуны.

– Это что еще за цирк? – Михаил, успешно отбивающийся от нападок журналистов, уставился на мальчика, рассаживающего кошек по краям освободившегося пространства. Ребенок снял залатанный на локтях свитер, оставаясь только в рубашке и, аккуратно сложив его, повернулся к толпе.

– Частушки, – провозгласил пацан, откидывая со лба вихры. Он упер руки в бока и заголосил:

Вот решили у реки

Свалить мусор дураки.

Привезут его сюда

Чтоб у нас росли рога.

Опа – опа!

Подотрем Европе попу!

Михаил застыл с раскрытым ртом.

– Что это такое? – он возмущенно повернулся к чиновнику из городской администрации.

Тот, ничего не отвечая, смотрел на приплясывающего мальчика. Следующая частушка, сопровожденная матерным припевом, вызвала бурный шквал аплодисментов. Рабочие, вылезали из машин, подтягиваясь к толпе. Прицелы телекамер переместились на пятачок. Люди, дежурившие в палатках, как зачарованные, уходили с пустыря к набережной.

– Пора, – сказал Лери.

Десяток ведьмаков отделились от толпы, двигаясь в сторону освобожденного от людей пустыря.

– Виктор, – Михаил слез с трибуны и наклонился к напарнику, играющему на сотовом телефоне. – Совсем сдурел? Немедленно убери пацана.

– Не стоит так волноваться, – раздался мужской голос.

Высокий темноволосый парень, каким-то образом оказавшийся за трибуной, уверенно смотрел в глаза Михаилу.

– Витька! – новый начальник отдела внешних сношений корпорации «ОРКО» предпринял еще одну безуспешную попытку оторвать телохранителя от телефона.

– Иди на трибуну и стой там, – произнес темноволосый парень. – Мальчик скоро сам уйдет.

– Обещаешь? – уточнил Михаил, проникаясь неожиданным доверием к улыбающемуся парню.

– Слово даю, – кивнул тот.

Михаил повернулся спиной, возвращаясь на место.

Егор вздохнул, стер улыбку с лица и посмотрел на пустырь почти очищенный от техники и палаток. Последний бульдозер, повинуясь пассам ведьмаков, парил в воздухе, перемещаясь к остальным машинам, уже перенесенным на асфальтированную дорогу. Ведьмак хотел увидеть Инну, но за волнами вырастающих цветов девушку было не разглядеть.

– Спокойно-то как, – к нему подошел улыбающийся Игорь. – Слышишь, дух земли уже не сердится.

– Стереги Защитника, как бы его толпа от восторга не затоптала, – сказал Егор.

– Верно, – очнулся Игорь, он обошел трибуну и приблизился к ребенку.

Парнишка танцевал вприсядку, высоко выбрасывая вверх ноги. Из толпы людей уже выделился пьяненький мужичок с баяном. Фальшивя, он наигрывал частушечный напев.

– Еще давай! Так им! – крикнул кто-то.

Мальчишка остановился, откинул со лба мокрые от пота волосы и с серьезным видом сказал: «Десятый куплет».

Песня взвилась в воздух под одобрительные возгласы.


Почти никто не обратил внимания на раздавшийся стрекот вертолета. Из леса к городу летела металлическая стрекоза. Егору показалось, что за ней тенью следовала женщина на метле. Но он мог и ошибаться. Смотреть приходилось против солнца.

Машина, натужно урча, приблизилась к импровизированному митингу и зависла. Шум мотора стал настолько сильным, что заглушил и частушку, и крики людей. Все как по команде подняли головы, рассматривая воздушных гостей. Вертолет плавно опустился на широкую набережную в нескольких десятках метров от толпы. Крутящиеся лопасти замедлили бег, останавливаясь.

– Это заместитель губернатора по инвестициям, Александр Александрович. С ним проверяющий из Москвы, наш бывший депутат Сергей Павлович Торопов, – сообщил Михаилу городской чиновник, показывая на людей выходящих из вертолета.

– То, что надо, – удовлетворенно усмехнулся мужчина. – Бегом встречай и тащи на трибуну.

Бывший телохранитель, а теперь стремительно делающий карьеру в «ОРКО» начальник бросил взгляд на притихшую толпу.

– Быдло, – презрительно подумал он. – Увидели руководство и притихли.

К его глубокому удовлетворению, поющий частушки мальчишка тоже исчез.

– Мы рады приветствовать на нашей пресс-конференции уважаемых гостей, – Михаил наклонился к микрофону. – Корпорация «ОРКО» придерживается политики максимальной открытости. Поэтому сейчас точку зрения на строительство мусороперерабатывающего завода выскажут… – голос мужчины эхом разносился по пустырю.

В толпе раздались жиденькие аплодисменты. Поднявшийся на трибуну полный человек в охотничьем костюме посмотрел на людей, потом на колышущееся за ними громадное ромашковое поле.

– Люди, – его голос задрожал от избытка чувств, – дорогие мои. Вы не представляете, как я рад вас видеть. Могу сказать больше. Весь прошлый день, я думал о вас и много еще о чем, – он откашлялся, вытирая навернувшиеся на глаза слезы. – Посмотрите, красота-то какая, – Сергей Павлович Торопов махнул рукой в сторону бывшего пустыря, превратившегося в гигантскую клумбу. – Скажу вам одно: родную землю надо любить.

Толпа взорвалась криками и аплодисментами.

– Вы что говорите? – зашипел Михаил.

– Отойди молокосос, что ты понимаешь в этой жизни, – московский чиновник отодвинул парня, спускаясь с трибуны.

– Не могу не согласиться, – заместитель губернатора усиленно приглаживал норовившие встать дыбом волосы. – Шел бы ты отсюда со своим заводом в свою компанию. А здесь мы сделаем парк. Слышите, люди! – Сан Саныч сделал шаг к микрофону. – Парк здесь будет, – он снова пригладил волосы и пошел к вертолету.

– Роман Кочерыжка, газета «Глашатай», – к чиновнику подскочил корреспондент. – Получается, вы знали о том, что под городом находятся карстовые пустоты и специально прилетели, чтобы сорвать начало строительных работ?

– Точно, – зам. губернатора выхватил у журналиста диктофон. – Как представитель областной власти обещаю, что разберусь в том, кто дал неправомерное разрешение на строительство, – он вернул диктофон и стал подниматься в вертолет.

– Эй, тебе звонят, – Витек протянул молодому шефу трубку.

– Кто? – поморщился Михаил. Он отошел от трибуны и сел на ступеньки набережной. – Эльвира, – прикрыв микрофон забасил телохранитель. – Не пойму, почему секретарь назвал ее генеральным директором.

Мужчина поднес телефон к уху.

– Гаденыш, как ты допустил прямую трансляцию? Откуда зеленые? Ты уволен, слышишь? Уволен! – визжал женский голос.

– Да пошла ты, старая ведьма, – рявкнул Михаил и отключил мобильник.

Пять лет работы в корпорации были безвозвратно потеряны. Придется все начинать на новом месте с нуля.

– Чо случилось-то? – туповатый напарник уселся рядом.

Люди за их спинами веселись. Кто-то играл на гитаре. Студенты в зеленых майках, побросав плакаты, отплясывали под баян.

– Ниче, я сам дурак. Знал ведь, что это подстава, – усмехнулся Михаил. Мужчина ослабил узел галстука и расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. – А хорошо, что здесь завода не будет, – неожиданно сказал он, глядя на широкую синюю гладь реки и возвышающийся на другом берегу лес. – Красиво, правда?


Ведьмаки по одному уходили на Площадку, пользуясь переходом в небольшом овражке. Как и все поле, он был усеян кустиками белоснежных цветов.

– Тина была бы рада, – прошептал Егор, осматриваясь в поисках женщины. Внезапно он понял, что говорит о ней в прошедшем времени. Боль перехватила горло.

– Кто такая Тина? – Стела взяла парня за руку.

– Один очень хороший добрый человек, без которого бы мы ни за что не справились, – пояснил он и увлек девушку в сияние перехода.


В кабинете у Валериана было так же комфортно, как и раньше. Мягкие кресла, полки с книгами, стол и притихший колокол в углу.

– А теперь, предлагаю выпить за нового Знающего, за Егора, – Лери поднял бокал.

– И пожелать ему удачи, она точно понадобится, – добавил Карлос.

Илья, Инна, Стела и Никола протянули руки, чокаясь с бокалом Егора.

– Спасибо, – ведьмак едва обмакнул губы в терпкую жидкость. Он спокойно, если не сказать прохладно относился к горячительным напиткам. – Но, честно говоря, я чувствую себя неловко. Получается, выдворяю вас из собственного дома, – парень посмотрел на Валериана.

– Глупости, – улыбнулась Стела. – У нас с ним связано много не очень хороших воспоминаний. Так что мы с папой с удовольствием переедем. На Площадке легко построить хоть еще десяток домов. А наш новый будет и больше, и симпатичнее, – она показала Егору язык. – Тем более, что теперь с нами будет жить брат, – она погладила Николу по руке.

– И Саша, – сказал Никола, задумчиво глядя в свой бокал.

– Разумеется, – кивнул Лери. – Мы не оставим ее пока за ней из Прави не придет мать. Надеюсь, это произойдет скоро. Как только откроются переходы.

– Я не отдам ее, – спокойно произнес Никола, поднимая глаза от бокала.

Перстень на его руке по-прежнему был черным. Только одна красная точка искрой пробегала по нему, как всполох огня по прогоревшему углю.

В комнате повисло напряженное молчание.

– Это эгоизм, – не выдержал Карлос. – На ней живого места нет. Это адская боль. Наши ведьмы не смогут дежурить у ее постели вечность, беря ее на себя по очереди. Что будет дальше?

– Дальше я найду способ ее вылечить, – упрямо сказал Никола.

– Мы не умеем воскрешать мертвых, – нахмурился Валериан. – С этим надо смириться.

– Кто бы говорил, – неопределенно хмыкнул Карлос.

– Она не мертва. Слышите вы? – выпалил Никола, расплескивая дрожащими руками жидкость в бокале.

– Строго говоря, он прав, – сказал Егор. – Саша добровольно осталась в теле, чтобы предупредить нас. Так что пока не пришла ее мать, она почти жива.

– Видите! – воспрял духом Никола.

– Но и они правы, – продолжил Егор. – Искры жизни достаточно для перехода в Правь, но не для возрождения. Даже если мы соберем всех знахарок и приведем в порядок ее тело, нам не хватит энергии, чтобы вернуть Сашу обратно.

– Сколько нужно энергии? – Инна поставила на столик не пригубленный бокал.

Вампирша явно похорошела. От худенькой невзрачной девушки не осталось и следа. Густые темные волосы упругими локонами обрамляли строгое лицо, спускаясь волной на спину. Черные брови вопросительно изогнулись на белоснежном лице с легким румянцем.

– Не хочешь же ты сказать, что до сих пор не избавилась от энергии духа собранной на пустыре? – усмехнулся Карлос. – Уж я бы это знал, – добавил он чуть менее уверенно, глядя в невозмутимое лицо девушки.

– Как сказал мальчик: век живи, век – учись, – задумчиво произнес Валериан.

– Так сколько нужно энергии? – повторила Инна.

Лери с Егором переглянулись.

– Саша в доме у зеленой дамы. Сегодня ее очередь, – сказал Никола.

Его глаза загорелись надеждой. Ведьмаки и ведьмы растворились в воздухе, исчезая из кабинета.

– Конечно, а про человека все опять забыли, – проворчал Илья, бухаясь на диван. Он повертел в руках бокал с вином и отставил в сторону. На его вкус вино слишком сильно ударяло в голову. А у него вечером поезд.

– И что я буду делать? Хоть бы книжку какую оставили почитать, – вздохнул он, понимая что в кабинете не нашлось места ни для телевизора, ни для стереосистемы.

С верхней полки слетел толстый фолиант и приземлился на журнальный столик рядом с Ильей. Он стер с него пыль и увидел название «Сказки» Братья Гримм.

– Круто, ничего не скажешь, – парень снова вздохнул.

– Есть еще звонок другу, – вякнул телефон в кармане.

После того как над ним поколдовал Карлос, мобильник вел себя гораздо тише, но по-прежнему порывался давать советы.

– Умница, – похвалил Илья, доставая мобилу из кармана и набирая знакомый номер. – Лизонька, – сказал он в трубку. – Я жутко соскучился. Я тебе сейчас такое расскажу…


В зеленой гостиной увитой плющом на стульях, напоминающих корни деревьев, сидели Стела, Егор и Никола. Зеленая дама, измученная дежурством, походила на увядший пучок укропа. Волосы стояли торчком. На лбу залегли глубокие морщины.

– Может еще фруктов? – предложила она ребятам. – Вы не представляете, в этом году мне удалось собрать удивительно хороший урожай киви и нектарина. О малине и черноплодной рябине и не говорю, – продолжала болтать женщина, пытаясь отвлечь пришедших.

Два ведьмака и ведьма напряженно смотрели на дверь, за которой скрылись Карлос, Валериан и Инна.

– Я тоже должен быть там, – в десятый раз поднялся со стула Никола.

– Сидеть, – утомленно повторил Егор.

В его задачу входило успокаивать Николу. И делать это было нелегко. Никола застонал, посмотрел на набирающий цвет перстень, но опустился на стул.

– Ты можешь помешать, – Стела погладила брата по руке.

Впрочем, он вряд ли ее слышал.

– Получилось, – дверь распахнулась, из комнаты вышел Лери. – Предупреждаю, она пока еще слишком слаба. Строго говоря, для нее битва еще не закончена. Саша думает, что Площадка в опасности. Сейчас с ней Карлос. Объясняет, что все уже хорошо. Потом, думаю, ее можно выпускать в город.

– Я должен быть рядом, – к двери кинулся Никола.

– А я говорю, не все в порядке, – в проеме показалась Саша.

Карлос подавал из-за ее спины знаки Егору. Ведьмак поморщился, не понимая, чего хочет вампир.

– Площадка в опасности, – властно сказала Саша, – и не убеждайте меня в обратном. Я – Защитница. Я знаю лучше.

– Дорогая, – Карлос протиснулся в дверь. – Ты должна понять, что полученная тобой энергия принадлежала э-э довольно эмоциональному существу. Возьми себя в руки.

– Считаешь, я слишком психую? – повернулась к нему Саша.

– Это скоро пройдет, – вампирша каким-то образом оказалась перед Сашей, закрывая ей обзор комнаты.

– Конечно, пройдет, – невозмутимо ответила ведьма, властно отодвигая Инну в сторону. – Но сначала я уничтожу спрятавшуюся нежить, – она швырнула заклинание в Стелу.

Егор бросился вперед, закрывая подругу. Заклинание врезалось ему в грудь, но не нанесло особого вреда. Защитница на самом деле пока была слишком слаба.

– Прекрати, – подскочивший Никола ударил девушку по щеке.

– Почему это? – растерянно произнесла Саша, приходя в себя.

– Потому что, во-первых, Стела помогла нам победить кромешницу. А во-вторых, она моя сестра, – отчеканил Никола. – А теперь извинись.

– Я не знала. – Саша сделал шаг навстречу Егору, продолжающему стоять у нее на пути. – Я, правда, не знала.

Егор отступил в сторону.

– Извини, – прошептала Саша.

– Ничего страшного, – Стела смотрела на нее полными слез глазами. – Пустяки. Тебе тяжело пришлось. Я все понимаю, – она прикрыла рукой дрожащие губы. – Тем более, что это правда. Я – нежить, – она поднялась со стула и выбежала из комнаты.


Егор подошел к магазинчику с надписью «ФЭН-ШУЙ».

– Я сообщу, если будут новости, – в десятый раз повторил идущий рядом с ним Карлос. – У меня с Лери прямая связь. И если что…

– Я устал, – произнес Егор, еле передвигая ноги. За последние несколько часов он облазил окрестности Белокаменска, переговорив со всеми знакомыми лешими, русалками, водяными и домовыми.

– Ладно, до завтра, – сказал Карлос, глядя, как мрачный ведьмак заходит в дом.

Колокольчик на входе грустно звякнул. В полутемном магазине стоял Илья.

– Я, конечно, подозревал, что ты фрик, но чтобы до такой степени, – друг явно был на взводе. – Бросить меня тут на полдня. Я пропустил поезд. Телефон разрядился. А в этом доме нет даже розетки. Я уже не говорю про шорохи наверху. Не удивлюсь, если тут водятся привидения.

– Извини, – сказал Егор. В помещении вспыхнул десяток свечей.

– Что случилось? – Илья подошел к другу, вглядываясь в осунувшееся лицо.

– Стела пропала, – сказал Егор, идя по направлению к кабинету. – Привидения, говоришь, – он уверенно двинулся по лестнице наверх.

В коридоре мелькнула тень. Чистюля на плече у Егора принюхался и прыгнул в темноту.

– Пушистик, назад, – обеспокоенный Егор помчался за ним.

– Да что там такое? – Илья рванул вверх за другом.

Шум борьбы. Писк зверька.

– Свет! – крикнул Егор.

Свечи одна за другой стали вспыхивать в коридоре, показывая дорогу. Упирающийся Чистюля тянул чужака за штанину из открытой двери одной из комнат. Зверек побеждал, выволакивая на свет упирающегося низкорослого мужичка.

– Это кто еще? – Илья уставился на человечка в полотняной рубахе, толстых полосатых штанах, заправленных в добротные кожаные сапоги.

– Доброго вам здоровьичка, – пробубнил мужичок, отвешивая такой низкий поклон, словно собрался мести кудлатой бородой пол.

– Пафнутий, ты, что здесь делаешь? – удивился Егор.

– Да я так. Мимо проходил, – заюлил мужичок, а потом с укоризной посмотрел на ведьмака. – Как в избу заселяться, так добро пожаловать хозяин. А как в новые хоромы переехал, забыл. Сегодня, знамо дело, всех домовых в округе обошел. Небось, кого получше присмотрел? Понимаю, куда мне, рылу неумытому, – запричитал он, постепенно переходя на ультразвуковой вой.

Дом вздрогнул от его стонов, но достойно выдержал удар.

Илья зажал уши, не понимая, что происходит.

– Угомонись, – Егор устало опустился на пол, упираясь в стену спиной. – Я еще не переехал толком. Уж про тебя бы точно, не забыл.

– Значит, приглашаешь? – повеселел Пафнутий.

– Приглашаю, – согласился Егор.

– Вот и ладушки. Я тут порядок-то наведу. А то на втором этаже окна на распашку. Птички шныряют. Бумажки кидают. Непорядок.

– Какие бумажки? – вскинулся Егор. – Где они?

– Да вот, – домовой расстегнул кафтан и вытащил вчетверо сложенный листок бумаги.

«Егору от Стелы», гласила размашистая надпись.

– Это же мне, – ведьмак выхватил листок. – Ты что, читать не умеешь?

– Грамоте не обучен, – насупился домовой. – Мой батяня считал, что превыше всего мудрость житейская.

Егор развернул бумагу. Просмотрел несколько строчек написанных бисерным почерком и, скомкав его, швырнул на пол.

– Говорил же мусор, – проворчал домовой, наклоняясь за бумагой.

– Не тронь, – Илья первым схватил письмо.

– Ты кто такой, чтоб указывать? – насупился Пафнутий.

– Я друг Егора. А ты кто?

– Энтаго дому хозяин или домовой, – мужичок гордо упер руки в бока, увеличиваясь в росте.

– Если хозяин, то сообрази нам чайку, – сказал Илья. – Не видишь, плохо ему, – он кивнул на Егора, обхватившего голову руками. – А ты, Чистюля, придумай что-нибудь с едой. Здесь должна быть кухня. Хоть я ее и не нашел.

Зверек пискнул и исчез вместе с домовым.

– Поднимайся, – Илья расправил листок и, не читая, положил его в карман рубашки. – Совсем раскис. Сам же знаешь, у девчонок семь пятниц на неделе. Сегодня разругались, завтра помиритесь.

– Скажи честно, – Егор убрал руки от лица. – Я урод? Что со мной не так? Почему меня или предают или бросают?

– Не дури, – Илья протянул другу руку. – Пошли пить чай. Нечего на полу сидеть.


Кухня оказалась большой, но неожиданно уютной. К удивлению Ильи здесь оказалось много техники: от миксеров, до хлебопекарной печи. Было очевидно, что бывшая хозяйка обожала готовить.

– А вот и чаек, – Пафнутий поставил на скатерть, вручную расшитую розами, чашки.

Чистюля прыгал с кухонного стола на обеденный, переставляя тарелки с многочисленными бутербродами. Правда, все они были вегетарианскими.

– Где письмо? – Егор тяжело вздохнул, усаживаясь на высокий деревянный стул во главе стола, больше похожий на кресло с подлокотниками.

– Вот, – Илья протянул бумагу.

– Я хочу, чтобы ты прочитал, – посмотрел на него друг.

– Не думаю, что имею право. И потом… – Илья осекся под взглядом ведьмака и развернул измятый листок.

«Я – нежить.

Думаю, этим все сказано. Что бы я ни делала, как бы не старалась, но двоедушница всегда будет второй ногой стоять в другом мире. Больше всего на свете я боюсь проснуться утром и обнаружить, что ты лежишь рядом с перегрызенным горлом.

Я слишком люблю тебя, чтобы это допустить. Поэтому освобождаю от данного слова.

Прощай. Стела.»

– Вот видишь, – Илья взмахнул листком. – Она пишет, что любит.

– Если любят – не бросают, – через силу сказал Егор. – Мы могли бы справиться с этим вместе.

– Ну, знаешь, – пожал плечами Илья. – Письмо очень эмоциональное. Даже мне это понятно. Вы что поругались?

– Я не ругался, – признался Егор. Он пододвинул чашку с чаем. Взял горсть сухофруктов и стал говорить, что произошло после возвращения Саши. – Я все окрестности облазил. Ее никто не видел, – закончил он рассказ.

– Знаешь, я тут подумал, – Илья потер лоб, потом похлопал себя по карманам. – У тебя не найдется ручка и бумага?

– Чистюля, – поднял бровь Егор.

На стол хлопнулся блокнот и грифельный карандаш.

– Так вот, – Илья начал рисовать, – если рассуждать логически, то все ваши миры можно выстроить по-порядку, – рисунок похожий на дерево появился на листке. – Не очень еще понимаю про переходы, и как они работают. Было бы больше данных, вполне смог бы построить математическую модель, – бубнил друг, продолжая что-то писать.

– Ни черта не понимаю, – вынужден был признаться Егор, глядя в строчки букв и цифр под рисунком.

– Объясняю на пальцах. – Илья потер переносицу. – Карлос там что-то говорил про девять миров. А мы с тобой побывали в двух.

– И что? – нахмурился Егор. – Не стесняйся, проводи ликбез для особо одаренных. Ты же у нас математический гений, а я обычный ведьмак.

– К вам на Совете не могли придти на помощь из Прави, потому что в это время года вы не совпадаете с ней, так?

– Так.

– А кромешница не могла перепрыгнуть в свой мир без дополнительного количества энергии, создавая что-то вроде похожего на него подпространства.

– Чего?

– Ну, своего мира, но в уменьшенном варианте.

– Допустим, – Егор вспомнил изменяющий радужный мир кромешницы.

– Итак, действуя методом исключения, получаем единственно верный ответ.

– Будешь еще умничать, нарвешься, – Егор наклонился к другу.

– Да пойми, – вспылили Илья. – В Нави ей не место. В Правь не пускают. Как двоедушница, вытащенная в Явь, она невольно привязана к этому миру. И у нее явно недостаточно энергии, чтобы двинуться в следующие миры. Получается, что она прячется где-то здесь или почти здесь. Ну, в каком-нибудь подпространстве, то есть искусственно созданном мире.

– Илья, я тебя люблю, – выдохнул восхищенный Егор.

– Лучше не меня, а свою ненаглядную Стелу, – парировал друг. – Тем более, что осталась такая малость, – он скептически усмехнулся, – вычислить, что именно и где она создала.

– Я объеду весь мир и найду ее, – улыбнулся Егор. – Я их вижу.

– Кого? – не понял Илья.

– Ну, эти твои подпространства.

Низкий тягучий звук понесся по дому.

– Опять? – удивленно сказали друзья и, переглянувшись, пошли в кабинет.

Стоящий в углу колокол времени призывно светился сиреневым цветом. Егор подошел ближе и положил ладонь на закрытые лепестки. Они засияли еще ярче, раскрываясь один за другим. Егор убрал руку и отступил.

«Егор – знающий». Полыхающая сиреневым надпись выплыла из сердцевины цветка.

– Устаревшая информация, – хмыкнул Илья. – Может он теперь этот фокус будет каждый день проделывать?

«Илья – помощник знающего» – появилась следующая надпись и неторопливо заструилась к потолку.

– А вот это перебор! – рыжий парень отпрянул назад, уворачиваясь от символов, как от гремучий змеи. – Ни за что! Я хочу жить спокойно, как обычный человек. Учиться по грантовой программе, работать уборщиком, подпольно играть на бирже и через чердак удирать от телохранителей Лизки. Завтра я еду первым поездом в Москву. А потом в Лондон. Мне эти ведьмовские прибамбасы ни к чему.

Но колокол уже закрыл лепестки, превращаясь в заурядный хрустальный сосуд, стилизованный под лилию. Егор молча смотрел на друга не зная, что сказать.

– Спать пора. Расшумелись, – раздался ворчливый голос телефона у Ильи в кармане.

– Ага, значит, ты врал, – возмутился парень, доставая телефон. – Ты не разрядился, а решил отдохнуть!

– Баю-бай, баю-бай, поскорее засыпай, – едва слышно ответил мобильник и захрапел.


Глава 16 | Сын ведьмы и коловертыши | Эпилог