home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 27

Вилия

Ульга. До чего же доходит человеческое бесстыдство! Неужели так мало ей всего, что дал мой отец?

Марево грядущего, застелившее мои глаза, не рассеивалось. Оно кружило, клубилось, мучая меня и затягивая в видения всё больше и больше.

Теперь передо мной предстал Хельдог, принимающий из рук Ульги красное яблоко. Наливное, спелое, только, откусив его - правитель падает замертво. Плод, такой прекрасный снаружи, оказался смертельно ядовитым внутри.

Что бы это не значило, для меня стало ясно одно - отца больше нет на свете.

Скорбела ли я о нем? Сердце молчало в ответ на этот вопрос. Вот о чем я действительно испытывала сожаление, так это о пустой и бессмысленной жизни, которую, пусть и не по своей воле, вела в Смежных землях. И самое ужасное то, что мне казалось, что это правильно, а ведь моя мать пожертвовала когда-то собой, чтобы дать мне жизнь и помочь своему народу. Выходит, нападение и пленение сугуров запустило маятник судьбы, возможной только при этих роковых событиях.

Из тумана и дыма сформировалось лицо Хельдога. Он как будто смотрел на меня и впервые видел. О чем я жалела по-настоящему, так это о том, что ты меня не любил, отец! Хотел использовать в своих целях, сделать из меня марионетку в собственной игре и даже Ульгу посвятил в свои планы.

Кого же любил Хельдог? Точнее будет спросить, что любил правитель? Власть. Вот она ему была дорога невероятно, и из-за неё он поплатился жизнью. Изрядно надоев молодой жене, был ею же и умерщвлен.

Знал ли правитель, что сын Ульги от другого человека? Теперь это уже не важно.

Меня снедала тревога за Регьярда, мне надо к нему. Я заметалась в попытках вырваться из наваждение, но лицо отца осклабилось в ухмылке:

- И куда же ты спешишь? К нему - своему дикарю? Даже не смотря на то, что он, воспользовавшись тобой, бросил одну.

Внутри всё похолодело от таких тяжелых слов. Пусть и бросил, но не заслужил смерти.

- С чего ты решила, что он умирает, глупая девчонка! - расхохоталось лицо, сотканное из наваждения и тумана, черты Хельдога расплылись, и стало проявляться лицо Ульги. - Сейчас он прекрасно проводит время!

И вижу, как два тела, сплетаются между собой в жарком танце сладострастия - поцелуи, жаркий шепот… смех. Как же ты не видишь, как же не чувствуешь, что моё сердце разрывается на части?

- Ты прекрасна, Ульга, - с придыханием шепчет Регьярд на ухо моей мачехе и целует лебединую её шею, - Вилия была лишь милой забавой… ты… моя, прекрасная правительница, отныне и навсегда станешь моей… только моей. Вместе мы заставим полмира стоять перед нами на коленях.

- Увидела? - призрак Ульги повернул ко мне лицо, прервав долгий поцелуй, будто в насмешку. - Он даже не вспоминает о тебе!

Хохочет, издевается.

- Да исчезни ты уже! - дрожащий голос срывается на крик. - Изыди! Это ложь… слышишь? Ложь!

Сама не знаю, верила ли я своим словам. Но от, гневного этого, вопля заложило уши, а с души, как будто, камень свалился.

- Регьярд не такой! Это не его слова и не его мысли. Нет в нем ни честолюбия, ни жадности, ни похоти… если он меня и оставил тогда… значит, на то были причины.

Слёзы обожгли холодеющие щёки, но горькая улыбка коснулась моих иссохших губ, колени бессильно подогнулись подо мной. В груди щемило от боли и осознания того, что скорее всего так и произошло - он ушел, потому что грядет что-то недоброе.

Ох, Регьярд, береги себя, я тебя прошу! Не оставляй меня одну. Я дождусь тебя, сколько бы ты не шел ко мне. И даже если нам не суждено будет остаться вместе - выживи, чтобы ни случилось.

- Встань, С-слыш-шащая, и иди. Ты прош-шла ис-спытание.

Пелена перед глазами дрогнула, разошлась полосами каменных колец. В щели проникли лучи солнца и голос… Голос. Страшный, но такой знакомый, почти забытый, но такой родной…

Вспомнилось неприятное происшествие в горах, лежащая без сознания Ошана и огромный змей, возвышающийся надо мной. Я подняла глаза - старик с глубокими морщинами, но, все же, крепкой статью - смотрел на меня ласково и, в то же время, серьезно и сосредоточенно.

- Я… что прошла?

- Ис-спытание, - произнёс старик, будто перетирая слова огромными жерновами.

- Это ведь ты - Каменный змей?

- Мое имя Накахи, - теперь он улыбнулся сам, - позволь поприветствовать тебя, Хранительница!

Все еще пребывая в растерянности, я приветственно кивнула.

- Что все это значит?

- Это последнее твое испытание, Силар, дочь последней из рода Клана реки.

- А… что будет теперь?

- Ты сама должна решить. Твое истинное предназначение - хранить равновесие между миром людей и миром духов, доносить нашу волю людям, а желания людей - нам. Так же ты можешь остаться, а можешь вернуться к людям. Но помни, жизнь Слышащей непроста и полна опасностей. Здесь же - среди духов - ты будешь в безопасности, никаких страданий и боли, но… Ты ведь желала этого - вечного покоя?

- Я больше никогда не увижу Регьярда, ведь так?

- Ну, почему, ты сможешь его провести по дороге Солнца в вотчину героев, что находится на небесах.

Нет. Краткий миг встречи с Регьярдом после его смерти - слишком дорогая цена за покой и вечность. Хотелось прожить с ним всю жизнь и умереть в один день, как в сказках, что читала нам в детстве Нея.

- Хочу к Регьярду, - я решительно подняла на «змея» взор. Пусть он меня отвергнет в мире людей, но куда лучше дышать с ним одним воздухом и осознавать, что ходим мы с ним по одной земле и под одним небом.

Накахи снова рассмеялся.

- Тогда, сюда ты попадешь очень нескоро, но будешь видеться с нами время от времени. Что ж, я уважаю твой выбор. Ты была рождена, чтобы быть проводником между миром людей и нашим миром. Какое решение ты бы не приняла - оно правильное. Но то, что ты выбрала мир людей - делает тебе больше чести, как человеку.

- Спасибо, - произнесла одними губами, но, думаю, он всё услышал.

- А теперь иди, - это заговорила Тенхай, вышедшая из-за спины Накахи, как из-за скального выступа. - Иди и верши свою судьбу сама. Будь честной, справедливой, мудрой и… достойной. Великий Сокол выведет тебя из мира духов.

- Тенхай, - я посмотрела в серо-голубые глаза наставницы - на смуглом лице словно сияли звезды, утонувшие в глубокой ночной тьме, - И тебе спасибо большое за все.

Я склонила перед ней голову и заметила скользящую по камням тень с распростёртыми крыльями. А потом повернулась и помчалась вслед, за летящей в небе надо мной, птицей. Еще раз повернулась посмотреть на великих Хранителей - на вершине скалы уже поблескивали слюдяной чешуёй переплетающиеся каменные кольца змеи, и снежный барс жмурился от яркого солнца, поигрывая кончиком хвоста.

Сокол сделал в небе круг и пронзительно крикнул надо мной. От этого крика я и проснулась…

В хижине было натоплено, пламя из очага, распустившимся алым бутоном, отпугнуло сгустившуюся темноту ночи. Я смотрела на это противостояние распластанная на своем лежаке, только одетая…

Сколько я спала?! Да и спала ли?

Всё то время, пока мое тело пребывало в хижине, сама я находилась далеко от неё. Вспомнив всё, что видела в мире духов, последний наказ хранителей, не стала колебаться ни секунды, выбежала на улицу и побежала в сторону лагеря, что было сил. Ноги мои сами находили дорогу среди камней и трещин в скалах, холодный ночной воздух наполнял грудь свежестью, будто ветер, раздувающий нетерпеливые паруса.

На место добралась я с восходом солнца. Только вместо обычной предрассветной суеты в селении, повсюду царила тишина. Лагерь был пуст…

Сердце защемило от разочарования - всё, о чём в тот момент могла думать, так это о том, что я опоздала. Слишком долго пребывала в мире духов, выясняя свое предназначение, и вот итог… опоздала.

У меня появилась цель, но какой дорогой к ней идти и что мне должно делать - никто не мог подсказать. Зато с полной уверенностью я могла ответить сама: моё предназначение - быть рядом с Регьярдом. Пусть не напрямую, но хотя бы оберегать его спину.

«…для меня, даже знай я, что ты выжила, жить без тебя невыносимо. Да, я такой! Но ты - моя! Тогда в ущелье я выбрал тебя вопреки необходимости. Но ты стала моим предназначением. Наваждением. И покаянием…»

Какая я глупая, что сомневалась в нем. Он ведь говорил тогда так страстно, так искренне. И уйти он был вынужден, а теперь я его потеряла…

- Значит это правда!

От неожиданности я дернулась и обернулась на женский, пусть позабытый, но всё же знакомый голос. В проёме между хижинами застыла фигура в синем плаще, прикрывая глаза ладонью от первых лучей восходящего солнца.

- В наши земли вернулась избранная или провидица, или, как еще называют - слышащая.

- Здравствуй, Кира!

- Здравствуй, Вилия.

Мы бы так и стояли, рассматривая друг друга, если бы я сама не решилась нарушить молчание:

- Ты в лагере одна?

Кира в ответ отрицательно замотала головой.

- Как видишь, уже нет! Я… - она запнулась и опустила глаза, - в тайне ото всех вернулась сюда, в надежде застать здесь Регьярда, но… опоздала.

- Куда он ушел? - вопрос едва продрался через сдавленное слезами горло, казалось, из тела сбежало все тепло от страха и тревоги за Регьярда.

- К устью реки Лотры, - тихо произнесла девушка, - это довольно далеко отсюда, если идти пешком.

- Если понадобится - побегу, у меня ещё хватит сил! В какой стороне протекает река?

- Глупая я, да? - она с сожалением посмотрела на меня, и впервые я увидела её истинную суть - она была глубоко и сильно привязана к Регьярду, возможно даже любила его. И жизни своей без него не представляла. Только была ли это та любовь, перед которой меркнет целый мир? Все же, нет.

Кира добрая, храбрая, честная, но врала себе самой - Регьярд не был её судьбой. Не могла её привязанность сравниться с теми роковыми узлами, что сплели мою и его жизни. Наверное, Кристоф и владетель это понимали. Не понимала этого сама Кира, от того позволила себе ещё больше затмить разум речами Ошаны - обезумевшей сестры владетеля Гримхайла.

- Ты не глупая, Кира, - промолвила, глядя ей в глаза.

- Мне казалось, что мы похожи с Регьярдом. Он ведь был рожден от рабыни, ты знала?

Знала или нет, для меня это все равно не имело значения. Происхождение владетеля, по сравнению со всем, что с нами произошло, не имело для меня значения.

- У нас нет рабства, как такового, но рассказывали, что мать его была южанкой, которую предыдущему владетелю подарил вожак баргов, и отказаться от дара он не мог по обычаям южан. Вынужден был поселить её рядом с собой. Говорили, она была невероятно хороша собой, а ещё умела петь красивые песни. К тому времени жена владетеля умерла, и рабыня заменила хозяйку. Но… дело не в этом… я тоже…

Она стала запинаться и совсем расплакалась. Не знаю, что мною двигало, но я обняла её, чтобы успокоить, хоть и рвалась всем сердцем отправиться искать ту реку, к которой отправился Регьярд. Однако Кире, носившей в себе столько грусти очень долгое время, надо было дать выговориться.

- Дело в том, что я подкидыш… меня удочерил клан Кристофа, когда я была совсем маленькой, но я нич-чего не помню об этом.

Что-то подобное мне представлялось, слишком светловолоса для горцев и светлокожа. Но вряд ли её не любили в семье, раз вырастили как высокородную деву.

- Кира, -я успокаивающе гладила ее по волосам, - ты очень хорошая, но Регьярд не твоя судьба. Совсем.

- Просто он всегда был таким добрым, смелым, сильным…

- Разве не нужно быть смелой, чтобы признаться в своих чувствах? Но важнее, уметь посмотреть правде в лицо

- О чем ты?

- О том, что ты всегда принимала свою влюбленность за любовь и чуть не наделала глупостей, но теперь я понимаю почему Регьярд старался держать тебя подальше.

Она ошеломленно смотрела на меня.

- Ты ведь сама назвала меня провидицей!

- Ты знаешь что-то, чего не знаю я?

- Это было видно всем, кроме тебя самой, Кира! Возвращайся к своим. Скоро сюда могут нагрянуть северяне, не думаю, то Кристоф будет счастлив от того, если с тобой случится несчастье.

- Кристоф?

- Да, Кира! Кристоф! Его братская любовь всегда берегла тебя. И свою истинную любовь ты точно найдёшь, если у тебя есть родные, готовые отдать за тебя жизнь. А теперь иди! - мне хотелось выдвинуться к реке немедленно, однако, девушка порывалась сказать, что-то еще. - Мне надо бежать, я это чувствую.

Только бы она не сделала глупостей до возвращения Кристофа, но лицо её расслабилось и как-то посветлело.

- Подожди! - окликнула меня девушка. - Ты же не знаешь, куда идти!

- Не беспокойся! - бросила ей на ходу. - Тайные тропы Гримхайла выведут меня туда, куда надо.

- Тогда возьми моего коня! Я привязала его тут, совсем рядом…

Она помогла мне взобраться в седло. Я на мгновение взглянула в её глаза, блестящие, как быстрый ключевой поток, и, подстегнув скакуна, пригнулась к его холке. Ветер засвистел в ушах. Горные тропы, скрытые среди непроходимых кустарников и расщелин, сами стелились под копыта, петляя, ныряя вниз и взлетая вверх. Это сам Гримхайл открылся мне, как дом открывается своей хозяйке, пропуская вперед, торя новые пути.

Только бы успеть!


Глава 26 | Награда для Регьярда | Глава 28