home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Аден. День второй. 07 октября 1949 года

К середине второго дня – черным дьяволам, шайтан савдаа, как морских пехотинцев называли воюющие в городе боевики – удалось взять под контроль основную магистраль города – проспект Александра Четвертого – вплоть до Дар-ас-Саада и деблокировать аэропорт. Началась высадка частей шестьдесят шестой парашютно-десантной дивизии.

Федорцов довел свой личный счет до пятидесяти семи. Как бы все не повернулось – пятьдесят семь боевиков уже не уйдут в горы, чтобы ждать нового подходящего момента.

Сейчас он смотрел через прицел на танк, ползущий к перекрестку, с группой укрывающихся за ними морских пехотинцев, у одного из которых был ранцевый огнемет. По его прикидкам – их обязательно должны были атаковать, потому что если танк закрепится на перекрестке и начнет его простреливать – морские пехотинцы получат возможность продвинуться вперед больше чем на сто метров и оседлать перекресток. После чего – снабжение боевиков, в немалом количестве засевших в домах – будет затруднено, и рано или поздно – они отступят.

Конечно, не так просто подбить танк. Но это настоящий танк. Настоящий танк – имеет пушку калибра восемьдесят пять или сто семь миллиметров, и тяжелую броню. Танк морской пехоты имеет главным калибром миномет, калибра восемьдесят два миллиметра и броню, борта которой держат только бронебойную пулю трехлинейки. А все, что сверху – уже нет. И других танков уже тоже нет.

Было тяжело дышать. Несмотря на то, что в Адене почти нет дерева – все равно что-то горело. Тяжелый, черный, солярный дым. Аэропорт – был справа, он его не видел – но видел алые трассы, несущиеся в сторону гор. Нормальной артиллерии тоже не было и для работы по целям на склонах гор использовали зенитки.

Хотя нет, нормальная была – на кораблях. Сейчас она молчала.

Как только танк попытаются подбить – он вступит в игру. И пополнит свой счет.

Он не испытывал ни ужаса от того, что делал, ни страха за свою жизнь. Он уже перерос все это. Значение – теперь имел только счет, и те, кто сделал из севастопольского пацана машину для убийства, теперь расплачивались сполна…

Нападение – началось как всегда неожиданно. Серая полоса дыма, вспышка! Танк остановился, он не загорелся – но не стрелял, и видно было, что поврежден. Из домов справа – ударили выстрелы, прижимая морских пехотинцев.

Видно плохо.

Он увидел, как кто-то перебегает дорогу.

Этот пусть бежит. Этого он не тронет. Первого он никогда не трогает. И это не дань уважения его храбрости, все проще. Просто первым – всегда пускают того, кто ниже всех в иерархии банды. Как приманку для возможного снайпера. Он уже выучил это и на приманку больше не ловится, ему надо, чтобы первый дал сигнал, что путь безопасен.

Платок. Похоже, сигнал дан.

А вот и второй. Тот, кто поверил, что путь безопасен. Бежит, выкладывается. Опрометчивое решение. Выстрел… и человек… хотя какой человек, нет среди этих людей – падает у самого спасительного провала в стене.

Один.

Из провала тянутся руки, кто-то пытается затащить упавшего внутрь. Он успевает передернуть затвор – и стреляет вновь. Это его тактика – он старался подстрелить ублюдка, когда-то был почти у самой цели. Кто-то – попытается прийти на помощь, решит, что успеет… нет, не успеет. Еще один – валится как подрубленный, и он видит, как слетает с простреленной головы чалма.

Два.

Еще один перебегает дорогу – и падает за два шага до первого.

Три.

Морские пехотинцы, видимо поняв, что на их стороне снайпер – активизируются. Кто-то начинает стрелять из пулемета, кто-то – пытается помочь танкистам.

Уже двое – бегут через дорогу, один – несет что-то, похожее на водопроводную трубу. Они уже знают, что это…

Базука.

Четыре.

Пятый – пытается помочь тем, кто внутри – затащить тело первого внутрь. Но так они – только мешают друг другу. Тормозят действия друг друга.

Пять.

Шестой в стволе, последний – дальше надо перезаряжать, причем по одному патрону – винтовка то старого образца. Больше не надо – но свое он возьмет. И тут – он видит удивительную картину. Из пролома – выскакивает бандит и куда-то стреляет… но в то же время укрыться не пытается. У него винтовка… нет, кавалерийский карабин, и он дергает затвор и стреляет. Смертник видимо, обдолбанный…

Шесть…

Его доля в этой смертельной игре, ставкой в которой – являются жизни.

Из кармашка – он достает по одному гладкие, блестящие патроны и дозаряжает винтовку. В желудке сосет от голода, но идти обратно не время – есть такое ощущение, что шансы еще будут. И он еще пополнит свой счет.

Интересно, почему они пытались так вытащить тело этого, первого. Может, это был амир? А впрочем… какая разница.


* * * | Врата скорби. Повелители огня | * * *







Loading...