home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


#9. Рыцарь из ладьи

– Не могу поверить, что ты способен сейчас отвернуться от меня. Я прошу тебя!.. Клем, ведь мы семья.

Слова младшего Спегельрафа и темная решительность его взгляда выбивали пол из-под ног Агнесс.

Заготовленная речь рассыпалась. Ей оставалось только метаться между стенами приемной и удерживаться от заламывания рук. Она и подумать не могла, что Клемент отвергнет ее предложение занять место убитого герра Роттенмайра и возглавить полицию Хестенбурга. Если б только ей хватало людей, в которых она была бы столь же уверена, как в брате Антуана! Точно карты в пасьянсе, они бы заняли правильные места.

– Семья? Как вы можете называть меня членом семьи после того, что случилось? По мне, так мы стоим на руинах.

Агнесс позволила себе слабую улыбку.

– Милый Клемент, ты так молод, а уже говоришь, как разочарованный старик… Хмурых лиц и так довольно вокруг! Не все так безысходно. Почему же ты не хочешь стать моей опорой? Я нуждаюсь в друзьях, раз уж ты не хочешь, чтобы я звала тебя братом.

Он заложил правую руку за спину и отвернулся к окну, за которым по-прежнему кипела реставрация дворца. Агнесс уже почти не замечала шума, производимого строительными машинами, а толстые драпировки на стенах впитывали все звуки, истончая их до невесомости шепота.

Клемент был одет в штатское, и его левая рука до сих пор покоилась на перевязи после ранения в плечо. Нежные, почти девичьи черты лица не давали и намека на то, с чем пришлось столкнуться молодому человеку на службе, – только между широких бровей наметилась вертикальная морщина. Ее хотелось смахнуть рукой, как паутинку.

– Я покрыт позором, – глухо забормотал он. – Он прикипел ко мне, будто смола и перья. Раньше в сыске я был своим парнем. Стыдно признаться, но мне льстило, что фамилия ничего не значила на службе. Я тешил себя надеждой, что однажды дам родным повод гордиться мной. Но теперь, когда я вернулся в Управление, на меня смотрят как на прокаженного. Все думают, что я отпустил отца, а пуля в плече, лихорадка и швы – для отвода глаз. – Клемент откашлялся и продолжил: – Теперь то, что я Спегельраф, затмило все, что я делал прежде. Ни рапорт, ни расследование – меня уже ничто не обелит.

Пальцы его здоровой руки прикоснулись к отражению лица в оконном стекле. Клемент опустил ресницы, чтобы себя не видеть.

– Они ускользают. Один за другим, раз за разом. Луиза, Антуан, отец – я упустил их всех. Луизу потерял дважды. Как вы еще можете доверять мне, ваше величество? – Он обернулся на Агнесс. – Я должен вернуться в Виндхунд. Мать не заслужила одиночества, а городу нужен более достойный шеф.

– Клем, – Агнесс захлебнулась вдохом.

Как он унижен, как раздавлен! Кто мог предположить, что судьба отвернется от блистательного молодого герцога, с таким достоинством пережившего и революцию, и смутные годы, и режим Мейера?

Наконец она нашла слова:

– В самые черные дни ты был рядом. Когда пропала Луиза, ты стал моим единственным другом, самым надежным плечом. Ты оказал всю поддержку, на которую был способен в одиночку! Это… это бесценно.

Ей вдруг стало душно, и Агнесс принялась обмахиваться круглым олонским веером, разрисованным соловьями и пионами.

– Луиза сбежала, потому что считала это необходимым. Но она вернется, – продолжила Агнесс уверенно. – Антуан тяжело болен и совершенно непредсказуем. И не смей винить себя в побеге Судьи – он хитер, а с тобой был всего один полицейский! Тебе просто не хватало возможностей. Твоим талантам нужны поддержка, ресурсы. Я же могу дать тебе людей, оружие, коней, машины – все, что понадобится. И ты больше никогда не проиграешь.

– Я не достоин принять из ваших рук даже хлебную корку.

– Не будь со мной так черств! – прикрикнула королева, теряя терпение.

Клемент порой раздражал ее излишней принципиальностью. Будто книги о рыцарстве оставили в его мозгу более глубокий оттиск, чем годы службы и жизненный опыт в этом полуразрушенном, разворованном королевстве!

Ослабев от переживаний, Агнесс опустилась на уродливую оттоманку с золочеными ножками, каждая из которых была украшена пухлым купидоном. Королева почти не участвовала в обустройстве комнат, но декораторы и мастера изо всех сил старались польстить вкусам ее юности. Сейчас от этих излишеств мутило и рябило в глазах. Или же виной всему тугой корсет?

Неужели она всегда была такой глупой?

Как же душно!.. Кровь отлила от лица и пальцев. Онемели губы.

– Прошу, подай воды, – пробормотала она, беспомощно стараясь сфокусировать взгляд.

Ей в руку скользнул холодный хрусталь, и Агнесс, не открывая глаз, сделала первый глоток. В лицо повеяло свежестью влажного камня, подточенного плющом, и грозового воздуха. Подняв ресницы, королева увидела, что окно раскрыто настежь, жемчужно-серые шторы плещутся на вечернем ветру, а Клемент стоит перед ней на одном колене, с тревогой заглядывая в лицо. Его щеки побелели, а губы, наоборот, стали яркими, как цикламен. Рыцарь готов слушать и повиноваться.

– Ты мог ошибаться десятки раз, и ты ошибался. Но, Клем, ты не способен на предательство! Поэтому я доверю тебе не только этот город – я бы, не колеблясь, доверила тебе свою жизнь. Прошу, не уезжай в Виндхунд, останься! Ты не должен…

Клемент порывисто склонился к ее коленям, обхватив их рукой и коснувшись лбом складок платья. Агнесс коротко вскрикнула, будто он дотронулся до открытой кожи.

– Так прикажите мне остаться!..

– Ваше величество… – Гуннива, как всегда, вошла без стука, легко толкнув дверь. В ее руках покоилась планшетка с перламутровой инкрустацией, на которой крепился лист с расписанием Агнесс. – Фотограф прибыл, свет установлен, все ждут. – Тут она нашла взглядом странную пару в более чем странной позе, приподняла идеально очерченную бровь и округлила губы. – О!

Клемент вскочил и одернул сюртук, будто застигнутый за чем-то постыдным мальчишка. Агнесс одними глазами приказала фрейлине молчать.

– Герр Спегельраф, мне нужен ваш ответ. Немедля.

Клемент все же замялся, отирая румянец со щек:

– Я сделаю, как вы прикажете. Только, с вашего высочайшего позволения, я прошу назначить мне испытательный срок на новом посту. В свою очередь я обязуюсь раскрыть дело об убийстве Вильгельма Роттенмайра. Если же я не справлюсь, то буду вынужден подать в отставку.

Королева кивнула.

– Я не сомневаюсь в тебе. Никогда не сомневалась. У тебя наверняка уже есть какие-то мысли по поводу этого ужасного преступления, не так ли? Ведь даже не само убийство, но его способ и похищение тела – скандал и пятно на репутации властей.

– Полагаю, что все даже сложнее, чем кажется. Преступник затеял игру, и наверняка нынешнее убийство связано с гибелью главы Дома Зодчих в прошлом месяце. Фридриха Кеппеля раздавило бронзовой статуей герра Мейера на складе.

– Вы находите уместным обсуждать такие детали с дамой? – процедила Гуннива, грациозно присаживаясь за секретер красного дерева, и демонстративно зазвенела фарфоровыми склянками с чернилами.

– Все в порядке, я сама задавала вопросы, – возразила Агнесс. – И в чем же связь? Гибель герра Кеппеля могла быть чистой случайностью, следствием неосмотрительности рабочих, брака крепежей…

Клемент понизил голос:

– В обоих случаях на земле кровью погибших были начерчены руны.

– Вот как?..

– Именно так, ваше величество. Только… Неизвестный уничтожил их там, где нашли шефа полиции. Стер до того, как прибыл штатный фотограф. Тот был в другом городе на момент происшествия, его вызвали телеграфом, – извиняющимся тоном закончил он.

– И вы оставили все без охраны? – Агнесс даже растерялась от такой опрометчивости.

– Полиция была обезглавлена. Главный штаб превратился в деревенский базар.

Со стороны секретера донеслось звучное фырканье Гуннивы – она не доверяла полиции.

– Теперь видишь, почему ты так нужен мне?

– Да. – Клемент опустил глаза. Когда он вновь решится посмотреть на нее прямо?

– Тогда я жду, что ты приведешь мне убийцу на поводке из женской бороды и корней гор.

Если бы взглядом можно было вселять в людей уверенность, она влила бы в жилы Клемента силу бога.


предыдущая глава | Зерна граната | cледующая глава







Loading...