home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 5

Викаима покачнулась. Ледяной вихрь взметнулся вокруг тела, замораживая ее в беспомощное изваяние. Сандалия выпала из ослабевших пальцев, выбив глухой стук из камней под ногами. Мелькнули и пропали призрачные тени.

Грудь страшной тяжестью сдавили невидимые цепи, мешая вдохнуть… перед глазами снова закружилась мешанина цветных пятен. Как тогда, в храме… Но в прошлый раз не было режущей боли, от которой хотелось кричать. И она бы закричала, но из раскрытого рта вылетел только надрывный кашель.

Ноги больше не держали, и Викаима осела на нагретую солнцем брусчатку. Вокруг мягким облаком закружились белые хлопья. Туман успокаивал и навевал дрему, его прикосновения казались теплыми и уютными. Хотелось закрыть глаза и позволить затянуть себя насовсем. И она уже почти согласилась уйти в этот туман, когда чьи-то костлявые пальцы резко схватили ее под локоть и дернули вверх.

— А ну приди в себя! Это еще что за фокусы?!

Резкий окрик сопроводили несколько увесистых шлепков по щекам. Викаима вздрогнула и очнулась.

— Ты принадлежишь мне, — сухо процедил Ловец, сверля девушку бешеным взглядом. — Поняла? — и он снова встряхнул ее.

Викаима попыталась возразить, но снова закашлялась. Во рту появился неприятный солоноватый привкус. Девушка бессознательно отерла губы и недоуменно уставилась на красноватые следы на пальцах. Кровь?

— Ты больна? Что это? Чахотка?

— Нет… — на этот раз ей все-таки удалось ответить.

На плече Хеана завозилась шальра, издав стрекочущую трель. Девушка покосилась на птицу. Белая, как свежевыпавший снег, а глаза такие же красные, как у хозяина. Как у демонов Киренха. Но разве у демонов бывают теплые руки?

— Идем. Мы теряем время, — Ловец так резко разжал пальцы, что Викаима пошатнулась.

— Я иду, иду! — поспешно уверила девушка, очень стараясь не думать о возмутительности своего поведения. Если ее избрали, она должна достойно представить Храм! А не висеть на чужих руках в полуобморочном состоянии. Даже если она и в самом деле больна, необходимо собраться с силами.

— Обуться не забудь, — равнодушно посоветовал Ловец, подталкивая к ней оброненную сандалию.

Викаима еще не успела как следует затянуть ремешки, когда Хеан устроился на спине керреха и отпустил поводья. Ящер тронулся, постепенно ускоряя шаг. Уже совсем скоро девушке пришлось бежать, чтобы не отстать и не быть сбитой с ног странными созданиями с пустотой вместо глаз. Она не хотела верить, что когда-то эти высушенные мумии были людьми… В них больше не чувствовалось жизни — лишь пустая оболочка, неизвестно какими силами приведенная в движение.

Опустошенные бежали ровно и неутомимо, выбивая из сухой дороги облачка пыли. Пыль оседала в горле и скрипела на зубах, заставляя Викаиму отплевываться. В храме физическим тренировкам отводилось довольно значительное время, но все же скоро она начала уставать. Керрех двигался слишком быстро, а Ловец и не думал делать остановок.

Час, второй… Деревья по краям дороги сливались в зеленые пятна, утоптанный тракт казался бесконечным. Она смахнула со лба капельки пота, стараясь выровнять дыхание. Как же хотелось пить…

Викаима не заметила, как небо заволокли низкие тучи, спрятавшие солнце. Тяжелая холодная капля упала прямо на нос, вынудив девушку чихнуть. Слабое накрапывание стремительно переросло в сплошную стену ливня. Ледяные струи неприятно знобили, забираясь под широкий воротник, а вскоре и вовсе насквозь промочили тонкую мантию.

Непогоде потребовалось совсем немного времени, чтобы превратить удобную дорогу в вязкое болото. Девушка успела вымазаться в грязи с головы до ног, прежде чем Хеан соизволил устроить привал.

Самого Ловца дождь не затронул. Капли окутывали белую фигуру полупрозрачным плащом, но не могли пробраться внутрь.

Девушка зябко передернула плечами. Опустошенные сбились кучей возле посверкивающего зеркальной чешуей ящера, то неподвижно замирая, то начиная едва заметно покачиваться из стороны в сторону. Они ничего не говорили, но Викаиме чудилось, что от них исходит тихий гул.

— Опаздываем, — пробормотал Хеан, неприязненно косясь на разбушевавшееся небо. — Переход закроют. Жаль. — Он порылся в висящей на боку сумке и вытащил маленькое зеркало. С некоторым удивлением Викаима смотрела, как Ловец положил зеркало на плоский камень и наступил на него сапогом. С тонким звоном хрупкое стекло раскололось на множество мелких кусочков.

Хеан наклонился, небрежным движением собрал их и с силой сжал пальцы. На землю упало несколько капель крови.

Ловец подошел к безмолвно стоявшим опустошенным. Привычными, слегка небрежными движениями нарисовал на лбу каждого сложный символ. Кровь, попадая на мертвую плоть, вспыхивала черными огоньками, взгрызаясь раскаленным клеймом.

Закончив с опустошенными, Хеан обернулся.

— Подойди сюда. Твоя очередь.

Викаима с откровенной опаской покосилась на прожженные в ссохшейся коже линии.

— Это навсегда?

— У меня нет настроения для лекций.

Девушка не заметила, как он переместился, оказавшись вплотную к ней. Она попыталась отстраниться, но не смогла. Тело налилось свинцовой тяжестью, а кожу на лбу опалил огонь.

Закончив последний рисунок, Ловец раскрыл ладонь и подбросил окровавленные осколки вверх. Испачканное стекло полыхнуло белыми огоньками и зависло в воздухе, медленно раскручиваясь вокруг невидимой оси. Из центра фигуры потянуло холодом. Капельки дождя, проходя через осколки, застывали ледяной крошкой и присоединялись к разраставшейся плавной круговерти.

Шар из белого крошева сдвинулся в сторону и опустился, нижним краем задевая землю. Там, где льдинки касались травы, она замирала сосульками, покрываясь тонкой изморозью. Шар завертелся быстрее, внутри, словно тлеющие огоньки свечей, начали разгораться голубоватые искры. Постепенно их сияние нарастало, становясь слишком ярким для глаз. Викаима хотела отвернуться, но тело все еще не слушалось ее. Даже закрыть глаза она не могла. Девушка стояла и беспомощно смотрела на пылающие огоньки в белом хороводе, а из ослепленных глаз текли непрошеные слезы.

В тот миг, когда свечение стало почти невыносимым, шар начал погружаться в землю, разрывая ее ледяными осколками.

Зашелестела трава, заходила волнами, словно неспокойное море. Вокруг ног опустошенных инеем зазмеились древние руны. Что-то хлюпнуло, шар опустился еще глубже — и мертвые тоже начали проваливаться под землю, медленно, словно что-то в глубине засасывало их. Викаима вздрогнула, когда ощутила под ногами шевеление. По коже пронеслась волна холода, и девушка в ужасе почувствовала, что тоже начинает погружаться в землю, словно хоронимая заживо. Она пыталась вырваться, убежать из цепких пут ледяной магии… Тщетно…

Влажная земля шевелилась уже у ее горла, затягивая свою пленницу все глубже и глубже. Достигла носа, залепила глаза… И обратилась в пыль, без следа развеянную ледяным ветром.

— Живая? — Чья-то рука бесцеремонно рванула ее за волосы, заставив тихонько ойкнуть.

Ее окружило несколько Ловцов, закутанных в темные плащи. Капюшоны у большинства были откинуты, позволяя видеть наголо обритые головы, украшенные у левого виска сложной татуировкой: пять сплетенных воедино рун.

— Действительно, живая. — Один из Ловцов шагнул ближе, склонившись прямо к ее лицу. Викаима невольно вздрогнула, желая отодвинуться, но тот, кто держал ее за волосы, оказался сильнее.

— Пустите! — выдавила она пересохшими губами. — Я — помощница Одиннадцатого!

— Помощница?! — Ловцы расхохотались. От их холодного, мертвого смеха у девушки по спине поползли мурашки.

— Пустите… — еще менее уверенно попросила она. — Мне больно.

— Это забавно… — ухмыльнулся один из Ловцов. — Хеан всегда умел выбирать.

— Что тут забавного? — в душе полыхнул огонек злости, прорываясь сквозь страх.

— Твоя боль. Твои эмоции, — Ловец ухмыльнулся снова, еще злее. — Твоя жизнь. Мы не можем взять твою душу, но почему бы не воспользоваться всем остальным? — Он вытащил из-за пояса тонкий кинжал с темным, почти черным лезвием, и поднес к носу Викаимы. — Как думаешь, с чего бы мне начать? — Острие царапнуло кожу, рождая слабый всплеск боли.

— В-вы сошли с ума… — в панике выдавила девушка. Мысли метались вспугнутыми тенями. — Я же должна помочь с барьером!

— А ты и поможешь. — Лезвие скользнуло по носу, переместилось на щеку, оставляя за собой тонкую царапину, быстро набухавшую кровью. — Твоя смерть будет весьма кстати.

— Вам запрещено убивать! — она неловко дернулась, пытаясь уклониться от кинжала, но только оцарапалась еще глубже. Оставленный на коже след ощущался огненной нитью.

Ловцы расхохотались — на этот раз нестройно и вразнобой.

— Ты уже мертва! — Кинжал пробежал по шее, уколол в ключицу, вспорол мантию на груди. Замер напротив сердца. — Часом раньше, часом позже…

В воздухе позади Ловца взвился ледяной вихрь и рассыпался на льдинки, выпуская белый силуэт.

— О, а вот и Хеан. — Ее мучитель и не подумал убрать клинок, но в голосе его отразилось легкое разочарование.

Одиннадцатый окинул происходящее бесстрастным взором и едва заметно передернул плечами.

— Оставь ее. У нас и так мало времени, чтобы тратить его на игры.

— Ты не хочешь поменяться? — бритоголовый не торопился убирать кинжал. — Мои еще живы…

Хеан презрительно изогнул уголок рта, шагнул ближе и отцепил чужие пальцы от волос девушки.

— Любопытная шутка, — фыркнул он. — Что-то не припомню, чтобы я занимался благотворительностью. Опусти свою булавку.

— Я тоже сумел подобрать несколько любопытных экземпляров, — бритоголовый лениво провел лезвием вверх-вниз, оставляя еще одну кровоточащую царапину. — Может, посмотришь?

— Нет.

— Ты недружелюбен, Хеан. — Легкий вздох, и кинжал вернулся в ножны на поясе. — Смотри, как бы тебе это не вышло боком. Наша сила — в единстве.

— Ваша — да. Поодиночке вы вообще ничего не стоите, — Хеан оттолкнул Викаиму в сторону, выбрасывая из круга Ловцов.

Девушка нервно втянула воздух, стараясь успокоиться. Происходящее начинало напоминать какой-то кошмарный сон. Чем она должна помочь Одиннадцатому? Император не затруднил себя какими-либо пояснениями… Викаиме тогда подумалось, что Ловцам потребуется помощь Герлены. Теперь… теперь она была уже далеко в этом не уверена.

Она еще раз глубоко вдохнула. Нет, случившееся наверняка просто недоразумение. Все знают, что у Ловцов скверный характер… Возможно, они так пошутили? Викаима стянула на груди порванную мантию. Пальцы задели за свежие царапины, отозвавшиеся болезненными уколами. Странно, ей казалось, что кинжал едва коснулся кожи…

Девушка встряхнула головой и приказала себе не думать об этом. Лучше осмотреться, пока Ловцы заняты разговорами.

Лес вокруг почти не отличался от того, где она провалилась под землю. Кажется, здесь тоже недавно прошла гроза: на листьях трепетали прозрачные капли, изредка срывавшиеся на мокрую траву. Но в том, прошлом лесу не было широкой полосы сухостоя, простиравшейся на север. Между живым и мертвым лесом практически отсутствовал переход — словно Герлена по какой-то своей прихоти просто провела линию по земле, лишив то, что осталось за чертой, своей милости.

От сухостоя пахло смертью. Как руки молящих о пощаде, рвались к небу лишенные листвы кривые ветки. Голые стволы опутывали серебристые нити паутины, будто истлевший подвенечный наряд. Темными призраками между деревьев мелькали тени. Иногда они замирали, и Викаима замечала, как горят раскаленными угольками их глаза.

— Не стоит слишком пристально вглядываться в Бездну, — раздался над ее ухом спокойный голос Хеана.

Девушка отвернулась, но не смогла сдержать вопрос:

— Почему?

Одиннадцатый нехорошо усмехнулся.

— Потому что ты можешь ее заинтересовать.

Викаима старательно уставилась на траву под ногами.

— Хорошо, я не буду. — Если бы девушка не была так напугана, непременно бы попросила уточнений, но сегодня даже ее неуемное любопытство дало сбой. И Викаима только поплотнее стянула порванную мантию.

— Всегда бы так, — сухо одобрил Ловец.

Девушка поежилась, заставляя себя сосредоточиться на изучении травинок. Ей так хотелось побыстрее вернуться в храм! Подумать только, еще вчера его ежедневный распорядок казался таким рутинным…

— Да, но я же должна вам помочь! А чем? — она непроизвольно подняла взгляд и тут же пожалела об этом, встретившись с пугающе-алыми глазами Хеана. Он поморщился.

— Просто не мешай. Сейчас мы закончим подготовительные ритуалы… — он махнул рукой в сторону. Викаима проследила за жестом и вздрогнула. Там, скованные длинной цепью, стояли люди.

— Кто это?

— Жертвы, — безразлично пояснил Хеан.

Группа Ловцов распалась — девять из них отошли в сторону, оставляя подле закованных лишь одного. Викаиме показалось, что это был тот самый, кто оцарапал ее кинжалом. Отцепив от седла своего ящера длинный посох, он начал обходить людей по кругу, процарапывая в мокрой земле рваный след. Трава вокруг линии жухла, скукоживаясь черными завитками. Шальра то взмывала с плеча Ловца, то опускалась обратно, издавая неприятный клекот, чем-то напоминающий песню.

— Что он делает? — с трудом преодолевая накатившее оцепенение, спросила Викаима.

— Заткнисссь! — прошипел Хеан, не отрывая взгляда от проводимой церемонии. Пальцы его с силой сдавили плечо девушки. Викаима с трудом подавила болезненный вздох.

Бритоголовый тем временем замкнул рисунок. Из начерченных царапин поползли тонкие белые нити, распространявшие слабое мерцание. Нити медленно придвигались к сбившимся в кучу людям, оставляя за собой на траве липкие полосы. Коснулись ног и взметнулись по телам вверх, обвивая пленников серебристым коконом.

Звякнули кандалы, осыпаясь вниз бесполезной мелкой крошкой. Но люди попрежнему не шевелились, застыв неподвижными онемевшими статуями. Только в глазах у них плескался страх.

Ловец вытащил клинок. Темное лезвие стало чернее ночи, острие мелко подрагивало в воздухе. Ловец шагнул к ближайшему пленнику и стремительным, отточенным ударом вспорол его тело от живота до самого горла. Резко пахнуло кровью…

Викаима обмерла. Этого не может быть! Просто не может!

Ей хотелось заорать, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип. Она дернулась, желая подбежать к бритоголовому, остановить его… Но пальцы Хеана сдавливали плечо не хуже тисков палача, а черный тем временем уже перешел ко второму человеку, третьему… Он убивал пленных, а они продолжали стоять, удерживаемые белесыми нитями и истекая кровью, с медленно стекленеющим взглядом. Не было ни крика, ни стона — мертвую тишину разрывал лишь шорох крыльев шальры.

Викаима медленно, преодолевая непонятное сопротивление, обернулась к Хеану. Сердце глухо стукнуло и застыло от ужаса. На лице Ловца, пристально следящего за происходящим, отражалось лишь смешанное с завистью наслаждение. Он хотел шагнуть вперед, коснуться окровавленных тел, поймать последний вздох умирающего…

И словно лопнула сдерживавшая ее нить. Девушка глухо взвизгнула и шарахнулась в сторону, разрывая хватку костлявых пальцев. Прочь, прочь… Сдвинулись навстречу окутанные паутиной деревья, лицо окатила волна холода. Перед глазами заплясали тени, рассыпая огненные искры… Она бежала, не разбирая дороги — лишь бы оказаться подальше от кровавой бойни… Дальше, еще дальше… Под ноги подвернулся выползший из земли корень. Викаима споткнулась и кубарем полетела вперед, оставляя на колючем кустарнике обрывки одежды… Она едва успела заметить полупрозрачную радужную пленку перед собой, а в следующий миг ее тело уже катилось вниз по крутому каменистому склону… От очередного удара потемнело в глазах и она, наконец, провалилась в ничто — спасительное и безопасное.


ГЛАВА 4 | Пепел сгорающих душ | ГЛАВА 6