home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



Глава 5

Цветная ширма

Я сидела на трамвайной остановке. Иногда человеку нужно побыть одному, а у нас в детдоме обязательно к тебе кто-нибудь подсядет — куда бы ты ни ткнулся. Например, есть скамейки перед крыльцом — так там только сядь, сразу кто-то окажется рядом и полезет с разговорами. И только трамвайная остановка — это место, где тебя не потревожат.

Такой у нас обычай. Иногда приходят люди из домов, что за пустырем, но эти люди не считаются, их можно не замечать. Они просто ждут трамвая, говорят друг с другом о своем, на тебя не смотрят. Приходит трамвай, и они уезжают по своим делам.

Трамвай подошел, из него вылезли три человека, одна из них была Александра Евгеньевна. Она не знала про наш обычай, поэтому не прошла мимо меня молча, а подошла и села рядом.

— Скажи-ка, Маргарита, ты когда-нибудь видела кукольный театр?

— По телевизору, может, а что?

Я вдруг поняла, что никогда не видела кукольного театра живьем. Наших возили в театр, но только малышей — первые-вторые классы, а я уже была взрослая.

Было время, когда я тоже училась в первом классе. Но тогда я жила в деревне, а в деревне никаких театров нет. У нас дома даже телевизора — и того не было.

— У меня к тебе просьба, — продолжала Александра Евгеньевна. — Я организовала для ваших детей поход в кукольный театр. Поведу своих детей тоже. И я хочу, чтобы и ты с нами пошла.

— Зачем? — удивилась я.

— Будет сказка про Крошечку-хаврошечку, кажется. Но мне просто нужно, чтоб ты увидела кукольный театр. Ты потом поймешь, почему.

Вот еще какие-то тайны.

Впрочем, почему бы не сходить в театр — все развлечение. Еще я радовалась, что увижу детей Александры Евгеньевны. Я люблю маленьких, а маленьких у нее четверо. Лешик, Сашик, Жека и Митя. И еще двое детей уже выросли совсем взрослые.

Лешику как раз недавно, в середине апреля, исполнилось восемь лет, а Митьке два года. Больше всех я люблю Митьку, его так классно таскать на руках, он тяжелый, теплый и щекастый. Митька еще совсем плохо говорит, но всем улыбается, когда Александра Евгеньевна приводит его с собой в детдом.

Иногда я думала: хорошо, если б именно она была моя мама. Но я понимала, что у нее и так уже очень много детей.

Только я бы помогала ей с мальчишками, все бы делала по дому, она бы могла целыми днями отдыхать.

Но я бы скорее умерла, чем сказала Александре Евгеньевне, о чем я иногда мечтаю.

В театре наши дети вели себя как стадо обезьян. Они орали, визжали, везде лазили, но почему-то их никто там не ругал. Вышел высокий толстый дядька и сказал:

— Тихо, мирные народы! Я проведу для вас экскурсию по театру, и все вопросы…

…Я подумала, сейчас скажет: «Задавать после экскурсии, подняв руку и спросив разрешения». Но он сказал:

— …задавать сразу, как только они возникли. Но! По очереди! А то я вас не услышу.

Нам показали фойе, рассказали, как театр ремонтировали после войны, потом провели в зал и на сцену, объяснили, что такое декорации и кулисы.

— А вот за кулисы я вас поведу после спектакля. Потому что сейчас наши артисты готовятся к выступлению и очень волнуются, не надо им мешать.

Мне стало смешно: это же кукольный театр. Как это куклы могут волноваться?

— Куклы тоже могут волноваться, — грустно сказал толстый дядька. — Но, кроме кукол, у нас есть еще артисты-люди. Вот они волнуются сильнее всех. Давайте-ка в зал, на свои места.

После спектакля всех детей спрашивали: что им больше всего понравилось?

Все отвечали разное: кому-то Крошечка-хаврошечка, кому-то добрая корова, кому-то музыка, кому-то пирожки в антракте.

— А тебе что понравилось? — тихо спросила меня Александра Евгеньевна.

Я пожала плечами. Глупо было отвечать, что мне понравился театр вообще. Мне понравилось, что в фойе свисают со стен цветные лоскуты шелка, что в зале цветные фонарики, а на сцене стоит яркая разноцветная ширма. Когда нас повели за кулисы, я подошла поближе к этой ширме и поколупала ее ногтем. Она была частично покрашена краской, а частично оклеена кусочками цветной бумаги и ткани — бархатными, ситцевыми лоскутами, даже кружевом.

Это было сделано очень просто. Мне кажется, даже я так смогла бы. Но это было очень красиво. И как-то радостно. Я смотрела вокруг — на фонарики, на ширму эту, и мне хотелось смеяться.

Когда мы ехали домой, я спросила Александру Евгеньевну:

— А зачем все же вы хотели, чтоб я пошла с малышами в этот театр?

— Ну… Человек должен знать, что такое кукольный театр, правда? В цирк вас водили. В ТЮЗ — водили. В оперу-балет всякую попозже пойдете. Классе в десятом. А вот с кукольным театром ты пролетела, и мне было это обидно.

Я тогда подумала, что я не единственная семиклассница в детдоме, которая не видела кукольного театра. Но на это Александра Евгеньевна сказала мне загадочно:

— Есть еще одна причина — ты поймешь потом, пока я не буду тебе ничего говорить.

И вот сегодня тайна раскрылась. Мне пришло еще одно письмо. Оно было отпечатано на принтере — его получила Александра Евгеньевна по электронной почте и распечатала для меня.

Сначала там все было как обычно.

Звали мою новую знакомую Лида. Она жила в Подмосковье. У нее был муж Степан, двое сыновей — Антон и Матвей, голая кошка по имени Зю, шиншилла по имени Варечка, две собаки — домашняя такса Нора и дворняжка Марта, живущая во дворе в будке.

В первом письме было три особенных вещи. Во-первых, фотографии всей семьи вместе и по отдельности. Всей — включая Зю, Варечку, Нору и Марту.

Во-вторых, там были сфотографированы все помещения дома, в котором они жили.

— Под Москвой есть такие старые дачи, бывают двухэтажные, с кучей пристроек по всем сторонам. Здесь у нас дача — это маленькая халупка и огород. А там огорода может вовсе не быть — просто старый дом, стоящий в поселке. Часто под соснами, где-нибудь в старом лесу… В таких домах люди не отдыхают летом, а живут круглый год. Твоя Лида как раз в таком живет, — объяснила мне Александра Евгеньевна. Откуда-то она знала подробности.

— Эта ваша знакомая? — спросила я.

— Вообще-то нет. Просто она написала еще одно письмо, мне.

— И что там было?

— Но это же мне письмо, — усмехнулась Александра Евгеньевна.

В-третьих, в письме почему-то подробно рассказывалось, как в их семье появились каждое из животных. А про детей Лида ничего не писала. Просто было написано, что Антону семь лет, а Матвею три года.

Кошку Зю Лида забрала от подруги. Подруга совершенно неожиданно собралась разводиться с мужем и уезжать в другой город, и искала, кому бы пристроить свою кошку.

«Степан терпеть не может кошек, но Зю нам пришлось забрать», — писала Лида.

Варечка появилась потому, что однажды в магазине Лида потрогала шиншилловый палантин.

«И я сказала, что это самое прекрасное ощущение в моей жизни. Я хочу трогать такое каждый день. Назавтра Степан принес мне клетку с шиншиллой».

Нору Степан подарил Лиде на день рождения.

«Мне исполнялось сорок лет, и я сказала: хочу еще одного маленького ребеночка — или собачку. „Собачку“, — ответил мне Степан».

А Марту они нашли в лесу.

«Однажды в марте мы гуляли со Степаном по лесу и вдруг услышали какой-то писк. Это оказался выкинутый в овражек за нашими домами месячный щенок-дворняга. Он уже замерзал там, хотя и сидел на проталине».

Я смеялась, представляя всю эту ораву животных в доме. И мне очень хотелось потрогать шиншиллу — что в ней такого особенно прекрасного?

Было еще четвертое необыкновенное. Чего не было ни в одном письме ни от одного человека до этого.

Лида писала:

«Маргарита, я хочу забрать тебя к нам. Если ты сама этого захочешь. Я собираю на тебя документы. Все будет готово через месяц. За этот месяц ты должна решить, хочешь ли ты поехать в нашу семью».

Среди сфотографированных комнат дома под одной была подпись: «А тут, может быть, будешь жить ты. Если захочешь».

А при чем же тут кукольный театр?

Лида работала в кукольном театре. Актрисой. И ее муж там же — таким специальным кукольным мастером. Вот поэтому хитрая Александра Евгеньевна и повела меня в кукольный театр. Чтоб я представляла тот мир, в котором живет Лида.

Прочитав это письмо, я сказала Александре Евгеньевне:

— Вы должны все же хоть намекнуть мне, что она написала вам. Потому что мне она пишет… Что через месяц уже может забрать меня домой.

Александра Евгеньевна помолчала, вздохнула и ответила:

— Ну, в общем, она написала: «Мне нужна эта девочка».


Глава 4 Чужой бог | Три твоих имени | Глава 6 Куча-мала