home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



Глава 8

He ведая судьбы иной,

Чем шелком ткать узор цветной,

От мира скрылась за стеной

Волшебница Шалотт.

Альфред лорд Теннисон (перевод М. Виноградовой)

Меня никогда не интересовали всякие девчачьи штучки. Я не коллекционировала плюшевые игрушки и не слишком заботилась об одежде. Я никогда не делала маникюр, а волосы у меня всегда были одной длины. Мне лень их регулярно стричь и укладывать. Обычно я просто стягиваю их резинкой в конский хвост.

Но в день, когда состоялись матч и вечеринка у Уилла, я очень старалась выглядеть как можно лучше.

Не знаю почему. Я не рассчитывала, что Уилл может стать моим другом.

Даже если бы он им стал, не было никаких шансов, что я ему понравлюсь как девушка. Конечно, я заставила его смеяться, я сидела с ним рядом на камне в лесу и слушала его рассказ о проблемах с отцом.

Но Уилл вовсе не спешил посвящать меня в подробности их отношений. Я не стала, что называется, доверенным лицом. Я — просто забавная девчонка, которая встретилась у него на пути. И все-таки я определенно ему нравлюсь: на следующий же день после того, как он подарил мне розу, я получила от него сообщение по e-mail:

«Кавалье: Привет, надеюсь, сегодня все прошло хорошо и ты бежала быстро, как ветер».

Он не забыл. Я вчера лишь обмолвилась, что у меня сегодня будет квалификационный забег.

Друзья всегда так поступают. Они помнят друг о друге все. Это ничего не значит — одернула я себя. Ничего, кроме простой дружбы.

Я, разумеется, сразу же ответила:

«Тигра: И тебе привет! Меня приняли! Спасибо за поддержку».

«Кавалье: Видишь? Я же тебе говорил. Поздравляю. Теперь у команды есть шанс победить в соревнованиях штата, для разнообразия».

Такое иногда говорят друг другу друзья. Ведь друзья всегда поддерживают друг друга. Например, говорят «Привет!», когда встречаются в школьном коридоре на перемене (Уилл всегда так делает), или машут рукой, если встретятся на парковочной площадке. Так ведут себя друзья.

У Уилла полно друзей. В школе Авалон его любят все. Он невероятно популярен не только среди приятелей-спортсменов, но и среди не столь атлетически сложенных ребят. В пятницу нас всех собрали в спортивном зале на митинг для поднятия духа перед матчем с Броднеком. Когда в микрофоне прозвучало имя Уилла и он выбежал на площадку, раздался шквал аплодисментов. Все без исключения, даже первоклассники, скейтбордеры и панк-рокеры вскочили на ноги и устроили горячую овацию.

Уилл смутился и, поскольку овация никак не стихала, попросил микрофон у мистера Мортона, ведущего митинг (наш учитель не давал угаснуть всеобщему энтузиазму, заставляя всех выкрикивать один из самых уродских школьных девизов, которые я когда-либо слышала: «Экскалибур!»), и сказал:

— Спасибо большое, мы постараемся сделать все, что в наших силах, надеемся, все вы придете на матч, чтобы поддержать нас.

Рев, вызванный этими словами, был куда громче «Экскалибура!» мистера Мортона.

Уилл вернул микрофон мистеру Мортону, и его взгляд обратился ко мне, именно ко мне, сидящей среди всей этой толпы. Уилл подмигнул мне и улыбнулся. Я сказала себе, что так обычно поступают друзья. Но Лиз и Стейси, которые сидели рядом, подозрительно покосились на меня и хором спросили:

— Что это он?

— Мы — просто друзья, — поспешила объяснить я.

— Конечно, — проговорила Лиз. — Естественно, потому что Уилл и Дженифер…

— Пара, — закончила за нее Стейси.

— Точно, — сказала я. — Уилл и я… просто друзья.

— Вот бы мне такого горячего дружка, — заявила Стейси. — И симпатичного. И умненького. И такого забавного.

Лиз толкнула ее локтем.

— А как же я? Я тоже горячая, симпатичная, умненькая и забавная.

— Да, но мне не хочется целовать тебя, — категорично сказала Стейси.

Лиз вздохнула и снова посмотрела на Уилла, тот сидел на скамейке и разговаривал с ребятами из команды.

— Правда, — проговорила она, — если бы мы с Уиллом были друзьями, я бы сделала все, чтобы мы не оставались просто друзьями слишком долго.

— Удачно тебе посоревноваться с этой, — с сарказмом сказала Стейси.

Дженифер Голд исполняла на площадке серию задних сальто под ускоренную аранжировку песни «Что мне в тебе нравится», исполняемую школьным ансамблем. Коричневые от загара ножки мелькали, как лезвия ножниц. Всякий раз, когда Дженифер приземлялась, ее белокурая грива падала на плечи безупречными волнами.

— Ненавижу ее, — беззлобно сказала Лиз, и я была с ней солидарна.

Но я знала, что испытывать ненависть неправильно. Дженифер — неплохой человек. Все ее любят. Я не имею права ее ненавидеть. Конечно, Уилл доверился мне, даже розу подарил и пригласил на вечеринку.

Но мы только друзья.

Повторяя это снова и снова, я все-таки не смогла удержаться и нашла самую коротенькую юбочку в своем гардеробе, подвела глаза и даже воспользовалась муссом для укладки волос, готовясь к вечеринке после матча с Броднеком.

Я выбежала из дома и села в машину Стейси, которая взялась отвезти нас всех на игру. Увидев меня, девчонки завопили от восхищения, а Лиз спросила, буду ли я сидеть рядом с ними, если стала такой гламурной красоткой.

Я не обращала внимания на их поддразнивания — ведь это значит, что девчонки меня приняли. Это лучше, чем вежливое: «Ты прекрасно выглядишь, Элли».

Я никогда раньше не ходила на футбольные матчи. В старой школе мой брат Джефф играл в баскетбольной команде, и я несколько раз ходила за него болеть. Не для того, чтобы оказать ему сестринскую поддержку, просто Нэнси была от него без ума и тащила меня на эти игры за шиворот.

Поскольку среди футболистов предметов обожания у Нэнси не было, на футбол мы с ней не ходили.

Честно сказать, по-моему, я не слишком много потеряла.

Конечно, забавно сидеть на деревянных скамейках под вечерним небом и жевать попкорн.

Но сама игра оказалась скучной и почти недоступной моему пониманию. На игроках было надето столько всякого обмундирования, что узнать кого-то можно было, лишь прочитав имя на спине.

Наверное, я была единственной, кто скучал. Все остальные, включая Стейси и Лиз, были увлечены игрой и истерически кричали, когда наша команда забивала гол или пропускала мяч.

Лиз тщетно пыталась объяснить мне основные принципы игры. Уилл — мозг всей операции. Его друг Лэнс — защитник, его задача — прикрывать Уилла.

Футбольная команда школы Авалон была довольно сильной — в прошлом году она даже вышла в финал чемпионата штата.

Но, к сожалению, игра с Броднеком сложилась не так удачно, как все надеялись. К перерыву между таймами мы проигрывали, и многие зрители бурно обсуждали это.

Признаюсь, мне было не особенно важно, выиграем мы или нет. Я вообще не слишком внимательно наблюдала за матчем. В основном я смотрела на Уилла. В узеньких белых шортах он выглядел просто потрясающе! Бегал за мл чом, отдавал команды игрокам — настоящий капитан!

Я ничего не сказала ни Лиз, ни Стейси о том, что влюбилась в Уилла. Я знала, если признаюсь, что хочу гораздо большего, чем просто дружбы, они начнут меня жалеть: вот, мол, какая дурочка, умудрилась влюбиться в самого популярного мальчика в школе, который, ко всему прочему, встречается с Дженифер Голд.

Они думали, что что-то происходит между мной и Лэнсом (это не так), и толкали меня локтями всякий раз, когда мистер Мортон (он вел не только митинг, но и саму игру) выкрикивал в громкоговоритель его имя.


Я не стала их разубеждать. Пусть так и думают — мне же проще.

В перерыве мне стало так скучно, что я добровольно согласилась сходить за хот-догами и, уже подходя к буфету, вдруг услышала, что кто-то зовет меня по имени.

Я обернулась и очень удивилась, когда увидела мистера Мортона, вышедшего из комментаторской будки.

— Здравствуйте, мистер Мортон, — сказала я. Интересно, зачем я ему понадобилась?

— Элейн, — проговорил он строго. Он был британцем, и в его устах мое имя звучало еще старомоднее, точно так же, как слово «Экскалибур», Которое он так любит повторять.

По голосу мистера Мортона я догадалась, что у меня неприятности. Какие именно, я понятия но имела.

Я прочел ваш план, — продолжил мистер Мортон.

— О, — ответила я, успокоившись, что это вовсе не неприятности. Я не унаследовала от папы близорукости и его манеры бегать по принципу "тише едешь — дальше будешь", зато мои способности к исследованиям явно от него, а от мамы мне достался недюжинный организаторский талант. Никто лучше меня не может написать такого рода работу. Я всегда получала за них только лучшие оценки. Значит, мистер Мортон просто решил похвалить меня за блестящий предварительный план по докладу о поэме «Леди Шалотт».

Однако оказалось, что он совсем не за этим меня остановил. Ему не понравилась моя работа, Ни чуточки.

— Я, — сказал он все тем же строгим тоном, — дал вам совершенно другое задание.

Несколько секунд я не могла понять, что он имеет в виду. Потом сообразила:

— Да, вы правы! Простите. Просто я уже читала «Беовульфа». — Мне показалось, что это лучше, чем сказать правду и признаться, что я ненавижу эту книгу. Учителей литературы разве разберешь? Такие признания могут их вывести из себя. — Мы просто поменялись темами. Разве так нельзя? Мне никто не говорил.

Мистер Мортон нахмурился. Я поставила его в тупик. Я не помнила, чтобы он запрещал нам меняться темами.

Оказывается, было кое-что еще, что его рассердило.

— Вы работали над планом вместе с напарником?

— С напарником?

Я вспомнила. Лэнс. Конечно.

— Да, — стиснув зубы, соврала я. — Он помогал мне собирать материалы.

— Очень сомневаюсь, — сказал мистер Мортон. Он вышел из себя. Это я поняла по тому, как приподнялись его седые брови.

— Я неспроста дал задание написать этот доклад в соавторстве с партнером, — сурово сказал он.

— Простите. — Мне стало стыдно. Учителя никогда на меня не сердились. Я всегда была примерной ученицей, и даже за рулем никогда не нарушала никаких правил. Почти никогда. — Я… мы… разделили работу. Я взялась написать план, а он будет выступать с докладом.

Но мистер Мортон на это не купился. Он сказал:

— Если я дал вам задание работать вместе с напарником, значит, вы должны работать вместе с напарником. Вы с Лэнсом должны быть вместе. Я не принимаю вашу работу.

Это меня потрясло — ни один учитель ни разу не возвращал моих письменных работ.

Мистер Мортон не заметил моего потрясения и продолжил:

— Утром в понедельник я хочу поговорить с нами обоими. Буду ждать вас и мистера Рейнольдса в моем классе. Будьте любезны передать ему это при встрече.

Я была крайне удивлена. Что происходит?

— Хорошо.

На самом деле ничего хорошего. Я была раздавлена. Откуда он узнал? Откуда он узнал, что Лэнс не работал со мной над планом?

— А где наши хот-доги? — поинтересовалась Лиз, когда я плюхнулась рядом с ней. Я так расстроилась из-за разговора с мистером Мортоном, что забыла их купить.

— Простите, — смутилась я. — Послушайте. — И я пересказала девчонкам наш разговор. — Представляете? Он и правда старый зануда, этот мистер Мортон, или мне показалось?

Вопрос был риторическим. Я была абсолютно уверена, что услышу в ответ:

— Конечно, зануда.

Но не услышала. Стейси лишь заметила:

— Не знаю. По-моему, все любят мистера Мортона.

— Да, — подтвердила Лиз. — Почти каждый год, с тех пор как я поступила в Авалон, ему присуждают звание лучшего учителя. И всем действительно нравится, когда он произносит наш девиз «Экскалибур!».

— Правда? — Мне что-то не верилось.

— Не понимаю, из-за чего ты так волнуешься, — сказала Стейси. — Он же просто приказал тебе проводить больше времени с парнем, в которого ты втюрилась. В чем трагедия-то?

Лиз весело засмеялась:

— Я бы все отдала, чтобы кто-нибудь приказал мне проводить больше времени с Лэнсом Рейнольдсом.

Я вжалась в скамейку. Им не нужно знать, что я не испытываю восторга от того, что мой партнер по заданию — Лэнс, так как по уши влюблена в его лучшего друга.

Я закрыла рот и не открывала его почти до самого конца игры…

Почти, потому что на последней четверти часа, когда счет был 20:18, произошло нечто очень странное. По крайней мере, для меня. Я была на футболе впервые, кто знает, может, такое и в порядке вещей.

Но я прекрасно видела, как это происходило, потому что это касалось Уилла. Уилл выкрикнул несколько цифр, и кто-то послал ему мяч. Он пробежал несколько метров, высматривая, кому пасовать.

Лэнс должен был следить, чтобы Уилла никто не сбил с ног. Но Уилла ударил, причем очень сильно, один из игроков команды соперника.

Увидев это, я ахнула, вскочила на ноги, высматривая, где же этот несчастный Лэнс. Он бежал от того места, где сидела Дженифер Голд.

Дженифер Голд? Что, интересно, он там делает, ведь Уилла ударили и отобрали мяч?


Я была не единственной, кого это потрясло. Тренер команды Авалона сердито шлепнул Лэнса по шлему. С трибун раздался свист, и парень, который толкнул Уилла, отбежал. Лэнс упал перед Уиллом на колени (Боже! Не дай ему умереть!), содрал с себя шлем и начал трясти Уилла, выкрикивая его имя.

Я наблюдала за происходящим, сердце билось где-то в горле. Пока Уилл, морщась от боли, медленно вставал, я не дышала.

Сделав судорожный вдох, я почувствовала, что ноги меня больше не держат, и опустилась на скамью.

Только сейчас я заметила, что Стейси и Лиз смотрят на меня, открыв рты.

Я покраснела и взмолилась, чтобы они этого не заметили.

— Надо же, не думала, что футбол — такая увлекательная игра, — неубедительно пробормотала я.

Через секунду, когда Уилл со смехом отмахнулся от извинений Лэнса, игра продолжилась.

Теперь никому не удавалось приблизиться к Уиллу и сбить его с ног. А что случилось с парнем из команды противника, который толкнул Уилла? При первом же удобном случае Лэнс пихнул его так сильно, что игру снова остановили и парня вынесли с поля на носилках.

Стало ясно: никому не удастся безнаказанно причинить вред Уиллу Вагнеру — его лучший друг Лэнс об этом позаботится.

Авалон все-таки победил с преимуществом в семь очков. Толпа неистовствовала.

Наступило время вечеринки.



Глава 7 | Школа Авалон | Глава 9