home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 6

— Мать вашу… — на большее моего внезапно поредевшего словарного запаса не хватило.

Нет, я, конечно, понимаю, что у судьбы шутки изощренные и удивлять она тоже ой как любит. Но чтобы так издеваться над моей бедной психикой! Она ведь, психика эта, не железная. Пусть тормозная, малость, и со странным чувством юмора, но точно не с прочностью вышеназванного металла. А тут, что ни пробуждение, то сказка. Злая такая сказка… не для слабонервных. То в гроте с факелами проснусь после заснеженной финской улицы, то в обществе натурального чертенка с "маниакальными" наклонностями, а теперь еще веселее — в подвешенном состоянии на круглом каменном столбе с прямоугольным основанием, которого едва касаются ступни! Руки связаны над головой, все тело в полупрозрачных путах, только ноги свободны. Зачем интересно? "Канкан" на небольшом выступе танцевать? Так я это на земле делать не умею, не говоря уже про столбы. Чудесная "постель", ничего не скажешь… Эх, в горле пересохло, а чай-кофе сюда, по-видимому, не полагаются. Прискорбно. Последнего удовольствия с утра пораньше лишили. Ну, или с вечера попозже. Судя по темному небу, холодному ветру и освещенной огнями площадке, по краям которой возвышаются три высоченных "дуры" с привязанными к ним девицами, уже дело к ночи идет. К ритуальной ночи с нашим непосредственным участием в этом безобразии. И что же у нас по программе? Дракон прилетит за ужином или еще какая бяка на горизонте нарисуется? Мммм… может, снова заснуть, пока не поздно, а?

Сон наотрез отказался возвращаться назад, что, в общем-то, меня не удивило. Я бы тоже сюда не вернулась, если бы каким-то чудом удалось сбежать. Однако веревки держали крепко, хоть и не резали кожу, а легкое платье едва прикрывало тело, позволяя настойчивым атакам ветра пробирать его до костей. Еще часик в таком режиме и дракону (или для кого там нас, как товар в витрине, вывесили?) придется закусывать свежезамороженным трупом. Одним уж точно. О морозоустойчивости сестер по несчастью ничего сказать не могу. Выглядят они при ночном освещении вполне живыми, одна даже всхлипывает потихоньку. А вторая… хм, улыбается. Ну, у каждого свой взгляд на вещи. А посмотреть есть на что, угу.

Прищурившись, я принялась внимательно изучать местность. Темно вокруг, из окружающего ландшафта — только какие-то бесформенные тени. То ли горы, то ли растительность, а может, и то и другое, не везде же черным ручейкам по каменной пустоши течь. Кто знает, куда нас проклятые четэри затащили? Зато площадка, ограниченная высоким бордюром из небольших валунов, просматривалась хорошо, так как по ее краям стройными рядами стояли плоские, точно блюдца, подставки, над которыми парили ярко-оранжевые огни. Они были словно приклеены к этим металлическим "держателям", и упорные попытки ветра поколебать их устойчивость, постоянно проваливались. Пламенные шары колыхались, сыпали искрами, но по-прежнему оставались на своих местах. Три ровных линии "магических светильников" вместе с камнями окружали небольшой участок земли, в плане напоминающий равносторонний треугольник, вершины которого как раз и венчали наши столбы. Расстояние между мной и каждой из девушек было метров десять примерно, возможно, чуть больше. Поэтому я прекрасно различала их лица, позы, одежду… два последних пункта не очень-то разнились с тем, что имелось у меня самой: белые платья с разрезами до бедер и декольте глубже некуда, ну и перекрещенные кольца веревок, вокруг женских фигурок, четко очерченных натянутой тканью. Брюнетка плакала, а рыжая продолжала восторженно улыбаться. Мне даже показалось сначала, что у нее мышцы лица от холода свело, ибо другой причины для такой неподходящей случаю мимики я никак не находила. С другой стороны, вдруг она сумасшедшая или жизнь до… до столба была для нее сущим адом. Не мне судить о правильности чужих эмоций. Черненькой вон как тошно, и я, если честно, тоже на гране нервного срыва, хоть и пытаюсь не падать духом. Авось и тут пронесет, как в храмовом саду Карнаэла. Чем черт не шутит? Кстати, о чертях… И где та рогатая сволочь, которую я видела последней перед этим незабываемым пробуждением?

В зоне видимости данный субъект не наблюдался. Либо сбыл меня с рук и прохлаждается в своих хоромах, либо где-то болтается за пределами освещенной территории. Признаться, я даже не знаю, какой из вариантов для меня был бы предпочтительней. Видеть красавца-четэри совершенно не хотелось, а вот встретиться с Арацельсом — очень даже. И желательно побыстрее, пока то чудо-юдо, для которого нас развесили, не заглянуло на огонек, чтобы проверить свой улов. Вон и стол посреди площадки стоит. Большой, круглый, с рисунком необычным по всей плоскости и с огненной подсветкой с земли. Только ножки у него коротковаты. Сантиметров тридцать, наверное. На глаз точнее не определишь, да и важно ли это в моем положении? Мне бы смыться отсюда скорее, а если не выйдет, то хотя бы прикрыться чем-нибудь от холода. Я, конечно, люблю ветер, но не когда на теле несколько полосок ткани по иронии судьбы названных платьем. И как назло связь с женихом слишком слабая: чувствую его присутствие где-то в Срединном мире (не близко, не далеко… просто здесь), знаю, что он жив и, по-видимому, здоров, ну а кроме этого — ничего. Ни стихов, ни элементарных слов поддержки. Или так и должно быть? А тогда в доме чернокожего похитителя мне всего лишь снился сон? Нет, но ведь была же приблудная волна возмущения и… Черт! Опять я не о том размышляю. Нет Хранителя, нет связи, нет четэри, зато есть две девицы. Так чего я, собственно, жду? Пора общение налаживать да сообща над выходом из бедственного положения думать. Еще бы знать, как беседу вести? Язык жестов ногами мне точно неизвестен. Хотя… жить захочешь и не такое выучишь, причем в ускоренном темпе.

— Эээ… здравствуйте! — заявила я для начала на едином, отчего удостоилась внимания пленниц, но не получила ни одного ответа. — Ду ю спик инглиш? Шпрехен зи дойч? — рыжая заинтересованно приподняла бровь, а темноволосая жалобно шмыгнула носом. Уже что-то. Вдруг одна из них с Земли? Как мы с Лилигрим. Карнаэл посетили, так почему бы нашим девкам не оказаться и в Преисподней? Меня же занесло сюда. Это Арацельс считает, что в шестом мире только хрупкие натуры обитают, по мне так весьма стойкий народ… попадается иногда. Я к примеру. Вишу себе на столбе, размышляю о всякой ерунде, и до сих пор сердечный приступ не заработала. Удивительно, но факт. — Может, русский кто знает? — моя новая попытка особой надежды на успех не питала, потому что обе девушки молчали, как рыбы. А я продолжала говорить… просто для того, чтобы не запутаться окончательно в собственных мыслях, а попытаться установить хоть какой-то контакт с такими же неудачницами, как и сама. — Что с финским? Или…

— Ситерэ*, - устало пробормотала брюнетка, покачала головой и снова заплакала. А секундой позже подала голос и вторая.

— Что ты хочешь, сестра? — медленно сказала она по-английски и снисходительно мне улыбнулась. Речь ее звучала понятно, но очень странно, будто каждое слово ей приходилось долго вспоминать. Сколько же эту особу тут держали, раз она успела забыть свой язык? Или не свой, а тот, который раньше знала. Может, ей мозги какой-нибудь магической гадостью промывали? А что, от рогато-хвостато-крылатой братии всего ожидать можно. Брррр… опять меня не в ту степь понесло. Нашла время для рассуждений. Девица-то заговорила!

— Выбраться отсюда, — честно призналась я.

— Глупая, — тоном гувернантки, успокаивающей неразумное дитя, произнесла рыжеволосая. — Ты должна гордиться оказанной тебе честью и принимать ее с радостью.

Уф, какие фразы она вспомнила, быстро память восстанавливается, однако. Еще бы интонации попроще использовала, и вообще бы хорошо стало, а то ощущение, что я здесь не на столбе замерзаю, а на проповеди сижу.

— И что за честь такая? — хотелось возразить собеседнице, но куда важнее было собрать побольше информации о происходящем, поэтому я задавила на корню свое несогласие с ее точкой зрения и продолжила диалог.

— Ты не знаешь? — мой вопрос ее удивил. Немного помолчав, она провозгласила, словно продекламировала хорошо заученную реплику: — Мы избранные! Наши души призовет к себе демон Безмирья. Это великая честь и неслыханная удача. Умереть в объятиях такого могущественного существа, — и мечтательно добавила, понизив голос: — Умереть во благо любимого хозяина.

В последнюю фразу я не очень-то врубилась, зато общий смысл поняла хорошо. Выходит, не дракона на поздний ужин ждем, а демона. Час от часу не легче! И жрать он будет не мясо наше, а души… ну-ну. Тоже перспектива малоприятная. Высосет эта тварь из нас эмоции, как те туманообразные существа в банках, которых мне Лили в Хранилище корагов показывала. И помрем мы в расцвете лет (я, по крайней мере) во имя какого-то гребаного хозяина. Кого она вообще имела в виду? Уж не своего ли рогатика, решившего обменять ее на что-то новенькое? Мда, я уже высказывала предположение, что девица с прибамбахом? Значит, повторюсь… с головой у нее точно не лады. И по закону подлости именно она знает английский. Лучше бы та притихшая страдалица со мной общалась. Она хоть вменяема. Вроде как…

— А если я не желаю подыхать из-за прихоти какого-то придурка, именующего себя хозяином? — слова слетели с губ раньше, чем я успела их обдумать.

Эх, и кто меня за язык тянул? Знала же, что фанатикам лучше не перечить. Так нет же! Не сдержалась. Рыжая одарила мою скромную персону презрительным взглядом (и куда только снисходительность и спокойствие подевались?), после чего разразилась гневной тирадой, большая часть которой произносилась отнюдь не на языке туманного Альбиона. Поэтому я понимала ее через раз, и то, что могла расшифровать, меня не вдохновляло. Ну, а кому понравится слушать, что ты тварь неблагодарная, Земное отродье, недостойное и мизинца своего благодетеля и покровителя… Прекрасного, необыкновенного, потрясающего… ну, и дальше в том же духе. Тут не то, что о побеге думать, тут уши бы прикрыть чем-нибудь, пока эта идиотка не собрала своими воплями всех демонов, драконов и чертей вместе взятых. Ну почему так не везет, а? И Хранитель мой не пойми где бродит. Он что, все ж таки решил отделаться от свадьбы посредством моих похорон? Не верю! Столько пережить из-за меня, и на последнем рывке сойти с дистанции — не в его это стиле. А вот опаздывать, похоже, в его. Появится — придушу. За моральный ущерб и прочие превратности судьбы. Хм, что-то я повторяюсь. Или это желание уже навязчивой идеей становится? Тяга "обнять" сильную мужскую шею в стрессовой ситуации. И покрепче, покрепче… можно с применением подручных средств типа веревки или чего-нибудь похожего, обнять так чтоб позвонки затрещали, да глаза из орбит выкатились. И откуда, скажите на милость, в "хрупкой натуре" из шестого мира такая кровожадность взялась? Явно подкинули вместе с проблемами. Ох, ладно… не Арацельса вина, что я во все это вляпалась. Так что и шею следует другую душить. Добраться бы только до нее…

— Аааа… да заткните же кто-нибудь эту рыжую дуру! — взвыла я, на мгновение прикрыв глаза, будто это могло избавить мои уши от звуков.

Как ни странно, ее заткнули. И почему меня сей момент не обрадовал? Может, потому, что замолчать данная особа соизволила только после появления на освещенной площадке троицы четэри, облаченных в сияющие доспехи цвета утренней лазури?

Высокие, статные, сильные существа… Они вынырнули из темноты и без особой спешки перешагнули выложенную камнями черту. Где болтались до этого времени, история умалчивала. Но явно не без дела, судя по зажатой в руках одного из них чаше, из которой рваными кусками вырывался зеленый пар. Бурный водопад разноязычных слов застрял в горле у громкоголосой фурии, она так и замерла с приоткрытым ртом, глядя на центральную фигуру, поднявшую руку в предупреждающем жесте. Сколько властности было в его движениях, сколько уверенности… не будь я в этой ситуации в роли овцы на заклание, непременно прониклась бы и полюбовалась. А так только зло зубами скрипнула. Тоже мне, хозяин жизни… чужой жизни! Чтоб тебя твой обожаемый демон покусал прежде, чем нами отужинает. Или что там рыжая говорила он сделать собирается? Заключить в смертельные объятия? Оооо, это, судя по поведению ночных сущностей Хранителей, демоны умеют. Если, конечно, кораги и то, что должно явиться сюда, одного поля ягоды.

Двое направились к столу, а тот, что утихомирил девицу, остался на месте. Я не видела лица этого мужчины из-за маски, тело скрывали одежда и латы, зато у меня была прекрасная возможность изучить длинный стрельчатый хвост темно-красного цвета, так как его владелец стоял в пол оборота ко мне и смотрел в упор на нарушительницу тишины, никем больше не интересуясь. Она молчала, ее грудь высоко вздымалась, а по некогда гневной физиономии расползалось благоговейное выражение, подкрашенное смущенным румянцем, и… все та же восторженная улыбка. Так, похоже, это и есть ее обожаемый хозяин, ради которого она к демону в пасть готова добровольно залезть. Не от большого ума, конечно. Скорее уж от хорошей промывки мозгов. Хотя, если присмотреться к выражению ее глаз, эта глупая красотка безнадежно влюблена в своего рогатого козла. Ыыы, ну до чего же бабы дуры! За милого в огонь, воду и к демону на трапезу в качестве аппетитного блюда. Видать, от столь жарких чувств последние мозги спеклись, спалив дотла инстинкт самосохранения. Идиотка! Неужели эта груда мускулов с крыльями за спиной того стоит?

Четэри приблизился к рыжеволосой и коснулся правой рукой ее щеки, девушка (ну, внешне она уж точно выглядела молодо) блаженно прикрыла глаза и что-то нежно мурлыкнула, реагируя на скупую ласку. Он ответил ей в том же тоне, затем поправил разметавшиеся по плечам косы с вплетенными в них серебристыми лентами, словно невзначай провел по тугим кольцам веревок, проверяя их прочность и, бросив на прощанье короткую фразу непонятного мне значения, отошел к своим спутникам, которые, не обращая никакого внимания на них (да и на нас с брюнеткой тоже), заливали густой жидкостью борозды прочерченного на столе рисунка. Испускающая пар масса шипела и пузырилась, нехотя растекаясь по темным провалам в камне. Когда процесс подошел к своему завершению, круглая плита на коротких ножках сияла зеленым узором смутно знакомого очертания.

И что это за художество? Пентаграмма какая-то магическая? Нутром чую — она. И нутру такие ощущения совершенно не нравятся. Даже холод на задний план отступил в сравнении с неприятно сжавшимся сердцем и медленно нарастающим приступом тошноты. От страха это. И трясет меня от него родимого. Хоть и стараюсь списать все на происки противного ветра. Сколько не храбрись, а приближение часа Х не оттянешь. Эх… Почему-то дико хочется есть, еще больше пить, и просто непреодолимо — взвыть. Так, спокойно, спокойно… все будет хорошо, обязательно будет. Лишь бы Хранитель мой ненаглядный успел вовремя. Если вытащит меня отсюда, я его буду всю оставшуюся жизнь кормить эмоциями, предварительно накрутив их до предела, чтоб "питание" сытнее было. И шерсть его рыжую чесать стану, и… да все что угодно! Только пусть придет. А лучше со Смертью вместе. Они же… они же маги, в конце-то концов! Значит, должны уметь телепортироваться, или еще как-нибудь быстро перемещаться. Должны, угу. Ох, и кого я пытаюсь обнадежить? Саму себя, что ли? Неблагодарное занятие.

Закончив с преображением стола в ритуальный объект, четэри направились к нам. Трое мужчин в одинаковых доспехах и с разного цвета хвостами. Несложно догадаться, что ко мне подошел именно чернокожий. Как пить дать, та самая морда рогатая, что похитила меня днем. И я еще им восхищалась? Урод он, и точка! Однако мое мнение по поводу внешнего (и морального) облика данного субъекта его не сильно волновало. Ни хмурый взгляд, ни злобное шипение его не впечатлили. То есть абсолютно. Непроницаемая маска, отточенные движения… Пришел, взял за подбородок, повертел мою голову, будто примеряясь и… сделал аккуратный надрез на шее. Я поняла это только когда почувствовала боль. Слишком уж быстро все произошло. Откуда взялось проклятое лезвие, даже гадать не стоит. Я отлично помню, как эти господа сражаются. У них ножи и диски с такой скоростью в руках появляются, что невооруженным глазом уловить невозможно. Вот и сейчас, блеснув возле моего лица, опасный металл исчез из виду, растаяв в плавном движении когтистых пальцев. Он снял перчатку, чтобы выпачкать свою ладонь моей кровью. Черт! Ненавижу подобные выходки, и когда кровь моя стекает по коже я тоже… ненавижу! Тошнота усилилась, желудок скрутило. Этак хвостатый "хозяин" еще кое в чем измажется, если сейчас же не отвалит на безопасное расстояние. И угрызений совести я испытывать не буду.

Четэри, к сожалению, отступил и прямо у меня на глазах проделал похожую процедуру с собственной шеей, предварительно отогнув край одежды. Я сглотнула и непроизвольно поморщилась, когда его рука стерла блестящий след только что пущенной крови. Черная ночь, красные всполохи пламени… Черно-красные разводы на его ладони. Зачем?

Загадка и выеденного яйца не стоила. Мужчины, вернувшись к "столу", окружили его с трех сторон. Причем каждый остановился напротив одной из нас и, встав на колени, прижал окровавленную руку к каменной поверхности. Они что-то негромко говорили… Красивые голоса, завораживающие и от того еще более жуткие. Я не понимала слов, но отлично осознавала смысл происходящего. В висках застучало, в душе похолодело, а на тело тяжелым грузом навалилась усталость. Словно в тумане я поняла, что не чувствую больше боли. Неужели рана чудесным образом затянулась? Вероятно. Однако липкий след излившейся крови неприятно холодил кожу, продолжая напоминать о случившемся. Меня передернуло, плечи содрогнулись и, словно отрезвляя, в лицо ударил сильный порыв холодного ветра. А потом…

Обрывки странного пара поднимались все выше, они постепенно закручивались в клубок, разрастались и… наконец, взорвались ослепительной вспышкой. На миг окружающее пространство осветилось так ярко, что даже в закрытых глазах появилась неприятная резь. А когда я вновь отважилась поднять веки, на месте пропавшего пара висела огромная ярко-синяя туча. Она шевелилась и мигала молниями, словно живое, неподвластное человеческому пониманию существо, пойманное в ловушку пентаграммы. Неужели это и есть обещанный демон?

Зародившийся в глубине грозового облака рев очень быстро избавил меня от сомнений. А когда на "стол" из синей массы, внезапно озарившейся лиловыми пятнами, рухнуло нечто невообразимое, я с трудом удержалась от позорного крика. Вот ведь… небожителя вызвали, бараны рогатые! Неизвестное создание заняло своим огромным телом весь круг, оседлав его сверху, как кремовая шапка пирожное. Странное сравнение, не правда ли? Ну, а что вы хотите от голодной девушки, слегка обалдевшей от… нет, даже не от ужаса, от неожиданности! То, что я видела впереди, и правда напоминало "корзиночку", только "крем" был серо-голубым и чересчур подвижным. Четэри молча стояли в нескольких метрах от ритуальной плиты, не делая никаких попыток сдвинуться с места. Жаль, что они вовремя успели слинять, и беснующаяся на каменной поверхности тварь не отдавила им лапы своим нехилым (явно не пушинка!) весом. А зверюга-то КрЫсаааавица. Такую "красоту" в кошмарном сне не увидишь, а если и увидишь, то потом все утро заикаться будешь. Определенно. Сначала я решила, что это комок гигантских пиявок необычной окраски. Потом поняла, что центральная часть существа является не просто местом срастания извивающихся конечностей, но еще и туловищем, на котором расположена большая волчья голова с истекающей слюной пастью. Размеры клыков в ней приводили в тихий шок, как, впрочем, и их количество. Три глаза монстра яростно сверкали, осматриваясь вокруг, зубы громко клацали, а угрожающее рычание заставляло шевелиться волосы на моем затылке. И вот ЭТО будет нас обнимать? Ночные образы Хранителей просто ангелочки безобидные в сравнении с таким вот демоном. Чудовище извернулось, пытаясь достать щупальцем одного из мужчин. Тот непроизвольно отшатнулся, но не отступил. Серо-голубая "пиявка" недовольно дернулась и обвисла, не дотянувшись до цели. Невидимая преграда мешала вызванной твари все здесь разнести, и это ее еще больше раздражало. Выгнувшись, монстр недовольно рыкнул, приподнялся на своих гибких конечностях и приготовился к прыжку. Я затаила дыхание, ожидая его дальнейших действий, но вместо яростного штурма магической стены, отделяющий нас от него, услышала тихий и чуть насмешливый голос из тучи:

— Спокойно, Боргоф, здесь все свои.

Стоп! Голос? Из тучи? Ээээ… и кто тут тогда настоящий демон? Или к "столу" заказаны и другие страшилища? Одно из которых, кстати, отлично изъясняется на едином языке. Мммм… что? Может, у меня просто глюки начались? Взглянув на гибрид пиявок с волком, я чуть не подавилась нервным смешком. Ну, точно… глюки. Наяву! Он… оно… короче, ЭТО сидело, поджав лапки, и, по-собачьи свесив длинный язык, преданно смотрело вверх такими невинными-невинными синими глазами. Неееет, рано я себя жалеть начала, этот спектакль еще только начинается. И будет он, по меньшей мере, оригинальным.

Чудеса не заставили себя ждать. Воздух вокруг будто замер, огненные светильники перестали дрожать и дергаться, исчез ветер, а вместе с ним и холод местной ночи. Площадку словно накрыло незримым куполом, отгородив ее от окружающего пространства. Обнесенный валунами треугольник с магическим кругом внутри, рядом с которым лазурными статуями застыли инициаторы происходящих событий, погрузился в безмолвие. Ни звука, ни движения… будто время здесь остановилось и мы вместе с ним. Даже чудище не шевелилось, продолжая, не моргая, смотреть вверх. Желая развеять это странное ощущение, я мотнула головой и чуть повела скованными веревкой плечами. Нет, мы не превратились в неподвижные скульптуры, просто нас почему-то отрезало от окружающего площадку ландшафта. Магия? Наверняка. Но чья? Четэри или "зубастого клубка гигантских пиявок"? А вдруг, все так и было задумано, просто мне, глупой, невдомек?

Не успела я задаться этим вопросом, как с небес на землю (то есть на стол), спустился очередной персонаж нашего зрелищного представления. Он ловко спрыгнул из "резиновых" глубин присмиревшего синего облака на краешек расчерченной плиты, и потрепал по волчьей голове заурчавшего от удовольствия монстра. Новый экземпляр не отличался столь экстравагантным обликом, как его предшественник, однако тоже сумел меня шокировать. Не знаю, как другие, но я не привыкла наблюдать за обнаженными юношами, фривольно разгуливающими по каменной столешнице, вернее по той ее части, с которой предусмотрительно убрал свои длинные "щупальца" Боргоф. Хотя… на столбе просыпаюсь я тоже впервые.

Незнакомец выглядел лет на 17, не больше. Среднего роста и среднего телосложения, да и длина его волос тоже была… средней. Этакий неприметный паренек с очень приметными сапфировыми глазами, цвет которых можно было определить даже в полной темноте, ибо они светились. Не ярко, но отчетливо. И что самое необычное, в них не читалось никаких эмоций. Будто в глазницы и правда вставили драгоценные камни, придав им нужную форму. А еще это существо (человеком назвать язык не поворачивается, несмотря на внешнее сходство) было с ног до головы мокрым, будто его выдернули из душа, не удостоив такой важной детали, как полотенце. А жаль! Хоть бы набедренную повязку себе сделал, что ли, а то сверкает тут анатомическими подробностями своего гибкого тела, чем вгоняет в краску девиц. Вернее, одну девицу… меня. А у остальных лица в свете пламенных шаров и так с рыжеватым отливом. И что тому причиной: огни или смущение — я судить не берусь. Обе смотрят на него во все глаза, только у одной в них ужас, а у другой восхищение. Нда, интересно, что в моем взгляде при таких мыслительных процессах отражается?

Юноша осмотрелся, задумчиво потер кончик носа, смахнув с него набежавшие с волос капли и, подмигнув Боргофу, заявил:

— Давненько насссс не вызывали на Аваргалу. Ну, что, малыш? Развлечемся?

Малыш? То есть… малыш?! Нечто небольшое, белое и пушистое… ну, пусть не белое, может быть, даже не пушистое, но точно милое и забавное. Так? Нет? Кажется, я отстала от жизни. У демонов (еще бы понять кто из этих двоих демон?) подобные слова трактуются иначе. Огромный монстрообразный "малыш", услышав вопрос, выдал многозначительное "Урррагуррр!" и принялся радостно вилять… Эм, а я думала, что это просто лапа с повышенной лохматостью, а оказывается хвост? Да уж, сложно с моего расстояния разобраться во внешнем строении неизвестной зверюги, а ближе, если честно, знакомиться с ней (хотя, скорее, с ним) как-то не хочется. Надеюсь, и не придется. Очень сильно надеюсь. Оптимистка, да?

Молодой чел… ээээ… гуманоид*, ничуть не стесняясь своей наготы, присел на край плиты, свесив с нее ноги, и вопросительно посмотрел на крылатых господ, закованных в пульсирующую броню мерцающих доспехов.

— Ну? — картинно выгнув темную бровь, поинтересовался тот, кого, в отличие от Боргофа, никакие магические ловушки на территории "стола" не держали. Сапфиры его глаз полыхнули синим огнем и вновь вернулись к легкому свечению. Непроницаемому и холодному, как свет, играющий на гранях драгоценных камней. Он чувствовал себя свободно, вел раскованно, а разговаривал так, что сразу становилось ясно, кто здесь король положения. Значит, все-таки это демон. Хм… такой юный? А может, они оба… из одной породы, просто первый более слабый или временно находится в звериной ипостаси? Как Хранители по ночам. Хранители… Сердце неприятно заныло при воспоминании об Арацельсе и Смерти. Почему-то мне казалось, что теперь на эту площадку ни одно даже самое крошечное живое существо не сможет просочиться, не говоря уже о взрослых мужчинах. Так что осталась я одна (ну, почти одна) наедине с уготовленной нам судьбой. Может, удастся поговорить по душам и отделаться легким испугом? А вдруг? Он же на известном мне языке общается, и шипит так… привычно, а еще этот синий пожар в глазах попахивает чем-то подозрительно знакомым. Уж не…?

Краснохвостый четэри отмер и заговорил. Четко, размеренно… будто речь толкал на торжественной церемонии. Я, естественно, не поняла ни единой фразы, зато юноша не просто понял, но еще и ответил на высказанное в его адрес заявление. И на этот раз парень, увы, изъяснялся не на едином. Мне ничего не оставалось, кроме как молча наблюдать, пытаясь по выражению лиц уловить смысл диалога. Точнее одной трехглазой морды и одного лица: овального, с тонкими чертами и поразительно знакомыми спецэффектами глаз. Неужели где-то есть второй Карнаэл с Духом мужского пола? Или в первом делами заправляет демоница, успешно маскирующаяся под богиню? Однозначно, эта ночь полна сюрпризов. Я поерзала на месте, ощутив давление своих полупрозрачных пут, и мысленно добавила: "К сожалению, не приятных". Руки затекли, и если бы ноги не стояли на краю каменного выступа, я бы, наверное, уже не чувствовала своих конечностей. Однако поза была не то, чтобы удобной, но вполне терпимой. Поэтому тело не так часто напоминало о себе ломкой, так же как и желудок тошнотой. Я продолжала наблюдать за представлением, происходящим в центре площадки, перестав вслушиваться в голоса участников. Один леший, ничего не понимаю. Так хоть посмотрю перед окончательным вердиктом слетевшей с катушек реальности. Авось получу эстетическое удовольствие от созерцания?

Не получила! Как только начали отрубаться руки вместе с латами и вырываться глаза, я поняла, что нахожусь в эпицентре жуткого действия, и не имею возможности вырваться за грань. В голове стучало "Закрыть глаза, избавиться от ужасного видения, спрятаться за тонкой пеленой дрожащих век и не видеть, не видеть, НЕ ВИДЕТЬ больше этот кошмар", но ресницы не желали опускаться, и я продолжала смотреть. Смотреть и слушать обрывки незнакомых реплик, хриплые стоны боли, напоминавшие рык раненых животных, и без конца повторяемое "Урррагуррр!" Вопросительное, удивленное, одобрительное, насмешливое, испуганное и… предвкушающее. Мне почудилось, или это длилось вечность? Вечность, за период которой я так и не смогла моргнуть. Не знаю, почему меня не вырвало. Почему горло не разродилось воплем, а широко распахнутые глаза — слезами. Брюнетка справа скулила громче, чем лишенные частей тела мужчины рычали, а рыжеволосую я не слышала. Посмотреть же в ее сторону просто не было сил. Демон в обличье невинного юноши, действительно, развлекался. И от "развлечений" его у меня холодело внутри, а по коже расползался забытый на время озноб. Парню… нет, монстру в людском обличье не требовалось ни ножей, ни топоров, он действовал ладонью, меняя ее форму по мере надобности. Пальцы вытягивались, приобретая металлический блеск, и срастались между собой, образовывая острое лезвие "живого" оружия. Рука резала, рвала, ломала чужую плоть, стремясь получить плату за три отданных в распоряжение четэри коробочки. И никто из покалеченных даже не пытался возражать. Они смиренно позволяли себя уродовать, рассчитываясь таким жутким способом за… за что? Неужели содержимое черных футляров равноценно этим пыткам? Не знаю… Срединный мир мне никогда не понять, а уж Безмирье и его обитателей — тем паче!

Демон, забрызганный черной кровью своих жертв, наконец, закончил экзекуцию, и, вернув пальцам прежний вид, спрыгнул с плиты. Но босые ступни его не касались земли, он постоял немного, будто проверяя воздух на устойчивость и, лениво потянувшись, направился к самой громкой из нас пленнице. Крылатые мужчины больше не интересовали его. Серохвостый неуверенно окликнул своего палача, прикрывая кровоточащую глазницу обтянутым перчаткой кулаком. Он в этом кошмаре оставил еще и левую кисть. "Юноша" остановился, пожал плечами и, не оборачиваясь, что-то бросил на языке рогатых. В то же время волкоголовый монстр, свесившись со стола, окончательно растерявшего ритуальный вид и свойства, ехидно прокурлыкал черному четэри:

— Урррагуррр-р-р?

Тот вздрогнул, отшатнувшись, и… поклонился чудовищу. В этом безумном обмене, Харон (а это был именно он, я узнала его смазливую морду, когда они с серым сородичем сняли перед демоном маски) потерял правый глаз. Но изначально выходец из Безмирья метил на другое. Жестокая насмешка, проникновенный голос и синее пламя его чужеродных глаз остались в моей памяти, как сделанная на камне насечка. Что он говорил своей жертве? Я не ведаю. Но слова сочились ядом интонаций, а рот кривился от язвительной ухмылки. Если бы демону не пришло на ум посоветоваться с лениво развалившимся рядом Боргофом, мужчина, в обмен на небольшую коробочку, вытащенную для него прямо из воздуха, остался бы без своего мужского достоинства. Того самого, что ниже пояса. Однако благосклонно настроенная тварь, вероятно, разубедила своего товарища, произнеся всего пару рокочущих "Урррагурров". И… обсуждаемая жертва лишилась глаза, так же как и ее серый собрат. На кой ляд этому зверю в человеческой шкуре нужны были части чужих тел, я так и не смогла придумать. Забрав, он отправлял их в пустоту так же легко, как доставал оттуда заказанные "подарки".

Получив ответ демона, трое крылатых, не сговариваясь, двинулись прочь с места их мучений. Тот, что полностью лишился руки, чуть пошатывался, зажимая другой ладонью открытую рану. На мгновение мне почудилось, что и вторая его конечность — не настоящая. Слишком гибкая, слишком… не знаю даже. Она напоминала искусный протез, но разобрать это под слоем мерцающих лат было сложно, и я откинула неожиданно мелькнувшую мысль в сторону. Какое мне дело до этих рогатых мазохистов? Они знали, на что шли. Иначе бы не расставались так спокойно с кусками своей плоти. А еще они притащили сюда нас. И вот за это… я бы и сама сейчас что-нибудь им с удовольствием оторвала! Но, вопреки моим желаниям, покалеченная троица дружно перешагнула через каменную черту и… застыла по ту сторону площадки. Словно кто-то нажал стоп кадр, заморозив их время. А может, это не их, а наше время течет как-то иначе? То, которое властвует в пределах треугольника. Я бы обязательно поломала голову над этой задачкой, но жуткий крик вернул мое внимание к действительности.

"Что ж, вот и до нас дошла очередь. — Уныло подумала я. — Sos, sos, sos, спасите наши души…"

Ступая по воздуху, как по твердой поверхности, демон легко поднялся по невидимым ступеням и оказался на одном уровне с насмерть перепуганной брюнеткой. Она больше не кричала, лишь жалобно всхлипывала, глядя на него припухшими от слез глазами. Расположение столбов позволяло мне видеть происходящее немного сбоку. Особенно хорошо при этом просматривалась девушка, чего нельзя было сказать про "юношу". И хоть он стоял ко мне не совсем спиной, разобрать его мимику я не могла из-за неподходящего ракурса и мокрых сосулек волос, скрывающих лицо. Отблески рыжего пламени путались в их темной массе, играя яркими бликами в каплях воды, они плясали на влажной коже, окрашивая ее в соответствующие тона, и старательно трудились над скованными ужасом чертами пленницы, стремясь придать им менее бледный вид. Магический свет отличался от обычного костра. Он был слишком яркий, почти как электрический, и в то же время имел все особенности своего естественного собрата. Я неотрывно смотрела на две застывшие фигуры, не в силах отвести от них взгляд. Что же будет? Сейчас…

Признаться, я с замиранием сердца ожидала, что демон начнет рвать ее плоть, как делал это с четэри. Судя по выражению лица бедной девушки, у нее были те же мысли. Но он не спешил с расправой: осторожно погладил несчастную по щеке, от чего она зажмурилась как от пощечины, и прильнул к ее темной от кровавого пятна шее. Я не могла знать, что именно он с ней делал: прокусил, желая напиться крови, или поцеловал, но жертве это явно не доставило удовольствия. Она не имела возможности вырваться или оказать ему сопротивление, однако весь ее вид просто вопил об испытываемом отвращении, замешанном на животном страхе и обреченности. Отстранившись, синеглазый мучитель вытер тыльной стороной ладони рот и молча посмотрел на пленницу. Она медленно прикрыла глаза, готовая принять свою судьбу.

— Что ж… Прекрасный материал. Ар сарт та этэ, Изиль*, - заявил демон и, развернувшись, неспешным шагом отправился к рыжей. Оставленная в покое брюнетка вздрогнула при последних словах, ее длинные ресницы вспорхнули вверх, а в темных глазах, затмевая отчаянье, отразилось непонимание.

На этот раз он двигался на уровне оснований наших столбов, не став спускаться ниже. Шел, как по проспекту, от одной девицы к другой, и на губах его играла довольная улыбка. Каких-то десять метров! Тоже мне, нашел место для прогулок. Впрочем, это его территория, а мы тут мелкие сошки без права выбора. Хорошо хоть рот не заткнули, оставив призрачный шанс… на что? Договориться? Ох, и наивная же я.

— Эмэ? Изиль? — словно прочитав мои мысли, окликнула его темноволосая. Незнакомый мне язык, но этот тип из тучи ведь и его знает, и тот, на котором четэри общались, и единый… просто скопище талантов, а не чел… человекоподобное существо! Образованный садист.

Голос девушки дрожал, зато слезы больше не текли по щекам, а во взгляде поселилась скрывающая надежду настороженность. Но он не ответил ей, поглощенный вниманием к новому объекту. Лишь махнул рукой, предлагая помолчать, и она покорно заткнулась, продолжая неотрывно следить за его действиями.

Я тоже пребывала в легком (легком ли?) удивлении, не особо понимая поступков демона. Что он сказал ей? А она ему? Зачем бросил? Может, решил оставить на десерт? Тогда почему она перестала реветь и застыла в ожидании? Или это один из способов усыпить бдительность жертвы, чтобы потом вдоволь насладиться ее мучениями? Но… нафига всесильному созданию такие предосторожности? Не думаю, что он боится каверз со стороны связанной девицы, прикованной к столбу. Или его просто достали ее вопли? А рот почему вытирал? Крови напился, что ли? Уууу… еще и вампирские замашки! Хотя… лучше уж так, чем с вырванным глазом остаться или с отрезанной рукой. А если еще и выжить удастся, то я лично возблагодарю небеса за гуманность обитателей Безмирья. Вот только… надо ли оно небесам?

Мужские пальцы по-хозяйски отвели в сторону рыжие косы, открыв шею девушки и плечи. Какое-то время он с интересом изучал пленницу, исследуя взглядом правильные черты ее лица, глубокое декольте, выставляющее напоказ пышную грудь размера этак четвертого, стройный стан и плавную линию бедер. Ну, да, хороша девка, этого у нее не отнимешь. Природа красотой одарила, зато, по моему скромному разумению, обделила кое в чем другом. Пленница в свою очередь смотрела на "юношу", как на божество: с благоговейным трепетом и суеверным ужасом одновременно. Демон взял ее за подбородок и чуть приподнял голову. Томно опустив трепещущие ресницы, рыжеволосая идиотка призывно улыбнулась. Черт! Она и правда с приветом. Если бы какой-то чужак оторвал руку моему любимому… да пусть и козлу, я бы, по меньшей мере, ненавидела его, а будь возможность отомстить — непременно воспользовалась бы ею. А эта что творит? Млеет от прикосновений палача красного четэри, как загулявшая кошка при виде первого встречного кота. Я что, неверно истолковала ее прежнее поведение? Или нынешнее? А если она нимфоманка с периодическими приступами фанатизма? О-о! Вот это будет шоу!

Ммм-да… кто бы притормозил размах моих фантазий, а то они, похоже, начинают обретать пророческий характер. Словно проваливаясь в гипнотический транс, я смотрела на пару и не могла отвести взгляд. Происходящее завораживало, притягивая своей откровенностью, замешанной на опасности. Это как танец на лезвии ножа, как прогулка по краю обрыва, как последний экстаз на пороге смерти. Руки демона медленно оглаживали роскошные формы девичьей фигуры, собирая складками тонкую ткань одеяния. Его губы исследовали окровавленную шею, затем спустились к ключице, а потом и к высоко вздымающейся груди. Вдох — выдох, вдох… и рыжеволосая громко застонала, не стесняясь своего возбуждения. Синеглазый искуситель провел ладонями по ее ногам, доступным благодаря разрезам на платье, после чего резко сжал бедра, заставив девушку содрогнуться. Голова ее откинулась назад, по лицу пробежала сладкая истома, а пухлые губы слегка приоткрылись, словно приглашение для поцелуя. И… он не заставил себя ждать.

Когда демон прильнул к ее чувственному рту, я поймала себя на мысли, что происходящее меня пугает даже больше, чем его недавнее общение с брюнеткой. После "фильма ужасов" наблюдать порно-сцену с участием одного и того же "актера" как-то не очень хотелось. Выходки данного товарища вводили меня в полное замешательство. С одной беседует, вторую… кхе-кхе, мягко говоря, соблазняет у нас на виду, а третью что? Съест живьем для разнообразия? Вариант, что он меня отпустит я даже не рассматривала, давно признав его утопичность. И как вести себя с этим малолетним (внешне уж точно не великовозрастным) господином прикажете? Кроме как заболтать его, идей не было. Но о чем говорить, я абсолютно не знала. В голову лезли какие-то левые мысли, и ничего достойного там не рождалось, один только бред вперемешку с неуместными вопросами весьма сомнительного содержания. А поцелуй все длился и длился, длился и длился, длился и… резко оборвался, когда демон отступил от девушки, повернулся ко мне и насмешливо поинтересовался:

— Предпочитаешь наблюдать?

Я вздрогнула от неожиданности, сглотнула и машинально выдала на едином языке:

— Всяко приятней, чем участвовать, — и только потом до меня дошло, что слова собеседника были произнесены по-русски. Ехидная улыбочка сползала с лица демона с той же скоростью, что и отвисала моя челюсть. Нет, я конечно догадалась, что он всесторонне развитый тип, но чтобы вот так просто общаться на моем родном языке… Удивил, зараза озабоченная. И я его, судя по физиономии, тоже не оставила равнодушным. Пока мы выразительно пялились друг на друга, затосковавшая по вниманию пассия недовольно фыркнула и что-то негромко пробурчала. Естественно, смысл ее реплики прошел мимо меня, зато стопроцентно достиг адресата. "Юноша" моргнул, приглушая свечение своих сапфировых глаз и, подмигнув мне, снова занялся ею. Ну, а я опять впала в ступор, переваривая его странный жест, и раздумывая над тем, чем он мне грозит. Надеюсь, не участием в подобном безобразии? К сексуальным играм с демоном-малолеткой я как-то не была расположена. Особенно, после его кровавых разборок с четэри. О-ох, и везет же мне на разнообразных монстров. Из двух (трех, четырех… кто больше?) зол выбирают меньшее. И этот невинный юноша с садистскими замашками к нему ну никак не относится. Да только… право выбора по недремлющему закону подлости всецело у него. А вместе с тем и жизни наши, и тела, и души.

Пока я горестно вздыхала, демон продолжал развлекаться с рыжеволосой. Легкие дразнящие поцелуи сменялись долгими. Два тела соприкасались, сгорая в огне страсти. Но демон не спешил развязывать жертву, наслаждаясь ее беспомощностью. Сплюнув, я отвернулась. Смотреть на них не хотелось, особенно на разгоряченное мужское тело с характерными признаками возбуждения. Краска самопроизвольно разливалась по моим щекам, добавляя неприятных ощущений положению. О том, что не все идет по нарисованному моим воображением сценарию, я догадалась не сразу. Звуки менялись медленно, от стонов наслаждения до протяжного предсмертного вопля. Множество полутонов смешались в одно целое, сопроводив эту жуткую перемену настроений. Резко повернув голову в их сторону, я увидела, как рассыпаются пылью веревки, как падает в объятия убийцы (мертвое? По всем признакам — да) тело жертвы, в остекленевших глазах которой пляшут рыжие отсветы пламени. Она напоминала фарфоровую куклу, лишенную каких либо эмоций. Холодная маска лица, негнущиеся конечности… Что сделало с ней это чудовище?! Похитило душу или… в голове ледяным вихрем пронеслись воспоминания о корагах и о том непродолжительном сеансе, когда моими чувствами закусил мохнатый Арацельс. Неужели можно "выпить" человека до смерти? Но даже если и так… зачем?

На соседнем столбе снова заскулила брюнетка, а я с обреченным видом следила за тем, как демон кладет на землю бездыханное тело девицы, которую минуту назад так жадно целовал. Она это предрекала, более того, ждала! А он… Псих. Не просто псих, а маньяк-извращенец с садистскими наклонностями, следующей целью которого должна быть я. Тоскливо покосившись на тихо лежащего на столе Боргофа, я мысленно заключила, что помогать мне как черному Харону, эта зверюга не будет, и пожелала себе не приглянуться "юноше" в качестве любовницы. Чем заканчиваются подобные игры нам только что наглядно продемонстрировали. А вот черноволосая до сих пор жива и даже здорова. Может, и мне поплакать немного? Вдруг это на демона благотворно действует?

Как оказалось, нет. Оставив труп в покое, он поднялся на ноги, посмотрел на рыдающую пленницу и, закатив глаза к небу, раздраженно щелкнул пальцами. В следующую секунду девушка рухнула со столба, так как путы ее исчезли тем же образом, что и у рыжей. Но в отличие от последней, брюнетка ударилась и тихо завыла от боли, свернувшись калачиком на земле. Еще один короткий щелчок… и несчастная замолчала, перестав шевелиться. Сердце мое дезертировало куда-то в пятки, в горле застрял ком, а в голове клещом засел мрачный вывод: "Всех убьет! И я — не исключение".

— Откуда знаешь? — подойдя ко мне вплотную, спросил демон.

Услышав это, я нервно сглотнула, решив, что он читает мысли. Потом все-таки отважилась переспросить. И правильно сделала. Так как выяснилось, что спрашивает он про единый язык, а не про мои домыслы на тему нашей дружной кончины от его рук.

— Ннну, — начала я и запнулась, задумавшись над тем, можно ли говорить ему про Карнаэл и Хранителей.

— Ннну? — передразнил меня собеседник, глядя в упор.

От его близости кидало в дрожь. И вовсе не от эротических позывов, как у той рыжей ду… ладно, о мертвых либо хорошо, либо никак. Просто находиться рядом с таким чуждым и малопонятным существом, от поведения которого на душе кошки начинали скрести, было неприятно, если не сказать страшно. Он был немногим выше меня, и поэтому наши глаза находились практически на одной линии. Драгоценные камни, горящие синим светом — глаза, в которых отражалась пустота. Зато мимика его лица казалась вполне живой. Улыбка кривила губы, рождая крошечные ямочки на щеках. А все еще влажные волосы очерчивали лицо, отбрасывая глубокие тени на лоб и щеки. Не красивый, но обаятельный мальчишка. Мог бы быть. Не имей я несчастья наблюдать за ним дольше, чем несколько последних секунд.

— Я… это, — смысловая нагрузка моих слов по-прежнему оставалась на низком уровне, и его такое положение дел начало утомлять.

Покачав головой, он демонстративно заострил два пальца перед моим носом, переведя их в состояние металлического лезвия с пугающе-острыми боками, а потом, ехидно улыбнувшись моему бледному виду, вспорол веревку, чтобы освободить мне руки. Однако опустить их не дал, ловко перехватив занемевшие запястья другой ладонью. Выдохнула я только когда этот гад вернул своим пальцам нормальную форму. А мгновением позже воздух снова забуксовал в легких, стоило мне увидеть, с каким удовольствием демон рассматривает черно-белый символ на моей коже. Синее пламя его глаз вспыхнуло ярче, когда он перевел взгляд на меня.

— Сегодня невероятно приятный день, ты не находишь… Арэ?

Зашибись! Я тут мозги ломаю в поисках правдоподобной версии, чтоб по возможности не засвечивать Карнаэл с его обитателями, а он оказывается в курсе. Хорошо еще, что мой адрес, ФИО и номер социального страхования не озвучил… провидец, млин! Интересно, что бы это чрезмерно осведомленное создание с чудовищными замашками подумало обо мне, начни я рассказывать ему о внезапной амнезии или, того круче, о божественном видении, после которого у меня открылись новые таланты, типа знания чужих языков. То есть одного конкретного — единого. А чем бы мне это грозило… Мда, счастье, что такие изумительные по своей неправдоподобности (в данной ситуации) идеи не удалось быстро оформить в слова.

— Ну, это для кого как, — уклончиво ответила я, потихоньку разминая запястья, которые, наконец, обрели свободу, выскользнув из мужских ладоней. Естественно, с его одобрения. Подергалась бы я, пожалуй, ага, не реши он отпустить меня.

— А для кого не так? — искренне удивился демон. Ну, просто божий одуванчик! А сбор урожая из органов и убиение несчастных пленниц — не его рук дело.

— Да хотя бы для той рыжей девицы. Или ты, правда, считаешь, что великим благом для нее было изнасилование и смерть? А вторая чем тебе не угодила? Слишком громко плакала?

Упс. А не слишком ли я много на себя беру, разглагольствуя на данные темы с убийцей? С другой стороны, лучше поддерживать беседу, чем добровольно раздвигать ноги и дожидаться яркого света в конце тоннеля*. Черт! Как же не хочется так глупо умирать. Хотя вру, потому что умирать никак не хочется.

Видимо, мои внутренние метания отразились на лице, потому что губы "юноши" растянулись в понимающей улыбке, синие глаза как обычно сверкнули, а его тихий и вполне дружелюбный голос произнес:

— Во-первых, я никого не насссиловал. Сексуальная жажда той женщщщины просто зашкаливала, требуя немедленного выплеска, я лишь исполнил ее желание, прежде чем взять с нее положенную плату за учассстие в Аваргале.

— Так ты еще и джинн по совместительству? — вставила я, но он продолжил, пропустив это заявление мимо ушей:

— А вторая Ссспутница мне, действительно, надоела своим ревом. Пусть пока поспит. Займусь ею после тебя.

— Ну, спасибо, — пробормотала я, мысленно готовясь к скорой кончине. Выходит, я вторая в очереди, а не последняя. Увы и ах. Расплакалась бы, да слезы, как это часто случается, объявили несвоевременную акцию протеста, оставив глаза до противного сухими и беззащитными.

— Пожалуйста, Арэ, и не надо так расстраиваться, — подбодрил меня демон. — Я тебя не сссъем.

— И не покусаешь даже? — мрачно пошутила я.

— Разве что сама попросишшшь, — игриво подмигнул он и легко щелкнул меня по носу. — Вдруг ты предпочитаешь жесткий секссс?

— Нет, спасибо, я лучше просто тут повишу, постою то есть, — поспешность моего ответа его позабавила.

Продолжая довольно ухмыляться, этот выходец из Безмирья отступил назад и уселся напротив меня. Судя по его позе — в кресло. В невидимое кресло! Смотрелось это дико, а еще хуже было то, что он широко расставил ноги, выставив на обозрение свои "причиндалы", и вальяжно откинулся на незримую спинку, по которой разметались его мокрые волосы. По жару, окатившему лицо, стало ясно, что снова краснею. Не понимаю, он специально издевается, или у них принято нагишом ходить?

— Меня зовут Лу, — представился демон, моего имени он не спрашивал, предпочитая называть Арэ. Хм, по-моему, это где-то уже было… да? Ухмыльнувшись, он мило так поинтересовался: — Тебя что-то смущщщает?

— Обнаженные парни, так просто разгуливающие по округе, для меня в новинку, — честно призналась я.

— Неужели предпочитаешь женщин без одежды? — фальшиво изумился собеседник. — Как же тебя угораздило стать Арэ Карнаэла? И, кссстати, чья ты жена?

— Ничья, — скрипнув зубами на его замечание, сказала я.

— Не лги, — с легкой угрозой в голосе, промурлыкал он и чуть подался вперед из своего странного "кресла".

— Я невеста.

— О! И какого по счету Хранителя?

— Это важно?

— Мне любопытно, кто тот неудачник, от которого жена… о, прости, невеста удрала в один из самых опасссных для людей миров? — его белые зубы блеснули в улыбке, а сапфировые глаза прищурились, пряча под покровом ресниц синее пламя.

— Он не неудачник! — эх, опять слишком поспешный ответ, и как результат его тихий смех. Такой мелодичный, проникновенный, аж мурашки по спине побежали. Толпами.

— А кто тогда? Неуж-шш-то импотент?

Похоже, скрипение зубами становится моей вредной привычкой. Ну, ничего. Все равно жить недолго осталось. Можно и курить начать без угрозы для здоровья, было бы что.

— Без понятия.

— Не успела проверить? Бедняж-шш-ка, — сочувственно прошипел он, сложив брови домиком. Ну, просто сама невинность, да еще и такая сердобольная… ага, ангелочек, только крылья с нимбом дома оставил. Интересно, они с Эрой родственники? Судя по шипению, синему огню во взгляде и сволочной натуре — так и есть!

— Послушай, Лу, — исподлобья глядя на него, начала я. — Может, хватит уже дурака валять? Скажи, что тебе надо? А? Убить меня хочешь, так…

— Зачем это? — он что, и правда не понял, или так ловко эмоциями своими управляет, что не поверить в крайнюю степень удивления сложно?

— Ну… ты там про какую-то плату говорил, и потом рыжая…

— А! — демон кивнул и радостно оскалился, демонстрируя мне два ряда идеально-ровных зубов. — Так вот почему ты такая мрачная. Нет, Арэ, я тебя не убью. Но необходимую плату взыскать придется. Ты знаешшшь, что такое Аваргала?

Воодушевленная его обещанием, я воспряла духом и яростно замотала головой, вместо короткого "нет". Аж шею заломило от усердия. Нда… Переборщила малость.

— Очень древний ритуал, который берет истоки еще со времен Таосса*, - пока Лу пояснял, я терла зазвеневшие от моей чрезмерной активности виски. — Создания, населяющие материальные миры, с помощью него могут вызвать демона из Безмирья, и потребовать исссполнения одного желания.

— Все кто участвует? — еще больше оживилась я.

— Нет, только Ведущщщие, — охладил мой энтузиазм собеседник и (о счастье!) закинул ногу на ногу, избавив меня от необходимости постоянно смотреть выше линии его груди. — Спутник или в данном случае Ссспутницы подобных привилегий не имеют, но я же не садист, чтоб лишать девушек удовольссствия, — сладко так прошипел он и во внеочередной раз мне подмигнул. Я честно попыталась выдавить из себя ответную улыбку, получалось плохо. Но демона такие сложности моей мимики не особенно беспокоили, он продолжал рассказ о ритуале, в котором я оказалась всего лишь бесправной Спутницей. Так вот… Нет в жизни справедливости. — Видишь ли, Арррэ… — чую, это птичье прозвище ко мне намертво прилипло. Ну, ничего, ничего… хоть поганкой назови, только сапогом давить не надо. — Аваргала открывает Печать Безмирья*, которая в обычном состоянии не позволяет нам проникать в миры, подконтрольные Хранителям. Ключом к ней служит магический круг, окропленный двуцветной кровью. Поэтому одним из условий удачного проведения ритуала является участие в нем двух рас. Несссложно понять, в чем должно заключаться их основное различие, верно? — Я кивнула, он тонко улыбнулся и нарочито громко вздохнул: — В семерке ваших миров только у четэри черная кровь, у остальных — красная. И, хоть знания об Аваргале хранятся и у некоторых из людей (не будем углубляться, у кого именно), на практике ритуал осущщществлялся только здесь. И то не часто. Во-первых, велика плата, а, во-вторых, новая хозяйка Карнаэла хорошшшо блюдет случайных и вынужденных переселенцев. Редко, кому удается протащщщить раба или рабыню из другого мира незамеченными. Такая вот ситуация, Арэ, — он картинно развел руками и заявил: — Теперь спрашивай, что интересно. В противном случае я буду рассказывать дооолго.

— Ведущие заплатили кусками тела, не так ли? — немного подумав, проговорила я, он утвердительно кивнул. — И что получили взамен?

— Это секретная информация, по закону Аваргалы я не могу тебя в нее посвящать.

Ну вот, как плату за их "подарочки" брать, так с меня и других девушек, а как рассказать, за что страдаем, так сразу тайна, покрытая мраком и присыпанная вековой пылью. Не честно! А что делать? С демоном не поспоришь, с Законом тем более.

— А с нас что тогда? Эмоции? — спросила я, в надежде, что хоть на это здесь не наложено вето.

— У, сразу видно, без-ссс пяти минут жена Хранителя, — засмеялся Лу. — Почти верно. Спутники рассчитываются нематериальными вещами. Эмоциями или Магическим даром, если таковой в них присутствует. Та мертвая красотка была пустышкой, увы. Пришлось ее выпить до дна, — его ресницы невинно моргнули, а на лице отразилось поддельное сожаление, придать искренности которому он даже не попытался.

— А у спящей пленницы, значит, есть дар?

— И не малый.

— А… — я сглотнула, облизав внезапно пересохшие губы. — А у меня?

— Я ещщще не пробовал твою кровь, она является носителем Силы. Так что пока не знаю, Арэ, — пожал плечами демон и встал. — Самое время это проверить.

Может, я особенная какая-то? А? Да вроде нет. Ни рогов, ни копыт, ни груди седьмого размера. Тогда почему у других это "голое чудовище" слизывало засохшую на шее кровь, а мне такое же пятно изволило превратить в пыль одним коротким щелчком пальцев, заявив при этом, что, дескать, мол, не эстетично! "Не эсссстетично" звучало в его исполнении на чистом русском языке с неизлечимым растягиванием свистяще-шипящих букв. Зато потом сделать новый надрез на моей бедной шее было ну оооочень эстетично. А на мои попытки воспротивиться происходящему, я услышала короткое и ничего не объясняющее "Так надо!". Спасибо небесам, что дегустация длилась всего несколько секунд, а потом демон, облизывая окровавленные губы, осторожно погладил пальцем ранку, и она тут же затянулась, перестав болеть. Я дрожащими руками ощупала место пореза, но кожа там была сухой и гладкой, только тонкая ниточка шрама чуть выделялась на ее поверхности. Что-то подобное сотворил со мной Арацельс в его каэре… Получается, что способность лечить прикосновением происходила от кора… то есть демонической сущности внутри него? Да уж, очень нужное открытие. И главное — своевременное! У меня тут судьба решается, а я в воспоминаниях зависаю.

— Ну, что? — мой вопрос заставил Лу очнуться от размышлений, окунувшись в которые, он машинально водил кончиком языка по своим губам, будто пытался собрать с них остатки давно слизанной крови.

— Не густо, — ответил он.

— Значит, дара нет, — обреченно вздохнула я.

— По сравнению с той плаксой, совсем мало, но… — хитрая улыбочка расползлась по его юной физиономии, оживив тем самым забавные ямочки на щеках, — есть идея.

— Какая? Отпустить меня за "спасибо"? Что-то сомневаюсь в твоей гуманности, — кислая усмешка на лице, словно маска, прикрывала отблески отчаяния в моих глазах.

Лу поморщился и, сверкнув глазами, резко произнес:

— Жить хочешь? — Я кивнула. — Тогда дай сюда правую руку и повторяй за мной.

— Зачем? — прижав к опутанному веревками торсу вышеупомянутую часть тела, осторожно спросила я.

— Чтобы ж-шшш-ить, разумеетссся, — ехидно зашипел демон, растягивая слова. Он наклонился ко мне и сжал своими цепкими пальцами мою ладонь. — Будешшшь повторять?

— Угу, — большего мне выдавить из себя не удалось. Какое-то странное ощущение теснилось в груди, сковывало мышцы и мешало ровно дышать. Предчувствие чего-то важного и… плохого. Плевать! На все плевать, когда так хочется просто выжить. А потом выбраться из этого Ада, дождавшись своего Хранителя. Домой ли? На его ложе в каэре… да хоть в объятия тех монстров в саду, только не умирать. Не сейчас…

Незнакомые слова свинцовыми каплями полились мне на уши, я честно пыталась произносить похоже, но постоянно запиналась и путала положение букв, а уж когда встречались непривычные для голосовых связок звукосочетания, меня совсем клинило. Помучившись минуту с такой нерадивой ученицей, Лу скорчил зверскую физиономию и, обдав меня жаром сапфирового пламени, полыхнувшего из его сузившихся глаз, сказал:

— Ладно, куколка, Бог с тобой. Я сделаю тебе маленький подарок. Проведем более простой… — он плотоядно улыбнулся, заставив меня напрячься еще сильнее, — обряд.

— Ээээ… так это был..?

— Повторяй, и останешься жить! — темные брови демона сдвинулись, глаза остекленели, и на какой-то миг мне показалось, что его внешняя юность лишь упаковка бесконечной древности. Это был приказ, которому невозможно не подчиниться. И я, словно зачарованная, тихо повторяла за ним. Короткие фразы шипели как змеи, перетекая из его губ в мои. Более отрывистые и легкие, чем те, которые он произносил ранее. В общих чертах мне удалось не сбиться. А те незначительные огрехи, которые я периодически допускала, Лу со скрипом, но пропускал. А потом словесная пытка закончилась, и я хотела, было, вздохнуть с облегчением, как этот… слов нет! Как этот проклятый "нудист", вжал меня в столб своим телом и впился в губы яростным поцелуем. Я пыталась оттолкнуть его руками или хотя бы лягнуть ногой, но неожиданно твердые мышцы "юноши" никак не реагировали на мои жалкие попытки сопротивления.

Больно! И когда только удлинились его клыки? Они вонзились в рот, затопив его кровью. Моей и… чужой? Или это какое-то выделяемое демонами вещество с кислым вкусом, от которого вяжет нёбо? По венам неслись какие-то странные импульсы, в висках стучало, а голова дико кружилась. Он, наконец, отпустил меня, но вместо долгожданного вдоха, я сплюнула на землю желто-красную жидкость, тихо застонав в момент ощупывания языком саднящих десен. И только потом я позволила ворваться в мои легкие новой порции свежего воздуха.

— Скоро все заживет, — успокоил Лу, вытирая разноцветные потеки со своего подбородка. — Кровавый поцелуй — это завершающая часть брачного обряда Таосса. Так что потерпи пару минут. Ритуальные укусы быстро затягиваются.

До меня дошло не сразу, зато, когда все-таки дошло, я аж подавилась очередным глотком смешанной с кровью слюны.

— К-какого обряда? — сквозь кашель вопрос прозвучал как-то придушенно, впрочем, состояние у меня было подходящее.

— Таоссы — предки демонов, — просветил Лу, сосредоточенно поглаживая мое разрисованное запястье, я же замотала головой, прикрыв свободной ладонью рот, из которого с кровавыми брызгами все еще вырывались хриплые звуки.

— Ты сказал… бр-брачный? — после минутной борьбы с противным кашлем, мне удалось-таки вернуть себе относительно нормальный голос.

— А, тебя это интересует? — собеседник довольно заулыбался, и, отпустив мою руку, плюхнулся обратно в свое невидимое кресло. — Да, крошка, отныне ты моя тридцать девятая жена. Поздравляю! Плата за Аваргалу принята.

Гм… и куда это опять слинял пресловутый дар речи? Приоткрыв рот от удивления, я не могла произнести ни слова, с трудом переваривая полученную информацию. Рассчиталась, значит… и чем? Личной свободой? Но за каким Дьяволом ему еще одна благоверная, когда дома их целая орава бродит? Он что, секс-гигант какой-то? Или содержание гарема — его излюбленное хобби? Тогда почему ту рыжую девку к себе не забрал? Уж, она то покрасивей меня будет… была, в смысле. А… а… а Арацельс как же??? Ведь мы связаны…

Мысли мои так и замерли в голове, когда я прислушалась к чувствам. Не было связи. Просто не было ее и все! Я не ощущала присутствия первого Хранителя в мире живых. Я вообще его НЕ ОЩУЩАЛА! И от этого стало так тоскливо, будто из меня только что незаметно изъяли часть души. Не резко, не больно, как тогда во время похищения, а мягко… с анестезией, так, чтоб я ничего не заметила. Да только, как известно, любой наркоз отходит, и боль, пусть и душевная, дает о себе знать. Впрочем, не только душевная. Я громко взвыла, схватившись за руку, которая от легкого покалывания перешла к яростному жжению. А потом словно кожу окатило холодом и… все стихло. Покосившись на запястье, я непроизвольно присвистнула. Вместо символа Карнаэла на нем красовался синий краб. Ну, или что-то похожее на него по очертаниям.

— Знак моего Дома, — пояснил демон, когда я подняла на него глаза. — Теперь не Эра, а я смогу разыскать тебя в любом из доступных мне миров.

— Это что, намек на то, что я от супружеских обязанностей косить буду? — сглотнув, полюбопытствовала я. Повреждения во рту затянулись, как и было обещано. Только кисловато-железный привкус по-прежнему беспокоил. Но не настолько, чтоб обращать на него внимание, когда тут такое происходит.

— А кто тебя знает, Арэ? От Хранителя своего ты же сбежала, — съязвил собеседник, прищурив свои необыкновенные глаза. Красивые и пустые, манящие и пугающие одновременно.

— Я от него не сбегала.

— Да неужели? — Лу вытащил из воздуха фужер с шипучим содержимым и пригубил глоток, глядя на меня поверх его прозрачных краев. Непроизвольно сглотнув опять, я честно сказала:

— Меня выкинула в Срединный мир твоя знакомая Эра, а он прыгнул следом.

— Прыгнул… угу, — отпив еще немного, повторил собеседник. — Зачем? Чтобы продать тебя четэри? — насмешливо добавил он. — Или отдать даром? Похоже, я ошшшибся: это не ты от него, это он от тебя слинять пыталссся.

— Неправда! — я даже ногой в сердцах топнула. Чуть не отбив ее при этом о каменный выступ, на котором стояла. Больно уж мягкие подошвы у босоножек были. К сожалению.

— Ух, сссколько эмоций! Да все такие яркие, сильные… вкусссные. Не искушшшай меня, куколка. Я конечно сыт, но ради такого десерта могу сделать исключение, — он плотоядно облизнулся, прожигая меня в прямом смысле горящим взором.

— Ладно, — меняя тон, проговорила я и примирительно подняла руки. — Чего ты хочешь, Лу? Зачем эта странная свадьба?

— Как? — он изобразил удивление. Плохо изобразил, умеет и лучше. — Разве ты, человечессское дитя, не веришь в любовь с первого взгляда?

— Угу, в большую и чистую, — пробурчала я себе под нос. — Хватит уже издеваться, а? Ты вырываешь органы четэри. Кстати, зачем они тебе? Боргофа кормить, что ли? Потом убиваешь одну из пленниц, вырубаешь вторую и уже полчаса трепешься со мной, после чего заявляешь, что я теперь твоя тридцать девятая жена. К чему все это, Лу?

— Боргоф любит сладкое, это так, для справки. А плоть Ведущих является пропуском сюда в обход Печати Безмирья. Закованная в специальные футляры, она не разлагается и служит по вышеупомянутому назначению. Пока жив тот, кому она когда-то принадлежала. Рогатые ребята любят повоевать, поэтому смертность здесь приличная. Так что отдельные экспонаты моей коллекции органов время от времени приходится уничтожать за ненадобностью, — ответил он, — Ну, а что касается брака… Я же не виноват, что ты не в соссстоянии повторить нужные слова для обряда удочерения, — скрестив руки на обнаженной груди, сказал демон.

— Что? — после минутной паузы, наконец, удалось родить мне.

— Эх, женщина. И почему тебе все надо повторять дважды, да еще и с пояснениями? А? — вздохнув, проворчал собеседник и, выпив пол стакана, встал. — На, освежись. Может, соображать быстрее начнешь?

Я взяла дрожащими пальцами предложенный напиток и залпом осушила его остатки. Пить хотелось давно, а после ритуального поцелуя в особенности. Приятный ягодный вкус охладил горло и, как ни странно, успокоил. Значит, меня чуть не удочерили. Мммм… жаль, что не вышло. Такой вариант мне как-то больше нравился, чем быть последней в длинной очереди из жен. Правда неудавшийся папочка моложе меня лет на семь выглядит, но это уже детали.

— Выходит, вместо дочки, я стала супругой? — демон взял из моих рук пустой фужер и кивнул. — Интересный у тебя подход, однако. Но я все равно не понимаю, зачем эти обряды? В чем именно заключалась взятая с меня плата?

— У тебя магических способностей с гулькин нос, Арэ. Этого не достаточно, чтобы перекрыть долг Ссспутника Аваргалы, — как-то слишком уж серьезно проговорил Лу. — Но вполне хватает, чтобы совершить равноценный обмен. Немного… ну хорошшшо, почти весь дар, которым ты владела, перекочевал ко мне вместе с небольшим количеством крови во время поцелуя, я же отдал тебе частицу своего. Это и был… мой маленький подарок.

При последних словах выражение его лица стало чересчур загадочным, и мне это не особенно понравилось. Нехорошие предчувствия нахлынули с новой силой, а словарный запас опять дезертировал, передав эстафету первенства мыслительному процессу.

— И? — мой голос прервал затянувшуюся паузу, возникшую после его последнего заявления.

— Что… и? — обреченно закатив глаза, простонал Лу. — Опять не ясссно?

— Ясно-ясно, — торопливо заверила я. — Просто… дальше-то что со мной будет? Чем мне такой равноценный обмен грозит? В гарем свой потащишь или с мамой-папой проститься отпустишь? Да с женихом бывшим… Ммм?

— Ну, зачем же, — заулыбался он, сменив гнев на милость. — Я не настолько жесток, чтоб лишать твоего Хранителя жизни.

Угу, он не жесток. Он пацифист и миротворец, а то, что тут происходило, мне просто приснилось. Ладно, что дальше? Жизни лишать Арацельса не хочет… Стоп! Жизни?!

— А? — снова перезабыв все слова, выдохнула я.

— Ты не знаешь? — его брови приподнялись в удивлении.

— Что? — О! Я совершенствуюсь! От одной к трем буквам перешла, глядишь, скоро снова начну вслух целыми фразами изъясняться.

— Закон Заветного Дара, — Лу намотал на палец серебристую ленту, вплетенную в мои волосы, и с грустной миной на физиономии продолжил: — Раз на твоей руке символ, значит, ты приняла его и стала невестой Хранителя. А из этого следует, что в случае твоей неявки на свадебную церемонию через три условных дня, твой неудачник-жених погибнет.

От таких новостей у меня сердце оборвалось. Не чувствую его — не беда, если знаю, что он жив и здоров. Хотя бы чисто теоретически. Ведь Арацельс — мужчина, который мне дорог. И я не хочу быть последней скотиной, наплевавшей на его судьбу. Он шел за мной по пятам, пытаясь вытащить из неприятностей. Вспорол себе шею из страха обидеть. Сражался насмерть, чтобы защитить. Посылал сообщения через сны и… спешил ко мне, желая помочь, спасти… вернуть домой. Так! И каким это образом он собирался сделать подобное, если наказание за срыв их свадебного ритуала — смерть? Придурок благородный! Ыыы… как же мне все надоело.

— А если Арэ по каким-то причинам погибает до брака? — спросила я, мысленно умилившись вовремя вернувшейся способности говорить.

— Это считается веским доводом для отмены наказания.

— Понятно. Но я жива, значит… Его завтра убьют?

— Отправят в Черное Рэо* — одно из самых жутких мест Карнаэла. Живыми оттуда не возвращаются, — сказал демон, доставая из пустоты очередной полный фужер.

— А ты почему в курсе? — подозрительно поинтересовалась я. — Бывал там?

— Дом Эры для меня недоступен. Там она всесссильна, а я буду, если отважусь заявиться в гости, преступным нарушителем ее территории. И, поверь мне, демон без лица долго церемониться со мной не станет.

— Демон без лица?

— Ну, да. Эррра. Это ее прозвище. Если ты с ней знакома, то знаешь, как она любит менять облик. И очень мало кто видел ее настоящее лицо.

— А ты?

— Я? — он усмехнулся. — Было дело.

— И какая она? — мне не удалось сдержать любопытства.

— Тебе лучше не знать. У вас, у людей, такая хрупкая нервная сиссстема, — Лу улыбнулся и достал еще один фужер, теперь для меня.

— Развязал бы, что ли… супруг, — приняв напиток, предложила я.

— Свалишься… сссупруга, мышцы-то онемели за время, проведенное на столбе, — ответил мой… гм… муж? Ох, может, я все же проснусь сегодня, а? Хотя нет! Сначала про Заветный Дар узнать надо. А то такие информативные "сны" в реале случаются не часто.

— Ну, ладно, — поерзав на месте и убедившись в его правоте, согласилась я. Веревки и правда помогали удерживать уставшее тело в вертикальном положении, при этом не раня его. — Так что там с Хранителями? Смерть жены, значит, может отменить наказание, угу. А ее свадьба с другим мужчиной?

— С обычным человеком, вряд ли. Да и не шасссстают Арэ за пределами Дома* перед брачным обрядом. Ты первая, кто умудрилссся такое учудить, — мне показалось, или в его голосе промелькнуло чуть насмешливое одобрение?

— А если… за демона вышла? — с надеждой заглянула в его глаза я.

— Думаю, это веская причина. Только тебе придется вернуться к Эре и сказать ей об этом. Иначе парню крышшшка, — жизнерадостно сообщил собеседник, и звонко чокнулся со мной фужером, отчего я едва не выронила свой из рук. — А ты ведь переживаешь за него, куколка. Защищаешшшь, беспокоишшшься… любишшшь?

— Я… я перед ним в долгу, — ну, точно, в неоплатном! За вино и гору шоколада. Ладно, не изливать же душу первому встречному… эм, демону. Хотя… уже второму. А если вспомнить ночные ипостаси Хранителей, то можно со счета сбиться. — Скажи, Лу, допустим, ты меня отпустишь, как я попаду в Карнаэл?

— С моей помощью. Это не слож-шшш-но.

— А если моего заявления о нашем браке окажется недостаточно?

— Тогда у тебя будет два мужа, — легко так заявил синеглазый и, пронаблюдав, как вытягивается мое лицо, расхохотался. — Ты из моногамного мира, что ли? Ах, какая прелесть! Добро пожаловать в настоящщщую жизнь, куколка, — и… снова подмигнул. Который раз за ночь? А, не существенно. — Да хватит уже киснуть, жена! Радуйся. Не каждой человеческой девице выпадает возможность сочетаться браком с высшим демоном.

— Угу, — уныло отозвалась я. — Только этот демон еще совсем мальчишка, а тот другой… который Хранитель, просто дурак.

— Ну, и пусть я молод, — философски заключил Лу. — Всссего-то восемнадцать тысяч условных лет. Зато полон сил и хорош собой, согласисссь, а? — ехидно ухмыляясь, промурлыкала эта древность, с наслаждением глядя, как отвисает моя челюсть. Подняв рукой подбородок, я мысленно приказала себе расслабиться. Следовало ожидать, что он не мальчик… Ох, следовало. Но девять тысяч земных лет?! Неее… это слишком для моего понимания.

— У меня сейчас мозги взорвутся от таких новостей, — пробормотала я, запивая свой шок напитком. Жаль, не алкогольным.

— Да брось ты, — осторожно похлопав меня по плечу, сказал муж. — Все будет хорошо. Сейчас отправлю тебя в Карнаэл…

— Нет! — испугалась я, едва не подавившись очередным глотком. — За мной должны прийти. Как только ты вернешь нормальный ход времени, он появится. Непременно!

— Кто? — не понял демон и… сделал странный жест рукой, отчего мне на мгновение показалось, что он хочет проверить, нет ли у меня жара. Но Лу всего лишь убрал с моего лба выбившиеся из высокой прически завитки.

— Хранитель. Пока ты не провел обряд, я его чувствовала. Заветный Дар был активирован и…

— Даже так? Забавно, — перебил меня собеседник. — Но ждать его — только время терять. Он все равно вернется Домой*, там и встретитесь.

— Но…

— Я могу и передумать, — предупредил он, прищурившись. — Выбирай: идешь туда или?

— Все-все, молчу. Хотя нет, последний вопрос можно?

— Ну?

— Тебе какая со всего этого выгода? Не верю я в благие намеренья, давно уже.

Демон оскалился… в смысле, улыбнулся во все тридцать три (или сколько у него там) зуба, и с иронией произнес:

— Привет от меня Эре передашь.

— И она типа обрадуется?

— Будет в полном восссторге, — заверил он.

— Да ну?

— Именно. Давно у нее из-под носа не уводили Арэ. То есть никогда. Так что восссторг по данному поводу тебе обессспечен.

Отлично! Значит, подлянку "Духу" Карнаэла за мой счет сделать решил. И во что, интересно, я опять вляпалась?

— А…

— Закрой глаза, куколка, — нежно так промурлыкал мне на ухо супруг. — Поговорим, когда верну тебя обратно, — он провел ладонью перед моим лицом, и мне почудилось, что воздух вокруг начал густеть и шевелиться, а потом…

— Дай девочке час, Лу, — донеслось откуда-то сверху. Я резко распахнула глаза и уставилась на засверкавшую золотыми огнями тучу. Странные ощущения исчезли вместе с отошедшим от меня демоном. — Погоды он тебе не сделает, а мне любопытно посмотреть на того олуха, который допустил, что бы его собственную Арэ использовали в Аваргале.

Бархатный мужской голос, насквозь пронизанный ленивой насмешкой, лился, словно осенний дождь из пышной массы грозового облака. Разбуженный им Боргофф недовольно оскалился, но, окончательно проснувшись, завилял хвостом и радостно рявкнул "Урррагуррр!". А я почему-то подумала, что двоих Высших демонов на меня одну — уже много. И еще довеском о том, что полиандрия* — это точно не мое.

* * *

— Боргоф!.. Вот скажи мне, друг мой Боргоф, я красивая?

— Уррр… — согласно проурчало серо-голубое чудище, скосив на меня свои синие глаза. Все три! И те, что по бокам волчьей головы, и тот, что на лбу горит, как у царевны звезда. Только от этой "царственной особы" мурашки по коже, хотя… чем не мечта сюрреалиста? Меня данная Мечта теперь готова была облизывать с ног до головы, не забывая при этом поглаживать своими бархатистыми лапами по спине и плечам. Насколько я поняла из слов Лу, свалившего вместе со спящей брюнеткой в бездонные недра тучи-портала, жена хозяина для Боргофа — его вторая мама. Особенно жена, по венам которой течет Сила демона. Угу, вот и наслаждаюсь сыновним вниманием, сидя на столе между извивающихся вокруг щупалец. Будь моя воля, осталась бы висеть на столбе. Но муженек (чтоб его там молнией пришибло!) решил иначе, и насильно запихнул меня в объятия дружелюбного монстра. Видимо, чтоб не сбежала. Так как временной барьер он снял, чтобы Хранитель, если явится в отведенное время, смог попасть на территорию площадки. Кровь и зеленую жидкость Боргоф давно уже растер по плите своей огромной тушей, а Лу освежил вид отведенного для моего ожидания места, традиционно щелкнув пальцами. Не эсссстетичной она ему показалась после ритуала. Еще бы! Рисунок на столе в результате его колдовства, конечно, остался, но теперь выглядел как орнамент, а не продавленные в камне линии. Уже не плохо.

— А мне кажется, что так себе, — самокритично заявила я. — Ничего во мне особенного нет: не красавица, да и умом гениальным не блещу… И что это значит, а? — монстр неуверенно рыкнул, но тут же заткнулся, ожидая моей версии.

— А значит это, что и мужикам зариться не на что! Тогда почему им всем приспичило жениться? Тебе не кажется подобное поведение странным?

— Урррагуррр? — задумчиво изрек Боргоф, и потерся мохнатой щекой о мое плечо.

— Угу, — кивнула я, сама не понимая чему, понимать его речь у меня способности не было. — А знаешь, полагаю, что мне известен ответ! — бросив тоскливый взгляд в темноту, в которой исчезли трое покалеченных четэри, воскликнула я. — Мне даже к психиатру не надо, и так все ясно, как день, — новый взгляд в ту же сторону и… ночь, тишина… никого. Грустно. — Я просто придумала себе фантомов.

Серо-голубой собеседник недоверчиво фыркнул и выдал многозначительное "Урррагуррр".

— Нет-нет, Боргоф! Именно фантомов. А что? Мне двадцать пять лет, я не замужем, детей не имею, работаю… ах, да что говорить. Неудовлетворенность в личной жизни, тяга к романтическим приключениям и частый просмотр фильмов ужасов… Вот и результат. Моя фантазия сотворила фантомов в фэнтезийном окружении! Понятно, Боргоф? Ты — фэнтезийное окружение!

Чудище крякнуло, лизнув мою обнаженную руку, и утробно заурчало.

— А они, — погладив его по влажному носу, продолжала делиться идеями я, — плоды моего буйного воображения. Красавцы мужчины без обручального кольца на безымянном пальце. Ну, почти все. О тех, что без штанов, скромно умолчим. Один хотел жениться, другой не хотел, но его принуждали, а третий… третий просто женился! Да, я права. Гениальный вывод, а?

— Урррагуррр, — не согласились со мной и, опустив голову мне на плечо, добавили: — Гуррра.

— Если это аналог дуры, то встань в очередь, дорогой, — пробурчала я и снова посмотрела в темноту. — Ну, где же тебя нечистая носит, фантом номер два?! — сорвалось с моих губ и потонуло в довольном урчании Боргофа. — Всего-то минут сорок осталось!


Глава 5 | Красавица и ее чудовище | Глава 7







Loading...