Book: Noblesse oblige



Михаил Хазин. Noblesse oblige


1. Noblesse oblige

19.08.2018

Когда мы поругались с Олегом Григорьевым, то наши общие друзья несколько раз спрашивали, в чем, собственно, причина. Я тогда ответил, что дело в том, что у Олега – мания величия, которая выражается в том, что он хочет получить Нобелевскую премию (ну, точнее, премию памяти Нобеля). И конкуренты на его поле ему не нужны. А один из них спросил меня, а нет ли аналогичной мании у меня? И я честно ответил, что у меня настоящая мания величия, которая выражается в том, что я еще не решил, достоин ли комитет, который выдает эти премии, рассматривать мою кандидатуру.

Если посмотреть на эту ситуацию с философской точки зрения, то выглядит она примерно так: Олег Григорьев обозначил свою цену на соответствующем рынке. Да, она высока, но это – цена. Несколько иначе можно эту же конструкцию обозначить: есть женщины, которые играют роль Снежной королевы. У них могут быть любовники, но каждый из них четко понимает, что его выбрали не просто так и никто статус его женщины не нарушит. А есть женщины, которые просто обозначают свою цену. Она может быть очень велика (и тогда те, кто не смог обеспечить соответствующий уровень могут сильно расстроиться), но она – есть. И любой человек, который сегодня ее купил, должен понимать, что завтра (а быть может, уже вчера) ее кто-то перекупит.

Кстати, в этом смысле очень характерен знаменитый анекдот про Бернарда Шоу и английскую королеву. Как-то раз он опубликовал эссе, в котором утверждал, что дамы высшего общества отличаются от продажных женщин разве что ценой, которую мужчинам нужно платить за обладание ими. Когда эта дерзость дошла до королевы, она решила публично поставить наглеца на место. Шоу был приглашен на прием в королевский дворец, где между ним и ее величеством произошел следующий разговор:

– Это правда, что вы считаете, что все без исключения женщины продаются? – спросила драматурга королева.

– Правда, – ответил Шоу.

– Сколько же тогда, по-вашему, должна стоить Королева Англии?

– Ну, фунта два или три, – невозмутимо ответил Шоу.

– Так мало? – гневно воскликнула королева.

– Ну вот, Ваше Величество, Вы уже и торгуетесь! – с довольной улыбкой воскликнул Шоу.

Классический пример человека, который, во-первых, не очень разбирался в женщинах (с которыми Шоу вообще общался мало), а, во-вторых, уж точно не был аристократом. Почему? А потому что аристократия (в проектном смысле, то есть не графы и бароны, а наследственная элита глобального проекта) точно знает, что она служит проекту! И поэтому купить ее нельзя! Никак! Возвращаясь к примеру, Шоу можно отметить, что я знаю и Снежных королев, и альтернативных им женщин, которые в лучшем случае (откровенную проституцию мы не рассматриваем) проходят по разделу типовых театральных персонажей как «субретки» (разбитные служанки) и могу сказать, что возможности и права первых в отношении большинства других людей на порядок выше. Аристократы имеют право на вход в аристократические салоны не по происхождению, а по четкому понимании чувства долга. Noblesse oblige.

Да, это подчас создает серьезные проблемы, поскольку много в каких радостях жизни приходится себе отказывать. Но зато остается самое главное право – право на игру. Потому что если окружающие понимают, что тебя купить нельзя, то это значит, что тебя можно рассматривать как партнера и/или самостоятельного игрока. А если ты продаешься, пусть и за очень высокую цену, то рано или поздно тебя купят – а значит, играть с тобой никакого смысла нет, это нужно делать с тем, кто тебя купил.

Собственно, к чему я это все… А к тому, что разрушение инфраструктуры «Западного» проекта резко расширяет состав проектной аристократии. И появляется возможность в нее войти. То есть – обеспечить себе и своим потомкам чрезвычайно высокие возможности и перспективы. «Где тут у вас в графы записывают?»

Но самое сложное здесь – соответствовать. Я – учитель и у меня много учеников. И я их всех тащил именно в (потенциальную) аристократию, элиту. И с интересом обнаружил, что умение не продаваться судя по всему, врожденное. Или, как сказала недавно одна моя знакомая, относится к «заводским настройкам». То есть или умеет себя вести как Снежная Королева, или, как ни бейся, все равно сваливается в субретку. К мужчинам это относится даже более, чем к женщинам, поскольку для женщины грехопадение обычно сводится ко вполне конкретному поступку, который, в общем, не очень публично поощряется, а потому самой женщиной отслеживается, а мужчины могут даже не понять, что это самое грехопадение состоялось.

Но если вы собираетесь играть в игру (а аристократы, элита, всегда играет в игры), то грехопадение вам обязательно вспомнится (желающим рекомендую посмотреть блестящий фильм «Идеальный муж» ). И в результате вы станете чьим-то агентом, что почти наверняка ведет к выбыванию из элиты (а то и из свободной жизни, если ваш вербовщик или, иначе, сутенер, представляет собой реального врага государства). В упомянутом фильме у главного героя нашелся друг, который взял проблемы на себя и их решил. Но далеко не у всех есть такой друг и далеко не всегда ему можно объяснить, почему он должен заниматься твоими проблемами.

В общем, как всегда. Сейчас будут открываться карьерные двери. Вы можете остаться стоять на месте, двери закроются и вы всю жизнь не сможете простить себе, что не сделали шаг. Но если шаг сделан, то двери все равно закрываются и вы оказываетесь на арене со львами. И если это львы из элиты, а вы по характеру субретка (любого пола), то вас сожрут точно. Даже не подавятся. И – каждый выбирает для себя.

И это, как понятно, важное дополнение к «Лестнице в небо». Написанное в связи с острой необходимостью, поскольку, еще раз повторю, подходит время, когда откроется много карьерных дверей. И у нас, и в других местах. И нужно быть к этому готовым.


2. На арене со львами

25.08.2018

Поскольку моя статья "Noblesse obligе" вызвала какой-то шквал обсуждений (более 250 комментариев и ответов к ним), поневоле приходится писать продолжение. Тем более что мне был задан прямой вопрос (уже не помню, где и кем): а как именно происходит «съедание» проигравшего на арене уже живущими там львами и можно ли потом выйти на эту же или на какую-нибудь другую арену. Или, иначе, можно ли «начать новую жизнь», забыв предыдущие ошибки.

Попытаюсь на эти вопросы ответить.

Прежде всего, нужно пояснить один момент из предыдущего текста. Почему в элите такие жесткие правила? А дело в том, что большое количество ресурсов, находящихся в руках практически каждого члена элиты (ну, хотя бы, возможность просто поговорить с большим количеством не совсем доступных людей), создает для каждого из них угрозу. Поскольку всегда есть большое количество желающих «развести» этих людей на то, чтобы они бесплатно (и, частно, с негативными для себя последствиями) этими ресурсами поделились.

По этой причине любая элитная группировка (даже на уровне профкома крупного предприятия или «кружка» жен мелких хозяйственников) начинает создавать барьеры для проникновения в свой круг. Эти барьеры могут быть чисто внутренними, могут использовать внешние ресурсы (любая барышня, которая завела себе мальчика «из хорошей семьи» практически неминуемо столкнется с тем, что ее предыдущая жизнь будет вывернута наизнанку). Ну, как работают службы безопасности олигархов все и так знают хотя бы на примере Ходорковского. Но цель одна – минимальная безопасность.

Кстати, именно по этой причине жены олигархов часто переходят от одного к другому: дело не в том, что они самые красивые и умные, дело в том, что они проверены насквозь по части понимания «правил игры» и отсутствия зацепок для вербовочных подходов. А если в этот круг случайно попадет девочка неопытная (ну, скажем, она очень понравилась «серьёзному» мальчику и он ее в круг своих друзей ввел), то может оказаться, что она пообвыкнет, и начнет просто общаться. А потом ей понравится какой-нибудь мальчик на стороне, а она-то не знает, что прежде чем заводить роман, нужно спросить у знающих людей, можно ли гулять именно с этим… А дальше ее довольно легко разводят и раскручивают…

Как говаривал один мой знакомый чиновник:

«Если ты не спишь со свой секретаршей, то с ней спит кто-то другой и это создает серьезные проблемы с точки зрения утечки информации».

Но представьте себе, что у этой секретарши не совсем правильный моральный облик и к ней пришел симпатичный молодой человек, который просит оказать ему политическое содействие (через начальство) и он готов за это платить? Живыми деньгами. С точки зрения негласных правил она должна согласовать этот контакт с руководителем и потом поступать так, как скажут. В том числе передать деньги по назначению. А если денег отдавать ей очень не хочется?

Она ложится с этим парнем в койку и берет у него деньги. А на последующий естественный вопрос со стороны руководства (скрыть деньги практически невозможно) честно говорит: «Любовник подарил». Но теперь "любовник" имеет право требовать и как именно он эту ситуацию использует – большой вопрос… Не говоря уже о том, что политическая «крыша» обычно нужна не совсем безупречным людям. Хотя бывают и исключения.

Я с такими ситуациями сталкивался в жизни неоднократно. Вариаций у них колоссальное количество, но все сводятся к одному и тому же: если ты попал в политическую корпорацию (вышел на арену со львами), то единственный твой шанс, это следовать правилам. Правилам, которые нужно выучить как «Отче наш» и в случае непоняток обращаться к своим наставникам. А их не быть не может, поскольку выход на серьезную арену всегда происходит исключительно через проводников. Которые, собственно, и открывают те двери, о которых говорится как в «Лестнице в небо», так и в предыдущей статье из этой серии.

И когда я писал о том, что на арене слабого игрока съедают, то имел в виду сразу несколько механизмов. Но все они сводятся к одному: ваши враги и/или партнеры высказывают свое крайнее недовольство появлением такого нового игрока.

Выглядит это примерно так:

Вы нашли нового человека, которого постепенно пытаетесь ввести в свое общество (это может быть новый сотрудник, новая подружка, жених дочери или еще кто-нибудь, кто прошел первый круг вашей личной безопасности). И вдруг ваши друзья или партнеры вам говорят о том, что они его видеть категорически не хотят.

Если это ваши друзья, вы можете их спросить прямо, в чем дело. Ответов, может быть, много (у него плохие родственники, он совершил некие неблаговидные поступки в прошлом, он совершает их в настоящем, например, вы его привели как жениха дочери на приличную тусовку, а он тут же начал охмурять дочку самого богатого участника встречи и так далее), но могут ничего конкретного и не сказать. В любом случае вы понимаете, что если продолжите свои попытки (например, дочка его очень любит), то это будут уже не столько его, сколько ваши личные проблемы. Подчас вполне себе финансовые.

Я еще ребенком помнил, что у нас дома (а у нас собирались большие компании) папа иногда говорил друзьям, которые приводили новых людей, что во второй раз такого-то человека приводить не стоит. А ведь это вполне безобидная ситуация. А если вопрос идет о реальной безопасности? Тут к таким вопросам относятся уже очень щепетильно.

Но приведенный пример как раз очень доброжелательный и к тому, кто привел сомнительного человека (то есть открыл ему карьерные двери), и к нему самому. Поскольку если тебя куда-то не зовут, это повод подумать и сделать выводы. А вот если выводы не сделаны, то претензии накапливаются и появляется мнение…

Была такая замечательная советская фраза (на самом деле, совершенно универсальная): «Есть мнение». И вот с этим мнением бороться крайне сложно, почти невозможно. Потому что оно не опирается на аргументы, просто «все знают». И человек, о котором такое мнение складывается, с арены вылетает, хорошо если без серьезных последствий.

А ведь бывают и более жесткие варианты.

Например, ваш конкурент в рамках властной группировки (например, другой вассал вашего сюзерена или, что хуже, конкурент вашего сюзерена) вытаскивает на широкое обозрение прегрешения вашего «протеже», причем в максимально неприглядном виде и подает его как вашу персональную, вредительскую для всей организации, деятельность. Примеры может привести каждый, тут даже особой фантазии не нужно. Ну, совсем просто: вы притащили своего нового помощника, а у него двоюродный брат работает в конкурентной нам организации и он с ним по телефону каждый день говорит, и вам предъявляют распечатки… Тут уж начинаются серьезные разборки и еще не факт, что вы из них выкрутитесь без серьезных для себя потерь.

Ну и третий вариант, совсем плохой.

Вы привели нового сотрудника в тусовку, он всем показался привлекательным и интересным, а его через несколько месяцев арестовывают, потому что выясняется, что у него был любовник (ну да, сейчас не принято придираться к лицам с нетрадиционной ориентацией), который был членом оргпреступной группировки. И сейчас этого вашего сотрудника «колят» неизвестные следователи, причем весьма возможно, задают ему крайне нелицеприятные вопросы о деятельности вашей организации. Что скажут ваши собственные руководители и партнеры?

Вариантов таких можно привести массу, но результат для самого «нового» участника группы (или, иначе, нового участника, который вышел на арену) самый печальный. В третьем случае так совсем печальный. Но и в первых двух есть серьезные проблемы, поскольку во Власти всегда и везде ну очень не любят людей, которые подставляют своих сюзеренов, людей которые их и вводят во властные круги. Собственно, с точки зрения Власти это, вообще, единственное преступление, которое не прощается почти никогда. А без нового сюзерена выйти на новую арену практически невозможно. И вот тут мы как раз переходим ко второму вопросу: а можно ли после всего содеянного выйти на арену снова или найти другую арену. Ответ – да. Но способов есть всего два.

Первый – «купить» себе нового сюзерена. Например телом (красивая женщина может удачно выйти замуж, даже если у нее была не самая красивая история) или деньгами (например, вы получили большое наследство). И начать «новую жизнь». Кстати, этот вариант работает и при первом выходе на арену, только в случае повторения цена будет много выше. Но при этом новый сюзерен (старый в такой ситуации обычно отказывается, хотя, конечно, бывают и исключения) берет на себя все сопутствующие издержки. И бывает, что для него закрываются многочисленные тусовки и возможности, которые раньше были для него нормой. Подчас навсегда. То есть, он должен адекватно понимать, на что он идет, чем он жертвует и что за это получает.

Понимает он далеко не всегда (разводки – неизбежный спутник таких игр). Но либо за него это делают родственники, друзья или служба безопасности, либо, рано или поздно, он понимает все сам. И вот тогда претендент на повторный вход на властную арену может быть просто отвергнут. Например, потенциальный жених вдруг, без особого внешнего повода, начинает резко ограничивать контакт с потенциальной невестой, а затем и вовсе прерывает эту связь, без какой-либо компенсации. А несостоявшейся невесте (или несостоявшемуся партнеру) остается делать для окружающих вид, что она ничего не поняла.

И вот тут для претендента на повторное вхождение во власть начинаются совсем печальные времена, поскольку компенсировать амбиции уже нечем (а люди без амбиций во властные игры как правило, не играют, ибо «политика – дело грязное»). Ну, или остается вариант "покупки" все нового сюзерена, но все более и более низкого качества.

Кстати, негатив от 90-х годов для многих людей связан еще и с тем, что в связи с разрушением устойчивых социальных страт у широкого круга «кидал» появились возможности не то, что для второго, но и для третьего, четвертого и так далее входов во властные группировки. Некоторые на этом даже большие деньги заработали. Но сейчас все возвращается «на круги своя» и у профессиональных политических кидальщиков начинаются серьезные проблемы.

Второй вариант – «перебить» уже упомянутое «мнение». Это вариант крайне тяжелый, поскольку, как я уже говорил, «мнение» с какого-то момента не основано на фактах, а только на ощущениях. И единственный способ его перебить, это напомнить всем реальные факты собственного грехопадения, компенсировать пострадавшим (в том числе прежнему сюзерену) понесенные убытки и доказать, что повторения не будет.

На Руси считалось, что отсидка в тюрьме списывает старые грехи, но сегодня это уже не так. Кстати, сам прежний сюзерен может и не хочет ничего, но главное тут общественное мнение: оно должно признать, что убыток компенсирован. И вот в этом случае репутация может быть непросто восстановлена, но даже поднята чуть выше, поскольку далеко не каждый может признать свою вину. И такая способность в обществе уважается.



Беда в том, что выстроить правильную подачу собственных ошибок – это отдельное особое искусство. Разыгрывать такую карту сложно, ибо очень легко совершить серьезные и, зачастую, уже непоправимые ошибки. Однако, если по этому пути всё же не пойти – то все равно, старые грехи рано или поздно всплывут и карьерные возможности будут не просто сильно ограничены, но скорее вообще ликвидированы.

Львы ошибок не прощают...


3. Открытые врата

26.08.2018

Второй текст этой серии, как, собственно, и первый, вызвал широкое обсуждение. А потому, позволю себе, продолжить...

На этот раз не предполагается разбора частных случаев, тут уже ничего особо нового не скажешь, скорее, будут ответы на вопросы. Точнее, на два основных тезиса.

Первый – что такая гадостная иерархически-родоплеменная система не должна существовать вообще! Потому что она неправильна, аморальна и омерзительна! И любой нормальный, образованный, достойный человек должен ее с негодованием отметать!

На это есть простой ответ, приведенный в «Лестнице в небо» и, в общем, универсальный. Поскольку в истории других моделей Власти просто не было, вообще, то и чего огород городить! Тем же, кто считает, что он самый умный (и 5000 лет истории ему не указ) и может придумать модель собственную, расскажу некую историю, которую услышал на заседании комитета комсомола Института физической химии, членом которого я когда-то был...

В 50-е годы (сама история была рассказана году в 85-м) был в этом институте уважаемый заведующий отделом. Он был хороший ученый, уважаемый профессор, но к своим обязанностям руководителя относился несколько свысока, считая, что это ниже его достоинства. Соответственно, он все время попадал в разные дурацкие ситуации, поскольку его все время разводили разные сомнительные личности. У него была жена и (в институте) любовница – женщина уже за 40, серьезного нрава, мужа у нее после войны не было.

И вдруг он неожиданно разводится с женой и женится на своей аспирантке, которая была у него на кафедре. И начинаются разные проблемы как с детьми, так и с разделом имущества. И возмущенная любовница, чтобы помочь семье, пишет письмо в партком, в котором просит воздействовать на члена партии, чтобы он, под давлением алчной молодой жены не разрушал жизнь семьи старой. Партком собирается, разражается большой скандал, профессор помирает от инфаркта. Старая жена с любовницей под ручку стоят на похоронах, молодая жена не получает ничего. Хэппи энд.

С точки зрения устойчивой группы, которая крутилась вокруг этого профессора, был сделан абсолютно правильный выбор. Больше всех потеряла, кстати, как раз любовница (поскольку профессор перестал делать ей подарки), но внутренняя устойчивость системы была сохранена. Квартиры остались в семье, аспиранты перешли к новому завкафедры и новому завотделом (оба были старыми учениками покойного), мир и спокойствие были восстановлены, аспирантка удалена.

А вот профессор понес заслуженное наказание, поскольку не удосужился понять, что любой руководитель должен создать вокруг себя устойчивый социум и не допускать, чтобы алчные и аморальные персонажи извне нарушали мир, в котором крутятся десятки людей. Истории про то, что бывает с кафедрами и отделами, которыми начинают фактически руководить такие молодые жены я уж рассказывать не буду. Сплетни, интриги, доносы, молодые любовники молодой жены и прочее, и прочее и прочее...

Это, как понятно, пример для рафинированных интеллигентов, которым не нравится описанная в предыдущих текстах система и ее механизмы защиты. Еще раз повторю – нет защиты, нет и идиллии, она очень быстро разрушается. Опять же, я учился в математических школах, учил детей в математических школах и точно знаю, что если нет жесткого и зачастую "противного" директора, никакие гениальные учителя и соратники-студенты ничего сделать не смогут, школа рассыпается в момент.

Причем модель управления у этих директоров может быть совершенно разная. Я помню, как у нас по итогам собеседования в 1976 году набрали 70 человек в два класса, в 57-ю и 179-ю школу, при этом, как и полагается, интеллигентные учителя математики никак не могли разделить детей на два класса, всё им демократии не хватало!

Вопрос решила директор 179-й школы Екатерина Харлампиевна Дмитриева, которая сказала примерно так: «Вот у вас через два дня общее собрание школьников. Половина из них придет с родителями, а половина – без. Вот тех, кто с родителями, тех в 57 школу, а тех, кто сам – ко мне!» Так вопрос и был решен.

А 1 сентября 77-го года я пришел со своим одноклассником в 57-ю школу, проведать друзей. И вдруг к нам подходит какая-то тетенька и грозным голосом говорит: «Ну-ка взяли эту парту и понесли за мной!» Мы как-то странно на нее посмотрели, и она тут же добавила: «Я директор и здесь все быстро меня слушаются и не задают вопросов!» Мы хором ответили: «У нас директор и учителя детей учат, а не парты таскают, для парт есть дежурный класс и ответственный дежурный!», на что получили ответ: «А, так вы из 179-й?!». Что мы, собственно, с гордостью и подтвердили.

Так вот, модель управления совершенно разная, а система защиты примерно одна и та же, поскольку, как я уже говорил, без нее все рассыпается.

Вот в 57 школе долго был директором Сергей Львович Менделевич, почти 30 лет, но он допустил к себе малоконтролируемых гуманитариев (говорил я когда-то, не нужны в математической школе гуманитарные классы!), которые устроили педофилический скандал. И где школа?! Нет ее!

Так что система защиты властной группировки (а властная группировка может быть и в науке, и в образовании, и вообще где угодно, где есть ресурс, который нужно защищать) должна работать, а она требует, чтобы все приближенные к руководящим органам люди соблюдали жесткие стандарты поведения, этические, моральные и поведенческие! О чем, собственно, и были написаны предыдущие тексты. И история нас учит, что эти нормы были одинаковы что у древних египтян и шумеров, что в персидской империи времен Ахеменидов, что в Китае, что в Средневековой Европе, что во времена СССР.

Методы управления меняются, а этика Власти – нет! Именно по этой причине те, кто нарушает эти правила, о карьере могут забыть.

А теперь можно перейти ко второму тезису, а именно,

Почему мы считаем, что в ближайшее время по всему миру откроются карьерные лифты.

Здесь ответ очень простой...

Любые властные группировки возникают там, где есть ресурс, который можно разрабатывать и который нужно защищать. И использовать его для того, чтобы захватывать другие ресурсы, которые контролируются альтернативными властными группировками.

Каким был главный ресурс последних десятилетий? Контроль над эмиссией мировой валюты, долларом. Именно этот ресурс позволил финансовому сектору США повысить долю прибыли, которую он перераспределяет в свою пользу, с 5% в конце 30-х годов до 70% к периоду кризиса 2008 года. Затем эта доля упала до (всего!) 40%, но потом снова начала расти. Сегодня, собственно, получить существенную прибыль за пределами финансового сектора крайне тяжело, почти невозможно.

Соответственно, финансисты начали активно выстраивать собственные властные группировки, которые должны были как захватывать все альтернативные эмиссии источники прибыли (и по цифрам в предыдущем абзаце хорошо видно, что в этом он преуспели), так и жестко бороться с альтернативными по идеологии группами. И мы это хорошо видим: например, в экономической науке все, кто не поддерживал МВФ-овскую мафию, объявляются маргиналами и шарлатанами!

Аналогичная история в государственном управлении экономикой: у нас вообще остались официальные околоправительственные экспертные институты, которые бы не контролировались как идеологически, таки организационно «шефами» из МВФ?

Так вот, сегодня мы хорошо видим, что все эти структуры перешли от экспертного обеспечения своих патронов, к их откровенно политическому обеспечению. Я про это уже много писал, но напомню, что и резкое усиление налогообложения в условиях падения экономики, и девальвация 14 года, и нынешняя девальвация (которая является прямой политической диверсией против действующей власти), и неявная поддержка санкций (как через вывод денег из бюджета и стимулирование оттока капитала, так и ограничения по притоку иностранных инвестиций), и многое другое – это политическая борьба мировой финансовой элиты против все более усиливающихся элит национальных, нашей в том числе.

Да, конечно, по части вредности для мировой финансовой элиты Путину пока до Трампа далеко, но лиха беда начало! Да и для серьезных проблем России нужно много меньше неприятностей, чем США.

Я убежден, что национальные элиты выиграют. Не потому, что они так уж сильны, а потому, что мировые финансовые элиты лишились своего главного ресурса. Эмиссия доллара больше не приводит к росту экономики и контролируется сегодня национальными элитами США (Трамп!). И, скорее всего, эта потеря является для финансистов (которых в России традиционно называют «либералами», хотя это и не совсем правильно, поскольку вызывает совершенно неправильные ассоциации с исконно смыслом этого слова; поэтому я регулярно использую для обозначения российских элитных групп, дочерних по отношению к мировой финансовой элите термин «либерастические») фатальной.

И как только произойдет слом верхушки «Западного» глобального проекта (который и формирует идеологическую и пропагандистскую конструкцию, поддерживающую финансистов), к власти начнут рваться национальные элиты! Во всех сферах деятельности! А у них есть своя иерархия и она не просто не совпадает иерархией либерастов, но прямо ей конкурентна. Соответственно, из всех властных группировок представителей либерастов будут убирать, а назначать – своих!

Беда в том, что у национальных властных группировок очень ограниченный кадровый состав. И это значит, что они начнут активно привлекать новых людей! Кстати, либерасты в начале 90-х так и делали, именно отсюда колоссальное количество неучей и вредителей в нашей власти: они почувствовали в то время, что достаточно продемонстрировать лояльность либерастической идеологии и выполнять общие правила корпоративной этики – и карьера обеспечена!

Сейчас ситуация иная, поскольку национальные элиты, все-таки, придут не на пустое место, как команда «Гайдара-Чубайса» в 90-е годы, но, тем не менее, карьерные лифты (нелиберастического толка) точно начнут открываться. И к этому желающим сделать карьеру нужно быть готовыми!

И готовность эта будет выражаться в двух обстоятельствах. Во-первых, нужно искренне не любить либерастическую идеологию и ее носителей (активно им противодействуя в рамках текущей жизни), а, во-вторых, соблюдать те правила, который описаны в предыдущих двух статьях этой серии (посвященных кейсам частным).

Разумеется, гарантии это дать не может, но игнорирование этих двух пунктов сделать быструю карьеру почти гарантировано не позволит. Ну, или, точнее, варианты есть (как это было описано в предыдущих текстах), но дальше будет очень много проблем, очень много тяжелой работы по защите своего положения и, в конце концов, скорее всего, отказ от полученных позиций.

Весной я уже как-то писал о том, что мы планируем разработать тренинги для будущих «людей власти». Поскольку времени у меня мало, разработку соответствующих кейсов пришлось отложить и, собственно, нынешние тексты как раз и написаны в рамках подготовки этого тренинга. По этой причине я искренне благодарен всем, кто писал комментарии к этим текстам и я надеюсь, что этот текст также будет интересен читателям. Ну а дальше, как мы надеемся, тренинг все-таки будет запущен.


4. Правила поведения

29.08.2018

Поскольку эта серия народу понравилась, будем продолжать! И в качестве пролога и темы для этого текста я возьму замечание к одному из текстов предыдущих. И хотя этот вопрос уже разбирался в «Лестнице в небо», видимо, окончательного его понимания у читателей пока нет.


«Михаил Леонидович, объясните, пожалуйста, одну непонятную, для меня вещь. По вашей концепции арены со львами, во власти находятся и за нее конкурируют группировки львов, которые руководствуются своими личными интересами и интересами своего прайда, то есть эта система заведомо эгоистов, для которых страна, земля, народ есть ресурс для потребления и борьбы.

Получается, что двери открываются для таких же эгоистов, которые будут игнорировать интересы большинства в угоду своим. Что же делать людям порядочным, для которых честь, совесть, доброе имя не термины вчерашнего дня, людям, которые хотят служить обществу по морально-нравственным соображениям, религиозным?

Получается, что им нет места во власти, так как она всегда будет иметь меньший ресурс, чем львы, которые гребут под себя.

Как тогда объяснить феномен большевиков сталинского призыва, Путина в конце концов?

Noblesse oblige

Быть может, я наивный идеалист, но я мечтаю быть во власти для того, чтобы наводить порядок в собственном государстве, в котором родился, и я готов быть вассалом, но вассалом, условно говоря, такого человека, как Сталин, который пытался выстроить относительно справедливую систему в интересах большинства.

Как найти такого человека власти, возможно ли это в принципе, или максимум что можно – это стать вассалом "патриотичного капиталиста", который будет биться за место под солнцем эксплуатируя Россию и людей?

Условно говоря, куда податься молодому Лаврентию Берии?»


Тут, конечно, вопросов много, но в реальности они сводятся к одному-единственному: а какое, собственно, дело члену властной группировки до страны и народа?

Для правильного ответа на это вопрос нужно учесть несколько важных обстоятельств. Но начнем мы с простейшей хотя и далекой аналогии, а именно, пресловутой «невидимой руки рынка».

Там ситуация аналогичная: имеет место большое количество пауков в банке, которые друг друга подставляют, грабят, обижают, а экономика тем не менее вполне себе растет. Так почему не может процветать страна, в которой властные группировки борются за власть?

Это только аналогия. А вот причин, почему (иногда, но не всегда) страны и народы все-таки существуют, как минимум две.

Первая состоит в том, что властные группировки существуют в рамках некоторых корпоративных, государственных или проектных (в смысле, например, глобальных проектов) границ. Они, конечно, могут просто попытаться продать свои ресурсы «дяде», но в этом случае сами-то они кто тогда?

Это простые обыватели могут наивно полагать, что можно украсть денег и с ними уехать в другую страну счастливо жить. Я, например, году в 90-м немного даже позавидовал знакомому, который в результате некой комсомольско-внешнеторговой операции хапнул 2-3 миллиона у.е., уехал на Кипр, купил себе виллу, а остальное положил в банк и стал жить на проценты. А любой, даже самый молодой представитель Власти точно знает, что там, куда он уехал, есть свои властные группировки, которые не любят, когда появляются люди, у которых сильно больше денег, чем у их членов.

То есть, если вы, к примеру, уедете в какую-нибудь итальянскую деревушку и у вас будет больше 100-200 000 евро, то вам довольно быстро дадут по рукам. Чтобы не выпендривались. А если вы уедете в Гонконг, то критическая сумма поднимается уже как минимум на порядок, но и здесь, в случае ее превышения, вам все равно рано или поздно придется столкнуться с вопросом: а ты, собственно, чьих будешь и на каком праве всем этим тут владеешь? И если достойного ответа не последует (то есть, если вы не предъявите властную группировку, которая готова нести за вас ответ), то довольно быстро ваше состояние опустится до размеров, ниже критических. Ничего личного, только Власть.

Отметим, кстати, что многие русские богатые купцы между двумя русскими революциями 1917 года уехали на Запад с капиталами! Ни один из них не смог их сохранить более чем 10-15 лет. Никто из них не смог выстроить свои собственные империи там. По очень простой причине – они были чужие.

Примеры Сикорского или, скажем, Рахманинова не приводить. Во-первых, потому что они были гениями (которым закон не писан), во-вторых, они не создали промышленные империи. Лично богатыми они стали, системно богатыми – нет.

Но, может быть, тогда можно встроиться в чужие властные группировки?

Но и это очень сложно, хотя бы потому, что все ваши рефлексы, культурно-повседневные рефлексы, они другие. Например, для безусловного вхождения в элиту США лучше говорить не на американском диалекте английского языка, а на английском классическом. Нужно понимать целую кучу нюансов, которые, что называется, впитаны с молоком матери (впрочем, эту темы мы тоже подробно разбирали в «Лестнице…»).

В общем, ответ такой: это почти невозможно. Почти – потому что во Власти, как и во всех других областях деятельности, есть гении. Но описывать их кейсы я не буду, поскольку повторить их подавляющее большинство не сможет никогда. И я в том числе.



Итак, любой человек Власти, даже начинающий, точно знает, что его властная группировка может существовать только в той среде, в которой она возникла! Нет других вариантов, не бывает! А значит, он должен эту среду (например, страну, если он рвется в политическую элиту) холить и лелеять.

При этом, правда, возникает вопрос, а почему тогда наши либерасты разрушали страну?

Ответ очень прост: а они никогда и не были людьми власти. Людьми власти были отдельные члены Политбюро (вроде Шеварнадзе или Яковлева), но они были куплены. Кем, как и почему – тема отдельная, но они потому и не лезли в верхушку новой власти, что точно знали, что могут стать жертвами. Обеспечили детишек-внучков (их-то на Западе никто не спрашивает, «чьих вы будете?»), и слава Богу!

А основная масса либерастов вообще не понимала, как устроена власть. Они просто слушали западных наставников, которые им обещали невиданные карьерные лифты, и хотели воровать. Причем масштабы были на первом этапе крайне мелкие, типа квартирку-дачку (говорят, первым подарком Березовского Тане Дьяченко была машина «Жигули»). Только к середине 90-х до них дошел реальный потенциал и масштаб возможного.

Кстати, в этом смысле очень интересный момент – поведение отдельных людей, которые получили место в западной иерархии, независимо от событий 90-х. Классический пример – Каспаров.

Он был принят на Западе еще до распада СССР как либерал и демократ, а статус чемпиона мира по шахматам давал ему дополнительные привилегии. И он осознал, что вошел в западную властную иерархию, ну, условно, младшим офицером, грубо говоря, старшим лейтенантом. И поскольку в его понимании Россия вошла в западный мир полуколонией (он же жил тогда на Западе и ситуацию изучал с точки зрения западных источников), то любой колониальный офицер, по определению, должен был иметь статус выше, чем любой туземный генерал. И он, приезжая в Россию, начинал направо и налево раздавать свои "мудрые советы", искренне полагая, что все обязаны к ним прислушиваться. Выглядело это для российского человека несколько дико.

К слову, именно так будут относиться любые люди Власти на Западе к любому нашему человеку, с любыми деньгами, который приехал туда на ПМЖ. Ему будут объяснять, куда, как и что он должен вложить, кого взять в партнеры и как "правильно" управлять своим капиталом. И любой отказ от таких советов будет классифицироваться как неимоверное хамство и наглость, за которые просто обязательно нужно дать по рукам. Ну вот представьте себе, что ваш ребенок, лет 12-ти, вдруг получит колоссальное наследство от какого-нибудь дедушки. Или какая-нибудь двоюродная тетушка просто даст такому ребенку много наличности. Много вы ему дадите прав в управлении этими деньгами?

И перелом в самосознании нашей страны произошел на границе 2000-х как раз потому, что те, кто пришел во Власть в 90-е, не понимая тогда вообще ничего, к этому времени много стали осознавать. И поняли, что нужно максимально обосабливаться от внешнего давления, иначе можно потерять всё. В смысле, совсем всё.

А уж те, кто честно строил свою властную карьеру, это отлично понимают с самого начала и поэтому свою кормушку обычно оберегают. Кстати, тут возникает вопрос: а Набиуллина, Силуанов, Кудрин, Чубайс, наконец, что, ничего не понимают? Они-то зачем рушат нашу экономику?

И тут ответ весьма банален: их способности очень ограничены, в норме Набиуллина вряд ли поднялась бы выше старшего научного сотрудника, а Чубайс – завлаба. Кудрин так и до главного бухгалтера в серьезном предприятии бы не добрался. И поэтому для них самое главное – это место в западной либеральной иерархии. Не во властной, конечно (кто же их пустит в Западную Власть!), они как раз представляют колониальную администрацию. Пока представляют. Ну и воруют, разумеется, поскольку точно знают, что значительную часть увезенного на Запад им разрешат оставить себе. За заслуги. Хотя и тут есть проблемы, поскольку заслуги у них перед «Западным» глобальным проектом, а не Капиталистическим или Иудейским. Так что и тут можно проиграть. Впрочем, это тема другого разговора.

Теперь перейдем ко второй причине, по которой властные группировки вынуждены учитывать интересы страны и народа (корпорации и ее сотрудников/партнеров и так далее). Дело в том, что властные игры всегда остро-конкурентные. И очень часто далеко не самый важный на первый взгляд ресурс может сыграть принципиально важную роль. Поддержка населения или явно выраженная патриотическая позиция для властной группировки может оказаться как раз таким ресурсом. Более того, иногда это становится чуть ли не самым главным ресурсом, точнее, отказ от соответствующей позиции гарантирует глобальное поражение в политической игре. Не говоря уже о том, что верхние элиты практически всегда участвуют в публичной политической борьбе и факт их отказа от патриотической линии немедленно становится общеизвестным.

В результате властные группировки просто заставляют друг друга думать об интересах народа и страны, а их верхние части, представители элиты, еще и согласовывают в рамках договорных процедур (опять-таки, тут читайте «Лестницу в небо») некоторые обязательные условия.

Типичный пример, что называется, на злобу дня, это пресловутое «письмо Белоусова». Я уже писал о том, что это письмо, скорее всего, первая ласточки в процессе отказа от «приватизационной логики» в рамках перехода к национализации природной ренты, то есть отказу от одной из главных уступок Западу в части интересов нашей страны. Пока приватизационные по происхождению российские элиты протестуют, но уже очевидно, что процесс пошел (кто там меня спрашивал про «левый поворот»?) и, скорее всего, общий консенсус по национализации природной ренты будет вскоре достигнут.

Сочетание двух описанных факторов и делает возможным сохранение устойчивости государства и реализации некоторых (не всех, конечно) интересов народа даже в условиях господства властных группировок, со всеми их внутренними правилами. Разумеется, не всегда и не везде. например, на Украине национальная элита так и не сложилась, как и, скажем, в Грузии. А вот в Казахстане и Азербайджане этот процесс вполне себе получился. Кстати, тут есть повод для некоторых спекуляций: не значительная ли часть тюркской традиции, которая сложилась в Москве средних веков, и позволила такую задачу решить? Поскольку у чисто славянских социумов выстроить устойчивое государство получалось не очень. Тема эта очень интересная и богатая, но ее мы уж точно отложим на потом. А мой ответ на заданный в начале текста вопрос на этом заканчивается.


5. Достоинство и профессионализм

31.08.2018

Сегодня разберем один интересный властный случай или, как принято сейчас говорись, кейс. Человек, о котором пойдет речь, занимает во власти видное место. Вообще, председатель комитета ГосДумы – фигура достаточно номинальная и малоинтересная, но в случае Комитета по культуре это не так, поскольку Елена Ямпольская входит в группу из 4-5 человек, которые определяют политику в этой сфере!

Кроме того, все понимают сегодня, что отсутствие официальной идеологии, важную роль по воспитанию представляет именно культура. И если образования пока полностью лежит под либералами, то с культурой ситуация стала серьезно поправляться, с точки зрения интересов страны.

Так вот, любое выступление государственного чиновника сегодня представляет собой хождение по лезвию бритвы. Он должен и удовлетворить требования Администрации Президента, и обеспечить реализацию тех планов и замыслов, которые у него есть (если, конечно, они есть), показать собственные честь и достоинство (опять-таки, если есть) и, наконец, не вызвать раздражение общества.

Фактически нужно пройти между струйками дождя и еще продемонстрировать собственный конструктив и готовность к позитивным действиям. Это все легко сказать, но вот реализовать это на практике… почти невозможно. Я могу сослаться только на собственный опыт. Имею в виду, в частности, свой комментарий к телеобращению Президента: поток критики, причем не только в адрес самого содержания, но и в мой личный адрес, весьма велик.

Я довольно много смотрел различных комментариев к Обращению Президента, именно, с точки зрения того, насколько грамотно решены те задачи, которые были перечислены выше. И могу сказать, что приведенное ниже интервью Елены Ямпольской газете "Культура" является, пожалуй, едва ли не лучшим образцом.

Noblesse oblige

– Какие эмоции Вы испытывали, когда слушали телеобращение президента?

– Радость. Не только оттого, что благодаря президентским поправкам законопроект об изменениях параметров пенсионной системы будет разумно скорректирован. Восторжествует справедливость – прежде всего, в отношении женщин. Очень здорово, что появятся пенсионные льготы у многодетных матерей. Многие из нас с самого начала говорили: есть отличная возможность увязать пенсии с демографией. Если пятеро детей – все-таки редкость, на такое решаются немногие, то о троих семья вполне может задуматься – с учетом не только сегодняшних, но и будущих льгот.

Но моя личная радость – она еще и гуманитарного толка.

Способность доносить мысль ясно, внятно, спокойно и уважительно – та планка политической культуры, которую президент держит и которую можно принять за образцы в спорах с недобросовестными оппонентами. До отвращения утомили те, кто рассматривает пенсионные изменения как последний шанс для самопиара. Не брезгует передергиваниями, откровенными подтасовками, личными оскорблениями. Как человек, выступавший с думской трибуны по теме пенсий, я испытала на себе весь арсенал этих топорных приемов, многому узнала цену, многое про многих поняла. Истерика со штампованными аргументами («Вас бы в горячий цех!» – строчат под копирку люди, не бывавшие в горячем цеху даже с экскурсией) призвана вовсе не защитить пенсионеров. Потому что реальная защита пенсионеров – это увеличение размера пенсий. Я продолжаю работать, чтобы у моей старушки-соседки пенсия росла – вот что такое защита и солидарность. А у крикунов одна цель – набирать политические очки в противостоянии с властью. Противостоянии по любому поводу. Баба-яга всегда против. Представляю, как бы они возмущались, если в Госдуму был внесен законопроект о понижении пенсионного возраста: «Теперь у работодателя есть законный повод выпихнуть нас на пенсию в 45 лет!»


– Для Вас лично какое обоснование нынешних непростых перемен является ключевым?

– Для меня существует один решающий довод. Главная задача пенсии – непросто обеспечить пожилому человеку набор продуктов и лекарств, но в первую очередь – сохранить у него чувство собственного достоинства. Мы все прекрасно знаем, насколько щепетильны в финансовых вопросах наши пожилые родители, с какой неохотой они принимают от нас ту помощь, которую считают «лишней». Для нетрудоспособного человека жизненно важно ощущать, что у него есть независимый источник дохода. Как бы мы ни любили своих стариков, они болезненно боятся оказаться в семье «обузой». Их так воспитывали – совестливыми работящими людьми. А если речь идет не о самых благодарных детях? Не зря в обществах, которые стремительно теряют патриархальность, появилось пенсионное обеспечение по старости. Оно несет гигантскую моральную миссию. Вообще, патриархальные устои – вещь зыбкая.

Вспомните русскую классику: сколько там описано обиженных и оскорбленных стариков, доживающих свой век среди попреков – даже в крестьянской среде. Да что там – вспомните короля Лира...

Думаете, будь у него пенсия?.. Возможно, трагедия превратилась бы в драму... Президент с цифрами в руках показал: предлагаемые перемены – единственный способ добиться стабильного роста пенсий. Нет оснований сомневаться в его резонах. Другое дело, все мы надеемся, что изменения в пенсионной системе станут частью целого комплекса преобразований – в здравоохранении, контроле за экологической обстановкой. В психологии граждан, наконец. Надо, чтобы каждый россиянин планировал для себя долгую здоровую жизнь. Обучать принципам и навыкам такой жизни следует с младшей группы детсада, пропагандировать ее и создавать условия – беспрерывно, в режиме нон-стоп.

Ну а главное, на мой взгляд, – сделать так, чтобы молодым хотелось полноценно работать, а не отбывать повинность, чтобы у них горели глаза. Для этого надо не только зарплаты повышать, но и цели перед людьми ставить масштабные, осмысленные, вдохновляющие. Снова – быть может, с упорством, достойным лучшего применения, – скажу, что в моем сознании никак не стыкуются задачи, стоящие сегодня перед страной, и развлекательная политика большинства наших телеканалов. Абсолютно невозможно каждый вечер на всю страну перетряхивать чье-то белье, потакать самым низменным, вульгарным вкусам, а потом ожидать от людей стремления совершенствоваться. Или вы создаете грошовых звезд, или убеждаете человека, что в современном мире надо постоянно учиться новому, чтобы достичь успеха. Вместе это не работает.


– Собираетесь ли Вы как председатель думского Комитета по культуре?

– принимать конкретное участие в работе над законопроектом?

– Разумеется. Нас тревожит полное исключение работников творческих профессий из числа тех, кто имеет право на пенсию за выслугу лет. Этот вопрос поднимался на заключительном – перед завершением весенней сессии

– ГД – заседании нашего комитета. Все присутствовавшие – вне зависимости от политических взглядов – высказали озабоченность по данному поводу. Надеюсь, решение примем так же дружно.


– Будете вносить поправки ко второму чтению?

– Сейчас мною и аппаратом комитета ведутся консультации. Скоро у депутатов завершится отпуск, мы с коллегами встретимся и определимся – станет ли это поправкой к законопроекту либо те, кого мы защищаем, смогут попасть в список льготников, составляемый правительством. Я убеждена, что надо крайне осторожно обращаться с пенсионным возрастом и необходимым стажем у артистов балета, некоторых категорий артистов цирка, музыкантов, играющих на духовых инструментах. Да, нынешний список льготных творческих профессий и должностей, утвержденный еще в 1993 году, чрезмерно широк. Там есть пункты, сегодня вызывающие недоумение. Мы должны понимать: есть проблемы, которые ответственный человек в состоянии решить сам. А есть объективный износ организма, по причине которого невозможно, просто опасно выходить на сцену, на арену.

Да и удовольствия зрителям это точно не доставит. Кроме того, уже сейчас существуют проблемы с набором студентов на отдельные творческие специальности. Отмена льгот усугубит этот дефицит. Ведь мы же не хотим оставить, например, оркестры России без духовиков, правда?


Фактически все задачи решены. Явно и четко продемонстрировано личное чувство собственного достоинства (что для современного депутата явление крайне редкое). Показан профессионализм и понимание задач. Из интервью явно видно, что автор четко понимает, как работает государственная машина и ставит те задачи, которые выполнить можно и не занимается пустыми рассуждениями в стиле «а вот бы…»

Очень качественно отмечена роль Президента. Да, с такой позицией можно спорить, но еще раз повторю – это слова чиновника (ну, депутата, в нашем случае это не так важно), который входит (в широком смысле этого слова) в президентскую команду. И Ямпольская ищет и находит очень разумные слова, которые подтверждают политику Президента. Более того, она вписывает их в консервативный контекст, то есть, демонстрирует свою позицию по культуре, противопоставляя ее позиции либеральной команды.

В этом смысле, кстати, я ее глубоко поддерживаю, поскольку мне абсолютно ясно, что Путин таки начал консервативный поворот, но вот доказывать это достаточно сложно. Выступление Ямпольской очень ложится в этот ряд и является дополнительным аргументом к моим доводам. Опять же, мне сильно легче, я несвязан никакими ограничениями, поэтому могу рассуждать об аргументах политических, чего депутат, связанный партийными полномочиями, делать никак не может, по определению.

В общем, мне кажется, что с точки зрения теории Власти, настоящее интервью является блестящим образцом качественного анализа. Я, если честно, даже не ожидал, что у нас в Думе остались люди, способные к работе такого качества. Повторю, не нужно ругаться по его поводу с позиции людей, которым не понравилось выступление Президента в целом, поскольку от представителя Власти трудно ожидать другого, просто невозможно. И любой человек, который претендует на политическую карьеру, должен читать и учиться!


6. Ответственность и лицемерие

02.09.2018

Есть один достаточно важный вопрос, который не был, затронут ни в предыдущих статьях этой серии, ни в книжке «Лестница в небо». Это вопрос восприятия «человека Власти» со стороны рядового обывателя и наоборот. И обсуждение предыдущей статьи этой серии показало, какой колоссальный смысловой разрыв между двумя этими группами. Хотя, казалось бы, так сразу не скажешь.

Для начала я приведу два примера, которые приводил много раз.

• Первый – это врач-хирург

С точки зрения абстрактного гуманизма, которого обычно придерживается обыватель (и его более совершенная форма – интеллигент), любой хирург – это людоед. Просто потому, что он, начиная операцию, никогда не знает, выйдет ли пациент из нее живым. Даже если удаление зуба под местным наркозом (случаи неожиданных аллергий или шоков пусть редко, но случаются). И у каждого хирурга есть свое маленькое кладбище…

• Еще один пример – офицер.

Если командир батальона для прикрытия отхода основных сил оставляет один взвод (или даже роту) на верную смерть – то он, безусловно, ярко выраженный палач или убийца. Тут даже вопросов нет. И совершенно непонятно, как именно представители этих профессий (и многих других) вообще смеют ходить по улицам и смотреть людям в глаза.

Нет, конечно, если сам рядовой обыватель заболеет или будет нуждаться в срочной эвакуации, он этим людям будет в глаза смотреть и заискивать, но это только если прижмет. А если нет? И вот тут возникает вопрос: А при чем здесь человек Власти? А очень просто. Приведенные выше примеры – это примеры ответственности! Врач и офицер, в меру своего понимания, приняли на себя ответственность за то, чтобы минимизировать количество жертв (врач – уменьшить вероятность смерти или ослабить мучения). При этом автоматически, они приняли на себя ответственность за смерть (гибель) определенного количества людей. И будут эту ответственность нести всю свою жизнь.

Кто-то скажет, ну какое это имеет отношение к председателю Комитета по культуре в, простите за неприличное слово Государственно Думе? Да еще члену фракции, прочтите за уже практически ненормативную лексику, «Единой России»? А очень просто. Сформировалась некоторая практика славословия главе государства. Уже не в первый раз в нашей стране, слава Богу, в гимне не написано «Боже, Путина храни…», но все остальное, в общем, достаточно типично. И если демонстративно отказываться от такого подхода, то достаточно сложно сохранить более или менее серьезное место в государственной иерархии.

А теперь посмотрим на Ямпольскую. Она – консерватор. Она видит, что двигается к нам с Запада. Она не хочет, чтобы вместо сказок про Ивана-Царевича и Марью-искусницу детям рассказывали про приключение какашек и смену пола в 8 лет. Ну и про гей-парады тоже не хочет. Значит, этому нужно противостоять. И как это делать? Ругать Путина? Тогда ее снимут и назначать какого-нибудь представителя сексуальных меньшинств, который начнет выделять гранты на детские фильмы, в которых проставляются дети, которые донесли на своих родителей, с целью максимального внедрения ювенальной юстиции. Нет, граждане интеллигенты, вы всерьез хотите, чтобы ювенальная юстиция отбирала у вас ваших детей или у детей – внуков? Например за то, что вы их заставляете книжки читать, вместо того, чтобы безграмотно мычать в социальных сетях? А вы понимаете, что Ямпольская как раз борется за то, чтобы дети книжки читали, а не тупо пялились в экраны смартфонов?

Славословить власть – это оборотная сторона нахождения на государственной должности. Кто-то может сказать, что это омерзительно. Но давайте посмотрим на современные американские университеты. Что там будет с человеком, который всего лишь выскажет своем мнение по поводу того, что гей-культура – это не совсем правильно? Я вот, например, ничего не имею против гомосексуалистов, но только при одном условии – что у них это качество является естественным, что они специально его не культивировали для того, чтобы делать карьеру, что они не совращают детей, да и вообще, не выставляют его напоказ. Но сказать такое сегодня в США вслух – это значит получить очень серьезные неприятности.

Вопрос: почему такие рьяные защитники права и обязанности человека говорить только то, что он считает правильным (и на этом основании ругающих Ямпольскую за лицемерие), ничего не говорят про американские университеты? Может быть они сами лицемеры? А я могу сказать. Дело в том, что они категорически отказываются признавать правду: что и в том, и в другом случае, речь идет о желании продолжать (или не потерять возможности начать) карьеру человека Власти. Но при этом Ямпольской это лыко ставится в строку, а вот американским студентам и преподавателям, почему-то, нет! Господа, а вот это и есть откровенное лицемерие!

И не нужно мне объяснять, что Ямпольская «у нас», а американские студенты «у них». Дело в том, что те мои знакомые, которые уехали туда, мгновенно приняли те правила и перестали говорить то, что там говорить не принято. Более того, они стали сами себя уговаривать, что это говорить не стоит и не надо. То есть делать ровно то, за что они ругали своих же родственников и товарищей, которые решили делать карьеру и начали соблюдать правила здесь. Более того, те интеллигенты здесь все время нам ставят в пример западное общество, как более демократическое и либеральное! Почему?

А все очень просто. Потому что в реальности, значительная часть обывателей (и практически все интеллигенты) занимаются самообманом! Они категорически отказываются брать на себя ответственность (иногда из страха, иногда по причине личной слабости и так далее), но при этом лицемерно не хотят в этом себе признаваться! То есть в реальности, их критика (в том числе Ямпольской за ее интервью), это на самом деле компенсация отказа от принятия на себя ответственности и, как следствие, невозможности сделать карьеру во Власти, даже на самом начальном уровне!

Здесь возникает колоссальный пласт ассоциаций, который я поднимать не буду. И потому, что неспециалист, и потому, что это уведет дискуссию далеко в сторону. Упомяну только о том, какой пласт поднял Фрейд по теме проблем девочек в связи с осознанием отсутствия у них пениса! Желающие могут эту тему обсудить, я с интересом почитаю. Но очень важное обстоятельство, которое теперь могу четко сформулировать: с точки зрения обывателя, люди Власти являются носителем качества (осознанного понимания ответственности), которое они видят и чувствуют, но отказываются признавать его существование! И по этой причине фиксируют его как набор отрицательных качеств, которые они сами признавать не хотят, более того, с которыми они в себе борются. Или не борются, но публично демонстрируют такую борьбу.

Приведу еще один пример: взаимодействие мальчиков и девочек в 10-11 лет. Девочки уже взрослеют и разговоры и ощущения у них уже достаточно серьезные, взрослым понятные. А мальчики играют еще в детские игры. При этом это не имеет никакого отношения ни к уму, ни к знаниям: просто у девочек уже появился некоторый пласт понимания жизни, который дополнительный ко всему остальному, но который принципиально меняет их поведение. А у мальчиков еще нет. И с точки зрения человека Власти, обыватели как раз – это мальчики, которые еще просто не вышли из детского возраста. И, возможно, никогда и не выйдут.

Тут сложно дать точные коннотации, просто я, как бывший учитель, много видел как взрослеют вчерашние дети. Но вот приведенная в предыдущем абзаце ассоциация, скорее всего, наиболее точная: если у человека появляется некий дополнительный пласт понимания жизни, связанный с ответственностью, он может стать человеком Власти (кстати, не обязательно, хотя жизнь заставляет, поскольку во Власти всегда не хватает толковых людей), а если нет – ничего не получится, как ты его не пинай!

Кстати, важное замечание: то, что данный субъект стал человеком Власти вовсе никак не связано с его чисто человеческими качествами (как и то, что девочка – это девочка, ничего не говорит о ее будущем женском поведении, она может остаться старой девой, может стать примерной матерью, а может – откровенной шлюхой). Он может быть героем, конструктивным и креативным организатором, а может, вором и негодяям. Просто сферой его проявления в случае, если он понимает, что такое ответственность, может быть Власть. А если не понимает, то во Власти его не будет. Точнее, удержать его там можно будет только внешними усилиями. Даже если он сын олигарха или императора.

И люди Власти видят друг друга мгновенно. При встрече они долго принюхиваются (а вдруг они члены враждебных властных группировок), но, тем не менее, видят друг друга мгновенно. У меня несколько раз в жизни была такая история, когда меня знакомили с людьми, про которых ходили слухи, что они «где-то там» бывали. И те мои знакомые, которые организовывали такие встречи, потом откровенно не понимали, почему я мгновенно определял, соответствуют такие слухи реальности или нет. А просто потому, что уровень ответственности человека видно сразу (если ты сам понимаешь, что это такое). Ну, это как женщина мгновенно видит, нравится она мужчине или нет. Что делать с этим дальше – это отдельный вопрос, но сам факт очевиден.

И теперь можно резюмировать сказанное. Человек Власти другого человека Власти видит сразу (как и его общий уровень), по масштабу ответственности, которую тот понимает и выдает в своих словах и понимании поступков. Аналогично, человек Власти сразу видит обывателя (как заядлый автомобилист сразу понимает, что перед ним человек, который никогда за руль не садился), как человека принципиально безответственного (а обыватель, а особенно, интеллигент, этим часто еще и кичится). Ну а интеллигент человеку Власти завидует, его не любит и часто по его поводу раздражается. Что мы хорошо видим по комментариям к интервью Ямпольской. И причина этого, как мы уже выше разобрались, не в поведении человека Власти, а во внутренних комплексах интеллигента. Ну а обыватель… А он как мальчик десяти лет: он просто не понимает, о чем там говорят его ровесницы…


7. Идентичность и верность

06.09.2018

Noblesse oblige

Один из главных вопросов, который задает себе человек, желающий попасть во Власть – это что нужно делать и как себя вести, чтобы на тебя обратили внимание. И не только обратили, но и чтобы реальный человек Власти, который может стать его сюзереном, сделал соответствующее предложение.

Я напомню базовые соображения из «Лестницы в небо»: во власть нельзя попасть самому, по своей инициативе, кто-то должен пригласить и открыть соответствующие двери и есть масса людей («шлейф»), которые изображают из себя людей Власти, но ими не являются! И по этой причине крайне велика вероятность сделать ошибку – или не понравиться реальному человеку Власти или же, что еще хуже, принести вассальную клятву человеку, который не обладает соответствующими возможностями и полномочиями. Такая ошибка может приостановить начало карьеры во Власти на много лет, а то и просто ее закрыть навсегда.

Как следствие, нужно:

Во-первых, понимать, что значит понравиться потенциальному сюзерену.

Во-вторых, понравится именно сюзерену, а не представителю «шлейфа».

Как отличать одного от других (ну, точнее, как уменьшить вероятность ошибки) я пока говорить не буду. И здесь есть несколько принципиально важных моментов, которые нужно себе четко и ясно представлять. Причем очень важно их отрефлексировать, то есть непросто выработать некоторую модель поведения, которая учитывает эти моменты, но и попытаться представить, как вы с такой моделью выглядите в глазах других. Понятно, что смоделировать поведение человека Власти вы не сможете (опыта нет), но в конце концов, человек Власти тоже человек. Так что возможности есть.

• Первый момент – это идентичность.

Есть типовая ошибка, которую совершали многие чиновники и на чем попадались многие шпионы (чужие) и, увы, наши разведчики – они случайно демонстрировали знания, которые в рамках разработанной им «легенды» они иметь не могли. У чиновников это проявляется в докладных записках, на которые они очень часто получают от руководства страшный вопрос: «А ты откуда это знаешь?» И если на этот вопрос нет четкого, внятного и очевидного ответа, то чиновник оказывается в крайне тяжелом положении, поскольку у начальства неминуемо сложится четкое мнение, что кто-то через подчиненного пытается его развести.

У меня несколько раз была смешная ситуация: уже будучи в отставке, я встречался со своими товарищами, которые ждали назначений, но никак не могли их добиться. Месяц проходил за месяцем, а результата не было. Причина была типовая: тот, кто их двигал, не был специалистом в той теме, на которой они специализировались. И руководство, получив рекомендацию на человека и прочитав его предложения по работе, не хотело принимать решения, поскольку рекомендатель в теме специалистом не был, а рекомендуемый был неизвестен. А спрашивать третьих лиц тоже не хотелось, тема была деликатная.

В свое время, когда это было возможно, я решал вопрос просто: сам писал сопроводительную записку. За своей подписью. И – вопрос решался, поскольку меня как специалиста знали. Ну, или рекомендовал товарищу найти такое «третье лицо», которое может дать рекомендацию, которой поверят.

Разумеется, дело это сложное. Попробуйте найти человека, которому гарантированно поверит большой начальник.

Один мой товарищ так и «погорел». Его личный, но относительно новый знакомый находился в кабинете большого начальника, когда подчиненный принес ему некий документ. Начальник посмотрел и задал вопрос: «А ты откуда это взял?», на что получил ответ, что ему этот документ передал этот самый мой товарищ. И начальник, не задавая лишних вопросов, тут же положил эту бумагу в папку, в которой он сам нес документы на доклад своему боссу. И присутствующий при этом человек потом чуть ли не за грудки взял моего товарища: «Ты кто такой? что «Этот» даже не стал ничего проверять, а сразу принял на веру? Что ты мне про себя не рассказал?» Чуть не поссорились. Причина – несоответствие идентичности!

Таких историй масса, я еще сложный пример привел. А есть и более простые конструкции: мальчик привел домой вроде приличную девушку. Все отлично, дело идет к свадьбе, но папа или мама провели расследование и обнаружили… А вот и неважно «что», важно, что оно не соответствовало тому образу, который девочка создавала и предлагала. И свадьба расстраивается. А другая девочка, умная, все мальчику рассказывает (а бывает, что и не самому мальчику, а его папе или маме). И тогда никаких проблем нет, потому что за одного битого двух небитых дают.

Я думаю, что каждый может таких историй рассказать десятки. Но понимание должно быть четкое и ясное: если человек претендует на место во Власти, он должен четко и внятно транслировать свою идентичность. Что ему нравится, с кем он дружит, что он знает, откуда знает. И ошибка здесь может стоить очень дорого.

Отметим, что, вообще говоря, идентичностей у человека может быть много. Я об этом уже писал в более ранних текстах этой серии. Но и они должны быть объяснены. Если я начну выстраивать испанскую идентичность, меня быстро заловят и разоблачат. А вот разоблачить мою польскую идентичность просто нельзя, мою прабабушку реально звали Ядвига. А вот если я начну строить из себя афганца-спецназовца, меня, рано или поздно, разоблачат (хотя некоторые это делают виртуозно). А вот школьного учителя я могу изображать абсолютно натурально. Ну и так далее.

• Второй момент, на который нужно обратить внимание – верность, она же лояльность.

Потенциальные люди Власти, которые могут обратить внимание на претендента, должны быть уверены, что он не кинет их при первой возможности. Иначе зачем его тащить дальше. В качестве примера можно привести один типовой пример. Я его лично видел в своей жизни раза три-четыре, как минимум, литературных описаний в десятки раз больше.

Есть эгоистичная и жесткая красавица. Она «снимает» некоего достаточно уважаемого мужчину, входит с ним в его компании, после чего определяет в них наиболее влиятельного и авторитетного персонажа и пытается с ним проделать аналогичную комбинацию.

Так вот, такой фокус работает во Власти один раз. После чего такую даму вычеркивают из всех потенциальных списков допустимых для общения персон. Если же вы видите такую даму, которая раз за разом продолжает такие игры, это значит одно из двух: либо за ней стоит какая-то очень серьезная персона, либо у нее просто работа такая. И тот, кто на удочку попал – сам виноват.

К слову, обычно любой опытный человек быстро определяет такую работу как раз по нарушению идентичности. Я, кстати, с большим любопытством изучал в начале 2000-х (хотя некоторые из них появились еще в 90-е годы) карьерное движение молодых мальчиков явно нетрадиционной ориентации. По мере их продвижения становилось довольно очевидно на кого и ради чего они работают.

По этой причине нужно не просто демонстрировать свою готовность проявлять верность, ее нужно в себе тщательно воспитывать. Поскольку обмануть самого себя нельзя: если ты верен сюзерену или системе «через силу», то рано или поздно ты проколешься. Опостылевшая жена рано или поздно приведет к измене – и вот тут тебя заловят. Свои или чужие. Ну а дальше начнутся проблемы, которые крайне серьезно отразятся на дальнейшей карьере. Если вообще не сделают невозможной ее продолжение.

Кстати, очень важное обстоятельство. Только для человека Власти верность является крайне важным обстоятельством, люди шлейфа относятся к ней довольно пренебрежительно. Они-то знают, что только изображают потенциальных сюзеренов, что серьезного продолжения у «отношений» не будет. Ну, грубо говоря, потенциальный жених ведет себя с девушкой совсем не так, как хахаль, единственная задача которого затащить ее в постель. Жених готов жертвовать локальной выгодой ради стратегической цели, хахаль – ни за что. Для жениха информация, что «его» девушка строит глазки еще кому-то – возможная трагедия, хахалю, по большому счету, наплевать, главное, чтобы она ему «дала».

Разумеется, выстроить систему сигналов о том, что верность и лояльность для вас один из самых главных жизненных принципов, дело абсолютно индивидуальное. Но большая часть людей в этом направлении вообще не думает, просто к этому нет никакой необходимости. А вот для тех, кто хочет делать карьеру, картина совершенно иная. И это, безусловно, нужно учитывать.

• И третье, тоже совершенно немаловажное качество. Это желание разобраться в деталях функционирования Власти.

Потенциальный кандидат в вассалы должен все время демонстрировать потенциальным сюзеренам желание понять и разобраться. В том, как выстроены отношения в рамках той или иной конкретной ситуации, кто главный, кто стоял за кулисами, какой был смысл в тех или иных действиях и так далее. И цель здесь двоякая.

Прежде всего, если сюзерен (пусть пока только будущий) настоящий, то он должен иметь объяснения очень многих странных и неожиданных событий и поступков. Не всех, разумеется, но некоторых. И когда он это объяснение дает, часто сразу становится понятно, что это и есть правда. Просто невооруженным глазом. Хотя иногда люди, не совсем готовые, считают такие объяснения конспирологией и фантазией. Но тут нужно еще поспрашивать стариков – они часто говорят что-то вроде: «А этот-то – понимает!».

А вот люди шлейфа такие объяснения дать в большинстве случаев не могут. Точнее, они довольно быстро исчерпывают варианты тех случаев, в которых они знают детали. И на новых и свежих примерах начинают прокалываться. Поскольку человек Власти в теме всегда (ну, по крайней мере, он знает, кого можно спросить), а вот человек из шлейфа – нет. Так что желание задать вопрос («Я их гоняю как собак, В ненастье, дождь и тьму, Пять тысяч «Где?», семь тысяч «Как?», Сто тысяч «Почему?») не только выдает человеку Власти потенциального кандидата в вассалы, но и дает потенциальному вассалу возможность оценить, насколько адекватна идентичность потенциального сюзерена.

Кстати, очень интересна ситуация с детьми людей Власти. У них нет проблемы поиска сюзеренов, обычно им таких выбирают родители. Но отсутствие необходимости соответствующей рефлексивности и опасности нарушения идентичности часто приводит к тому, что они себе закрывают дорогу в реальную Власть. То есть теплое место им находят, а вот к реальному принятию решений не допускают, в силу недостаточного доверия. Я знаю массы таких примеров, в СССР так вообще было принято детей во Власть особо не тащить, во избежание проблем. Поэтому, реальные властные династии в мире – очень большая редкость.


8. Ставка на «правильную» лошадь

14.08.2018

Поводом для новой статьи этой серии стали события последних дней, а именно видеообращение генерала Золотова и интервью пары «голубков», которых одни называют «офицерами ГРУ», а другие – мелкими жуликами с нетрадиционной ориентацией.

Но я поговорю об этих событиях не с точки зрения обывателей, которые пытаются найти в этом какие-то сложные интриги и противостояния, а с точки зрения теории Власти.

Даже более точно, с точки зрения одного из самых главных вопросов, который неизбежно возникает у любого кандидата на вхождение во власть или даже у (пусть начинающего) вассала. Вопрос это прост как правда:

«А того ли человека я выбрал в сюзерены..., сможет ли он обеспечить мне те достижения и результаты, которых я считаю себя достойным?»

Отметим, что сам по себе этот вопрос достаточно нетривиален.

Дело в том, что «настоящий» сюзерен, разумеется, разбирается в теме много лучше своего вассала, он куда более глубоко видит слабости последнего и его сильные стороны, он хорошо понимает, где и как нужно вассала натаскивать и развивать, когда его можно и можно ли двигать в том или ином направлении.

Сам же вассал, зачастую испытывает острую эйфорию от того, что проник на ранее недосягаемую для него высоту, что его стали пускать в места, в которые раньше были недоступны, что он получил доступ к финансовым потокам, которые раньше казались недосягаемыми!

И вот здесь начинается то, испытание, которые в народе получило название «медные трубы», и которое, обычно, оказывается, самым сложным из всех предыдущих (то есть – испытаний огнём и водой).

Самое смешное, что именно несоответствие ожиданий и результатов обычно осложняет отношения вассала и сюзерена. Особенно это затруднено в случае наличия личных отношений. Кстати, именно это является причиной, почему почти никогда в паре сюзерен-вассал не встречаются близкие родственники (любовника-любовницу или даже супруга, в конце концов, можно прогнать, а вот как прогнать ребенка, родителя или брата/сестру? хотя и здесь примеры встречаются). Невероятно трудно объективно оценивать близкого человека, тут почти всегда примешиваются эмоциональные моменты, которые всю аналитику рушат на корню.

В результате очень часто происходит одно из двух:

• либо безнадежные, с точки зрения перспектив, отношения продолжаются сильно дольше, чем это было нужно (и приводят потом к застарелым конфликтам);

• либо же очень перспективные отношения рвутся раньше времени, о чем потом одна из сторон (а иногда и обе) очень жалеют.

Особенно часто это встречается с нетерпеливыми вассалами, которые искренне считают, что они своего сюзерена уже во всем превзошли, поскольку мания величия полностью закрывает для вассала возможность слышать. Говори, не говори, показывай примеры, не показывай – реакции просто не будет.

И, кстати, это далеко не всегда педагогическая ошибка сюзерена. Меня вот, к примеру, родители, как старшего брата, всегда в детстве учили, что виноват всегда старший!

Но этот вариант развития событий мы пока обсуждать не будем, а предположим, что вассал (потенциальный вассал) всерьез собирается понять, а с кем он, собственно, имеет дело. И имеет ли смысл отношения продолжать.

Напомню, что самовольной уход от сюзерена в рамках властных группировок считается серьезным нарушением правил, если при этом еще и имел место кидок, то нарушение становится практически несмываемым грехом, об этом я уже писал.

Но все это работает только в том случае, если сюзерен был настоящий – правильный. То есть – сам соответствовал и следовал неписанным Правилам игры.

А если он не двигал своих вассалов..., то ли потому, что сам не является членом серьезной властной группировки, то ли потому, что не очень к этому приспособлен, то у вассалов руки развязываются. Соответственно, вопрос о том, насколько адекватен твой сюзерен становится для вассала просто критически важным.

Разумеется, вассал (а тем более, кандидат на обладание столь высоким статусом) на то и вассал, что оценивать сюзерена он не может, нет у него на то соответствующих компетенций. Но тем не менее некоторые детали он увидеть вполне в состоянии. Грубо говоря, есть определенные «первичные половые признаки», которые позволяют сказать, перед тобой игрок или мелкий жулик – «тварь дрожащая», которая только и хочет, что тебя попользовать.

Кстати, приведенный выше пример с «медными трубами» весьма показателен. Если вы работаете в какой-то структуре и вас ловят на мелком (или не очень мелком) воровстве, то это автоматический повод вас выгнать и/или потребовать украденное немедленно вернуть. Более того, сама ситуация, в которой у вас появляется такая возможность является достаточно редким событием, ибо вы, как правило, должны сами ее и создать, что уже само по себе является показателем вашей «токсичности».

Для властной же группировки, напротив, создание таких провокаций является, скорее, нормой. Любой нормальный сюзерен время от времени должен создавать для своих вассалов соблазны и смотреть, как они на них реагируют. Если вассал жадно хватает приманку (тут, конечно, еще нужно смотреть, с какого масштаба приманки они начинает проявлять активность), если он готов скрывать это свое «грехопадение» (а встречаются варианты невероятно изощренные, вплоть до готовности пожертвовать своей репутацией, лишь бы не показать реальные прагматические причины своих действий), то это значит, что его представления о жизни явно неадекватны. И сюзерен в такой ситуации должен либо жестко вассала ограничить (что в условиях мании величия последнего неминуемо ведет к конфликту), либо передавать его другому сюзерену, либо стимулировать вассала на самостоятельный переход (явно или неявно). Но оставлять его поступок (или поступки) незамеченными нельзя, поскольку угроза от такого вассала будет нарастать с каждым днем.

Верно и обратное: если сюзерен такие проверки не проводит, то это значит либо то, что он вообще не понимает, что такое обязанности сюзерена (то есть, он не настоящий!), либо же он просто не собирается (по каким-то причинам) вас двигать и развивать.

Во втором случае можно его (в некоторых вариантах) явно спросить, почему и как, а можно проверить и его самого. Но обычно в таких случаях имеет место первый вариант, который автоматически требует от потенциального/состоявшегося вассала искать нового претендента в сюзерены. Тут претензий не будет – предыдущий явно во властную группировку не входит.

Кстати, бывает (в ситуациях когда вассал не прошел проверки «медными трубами»), что вассал уходит от сюзерена настоящего, который, с его точки зрения, не отвечал его (явно завышенным при объективной оценке) требованиям. Или считает, что он ушел сам, хотя сюзерен его аккуратно сплавил, просто это произошло на уровне, вассалу недоступном. Можно ли самому, уже бывшему, вассалу (если к нему вернулась способность к рефлексии, которая при мании величия не очень-то работает) это понять?

Да, это довольно легко. Достаточно оценить то, как развивались его дела до ухода и после. Если есть явный провал (в деньгах, перспективах, связях), то, скорее всего, допущена ошибка. И тогда, категорически необходимо восстановить добрые отношения со старым сюзереном. Вернуться к нему возможно далеко не всегда, но без его одобрения, скорее всего, на карьере и на жизненных успехах теперь можно поставить крест.

А теперь вернемся к оценке двух описанных в начале текста событий. Что означает обращение Золотова? Не с точки зрения пиара, государственной пропаганды или пропаганды либеральной, а с точки зрения Власти? Что может понять потенциальный кандидат во Власть из этого обращения (ну, например, если есть возможность попытаться такому человеку понравиться, с точки зрения попадания в его вассалы)?

Есть как минимум несколько вещей, которые просто бросаются в глаза.

Золотов не «сатрап кровавого режима». Сатрап может приказать побить кого-то, сидящего в кутузке бамбуковыми палками по пяткам, может приказать оформить ему срок, может бросить к уголовникам-беспредельщикам, но никак не сделает то, с чем выступил Золотов.

Я бы сказал, что психологически он поступил как типичный советский человек, которого оскорбил (в его понимании) другой советский человек. А в рамках советского понимания, человек человеку – друг, товарищ и брат! То есть, мой потенциальный товарищ меня оскорбил, и я этим недоволен. Но он все равно товарищ, а потому, и я должен соответствовать.

Разумеется, Навальный – не советский человек. Ему сама эта мысль омерзительна, он – человек либеральный.

Если для Золотова наличие некоторой собственности, полученной в рамках его службы и методами, принятыми в среде военной элиты, не является криминальным обстоятельством, то для Навального ситуация иная. Для него не является криминалом приватизация (которая для советского человека запредельное зло), зато отклонение от формального соблюдения законов есть нечто недопустимое.

То, что элита законов не соблюдает (на любимом им либеральном Западе тоже), для Навального вещь недоступная, поскольку к элите его близко никто не подпустит. В результате, он становится цепным псом либеральной команды, которую Золотов, как советский человек, сильно не любит.

Это и есть основа конфликта, в рамках которого и было записано пресловутое обращение. Если бы такого понимания не было, Золотов такой глупости с точки зрения пиара в публичном поле не допустил.

• Так что первый вывод: в рамках этого конфликта Золотов выглядит человеком приличным (с учетом его государственного статуса, разумеется), а Навальный – потенциальным врагом государства, работающим на его разрушение.

Второе обстоятельство: Золотов не является представителем государственной элиты (несмотря на свой высокий пост) и, более того, даже в своей властной группировке он не занимает высоких позиций. Фактически, он – служака, пусть и в высоком звании. Причем даже не претендует на это, не пытается казаться выше, чем он есть на самом деле (с человеческой точки зрения – очень приличное качество). В отличие от Навального, кстати, который как раз пыжится как может.

Почему я делаю такие выводы?

А потому, что если бы это было не так, то Золотов бы понял, что негоже представителю властной группировки (не говоря уже о представителе государственной элиты) обращаться к человеку, который явно не входит не то, что в элиту, но даже не достиг уровня шлейфа хоть сколько-нибудь приличной властной группировки.

Проблема не в том, что Золотов – генерал армии, а Навальный – рядовой необученный, а в том, что с точки зрения иерархии Власти между ними не такое уж большое расстояние! Так что Золотов не свое генеральское достоинство опустил до уровня Навального, а лишь доказал, что генеральские погоны вовсе не доказательство высокого статуса в иерархии Власти.

• Ну и третье, что естественно вытекает из второго. Если рассматривать Золотова как потенциального сюзерена (а генерал армии в полковники-то может вывести любого человека, а хоть сколько-нибудь адекватного и в генерал-майоры), то это следует делать исключительно в рамках той военной вертикали, в которой он работает! За ее пределами, как следует из приведенного выше анализа, его статус достаточно низок. Так что если есть у потенциального кандидата во власть есть хоть какой-то на него выход (ну, например, вы его дальний родственник), то нужно поступать во внутренние войска, иначе его протекция всерьез (то есть долгосрочно) работать не будет.

Так что на самом деле, вся эта история дает очень много реальной пищи для размышления, только нужно ее правильно интерпретировать.

Теперь перейдем к «голубкам», интересующимся «солсберийским собором».

Я уже столько слышал о «деградации ГРУ», со ссылкой на это интервью, что страшно становится, насколько запудрены мозги обывателей, которые это интервью комментировали. Но с точки зрения любого человека Власти вопрос очевиден, эти люди в принципе не могут быть офицерами. Ни при каких условиях. Ну, либо, им нужно сразу давать все киношные и театральные премии на десять лет вперед! Но такой феерической актерской игры представить себе невозможно.

Дело в том, что в них нет ответственности! Ни грамма. Они могут врать, изворачиваться, что-то из себя изображать, но от этого не перестанут быть тем, чем они и являются – представителями классического плебса. Ну, или грубо выражаюсь, откровенного "быдла", да простит меня читатель за эту формулировку. Это настолько бросается в глаза, что я могу только искренне поражаться, что есть люди, которые этого не видят.

Есть такой старый анекдот:

Выводят в сад погулять болонку. Такую красивую, надушенную, причесанную, с бантиками и рюшечками… И вот она гуляет и вдруг из кустов вываливается здоровый дворовый пес: худой, мосластый, в колтунах и репьях… Смотрит на болонку и ошалело спрашивает:

«Ты – кто?»

Болонка отвечает, несколько жеманно и удивленно:

«Я? Я – собака! А ты кто?»

И ошалелый пес, немножко смущаясь, говорит:

«А я что? Я – ничего! Я просто пописать вышел!»

Так вот, упомянутые голубки до рефлексии этого дворового пса явно недотягивают. Что о них говорит больше, чем все конкретные их рассуждения, вместе взятые. Да, они попали как кур в ощип, да, они всего теперь боятся, да, они совершенно не знают, как им разговаривать на том уровне, который к ним предъявляют, но это все бантики. Главное – они не в силах скрыть свой реальный уровень, который и показывает, что они из себя представляют. Уж не разведчиков и диверсантов точно.

Собственно, на этом мои размышления в теме заканчиваются. Но могу отметить, что уровень понимания, достаточный для того, чтобы определить такие явные несоответствия образу (вменяемому нам английскими «партнерами») и реальности, которую продемонстрировали «голубки», достаточен для самого неопытного кандидата во Власть.

И, более того, если кто-то начинает вам предлагать услуги сюзерена, надо бы его проверить… Иначе можно оказаться в положении провинциальной девушки, которая приехала в Москву «сниматься в кино», тут же встретила «режиссера», у которого нашелся диванчик, и лишь по истечении довольно серьезного времени поняла, что диванчик может быть не только у режиссеров…


9. Проверка качества

15.09.2018

«Остапа понесло…» Собственно, конечно, не понесло, просто стоит появиться очередному тексту в этой серии, как мне начинают звонить разные друзья-товарищи и задавать всякие будоражащие вопросы, которые, как правило, и становятся природой вдохновения для написания новой статьи-продолжения...

Noblesse oblige

Сегодня обсуждаем вопрос – В чем главная задача сюзерена в вопросе взаимодействия с собственным вассалом?

Что он, собственно, должен делать-то?

Нет, понятно, что он должен вассала воспитывать, двигать, предоставлять ему разные новые возможности, а также использовать его на благо властной группировки в целом. Но что нужно делать конкретно?

Кстати, прежде чем отвечать на этот вопрос нужно еще сказать, что сюзерен сюзереном обычно не рождается. И когда он встречается со своим первым вассалом, то единственный опыт, который у него есть – это воспоминания о том, как его собственный сюзерен с ним себя вел. Работает это слабо. Хорошо мне, я работал учителем и, в этом смысле, мне было много легче. А вообще, начинающему сюзерену бывает тяжело… И это нужно учитывать.

Сюзерен, еще до того как он принял того или иного кандидата в вассалы, должен отдавать себе отчет в том, насколько последний перспективен. Вообще или в конкретной области. Второй вариант мы рассматривать не будем – узко-конкретный вариант он потому и узко-конкретный, что его «вообще» не рассмотришь, – так что остановимся на первом.


У каждого сюзерена есть свой набор признаков, по которым определяется перспективность вассала

Например, я – точно знаю, что если школьник достиг уровня мастера спорта (в любом виде), то он обладает выдающейся волей, – очень полезное качество в борьбе за Власть. Или же он ухитрился пройти некоторые сложные испытания, показав при этом характер и достоинство. Или, еще вариант, он, получив некоторое сложное задание, сумел его выполнить, хотя все считали, что это невозможно. В моей жизни были все из этих вариантов.

Другое дело, что для мальчиков и девочек это иногда немножко разные варианты (мальчик может вывести группу из неудачно сложившегося похода, а девочка пройти через какой-нибудь конкурс красоты ни под кого не ложась), но суть от этого не меняется. Если потенциальный кандидат перспективен, то потенциальный сюзерен "делает стойку"…

А вот дальше он должен решить для себя крайне важную задачу. Он должен определить сильные стороны кандидата в вассалы и его слабые стороны, определить его возможные идентичности и найти для него оптимальную идентичность (с учетом интересов властной группировки, разумеется) и некоторый образ в рамках этой идентичности, который позволяет максимально выпукло продемонстрировать его достоинства и скрыть недостатки. Более того, этот образ должен еще и защищать нового члена властной группировки от работы против него разного рода "недоброжелателей".

Ну, например. Если вассал происходит из достаточно продвинутой семьи, то ему не нужно объяснять об опасностях богемной жизни и соответствующих проблемах. А если он из «дерёвни», то такая проблема есть. Если у него есть чувство юмора и умение быстро адаптироваться к различным темам (разностороннее образование), то ему можно придавать образ, который требует много говорить. А если нет, то образ должен предполагать многозначительное молчание.

Если он равнодушен к деньгам и не завистлив, то его можно посылать в самостоятельные походы по богатым тусовкам. А если нет – то категорически нельзя. Если он понимает людей, то его можно посылать на разведку в группы, которые состоят из большого количества разнородных персонажей, а если нет – то только в уже устоявшиеся и хорошо известные коллективы. И так далее, и тому подобное...

Мой личный опыт показывает, что есть три вещи, на которых может сильно проколоться вассал. Это деньги, престиж (статус) и секс.

Поэтому каждого вассала, независимо от пола, сюзерен должен проверять на то, чем он готов пожертвовать, ради достижения соответствующего результата. Если женщина готова ради (больших по ее мнению) денег лечь в койку с сомнительным персонажем, если мужчина ради попадания в серьезную, с его точки зрения, компанию готов бросить поставленное задание, если вассал (независимо от пола) «слаб на передок» – это серьезный повод для того, чтобы от него избавиться или вывести в (более или менее) глубокий запас.

При этом нужно понимать, что, например, секс (для персонажей любого пола) очень часто самоцелью не является, а используется лишь как инструмент управления. То есть эмоциональная зависимость отсутствует. В этом случае нужно разобраться, а не имеет ли здесь место зависимость от желания доминировать (вещь крайне опасная в любой властной группировке; в идеале самый крутой интриган и альфа-самец от этого не должен получать удовольствие, это инструмент, а не самоцель).

Аналогичная ситуация в тяге к деньгам: не исключено, что деньги – не самоцель, а лишь инструмент для решения более "интересных" задач.

Собственно, такие задачи стоят перед любым руководителем, просто нужно понимать, что связка вассал-сюзерен, теоретически, куда более длинная и прочная, чем начальник-подчиненный (я уже писал в «Лестнице в небо», что она, зачастую, более прочная, чем брачная связь) и, кроме того, вассал в ней имеет куда большую свободу. Поэтому цена ошибки, особенно, с учетом того, что эта ошибка будет отражаться на всей властной группировке, куда выше.


И, поскольку цена вопроса все время растет, даже получив положительные результаты проверок, сюзерену нужно раз за разом инициировать все новые и новые проверки

Грубо говоря, если вы обеспечиваете человеку, который никогда в жизни не видел и 100 000 рублей, возможность получать в месяц 300 000, то его первой реакцией будет благодарность. А второй – привычка. И если вы в такой ситуации посылаете его вести самостоятельные переговоры по вопросу получения, скажем, 3-4 миллионов, то у него легко может возникнуть желание что-то утаить. Если же он сам нашел потенциального партнера, то такое желание может стать еще более сильным. В этот момент, как правило, вассал и совершает предательство…

Ну а враги довольно быстро понимают, что он покупается. И поэтому сюзерен всегда должен думать о том, чтобы цена тех тайн группировки, до которой вассал допущен, не превышала той границы, в рамках которой он проверки прошел. Потому что иначе возможны самые неприятные последствия.

Аналогичная ситуация с «богемной жизнью», хотя тут, скорее, опасность состоит в том, что вассал просто не будет исполнять те обязанности, на которые он подписался. С такой ситуацией я тоже сталкивался неоднократно. Но вернемся к образу.


Сюзерен всегда должен развивать в вассале те его качества, которые у него отсутствуют

Если он мало читал и не очень образован, заставлять его учиться, если нет чувства юмора – нужно хоть как-то его компенсировать (отмечу, что бывают очень умные люди, у которых нет чувства юмора, а вот у дураков чувства юмора быть не может). Если вассалу нравится представляться статусным персонажем, то нужно ему в этом помогать, хотя и в меру. Но при этом максимально объяснять, что нужно делать для того, чтобы эту статусность оправдать и не светить «отраженным» светом.

Есть и прирожденные аристократы, которым даже ничего из себя строить не надо, они входят в любую комнату и все взгляды обращаются к ним. А есть люди, которым нужен антураж (одежда, аксессуары, мизансцены). Отличить их очень легко: первые не обращают внимания на такие мелочи, вторые к ним крайне чувствительны.

Я очень хорошо помню, как в классе 9-м впервые прочитал книгу Ирвина Шоу «Вечер в Византии» и обратил внимание на разговор главного героя с его дочерью:

– Но у тебя благородные морщины, – поспешила добавить она. – Такие бывают, когда человек слишком много познал в жизни. Ты самый привлекательный из всех мужчин, которых я здесь видела…

– Ты еще мало кого видела за эти несколько часов, – сказал Крейг. Но он не мог скрыть удовольствия. «Глупое удовольствие», – сказал он себе. – Подожди дня два.

– Не одна я так думаю, – сказала она. – Все женщины в ресторане очень красноречиво на тебя поглядывали – и эта штучка мисс Сорель, и эта сказочная красавица – французская актриса, и даже Соня Мэрфи, и даже Гейл Маккиннон.

– А я и не заметил, – признался он. Это была правда. И во время ужина, и после он был поглощен своими мыслями.

– Вот в этом-то твоя прелесть, – убежденно сказала Энн. – Ты не замечаешь. Обожаю входить с тобой куда-нибудь – все на тебя вот так смотрят, а ты не замечаешь.

Собственно говоря, именно этот отрывок и вызвал к жизни название этой серии статей. Но это как раз самое главное в работе сюзерена: он должен невероятно четко определить, на что его вассал (или потенциальный вассал) «ведется», а на что нет. И, соответственно, выстроить его образ и все время его корректировать.

При этом, разумеется, нет никаких гарантий, что это получится: есть болезненные игроки, для которых продолжение игры (или получение денег, или управление людьми через секс, или еще что) является самодостаточной ценностью. Ну, условно говоря, всегда могут быть какие-то отклонения от нормы (не медицинские, а человеческие), которые так просто на свет Божий не вытащишь.

Но, с точки зрения уже властной группировки, к которой сюзерен принадлежит, именно он несет ответственность за то, чтобы вовремя остановить нового (или относительного нового) члена группировки в случае, если его самостоятельная активность начинает наносить вред самой группировке. Про варианты действия в такой ситуации я уже писал, но, с точки зрения всей властной группировки, поскольку именно сюзерен данного вассала привел, он должен лично объяснять всем известным ему членам группировки и вообще близким к ней людям об опасностях данного человека. Еще раз повторю, не то, что передача такой информации не является некорректной, не то, что он имеет на это право, а куда более сильно – он обязан доложить!

Иными словами, если, исходя из знаменитой фразы Чехова «Если жена тебе изменила, то радуйся, что она изменила тебе, а не отечеству», ты кому-то рассказал, что тебе изменила жена, то ты выглядишь либо идиотом, либо очень обиженным человеком. Но в любом случае беднушкой. А вот если твоя жена (вассал) изменила Отечеству (читай: твоей властной группировке), а ты об этом не рассказал всем, кто может быть в этом заинтересован (например, тем, к кому этот вассал пришел для продолжения карьеры), то ты сам совершаешь предательство! Это – одно из принципиальных отличий отношений внутри системы Власти от отношений обычных людей!

Отмечу, что в этом тексте я сам себя очень часто обрывал, поскольку, теоретически, нужно было бы приводить конкретные примеры. Но дело это крайне сложное, поскольку для того, чтобы они были реально познавательны, нужно приводить многие детали, которые дадут слишком много пищи для размышлений конкретным лицам. А потому, я оставляю тут простор для фантазии читателей.

Будем надеяться, что продолжение следует...



10. В зоне турбулентности

25.09.2018

Как и следовало ожидать, в процессе обсуждений серии «Noblesse oblige» мне поступило много замечаний и предложений по ее продолжению. В этом тексте я попытаюсь описать поведение властных группировок в условиях резкого изменения базовых моделей (это могут быть и серьезные военные поражения, и катастрофические природные условия, и мощные социально-экономические катастрофы). Разумеется, как обычно, это только отдельные базовые моменты, дальше нужно думать самим, но я, собственно, и рассматриваю всю серию только как предмет для рассуждений, а не как абсолютную истину.

Итак, если у нас есть более или менее устойчивая социально-политическая или социально-экономическая система (эти две устойчивости обычно серьезно коррелируют, поскольку любая властная группировка, которая только и может формировать устойчивую политическую идентичность, всегда «сидит» на каком-то экономическом ресурсе; она иначе просто выжить не может), то смена властных группировок и/или части элит – дело крайне редкое.

Нет, элиты пополняются новыми людьми (в основном, через браки своей женской части), и властные группировки могут прекратить свое существование, например, из-за неожиданной и ранней смерти своего явного лидера. Но если эта смерть не совсем неожиданная (например, лидер приближается к дряхлому возрасту) или же власть в группировке хоть немного распределенная, то она (группировка), обычно, сохраняется, хотя и может на время потерять в ресурсе и статусе. В общем, имеет место то, что называется «застоем».

Кстати, в «правильных» группировках дети руководителей (особенно, если они входят в элиту), либо направляются за пределы Власти (в науку, медицину, еще куда-то), ибо далеко не все обладают способностями достаточными для игры во Власть, либо же внедряются во властные группировки на самом низком уровне.

Это чистый прагматизм – опытные игроки во Власть прекрасно знают, что лестницу (или последовательность арен со все более и более свирепыми львами) нужно пройти целиком, от начала до конца. Иначе, как только будет снята "защита", всех неподготовленных лидеров – просто съедят!

Формат съедания может быть разным: от ликвидации властной группировки целиком до замены ее руководства (например, боевым и активным зятем, а то и любовником агрессивной жены слабого руководителя, получившего свой титул по наследству) с постепенной ликвидацией, подчас и физической, прежнего руководителя. Но при такой агрессивной замене старые вассалы не просто не нужны, они становятся вредными, так что вся устойчивая, складывающаяся, порой, десятилетиями система приходит в полную разруху, карьеры и судьбы членов группировки могут быть порушены очень основательно.

Это, кстати, одна из главных проблем при выборе сюзерена: будет ли он тащить за собой всю свою пирамиду вассалов, если что… Кстати, по этой же причине очень опасно бросать своего сюзерена, поскольку новый, зная о подобных склонностях вассала, по отношению к нему никаких особых обязательств иметь не будет.

Я, кстати, с такими ситуациями встречался: очень бойкий вассал, за несколько лет работы в крупном министерстве, сменивший нескольких сюзеренов (постепенно повышающихся по должности), неожиданно оказался в ситуации, когда был сменен очень устойчивый министр. И все его замы разбежались, захватив своих верных вассалов. А наш «бойкий мальчик» оказался один – против всей команды нового министра. Которая его вообще не рассматривала, как кандидата, куда бы то ни было. Судьба его была печальна…

Так вот, опытные руководители властных группировок очень хорошо знают, какие проблемы ждут людей, выскочивших на слишком высокий уровень, но не имеющих соответствующего опыта. Я, кстати, думаю, что большинство читателей такие примеры знают из личной жизни, они бывают двух видов: либо это красивые женщины, которые пытаются выдавить максимум из своей привлекательности, либо – дети-мажоры. Подобные персонажи (если они хотят именно карьеры, а не богемной жизни) практически всегда сильно перескакивают свой «уровень компетентности» и судьбы их довольно незавидны. Если только у них не проявляется талант к Власти, но это дело в крайней степени редкое.

Я могу привести один пример, который крайне показателен. Это – судьба Василия Сталина. Степень ненависти, которую к нему испытывали некоторые соратники его отца (Хрущев в первую очередь) связана не с личными причинами (в конце концов, Светлану никто особо не трогал), а с тем, что в советской элите была довольно серьезная группа, которая ставила на Василия как на потенциального преемника. Ну, точнее, как на символическую фигуру, которая должна была в глазах населения легитимизировать ту властную группу, которая претендовала на преемственность. Наиболее известными фигурами из этой группы, скорее всего, были А.Жданов, его сын Ю.Жданов (который на тот момент был зятем Сталина) и Кузнецов.

Совершенно не случайная (если верить документам) смерть А.Жданова и «ленинградское» дело разрушили верхушку этой группировки, но, скорее всего, ее ядро еще оставалось. И по этой причине ликвидация Василия была важной частью операции по захвату власти. Отметим, кстати, что серьезно пить Василий стал как раз после «Ленинградского» дела и говорил своим друзьям, что Маленков, Берия и Хрущев его после смерти отца уничтожат. То есть, фактически, ситуацию он понимал, но взять инициативу на себя после гибели старших партнеров просто не сумел…

Так вот, возвращаясь к главной теме. Когда происходят принципиальные изменения (про которые есть общий консенсус, что просто так с ними справиться невозможно), властные группировки могут принять одно из двух решений. Либо существенно расширить свои ряды за счет новых людей, которые являются носителями некоторого нового знания или технологий, либо же, за счет легитимизации появления новых властных группировок, под которые создается некоторый новый, ранее не известный ресурс. Или же известный, но неразработанный, по тем или иным причинам, трогать его было запрещено.

Есть несколько классических примеров. Первый – появление легального ростовщичества, банковского законодательства. В Западной Европе это произошло в первой трети XVI века, после знаменитых «Тезисов» Лютера (в 1517 году). И – появилась новая элита, финансовая. Еще один пример – резкое расширение прав и возможностей финансовой элиты после 1944 и 1981 года (соответственно, Бреттон-Вудская конференция и начало «рейганомики»). Тут все понятно – это была борьба против СССР, «великого и ужасного». Но можно привести и более простые примеры, например, резкое усиление либеральной идеологии в России, после того, как либералы, путем приватизации, получили мощнейший денежный ресурс.

Тут крайне важно наличие консенсуса. Например, приход Трампа в США не является чем-то новым – просто немного сместились акценты в части влияния отдельных властных группировок. Но финансовые (либеральные) элиты понимают, что дело это крайне опасное, что ситуация для них будет только ухудшаться, а потому, драться с Трампом нужно всерьез, иначе можно слишком много потерять. Но включать новых людей в элиты ни те, ни другие пока не готовы. И только в том случае, если все варианты (и финансовые, и промышленные) не приведут к выходу из кризиса – они начнут рассматривать новые варианты. Другое дело, что произойти это может очень быстро.

До тех пор, пока такого острого кризиса не произошло, властные группировки, как и их верхушки, элиты, тесниться не будут. А вот если он произошел, то начинается активная работа по поиску выхода. Разумеется, в идеале, если новый ресурс удается захватить старым властным группировкам, но тут бывают конфузы. Каждая властная группировка имеет своих экспертов, которые скорее умрут, чем пустят чужаков. А потому, нужно или создавать параллельные структуры, с постепенным переносом на них центра тяжести деятельности группировки (а старые эксперты идут лесом), или же тесниться, пуская новые группировки за общий элитный стол. На практике бывают разные варианты, которые объединяют оба этих варианта в той или иной пропорции.

И такие кризисы – это, фактически, единственный вариант для новых группировок совершить резкий рывок, а для руководителей – проникнуть в элиту. И работа эта крайне сложная и требует очень высокой квалификации. Ошибаться тут нельзя, уж больно велика цена победы. Но те, кто проскочат сквозь «бутылочное горлышко» обеспечат себе и своим потомкам крайне комфортное существование на много поколений вперед.


11. Транзит системы или Пора делиться властью

29.09.2018

Этот текст посвящен чрезвычайно интересному и актуальному вопросу: а как вообще элиты могут решать глобальные общественные вопросы


Ну вот, скажем, рассмотрим ситуацию США 70-х годов. Уже практически десятилетие продолжается экономический спад (на фоне, пусть и замедляющегося, но роста главного противника), нет никаких вариантов придумать какое-то принципиальное изменение, продолжение ведет к тотальной катастрофе, исчезновению источника существования элиты (бреттон-вудской финансовой модели). Что делать?

Как известно, главный вопрос, который решают властные группировки (и их верхушки, которые составляют элиту страны/глобального проекта), это вопрос о власти. И если не получается решить вопрос в рамках существующей конфигурации власти, то что нужно сделать? Правильно, поделиться властью с теми, кто готов предложить решение.

Вопрос, какое решение было предложено в конце 70-х? А простое, которое потом получило название «рейганомики». Суть его в том, что необходимое для продолжения развития расширение рынков, которое было заблокировано СССР и мировой системой социализма, было симулировано за счет кредитного стимулирования частного спроса.

Да, это создало свои проблемы, да, этот механизм был ограничен во времени, что мы сегодня и пожинаем, но на тот момент для элиты «Западного» глобального проекта главное было победить СССР. И эта задача была решена! Ну а сегодняшние проблемы они и решают сегодня.

При этом, конечно, резко выросла и по численности, и по влиянию доля финансовой части в элите «Западного» проекта. Да, с ней сегодня тяжело справиться, но, как показывает развитие событий, вполне возможно. И, самое главное, поделиться – это совсем не то, что потерять все. Что и показала элита 70-х годов в США.

Еще один пример, Россия конца 90-х годов. Этот пример я уже много раз описывал: новая элита, сложившаяся в процессе приватизации, категорически не понимала, что такое безопасность и не понимала, что внутренние разборки нельзя выносить на уровень всего общества. В результате было принято решение поделиться властью и года с 1997 в новые элиты стали принимать представителей силовых структур. А затем именно из этих структур был выбран внутриэлитный арбитр в лице Путина.

Да, сегодня олигархи 90-х сильно обижаются на «силовиков», но тем не менее, если бы не «силовики», 2000-е бы, скорее всего, олигархи бы не пережили. Так что они ограничились минимальными издержками. И, кстати, их так никто и не раскулачил до сих пор. Так что претензии предъявлять глупо, другое дело, что можно было бы попытаться несколько иначе выстроить устройство государства, но на тот момент олигархи об этом и не думали вовсе.

В реальности, предъявленный выше механизм – это главный инструмент элит в условиях жесткого системного кризиса. В условиях системного кризиса нужно поделиться властью с теми структурными частями общества, которые, по мнению большей части элиты, имеют инструменты и методики преодоления этого системного кризиса. Вопрос: почему нельзя у них эти инструменты и методики просто отобрать и ими воспользоваться? А потому что кризис системный и зашел далеко, то есть учить и готовить новые кадры (которые соответствующие инструменты контролируют уже даже не головой, а пальцами) уже времени нет, нужно брать готовые элементы и их быстро внедрять. А внедрять что-то на уровне общества могут только представители элит, на уровне исполнителей это просто не получится!

Давайте теперь посмотрим на современное состояние российского общества. Системный кризис явно имеет место: уже шесть лет продолжается экономический спад, что говорит о том, что либеральные методы управления категорически не подходят. Общество это понимает: 90% населения поддерживает лево-консервативные взгляды, вплоть до откровенно авторитарных (назовем их, условно, сталинскими). В то же время властные группировки на 90% являются праволиберальными, их просто трясет от одной мысли от «левого поворота». Да, элиты более патриотичны, но не следует эту патриотичность преувеличивать: детей своих они зачастую стараются держать за пределами России.

Ситуация становится остро критической, особенно с учетом внешнего давления либеральной элиты «Западного» проекта на свою «пятую колонну», сформировавшуюся в условиях приватизации, которая принципиально зависит от внешнего давления. И вот что делать в такой ситуации? Рассчитывать на реформы? Ну вот, мы получили: пенсионную реформу, рост налогов и ужесточение давления на малый и средний бизнес. Кто скажет, что это не реформы? А что вы хотите от правых либералов? Они просто иначе не умеют, у них такое автоматически получается, даже без дружеской поддержки МВФ. И что делать в такой ситуации?

Если исходить из универсального рецепта, то нужно делиться властью с теми, у кого есть решение. Какое решение, в общем, уже понятно, его элита даже (через Белоусова и Глазьева) озвучила: национализация природной ренты, превращение рубля в инвестиционную валюту, повышение монетизации и снижение налогов. Но понятно, что нынешняя либеральная система управления эти рецепты исполнять не будет, она просто не понимает, как это вообще делать. И, потом, слишком она завязана на старую систему, руководители соответствующих властных группировок делиться властью так просто не собираются.

Иными словами, нужно срочно впустить во Власть (и систему управления) людей, которые, по сути, являются носителями лево-консервативных идей. Таких людей достаточно, но у них есть серьезная проблема: поскольку их почти 30 лет государство гнобило, они все находятся в одиночестве, у них нет координирующих центров (кто и как их будет выбирать?), они не умеют быстро создавать управляющие структуры. Ну и молчат, конечно, по большей части, о своих взглядах, публично по крайней мере.

Отметим, что и в США в 70-е годы, и в России в 90-е координирующие центры у новых представителей элит были (в США это был МВФ и либеральные вузы, вроде Чикагского университета, у нас – ФСБ). А вот у левых консерваторов в России сегодня такого центра нет, есть только паллиативы, типа Изборского клуба. Который, по сути, такой работы выполнять не может, у него и близко нет соответствующих бюджетов. Более того, у нас даже в публичном общественном дискурсе нет темы лево-консервативных реформ, это направление существующие властные группировки, прежде всего, либеральные, которые контролируют СМИ, обходят за версту. А времени уже осталось совсем мало, кризисные явления нарастают стремительно.

Согласится ли наша элита поделиться властью с лево-консервативными представителями, вопрос. Я считаю, что да (точнее, элита это решение передоверит Путину, а он уж самостоятельно примет решение), но могу и ошибаться. Но если такое решение будет принято (еще раз повторю, это типовая модель поведения элиты в ситуации системного кризиса), действовать нужно сразу в нескольких направлениях. Необходимо вводить тему в публичный дискурс, но для этого нужно, чтобы были легальные политические силы, готовые соответствующую идеологию отстаивать. Эти же силы должны стать фильтром, которые будут вводить представителей лево-консервативных в систему управления и к которым смогут апеллировать находящиеся на первых порах в меньшинстве в правительстве и других управленческих структурах представители этого направления.

Кроме того, легальные политические структуры могут сформировать соответствующие идеологические институты (без такой поддержки они окажутся под диким давлением либеральных СМИ и интернета, примеров такого давления несть числа). Они, кстати, нужны еще и потому, что лево-консервативную идеологию нужно двигать и за пределы страны, как минимум на уровне евразийских структур, а то и шире. Уж в Восточной-то Европе они точно будут приняты «на ура». Впрочем, это я уже забежал вперед.

Где у нас могут быть легальные политические структуры? А только в ГосДуме, где только и есть политические партии. Но лево-консервативных партий у нас нет, у нас вообще практически партий нет, у нас есть отделы Администрации Президента. Ну, ЕР, может быть, потянет на управление… Но уж никак не выше. И это значит, что нам категорически необходима реформа политических партий, хотя бы частичная (ЕР трогать не надо, из нее лево-консервативного проекта никак получиться не может).

Я не буду обсуждать детали такой реформы, это не есть цель настоящей заметки. Я только попытался объяснить, что дает теория Власти в приложении к современной ситуации в нашей стране. Могу с полной уверенностью сказать, что если попытаться вменить лево-консервативные методы нынешнему правительству, даже с учетом ввода в него точечным образом отдельных экспертов (типа тех же Белоусова и Глазьева), то не выйдет ничего. В любом случае, нужна общественная поддержка и независимые от общелиберального фона идеологические центры. Кстати, у Примакова и Маслюкова получилось ровно потому, что значительная часть чиновников на тот момент еще были частью советской управленческой школы. А сегодня таких практически нет.

В общем, теория Власти вполне применима к конкретным ситуациям и дает практические выводы даже для таких глобальных структур, как государство Российское. Кстати опыт разных «майских указов» показывает, что рекомендации эти, скорее всего, вполне осмысленны, альтернативные методы эффекта не дают и для реализации смены базовой парадигмы развития необходимо, чтобы носители этой парадигмы были в элите.

Отмечу, что как вводить соответствующих людей в элиту – тема отдельная. Ее я тоже обсуждать не буду, вопрос это тонкий и деликатный. Но понятно, что такие люди должны найтись, именно они должны «крышевать» соответствующие партийные структуры, как в процессе их создания/реформирования, так и в процессе их развития и вытеснения носителей либеральных идей из их нынешней позиции глобального доминирования в стране.

В любом случае, если такую работу и надо начинать, то как можно быстрее. Еще совсем недавно это было бы крайне сложно (поскольку внешние враги бы этого не допустили), но события последних месяцев уже окончательно показали, что путь открыт. И, значит, можно смело начинать работать в соответствие с показаниями базовой теории Власти.



12. Элитный дуализм

8.10.2018 г.

Актуальность нашей жизни требует рассмотреть крайне важный вопрос: а что делать, если в элите страны есть две группы, которые совершенно противоположными способами смотрят на развитие страны? Как вообще в этой ситуации может выстраиваться система взаимоотношений между ними, как они будут решать свои вопросы?

Напомню, что в нашей стране такая ситуация сложилась в результате достаточно сложного процесса. На первом этапе, в конце 80-х – начале 90-х в стране произошла номенклатурная революция, в результате которой к власти пришла средняя часть номенклатуры и торговля (с некоторым количеством антиэлиты в виде организованной преступности). Главными задачами, которые они перед собой ставили были: возможность передать свои привилегии по наследству и отказ от ответственности перед обществом. И эти задачи они, в общем, благополучно решили. Использовав в качестве главного тарана советскую научную интеллигенцию (которую потом истребили, но это уже не относится к теме настоящей статьи).

При этом их совершенно не волновала проблема экономического механизма, предполагалось, что есть какие-то умники, которые этот вопрос решат, им просто нужно будет дать порулить правительством и они все быстро наладят. А вот любовь к Западу у бенефициаров этой революции была всегда, поскольку там есть «священное право частной собственности». Чем оно легитимируется и к кому относится, разумеется, никто у нас не спрашивал и даже таким вопросом не задавался.

Но получившие в свое управление (причем даже не совсем полностью) правительство «молодые реформаторы», то есть одна из тех групп, которая претендовала на решение вопроса об экономической модели, в рамках которой будет развиваться страна, нашла способ резко усилить свои позиции. Для нее это был вопрос принципиальный: в России были и альтернативные группы, даже в либеральной, то есть откровенно прозападной тусовке. Можно напомнить только Явлинского (у которого эта группа была сформирована достаточно явно) и Бориса Федорова (который в личном плане и даже по связям с Западом был сильнее Гайдара-Чубайса, но оказался слабым организатором). То есть, можно было быстро потерять полученные позиции.

Такой «волшебной палочкой» оказалась приватизация. То есть – тотальное воровство государственной (общенародной) собственности, организованное группой «молодых реформаторов» и легитимизированное администрацией президента США Клинтона и рядом конкретных лиц в ней (прежде всего, Ларри Саммерсом). По итогам приватизации в стране появилась новая, «приватизационная» элита (хотя были и люди, которые получили богатство без апелляции к «молодым реформаторам»), которая была полностью ориентирована на Запад и вообще не задавалась вопросом о проблемах развития страны. Личное богатство есть, дружба с Западом есть, ну а МВФ скажет, куда и как рулить.

Такая «идиллия» чуть не закончилась катастрофой, и для стабилизации олигархической вольницы середины 90-х группой, объединившейся вокруг Ельцина (и получившей впоследствии название «Семья»), в элиту стали вводиться силовики. Которые, на первом этапе, не обладали собственными ресурсами, что заставляло их использовать конфликты олигархов для решения, в том числе, и государственных проблем. Понятно, что это не могло понравиться «молодым реформаторам», которых постепенно стали оттеснять от механизмов управления. А усиливающаяся (в том числе, с помощью «Семьи») бюрократия стала всерьез задумываться о том, чтобы отобрать у МВФ рычаги управления государством.

Я оставляю за скобками перипетии 1998-99 годов и роль Примакова-Маслюкова, отмечу только, что базовый акцент на иностранные инвестиции так и не был поколеблен, даже по итогам руководства ЦБ Виктором Владимировичем Геращенко в 1998-2002 годах. Хотя он, конечно, многие перегибы 90-х в денежном управлении устранил.

Собственно, сложившаяся ситуация могла бы длиться еще достаточно долго, но случилась реально серьезная проблема: после 2008 года механизм поддержания экономического развития через привлечение иностранных инвестиций работать перестал. Ну, то есть вообще. И, как следствие, у части элиты (как понятно, силовой) появились мысли, что модель нужно принципиально менять. Беда была только в одном: поскольку у молодых реформаторов с МВФ был плотный роман, всё управление экономикой и финансами находится в нашей стране у этой, достаточно узкой группы.

Соответственно, возникает принципиальный вопрос: как можно решить эту проблему? Есть две элитные группы (условные «либералы» и «патриоты»), первые контролируют экономическую политику, но не могут обеспечить экономический рост. Вторые не имеют экономической команды и побаиваются МВФ (кстати, вполне по делу), хотя много сильнее первой группы внутри страны. Что в такой ситуации можно делать?

Есть несколько вариантов ответа на этот вопрос. Прежде всего, нужно учесть, что «либералы» оказались очень слабы. Они не сумели сформировать самодостаточную элиту, созданные в результате приватизации олигархи оказались плохими предпринимателями (странно, впрочем, если бы это было иначе) и, как следствие, практически все приватизированные предприятия убыточны. Как следствие, они не могут существовать без поддержки из бюджета – отсюда, кстати, и тотальная коррупция в стране. То есть, «либеральная» элитная группировка не может использовать ресурс своих олигархов в борьбе против «патриотов» / силовиков, поскольку олигархи не могут ссориться с теми, без кого выделение им денег невозможно.

Кроме того, связь с МВФ оказалась слишком сильной и ее все время вытаскивают на поверхность, что оказывает крайне негативное влияние на политический имидж «либералов». Тем не менее, именно эта связь пока их защищает во власти, поскольку обеспечить более или менее нормальный экономический рост они категорически не могут. То есть, речь сейчас уже идет не столько о том, чтобы вытеснить «патриотов» из власти совсем, скорее, чтобы как можно дольше держаться за экономические рычаги в России выжать из них максимум с точки зрения личных доходов.

А вот что в такой ситуации должны делать «патриоты»? Ну, прежде всего, с точки зрения теории Власти, они должны были предложить «уходящей» элитной группировке (ну, точнее, нескольким группировкам, которые можно было бы объединить общими либеральными интересами) некоторые отступные и место «на общем празднике жизни». Не такое замечательное, как раньше, но, все-таки, в элите. И я думаю, что такое предложение сделано было. Но ответом на него был отказ.

Почему? Причин тут, скорее всего, несколько. Одна состоит в том, что элита «Западного» проекта, которая через МВФ руководит российской экономикой, совершенно не заинтересована в том, чтобы этот контроль отдавать. И, соответственно, когда получила от своей «Дочерней» структуры, «либеральной» российской группы вопрос о том, можно ли принять предложения от «патриотов», велела отвечать жестким отказом.

Вторая в том, что санкционный конфликт поставил российских олигархов 90-х, которые активно вывозили украденные (простите, приватизированные) капиталы за пределы своей страны, в сложное положение. Если сотрудничать с «кровавым режимом» (а принятие от него конструктивных предложений и есть сотрудничество), то можно лишиться своих капиталов на Западе. Ввозить их обратно в страну тоже сложно, поскольку в рамках предложений контроль над финансами придется отдать. И что остается делать? Они и выбрали единственный (пусть и временный) вариант: изображают борьбу с «кровавым режимом», при этом в кулуарах объясняют «силовикам», что ничего пока открыто сделать не могут.

Ну а третья причина совсем простая. Одно дело пиар (особенно, если на него выделять много денег), совсем другое – реальная оценка. То, что олигархи демонстрируют, как миллиардное состояние, может на деле оказаться значительно менее убедительным активом. И когда пришло конкретное предложение от «патриотов», олигархи обнаружили, что не так уж много им останется. И начали долгий, хотя и бессмысленный торг.

Что «патриотам» (напоминаю, что в данном контексте – это элитная группа, которая ориентирована на развитие собственной экономики и минимизацию внешнего контроля над страной; при этом она на сегодня не имеет согласованной в рамках консенсуса экономической политики) делать в такой ситуации? Нужно максимально давить на «либералов», в том числе «откусывая» у них часть собственности и постепенно готовить политическую реформу, которая позволит легитимизировать новую революцию в части отношения к собственности и роли государства. Ну и, совершать политические маневры во внешнеполитическом поле, с учетом роли «Западного» глобального проекта.

И что мы видим на практике? А ровно это и видим! По мере ослабления роли «Западного» глобального проекта «патриоты» усиливают давление на «либералов». Разумеется, в рамках либеральной модели, созданной в 90-е годы, ну так другой пока нет, ее даже предложить пока невозможно, поскольку это неизбежная война с Западом. Сам Запад все время наращивает давление на «патриотов» (изображая их «кровавым режимом»), при этом отчаянно отбиваясь от собственных патриотов (Трампа, в том числе).

При этом у «патриотов» есть очень слабое звено, которое не позволяет пока окончательно вытеснить либералов. Я, кстати, не знаю, действует ли предложение, о котором я писал выше, до сих пор, или оно уже отозвано. Но очевидно, что место для «либералов», по мере развития ситуации, становится все менее и менее завидным. Слабость эта состоит в том, что у них нет ни единой идеологической позиции (одного патриотизма мало), ни согласованной экономической политики, ни экономической команды. То есть, в «час Ч» занять освободившиеся от либералов кабинеты просто некому.

Но и ждать слишком долго тоже нельзя. Поскольку «либералы», с учетом внешней поддержки, сопротивляются достаточно долго и упорно, в бой бросаются всё новые и новые силы. Как показывает опыт, в такой ситуации в какой-то момент одна из сторон не просто сдается, а исчезает, поскольку у нее просто не остается никаких резервов. Не вызывает сомнений, что такой стороной станут именно «либералы» (хотя бы потому, что у них в стране нет общественной поддержки), что в этой ситуации будут делать «патриоты»? Это напоминает ситуацию 1991 года: КПСС устранилась, а дальше-то что делать? Совершенно непонятно…

Да и внешние силы патриотического толка (Трамп, Си, «старые» континентальные элиты Западной Европы) будут требовать поддержки. А на каком ресурсе, кто его будет обеспечивать и поддерживать? Беда в том, что «патриоты» в России слишком увлеклись чисто аппаратными методами борьбы (в которых они, кстати, достигли вполне впечатляющих успехов), а вот к открытому захвату власти явно не готовы. А пора бы, время явно поджимает.

Отметим, кстати, что именно из-за такого аппаратного, тактического характера схватки двух элитных группировок, крайне сложно оценить конкретные действия конкретных государственных лиц (в том числе и Путина). Мы не знаем, в какой конкретной ситуации он делает те или иные действия, а поскольку тактика явно превалирует, то попытки описать его локальные метания за счет стратегии успеха не дают. Но долго так продолжаться не может: поскольку «либералы» на внутриэлитные договоренности не пошли, они рискуют вообще лишиться элитного статуса в России.

Связано это с тем, что у них нет базового экономического ресурса: приватизация закончилась, олигархи 90-х частично забыли, кому они должны быть благодарны, частично сидят в убытках, экономический рост закончился и возобновляться не собирается. И это значит, что, не исключено, что в результате нынешних разборок «либеральная» часть российской элиты 90-х - 2000-х уйдет в небытие…



13. Элитный дуализм по-американски

12.10.2018

Noblesse oblige

Предыдущий текст был посвящен острому конфликту двух элитных группировок на примере нашей страны. Я постарался его описать именно с точки зрения базовых властных принципов (и недавний демарш Кудрина показал, что описание это, в общем, было достаточно адекватным), однако у читателя может возникнуть ощущение, что дело, все-таки, именно в особенностях России. По этой причине я хочу отдельно описать ситуацию для США, тем более что ситуация в них очень похожа, как это ни странно, на российскую.

Развивалась она с начала ХХ века (даже еще точнее, с Гражданской войны, в которой Север выиграл, во многом, за счет поддержки финансового сектора Великобритании, которая формально поддерживала Конфедерацию), когда, по итогам кризиса 1907-08 гг. и создания ФРС в 1913 году, начал существенно усиливаться финансовый сектор. Этот процесс получил серьезную поддержку по итогам кризиса 1930-32 гг., а затем был усилен после Бреттон-Вудской конференции 1944 года.

Доля финансового сектора в перераспределении прибыли внутри США выросла за счет этого процесса с 5% перед II Мировой войной до 20-25% перед началом кризиса 70-х годов. При этом, поскольку Бреттон-Вудская конференция фактически легитимизировала международную финансовую элиту, контролирующую обращение мировой резервной валюты, доллара, усиление роли финансовой элиты создало конфликт между национальными элитами США и этой, космополитической по сути, группой. Тем не менее в этот период ее роль в США еще не выходила за некоторые рамки.

А вот с начал 70-х годов, когда стало понятно, что США могут и проиграть соревнование «двух систем», американские элиты поняли, что необходимо что-то делать, что нужен ресурс для изменения модели развития, иначе дело закончится плохо. И было принято решение «дать порулить» финансовой элите. Собственно, это как раз и был момент, при которой «новой» (с точки зрения истории американских элит) элитной группе дали дополнительный ресурс в надежде, что они спасут ситуацию.

Политически это выразилось в «уотергейтском деле» и уходе президента Никсона, который как раз представлял «старые» американские элиты. А окончательно оформилось с приходом Рейгана и началом «рейганомики», то есть политики кредитного стимулирования частного спроса, Этот механизм обеспечил рост ВВП США и победу над СССР, то есть финансисты поставленную им задачу выполнили. Но оборотной стороной стало то, что к 2008 году доля финансового сектора в перераспределении прибыли выросла до 70% (то есть финансисты очень сильно «перетянули одеяло» на себя), соответственно, выросло и представительство финансистов в американской элите, причем речь уже шла о чистых нуворишах, без какой-либо приличной истории на протяжение многих поколений.

Поскольку механизм «рейганомики» был по умолчанию ограничен в какой-то момент встал вопрос о том, что финансовая часть элиты стала получать слишком много, притом что она уже не может обеспечить решение той задачи, за которую она получила свои «бонусы», то есть, продолжение экономического роста. Причем ситуация все время ухудшалась и в этом смысле вопрос вставал все более и более остро. В процессе произошла смена поколений и для молодых финансистов такая ситуация уже являлась нормальной, они даже не задаются вопросом о том, что они что-то кому-то должны (как современная российская элита искренне не понимает, как и за что она должна российскому обществу).

Поскольку угроза кризиса все время растет, американское общество начало задаваться (пусть и неявно) вопросом о том, а какие же есть сценарии вхождения в кризис. Таковых сценариев два. Спасать нужно либо финансовую систему, причем – международную, но, ценой гибели реального сектора в США; либо – реальный сектор экономики США, но в этом случае рухнет мировая долларовая система со всеми своими институтами. Кстати, то, что финансисты представляют именно международную силу, а вовсе не национальную, люди в США отлично чувствуют, хотя, быть может, явно это сформулировать не могут.

И с 2014 года вопрос о выборе одного из этих сценариев вышел на поверхность по итогам промежуточных выборов 4 ноября, на которых феноменально победила Республиканская партия. Просто потому, что она ассоциировалась как раз со вторым из этих сценариев, в то время как первый ассоциировался с партией Демократической. Ассоциация эта была неправильной, разлом произошел не между партиями, а поперек них, но одно рациональное звено в этом процессе было: аппарат Демократической партии контролировался финансистами полностью, а вот Республиканской – нет. И на выборах 2016 года эта ситуация проявила себя в полной мере.

Я впервые описал эту ситуацию на Дартмутской конференции еще 5 ноября 2014 года, там же сказал о том, что национальные элиты в США могут не просто выдвинуть своих кандидатов на выборы, но и то, что результаты 4 ноября 14-го года показали, что один из этих кандидатов может и выиграть. Это и произошло, кандидатов было как минимум два (Трамп и Сандерс), но второй, пусть и более популярный, шел от Демократической партии и был заблокирован аппаратом, который контролировала Клинтон. А Трамп – выиграл.

Чем-то эта ситуация напоминает 2000 год в России, когда представители той же самой группы международных финансистов допустили приход Путина. Разумеется, ситуация существенно отличалась (Трамп изначально шел как представитель альтернативной финансистам элитной группы, Путин вначале не рассматривался как серьезный конкурент), но тем не менее общий конфликт остается: национальные элитные группы против транснациональных финансистов.

При этом Путин сегодня, все более и более выступает с позиции силы (приведенная в начале текста ссылка на Кудрина это косвенно подтверждает), а вот Трамп ведет отчаянную борьбу. Но судя по ситуации с назначением судьи Верховного суда (в которой он выиграл), у него появились шансы на выигрыш. А если он еще и выиграет выборы 6 ноября (а шансы пока 50/50), то ситуация изменится принципиально. И что тогда будут делать финансисты?

Как следует из общей теории, они должны поделиться властью и ресурсами. То есть, отдать значительную часть своего нынешнего ресурса. Как это можно сделать? Самый простой способ – изменить закон о Федеральном резерве, обеспечить над ФРС государственный контроль. Да, это будет сильно противоречить современной экономической теории, но когда вопрос идет о Власти теория идет лесом. При этом, разумеется, будет резко сокращаться та часть элиты США, которая связана с финансами. Просто потому, что ее влияние на принятие экономических решений резко сократится.

Отметим, что контроль над прибылью в экономике и роль властных группировок, ориентированных на финансовый сектор, сократится здесь практически мгновенно: как только ФРС перестанет выделять деньги на поддержку банковской системы ее ожидает серьезное сокращение. Причем именно в своей политизированной части, в крупных транснациональных банках.

Как это обычно и бывает, элитная группировка финансистов потеряет не так уж и много (ну, часть элиты из нуворишей таковой быть перестанет, но «старые» финансисты останутся), а вот средняя часть сократится очень существенно (по моим предварительным прикидкам она сократится на порядок, то есть в 10 раз). Но зато это позволит перераспределить финансовые потоки и очень усилить национальные американские элиты.

Отметим здесь принципиальное отличие от российской ситуации. Наши либеральные элиты практически не имеют права голоса в международной финансовой элите, они исполнители. А вот американские финансисты составляют базовую часть мировой финансовой элиты. Поэтому они могут существенно влиять на ее позицию, в частности, в случае договоренности обязать международных финансистов прекратить атаку на Трампа. В этом смысле Кудрин может только шантажировать, но не навязать свою позицию, а вот договоренности с Трампом могут быть вполне успешными.

Если такая договоренность будет достигнута, то в США начнется процесс, обратный процессу 70-х-80-х годов, только значительно более быстрый. Крупные банки начнут резко терять в своей значимости, ФРС будет все больше и больше напоминать государственную контору, зарплаты и доходы банкиров будут резко сокращаться. Количество финансистов в элите будет стремительно падать, привлекательность финансовых специальностей также упадет. Кстати, соответственно будет падать и влияние мировой финансовой элите во всех странах, в России в том числе.

Но не исключено, что финансисты на договоренности не пойдут. Поскольку я не знаю внутренней структуры принятия решений в финансовых властных группировках, то не исключаю, что их средняя часть может и не поддержать желание своих верхушек договориться с национальными элитами США (поскольку такая договоренность, как я уже отметил, может произойти только за их счет). Какой у них есть вариант? Только обрушение рынков и игра ва-банк. Иными словами, в обвале рынков заинтересованы не столько представители элиты от финансового сектора, сколько среднее звено соответствующих властных группировок.

Кстати, сами члены элиты от финансистов, столкнувшись с такой резкой ситуацией, могут в довольно массовом количестве перейти на сторону Трампа и национальных элит, не все, конечно, но многие. И по этой причине я к такому переходу к резкому сценарию отношусь с сомнением, с точки зрения перехвата власти со стороны финансистов. Но при этом нужно понимать, что в случае «нормального» развития ситуации шансов у финансистов практически нет, поскольку обеспечить развитие экономики они не могут, это на сегодня невозможно в рамках финансовых технологий. Необходима радикальная расчистка долгов, а это вызовет падение ВВП, уровня жизни населения на десятилетия, что в любом случае резко сократит ресурсный потенциал финансистов. Что автоматически повлечет снижение их роли в элите.

Есть еще один вариант: поражение Трампа на выборах. Тут возможен некоторый наезд (импичмент, после выбора нового судьи Верховного суда уже практически невозможен), однако главную проблему это не решает: обеспечить экономический рост финансисты не могут. А значит, в среднесрочной перспективе это приведет только к одному: договоренности и переход контроля над управлением к национальным элитам все равно произойдет, просто финансисты оставят за собой, пусть только и на первом этапе, несколько больший кусок. А общая тенденция от этого не изменится.

Ну, еще, это, возможно, продлит противостояние в российских элитах, поскольку поддержка наших либералов останется. Тут тоже результат, в общем, будет известен, но крови русского человека (да и любого человека, проживающего в нашей стране) либералы в этом случае еще попьют. Но тут уж только остается надеяться на лучшее.



14. Белый дом – смена декораций

18.10.2018

Noblesse oblige

В этом тексте не будет ничего нового, по сравнению с «Лестницей в небо». Но будет подробно объяснен один эффект, который представляется мне принципиальным, особенно на современном этапе.

Суть проблемы можно увидеть в этой дискуссии. Её участники всерьез говорили о том, что политика США не меняется при смене президентов, что все будет «как раньше». В то же время, в реальности картина совсем другая.

В «Лестнице…» подробно обсуждается, что Власть – это конкуренция отдельных малых организованных групп, властных группировок. Что эти группировки могут сложно переплетаться и на пути формальной вертикали управления команда может встречать представителей разных группировок. Если управленческая линия не является согласованной, то тут-то она и «умирает», а вот если она согласована, то более или менее успешно реализуется.

Так вот, если при смене президентов, они все находятся под эгидой одной элитной группировки (в случае США – транснациональных финансистов), то их смена влияет на то, через кого пойдут бюджетные потоки (условно, Боинг или Локхид), но никак не влияет на стратегию страны. Точно также, как у нас смена Чубайса на Задорнова, Задорнова на Кудрина, а Кудрина на Силуанова не влияет на политику Минфина. Ну, или, Игнатьева на Набиуллину… Зато как только появилась только мысль о назначении на пост председателя ЦБ Глазьева, началась вакханалия. Почему?

Ответ очень простой. Глазьев не входит во властные группировки, которые контролируются транснациональными финансистами («фининтерн»). Смена Игнатьева на Набиуллину не меняет либеральной политики российского ЦБ, а вот появление Глазьева – это совсем другая картина. Собственно, с США картина аналогичная. Со времен Рейгана (а в некотором смысле еще раньше, с ухода Никсона) президенты США полностью подчинялись мировой финансовой элите (при этом сами в нее не входили, будучи только высокопоставленными членами соответствующих властных группировок), а потому от их смены ничего в политике США и не менялось. Хотя и тут были тонкости, например, у Буша (старшего) был совсем не тот подход к СССР, который потом реализовала администраций Клинтона (уже к России). Но это, все-таки, тактика. А вот стратегия…

Уже Обама был не совсем представитель финансовых кругов. Точнее, он, начиная со своего второго срока, начал проявлять известную самостоятельность (2011 год – «дело Стросс-Кана», 2014 год – остановка эмиссии), которая финансистам стоила дорого. Но с приходом Трампа дело стало еще хуже. О том, что альтернативные финансистам элиты в США начинают поднимать голову (в условиях отсутствия экономического роста, обеспечить который после 2008 года финансисты не могут), я писал еще по итогам промежуточных выборов в США 4 ноября 2014 года (я говорил об этом на Дартмутской конференции, которая в том году состоялась в Дейтоне 4-5 ноября).

Трампа еще не было, но феерическая победа республиканцев наводила на размышления и я тогда сказал, что национальные элиты США, ориентированные на спасение и подъем реального сектора этой страны, уже готовы выдвигать своего кандидата в президенты и он даже может выиграть выборы. Кандидатов оказалось как минимум два, Трамп от республиканцев и Сандерс от демократов, но второй не смог преодолеть коррумпированную Клинтонами верхушку своей собственной партии. А Трамп выиграл.

И в результате он начал медленно, но верно, менять курс американского государственного корабля, с того курса, который ему выстраивали несколько десятилетий финансисты, на совершенно другой. И дело не в том, что он миллиардер-самодур, что он слон в политической посудной лавке, что он придурок и так далее. Все эти эпитеты, кстати, в основном из либеральных СМИ, которые, во-первых, как и все СМИ ни бельмеса ни в какой реальной деятельности не понимают, а, во-вторых, предназначены не для донесения до народа информации, а для вменения ему (народу) «единственно правильной» политики финансистов. В конце концов, если демократия – это власть демократов, то либерализм – это власть финансистов и не нужно об этой базовой истине забывать.

Да, Трампу тяжело, да, про него постоянно пишут гадости, да, он вынужден бороться с саботажем даже в своей собственной администрации (а как иначе, если два поколения чиновников выращенной именно финансистами?), но он работает и борется. И, судя по всему, побеждает. Так что он, скорее всего, войдет в историю США как национальный герой, который смог спасти страну от засилья финансистов-космополитов. Если, конечно, они в процессе своей борьбы против Трампа не развалят США на кусочки. Вероятность такого сценария небольшая, но, все-таки, есть.

В любом случае, нужно отдавать себе отчет: стратегия Трампа имеет очень мало общего со стратегией США предыдущих десятилетий. Он борется с ВТО, он борется с глобализацией, он, в конце концов, пытается сделать доллар национальной, а не международной валютой. И в этом месте наши с ним интересы вполне совпадают, это нужно учитывать, А не произносить смешные мантры про то, что «президенты США приходят и уходят, а политика остается». В нашем случае, политика как раз меняется!



15. Идеология и стабильность

29.10.2018

Есть еще одна очень важная часть обязанности элиты перед обществом. Это сохранение государственной идеологии, обеспечивающей стабильность общества, в частности, воспитание подрастающего поколения. Совершенно потрясающе эта система работает в англосаксонском мире, вполне прилично – в любом традиционном обществе. А вот у нас сегодня с этим беда. Примеров можно привести массу, напомним только некоторые, наиболее актуальные, которые вспоминаются, что называется, с ходу.

Первый – это история с памятником Солженицыну. Уже давно есть мнение, что писатель он хороший, хотя и негениальный. На общем фоне, может быть, чуть выше среднего, но не Толстой, конечно. Или, скажем, Шолохов. И, кстати, Нобелевскую премию он получил не за литературу, а за антисоветскую пропаганду. Но главное – другое. Мания величия, которая прорывается практически в каждой строчке его публицистики, привела его к лютой обиде за те годы, что он провел в лагерях.

Отметим, что и там он себя вел не самым лучшим образом (стукачом-то он был точно, сам признался), а причины его ареста и осуждения никакого отношения к каким-то там «нарушениям социалистической законности» не имеют, даже в рамках его собственного признания (критика Верховного главнокомандующего во время войны – это воинское преступление). Не говоря уже о том, что есть и другие версии его ареста, значительно менее для него приятные. Но поскольку тут можно ориентироваться только на личные мнения, я это обсуждать не буду.

А вот в части публицистики – это тотальное и наглое вранье, которое сеет лютую ненависть к моей стране, к России и СССР. Про все. И про количество заключенных (которое только в конце войны, по понятным причинам, превышало то количество, которое есть сейчас и в России, и в США), и по смертности в лагерях, и по отношению коммунистов к России (среди них были русофобы, но они-то как раз и пали жертвой элитных разборок 30-х годов). Причем, поскольку это враньё сотни и тысячи раз разоблачено с документами в руках, пропаганда Солженицына может означать только одно: что в российской государственной элите есть массовый слой людей, для которых разрушение своей страны есть чрезвычайно важная задача.

Удивительного в этом ничего нет, с конца 80-х тема разрушения внутреннего стержня советского и русского человека – принципиальная задача, которую решают наши западные «партнеры». Но только с этого момента они получили мощнейшую «пятую колону», которая искренне не воспринимает себя частью российского общества, а всей душой рвется туда, на Запад. Считая, что обливание грязью собственной страны есть надежный пропуск в будущее. Франко в Испании, выигравший Гражданскую войну, пришел к гражданскому примирению. Власть в СССР, выигравшая Гражданскую войну, никогда не предъявляла в качестве обвинения конкретным гражданам участие в Белом движении (речь не идет о конкретных воинских преступлениях). А вот разные «солженицыны», которые явно себя ассоциируют с проигравшими и Гражданскую, и Великую Отечественную войну, все время пытаются взять реванш.

Посмотрим на еще один пример, который на слуху, судья Хахалева. Я ни в коем случае не хочу сказать, что меня устраивает ситуация с состоянием нашей судебной системы, но меня категорически не устраивают публичное давление и нападки на конкретных судей с заранее понятными целями. История с судьей Краснодарского края показала, что любой чиновник, особенно судья, уязвимы перед волной компромата. Судье в итоге удалось доказать легальность происхождения диплома, во всяком случае ректор института подтвердил его подлинность. В дело вмешался даже следственный комитет, ведь если федеральный судья вдруг обзавелся фальшивым дипломом и вынес такое количество решений не имея на это права, то это может доконать и так? мягко говоря? не совершенную судебную систему.

Тут есть еще одно важное обстоятельство. Если государство Хахалеву назначило судьей, то оно ее диплом признает. Как признал следственный комитет и уже упомянутый ректор. А если так, то оно не должно позволять очернять своего представителя (а Хахалева довольно высокопоставленный представитель государства), поскольку это может означать давление на государство в целом. Фактически позволяя очернять Хахалеву в ситуации признания ложности этих обвинений (повторю, если они не ложные, она должна была быть уволена), государство позволяет частным лицам (или корпорациям) вмешиваться в свою прерогативу, более того, вкладывать в это вмешательство, судя по масштабу кампании, довольно большие деньги. Это крайне опасная ситуация и допускать ее никакое нормальное государство позволить не может.

По всему видно что данная история является механизмом давления на суд. Что в такой ситуации должна делать элита? Не заниматься очернением конкретных судей (поскольку это подрывает основы государственной власти), а думать о реформировании системы в целом. А что касается Хахалевой (и других чиновников), то рассматривать нужно ее конкретную работу (принятые ею решения), а не обсуждать разные пропагандистские кампании.

Еще одна история, с Немцовым. Никто не спорит, убивать людей нехорошо, но есть масса причин, по которой из этого человека не стоит делать икону для молодежи. Я в период его вице-премьерства работал в Администрации Президента и по долгу службы писал для руководства отчеты о деятельности правительства. И могу сказать, что эффективность Немцова как чиновника сильно преувеличена (собственно, ее вообще не было, ни одного серьезного проекта он реализовать не сумел), а вот в части коррупции к нему были серьезные проблемы. Желающие могут, например, поискать в СМИ тех времен (эта информация открыта) материалы по предоставлению компании БиЛайн лицензии на некоторые технологии.

Недаром представитель США Болтон положил цветы на место его убийства: страна, которая системно «ставила» в нашей стране коррупцию через приватизацию (отдельные представители этой страны были даже в ней осуждены за хищение, поскольку нечаянно украли не только российские, но и американские деньги), почтила память одного из своих наиболее полезных помощников. Но даже в этом Немцов оказался далек от лидеров, до масштабов «залоговых аукционов» он так и не поднялся. И превращение в икону борьбы «за свободу и демократию» мелкого коррупционера представляется мне как минимум актом вредительства, а как максимум – тяжелым государственным преступлением.

Таких историй можно описать еще много, но суть их понятна. Элита государства, которая, как я уже неоднократно объяснял, не может существовать без этого государства. А значит, должна прилагать максимум усилий для того, чтобы в нем была социальная стабильность и устойчивость. Частично, это поняли в России в конце 90-х годов, когда государство буквально рассыпалось, и появление Путина, как внутриэлитного арбитра, стало следствием этого понимания. Но несмотря на это, значительная часть бенефициаров 90-х годов (которая, к слову, в элиту страны сегодня не входит), продолжает активную антигосударственную политику.

При этом общество довольно сильно консолидируется против этой позиции. Я неоднократно описывал рост симпатий к Сталину (сегодня его, в той или иной мере поддерживает 90% населения) и эти симпатии связаны не только с жесткими методами, которыми он заставлял чиновников прислушиваться к народным чаяниям, но и его явно патриотической позиции. Но чем сильнее общество требует от элиты патриотической позиции, тем активнее русофобская и антироссийская часть нашего общества активизирует свою активность. А российская элита, которая тоже родом из 90-х, не считает необходимым бороться с этим явлением, быть может, по инерции считая эти персонажей как живых, так и мертвых, «своими».

И вот здесь принципиальное место, которое и должно показать, сумела ли у нас за последние 15-20 лет сформироваться реальная национальная элита. Которая должна бороться с негативными явлениями в обществе и государстве (даже понимая, что искоренить их полностью не получится, как, например, коррупцию или контрабанду), а не пропагандировать отдельные негативные моменты, которых в реальности даже могло и не быть, тем самым подрывая социальную стабильность и преемственность государственной традиции. И здесь можно вспомнить мировой опыт, тех же Соединенных Штатов Америки, которые в 50-е годы железной рукой вычистили все лево-глобалистские силы внутри своей страны под предлогом их непатриотичности. Можно ругать сенатора Маккарти и его комиссию по борьбе с антиамериканской деятельностью, но после его «работы» в США практически не осталось сил, которые бы на системном уровне поддерживали СССР.

Есть у меня ощущение, что сегодня в России элита должна всерьез заняться борьбой с теми силами, которые очерняют нашу власть и историю. Если тебе не нравится ситуация в судебной системе или в ЖКХ, борись с конкретными проявлениями этих безобразий и/или пытайся изменить модель построения этих структур, а не занимайся пропагандой в СМИ, направленной на очернение власти в целом. Да, подчас провести точную черту бывает достаточно сложно, но, в общем, достаточно посмотреть на большинство «борцов за свободу и демократию», чтобы понять их реальную цель. Так что в этом смысле российская элита стоит перед серьезным выбором. И времени у нее не так уж и много осталось.



16: Где наш орден меченосцев?

23.11.2018

В одном из замечаний по вопросу проблем СССР я наткнулся на вопрос, который явно относится к теории Власти и который не все понимают. Суть этого вопроса: как сделать так, чтобы государственная элита не сдала свое государство? Все мои читатели, да и не только они, уже поняли, что СССР не проиграл «соревнование двух систем», он его даже в некотором смысле, выиграл. СССР сдали члены Политбюро, частично из-за того, что их купили (Шеварнадзе и Раису Максимовну так точно, мнение самого Горбачева уже никого не интересовало), кого-то завербовали, кто-то это сделал по идеологическим причинам. Но главное был колоссально широкий номенклатурный слой, который хотел воровать, воровать и воровать… И вывозить все туда, где есть «священное право» частной собственности.

Реальный смысл этого «священного права» они начали частично понимать только сейчас, но мои читатели (и не только они) резонно отмечают, что какой смысл что-то строить и придумывать, если новые начальники опять всё сдадут и продадут? Может, самим сбежать в «цивилизованную» страну, в которой власти ведут себя более адекватно? И в чем вообще состоит «проклятье» России, что ее все время сдают руководители? Ну, точнее, не всегда, но регулярно!

Ответ, как это ни странно, есть в «Лестнице в небо», только он явно не прописан, а потому многие мимо него проходят. И для его правильного описания нужно начать с одной проблемы, которая носит ярко выраженный эволюционный характер. Многие знакомы с моей лекцией о том, чем отличается мальчики от девочек, в начале которой я рассказываю, что эволюция должна решать две противоположные задачи: чтобы, с одной стороны, дети были похожи на родителей (в эволюции это называется «наследственность»), а, с другой стороны, чтобы они были максимально приспособлены к изменяющейся жизни (это называется «изменчивость»). 100%-я наследственность, это «чистая линия», когда у детей и родителей одинаковый генетический набор, 100%-я изменчивость – это:

«Родила царица в ночь

Не то сына, не то дочь,

Не мышонка, не лягушку,

А неведому зверушку!»

Соответственно, природа, мать наша, придумала выход: разделить любой биологический вид на две группы особей, одна из которых «отвечает» за наследственность, а вторая – за изменчивость. Первая – это девочки, вторая – мальчики. Дальше я уж эту тему рассматривать не буду, поскольку она отклоняется от нашей задачи. Но для ситуации с элитой все очень похоже.

Главная задача элиты – бороться за власть! Не за деньги! Деньги – это инструмент и если у тебя есть Власть, то вопрос о деньгах даже не стоит. Сами принесут и сами предложат! Деньги – это просто инструмент. Представителю элиты это объяснять не надо, это для него очевидно. И он точно знает, что в чужой стране у него Власти быть не может. Потому что не может быть никогда.

А вот кто это ему объясняет? Папа и мама? Но тогда они тоже должны быть из элиты, поскольку для нормального человека сила денег понятна и естественна, а вот сила Власти… Ее не то, что не видят... Часто видеть и не хотят. Их носом тычут, а они отказываются – говорят, что это грязь и пошлость! Почитайте комментарии к моим текстам из этой серии! А вот от денег почему-то никто не отказывается! Вот и получается, что родоплеменная структура элиты, отмеченная в «Лестнице…» – это дело вынужденное. Если не родо-племенная, то -- быстро исчезает. Поскольку иначе человеку суть ситуации не объяснишь.

Но если в элите нет смены («изменчивость»!), то она через несколько поколений вырождается. Среда меняется, а она нет. Именно по этой причине феодализм с его системой сословности проигрывает капитализму. Выражаясь в смыслах приведенной аналогии, капиталистическая система элит более «мужская», чем феодальная. Новые люди более энергичны, они готовы драться там, где аристократы отдыхают и реагируют рецептами столетней давности.

Беда в том, что при этом в элиту (то есть в верхушки властных группировок) попадают люди, для которых законы Власти достаточно слабо освоены, а то и просто не известны. И что с ними делать? И по этой причине капитализм создал целую кучу институтов, в которых людей во-первых, проверяют на знание правил и если очередной экзамен не сдали, на следующий уровень не пускают, а, во-вторых, обучают. Система эта в разных странах разная. Во Франции это изначально масонские или иезуитские ранжированные тайные общества, в англосаксонском мире – клубы и салоны, все более и более закрытые для посторонних лиц, по мере их продвижения к элите, в Германии – это аристократические гостиные. Но существует такая система везде. Точнее, во всех странах, которые претендуют на какую-то роль в мире. И вероятность глупому и жадному нуворишу прорваться через эту систему невероятно мала. И даже если он прорвется (например, у него очень много денег), все равно, он будет один среди тех, кто понимает, что такое Власть. И его разрушительные возможности будут сильно ограничены.

Классический пример – история Алексашки Меньшикова. Он был гений, но… «Из грязи – в князи!» Очень любил деньги. И пока его прикрывал Петр I, ему море было по колено. А вот как только Петр умер и он стал бороться за Власть (натурально, нового императора контролировал), то обнаружилось, что нужно еще некоторое знание, которого он был лишен. И его старая, натуральная аристократия сожрала с потрохами. Со всеми его ресурсами и возможностями.

Так вот, специфика ситуации в том, что российская цивилизация на сегодня – брутально-мужская. Элита реально быстро меняется и в ней колоссальное количество людей, которые искренне уверены в том, что власть – это деньги! Они все время нарываются на обстоятельства, которые им показывают, что это не так, они лишаются этих денег, не понимают, что происходит, потом «прозревают», видят свои тактические ошибки, но сделать уже ничего нельзя. Классический пример – Березовский, который вообще за деньгами не видел Власти. Но и многие другие не лучше.

СССР проиграло новое поколение руководителей, которое не до конца поняло законы Власти. А в России таких практически нет. Многие меня ругают за то, что я делаю ставку на Путина. Не совсем так, но причина такого ощущения очень проста, и тут, я думаю, возражений не будет: Путин на практике разобрался в законах Власти. Он их понимает. По этой причине он борется за Власть, а не за деньги. И если на его место придет новый человек, который этих законов не понимает, нашей стране придется очень плохо. Кстати, пресловутый флеш-моб «Путин – вор!» потому и был запущен, что должен «закрыть» ощущение общества, что Путин понимает несколько больше, чем все альтернативные кандидаты. Поскольку общество интуитивно чувствует, что Путин что-то такое понимает, но что само общество оценить не может. Собственно, это и есть важный компонент сакральности Власти.

Так вот, беда России в том, что у нас нет институтов подготовки людей к продвижению во Власть. Институты подготовки управленцев есть, а людей Власти – нет! Сталин пытался что-то такое сделать (недаром он говорил про «орден меченосцев» в отношении партии), но фокус не прошел и при Хрущеве партия снова стала заниматься хозяйственной деятельностью. Да, система подготовки была, но – хиленькая. А после 1991 года она совсем исчезла.

Вот и получается, что у нас во Власть попадают «не мышонки, не лягушки, а неведомы зверюшки». Которые сами не знают, куда попали, что делать и как решать вопросы. Зато они точно знают, что «там» есть «священное право» частной собственности, а «здесь» – нету! Ну и пытаются продать часть Родины в обмен на сохранение «непосильным трудом» нажитых миллионов и миллиардов. Не понимая, что обязательства, которые чужая Власть дала быдлу (не так важно, своему или чужому) вообще ничего не стоят!

Они просто не понимают… Их даже можно пожалеть… В чем-то… Страну только жалко. Но давайте отдадим себе отчет: пока система подготовка элиты у нас не появится, каждое новое «быстрое» поколение, появляющееся в окрестностях Кремля, будет страну продавать. Просто потому, что они играют в деньги, а не во власть.



17. Тайные ритуалы

12.12.2018

Чем более глубоко человек проникает в устройство Власти, тем больше у него возникает вопросов. В частности, рано или поздно у интересующегося темой возникает одно серьезное противоречие: с одной стороны, я все время пишу о том, что для человека Власти ключевым принципом является сохранение тайны внутренних процессов (в том числе, о реальном статусе того или иного персонажа), а с другой – что есть колоссальное количество ритуалов, которые подчеркивают статус того или иного человека. Сегодня я попытаюсь это противоречие разрешить


Прежде всего, нужно признать, что в любой иерархии (а властные группировки, построенные по феодальному принципу, в обязательном порядке иерархичны) неминуемо возникают ритуалы. Но – если речь идет именно о властных группировках, то они являются либо тайными (грубо говоря, цвет или форма мантии на закрытом совещании), либо просто не понимаются теми, кто не посвящен в тайну. Отметим, что даже здесь соблюдается некоторая тайна, то есть ты можешь понять, что некий человек, с одной стороны, входит в твою властную группировку, а, с другой, выше или ниже лично тебя по статусу; но при этом ты можешь не знать, кто его сюзерен и/или вассалы. С другой – увидев на пальце случайного попутчика некое кольцо, ты тут же делаешь некие серьезные выводы, а он при этом оказывается в полном неведении (то есть такая информация может быть и несимметричной).

Отметим, что за исключением упомянутых тайных собраний, любая такая информация может оказаться ложной и даже результатом довольно сложного розыгрыша. В том числе и вполне злокозненного. Именно по этой причине раскидывать информацию о своей семьи в социальных сетях не всегда целесообразно. Разумеется, соответствующие компетентные службы и так все знают, но так они обычно и не представляют для частных лиц опасность, для того чтобы их заставить сделать против тебя что-то конкретное нужно очень постараться.

В общем, возникает естественный вопрос: а откуда же берутся разные ритуальные клубы, тусовки, автомобили и прочие разные безобразия? А берутся они из трех разных источников. Источник первый – богема. Включая жен/мужей людей Власти. Поскольку сами они в тайны особое не посвящены (ситуация с Раисой Максимовной, которая сама была серьезным и сокрушительно деструктивным игроком, как раз из-за свой жадности и тщеславия, в нормальной властной группировке пресекается обычно очень жестко), а продемонстрировать статус хочется, то начинают играть в игры. Поскольку в силу статуса супругов куда-то они допущены (например, на официальные приемы), то свои знания о конкретных людях и возможности по связи с ними они активно «продают» для повышения публичного статуса. Отметим, что реальные люди власти такие приемы обычно не очень любят: с кем им нужно они и так могут встретиться, а вот вероятность нежелательных встреч на таких мероприятиях сильно выше.

Вторая группа – это шлейф властных группировок. Давайте скажем прямо: для представителей шлейфа возможность показать свою близость к Власти очень часто есть способ заработка. Истории про продажу должностей лицами, которые в принципе к этим должностям отношения не имеют, которые регулярно попадают в СМИ – типичная ситуация. И для них крайне важно изображать именно ритуальные моменты близости к Власти. И потому, что реальные факторы их соседи «из народа» все равно не поймут, и потому, что ритуалы специально рассчитаны на то, чтобы произвести впечатление на непосвященных. Кстати, именно люди из шлейфа страшно любят дорогие машины, аксессуары и пр., и др. Реальному человеку Власти эти искусственные заменители вторичных половых признаков не нужны, кому надо и так знает, что они из себя представляют.

Ну и третья группа – это представители Управления. Поскольку здесь иерархия на виду, то она и обрастает разными ритуальными причиндалами. Кому полагается персональный автомобиль, кому нет. Кому какой. Кому дают «вертушки», кому нет. Кому полагается кабинет с комнатой отдыха, кому нет. Ну и так далее. Отметим, что далеко не всегда эти ритуальные прибамбасы коррелируют прямо с должностью и вот тогда возникает вопрос: это случайность или же отражение реального статуса человека в какой-то властной группировке. Опытный чиновник такие моменты видит влёт – и делает соответствующие выводы. У меня даже было несколько смешных моментов, связанных с подобными ситуациями, в стиле «комедии положений».

Сочетание трех упомянутых групп (а чиновники, то есть люди, находящиеся в иерархии Управления, если не являются людьми Власти, то почти наверняка входят в шлейф той или иной властной группировки) создаёт феноменальную по блеску и активности картинку. И многие летят на эту картинку, как бабочки на огонь. И, соответственно, сгорают, поскольку у этой картинки есть очень серьезный недостаток: за ней нет никаких реальных механизмов вхождения во властные группировки. Не для этого она создается, не для этого функционирует. Более того, очень часто она используется людьми Власти для того, чтобы сплавить явно неподходящий для дальнейшей работы контингент.

Мы, кстати, иногда видим результат такой работы: молодой и крайне кичливый высокопоставленный чиновник неожиданно теряет свою должность и <…> исчезает из поля зрения. Причем не только с точки зрения должности, но и с точки зрения влияния. Да, у него часто есть какие-то деньги, которые он на этой должности украл, но теперь для того, чтобы показать свой статус он их должен тратить, причем подчас тратится он довольно существенно. Ну и, конечно, на всю жизнь остается дикая обида и презрение к действующим чиновникам. Поскольку остается искренняя уверенность в том, что его «незаслуженно» обидели.

В общем, как выясняется, противоречие, о котором говорилось в начале этого текста, является вымышленным. Реальные люди Власти свои ритуалы людям не показывают (или не объясняют, что это часть ритуала), а то, что кажется властными ритуалами на самом деле относится к другим общественным и социальным явлениям. Хотя, иногда, бывают и исключения. В частности, люди Власти иногда запускают своих агентов в разные молодежные и интеллектуальные тусовки с целью поиска перспективных людей. Но и тут, слишком высокий ритуальный статус обычно является негативным фактором (во Власти не любят слишком тщеславных людей), а сами такие агенты вообще себя ведут тише воды, ниже травы.

Ну а вывод… Вывод простой: кто предупрежден, тот вооружен!


18. Катехон и Лжедмитрий или Еще раз о сакральности власти

28.12.2018

Noblesse oblige

Это текст представляет собой ответ на статью Андрея Школьникова «Утрата образа Катехона – главный итог 2018 года» и расширяет мой комментарий к этому тексту. Но поскольку тема показалась мне крайне важной, в том числе, с точки зрения теории Власти, я его довольно сильно расширил


Начну я с того, что те, кто внимательно читал «Лестницу в небо» мог обратить внимание на то, что мы довольно много места уделили, если так можно выразиться, архетипичному представлению общества об устройстве власти. То есть если общество хочет «царя», то все попытки олигархии сделать реально коллективное управление и предъявить народу фиктивную (как сейчас говорят, «фейковую») фигуру царя заканчиваются плохо: как только на посту «царя» оказывается хотя бы минимально сообразительная персона, она довольно быстро перехватывает реальные рычаги власти. При полной поддержке общества. И тогда далеко не всем олигархам удается выпутаться.

Собственно, именно так сделал Путин. И удалось это ему не только потому, что он оказался менее марионеточной фигурой, чем это хотелось олигархам, но и потому, что общество требовало Царя. И оно царя получило. К слову, Медведеву тот же фокус не удался. Прежде всего потому, что он пытался стать «первым среди равных» чиновников, а русское общество традиционно к чиновникам относится весьма и весьма скептически. А вот сакральную, царскую составляющую, Медведев демонстративно игнорировал.

Так вот, Путин получил у народа сакральный, царский статус. Оставим в стороне технологии, важно то, что для сохранения этого статуса необходимо было обеспечивать архетипические образы Власти для России. И главный из них – образ Катехона, охранителя. Прежде всего, народа, от произвола бояр и олигархов. Сегодня совершенно неважно, как такая модель царской власти появилась в России, важно, что она воспроизводится из раза в раз, уже много веков. И, в общем, Путин соответствовал. Что хорошо показал Крым.

А вот в 2018 году произошел сбой. Очень серьезный сбой. Начался он с того, что еще много лет назад мировая финансовая элита, финансисты-глобалисты, решили, что Путина (с той системой власти, которую он выстроил) нужно убирать. Почему – вопрос отдельный, мне кажется, что главной причиной тут стало то, что глобалистам крайне не нравилось, что у Путина по любому вопросу есть свое мнение. И он даже позволяет себе высказывать соображения о том, что у глобалистов есть перед кем-то (Россией) какие-то обязательства, которые они, якобы обязаны соблюдать (а как нам не так давно объяснил президент Франции Макрон, в реальности не соблюли). Но на самом деле причины такого вывода совершенно неважны, главное – было принято решение: Путин с его моделью власти в России должен уйти.

Для реализации этой задачи были выбраны, естественно, проверенные агенты-олигархи и либеральные чиновники. Ну, партия сказала: «Надо», комсомол ответил: «Есть!», однако, как обычно, появились определенные тонкости. Дело в том, что участники конфликта (либерально-компрадорское крыло российской элиты, которое получило задание путинскую модель власти ликвидировать и противостоящее ему, которое естественно назвали «патриотическим») рассматривают его как корпоративный конфликт, поражение в котором грозит некоторой потерей доходов, возможно, некоторым снижением социального статуса, но ни в коем случае это не грозит потерей основных капиталов и, тем более, он не представляет собой угрозы жизни.

С точки зрения Путина, который в рамках своего «сакрального» статуса стоит над этой схваткой, она даже удобна. Поскольку позволяет и ограничивать «патриотический» лагерь, чтобы он не зарывался, и истреблять наиболее одиозные либеральные фигуры. Без какой-либо угрозы собственному статусу.

В некотором смысле, этот конфликт рассматривается участниками в рамках той модели/парадигмы, которая была «завоевана» в результате «революции» 91 года, главный смысл которой состоял в том, что нужно было обеспечить передачу полномочий по наследству и избавиться от ответственности перед обществом. Довольны все, даже те, кто потерял власть и статус, поскольку они остаются с наворованными деньгами (совсем не маленькими), которые можно в такой ситуации спокойно легализовывать. И даже такой персонаж, как Улюкаев, может, в общем, быть довольным, поскольку деньги его конфискованы не были, а как мы знаем, с деньгами даже в колонии можно жить вполне успешно.

Отметим, что альтернативой этой позиции «номенклатурной безопасности» является ситуация 90-х годов для тех, кто к приватизации отношения не имел и/или выбил себе соответствующие возможности силой. «Бригады» 90-х воевали друг с другом – но кто-нибудь слышал, чтобы они «наезжали» на «птенцов гнезда» Чубайса? Скорее, наоборот, последние использовали свои приватизационные возможности для того, чтобы получить силовое прикрытие. И нынешние чиновники и олигархи (а схватка идет между ними) рисковать жизнью совершенно не хотят.

Именно в этом состояла главная проблема тех международных финансистов, которые натравливают российских олигархов и чиновников на Путина. В их понимании, граждане России занимают такое низкое положение в международном статусе (что хорошо видно потому, что с ними происходит, когда за них даже не всерьез берутся, а просто берутся), что просто обязаны не за страх, а за совесть выполнять полученные указания. Но те рисковать жизнью не хотят, а потому начинают играть в корпоративные игры, которые настроение Путину испортить могут, а вот стать угрозой для его положения – нет.

Я думаю, что именно по этой причине координаторы элиты «Западного» проекта начали разрабатывать стратегию сноса нынешнего режима самостоятельно. Я за последние месяцы написал несколько текстов на тему заговора, направленного на свержение нынешней власти. Фокус в том, что успешным этот заговор (который, в отличие от всех предыдущих попыток явно координируется извне России) может стать только в том случае, если в его процессе будет разрушен архетипический образ Власти. Или, иными словами, народ решит, что «Царь – ненастоящий!»

К слову, никто не задумывался, а откуда взялся этот лозунг в известном фильме? Что такого сделал этот самый царь, чтобы народ (в лице стрельцов) принял такое решение? Абсолютно очевидно, что он принял какое-то решение, которое вызвало народное возмущение. Нам даже был дан вариант такого решения, попытка отдать «Кемску волость». В этом конкретном варианте Милославский попытку управдома взять на себя царскую ответственность предотвратил, но, весьма возможно, что в другом варианте она прошла.

Кстати, в исходной пьесе Булгакова есть только одно отличие от фильма Гайдая: в пьесе «Кемску волость» хотел отдать как раз Милославский. Но вариант Гайдая куда более адекватен и, тем самым, достоверен, с точки зрения теории Власти: он более чем понятно объяснил, почему этот «царь» не является настоящим, почему он каптерщик, а не глава государства. И фильм очень хорошо показывает, как одно, но принципиально не царское решение, может стоить очень дорого!

Отметим еще один важный момент. Не нужно разбирать реального Путина, насколько он соответствует статусу Катехона, насколько он сам понимает этот свой статус. Архетипический образ политика может не иметь никакого отношения к самому политику, я про это много раз писал. И про Путина в том числе, здесь уже где-то были ссылки на мою статью 2004 года и соответствующую передачу на РБК-ТВ. К слову, то, что он так долго этот статус держал, говорит как раз о том, что какое-то понимания этого момента у него есть, но это, опять-таки не столь принципиально.

К слову, эффективность менеджера не имеет никакого отношения к сакральному статусу. Фёдор Иоаннович, Фёдор Алексеевич или, скажем Ельцин, были людьми болезненными и их эффективность была весьма и весьма относительна (что все понимали). И, тем не менее их сакральный статус особому сомнению не подвергался. А вот у куда более эффективного, быть может, самого эффективного управленца в истории России, Бориса Годунова случился конфуз… Да, он в нем не был виноват (три года без урожая – это тотальная катастрофа для любого государства), но пока он был под «прикрытием» Фёдора Иоанновича, все у него получалось. А как только «шапка Мономаха» легла на его голову, начались проблемы.

Для нас важно то, что народ этот статус Путина признавал, а потому, схватка на корпоративном уровне ему вообще ничем не грозила. И у элиты «Западного» проекта в такой ситуации было два базовых варианта: либо «поднять» конфликт элит в России на уровень «не на жизнь, а насмерть», либо «опустить» Путина до уровня корпоративного конфликта. То есть из Катехона сделать его чиновником. К которому уже применимы термины «эффективный», «неэффективный», «слабый» и так далее. В общем, чтобы царь стал не настоящим.

Судя по результатам был выбран второй вариант и он, по итогам пенсионной реформы, получился. Кто это придумал – отдельный вопрос, либо там нашелся какой-то гениальный специалист по России (который, к тому же сумел эту свою позицию довести до «сильных мира сего»), либо же это произошло случайно (что тоже вполне возможно). Важно, что ошибка была сделана, «Кемска волость» отдана. И народ решил, что царь – ненастоящий.

Отметим, что объяснить это чиновникам администрации Президента невозможно. Кириенко – технократ, он мыслит в терминах цифр и показателей, для него рейтинг Путина, пусть он и упал, достаточно высок, чтобы проводить какие-то «активные операции». А то, что это уже рейтинг чиновника, а не Катехона, для Кириенко тайна за семью печатями. Это ни в коем случае не критика, каждый человек решает задачи в рамках своего уровня, этот не масштаб замглавы администрации Президента, тут нужны другие фигуры. А вот они почему-то себя в нужный момент не проявили.

Но в любом случае Путин либо поймет, что он потерял в 18-м году, и тогда у него есть шанс продолжить свою деятельность на посту Президента, либо же нет. И тогда его шансы проиграть на уровне корпоративной войны в новом году резко растут. Я бы сказал – критически растут. Даже не так, корпоративную войну Путин проиграет точно, поскольку эффективную бюрократию не создал, а если начнет ее создавать сейчас, то столкнется с активным противодействием всей номенклатуры, которая не хочет ни ответственности, ни конкуренции.

Выиграть он может единственным образом – вернуть себе статус Катехона. Это пока возможно. Но действовать нужно быстро, поскольку, судя по всему, активная стадия антипутинского заговора намечена на апрель-май нового, 2019 года. И когда она начнется, будет уже поздно.



19. или Зачем раскачивать лодку

10.01.2019

Те, кто внимательно наблюдает за политической жизнью в России не может не обратить внимание на то, что уровень противостояния различных властных (политических) группировок очень сильно вырос. Казалось бы, с чего вдруг, ведь нормальная реакция элиты в условиях кризиса должна состоять в прямо противоположном результате: она должна сплачиваться, с целью отбить атаку, вражескую или объективных процессов. А тут все наоборот. Почему?

Такая же ситуация, скажем, на Украине, но там вообще нет национальной элиты, там просто компрадорско-олигархический режим. Он по другим законам работает, точнее, внутреннее устройство у него такое же, но реакции на раздражители совершенно другие. Там по мере нарастания проблем у властных группировок только усиливается «таскательный» рефлекс и никто уже о будущем не думает.

В нашей стране тоже есть такая проблема, поскольку либерально-компрадорскую часть элиты никто не отменял. Поскольку у нас, в отличие от Украины, есть национально ориентированные элиты, компрадоры бы и рады сидеть тихо и договариваться в условиях трудностей (особенно тогда, когда их партнеров на Западе обвиняют и небезосновательно в нападках на Россию). Но вместо этого они активизируют возмущение в обществе против власти (то есть, в реальности, и против себя тоже) и, более того, усиливаются атаки друг на другу у «патриотических» властных группировок. Они что, больные?

Разумеется, точного ответа на этот вопрос дать нельзя, но порассуждать можно. Отличие от ситуации двух-трехлетней давности, когда как раз все объединялись для защиты от опасности, состоит в двух обстоятельствах. Первое заключается в том, что все разумные люди поняли, что модель власти в России больше не работает. Ну, то есть, совсем. И история с пенсионной реформой не открыла «ящик Пандоры», а просто поставила жирную точку. А это значит, что страну ждет серьезное переформирование и, как следствие, не менее серьезное переформирование ждет как систему взаимодействия властных группировок, так и их самих.

Второе обстоятельство, в некотором смысле, является следствием первого. Поскольку общество окончательно осознало, что либеральная часть элиты является компрадорской и никогда не думала об интересах общества, и, разумеется, не будет никогда думать об этом в будущем, популярность этой политической группы сильно упала. Настолько сильно, что в реальном общественном поле она просто исчезла. Но в элите она еще достаточно сильна. И для нее стало абсолютно очевидно, что поражение в период схватки, связанной с развитием кризиса, станет последним поражением. Поскольку она просто исчезнет, как элитная группа и станет просто набором жуликов и коррупционеров, каждый из которых защищает себя лично.

Иными словами, нужно выигрывать. А для этого нужен внешний ресурс (почему все представители этой группы так активно включились в антипутинский заговор, о котором я уже много писал) и нужно максимально активизировать схватки между "патриотическими" властными группировками. Из-за чего так усилился «фейковый» процесс в СМИ и интернете. Вопрос: а «патриотические»-то группы почему «повелись» на эти провокации?

Ответ очень простой. Они-то тоже понимают масштаб предстоящих изменений. Они понимают, что в ближайшее время появится мощный ресурс в виде активов либеральных групп, которые начнут уступать и откупаться. Они понимают, что будут ликвидироваться слабые «патриотические» группы, которые тоже начнут отдавать свои ресурсы. И, наконец, они понимают, что в процессе схватки придется сильно увеличить свою публичную активность, для чего уже сейчас нужно собирать новых людей. В том числе и для того, чтобы потом набранными активами управлять.

В результате они начинают «толкаться» куда более сильно, чем раньше. Просто иначе не получается. И это означает, что этап «консолидации», который характерен для начала общего кризиса, уже пройден. Все уже поняли, что отбиться от проблем не удастся, что придется драться всерьез. В том числе с конкурентами в элите. И точка невозврата была пройдена прошедшей осенью. Всё, шутки в сторону, началась схватка.

Это достаточно типовой момент в развитии любой властной системы. Причем он даже не всегда связан с ухудшением ситуации, аналогичный кризис может быть и на быстром росте. Это хорошо знают основатели коммерческих структур, у которых случился быстрый успех. В какой-то момент все проблемы одновременно обостряются, иногда это приводит к гибели всей структуры. И вот аналогичная ситуация у нас в стране. Те модели, которые были выстроены в 90-е и адаптированы в 2000-е, окончательно сломались и работать перестали.

Как понятно, это требует сильных изменений в элите. Часть элит должна уйти, чего она, как понятно, делать не хочет. Нужно найти новых людей, но как их искать и как тащить наверх, при том что вся система будет активно противостоять этому процессу? Этот процесс совершенно не институционализирован и как его организовывать не очень понятно. Вот все властные группировки и начинают рекрутировать людей, но каких и зачем они сами далеко не всегда понимают. Что приводит и к росту предательств и к большому количеству ошибок, которые совершают новые люди от излишнего энтузиазма, отягощенного полным отсутствием стратегического понимания момента.

Теоретически, нужно бы создать институты, которые бы этой стратегией занимались. Разные активные люди предлагают лидерам властных группировок разные проекты, с названием типа «институт русской мечты». Но вот тут-то начинаются главные проблемы, которые носят не субъективный, а объективный, институциональный характер. Ну, представим себе, что некий энтузиаст встречается с лидером властной группировки на предмет создания такого института. Зачем это представителю властной группировки понятно – это, в условиях политической нестабильности, очень эффективный инструмент. А что имеет в виду получить по итогам этой встречи энтузиаст?

А ясно что, бюджет. Но дело в том, что бюджет у властных группировок в общаке, руководство которым институционализировано. И по итогам встречи (позитивной), энтузиаст отправляется к главе этого института. Он ждет денег, а получает в ответ требование сметы. Причем не просто сметы, а по форме. Проходит какое-то время, смета в муках рождается (поскольку энтузиаст же еще должен в нее заложить те пункты, за счет которых он будет вынимать деньги для личного использования), но вместо бюджета энтузиаста знакомят с новым директором его института. Поскольку бюджетами в рамках общака могут заниматься только специально обученные люди, к которым он не относится.

В лучшем случае ему предлагается должность заместителя директора по науке и право назначить 2-3 начальников отделов. В худшем – просто ставка главного научного сотрудника. И то, и другое, разумеется, без бюджета, а на окладе. После чего энтузиаст начинает рваться на новую встречу с руководителем властной группировки. Ну, если у него совсем нет денег, он соглашается получать зарплату, но поскольку он за нее ничего не делает (и делать не будет, поскольку, с его точки зрения, такая ситуация является оскорблением и издевательством), то довольно быстро его увольняют. И состоится вторая встреча с лидером или нет уже никакой роли не играет. Институт или остается как вывеска, или исчезает – содержательная часть при этом отсутствует полностью.

То, что я описал – это типовая модель. Не только у нас и не только сейчас. Потому что любая устойчивая модель склонна институционализироваться (см. законы Паркинсона), а устойчивые институты крайне болезненно относятся к попыткам внешнего реформирования. И по этой причине их часто легче просто ликвидировать и создать что-то новое, чем реформировать. Но ликвидация властной группировки (а, тем более, нескольких), это уже почти революция… И вот как в такой ситуации быть? Иван Грозный не зря создал опричное войско (собственно, это хорошо известная в истории типовая схема серьезных реформ), но опричники для того и нужны, чтобы сломать сложившуюся институциональную структуру управления. А если ее не сломать, то никаких реформ не будет. А если сломать, что дальше-то делать? А если не делать, то будет продолжение кризиса…

Вот властные группировки и зашевелились. Они уже понимают масштаб предстоящих проблем, но их внутренняя институциональная структура противодействует любой попытки к ним подготовиться. И лидеры властных группировок целенаправленно стимулируют их к усилению конкуренции, в надежде все-таки заставить своих сотрудников работать. При том что последние и рады бы работать, но для этого нужно изменить собственные внутренние институты, а это задача невероятно сложная, если вообще возможная.

В общем, продолжающийся экономический кризис (у нас) вызвал кризис институциональный. Это типовой этап любого кризиса власти, в любой стране, и то, как мы его преодолеем (или не преодолеем) и покажет, сможет ли Россия смотреть в будущее с оптимизмом.



20. Акелла промахнулся или Точка кипения

19.01.2019


Многочисленные истории про депутатов и чиновников, а также их близких родственников, которые несут откровенный асоциальный бред, покупают/владеют миллиардным имуществом, грубо нарушают российские законы (например, сбивают на переходах людей, будучи пьяными за рулем, и так далее), плодятся и множатся невероятным образом. Видимо, для максимальной любви народа они еще пытаются принять законы о защите репутации чиновников и одновременно непрерывно повышают налоги на рядовых трудящихся (повышая при этом себе пенсии).

Все это вызывает, прямо говоря, оторопь. Они там что, с ума все посходили, что ли? Ведь было же у нас уже так, когда одни олигархи натравливали на других народ. Тогда и шахтеры стучали касками на Горбатом мосту, и чемоданы «с компроматом» таскали из одного официального здания в другое, и Транссиб перекрывали. Да и первую чеченскую войну, есть такое мнение, тоже устроили не просто так. И уже тогда же приняли решение, что такое безобразие больше продолжаться не может, внутриэлитные конфликты нужно решать внутри элиты! И даже арбитра нашли! Владимир Владимирович Путин его звали.

И вот теперь мы столкнулись с повторением этого крайне неприятного эффекта… А почему? А очень просто. Напомню, что Путина призвали в 1999 году. Когда усилиями Маслюкова и Геращенко темпы роста экономики стали выше 10%, а затем и цены на нефть стали расти. То есть – появился ресурс, которым можно было закрывать дыры в экономике и социальной политике. И стало возможным несколько поубавить темпы воровства, которыми прославились олигархи 90-х.

А теперь посмотрим, что у нас сейчас. В соответствии с теми договоренностями, Путин хоть и создал собственные властные группировки (в политологической журналистике их называют «силовыми», но какое отношение имеют к «силовикам», скажем, Ротенберги или Ковальчуки?), но внутриэлитные договоренности конца 90-х так и не нарушил: все элитные группы остались на своих местах, со своими функционалами. В том числе, «либеральные» группы продолжают руководить финансами и экономикой. Ну, разумеется, под чутким руководством своих внешних старших партнеров.

И, как это у них получается всегда, они получают феноменальные результаты. Если не считать краткого периода «восстановительного роста» в 2009-11 годах, у нас с 2008 года идет очень основательный спад. Причем последние шесть лет, с IV квартала 2012 года он идет непрерывно. Не нужно обольщаться тем бредом, которым прикрывается либеральное правительство: трудно ожидать от него, что оно, как унтер-офицерская вдова, само себя высечет.

Ясное дело, все их ошибки уже давно разобрали по косточкам. Толку, правда, от этого нет, эти ошибки являются имманентной составляющей той политики, которую вменила этой группе та мировая финансовая элита, которая их до сих пор поддерживает. А поскольку отказаться от этой поддержки они не могут (только она позволяет им утверждать, что они могут обеспечить приток иностранных инвестиций), то и будут они эту политику продолжать, что бы там в стране не происходило. Бытие определяет сознание.

Так вот, в стране уже седьмой год идет экономический спад. А это означает, особенно с учетом сложной ситуации за ее пределами (что ограничивает нашу экспансию), что совершенно нормальный конкурентный процесс между крупными корпорациями (и властными группировками) все время усиливается и начинает приобретать крайне острый характер. Собственно, судя по всему, к середине прошлого года крайне острый.

Что это значит? Что обычным арбитражом вопросы уже решить нельзя. Просто потому, что при любом более или менее крупном конфликте невозможно сохранить обе конкурирующие стороны, выжить может только одна. За счет другой. И решение об этом должен принять лично Главный Арбитр, причем это решение явно будет выходить за рамки того самого консенсуса, под который он пришел на свой пост и под который он дал свое честное слово.

Вот он и увиливает от решения вопросов. И именно из-за этого падает его рейтинг, абсолютно по той же причине, что падал рейтинг Ельцина в конце 90-х. А стороны конфликта начинают ситуацию подогревать. Как это проще всего сделать? А вывести конфликт в ситуацию политическую, после чего обвинить противоположную сторону, что она не просто ведет себя некорректно в коммерческом споре, но и начинает опасно "раскачивать лодку". Какие есть для этого варианты? А их три.

• Первый – сливать компромат на врагов на Запад.

• Второй – обвинять их в планах захвата власти.

• Третий – выкидывать негативную информацию про них «в народ» и стимулировать массовые выступления.

Как мы видим, все варианты налицо, за исключением массовых выступлений народных масс. Но как я уже писал, это намечено на весну. Да, в основном этим занимаются либеральные властные группировки (с помощью западных «партнеров»), но, возможно, что и другие их немножко провоцируют. Разбираться в этом – дело тонкое, да и не очень для меня интересное, поскольку нас интересует как раз общий процесс нарастания напряженности.

Отметим, что у либералов есть серьезная проблема – они реально не могут обеспечить остановку санкций (а это их прерогатива в рамках межэлитного разделения функций) и у них ничего не получается с экономикой. Ну и, конечно, с учетом их приватизационного прошлого, они не могут ни остановить тотальное воровство, ни роста вывода капиталов на Запад. То есть находятся в слабом общественном положении. Хотя их роль в элите, с учетом наворованных в период их политического господства активах, очень велика.

Сложная роль и у Путина. Да, либералов нужно убирать из Правительства, Центробанка и основных экспертных экономических институтов. Но это значит, нарушить (односторонне) договоренности конца 90-х. А такая ситуация, в стиле «Акела промахнулся!» (в роли Акелы будут выступать и Чубайс, и Волошин, и Юмашев, и их многочисленные бизнес «дети» и «внуки»), неминуемо вызовет массовый поток колоссальных атак на остатки либеральных властных группировок. И с точки зрения Путина, весьма возможно, это далеко не самый безопасный сценарий. Поскольку вряд ли его можно будет контролировать.

С другой стороны, экономический спад-то продолжаться. Новых Маслюковых и Геращенко до финансово-экономических рычагов не допускают, следовательно, температура в котле растет. И он рано или поздно рванет (нам только не хватало повторения таких фокусов, как взрывы домов в Москве и массовый террор на улицах). Терпеть экономический спад больше невозможно, а либеральная команда его остановить не может никак. Это просто невозможно, она это показала всей своей историей, провалены все (на всякий случай повторяю еще раз: ВСЕ) проекты, что социальные, что организационные, что экономические, которыми они занимались. Нет ни одного примера успеха.

И это значит, что нашу страну неминуемо ждет элитная революция. При которой одна из элитных групп (либеральная) не по своей воле должна уйти. И чем дольше это решение откладывается, тем дороже она будет стоить другим элитным группам. И, опять-таки, ничего личного, просто температура социального недовольства при экономическом спаде растет. закон природы, никуда не денешься.



21. От элит глобальных к элитам профессиональным

23.01.2019

Noblesse oblige

Меня часть ругают за то, что я не в состоянии проиллюстрировать поведение лидеров элитных группировок. Все объяснения, что они не любят публичности, интерпретировались, как то, что я ничего не знаю и всё придумываю. Я честно пытался объяснить, что я знаю, но вслух сказать не могу. Опять же, смысла в этом нет, поскольку проверить это невозможно. Ну реакция понятная… И вот в той ситуации я сделал вывод, что нужно просто перейти от глобальных элит к элитам профессиональным. И уже на простых примерах прояснить элитную психологию.

Проще всего для меня, конечно, разобрать поведение элитных групп в экономической науке. И начну я разбирать ее с описания нынешней российской экономической элиты. Как и везде, есть мировая элита, разного рода Фридманы-Хайеки (нынешних я не очень знаю). Мы их можем увидеть (в отличие от «настоящей» элиты), поскольку они или уже получили премию им. Нобеля, или входят в «короткий» список на получение этой премии.

Это люди, которые имеют право на формирование правил игры. Вот эта тема – интересная, а вон та – маргинальная. Этот эксперт может быть приглашен на престижные конференции или включен в число авторов престижного журнала, а тот – ни за что. И их мнение никакому обсуждению уже не подлежит, разве что проявятся обстоятельства непреодолимой силы. Для примера: судя по темам, за которые дают сейчас пресловутые премии памяти Нобеля, нынешний экономический кризис не входит в число актуальных престижных тем в современной экономической науке.

Это, разумеется, создает определенные проблемы, поскольку кризис он вот, он на носу. Но внутренняя иерархия важнее, чем всякие там объективные обстоятельства, а премии дают за работы, сделанные довольно давно разными пожилыми дядьками, поэтому вопросы кризиса и не обсуждаются на «верхнем» научном уровне. К слову, тут важнее даже не иерархия, а институциональная структура научных элит, которая, как понятно, всегда страшно консервативна.

Чуть ниже по иерархии стоят экономические эксперты, которые имеют право обсуждать новые правила, но в «короткие» списки не входят. Либо по причине молодости, они просто не успели еще набрать своими властными группировками необходимый «вес» (получить достаточное количество кафедр, журналов и других полезных в науке институтов), либо слишком увлеклись побочной деятельностью (например, администрированием; так, Саммерс страшно был обижен, что Стиглицу премию дали, а ему нет; в то же время он был министром финансов и президентом Гарварда, ну и наворовал немеряно – и пойди определи, что лучше; впрочем, судя по всему, Саммерс хотел всего и одновременно), либо еще что. Но это, так сказать, второй эшелон.

Третий эшелон это как раз завкафедрами, редактора не самых престижных журналов, профессора и прочие разные персонажи, которым не положено обсуждать новые «правила игры» в мировой экономике, но которым разрешено трактовать те, которые уже приняты. Если сравнивать с иерархией ЦК КПСС, то это пропагандисты ЦК. То есть они уже в штате, но еще не вышли на верхний номенклатурный уровень.

И вот как раз этот уровень – тот, на котором есть единичные представители российской экономической науки. Именно единичные, индивидуально отобранные. Причем отобранные оттуда. Собственно, как это только и бывает. И подавляющее количество сотрудников всяких там ВШЭ или РЭШа к ним не относятся. Они еще одним этажом ниже.

Это нижняя часть властных группировок в экономической науке, которым разрешено с придыханием упоминать разные великие имена (и говорить о том, как им посчастливилось с ними поговорить в кулуарах конференций), но категорически запрещено интерпретировать «правила игры». Правда, можно их пересказывать своими словами и объяснять для наиболее тупых адептов. К ним, к слову, относятся разные экономические редактора разных либеральных СМИ. Еще раз повторю, не трактовать, а именно пересказывать объяснять. Это в советской иерархии – пропагандисты обкомов партии.

Ну а шлейф, разные мелкие преподаватели, аспиранты, и прочие персонажи, это, по советской модели – пропагандисты провинциальных райкомов партии. Им разрешено только с выражением читать вслух опубликованные в официальных органах (книгах «правильных» университетов, редакторских статьях «правильных» газет и так далее) мнения «великих». Вот меня на первом этапе знакомства с экономической общественностью поражало, что выпускники и младшие преподаватели РЭШ как только слышат какой-нибудь экономический термин, тут же с наслаждением вываливают целые главы из экономических учебников, посвященных этому термину. Вот они как раз из этой серии.

К ней же относятся профессиональные «клаки» разных либеральных СМИ в интернете. Именно эти люди пишут комментарии к моим выступлениям на «Эхо Москвы», в ютубе и так далее. Они просто тупо повторяют методички, в надежде на то, что их заметят и пустят чуть дальше по иерархической лестнице. Ну и денежек заплатят, само собой. Хотя большая их часть, как это и свойственно «шлейфу», никогда никуда дальше не пойдет. К слову, к этой группе относятся и разные «эксперты», которые тупо отвечают мне, что Бреттон-Вудская система не существует с начала 70-х годов. Они не виноваты: так просто написано в методичках, отступать от которых они не имеют право.

Но самое интересное происходит в тот момент, когда по каким-то причинам иерархия нарушается. Как это произошло со мной. Довольно долго я был маргинальной фигурой, которая делает вид (с точки зрения властных группировок в экономической науке), что имеет к этой самой науке отношение. Именно делает вид. Лидеры российского сегмента этих властных группировок разделились на две группы: одни объясняли, что меня нужно игнорировать и не допускать до того, чтобы общественное мнение меня узнало (в основном, это были журналисты), другие пытались меня высмеивать. Получалось и то, и другое всё хуже и хуже, но поскольку «сверху», то есть от реальных лидеров властных группировок, никаких указаний на мой счет не приходило (а они что, смотрят на какие-то там мелкие провинциальные разборки? Ха-ха!), то и происходило это всё достаточно вяло.

А вот в 2014 году ситуация изменилась… Возможно, тут сыграло роль мое выступление на Дартмутской конференции 4-5 ноября 2014 года, которое сыграло такую важную роль в судьбах Трампа! Но интересно то, что лидеры властных экономических группировок, которые всё-таки озаботились проблемами Бреттон-Вудской системы, начали искать тех, кто может сказать что-то осмысленное по этой теме. И вышел сборник (на английском языке), который на первом этапе не то, что купить, даже посмотреть в интернете было нельзя, его распространяли по закрытой подписке. Впрочем, сейчас его можно заказать и купить. Вышел, кстати, и русский вариант этой книги, рецензию на которую можно прочитать у нас.

Про русский сборник говорить не буду. Интерес вызывает исходный вариант. Судя по его качеству и формату (предисловие написала глава МВФ Кристин Лагард), в него собрали как раз тех людей, которые, по мнению экономической элиты способны сказать что-то новое и интересное на эту тему. То есть, в соответствии с приведенной выше классификацией, попали во вторую сверху группу. Которым разрешено обсуждать новые правила. В случае этого сборника – о реформировании Бреттон-Вудской системы. И, кстати, те из них, которые правильно впишутся в академическую среду и не помрут, лет через 15 свои премии получат.

И от России туда вошли три человека (если не считать Татьяну Валовую, которая вошла по должности, как руководитель исполкома регионального финансово-экономического объединения, ЕврАзЭС). А именно Сергей Гуриев, Руслан Гринберг и ваш покорный слуга. За что вошел Гуриев понятно – он много лет руководил РЭШ, одним из главных инструментов по выкачиванию мозгов из России. И по должности он как раз соответствовал описанному выше третьему уровню в экономических властных группировок, его переход во второй уровень никаких вопросов не вызывает. Руслан Гринберг представляет умирающую советскую экономическую школу (в которой был даже один лауреат премии, Канторович), ему уже за 70, он попал в этот список, что называется, «за заслуги».

А вот я… Я не просто попал во второй уровень (с учетом того, что у меня как раз превалирует административный опыт), я попал в него минуя всю российскую иерархию, что вызвало у нее сильнейшие фрустрации… Но проблема в том, что, с учетом этой книги, мой рейтинг во властных группировках в мировой экономической науке, оказался чуть ли не самым высоким в России (ну, может еще есть пара человек, но тоже с административным «душком», Гуриев, как понятно, к России уже не относится). И это значит, что критиковать меня эти ребята уже не могут…Просто права не имеют.

В результате, ситуация очень сильно изменилась, официальная критика в мой адрес практически исчезла. Резко изменились мои личные отношения с лидерами экономических групп в России, они стали куда более лояльными. Ну, клака «Эха Москвы» не изменилась, но так она, скорее, журналистская, чем экономическая, к журналистам я никогда никакого отношения не имел. Изменились, кстати, отношения и с западными структурами, но там все очень сложно, так что эту тему я пока трогать не буду.

В Любом случае, описанная история очень показательна: как властные группировки «строят» находящиеся на более нижних ступеньках свои собственные структуры. И как элиты, в случае необходимости, ищут новых персонажей, которые должны тем или иным способом спасать их (точнее, всей науки) репутацию и повышать капитализацию. Поскольку меня уже ввели в иерархию, то как только мы какую-нибудь экономическую модель легализуем, ее немедленно введут в корпус либеральной экономической науки (независимо от ее содержания). Ну и это, конечно, намек мне: типа, зачем ругаться, мы же тебя признали. А на местных дураков внимания можешь не обращать, кто они такие! Если что, обращайся, мы их укоротим (последнее было сказано практически явно). Впрочем, укорачивать уже некого, все всё и так поняли.

Отмечу, что это совершенно не требует от меня изменения моих взглядов, наоборот, их нужно активно развивать. Но меня попросили сильно не злобствовать в адрес экономиксистов-монетаристов – впрочем, я в том месте особо никогда и не усердствовал. И, главное, нужно понимать, что этот пример связан не со мной, он лишь показывает типовое поведение элиты, когда ей реально нужно решать конкретные серьезные проблемы. В нашем случае – как экономическое сообщество, ее элита, должна реагировать на проблемы экономического кризиса, с которыми, как понятно, есть серьезные трудности. И для того, чтобы анализировать поведение элит, нужно просто разобраться с типовыми моментами описанной выше истории.



22. Время выбирать себе cюзерена

29.01.2019

Несколько моих предыдущих текстов (в том числе Noblesse oblige-21 и про Чубайса) вызвали довольно странную реакцию читателей, которые решили, что я их пишу с целью получить какие-то «гешефты» от тех персонажей, которые в них обозначены. Такая позиция вызывает у меня не только искреннее удивление (с точки зрения здравого смысла, если уж идти в этом направлении, то это нужно было делать лет 20 назад; а если я это делал и не получилось, то какие есть основания считать, что получится именно сейчас?), но самое главное, профессиональное негодование.

Дело в том, что во всех своих текстах, посвященных стратегическому развитию ситуации, я постоянно говорю о том, что наше будущее становится всё более и более неопределенным. Это очень хорошо видно по многочисленным внутренним и международным конфликтам, которые «плодятся и множатся» как на международной арене, так и внутри разных стран. Можно упомянут и Великобританию с ее «брекзитом», и Ближний Восток, и конфликт США с Китаем, и Евросоюз с Германией, не говоря уже о США с Трампом и финансистами. И в такой ситуации любая конкретная ставка представляется всё более и более опасной.

В нормальной ситуации серьезные игроки обладают инсайдерскими знаниями и большим опытом и по этой причине близость к ним не то, чтобы гарантирует, но серьезно увеличивает шансы на жизненный (то есть социальный) успех. Достаточно посмотреть на соратников Чубайса в Роснано или, чуть раньше, на его же соратников по разгрому РАО «ЕЭС России». Неважно, что они делают, главное – что политически их прикрывает большой игрок и по этой причине свою поляну они могут «окучивать» спокойно и уверенно.

Именно по этой причине мечтой очень многих начинающих бюрократов, которые сами не готовы играть в политические игры (с сопутствующими рисками) является место на среднем уровне во властных группировках, которые возглавляют относительно молодые (сколько было лет Чубайсу в 1998 году, когда он окончательно потерял официальные политические позиции?), но достигшие больших высот политики. Можно переходить с места на место, получать большие зарплаты и бонусы и, по большому счету, ничего не делать… Вообще ничего. Риски практически нулевые.

Таких людей в конце 90-х – начале 2000-х появилось очень много. Сейчас им в окрестности 50 лет и они начинают понимать, что ситуация обостряется. Но опыт уже есть, накопления тоже есть и, в крайнем случае, они могут просто тихо выйти на пенсию. Главное тут – не рыпаться, в противном случае власти могут найти и заначки в неположенных местах, и не совсем официально приобретенные земельные участки и так далее. Кстати, по этой причине я прогнозирую досрочный уход довольно большого количества чиновников среднего звена (до федерального замминистра включительно) в частную жизнь в ближайшие пару лет.

Но для людей, у которых есть политический опыт, но уже давно нет никаких административных позиций (как у меня) возврат в такой ситуации просто невозможен. Хотя бы потому, что они ни в какие властные группы не входят, административных «команд» у них нет и в условиях высокой напряженности и усиливающихся административных схваток они практически не имеют шансов выжить. Молодежь в такой ситуации еще может рискнуть (как рискнул в 1998 году Кириенко, четко понимающий, что он не карьеру делает, а просто получает уникальный административный опыт, который ни за какие деньги не купишь), а человек опытный – ни за что.

Но с точки зрения теории Власти такая ситуация создаёт ещё одну большую проблему. За исключением авантюристов (вроде Березовского), подавляющая часть членов властных группировок, по мере продвижения по карьерной лестнице (как профессиональной, так и властной), начинают уделять всё больше и больше места безопасности. Им есть что терять. И в результате возникает всё более и более острый конфликт между самыми верхушками властных группировок, которые обязаны соответствовать моменту и, подчас идти на запредельные риски (именно отказ пойти на такой риск и стоил карьеры Чубайсу, а переиграл его Березовский, который как раз на такой риск пошёл; кстати, Березовский своих вассалов целенаправленно учил идти на риск и пренебрегать мерами безопасности). Поскольку руководители этих группировок давят на своих вассалов с целью добиться от них активных действий, а подчас и просто подставляя их под конкретные политические разборки, а сами вассалы от этого активно уворачиваются. Чем, разумеется, подставляют своих сюзеренов.

Собственно, во вчерашнем тексте про Чубайса я об этом конфликте частично и писал, но в рамках одной конкретной личности и конкретной группировке он виден не так отчетливо. Опять же, как только народ видит слово «Чубайс» он тут же начинает подставлять в текст свои собственные ассоциации и конструкции. А в целом, ситуация конфликта внутри самих властных группировок реально имеет место (причем во всем мире), причем этот конфликт всё время нарастает. И даже личные открытые разговоры тут не помогут, не говоря уже о скрытых подставах. Я хорошо помню свой разговор с Уринсоном летом 1996 года, когда он мне предложил прямо нарушить Указ Президента по Агропромбанку, а я его спросил про гарантии… Было очень весело.

Что в такой ситуации может делать руководитель властной группировки? Он не может бросаться (до того) верными вассалами, с которыми прожито, быть может, несколько десятилетий. И потому позиция банальная: он начинает выводить наиболее близких, но политически пассивных вассалов на боковые позиции (важные, например, с точки зрения добывания денег для «общака» властной группировки, но в которых нет прямого влияния на политические процессы), а на их место вытаскивать молодых и активных. И, чего уж греха таить, менее искушенных, а потому не имеющих привычки защищаться от грамотных провокаций и подстав сюзерена.

Что это значит с точки зрения общего карьерного фона? Поскольку такие выскочки «сгорают» далеко не сразу, да и какой-то их процент вполне себе выживает после всех перипетий (значительная роль тут, как и всегда, принадлежит сюзерену, чем он устойчивей, тем выше шансы у вассалов), то они успевают притащить за собой «второй» и «третий» слой молодежи. У которой, кстати, шансов удержаться куда больше, чем у их руководителей. И это значит, что нас ждет очередной этап открытия «карьерных лифтов».

Произойдет это, скорее всего, уже в этом году. Главное, что нужно понимать: что во властные группировки нужно входить уже сейчас, максимально там светиться и демонстрировать лояльность и готовность работать и даже некоторую тягу к риску. Но при этом понимать, кто тебя будет тянуть наверх и почему. Идти в непосредственное подчинение к руководителям властных группировок в такой ситуации крайне опасно, поскольку можно стать «политическим пушечным мясом». В общем, как всегда, любая карьера это, в первую очередь, голова и точный расчет, потом – грамотные актерские способности и тонкое понимание социальных сетей и раскладов, и только потом – профессиональные качества, которые, в общем, иногда и не нужны бывают вообще.

И в заключение отмечу, что поскольку я, все-таки, «Лестницу в небо» написал и соответствующие расклады понимаю, считать, что я могу сейчас набиваться в вассалы к каким-нибудь руководителям властные группировок – это значит, вообще ничего не понимать в жизни. А мнения дурачков нам не очень интересны.



23. Когнитивный диссонанс элитных группировок

02.02.2019

Noblesse oblige

Частично я уже об этом писал, но последняя статья Виктора Мараховского «В США заявляют, что их демократию разрушила «книжка для тупых» вдохновила меня на более подробное описание коллизии, связанной с усилением межэлитных споров внутри одного государства.

Как следует из теории Власти, описанной в «Лестнице в небо», элита любой страны представляет собой верхушки подчас довольно многочисленных властных группировок (которых может быть десятки, если не сотни). История с арестом сенатора, случившаяся пару дней назад, показывает, например, что региональные элиты очень сильны (недаром в СССР была практика ротации элит; правда, работала она в основном только на русских территориях) и предъявлять претензии главе Карачаево-Черкессии бессмысленно: с учетом разделения кланов и национальностей, у него просто не было выбора в части назначений на должности.

Теория глобальных проектов говорит о том, что та политика, которую та или иная властная группировка вменяет государству, зависит от того, ценности и принципы какого глобального проекта она исповедует. Или, иначе, те властные группировки, которые пытаются следовать идеям альтернативных по отношению к политике государства властных проектов, всегда находятся в достаточно серьезной оппозиции. Исключение – когда отдельные функции государства разделены между проектами, например, у нас внешняя политика определяется Путиным, который явно симпатизирует Капиталистическому проекту, а вот экономическая и финансовая политика полностью определяется элитой «Западного» проекта, причем ее носители вообще на территории нашей страны не находятся.

Для нас, впрочем, интересны сегодня те страны, в которых такого противоречия не было, как у нас в 90-е годы или, до недавнего времени, в США. Дело в том, что идеологическая модель любого глобального проекта в принципе не предполагает возможности альтернативных ценностных конструкций. Тут может быть только полная монополия, достаточно почитать, что пишут на Западе про коммунизм или что писали про капитализм при Советской власти. При этом один из двух доминирующих с 1945 по 1989 годы «Западный» глобальный проект довольно мирно относился к проекту «Капиталистическому», который он только что (вместе с проектом «Красным») благополучно разгромил во II Мировой войне. Остальные проекты в этот период особого интереса, с точки зрения реализации своих глобалистских конструкций, не представляли.

После 1991 года «Западный» проект почивал на лаврах и его идеологические концепты стали основной для любых образовательных институтов во всем мире. Даже если где-то и делали какие-то оговорки, тем не менее правильность либеральной логики под сомнение, в общем, не ставилась. А вот дальше начались проблемы…

Как понимают наши читатели, проблемы эти носят абсолютно имманентный характер с точки зрения модели экономического развития капитализма и сделать с ними ничего нельзя. Поэтому проблемы будут только нарастать. Беда в том, что идеологические конструкты в принципе не принимают такую позицию, они продолжают генерить свои монопольные конструкции. Что категорически не устраивает довольно много людей, которым требуются результаты, в том числе и любой ценой. Поскольку в условиях падения уровня жизни значительной части населения, управлять социумом становится всё сложнее и сложнее.

Поскольку идеологические конструкты «Западного» проекта оказались в условиях нынешнего кризиса слишком «жесткими», началась работа по поиску альтернативных идеологем. В рамках других глобальных проектов. «Красный» проект пока молчит (поскольку уровень жизни населения еще достаточно высок), Иудейский традиционно прячется за другие проекты (сегодня – за Капиталистическим), Исламский предлагает слишком радикальные меры (ИГИЛ). И вверх пошел проект Капиталистический.

И в России (Путин и «силовики»), и в США (Трамп), и в Великобритании (хотя тут есть намеки на то, что как раз тут за маской Капиталистического проекта скрывается Иудейский) начинают появляться политики (а за ними, как понятно, скрываются элитные группы), которые начинают выдвигать альтернативные «Западному» проекту идеологические конструкции. Что создаёт последнему очень серьезные проблемы.

Да, «Западный» проект контролирует практически все СМИ (хотя бы потому, что вся журналистика и управление СМИ были выстроены людьми, выученными в рамках проектных институтов «Западного» проекта). У нас иногда этому искренне удивляются (как можно так врать?), хотя это совершенно естественно, для любого проектного идеолога модели, в которых его проект проигрывает, просто недопустимы. Они бы и рады сказать, что Россия никаких Скрипалей не травила, да вот только слов у них таких нет. Точно также, как все, кто пытался сказать, что Грузия напала на российских миротворцев в 2008 году тут же выкидывали с американского телевидения (или заранее в СМИ не пускали), точно также, как вроде бы российская радиостанция «Эхо Москвы» до сих пор пытается поддержать эту точку зрения. Хотя она даже на официальном уровне руководства стран Запада не поддержана.

Но тогда возникает вопрос, что делать? Пока альтернативные проекты занимали в политической системе глубоко маргинальное положение, их можно было в СМИ не пускать или просто игнорировать. Но как на сегодня игнорировать Трампа? С его идеями разрушения ВТО и восстановления системы мировой торговли классического капитализма? Которые автоматически разрушают систему приоритетов банковского капитала в мире, Бреттон-Вудскую систему и господство элиты «Западного» глобального проекта?

Смолчать тут уже совершенно невозможно и поэтому была придумана довольно простая конструкция, которая состоит в том, что Трамп якобы «поёт с чужого голоса»! Изначально выдвигалась идея о том, что Трамп – идиот, который постоянно несёт тяжелый бред, но он оказался очень последователен и аккуратен и эта гипотеза не прижилась… Да и повышение уровня жизни населения в США и некоторые другие проекты Трампа показали населению, что он, скорее, фигура позитивная, так что либеральным идеологам пришлось искать новую идею.

Ну и нашли! Что Трамп – агент России. Россия сама по себе тут не причем, просто признать, что Трамп может быть носителем альтернативной либеральной идеологии никак невозможно, для либеральных идеологов другой просто нет! Ее вообще быть не может, это обязательное условие для любых глобальных проектов. То, что говорит Трамп может быть либо бредом (но эта концепция в публичном поле уже не работает), либо – вражескими происками (пока еще эту концепцию двигают). И такая ситуация будет продолжаться до тех пор, пока Капиталистический проект (в его американской части) не развернет свою собственную сеть СМИ, которые уже в полный голос начнут разрушать идеологическую монополию «Западного» глобального проекта.

И, еще раз повторю, Россия тут не причем. Просто она подвернулась под руку, больше ничего «такого» не нашлось. Китай, конечно, был бы лучше, но в него никто не поверит. Его еще не «раскрутили» так, как раскручивали Россию/СССР много десятилетий. Ну, просто не получается. В реальности, его боятся уже куда сильнее, чем Россию, но в идеологическом поле он пока сильно меньше, чем Россия.

В результате возникает довольно смешная картина. Поскольку бОльшая часть американских СМИ несёт откровенную пургу, которая (в каждом конкретном случае) легко опровергается и/или осмеивается. Но – ее так много, что до всего этого массива ни у кого просто руки не доходят, альтернативную по масштабу систему СМИ никакой глобальной проект пока не создал. При этом попытки высмеивать такую политику со стороны отдельных информационных агентств или СМИ (RT тому пример) вызывает организационное противодействие: поскольку у нас «демократия», и все СМИ пишут (в рамках, как мы понимаем, монополии одной идеологии), то вашу «чушь» можете писать, но – будьте любезны давать и официальную позицию, причем в правильной пропорции. И – не забывайте писать, что вы, как и Трамп, иностранные агенты. Ах, по Трампу это пока не доказано? Ну и так и зачем доказательства, когда он говорит ту же самую чушь, что и RT?

Понятно, что такая политика с американскими СМИ, которые контролируются капиталистическими (промышленными) элитами США, не проходит. Но, как уже отмечалось, в части «плана по валу» они пока сильно уступают либеральным СМИ. Впрочем, успех RT как раз показывает, что население уже начинает отходить от монопольных либеральных конструктов. Но это, в свою очередь, ставит серьезные проблемы перед идеологами «Западного» глобального проекта. Поскольку работать в рамках информационной конкуренции они разучились очень основательно. Собственно, два поколения уже этому не учили. А «старые» кадры, которые выросли в рамках противодействия «Красному» проекту, и обладают соответствующими навыками, имеют другой недостаток. Они недостаточно либеральны, поскольку их еще учили в рамках чисто капиталистических концепций и авраамических ценностей (Трамп тому пример).

Так что у «Западного» проекта начались крайне серьезные проблемы, к которым он судя по всему оказался не готов. Но и к его конкурентам это предъявляет некоторые требования. Пришло время резко наращивать свою активность, поскольку это начнет давать быстрые и серьезные результаты!



24. Роль элиты в глобальных проектах

01.03.2019

Каждый глобальный проект формирует свою собственную модель глобализации. Не так давно мы видели схватку двух таких моделей, «Западного» проекта и «Красного».

ИГИЛ продемонстрировал нам одну из моделей современного Исламского проекта (поскольку он находится, после реинкарнации в результате разгрома Османской империи в 1918 года, в сетевой стадии, то таких моделей у него несколько). Отметим, что после почти неизбежной реинкарнации «Красного» проекта после исчезновения «среднего» класса в результате предстоящего кризиса, новую модель, скорее всего, предъявит и он. И по этой причине интерес вызывает то, как именно проектная элита относится к региональным элитам тех территорий, на которые распространяется влияние проекта.

Вариантов тут довольно много. Наиболее гуманным поведением отмечаются проекты, построенные на авраамических принципах. В их логике, местные элиты, в случае принятия принципов соответствующего глобального проекта, не просто остаются на своих местах, но и имеют право на вхождение в элиты самого проекта. Так, испанцы давали вождям индейцев дворянское достоинство, а их дети вполне могли приехать в Мадрид и предстать перед королем. А дети эмиров, шахов и князей Средней Азии и Кавказа так просто становились российскими военачальниками и высокими сановниками (можно упомянуть только Багратиона, происходящего из грузинского царского рода Багратидов).

Если признание власти глобального проекта состоялось, но вхождение в него было признано региональной элитой нецелесообразным, то ее, в общем, не ликвидировали и она существовала параллельно с внешней администрацией, которую ставила проектная элита. И только прямое военное сопротивление вызывало адекватную реакцию. Хотя и тут были варианты, судьба Шамиля и его сыновей тому пример (напомню, один из них стал русским генералом, а другой, которого отпустили в Османскую империю, стал генералом армии турецкой).

Проект Капиталистический к региональным элитам относился крайне прагматично. Если это выгодно и не стоит слишком дорого, то она уничтожается. Если слишком дорого, то ее терпят на региональном уровне. Включение региональных элит в элиту проектную теоретически возможно, но каждый раз это результат индивидуальной активности конкретного представителя элиты. И, к слову, тот же путь может проделать и просто региональный представитель, даже если никто из представителей его элиты такой путь не прошел. Типичный пример – отношения элиты Британской империи и элиты многочисленных индийских княжеств. Или отношения элиты Германской империи и многочисленных германских княжеств.

Но, по крайней мере, эти элиты автоматически не уничтожаются и, при прочих равных условиях, признаются, хотя бы на региональном уровне. Это, конечно, не Российская империя с ее автоматическим включением представителей региональной элиты в элиту проектную (в случае принятия православия), но, хоть что-то. А вот проект «Западный» подходит к региональным элитам еще более жестко. Он их не признаёт в принципе.

Возможно, это связано с тем, что главный ресурс «Западного» проекта – контроль над валютной системой. И контроль этот осуществляется через институты, которые никаким образом к ведению региональных элит не относятся, они даже себе представить не могут, как там всё устроено, а потому, повлиять на их деятельность не могут. А что касается региональных экономик, то их капитализация или крайне низка (поскольку ее проектной валюте оценивают проектные же рейтинговые институты), или же служит для повышения капитализации проектных структур (как у нас конечным бенефициаром «Юкоса» оказались совсем странные и не имеющие отношения к России лица).

Региональные элиты могут попытаться, что называется, «порыпаться». Но это неминуемо нарушает внутренние проектные принципы и правила, начинается довольно жесткая охота, За нарушение «демократии», «свободы», «священного права частной собственности». Типичный пример – атака на современные российский власти, конфискация национальных активов, разворовывание арестованных средств. Управление регионами при этом осуществляется либо местными администраторами по внешним лекалам (пример такой работы даёт нам Набиуллина), либо же напрямую, внешними наместниками (как это частично происходит на Украине). При этом одним из главных признаков «демократии» является возможность быстро удалить «неправильного», то есть не устраивающего элиту господствующего глобального проекта, чиновника.

Классический способ для этого – поощрение коррупции. Внешняя администрация, во многом, занимается не столько прямым управлением (это не совсем удобно с точки зрения пропаганды на региональных территориях), сколько тем, что следит затем, чтобы честные и патриотические чиновники не могли сделать карьеру. Я с такой ситуацией сталкивался очень много раз и поэтому могу сказать, что инструментарий для этого создан крайне эффективный, от кампаний по очернению в прессе до лишения финансирования (что для политика в условиях публичной демократии смерти подобно). Ну и, конечно, санкции, использование агентуры, подкуп и так далее.

Именно этот коррупционный инструмент использовался (в сочетании с другими, конечно) в Японии (чиновников после войны специально содержали в одних камерах с мафиози-якудза), Южной Корее, сегодня мы его видим в России. Чем больше времени проходит с 90-х, тем больше мы узнаем о тотальном воровстве в процессе приватизации и о том, насколько приватизационная элита контролирует сегодня всю исполнительную власть. Ее в любом случае придется выкорчёвывать, но это процесс очень дорого обойдётся России.

В общем, можно сказать, что у разных глобальных проектов совершенно разные способы взаимодействия с региональными элитами. Но только у «Западного» для этих элит путь в проектные элиты закрыт полностью, всеми проектными принципами и институтами. И поэтому как только начал сокращаться финансовый поток, которым «Западный» проект покупал региональные элиты, они начали, вначале подспудно, но затем всё более и более активно, процесс получения самостоятельности от элиты «Западного» проекта. И этот процесс будет продолжаться и дальше.



25. Интерпретация событий сквозь призму глобальных проектов

10.03.2019

В мире происходят разные смешные события. Вот, например: Президент Латвии призвал Европу к единству для сдерживания России или вот: WP узнал о плане Трампа повысить в пять раз плату за размещение войск США.

Они вызывают неожиданные реакции и массовое возмущение или поддержку со стороны пропагандистских структур и общественных проектных организаций (то есть созданных в рамках доминирования «Западного» глобального проекта). Или, иначе, со стороны институциональной глобалистской инфраструктуры «Западного» проекта. Но откуда вообще берутся такие заявления которые делает Трамп и которые требуют таких ответов, как со стороны президента одной из прибалтийских республик?

А ответ очень простой для тех, кто знаком с теорией глобальных проектов и теорией Власти. Просто нужно все эти события (то есть те два, которые я упомянул и многие сотни и тысячи других, аналогичных) описывать с точки зрения правильной позиции, адекватно их интерпретировать.

Ну давайте вспомним, в каком мире мы жили. Это была единая система разделения труда, правила игры в которой определяла элита «Западного» глобального проекта (то есть банкиры и финансисты, которые контролируют эмиссию доллара в рамках бреттон-вудской системы), а система контроля за соблюдением этих правил была организована через институты глобализации этого проекта.

Напомню, что своя система глобализации появляется у любого глобального проекта на определенном этапе (когда он с сетевой стадии переходит в иерархическую). Но сегодня (после крушения «Красного» проекта в 1988-91 годах) альтернативы «Западному» проекту не существует, он занял в мире монопольную позицию. И, соответственно, не только сформировал институты глобализации практически во всех сферах человеческой деятельности, но и в каждой такой сфере создал свой собственный, ориентированный на свои проектные ценности и проектные задачи, язык.

Некоторые из этих языков мы все знаем. Например, геополитический и экономический.

С геополитическим сейчас пытаются бороться на государственном уровне, по крайней мере в России, хотя получается плохо. Поскольку базовые понятия всё равно описываются в рамках примата «западных» ценностей, ответа на вопрос «а зачем вы, в смысле, Россия, идёте против всех?» в рамках этого подхода найти не удаётся. Нет, можно вернуться в термины советские (что иногда делается), но тогда сразу возникают встречные вопросы, типа: «А зачем вы драпируете Мавзолей Ленина на праздновании Дня Победы 9 мая, если именно к нему бросали знамена побеждённой Германии?» И в результате у наших властей возникает жуткий когнитивный диссонанс, с которым пока они бороться не научились.

Как следствие, кстати, Кремль всё время проигрывает идеологические войны. Поскольку отказаться от схем, основанных на «западных» ценностях он (пока?) не может, а патриотические схемы в рамках соответствующих ценностных конструкций и терминов описывать не получается! Вот все и ловят кремлёвскую пропаганду на противоречиях. А она, не в силах внятно объяснить в чём причина, начинает бороться не с объективной причиной сложностей, а с теми, кто на них указывает. Последний законопроект о клевете тому пример. Рабинович, ну вы определитесь, право слово, крестик или трусы! Ну, или, иначе, патриотизм или либеральные ценности!

В экономической науке это проявляется еще сильнее. Поскольку экономическую политику у нас определяют именно «западные» глобалистские институты (в частности, бреттон-вудские, типа МВФ), то любые альтернативные концепции, даже те, которые показали свою высокую эффективность в 1999-2002 годах, находятся в диком загоне. Их на официальном уровне даже упоминать нельзя. И никакие провалы в экономической политике (шесть лет непрерывного экономического спада!) тут результата не дают, поскольку правила игры определяет именно «Западный» глобальный проект и его структуры и им поставленных игроков трогать запрещено.

Беда состоит в том, что главный механизм поддержания этих институтов и всей элиты «Западного» проекта, эмиссия доллара, больше эффекта не даёт. И сам проект начинает давать системные сбои, достаточно упомянуть выход Великобритании из ЕС и приход на пост президента США Трампа. Но вот дальше начинается очень смешная ситуация. Дело в том, что то, что сохранить единую долларовую систему в мире уже не получится, ясно всем (даже элите «Западного» проекта). Но что в этой ситуации делать? И что говорить, прежде всего, представителям глобалистской инфраструктуры «Западного» проекта?

Понятно, что отказаться от глобалистского языка никак нельзя. Вот все функционеры «Западного» проекта и пытаются описать то, что происходит (например, действия Дональда нашего Фредовича) с точки зрения этого языка. А Трамп представляет проект Капиталистический, ему инфраструктура «Западного» проекта и его клиентелла не интересна. Ни в каком виде. Нет, если кто-то платит, то элементы этой инфраструктуры как бизнес-проект использовать вполне можно. Но только если они приносят прибыль. А нет прибыли – они не просто не интересны, а откровенно вредны и опасны.

Но как это описать в рамках терминов «Западного» проекта и его ценностей? Ну просто никак не получается. И в результате, вполне рациональные и осмысленные действия Трампа в рамках ценностей Капиталистического проекта, становится в рамках «западного» языка «доказательством» его неадекватности и тупости. И скажите, что в такой ситуации делать? Эта та же ситуация, что в России, только с другой стороны.

Но это геополитика, тут проектные интересы более менее понятны и формулируются легко, даже для разных проектов (если, конечно, посмотреть со стороны, а не с точки зрения интересов конкретного проекта). А вот что в экономике? А вот тут крайне интересно! Дело в том, что общепринятого (или даже просто общепонятного) языка экономики, отличного от «западной» экономикс просто не существует! От слова вообще! И как быть в такой ситуации?

Тот же Трамп действует ситуационно («это не нравится Уолл-стриту, значит, я действую правильно»), но никакой внятной экономической модели у него нет, я про это много раз писал. Нет её и в мире, даже теории кризиса на настоящий момент не существует.

Нет, у нас, конечно, она есть, но кто нас в мире знает и читает? Да, моё имя стало известно, но это только из-за нескольких «видимых» прогнозов (например, про предупреждение о терактах 10 сентября 2001 года ; книге «Закат империи доллара и конец «Pax Americana», которая вышла в 2003 году, в которой мы предсказали кризис 2008 года; наконец, моем выступлении 5 ноября 2014 года на Дартмутской конференции, на которой я предсказал появление «феномена Трампа»), сама теория кризиса пока остаётся в глубокой тени.

И выход теории из тени возможен только в том случае, если на ее базе будет разработан новый хозяйственный механизм, который обеспечит рост во время кризиса и после кризиса. Именно для этого я создал в 2015 году Фонд экономических исследований Михаила Хазина и мы даже за прошедшие с этого времени 4 года добились некоторых результатов. Но для того, чтобы это всё использовать в обыденной жизни нужен новый язык экономики! И это, обращаю внимание, общая ситуация при смене господствующего проекта и экономической модели.

Так, при смене Капиталистического проекта на «Западный» был разработан новый язык (условно, монетаристский, направленный на доказательство преимущества финансовых методов управления экономики), свой экономический язык был в СССР. Сейчас модель развития «Западного» проекта разрушается и категорически необходим новый язык. Потому что попытки описать происходящие события на старом языке вызывают примерно такой же смех, как реакция разных функционеров «Западного» проекта низкого уровня, вроде того, ссылка на который дана в начале этого текста, на объективные процессы, которые невозможно остановить. Ну, или, не смех, а горький плач. Премии памяти Нобеля тому пример: 10 лет прошло с момента начала кризиса, а ни одной премии по теме кризиса так и не дали. То есть – эта тема находится вне экономического «мэйнстрима». Ровно потому, что на его языке описана быть не может!

Кстати, мне вот интересно, клевета на должностных лиц в рамках нового законопроекта, упомянутого выше, будет относиться к тем людям, которые выразят сомнения в статистических данных, озвученных тем же Орешкиным? А если эти сомнения выразит Кудрин, то кого посадят: Кудрина за клевету на Орешкина или Орешкина за клевету на Кудрина? Напомню, что до сего времени только в упомянутой прибалтийской республике был случай, когда экономиста посадили в тюрьму за то, что он сказал, что национальную валюту (это было до введения евро) целесообразно девальвировать… Видимо, мы хотим опередить выдающиеся демократии современности.

Но любом случае, главное – это язык, которого пока нет. И вот на нашем семинаре на Тенерифе, мы с Русланом Макаровым как раз попытаемся поговорить на тему о том, каким должен быть этот новый экономический язык. Поскольку очевидно, что он будет включать в себя цифровой компонент, причем в немаленькой пропорции. Поскольку уже понятно, что все остальные в ближайшие годы даже приступить к такой задаче не смогут, слишком отстают…


26. Давайте смотреть правде в глаза

10.04.2019

У меня уже было ощущение, что эту серию нужно прекращать, поскольку я выговорился (на какое-то время уж точно), но жизнь подкидывает всё новые и новые сюжеты. Вот и сейчас, я, прочитав интервью Андрея Кобякова понял, что есть одна принципиальная тема, которая нуждается в обсуждении.

Тема эта – возобновление информационного потока, который описывает тяжёлую жизнь российских граждан. Нет, это, безусловно, чистые факты, уровень жизни падает, малый и средний бизнес закрывается, в стране уже седьмой год идёт экономический спад. Но официальная позиция правительства и ЦБ состоит в том, что всё отлично и замечательно, имеет место экономический рост, расцвет и процветание и только коррупция со стороны друзей Путина портит наши отношения с замечательными западными партнёрами.

Но на этом фоне появляется всё большое количество информации (в том числе, вброшенная и Росстатом, и РАНХиГСом, и ВШЭ и другими правительственными и либеральными структурами), как на самом деле у нас всё плохо. И вот тут имеет место какая-то явная проблема. Ведь либеральная группа прочно входит в российскую элиту, у неё прочный и надёжный кусок, который у неё никто не отбирает. Несмотря на, кстати, активный народный протест. В 90-е годы наша элита (в том числе и ее либеральная часть) приняла твёрдое решение: внутренние разборки на народ не выносим, это слишком опасно, народ восстаёт против всей элиты, а не против отдельных её представителей. И этот пакт почти 20 лет выполнялся. Что изменилось сейчас?

Отметим, что этот же вопрос возникает, когда начинаешь уточнять позицию тех, кто кричит: «Да, они там все одним миром мазаны, Путин самый главный либерал!» Может быть, априори я спорить не буду. Но – вопрос задам. Если там всё так «схвачено» и позиция элиты едина, то откуда все эти «безобразия» с утечкой информации? Неужели происки «врагов»? А им для чего? Свалить «кровавую коррупционную клику» Путина? А почему тогда они никогда не ругали Кудрина, Силуанова или Набиуллина? Неужели за кристальную личную честность? А Чубайса? Тоже за честность? Ну уж тут, простите никак не поверю.

В общем, вылезают разные несоответствия. С которыми не очень понятно что делать в рамках концепции «все они одним миром мазаны». Можно, конечно, предположить, что есть внутренние кланы, у которых одни цели, но которые немножко конкурируют, но не будут же они подрывать собственные интересы, с точки зрения своего элитного статуса! В конце концов, антиэлиты и контрэлиты никто не отменял и такой риск, прямо скажем, недопустим! С точки зрения любого разумного человека. И ладно бы чего-то не понимали, но опыт-то 90-х никуда деться не мог, люди всё те же.

И получается, что ответ про «мазаны одним миром» не проходит. Ну вот совсем… Он не отвечает на принципиальные моменты, без которых объяснить текущую ситуацию невозможно. И даже транзит власти тут не поможет, на примере конца 40-х – начала 50-х годов видно, что внутриэлитные схватки того времени никак не просачивались в народ, по отношению к нему элиты выступали абсолютно единым целым. Как, кстати, и в США во время выборов, личные обвинения есть, а системных всё равно нет.

И получается, что ответ нужен другой. У меня он есть, я его много раз предъявлял и сейчас повторю с объяснением того самого принципиального момента, который вызвал противоречия. Всё дело в том, что в нашей стране элита состоит из нескольких групп, у которых совершенно различные целевые показатели. Или, иначе, принадлежащие к разным глобальным проектам. Принципиально разным. Так, либеральная часть элиты, вообще, не заморачивается судьбами России и её граждан, она решает другие задачи и граждане её интересуют лишь настолько, насколько их можно использовать для решения своих задач.

При этом именно эта группа почти 20 лет формировала «под себя» всю систему исполнительной власти. А в сфере экономики и финансов продолжает это делать до сих пор. И практически весь бизнес сформирован этой группой, причем в процессе приватизации. Те бизнес-структуры, которые возникли до приватизации и сохраняли от неё некоторую независимость были вполне целенаправленно ликвидированы в процессе дефолта 1998 года (и именно для решения этой задачи дефолтов было сделано два, не только, банковский, но и суверенный). В общем, это сильная группа.

Но и назвать альтернативную группу «патриотической» тоже не совсем верно. Дело в том, что альтернативных групп несколько и то, что они выглядят более или менее едино (возник даже такой смешной термин «siloviki») чисто ситуативный момент: они пытаются, наконец, сместить либеральную группу со своих позиций. Причин к этому много, в том числе и отобрать не совсем честно нажитое добро, но главная причина всё-таки в другом. Либералы получили свои полномочия (в том числе и взаимодействие с транснациональной финансовой элитой и бреттон-вудскими институтами) не просто так, а в обмен на гарантию нормального развития экономики. Поскольку богатства всех элитных групп должны расширяться, а не уменьшаться.

И если для либералов роль России в мире не играет роли (на самом деле, для самых продвинутых, вроде Чубайса, уже играет, поскольку статус представителя элиты в не самой маленькой стране мира это совсем не то же, что роль приживалы при каком-то не самом уважаемом исследовательском институте; посмотрите на Илларионова, который до сих пор не может простить, что его, посадили на не самую высокую зарплату), то для остальных элитных групп это вопрос принципиальный. Кроме того, им нужна гарантия собственности (легитимация которой сегодня носит вполне транснациональный характер), а это сегодня, возможно, только через либералов.

Так вот, обе эти задачи либеральная элитная группа сегодня в России не выполняет. Экономического роста в стране нет уже больше 6 лет, а попытки что-то там легализировать через либералов может кончиться очень плохо. Причем на Западе прямо и честно говорят, почему представители российской либеральной элиты потеряли международный авторитет: они плохо борются с Путиным! Вопрос о том, что они могут сделать, тут носит чисто риторический характер.

Отметим, что появление Трампа (то есть альтернативной от «Западного» глобального проекта элитной группы) в США создало для нелиберальных элитных групп в России шанс. Я им, кстати, предлагал создать соответствующие (то есть для взаимодействия со стоящими за Трампом элитными группами) институты в процессе выборов 2016 года. Но они или не поняли, или не смогли. В результате эффективность работы с Трампом крайне низкая и дело тут вовсе не в «комиссии Мюллера». Так что сейчас им нужно придумывать новые варианты действия. Впрочем, это я уже отвлекаюсь.

Так вот, если предположить, что у нас есть разные элитные группы, принадлежащие к разным глобальным проектам (а есть еще и более мелкие группы, регионального и национального уровня), то картина становится куда более понятной. Вопрос сегодня идёт не о том, как элите консолидироваться, как это было в конце 90-х – начале 2000-х, а о том, что одну из крупных элитных групп (по имуществу – самую крупную) необходимо отстранить от рычагов власти, по сути, пересмотреть элитные соглашения конца 90-х. А оставшиеся группы должны переструктуризироваться и разделить полномочия.

А им сложно, поскольку они свои проектные институты не сформировали. Во власти, особенно среди силовиков, довольно много сторонников социализма (то есть "Красного" проекта), но нет идеологических институтов, которые чётко сформулировали, как и что нужно сегодня делать и вообще, что, собственно, нужно говорить народу и своим сторонникам. Аналогичная ситуация с монархистами. Нет, они, конечно, с РПЦ (точнее, с её прозападной частью) дружат, они тащат «царевича Гошу» и так далее, но идеология и у них не простроена: и уши Ватикана торчат, и европейской элиты в виде Гогенцоллернов, к которым пресловутый царевич и принадлежит, и зачем-то они провоцируют народ Колчаками, Маннергеймами пр. И так у всех.

И в результате, вместо идеологической схватки (для которой есть все основания), результаты которой, впрочем, предопределены, поскольку после пенсионной реформу уже 90% граждан поддерживают Сталина, имеет место схватка бульдогов под ковром. А поскольку мира в этой схватке быть не может (как там в «Горце»? «Остаться может только один!» В смысле, победить должен один глобальный проект), всё безобразие и лезет из-под ковра наружу!

В такой ситуации дело и до Гражданской войны может дойти, поскольку крайне важная тема. А поскольку она вызвана объективными обстоятельствами (российская либеральная группа ослабла не по своей инициативе, а потому, что является частью транснациональной финансовой элиты, которая утратила главный механизм своего контроля над миром), то и отложить вопросы никак невозможно. Так что у нас реально транзит власти, но вот только не смена Путина, а смена внутриэлитного консенсуса. И исходя из этого понимания и нужно разбираться с ситуацией.


27. Или что важнее, социальный статус или материальный достаток


Тема о том, как определить «человека Власти» поднималась в «Лестнице в небо» неоднократно, но каждый раз отмечалось, что вопрос это достаточно тонкий и в нём нужно тщательно разбираться. Скорее всего, гарантированного ответа на вопрос о том, является ли данный человек «человеком Власти» со стороны дать невозможно, но вот с большой вероятностью утверждать то, что данный человек «человеком Власти» не является часто можно. В частности, это хорошо видно на обсуждении этих темы у нас на сайте.

А именно, в вопросе о том, чем руководствуется Путин и «его друзья» в своей деятельности. Так вот, как только человек начинает объяснять, что «единственная цель» Путина – воровать, можно тут же смело говорить, что он не является «человеком Власти». Потому что устойчивость Путина и многие его успехи на внешнеполитическом поприще говорят о том, что он как раз «человеком Власти» стал (не будучи им предварительно). И здесь спорить не о чём, Путин, как и Ельцин (на первом этапе своей карьеры, по крайней мере) «человеком Власти» безусловно является.

А главное свойство «человека Власти» – это понимание того, что для того, чтобы сохранить свой социальный статус в части нахождения в элите, это бороться именно за Власть. А не за деньги. Потому что получить большие деньги можно только тогда, когда ты вписан во властные структуры, не говоря уже о том, чтобы эти деньги защитить.

Типичный пример – Березовский. Который был искренне убеждён, что деньги – это всё (мы про это в «Лестнице…» писали), но как только был отстранён от Власти, убедился, что все его таланты не дают возможности заработать даже жалкую копейку. Всё, что он тратил за время нахождения в Великобритании, было украдено в России. Ничего сравнимого по масштабу он получить не сумел. Собственно, вообще ничего не получил.

Ещё один пример – Дерипаска. Который уже понял, что без дружбы с Властью ничего защитить не получится. Пока он был членом крупнейшей властной группировки в России, «Семейной», всё у него было «в шоколаде». Как только «Семейная» группировка начала проигрывать схватку за Власть, у Дерипаски начались проблемы. Я их, собственно, не буду здесь разбирать, могу только отметить, что эти проблемы для всех очевидны.

Можно привести еще один очень типичный пример. У нас было очень много разных чиновников высокого уровня. Они постоянно были на страницах СМИ, явно получали очень большие деньги. Но как только лишились должности, у них начались серьезные проблемы. Дворкович не зря так рвался в начальники ФИДЕ – он считал, что статус международного спортивного чиновника позволит ему защитить «честно заработанные» деньги. Но даже и в этом случае никаких гарантий не видно. Что и означает, что Дворкович (и другие чиновники) были на высоких позициях в рамках иерархии управления, но никак не Власти.

Собственно, «человека Власти» совсем из неё выкинуть нельзя – даже если его властная группировка разгромлена, он сможет, пользуясь своим пониманием законов Власти, наработать себе статус. Такие люди тоже есть: вроде бы, их надёжно изолировали и выгнали, а они всё равно проявляются, тем или иным способом. И вот про них как раз есть вопрос, не являются ли они носителями знания о том, что такое «человек Власти». Хотя, теоретически, тут могут работать и семейные связи.

Повторю ещё раз: «человек Власти» никогда не ставит вперёд вопросы денег. Деньги это инструмент, бороться нужно именно за Власть и ставить только те вопросы, которые касаются именно Власти. И если кто-то понимает, как такие вопросы решать, их восстановление во Власти практически неизбежно. Именно их карьера и путь представляют максимальный интерес с точки зрения исследования людей Власти.

В нашей стране людей Власти очень мало. Просто потому, что в 90-е годы на многие серьезные позиции и финансовые потока стали чистые воры и компрадоры. Напомню, что компрадор в этом понимании – это человек, который пошел на службу внешним властным группировкам, он не является членом национальной элиты, с точки зрения элитного анализа он – наёмный работник на службе у внешних сил. Правда, платят ему, зачастую, за счёт ресурсов именно его страны.

Тут, кстати, есть одна очень интересная тонкость. Дело в том, что с наворованными деньгами войти в элиту (или, хотя бы во властные группировки) той страны, на которую реально работал компрадор, невозможно. Нет, он может вывезти деньги (как наши прихватизаторы вывозили деньги в Лондон), но только в рамках сохранения крайне низкого социального статуса, без возможности участвовать в политических играх. А вот если хочется поиграть – твои доходы и накопленные деньги должны соответствовать твоему статусу. Который ни в Англии, ни в США, ни ещё где у нашего эмигранта высоким быть не может.

То есть, иначе, тратить украденные деньги ты можешь (если, конечно, кто-то из местных не решит, что они ему нужны больше), а вот кольцо из носа вынуть не можешь никак! Не положено! Достаточно посмотреть на некоторых наших эмигрантов, вроде Коха или Каспарова. И статус такого человека крайне низкий. Собственно, именно по этой причине многие из тех, кто считал, что их недооценивают на Родине и уехал за границу, сейчас возвращаются. Поскольку высокий социальный статус (то есть позицию во Власти) можно иметь только на Родине. Другое дело, что для понимания этого вопроса нужно иметь хотя бы минимальное понимание законов Власти. Впрочем, многие эти законы, либо интуитивно, либо из семейного опыта, частично понимают.

А вот те, кто не понимают, что находиться на вершине Власти чувствуя только деньги, невозможно, законов Власти не понимают совсем. И разговаривать с ними достаточно сложно, поскольку неадекватность у них очень глубокая. И если их тяга к деньгам, об их доминирующей роли, связана с детскими представлениями, то есть имеет очень глубокое, эшелонированное представление, то что-то объяснить им бессмысленно. Они могут достичь довольно высоких результатов в части получения этих самых денег, но если встретят на своём пути «человека Власти», то он легко сможет с ними разобраться. Примеры Улюкаева, братьев Магомедовых, да и многих других, весьма и весьма показательны.

Нашей стране повезло, у нас есть национальная элита. Да, к ней можно предъявить много претензий (главная из которых – толерантность к компрадорам), но она уже есть. А вот, скажем, на Украине или в Грузии она не сложилась. И это трагедия для таких страны, которая может закончиться их разрушением. Но мы тут помочь не можем, свои мозги в чужие головы не вставишь.

В общем, в заключение я повторю главный тезис: как только человек начинает говорить о том, что люди во Власти хотят только денег, или же, получив хоть какую-то возможность, начинают откровенно воровать и больше ни о чём не думать – они гарантированно «людьми Власти» не являются!



28. Или как компенсировать неудовлетворённое тщеславие

15.06.2019


Noblesse oblige

Довольно большое количество читателей нашей книжки «Лестница в небо» и всей серии Noblesse oblige крайне негативно отнеслись к самой идее специфических правил Власти. Он были искренне возмущены этими правилами и просто кричали, что такого «не может, не должно быть!» Что такая ситуация локальна, связана или с «дикими российскими» или же не менее дикими «родо-племенными» правилами, которые не должны быть допущены в «цивилизованном» мире. Все попытки объяснить, что правила эти универсальны и не меняются не просто от века к веку, но и во всей истории человечества, они отвергали с возмущением.

Откуда взялось такое неприятие? А дело в том, что люди талантливые в какой-либо профессиональной сфере, но не совсем удачно социализированные (а эти качества очень часто соседствуют) не могут не видеть некоторой несправедливости общества. Они видят свой уровень образования и профессионализма, что позволяет им планировать некоторый масштаб своего успеха, как финансового, так и социального. Но жизнь часто оказывается более сложной и профессиональных успехов может не хватить. И тогда эти люди (всей мощью своего интеллекта и знаний) начинают искать ответ.

И довольно быстро сталкиваются с тем, что есть какие-то иные правила, которые с чисто профессиональными не имеют ничего общего. И тот, кто играет по этим правилам, может достичь большего социального успеха, чем тот, кто эти правила игнорирует, даже если его профессиональные качества не очень высоки. И вот тут есть два варианта действий.

Первый, как понятно, осваивать эти новые правила и добиваться успеха благодаря им.

Второй – демонстративно их игнорировать.

Первый вариант очень обидный и сложный. Потому что нужно, во-первых, девальвировать собственные знания и профессиональный статус. Во-вторых, нужно учить правила с нуля, причем в ситуации, когда не очень понятно, что и как учить (в отличие от профессиональных навыков, после роспуска комсомола тут нет явных учебных центров). В-третьих, а если нет таланта? Представляете себе картинку, вы готовитесь делать карьеру в некой сфере, десять лет учились, а когда вас наконец назначили на самую низшую начальственную должность, неожиданно выясняется, что для продолжения карьеры нужно написать симфонию… Я бы точно сломался, музыкального слуха у меня просто нет…

Кроме того, если вы даже интуитивно почувствовали некие правила, но выбрали не ту команду (или ту, которая быстро проиграла, ещё до того, как вы сумели вырваться на некоторый простор, или же просто запутались в представителях «шлейфа», не имея априорного опыта) дорога для вас закрывается, подчас на очень значительный срок. А начинать с нуля после 40-45 лет крайне тяжело… И вот начинаются мучительные фрустрации, которые приводят или к модели «вечно обиженного» (кто таких людей не видел?), или к построению компенсационной модели.

А вот модели бывают разные. Есть «уход от общества» – в походы, горы, путешествия и так далее. Самый острый вариант – в «бичи» (дауншифтеры). Есть уход в хобби, коллекционирование, поделки и так далее. В общем, вариантов много. Среди них есть безобидные для общества, так и опасные, например, демонстративная борьба за справедливость и создание соответствующих сообществ, которые свои собственные представления об обществе ставят куда выше как официальных, так и представления общества в целом. Поскольку последнее состоит из конформистов, готовых мириться с несправедливостью!

В СССР такое поведение не зря считали некоторым отклонением от нормы, поскольку тут явно имеет место недостаток социализации. Что в больших масштабах точно признак болезни, а в малых… Тут уж нужно дать слово профессионалам, но я как бывший учитель точно могу сказать, что уже в средних классах видно, у кого из детей будет проблемы в этой сфере. К сожалению, такие люди очень легко манипулируемы (как все обиженные, «на хвастуна не нужен нож, ему немного подпоёшь и делай с ним что хошь!») и не всегда друзьями любого общества. Собственно, основная работа Запада против России как раз на таких людях и была всегда сосредоточена.

Проблема любого общества в том, что властные группировки составляют очень малую долю общества. И с учётом того, что молодёжь очень болезненно воспринимает несправедливость, а процент так или иначе «обиженных» и недостаточно компенсированных сильно больше, чем мест во Власти и у почти всех из них есть дети… Ситуация создаётся очень напряженной, причем независимо от общества, эта проблема есть всегда и везде.

Любая Власть, любая элита, всегда решает эту проблему. Иногда системно (самый мощный инструмент – религия), иногда – индивидуально (во многом, именно для решения этой проблемы были придуманы различные льготы и звания в СССР), но проблему нужно решать. Но вот на сломах эпох она всегда обостряется. И с помощью различных партнёров (которые проводят массированную компанию против элитных групп, доказывая обществу, что своё положение представители властной группировки получили несправедливо), и в результате конфликта самих властных группировок, которые сливают информацию о своих противниках при том, что общество в целом не понимает, что элиты живут по другим законам.

Ну действительно, можно ругать олигарха за яхты и квартиры, но никто же не говорит, что если нужно заткнуть «дыру», то олигарх вызывается и ему даётся срок 2 недели… И богатые тоже плачут. Попытки получить богатство без ответственности всегда заканчиваются плохо, до олигархов 90-х это уже дошло. Да даже до Плахотнюка в Молдавии, до Березовского в России, даже Порошенко, при всей своей демонстративной барыжности, скоро это поймёт. И каждый человек для себя должен принимать решение, готов ли он рисковать тем, что имеет, ради большего? Но такие тонкости, как повышенное значение ответственности для «человека Власти», разные пропагандисты обсуждать не любят… Хотя сами категорически отказываются этой самой власти перечить. Во избежание.

Так вот, нам категорически необходимо решать сегодня две принципиальные задачи:

Первая – разработать модель взаимодействия Власти и общества, которая не позволит раскачивать таких людей, у которых их тщеславие и честолюбие сильно превышает их реальный социальный статус.

Второе – вменить чиновникам ответственность, чтобы они соответствовали своему статусу «человека Власти».

Иначе мы (с помощью «партнёров», чего уж там скрывать), выпустим из бутылки такого джинна, что мало не покажется никому. Ситуация 90-х годов и попытка консервативного реванша создали в этой сфере крайне взрывоопасную ситуацию и с ней нужно срочно что-то делать!



29. Почему профессионалов обижают?

2019.12.23


Начну я с конспирологии. Как известно, в Иудее начала нашей эры были три основных политических группы: саддукеи, фарисеи и ессеи. Саддукеи – это была аристократия, близкая к Храму, связанная, как понятно, с государством и религией. Фарисеи – прагматики, которые рассматривали Римскую империи как наименьшее зло. Ну а ессии… Из ессеев вышло христианство.

Сегодня тоже существуют три ветви мирового еврейства. Финансисты («фининтерн»), у которых родины нет, сионисты, привязанные к Израилю и хасиды (в широком понимании этого слова), которые считают, что главное – это вера, а Израиль (как современное государство) – это явление несерьёзное, потому что третьего Храма всё нет и нет, а создан он людьми, а не Мессией. Соответственно, есть гипотеза, что современные три ветви являются продолжателями дел тех, старых групп. И, соответственно, финансисты – это фарисеи, сионисты, как понятно, саддукеи, ну а хасиды – продолжатели дела ессеев.

Андрей Девятов бы добавил, что именно хасиды-ессеи (туда же можно добавить современные группы, типа Хабад) являются носителями «плана Соломона» и истинными контролёрами тайного знания каббалы. И, соответственно, элитой Иудейского глобального проекта. Я это комментировать не буду (во избежание), опять же, se non e vero e ben trovato. Но есть ещё одно очень интересное обстоятельство. А именно, что богатства создаются одним из трёх способов. И есть совсем конспирологическая версия, что они тоже раскладываются на эти три группы.

Эти три способа называются: обмен, оценка и процент. Соответственно, их носителей можно назвать менялами, оценщиками и проценщиками. С последними всё понятно, это банкиры и как они завоёвывают свои богатства (и как при этом жульничают) постепенно становится известно всем (читай, в том числе, «Воспоминания о будущем»). С менялами тоже всё, в общем, понятно, поскольку именно менял выгонял Иисус со двора Храма. Ну, а работа оценщиков хорошо известна всем советским людям, поскольку именно в модели оценщиков работала экономическая система СССР.

Отметим, что модель оценщиков существует и сегодня («лондонский фиксинг» по золоту), хотя и несколько ограничена, поскольку касается не всех товаров, а только ограниченного количества, что накладывает определённые ограничения на диапазон оценки стоимости. Впрочем, если речь идет не о днях или месяцах, а а десятилетиях, то механизм перекачки богатства работает отлично и в таком варианте.

Так вот, продолжая конспирологическую логику, можно предположить, что эти три механизма связаны с упомянутыми группами лиц. Фарисеи-финансисты, как понятно, являются проценщиками и контролируют банковскую систему («Западный» глобальный проект), саддукеи-сионисты стали региональным государством и от глобального проекта отказались ради восстановления аристократического статуса в рамках современного Израиля. Ну а ессеи-хасиды пытаются восстановить свойственные им социалистические методы хозяйствования. Золотой лондонский фиксинг, который контролируют банки Ротшильдов позволяет выдвинуть гипотезу о том, что именно они являются элитой Иудейского глобального проекта и финансировали Маркса и всю социалистическое направление в мировой философской науке.

Отметим, что подробные исторические исследования дают серьёзную пищу для этой гипотезы, впрочем, есть и альтернативные взгляды. Вообще, с учётом того, что у любого глобального проекта обоснование носит глубоко мистическую природу (и выражена часто в рамках эзотерических учений), то чётко анализировать такую систему достаточно сложно. Но если действительно предположить, что социалистические идеи («Красный» глобальный проект) на первом этапе развивались именно в рамках мистического обоснования Иудейского проекта, то понятно, почему эта линия в марксизме была довольно аккуратно «задвинута».

Собственно, именно отсутствие мистического обоснования советского социализма и стала, во многом, причиной распада нашей страны. И не исключено, что попытки Сталина восстановить роль православия связана как раз с тем, что он пытался вернуть на место эту базовую конструкцию, заменив иудаизм православием. С учётом того, что христианство вышло из секты ессеев, скорее всего, это бы получилось, если бы было время. Но, надо думать, идея эта лидерам Иудейского проекта не очень нравится, поскольку, фактически, выбивает из-под него большую «группу поддержки». Вообще, роль Сталина как человека, который вытащил «Красный» проект из-под Иудейского, ещё нуждается в изучении и не исключено, что именно этот результат (пусть и не доведённый до конца) и станет главным достижением этого человека в истории.

Впрочем, пора вернуться от конспирологии к главной теме этой статьи. Поскольку мы с Сергеем Щегловым сейчас пишем вторую редакцию «Лестницы в небо» (сильно дополненную и переработанную), я перечитал статьи серии Noblesse oblige и даже комментарии к ним. И обнаружил, что одной из самых болезненных тем (второй, после темы, что такой аморальный подход, какой я описал для «человека Власти» неприемлем для порядочного человека) является тема обиды за «крепкого профессионала». Поскольку из описанного в «Лестнице…» и упомянутой серии статей немедленно следует, что человек Власти всегда «обует» этого самого профессионала и «присвоит» себе (кавычки стоят совершенно не случайно) плоды его труда.

Описанные в первой части настоящей статьи соображения показывают, что механизмы создания богатств не просто имеют глубокую историческую традицию. Они категорически требуют очень высокой организации (или на уровне государства, или, даже, на уровне глобальных проектов). И если такой организации нет, то труд любого профессионала не стоит практически ничего. Если вообще такой профессионал может возникнуть, поскольку глубокий уровень разделения труда без сложной иерархии просто существовать не может, с соответствующим набором профессий, разумеется.

Есть два таких страшных слова, «институциализация» и «кодификация». Все на них ругаются (поскольку для многих процессов и людей они являются синонимом бюрократизации), но без них невозможно существование сложных систем. А там, где есть сложные системы, появляется управление и – люди Власти. Которые, собственно, эти два страшных процесса и контролируют.

Обиды профессионалов (которые хорошо видны в комментариях к первым статьям серии Noblesse oblige) связаны как раз с тем, что те из них, кто в систему контроля институтов и законов не входят, не могут пользоваться полным комплексом позитива от последствий своей работы. Но если заниматься только профессиональной деятельностью, то это и невозможно, поскольку законы Власти от законов Управления и, тем более, профессиональной деятельности сильно отличатся. Кстати, я ещё в молодости с этим явлением столкнулся, поскольку видел, как делают карьеру однокурсники моих родителей (которые приходили к нам в гости) и как этот процесс комментирует мой папа, который людей видел насквозь. И соответственно, очень тонко предчувствовал будущее и перспективы отдельных своих друзей.

Если в молодости отказаться, по тем или иным причинам, от попыток встать на путь человека Власти, то это практически однозначно ограничивает возможности в части монетизации своих профессиональных достижений. И не нужно мне тыкать в нос Гейтса или Брина – мы не знаем, кто за ними стоит и насколько они встроены в систему Власти. Гейтс так точно встроен, но и с Брином, я думаю, всё не так просто. Недаром он всё время публично ругает Советскую власть. А историю с Джобсом (который, в молодости во всяком случае, человеком Власти точно не был) мы разобрали в «Лестнице в небо».

Иными словами, обиды на недостаточно высоко оцениваемые результаты «чистых» профессионалов, очень часто являются следствием ностальгии по тому времени, когда те, кто сегодня их высказывает, совершили, по собственной инициативе или под давлением родителей, принципиальную ошибку в выборе пути. И сделать тут ничего обычно нельзя, потому что трудно начинать с нуля в достаточно сознательном возрасте. Впрочем, есть исключения.

Но общая модель абсолютно однозначна: поскольку монетизация любой деятельности невозможна без существования довольно сложной общественной структуры, наличия многочисленных институтов и кодифицированных правил, ключевое слово остаётся за теми, кто эти институты контролирует и законы трактует. Это явление всеобщее и обязательное и обижаться на это глупо. Невозможно остановить реку приказом человека – во всяком случае, это требует совершенно колоссальных усилий и наличие очень крупных организаций. И из этого нужно исходить.



30. Мы – за свободу против тоталитаризма!

2020.01.05


Собственно, начинал я этот текст совершенно иначе, но он как-то выполз в серию и теперь глупо отказываться. Дело в том, что в последнее время что-то много мне попадалось претензий примерно одного типа и я решил, что этот тип нужно описать и разом всем ответить. С чего я, собственно, и начинаю.

Прежде всего, нужно отметить, что никакой человек не в состоянии оценивать и даже отслеживать мир во всей его сложности. На это просто не хватает времени и ресурсов мозга. А потому, он всегда выбирает те его проявления, которые ему важны и интересны и оценивает их в соответствии с принятой им моделью, которая формируется многие годы с раннего детства. И если встречаются два человека, которым интересны разные вещи, да ещё и модели разные, то сразу видно, что они, что называется, «говорят на разных языках» и взаимопонимание их сильно затруднено.

При этом поскольку человек – существо социальное, то каждый эту свою модель, так или иначе, адаптирует к неким «общепринятым» в той компании (компаниях), в которой он пребывает. И при этом прекрасно понимает, что если общепринятую модель нарушать, то будут проблемы. К слову, отсутствие (отказ от) такого понимания считается неким отклонением от нормы, в случае, если оно достаточно сильное. Ну, грубо говоря, всем становится понятно, что человек плохо социализирован.

Можно привести один пример. В молодости я много общался с представителями интеллигентско-диссидентских кругов, в которых считать Сталина «исчадием ада» было не просто нормой, но непреложной нормой. И когда у меня появилось желание в вопросе разобраться, меня вначале считали «странным» (первая стадия низкой социализации), а потом, когда я стал задавать неудобные вопросы, начали серьёзно критиковать. При этом мои аргументы никому не были интересны: риск потери социализации в устойчивой группе обычно оценивается более серьёзно, чем желание разобраться в не самом актуальном для жизни вопросе. Человек, как я уже отмечал, животное социальное. Впрочем эта тема умерла естественным образом, с исчезновением этой самой интеллигентско-диссидентской среды, которую либеральные реформы просто уничтожили. Не нужно их путать с новым образованием, которое условно можно назвать «соровские грантососы». Первые были искренни, вторые – типичные лицемеры за деньги.

В общем, каждый для себя решает что важнее, если в компании принято, что «Вася – дурак», а ты точно знаешь, что он умный и тонкий человек, то либо ты с этой компанией не общаешься, либо в ней Васю не упоминаешь, либо идёшь на компромисс и говоришь про Васю гадости, чётко понимая, что это враньё. Но в этом случае, если это увидит человек, который знает, как ты к Васе относишься, ты рискуешь либо прослыть лицемером (что бьёт по репутации), либо – про тебя поймут, что ты человек слабый, который готов идти на поводу у (пусть локального) общественного мнения.

И вот это крайне важное место! Человек, как уже отмечалось, существо социальное, и по этой причине всё время пытается в общении поднять свой статус и навязать окружающим свою модель и свою картину мира. И практически всегда для этого используется механизм навязывания своей модели мира и своей оценки разных факторов. Иногда это выглядит смешно, как в письмах «радиоволшебнику» Литвинову маленьких детей: «Почему вы говорите, что вы главный в тридевятом царстве, когда я там царь?» Я, кстати, регулярно встречаю такие конструкции и на Форуме Авроры, и в личных письмах.

Ну, смешно, конечно. И сразу говорит о том, что социализация автора данного текста нарушена. Разумеется, диагноз ставить рано, это может быть молодой человек, который одну модель усвоил, а про альтернативные и не слышал (к слову, это общая проблема любой молодёжи, она не видит и не понимает альтернативных моделей), может – человек с искажениями психики в период обострения, а может – «засланный казачок», работающий за деньги. Ну и просто не очень умный человек, может быть.

Но если такой человек начинает хамить, то становится понятно, что либо его девиация носит агрессивный характер (и тут уже всё равно, он серьёзно болен или деньги отрабатывает), либо он ставит перед собой некие цели. Например, вывести меня из себя или же потом продать эту историю тем или иным покупателям.

Вот типичный пример, наши телеведущие, Познер и Максимов. Их дискуссии со мной строились в одной типовой модели: есть только один вариант восприятия мира, что Сталин – кровавый тиран и палач, и тот, кто от неё отклоняется – человек мерзкий и гадкий. И всё, что он говорит – мерзость и гадость. Иными словами, меня пытались встроить в модель и если бы я согласился, то в лучшем случае, показал бы себя человеком слабым и не принципиальным, а в худшем – признал бы, что альтернативного взгляда на Сталина не существует.

Разница между ними только одна: Максимов просто хотел эту модель провести, без каких-то дополнительных задач, а Познер ещё и хотел меня показать сумасшедшим антиамериканистом, из-за которого у нас с США отношения и не выстраиваются. И сильнее всего они бесились как раз из-за того, что я постоянно демонстрировал, что есть другая модель описания реальности, причём, в отличие от их модели, она подтверждается фактами.

А вот теперь возвращаемся к нам, к Авроре, и экономической теории. Мы разработали теорию и на разных своих ресурсах её развиваем и пропагандируем. Не как «единственно верную», а с целью того чтобы её узнали и оценили. При этом теория эта – системная, то есть привязана к большому количеству исторических, социальных, экономических и прочих фактов. И когда на Авроре появляются люди, которые начинают нас опровергать, к ним возникает ряд вопросов.

Первый: а в рамках какой модели вы, дорогой товарищ, свои опровержения выдвигаете? Условно (апеллируя к одной предновогодней передаче), вы зачем хвалите «Мемориал»? Вы не знаете, для чего он создавался? Вы не знаете, как он целенаправленно занимался русофобской и антисоветской пропагандой (а антисоветчик – всегда русофоб)? Вы не понимаете, что эта организация целенаправленно занимается разрушением нашей страны?

Она вам сделала что-то хорошее? Не есть ли это основание для того, чтобы задуматься, не сделал ли ты что-то плохое для своей страны? Или от тебя ждут этого плохого? Я понимаю, что в 20 лет нет опыта, который показывает, как работают такие организации. Но задуматься-то имеет смысл. И если человек не задумывается, то немедленно следует вывод: либо он туповат, либо – пытается использовать свою агрессию на Авроре для того, чтобы повысить свою цену для тех, кто стоит за «Мемориалом» (или условными «мемориалами»), либо же уже завербован врагами моей страны.

Ну вот не пойду я на участие в неких не очень мне понятных проектах, если там ключевыми фигурами будут Максимов, Познер и др. Поскольку «коготок увяз – всей птичке пропасть».

Я хорошо помню, как мой папа, в бытность мою студентом, говорил: «Не нужно слишком близко общаться с таким-то человеком». Я тогда не всегда понимал (сейчас, вспоминая, понимаю отлично), но папу слушал всегда, поскольку точно знал, что в людях он не ошибается. Да, я понимаю, что некоторые дети, которым вовремя не объяснили, что к чему, могут и влипнуть. Но тогда они сами должны принимать решения. Пусть хоть фильм «Ошибка резидента» посмотрят что ли, много чего поймут.

Опять-таки, мне легче, я в рамках своей семьи видел проблемы Гражданской войны (мой прадед, Ефим Гаврилович Поляков, всю свою жизнь воевал с Советской властью, в эмиграцию не уезжал), прабабка к нему ездила, а потом приезжала в Ростов и рожала, и растила детей. Девятерых родила, семерых вырастила и умерла, когда ей было чуть-чуть за 50, 10 января 1942 года, за пару недель до того, как в Ростов вошли немцы, с которыми пришёл её муж… Так что, к слову, не нужно мне про Гражданскую войну рассказывать.

Но даже без этого опыта можно разобраться, что к чему. И, возвращаясь к главной теме статьи, можно добавить, что когда вы приходите в чужую компанию, то вначале должны понять, какие там модели описания мира и насколько они готовы эти модели обсуждать. И если эти модели вам активно не нравятся, то вступать в дискуссии достаточно бессмысленно. Как там в одной старой книге написано, «не мечите бисер перед свиньями»?! Ну вот и не надо.

Если перенести это понимания на Аврору, то я могу отметить, что наши модели построены на разборе реальных социальных и экономических процессов. Понятно, что наши модели не нравятся экономиксистам (которые часто начинают говорить про нас глупости и гадости, причём в том же формате, что и Максимов с Познером, то есть с неявным упором на то, что альтернативного их мнению, вообще, существовать не может; к слову, это и называется тоталитаризм, именно такая позиция и позволяет мне считать, что перечисленные персонажи, а также Мовчан, Сонин, Нечаев, Гайдар и пр. являются приверженцами идеологии тоталитарного либерализма), но, главное, что их бесит и из-за чего они пытаются скрыть информацию о нашей теории от общества (в том числе, пропагандистскими методами) состоит в другом.

Дело в том, что их концепция, очевидно, манипулятивная. Грубо говоря, народу предлагается некий последовательный набор банальностей и мантр. Людей убивать нехорошо? Очевидно. Сталин людей убивал? В их понимании, очевидно. Значит, он человек аморальный и, следовательно, вся страна, которая его слушала, была аморальна. Следовательно, нужно каяться и платить, платить и каяться. Кому платить? Ну, как кому, высоконравственным либералам, ясное дело. Ну, и так далее.

При этом попытки объяснить, что руководство государством с точки зрения индивидуального человека всегда аморально к успеху не приводят. Попытки показать, что кумиры тоже кровавые убийцы (история с Черчиллем у Максимова очень показательна, про Гайдара даже говорить не стоит, он точно ни в чём не виноват, поскольку десятки миллионов жертв сами виноваты, они в рынок не вписались) ни к чему не приводят, «это было давно, это не правда, они были «чужие», ну и так далее. И вообще, обсуждения в рамках тоталитарного либерализма не приветствуются, в этой модели обсуждение таких фактов табуировано.

Именно это их и бесит. Они отказываются обсуждать реальные вопросы. Они не хотят читать наши книжки, поскольку в них обсуждаются конкретные случаи и рассматриваются разные варианты их объяснения. Они жёстко требуют, чтобы все рассматривалось с точки зрения их модели и с их интерпретацией фактов. Если бы они были одиночки, мы бы могли сказать, что речь идёт о социальных девиациях. Но фокус в том, что они-то знают, что за ними серьёзная сила и по этой причине, приходя на нашу территорию, начинают вести себя нагло и жёстко. И это не отклонения от нормальной социализации, это – провокация.

Именно по этой причине я от таких людей избавляюсь мгновенно (как только понимаю, что именно стоит за их поведением). Они не ищут истины, они не хотят поговорить или разобраться, их задача – вменить единственно верную точку зрения в рамках идеологии тоталитарного либерализма. Такие люди не нужны, их нужно жёстко и однозначно пресекать. К слову, именно слабость Акопянца к таким людям и стала началом конца сайта worldcrisis. И повторять эту ошибку мы не будем.

Кто-то скажет, что это тоже тоталитаризм, но это не так. Мы никого не ругаем за точку зрения, мы категорически отказываемся признавать модель, в которой запрещено рассматривать факты. Ну, если угодно, мы за свободу, против тоталитаризма. Просто свобода у нас состоит в том, что мы ищем рациональное и системное объяснение происходящим событиям, а тоталитаризм рассматриваем как запрет обсуждать те или иные факты просто потому, что они не нравятся авторам той модели, которую эти люди для себя выбрали. И которую они даже не имеют право обсуждать.

В общем, смешно, конечно. Но повторю ещё раз: принципиальная позиция Авроры: мы за свободу против тоталитаризма!


home | my bookshelf | | Noblesse oblige |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу