Book: Я буду помнить этот мир 2



Я буду помнить этот мир 2

Я буду помнить этот мир 2

Глава 1


Мягкие лучи полуденного солнца падали на свежее вымытый пол казармы. Солдаты, обитавшие когда-то в этой казарме, сейчас на северной границе империи, где разбиты лагеря и поставлены шатры. Имперские гарнизоны теперь почти пусты.

-А я сказала, что это вместится! Я что, зря отдала двенадцать съе за магический сундук?

-А я говорю, что стол не поместится по ширине, а не по объему.

-Так расширь его!

-Гро-о-о-о… Олла, клюковка моя, я повторяю в последний раз: при разборе или ином воздействии на рамки магического сундука, он теряет свои магические свойства. Другими словами – он сломается, а вся та требуха, которая там, останется в магическом кармане и исчезнет…

Горт и Олла, собирая вещи в поход, немного задержались. Их телега, если очень поспешить, догонит основной караван, только через два дня, но Олла отказывалась отправлять супруга без «самых необходимых вещей».

-Может ну его? Я возьму ящик и на нем поем…

-Мой муж будет кушать только за столом! – вскрикнула Олла.

На её глазах появились слезы. Она, как и любая девушка, любая любящая жена, боялась потерять своего мужа. Она понимала, что он не будет на передовой, и что он будет только как один из командующих, но вот добровольно отпускать мужа на войну она не хотела.

Последние воины унесли много жизней, даже самых сильных не спасала их сила и удача.

-Клюковка моя, не плачь…

Горт посадил Оллу на колено и нежно прижал её к груди. Вытирая своими большими пальцами слезы, с её лица, тот размазал чернила, которыми девушки так любили подводить глаза, «для пущей выразительности».

-Эм-м-м – замялся Горт, делая виноватое лицо.

-Да ладно – шмыгнула носом Олла – понимаю я все… давай хоть прикроватный столик попробуем запихнуть… он хоть и желтенький, в красный цветочек, но если постелить шкуру виверны, может выйти за солидный офицерский стол…

-Да я не про то – замялся Горт – у тебя эта фигулина размазалась под глазами…

Олла достала маленькое зеркальце из потайного кармашка на фартуке и посмотрелась.

-Вот ведь… сосиски твои огромные… размазал мне тут всё по лицу…

После сборов, во время которых Олла умудрилась запихать в шесть магических сундуков почти все, что «крайне необходимо офицеру», она успокоилась. Она уже знала, что беременна, но хотела, чтобы Горт уходил на войну со спокойной душой, а, то при последних родах, Горт упал в обморок. Его тушку пытались поднять сразу четыре повитухи, но тот оказался не по силам четырем бабам.

-Ты, когда будешь возвращаться, не забудь магическое сообщение послать!

-На гро это нужно? Оно ведь целых двадцать съе стоит! Лучше обычное, оно хоть и за три дня дойдет, но оно бесплатно для меня.

-Жмот! Я ведь подготовиться должна! – поправила передник Олла.

-Ладно… отправлю, но только короткое, а то там за каждые пять слов надо доплачивать по съе… Лучше скажи мне – почесал затылок Горт – ты куда кирасу мою положила? Ту, что с единорогом на груди и феей на спине?

-Это та, что с голой бабой, с сиськами и крыльями? Так она в белом сундуке.

-Не «баба с сиськами и крыльями», а фея Люциана. Она из мифологии… помогает странникам не заблудиться…

-Что-то я твоего посоха не вижу… какой ты странник? Ты воин. У тебя там должен быть демон первого круга изображен, а не бабы там всякие… с сиськами…

Открыв сундук, Горт начал перебирать руками, пытаясь отрыть его. В итоге, когда не смог найти, вывалил все содержимое на пол.

-Ну и где? – развел руками Горт.

-Да вот же, рядом с ногой у тебя…

-Не вижу. Нет его тут.

-Вот если я его в руку возьму и в нос тебе тыкну, ты у меня сковородкой по заднице получишь, причем с разбега!

-Согласен! Нет брони моей тут. Все перерыл!

Подойдя к куче разной амуниции, Олла отодвинула плотно связанную плащ-палатку и подняла ту самую броню… «с сиськами».

-Ведьма! Точно ведьма! Не было там ничего…

Горт пятился к стене, стараясь увеличить расстояние, но на костыле сделать это быстро не получалось.

-Ладно… трусишка… не намочи портки… а то у меня стирки и так слишком много…

Мягко улыбнувшись, Олла сложила всю амуницию обратно в белый сундук, отложив на его крышку кирасу с единорогом и феей. Вытерев руки о фартук, она тяжело вздохнула и осмотрела помещение.

-Тихо тут… а совсем недавно бегали эти шалопаи и пыль вытирали… Тут чисто… нам нормально… не лезь баба… - процитировала Олла, меняя голос на писклявый мужской.

-Клюковка моя – на распев и немного настороженно начал Горт – а носочки ты не видела?

-В том же сундуке… - Олла застыла на месте, поняв, что Горт их там точно не найдет – стой! Сама достану, а то ты к празднику победы будешь искать, так и не отдав не одной команды…

Открыв сундук, Олла вложила в него руку, и уже через мгновение, держала в руках теплый, вязаный носочек, предназначенный для одной единственной ноги Горта.

-Ведьма! Точно ведьма! – выпучив глаза, смотрел на неё Горт.

-Что, жалеешь, что тогда повел меня в ту харчевню? – с прищуром посмотрела на него Олла.

-Нет, конечно, просто интересно, а ты где чан с варевом хранишь? Или ты прямо на кухне зелья готовишь?

-Да шучу я, не ведьма я… отстань… юморист…

Погрузив вещи в телегу, Горт подошел к Олле и протянул ей маленькую шкатулочку.

-Ты помнишь наше первое свидание? – спросил Горт.

-То, когда мы любовались ночным небом, на крыше харчевни «Пьяный Герр»?

-Да.

Открыв шкатулку, Олла обнаружила в ней колечко. Маленькое, тоненькое колечко с камешком.

-Это отполированный осколок звезды. Её Антон уронил, а я достал и отполировал. Маги теперь трудятся у деревни, находят осколки и прочее. Оказалось, что это самый чистый кристалл Понк’ас.

Осмотрев камень, Олла прослезилась. Само колечко было не дорогим, мефрил хоть и редок, но его ещё плохо обрабатывают, но вот камень был бесценен. Даже пылинка Понк’аса стоила больше шести сотен гло, а тут целый камень, да ещё и с горошину.

-Но как?

-Не беспокойся, я императору написал, он добро дал. Сказал, что для тебя нет нечего запретного. Это мой подарок тебе. Я хочу, чтобы ты его носила, не снимая. Чтобы помнила, что я люблю тебя, люблю нашу маленькую, сумасшедшую семью.


Час ночи.Императорский замок.


Вери плохо спала. Всю ночь она ворочалась в кровати и не могла уснуть. Вечером она сделала подарок Малику, на что тот поцеловал её в щечку. А потом принесли письмо от Антона, в котором тот предупредил Малика о нападении, а также о том, что это может быть граф Мартирр или его люди. Вери не верилось, что такие интриги плетутся в некогда самом спокойном и мирном городе империи. Ночью, когда луна светила на её кровать, Вери услышала какой-то противный звук, исходящий из трубы дымохода. Ей стало страшно, хоть она и не трусиха, но в темноте не было видно даже сам камин. Встав с постели, она подкралась к Малику.

Разложившись на полу, под огромным одеялом, Малик мирно посапывал. Одна рука была чуть отодвинута в бок, другая лежала на груди.

/Он такой большой… сильный… как медведь… - дотронувшись до голого торса Малика, Вери провела своей маленькой ладошкой по его волосатому животу – и пушистый… - улыбнувшись, хихикнула Вери.

Устроившись между рукой и торсом, Вери несколько раз покрутилась на месте, стараясь занять удобную позицию, и уснула.

-Вот маленькая… кошка – подумала Фошши, накрывая госпожу одеялом – а когда-то боялась даже маленьких щеночков, а теперь влюбилась в великого зверя… Я счастлива за вас, маленькая госпожа.

Поцеловав Вери в лобик, Фошши отошла к горничным.

-Так, Лидиа, ты наденешь вчерашнее платье леди Вери. Кали, с тебя повозка в условленном месте. Гера, ты достала нужные склянки?

-Госпожа – начала Гера – все сделала, только в продаже не было зелья тумана, я взяла зелье пыли.

-Хорошо – кивнула старшая горничная.

-Лошади в условленном месте, леди Фошши, он накормлены и напоены – ответила Кали.

-Леди Фошши – опустила головы Линда – я не вмещусь…

-Почему? – удивленно спросила Фошши.

-У меня грудь больше…

-Утянем… не переживай…

-Я и так утянула… она в прошлом году начала сильнее рости, а денег на новое платье нет, вот я под старые и перетягиваю…

-Тогда платье подошью… не переживай.

-Да, леди Фошши…

/Так, все готово. На завтра платье, карета, оружие… готовы. Деньги и еда… готовы. Так, а платье для Вери? ...

-Мели? Мели – звала та служанку – Мели, ты где?

-Я тут, госпожа, я помогала с зельями.

-Мели, ты платье для госпожи погладила?

-Да, леди Фошши. Всё сделала. Осталось бантик повязать, но к платью нету атласного красного бантика, только вишневый…

-Возьми из моего сундука. Там четыре красных, один лиловый и четыре цвета красный камень.


Подвалы замка.


Через черные от копоти, трубы печи, двигались мелкие, когтистые твари. Со скрежетом продвигаясь по трубам, они выходили на нижних этажах замка, прячась в тени. С весны, и до начала зимы, в котельных не топят, от чего они и пустуют.

Весь пол помещения, где собирались твари, был усеян маленькими искорками. Твари приносили частички порошка, который должен был стать катализатором маны. Через некоторое время, твари начали сливаться в более крупных особей, неизвестного существа. Через несколько часов они напоминали человека, а на полу была выложена пентаграмма. Она была не обычной, пяти угольной звездой, а восемнадцати угольником, к центру которого, количество углов сокращалось, заканчивался обычным квадратом, а в середине него стояла свеча. Воздух, над пентаграммой, начал потрескивать, словно электрический заряд появлялся над пентаграммой, но не мог уйти за её пределы.

Через ещё минут сорок, когда редкие электрические разряды стали постоянными, в центре образовался электрический шар, который стал увеличиваться, образуя портал. На том конце портала стояла фигура графа Мартирр. Сделав жест рукой, тот дал команду своим воина и через портал начали выходить солдаты. Мелкие группы по пять и восемь человек, одновременно выходили из портала. Внешне, те напоминали бандитов и убийц, нежели солдат регулярной армии. Во главе одного из отрядов вышел сэр Валиан Тер Дуггл,начальник стражи графства Мартирр.


Тремя этажами выше.


Вери, будучи эльфийкой, тяготела к коротким клинкам, метательным ножам, стилетам и луку. С собой, в империю, она взяла родовой лук из огненного дерева, сорок ледяных стрел, зачарованных рунными знаками и два тонких стилета, эфесы которых были стилизованны под листья клёна. Напевая ласковый и очень мелодичный мотив, Вери чистила лук, полируя его маслом дерева ширу, славившегося своими отличными свойствами укреплять материал, делая его более гибким, что идеально для протирки и смазки луков и стрел.

Малик, сидевший напротив Вери, держал в руках книгу, но взгляд был прикован к Вери. Он был очарован грацией и нежностью образа Вери. Даже её лук гармонично вписывался в её образ, а два стилета, висевших на поясе платья, нежно- бирюзовогоцвета, придавали её какой-то особый шик.

-Что ты напеваешь? – спросил Малик.

-Колыбельную. У нас не принято вкладывать слова в мелодию. Мелодия должна сама рассказывать чувства и смысл, а слова для людей…

Разговор Вери и Малика был наглым образом прерван резко открывшийся дверью.

-Сэр Малик! Четверо гвардейцев не выходят на связь! Уже десять минут прошло, а они не пришли нас менять! Сюда бегут оставшиеся гвардейцы, но леди Вери необходимо бежать! Мы задержим их! – быстро и требовательно рапортовал старший офицер стражи.

Встав с кресла, Малик показал Вери, что та может прятаться, и их план остается в силе. Служанки, находившиеся в комнате, уже бежали в потайные комнаты, по которым они должны был выйти за замковые стены, у которых уже стояли на привязи лошади. Одна из служанок, та, что была максимально похожа на Вери, надела платье госпожи, в случае, если у выхода будут ожидать противники или будет погоня. Сама же Вери, кивнув Малику, пошла к другой потайной комнате, в конце которой был портал в замок Леса эльфов, но телепортироваться она не будет до тех пор, пока не услышит нужную команду от Малика.

-Всем приготовится! Держим оборону! – прорычал Малик, взяв в руки свой двуручный меч, приставленный к стене.

-Сэр, но я думал, что вы тоже бежите!

-Нет, её жизнь зависит от времени, которое я смогу ей выиграть здесь!

Убедившись, что Вери скрылась за потайной дверью, Малик открыл двери настежь, приказав страже заходить в покои и занять место за его спиной, сделав полукруг.

-Если кто пройдет мимо меня – убить! Ко мне не приближаться на расстояние вытянутого меча… для особо одаренных, уточню - моего меча! – скомандовал Малик.

Брови Малика опустились вниз, глаза загорелись ярко-желтыми огоньками, а вены на руках и спине взбухли, от силы сжатия меча.

/Пора! Пора показать этим ублюдкам, чего стоит Малик, когда на его женщину покушаются! – думал малик, сжимая меч, от чего тот начал жалобно поскрипывать.

-Засада! Напали! – раздался крик из коридора.

В проеме показался стражник. Его лицо было в крови и черных пятнах. Форма, как и броня, была порвана, а меч, который был весь черный, сломан почти до рукояти.

-На нас напали! Подмоги не буде…

Последнее слово стражник не смог закончить. Из его рта торчал кончик стрелы. Кулём упав на пол, истекая кровью, он продолжал смотреть в глаза Малика. Тусклые, мертвые глаза человека, сражавшегося до последнего вздоха. Он погиб, но смог выполнить свою миссию, смог предупредить товарищей и оттянул время, которого уже не было.

К дверному проему, не останавливаясь по пути, бежали. По топоту сапог, можно было определить, что там не менее сотни человек. В проеме показалась голова человека. Нижняя часть была закрыта платком, свисавшим до самой груди, а на голове была каска. Маленькая, мятая каска, которая отличалась от кастрюли только тем, что у той не было ручек.

-Сэр, я их нашел! Тут ещё стража – весело прокричал мужчина.

Зайдя в комнату, чуть пританцовывая, он направился прямо в сторону Малика.

Опешив от такой наглости, малик замер истуканом.

Удар. Яркие эпитеты про каменных ваятелей и деятелей культуры. Немного про матушку и сестер и… в коридор вылетает мужичек.


Сэр Валиан Тер Дуггл. Начальник стражи графства Мартирр. Дворец империи.


-Ты, шкед, давай, беги искать… - махнул рукой Дуггл – нам нужна ещё стража, а то эта – он вытер меч о камзол офицера стражи и сплюнул на бездыханное тело – уже кончалась. Мы еще не насладились кровью…

Молодой бандит, принятый в отряд разведки, при графе, раньше был обычным карманником, но, когда убили его боса - Луса «Мясника», он остался без «крыши».Добрый граф дал всем работу, да и обещал высокие титулы, когда тот захватит власть в империи. Естественно, что все воры, убийцы и бандиты пошли за ним, но вот капитан… был сволочь. Тот запрещал грабить и насиловать, не давал даже съе украсть, а когда застукивал, сажал в карцер… гад…

Выбежав в коридор, молодой боец отряда Дуггла, перебегал от двери к двери, прислушиваясь и принюхиваясь. Везде пахло одинаково пусто, за дверями даже шороха и биения сердец не было слышно, однако завернув за угол коридора, тот увидел одного из стражников, ковыляющего к проему одной из дверей.

Достав свой арбалет, тот начал целится. Цель была в метрах пятидесяти, но он опытный стрелок, не должен промахнуться. Спуск курка, и арбалетный болт летит в сторону стражника.

-Э-э-эх, промахнулся… хотел в голову… ну в глотку – тоже хорошо…

Дойдя до проёма, он дал команду рукой, и отряд побежал в его сторону. Заглянуть в проём оказалось на удивление легко. Все стражники, почему-то, встали полукругом, а перед ними стояла статуя какого-то монстра с желтыми алмазами.

/Потом выковыряю… авось дорогие камушки… на долго хватит…

-Сэр, я их нашел! Тут ещё стража.

Дойдя почти до середины комнаты, молодой встал и облокотился на ногу статуи, скрестив руки на груди.

-Ну что, готовы к смерти, паразиты импер….

Не успев договорить, его взяли за горло. Огромные пальцы стискивали его горло. Казалось, что гигантская змея его душит, а ведь всего два пальца.

Подняв голову вверх, стараясь определить нападавшего, тот испугался. Испугался так, что мокрое пятно на брюках, увеличивалось с колоссальной быстротой, а вскоре, из брючины полилась струйка «страха» на ковер.

Огромная статуя, метра в четыре, держала его за глотку большим и указательным пальцем. Другая рука, медленно приблизилась к нему и начала раздавать фофаны.


Три месяца спустя. Три часа дня. Касс. Арестант. Комната допроса.


Я, молодой журналист, только получил первую работу от газеты. Беру интервью в первые, но этот арестант очень разговорчив, а в обмен на то, что его не поместили в общую камеру, он согласился рассказать всё о том, как он «брал замок штурмом».

-Было больно. В глазах прыгали звездочки, «картинка» расплывалась и дергалась, а в ушах стоял такой звон, что можно оглохнуть. Когда перестали бить, я открыл глаза. Перед моим лицом была огромная морда статуи. Её глаза светились, было страшно до одури – рассказывал арестант.



-И что статуя?

-Она…она… она меня спросила…

-О чем или что?

-Умею ли я летать?

-А вы?

-Я сказал, что всегда мечтал быть птичкой…


Императорский замок. Бывшие покои леди Вери.


-Вот придурок – выругался Малик, одним ударом, посылая маленького воина в свободный паллет – ковер испачкал…

В коридоре столпились воины. Они подошли к лежащему без сознания товарищу и попинали сапогом, проверяя его жизнеспособность.

-Вроде жив… а кто его так? – спросил один из офицеров стражи Мартирр.

Повернув голову в сторону проёма, у того не осталось вопросов. В центре комнаты стоял четырехметровый воин. В руках, которые сами по себе уже были хорошим подспорьем их «зубочисток», очень легко лежал огромный, обоюдоострый меч… хотя больше походил на плоскую булаву.

Отряд Дуггла встал как вкопанные, перед входом в комнату. Некому не хотелось первым испытывать удачу, но приказ Мартирра исполнять надо.

-Вперед! Атакуем все сразу! – приказал Дуггл.

Бойцы его отряда вошли в комнату. Именно вошли, так как вбегать первым никому не хотелось.

/По-моему я всё! – думал один из стражников, скользя взглядом по Малику.

Раздался свист, и из всех щелей повалили воины Дуггла. Окало тысячи воинов, под его началом, уже находились в замке, а ещё две тысячи, штурмуют ворота. Уже через три часа, согласно плану графа, замок падет, а власть перейдет к нему.

Скомандовав повторно, Дуггл лично выдвинулся вперед, сокращая расстояние с Маликом.

Хоть он и впервые видит Малика, но наслышан о нем, не мало. Дуггл представлял его немного ниже, но общие сходство с описанием присутствует.

Окружив Малика, воины Дуггла, Начали приближаться.

/Так – думал Малик – «панику» и «хаос» применять нельзя, я их потом по всему замку искать устану, а вот «ступор», который я не вкачал, можно… только вот очков нет совсем. Буду, тогда бить по кругу… тем, что есть…

Один, рассекающий воздух, удар, и несколько бойцов Дуггла разрезано пополам. Яркая кровь брызнула с задержкой, послужив для остальных командой к наступлению.

Начался бой. Воины приближались и отпрыгивали, уходя с траектории меча, кто-то, особо шустрый, нырнул под руку Малика и всадил короткий стилет ему в ногу, несколько болтов, выпущенных из коротких арбалетов, угодили ему в грудь, не пробив кольчужную броню. Свист болтов сопровождался бранью и криками. Воины нападали и отступали. Несколько удачных ударов по Малику, кончались для воинов встречей с потолком или стеной, причем так тесно они не сближались с этими плоскостями, от чего кости не выдерживали и ломались. Метнув в Малика пару ножей, Дуггл сделал выпад вперед, пригибаясь к земле и повторяя удар Рохана, который был подсмотрен им же, но удар пришелся в меч, от чего в руке что-то хрустнуло и меч выпал.

-Все! Вперед! – выкрикнул Дуггл, отходя на пару шагов назад.

Быть убитым, не входило в его планы, но и отступать нельзя.

Воины нападали с завидной частотой, меняясь местами и перегруппировываясь на месте. Новые воины подходили из всего замка, меняя раненых и убитых.

Острый клинок, резанул воздух и упал точно на колено Малика, рассекая ему колено. Потеряв равновесие, от неожиданного ранения, Малик пошатнулся.

/Откуда? Тут ни у кого нет меча, длиннее двух метров, у них даже полуторных нет – думал Малик, стараясь остановить кровь из колена.

Что-то хрустнуло над потолком. Краем глаза, Малик успел увидеть, как что-то невидимое прорезает стальной трос, держащий люстру. Сделав шаг назад, Малик, за мгновение до падения гигантской, тяжеленной люстры, ушел от её удара.

/Что за…

Отвлечься от боя Малику не дали. Перед ним уже стояло пятеро. Короткими мечами, они пытались поразить в ноги и живот, но Малик успевал отразить удары, одновременно нанося удары в ответ.

Тренировки прошли не напрасно. Скорость владения мечем, была отличной, не всякий боец сможет повторить, даже с ножом, такие кульбиты, а Малик справлялся. Истекая кровью, вперемешку с потом, Малик рубил и резал. Ноги болели от порезов и не глубоких ран, живот сводило от множества синяков. Как он благодарил судьбу за то, что повстречал Вери. Именно она, желая сохранить жизнь своему возлюбленному, подарила Малику эльфийскую кольчугу, специально изготовленную по размеру Малика. Та была тонкой и прочной. Находясь под новой рубахой, она не была видна, но с легкостью останавливая любые колющие и режущие удары, однако не могла компенсировать силу удара, от чего на теле Малика оставались синяки.


Спустя два часа изнуряющего боя, в комнате, некогда преобладающим пастельным персиковым цветом, все было алое. Кровь была всюду, даже потолок, высотой в пять с половиной метров, был красным. Трупы убитых воинов Дуггла, лежали в форме круга. Сам Дуггл сидел на кровавом полу, в буквальном смысле, зализывая руку.

-Что, отродье гро? Закончил? Теперь моя очередь – сказал Дуггл, поднимаясь с пола.

Его глаза блеснули белым цветом, меняя цвет и форму радужки. Рост стал увеличиваться, а тело менять форму и обрастать шерстью. Лицо удлинялось, превращаясь в волчью.

Малик стоял, опираясь на свой меч. Весь в поту и крови, он был похож не на Лорда Серых пределов, а на красного огра. Все тело было в порезах и колотых ранах. Колено, из которого обильно лилась кровь, один из стражников быстро перевязывал, стараясь не привлекать внимание. В плече, Малик ковырял острием арбалетного болта, пытаясь выловить кончик меча, отломившегося и застрявшего в плече. Высунув язык, малик сосредоточенно занимался собственной операцией, а наблюдающая стража, которая должна была стоять позади Малика, уже к середине боя рассевшаяся вдоль стенки, пыталась не смотреть на манипуляции Малика, одновременно сдерживая позывы желудка.

-Сэр Малик, тут этот… как его там… - пытался вспомнить имя начальника стражи графства Мартирр, молодой стражник империи - в общем, он оборотень и перевернулся уже…

-А? Чё? – отвлекся от занимательного процесса Малик – Куда перевернулся?

Посмотрев в сторону Дуггла, у Малика поднялись брови. Перед ним стоял на задних лапах оборотень. Почти четырех метровая волчья туша, доставала ему до подбородка. Огромные клыки, из пасти, некогда Дуггла, настораживали даже его.

-Вот это псина… нет… волк… хотя может и псина… - пытался охарактеризовать оборотня Малик.

-Ты не представляешь, какую честь я тебе оказываю, воин. Ты будешь вторым, кто видит меня в этой ипостаси – начал Дуггл – Я, великий оборотень. Мне неведом страх и поражение…

-Все-таки псина… но только они не должны говорить… - бубнил в пол голоса Малик.

-Я… я буду последним, кого ты увидишь перед смертью… - продолжил немного не уверенно Дуггл.

-Интересно, а будет считаться каннибализмом, если я его в форме волка сожру? – продолжал бубнить Малик - Он вообще вкусный? – спросил Малик у стражников, повернув в их сторону голову.

-Говорят, что мокрой собакой отдает, зато мясо очень сытное, хоть и жестковато… - ответил один из стражников.

-Ясно… значит, замариную тебя в луке и томатах… - продолжил Малик.

-Я… ты… ты меня вообще слушаешь? –поникшим голосом спросил Дуггл – ты вообще в курсе, что оборотни –это самые сильные из воинов, нас бояться… - совсем перейдя на шепот сказал Дуггл.

-Так, ты кончил? Мне тут лясы чесать некогда. Я вот напасть не могу, у меня коленка бо-бо… а ты давай, нападай, только потом не скули, что больно было – Малик улыбнулся собственной шутке – слышали? «Не скули» оборотню сказал… ха-ха…Хочешь, я помогу тебе напасть на меня, придав тебе ускорение? А то я тут стою и жду, когда ты свой диалог закончишь… Тут ведь зрителе нет… на этих – показал пальцем Малик на солдат – не рассчитывай. Они хотят скорейшей твоей смерти, а то уже, и кушать охота.

В помещении воцарилась гробовая тишина. Упавшая с потолка капля крови раздалась эхом по пустому замку.

-Я не зоофил, но мне с тобой понравится… - сказал Малик, передав волку воздушный поцелуй.

Оборотень, молниеносно сорвался с места, сократив расстояние до малика. Острый ряд зубов клацнул вблизи его лица, когти впились в лопатки, а задние лапы уперлись в грудь, готовясь разорвать плоть, мощными когтями…


Спустя несколько часов.


Уже к полудню, когда часть войск, из резервной армии императора вошло во дворец, те увидели самый настоящий ужас. Десять воинов императорского дворца выносили, таща волоком, ковер. На ковре лежала огромная куча разрубленных трупов. Несколько солдат, с абсолютно безмятежными лицами, словно листики с пола, подбирали части отрубленных тел, которые выпадали с ковра. Тела других стражников, вытаскивали жители столицы, прибывшие на помощь страже.

-Среди вас клерик есть? – обратился израненный стражник, держа часть своей руки, в другой руке – а то, щипает…

-Е…е-есть… - ответил начальник взвода резервного полка – только это девушка и молодая…

-А, не…- замахал солдат отрубленной конечностью – это не мне. Моя рука уже не прирастет. Это вам во-о-он туда – указал тот, в сторону второго этажа, где раньше был бальный зал.

-Лейтенант Виксс! – скомандовал начальник взвода.

Выбежавшая девушка, в городском платье, встала позади начальника.

-Здесь! – отозвалась та.

-Идите туда, со своей командой. Там – указав на второй этаж – все раненные.

-Есть – отрапортовала та и бегом, в сопровождении ещё пяти человек, вбежала по лестнице.

Виксс, будучи не только сельским клериком, но и боевым, видала всякое. На войне была, приживляя конечности, и на поле была, заживляя ссадины и мозоли, но когда она поднималась по лестнице императорского дворца, она впервые испытала рвотные рефлексы. Везде лежали трупы в собственной крови. Их некому было выносить, как выяснилось позже, осталось в живых всего десять императорских гвардейцев, исполняющих в те дни, роль стражников, и принцесса эльфов. Десяток служанок убежало по потайным комнатам, несколько кухарок зарезались сами, не желая отдаваться в лапы насильникам, а кто-то прыгнул с башни. Однако, был ещё один… ну не сказать, что человек… вобщем «знатный зверь высокого рода, умеющий ругаться искуснее сапожника и кузнеца», примерно такую характеристику дала она Малику.

Когда Виксс вошла в бальный зал, она увидела, окало двух сотен раненых солдат и горожан, а в самом конце зала, на нескольких составленных вместе столах, сидел огромный мужик, походивший на медведя. Четырехметровый мужчина, сидел на столе, одна нога была почти черная, в руках тот держал бочонок вина, периодически отпивая от него. Рядом, плача, сидела юная принцесса эльфов. Воин гладил её по голове и что-то говорил, на что та отрицательно мотала головой.

-Вери, ну послушай меня. Телепортируйся в Лес, тебя там ждут, а я тут посижу. Скоро клеркики… керпики… тьфу! Целители придут и ногу мне восстановят…

-Не пойду… - шмыгая носом, бубнила Вери – не верю я в это! Надо было вместе бежать!

-Ну Вери…

-Сэр, я клерик, вам помочь? – обратилась Виксс.

-А? - обратил на неё вниманиеМалик – да, девушка, можете. Помогите успокоить мою зайку…

Вери, ткнув его локотком в бок, хмуро посмотрела на Виксс.

-Ногу заживите ему, пожалуйста, а потом торсом займитесь. Остальные раны ерунда – попросила Вери.

-Да, госпожа.

Развязав повязку на ноге, Виксс увидела, что нечто очень острое прорубило колено вдоль кости. Рана была не только глубокая, но и опасная. Не понятно, как этот воин вообще сражался с такой раной, но судя по тому, что он жив, а леди Вери ухаживает за ним, то именно он был её личным телохранителем.

-Вери, принеси мне чего поку-у-у-у – Малик завыл, когда на открытую рану полилась жидкость – ты чего удумала –ла-а-а-а?

-Простите, сэр… но надо обработать рану. Она очень серьезная…

-Малик. Меня малик зовут… а ты предупреждай, когда мне снова выть…

-Да, сэр …Малик?! – удивленно посмотрела на него Виксс.

-Да, а что?

-Вы тот самый Малик? Который убил Луса? Тот, который везде ходит с сэром Роханом?

-Да, я, а что?

-Я мечтала встре…

Получив смачный подзатыльник от Вери, Виксс ошарашено перевела взгляд на рану.

-Ах… да-да, лечить… потом скажу…

После нескольких часов уговоров, Вери согласилась отправиться порталом в Лес, но при условии, что после того, как его рану залечат, он сразу телепортируется вслед. Малик был доволен. Он не хотел, чтобы Вери видела его таким. Он сильно устал, и ещё сильнее хотелось выть от боли. Открытая рана на колене очень сильно болела. Клерик справлялась с раной, понемногу заживляя кость и плоть, но боль все равно присутствовала.

Когда за Вери захлопнулся портал, малик упал плашмя на стол и заорал.

-Твою дивизию… вашу папу… как мне больно…

Дальнейшие его эпитеты, с подробными описаниями всех действий и процессов, заставили Виксс покраснеть. Она конечно не маленькая девочка, но многое из сказанного её заинтересовало.

После окончания магического восстановления, Малик лежал на столе без сил. Потный от боли и красный от стресса, тот просто смотрел в потолок.

-Сэр, разрешите спросить? – обратилась Виксс.

-Давай… - вяло ответил Малик.

-А «жеваный крот», это вкусно? А что такое «дилдо», и имеет ли его диаметр значение, что значит выражение «я твой дом труба шатал», кто такая «рота» и почему она должна насиловать?

Посмотрев на клерика, малик покраснел от стыда. Видимо он, не сильно контролируя процесс извержения мата, наговорил слишком много, но что случилось, то случилось, придется извиняться…

-Поверь, тебе лучше не знать и не пробовать… но тому, кто меня ранил, не понравится…

Пока Малик восстанавливал свои силы, жители города и слуги замка, кто выжил и был цел, убирали трупы. Отмыть стены и полы, им оказалась не под силу, но вот убрать сломанную мебель и уничтоженные произведения искусства, те смогли.

До самого вечера, клерики лечили людей. Многие стражники смогли самостоятельно дойти до казарм, где и будут проходить дальнейшую регенерацию. Тем же вечером, в столицу прибыл полк из соседнего графства, для поддержания порядка и помощи регулярной армии… ну или её остаткам. Императора известили сразу, как был составлен отчет, но самого главного свидетеля, Малика, уже не было. Малик отправился телепортом в Лес эльфов.

-Говорят, что сэр Малик в одиночку перебил их всех, это правда? – спросил офицер подкрепления.

-Да… я был в той комнате… - ответил стражник, сжимая сильнее свой меч.

-Расскажи, что там было.

Рассказав в деталях обо всём, что лично видел, стражник посмотрел в глаза офицеру.

-А потом, оборотень запрыгнул на Сэра Малика.

-И что? Что дальше?

-Сэр Малик, в тот момент, выпустил из рук меч, и со словами «Пасть порву, моргала выколю… За Вери! За любовь!», он схватил оборотня за голову и начал медленно раскрывать его пасть. В то время, пока тот пытался порвать ему грудь, задними лапами, но под рубахой было броня… В итоге, сэр Малик порвал оборотню пасть…

-Круто… Он прямо герой!

-…а затем, пока тело оборотня еще дергалось, он выковырял ему один глаз и засунул оборотню в задницу…

-Зачем?

-Не знаю… думаю это был жест унижения… некоторые племена, ведь сажают на кол, вот и тут…

-Вот кому расскажу – не поверят…

-Поверят… уже в отчете есть, во всех подробностях, каждая фраза записана и каждое действие зарисовано.


Портальный круг. Дворец Леса. Северная земля эльфийского клана.


Вери не находила себе места. Уже почти три часа она отгоняет от себя слуг, пытающихся увести её из портальной комнаты, но она ждет. Вери волнуется за Малика. Он должен был уже вернуться.

/Рана ведь не такая глубокая, так чего он так долго? Его ведь просто ранили… Меч ведь не проходит дальше кости… Гро! Где он?!?!?!

Ходя по залу, Вери привлекла большое внимание не только слуг, но и матушки, которая приехала с границы, дабы убедиться, что её любимая доченька в порядке, а то слуги пишут всякое…

Увидев свою дочь, измазанную в крови, с грязным личиком и ладошками, королева не выдержала. По её лицу побежали слезы. Ровные дорожки слез текли из глаз. Ладонью, прикрывая рот, королева старалась унять боль в груди. Её дочь искренне любит и волнуется за своего возлюбленного. Это видно по выражению её лица, по тому, как старательно она не дает себе заплакать, как переживает и ходит из стороны в сторону. По её ауре читалось, что Вери одиноко, она грустит и страдает, что Вери любит и боится.

-Девочка моя, Вери, ты вернулась! – вытерла слезы королева и пошла в сторону дочки.

Походка королевы всегда была грациозной. Она будто не ходила, а парила в воздухе. Если бы не то, что её туфельки было видно при ходьбе, то многие так и думали бы.

-Мамочка – повернулась к королеве Вери – я дома.

Вери бросилась в объятия матери, крепко прижимаясь к её груди, и расплакалась.

-Доченька, ты не ранена? Откуда кровь?

-Нет, мамочка, ранена не я, ранен мой любимый.

-И где он? Почему вы не вместе?

В этот момент, над кругом телепортов раскрылся портал. Хромая на одну ногу, из него вышел огромный мужчина, чем-то походившего на медведя. Серое тело, покрытое множеством шрамов, бугрилось от мышц. В левой руке был сломанный меч, на который тот опирался, как на трость. Огромные руки были перевязаны не самыми свежими бинтами, сквозь которые ещё виднелась кровь. Желтые глаза выдавали в нем зверя, а морщинки в уголках глаз и рта, говорили о его доброте. Четырехметровый зверь, от вида которого по спине королевы побежали мурашки, повернулся в их сторону, на что стража молниеносно среагировала, выставив копья.



-Вери – раздался немного хриплый, но теплый голос Малика – я пришел! Заждалась меня?

Вери бросилась в его сторону, раздвигая руки для объятия. Когда межу ними оставалось не более двух метров, Вери прыгнула вверх, стараясь как можно выше ухватится за Малика.

-В этот раз достала до руки…

-Ты пригнулся! Так не честно! ... я скучала.

-Прости…

Малик поднял Вери и прижал её к своей груди. Вери была уже высокая. В принципе, сто восемнадцать лет – это возраст свадьбы для эльфов, но при росте сто шестьдесят пять, Вери выглядела совсем маленькой, отчего многие воспринимали её как подростка.

-Почему ты так долго? Что у вас случилось? – обеспокоено спросила Вери.

-Ранение было серьезным. Мне кость прорубили, потом силы восстанавливали… В общем долго я сидел там.

-Значит все хорошо?

-Да, только нога ещё болит.

К Малику подошла королева. Сделав книксен, та представилась.

-Леди Мерлис Филдо Шалхаф, королева клана эльфов.

-Очень приятно, здрасте! – протянул свою лапу Малик - Ой!

Убрав руку, Малик судорожно вспоминал, как приветствовали мужчины на балу дам, и попытался повторить. Низко поклонившись, вытягивая носок своего окровавленного сапога, Малик сделал жест рукой, будто поднимал с пола что-то.

-Могли просто поклонится – хихикнула в ладошку королева – это у людей так принято, не у нас, но я уже знаю, что вы хоть и высокий сэр, но очень просты, я имею введу характер.

-Ну да, что есть, того не отнять. Я простой, хоть и лорд. Я не совсем понимаю эти реверансы, но думаю, что без них можно обойтись.

-Вы правы. Эльфы, между собой, просто кланяются, опуская голову просто вниз, воины жмут руку до локтя, а дамы чуть заметно приседают.

-Буду знать, спасибо.

-Может, пройдем в гостиную? Там уже должен быть налит чай и поданы сладости – сделав приглашающий жест, королева мысленно предупредила служанок о скором прибытии в гостиную.

Пока Малик рассматривал дворец эльфов, королева шушукалась с Вери. Мать и дочь бойко обсуждали Малика, папу, а когда дошли до нападения на дворец императора, королева с опаской посмотрела на Малика.

-Сэр Малик, а вы насколько сильны и искусны в фехтовании?

Опешив от вопроса, Малик ненадолго задумался.

-А это как-то измеряется?

-Да. У нас есть даже титулы, хотя у людей есть звания, но они описывают только положение в обществе. У нас даются титулы не зависимо от положения и статуса. Многие эльфы, занимающиеся не военным делом, имеют титул даже больший, нежели сами воины.

-Это как?

-К примеру, наш кузнец имеет титул «Красный молот», что означает, что тот владеет дробящим оружием лучше остальных, а сила удара таким оружием самая большая в клане.

-И как измерить?

-Если хотите, то можете обратиться к любому эльфу, тот проведет или покажет дорогу до арены. А там, опытные мастера, определят ваш титул.

-Обязательно пройду. Даже интересно, какой у меня титул… - мечтательно произнес Малик.

В гостином зале, куда они вошли, оказалось очень светло и уютно. Не было ни магических светильников, ни факелов, но в помещении было светло и свежо. Высокие окна, уходившее под самый потолок, давали достаточно света, а дерево, растущее с потолка, на кончиках веток которого были алмазы, отражали свет из окон, дополнительно освещая помещение. Зеленые листочки дерева казались не естественно зелеными, но было видно, что они настоящие.

-Вы впервые на земле Леса? – спросила королева.

-Да. Я раньше и эльфов не видел.

-Как так? Разве в серых пределах забыли о нас?

-Не совсем так. Тяжело объяснить…

Малик не хотел врать королеве. Он и не мог рассказать о том, как попал сюда. – давайте я позже расскажу о себе, а пока, есть предложение поговорить о Вери и мне. Дело в том, что хочу сразу сказать, так сказать – на берегу. У меня была жена и дети. Сейчас их нет. Они не в этом мире. На территории серых пределов я не был с рождения, а титулы получал самостоятельно и не осознанно, совершенствуясь и развиваясь. По поводу моих чувств к Вери - тут все просто. Я люблю её. Она привлекает меня запахом, голосом и чем-то невидимым. Такое ощущение, что у нас одна душа. С первой встречи я ощутил трепетное чувство, но ещё не понимал этого, а когда понял, то она была рядом.

В гостиной стояла тишина. Вери была красная как рак, а королева смутилась от откровения Малика, что было заметно по покрасневшим кончикам ушей. Общее молчание прервала эльфийка, уронившая поднос с чашами.

-Простите, я что-то не то сказал? – осведомился Малик.

-Не то чтобы, не то, просто так искренне и прямо … Эльфы на прямую не говорят о чувствах, мы очень чувствительны в этом плане, посему, ваши слова прозвучали очень… даже не так… слишком откровенно. Многие обороты и интонации были переполнены нежными чувствами, от чего вы смутили не только меня, но и служанку – хихикнула королева.

-Мама хотела сказать, что у нас не просто так большие ушки. Мы способны улавливать настроение и чувства собеседника, но при этом стесняемся этого дара. Многие воины прокалывают ушки, цепляя на верхнюю часть металлические скобы, которые глушат чувства, иначе, мы не сможем убивать, ведь и чувства умирающих мы тоже слышим, как и крики, и стоны о помощи.

-Так вот, почему у вас такие уши? А я думал…

-А ну – раздался голос короля – поделись с нами своими предположениями! Мне стало интересно…

-Папа! Ты что, подслушивал? – возмутилась Вери.

-Я? Не-е-е-ет… Да как я мог, тем более, что бабские разговоры меня не интересуют…

-Ага, а уши у тебя красные от ветра, а отпечаток дверной скважины на ушах – это ты упал на дверь? – ехидно улыбнулась королева.

-Короче – перевел тему король – я тут король, а значит замок мой. Что хочу, то и делаю. А ты – король указал на Малика – идешь со мной. Разговор есть, по душам…

Когда Малик и король скрылись за дверью, Вери с мамой снова обнялись.

Они не виделись месяц, когда Вери отправилась в земли империи, ещё не было известно, на какой срок. Вери и королева обсуждали бедующуюсвадьбу, грядущие приготовления и новые веяния в моде, среди эльфов.

Королева всегда бережно относилась к своей дочери, но в определенный момент, когда та начала капризничать и требовать больше внимания, королева потеряла контроль над дочерью.

Теперь, когда до королевы дошли слухи о возлюбленном дочери, та поняла, что именно он стал причиной таких резких перемен. Дочь стала снова кроткой и милой, слуги перестали меняться сменами, умоляя не быть её горничными, а недавно, Фошши прислала доклад, в котором говорились вообще немыслимые вещи.


/Доклад от личной горничной леди Вери.

Моя королева! Ваша дочь, с пяти утра, совместно с горничными императора, готовили пищу. Леди Вери настаивала, что для её возлюбленного нужно больше овощей и мяса. Далее привожу дословную цитату: «Прошу, девушки, научите готовить мясо с овощами! Если не смогу готовить мужу в походах, так что я за жена такая?». Общее состояние вашей дочери - хорошее. Питается хорошо, регулярно меняет белье, стала чаще надевать кружевное бельё и корсеты, стала беспокоиться о лишнем весе, смотря на людей. Мои заверения, по поводу особенностей расы, воспринимает с недоверием.

По общей оценке обстановки: поселили в гостевую комнату императорского дворца. Убранства изысканные, как и пища. Много овощей. Мясо только нежное и не много. На выбор давали вино, морсы и настойки. Порадовала настойка из корня «ледяной лазы». Рекомендую.

Сегодня в комнату проник король. Прошу не ругать его. Он пригласил сэра Малика для процедуры сватовства. Предупреждаю: сэр Малик четырёхметровый Лорд Серых пределов. В ширину - полтора метра. Стопы в полтора локтя. Ладони размером локоть с кистью. Внешне очень суров, но он мягкий, вежливый и веселый. Доброта основана не только на личных чувствах, но и возможно, у него уже была семья.


Палаточный лагерь. Граница империи и орочьей долины.


Пока шли приготовления к войне, некоторые командиры злоупотребили алкоголем, от чего начались драки и мелкие хулиганские выходки, среди офицерского состава. Генерал Де. Ларку, главный по снабжению, прикрываясь служебной необходимостью, уехал в соседнюю деревню, развращать девок на покосе, а старший офицерский состав его армии, следуя примеру своего генерала, решил, что «местные девки тоже нечего».

Армейский беспредел творился не долго. В лагерь приехал император. Уже к концу дня, все дебоширы были отхлестаны розгами, а генерал Генерал Де. Ларку, вытащенный из очередного сеновала, в чем мать родила, явился на личный разговор с императором, выйдя из шатра, младшим паладином, что окончательно протрезвело его голову. Леди Олла и сэр Горт прибыли на следующий день, организовав нормальное питание в лагере и установив походные бани. Олла быстро нашла работу тем, чьи руки не знали покоя, щупая девок под юбками, а Горт занял драчунов не менее интеллектуальным трудом, заставив копать уборные, траншеи и срубить часть темного леса, где обитали, по легендам местных жителе, непорядочные призраки и злые черти.

«А чертям дать по рогам, призраков пугать работой в церковных чуланах, охранять вино» - примерно так звучало наставление Горта, когда солдаты регулярной армии не хотели идти в лес.


-Ну что, новый генерал армии восточных владений империи? – положив руку на огромном плече Горта, спросил император.

-Чё? Император, вы белены объелись? Иль пьяны? Я консультант вообще-то и тактик. А вы мне тут всякие вкусные слова говорите… - огорчился Горт.

-Нет, я не шутил и не издевался. Сэр Горт, вы ведь опытный военачальник, а отсутствие ноги – это не повод отказываться. Если согласитесь, то к утру у вас будет все необходимые материалы для изготовления нужного протеза, а вот за вашего друга, я про кузнеца в графстве Мартирр, так я его простил, гонений не будет, но видеть его я не хочу. Будет ему разрешение на изготовление протезов, нужные материалы и даже разрешение на закупку мифрила.

-Император! Да вы… вы… - малик растрогался так, что готов был поцеловать прямо в губы, но здравый смысл и метр расстояния, удерживали старого вояку от необдуманных действий.

/То не баба, а войны не поймут! Держи свои губёнки при себе… Ты не Мартирр… - думал Горт.

Когда император уже встал, Олла подошла к нему сзади и взяла за рукав.

-Так, а как-же налог?

-Какой налог? – удивился император.

-Как какой?! Тот самый, «на доходы харчевни, при занимаемых должностях», который вы подписали восемь лет назад. А там прямо указанно, что с моего мужа, при занимаемой им должности «Генерал армии», будет взыматься пятьдесят процентов с получаемого ВСЕГО дохода!

-Ах… ну значит освобожу вас – немного опешив от наглости гномихи, император почесал подбородок и повернувшись обратно к Горту продолжил – А еще введу налог на умных баб… У тебя вон какая умная и дерзкая… - улыбнулся император – и достойная мужа своего.

Только когда император отошел на приличное расстояние. Горт резко дернул Оллу к себе, угрожающе нахмурив лицо.

-Ну что, барышня, нарушаем законы? Я, будет Вам известно, ГЕНЕРАЛ АРМИИ! Мне можно все!

Прижав свою супругу к себе, Горт начал целовать ту в шею, в ушко, от чего та визжала и извивалась, а когда Олла перешла на откровенное хрюканье, Горт остановился, давая Олле отдышаться.

-Вот ведь… проказник. Корсет мне перекрутил… чуть груди не выпали – с наигранной обидой сказала Олла, поправляя корсет, давая Горту насладиться видом своих прелестей.


На следующее утро, когда к основной армии присоединились Антон и Кэттерин, в лагере стало как-то тихо. Воины не шумели, не орали песни, а некоторые солдаты, некогда хваставшиеся своей доблестью и силой, написали прошение о переводе на другое направления армии наступления, аргументируя желанием быть полезными в менее подготовленных к бою армиях. По началу командиры разрешали совершать обмен, но, когда и те, кто приезжал на подмену. Писали аналогичные письма и прошения, генералы и командиры призадумались.

-Так, и с чем на самом деле связано ваше нежелание воевать на этом направлении? – спросил Горт, очередного воина.

-Сэр Горт, тут такое дело…

-Живее давай, тут таких как ты восемьдесят человек…

-Рохан – отчеканил воин – он всему причина. Все вокруг мрут как мухи, а он убивает одним ударом. Это неправильно… Его прозвали «Жнецом душ», мол он ждет, когда определенное количество воинов армии падет, тогда убивает врага. Еще, поговаривают, что у него договор со смертью, что она ему силу дает, взамен требуя жертвы…

-Бред… что за бред… вы хоть знакомы лично? Вы с ним говорили? Вы хоть представляете, через что он проходит, желая спасти КАЖДОГО солдата, желая защитить каждую душу и жизнь? Да он спас больше народу, чем ты блох поймал в детстве. Охламон…

Взявшись за голову, Горт принял единственно правильное решение – попросил Антона присутствовать в шатре и проводить беседы с воинами.

Антон сидел в не удобном кресле, облокотившись на деревянную спинку, оббитую кожей, в складках которой угадывался сбившийся пух.

-Горт, что за фигня? Почему тут такие кресла ужасные? Даже твои скамейки в парадной, и те мягче, хоть из дерева – возмутился Антон.

-Рохан, тут все такое… не удобное. Это армия, а не санаторий у лесных фей, где вам и шею помнут и расслабят нежно… Тут жестко и грубо везде и всюду… а что, бывают кресла не такие жесткие?

Не ответив на вопрос, Антон показал жест стражнику, приглашая следующего воина, желающего отбывать службу в других частях.

-Оппа-а-а-а… я, пожалуй, позже зайду… - увидев Антона, воин развернулся, и также стремительно направился в обратном направлении, желая, чтобы его голова пропала, как у черепахи.

-Стоять! – приказал Горт, да так, что я чуть стенку позади себя не построил… - а ну седеть! Ты чего, боец, уйти от ответа решил?

-Никак нет, сэр Горт.

-Тогда поясни за просьбу о переводе! Только давай без этих ваших розовых соплей. Знаю о причине в виде сэра Рохана.

Как выяснилось, в армии прошел слух, говорящий о том, что все бойцы, которые служили вместе с Роханом и Маликом, погибали, а те, что живы – все инвалиды. Рохан, по началу смеялся и просил написать историю, как её услышал воин, но на сороковом повторении истории слово в слово, мы уже начали подозревать о дезинформации и попытке саботажа.

-Так, как там тебя, напомни – спросил Антон.

-Геу Парс, сэр.

-Так, Парс, я в отрядах, группах и войсках не состоял вообще. Все, повторяю для «очень умных», не состоял вообще! Я спас большую часть армии, имея функции только подпитки магов. Я сражаться начал только когда свою задачу выполнил… если ты желаешь умереть там, где меня не будет – это твое решение, и я ему препятствовать не буду, но если решишь сражаться плечом к плечу со мной, и выжить с вероятностью большей, нежели ТАМ, то милости просим. Эту фигню, которую ты мне сказал, лучше забудь. Это кто-то хотел деморализовать вас, чтобы вы оставили место боя, а я погиб, не имея помощи и поддержки. Все понял? Тогда марш отсюда и передай другим.

/Настроение портило не столько отсутствие желающих сражаться вместе со мной, сколько чья-то попытка устроить тут неразбериху. Этот кто-то, явно мне гадит в тапки, желая, чтобы я потонул в изобилии того «Г», что он мне тут устроил. Одно «НО», нельзя, при дезинформации разных людей, давать одинаковые сведения. Нужно по-разному насыщать мозг «дезой», а то так можно выйти на источник или прийти к выводу, что это именно саботаж-думал Антон, пока сидел над объяснительными воинов, пытаясь выяснить, с кого пошел слух.

Наткнувшись на пять повторяющихся случаев, где «рассказчик» был один и тот же, Антон попросил найти тех лиц, но, когда привели старика, в хлам пьяного, он удивился. Мало того, что он даже не был знаком с ним, так тот ещё и собственное имя вряд ли сможет вспомнить.

-Горт, дружище, необходимо вытащить из его пьяной головы информацию о том, кто ему рассказал эту небылицу и попросил рассказывать воинам. Справишься?

-Справлюсь, Антон, но нужно несколько магов и некромант.

-Не говори мне, что ты говорить с трупом собрался…

-Нет конечно… некромант нужен, чтобы его кровь циркулировала в мозге с определенной частотой, причем чистая и без примеси хмеля.

Найти среди магов, кое количество было огромное, одного некроманта второго уровня, да ещё способного управлять кровью, оказалось очень сложно.

К вечеру, пьяница разговорился. Нашим «доброжелателем» оказалась девушка!


/Рапорт №***

Допрос гражданина империи Пага Фоо.

Допрос производился при маге крови второго уровня, четырех магов четырех стихий и сэре Рохане. Допрос производил Генерал Восточных земель империи сэр Горт.


К гражданину, который находился в алкогольном опьянении, подошла девушка не определенной расы и предложила заработать на выпивку. Девушка поведала историю, которую гражданин должен был в дальнейшем распространять, за что та вложила в его руку четыре гло и сказала, что за каждого, кому он расскажет эту историю, она принесет ещё одну гло.

Место передачи золотых, мужчина не смог сказать, ссылаясь на то, что это не оговаривалось. Предполагалось, что она найдет его на том-же месте, но мужчина проживал в графстве на юге империи, где именно, он не помнил.

Глава 2


Я сидел в кресле, не самом удобном, но какое было. Передо мной, на не большем столе, были разложены показания свидетелей. В этих бумагах были как офицеры и воины, так и сам пьяница, которого нам удалось разговорить. Все сводилось к тому, что некая девушка, чье лицо не смог вспомнить некий Пага Фоо, заплатила за ложные данные. В принципе у нас нечего нет о той девушке, но она не слабо постаралась нам насолить. Удалось ей только отчасти. Сейчас будет сложно разубедить тех, кто купился на слухи.

После долгого дня, когда голова уже гудела от напряжения, а мысли были лишь о сне, в шатер зашла Кэттерин. Молча, не поднимая глаз, она подошла к столу.

-Антон, не беспокойся, мы найдем всех, кто причастен к этому.

-Знаю, но меня интересует, какие мотивы этот человек преследует.

Опустившись на стол, Кэттерин села ко мне полубоком, от чего та, выглядела таинственной и соблазнительной. Свет свечи, мягко ложился на Кэттерин, подчеркивая её фигуру. Кожаный корсет, со стальными застежками на спине, сдавливал её грудь, от чего та маняще выпирала при каждом вздохе, кожаные штаны, облегающие её ноги и бедра, чуть топорщились сзади, открывая вид на «ямочки Венеры». Кэттерин сидела на краю стола, глубоко задумавшись, рукой убрала локон волос с лица.

-Все в порядке? – озадачено, приподняв одну бровь, спросила она, смотря мне в глаза.

-А… ну да… я любовался тобой. Ты прекрасна.

Кэттерин улыбнулась. Её улыбка была нежной и чарующей, от чего я не смог больше держать себя в руках. Плевать, что завтра рано вставать. Плевать, что скоро в бой. Я хочу ею обладать. Хочу, чтобы она была со мной, этой ночью!

Взяв Кэттерин за руку, я аккуратно потянул её на себя, целуя её в раскрытую ладонь. Руки были теплыми и нежными. Если бы не знал, чем она занимается, решил бы, что Кэттерин ни разу не держала в руках оружия. Нежные ручки пахли свежими персиками и ягодами. Я ощутил на своем лице мягкое прикосновение любимой. Проведя рукой по щеке, она придвинулась ко мне. Наши губы слились в долгом и страстном поцелуе. Я ощущал, как её горячие губы, будто обволакивали мои. Нежный язычок ласкал мой, а руки крепко обнимали меня за шею. Повернувшись ко мне лицом, Кэттерин уперлась ногами в кресло. Обняв её, я начал потихоньку расстегивать застежки на её корсете.

/До чего они тугие. Хорошо, что лифчика нет. У меня с ними всегда были проблемы…

Расстегнув корсет, Кэттерин принялась стаскивать с меня рубаху. Отстегнув брошь, держащую плащ, она расправила мою рубаху, начиная её поднимать за низ. Моё желание просыпалось с каждым разом все сильнее, смотря на обнаженное тело Кэттерин. Мягкий свет свечи удачно выделял её грудь, от чего та казалась ещё больше. Расстегнув пряжку на ремне, я резким движением стянул с себя штаны.

В свете одинокой свечи, на жестком столе, двое слились в танце страсти и любви. Оттягивая её за волосы, он целовал в шею, медленно входя в неё. Нежные стоны, раздавались по комнате глухим эхом. Скрестив ноги на его бедрах, она подталкивала его, моля о резких и грубых движениях. Он, придерживая её за талию одной рукой, второй держал её за волосы, накрутив их на кулак. Резкими, глубокими движениями, он выбивал из неё стоны, нежно целуя в шею и ключицы. Сбросив документы со стола, он положил её на стол. Опускаясь ниже, он целовал её, даря нежность и ласку там, где дамы её общества еще не знали ласк.

Новые ощущения Кэттерин приняла, наслаждаясь нежностью и лаской возлюбленного. Сильные руки, с мозолистыми ладонями, очень ласково трогали, ласкали о обнимали её, даря наслаждение не только физическое, но и психологическое. Нежность Антона сводила её сума, но вот он прекращает её ласкать и, схватив её за бедра, резко притягивает её к себе. От неожиданности и резкой перемены в поведении, Кэттерин чуть слышно взвизгнула. Он завис над ней, опираясь одной рукой на стол, а другой нежно взяв её за шею, зарываясь пальцами в волосы.

Антон медленно двигался, наслаждаясь и даря наслаждение. Не желая прерывать наслаждение, он старался делать все медленно, но страсть и звериное желание «обладать», все-же побеждали его разум. Не меняя позы, он схватил её за волосы и прижал к себе, от чего Кэттерин обхватила его руками, вцепившись ногтями в его спину. Под сладкие стоны Кэттерин, словно в унисон, Антон двигался, наращивая темп и силу.

Два мокрых, от марафона любви, тела, лежали на полу. Завернутые в шкуру какого-то животного, некогда служившего ковром, они обнимались, унимая бешеный ритм сердец.

-Что это было? – первой прервала тишину Кэттерин.

-Ты, о чем?

-Я о том, что ты… там… – Кэттерин покраснела и почти шепотом продолжила – меня ласкал…

-Тебе не понравилось? – искренне удивился я.

-Понравилось – не поднимая глаз, почти шепотом ответила она – я не знала, что так можно. Это не грязно?

-Как может быть грязно, доставление удовольствия? Всё, что может приносить удовольствие, в отношении двух любящих – это хорошо!

Вот и рассвет. Мягкие лучи солнечного света проникали через щели шатра, медленно продвигаясь по стене шатра. Кэттерин и Антон лежали не подвижно, думая о своем. Она лежала на его груди, теребя волосы. Он, заведя одну руку за голову, смотрел на потолок шатра.

/Вот сколько здесь живу, ни разу не захотелось курить. Всё-таки этот мир прекрасен, если не брать в расчет жестокость и насилие, которое здесь творится.

Через пару часов, когда они умылись и привели себя в порядок, Антон вышел из шатра. Направляясь к лоханям, он рассуждал уже с чистой головой, нежели прошлым днем.

/После того, как мы прорвем ряды орков, необходимо максимально быстро уйти вперед, а то нам придется думать о том, что в спину может прилететь нож. Совсем не хочется умереть от руки предателя. Остается другая проблема, а именно – мы не знаем, что у орков запасено в рукаве и кто там может нас ожидать. Вполне возможно, что тот самый маг может быть именно там, куда мы хотим бежать.


Сняв рубаху, Антон встал под импровизированный душ, начиная намыливать тело. Находясь в своих мыслях, он не обратил внимание на то, что с обоих сторон встали ещё люди. Посмотрев по сторонам, он опешил. По левую руку, ехидно улыбаясь, стоял некромант, намыливая свое бледное и изнеможённое тело, он искоса посматривал куда-то за спину Антона. По правую руку стоял Горт, с аналогичным выражением лица, тот просто держался за бочонок с водой.

-Нет, а что, дело молодое… страсть… все такое… - хихикая начал Горт.

-Да нет, я тоже все понимаю – продолжил мысль некромант – но вот увечья, полученные в бою, смотрятся куда гуманнее и не такие кровавые…

Не понимая, о чем эти двое, я начал намыливать грудь. Когда потянулся намыленной губкой к спине, до меня дошло. Спина, покрытая глубокими царапинами и местами порванная, горела от соприкосновения с мылом. Было ощущение, будто на рану начали сыпать соль и поливать спиртом.

Не выдержав, эти двое, чтоб им пусто было, разродились истерическим смехом. Если Горт просто стоял и ржал, то некромант упал на деревянный помост, служивший стоком для воды и начал кататься по нему, держась за живот. Эта истерия сопровождалась моими яркими эпитетами и злобными высказываниями в их адрес, пророча им не очень ласковый исход, путем насильственных действий с каждым.

Не дожидаясь, когда эти два гада успокоятся, я направился к клерику, который дежурил у входа к баням. Тот, скрывая смех и некую зависть в глазах, залечил мне раны, сказав, что такого рода раны не заживают полностью. Они оставят шрамы, но главное – это было избавится от боли на спине, остальное не важно.


Тем временем, на женской стороне бань.


Кэттерин, также желавшая принять горячую лохань и душ, смыв с себя пот, устроилась под горячей струёй душа. Нежась под горячими струями воды, она закрыла глаза и наслаждалась легкостью и свежестью тела. После секса, от которого коленки тряслись, мышцы ягодиц и спины болели, после продолжительного напряжения, она не сразу обратила внимание на то, как в её сторону смотрели воины женского кавалерийского полка.

Девушки тихо переговаривались. Кто-то посмеивался, смотря на Кэттерин с не скрываемым презрением. Некоторые с завистью осматривали её, а подошедшая к ней Олла, шлёпнула её по попе, привлекая внимание.

-Деточка, ты хоть-бы скрыла засосы на шее… ладно на теле… их можно принять за синяки… а вот отпечаток ладони и след от зубов – тут лучше сразу к клерикам обратится… а то такое ощущение, будто тебя отмутузила толпа детишек, а напоследок, кто-то шлепнул по попе и прикусил за зад…

Покраснев, Кэттерин попыталась посмотреть на свои ягодицы, от чего чуть не свернула себе шею.

-Гро-о-о-о… да как-же так получилось? Вот позор… – присев на корточки, с досадой прошептала Кэттерин.

В её глазах читалась паника и стыд. На её женственном, сексуальном теле и в правду были десятки маленьких засосов. Некоторый дискомфорт на теле, от опухших, отдельных мест, Кэттерин и сама ощущала, но вот остальное оказалось для неё сюрпризом.

-Да не позор… - вступилась Олла – просто у многих барышень тут мужика нет… а у некоторых и не было вовсе… Женская зависть, она хуже укуса ядовитой гадюки!


Замок графства Мартирр.


В комнате летали частички пыли, видимые на одиноком лучике солнечного света, пробившегося через щель плотно задернутых штор. Свет падал на письменный стол и часть ковра. Через тень прошел кто-то, чьи идеально отполированные сапоги отразили часть солнечного света на потолок. Этот человек шумно упал в кресло, издав нелицеприятный звук скрипучего, старого, кожаного кресла.

-Леди Майли – обратился сухой, мужской голос – ваш приказ мне ясен, однако, прошу принять к сведению, что сейчас не время.

В комнате зажглась свеча, освещая комнату своим таинственным светом.

-Сейчас самое время! Нам необходимо защитить императора и империю, а эти заговорщики пытаются воспользоваться моментом и узурпировать власть. Мне всего-то нужно, чтобы один заключенный не проснулся утром, а один граф не смог справится с врагом и погиб от меча или дубины…

-Но ваш отец и император запретили вмешиваться в правосудие! – повысил голос мужчина – Вы ведь понимаете, что если узнают правду, то вас возьмут под стражу!

-Не переживайте так – мягко, но настойчиво сказала леди Майли – это будут несчастные случаи! Ведь всякое случается…

-Дело ваше – на выдохе произнес мужчина.

Он хотел еще много чего сказать, но зная леди Майли, он решил не тратить собственных сил и сделать так, как ему велели.

Мужчина поднялся с кресла и коротко поклонился.

Вскоре, когда тот покинул помещение, леди Майли потушила свечу и раскрыла шторы.

Сегодня она была в прекрасном настроении. Хотелось петь и плясать. С самого утра она смогла договориться и достать через посредников очень сильный яд, который невозможно распознать даже магически. Оставалась одна загвоздка, а именно: найти того, кто сможет воплотить её план в действие, не выдав себя и её соответственно.

Майли сегодня надела пышное платье. Ей не нужно идти в образе сильной женщины, не надо принимать гостей. Она в замке одна. Пышное платье, декольте которого очень удачно выделяет грудь, прижимая её так, что ложбинка смотрится очень аппетитно, а прическа, над которой трудилась её личная служанка, делала её очень женственной и нежной.

-Когда граф «падет смертью храбрых» - наигранно сделала она голос похожим на мужской – я, наконец, смогу найти себе мужа, а то от стресса голова болит и спину ломит. Господи! – воскликнула она – дай совершить правосудие, хоть и не самым лучшим способом…

Леди Майли кружилась в платье, пританцовывала и хохотала.

Император, как и папа, запретили ей выезжать из графства, но вот веселиться они не запрещали.

Доклады и письма приносили регулярно, оповещая о последних новостях, перед сражением. Многие были сухими и однообразными, но вот доклады от шпионов Кэттерин, та любила. Были там и курьезы, и слухи, некоторые выражения Малика и Рохана, особенно запомнившиеся Теням. Сэр Рохан, имея не самую милую мордашку, обладал редким обаянием и исключительной притягательностью, как мужчина. После того случая, когда Рохан спас императора, графиня стала чаще получать сообщения о курьезных и героических поступках Рохана, однако отчеты, касающиеся личной жизни, в особенности его связью с леди Кэттерин, Майли не могла читать без зависти. И вот сейчас, когда она взяла со стола свежий доклад, немного погрустнела.

-Так – развернула она фолиант с докладом – ля-ля-ля… подготовка…ля-ля-ля… проблемы с личным составом… ля-ля-ля… ВОТ! Нашла!

Загнув фолиант на нужном ей месте, леди Майли села на край кушетки. Ноги немного сводило от туфель, но с непривычки иного она и не ожидала. Сняв тесные каблучки, она подложила одну ногу под себя, свесив другую, и развалилась на мягкой коже удобной кушетки.

/ … утром, когда большая часть воинов проснулась, сэр Рохан был замечен с многочисленными ранениями на спине, параллельно с тем, леди Кэттерин была замечена с большим количеством синяков на теле. Оба были не выспавшиеся, но счастливые. Было подозрение, что вышеупомянутые были на тайном задании, однако наблюдающий за ними, не был в интимной связи с противоположным полом, от чего и не мог предположить иного. После тщательного разбора нашими аналитиками, был принят единогласный вердикт: между леди Кэттерин и сэром Роханом была интимная связь. Причины и мотивы нанесения друг другу увечий, мы определили не точно. Наблюдение в нутрии помещения не производили, однако звуки, доносившиеся из шатра, подтверждают наши предположения.

У сэра Рохана были выявлены многочисленные рваные раны на спине и ссадины на коленях, ягодицах и ладонях. Также были опухшие губы. У леди Кэттерин были многочисленные «синяки» по всему телу. Большая часть была на шее, груди и интимной зоне. Также отмечено, что походка обоих была иной, нежели до их «уединения». Общее время «уединения» составило три часа двадцать три минуты.

P.S. Леди Майли, прошу вас дать мне двухдневный выходной, дабы восстановить нервы и привести в порядок психику. Та ночь была самой запоминающейся, после моей первой брачной ночи. Лейтенант Ленина Пак.


Перечитав доклад, графиня впервые за утро нахмурилась. Настроение пропало, собственно, как желание танцевать и читать доклады дальше.

-У кого-то всё, а у меня даже муж мужеложец… - тяжело выдохнув, пробормотала Майли.


Первая линия армии империи. Северные границы.


Выжженное поле, по среди которого стоял копейщик, напоминало о прошедших боях. Тлеющие угли и прах некогда сочных растений, был по всюду. Копейщик пристально вглядывался в даль, пытаясь высмотреть противника. Самая сложная часть дозора и разведки – это не уснуть и не уйти раньше, чем получишь достоверную информацию.

-Есть! Сотня! – крикнул копейщик – даже две!

Выдернув копье из безжизненной земли, он быстрым шагом направился к лагерю. Между ним и лагерем было примерно три часа пешим маршем. Вытащив из-за пазухи серую склянку, жидкость в которой переливалась искорками, он отхлебнул глоток.

-Ненавижу вкус черного колючника… - процедил тот, вытирая остатки зелья рукавом.

Вокруг копейщика вспыхнула желтая вспышка и тот побежал. Благодаря зелью, он бежал с немыслимой скоростью, способной дать фору любому рысаку.

Спустя десять минут, копейщик уже шел в сторону шатра командира разведки.

-…что значит нельзя? Надо! Это приказ! – доносилось из шатра.

-Да я тебя на кол посажу! Нельзя их отправлять на верную смерть!

-Тогда твои предложения?

-Выманим часть … большую часть сил на себя, а солдаты пойдут убивать остатки.

-Сколько тебе объяснять, что жертв не избежать!

Оживленная дискуссия, а точнее ожесточенный спор, был прерван одним из часовых, который уведомил ругающихся о появлении разведчика.

Войдя в шатер, копейщик застал своего командира и сэра Горта. Оба были красные и запыхавшиеся. Ярко фиолетовый фингал красовался на лице командира разведки.

-Какие новости? Давай быстрее – приказал командир.

-Две сотни орков в десяти часах от лагеря, сэр.

Холодные капли пота упали на стол. Горт, медленно повернувшись к капитану разведки, воткнул в цент столешницы тесак, с лезвием в три ладони.

-Когда ты сможешь его воткнуть в стол также глубоко, как и я – поднимаясь из-за стола, начал Горт – я позволю тебе указывать как мне стоит распоряжаться жизнями вверенных МНЕ людей.

Выйдя из шатра, Горт стараясь не сбивать шаг, вытирал выступивший на лбу пот.

/Не время молодняк отправлять на смерть! Не время… их ждут дома… а мы уже отвоевали своё, вот нам и помирать… плевать на приказы, я не поведу сопливых на смерть.

В голос рыкнув, Горт привлек к себе внимание.

-Слушай меня! – командным голосом прорычал Горт, поднимаясь на бочонок – Ветераны, со мной во главе, отвлекут огров и волколаков на себя, а молодые пойдут на прорыв. Всё ясно?

Гробовая тишина, казавшаяся вечной, прервалась. Ветераны всё правильно поняли.

-Горт – обратился один из гномов – я всё понимаю, ты жадный и все такое, но стоило тогда молодых отправлять на войну? Мы можем и сами всех изрубить, или ты хочешь, чтобы все лавры достались юнцам?

По доброй, тщательно скрываемой отроческой улыбкой гнома, читались слезы благодарности. Не было того родителя, который был готов отправить на смерть своё чадо, а вот с обычными орками те справятся.

-Да заткнитесь вы, старые шашки… -прервал его Горт - дайте и юнцам опыта набраться, а с шелухой мы справимся, подле поможем им, если ещё нужно будет…

-Ага, мечи вытереть и пыль с доспеха стряхнуть – выкрикнул один из молодых воинов, от чего настроение войска поднялось.

Молодые воины смеялись, хвастались силой и делали ставки на количество убитых ими орков.

/Смех — вот что больше всего греет душу перед боем. Но не дай всевышний, если это будет их последний смех…, и я постараюсь… я всех выведу… их не убьют… - думал Горт, рыча и давя в себе горечь. Он понимал, что из боя выходят не трусы, а те, кому посчастливилось. Ведь какой-бы у тебя не был опыт в бою, ты не можешь предугадать всего.

Грохот копыт извещал об приближении кавалерии. Две сотни кавалеристов прибыло. Именно эти две сотни должны привлечь внимание основных сил орков, но вот в бою против волкодавов и огров, они бессильны. Большая часть кавалеристов это, и сама понимает, но приказ, отданный императором – это приказ, отданный во имя мира и жизни.

К вечеру, когда все приказы уже были отданы, а воины хорошо отдохнули, наступило время долгого и выматывающего ожидания. Орда не спешила нападать, скорее всего, они нападут на рассвете, но командующие приказали усилить патрули и дозоры.

Когда солнце уже вышло из-за горизонта, орда стояла на границе, гордо выпячивая грудь и показывая всю свою решительность. Лучи солнца отражались от острых алебард, кривых, но искусно заточенных мечей, больше походивших на огромные тесаки.

-Агр-р-р-р-р! – раздался боевой рык орды.

Подняв оружие к небу, орда, хаотично, беспорядочно бросилась в атаку. Сильно растягиваясь в атаке, воины орды бежали на верную смерть. Вся граница, благодаря разведчикам и магам, была усеяна хитрыми охотничьими и артефактами-ловушками. Не ожидавшие такой подлости, атака захлебнулась.

В первой-же атаке, орда потеряла чуть больше полусотни воинов, даже не успели пересечь саму границу, завалив собственными трупами ямы и овраги.

Запах сожжённого мяса и крови било по носу. Черная копоть от обугленных трупов подымалась высоко в небо, оповещая далекие отряды орды о провале наступления. Тяжелая поступь одноглазых гигантов заставляла подпрыгивать лучников и разведку, не имевших хорошей, тяжелой брони. Громкий, гортанный, душу трепещущий рев циклопов откликался в кишках. Каждый мог прочувствовать тот самый, животный страх перед сильным и страшным противником. Коленки, предательски дрожали даже у опытный воинов, а кишки закручивались в тугие узлы.

-Стоять на месте и ждать! – приказал император по магическому громкоговорителю – Ждем, когда циклопы попадут в радиус атаки «Вакуума» сэра Рохона!

План был прост, но не однозначен. От Антона было необходимо создать одновременно несколько «Вакуумов» в нескольких местах, причем точное количество было заранее известно, но не точно. Через каждые триста метров, в шеренгу стояли циклопы. Было необходимо уничтожить как можно больше. Сами по себе они не так опасны, циклопы медленные и у них очень ограниченный угол обзора, но в тандеме с ордой и шустрыми волколаками, циклоп представлял из себя очень грозную силу.

По началу, от «языка» эльфов стало известно о не большом количестве циклопов и огров, но оказалось, что эта информация была не для каждого, а часть войск было «размазано» по всей пустыне, от чего точное количество войска, как и его состав был неизвестен и самой орде.


Антон. Центральная часть войск империи.


Пот и страх, вот что я увидел на лице разведчика империи. Молодой парень должен был передавать мне точные координаты создаваемых мной «ловушек для циклопов», которых оказывалось все больше и больше. С каждой минутой, юный разведчик, словно радист из советских фильмов про войну, передавал координаты мест для создания «Вакуума». Оказалось, что этих «точек» больше тридцати. Как бы я не хотел помочь империи, но создать столько я не смогу. Моя мана ещё не полностью восстановилась, а впереди ещё ожесточённый бой…

-Передай императору, что смогу создать только половину – обратился я к разведчику – или могу создать маленькие и везде, это сильно ранит, но не факт, что убьет их.

Парень побледнел. Видимо представив как он будет передавать эту печальную новость императору.

Глаза парня будто стекленели, когда он общался с кем-то. Кровь пошла из носа от перенапряжения, а цвет лица стал даже не бледным, а зеленым.

-Передал – вытирая вьюшку подносом, отчитался тот – император благодарит за любую помощь империи, но попросил бить наверняка.

-Понял.

Что-же, теперь самое сложное – создать «Вакуум» на огромном расстоянии от себя. Мало того, что на само заклинание затрачивается огромное количество маны, так ещё и большие расстояния и не сею секундная активация, а через определенный промежуток времени, что заставляло мой мозг буквально кипеть от натуги. Сам расчет возникновения «Вакуума» был не так сложен, а вот следить за временем активации, с учетом того, что начальное время постоянно изменяется.

Создав восемнадцать точек активации «Вакуума», я устало опал на землю. Кэттерин принесла холодный отвал Оллы, помогающий регенерировать ману, но скорость восстановления ману увеличилась не значительно, хоть отвар и смог утолить жажду и даже придал сил встать.

-Наш план не изменился – обратился я к Кэттерин – мы выступаем вместе с войском, но после прорываемся в глубь орды и ищем их штаб. Нам надо оторваться от отряда графа Мартирр и, по возможности, найти и убить того мага.

-Ты не против, если мы кинем напоследок пару пакостных ловушек для преследователей?

-Не против, но времени у нас не будет. Мы должны получить преимущество, желательно в пять – шесть часов.

-Не переживай, я наскоку их бросать буду.

Как только протрубил горн, извещая о начале боя, стройные ряды имперских войск выдвинулся вперед. Не спеша, чеканя каждый шаг, воины начали прибавлять шаг.

-В атаку! – прокричал император.

Император, сидя в седле белоснежного коня с рыжими вкраплениями и рыжей гривой, приподнялся в седле и выставил вперед руку, со сжатым в ней мечем. Войско, будто превратилось в огромный кулак, бросилось вперед. Воины ринулись в атаку с криками и воплями, не забывая о дисциплине и строе. Каждый воин, вступивший в бой, бился не как в фильмах и боевиках, они не махали мечем и не старались бить в меч противника, а старались бить в не защищенные места противника, уходя от ударов или принимая их на щит.

Как только все заклинания «Вакуум» активировались, сфера начала затягивать циклопов, сжимая их в точку, давя их тела, выдавливая кровь. Жуткая картина предстала перед всеми – некогда огромные циклопы, сжались до размера гнома, из сферы хлестала кровь, а когда действие «Вакуума» прекратилось, на землю опали изуродованные тела циклопов, не до конца поглощенные ими. Я специально оставил на своем пути двух циклопов, желая своими силами их убить, или хотя бы обездвижить.

Мы, с Кэттерин, бросились в атаку. Кэттерин скользнула под ноги первому циклопу, оставив рассекающим ударом, порезанные сухожилия на ноге гиганта. Циклоп, припав на одно колено, удачно подставился, и я, разогнавшись, подскочил на его колено и воткнул в него свой короткий меч, одновременно пропустив через него Электрический заряд. Колено циклопа почернело, а сам он начал дергаться, сжимая дубину в руках всё сильнее. Когда я вынул меч, циклоп упал набок, а единственный его глаз закатился и стал красным, от лопнувших сосудов. Пена изо рта говорила о том, что если он не мертв, то, как минимум не дееспособен на некоторое время.

Закончив с первым, мы бросились ко второму. В этот раз необходимо было обездвижить его, дав нам время на побег, а значит нужно покалечить его так, чтобы тот остался жив, а воины занялись его дальнейшим умножением на ноль.

Кэттерин бросила пузырек тому под ноги. Он разбился и в воздухе что-то очень яркое ударила в глаза. Циклоп выронил дубину и начал чесать глаза. Пока тот панически крутился на месте, Кэттерин бросилась к его ноге и перерезала сухожилие и воткнула нож в икру. Я проделал аналогичные действия, с другой стороны. Теперь оставалось бросить трос через его голову и продеть через спину к ногам.

-Арбалетчики – скомандовал император.

Вперед вышли два арбалетчика с огромными арбалетами. Одновременно выстрелив в сторону циклопа, те запустили болты, с прикрепленной к болтам веревкой, та обернулась вокруг шеи циклопа и повисла точно за спиной, вот только наш подопытный не хотел стоять на месте, от чего кончики веревки с арбалетными болтами постоянно двигались.

-Прыгай на тот конец, а я на этот – крикнул я Кэттерин.

/Умница, даже повторять дважды не пришлось. Она послушна … - думал я, улыбаясь про себя.

Схватившись за другой конец веревки, начал преобразовывать её.

Вот веревка стала толстым канатом, теперь канат стал стальным и начал утончаться.

-Давай! – крикнул я.

Мы одновременно потянули канат к земле, тот натянулся словно струна. Воткнув с другой стороны икр, я преобразовал ножи и объединил их с арбалетными болтами. Сама конструкция напоминала чем-то особо изощрённую пытку. Стальной трос душил циклопа за шею, обернувшись вокруг неё. Трос крепился за проткнутые на сквозь икры, не давая распрямиться жертве издевательской пытки. Вот циклоп и застыл в позе «Упал на коленки при игре в Лимбо».

/Надеюсь им хватит ума не бежать на него сразу… нужно просто немного попускать тому кровь и все.

Однако волколаки, бешено бросавшиеся на воинов, отчаянно боролись за собственную жизнь. Сами по себе, те были слабы, буквально от одного удара меча умирали, но их было много, и они чудовищно быстры. Один из отрядов женского кавалерийского полка додумался встать в линию, выставив копья и мечи так, что волколаки напарывались на те сами и дохли сами, чью тактику удачно переняли остальные отряды и теперь, когда волколаки нападали, все войска, как один, становились на колено и принимали тех на копья и мечи.

Воспользовавшись неразберихой и лихорадкой боя, мы с Кэттерин бросились бежать сквозь толпу орков. Орки, озадаченно смотрели на нас, бегущих в их сторону, кто-то даже порывался аналогично нам бросится на утек в том-же направлении, но опомнившись, сплевывали на землю и зло ругались.

-По-сто-ро-ни-и-и-и-и-и-сь! Мне больше всех надо! Я занимал! Мне по-маленькому! Я только спросить! – выкрикивал я, ударяясь плечом об очередных орков или уходя от их мечей и копий.


Граф Мартирр. Центральная часть оборонительных войск империи. Северные границы.


Граф бился на ровне со всеми, демонстрируя своё мастерство. В качестве война, но не забывал, периодически посматривать в зеркально отполированный меч, поправляя недавно накрученные локоны, выбившиеся из-под шлема. Очередной удар, и скулящий волколак падает мешком на землю. Граф вытирает багровым платком кровь с меча, брезгливо морща нос.

-Фу… эти твари воняют хуже собак!

-Граф – отвлек того один из его воинов – сэр Рохан пропал из виду, а императора взяли в кольцо имперский отряд паладинов. Нам не пробиться не к нему, не настигнуть Рохана. Что нам делать?

-Гадость… вот почему вы потеряли Рохана, ты знаешь?

-Н-нет… - ошарашенно ответил воин.

-А я тебе скажу. Витамины! В твоем теле не хватает витаминов, от чего зрение упало…

Всадив в живот меч, граф взял за кирасу умирающего воина и прошептал – «А я говорил вам, что за любую оплошность казню!»

-Найти Рохана! - приказал граф – делайте с ним что хотите, можно убить сразу, с девчонкой аналогично, но принесите его голову мне!

Воины в раз посерьёзнели. Они не могли ослушаться графа, но и не разделяли его методов. Некому не хотелось быть так убитым – подло и коварно. Часть воинов бросилось в разные стороны, и уже через пять минут они ринулись вдогонку беглецам.

Сунувшись на конях в самую гущу боя. Некто не смог пройти до конца, но графу доложили, что Рохан с девушкой прошли сквозь войска орды и ушли дальше.

-Измучаю! За пытаю! Всех казню и уничтожу! – кричал зло граф, зачем-то колотя землю мечем.

Когда тот успокоился, а вытекшую из носа соплю подтер слуга, граф повернулся в сторону императора и настойчиво направился в его сторону.

-Падал! Ты испытаешь все те-же муки, что и я и брат… ты будешь молить о смерти…

Внезапно поле боя дернулось. Граф остановился на пол пути, выронив меч. Голова закружилась, и он упал на землю.

- Что-то мне плохо… кажется у меня лихорадка…

Звуки затихли, шум боя прекратился вовсе. Вокруг бегали воины, орки и твари, голова кружилась и небо тускнело. Кто-то поднял графа и начал оттаскивать с поля боя.


Пустошь. Земли орков.

Бешеный темп держать долго невозможно, каким-бы ты атлетом не был, вот и мы, отхаркиваясь и упав на четвереньки, без сил пытались прийти в себя. Алмазная крошка, вперемешку с песком, забилась в сапоги и под одежду, толстым слоем осев на голове и теле, она вызывала зуд.

-Мы … мы далеко? – спросил я Кэттерин, пытаясь не выхаркать легкие.

-Нет… мы… кхе-кхе… всего в нескольких сотнях метров… нас не видно из-за… кхе-кхе… высокой травы и… холма…

/Видимо не только мне плохо… Что за едкая гадость… эти кристаллики в песке дико раздражают небо и легкие.

-Кэт… Кэттерин… кхе-кхе… что с этим песком не так?

-Это кристаллы… разве я не говорила о том, что эти земли богаты алмазами и магическими кристаллами?

-Нет…

Кэттерин великодушно рассказала мне о том, чего я не смог вычитать из книг. Оказалось, что эти земли богаты огромными залежами кристаллов, которые и сами не добывали и другим не давали, однако кристаллы стали сами выползать наружу, от чего весь песок и земля стали усыпаны как крупными, так и мелкими частицами кристаллов. Сами кристаллы безвредны, но вот при контакте с кожей становятся причиной чесотки.

/Вот она, страна стекловаты… вот садистская пустыня…

Через некоторое время, отдышавшись и немного отдохнув, мы пошли дальше. Окружающий нас ландшафт не напоминал пустыню, скорее мертвую землю, высушенную без воды и удобрений. Холмы с сухими, полыми пнями, сухие кустарники и колючки. Все напоминало о том, что здесь была жизнь, но все погибло.

Когда мы подошли к одному из холмов, откуда шел тоненький черный дымок, мы обнаружили форпост, хотя внешне он напоминал скорее старую лачугу с забором из веточек, причем между веточек могла пройти спокойно и лошадь, однако веточки были очень высокие и острые, почти три метра в высоту.

-Аккуратно тут! – шепотом сказала Кэттерин – Это форпост. Тут может быть много врагов.

-Может ну его… в баню! Я ещё не восстановился, маны очень мало, не факт, что наш злодей тут сидит.

-Ты прав, но стоит разведать обстановку.

-Думаешь, что там что-то интересное может быть? – недоуменно спросил я.

-А ты думаешь, что у нас хватит воды и еды на дальнее путешествие? У нас припасов на сутки, а мы можем искать мага недели… хотя так долго не хочется…

/А она права. Мы ведь даже не знаем как далеко от нас этот маг.

-Тогда пошли – махнул я рукой и начал приподниматься.

-Стой!

Крепко вцепившись мне в ногу, Кэттерин дернула меня назад, от чего я потерял равновесие и упал, прикусив язык.

-Тут кто-то ещё есть, и нас еще не заметили!

Осмотревшись, я увидел шесть всадников. Всадники были в глухих мантиях с надвинутыми на лицо капюшонами, но по расцветке кожаных сумок на конях, угадывался отряд графа Мартирр.

-Что им тут надо – зло процедил я – они всё же нагнали нас…

Картина разворачивалась не самая приятная. Преследователи шли по нашу душу, однако заметив эту жалкое подобие форпоста, переключили свое внимание на него. Спешившись, они подкрадывались к хлюпкому забору, а когда перешли за его пределы, громко проревело какое-то животное.

Я не успел даже понять, что случилось, но вместо хлюпкого заборчика, был той-же высоты частокол, и я уже не мог видеть, что происходило по ту сторону. По крикам и лязгу металла было понятно, что там сейчас идет бой.

Спустя несколько минут частокол стал ссыхаться. По ту сторону забора все было в крови. Несколько здоровенных орков небрежно волокли отрубленные части тел куда-то в подвал.

/Бр-р-р… жуть какая. Хорошо, что мы туда не пошли… теперь ясно, что это была ловушка…

-И что теперь? – обернулся я к Кэттерин.

-А нечего – выдохнула та – придется идти дальше и наедятся, что по пути мы встретим оазис или деревушку, а так все печально.

-А лошади? Мы ведь теперь можем на них ехать!

-Не получится. Лошади и так устали, разве не видно, что их гнали…

Все верно. Лошади даже пошатывались от усталости, а самое жуткое было то, что еды тут для них нет вообще. Как печально, что орки убили землю, что все живое тут обречено на смерть…

Проведя ладонью по сухой, колючей от частиц кристаллов земле, я почувствовал потоки воды. Меня это порадовало. Вода есть, но глубоко. Она холодная и чистая, она течет быстро, и я даже почувствовал, как волны бьются о скалу и разбиваются на капли, орошая потолок пещеры.

-Тут подземные реки… они глубоко…

-Ты их чувствуешь? – спросила Кэттерин.

-Да, чувствую… но до них нам не добраться… это больше трех сотен километров в глубь, а если начну рыть, то могу перекрыть поток, от чего другая часть земли засохнет, или у кого-то не будет воды.

-Так, а ты можешь прочувствовать от куда идет вода?

-Могу, а зачем?

-Так шаманы над этими местами строят форты и деревни, а големы вырывают колодцы…

-Так мы сможем найти все места скопления орков и того мага… - догадался я.

Ну вот наш путь стал чуть легче. Зная дорогу, можно не переживать о необходимости беспокоится о воде и еде, ведь можно в любой момент наткнуться на деревню… но в нашем случае это был опять форт. На этот раз мы наткнулись на действительно ФОРТ. Почти пять этажей каменной постройки, величественно возвышалось над двухметровыми, каменными стенами. Стена была не сильно высокой, но было видно, что в каждой бойнице есть лучник, а в башнях дозорные. Этот форт мы заметили из далека, но подойти ближе опасались, потому дождались сумерек. Когда солнце стало скрываться за горизонт, а все цвета стали смазываться, мы подобрались ближе. В метрах пяти от стены стоял разрушенный сарай с одной единственной стеной и остатками деревянной крыши, за которым мы сделали привал и смогли отдохнуть и перекусить.

Патрули оказались чаще, чем мы надеялись, а смена караула была настолько незаметна, что мы до сих пор небыли уверенны в том, что дозор вообще меняли.

-Подобраться незамеченными мы не сможем, бестелесностью я воспользоваться тоже не смогу, у меня маны не хватит… что делать будем? Постучимся со словами «Пиццу заказывали?» …

-Не нервничай, не знаю, что такое «пи-ца», но выход всегда есть, даже из замка императора имеется парочка подземных ходов… просто надо подумать…

/Да, она права. Мне нужно успокоится и подумать. В любом случае – мана сама себя не восполнит… нужно отдохнуть как следует.

Прислонившись к стене некогда маленькой лачуги, моя пятая точка резко провалилась, и я застрял. Колени оказались прижатыми к лицу, а руки прижаты к ушам. В таком положении я не мог самостоятельно выбраться из этой ловушки…

-Вот я баран… – прошептал я – это ведь песок!

Кэттерин не стеснялась и тихо хихикала в кулачек, не пытаясь мне помочь. Я, конечно, был смущен, но не показывал этого. Магически раздвинув песок, я смог выбраться из ловушки и присел на корточки.

-У меня идея! – подняв палец вверх, посмотрел я на Кэттерин.

-Ну давай, выкладывай…

-Я создам тоннель. Другими словами – я буду отодвигать песок, делая из него стены, а кристаллы будут светиться как факелы.

Идея была гениальна и проста, естественно Кэттерин, как женщина, привнесла некоторые изменения в план, но они были больше эстетические, нежели конструктивные… хотя нет… если перестать тешить собственное эго, то признаю – многие, нет, ВСЕ её изменения были очень важными, особенно в части того, где и как подниматься, а ведь я хотел в одном из углов башни, а оказывается там везде двойная кладка, посему мы… ОНА привнесла корректировку и посоветовала чуть в стороне от центра стены, где обычно были казармы и конюшни.

Пробирались мы быстро, собственно, как и испарялись запасы маны. Но вот мы и у каменной плиты форта, полметра магически затвердевшего песка и мы в форте.


Форт мага. Пустошь. Земли орков.


Каменные стены башни, увешанные магическими амулетами и расписанные белой краской, чуть видно светились. Из мебели был только стол и стул. На массивном столе были разбросаны бумаги и в хаотическом порядке стояли склянки и сосуды. На против стола была узенькая бойница, откуда в комнату падал луч света. Из противоположной стороны от окна раскрылся портал, из которого медленно и чинно выла фигура мага, глухо закутанного в мантию. Осмотрев помещение, маг прошелся вдоль каждой из стен, проводя над амулетами ладонью, скрытой черной дымкой, сквозь которую с трудом угадывались пальцы руки.

-Все нормально. Их хватит ещё на неделю – больше, чем было рассчитано, но это хорошо – в слух размышлял маг.

Сев за стол, маг положил чистый лист на цент стола, достал клок волос и положил на край листа. Взяв несколько склянок, он смешал содержимое и вылил на листок бумаги. Спустя пару мгновений листок стал светится. Маг внимательно всматривался в листок и думал.

/Это не пещера… стена… камень… нет, это песок!

Ударив себя полбу ладонью, он ругнулся и резко встал, начиная магические плетения.

-Вот молодец, вот удивил… а я думал ты простой маг, а ты маг земли… вот молодец… с тобой не скучно…


Антон.


Осторожно убрав часть пола, я вытащил голову из тоннеля и осмотрелся. Все было тихо и вокруг некого не было. Помещение оказалось конюшней – удачно…

Удар. Картинка поплыла. Темнота.

Провалившись в сон, я будто находился в невесомости. Безмятежность и тепло, голова свободна и чиста. Как не пытайся сейчас что-то сделать, я всё равно нечего сделать не смогу, так чего бултыхаться, проще расслабиться и успокоится.

Приведя мысли в порядок, я для себя понял только одно – куда не стремись, все пути закончатся тем, что исполнение просьбы … э-эм-м-м … богов?... В любом случае мне придется разобраться не только с этим магом, но и с общеполитической картиной. Не только у этой империи проблемы, скорее всего тут только сошлись взгляды небожителей, но причины шаткого состояния мирового баланса не в каком-то маге… я так думаю. Должно быть много причин и не маленьких.

Во-первых, война – это не всегда нарушение баланса, а как говорится в источниках – войны происходили с завидной регулярностью, примерно раз в сто лет.

Во-вторых, маг – не думаю, что он стал причиной нарушения баланса мира. Думаю, что за этим магом что-то стоит.

В-третьих, боги – они сами себя так назвали, но мнет нет повода не доверять им. Скорее всего есть что-то, от чего они сами не могут решить эту проблему. Есть вероятность, что они замешаны от части, вот и не хотят в разборках расшатать баланс.


Следующий день.


Как очнулся, я не буду рассказывать. Если хотите испытать в красках моё состояние, просто напейтесь до беспамятства и обратитесь на пост полиции, со словами «Мне тут рассказали, что вас, п@диков, возбуждают неприличные жесты, это правда?»

Оклемавшись, я очутился в мокрой камере. Примерно два на полтора. Одна бойница, размером с пачку сигарет, и низкая стальная дверь с окошком для еды. Под потолком, истекающая кровью, висела моя возлюбленная, и тихо стонала. Её кисти уже посинели от тугих кандалов, а окровавленный бок меня беспокоил сильнее всего.

У самого было сломано пару ребер и нога. Маны нет вообще, но пугало то, что как только она начинала восполнятся, она сразу куда-то девалась. Остается только постоянно держать «Исцеление» на Кэттерин, не давая в пустую уйти крохам маны, благо на активацию мана не тратилась.

Как только смог остановить собственное, внутреннее кровотечение, я подполз к Кэттерин. Дотронувшись до неё, я держал «включенным» исцеление до тех пор, пока гематомы не рассосались, а лицо Кэттерин не стало спокойным. Обследовав её тело, я успокоился. Все ребра срослись, а внутреннего кровотечения нет. Теперь нужно подумать о побеге.

Вот так прошел мой первый день в камере, не считая периодически вваливающихся орков, соревновавшихся в избивании моего бренного тела, он не был насыщенным и интересным.


На следующий день.


Почти час мучительных потуг, и я увидел истинную красоту магии. Мои ладони покрылись белыми пятнами, кончики пальцев наливались силой, а энергия буквально струилась по жилам. Когда я ощутил огонь на кончиках пальцев, я направил его в сторону перекрестия стальных прутьев. Пламенная струя ударилась об железо, и словно желе, стала стекать по прутьям к полу, где и вовсе остановилась, и потухла.

/Жаль. Рассчитывал на нечто более… зрелищное…

Расстраиваться было особо некогда. Сам процесс, как и результат, дали основной приток энтузиазма. Я даже немного воспрял духом, чего не сказать о Кэттерин. Она висела под потолком, закованная в кандалы. Она терпела боль от растягивающихся мышц и связок.

Сегодня наши надзиратели нас не били. Они приходили уже дважды, но только как-то загадочно ухмылялись и бросали миски с баландой. Черти они…

- Кушай, давай – приговаривал я, кормя Кэттерин с ложечки.

- Антон, мне больно и страшно. Они нас убьют – всхлипнув, Кэттерин заплакала.

Я ее такой не видел. Она рыдала на взрыв, проклиная себя за слабость, а кто мог знать, что по ту сторону стены нас ждала ловушка.

Моя мана теперь напоминала тоненький ручеек, текущий по скалам. Я был слаб, вся мана уходила на лечение собственных ран и переломов, Кэттерин я исцелил сразу, как нас оставили одних. От стен исходил противный запах и подозрительные пучки энергии. Такое ощущение, что там было нечто, что высасывало ману из меня, от чего она не накапливалась.

- Эти ублюдки сделали тюрьму из «черного соперника». Эта гадость питается маной, а еще … стена заговоренная. Нам не освободиться без магического ключа или заклинания отпирания замков – понуро сказала Кэттерин.

Что ж, раз мне не восполнить ману, то стоит ее сразу преобразовывать, ведь эта гадость питается самой маной, а не заклинаниями, созданными благодаря ей.

Начав процесс преобразования под полом, я начал очищать песок и создавать металл. Получалось плохо, но уже через час я смог создать две болванки, которые станут для Кэттерин новыми парными мечами. Оставив заготовки, я подошел к Кэттерин. Приложив ладони к черным кольцам цепей, я прочувствовал магическое заклинание и нити зачарования.

- Ерунда- прошептал я – за минуту сниму и даже не вспотею. Но вот сами кандалы придется преобразовывать в что-то мягкое или хрупкое. Ты главное не переживай, я нас вызволю.

- А оружие? Я без него абсолютно бесполезна.

- Все будет, не переживай – заверил я, натянув самую свою очаровательную улыбку, однако Кэттерин от нее передёрнуло.

День прошел очень тяжело. Я постоянно напрягал себя и свой мозг, стараясь изготовить оружие для Кэттерин, причем я его абсолютно не видел. Находясь на глубине более метра под полом темницы, два клинка постоянно затачивались и закалялись. Параллельно с закалкой металла, я старался зачаровывать их, вплетая в клинки магические усиления и зачаровывая только на одного владельца. При попытке отобрать или захватить это оружие, оно вопьется в руку злоумышленнику, превратив запястья в обрубки мяса.

На следующее утро нам принесли завтрак. Большая тарелка с непонятным содержимым вызывала рвотные рефлексы. По уверению не разговорчивого орка, это был гуляш. Мысленно пообещав скормить ему этот гуляш, я отодвинул его к стене темницы.

- Сегодня мы выберемся- прошептал я Кэттерин.

- Надеюсь нас спасут- будто не услышав моих слов, прошептала она.

Подойдя к стене, которая ощущалась как место, куда всасывалась вся моя мана, я приложил руку к стене. Почувствовав под пальцами нечто теплое и слизкое, я напряг все тело, пытаясь перебороть поток маны и забрать хотя бы крупицы, необходимые мне доя заклинания.

Палиться нельзя. Стена должна быть целой, а вот ее содержимое можно уничтожить. Вложив в руку все крохи маны, я снова попытался вызвать пламя, но не то, материальное, а магическое, способное спалить ману.

Пару секунд ничего не происходило, но, когда меня начало трясти от натуги, а холодный пот выступил на лбу, в стене что-то зашипело. Я упал навзничь. Сил нет, собственно, как и маны, но я научился ее чувствовать. Теперь я не только вижу магические заклинания и нити, но и могу ощущать ману, ее источники и потоки.

Теперь в мое тело стала возвращаться мана. Огромные потоки маны хлынули из воздуха, земли и даже из той стены, где еще минуту назад жило нечто, что сосало ману. Я чувствовал, как она растекается по венам, как вода, старающаяся заполнить пустую емкость.

Лежа на холодном полу, я активировал радар.

/Пусто. В радиусе пяти километров нет союзников, нет даже оргов и огров. В самом здании всего шестнадцать существ, из которых пятнадцать орки, а вот последний не определился. Видимо это и есть тот самый маг. Таинственный подонок, устроивший эту войнушку.

- Проснись и пой, любимая! Я тебе подарок принес! - громко и радостно, в полный голос произнес я.

Кэттерин недоуменно подняла глаза, скептически изогнула бровь, будто сомневалась в моем психическом состоянии.

Я приложил ладонь к камню, под которым лежали два, недавно созданные мной, клинка. Камень рассыпался на песок. Засунув руку в него, я достал из него два клинка. Лицо Кэттерин вытянулось в безмолвном недоумении.

- Когда и как успел? Ты без маны способен предметы создавать? Ты как можешь колдовать…

Не отвечая на ее бесчисленные вопросы, я медленно поднялся с холодного, каменного пола и подошел к ней ближе. Аккуратно положил руку на ее кандалы и посмотрел в ее глаза.

- У меня пошлые мысли, а ты слаба и не сможешь сопротивляться…

Я поцеловал ее. Страстно и долго, будто в первый и последний раз. Не охотно, но она поддалась. Свободной рукой, я прижал ее к себе, да так крепко, что и сам не ожидал. Одновременно я изменял структуру кандалов, делая их хрупкими и тонкими.

Уже через мгновение, когда Кэттерин забылась в страстном поцелуе, она опустила руки, чтобы обвить их вокруг моей шеи.

- Я обещал тебя освободить – я выполнил обещание!

Кэттерин смотрела недоуменно на меня. Переведя взгляд на свои запястья, она не произвольно взвизгнула, после посмотрела на пустые цепи, свисающие с потолка.

- как? – шепотом спросила она.

- Я ведь не маг, я демиург, а это значит, что мне подвластно все.

Аккуратно опустив Кэттерин на пол, я взял с пола два клинка и протянул их ей. Два абсолютно одинаковых, черных клинка зачаровывали. Они напоминали разряд молнии. Такие же ломаные линии и резкие переходы. Они были обоюдно острые, эфесы были выполнены в виде спиралей с заостренными крюками.

Взяв их в руки, Кэттерин удивилась еще больше.

-Они легче чем мои стилеты! Ай…- Кэттерин поморщилась.

- Не бойся. Ты их хозяйка. Я наложил чары на них. Теперь, если их возьмет кто-то кроме тебя, ему будет уже нечем чесать зад…

-А что это за сталь? Я такой не видела.

Кэттерин крутила их в руках, разглядывая с разных сторон, будто колечко с бриллиантом.

- Не знаю, я просто взял песок и сделал из него два клинка.

- Это великолепные клинки! Они крепче и острее тех, какие куют лучшие оружейники империи, даже гномы куют намного хуже.

- Я в правду не знаю, но они твои. – оглядевшись, прислушиваясь к стенам, я проверил радар. Все было спокойно.

/Надо добраться до того мага как можно скорее, и убить его. Не думаю, что я смогу уговорить его прекратить дурить головы орков. Но, между нами, целых два поста охраны, а еже два этажа. Бесшумно нам не пройти. А что, если пройти сквозь стены… но маны может не хватить… а без сил туда лучше не соваться.

- У нас не так много вариантов, лисичка моя.

- Какие есть?

- Первый- с шумом пробиваться к магу и надеяться, что он дождется нас и не убежит; второй- бесшумно выбраться из этого форта и бежать…

-Я надеюсь, что этот маг очень крепко спит и не хочет убегать – сказала Кэттерин, разглядывая свои новые «игрушки»- ты ведь не зря их мне подарил, их нужно опробовать!

- Хорошо, тогда делаем первый шаг!

Взрыв. Громыхнуло сильнее, чем ожидал. Мелкие осколки камня, шрапнелью прошили орков, стоявших за стеной.

- Рядом ведь была дверь! Ты что, забыл, как ими пользоваться? - спросила Кэттерин, перешагивая через трупы.

Ее театральная, наигранная озабоченность прямо кричала о том, что она искренне радуется бою и резне, а сейчас будет именно она.

-Прости, я думал, что стоит сделать еще дверь, а то та узенькая и тесная.

Медленно и степенно мы шли по коридору. На пути попадались редкие подкрепления орков, но Кэттерин не давала им и шанса, разрезая их отточенными движениями. Каждый точный взмах сопровождался хрипом и глухим ударом тел о пол, даже кровь не успевала брызгать из тел, только после удара о пол, места разреза багровели и начинали истекать кровью.

Добравшись до лестницы, Кэттерин уже успела перебить половину всех присутствующих. Уже у самой двери, за которой был тот самый маг, мы остановились. Кэттерин хотела открыть ее, но я прервал ее.

-Она с ловушкой. Отойди.

Сделав пас рукой, я снял все магические заклинания, но за самой дверью, согласно радару, стояло шесть арбалетчиков и один маг. Что делать, придется разочаровать их. Прижав Кэттерин к стене так, чтобы ее случайно не задел арбалетный болт, я создал «Вакуум» и сломал дверь. Как и ожидалось, в проем были выпущены болты. Все шесть болтов пролетели мимо.

Одним ловким движением, Кэттерин оказалась в комнате и уже махала клинками.

— Вот бестия - прорычал я, вбегая в комнату.

Кэттерин лежала на полу. Она была жива, но без сознания. Фигура в балахоне стояла в дальнем углу комнаты.

- Она жива - сказал маг – но не на долго. Сначала я устраню тебя- мою проблему, а потом займусь ей. Тебе не стоило рушить мои планы, и так ты задержался на этом свете.

Не желая поддерживать разговор, я бросил пару разрядов в сторону фигуры, присел, пытаясь опередить возможную контратаку и сделал выпад в сторону мага.

Темная мантия была поражена в нескольких местах. Обуглившись, она распалась, а перед моим взором появилась девчонка.

Маленькие, круглые пенсне, конский хвостик. Она была одета в тонкую, почти прозрачную рубаху, под которой было белье, но оно походило на спортивные шортики на завязках и спортивный топ.

-Оп-па… - ошарашенно выдал я, ожидая увидеть перед собой седого мага, а не молодую девушку, лет двадцати- я девушек не бью…

Девушка замерла. Ее лицо было не только озадаченным, но и испуганным. Руки задрожали, а из глаз покатились слезы. Упав на колени, она закрыла ладонями лицо и зарыдала.

- Не нашла… провалилась… ничтожество… - невнятно бормотала она.

Мысли буквально взорвали мой мозг. Мало того, что она не пыталась меня убить, так она еще и плакала как ребенок.

/Ну и что мне делать? Я ведь и убить ее не могу, и отпустить ее нельзя…

- Ты кто такая? – спросил я, стараясь выглядеть как можно суровее.

Девушка отвела ладони, и на меня смотрели красные от слез глаза. «Отчисленная студентка первого курса» — вот какие мысли у меня крутились в голове. Ну не как она не походила на таинственного мага. Всхлипнув носом, та насупилась и обиженно, почти рыча сказала - Лили. Меня Лили зовут, и я не отступлю от цели, я закончу дело, даже если я умру!

Встав с колен, она вытерла слезы, приподняв очки, и бросилась на меня. В левой руке уже пылало заклинание, по цвету и форме, напоминавшее огненный шар, а на правой руке выросли опасного размера ногти, напоминавшие по остроте и длине ножи для разделки рыбы.

Режущий удар и всполох магии. Моя кожаная куртка была прорезана когтями, но я не пострадал, а огненный шар я остановил ладонью, перерезая нити магии, одновременно хватая студентку за запястье.

- Успокойся! Объясни мне, зачем ты пыталась убить меня и чем я мешаю тебе? Ты ведь своими действиями нарушаешь баланс в мире! – кричал я.

Северные границы.

Не человеческие крики, вой собак и ржание кобыл, лязг металла и хрип захлебывающихся в собственной крови воинов. Среди этого хаоса, среди паники трусов, бегущих с поля боя, Горт степенно и нарочито медленно шел к огромному циклопу. Стальной доспех, громоздкий и закрывающий почти весь торс сплошным листом стали, казался невыносимо тяжелым, но он совсем не мешал ему двигаться. Неудачно подворачивающиеся подругу орки, молниеносным, отточенным в сотнях боев движением руки, отправлялись к про отцам. Двухметровый, покрытый шипами и мелкими лезвиями, вдоль рукоятки, молот, весил тяжелее чем десять двурушников, однако Горт с легкостью им орудовал, будто это был обычный меч полуторник. Очередной взмах молота, и чьи-то мозги разлетаются по земле.

- Сэр Горт! – окрикнул того один из офицеров- нас сделали для вас коридор!

- Молодцы! А сами чего не идете в бой?

- Так мы прикрываем вас, сэр.

Молча, но коротко поклонившись, в жесте благодарности, Горт направился на циклопа. Восемь метров мяса, почти в трое больше и сильнее любого элитного воина, но с очень большой «слепой зоной» и катастрофически медленный, циклоп не представлял особой помехи для большинства опытных воинов, однако его регенерация была такова, что он мог продолжать сражаться даже без ног и рук, а значит его нужно было убивать ударами четкими и сильными. Слабым местом циклопов был глаз и сердце, собственно, как и у всех, но только в эти две точки имело смысл бить.

Подойдя к радиусу удара циклопа, Горт остановился.

-Лучники- скомандовал Горт- целься в глаза. Мечники, атакуйте по нижним суставам!

Опустив к земле молот, Горт начал медленно отводить его назад, принимая стойку и готовясь к мощному удару.

-А-а-а-а…. – кричал Горт, привлекая внимание циклопа на себя.

Пара метких лучников смогли попасть в глаз циклопу, несколько удачных ударов мечников и топористов смогли перерубить лодыжку и тот упал на одно колено. Горт, низко опустив торс, почти в плотную к земле, выставил левую руку перед собой, словно прицел, и молниеносно, набирая скорость, рванул в сторону циклопа. Обманный, скользящий замах с низу вверх и молот оказывается за спиной Горта, в прыжке, оттолкнувшись от колена циклопа, Горт падает по направлению к груди великана. Один, всего один мощный удар, и грудь циклопа разлетается на мелкие кусочки, оголяя сердце и лёгкие.

- Умри, подонок- зарычал Горт.

Быстрым движением, тот вонзил руку в оголенную грудь циклопа и сжал сердце. Не менее быстро он вырвал его. Еще бьющееся сердце циклопа он поднял над головой. Туша гиганта упала навзничь, будто вся жизнь вышла разом.

Из бьющегося сердца брызгала бурая, густая кровь, пачкая стальные перчатки Горта. В победном рыке, Горт продемонстрировал свое мастерство и силу, даже с учетом того, что одной ноги у него не было. Самый лучший протез, какой могли сделать для него имперские кузнецы, не сравнится с мастерством его личного кузнеца, друга еще с военной академии и бывшего императорского кузнеца, а ныне обычного провинциального оружейника.

Боевой дух армии был поднят, теперь, когда воины увидели с какой легкостью, смог командующий одолеть самого опасного и крупного противника, они и сами смогут с меньшим страхом идти в атаку.

-Сэр, наши войска следуют плану. Уже через несколько часов мы одолеем силы противника и сможем укрепится на этих позициях - доложил один из командиров разведки.

- Отлично!

Положив руку тому на плече, Горт по-отечески улыбнулся и указав в сторону солнца, шепотом сказал – не расслабляться, с той стороны холма уже подкрепление врага. А за ним наши два лучших воина, от которых зависит исход войны.

- Сомкнуть ряды! – скомандовал Горт - взять остатки врагов в клешни и ждать второй волны!

Поле боя перестало напоминать хаотично бегающий муравейник. Уже через сорок минут тесные ряды, сильно проредившего войска Горта, стояло в ожидании новой волны. Никто не смотрел на багровый песок, некто не смотрел на солнце. Все стояли и ждали новых команд. Ждали подкрепления из лагеря, и с замиранием сердца, молились всевышнему об отсрочке своей смерти, но никто не хотел убежать. Никто не думал о страхе и трусливых намерениях. Каждый был готов сложить голову за брата, за друга и товарища, но и об империи думал также всякий. Воину с самых ранних лет говорили о чести и мужестве, о том, что именно от них будет зависеть- умрут их близкие или будут жить.

Северные границы. Император.

Близится закат. Теплые лучи солнца дарят тепло уже слабо. Небо окрашивается в багровые краски, напоминая о том, что жара в пустыне спадает, а ночь принесет холод и тьму. За далекими, безжизненными краями выжженной земли видны вражеские отряды подкрепления. Собственное подкрепление ещё не так близко…

/Плохо… надеюсь, что мы продержимся до прихода новых сил – думал император.

Хранить спокойствие, хотя бы только на лице – было очень тяжело. Бравый конь смертельно устал, руки болят и трясутся от напряжения, но бой ещё не окончен… хотя для тех, кто положил свою жизнь на этом поле, он окончен.

Уже совсем скоро начнется вторая волна наступления, а воины истощены. В глазах их читалась усталость и отвага. Даже старые воины, кои пережили больше всех войн, и те валятся с ног.

Согласно докладам разведки, вся линия обороны границы выстояла, потери минимальны, а враг получил невосполнимые потери. Но сейчас император думал не как полководец и главнокомандующий, а как «Отец империи» и император, и думы были его не радужные. Способными вести бой не так много, и те устанут уже через час сражения, а враг огромен по своим силам. Может не так искусен в бою, но его численное превосходство подавляет.

- Всем готовится к бою! – приказал император, обращаясь к своему помощнику – включить магический транслятор над моими войсками!

Маги, кои были в каждом из войск и отрядах, включили магический транслятор. На земле, на уровне взгляда каждого воина появился магический образ императора. Слабый, дрожащий от истощения сил у магов, но всё же узнаваемый, знакомый и родной образ императора.

-Воины! Нет… братья и товарищи! Впереди наш последний бой. Не каждый выживет и не каждый останется цел… Не буду вам врать… я больше вас боюсь, но я и горд не меньше вашего, что сейчас стою с вами, плечом к плечу, за нашу империю, за родной дом и семью. Спасибо каждому из вас, спасибо за отвагу и силу. Империя… нет, я не забуду каждого из вас… а сейчас я хочу попросить вас продержаться. К нам идет подмога, но она не успеет подойти к началу битвы, а потому – держитесь! Я буду сражаться вместе с вами, и если я паду на поле боя, трон перейдет по наследству, но вот моя душа останется здесь! Здесь, среди вас, в каждом из вас… в памяти и душе каждого из вас…

Воины молча подняли оружие. Над полем битвы воцарилась гробовая тишина. Каждый воин для себя принял единственно важное решение – сражаться до конца.

Миллионы копий, мечей и топоров, десятки тысяч луков и посохов были направленны в небо, ночное небо северной границы империи. Единогласный, на выдохе, но четкий и уверенный ответ императору прокатился по всей границе – «Стоим за жизнь!»

Словно шепот, он промчался по земле. Он был настолько сильным, что войска орков, бегущие в свою последнюю атаку, перешли на шаг, некоторые, слабые духом воины и звери, почуяв силу и отвагу врага, остановились и даже попятились.

Армия империи, воины, чьи имена уже занесены в историю империи как бессмертная армия, стояли как один. Глаза их были направленны на врагов. Из-под шлемов и капюшонов, на грязных, залитых кровью и потом лицах, была уверенность и сила, улыбка предвкушения боя, сила воли и желание защитить.

Когда Орки подошли к границе, где был прошлый бой, их взору предстала выжженная, мертвая земля и песок, сотни тысяч трупов, воронки от магических взрывов и войско. Сильное, злое войско империи, которое не собиралось не только задаваться, но и даже уступить метр земли. Воины смотрели сурово и кровожадно, смотря прямо в глаза, и каждому из орков казалось, что все смотрят именно на него.

Глава 3


Боже, боже, исполненный власти и сил,Неужели же всем ты так жить положил,Чтобы смертный, исполненный утренних грёз,О тебе тоскованье без отдыха нёс?..

Александр Блок



Малик. Северные границы.

Малик прибыл с подкреплением. Вторая волна орды уже напала на остатки армии империи, но с упавшим боевым духом и не решительными атаками, в подкреплении империя особо не нуждалась. Орки старались больше защищаться, а волколаки с боевыми кабанами, не лезли вперед орков и огров, атакуя исподтишка. Атака захлебнулась.

Малик бросился в бой, аккуратно расталкивая союзников и выкрикивая заклинания усиления.

-Каменная кожа! Паника! Когти гуля! Стальной кулак! Морозный крик! – кричал Малик, продвигаясь вперед.

«Танец» начался. Отточенные движения огромного палаша, размер которого внушал животный страх и трепет у оружейников, молниеносно прорезал отряды орков, не давая контратаковать.

Выпад, другой, удар ногой по земле, от которого расходились трещины и вздыбливалась земля. Короткий выпад, пронзающих сразу двух орков и ранивший вскользь третьего, присед и не вынимая из трупов меча, резкий проворот палаша в воздухе и рывок влево, разрубая новых противников и нескольких волколаков. Занесение палаша за голову, шаг вперед и поворот на месте, на сто восемьдесят градусов, с дальнейшим опусканием палаша к земле, резкий выпад вперед и удар плечом в толпу. Разрезая землю, Малик рванул палаш по низу, поднимая песок и пыль. Перед глазами появилась пыльная завеса. Режущий удар, параллельно земле, на уровне голов орков, рассекая пыль, и завеса рассеивается, открывая вид на обезглавленные тела десятка орков и отрубленную ногу циклопа. Несколько вскриков павших противников и жалобный вой циклопа. Удар свободной рукой в торс одноглазого, и позвонок с хрустом и хлопком вырывается из тела гиганта, заливая кровью и кишками орков, стоявших позади.

-Пахнет дымом от павших знамен,

Мало проку от битвы жестокой.

Сдан последний вчера бастион,

И вступают враги в Севастополь.

И израненный молвит солдат,

Спотыкаясь на каменном спуске:


Малик заносит палаш за левое плече так, что оно параллельно земле, резко размахивается и закручивается, словно мельница, рассекая воздух со свистом. Кровь хлынула, и казалось, что она закручивается вихрем над Маликом.


- Этот город вернется назад -

Севастополь останется русским!

Над кормою приспущенный флаг,

В небе мессеров хищные стаи.

Вдаль уходит последний моряк,

Корабельную бухту оставив,

И твердит он, смотря на закат,


Сотни росчерков палаша резко оборвались, когда тот разбился вдребезги об щит очередного орка. Малик выхватил из-за спины два боевых топора и продолжил свой «танец», рассекая толпы вражеских отрядов и буквально врываясь в стан врага.


И на берег покинутый, узкий:

- Этот город вернется назад -

Севастополь останется русским!

Что сулит наступающий год?

Снова небо туманное мглисто.


Два мощных удара о землю и из той, пронзая врагов, вырастали каменные шипы. Шаг влево, косой удар топора и несколько орков рассекаются, не закончив шаг, и по инерции летят дальше, резкий разворот с вытянутыми в руках топорами, и вихрь снова обрушивается на орков.


Я ступаю в последний вельбот,

Покидающий Графскую пристань,

И шепчу я, прищурив глаза,


Раздался топот. На Малика несутся сразу три циклопа, уже с занесенными для удара булавами.


Не скрывая непрошеной грусти:

- Этот город вернется назад


Припав к земле, Малик бросился в атаку. Расстояние быстро сокращалось. Вскинув руки, тот бросил в двух циклопов, стоящих по бокам, свои топоры. Не сбавляя скорости, Малик оттолкнулся от земли и с криком – «Севастополь останется русским!», обоими кулаками, словно кувалдой ударил по голове Циклопа.

Смещение позвонков, пробитый череп и хрип сжатых легких, на которые надавили кости скелета.


Северные границы. Армия западного направления.

Первый рассвет. Первый, добрый рассвет. Патрули ходят вальяжно, особо не всматриваясь вдаль. Теплые лучи утреннего солнца нагревают землю и броню. Мирные звуки утра в военном лагере империи разбавлялись журчанием воды и тихой руганью из медицинских палаток. Буквально пару часов назад еще проливалась кровь, и были слышны предсмертные крики воинов, а теперь хорошо. Теперь их заменили тихие молитвы всевышним за покинувших.

Воинам ещё предстоит выйти на поле брани, но сегодня только для того, чтобы собрать всех погибших и похоронить или отправить с почестями к их семьям. На мертвой, сожженной земле, где была бойня, вскоре поставят магический постамент, к которому ещё тысячу лет будут ходить паломники из церкви, молясь и плача об утрате.

Сегодня перемирие, объявленное орками и императором по договоренности, для предоставления почестей, обрядов погребения и ритуального сожжения. Многие народы империи привыкли сжигать воинов, но вот высшее сословие чаще используют ритуальное погребение на имперских кладбищах. Орки, в свою очередь, привыкли закапывать трупы своих воинов в песке, а с учетом того, что в орочей пустыне большая концентрация алмазных рудников и алмазной пыли, через сто лет трупы превращаются в алмазные статуи, которые используются шаманами для создания алмазных големов.

Мир не всегда состоял из такого разнообразия красок и полутонов. Когда-то все было только черное и белое, но с появлением человека, мир изменялся. Частью нашей жизни стала лож. Вот вы скажете, что она – зло, но ведь когда вы в гостях пробуете не вкусный эль или излишне пересоленный стейк с кровью, вы не скажете правды. Вы солжёте, дабы не обидеть хозяина, восхваляя мастерство хозяйки и красоту их детей. Вот именно так размышлял император, когда послы пришли в его шатёр.

Орки не отличались чистоплотностью и приятной внешностью, хотя послы переплюнули, точнее «пере воняли» воинов.

Старший посол орды предоставил четырех воинов, расчлененных, по их словам, глубоко за пределами битвы, а император отдал сорок орков-воинов и трех гоблинов, взятых в плен. Обмен любезностями закончился, и настало время «мертвого дня», когда воины обоих сторон опускали своё оружие и возвращались на поле боя, забирая трупы товарищей.

Вот он, страшный сон матерей и отцов. Вот он, неотвратимый исход любой войны – омовение трупов перед сожжением, отправкой на родину или захоронением. Над трупами плакали единицы, и те были женщинами. Мужчины молча брали трупы своих товарищей и друзей, несли к повозкам и грузили в несколько слоев.

-Сынов дворянства грузить в белые или черные телеги? – обратился один из молодых воинов к командиру западной армии.

-В белые. Они идут на захоронение и предварительное распознание. Нам ведь ещё их матерям лично отвозить каждого лорда и графа… И успокаивать тех, кто будет бросаться с кулаками и магией…

-Сэр – обратился стражник к генералу Де. Ларку – император приказал повысить бдительность и при появления сэра Рохана и леди Кэттерин, мгновенно сообщить.

Генерал нахмурился и чему-то удивился, а через несколько мгновений, что-то для себя решив, кивнул стражнику.

-Усилить патрули. Поставить магический маяк на границе и задать поиск сэра Рохана и леди Кэттерин – приказал генерал.

/Не думаю, что это поиск двух дезертиров или покойников, скорее всего это поиск членов специального отряда, миссия которых должна привести к победе. Император не всегда рассказывает весь план войны… я его понимаю – я также не стал-бы говорить то, что не нужно знать остальным. В любом случае – этот приказ получил не я один.

На следующее утро война может продолжится, а исход войны ещё не ясен. Многие войны идут не дольше трех дней. Ведь нет такого лидера, который позволит умирать своим людям без веской причины, а тем более причины, которая требует от империи таких жертв.


Северные границы. Армия северного направления.

Утром, когда произошел обмен пленниками, императору принесли донесение.

/Император! На вас была попытка покушения. Граф Мартирр готовился напасть на вас после полудня. Сейчас граф находится в медицинской палатке с сильнейшим ранением. Часть руки пришлось ампутировать, лицо обезображено, а сознание отсутствует. Примерное время восстановления – полтора месяца.

Предполагаемая причина – магический удар секиры. Предположительно атаковавший из воинов высшего сословия. Под подозрением – граф Фелиос, граф Петер, сэр Лицертон (преподаватель фехтования имперской академии офицеров) и сэр Гроск (начальник тайной полиции леди Майли). На данный момент все вышеперечисленные находятся под арестом. Идет разбирательство, но оно затянется на не определенный срок. Среди свободных магов, не оказалось некроманта и мага разума.


Начальник внутренней полиции империи

Сэр Лукас Жестьесс


Данный отчет не удивил императора, однако все перечисленные лица были не только противниками графа Мартирр, но и при каждом удачном случае были способны убить того, и даже приказ императора не был способен остановить тех. Кровная вражда и кровная месть была куда важнее для дворянства, нежели приказы императора, зачастую императорам приходилось прощать знать на суде, ибо в старых заветах было сказано, что месть хоть и не благочестивое деяние, но если месть кровная, то даже всевышний поддерживает суд кровной мести. Установить виновника будет трудно и не так быстро, как хотелось, однако граф жив, а значит покушения продолжатся, а вот его брат мертв, о чем граф ещё не в курсе. Хворь напала, умер бедолага от кровоизлияния в мозг. Судебные маги подтвердили, что это болезнь мозга, которую на ранних стадиях установили при первичном обследовании, после ареста.

-Отправить графа Мартирр в императорскую тюрьму и приставить стражу. Естественно, после того как клерики разрешат перевозить тело – приказал император.

Молодой стражник, принесший отчет, отсалютовал и вышел.

/Вот и нашли они момент, когда расследование затянется, а в то время, когда появится возможность его произвести, следы заклинания пропадут. А маги мысли уже ничего не смогут найти в голове у всех подозреваемых.


Северный лес. Замок короля эльфов.

Юная принцесса прогуливалась по замку, напевая красивую мелодию. Очередной отчет с поля боя её воодушевил. Отец будет рад, да и мама будет не против такого союза. Малик показывает себя очень сильным воином, мудрым и смелым. Согласно древним обычаям - «звери», способные противостоять сильнейшим противникам, искусно владеющим оружием разного типа, могут претендовать на расположение эльфийских принцесс. Малик, в понимании Вери, был очень красивым и добрым. Её сердце не раз замирало при упоминании опасностей для Малика, и табун мурашек проносился по спине от его нежного взгляда. Вери была не только влюблена, но и само естество её говорило, что он тот самый, кто будет не только защищать её, но и любить.

-Леди Вери – раздался сладкий голос в коридоре замка – разрешите проводить вас?

Вери обернулась. В шагах десяти стоял один из ту’арорр (эльфы высшего сословия, произошедшие от первых эльфов)

-Вам что-то понадобилось, Винс Ту’арорр? – вежливо, с поклоном спросила Вери.

-А вы выросли… даже сильнее, чем я мог ожидать – с улыбкой ответил тот – мне пришло известие о том, что вы приручили одного из «зверей»… Надеюсь вы в курсе, что блохи – это паразиты, и вы не будете касаться шкуры «зверя», дабы не подцепить их?

Вери проигнорировала оскорбление. Желая не провоцировать высшего.

-Вы ошибаетесь, Ту’арорр, Малик не такой. Сэр Малик очень сильный воин и вы ему не ровня.

-Не хотите ли вы сказать, что вы влюблены в столь мерзкое создание? Я в вас ошибся… вы ещё не выросли.

-Да, пусть я буду слишком юна и не опытна, но только Сэр Малик придает мне уверенности в завтрашнем дне.

-Тогда прошу вас вспомнить и тот факт, что мы с вами обручены.

Винс Ту’арорр на мгновение исчез и появился уже в полушаге от Вери, опускаясь для поцелуя. Вери охнула и отстранилась. Она была в курсе, что «высшие» сильны, и что их сила способна перевернуть мир, но те не показывали свою силу, стараясь не пугать сородичей.

-Постойте! – чуть повысила голос Вери – наша помолвка была отменена, а если быть точнее, то я отменила её сразу, как узнала о ней, то есть более десяти лет назад.

-Бред! – отмахнулся Винс – вы ещё не можете рассуждать здраво, следовательно, и отменить помолвку не в состоянии. Это капризы…

-Не капризы! Он избранный… он мой будущий муж!

Вери уже была зла и расстроена. Ещё ни разу не видела «высшего», который позволял такое отношение. Обычно те вели себя очень тихо и скромно, даже взгляд не поднимали.

-Ха! Да кто тебя спрашивать будет. Одно моё желание обладать тобой, главнее инстинктов и приказов. Знай свое место, малявка! – голос «высшего» звучал так громко, словно он был внутри головы.

На шум прибежали стражники. В принципе картина пристала вполне пристойной, но напуганное лицо принцессы и зловещий оскал «высшего» не на шутку озадачил стражников. Трогать, собственно, как наставлять на «высшего» оружие, считалось сродни самоубийству, однако если не защитить принцессу, то их казнят. Безвыходная ситуация.

-Принцесса? Вы в порядке? Что случилось? – задал вопрос командир стражи, встав перед ней, загораживая собой.

-Уйди, низший! Или я удостою тебя смертью в муках! – прорычал «высший».

Лицо Винса уродливо исказилось, губы расплылись в оскале, оголяя острые зубы, словно у акулы. Высшие эльфы меньше всех прочих походили на людей. Их сила была слишком велика, только короли эльфов могли соперничать с ними, однако и те были им не ровня, хоть шанс победить и был.

-Вакха, ферту ши, лити абне итариас! – произнесла заклинание Вери.

Вокруг Вери появился щит, а позади «высшего» образовался портал. Быстро ударив собственным щитом, Вери сбила с ног высшего и втолкнула его в портал.

Ещё минуту Вери приходила в себя. Ноги предательски дрожали. На глазах показались слезы, и Вери заревела.

-Эта скотина будет мстить, будет жаловаться в королевский суд, но сейчас он в аду, сейчас он в такой заднице, что я искренне рада этому…


Южные долины. Земли гномов. Город Парт-дерто.

В одну из многочисленных бань гномов, где после тяжелой работы любили отдыхать местные жители, было людно. Молодые гномы бегали по бане, играя в салочки, юноши хвастались бицепсами, а девушки новыми парнями, более взрослые гномы пили водку и эль, обсуждая процессы плавления металлов и особенности пород. В такой вот баньке, прямо над потолком, открылся портал, из которого выпал ругающийся эльф.

Парень выпал так неожиданно, что гномиха Марта, в свои сто восемьдесят лет, не успела отреагировать и отойти, с линии падения незадачливого эльфа. Высший очень удачно упал, оказавшись в весьма пикантной позе над старым телом очень опытной гномихи.

-Молодой человек – обратилась гномиха – вообще-то я замужем, и мой муж будет крайне недоволен тем, что вы пытаетесь со мной сделать, и вообще, где конфеты и цветы?

Винс не сразу понял, что произошло, да и ситуацию смог оценить только когда его схватили за ворот белоснежного камзола и отшвырнули к стенке. Перед эльфом теперь стоял очень старый и красный от злости гном, борода которого удачно прикрывала его наготу.

-Молись своим богам, ушастый, ща ты будешь камень ломать носом! – произнес дедок, и в глазах эльфа мир резко потемнел.


Северные границы. Центральное направление армии империи. Следующее утро.

Два силуэта приближались со стороны восхода солнца. Они шли неспеша, медленно приближаясь к границе.

Жаркое солнце слепило дозорного, он ещё вглядывался магическим зрением, пытаясь распознать силуэты, но пока выходило слабо. Спустя пол часа, когда магическое зрение распознало в силуэтах сэра Рохана и леди Кэттерин, дозорный отправил гонца к командиру.

-Ну и как это называется? – раздраженно спросила Кэттерин.

-Как… - почесав ушибленный затылок, Антон прорычал от боли – да не как. Эта магичка что-то сделала и меня шибануло об стену. Мало что понял, но главное то, что ей это не так важно. Она это делает не по своей воле, а чьему-то приказу.

/С каждым ответом появляется все больше вопросов.

-Наша задача была убить мага, а не вступать в диалоги.

-Наша задача была разобраться с причиной, а магичка была одним из инструментов… в любом случае нам необходимо найти её снова и её нанимателя, но зацепок нет вообще.

-А внешность? Ты запомнил ее?

-Очки… полупрозрачная рубаха, спортивное белье и конский хвост….

И тут я задумался. Было что-то ещё, но оно ускользало. Память давала подсказки, выводя в голове ассоциативные картинки. Козел… летучая мышь… Красный гранат…

-Не уверен, но у неё были рога и крылья, а волосы были гранатового цвета.

Я ещё думал, когда заметил, что иду один. Обернувшись, я увиде, что Кэттерин отстала шагов на десять и сидела на песке, обхватив голову руками.

-Что не так? – спросил я.

-Демонесса... Это была демонесса! Гро её бери, вот почему баланс мира пошатнулся… Демонам запрещено вмешиваться в жизнь людей на прямую, только косвенно…

-Стой, а разве она лично развязала войну?

Кэттерин смотрела на меня потерянным взглядом. Видимо и она понимала, что демонесса тут не причём, да и если бы она нарушила постулат всевышнего, то кара небесная мгновенно убила-бы ее, но та жива, а значит она является инструментом.

-Ладно, вставай. Нам нужно к императору, думаю он сможет прояснить ситуацию.

Протянув ей руку, я помог Кэттерин встать. Отряхнувшись, она продолжила следовать за мной.

Когда мы уже приближались к лагерю, я не узнал ландшафт. Все вокруг было как будто после бомбежки, земля буквально вывернута. Повсюду были осколки доспехов и мечей, обрубки копий и стрел, черные разводы от магии и части тел. Самих трупов не было, но я примерно представлял, что здесь происходило.

У самого лагеря нас встречал Горт и Анс Арто. Оба выглядели счастливыми и довольными, но судя по перебинтованным рукам и телам, им досталось не слабо.

-Рохан, мальчик мой – громко позвал меня Горт, маша рукой – только не говори мне, что вы не справились. Почему такие кислые морды, будто вы лизнули подмышки огра…

Горт, как всегда, улыбался, даже несмотря на то, что часть лица было перебинтовано.

-Доброе утро, Горт, ты прав, мы не справились. Маг на свободе и жив, но мной получена важная информация, которая нуждается в пояснении у императора.

-Сэр Рохан, я вас провожу к Мергал Окхе – обратился ко мне военачальник – только император ранен и сейчас не в самом лучшем расположении духа.

-Надеюсь он не сильно ранен? Я могу подождать, пока ему не станет лучше…

-Не переживай, ранение пустяковое, но оно… скажем так – оно доставляет неудобство…

Арто улыбнулся, от чего в уголках его глаз появились смешливые морщинки.

Пока нас провожали до палатки императора, я не однократно обращал внимание на серые лица воинов, пустые взгляды солдат и хмурые лица командиров. Войско было подавлено, но не сломлено. Все были заняты своими делами, но большая часть воинов была у центрального столба лагеря, где висели какие-то списки.

-Что они делают? – спросил я, кивая в сторону столпившихся у столба воинов и магов.

Горт проследил мой взгляд. Его лицо погрустнело и весь как-то осунулся.

-Там висят списки погибших и без вести пропавших – хриплым голосом сказал тот.

Дошли мы до палатки уже молча. Сама палатка была немного перекошена. Внутри стояла стража, кольцом закрывая вход. После резкой команды Горта «Сдриснули», стража расступилась, пропуская нас.

Император лежал на кушетке, животом вниз, рыча и ругаясь, а над его телом стояли два клерика и некромант, то есть сэр Луис Дер. Хопф, который с озабоченным выражением лица, хмуро смотрел на то, как два клерика водили ладонями по голому заду императора.

-Вы там аккуратнее – рычал император – я ещё в силах каждому из вас в морду дать…

-…теперь немного выдвигай позвоночник, а ты вливай между ними эссенцию… не двигайтесь, императорское величество, некому не интересен ваш тыл… лучше не дергайтесь, а то у вас появится хвост – не капли не смущаясь, вещал Луис.

-Император, сэр Рохан и леди Кэттерин вернулись – объявил Анс.

На мгновение все стихли и подняли свои взгляды на нас. Луис отвесил два смачных леща клерикам и приказал не отвлекаться. Выходя к нам на встречу, а император отсалютовал свободной от кувшина с вином, рукой.

-Гро!!!! – вскрикнул император от боли.

-Терпите, мы вставляем позвонки на место, а обезболивание противопоказано вам, особенно с вином… - жестко сказал Луис.

-Вы говорите – обратился к нам император – я хоть и не в удобной позе, но вполне способен вас выслушать.

-Император – начал я – убить мага нам не удалось, но мы узнали, что магом была демонесса. Также мы пришли к выводу, что ей приказали спровоцировать орков на войну, но нам нужно больше информации и желательно о том, как нам найти определенного демона по внешним данным.

-Никак – отрезал некромант – вам придется попасть в мир демонов, чтобы найти того демона, который вас интересует, или достать оттуда демона, через которого можно определить хотя бы круг вашего назначения. Демоны – это раса, как дварфы, эльфы и орки. Демоны просто другой мир со своими правилами и постулатами. Так просто вы не найдете своего демона, но можно отследить его по остаточной магии, но только на территории нашего мира.

-И вам это удавалось? – ошарашено спросил император, приподнявшись на локтях.

-Да, я заключал сделки с демонами, но они не могли выполнить моих запросов, посему я даже решился спустится в чистилище, но там оказался целый город. Я многое могу рассказать, но только после того, как вылечим императора. Дайте нам времени до полудня.

Решив, что больше информации сейчас не получить, мы с Кэттерин решили вернуться в свою палатку.

Как рассказал Горт, Малик был сейчас на восточном направлении армии, в составе военного патруля. Там сейчас обстановка куда хуже, чем на северном направлении, и посему там был необходим кто-то, кто сможет обуздать пылкий нрав озлобленных воинов, и прекратить разбой.

Война кончилась. Длилась она пять дней, а перемирие, образовавшееся сейчас, не означает окончание мелких стычек с орками. Эльфы заберут часть погибших земель себе, в качестве платы, а главный шаман орков обещал, что больше не претендует на старые земли. В общем война кончилась, однако потери не восполняемые. Более трех тысяч воинов погибло, хоть орки своих и не считают, но те понесли вдвое больше потерь.


Северная граница империи. Палатка клериков.

Граф лежал на жёсткой кушетке. Тяжело дыша, он попытался встать. Но он не смог и пошевелиться. Тело отказывалось двигаться, а каждое движение отдавалось тупой болью во всем теле.

Осмотревшись, ещё затуманенным взглядом, граф пришел к выводу, что он связан магическими путами. По обе стороны от него стояло по два стражника, а у ног спал клерик.

/Миленький какой… совсем молодой, а лицо уже уставшее. Видимо плохо спит… не удивительно, сейчас война.

Граф медленно осматривал помещение, которое было меньше стандартной палатки клериков. Стены были из камня, а дверь была решетчатой.

/Видимо меня схватили. Нечего не помню… Ах да… я ведь на императора пытался напасть.

Пытаясь вспомнить последнее, что он видел, граф весь пропотел.

/Дрянь! Эта стерва приказала убить меня… Гроска подослала… я его голос узнаю из тысячи. Тот ещё козел! Ну нечего, я ведь сейчас императору все расскажу. Если я на дно, то и тебя за собой потяну, дрянь… ведьмина дочь…

-Им… им… - пытаясь привлечь к себе внимание, граф хрипел. Голос предательски хрипел, а сухое горло не давало сказать и слова.

-Очнулся! Граф Мартирр очнулся – растормошил клерика стражник.

Подняли графа быстро. Магические путы, сковавшие его тело, были сняты. Графа посадили на кушетку и дали вина.

-Граф, вы обвиняетесь в попытке нападения на императора в военное время, также по вам ведется дело об нападении и попытке убийства вас. Вы можете описать того или тех, кто напал на вас?

Тихий, почти жалобный голос молодой магини заставил графа улыбнуться. Он впервые видит такую милашку.

-Дитя, я знаю напавшего на меня, но я буду молчать, также я знаю заказчика, о чем также умолчу. Вы все равно не сможете казнить или наказать виновников, по причине «кровной мести», следовательно, и расследовать вам нечего.

Осмотрев свое тело, граф заметил, что левая рука почти до локтя ампутирована, а на лице бинты. Все тело покрыто рунами обезболивания и заживления.

-Не слабо меня огрели… - удивленно сказал граф.

На мягком от вкусной еды, животике было сразу три колотые раны, которые заживали с колоссальной быстротой.

-Вы ведь уже догадались, что нападавших было несколько? – обратился тот к одному из дознавателей.

-Да – сухо отметил сухой мужчина с цепким взглядом – но пока мало информации. Мы рассчитывали на то, что вы нас посветите в детали происшествия.

-С удовольствием… промолчу. Я не такой как вы, я лучше и честнее. Я напал на императора и не скрываю этого факта. Я не смог бы одолеть того в равном бою, но я хоть попытался. Не вам меня судить за мои поступки.

Графа допрашивали несколько часов, пока один из клериков не вошел в камеру и не попросил оставить раненного отдыхать. Так прошел день графа.


В трех километрах от северных границ.

Не большой городок, каких сотни на территории империи. Грязь и слякоть. Не высокие, каменные стены, отделявшие границы города от полей и мелких деревень. Самое высокое здание принадлежало церкви, которая стояла рядом с особняком барона. Местные жители жили в мире и не знали о недавней войне, разве что дезертиры имперской армии, нахлынувшие на городок, поведали о тех ужасах, что там творились.

Ближе к полуночи, когда луна уже набрала сил и освещала своим серебристым светом землю, в деревню въезжали всадники. Лошади месили грязь, продвигаясь по мокрой дороге. Лидер всадников спешился, угадив высокими сапогами в глубокую лужу.

-Гр-р-р-ро… - выругался тот – спешится! Установить лагерь и выставить охрану на входах города. Некто не должен уйти!

Идя по главной улочке, он обратил внимание, что многие жители не спят в столь поздний час, хотя обычно комендантский час наступает за час до полуночи. Зайдя в проулок, куда не проникал лунный свет, Командир снял с себя глухой капюшон. Малик, поднимая лицо к небу, закрыл глаза и наслаждался теплыми каплями дождя. Именно сейчас, когда его некто не может увидеть, он может немного расслабится, всего на минутку.

Малик устал. Мало того, что он двое суток, без отдыха, бился насмерть с орками, так теперь ещё двое суток бегал по деревням и вылавливал дебоширов и пьяниц, некогда состоявших в армии. Эти дебоширы почему-то решили, что заслужили особого отношения от мирного населения, чего не стеснялись требовать в виде алкоголя, выпивки и девок.

Прогуливаясь между домов, Малик наткнулся на очередного «великого победителя огров», который «окучивал» очередную селянку, склоняя её к предоставления тому услуг сексуального характера.

/Так… посмотрим на тебя, могучий убивака…

Малик открыл магическую книгу, отданную комендантом. Благодаря ей можно было определить любого воина.

Книга распознала в воине рядового. Бывший патрульный не большого городка. Дэжере Пиллис, двадцать лет, убил трех орков и одного боевого кабана.

/Мелковат. Хвастлив и чрезмерно самовлюблен… что же, поиграем…

-О! – наигранно воскликнул Малик – Сэр Дэжере, «Убийца огров» и «Повелитель патруля деревенского частокола», разрешите сопроводить вас в ваши покои, ибо вам не пристало бродить по деревни без сопровождения.

Еле сдерживая смех, Малик очень низко поклонился, как однажды кланялись на балу при императоре.

«Великий убивака», в свою очередь покраснел. Видимо поняв, что перед ним некто иной, как сэр Малик, даже не нужно было сверяться с описанием грозного воина, сам внешний вид гиганта говорил о том, что этот четырехметровый мужик тот самый «Кровавый смерч», «Гротовский посланник», и многие другие грозные прозвища, которыми наградили того генералы и командиры армии.

Побледнев, и приняв максимально вертикальное положение, что было крайне тяжело, с учетом выпитого, Дэжере отсалютовал.

-Сэ…сэ…

-Малик. Просто Малик, а теперь прощайся с подругой и следуй за мной.

Юноша поклонился девушке и, стараясь сохранять направление движения, скованно и криво шел за Маликом, придерживаясь за стены и деревья, попадавшиеся по пути.

Малик приводил «Великого убиваку» в армейскую палатку, установленную вблизи деревни.

/Успели поставить. Вот молодцы.

В палатке, созданной магами, поместилось почти триста человек. Кто-то был тут в качестве арестантов, пойманных за дезертирство, кто-то за пьянство, но находились и те, кто был арестован за дебош, драки и грабёж. Палатка была неким подобием магического сундука, который можно было свободно перевозить, без вреда для находившихся там.

Приведя очередного арестованного, Малик осмотрел всех солдат строгим и хмурым взглядом, от чего те опустили головы. Было заметно, что каждый из них не только осознает кто перед ними, но и то, насколько было позорно они вели себя.

-Если вас казнят, то это только ваша заслуга, и ваши имена не попадут на стелы героев, и в книгах истории ваших имен не будет, а все потому, что в самой сложной ситуации вы оставили ряды армии и сбежали – прорычал Малик.

Хмурое, злое лицо, со звериными чертами. Острые клыки и желтые глаза. Еще немного, и можно назвать его медведем или волком переростком. Уже больше суток идет проливной дождь, отчего он весь был мокрый, и даже дубленый плащ не спасал.

-Но мы покинули армию сразу после победы – возразил один из пленников.

Резкий выпад в сторону ппленника Малик уже через долю секунды стоит у него, пригнувшись так, будто зверь готовится к броску. Их глаза были на одном уровне, Малик смотрел пристально и не шевелясь.

-А вы, сэр-р-р-р, думаете, что самое сложное – это махать мечем и убивать? – шепотом спросил того Малик.

Выждав пол минуты, Малик выпрямился в полный рост, расправил плечи и обвел арестантов уставшим, разочарованным взглядом.

-Юноши… самое сложное после боя – это принять смерть близких, товарищей и друзей, не начать пить и не продолжить убивать. Когда война окончится, любой солдат будет в панике, любой начнет думать о том, чем ему заняться и как забыть весь тот ужас. Горела земля, всюду взрывы и рев, крики раненых и хрип погибающих, везде хаос и смерть, но только не в голове воина. А вы не воины, если сломались и ушли. Срам…

Малик развернулся и вышел из палатки.

/Они ещё так юны и так слабы… Но мне нужно покончить с этим. Когда Антон закончит с тем магом, вся эта хрень кончится, и придут мирные, яркие дни…

Присев на скамейку, что была у входа в палаточный лагерь, Малик согнулся, поставив локти на колени и опустил голову.

/Грязь. Она не только на сапогах, но и в душах и сердцах. Этот мир не отличается от нашего, он просто иной. Тут другие ветви развития, но человек остается все тем-же…


Северные границы. Палаточный лагерь армии центрального направления.

Утро было теплым и свежим. Дождь наконец-то прекратился, а теплые солнечные лучи согревали землю.

Посреди лагеря стояло десять огромных чанов, из которых доносился вкусный аромат каши, свежего мяса и сладких овощей. Олла проснулась рано, когда ещё солнце только начало выглядывать из-за горизонта.

Горт ещё сладко спал, обнимая и тиская подушку своей жены, пуская на ту слюни. В соседнем шатре, Антон лежал звездочкой на большей части своей кровати, а Кэттерин свернулась клубочком, вписавшись в свободное пространство. У палатки клериков, где почти круглосуточно работал Луис, наконец-то было тихо. Теперь, когда раненых стало куда меньше, тот мог отдохнуть. Некромант сидел за столом, его руки держали листы с бумагами, на которых были отчеты клериков, лбом, тот уперся в стол, громко храпя и издавая зловещие звуки когда-то ломанным носом. Огромная палатка, рассчитанная на пятьдесят мест, стояла чуть дальше, ближе к выходу из лагеря. Синие флаги с золотыми росписями и изображением красной розы и вьюнка, белоснежные занавеси на входе. Это шатер женского кавалерийского отряда, где дамы благородных кровей должны были спать и наводить утренний туалет, под чутким присмотром горничных и служанок, однако сейчас все было не так. Не одна из этого полка так и не уснула. Все два дня, что прошли с последней битвы, девушки сидели и бездумно смотрели в одну точку. Слуги их кормили и поили, омывали и причесывали, однако те молчали и беззвучно плакали. Погибло ровно половина из их отряда. Скорбеть нету сил, и спать они не могут. Как только они закрывали глаза, то тут же снилась битва. Они уже боялись спать, боялись снова пережить тот ужас, боялись встретить тех подруг, что сгинули, в агонии войны. Они боролись как могли, они сражались не за честь и славу, не за имя и титула, они сражались за жизнь и империю, за своих родных и близких.

Солдаты медленно и не решительно вставали с постелей, выходили в нательных или в кожаных штанах. Кто-то выходил из шатров сам, кому-то помогали, поддерживая за пояс или позволяя опереться на плечо. Офицеры и обычные воины, маги разных уровней и школ, на ровне с клериками, лучники и кавалеристы, убийцы и паладины, все были на ровне, никто не выделялся, как это было до битвы, никто не задирал на вид слабых, никто уже не смотрел на титулы и чины.

Общее настроение в лагере было самым хорошим. Воины были подавлены количеством потерь, но некто не думал о том, чтобы уйти. Недавний военный суд, прошедший над дезертирами, хорошо показал, как в военное время относится император к предателям, однако воины небыли недовольны этим фактом, ибо император дал понять сразу, что нет разницы между лордом и крестьянином, отправив шестерых графов и одного крестьянина на рудники, а двадцать крестьян за мелкие нарушения дисциплины на общественные работы.

Император поправлялся. Его позвонки были восстановлены, однако сидеть ему пока запрещалось. Прогуливаясь от своего шатра, вдоль центрального прохода, где стояли столбы с карточками без вести пропавших, император задержался взглядом на юной девушке, которая была явно не из армии. Местная жительница ближайшей деревни.

-Кто вы, юная леди – обратился император.

Девушка обернулась. Она выглядела очень серьезной и сосредоточенной. Каштановые волосы ниспадали на хрупкие плечики, сизое платье с белым фартуком, грязный низ подола платья говорил о том, что девушка работает на улице, либо очень много ходит по дорогам, в руках та держала блокнотик и магическое перо.

-Фалиа, высокий лорд, меня зовут Фалиа Дамли. Я из филиала газеты «Вести империи», расположенного в графстве Шеллинтон, чьи земли входит ближайшая деревня. Я здесь по поручению редактора – сделав низкий книксен, девушка опустила голову в поклоне и скромно потупилась.

-Что-же ты тут делаешь, и какое именно задание у тебя?

-Я должна переписать всех пропавших без вести и раздать информацию местным отделениям полиции. Редактор хочет найти всех пропавших, и надеется, что большая часть дезертиры, ибо в плену или мертвыми народ их видеть не хочет.

-То есть вы хотите помочь военной комендатуре? – удивился император.

-Да, лорд, не знаю вашего имени, но вижу, что вы из знатных, прошу простить мою дерзость и не почтение, но прошу вас о содействии.

-И в чем заключается содействие? – хмыкнул император.

-Не отвлекайте – шепотом, почти слышно произнесла девушка.

Император с минуту смотрел неверующими глазами. Перед ним стояла селянка, челядь, кои даже дышать боятся в его присутствии, и мало того, что она его не узнала, так ещё и хамит.

-Хорошо, можете продолжать своё расследование, только отчеты все присылайте мне, я хочу удостоверится в эффективности вашей работы.

-Прошу простить, но только редактор и начальник полиции в курсе. Мне приказали не распространяться об этом…

-Теперь и император в курсе – хмыкнул тот – ведь я вас услышал.

-Вы скажете императору? – испугалась девушка.

-Нет смысла кому-то рассказывать, ибо император – это я.

Девушка смотрела в глаза Мергала Окхе, пытаясь увидеть в его глазах хоть намек на шутку или издевку, но не находила. Через десять ударов сердца к императору подошел один из генералов.

-Император, мы готовы предоставить отчеты о потерях, однако у нас ещё нет отчетов от комендатуры. Слишком много без вести пропавших.

-Нечего, я подожду, а пока предоставьте предварительные отчеты и вызовете мне главных редакторов всех столичных газет. Их нужно тоже держать в курсе – не отводя с бледнеющей на глазах девушки, сказал император.

Когда генерал удалился, Мергал обратился к Фалине.

-Вам плохо? Вы бледны и вас шатает.

Девушка упала на колени и опустилась так низко в поклоне, как ярые служители церкви замаливают тяжкие грехи.

-Простите, император, не знала, блаженная, с кем говорю, не ведала я – дрожащим голосом говорила та, сдерживаясь, чтобы не зареветь.

-Да поднимись ты уже, не казню и не обижу – мягко сказал император – ты правильные вещи делаешь, но неправильно сделала, не взяв в сопровождение стражника. Тут хоть и безопасно, но вот просто так шататься по военному лагерю не хорошо. Вдруг ты по незнанию в мою палатку зайдешь, или в палатку к клерикам, где раненые, или вообще в палатку, где будут лежать секретные документы, так тебя на месте казнят, думая, что ты шпион.

Девушка нерешительно встала, унимая дрожь и панику. В глазах читался ужас и стыд. Девушка не боялась самого императора, а того, что так обращалась к нему, да ещё и просила не мешать.

-Ладно, не бойся, вон – он подозвал одного из воинов, который уже оделся и умылся – он тебя сопроводит.

Воин подошел ближе, отсалютовал императору и выпрямился.

-Воин отряда «Красного знамени», копейщик Иос Ив, готов к выполнению приказов – отрапортовал тот.

-Отлично, Иос, сопровождайте девушку, она из редакции газетного издания, покажите все, но в разумных пределах, на вопросы, не связанные с военной тайной, отвечайте по факту или говорите кто может подсказать, помогите с записями и сопроводите до выхода. Исполняйте.

-Есть!

Воин подошел к девушке, коротко поклонился и встал рядом.

/Война… на моей памяти их было три. Первая была с соседней империей, вторая из-за переворота, а теперь эта…

Император мрачно посмотрел на столб, истыканный пестрыми карточками пропавших без вести и тяжело вздохнул.

/Ничего хуже этой войны не было. Так много людей я ещё не терял…

Антон проснулся, лежа на шкуре животного, прямо перед кроватью. Почесав затылок, он встал и посмотрел на кровать. Кэттерин ещё спала, лежа на своей стороне кровати. Её веки ещё были красными от недавних слез, синяки от цепей ещё не спали, да и некогда было их лечить, тогда больше о побеге думалось. Взяв со стула вещи, Антон вышел из шатра.

Воины уже умывались, некоторые даже принимали пищу, караульные и патрули менялись, а тренировочная арена, огороженная не высоким заборчиком, пустовала.

Надев брюки и рубаху, Антон выдвинулся на арену. Утренние тренировки нужно восстановить, а то уже чувствовалось, что мышцы слабеют, а меч тяжелеет.

Час на изнуряющую разминку, до седьмого пота, полтора часа на отработку ударов и приемов. Завершением тренировки должен был быть спарринг с Маликом, однако его нет. Он сейчас выполняет роль коменданта, ища дезертиров по округе. Видимо придется выкручиваться самому.

Выставив перед собой руку, Антон нашел под землей небольшой камень, видимо драгоценный, наполнил его небольшим количеством маны и начал создавать вокруг него голема. Как говорилось в одной из книг, что нашел в императорской библиотеке – «големы – это простейшие гомункулы, способные выполнять ограниченное количество команд».

Сейчас было важно, чтобы этот голем был быстрым и сильным, способным выдержать ударов десять, а еще парировать их или отбивать.

Перед Антоном вырос высокий, примерно с рост Малика, голем. Крепкое тело, толстые руки. Голова была маленькой и низко посаженой, но с широкой шеей. Каменный голем казался очень сильным и быстрым, однако пока только стоял на месте.

Антон осмотрел голема, и приложив руку к нему, начал настраивать нити его поведения, места активации и дезактивации. После тонкой настройки, голем «включился», отозвавшись на команду «Поехали».

Голем рванул на меня, быстрым движением руки, провел точный удар в область груди. Еле успев выставить меч, я парировал удар, но следующий, ногой в область моего бедра левой ноги, я пропустил, минимизировав ущерб, приняв удар на икру. Кувыркнувшись в воздухе, я упал на землю. Голем стоял неподвижно, ожидая следующей команды.

Тяжело встав на ноги, я отряхнулся, залечивая сильный ушиб.

-Сильный и быстрый… не ожидал… - сказал я вслух, кривясь от боли.

Следующая команда быта той-же, однако я был более внимательным. На этот раз более удачно парировал первый удар, который был уже в голову, резким выпадом, пронзил тело голема в области печени, крутанулся вокруг своей оси, проходя ему за спину и подкатом ушел тому под ноги, отрубив одну из конечностей. Бой окончен. Голем стоит на четвереньках.

Теперь, когда я немного осознал, что моих сил хватит ненадолго, я понизил силу и скорость голема, одновременно задав программу на долгий бой.

Теперь спарринг получился интереснее. Голем был быстрым, его движения были более скованными, но не менее опасными. Ловко парируя мои выпады, он проводил серии ударов, сбивая меня с ног, нанося короткие, но болезненные удары. Я долго держался, однако усталость делала меня все более медленным и не поворотливым.

-Стоп! – скомандовал я, останавливая бой.

Голем подчинился и встал истуканом. Немного отдохнув, я поднялся и продолжил спарринг.

Всего два часа я тренировался с големом, периодически отдыхая и обливаясь водой из фляжки. В сумме пять боев я выиграл и два проиграл, а все из-за моей наивности и низкой скорости. Во время спарринга я не обращал внимание на окружающих, они были для меня смазанной картинкой, фоном. Зря, я тогда не посмотрел по сторонам, когда первый раз сел отдохнуть.

Вокруг столпилось не мало народу, все командиры отрядов, несколько генералов и сам император. Все смотрели на меня восхищенными глазами, бурно обсуждали между собой мой спарринг, а император смотрел печально и исподлобья.

-Сэр Рохан – раздался крик одного из командиров отдельных отрядов – разрешите спарринг с вашим големом?

Мне было всё равно, однако я не думаю, что я смогу вовремя остановить бой, посему подошел к голему, сменил настройки на более медленные и слабые.

/Пусть лучше выиграет его, чем мне потом придется объяснять причины моей силы – думал я.

-Хорошо, как будешь готов, скомандуй ему «В бой», а как устанешь, скомандуй «Отбой».

Я подошел к императору. Он все это время провожал меня хмурым взглядом, изредка косясь на голема. Когда я подошел вплотную, он протянул мне кружку с водой.

-Рохан, сэр… - терялся в словах император – в общем так, я не буду спрашивать о твоей силе и ловкости, не спрошу и о боевых навыках, но ты объясни мне, как ты достал такого голема?

По началу я даже опешил от такого вопроса. Видно было, что его «я не буду спрашивать» означали лишь «пока не буду спрашивать», да и странно, что император не знает о големах, в его собственной библиотеке не мало книг, полностью посвящённых големам и даже с подробными инструкциями о их создании.

-Разве это странно? Не думаю, что вы о них не знаете.

-Верно, однако големы не могут быть такими сильными и быстрыми. Их строение и структура такова, что они при резком движении могут рассыпаться, а при таких ударах, как твои и его самого, они могут лишиться конечностей. Големы раньше использовались как военная единица, однако они были медленными и не поворотливыми, даже ребенок мог одолеть голема земли, но твой…

Император пристально посмотрел на арену, где воин не только не мог сразить голема, который только и делал, что парировал его удары, так ещё и несколько раз подряд проиграл.

-Теперь големы используются как манекены для проверки навыков фехтования и силы магических заклинаний, ну иногда и как грузчики, но точно не как спарринг партнеры. В общем думай о том, какую легенду ты состряпаешь об этом големе.

Отпив из кружки, я остановил императора, уже повернувшегося ко мне спиной.

-Император, а я его в карты выиграл у гнома. Тот мастером големов был, а теперь я могу вызывать этого голема. Тут нет тайны, но Малик пока не знает… и я только пару часов … вспомнил…

Император улыбнулся и кивнул, продолжив идти в сторону своего шатра.

Воины ещё несколько часов тренировались с моим големом, однако пока некто не смог его одолеть или хотя бы ранить.

-Сэр Рохан, сэр Рохан – подбежал ко мне один из воинов – ну как? Как вы можете сражаться на ровне с ним? Наши лучшие воины не смогли и ранить его, а вы даже полностью рассекали его и пробивали каменную защиту…

-Он чувствует силу оппонента и у него также имеются приделы, потому он реже на вас нападает, нежели на меня. Его мне его один гном проиграл, говорил, что он для тренировок какого-то элитного отряда нужен, но видимо отряд остался без манекена…

Было ещё много вопросов и споров, но я решил, что пусть они пока развлекаются, а я пойду есть.

Дойдя до умывален, я облился холодной водой, умылся и почистил зубы. Уборная, сменная одежда, и вот я готов к вкусной, ароматной пище.

-Рохан, сынок, садись быстрее, а то кашка остынет – хлопотала Олла.

Как всегда с улыбкой, она принесла за столик глубокую тарелку с кашей, ложку и пару ломтей хлеба.

-Спасибо, Олла. Балуешь ты воинов, так они обратно, к женам не захотят…

Олла улыбнулась шире, подсела рядом, и поставив локти на стол, посмотрела на меня.

-Антоша, ты ведь заметил? – шепотом спросила Олла, хитро улыбаясь.

В панике я начал искать у Оллы изменения. Женщины всегда вводили меня в ступор такими вопросами. Вот что может изменится…

/Прическа… нет, она всегда убирает волосы в чепчик… Лицо… она не красится вроде… точно, оно стало круглее, животик появился… но о лишнем весе говорить не прилично… хотя есть что-то, такое ощущение, что она светится, будто аура другая…

-Да ладно, не придуривайся – перебила она мои мысли – ты ведь уже знаешь, что я беременна.

Я был в шоке. Теперь было все ясно с её внешними изменениями, да и причина стала известна.

-Я вот что подумала, Антон. Горт ещё не в курсе. Он не ждет второго ребенка, думая, что гномы, как эльфы или драконы, способны только на одного ребенка, так вот, намекни ему. Я не хотела говорить ему по тому, что он уходил на войну, и мог сильно распереживаться из-за этого. Он у меня такой ранимый…

-Хорошо, я ему передам, точнее намекну, вот только не думаю, что он не заметил…

-Не заметил. Я только позавчера прибыла в лагерь, до этого меня не пускали, говоря, что война ещё идет. Вчера вечером он также не заметил, хотя до живота ещё не дотрагивался. Думаю, что он не заметит, даже если прямо перед ним рожать начну… старый крот…

-Я сделаю всё, что в моих силах.

Олла оставила меня одного. Она чуткая и умная женщина. Мне сейчас нужно было подумать о многом. В первую очередь о магине, которая оказалась демоном, о том как её найти и вообще где её искать, о том, как добраться до того форта, в котором я её встретил, чтобы уловить следы магии и попытаться отследить.

/Во-вторых – Кэттерин. Она также на прицеле, а значит, я должен оградить её от опасности. В-третьих – Малик. Этот балбес должен уже бежать к своей Вери, не думаю, что любовь на расстоянии – это мило.

***

Отчет для леди Майли Мартирр.

Госпожа! Я провалился. Граф жив, но его казнят. Меня взяли под стражу, пишу через тайного связного. В целом всё хорошо, есть вероятность, что граф не доживет до зимы.

Прошу вас отрицать своё участие в заговоре и склоняться к тому, что отправили меня только наблюдать за графом, ибо беспокоитесь о его здоровье.

Вечно преданный вам сэр Гроск Баррентон.

***

Сухая и мрачная пещера. Огни магмы освещали её изнутри. Девушка, пошатываясь от слабости, шла вдоль горячей стены пещеры, плакала и ругалась. Сейчас она была слаба и без сил. Это было её экстренное заклинание, на которое уходила вся мана.

-Два дня на восстановление, четыре на создание новых артефактов и ещё шесть на смывание ауры… Светлый! – ругнулась та – да как мне успеть все это за два дня?

/Через два дня должен прийти ОН. Он опять будет меня отчитывать… он будет насмехаться и дразнить меня тем, что я не могу увидеть родителей… надо было сразу идти к наставнику, не стоило ввязываться в авантюру…

-С-с-светлый… -выругалась она снова.

/Тот человек силен. Я не справлюсь с ним… я могу его отравить или убить стрелой, но есть вероятность, что он поймает… да и смысл? Меня сразу поразит создатель… идти сейчас к наставнику нельзя. Он меня запрет в комнате и отчитает, а потом посадят на лет сорок… лучше самой… разберусь сама… как всегда…

Глава 4


— Для многих, Честь и Достоинство, видимо, слишком непосильная ноша. Очень часто их роняют.

© Баловень Судьбы

Ласковые лучи утреннего солнца проникали в шатёр. Антон ушёл умываться, а Кэттерин только просыпалась. Сладко потянувшись на смятых простынях, Кэттерин зевнула, прикрывая ладошкой ротик. В голове не было мыслей… ну почти…

/Утро. Солнце уже так высоко? Я думала, что успею встать раньше Антона! Ладно, посплю ещё… завтрак хочу в постель. Бюстик порвала, брюки и рубаха на выброс… хочу в лавку, за новыми вещами. А то платье, что было на леди Майли, оно чудесно, жаль, что она чаще брюки и сюртуки носит… В уборную хочу… вставать лень. Запястья и ребра болят. Гротовы орки… Антон опять меня спас, причём я даже не поняла, как… белье тоже сменить надо… я не мылась более пяти дней…

Встав с кровати, Кэттерин накинула кожаную куртку, поверх длинной рубахи и надела порванные штаны. Не надевая сапог, она вышла из шатра. Воины вяло ходили, кто-то уже умылся и шёл на завтрак, кто-то бежал умываться, но чуть дальше, у тренировочной арены, было шумно. Столпилось много народу, и они всё прибывали. Были слышны удары меча о камень, не лестный мат, кто-то устроил тотализатор, выкрикивая ставки… Женское любопытство побороло Кэттерин, и она пошла в ту сторону, захватив зубную щётку. Пока та приближалась ближе к арене, народу стало ещё больше, из-за чего она уже не могла увидеть происходящее.

Один из воинов, стоявший перед ней, невзначай наступил той на ногу.

-Эй – возмущенно выкрикнула Кэттерин, отдёргивая отдавленную ногу – а можно по аккуратнее?

-Ой, простите, леди… Кэттерин?! – воин отшатнулся, низко наклоняясь в приветствии – Разрешите проводить вас ближе к арене?

-Да, пожалуйста…

/Обычно ко мне не так учтиво обращаются, для большинства я просто Тень леди Майли, и не более, а тут такая учтивость и вежливость от воина…

Воин распихивал орущих и свистящих товарищей, которые оборачивались с возмущённым видом, кто-то даже хотел начать драку, однако все быстро утихало, как только те видели леди Кэттерин.

Она шла с прямой спиной, заглядывая каждому в глаза. На лице было спокойствие и величие, но не высокомерие. Она была таким же воином как и все, её происхождение не было секретом для остальных, все, кто хоть как-то знали о ней, не упускали тот факт, что та была сиротой и была зачислена в академию на общих условиях, добившись куда большего, чем основная часть знати.

Дойдя до широкой спины одного из воинов, её сопровождающий похлопал по плечу стоящего. Тот обернулся, посмотрев сначала хмуро и сердито, мол «чего надо, червяк» но, когда его взгляд упал на Кэттерин, тот растерялся, не зная куда податься и посторонился, позволяя ей пройти ближе.

Кэттерин стояла у ограды, за которой она видела всю арену. Зубная щётка, которую та держала в руке, выпала. На арене, трибуны которой ломились от зрителей, было всего две фигуры. Одна принадлежала огромному голему. Каменный, четырёх метровый голем, ловко и быстро перемещался по арене, атакуя и обороняясь. Его движения были настолько быстры, что иногда терялись и смазывались. Второй фигурой был Антон. Не уступая в скорости и ловкости, тот сражался на ровне, чаще атакуя и парируя удары.

Крепкое, мокрое от пота тело Антона, было покрыта ссадинами и шрамами, бугристые мускулы пульсировали и краснели от напряжения, движения были чёткими, резкими и невероятно быстрыми. Она откровенно любовалась им. Кэттерин не раз наблюдала Антона и менее одетым, однако сейчас, когда полуголый Антон бился с големом, Кэттерин «зависла».

Будто весь мир замедлился, но не для Антона и голема, они двигались слишком быстро для глаз. Вот он бросается на голема, пронзает мечем его руку. Но уже через мгновение он подкатом проходит между его ног вонзает меч в его затылок, который не успевает обернуться. Антон садится на землю, достаёт фляжку с водой из кармана и делает глоток. Часть воды льётся мимо, стекая по груди и прессу. Полив голову из фляги, он встаёт, принимает новую стойку и командует голему. Тот уже восстановлен, резким движением он поворачивается к Антону и стремительно делает выпад, проводя удачные два удара. Оба удара Антон пропускает, не успевая парировать, однако не заметно, что тот получает значительные повреждения. Быстрое движение, часть руки голема отлетает к границе арены, новый удар и голем без ног, но не сдаётся. Новая серия ударов, быстрый кувырок голема и Антон отступает. Кувырок, пол шага назад, блок удара и выпад, и голем остался без части головы.

Восторженные крики, восхищенные свисты и мат. Воины, не стесняясь, кричат и поздравляют Антона.

После очередного боя, Антон садится на землю и осматривает арену. Видимо он не замечал толпы, или он не отвлекался на неё, но по лицу было видно, что он удивлён. Император делает тому жест рукой, Антон уходит с арены, дотрагиваясь к голему. Нечего не слышно, из-за гула толпы, но видимо кто-то решил попробовать сразится с големом.

Антон беседует с императором и уходит с арены, принимая поздравления, а на арену уже вышел другой воин. Голем двигается куда медленнее, чаще защищаясь. Воин проводит два или три удара, которые не только не поражают цель, но и очень грубо отражаются о каменное тело голема. Один удар голема и противник падает навзничь, выкрикивая «Отбой!». Голем застывает на месте.

Пробираясь сквозь толпу, Кэттерин теряет из виду Антона.

/Ладно, он ещё кушать пойдёт, там его и встречу, а пока мне стоит помыться и переодеться.

После утреннего туалета, Кэттерин зашла на склады, выбирая новую одежду. Вся она одинакова, однако тут где-то был ящик с её личной амуницией, который она забыла перенести в шатёр.

-Ты видел? Вот это бой… Я думал, что сэр Рохан обычный маг, хоть и сильный, уровня магистра, но не ожидал, что он способен сражаться на ровне с сэром Маликом и сэром Гортом, даже император куда слабее любого из них… - воодушевлённо говорил один голос.

-Да ты не шути, разве не ясно, что меч был зачарованным? Это просто с этим мечем тот способен на такое, а если ему взять любой другой, то сэр Рохан будет точно слабее меня. – спорил с первым, второй голос.

-А как же тот факт, что сэр Малик и сэр Рохан тренируются наравне?

-Так сэр Малик ему поддаётся.

-Так попробуй сам… вызови его на дуэль… - усмехнулся первый.

-Ага, ещё предложи подкатить к его бабе… он мне башку магией открутит…

-Так ты вызови на дуэль на своих мечах, ты ведь говорил, что у него меч зачарованный, а некромант и два других мага пусть будут секундантами. Так и бой честный будет и магию тот не применит…

-Хорошая идея…

Двое ушли, а Кэттерин застыла на месте.

/Я его «баба»… грубо конечно, но ЕГО… Видимо тут все уже понимают, что мы вместе… это даже как-то не ловко…

Найдя свой ящик, Кэттерин вышла из склада и направилась в сторону шатра. По пути та наткнулась на служанку, которая прислуживала одной воинов женского кавалерийского отряда. Девушка несла огромный чан с кашей, направляясь в шатёр.

-Вам помочь? – обратилась Кэттерин.

-О, нет, леди Кэттерин, я сама. Каши тут всего на десять человек, это не тяжело.

-Почему на десять? Ваших дам было двадцать…

Девушка опустила глаза и, видимо хотела что-то ответить, но на глазах проступили слезы.

-Их осталось десять… Леди…

Кэттерин опешила. Она не думала, что кавалерийский отряд кто-то пустит в гущу сражения, надеялась, что тех, как высшее сословие, пустят не дальше третей линии обороны, но, видимо, обстоятельства были иными. Она не присутствовала на всем сражении, застав только начало войны, однако понимала, что за пять дней, беспрерывного боя, будут вовлечены все.

Сделав неуверенный жест рукой, Кэттерин хотела утешить или поддержать служанку, однако та уже ушла. Она стояла с минуту на том же месте.

/А ведь я знала и понимала, что война унесёт многих, но не хотела думать об этом…

Кэттерин шла вдоль шатров, в сторону купален. Не поднимая глаз, она ощущала на себе пристальные взоры воинов и магов. Все обсуждали её личную жизнь, воинский потенциал и причины тесных отношений с Роханом.

Дойдя до шатра, в котором они с Антоном жили, Кэттерин попросила воина, дежурившего у входа, не впускать никого. Примерно минут десять она переодевалась, отвлекаясь на собственные мысли.

/Какого Гро, эти люди думают, что я подстилка? Я воин, я превосходный шпион… я и раньше хорошо получала, карьера шла в гору… я с Антоном не для карьеры! – размышляла она.

Когда Кэттерин вышла из шатра, направившись в сторону кухни, она была полна решимости поговорить с Антоном. Нужно было что-то делать с демонессой. Нужно было её найти, не взирая ни на что.

Когда Кэттерин пришла к столам столовой, они были все переполнены, а Рохана уже и след простыл.

-Олла – окликнула та – ты Рохана не видела?

Олла стояла у большего чана, разливая по мискам кашу. Подняв голову от чана, она указала в сторону императорского шатра.

-Он пошёл к императору. Просил и тебя подойти.

-Спасибо – махнула рукой Кэттерин, взяв со стола кусок хлеба.

Шатёр императора. Центральный лагерь империи. Северные границы.

Тусклый свет магических светильников и запах сладкого портвейна. В шатре стоял стойкий запах благовоний. Жёсткий запах кедра с нотами базилика, лаванды, мёда, табака, сена, сандала и кипариса. Абсолютный мужской аромат, в исключительно мужском месте. Огромный, на десять персон, стол был завален кипами карт и отчётов, множество книг валялось на полу, некоторые лежали на столе, на открытых страницах которых были изображены пиктограммы и изображения демонов. Император сидел на своём троне, хмурясь и потирая лоб. У стола стоял некромант, также хмурясь и чуть слышно рыча, наглаживал подбородок. Антон сидел на одном их стульев и крутил в воздухе несколько пиктограмм, созданных из пламени, изучая и что-то бормоча.

Когда Кэттерин вошла в шатёр, мужчины обернулись. Все как один, посмотрели на неё, осматривая ту с ног до головы.

-Надо попробовать, но не факт - высказался некромант.

-У нас вариантов нет – ответил император.

-Я могу тихонечко, сзади. Некто и не узнает – ответил Антон.

-Она заметит… - отрицательно помотал головой некромант.

-Да даже если и заметит – хмыкнул Антон – мы ведь не на прогулку пошли…

Кэттерин смотрела на них, пытаясь понять смысл их разговора. Все смотрели пристально на неё, но разговор был не о ней… она надеялась, что не о ней…

-О чем вы? – спросила она - сзади? Я не узнаю?

Антон встал со стула и медленно подошёл к Кэттерин.

-У нас вариант только один. Нам нужно снова попасть в тот форт, найти магический след и только потом мы сможем вызвать ту демонессу, однако нам будет необходимо её сразу заключить в оковы. Не думаю, что она согласится добровольно нам помочь.

-А причём тут мой зад?

Мужчины переглянулись и как один засмеялись, даже не так... Кони ржут тише...

Поняв, что разговор бы не о ней, Кэттерин также задумалась. Пытаясь осмыслить всю проблему целиком.

/Во-первых, форт глубоко на территории орков, во-вторых, незаметно пройти до самого форта, практически невозможно, в-третьих, вызывать демонессу нужно на месте, а ритуал может занять не один час.

-Ну и какие мысли? – спросил император.

-Да нет их… - вздохнул Антон – я, леди Кэттерин и сэр Луис, направимся в земли орков, максимально незаметно проникаем в форт, находим ту самую комнату, вызываем демона, заключаем его в оковы, пытаем до потери сил и узнаем того, кто его нанял. Потом ищем его и убиваем… если есть другие предложения. То говорите, а у меня мозг кипит уже….

По понятным причинам все молчали, однако вариантов и вправду не было. Любой вариант разбивался об стену незнания демонического мира. Имя демона мне было известно, однако я не хотел вызывать её тут. Был шанс, что я смогу договориться, если мы поговорим один на один.

/Моя задача состоит в том, чтобы хрупкое равновесие мира не рухнуло, а способы не оговаривались. Возможно, если я буду тупо убивать всех подряд, я и сам стану причиной обрушения баланса, что будет крупной неприятностью, ибо придётся убить себя… глупо… Необходимо договориться с ней, возможно придётся её защищать или помочь в её проблеме. Скорее всего, исходя их коротких реплик, она сама стала заложницей обстоятельств и пешкой в чужей партии.

Решив, что план превосходен, я решился на создание заклинания, которое поможет мне. Как сказал император - «У нас есть три недели на решение проблемы», следовательно, я должен составить план так, чтобы некто не узнал, что я договариваюсь с демонессой.

Спустя несколько часов, когда все сборы были окончены, император приказал переправить порталом всех в самую ближайшую деревню эльфов, для отдыха и пополнения припасов.

Малик. Подход к центральному лагерю армии империи.

Малик ехал уставший и не выспавшийся. Тяжело держась в седле боевого коня, на котором он смотрелся скорее комично, нежели величественно, Малик не уставал ругаться. В общем, им удалось поймать окало пяти тысяч дезертиров, из которых почти полторы – это знать. Приказ был только найти и привести в качестве арестантов, а дальнейшую судьбу будет решать император лично. Малик так и сделал. После того, как он пересёк невидимую границу лагеря, ему на встречу выдвинулось шесть всадников, принимая задачу по сопровождению.

-Обоз с шатром туда … коней туда… сами в шатры, отдыхать – распоряжался один из воинов.

-Вас, сэр Малик, император ждёт лично – обратился к Малику другой воин.

-Хорошо – кивнул он – сейчас направлюсь к нему.

Малик спешился, опустив из стремян ноги, и встав на землю, пропуская коня дальше. Направившись в сторону шатра императора, Малик брёл медленно. Бессонные ночи давали о себе знать.

Проходя мимо многочисленных шатров, Малика окликали воины, выкрикивая поздравления и желая удачи. Некоторые молча подходили и жали руку. Идти до императорского шатра пришлось целых пять минут, вместо двух, но Малику было приятно, что все ценили его участие и помощь в боевых действиях.

Дойдя до шатра, перед Маликом открыли занавесь, и тот вошёл.

В помещении было темно. Император сидел на троне и обсуждал свои дела с каким-то эльфом. Обратив на него внимание, Малик заметил, что на его голубом сюртуке была золотая эмблема посла эльфов, причем не северного леса, а другого поселения, а возможно и столицы.

-О сэр Малик – воскликнул император, приветственно поклонившись – проходите и присаживайтесь. Это посол эльфов. Он прибыл за вами. Вам необходимо прибыть в земли эльфов, для каких-то подготовительных ритуалов, как я понял. По уверению достопочтенного Шалмен Витара, вас перекинут туда и обратно телепортом, сами ритуалы займут не более недели.

-Буду рад оказать содействие, однако я не понимаю одного – начал Малик – почему не в северный лес, если моя невеста там?

Посол, явно нервничая, покосился на меня с плохо скрываемой неприязнью.

-Перед свадьбой вы не можете видится с невестой.

-Бред! – громко прорычал Малик, давая понять послу, что тот не верит – я уже обсуждал этот вопрос с Вери, и там не говорилось о подобных ритуалах. Вы либо говорите правду, либо я вас беру за руку, и мы отправляемся к королю эльфов, который сейчас в своём замке.

Посол, не ожидавший такого отпора, сделал не произвольный шаг назад.

-Вы не понимаете… Мне велели отправится свами в столицу эльфийских лесов. Я знаю не больше вашего… - возмущался посол, теряя свою надменность.

Малик не стал долго думать, и взял посла за шиворот, поднимая над землёй, словно нашкодившего котёнка.

-Мы отправляемся в портальную комнату, а оттуда во дворец короля северного леса. Если вы не согласны со мной, и добровольно не полетите, по я вас транспортирую туда частями – угрожающе рыча, произнёс Малик, зловеще улыбаясь острыми зубами.

Как оказалось, посол был настоящий, однако он получил послание от одного из высших, в детали задания и то, зачем ему это, посол не вдавался, ибо было не по статусу, однако высший был странным. Согласно описанию, высший был сильно побит, часть лица было в бинтах, одна рука была покрыта магическими бинтами, что свидетельствовало о недавнем переломе руки. Удивительно было и то, что «высший», который отдал этот приказ, был очень зол, что противоречит описанию «высших», которые отличаются исключительным хладнокровностью и спокойным характером.

В портале поменяли настройки и вот Малик и, все также висевший за шкирку посол, уже выходят по ту сторону портала. Малика встречала делегация из четырёх воинов и лично королева.

-Королева! – опустился на одно колено Малик, не выпуская из крепкой руки посла – приветствую Вас.

-Вставай, зятёк – шутливо сказала та, скрывая длинным рукавом платья, свою улыбку – а это кто с тобой?

Встав с колена, малик протянул посла ближе к королеве.

-Это посол столицы эльфийских лесов – скептически осмотрел посла, будто и сам не верил в это.

Малик рассказал о всем случившемся, а когда замолчал, королева отдала приказ страже, проводить посла в кабинет короля, для дальнейшего разбирательства. А сама проводила того в одну из комнат дворца.

Малика вели по светлым коридорам дворца. Осматривая красочные витрины, шелковые тюли и высокий арочный потолок, Малик не переставал удивляться тонкой работе мастеров и вкусу королевы. Королева рассказала о том, что ему дадут отдохнуть в гостевых покоях, пока не готовы его личные, после проводят в купальню и наконец пригласят на ужин.

-Ужен будет в тесном, семейном кругу. Король вернулся вчера во дворец, а Вери сегодня занята с учителями. Она уже в курсе твоего приезда, но, как будущая королева, она сильно занята учёбой.

-И чему она учится? – спросил Малик.

-Как чему – удивилась королева – тому, как вести себя с мужем, как понимать мужа без слов, основываясь на анализе прошедших событий, мимике его лица и тела. Как делать массаж и техникам ублажения...

-Надеюсь практических занятий не будет? – спросил Малик, посмотрев на королеву.

-Нет, что ты – улыбнулась королева – она практиковаться будет на тебе… А ты терпи…

Королева улыбнулась так, будто издевалась над гостем.

-Я пошутила. Это все придёт само, а вот политике и общим знаниям нужно обучать. Доченька не любит учиться, но она старается для тебя и себя. А ещё, она должна уметь обходиться с детьми. Короли обычно все вверяют в руки нянечек, но ситуации бывают разные, да и личное участие матери обязательно.

-Я вот давно хотел спросить о церемонии и о том, какие правила будут. Мне говорили, что дети у эльфов рождаются очень редко.

-Да, зятёк, редко, но только в союзе между эльфами. В союзе... - королева замялась, подбирая слова, но громко выдохнув, продолжила - со зверем... дети рождаются часто, как у людей. В помёте могут быть и двойни. Раньше союзы со зверьми были частыми, рождалось очень много эльфов, от того и земли были обширны, но сейчас ты первый за более чем тысячу лет. От этого союза я жду многого. Король не так прямолинеен и честен с собой, но и он хочет вернуть былую традицию.

-А сама свадьба? Что мне нужно знать?

-Нечего сложного. Сначала вам шьют одежду, украшают торжественный зал или часть парка, потом созываются представители кланов, родственники и друзья, потом балл. Сам балл нужен для народа, а вот после… после будет тайная церемония, на которой вам вручат «талант».

-Талант? В смысле?

-Это … это не объяснить. Когда придёт время, ты сам все увидишь и узнаешь. Нечего сложного не будет. Распорядитель будет говорить, что делать, а вы только исполнять.

-А что делать с моей короткой жизнью?

Королева остановилась. В коридоре и так было тихо, но теперь было слышно биение сердец обоих.

-После обряда, всевышний дарует тебе долгую жизнь. Ты будешь жить столько же, сколько и эльфы, но дар пропадёт, когда один из супругов погибает. Но тебе не стоит беспокоится, в отличие от Вери. Её часы сократятся на твой срок, если ты умрёшь, а вот если она, то твои часы продолжат идти в привычном темпе.

-Это грустно… - задумчиво прошептал Малик.

-Почему?

-Если я умру, Вери будет очень долго плакать, а я не хочу, чтобы она плакала. Её красивые глазки должны быть всегда весёлыми и счастливыми.

Королева рассмеялась. На глазах проступили слезы, а звонкий смех, отражаясь от стен и потолка, раздавался по всему коридору.

-Желаю вам долгой и счастливой жизни – сквозь смех сказала королева – ты и вправду слишком сильно о ней заботишься, словно… папочка...

Королева проводила Малика до его покоев и ушла. Спустя минуту, в его комнату вошли четыре эльфийки, бесшумно внесли несколько корзин, развесили в шкафы одежду и поставили несколько глубоких блюд на стол. Поклонившись, почти до пола, эльфийки, будто порхая, вышли.

-Чудеса… - сказал вслух Малик.

-Не чудеса, а сервис – раздался знакомый девичий голосок.

Вери стояла у кровати, облокачиваясь на одну из стоек, державших высокий балдахин.

-Вери, котёнок мой!

Малик буквально вылетел с кровати и бросился к Вери. Заключив ту в свои объятья, он принялся её целовать и тискать.

-Малик, любимый – хихикая, Вери пыталась выбраться из цепких рук Малика – ну хватит. Я тоже соскучилась, но я ведь по делу пришла.

Малик посадил Вери себе на колено и, держа себя в руках, широко улыбаясь, принялся гладить её по голове.

-Ну, рассказывай, что за дело?

Вери откашлялась и серьёзно посмотрела на Малика.

-Тут такое дело… - замялась Вери – я совершила одну оплошность…

-Какую?

-Я ударила высшего эльфа.

Малик смотрел на Вери не понимающим взглядом. Он не понимал разницы, но предполагал, что «высшие» должны быть более значимыми, нежели обычные эльфы.

-И? Что это значит?

Тяжело вздохнув, Вери рассказала. Она рассказала и про то, что была обручена с одним из высших, и о том, что разорвала помолвку, и о том, что её угрожал высший, и о том, куда она его отправила.

-А вообще – продолжила Вери – «высшие» не имеют право указывать нам, что делать. Помолвки с высшими не редки, однако это ещё не значит, что свадьба состоится.

-Я понял. И что делать будем? Мне стоит поговорить с этим «высшим»?

-Нет, я думаю, что стоит обратится к самим высшим, попросить поднять из старых документов письмо об расторжении помолвки. Копия у меня есть, но нужно подтвердить письмо.

-А это может стать проблемой?

-Да. Если письма нет, то помолвка действительна, а это значит, что он будет иметь право на меня.

-В каком смысле?

-Он может оспорить нашу свадьбу и вызвать тебя на дуэль.

Малик поморщился, стараясь осмыслить всё сказанное и сделать выводы.

-Дуэль – это заранее проигрышный вариант. «Высшие» очень сильные как в магическом смысле, так и в физическом.

-Хочешь сказать, что шансов у меня нет?

-Есть, однако здоровым из схватки тебе точно не выйти – грустно, почти шёпотом сказала Вери.


Ужин, который намечался королевой, прошел мирно и даже без пафоса. Император в красках описал всю церемонию, задавал каверзные вопросы и даже пытался скомпрометировать Малика, однако тот ловко парировал каждый нелицеприятный выпад короля.

-Король, прошу простить, но мне кажется, что, если мы свами поговорим с глазу на глаз, у вас не останется больше вопросов, так что я предлагаю вам уединиться, чтобы поговорить – предложил Малик.

Император пристально смотрел на Малика, стараясь угадать каждое действие, каждую мысль. Накручивая тоненькой вилкой листья салата, король не заметил, как накрутил все содержимое тарелки, в том числе маленький фиолетовый плод, который был аналогом очень острого перца. Положив в рот большой ком салата, император продолжил «буравить» взглядом Малика, жуя салат. Лицо короля сначала стало удивлённым, потом покраснело, покрылось испариной, а когда тот посмотрел в тарелку, обнаружил её абсолютно пустой.

/Не подавай виду. Ты король. Ты сильный и невозмутимый – думал король – он не должен видеть твои эмоции!

Лицо короля стало мертвецки бледным, а глаза стали слезится. Проглотив содержимое рта, король медленно встал из-за стола и не торопливо пошел в сторону выхода из зала.

-Папочка – обратилась Вери – ты всё? А как же десерт? Ты обещал…

Король повернулся к Вери и медленно кивнул, после чего продолжил медленно идти к выходу.

/Не думай о горечи… не думай о том, что ты уже не чувствуешь нёбо и язык… в первую очередь – ты король северных лесов… За дверью всего сорок пять метров коридора, а потом уборная, в которой есть ледяная вода, которой можно остудить рот…

Графство Мартирр.

Прохладное раннее утро. Щебет птиц предвещал хороший день. В комнате леди Майли было темно. У прикроватной тумбочки стояла пустая бутылка вина, на столе, стоявшего у стены, горел тусклый свет светильника, весь стол был в документах и старых книгах. Некогда удобное кресло с высокой спинкой лежало на боку, в его спинке торчали несколько арбалетных болтов, мягкая ткань была разрезана в нескольких местах.

Майли сидела в углу своей комнаты. В руках была бутылка красного вина, а лицо было опухшее от слез. Вошедшая в комнату служанка не сразу нашла взглядом графиню.

-Леди – обратилась та – завтрак готов. Вам помочь умыться?

Невидящим взглядом, Майли посмотрела на служанку. Опустила взгляд на пустую бутыль вина и, обняв колени руками, уткнулась в них головой.

-Он жив… - прохрипела графиня – эта скотина жива…

-Могу я позвать прислугу для уборки? – хладнокровно обратилась к графине служанка.

-Гро их всех бери… не смогли убить одного вшивого ублюдка… слабаки… все самой нужно делать…

Не дождавшись ответа, служанка поклонилась и вышла. На смену ей вошли четыре девушки и два парня. Они вынесли кресло, сняли шторы и поменяли пастельное белье. Уже через десять минут комната была как новая, а вместо старого кресла стояло точно такое же, только уже не с красной обивкой, а с золотой.

Графиня поднялась с пола, осмотрела свою комнату и двинулась в сторону шкафа. Медленно, покачиваясь от алкоголя, она начала переодеваться.

Черные брюки, белоснежная рубашка с высоким воротником и золотой росписью на манжетах, черный китель с креплениями для метательных ножей, украшенными так, что не сразу можно догадаться, что это китель воина. Стёганные сапоги из грубой кожи на шнуровке, с красными отливами и бардовый ремень с креплением для меча или шпаги. Затянув перевязь на груди, Майли застегнула рубашку и заправила её в брюки. Некогда мрачная комната, была светла и чиста. Строгие гобелены с описанием древних боев и портреты родителей Майли, висели на привычных местах, вот только на одном из портретов отсутствовало часть полотна. Взглянув в вырезанную часть полотна, Майли криво усмехнулась.

-Ну нечего, ты не доживёшь и до завтрашнего утра… ублюдок!

Леди Майли вышла из комнаты спустя час. На лице не было признаков недавней пьянки и бессонной ночи, проведённой в слезах.

-Леди Майли – обратился один из стражей – ваша карета подана. Вас сопровождают три кавалериста и два лучника. Какие будут распоряжения?

Майли посмотрела в глаза стражника так, будто тот был её лучшим другом. Мягко улыбнулась и нежным голосом, без прежнего металла, произнесла самую редкую фразу в её жизни – Спасибо…

Антон. Приграничная деревня северного леса Дерли Ахша.

Сладкий аромат свежих булочек и парного молока, свежий аромат утреннего леса. Утро у Антона было ласковым и нежным, несмотря на то что спина затекла, а голова раскалывалась. Всю ночь Антон провел за бумагами и старыми книгами, пытаясь разобраться в иерархии демонов и их законах. Уснув в кресле, он и не надеялся на хороший сон, но проспав три часа, он был отдохнувшим.

-Доброе утро, любимый – прозвучал мягкий и ласковый голос Кэттерин.

-Доброе… Как спалось?

-Отлично. Только проснулась. Сегодня нам предстоит отправится к оркам. Ты не забыл Малику отправить все документы и письма с отчетами?

-Нет. Я все отправил. Если что, то нам смогут помочь твои бойцы, а пока и так справимся.

-Луис едет с нами, но не факт, что он нам пригодится. Ты и сам сможешь призвать демонессу.

-Нужен. Когда я её призову, её нужно будет привязать к этому месту и не давать уйти, пока мы будем её расспрашивать.

Поставив на стол поднос с двумя пышными булочками и стаканом парного молока, Кэттерин присела рядом, на соседний стул.

-А разве есть заклинания для удержания демонов?

-Есть. Любая магия света очень сильна против демонов. Другими словами – если будет возможность заключить её в сферу света, то можно будет предотвратить её попытки бегства, однако это не точно. Люди ещё не пытались удержать демонов на земле, все старались их изгнать…

После легкого завтрака, Кэттерин пошла, по просьбе Антона, в деревню, где должна была попросить ещё книги о демонах. У местного мудреца. Антон, в свою очередь, решил провести в медитации.

/Так… Вот что мне стоит создать заклинание-клетку, чтобы удержать демонессу, но если она попытается сбежать, то либо убьет себя, что мне абсолютно не нужно, либо сбежит без последствий… Нужна золотая середина, однако не на ком ставить опыты… Хорошо, тогда попробую создать магию, ограничивающую движения и блокирующую магию. Так будет проще. Также, необходимо попробовать разобраться в себе. Меню, чат, игровых «костылей», которые были изначально, теперь нет. Ограничений по уровням и другого тоже нет, но вот сила точно увеличивается, но это только гипотеза, основанная только на собственных ощущениях.

Представив себе некое пространство, Антон начал плести нити маны, которые складывались в некое подобие оков. Излучающие свет, оковы были похожи на старинные кандалы, между собой скреплённые толстой цепью, и чем больше цепи переплетались, тем ярче светились. Цепи росли, оковы утолщались. Наложив поверх красную нить, вбивая в неё «шифр», который должен был ограничивать движение в пространстве, оковы сменили свой цвет с золотистого, в искрящийся красный, потом добавилась нить блокировки заклинаний, которая превратила оковы в беспорядочно сияющие цветными всполохами нити.

/Оковы готовы. Писать код для магических нитей оказалось сложным занятием, но вот как их проверить? А не как… придется рассчитывать на то, что она не попытается их сломать, а то потом точно придется прокладывать путь в ад… и искать там нашего тайного «душеприказчика»…

Выйдя из медитации, Антон открыл глаза. Перед ним всё та-же комната, все тот-же лучик света из окна и даже запах свежих булочек ещё в комнате, но по ощущениям, он провел в медитации несколько часов. Встав с кресла, Антон вышел из комнаты. Дом, в котором их поселили, был на одном из деревьев, примерно в метрах шести от земли. Солнце проникало сквозь пышную листву многовековых деревьев, нежно лаская лучиками солнца, лицо.

Осмотревшись, Антон не увидел ни одного ребенка, ни одного эльфа, который не был чем-то занят. Все куда-то спешили, что-то делали, часть эльфов занималось тем, что переносили большие корзины, а другая часть носила какие-то тряпки.

У двери в комнату стоял стражник. Облаченный в светло-зеленую форму, издали напоминавшую листья какого-то дерева, темно-зеленую бандану и ярко-зеленую повязку на лице, он напоминал спецназовца в камуфляжной сетке. Если такого эльфа посадить в лесу, рядом с кустом, его не сразу обнаружишь.

-Яркого вам года жизни, сэр Рохан – обратился стражник.

-И вам… а вы кто?

-Я стражник этой деревни. Меня приставили в ваше сопровождение и охрану.

-Это понятно, а как тебя зовут?

-Шикша. Лубри Шикша. Старший сын Берга Шикша, сотника армии короля северных лесов. Начальник стражи деревни Дерли Ахша.

-О – удивился я – значит ты тут главный… Скажи мне, когда вышла леди Кэттерин?

От удивления, бровь стражника взметнулась вверх.

-Так она десять ударов сердца назад вышла. Разве вы не заметили?

/Странно. Я медитировал точно больше получаса, а тут не больше десяти секунд… странно.

-А куда?

-Вот этого я не знаю. У леди Кэттерин свой сопровождающий. Они спрыгнули вниз, на три ветви вниз и пошли в сторону старосты.

Местная система передвижения по деревни напоминала систему многоуровневой систему метрополитена. Дома располагались на разных уровнях дерева, а между домами были брошены верёвочные мосты. Спустится вниз можно было как по лестнице, так и просто спрыгнуть. Над полом, на высоте в полметра, на протяжении всей деревни, плыла легкая дымка, которая являлась магическим облаком, функция которого была в замедлении свободного падения. Даже если спрыгнуть с высоты двухсот метров, за полметра над землёй твоё падение мягко замедлится, и ты будешь падать оставшиеся полметра. Эта система часто используется в моем мире строителями и десантниками, для предотвращения опасного падения, однако она основана не на магии, а на системе «воздушных подушек» или «воздушных парашютов», когда сильный поток воздуха буквально затормаживает падения, дуя с такой силой, чтобы пропала сила ускорения. Разработанная в далеком две тысячи сороковом, неким умельцем из Сибири, который увлекался прыжками с парашютом.

/Мой путь теперь лежит в умывальни. Я впервые у эльфов. Надеюсь, что способ умываться у них не отличается от людского, а то придется стражника просить показать.

Проводив меня до умывальни, стражник, опередив мои возникшие в голове вопросы, показал как пользоваться большим, в два с половиной метра высотой, кустарником и огромной кувшинкой.

После утренних водных процедур, я решил не изменять своим привычкам и заняться своим телом. Тренировки пока некто не отменял, а то, что я пока не знаю где можно потренироваться, это исправляется осведомлённостью моего сопровождающего. Спустя несколько минут, я уже стоял на большей, просторной поляне. Окружённая многовековыми деревьями, эта поляна казалась сказочной. Ярко-зелёная трава была чуть выше щиколотки, редкие кустарники разбавляли пейзаж. Лучи солнца, проникающие через кроны деревьев, давали достаточно света для тренировки, но в тоже время, были участки, где тени закрывали землю, а значит и спрятаться там можно. Как пояснил мне стражник - это тренировочное место, где тренируются стражники эльфов.

Начав свою привычную разминку, я погрузился в собственные мысли. Анализировать мне было что, особенно меня беспокоила ситуация с демонессой и тем, кто за ней стоит.

/Сама по себе демонесса не так сильна, однако её психическое состояние меня тревожит. Она была в отчаянии. Даже если она решится нам помочь, она не станет нам доверять, да и не факт, что её помощь не обернётся для нас ловушкой.

Просчитывая каждый из возможных сценариев, я старался учесть каждый нюанс и проанализировать каждое слово, которое мне стоит произнести для расположения к себе.

***

Щебет птиц. Теплые солнечные лучи падали на зеленую травку. Безоблачное небо было ярким и казалось, что оно было бесконечно далеко. Щебет птиц сопровождался детским смехом. Мальчик и девочка играли в «догонялки», весело смеясь, наполняя пространство звонким смехом.

-Когда наши дети причиняют кому-то боль или сами переживают это чувство, мы страдаем, разделяя их боль.

-Они не знают об этом.

-Они многого не знают, но они наши дети. Они ими останутся до скончания времён.

-Нам стоило раньше начать их воспитание.

-Но это тяжело, когда мы сами себе сковали руки нашим благословением.

-Тогда нам можно благословить посланников, чтобы те получили частичку нашей любви, хоть они и не наши родные дети...

-Они тоже наши дети...

Одна белоснежная птичка, прежде сидевшая на ветви высокой яблони, сорвалась с места. Взметнувшись ввысь, она набрала скорость и камнем бросилась вниз. Минуя облака, обгоняя капли дождя, она камнем стремилась вниз. Летя над деревьями, она быстро пролетала над лесами, полями и пустынями. Будто найдя объект поиска, она начала сбавлять скорость и медленно спускалась над большей поляной.

Молодой человек, одетый только в свободные штаны, отрабатывал удары двуручным мечем. Мокрый от пота, он с лёгкостью рубил воображаемых врагов, стремительно передвигаясь по поляне, на мгновение пропадая в тени одного дерева, и появляясь из тени дерева на другой части поляны.

Птичка сидела на ветви, совсем рядом с юношей, наблюдая за ним. Коротко чирикнув, она сорвалась и стремительно исчезла в ветвях дерева.

Юноша остановился. Он поднял голову и посмотрел в сторону птичьего крика. Птица уже улетела, оставив свободно парить одно из своих перьев. Белоснежное перо медленно планировало, и аккуратно опустилось на раскрытую ладонь Антона. Кровавые мозоли исцелились, охваченные светом, усталость прошла, а на ладони ровно по середине, появилась золотая точка. Ярко мигнув золотым светом, она исчезла, расплываясь по венам Антона золотым свечением.

Столица империи. Дворец императора.

Императрица прибыла в столицу. Торжественная встреча была организована привратником и по совместительству личным астрологом императрицы. Внешне женственный и строгий мужчина, облаченный в узкий сюртук малинового цвета, низко поклонился, приветствуя императрицу. Когда императрица ступила ножкой на красную ковровую дорожку, из окон замка стали разбрасывать лепестки красной и золотой розы. Пышное платье, выделявшее узкую талию носившей её, и высокое декольте, оголённые плечи и золотая вышивка по подолу. Все прямо кричало о высоком статусе и роскоши. Императрица была умной женщиной, строгой и заботливой, однако эта сторона императрицы была знакома всем, а вот та женщина, которая сейчас терпела боль от мозолей, стиснув зубы, с трудом дышала в перетянутом корсете и ждала блаженного часа, когда закончится весь этот пафос и она сможет снять эти гротовы туфли и снять с себя «оковы» корсета.

-Госпожа - громко и четко проговорил привратник - добро пожаловать домой!

Императрица коротко кивнула головой и подала ручку, которая была немедля подхвачена привратником. Мелкими и плавучими шагами, они проследовали по ковровой дорожке через главные двери замка.

Как только двери замка сомкнулись, к императрице подлетели служанки и слуги, усаживая её в мягкое кресло, развязывая шнуровки платья и корсета, снимая туфли и окуная ножки в высокую ванночку, наполненную тёплой водой и травами. Кто-то быстро вынимал сотни шпилек из пышной причёски императрицы, пользуясь магией, сразу двое крупных и сильных слуг аккуратно подняли императрицу, позволяя служанкам добраться до нижних платьев. Весь этот хаос длился не дольше двух минут, а когда все кончилось, императрица глубоко вдохнула, резко выдохнула и бодро встала.

-Мальчики, девочки мои, я так скучала - начала певуче щебетать императрица - как я счастлива.... я дома...

-Ваше пенсне, госпожа - подавая маленькие пенсне, один из слуг искренне улыбался.

-Акки, это ты? Как я рада... как твоя жена, как доченька?

-Вашими молитвами, госпожа...

Императрица подходила к каждому из слуг и крепко обнимала. Гладила по голове и целовала в щеку. Императрицу уже переодели в домашнее, хотя император называл это одеянием ленивых. Свободная юбка, ниспадающая до самого пола, вязаный свитер белого цвета, оголявший одно плечико, пышная причёска сменилась большой «гулькой», скреплённой белой ленточкой, на носу появилось пенсне, а роскошные туфли с алмазами сменились мягкими тапочками непонятного яркого цвета, похожие на тушки мелкого зверя особой пушистости.

-Муж ещё не прибыл? Война кончена, так чего он там делает?

-Император просил ждать его. Осталось урегулировать некоторые моменты...

-Знаю я его моменты... Ждёт когда «тайфун утихнет»... Опять в комнате разбросал все или может выпил все запасы вина? Что он там натворил?

-Увы, но после войны очень много погибших... - протягивая пачку конвертов, опустил глаза один из слуг.

Взяв пачку конвертов, она направилась в свои покои. Ещё поднимаясь по лестнице, императрица бледнела и замедляла шаг.

-Гномьей... ГНОМЬЕЙ ОСОБОЙ МНЕ - прокричала она - это сильно скажется на империи... - почти безшумно, одними губами проговорила императрица, сосредоточенно вчитываясь в текст.

/Светлейший! Да как такое произошло? Это ведь как такое могло произойти? Такие жертвы... почти вся знать... две трети мужей империи... пали... Мужу нужно больше времени, для решения ситуации с упавшим духом империи. Только на компенсацию народу уйдёт большая часть казны. Сколько раненых и психически сломленных... Это была и в правду война...

Императрица сидела уже в своём удобном кресле, с ногами забравшись в него, укутавшись в тонкий плед, она дочитывала последний доклад. Настроение полностью пропало. Радость приезда бесследно улетучилась, а на смену пришла боль в душе за империю и народ.

/Когда муж приедет, он будет здоров и свеж, он старается не огорчать меня, но я уже все знаю. В отчётах было сказано и о ранениях и смертях и даже о тех, кто хотел предать мужа... Всех покарает Всевышний, все неверные будут наказаны законом, но вопрос с графом Мартирр так и не решился. Его мы хоть и уберём с доски, но он ещё большая фигура, да и соседние государства и члены совета не поймут, если его казнить. Доказательств нет, шрамы тот вывел с помощью мага, а вот последнее покушение не говорит о том, что он устроил переворот...

Солнце уже скрывалось за горизонт. Красный закат окрашивал тонкие шторы личных покоев императрицы, багровыми красками. Ветер приносил свежесть и ароматы улиц, на кофейном столике уже стояла ароматная чашечка горячего чая и две маленькие конфетки.


Императорский шатёр. Граница империи.

Донесения о разбоях и военных преступлениях прекратились, только редкие доносы о драках между воинами. Император уже второй день пытается привести дела в порядок, но даже пять помощников не позволяют быстро разобраться с делами.

Сэра Рохана и сэра Малика император уже двое суток не видел, они заняты приготовлениями. Рохан - походом на земли орков, Малик - свадьбой и конфликтом с высшими эльфами. Сейчас император ждёт вестей от своих разведчиков, и если новости будут хорошими, то уже через неделю можно сниматься с места и идти обратно в столицу, но вот демонесса... она путала все карты. Сейчас не важно кто она и почему начала войну, важна фигура «кукольника», который манипулировал ей, и вот его мотивы интересны.

Очередной приказ о расформировании армии и переназначении должностей готов. Войска уходят с границы, рассредотачиваясь по империи, графствах, наделах и маленьким государствам, принадлежащих империи. Регулярная армия империи уйдёт последней, а вот эльфы начнут восстанавливать уничтоженную землю, помогать с ремонтом пострадавших деревень и вернутся в лес. Как и всегда, эльфы единственные, кто может восстановить не только ландшафт, но и вернуть плодородность земле.

К вечеру император устало откинулся в кресле. За целый день он только однажды позволил себе расслабится, когда во время смены караула запретили заходить в шатёр послов и разведчиков с докладами.

-Пусть принесут вина и кубок... и еды какой... Олла должна была оставить для меня - крикнул в сторону выхода из шатра.

Спустя пару минут один из стражников открыл занавесь и в шатёр вошла Олла и Горт. Олла несла поднос с несколькими глубокими мисками, а Горт нёс большую вяленую ножку кабана и несколько бутылок вина.

-Ну что, Мергал Окхе, готов чтить память павших и пить за здравие живых? - подмигнув императору, наигранно серьёзно проговорил Горт.

-Сначала пусть поест, выпить вы всегда успеете... мальчишки... - сказала Олла, пихая локтем в бок супруга и опережая того, поставила поднос на стол.

-Права ты Олла, есть хочу сильнее...

-Когда должны закончить Рохан и Кэттерин? - присаживаясь на свободный стул, возле стола, спросил Горт.

-Предположительно через неделю, но может произойти что угодно. Мы будем ждать их столько, сколько потребуется, но большая часть регулярной армии уже через неделю вернётся в столицу. Здесь останутся не более трёх сотен воинов под командованием генерала Де. Ларка.

-Надеюсь Антоша быстро вернётся - в слух сказал Горт, медленно откупоривая бутыль.

Горту не верилось, что все пройдёт гладко. Он знал, что демоны всегда были опасны, а если они ещё и приходят на землю, то это не сулит нечего хорошего.

Когда Олла вышла из палатки, император отставил пустые тарелки и пододвинул свой кубок, подставляя его для Горта. До поздней ночи Горт и Мергал пили, вспоминая яркие события боя, делясь наблюдениями и личными победами, и как полагается, на утро их разбудила хлопотливая Олла, отхаживая каждого полотенцем, заставляя подняться с пола и хотя бы умыться.

-Совсем отбились от рук - ворчала Олла, хлеща полотенцем по загривкам мужиков - вот императрице доклад напишу, так она тебя точно взбодрит, пьянь! Какого гро вы споили клерика и заставили бегать нагишом по лагерю и орать что он фея леса? Зачем устроили дебош в женских купальнях? Вам мало ссадин и синяков? ... А кто додумался использовать сделать большую рогатину и запускать отходы из выгребной ямы в ночных птичек?

Олла ещё долго их отхаживала, пока оба окончательно не протрезвели и не начали ржать.

-Вот ведь.... - сказал сквозь смех император - я и не помню, когда в последний раз напивался до такого...

-Конечно не помнишь... ты был пьян... - устало упав в императорское кресло, сказала Олла.

Глава 5


Всего мгновение нужно, чтобы понять, что мир вокруг реален, однако каждое утро для Малика будто сказка. Удивительно чистый воздух, наполненный ароматами утренней росы, свежих, сочных листьев деревьев и травы. Как бы глупо не звучало, но трава пахла зеленью...

Каждое утро Малик доставал из заднего кармана своих штанов портмоне, раскрывал его и смотрел на фотокарточку. На ней была изображена его далёкая семья. Жена, которую он больше не обнимет, которая больше не отчитает за пьяную выходку и пьянки с друзьями допоздна, дети, которым он больше не купит сладкую вату и мороженное, с которыми не пойдёт ловить жучков и рыбу. Малик больше не грустил. Его сердце и душа отпустили их, но не перестали любить. Он вряд ли сможет вернуться домой, но теперь его голова занята той, кто также непосредственен, как и его дети, также заботлив и очарователен, как и его жена.

Вытерев грубыми пальцами мокрые глаза, Малик посмотрел на рассвет. Сквозь невесомые, ниспадающие к самому полу, тюли из почти не осязаемой ткани, он видел зелёный ковёр, даже не так. Он видел облака зелени... Огромные, пышные кроны величественных деревьев, стволы которых, в обхвате, были больше футбольного поля.

Выйдя на балкон, Малик облокотился на мраморный парапет. Осторожно, переживая за его целостность, Малик положил ладони на мраморные перила и постепенно опускался на него своим телом, надеясь, что тот не треснет и не сломается.

Когда он полностью расслабился, Малик закрыл глаза и просто слушал. Слушал щебет птиц, шум ветра и запахи. Запахи?!?!?! Малик осознал, что может различать запахи, да не как обычно, а запахи всего... Каждой пылинки, каждого листика. У каждого запаха имелся свой оттенок, своя нотка. Малик глубоко вдохнул воздух и шумно выдохнул.

/Вери стоит позади меня в десяти шагах - подумал малик, чувствуя её запах - она приближается... нет, она крадётся...

-Вери, кошечка моя игривая, я чувствую тебя, не крадись ко мне - ласково прошептал Малик.

-Ну вот - наигранно скорчила рожицу Вери, будто огорчилась тому, что её обнаружили - теперь и не пошалить даже...

Звонко рассмеявшись, она уже в припрыжку подбежала к своему великану и, постаравшись запрыгнуть как можно выше, вцепилась в его... бедро...

Малик хмыкнул. Обернувшись на свою возлюбленную, он посмотрел на широко улыбавшуюся Вери. Она сияла от счастья, была бесконечно рада чему-то.

-Я теперь выше прыгаю, а когда-нибудь я смогу допрыгнуть тебе до головы... - придав своему голосу важности и немного понизив его, сообщила Вери.


Сегодня предстоит начать подготовку к свадьбе. Сама свадьба будет длиться три дня, подготовка будет идти неделю, и ещё не известно сколько будет длиться некий обряд «Двух лун», смысла и предназначения коего Малик пока ещё не разузнал.

Выйдя из комнат, в просторный коридор дворца, Малик взял Вери на руку, и будто куклу, понёс в сторону трапезной. Пока они шли, Вери, не умолкая, рассказывала о новых знаниях, полученных от учителя, новых магических заклинаниях, имевших бытовой характер. Она была впечатлительной, однако, когда та рассказала про удивление её учителя, когда поделилась с тем знаниями и учениями Антона, Малик перебил её.

-Послушай, любимая, это тайна. Рохан мой друг, а ты моя судьба и любовь. Он рассказал тебе по доброте и по секрету. Не рассказывай о полученных знаниях некому, многие знания, что мы с ним имеем, могут быть опасными для многих живущих.

Вери мигом стала серьёзнее. Понимая, что ругать за сделанное не будут, она быстро кивнула и сказала, что впредь будет молчать об этом, однако, её глаза выдавали детский интерес и хитринку.

-А чему ты, мой будущий муж, сможешь меня научить? - спросила она, пристально смотря прищуренными глазами в его, будто сверля взглядом.

На несколько мгновений Малик растерялся, краснея и теряясь, словно мальчишка. Почесав свободной лапой затылок, Малик потупил взгляд. Его речь не как не хотела складываться во внятную. Мыча и булькая, словно жаба, его щёки и уши наливались всё большим пунцом, а на лбу выступила испарина.

Звонко засмеялась, Вери, чем совсем сбила с толку Малика.

-О том, чему ты меня хотел научить, я, в теории, уже знаю от нянечек и мамы. Практиковать мы будем уже после обряда, а я спрашивала о знаниях естественных наук и магии...

Вытирая слезы, выступившие из глаз, она не переставала смеяться и буквально задыхалась от смеха, держась за животик.

/Вот я... остолоп... о чем я думаю... - корил себя, за пошлые мысли Малик - она ведь ещё девочка... а я... старый извращенец...

Малик продолжил идти. Его уши отливали багровым, а взгляд был устремлён куда-то вглубь коридора.

-Есть чему научить. Могу математике, физике, астрономии и немного кулинарии... также разбираюсь в спорте и знаю основы механики. Так, азы и небольшой курс института, но не ожидай чего-то углублённого...

-С математикой и кулинарией я разберусь, а вот что такое ас-тро-но-ми-я, фи-зи-ка и ме-ха-ни-ка... - по слогам проговорила Вери - я не знаю...

Малик сделал голос таинственным, он повторил прищур Вери и заговорщицки подмигнул той.

-Я обязательно тебе расскажу, когда представится возможность, один из «фокусов» механики и физики... я могу показать тебе и за обеденным столом, кое-что...

Вери покраснела, отвела взгляд и поправила выпавшие из причёски прядки волос, стараясь скрыть смущение, однако красные кончики острых ушек выдавали её с потрохами.

Уже в зале, когда они вошли, все обратили внимание на то, как гармонично эта пара смотрится вместе.

Он - огромный великан, внешне похожий на свирепого, дикого медведя с добрыми глазами. Его широкая спина, массивные плечи и лапы... он был грозным оружием. Шкура была местами седой, где-то были проплешины от шрамов и ранений, огромные сапоги, размер которых мог сравнится с будкой для алабая, а тесная куртка, хоть и на эльфийский манер, но не могла скрыть горы мышц. Но картина «Злой и страшный серый... медведь» «портилась» тоненькой, крошечной, на его фоне, молодой эльфийкой. Она словно только распустившийся, нежный цветок, на горной породе.

Вери была стройной, притягательной девушкой. Длинные волосы, которые чаще всего были связаны в косу или как сейчас, в пышную причёску, по длине доходили до пят. Не смотря на её улыбчивую и нежную натуру, она была очень умной и образованной эльфийкой. Через многое прошедшая, она могла с гордостью сказать, что знает вкус крови и горечь потери, но старается не думать о прошлом.


В глазах Вери читалось недоумение. Родители, как и приближенные к престолу, с не поддельным любопытством рассматривали их, а мама, скрывавшая свою улыбку за широким рукавом платья, смотрела скорее, как на недоразумение...

-Что же вы стоите в дверях - растягивая слова, будто песню, пропела королева - доблестный великан и юная фея...

В голосе королевы были забота и нежность, а в глазах смешинки.


Леди Майли. Дорога в столицу.

Большая, дорогая карета, украшенная расписными вензелями и золотом на голубом, ехала не спеша, щедя рессоры. Полог тишины ограждал карету от звуков внешнего мира.

Тусклый свет проникал сквозь задёрнутые шторки кареты. Леди Майли сидела у окна и наблюдала за проносящимся пейзажем. Сейчас она одна, её никто не видит и не слышит, однако и она не решается нарушать тишину. Даже будучи одной, она не хочет рассуждать о предстоящих делах и о собственных мыслях, ведь всем известно, что даже у стен есть уши…

Скоро она прибудет в столицу. Она давно тут не была, и с жадностью всматривается в осенний пейзаж. Мимо шли крестьяне и разночинные путники. Здесь и барды, и войны, юные адепты магических школ и купцы. Прибыв сюда, Майли собиралась разведать обстановку.

/Согласно донесению её разведки, младший брат графа Мартирр умер своей смертью в темницах столичных тюрем, однако не стоит расслабляться. Хоть младший брат так и не признался, и не сдал соучастников, в туже тюрьму попадёт и старший брат, а это значит, что у меня есть не более недели на то, чтобы его расколоть и убить… Один из стражников тюрьмы меня проводит туда и предоставит необходимое время, однако у меня есть не более пяти часов в сумме. Он уже доложил, что теперь в темнице стража меняется раз в час и за один день. Он в темницу спускается от одного до двух раз, а значит, это было сделано специально для того, чтобы не только предотвратить попытку побега или самоубийства заключённых, но и возможность подкупа стражника.

Карета графини проехала через центральные ворота столицы и направлялась к дворцовым воротам, до которых ещё пять кругов города и, как самое сложное препятствие – встреча с императрицей.

/Это напыщенная дама, слишком глупа, собственно пропорционально своей разбалованной и высокомерной натуре.

Майли не любила глупых женщин считала, что императрица не только не соответствует императору, по своему происхождению, но и по интеллекту, уступая даже своим служанкам. Особенно её раздражало, как высокомерно императрица ведёт себя с графами и прислугой.

Прибыв к воротам внутреннего замка, Майли открыла дверь экипажа. В проёме двери показалась мужская рука с надетой белоснежной шелковой перчаткой, вежливо приглашая леди взять её и спустится с кареты.

Приняв руку, леди Майли аккуратно поправила сюртук и сделала шаг из кареты. Крепкий воин дворцовой стражи стоял в полупоклоне. Приняв руку графини, он выпрямился и помог ей выйти из кареты. Отпустив её руку, он поприветствовал её и отрапортовал.

-Леди Майли, добро пожаловать в императорский дворец. Вас ожидают в приёмной. Императрица готова вас принять.

-Благодарю – коротко кивнула Майли, не смотря на воина.

Подойдя к высоким дверям дворца, её ещё раз поприветствовали стражники. Массивные двери дворца открылись. Торжественный и богатый холл замка приветствовал гостью. Магические светильники ярко освещали холл. Множество картин и цветов, мраморный пол и расписной потолок, все говорило о богатстве и высоком статусе замка.

Поднявшись по лестнице, Майли не раз ловила на себе недовольные взгляды как прислуги, так и стражников.

Пройдя по одному из длинных коридоров второго этажа, любуясь картинами и гобеленами, графиня встала на против больших, украшенных кованной вязью, дверей. Двери отворились, а за ними её ждала императрица. Малый тронный зал приветствовал её своим величием и богатством. У дальней стены, под охраной двух императорских военачальников, на троне сидела императрица.

Роскошная причёска, идеальное платье, украшенное алмазами и рубинами, холодное, бесстрастное лицо и высокомерный взгляд.

Леди Майли прошла по центру зала и остановившись в десяти шагах от трона, припала на одно колено и склонила голову.

-Приветствую вас, моя императрица.

-Подними голову и встань с колена, вы леди, а не сэр.

Майли скрипнула зубами от досады. Её всегда раздражали издевательства императрицы. Особенно её желание видеть Майли в платье.

-Прошу прощения, моя императрица, сегодня я не в платье.

-Прощаю, но я имела введу, что вы леди, не зависимо от того, что на вас надето, однако я не довольна вашим видом, вы должны одеваться как леди, соответствуя статусу и гордясь тем, что вы женщина.

-Понимаю ваше недовольство, моя императрица – выпрямилась Майли – однако мой наряд был выбран не спроста. Я намеривалась посетить мужа, ныне находящегося в тюрьме, а платье будет мешать, да и грязь подземных лабиринтов тюрьмы – это не то место, куда стоит надевать платье.

-Хорошо. Я соглашусь с этими доводами. Вы прибыли в столицу на долго?

-Нет, на неделю. Сперва я повидаюсь с мужем, о чем пришла просить вашего разрешения.

-Разрешаю, зная вашу преданность империи, я разрешу вам на посещение его на весь срок пребывания в столице, однако… - императрица медлила, подбирая слова, но делая вид, что брала театральную паузу – однако я не могу позволить вам находится наедине. Надеюсь вы понимаете, что граф, до разбирательства, считается военным преступником, а до тех пор, пока не состоится суд, он будет под пристальным наблюдением.

/Вот ты гадина… ну ничего, я придумаю способ… - думала Майли.

Лицо графини с трудом скрывало злобу и разочарование, однако ментальные изменения не скрылись от императрицы.

-Благодарю – поклонилась Майли – я принимаю условия посещения моего супруга.

-Можешь идти – властным голосом, полным высокомерия, сказала императрица.

Выйдя из тронного зала, леди Майли быстрым шагом направилась на выход из дворца. Для гостей всегда были открыты двери гостиного дома, в котором могли расположится гости, прибывшие издалека. Не менее роскошные покои, чем у самой графини, и огромное количество слуг. Денег за покои не взимались, хоть живи в них, но задерживаться в них ей не стоит. Она понимала, что императрица не только будет следить за ней, как за супругой графа, но и как за гостем. Император не вводил свою супругу в большее количество тайн империи, следовательно, и о том, что Майли ненавидела своего супруга, та не знала.


/Сперва расположусь в покоях, отдам несколько высокопарных приказов, дабы отвести глаза, а сама направлюсь к месту встречи со стражником. Как там место называлось… - графиня нахмурила лоб, вспоминая название харчевни. Записывать было нельзя, могли найти записку, а потом начать задавать неудобные вопросы – «Светлые леса»… «Белые поля»… нет, «Райские пущи»… точно.


Распорядившись о том, что ей необходимо побыть одной, она нарочито громко распорядилась, чтобы служанки сходили в город и отдохнули, а сама, шёпотом приказала одной из них остаться в её покоях. Майли надела дорожный балахон своей служанки, максимально прикрывающий её тело и скрывающий лик, за глубоким капюшоном. Выйдя из дворцового круга и направившись к одной из многочисленных харчевен четвёртого круга, где отдыхали и селились знатные путники.


Императрица. Дворец.

Стоя на балконе своих личных покоев, императрица крутила в руках длинный мундштук, опёршись на мраморный карниз балкона. Лицо было задумчивое и хмурое. Сизый дымок клубился под пологом невидимости и рассеивался лёгким ветерком, выходя из купола.

-Дурочка… знаю я, что убить собираешься его… муж уже рассказывал о тебе, и о плане с захватом графства знаю… все знаю. Не дайте ей оступится – коротко приказала императрица, отдав приказ себе за плечо.

Два суровых воина и один маг менталист низко поклонились и быстрым шагом вышли из покоев.

/Когда-же эта дурёха начнёт думать головой, а не чувствами? Я всё понимаю, но разве она не догадывается, что интриги плетутся не на поверхности? Если есть одна интрига, значит под ней ещё с десяток может иметься…

Императрица стряхнула пепел, выдернула шпильку из волос и почесала голову, через пышную причёску.

-Гро! Элиа, ослабить причёску ни как? Голова чешется… хочу снять это убожество и надеть халат – простонала императрица своей служанке.

Будучи одной из самых опытных и уважаемых личных служанок императрицы, Элиа пользовалась не только благосклонностью императрицы и императора, но и почётом среди остальных служанок. Некоторые министры и секретари императорского двора давно пытаются расположить её, однако Элиа настолько преданна императорской семье, что даже не думает о каких-то личных привилегиях и прибыли. Она только хихикнула в кулачек.

-Нет, вам нужно держать лицо, а впереди ещё два приёма и несколько накопившихся бумажных дел. Вы ведь понимаете, что при послах и графах не стоит ходить в розовых тапочках и халате с цветочками, да и нужно сохранять образ глупой и зарвавшейся богатой дуры… хоть он вам и не идёт…

Элиа говорила всегда только то, что думала, не боясь разгневать императрицу, однако при посторонних молчала, опустив взгляд в пол.

Императрица согласно кивнула. Передав служанке мундштук, подошла к серебренному тазу, наполненному голубоватой водой. Ополоснула руки и умылась, убирая запах табака и меняя его на ароматы цветов.

-Привязать двух теней к ней, дать распоряжение о постоянном наблюдении клериками и поставьте метку дистанционного слуха. Мне надо знать, о чем они говорят, да и среагировать нужно быстро, в случае попытки убийства. Хоть муж и просил её не убивать и не арестовывать, я не смогу её защитить, в случае, если она сглупит.

-Есть – отрапортовала незаметная фигура в дальнем углу комнаты – разрешите разыграть несколько сцен, для минимизирования количества сторонних свидетелей?

-Разрешаю, но постарайтесь сделать и так, чтобы она также ничего не заметила. Не заменяйте ключевых лиц, она их может запомнить.


Великий лес. Дом высших эльфов.

В кронах вековых деревьев, под лучиками нежного солнышка и обдуваемые сладким, тёплым ветерком, сидели высокие, стройные фигуры высших эльфов. Закутанные в тонкие одеяния, полупрозрачных туник, на манер греческих, они писали тонкими магическими перьями на отдельных страницах. Более молодые высшие, скрепляли разрозненные страницы в крепкие, толстые книги с кожаными обложками. Высшие писали летописи, магические учебники и исторические хроники давно минувших тысячелетий.

На полянке, которая была усыпана множеством пёстрых цветов, царила тишина, только щебет птиц и звук струящейся воды, находящейся не вдалеке реки, нарушали полную тишину.

Идиллия была нарушена. Громкие шаги по зелёному ковру сочной растительности, словно сотня скакунов, ворвалась на поляну.

Винс Ту’арорр ворвался в святая святых библиотечного парка.

-Отец, как это понимать? - сорвавшись на петуха прокричал Винс.

Откашлявшись, тот продолжил.

-Мои приказы ни во что не ставятся, требования привести к моим ногам чернь звероподобную - наглым образом игнорируются, низшую эльфийку решил в жены взять - так и тут облом... Она, видите ли помолвку разорвала...

Седовласый эльф, с пронзительно голубыми глазами, оторвавшись от рукописи, медленно отложил перо. Его движения были плавными, и казалось, что он не двигается, а плывёт.

Выставив в сторону руку, в его цепких, бледных пальцах оказалось горло Винса.

-Умолкни, Винс. Ты ничуть не лучше них, а в чем-то и даже не годишься в подражатели. Ты глуп и скуден на рассуждения. Ты ещё мальчишка, ставящий своё «хочу», выше мирового «надо».

-Не учи меня жить, мне ни одна сотня лет! - прохрипел Винс.

Голос высшего стал грозным и жестким, от каждого звука земля дрожала, а свет превращался в мрак.

-Если ты ослушаешься меня, я развоплощу тебя и будет трауром тот день, когда этот мир узнал тебя!

Высший смотрел своими голубыми глазами в глаза своего сына, а Винс лишь с ужасом и с бешеным ритмом биения собственного сердца, мог только подчинится ментальной силе отца.

Отпустив Винса, высший успокоился, возвращая окружающий его мир в прежнее состояние, однако трава под высшим была мертва, опадая прахом. Винс стоял на коленях, руки дрожали, а на горле остался отпечаток руки отца. Высшие не только были самыми мудрыми и старыми созданиями этого мира, но и чрезвычайно опасными. Их сила тщательно скрывалась от всех, даже эльфы, что являются их дальними родственниками, не могли знать всего. Винс, будучи единственным сыном своего отца, перенял ничтожную долю его сил, однако и она была достаточно большим подспорьем для этого мира.

-Теперь иди и постарайся не опозорить наш род... Сын...

Высший был недоволен действиями своего сына. Но от крови не отречёшься, а посему придётся заняться его воспитанием повторно.

В воспоминаниях высшего всплыли картины боя. Чёрное небо с кровавыми всполохами и десятками торнадо. Крики животных и растерзанное тело сына, когда тот впервые пытался его свергнуть и огрызнулся, требуя передать тому власть. Тогда небо плакало кровавыми слезами, а земля кровоточила лавой и лопалась, оставляя на себе километровые впадины и расщелины. Сын тогда почти тысячу лет боялся показаться ему на глаза.

/Гротов тиран... - сплюнув ком крови, подумал Винс - скоро я узурпирую твою власть. Я набрался сил и могу уже быть тебе противником. Я сотру все то, что ты так любишь...

Винс шёл быстрым шагом в сторону дома. Один из великих дубов, что был приютом для высших, был личным домом для него и отца. Мать, как и у большинства сыновей высших, не пережила роды и умерла, оставив после себя огромное количество миленьких вещей и ненужной бижутерии. Винс спешно поднимался по винтовой лестнице, перебирая в голове мысли. Злоба и ненависть бились в его голове, ища способы удовлетворения собственных потребностей в мести.

-Амон... Именно этот падший должен был удовлетворить моё желание. Он давно притирался ко мне, просил об услугах и просил о милости... Червь! Я дам ему шанс. Выслушаю его, может чем и помогу, а в замен возьму стилет силы...

Чертоги нижнего мира.

Маленькая комнатушка, свет магического светильника вяло освещал комнату алым свечением. Лили сидела за столом, опустив голову на столешницу. Руки безжизненно свисали к полу. Как всегда, до самого тёмного времени суток она сидела за книгами и фолиантами, изучая сотни исторических источников, ища информацию о своих родителях, мелкие намёки и краткие упоминания, но ничего конкретного и полного. Как ей стало известно, её отец был один из высших демонов этого круга, однако о чине и статусе ничего не известно. О матери вообще ничего не понятно. Вроде как и была, но в тоже время не было ни одного упоминания.

-Пусто... - на выдохе прошептала Лили.

/Я уже более сотни лет ищу ответы... А вопросов становится всё больше, а ответы лишь косвенные и ничего конкретного... Если я продолжу в том же духе, то ответ так и не найду...

Тот мужчина в балахоне опять её отчитал, намекая на то, что она бездарна...

/Требует выкладываться ещё больше... И дразнит... Дразнит информацией о маме и папе...

Слезы сами по себе появились на красноватом лице. Вертикальные зрачки задрожали. Приподнявшись, уперевшись лбом и рожками в столешницу, Лили сжала кулачки и с силой ударила по столу. Слезы вырвались уже дорожками, брызнув из глаз. Капли слез падали на круглые стекла очков, расплываясь по ним и стекая на столешницу.

-Высший! Дай мне сил! - прохрипела Лили.

/Ничего. Надо взять себя в руки и идти дальше. Мне уже не повернуть назад.

Резко встав. Лили зло посмотрела в собственное отражение в зеркале, смахнув слезы. Она сняла очки. Проведя по волосам ладонями, она распрямляла непослушные волосы, будто отпаривая их, выпрямляя по всей длине.

-Ты желанна. Ты пышешь похотью и смертью.

Проводя ладонями вдоль тела, грудь лили наливалась соком, талия уплотнялась, а бедра расширялись. Маленькие рожки удлинялись, уходя за затылок, чуть закручиваясь. Ногти удлинялись.

-Сильным - сила, а мне страсть и похоть! -опять магическим голосом, отдающимся звоном, прорычала Лили.

Теперь перед зеркалом стояла обнажённая демонесса, которую все знали как Лили. Истинная её форма, боевая ипостась, однако Лили любила быть незаметной и скромной, но жизнь в городе требовала регулярно поддерживать текущую форму, дабы не позволять другим демонам хоть как-то возвысится над ней.

Чёткая иерархия - это не для демонов. Каждый будет пытаться урвать свой кусок силы и добычи, каждый будет добиваться более высокого статуса, не брезгуя даже самым мерзким и низким способом получения выгоды.

Покрасовавшись собой перед зеркалом, Лили подошла к шкафу и распахнула створки. Сегодня ей предстоит снова идти в мир смертных, дабы попытаться исправить все то, что не смогла сделать в прошлый раз.

Подобрав одно из любимых своих нарядов, Лили оценивающе и немного скептически осмотрела себя. Не прозрачный, кожаный корсет из темно-багровой кожи с чёрной окантовкой, в области груди, достаточно аппетитно выделяющейся корсетом, видны тоненькие кружева, оттеняющие грудь. Делая её ещё более аппетитной, коротенькая юбочка, под которой был шелковый подъюбник частично состоящий из тончайшего кружева. С одной стороны это выглядело вызывающе, а с другой загадочно. Чёрные, из матовой ткани, высокие чулки, крепящиеся за пояс тоненькими тесёмочками, гарантировали особое внимание,выделяющиеся ажурной вышивкой из красной нити. Красные полусапожки, с вырезом на свободной пяточке, позволяющие стениным демонессам щеголять по инферно, цокая костяной пяточкой.

Антон. Приграничная деревня северного леса Дерли Ахша.

Антон сидел в тени раскидистой лирти, чем-то напоминавшей иву, пил из чарки холодный травяной чай и пытался разобраться в произошедшем. Его ладонь чуть видно сияла золотистым светом, по ощущениям ничего инородного не было, однако ощущения и внутреннее естество говорили о том, что это что-то магическое. Он уже давно перестал чему-то удивляться, но внезапные нештяки настораживают.

Тренировку он уже окончил, тело откликалась приятной болью и истомой. Пот буквально лился, а в голове было ясно.

Неподалёку тренировались эльфийские стражники, на противоположном краю поляны стоял его сопровождающий, внимательно смотрящий в его сторону. Мимо проносились дети, играя в войну.

Лубри подошёл к Антону и протянул полотенце.

-Интересно наблюдать за вашей тренировкой. Вы всегда так тренируетесь?

Подняв глаза на стражника, Антон отглотнул чая и повесил полотенце себе на шею.

-Да. Во время тренировки я вхожу в транс. Очень удобно думать, когда тело занято и напрягается. Голова чиста и сосредоточена, а мысли упорядочены.

-Ваши техники мне не знакомы, хотя я могу похвастаться знанием всех основных техник империи и всех тайных техник эльфов и дроу. Ваши удары и выпады говорят о боевом опыте, а бережливость и чёткость движений о сбалансированности сил. Ваши мышцы не как у воина или мага.

-А как у кого? - подняв одну бровь, спросил Антон.

-Не могу сказать, однако мышцы равномерно развиты по всему телу, будто вы владеете всеми видами оружия и всеми приёмами.

-Как вы пришли к этой мысли?

-Мышцы. Для каждого оружия и соответственно для каждого движения, нужно развивать определённую группу мышц, а ваши... говорят о том, что вы владеете от ножа, и до двуручного молота, не брезгуете возить куски пород на телеге и выкорчёвывать сорняки. Слишком много рельефных мышц, слишком много для воина...

-Развитие говорит о разносторонности и не только боевом. Чтобы быть хорошим воином, недостаточно просто владеть каким-то оружием и уметь противостоять всем остальным. Нужно владеть собственным телом и быть способным противостоять любому противнику, с любым оружием и быть готовым защищаться или биться без оного.

Эльф погладил своё длинное ухо, видимо о чем-то размышляя.

-А вы способны?

-Нет - усмехнулся я - я только стремлюсь к этому, а вообще я маг.

Глаза ушастого явно были готовы выпасть из орбит, брови вскочили до предела. Лицо буквально замерло в немом вопросе «Чё за нах?».

-Я хочу быть не только сильным магом, но и хочу быть способным выжить там, где пользоваться магией не получится или будет запрещено.

Развивать наш диалог я не стал. Медленно поднявшись, я пошёл в сторону своего временного жилища. Стоило переодеться и смыть с себя пот. Совсем скоро нужно идти на трапезу, о чем уже щебетали мимо проносящиеся детишки.

В этой деревне я проведу все время, пока не составлю окончательный план и не выдвинусь в путь. Ещё примерно три дня на путь и не более суток на призыв и диалог с демоном. Планов как всегда много, а их исполнение зачастую зависит от тех самых мелочей, которые не смог просчитать, будь то пролетевшая мимо бабочка, снизившая концентрацию и отвлекая на себя внимание, или на мгновение отразившийся лучик солнца от чужой брони. Любая мелочь может сыграть с тобой злую шутку или помочь сделать тот самый нужный шаг к такой желанной победе.

После водных процедур в местной лохани, которая была сделана из прессованных листьев растения, напоминавшего кувшинки, меня повели в трапезную. Эльфы отличались не только надменностью, но и эстетической высокопарностью, даже не смотря на то, что это не дворец, а одна из самых маленьких и захудалых деревень северного леса.

За многочисленными столами трапезного зала сидела вся деревня. Тут и старцы, чей возраст внешне был всего за пятьдесят, а номинальный более чем за семьсот лет, и совсем маленькие мальчики и девочки, внешне походившие на пятилеток. У каждого был набор вилок и ложек, от самой маленькой до самой большой. Все приборы были сделаны из какого-то прочного дерева, искусно выточенные и обработанные. На больших тарелках была рыба и овощи, несколько аккуратно отрезанных долек хлеба. Стол был полон разных общих блюд, внешне походивших на запечённых птиц, свежепойманных и хорошо прожаренных рыб и богатых салатов.

Нас с Кэттерин посадили за стол старосты, где сидел он сам, предположительно его супруга и несколько стражников.

Староста был молчалив. Его лицо выражало безмятежность и высокомерие, в отличие от своей супруги, которая смотрела на нас с неподдельным интересом. Её большие, даже для эльфийской рассы, глаза, бирюзового цвета, будто сканировали нас, разглядывая каждую деталь туалета Кэттерин и каждый шрамик на мне, каждую морщинку.

Гробовую тишину разрушила супруга старосты. Медленно, но с явным интересом начавшая диалог.

-Друзья наши, вы одни из первых людей, посетивших эту деревню. Какова ваша цель?

Отложив в сторону один из многочисленных приборов на стол, я решил поддержать её диалог, но только сейчас заметил, что вся деревня, собравшаяся на трапезу, все это время не издававшая и звука, просто слушала. Их любопытство никак не проявлялось с первого взгляда, однако теперь я явственно видел, как у одной из маленьких эльфиек, сидящей у дальнего стола к нам спиной, ушки дрожали от напряжения, пытаясь выкрутится в нашу сторону.

-Мы, с разрешения короля северных лесов, посетили вашу деревню ненадолго. Наш путь лежит в земли орков - немного замявшись, я обдумывал дальнейший ответ, ведь говорить о истинной цели нельзя, а вопрос прямой, и эльфы чуют ложь, как псы чуют страх - целью нашей остановки является сбор информации и редактирования направления дальнейшего пути.

-Вы исследователи, картографы, или...

-Первые паломники и исследователи - перебив её, сказал я.

Сама мысль пришла неожиданно и явственно. Ведь именно на землях орков, где когда-то были леса эльфов, стоит монумент Высшему и «Дерево жизни», которое по приданиям не умрёт до тех пор, пока не умрёт последний эльф. Я вычитал в нескольких источниках об этом месте, но не думал, что будет возможность воспользоваться таким предлогом.

-Нашей целью является «Дерево жизни» и монумент Высшему. Их точное нанесение на карты и проложение кратчайшего пути для паломничества верующих и страждущих. Путь наш будет тернист и сложен, и сил потрачено будет не мало, но я верю, что мы добьёмся своей цели.

Супруга старосты улыбнулась и довольная моим ответом, кивнула.

-Благостная весть, и цели ваши праведны.

Дальнейшая трапеза проходила без лишних допросов, изредка отвлекая от трапезы, нас спрашивали о войне, о короле и великих воинах леса, кои отличились в битве. Мы делали вид умный, но придурковатый, дабы оградить себя от допросов, отвечали односложно и с искренней улыбкой. Хотя несколько неудобных вопросов мы все же получили, касаемо наших специальностей и специализаций, на что пришлось изворачиваться и юлить. Не факт, что меня не сожгут сразу, как узнают обо мне, а вот о том, что Кэттерин шпион, могут понять неправильно.

-Я исследователь с магическими способностями, а моя спутница - переведя на Кэттерин взгляд, я продолжил - моя невеста.

Глава 6


Мир многогранен и состоит из тысячи цветов, каждый имеет сотню слоев, но сливается в один поток, представляя нашему взору всего два цвета – белый и черный.

***

Белоснежный гранит переливался маленькими искорками всполохами, отраженный от магического светильника. Обнаженная девушка стояла на коленях, сжимая в своих тоненьких ручках скипетр. На белоснежной спине девушки виднелись свежие, рваные раны от шипастой плети. Кровь уже свернулась, а регенерация творила чудеса, восстанавливая кожу. Рваные раны затягивались, образуя чуть видные рубцы.

-Сегодня ты посвящена. Вскоре ты отправишься в долгий путь, длинною в жизнь. Ты будешь нести веру и любовь, слово и меч божьи, путем искупления грехов через боль.

-Да, настоятельница, я готова.

На плечи девушки положили белоснежный, шелковый платок. Нежно обернувшийся на девушке, платок сам принял вид белоснежной ночной сорочки, с золотой вышивкой на спине.

Девушка встала и вышла. На её месте растекалась лужа из крови, заполняющая каждую неровность пола и просачиваясь в каждый уголок. Через некоторое время кровь впитается в гранитный пол, а пока, это дань, которую она отдала, взамен на силу и благословение.

Леди Майли. Столица империи.

Шумное и многолюдное, помещение харчевни «Райские пущи» было многолюдно, а большое количество разномасленных наёмников, шумно отмечающих крупную награду после войны, делало из богатой харчевни дешевую пивнушку.

За дальним столиком сидела леди Майли, ожидая знакомого стражника из тюрьмы императора.

Не совсем трезвая компания «искателей приключений», как они сами себя называли, решила позволить себе чуть больше, чем положено, решив начать приставать к обслуге и другим посетителям.

-...иди сюда, малышка, я уставший воин, жаж... жажд... жажду-у-у-ущий любви-и ик.

Ущипнув одну из официанток за попку, он отпил ещё крепкого алкоголя из глиняной кружки и с силой ударив им о стол, разбил.

-Иди сюдыть, я сказал - уже громче обратился тот к девушке и схватил её за запястье - ищь чо, недотрога... не целованная что-ли... дрянь...

Девушка прижала к груди пустой поднос и сморщившись, ожидая домогательств или удара, закрыла глаза.

-Убрал руки от девочки, пьяная скотина!

Сказанное леди Майли, разошлось по залу, словно удар хлыста. Все мгновенно прекратили издавать хоть какие-то звуки. В харчевне воцарилась гробовая тишина.

Воин вяло осмотрел помещение харчевни, оценивая ситуацию, и убедившись, что на защиту дерзкой незнакомки некто не поможет, резко схватил ту за ворот балахона, приподнимая над полом.

-Может тогда ты меня сможешь развлечь, сука...

Воин поднял её на уровень своего лица, пытаясь разглядеть ужас или панику в глазах.

Внезапно балахон стал пуст. Майли быстро высвободилась из балахона и быстрым движением встала по правую руку от воина. Удар раскрытой ладонью в почку с проворотом, уворот от возможного удара правой руки и удар костяшками двух пальцев под коленную чашечку левой ноги.

Воин припадает на одно колено, замахиваясь правой рукой, он отбрасывает балахон, но рука не встречает преграды и, по инерции, воин падает на пол.

Удар каблуком под ребра, в область левого лёгкого и громкий хруст сломанного ребра заполняет помещение.

Двое приятелей поверженного воина ринулись тому на помощь, выхватывая мечи и стилеты.

Леди Майли, на миг оборачивается в их сторону, оценивая ситуацию. Решение пришло незамедлительно, и вот она раскручивает своё тело, смещая центр тяжести тела и отталкиваясь от пола.

Не высокий воин, предположительна с направленностью убийцы или вора, делает двойной выпад стилетами перед собой, стараясь порезать девушку, однако та, почему-то, в воздухе и крутясь, пролетает параллельно полу над его головой. В руках леди Майли два кастета с фамильными гербами на каждом выступе холодного, дробящего оружия. Блестит один из кастетов, впечатываясь в затылок коротышке.

Второй воин, выхвативший полуторный меч, рубит наискосок, с правого угла, на левый нижний.

Майли уже на корточках, стоит за первым воином, который медленно опадает на пол, прокрутившись по своей оси, она пяткой зацепляет соседнюю табуретку, отшвыривая в ноги мечнику. Тот наклоняется от удара, чем и пользуется графиня, впечатывая рослому воину кастетом в лоб. Три из четырёх костяшек с гербами семьи Арто отпечатываются на его лбу, второй удар приходится в солнечное сплетение и уже снова согнутый мечник, получает коленом в нос. Нокаут.

Леди Майли стоит по среди поверженных, но ещё живых дебоширов. Правая рука окроплена кровью, а кастеты сияют золотом, на лице невозмутимое выражение лица, а в душе холод. Ей стоило и раньше выплеснуть пар, давно она не давала выход своим эмоциям.

-Леди Майли? Графиня? - где-то за её спиной прозвучал вопросительный возглас.

Майли обернулась. На неё смотрели почти тридцать человек. Все присутствующие в зале посетители и обслуга. Девушка официантка упала на колени и заплакала.

-Леди Майли, благодарю вас. Спасибо вам... - хлюпая носом, девушка закрыла ладошками лицо и плакала.

-Вызовите стражу, выставите счет этим господам и прикажите убраться, а то они тут насвинячили... - дала распоряжение графиня, снимая с пальцев кастеты.

Два привратника подбежали к лежавшим без сознания воинам, оттаскивая тех к выходу. Несколько девушек из обслуги, в быстром темпе начали убирать со стола, приводя в порядок помещение.

-Прошу простить меня, за неподобающее поведение посетителей, графиня, но после войны таких посетителей стало много, ситуация намного хуже в более дешёвых заведениях - в полупоклоне подошёл к Майли управляющий.

-Вы, когда научитесь думать головой? - зло посмотрела на него Майли - ВЫ отвечаете за посетителей ВАШЕГО заведения, а по тому у вас должны быть охранники, ежели таковых нет или недостаточно для решения такого рода проблемы, вы ОБЯЗАНЫ сообщить страже. Я внятно объясняю?

Управляющий низко поклонился.

-Да, графиня. Исправлюсь. Впредь не повторится. Благодарю ещё раз за помощь, и я искренне рад, что вы не пострадали.

Через минуту в харчевню вошли стражники, забирая под руки виновников дебоша. Один из стражников подошёл к графине.

-Леди! Прошу простить меня, но я намерен попросить вас следовать с нами, нам необходимо получить письменное объяснение. Маги уже снимают магические отпечатки, однако для проформы необходимы и такие виды доказательств.

Нет причины не подчиниться, однако её присутствие в таком заведении будет обсуждаться. До императрицы вскоре, если не уже, дойдет информация. Со стражником она не смогла встретится, хотя есть шанс встретить его в канцелярии, где будет допрос.

Согласившись, Майли поправила платье, забрала со спинки стула балахон и прошла на выход.


Малик. Столица Северного леса.

Когда Вери проснулась, её взору пристала следующая картина: Малик сидел на маленьком стуле, что стоял у большого окна. Он сидел в одних штанах, бугристые мышцы на загорелом теле вздувались, а волосы на голове, стояли дыбом, напоминая ежа. Невнятное бормотание и рычание выдавали раздражение Малика, от частых неудач.

-Любимый? Ты, когда проснулся? – обратилась Вери.

Хоть Вери и была молода, но как эльф, она чутко спала, и точно должна была услышать Малика, но почему-то даже не ощутила присутствия.

Малик повернулся в пол оборота, а встретившись глазами, быстро их опустил.

-Прикройся, малышка, ты в неглиже.

Вери посмотрела на себя. Сквозь тончайшую ночнушку просвечивалась белоснежная девичья кожа, наливающиеся груди. Осознав неловкость ситуации, Вери начала судорожно натягивать одеяло, стараясь как можно скорее прикрыться, но не рассчитав силы, задрала одеяло до самого подбородка, оголив стройнее ножки чуть выше колена.

-Ой – покраснев, выглядывая из-под одеяла, пискляво сказала Вери – я не специально…

-Нечего, хотя я думал, что ты меня дразнишь.

Она нахмурилась, сделав вид оскорбленный и крайне возмущенный, стараясь при это не выдать, что она просто позабыла о том, что на ней надето.

-А я дразнила… вот… а ты не догадался…

-Ну хорошо – согласился Малик и отвернулся, продолжив чем-то заниматься.

-А что ты там делаешь, и почему в моей комнате?

По-детски, совсем не соответствуя своему статусу, Вери вытянула шею, тщетно пытаясь разглядеть то, чем Малик занимался.

-Это что-то для меня? Это подарок? – продолжала заваливать вопросами Малика.

-Да - коротко ответил Малик, не отвлекаясь – я недавно обещал показать свои знания в неизвестных тебе науках, так это маленький эксперимент, точнее несколько, которые тебя могут заинтересовать.

Встав в полный рост, Малик отошел от столика. На столе стоял карандаш, на котором висели две вилки из столового серебра, яблоко, истыканное разными булавками, и небольшая чаша, в которой стояла вертикально ложка.

- Как переоденешься, я войду и объясню тебе все – сказал Малик, выходя из комнаты.

Вери подбежала к столику, быстро откинув одеяло, пристально изучала стоящее и с недоумением посмотрела на ложку. Та была покрыта какими-то кристаллами, а вилки, будто парили над карандашом. Чуть дотронувшись до края одной из них, те начали крутится, однако и не собирались падать.

/Чудеса - подумала Вери.

Утолив свое любопытство, Вери наконец подошла к шкафу. Две служанки, появившиеся из неоткуда, принялись стягивать ночнушку и переодевать Вери.

/Если подумать, то я впервые вижу такое. Малик удивляет. Не спорю, что у зверей есть технологии, о которых нам неизвестно, однако таких знаний у них некогда не было, да и они воины, развивающие свое тело, а не мозг. Малик удивителен. Если он сможет развить свои знания и принесет выгоду эльфам, он станет первым в мире королем, который смог превзойти мудрейших древних эльфов. Не удивлена, что я прониклась чувствами к нему.

-Принцесса - обратилась одна из служанок - всё готово.

Вери осмотрела себя. Нежно - голубое платье с мельчайшими узорами, напоминающими цветущий сад и нежными вышивками из серебряных нитей, гармонично сочетались с маленькими туфельками бирюзового цвета и с аналогичными цветами, сотканными золотыми нитями.

-Принцесса, вы изменились.

Недоуменно посмотрев на свою служанку, она кивнула головой, давая понять, чтобы та продолжала.

-Вы стали самостоятельной, сильной и... и вы повзрослели.

-В чем это выражается?

Служанка опустила глаза, но продолжила.

-Платье мы вам только дали в руки, а вы самостоятельно его надели, сами поправили подол и кружева, сами надели чулочки и туфельки, а со шнуровкой уже работали мы. С вашим возвращением и помолвкой, вы стали намного самостоятельней. Во взгляде стали проступать мудрость и великие думы. Раньше вы были ветрены, как летний ветерок, а ныне вы истинная дочь королевы.

Вери было приятно слышать похвалу, особенно касающуюся её текущего статуса невесты. Ей было понятно, отчего она начала меняться, однако это было не только чувство любви, но и влияние Малика. Тот относился не как к принцессе, а как к возлюбленной, заботясь и оберегая, как мужчина, делая не что хочется только ей, а то, что необходимо. Он был зверем, и она понимала, что в случае военного похода, она не останется в замке, а поедет вместе с ним, будет готовить и стирать, будет обрабатывать раны на теле и на душе.

Такие мысли Вери смутили, заставляя сердце биться в бешенном ритме.

-Спасибо - прошептала Вери - я буду лучшей женой для своего мужа.

Вскоре, когда служанки ушли, в комнату постучались и вошли. Это был Малик. Тот уже успел натянуть на свое огромное тело белоснежную рубашку.

Вери подошла, смущаясь и краснея, вложила свою ладошку в его огромную ладонь.

-Любимый, я люблю тебя, я буду для тебя женой, я буду боевой подругой и любовницей на ложе. Взамен прошу любить и оберегать... —пока Вери всё это говорила, она заплакала, а сердце забилось так, словно пробежала марафон.

Малик встал на одно колено, осторожно обнял свою невесту и прошептал на чуткое эльфийское ушко - Я обещаю.

Хлюпая носиком, Вери тщетно пыталась унять чувства, переполняющие её, всё сильнее прижимаясь к груди Малика, она сжимала в объятии его шею шептала что-то, что могли слышать только они одни.

Через некоторое время, когда Вери успокоилась, Малик показал ей чудеса физики и механики, рассказал о теориях электричества и топливах, которые можно использовать на благо народа, коими пользовались в нашем мире.

Спустя полтора часа краткого экскурса в азы механики и физики, их позвали на завтрак.

-Что вы скажете, зятёк, о нынешнем состоянии границ империи и о нашем царстве в целом? - решил заполнить тишину за завтраком король.

-А нечего... хорошего. Сейчас очень шаткое состояние границ с империей, касаемо леса - то тут все куда проще. Скорее всего будет подписан договор между вами, империей и орками, о том, что эльфы будут восстанавливать землю, орки, в свою очередь, предоставят допуск к месторождениям алмазов, люди будут налаживать торговые сообщения. Если о данном договоре еще не знают, то я думаю, что император его уже разрабатывает. Также считаю, что плюсом для эльфов станет возможность получать от орков алмазы, которые так необходимы магам и ювелирам. А торговые сообщения могут помочь с налаживанием торговых отношений.

Король нахмурился. Однозначно, что такой договор будет выгоден всем сторонам, однако Малик говорил все так, будто предлагал разработать такой договор, намекая о том, что он даже и не начинал разрабатываться.

-Согласен - сказал король, пристально посмотрев в глаза Малику - это будет отличное решение как текущих шатких отношений с орками, так и предотвратит, или хотя бы минимизирует вероятность дальнейших войн.

Дальнейший завтрак прошел неспешно, закончившись тем, что Вери начала рассказывать об удивительных фокусах, показанных Маликом, один из которых продемонстрировала на двух вилках, установив их на своем пальчике, а когда король услышал стонущий звук, издаваемый бокалом, по мокрой кромке которого водил пальцем Малик, король совсем растерялся.

Плавно переместившись в зал для переговоров, все начали с энтузиазмом обсуждать увиденное. Малик ещё долго рассказывал детали этих фокусов, однако предупредил, что во многом он знает только поверхностно, но смог заинтересовать короля способом использования некоторых особенностей природы, для изучения свойств растений и возможности селекционного развития эльфов.

Оставшийся день, Малик был занят изучением традиций и обычаев эльфов, зарывшись с головой в сотни книг и свитков, периодически отвлекаясь на тренировки с мечем и короткие, но такие душевные разговоры с невестой...

Лили. Инферно.

Запах свежей серы и жар инферно был приятным дополнением к очередному спокойному дню нижних планов. Редкие всполохи молний на горизонте, далекие извержения вулканов на далеких пустошах.

Город кипел, демоны разных поколений и статусов ходили в понятном только им ритме и порядке. Стражники патрулировали город, демонята играли в ведьм, сжигая игрушечные куклы людей, старики отдыхали в кафетериях, наслаждаясь крепкими напитками и жгучим жаром полуденного солнца.

Лили вышла на улицу. Вдохнув горячий воздух с примесью серы, она облегченно выдохнула. Взяв себя в руки, она собралась и пошла в сторону библиотеки. Только там можно было найти интересующие её книги.

В первую очередь ей были необходимы книги по способам проникновения в средний мир, да так, чтобы это не нарушало законов, потом нужно найти книги по артефакторике и способу создания одного из них. Она знала только свойства артефакта, с помощью которого можно убить даже высшего ангела.

Мимо многочисленных демонов и демонесс, она шла гордо и целеустремлённо. Стражники жадно оборачивались, оценивали её походку и сексуальные формы, отмечая собственную не состоятельность, в возможности «приударить за такой самкой».

Дойдя до дверей библиотеки, она показала пропуск одному из стражников, тот лишь покосился в её сторону. Он уже не один десяток лет стоит на страже библиотеки, и уже изучил всех её постояльцев, но Лили он видел куда чаще, нежели даже самого архивариуса.

Большой холл встретил приятными запахами корицы, серы и цветов гортензии. Высокая стойка, за которой обычно сидел один из библиотекарей, пустовала.

-Лили, истинная демоница, нечистая, вы как всегда убийственны и опасны - раздалось из книжных полок.

Обернувшись в ту сторону, лили дернула кистями рук и аккуратный маникюр превратился в длинные когти, горящие алым пламенем.

-Выходи. Кто ты? - приказным тоном сказала Лили.

Из тени книжных полок вышел молодой демон. Демон был примерно её возраста, однако ростом почти на две головы выше. Длинные черные волосы ниспадали на широкие плечи, а алая сорочка, расшитая словно кровоподтёки, скрывала жилистое тело.

Демон был слащав и обаятелен, что ценилось в среднем мире, в качестве инструмента соблазнения дев.

-Имя мне Ариинго, сын Сильта Черного и Арии Хитрой - ответил демон, кланяясь, будто на приеме у самого Рогатого.

*Рогатый, Нечистый и другие имена одного демона, в этом мире известного как Гро или Владыка нижнего мира.

-И какого светлого ты решил караулить меня? - ощетинилась Лили.

-Что вы, я замещаю библиотекаря. Тот отбыл на раскопки очередного гремуара, по приказу архивариуса.

-Я вас не знаю, а потому прошу сопроводить меня к другому библиотекарю.

-Нет - нет, я буду настаивать на том, чтобы именно я смог оказать вам услугу по поиску и подбору книг.

-Тогда я сама поищу.

Лили хотела пройти мимо, однако демон схватил её за предплечье и резко развернул к себе. Его глаза, опущенные на притягательные формы Лили, пылали похотью и силой, на лице читалось желание обладать.

Демон ещё не осознавал до конца, что он натворил, а когда когти Лили прорезали его рубашку и впились в скулу, цепляя за нижнюю челюсть. Отступив назад, стараясь уйти от возможных дальнейших атак, Ариинго вынул короткий клинок из-под камзола. Его глаза наливались кровью, тело начинало потряхивать от адреналина и боли. Демон приготовился к атаке, отводя одну ногу чуть позади себя, одновременно опускаясь в положение рывка, будто кот, готовящийся к прыжку.

Короткий замах, и его тело останавливается на полпути к цели. Несколько стражников вонзили в его спину черные пики, приподняв над землей, демон в панике закричал.

-Что? За что? - кричал демон, истекая кровью.

-Согласно правилу Гро, властелину нижнего мира, сотрудники библиотеки, как и лица, замещающие их, не имеют права прикасаться к посетителям, под страхом развоплощения -громко и четко отрапортовал стражник библиотеки.

Демона увели, оставшись наедине с одним из стражников, Лили вздохнула с облегчением. Она не любила такую лесть, причем она была неумелой и слишком чопорной.

-Завтра за вами придут. Вы будете в качестве свидетеля или потерпевшей, в зависимости от того, как надумают судьи, но ваше присутствие обязательно - тихо сказал стражник.

-Я понимаю - кивнула Лили.

Стражник поклонился и вышел, а за стойкой уже сидел другой библиотекарь.

На этот раз её некто не раздражал пустыми речами. Коротко поприветствовав, библиотекарь узнал список книг, которые она хотела получить и список тем, на которые необходимы данные, после чего тот скрылся за прилавком и появился спустя минут пять.

-По вашим запросам найдено все. Я подобрал литературу по вашим темам. Распишетесь здесь.

Протянув лист со списком выданных книг и свитков, библиотекарь поклонился, и щелкнув пальцами, нижняя часть стойки поднялась, и на выкатившемся столике с бортиками лежали три аккуратные стопки книг и маленькая пирамидка из свитков.

Переложив всё на тележку, Лили направилась в читальный зал. Как всегда, тут было много народу. Демоны любят читать, как и получать любые знания, ведь сам Гро говорил: «Думающая и мыслящая нация - самая сильная, а тупыми хербами пусть правят тираны и идиоты».

*Хербы - подобие баранов и овец, не отличающихся умом, склонным к суициду.


Вот и планы для Лили на завтра есть, а пока нужно заняться поиском информации, получить знания, коих не хватает.

Заняв одно из пустующих мест за огромным столом, Лили разложила книги и свитки, включила настольный, магический светильник и принялась изучать древние книги, чьи знания могли приблизить её к своим родителям, минуя неисполнимые и незаконные действия, которые приходилось совершать под указку таинственного демона в балахоне.

Спустя пять часов, Лили проголодалась. Следовало идти в ближайшую харчевню, но ей хотелось побыть одной.

Лили поднялась из-за стола, сложив свитки с книгами на тележку, и направилась к выходу.

-Вы уже уходите? - раздался старческий голос библиотекаря.

-Да. Устала.

-Будьте осторожнее на улице. Вы испортили лицо одному из сыновей барона. Не думаю, что тот вас простит. Хоть и не любимый сын, но всё же сын...

Лили кивнула в благодарность и вышла.

/Не думала, что у барона мог родиться такой смазливый сынок. Какая мерзость... Однако стоит прислушаться к словам библиотекаря, кровная месть стоит того, чтобы нарушить закон.

Направившись в сторону рынка, где стражников куда больше, чем в харчевнях, Лили мысленно составляла меню сегодняшнего ужина, отмечая про себя, что с каждым, всплывающим в голове блюдом, количество слюны пропорционально увеличивается, заставляя её все чаще её глотать.

Ощущая на себе пристальные взгляды самцов, она лавировала в потоке, стараясь не терять темпа. Звонко цокая костным каблучком, она спешно приближалась к центральному рынку.

Сам рынок мало отличался от земного, однако не факт, что продукты и их внешний вид смогут обольстить земного жителя. Большая часть рынка напоминала скотобойню. Куски сырого мяса, с которого стекала теплая кровь, отдельные органы и части тел гуманоидного строения, дурно пахнущие травки и порошки, это все напоминало страшный сон для людей, но демоны жили так всегда, а их гастрономические интересы не могли совпадать с населением планеты. Как говорится: «Со своим уставом в чужой монастырь не ходят».


Антон. Северная граница.

С рассветным солнцем, когда первые птицы уже начинали свою симфонию, мы отправились в путь. Два дня нам потребовалось на то, чтобы составить маршрут и собрать припасы. Староста был так щедр, что собрал нам в путь почти недельный запас пищи и отдал двух скакунов.

/Ну спасибо тебе, староста. Надеюсь, кони не сдохнут от перегрузки – подумал про себя Антон, застегиваясь очередную лямку с бурдюком на кобыле.

Путь лежит не близкий и опасный, но я надеюсь, что мы не попадемся местным патрулям. А вообще все начинается отлично. Кэттерин прямо сияла от счастья, узнав, что мы всё-таки посетим места древностей и даже исполним с полна нашу легенду, хотя у меня подозрения, что ее отличное настроение связано, в большей степени с тем, что я сообщил, что она моя невеста. Естественно, я не врал, но обычаев этого мира я не знаю, а посему и небылиц уверен в том, что эта формулировка моего к ней отношения будет верной.

Скрипит седло, громкое дыхание кобыл и незатейливый разговор. Вот что еще нужно? Кэттерин улыбалась, рассказывая о своем прошлом, иногда отводила взгляд, но была честна и открыта. Я предполагал, что с ней не все так просто, но из-за круговорота событий, я абсолютно забыл поинтересоваться у нее о прошлом. Родилась Кэттерин в империи, где и при каких обстоятельствах не известно и ей. Воспитывалось в интернате, где и получила свое общее образование. Поставив перед собой цель, она поступила в императорский институт, где проучилась десять лет и получила специализацию «Разведчик». Кэттерин гордилась тем, что, не смотря на свое безродное происхождение, смогла добиться куда большего, чем большинство знатный сынов. Оказывается, она обожала женские романы, но не верила в ту сказку, которая там описывалась, будучи убежденной реалисткой, однако она призналась, что со встречи со мной, ее жизнь превратилась в один из этих романов.

-Ага – ухмыльнулся я – только не принц, и не на белом коне и хеппи энда не будет...

- Не знаю, что такое хиппи энд, но пока все чудесно, не считая того, что чуть не потеряла тебя… только найдя…

Неловкая пауза была прервана патрулем. В сотне шагов от нас шел патруль орков. Три всадника с длинными копьями и луками за спиной. Их боевые кабаны, тяжело дыша, медленно шли по песчаным барханам.

Спешившись, и спряталась сами и накрыли тканью лошадей. Кэттерин опять меня удивила, специально подготовив для такого случая два брезента песочного цвета.

Патруль шел медленно и лениво, особо не всматриваясь в даль. Видимо они и предположить не могли, что спустя столь короткий срок, кто-то решит нарушить договор и перейти через границу.

Император предупредил о том, что он будет договариваться о необходимых, разовых переходах. Пока под предлогом того, что на территории империи проживает более полутора тысяч орков и гномов, да и торговые отношения лучше поддерживать, нежели обрубать, однако это еще только в планах отправить послов, а пока мы тут на правах дичи. Если орки нас поймают - нас не знают.

Прождав минут тридцать, мы аккуратно встали и убрали камуфляжный ткани.

-Прошли – облегчённо выдохнула Кэттерин.

-И нам стоит идти. Не нужно испытывать удачу. Эта леди непредсказуема и своенравна.

Весь оставшийся день мы шли к цели, не встретив не одного патруля. К самому вечеру мы устроили привал у одного старого кустарника. Из-за большой концентрации алмазной пыли, кустарник оказался хрупки и на удивление завораживающим. Блики пламя причудливо отражалась и преломлялись, да и гореть куст на отрез отказался.

Плотно покушав, мы устроились на ночлег, укутавшись в теплые пледы.

Весь следующий день мы шли почти без остановки, не встречая патрулей и хороших мест для остановки. Солнце нещадно палило, а мелкий песок норовил проникнуть везде, доставляю неудобства и дискомфорт.

На утро третьего дня мы обнаружили вдали то самое дерево, к которому и шли, а спустя еще пять часов, осознали величие и недосягаемость этого создания. Высокое… нет, огромнейшее дерево, в окружности большем чем футбольное поле стандарта UEFA, располагалось по середине пустыни. Гигантская крона дерева была так высоко, что с трудом можно было определить размер дерева и соотнести с ростом человека.

-Может это мы маленькие? - почти шепотом спросила Кэттерин.

-Или оно слишком большое…

-Места силы – как водопады, они наполняют мир энергией. В данном случае всевышний посадил это дерево лично, чем осчастливил нас - отвлек нас с Кэттерин мелодичный, звонкий голосок, каким обладают девушки, занимающиеся пением.

Как только я понял, что голос явно не принадлежит Кэттерин, я обернулся в ее сторону. Кэттерин смотрела на меня удивлёнными глазами. С минуту мы пытались связать события в общую кучу. Как только ступор прошел, мы обернулись.

В шагах пяти от нас стояла миловидная девушка, одетая на пример монахиням. Строгое платье, нежного голубого цвета с длинным подолом и рукавами. Готический крест, вышитый золотыми нитями на апостольнике, аналогичные кресты украшали манжеты белоснежной рубашки и длинные лоскуты ткани, ниспадающие по всей длине платья, чуть касающихся носков обуви.

Девушка стояла перед нами, сложив ладошки на груди. Глаза были закрыты, а на лице читалась вселенская любовь и всепрощающая улыбка ангела.

-Доброго вам дня, путники, что вас привело в священные земли, где всевышний дал жизнь сущему, а эльфы сделали первое дерево бессмертным?

Диссонанс. Чисто эстетически я не мог представить себе монахинь по среди пустыни. Но она тут и стоит перед нами, будто мы не по середине пустыни, а в церковь пришли.

-Мы… Паломники – сказал я официальную версию.

/Не думаю, что стоит врать монахине. Смотря в ее чистое и даже сияющие лицо, тяжело сопротивляться.

-Но это официальная версия, а так, мы держим путь немного западнее, где расположен сторожевой пост у орков, в котором нам необходимо провести расследование.

-Очень интересно – коротко ответила девушка - меня зовут Жасмин. Жасмин из церкви искупления.

-Я Рохан, а это моя невеста, Кэттерин.

Кэттерин опять покраснела от смущения, а монашка повернула в ее сторону голову, осматривая снизу-вверх, через закрытые глаза.

-Я вижу вашу близость, я вижу ауру любви и преданности.

-А ваши… – я помедлил, стараясь подобрать слова и не обидеть девушку, однако она меня опередила.

-Я не слепая, хвала светлейшему, мне не нужны глаза, чтобы видеть, я чувствую и слышу. Мой приход обучали ментальному восприятию, да и мы даем обет видеть сердцем. Так проще не обращать внимания на искушения и игнорировать личины.

Монахиня меня поразила. Не столько своими способностями, сколько аурой. Она прямо излучала любовь и теплоту.

Как оказалось, статуя светлого находится с другой стороны дерева, а храм располагается в катакомбах под статуей. Монахини тут уже больше сотни лет живут, теряясь во времени. Паломников, как и просто мимо проходящих, мало. Отчего-то дерево не видно простым людям и другим расам, будто защитный барьер стоит вокруг этого места, и как сказала сама сестра Жасмин, истинно верующие и те, чей путь указан богом, найдут это место и увидят то, что скрыто от чужих глаз.

Жасмин рассказывала историю сотворения мира и о своем приходе, о храме и других монахиням, а мы, словно привязанные, шли следом, дивясь красоте дерева и открывающемуся оазису.

С другой стороны дерева простирался огромный парк, даже дендрарий. Множество разных деревьев и кустарников, цветов и плодовитых растений, чье описание сродни галлюцинации наркомана. Пестрые и тусклые растения поражали своим обилием и разнообразием.

-А это наш храм – отвлекла от любования нас сестра Жасмин.

У ног огромной статуи, стоящей на постаменте из белоснежного мрамора, был проём. Магические светильники освещали мягким, теплым светом ступени, ведущие вниз.

Последовав за сестрой Жасмин, мы оказались в просторном зале, уставленным скамейками и стульями. Зал был абсолютно пуст, только из одного из дальних проходов исходили странные звуки, напоминающие удары хлыста и стоны.

/Надеюсь это не секта «насилия», а то как-то эти звуки на удивление похожи на сладострастные стоны мазахистки.

-Там - указав в сторону звуков, отвечая на мой не заданный вопрос, ответила сестра - келии младших сестер. Видимо одна из них наказывает другую. Это нормально. Некто не идеален. И наказания не строже чем везде.

Чуть погодя, две монахини с завязанными глазами, в черных рясах, принесли стол, составили стулья и разложили глиняную посуду. Даже с завязанными глазами они делали все быстро и аккуратно, часто косились в мою сторону, как мне казалось.

Кэттерин расспрашивала Жасмин о храме, интересовалась течением веры и бытом, обрядами и другими мелочами, а я, слушая их краем уха, осматривался, прохаживаясь вдоль стен зала, ощупывая руками стены.

Шершавые стены храма были теплыми, потемневший от копоти и гари, белый мрамор завораживал. Стены были сделаны из плохо обработанного мрамора, но он был не просто из качественного мрамора, он был из монолитных глыб. Сложилось ощущение, что огромный мраморный камень просто начали вымывать, прокладывая в нем коридоры и создавая жилые площади. В отличие от стен, пол был обработан, но как-то странно. Когда ступал на пол, он был как будто ребристым, будто борозды были на полу, строгими линиями шли вдоль стен и вели в стороны келий. В некоторых местах рельеф пола закручивался в спирали, а где-то резкими линиями вычерчивал острые фигуры.

Попытавшись посмотреть магическим зрением на пространство, я понял, что линии повторяют потоки маны, идущие по мрамору. Сам храм, будто был из этой силы. Бесконечные ручейки и водопады силы шли по стенам и полу, закручивались красивыми узорами у потолка и уходили куда-то вверх. И только сейчас я заметил, что все монашки были босыми, в отличии от сестры Жасмин. На её ногах были тоненькие, изящные полуботинки на не высоком, толстом каблуке, украшенные золотой вышивкой готического креста и ленточками с шипастыми шариками.

-Ваш пол - решил я перебить их разговор - он дублирует поток маны, я прав?

Сестра Жасмин повернула в мою сторону свое лицо, и не меняя приятного, доброго и всепрощающего выражения лица, медленно кивнула.

-Да, это нужно нашим младшим сёстрам для того, чтобы они чувствовали поток. Такая тренировка. По началу они ходят на четвереньках, ориентируясь на ощупь. Потом босиком, а когда они начнут ориентироваться, они начинают потихоньку видеть потоки. Первые пять лет они видят не дальше двух шагов, но потом начинают видеть и дальше храма.

-А насколько далеко видите вы?

Улыбнувшись ещё шире. Жасмин чуть наклонила голову набок.

-Если я скажу, что видела вас, когда вы пытались сжечь алмазный кустарник, вы сможете понять, как далеко я вижу?

/Пятьдесят километров... нет, сотня километров... это же невозможно...

-Возможно - спокойным голосом ответила на мои мысли Жасмин - как и то, что я по вашей ауре могу примерно понять, о чем вы думаете. Также, чтобы быть честной перед вами, я также отвечу на один из незаданных вами вопросов.

Протянув руку к одной из младших сестер, она позвала ту.

-Сестра Иссаи, скажи, что ты видишь?

Младшая сестра Иссаи повернула в мою сторону голову. На лице читался страх и даже паника.

-Силу - ответила Иссаи - огромную силу, дарованную Светлейшим. Также вижу волю и безграничную власть над маной.

Жасмин повернулась ко мне и приоткрыв одно веко, заговорчески усмехнулась.

-Ты ведь демиург, причем с отметкой Светлейшего. Ты исполняешь его волю, как и мы, а, следовательно - ты наш брат.

Медленно обходя меня по кругу, Жасмин проводила ладонью по плечам и остановилась прямо перед моим лицом.

-Вот только если мир узнает о том, что ты демиург, тебя будут стараться убить, причем не только короли и императоры, но и народ. Люди просто скудны на ум, принимая за правду все, что говорит им власть... - глубоко вздохнув она погладила меня по голове и продолжила - я искренне тебе сожалею. Твой путь опасен и тернист, но чем тяжелее путь, указанный богом, тем вкуснее награда.

Сделав над собой усилие, я взял себя в руки, отстранившись от колоссальных способностей монахинь и их жутких тренировок. Будучи демиургом, я могу всё, однако это все строится на моей фантазии, а не на искренних убеждениях. Тяжело перестроить мозг не думать шаблонами, а выйти за границы своих рамок, поверив в свое могущество -практически не реально.


Вскоре нам принесли яства, акцентировав внимание на том, что большинство монахинь аскеты и припасы нужны больше для путников и старших сестер, которые уже не нуждались в соблюдение поста.

Отдав часть своих припасов, которые мы и за неделю не съедим, мы существенно разгрузили лошадей.

Жасмин, после того как изучила метку на моей ладони, решила для себя, что последует за нами, пока наш путь будет совпадать с её путем и путем света. Переубедить её я не смог. Даже такие весомые причины как опасность и вероятная смерть, не заставили её отступить и остаться в храме.

Ночью нам предложили принять ванны и переночевать в храме, а на утро отправиться дальше. Идея была хорошей, учитывая запах, исходивший от меня. Я уже молчу о собственной щетине, которая уже начинала чесаться.

Увы, бритв и иных приспособлений побриться у монахинь не нашлось, зато смог помыться и плотно поужинать. Спать уложили на закате, однако спать совместно с Кэттерин мне не разрешили.

-«Храм не место утехам или плотским потребностям мужей» - сказала Жасмин.


Следующее утро.


Открыл глаза я быстро. Сна почти не помню, только привкус старой горечи и отчаяния, намекающие на то, что я испытывал, когда хоронил родителей.

Кровать в келии была мягкой, но кололась. Набитый сеном матрац не располагал к частым поворотам на себе, зато пахло все свежим сеном и луговыми цветами.

Когда я вышел из келии, у двери уже стояла одна из монахинь и протягивала мне кувшин с теплой водой и полотенце. Поняв намек, я умылся и вышел в общий зал. Кэттерин уже сидела за столом, вместе с монахинями. Когда я подошел к столу и взялся за его спинку, монахини все встали. Недоуменно посмотрев на Кэттерин, я задал беззвучный вопрос «Чего это они?».

-У нас принято, что женщина должна встать, если за её стол садится мужчина, а само сядет только после того, как мужчина пригласит сесть её. Обычаи наши древние, возможно их больше не придерживаются, но мы так привыкли – сказала Жасмин.

Сев за стол, я пригласил всем сесть также, и девушки сели. Тарелки были у всех, однако только моя и Кэттерин были наполнены едой. Монахини изредка доставали из рукавов веточки какого-то дерева и забрасывали в рот, начиная громко хрустеть.

Основной темой разговора был наш скорый поход к форпосту. Жасмин уже собрала вещи, о чем успела известить.

В зал вошла женщина преклонных лет, одетая в длинный балахон красного цвета. Старческие, морщинистые руки крепко обхватывали трость, без которой она явно не могла передвигаться. Женщина тихо подошла к сестре Жасмин со спины. Она наклонилась к её уху и что-то прошептала.

-Хочу представить вам нашу настоятельницу – сказала Жасмин, уступая своё место женщине.

-Моё имя Камиль. Я настоятельница этого храма. Храма Искупления бол…. – внезапно, Жасмин прикрыла рот настоятельницы, оборвав ту на полуслове.

Настоятельница отвела руку Жасмин от своего лица, как ни в чем не бывало и продолжила.

-Храм создан в те времена, когда первые представители расс узнали бога, когда тот совершил чудо и в тоже время наложил на нас проклятие, разделив рассы на сотни частей и навязав нам разные языки. Мы потомки тех, кто остался у его памятника и создал храм, мы те, что создавал здесь города и первыми распространяли веру по миру, однако упадок сил и численности привел нашу землю в то состояние, что вы можете наблюдать. Некогда огромный храм и город с населением в триста тысяч человек исчезли в летописях, а на их месте теперь пустыни.

Настоятельница рассказала старую историю, которая могла иметь место быть, но она пока не укладывалась в моей голове.

Когда создатель был молод, он создал двух богов – мать и отца. Их имена нам не ведомы, но они начали совершать первые чудеса, создав первоначальные пять расс – эльфы, гномы, орки, дриады и люди. Пять расс были сотканы из чувств и мыслей отца и матери. Мать создавала сосуд для души, а отец наделял его силой. Однажды, когда мать и отец поссорились, создавая человека, отец создал десяток сосудов, которые были наделены огромной силой и злобой, но не имели души – это были бездушные демоны, смыслом существования которых было уничтожение других существ. Мать, испытывая зависть к отцу, создала десятки видов силы, не имеющей плоти, но имеющих душу. Так появились элементали и духи. Создатель обратил внимание на своих детей, увидев плоды их деяний и перемешал их всех, уравновесив мир.

Как итог – высшие эльфы, орки, гномы, люди и дриады, обладали величайшими силами, однако это привело к войнам, которые со временем начали угасать. Отец и мать отнимали силу у высших, отнимали срок жизни, отнимали ум и магию, а когда мир уравновесил сам себя, Создатель создал два пантеона, сделав жизнь осмысленной. Демонов тот наделил душами, заперев в нижнем мире, а духам, даровал тела, заперев на верхнем пантеоне. Каждый пантеон теперь борется за души среднего мира, мира создателя.


***


Обнаженная дева стояла у края озера. Её темно-бордовые волосы ниспадали до самых бедер. Слегка разведя руки, дева напевала мелодичную песнь, от которой сердце щемило, а на глазах появлялись слезы даже у гранитных статуй. Озеро начало святится, а руки её стали источать чуть видную дымку.

-Твоя воля не будет услышана – прозвучал хриплый мужской голос.

Дева обернулась. Позади стоял один из архангелов. Трехкрылый архангел Авреил. Опустившись на одно колено, тот расправил свои три крыла.

-А разве это важно? Они могут и не услышать, но почувствуют блага. Я не стремлюсь одарить каждого. Моя цель – помочь всем, кто хочет этого.

Авреил поднял свои глаза на деву. Его холодный и равнодушный взгляд встретился с её взглядом. С минуту они молча смотрели друг на друга.

-Пожалуй это не моё дело – вставая с колен сказал архангел – пожалуй мне пора.

Он развернулся на каблуках сандалий и растворился в белой дымке.

Светлая келья архангела была идеальна. Белоснежные стены и свод были усеяны маленькими картинками знаменательных событий его жизни. У одной из картинок тот остановился, медленно проведя по ней пальцами.

-Я помню… все помню…

На той картинке был ангел. Двукрылая девушка отличалась тем, что одно крыло было белоснежным, а второе было истинно черным.

Подойдя к высокому двустворчатому шкафу, Авреил раскрыл его резким движением, от чего несколько свечей потухли.

Черный саван, висящий на одном из крючков шкафа, источал тьму. Надев саван, Авреил полностью скрыл свою божественное происхождение, а мелкие черные искорки исчезли.

-Пора снова на нижний план…

Глава 7


Этот город завёрнут, как в саван, в туман,

И царит в нём безумье, порок и обман.

Город мрачных трущоб, весь изглоданный злом,

По ночам его мгла накрывает крылом...

И в глазницы домов смотрит ночь, словно ворон,

Этот город безукоризненно чёрен.

Только толпы теней, только Темзы свинец -

Этот город страшней, чем оживший мертвец.

И в роскошных дворцах вечный холод и тлен,

И часы мертвецам отбивает Биг-Бен.

Вы не бывали в Лондоне, сэр?

Этот город безукоризненно сер...

Король и шут

Добрые Люди (Хор нищих)


Горячий песок проникал сквозь одежду, набиваясь в ботинки и каждую складку камзола и брюк. Солнце нещадно пекло, затрудняя и без того не легкий путь. Солнце все еще в зените, и кажется, что оно никогда не скроется за горизонтом.

Дальше по пустыне лошади отказались идти, их пришлось оставить у одного из оазисов. Целые сутки в пути не прошли даром и для нас. В прошлый раз, пересекать эту пустыню было куда легче, да и быстрее. Мы постоянно сбивались с пути, от чего вместо шести часов, мы уже вторые сутки идем к злощастному форту.

Жасмин оказалась слишком разговорчивой, от чего мне периодически хотелось запихнуть ей в рот свой ботинок и зашить ей рот… Вот почему нельзя было дать обед молчания… Несмотря на все неудобства от компании Жасмин, Кэттерин было весело. Она часто смеялась и даже не сильно переживала по тому, что мы кружим по пустыне куда больше, чем мы собирались.

-А вот и форт… - сказал я осипшим голосом.

Кэттерин смотрела на видневшуюся из-за дюны вершину форта таким взглядом, будто там клад какой-то, а вот на лице Жасмин читалась откровенная горечь разочарования.

-Вы в курсе, что форт заброшен? – бесцветным голосом обратилась Жасмин – смысл было идти сюда, если тут некого нет?

-А это и хорошо – усмехнулась Кэттерин – так даже лучше. Мы ведь сюда пришли за тем, чтобы найти путь к тому, кто там когда-то был.

Уже через четверть часа мы стояли в той самой комнате, где демонесса скрылась от нас. Всё те-же оплавленные каменные стены. Те-же стол и стул, только амулеты на стенах теперь валялись на полу, а руны и знаки, написанные на стенах, были потерты.

Жасмин стояла в проеме разбитой стены и с жадностью ощупывала их.

-И что мы ищем? – спросила та.

-След… магический след, ведущий к тому, кто отсюда ушел порталом – не отрываясь от сканирования помещения на следы магического присутствия, ответил я.

-А вы его не найдете – спокойным голосом сказала Жасмин – это не магия, а врожденный дар. Это нечто на физиологическом уровне или полученное с помощью артефакта. Вы тут демона ищите?

Вздрогнув от услышанного, мы с Кэттерин повернулись к Жасмин почти одновременно.

-Да, а есть разница?

-Есть… если вам нужны координаты, то вы их не узнаете. Это невозможно, так как это не в нашем плане, а вот переместится по магическому следу – это пожалуйста… вот только путь обратно куда тяжелее найти, если конечно демон вас не проведет.

Жасмин на минуту замолчала, что-то обдумывая.

-Можно ещё призвать демона, с помощью магического круга призыва, однако это тяжело. Демон может не захотеть исполнять желание или по иной причине не придет на призыв – продолжила Жасмин.

-А есть-ли возможность призвать её силой, не давая возможности сбежать или отказать в призыве? Такая возможность есть?

-Есть, но тут уже все от тебя зависит. Ты ведь у нас демиург, а не я.

/Сама возможность призвать демона без его желания, должна быть описана в фолиантах этого мира, однако я такого не припоминаю, даже упоминания вскользь. Да и никто не говорит о том, что я не могу создать новое заклинание.

-Какой смысл сидеть и ждать от моря погоды, если я могу хотя-бы попытаться…

-Рохан – отдернула меня Жасмин – это уже не высшая магия! -прорычала та мне в лицо, все также не открывая глаза, однако на лице читалась скорбь и боль – это возможно только в теории! Не было случая, когда это удалось магам или чернокнижникам. Только сам призыв занимает от четверти дня до одной луны, я уже молчу о том, сколько маны это требует и какой силы. Последний маг, пытавшийся провернуть такое, просто исчез. Он не переместился, не сгорел… он исчез…

-Я буду аккуратен и не столь беспечен, не волнуйся, сестра…

/Мне было плевать на способ, я просто обязан был попробовать. Моё чутье говорило мне, что я смогу и мне за это нечего не будет, главное просчитать все возможные ошибки и исходы сценария призыва, исключив лазейки у призываемого и обеспечив себе безопасность.

-Антоша – шепотом начала Кэттерин, прильнув ко мне – может не надо? Или ты что-то знаешь?

-Я знаю, что у меня получится, но мне нужно время. Время на создание круга призыва и ловушки для демона.

-Я верю тебе… Я верю в тебя.

Нежно поцеловав меня в висок, Кэттерин отстранилась и подошла к Жасмин. Взяв ту под локоток, она завлекла её разговором и вывела из комнаты.



Малик. Столица северного леса.


Облизнув пересохшие губы, я с трудом взглотнул ком во рту. Я не жалуюсь на жажду, да и пить мне не хотелось, однако если вы сможете остаться спокойным, увидев то, что увидел я, я буду восхищаться вашими стальными «бубенцами», и даже объявлю их достоянием мира. Огромный, белоснежный зал, освещенный тысячами магических светил. Огромные окна, пропускавшие мягкий полуденный свет, создавали впечатления, будто я не в замке нахожусь, а в оранжереи. Зал был заставлен сотнями столов, украшенными серебряными скатертями. У свода потолка, будто под действием магии, зависла белоснежная, переливающаяся дымка. Сотни копошащихся эльфов из прислуги, под предводительством главной распорядительницы, расставляли и передвигали столы, по десять раз меняли сервировку столов и не однократно разглаживали не существующие складки на скатертях.

/Вступить в бой с резиновой дубинкой против толпы омоновцев – фигня! Сразить дракона зубочисткой – лехкотня! Самое сложное – это совладать с собой и не дать своему страху выйти наружу. Чувствую себя натуралом в гей-клубе… за задницу страшно… - подумал Малик, осматривая белоснежный костюмы эльфов.

Вычурные костюмы походили на наряды французских дворян годов правления Людовика 14, высокомерные взгляды некоторых эльфов, направленные на Малика, не двусмысленно говорили о его неуместности на этом мероприятии.

-Даже у королей есть в казне крысы… - королева мягко положила свою ладонь на плече Малику – вы ведь понимаете, что ваш союз с моей дочерью не всем угоден, однако он не только политически выгоден, но и для внутреннего баланса необходим, как воздух. Звери всегда были близки эльфийским планам. Разрыв сильно ослабить нас, с чем радикальные партии эльфов не согласны, но так было всегда.

-А это не пагубно скажется на принцессе? Она не пострадает?

/Малик с волнением смотрел в глаза королеве, желая услышать о том, что Вери нечего не угрожает.

-Не бойся за неё. Её любят все, даже высшие на её стороне. Она будет королевой и по крови, и по закону. Другое дело – ты. Тебя могут пытаться и убить, и оклеветать. Однако врождённая чувство самосохранения и чувство родства не даст им придумать что-то изощрённое.

-Ну вы умеете успокоить… - усмехнулся Малик. Однако он с облегчением выдохнул. Больше всего он боялся каких ни будь «пакостей» для Вери.

-Малик, не стой столбом, тебя уже в малом зале ждут. Там папа и портные… не заставляй их ждать…

Вери, как всегда, подкралась, однако приобретенное чутье давало мне невообразимое преимущество, хотя вот королеву я не почуял.

Не ответив ей, я коротко кивнул в сторону зала.

- А это нормальное количество столов? Не слишком много?

Вери обернулась в сторону зала, медленно осмотрела хаос и, хмыкнув, махнула рукой.

-Это нормально, пусть удовлетворяют свои амбиции и жажду творить. Они больше выслуживаются, нежели пытаются что-то сделать. Планы расстановки уже утверждены, собственно, как и все другие детали и нюансы мероприятия.

/Мне остается только подчиниться и идти на примерку. Но я все равно не чувствую, что все правильно. На свадьбу и другие обряды я согласен, однако я упускаю что-то очень важное.

Идя по широким коридорам дворца, я старался отвлечься от волнения и паники. На душе было светло, хотелось кричать от счастья. Вери, взяв меня за указательный палец, с силой вела меня в сторону малого зала, что рядом с покоями короля.

Нас встретила стража, стоявшая у массивные дверей зала, гостеприимно открыв перед нами двери. Меня пригласили войти, однако на попытку Вери, пройти дальше, стражники быстро и очень аккуратно преградили ей путь. Перед лицом Вери был выставлен не большой букет из белоснежных цветов. Вери приняла букетик, и с тяжёлым вздохом остановилась в проходе.

-Любимый, ты там не хулигань. Прислушался к мнению портного, но и не соглашайся на всякие глупости… - сказала Вери, смотря в большие, добрые глаза Малика.


Подземные катакомбы столицы империи.

Два гоблина сидели на корточках у загона с курами. Периодически тыкая палочкой в наседок, они тихо хихикали и шептались.

-Вот интересно, а петух как спаривается с курицей? У них ведь яйца из попы выходит, откуда и какахи…

-А он не саму курицу пехает… он на прямую, яйца.

-ха! – усмехнулся первый – он расковыривает дырочку в яйце, пехает яйцо, а потом замазывает что ли? Ты хоть раз петуха-штукатура видел?

Беспечный разговор гоблинов был прерван беспардонным окриком старшего гоблина-шамана.

-Оболтусы, а ну марш работать! Тоннель для императора ещё не готов, а вы тут яйца обсуждаете…

Почти трехкилометровый туннель был прорыт в рекордные сроки. Всего за полтора месяца от харчевни «Грязный хоббит» до дворца императора, тридцать гоблинов рыли туннель. Согласно заказу, тоннель должен был быть в ширину чуть больше колесницы, а в высоту чуть выше среднестатистического орка.

Заказчиком тоннеля выступал начальник службы безопасности императора, а вот нанимателем был какой-то мелкий чиновник, который был скорее подставным лицом, чтобы не выдать нанимателя, однако схема была на столько глупой, что даже гоблины строители знали для кого они роют тоннель.

Согласно графику, тоннель должны сдать только через месяц, но уже осталось меньше десяти метров до конца, но прораб решил навести лоск и украсить тоннель факелами, отполировать своды до идеальной гладкости и зачаровать стены на высушу влаги и выработку тепла.

Дойдя до кованной двери, ведущей в катакомбы дворца, прораб остановился. Сплюнув на ладони, тот провел ими по растрепанным волосам, пригладив их. Пару раз хрюкнул носом и сплюнул в угол пещеры.

/Вроде готов. Пахнет от меня не очень дурно, клыки почистил и волосы причесал… Да и Гро с ним…

Раскрыв настежь двери, гоблин низко поклонился и, в приветственном поклоне, пригласил стоявших за ней следовать за ним.

Четверо стражников, во главе которых шел высокий, плечистый воин. Начальник службы безопасности императора не отличался разговорчивостью, да и эмоций за ним некто не разу не замечал, будто его высекли из камня.

-Вы уже закончили? – задал вопрос начальник службы безопасности.

-Осталось несколько метров. Завтра уже закончим, но сдача объекта будет через пять лун.

-Почему?

-Надо убедиться в безопасности тоннеля и провести тесты.

-Рассчитываю на вас.

Стража удалилась, закрыв за собой двери, оставив прораба в одиночестве.

-Все, теперь можно и расслабится.


Антон. Башня мага. Земли орков.

После многочасового поиска магического следа, Антону удалось найти остаточные эманации магии, указывающие на когда-то использованные портал в инферно.

Я провел в медитации прочти два часа, моделируя пиктограмму и тестируя ловушку для демонессы. Суть пиктограммы проста – обычная цепочка заклинаний по призыву, которую я изучил ещё в библиотеке императора, однако там была простая цепочка из пяти ячеек и всего два раза дублировалась. Как я смог выяснить, каждый раз, повторяясь, заклинание преумножает свою силу, а чем больше цепей призыва, тем быстрее происходит призыв. Добавив в цепочку заклинание на принуждение своей воли, я добился того, что призыв должен произойти без подтверждения со стороны вызываемого. С ловушкой пришлось повозиться. Я не мог в полной мере быть уверен в том, на что она способна, да и вообще, о демонах не так много информации.

/Вот и как этой монашке объяснить, что демон нам нужен живым… она ведь сразу его изгонять или развоплощать начнёт. Бабы не слушают до тех пор, пока они уже не напакостили…

-Рохан? Ты ведь будешь сейчас доставать того демона? Ты ведь в курсе, что это опасно? – Кэттерин с опаской посмотрела на меня и перевела взгляд на пиктограмму, вырезанную магическим огнем на полу.

-Какой смысл вызывать демона, если их место у себя, в чертогах геенны огненной? – с не поддельным раздражением в голосе спросила Жасмин.

-Сестра, мы вытаскиваем демона для того, чтобы допросить – начал я просвещать монахиню в свои планы – убить демона легче, чем удержать, однако нам очень важна та информация, которой она может поделится с нами.

Жасмин недовольно скривила губки, однако глаза она так и не раскрыла.

-Будет утро-будет жатва… - на выдохе, с ноткой разочарования сказала монахиня.

Я раскинул руки, как не раз видел по телевизору. В правой руке сжал короткий стилет, а в левой амулет, зачарованных на активацию магического барьера-ловушки. Мысленно потянувшись к остаткам магических эманаций, я почувствовал сильнейший жар, будто я стоял по среди костра.

Мои руки дрожали и горели, лоб был в испарине, а позади я слышал испуганные возгласы любимой и твёрдые нотки голоса Жасмин. Казалось, время остановилось, а я все пытался мысленно тянуть ту единственную ниточку портала, ту самую, от которой зависело так много, но которая могла принести столько боли…

Нить портала оказалась на удивление прочной, но вытягивать его было невероятно трудно. Огромное количество маны вытекало из меня, а каждый раз, когда я пытался ускорить процесс, мне в грудь била «отдача». Было это предупреждение об опасности, или это был некий барьер, ограждающий мой мир от мира демонов, я не знал, но боль была невыносимой. Я просто шел к своей цели, абсолютно уверенный в том, что я смогу и что я справлюсь.

Удар… Сильный ментальный удар, по ощущениям сравнимый с падением плашмя в воду с пяти метров, отбросил меня к противоположной стене комнаты, а тёплые руки Кэттерин приняли в свои мягкие объятья.

-Ты справился – прозвучало в голове – осталось чуть-чуть. Активируй ловушку.

На последних волевых я сжал камень активации и отключился.


Кабак. Инферно.

Лили сидела за столом, её лицо было напряжённо, хвостик нервно метал я и хлестал то пол, высекая из камня искры, то ножку стола, оставляя на зачарованном столе рубцы. Лили была готова на крайние меры. Сегодняшняя встреча с неизвестным должна либо уничтожить её старания, либо принести плоды. Она уже прокрутила в голове сотни сценариев встречи, начиная от кровавой расправы в кабаке, заканчивая постельной сценой и унижение перед этим самцом, однако тот опаздывал.

Двери кабака отворились в тот момент, когда разносчица поставила на стол Лили ароматную тарелку свежего мяса. В проёме стояла фигура незнакомца, его балахон полностью скрывал его лик и ауру, что могло говорить как о его силе, так и о слабости, однако присутствующие не решались на какие либо действия, предпочтя продолжить пьянствовать дальше.

Неизвестный медленно двигался в сторону Лили, лавируя между столиков. Приблизившись к столику Лили, силуэт присел за столик и чуть приблизился к демонессе.

-Ты опять облажалась – на выдохе сказала фигура - ты ведь в курсе, что я мог и не приходить. Твои потуги не приносят нужных результатов, а попытки самостоятельно узнать о судьбе своих родителей, приносят только больше вопросов и тайн.

/Высокомерный, гадкий тип… вот почему его нельзя просто послать к Гро…

Лили была уже на гране. Красивая, гладкая кожа на теле начала дрожать, и казалось, будто она сейчас треснет и опадет. Спустя мгновение кожа Лили ощетинилась, приняв боевую форму, рожки удлинились и, закрученные по спирали, прошли вдоль шейки, опасно острые кончики чуть выступали, создавая как защиту шеи, так и дополнительную опасность в ближнем бою. Мельчайшие чешуйки хитина будто повернулись, образуя нечто, напоминающее пластинчатую броню. На Лили проявились боевые узоры, угрожающе покрывавшие все её тело. Хищные узоры которой, сами говорили за себя. Она была в праведном гневе.

-Достал! – выкрикнула Лили.

Резко поднявшись над столом, она вонзила короткий клинок в середину столешницы, а кончик острого хвоста завис в сантиметре от капюшона неизвестного, завязнув в защитном пологе, будто в киселе.

-Ты только и делаешь, что дразнить меня – рычала зловеще низким, демоническим басом Лили - ты манипулируешь мной, пытаясь играть в какую-то грязную игру, не желая пачкать в крови собственные руки. Ты хочешь войны, так сделай все сам, пидо…

Тиража Лили оборвалась. Стол заходил по полу в тряске, со стола, покатившись, упала вилка и картина с вялеными мясными яствами.

Портал силой затащил Лили в себя, и уже через мгновение она сидела по среди пиктограммы.

Жёлтые и голубые всполохи сложнейшего заклинания окутывали её непроницаемым куполом, искорки света плавали по периметру, агрессивно треща и щелкая, давая понять, что эта клетка не только сильная, но и опасная.

Перед Лили стояла монахиня. Когда-то давно Лили слышала о таинственной и сказочно-нереальной секте, которая неистово гонялось за всеми проявлениями демонов и с особой жестокостью развоплощала тех. Примерно в таком же одеянии стояла перед ней монахиня. Спокойная, до холодного пота, не открывая глаз, она будто смотрела прямо ей в душу. Тяжесть взгляда была такой, словно её уже казнили, но хотят повторять многократно.

-Ну привет, демонесса, дитя человека и повелителя одного из кругов ада, низвергнутых Авриилом – прошептала Жасмин, усмехнувшись уголками губ.

Не успев открыть рот, монахиня приложила указательный палец к губам.

-Позже, дитя, позже…

Недоумевающе осмотревшись, демонесса обнаружила себя в той самой комнате, от куда ей пришлось бежать. Всё те-же амулеты, все та-же запустелость. У стены лежал тот смертный, который стал причиной побега. Мага обнимала рыжеволосая дева, вытирая тому пот и целуя в лоб.

Странная ситуация. Минуту назад была готова низвергнуть небесный план, перевернуть мир, а теперь она сидит абсолютно беспомощная, по среди комнаты и ждёт своей судьбы.

/Если бы меня собирались убить, то не делали настолько искусную клетку, но зачем я им – рассуждала Лили – я слаба, относительно того мага и этой жрицы, мои знания не сильно уходят за приделы академический. В такую клеть можно посадить и самого лорда или лордессу, так на кой им я? О, приходит в себя… тот смертный маг. Не каждому дано вытащить демона из его плана, тем более так быстро, не думаю, что он отделался только шишкой. Так, строим невинную моську и начинаем скулить. Эти смертные падки на женские чары, можно включить немного соблазна и кокетства…

-Я сделаю все, только отпусти меня… - не успела она закончить, как человек прервал её тираду.

-Даже не старайся! Я вижу каждые эманации магии, даже ментальные. Не пытайся меня очаровать или соблазнить. Тебя я убивать не собираюсь, твоя смерть нечего не решит.

Маг с трудом поднялся на ноги, опираясь на плече рыженькой.

- Мне нужна информация. Мне нужен тот, кто тебе приказал столкнуться людей и орков. Мне нужна вся информация об этом человеке.

В голосе мага были странные эманации. Он не воздействовал ментально, не пытался рыться в её голове, на против, он посылал в её сторону благостное спокойствие, успокаивая и расслабляя её. Его аура была огромна. Непропорционально огромной! Его аура будто ласкала потоки маны в воздухе, провоцируя их двигаться все быстрее, а нити жизни, ведущие к его душе… их были миллионы, а некоторые уходили далеко за пределы мира. Складывалось ощущение, что он равен если не создателю, то высшим крылатым… ахангелам…

С минуту Лили сидела с застывшим на лице выражением искренней душевной боли и страдания, начавшегося спектакля, однако в голове её был настоящий сумбур. Сотни тысяч «почему» и «как» метались в её голове, обгоняя друг друга и перемешиваясь. Единственное слово, которое вышло из её уст, она произнесла не произвольно и даже не осознавая этого – демиург…


Леди Майли. Верхние городские круги столицы.

Леди Майли вышла из кабинета начальника городской стражи опустошенной. Её допрашивали всего тридцать минут, одновременно снимая слепок магии, однако вопросы задавали неудобные и явно заранее подготовленные.

На улице уже было далеко за полдень. Огромное количество снующих туда-сюда людей вызывало раздражение. Не то, чтобы она была асоциальна или страдала социофобией, просто в такой толпе было легко затеряться шпионам императрицы.

/Место встречи уже не актуально, нужно как-то выйти на связь с тем связным, но вот что делать? Совсем не хочется терять драгоценное время… Тогда план номер два…

Выйдя на главную улицу, графиня несколько раз подошла к разным лавкам, делая вид, что рассматривает товары, а потом села за самый дальний столик кафе, что скрывался под навесом. Она рассчитывала заметить лица тех, кто её ищет или хотя-бы заметить тех, кто решит остановится неподалеку.

Следивших было всего четверо. Двое молодых парней, одетых как местная шпана, молодая девушка, продающая цветы, и был солдат. Солдат был более беспечным и посему годился на роль того самого гвардейца, который должен был учувствовать в заговоре.

Первых двух следивших выдавали пристальные взгляды в её сторону. Парни то бурно беседовали, то тих стояли чуть от даль друг от друга, но их взгляды периодически устремлялись в сторону графини. Девушку выдали её ботинки. Такую обувь выдавали выпускникам разведывательных школ, она была серая и невзрачная, но отличалась от армейской и гражданской тем, что у неё не было шнуровки. Ботинки имели петли по бокам, на внутренней стороне икры, что позволяло их быстро надевать.

/Так, с главными лицами пьесы определились, теперь надо заставить связного пойти туда, куда мне надо, да и так, чтобы остальные действующие лица не нашли.

Она шла не спеша, изредка оглядываясь, проверяя за собой слежку. Тот самый гвардеец, что должен был связаться с ней, следовал за ней. Она должна привести его к укрытию, где и передаст орудие будущего убийства своего супруга. Загвоздка была в том, что следившие не отставали, а где-то даже менялись. В сумме, леди Майли насчитала более десяти человек, периодически меняющихся между собой.

Сделав несколько кругов вокруг харчевни, она подала знак гвардейцу, что ему стоит зайти в цирюльню, что на против неё. Тот последовал её знаку, сама же леди Майли направилась в салон «леди Жакли», в котором делали маникюр лучшие кудесницы этого промысла, родом их эльфийских лесов. Что солон маникюра, что цирюльню имели общий двор, в котором частенько передавались тайные послания между ней и Кэттерин, когда была смута во дворце и было необходимо вычислять шпионов и предателей.

Зайдя в салон маникюра, графиня кивнула несменной привратнице за стойкой и прошла за дальнюю ширму. Проход во внутренний двор был скрыт за книжным стеллажом. Пройдя за него, Леди Майли вышла на задний двор. Уютный, маленький оазис по среди шумного города, который был срыт от посторонних глаз. Майли села на скамейку под распустившейся яблоней, в тени кроны которой её нельзя было обнаружить с крыши. Гвардеец, вошедший чуть погодя, осторожно подошёл к ней, присел на край скамьи и положил свёрток свежих известий Империи на деревянную скамью. Леди Майли аккуратно взяла газету, раскрыла на странице некрологов и поморщилась от внушительный списков погибших солдат и офицеров в недавней войне.

-Печально, вам не кажется?

-Что именно? Количество погибших или количество знати среди них?

-То, что среди них нет графа Мартирр… это упростило-бы многое.

Графиня сложила газету несколько раз, вложив в неё чёрный стилет.

-Надеюсь – вставая продолжила она – вскоре и его фамилия окажется на той странице.

Спустя несколько часов, стражник уже стоял в карауле, а леди Майли уже сидела у фонтана, попивая изумрудное вино и наслаждаясь предзакатным солнцем.

/Великолепный сегодня будет закат… - думала она – а главное, он будет для кого-то последним…

Кривая, улыбка проявилась на её устах, а глаза были полны безумства.


Госпиталь Святой Жессе Меглерской. В тридцати километрах от столицы империи.


Мэри открыла глаза. Бледный потолок не высокого помещения был покрыт пылью, и пропитан запахам лечебных масел и ладана.

/Я сдохла? Так мне и надо… шафке империи.

Взгляд Мэри поплыл в сторону каких-то звуков. Было ещё тяжело думать и двигаться. Звуки доносились не разборчивые и немного приглушенные. Все перебивал звон в голове.

Повернув голову на бок, Мэри не произвольно заплакала. Из её глаз резко брызнули слезы, растекаясь по подушке, не успевая в ту впитываться.

/Я жива… я опять в этом аду…

На соседней койке лежала девушка. Красивые, длинные, русые волосы, оттеняющие сиренью, спадали с больничной койки. На красивом лице была блаженная улыбка. Девушка смеялась и шутила, а над ней стояла монахиня, завершавшая обряд исцеления.

Мэри еще не понимала, от чего ей так больно в груди, смотря на неё, но уже через несколько мгновений её взгляд зацепился за не естественно короткий силуэт лежавшей. Девушка не имела половину туловища, а на том месте, где оно кончалось, имелись засохшие кровавые подтеки и разводы.

/Жертва магического взрыва или её просто огр разорвал… сука облезлого гоблина!

Возвращавшиеся к Мэри тактильные ощущения совсем не радовали её. Она осознавала, что с поля боя можно выйти либо на своих двоих, либо вынесут. Она-же проснулась на больничной койке, а значит с ней не все так хорошо, и ей нужно приготовится к худшему.

Рецепторы кожи давали понять, что повреждения есть на всем теле, однако здраво оценить степень повреждений тяжело, но радовало, что она чувствовала как руки и ноги, так и все тело целиком. Попытавшись встать, Мэри с ужасом осознала, что левая рука не только отказалась двигаться, но и как опора та уже не годилась вовсе. Опустив взгляд на то место, где была рука, Мэри с горечью улыбнулась.

/Руки нет, ну хоть не правая…

Кровавое пятно на некогда белоснежной простыне говорило о том, что совсем недавно она лишилась её или только что ей остановили кровотечение.

-Се…

Мэри закашлялась. Попытка заговорить отдалась в груди адским жжением и болью, однако попыток позвать монахиню та не бросила.

-Се… с-с-с-стра-а-а-а… - хриплым, почти не слышным шепотом позвала Мэри монахиню.

Дверь палаты резко открылась и к Мэри направилось сразу две монахини. Не слушая ту и не церемонясь, они подняли её за матрац и перенесли на каталку. Уже нечего не понимая, Мэри в панике схватила за рукав монахини и подтащила ту к себе.

-Куда… - из последних сил спросила её Мэри.

-Отдыхайте! Вам запрещено двигаться. Вас перевозят в палату усилиной реабилитации. Вам скоро станет лучше.

Последние слова сестры Мэри уже не слышала. Она провалилась в царство Морфея, наблюдая страшные сны из последнего сражения.

Серое небо, с частыми всполохами кроваво-красных и синих магических разрядов. Металлический привкус на языке и дикая боль в руке. Звуки боя не слышно, Мэри поднимается с земли, опираясь на сломанный, двуручный палаш. Почти треть палаша было отломлено, и вместо полутораметрового палаша, в руке красовался всего метровый обрубок, некогда великолепного оружия. Обоюдно острый и с изысканными переплетениями стального вьюнка, украшавшего эфес, палаш, крепко лежал в руке. Мэри стояла у края глубокого котлована, оставленного после сильного удара магии. Чуть одаль лежали куски её лошади. Истерзанное животное было мертво, а часть руки Мэри, вцепившееся в узду животного, так и осталось висеть на узде.

Осмотревшись по сторонам, Мэри заметила трех своих подруг… нет боевых товарищей, которые тщетно пытались отбиваться от десятка волкодавов. Пара девушек уже была ранена, но сражались они на своих пределах. Мэри, не отводя взгляда от волкодавов, с силой сжала рукоять меча и быстрым шагом направилась в их сторону.

Короткое прочтение заклинания и клинок начал переливаться алыми и белыми искорками. Семейная магия усиления оружия действовала безотказно, главное не переходить в режим берсерка, а то можно порубить и своих…

Несколько тяжелых ударов по бокам мостовидных волкодавов, и подруги уже легче ведут бой. Короткий выпад в сторону очередного волкодава оказался в пустую, Мэри забыла, что клинок сломан, но это мало останавливало её, и она ещё с большим усилием давила на клинок. Зверь лежал на боку, придавленный обрубком меча, все попытки выбраться, сопровождались жалобным скулежом и рычанием, но уже через несколько ударов сердца прочная шкура зверя продавилась, сломав несколько рёбер и не разрезая плоть, вошла до сердца.

-Р-р-р-разряд! – рыча от ненависти сказала Мэри.

Сильный удар молнии прошел по клинку и ударил точно в сердце, от чего из пасти животного вырвались брызги крови, а шкура опалилась.

-Север!- раздался крик её подруги.

Мэри подняла голову, посмотрев в сторону указанного направления. На неё бежал огр. Ещё молодой, без старых шрамов, только несколько свежих ран, но он двигался быстро и несётся точно на неё. Огромная дубина, на конце которой было множество шипов из заточенных костей, ели узнавалась, из-за темно-багрового цвета и остатках плоти, застрявших на шипах.

Уход с траектории, и Мэри пропускает огра мимо, оставляя на его брюхе глубокую рану. Часть кишок уже начало вываливаться из брюха, но огр разворачивается на месте и снова бежит в бой.

Громкий, жалобный крик, с нотками отчаяния и боли, издает огр. Делает замах дубиной. Обманный трюк, и дубина точно бьет Мэри с левой стороны.

Несколько острых шипов втыкается в её плече. Один из шипов, застыв в сантиметре от её глаз, заставляет её посмотреть на шипы. Части тел, остатки внутренних органов и… часть чьего-то лица застряли между шипов.

Мери освобождается от плена шипов, ощущая острую боль по всему телу. Крепче перехватив обрубок палаша, она делает очередной выпад, ломая себе левую ногу.

/Видимо шип в бедро попал… сломал мне ногу…

-Ах ты ублюдок! Сын блудницы и козла! Я твой «хрен» вырву и в жопу запихну… а когда тебе станет приятно, я туда же дубину твою засуну и проверну пару раз… - кричала Мэри, поднимаясь с земли.

Огр видимо понял её слова и проникся до глубины души, от чего поступил глупо и опрометчиво, кинувшись в сторону Мэри.

Она стояла спокойно и даже улыбалась. Готовясь упасть точно по направлению разбега огра и выставить меч, Мэри была резко отдернута в сторону.

Её окутал теплый, приятный свет. Так тепло бывает, когда клирики исцеляют раны. Мэри лежала на земле, опершись на чьи-то колени. Глаза продолжали смотреть вперёд, благо она была отдернута не далеко, и могла видеть того самого огра, который сейчас топтался на месте, не понимающе осматривая место, куда целился дубиной.

К огру медленно шел Рохан. Не высокий парень с короткими волосами, представленный императором как маг. Странно, но на мага тот не походил. В правой руке тот держал короткий меч, а левой рукой он показывал странный жест огру – выставленный кулак с оттопыренным средним пальцем.

Спустя несколько мгновений маг с силой оттолкнулся от земли и приземлился точно на шею огру. Маг не стал рубить его мечем или бить магией, он просто начал бить того по голове эфесом и кулаком, от чего огр, будучи не восприимчивым к подобным ударам, начал проседать. С каждым ударом огр сгорбливался, все сильнее, а попытки сбросить с шеи мага обернулись для него фатально. Попытавшись сбить мага с шеи, огр замахнулся рукой, но на встречу ей, маг ударил с кулака, и рука огра словно тоненькая ветка, расщепилась вдоль, извергая брызги крови.

Вот очередной удар по голове огра и она вогнулась во внутрь. Брызги крови и истошный крик. Все это происходило очень быстро, а когда закончилось, до Мэри дошло девять ударных волн… ровно столько же маг ударил кулаком по голове огра.

Мэри лежала на земле. Звуки боя вовсе пропали, а глаза предательски закрывались.


Следующее утро.


Мэри открыла глаза. Все вокруг плавало и кружилось. Еле слышные разговоры доносились до её ушей.

/Знакомый голос… это Дастия... или это Шарло?

Мэри повернула голову в сторону голосов. С трудом сфокусировав зрение на говоривших, она улыбнулась.

/Девочки… они живы. Они целы. Я не зря тут лежу, я смогла их защитить…

-Командир! Командир. Вы нас слышите? – раздался тоненький, мелодичный голосок молодой кавалеристки.

-Мы пришли вас проведать. Врачи сказали, что вы поправитесь. Ещё месяц или два, и вы можете вернуться в свое имение. Мы пока здесь будем. Мы вас не бросим…

-Что… - хрипло начала Мэри – что с остальными?

Девушки погрустнели и будто осунулись.

-Мы потеряли пятерых. Мы думали, что и вас мы потеряли, но только три дня назад пришла депеша о том, что вы живы и находитесь здесь. Мы тут же свернули лагерь и выдвинулись сюда. Лошадей нам пришлось купить новых, большая часть наших также погибла, как и ваша.

-Кто… - коротко спросила Мэри, сдерживая слезы.

Девушки переглянулись и шепотом начали что-то говорить. Было не внятно и не слышно, от чего Мэри с силой ударила о прикроватную тумбочку кулаком.

-Доклад о потерях, лейтенант Шарло. Хватит мямлить, или вы забыли выучку? – командным голосом приказала Мэри.

Шарло резко встала со стула, вытянулась и отрапортовала.

-Сержанты Лидиа, Магери и Марис, капитан Жери и Талиан. Также уничтожено двенадцать лошадей. Раненых десять. Тяжело ранены только вы. Лейтенант Шарло доклад закончила.

Меня отец всегда учил, что в бой идут лишь с уверенностью что будут правы.

Меня отец всегда учил, что погибают только лучшие из лучших…

Меня отец учил, что мечем мы прорубаем путь к счастливой жизни нашего народа…


Мэри напевала старинную песню их рода, всхлипывая на каждой строчке. Она не показывала своих слез даже маме, а тут два её подчиненных, нет… тут две её подруги, которые и сами начали реветь на взрыв…


А мать мне рассказала, что мужей с войны не ждут, мужей с войны лишь встречают, да кровь с тел мертвых омывают…


Тюремная камера. Столица империи.


Граф Мартирр лежал на стоге сена, имитирующего кровать. Как и все прошедшие в заключении дни, граф просто лежал и ждал очередного послания от связного. Периодически приносили вино и хлеб, иногда даже мясо и овощи.

/Сегодня будет мясо… интересно, а с каким гарниром? Бедный стражник, он ведь некогда не пробовал таких изыск… может угостить его… у него красивые, грубые руки, настоящего мужчины… может помну ему шею… у него точно от хауберка шея болит…

От не совсем приличных мыслей графа оторвал удар эфеса об стальную решетку.

У камеры стоял знакомый ему стражник. Как всегда протягивающий в руках сверток приличных размеров.

-Как всегда. Вам передали. Сегодня на смену заступает новый стражник. Его я не знаю, будьте осторожны. Леди Майли подозрительно себя ведет, несколько раз была замечена за необъяснимыми действиями и поступками. Есть вероятность готовящегося на вас покушения.

-А что, она разве не в графстве? – удивленно спросил граф.

-Она здесь уже второй день. Все стражники, с которыми она контактировала, были допрошены, но для того, чтобы поймать убийцу, решили не менять графики и посты. Если что, то у вас на стене есть сигнальный магический круг. Он подаст звуковой сигнал тревоги для нас, а на вас наложит неуязвимость, правда на пять или шесть ударов сердца, но хоть как-то…

-Спасибо – сухо ответил граф.

Он был и правда рад тому, что о его безопасности заботятся, однако быть наживкой для супруги – это как-то не приятно…

Спустя час сменился караул и граф воочию увидел нового стражника. Тот, как и приписано распоряжением начальника стражи, подошел на расстояние вытянутой руки к камере, визуально убедился в его здоровье и расспросил о том, на что жалуется. После попросил отойти к противоположной стене и поднять руки к решетке окна. Стражник вошел в камеру и несколько раз ткнул в сено пикой, проверяя ту на контрабанду. После досмотра камеры, стражник попятился из неё и вышел, заперев за собой дверь.

/Ну хоть не убил, и на том спасибо, хотя ещё не вечер, судя по количеству и частоте смен, этот стражник заступит ещё в час ночи и в пять утра. В пять утра я встану, но вот в час ночи я буду спать… вряд ли я смогу сопротивляться дурману, распыляемому тут в полночь.

Ближе к ужину в тюремные катакомбы зашел ещё один стражник и его супруга, что не могло его радовать.

-Ну здравствуй, супруг мой. Как тебе удалось не умереть в том бою? Каким демонам ты душу продал, или ты кого из них в постели утешил? – ехидно спросила леди Майли, внешне выглядевшей расстроенной и скучающей.

-Вот почему твои слова не стыкуются с внешним видом? Раскрой секрет…

-А он прост, муж мой… вокруг нас сейчас действует заклинание молчания. Нас не слышат, хоть и видят. Я вот ответила на твой вопрос, а ты не ответил…

-Хватит. Чего тебе нужно? Ты ведь не по скорбеть пришла.

-Ты прав. Я пришла сказать тебе, что соболезную тому, что ты не помер в бою. О графстве не переживай, оно цветет и развивается, а твои соучастники нападения уже казнены или на каторге. Вот видишь, без тебя все куда лучше, чем с тобой.

-Я заметил… а ещё, тебе траурное к лицу, но моей смерти ты не дождешься, по крайней мере я умру не от твоей руки…

-А тут ты прав… мне не обязательно тебя лично убивать… все сделают за меня…

/Вот плутовка… она наняла кого-то. Меня не она убьет. Нужно спровоцировать её. Нужно заставить её лично приложить к этому руку…

-Ну так я и не думал иначе, ведь ты вся такая боевая баба, а по сути, т ы плаксивая девчонка. Ты крови чужой боишься, чего говорить о твоей трусости… так тут совсем все плохо… я помню, как ты визжала, когда мышку в погребе увидела… а тут убийство… ты руки сама пачкать не будешь, ты лучше пошлешь убийцу.

-Не смей – злобно ответила Майли.

-Да я в сражениях учувствовала на ровне с мужами, и крови не боюсь.

-Да ну? А твои действия говорят об обратном…

-Ублюдок! Я лично тебе сердце вырежу и кишки пущу!

-Да ну? Я тут под защитой. Тут даже мыши не могут пройти в камеру, без досмотра…

-От того ты такой дерзкий? Не переживай… я и не такое могу… му-жи-нек…

-Свидание окончено – объявил стражник – вам пора, леди Майли. Я вас провожу.

Закрыв лицо платком, делая вид, что плачет, графиня удалилась.

/О великий создатель! Почему ты дал мне в жены такую… хотя не отвечай… знаю я все…

Сев на скамью, граф взял в руки карандаш и чистый лист бумаги. Исписав его с обеих сторон, он свернул его в несколько раз и передал стражнику.

-Срочно! Это нужно передать старшему геральду императора. Это очень срочно!

Стражник принял послание. После смены стражника начался отчет…

Граф вальяжно развалился на сене, довольно улыбаясь и мечтательно смотря в потолок.

В это время стражник уже нес послание во дворец.

В столице завтра будет шумно, но об этом ещё мало кто подозревает, как и о том, что на уме у графа.

Олла как всегда у чана, разливает ужин раненым, периодически сетуя о худобе солдат, Горт, расположившийся за баром кабака в деревне, хвастается своей новой ногой и свежими шрамами перед солдатами, наслаждаясь пивом, Малик примеряет белоснежный сюртук, излишне нервничает и потеет, мечтая о бочонке пива, Вери, сидя на высоком стуле, за посменным столом, свесила ножки и строчит любовное послание любимому, которое собиралась подложить тому под подушку, а Антон думает о том, что нужно скорее закончить с демонессой и повидать друга, или хотя-бы успеть на свадьбу…


***

Авреил появился в своей келии. Им овладела паника.

-Все не так – бормотал он себе под нос – Так не должно быть… Куда она исчезла, кто выдернул её из плана? КАК? А если мать узнала? Или эта дура … но меня нельзя было узнать… или отец прознал… Вот я влип…

Дверь келии отворилась. На пороге стояла мать. Её глаза были веселы и полны жизни.

-Ликуй, сын мой! Ликуй и радуйся! Наш план с отцом начал воплощаться! Да восхвалят все наши дети этот день, как день очищения от скверны…

Авреил упал на колени и заплакал.

/Мать если и не знала, то она уже готовится праздновать… не подозревая о том, что вскоре будет горевать о нем и его душе…

-Да мама, да будет… праздник…

Глава 8


А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящих вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас.

Мф.5:44

Военный лагерь.

Свет свечей мягко освещал находившихся в палатке людей. Тут и Горт, вальяжно, как и подобает генералу армии, развалился в кресле, попивая из высокой кружки пиво, и Луис, намешивающий очередную вязкую субстанцию в пробирке, и новый капитан «Волчьей стаи», и многие другие представители кланов, графств и союзов, которые учувствовали в войне.

-Что я могу сказать – начал император – договор с орками я составил, он будет трехсторонний с эльфийским лесом. Нам нужны ресурсы орков, свободный проход для исследователей и мир на границах, эльфам нужны алмазы, а оркам плодородная почва и торговые сообщения. Это будет не просто, но мы все должны внести вклад в это мероприятие.

-Вы правы, мой император – начал Аннс Арто– сейчас важнее чем мир, для нас нет ничего. Меня беспокоит утечка информации о прошедшей войне. Журналисты смогли пронюхать новость и успели её даже опубликовать, а судя по тому, какие данные были опубликованы, могу с уверенностью сказать, что проболтался кто-то из врачей или не высокого ранга офицер. Данные старые и не полные, однако все вывернуто так, будто мы скрывали её как позорное шоу, нежели для избежания паники…

-Согласен, сэр Аннс – взял слово Луис Дер. Хопф – но если Рохан не справится со своей задачей, то все это будет напрасно. По самым скромным подсчетам, мир продержится еще лет тридцать.

-Они ведь убьют того неизвестного? – вклинилась в разговор одна из представителей женского кавалерийского полка – им не нужна помощь?

-Леди – снисходительно начал Аннс – это лучший агент империи. Он справится…

-Он не будет убивать его – продолжил Луис – он лишь марионетка. Если Рохан уже догадался, о чем я не сомневаюсь, то он будет его пытать. За этим неизвестным стоит кто-то… кто-то куда могущественнее.

Горт вздохнул.

-Ведь если он его убьет, то ничего не изменится, нужно проблему искоренять на корню! А теперь обговорим следующее… Во-первых: мы должны торжественно въехать через ворота столицы, как победители, раз о войне стало известно. Подготовить почву для нашего шествия, и таким образом обозначить значимость события. Во-вторых: необходимо разобраться с вопросом графства Мартирр и его графом, в частности. Очень много неудобств тот создает, да и ещё его разносторонние связи меня пугают. А в-третьих: совсем скоро свадьба у эльфов. Наш хороший друг Малик женится на принцессе, воссоздаёт союз зверо-людов и эльфов… Это надо отметить!

По шатру раздался довольный гул. Присутствующие уже предвкушали пьянку по этому поводу, начав предлагать места проведения мероприятия.


Дворец северного леса.

Малик готовился к торжественному дню, до которого оставалось меньше трех дней, но в голове било набатом – «Хочу бухать!». Стресс и хлопоты заполнили все свободное время Малика. Только время, проведенное в компании Вери, уносило его думы и тяжесть в небытие, давая новые силы.

Как и ожидалось от очередного утра, Малик начал день с обычной тренировки, но на этот раз к нему присоединились элитные стражники императора и несколько генералов, прибывших с королем после войны. Суть нововведения оказалась проста – император захотел усилить своих лучших офицеров и воинов. Они и раньше с завистью наблюдали за тренировками Малика, но не решались присоединяться, боясь помешать, а теперь сам король приказал им присоединится, с разрешения Малика.

Почти полтора часа понадобилось элитным стражникам, чтобы выдохнуться, а генералы упали на спины, тяжело дыша, ещё через час. Малик был не сильно удивлен таким исходом, Антон и сам по началу выдерживал не более часа…

Малик собирался идти в ванные. У эльфов ванные представляли из себя огромные искусственные озера или горячие источники, в которых температура колебалась от тридцати пяти градусов до сорока. Эльфы гордились тем, что умели создавать такие ванные даже в местах, где они не могли быть. Все благодаря их врожденной близости с природой, которая давала очень много возможностей в плане не только гигиены, но и в плане эстетики.

Идя в сторону ванн, Малик обратил внимание на то, что вокруг стало как-то мало стражи, а если быть точнее, то по пути к ванным их не было вовсе. У самых дверей Малика окликнул не знакомый голос.

-Эй, ты, зверь! – окликнули Малика.

Оглянувшись, Малик увидел высокого, для эльфов, мужчину. Белоснежная рубашка неряшливо выглядывала из-под бирюзового камзола, на ногах были того-же цвета шаровары и черные сандалии. Все бы ничего, но у этого эльфа были седые волосы, на лице виднелся не маленький фингал, а на правой руке тугая повязка, указывающая на недавний перелом.

-Зверь, ты тут единственный зверь? Или есть ещё?

-Единственный, а есть проблемы, хилый? – с угрожающим рычанием спросил Малик.

-Тогда мне нужен именно ты…

Эльф подошел ближе. Малик чувствовал угрозу от него, однако она была не такой сильной, чтобы бежать, но и значительно больше, чем от орков или огров.

-Ты знаешь кто я? Я Винс Ту’арорр. Сын одного из десяти высших. Истинный наследник эльфов. Моя воля – воля всех эльфов. Моё величие затмевает солнце и …

-Меня папа учил – перебил его Малик – что если противник начинает какую-то полемику, начинает угрожать и нести всякий бред, то нужно как можно быстрее вылечить его от страшного недуга…

Малик, будучи в одних коротких бриджах, и с полотенцем на плечах, не нашел ничего лучше, как намотать полотенце по туже на кулак, и не размахиваясь ударить в челюсть эльфу. Удар пришелся с верху в низ, примерно под углом сорок пять градусов, от чего у эльфа не хорошо хрустнула челюсть, а взгляд из надменного перешел в крайне удивленный.

Кожа на лице эльфа так сильно оттянулась, что в нескольких местах лопнула, а на глазах навернулись слезы. Малик не стал медлить. Он уже слышал о Винсе Ту’арорр, об этом ублюдке, который угрожал Вери и хотел насильно взять в жены.

Малик коротким ударом колена в солнечное сплетение, отправил эльфа в короткий полет. Эльф впечатался в ближайшую стену коридора, издав хриплый рык. Не давая ему очухаться, Малик проводит ещё несколько коротких ударов в голову выскочке.

В тот момент, когда тело упало на мраморный пол, в коридоре появилось сотни две стражников, однако они не походили на местных, скорее какие-то более агрессивные, да и одеты были в золотые латы.

Вся толпа, без команды, ринулась в бой. Малик уже понимал, что будет тяжко кулаками отбиваться от пик и мечей.

-В очередь по десять, суки! – прорычал Малик, снимая с кулака полотенце.

Первым ударом из толпы, Малик чуть не лишился глаза. Какой-то умник бросил пику точно в глаз, но ему повезло. Пику Малик остановил, перехватив её рукой и отправив обратно, однако забыл её перевернуть острием в толпу, от чего смерть шести эльфов, которых проткнуло насквозь, оказалась болезненной и мучительной, но преподала урок рядом стоящим…

Первым ударом кулака, Малик прилично отогнал толпу, задев парочку только вскользь, оторвав тем самым им руки, кому-то повезло меньше… Вырванная с корнем челюсть одного из солдат, не слабо так деморализовала всех наблюдающих… кто-то даже отвернулся, освобождая желудок...

-Что, пиздюки оголтелые, ссыте? – рычащим голосом сказал Малик.

Толпа, под действием провоцирующей обилки, с паническим выражением лица бросилась в бой, видимо понимая, что это была огромная глупость, однако против магического воздействия тяжело идти…

Размашистые удары Малика были предсказуемы, но их скорость была слишком велика, чтобы воин, закованный в тяжелые латы, смог увернуться.

В боевой стойке, Малик ловко уворачивался от пик и мечей, но что лукавить, это не сказка, и часть ударов он пропускал. Острия пик пронзали кожу, мечи резали и рвали, но Малик не привык биться голыми руками. Вскоре, грубо отобранная у эльфа, буквально с руками, пика, стала грозным оружием против толпы. Хватило двух быстрых росчерков в воздухе, параллельно полу и на уровне глаз и шей эльфов, чтобы их количество сократилось в двое. Мешали Малику только намертво вцепившиеся в его новое оружие чьи-то оторванные руки… они не давали взяться за пику правильным хватом.

Уже оставалось не более пятидесяти эльфийских воинов, когда какой-то умник додумался подойти ближе длины пики и выставить меч, для отражения удара. Пика лопнула почти на половине своей длины, встретившись с мечником, но на этом удача эльфов закончилась. Малик, обиженный тем, что его новую игрушку сломали, со злостью и детской обидой воткнул обрубок в яремную вырезку умника, да получилось так сильно, что вошел обрубок сантиметров на двадцать, пока не закончилась его длина до кулака Малика.

Оставшись опять без оружия, Малик продолжил отбиваться кулаками. Подобрать оружие было крайне не просто, ведь это только в фильмах враг даст тебе на это время, а вот в жизни он не дает тебе даже выдохнуть.

На крики и звуки боя прибежали уже местные эльфы, под предводительством короля.

Увидев Малика в окружении не более пятидесяти стражников высших эльфов, стража короля, как и сам король, приняла наступательное построение и спешно направилось в их сторону, однако бой не начался, а всё по тому, что после нескольких круговых ударов Малика, стражу высших пришлось собирать по разным уголкам коридора а несколько десятков, разбивших своими телами витражи, придется искать по кустам местного дендрария.

Малик, тяжело дыша, медленно подошел к лежавшему на полу высшему эльфу, присел на корточки, возле него, и аккуратно прислонил его тушку к стене.

-Ну, и чего тебе надо от меня, Винс Ту’арорр, высший эльф, которого отшила моя невеста? Ты думаешь, что если у тебя есть положение, то все можно? Обломались твои уши…

-Тварь! – прохрипел Винс – ты ещё не понял этого, но я победил. Вери будет моей, а ты сгинешь в небытие. Моя армия… они убьют тебя…

-Какая армия? – удивленно спросил Малик, подтаскивая изрядно побитую тушку эльфа ближе – эта армия?

Малик поднес разбитое эльфийское лицо стражника к Винсу, давая тому осмотреть её.

Винс не сразу понял, что это за кусок мяса перед ним, но осознав, дернулся было убежать, но получилось плохо. Малик конкретно его приложил, от чего ноги не слушались, а тело отдавалось болью на каждое движение.

-Кто ты такой, зверь? Как ты посмел… за меня будут мстить… вы все пожалеете… мой папа…

Винс не успел договорить. Со стороны Винса открылся портал. В проёме портала показалось сразу четверо фигур. Одна из фигур быстрым движением ударила по затылку Винса чем-то напоминавшим стальную ментовскую дубинку, с круглыми стальными шариками на конце, а остальные бодро и быстро подхватили тело Винса, чуть заметно поклонились Малику и исчезли в проеме портала.

/Местная СБР – подумал Малик.

Малик хотел что-то сказать, но из портала уже выходила новая фигура.

Высокий и стройный, нет, даже худощавый эльф в белоснежной мантии без капюшона, вышел из портала. Король и вся стража приклонили головы и встали на одно колено.

-Зверь – прозвучал шепот в голове Малика – прошу не злиться на моего сына, он дурак, каких свет не знал.

-Он угрожал мне и напал на меня – начал малик.

-Знаю. Всё знаю. Ему нет оправданий. Ты только запомни, что с высшими не связываются и чтят. Мы сильнее чем вы думаете, однако не наши дети, они по силе равны обычным эльфам, не считая врожденную магию и особенности, унаследованных от нас, а так он обычный эльф. Хрупкий и слабый… но через чур надменный …

Лицо высшего подернулось, от чего иллюзия серого и невзрачного лица на мгновение изменилась, а под ней показалось настоящее лицо. Уродливое, напоминающее ящерицу с раздвоенной нижней челюстью. Лицо было обтекающим, гладким. Глаза были огромными и вытянутыми, какими обычно пугали нас сказками про инопланетян, нос напоминал крысиный, как будто тот его сморщил.

-А как-же помолвка… - начал Малик, но высший опять его оборвал на полуслове.

-Она аннулирована по просьбе леди Вери, не беспокойтесь. Винс вас больше не побеспокоит…

Высший развернулся и исчез в портале. Переливающийся портал начал таять в воздухе, издавая трещащие звуки, будто разряды электричества.

Малик остался стоять, смотря на пустую стену, где совсем недавно был открыт портал.

-Сэр Малик – обратился король северного леса – вы в порядке?

Медленно повернув в сторону короля голову, Малик с трудом улыбнулся. Бой не прошел идеально. Раны кровоточили и болели, а в голове било набатом, что он смог защитить Вери, что он отстоял свое право, свою волю и судьбу…

-Все нормально, вот только гранит жалко – указал Малик пальцем на отпечаток тела Винса, который остался на гранитной стене.


Башня мага. Земли орков.

Антон был готов к допросу, однако была загвоздка, о которой он не подумал. Демон может юлить с ответами. Это означало, что ответы на поставленные вопросы могут быть не полные или вовсе ложными.

Кэттерин предложила воспользоваться ментальным проникновением в её воспоминания, что обеспечит точность информации и минимизирует вероятность того, что демон что-то недоговорит.

-Однако этот способ опасен для тебя – Кэттерин не скрывала беспокойства.

-И чем? – спросил я.

Кэттерин приблизилась к моему лицу и внимательно посмотрела в глаза.

-Ты проживешь всю её жизнь, узнаешь те тайны, которые она скрывала, прочувствуешь ее чувства… это может сказаться на твоем мировоззрении и твоей психике. Ты будешь ей…

-Я понял.

Погрузившись в свои мысли, я начал взвешивать все за и против.

/Заставить говорить только правду можно с помощью амулетов и заклинаний, также можно заставить говорить все, но не факт, что я смогу разобраться в тонкостях, да и сама память демона может подвести… Вариант только один – побывать в голове демона, однако, чтобы попасть в голову к демону нужно очень сильное и точное заклинание или обряд.

-Хорошо – начал я – я внедрюсь ей в голову… это будет опасно, но есть парочка мыслей по поводу безопасности.

-Ага, а вытаскивать оттуда кто тебя будет? Ты не подумал о том, что выходить из головы демона нужно также? Причем именно тебе… - наставительно начала Жасмин.

-Да, спасибо за подсказку. Я так понимаю, ты и сама такое проделывала?

Жасмин немного задумалась, сморщив носик, и явно вспоминая неприятный опыт.

-Да, было дело. Тогда я была молода и не опытна. Просидела в чужой голове примерно месяц, проживая чужую жизнь по тысячи раз на дню… та ещё пытка…

/Теперь понятно. Я могу воспользоваться потенциалом пиктограммы, которая уже имеется. Дополню её парой кругов для собственной защиты и сделаю лазейку для сознания, однако нужно не дать ей проникнуть в мою голову…. Это может перерасти в обмен сознаниями, что мне точно не нужно. Добавим блок её сознания, укажем точное место проходящего процесса и количество циклов… так, получается, что за час в сознании, я могу пройтись по сотне лет сразу. Попробуем сначала установить таймер на процесс погружения в сознания. Установим порог на один час, после чего меня принудительно выкинет из сознания демонессы.

Закончив преобразования пиктограммы, Антон сел в позицию для медитации и, выставив руки перед собой, запустил процесс проникновения в сознание.

Нижний мир. Верхние круги. Круг бога войны.

В конце улицы, имени верховного некроманта Грошее, жила маленькая демонесса. Девочка росла одна, собственно, как и большинство детей нижнего мира, росла смышленой и очень любопытной. Её дядя, постоянно отсутствующий дома, отправлял её то к бабушке, в круг бесчестия, то к дяде Фуук, в центральный круг каторги. Больше всего, она любила посещать библиотеки. Красивые, сотканные из паутины демонического паука, колонны и купола залов, огромные столы из застывшей магмы, стулья из человеческих костей, обтянутые их же кожей. Особенно нравились старинные книги и фолианты.

Лили научилась читать в двадцать лет, просто листая книжки, к тридцати научилась писать и считать, а к восьмидесяти, она знала наизусть все книги школьной библиотеки, учась всего в пятом классе. Школу оканчивали в сто пятьдесят лет, а институт в триста, но при условии, что обучение проходило на «отлично» и «хорошо».

Когда Лили было девяносто пять лет, она узнала, что родителей её не знают даже стражи порядка нижнего мира, а дядя Фуук отказывался рассказывать о них, ссылаясь на кровный договор. Дядя Фуук был хорошим другом и товарищем нынешнего повелителя верхнего круга нижнего мира. Как-то раз, он попросил своего друга присмотреть за Лили, взять под свое крыло и допустить в институт. Варгол, повелитель верхнего круга, обещал помочь.

Верхний круг был кругом воины, основной промысел которого был в войнах и мелких конфликтах. Каждые сто лет демоны, как их прозвали люди, провоцировали людей на воины.

Воспоминания Лили были обрывисты и мутны. Однако они несли информацию, хоть и не точную и не связную.

Меня выбросило из её сознания.

Осознав, что я снова в своем теле, я ещё минут пять приходил в себя.

-Ну как? – спросила меня Кэттерин, вытирая пот со лба.

-Да не как…. Ей больше сотни лет… не знаю точно, но у них время идет по-другому. Придется тут задержаться не на один час…

Жасмин вложила мне в руку кусочек серого камушка.

-Это сахар… съешь его, чуть повысь энергию, а то так можно и от голода умереть… Мы подождем тебя, иди…

Взбодрившись, я изменил период и цикличность. Теперь я погружусь сразу часов на пять.

Нижний мир. Спустя несколько сотен лет.

Поздней ночью, когда небо нижнего мира становилось непроглядно черным, а кровавое солнце, светившее всегда алым, уходило в другие круги нижнего мира, в комнате маленькой Лили, которая теперь жила с повелителем Варголом, горел призрачный фонарик, освещая её постель бледно-голубым светом. Лили лежала в кроватке, а Высокий, широкий в плечах демон, сидел на стуле, рядом с кроватью.

-С давних времен, а точнее тогда, когда появился человек, миром управляло три силы: силы нижнего мира, силы верхнего мира и создатель. С развитием мира и человека, развивались и верхний и нижний миры, однако создатель оставался прежним и единственным. Он нес бремя баланса сил и интересов – хриплым, немного грубоватым голосом рассказывал юной девушке старший демон.

-А конкретно наша задача? Почему нам просто не взять и не захватить людишек, их души и силы? Почему все так сложно? – не понимающим, от того и обиженным голосом спросила юная демонесса.

-А баланс? Без него люди умрут, а их силы просто уйдут в великое ничто. Мы, конечно, проживем и без них, но не долго. Максимум три, может четыре миллиона лет.

-Но светлые ведь их забирают сами, так почему мы не можем как они?

-У нас есть правила, установленные создателем, да и «верхние», или как их называют люди «ангелы», не вмешиваются в их жизнь, а мы вмешиваемся, создавая искушения, болезни, страхи и те чувства, которые изначально им несвойственны.

-Так напустить на них мор, да и убить их всех.

-Тогда они пойдут очищаться, а их души, умершие в муках, попадут на небо, как мучившихся не по своей воле, а вот если вселить в их головы смуту, заставив творить зло, причем по собственной воле и для личной выгоды, то тут их душа точно будет наша.

-А как это делается? Научишь?

-Ты ещё маленькая и плохо контролируешь силу. Но как подрастешь, я тебя научу.

-А почему у создателя нет пантеона? От глупый или скромный?

-Создатель – это наш баланс. Он удерживает нас от геноцида человечества, от уничтожения мира.

-А помощники у него есть?

-Есть, недавно появилось три верховных судьи. Создатель больше не успевает за нами. Ему теперь, помогают трое.

-А если кто-то нарушит баланс?

-То он того уничтожит.

-Он плохой?

-Нет. Он справедливый и чистый.

Лили Шахри недавно исполнилось сто лет. Она росла в верхнем круге нижнего мира, люди называют это место адом. Это был спокойный круг, достаточно богатый и без резких перепадов маны. Её повелителем был Варгол – демон войны, а его круг состоял из десяти ступеней демонической иерархии.

Как свежеиспеченная демонесса, Лили должна была слушаться старшую демонессу Берге, коей была демонесса первой ступени, но по стечению обстоятельств, она не смогла курировать Лили.

Повелитель приказал своему помощнику самому начать её обучение, с чем тот справлялся даже лучше академических преподавателей.

Прошло не более сотни лет, а Лили уже показывала не плохие результаты, и даже была зачислена в академию, экстерном закончив пятидесятилетний курс и став сразу демонессой пятого ранга, в свои неполных двести лет.

Спустя ещё сотню лет.

В темной кладовой одного из цехов верхнего круга горел свет. Крики и вопли в цеху утихли, гробовая тишина настораживала демонов, это было непривычно, тем более для цеха пыток.

-Ла… ла-ла-ла. Ла-ла-ла…. Ла-ла-ла… ла-ла…

Лили напевала какой-то мотив, смешивая очередное зелье, которое попросили сделать в одной из пыточных. В комнату вошел, забыв про деликатность, один из демонов пыточной.

Высокий, широкий в плечах, похожий на ящера, мужчина. Серые, примерно метра два в длину, крылья были сложены за спиной. Короткие шорты туго облегали ноги. Тело демона было крепким и мускулистым, если не брать в расчет морду ящера, на голове которой росли два кривых, не симметричных рога, то можно было бы сказать, что он красавчик. Демонессы любили неказистых, страшненьких демонов, но вот ассиметричные рога вводили демонесс в депрессию.

-Лили, ты закончила? – спросил тот, уже войдя в комнату.

-А стучать тебя не учили, Зерог, или ты и эти лекции пропустил? – злобно прошипела Лили, создав на лице маску устрашения, которая прекрасно действовала на низших демонов и людей.

Зерог от неожиданности отпрыгнул назад, вцепившись в дверь когтями.

-Прости, но зелье очень нужно. Там простой уже шесть часов – жалобным голосом сказал он – сама понимаешь, высшие если узнают, то меня опять понизят… хотя ниже только смертные…

Зерог почесал у себя между рогов и, решив, что доплатить Лили не помешает, нащупал на поясе мешочек с красной пылью. Посмотрев жалобными глазами на Лили, он вынул из мешочка, горсть красной пыли и пересыпал её в пустую чашу на столе.

-Ну, только ты умеешь создавать его, Лили, даже высшие знают, что без твоих способностей, нам никуда.

-Ага… как трубы засорились, так сразу –«Лили-и-и-и, создай зелье от засора…», как ржавчина на котле – «Лили-и-и-и, создай зелье от ржавчины», а теперь ещё и у низшего демона началась изжога, так теперь некому души жечь… «Лили-и-и-и, создай зелье, чтобы души сами собой горели»…. Достали! – бубнила себе под нос Лили, продолжая смешивать ингредиенты нового зелья.

-На! – резко протянула маленькую колбочку Зерогу – только помни, что надо разбавлять одну каплю на тонну воды, а то тут от отдела «Жарево» ничего не останется!

-Понял! – довольно покивал Зерог, пятясь из комнаты задом – понял, не забуду!

Лили уже год готовится к выпускной работе. Согласно требованиям и правилам первого круга, института человекологии и искушений, нижнего мира, она должна развязать войну… можно маленькую и локальную, но жертв должно быть не менее тысячи человеческих душ. Завтра она получит особый амулет, с которым она сможет посещать мир живых, жить там, определенное количество лет и который сможет скрыть её истинный лик от смертных.

На сегодня дела Лили закончены. Она может со спокойной душой идти домой. Дома её ожидают сладости. Она целый месяц копила деньги, откладывая по пылинки от заказов, чтобы купить свежие, сладкие колечки. Она, как и любая демонесса, следила за фигурой, но баловать себя необходимо. Сам высший демон, Алир, глава нижнего мира, говорил: «Не знавший искушения - не искусит, не знавший боли - не причинит боль».

Переодевшись из студенческого балахона, предназначенного для химических экспериментов, Лили стояла нагая посреди комнаты, заблаговременно заперев её, что бы не подглядывали. Лучи кровавого солнца проникали через маленькое оконце, падая на бледную кожу демонессы. Взяв ритуальный нож, Лили вырезала на запястье символ «Шу», обозначающий перемещение, и вложила кинжал в него. Символ засветился и нож начал поглощаться.

/Сейчас один маг получит проклятый клинок, начнет расшатывать равновесие, и я смогу уже не волноваться за выпускной экзамен. Если все пойдет так, как надо, то я экзамен сдам за месяц, а то и раньше. Главное, чтобы Серафим, этот светлый – Лили сплюнула на пол со злостью – не прознал, а так, нормально все пройдет.

Закончив ритуал, Лили убрала вглубь сумки мантию и начала одеваться в свою обычную одежду. Белье она носила обычное, не любила моду, но иногда, на некоторые ритуалы, приходилось надевать шелковое белье мира людей или полупрозрачное белье мира верхних. Одев свободные, хлопковые панталоны на завязках, и с надписью «Завещала Бабка», она натянула топ, в комплект панталонам. Полосатые, красные с черным, гольфы, поверх которых кожаные шорты, чуть выше колен, черные ботинки из сетчатой ткани, с лейблом «гончая», в которых коготь на пяточке не натирался. Лили отдавала предпочтение удобным вещам, хоть они и были не самыми модными, но так она чувствовала себя уютно. Черный жилет, с надписью «Вельзевул жив», темно-синие перчатки без пальцев и ошейник с маленьким черепком.

Дядя Моррак, один из подчиненных Варгола, а ныне опекун Лили, не одобрял ее наряды, но молодежь нынче пошла такая, что стараются скрыть тело, нежели оголиться. У него был выходной. Решив порадовать Лили, он с самого утра выбрался на площадь, где толпились купцы из всех миров, даже других вселенных. Найдя лавку «Бестия в цвету», он начал пытать продавца, на предмет подбора изысканного платья для юной демонессы пятого ранга. Подобрав платье- хамелеон, способное быть прозрачным частично, скрывая интимные места, он попросил сделать вырез декольте глубже, ибо демонесса ещё без пары, а пара нужна до окончания выпускного экзамена.

Освободившись под вечер, Моррак пришел домой. Положив красивую коробку с платьем на кровать Лили, он усыпал её сухими лепестками розы и положил гнилую ветвь ивы на подушку.

/Блин, да я ещё могу… Романтик… - подумал он, ухмыляясь.

Зайдя домой, уставшая, но довольная походом по библиотекам города, Лили сбросила свои «Гончие» и повесила портфель на шип входной двери.

-Я до-о-о-о-ома-а-а-а… - простонала Лили.

Шаркая ногами по полу, она поднялась на второй этаж, где была её комната.

-Дядя, вы дома? Я так уста-а-а-а-ала… Может, сегодня без тренировки на секирах обойдемся? Они тяже-е-е-е-е-елые… и мне ле-е-е-е-ень…

Открыв скрипучую дверь комнаты, расписанной символами и пиктограммами, Лили вошла в комнату.

Визг демонессы раздался по всему дому, благо постояльцев, кроме неё и дяди, больше не было, но от неожиданности, Моррак подавился кровью.

/Пятилетняя выдержка, семь звезд по мнения газеты «Сдохни и радуйся»… и все на ковер из шпицев… блин…

Бросив все, Моррак вбежал на второй этаж. На кровати, прыгая от счастья и возбуждения, прыгала Лили, приложив к себе новое платье.

-Спасибо, дядечка, спасибо, злейший из существующих! – сквозь визг говорила Лили.

Бросившись на дядю, она буквально села ему на шею, зафиксировалась ногами, скрестив их ему на груди и, тряся его за рога, чертыхалась и ругалась от переизбытка чувств.

Дядя дарил и раньше ей подарки, но Лили мечтала о платье, как у её кумира из оперы «Вампир и девственник».

Этот день прошел отлично. Лили засыпала под крики ночных птиц и горгулий, дядя Моррак допил бутылочку крови, а перед сном, приговаривая что-то по типу «сирену воспитал… хуже моей жены…», закапал капли в уши. Завтра, эта юная демонесса, добравшаяся до высшего экзамена в институте, может стать кандидатом на звание «Самая юная демонесса первого круга, нижнего мира».

На следующий день, Лили одела свой лучший наряд, состоящий из обтягивающих кожаных штанов, откровенно и очень вызывающе выделяющие её прелести, черного, полупрозрачного топа, в среднюю сеточку, алого ошейника с черными шипами и писк современной моды – барабанная дробь - красные полусапожки из вывернутой кожи свежего человека, шпилькой которых был хребет. Платье, подаренное дядей, она наденет на выпускной балл, но до него нужно ещё кучу народу убить…

В таком виде она не могла ходить постоянно, это было неудобно, но вот на торжественные мероприятия, такие как выпускной экзамен новых демонов, падение одного из светлых, или мировая война… такой наряд был необходим. Многие высокие демонессы, рангом выше третьего, могли позволить себе прикрываться полосочками кожи, вроде как нет нечего, но всё скрыто.

Взойдя по длинной, крутой лестнице, ведущей её к экзаменационной кафедре, Лили успела поймать восторженные взгляды демонов от десятого, до седьмого,… хотя нет, до шестого… тот пожилой дед-извращенец больше позарился на её малый возраст, нежели на наряд.

В сам кабинет Лили зашла скромно и опустив голову. Преподавателям не положено смотреть в глаза до тех пор, пока не выпустился из института, а то это считается вызовом, и может привести к тому, что преподаватель тебя убьет прямо на месте.

-Ну что, Лили, ты рада? Это твой проходной экзамен. Собери триста душ, и ты выпускница… - прошелестел старческий голос демона, которого она знала как профессор Поременжевас… очень долгое и нудное имя, собственно, как и сам преподаватель.

-Профессор, вы ошиблись – прервала его профессор Рихашш – она уже выпускница.

-Ка-а-ак? – театрально взявшись за сердце, изображая сердечный приступ, профессор сделал ошарашенное лицо, но уже спустя секунду мягко улыбнулся, оголив все сто своих мелких, но очень длинных игл - зубов, и продолжил – шучу я, не переживай. Но задание у тебя очень серьезное. Маленькая война – это сотня лет спокойной и безбедной жизни нашего круга, а выпускников у нас, как ты знаешь, немного. Всего десять в сотню лет, иногда чаще, но не сейчас. В эти сотни лет ты вторая.

-Ты должна уложиться в один год, поняла? – задала вопрос Рихашш, пристально смотря на Лили.

Чувствуя на себе тяжелый, прожигающий взгляд строгой преподавательницы, Лили начала беспокоится. Рихашш не была плохой, она просто старалась сделать из обычных демонов профессионалов, буквально вбивая в них исследовательский интерес и заставляя думать, а не тупо следовать книжкам. Ведь первая заповедь академии звучала так: «Изучай и исследуй, будь любознателен и искусен! Нет придела твоему совершенству!»

Кротко поклонившись, Лили подошла к столу и протянула руки. Со звонким щелчком, на её запястьях сомкнулись два металлических браслета, выполненных в виде терновых ветвей с колючками.

-Теперь иди, и сей раздор, сей смуту и подталкивай людей на войны, но помни – если ты провалишься, ты продолжишь обучение, но уже на ступень ниже – раздался резко помолодевший голос Поременжеваса.

Лили низко поклонилась и вышла из кабинета.

-И долго ты будешь их дурачить? – спросила Рихашш.

-Ты о записи моего голоса? Так я не обманывал, это ведь я…

-Ага… этой записи две тысячи лет… старый ты пердун.

-Не две, а одна тысяча восемьсот сорок… Стой! – резко отдернулся преподаватель – ты это кого старым назвала, шмакодявка? – обиженно понизил голос преподаватель.

-То есть с «пердуном» ты согласен? – хихикнула Рихашш.

Этого разговора Лили уже не слышала. Она бежала по лестницам вниз. Её настроение было такое хорошее, что хотелось рвать людей на части голыми руками, пуская кишки и стонать от возбуждающего запаха крови. Сейчас ей настроение не испортит даже лик верховного паладина верхнего мира.

Подготовка к отправке на землю была проведена ещё полгода назад. Оставалось только «чиркнуть спичкой» и можно собирать урожай из свежих душ. Вчера она, с помощью «зеркала души», наводила последние штрихи, втираясь в доверие к смертным. Ведь иногда даже маленькая подсказка человеку, который ей воспользуется и получит благо, может расположить к себе… Богинями называют, феями и другими созданиями. А когда человек к тебе расположен, то можно и интриги плести, и даже войны затевать.

Как положено лучшей ученице и «Ботаничке», по словам её однокурсников, она удачно собрала жатву, даже перевыполнила с количеством и сроком, случайно воодушевив одного мага на новое массовое заклинание…

Сдав экзамен, Лили получила диплом о высшем образовании и прошла обряд, после которого боевая ипостась больше не будет вызывать дискомфорт, а также она будет усиливаться под воздействием её чувств и эмоций.

Удар. Сознание меркнет. Антона выбрасывает из сознания Лили.

Очнувшись в объятиях Кэттерин, Антон улыбнулся.

-Спасибо. Ты самое лучшее, что случилось в моей жизни. Когда вернемся в столицу, я предложу тебе выйти за меня. Я буду надеяться, что ты согласишься…

Кэттерин вытерла пот с лица Антона и мягко улыбнулась.

-Пять часов в чужих мозгах, и тут такие новости… - усмехнулась она.

-Я просто боюсь, что сегодня я уже точно не успею сказать тебе ласковых слов любви, ведь мне придется опять погрузиться в чужие воспоминания… Опять в мир ада…

Антон отключился. Очень много сил требуется для этого заклинания. Однако он попросил уже через четыре часа его разбудить.


Северные ворота столицы империи.

По стенам столицы были развешаны цветные флаги, гербы и знамена. Торжественно украшенные ворота города встречали входящих в них воинов. Парадное шествие, во главе которого двигался император, медленно входило в главные ворота. Народ встречал идущих цветами и конфетти. Крики радости, поздравления с победой и возгласы юных дев сопровождали торжественное шествие.

Император, на своем боевом коне, чуть приподнявшийся в стременах, приветствовал народ. Под копыта его коня бросали цветы и деревянные мечи, символизирующие боевой поход. Мальчишки маршировали параллельно колонне, пытаясь идти с прямой спиной и чеканя шаг, но то и дело сбивались или спотыкались, оглядываясь на воинов.

Чуть позади двигались сразу несколько военачальников, среди которых был Горт, заместитель командира женского кавалерийского отряда и пара генералов имперской армии. У каждого в руках был герб княжества или провинции, только Горт нес знамя, на которов был изображен герб его кабака, а надпись в низу гласила –«Будь мужиком – пропей заначку в кабаке Довольный Горт»

Оцепление по городу было номинальным. Императора любил народ, а по тому и желающих убить его было не так уж и много, что облегчало задачу для его охраны.

Все шествие заняло примерно четверть часа, но оно было необходимо для того, чтобы народ ощутил причастность к победе и был повод выпить.

Спешившись, император размял ноги и чуть прогнулся назад, разминая отекшую спину.

-Гро вас бери, да чтоб я ещё раз в стременах ехал… да не в жизнь… какого гро это нужно было? – ругался император, даже скорее ворчал, разминая спину и ноги.

-А это нужно именно вам и народу, мой император. Так что не жалуйтесь и примите это как должное – ехидно заметил Горт, спрыгивая с лошади, одновременно сворачивая свое рекламно-провокационное знамя, пока его император не увидел.

Сэр Аннс Арто, спе?шившись, быстро раздавал посыльным маленькие конверты с поручениями.

-Да и вообще, сэр, вы ведь понимаете, что ваш народ должен был увидеть победителя и героя. Вы должны придерживаться плана… - обратился к императору Аннс.

-Кстати, на счет плана. Вы уже отдали распоряжения?

-Да, Мергал, уже все сделано. Я раздал поручения. Все газеты уже приступили к печати, нужные люди уже дают свои интервью, заранее подготовленные нами.

-Отлично… теперь я хочу увидеть свою жену… гро побери, я так соскучился…

Император спешно направился в сторону дверей донжона, которые уже открывали перед ним двое стражников.

В распахнутых дверях донжона его встречала императрица. Одетая в изысканное, шелковое платье с длинным шлейфом, она смотрелась строгой статуей.

-Муж мой, приветствую тебя! Народ любит тебя, а ты народ. Да будет твое правление и дальше успешным, и благостным.

Император взял под руку свою супругу и ушел дальше в замок.

-И как дела в империи? - без официального тона спросил император.

Уже свободно, «грациозно» избавившись от туфель, запустив их в полёт, в сторону дальнего угла прихожей, императрица выдохнула.

-Да все нормально, Майли тут опять хулиганит. Граф сидит смирно. Готовится несколько покушений на него, причем не только Майли на него охотится… Несколько послов из соседней империи пытались добиться от меня предательства, подкупая меня землями и шахтами с золотом и алмазами… самое страшное это то, что я натёрла мозоль на пальчике, а остальное ерунда.

- Значит - заключил облегченно император - все как обычно… что с тоннелем? Когда закончат?

- Вроде как на неделе. Переворот будет через месяц, и мы к нему готовы. Только вот подставных лиц жалко… обидно терять таких глупых марионеток…

- Главное то, что этот переворот даст нам возможность избавиться сразу от всех предателей и шпионов. Дезинформация, пущенная в соседние страны и империю, должна дать нам сведения на всех шпионов.

- Мне всё равно не нравится этот план… хоть жертв среди населения не будет, но несколько десятков стражников мы потеряем…А как дела с орками?

-Тут все куда лучше…

Император с женой расположились в личной комнате с камином, заблаговременно зажжённым. На кофейном столике уже была бутылка вина и тарелка с фруктами, учтиво подготовленные служанками.

- Орки не против наших условий, договор составлен и отправлен в их сторону, однако процесс может затянуться на месяца два, а пока неизбежны как мелкие стычки, так и провокации.

Они ещё долго беседовали, сидя на широком диванчике, на против камина. Она уже была в длинной, вязанной кофте, ниже колен, он был в широких хлопковых штанах и рубахе с закатанными рукавами. Она положила голову на его грудь, а он обнял её за плечо. Так и встретили они этот мирный вечер вместе. Император и его императрица…

Камера графа Мартирр.

Лучики солнца пробивались через толстые прутья решетки над потолком камеры. Пролетая через лучики света, пылинки закручивались в причудливом танце. Щебет птиц раздавался эхом, проникая в помещения темницы. Размеренное сопение графа сопровождалось редкими похрюкиванием.

-Вставай! – раздался резкий, командный голос стражника – Тебя на допрос поведут через пять минут. Сделай вид, что тебе не всё равно… умойся… - с не скрываемым призрением в голосе, сказал тот.

Граф резко поднялся на сене, несколько раз шлепнув себя по щекам, разгоняя кровь и заставляя себя проснуться.

-Встаю… - вяло откликнулся граф – что за спешка?

-Не могу знать… я выполняю приказ… но если бы я мог делать всё, что хочу, я убил-бы тебя… свинья…

Граф медленно поднялся с лежбища и начал приводить себя в порядок, расправляя складки на камзоле, убирая остатки сена. Подойдя к тазу с чистой водой, он умылся, прополоскал рот и горло.

-Готов – отрапортовал граф, вытягивая руки для кандалов.

Заковав графа, стражник открыл дверь и показал жестом, что тот может выходить.

Графа вели двое. Изредка переговариваясь, они провожали графа через весь лабиринт подземных катакомб, ведя его в комнату для допросов. Доведя до комнаты, один из стражников зашел внутрь, а второй начал снимать кандалы, заблаговременно надев на него магические оковы, которые держались не более суток, но были способны крепко связать, а при необходимости и даже ударить разрядом, если арестант будет пытаться воспользоваться магией.

Войдя в темное помещение, граф еще долго не мог привыкнуть к темноте, но вскоре зажегся магический светильник, озарив помещение мягким светом.

В помещении стоял стол и два стула. Один стул был явно для графа, а вот за вторым уже сидел заместитель начальника дознания имперской армии. Граф его хорошо знал, этого человека он сам лично пытался убить при перевороте, однако свидетелей этого не было, да и граф был в маске, но они друг друга и в том маскараде узнавали не плохо…

-Ну что, граф… вот мы и наедине… как думаешь, я сильно рад? – едко, с нотками искреннего восторга начал Барро.

-Барро, мой милый друг, как я рад тебя видеть – с искренней радостью в голосе начал граф – как я давно тебя не видел… Как дети, ка жена?

Барро резко соскочил со стула и вырвал стол, прикрученный к полу, отбросив его в сторону и молниеносно прыгнул коротким порталом к графу, вынимая короткий стилет из ножен. Взяв графа за ворот камзола, он приставил кончик стилета к горлу графа.

-Скотина, да как ты смеешь упоминать их? По твоему приказу их убили… изнасиловали и убили… мою жену и дочь…

Барро, не отпуская ворот камзола, начал оседать на пол, плача и злясь одновременно.

Он лично собирал части тел своей возлюбленной и дочери по родовому поместью, сам возложил их тела на погребальный огонь и сам развеивал их прах.

Личная обида вперемешку с кровной ненавистью бурлила в его сознании. Единственное что его останавливало, не давая задушить своими руками графа, так это честь и приказ.

-Я больше всех достоин права мести, но у меня есть честь… в отличие от тебя, ублюдок. Я молился создателю о том, чтобы он дал мне шанс остаться с тобой наедине… и он меня услышал…

Барро встал с колен. Красные от ненависти и слез глаза наливались кровью. Барро убрал стилет и достал из нагрудного кармана маленький металлический прутик.

-Ты ведь знаешь, что это? – спросил он у графа – знаешь… вижу по глазам…

Взяв графа за шкирку, словно котенка, Барро положил графа на стол, ловко приковав того магическими путами так, чтобы граф застыл в форме звезды.

-Когда-то давно, когда ещё медицина не была настолько развита, благодаря магии, клерики пользовались этим инструментом, чтобы вскрывать людей и смотреть на внутренние органы, но когда после сотни вскрытий оказалось, что люди умирали от вскрытия этим прибором, начали изучать вопрос безболезненного вскрытия… но предмет остался… у меня в коллекции…

Барро фанатично осматривал в своих руках страшный инструмент. Чем-то напоминающий скальпель, инструмент был сильно затуплен и имел множество сколов на месте лезвия. С виду старый, покрывшийся ржавчиной, он никак не мог претендовать на звание «Стерильный».

Спустя три часа.

Быстрым шагом, направляясь в комнату для допросов, чуть не срываясь на бег, шла графиня. Темнота коридора подземной темницы, изредка разбавлялась маленькими, еле живыми магическими светильниками. С потолка капала вода, а воздух был влажным и пах плесенью.

Её осведомитель сказал, что сейчас в комнате для допросов некого не будет и она сможет исполнить свою месть не будучи замеченной, однако, подойдя к двери, оттуда вышло сразу пять клериков, на ходу вытиравших руки о тряпки.

Пройдя мимо графини, они сделали вид, что не заметили ее. Майли напряглась.

/Тут ведь недолжно быть некого… и почему клерики, что они тут делали?

Отворив дверь комнаты для допросов, Майли обнаружила графа, сидящего на стуле. Он тяжело дышал, находясь явно без сознания. Вокруг него была лужа и брызги чего-то темного. В полумраке помещения было тяжело распознать в жидкости кровь, однако запах был именно её.

Подойдя к графу, она заметила, что его лицо буквально на глазах разглаживалось, а в некоторых местах стягивались свежие порезы. Граф не открывал глаза, не реагировал на прикосновения графини, но лицо его искажалось в гримасе боли.

/Его пытали. Долго и жестоко пытали, не давая умереть, поддерживая его жизнь клериками.

Сапожки графини прилипали к вязкой крови на полу, мерзко чавкая каждый раз, когда она делала шаг.

/Он должен был просто умереть. Не нужно было его пытать. Никто не должен страдать… даже такой ублюдок как он… - думала графиня.

Достав из складки брюк длинный стилет, графиня еще колебалась. Теперь, когда её злейший враг перед ней, когда он не узнает ее… даже магический отпечаток не даст показания о её участии… она сомневалась…

/Плевать на все, плевать на гордость и честь! Он должен умереть…

Взмах руки… острый кончик длинного стилета застыл в сантиметре от груди графа.

Паника в голове у графини не давала принять верное или не верное решение. Не уверенность в верности своих действий останавливала её…

Тихий хрип раздался в помещении дознания. Тело графа свело в судороге, выгнуло дугой на жестком стуле и обмякло. Граф упал со стула в лужу собственной крови…

Глава 9


Налейте мне ещё бокальчик,Сейчас дама будет танцевать.Какой-то симпатичный мальчик -Хочу его к себе в кровать.


Юлия Коган(«Группа Ленинград»)

Леди Майли

Темные коридоры подземного замка не отличались хорошим освещением или уютностью. Капающая со свода потолка вода, звук которой эхом отражался от стен, плесень, которая давала не приятный запах и ощущение затхлости. Все это раздражало чуткий носик Майли.

Пыточная, где была графиня, была холодной и не уютной. Она сидела на полу, сжимая в руках стилет. Руки дрожали, а на лице застыла ненависть и отчаяние. Она не только не смогла убить и отомстить, так и в голове крутилось не приятное ощущение того, что её подставили.

Майли медленно встала. В глазах всё плавало. Слёзы не давали четко осмотреть помещение. Убрав в потайной карман стилет, она вытерла слезы.

/Нужно как следует осмотреться. Возможно, меня хотят подставить, а пока не пришли следователи и маги, нужно четко понимать, кто и зачем её хотел подставить…

Графиня сама хотела убить супруга, однако сейчас понимала, что не факт, что тот, кто хотел её подставить, знал о том, что тут произошло.

Наспех осмотрев комнату, она убедилась, что она не была предметом наблюдения, а в тени дальних углов помещения небыли установлены кристаллы наблюдения.

Подойдя к двери комнаты, она уколола тоненькой иголочкой свой мизинец, и начала заставлять себя плакать.

-Стража! Стража! – кричала в запертую дверь графиня, с силой колотя по ней кулаками.


Башня мага. Земли орков.


Открыв глаза, я с трудом приподнялся на локтях. Серебристый свет луны проникал через узкий проем бойницы и крупные трещины в каменной кладке стены. Голова раскалывалась, а вены болели. Я знал это чувство – это ощущение пустого барра маны и частичное истощение сил. Выход был один - пополнить ману и поесть, но это не игра, и склянки с восстановлением маны тут дороже жизни, и их нет в продаже вообще. Я могу, как и в прошлый раз, пополнить ману из внешних источников, которыми являются тоненькие жгуты силы, которые я вижу в магическом зрении.

Положив ладонь на место сплетения нескольких жгутов силы, я начал процесс поглощения маны. Прошло не больше четверти часа, как я почувствовал, что я полон. Достав из кармана меленькие песочные часы, которые были подарены некромантом, с помощью которых я мог проверить количество маны, я убедился, что часы окутаны черной дымкой, а внутри плавает темно-фиолетовая жидкость с маленькими искорками.

/Я полон. Однако жидкость стала куда темнее, наверное, максимальное количество маны увеличилось.

Немного отдохнув, Антон проверил состояние демонессы. Та сидела в позе лотоса и медитировала. Она не спала, но и не пыталась выбраться, а судя по эманациям магии, исходящей от неё, она просто пыталась успокоится.

Кэттерин и Жасмин спали, поставив на помещение купол тишины и защитный барьер. Облокотившись друг на друга, они мирно посапывали. Голова Кэттерин лежала на плече жасмин, которая во сне что-то бормотала и ощупывала что-то под подолом своей одежды. Девушки казались спокойными, а обстановка была мирной и приятной. В воздухе витал аромат полевых цветов, ванили и воска, однако повернувшись снова к демонессе, я ощутил запах серы и тлена, грубый запашек пота и гнетущее ощущение чужой силы.

Я подошел к демонессе и решил продолжить внедрение в её мозг. Надеюсь, что сегодня я закончу… Бар маны уже полон, хотя прошло не более суток. Он стал куда быстрее пополняться, возможно я прокачал его регенерацию…

Сев в позу лотоса, я вытянул вперед руки. Демонесса открыла свои глаза. Вертикальные зрачки смотрели пристально и безмятежно. Она медленно кивнула и грустно улыбнулась, закрывая глаза. Я закрыл свои глаза и погрузился в медитацию, продолжая процесс просмотра чужих воспоминаний.


Воспоминания Лили.

Спустя несколько сотен лет Лили успешно поднялась по карьерной лестнице своего плана. Имела собственную квартиру с красивым видом на плато с грешниками, страдающих в магме.

Однажды вечером, когда Лили посещала харчевню, которая славилась веселой музыкой и свежайшим человеческим мясом, получила таинственную записку от неизвестного в глухом капюшоне.

«Лили, я знаю очень многое, и хотел поделиться с вами информацией о ваших родителях. Подробности мы сможем обсудить лично. Встреча завтра в полночь в этом-же кабаке. Угловой столик.»

К письму прилагалась ожерелье в форме человеческого сердца, в котором была обрезанная фотография. На фотографии было видно двух взрослых с маленькой девочкой. Лили почувствовала, что те вырезанные двое взрослых – это её родители…

Всю ночь Лили не спала. Переживала и мучилась в догадках. Она всю жизнь искала хоть крошечный шанс найти информацию о своих родителях, не говоря уже о том, чтобы их найти.

К назначенному часу Лили сидела за нужным столиком и уже более четверти часа ожидала незнакомца. Собираясь уже уходить, ей на плече опустилась ладонь.

-Постой. Я прошу прощения, я опоздал, но в качестве извинения, я подарю тебе браслет твоей мамы – остановил хриплый голос неизвестного.

Лили села обратно, но не решалась поднять взгляд на незнакомца.

-Почему вы считаете, что браслет именно моей матери, и как я узнаю это? – задала она резонный вопрос.

-Ха! – усмехнулся мужчина – ты узнаешь. Все вещи имеют память крови. Если вещь не твоя, то ты не почувствуешь нечего, но если она по крови твоя, то ты почувствуешь тепло и частичку памяти бывшего владельца.

Мужчина выложил на стол старый браслет, явно принадлежавший женщине. Браслет был выполнен в виде волка и розы, изящно переплетающихся между собой и перетекающих друг в друга. Не дожидаясь разрешения, Лили протянула свою руку и прикоснулась к браслету.

Ощутив невероятное, душевное тепло, Лили от счастья закрыла глаза. Не замечая того, она надела браслет, а по щекам потекли слезы. В груди защемило, а в голове всплыли образы её матери, держащей её на руках, помогающей делать первые шаги и… и мамин, нежный голос, напевающий колыбельную.

Лили сидела молча, зажавшись, будто от невыносимой боли, Лили прижала кулочки к сердцу, испытывая душевную боль и тоску. На лице были влажные полоски, губы с силой сжались в кривую улыбку.

-Пожалуй я тебя оставлю на сегодня. Я приду завтра – вставая с места начал неизвестный – все там-же… Лили…

Мужчина ушел, а Лили осталась, и ещё больше часа сидела на стуле, подобрав ноги. Обнимая свои колени, она смотрела на браслет. Не было и сомнений, что это браслет именно её матери, что именно о ней те чувства.

/Не думаю, что он будет просить что-то постыдное или глупое. Думаю, что я ввяжусь в какую-то аферу, которая может вылиться в крупные неприятности, однако вариантов у меня нет…

В следующую полночь Лили сидела на том-же месте, ожидая мужчину в балахоне. В этот раз он не опоздал.

-Так вот – с ходу начал неизвестный – времени у меня не так много. От тебя требуется выполнить вот этот план.

Мужчина положил на стол не очень толстый блокнот.

-Это – указал тот на блокнот - краткий план и места, где ты обнаружишь необходимые для этого плана вещи. Если ты выполнишь все это, я не только расскажу о твоих родителях, но и организую встречу… личную встречу с ними.

После этого, мужчина встал из-за стола и спешно вышел.

Лили не стала смотреть в блокнот вне своей квартиры, ведь там могло быть что-то не совсем законное…

Уже дома, сменив боевую ипостась на мирную, Лили вчиталась в блокнот. План был прост и краток. Подробно описаны все действия и координаты разных вещей, спрятанных в самых неожиданных местах. Но в плане была одна загвоздка. План был в том, чтобы Лили спровоцировала войну между империей людей и орков, причем было расписано самые оптимальные причины и лучшие сценарии происходящего. Даже были указаны те фигуры, с которыми нужно контактировать, кого соблазнить, а кого напугать.

/И все бы ничего, но это будет стоить мне жизни, если хоть один демон узнает… а если люди или архангелы, то меня ещё и развоплотят, без возможности переродится…

Лили была далеко не дурой, но других вариантов узнать о своих родителях у неё не было.

Первым делом было необходимо выйти на связь с неким Роррго Огха из орочьего клана Огха и с одним из графов империи.

Граф, как оказалось, был далеко не глуп, относительно других людишек, но и у него были слишком завышенные амбиции. Пообещав тому корону, она организовала план по перевороту и деморализации столицы, что должно было ослабить силы империи и расколоть ту на несколько враждующих городов и графств, однако вмешался некий провидец, который смог в последний момент нарушить её идеальный план, что не так сильно изменило его, только немного сдвинуло по срокам. Глава клана орков был куда сговорчивее человека, да и с большим рвением выполнял её поручения, однако, когда Лили начала расшатывать равновесие сил, вмешалась третья сила. Какое-то божественное проведение заметило её действия и призвало в мир нечто, что начало ей изрядно мешать. С начала уничтожило несколько мутировавших созданий, которые должны были отвлекать имперскую армию и магов, потом уничтожило банды убийц и воров в окрестных городах, на которые у той были планы, а под конец так вообще убрало с поля боя такую силу как высшие эльфы, развеяла проклятое её кладбище и всю нежить … изюминкой на торте провала стал полный разгром орков у самих границ империи.

Лили не могла нечего противопоставить этой силе. Она буквально теряла надежду на хоть какую-то возможность исполнить план таинственного незнакомца, да и тот периодически напоминал её о том, что она бездарь и неумеха, угрожая её не помогать и вообще сдать верхним…


Силы кончались. Я уже понимал примерную картину происходящего. Как я и думал, демонесса тут была пешкой, которую можно использовать в двойной игре, но не факт, что тот таинственный человек сам себя раскроет. Его нужно спровоцировать…

Поднявшись с пола, Антон осмотрелся. Лили всё также медитировала, Кэттерин готовила поесть, что-то варя в котелке, а Жасмин сидя на стуле, смотрела прямо перед собой, руками формируя перед собой магические всполохи.

-Я всё… - выдохнул я.

-Как, уже? Ну нечего, в другой раз получится дольше… – ехидно, с ноткой издевки сказала Лили.

- Нам стоит подумать о том, что я увидел и составить план… - продолжил я, не обращая внимания на шутки демонессы.

Посмотрев на неё, я заметил, что та и сама не была в восторге от сказанного, смутившись и прикрыв ладошками рот.

-Уже есть четкая картина того, что произошло. Ты знаешь кого надо искать? - спросила Жасмин.

-Увы нет. Но он сам выйдет на нас, точнее на демонессу, когда та не справится, а она уже не справилась. Дальше я не стал смотреть. Она и сама будет рада нам рассказать всё.

Мои предположения были верны. Мало того, что демонесса даже не пыталась сопротивляться, так она и сменила сою боевую форму на повседневную.

-Мне нет смысла больше бороться – начала Лили – он, этот неизвестный, не в духе. Я ему все высказала… эта сволочь манипулировала мной, он управлял мной, дразня знаниями о моей семье… Я готова на все, чтобы найти свою семью, чем тот и пользовался, а я велась как столетняя девчонка…

Не верить демонессе я не мог. Я видел и ощущал все что она говорила и делала. Все её чувства были искренними и честными. Смысла обманывать ей не было.

- Хорошо, давай заключим контракт – предложил я.

- Я не против, конечно, но есть одно НО… - Лили замолчала, поправляя очки и задумчиво осматривая нас – я не могу принимать контракт не в плюс мне. Это просто невозможно.

-Тогда так – начал я – мы обещаем, что будем искать информацию о твоих родителях и как будет что-то известно, то сразу тебе расскажем, а взамен мы хотим, чтобы ты помогла нам с поиском и нахождением того неизвестного в капюшоне, который тобой манипулировал. Ты в выигрыше в плане мести и поиске своих родителей, а мы только в поиске того тайного манипулятора.

Лили нахмурилась. Прикрыв глаза, она судорожно о чем-то думала. Спустя минуту она открыла глаза. Её глаза горели нескрываемым интересом и азартом. В темно-бардовых глазницах с желтой радужкой плескались язычки огня.

-Я согласна. Эта сделка может быть заключена…


Дворец северного леса.

По широкому, отполированному до зеркального блеска, мраморному полу ходили стражники и местная знать. Вери бежала со всех ног, лавируя между встречными потоками снующих эльфов, придерживая подол пышного платья. На лице читался испуг и тревога.

/Малик… милый, да как-же так? Почему меня только сейчас уведомили о появлении в замке высшего?

Вери уже приближалась к восточному крылу, где были их общие покои.

Когда до покоев было уже не больше трех шагов, из дверей вышел лекарь с несколькими учениками. Руки лекаря были по локоть в крови, а ученики судорожно вытирали с них кровь, меняя некогда белоснежные тряпки.

Вери побледнела. Сердце упало в пятки, а сознание уже собиралось покинуть её, обещая вернуться в момент менее стрессовый. Медленно оседая, падая в обморок, Вери подхватили крепкие руки стражи.

-Принцесса! Как вы? Вам не хорошо?

Стражник окликнул лекаря, все вокруг поплыло и закружилось. Время помчалось как русак…

Очнувшись в своих покоях, Вери приподнялась и медленно осмотрела комнату.

За столом, у окна с задернутыми шторами, сидел Малик. Перебинтованный до самых лопаток, руки были покрыты багровыми повязками и светились магическими мазями. Над головой Малика висел бледный магический светильник, а в руках была изрядно потрепанная книга.

-Любимый – прошептала Вери, чуть дрогнувшим голосом – ты как?

Малик повернулся к Вери, отвлекаясь от чтения.

-Ты очнулась? Я рад. Отдыхай, любовь моя. Врач сказал тебе отдохнуть денёк.

Малик медленно встал со стула и мягкой походкой, переваливаясь словно медведь, подошёл к кровати. Медленно присев на край кровати, он мягко улыбнулся и поцеловал кончики пальчиков Вери.

Голова Малика также была перемотана бинтами, один глаз был кроваво-красным от лопнувших сосудов, а крепкий торс, перемотанный тугими бинтами, был алым в местах ранений. Несколько ран светились желтовато-зеленым светом магической мази, которую накладывают на особо серьезные ранения. Несколько таких было в области печени и сердца.

Вери, оценив количество ранений и их тяжесть, не смогла сдержать слезы. Лицо моментально покраснело, а на глазах выступили слезы. Губы искривились и дрожали.

-Это тебя высший? – спросила дрожащим голосом Вери.

-Нет… куда ему… это его стража. Всей толпой на меня накинулись, а высшего я за долю секунды уделал… возле корпуса с купальнями в стене есть сильная вмятина и множество трещин, так это то место куда я его впечатал… а вот от пик и алебард его стражи было очень тяжело уворачиваться, вот парочка и достала меня. Пара дней, и я как новенький буду, не переживай так.

Малик успокаивающе погладил Вери по голове, аккуратно вытерев большим пальцем слезы с лица Вери. Перехватив его ладонь, Вери прижалась к ней и поцеловала его в открытую ладонь, трясь об неё, словно кошка.

Дождавшись, когда Вери уснула, Малик аккуратно встал с кровати и задернул балдахин. Выйдя из комнаты, он направился в сторону рабочего кабинета короля.

По пути ему встречались стражники и местные служащие. В их глазах и на лице уже не было пренебрежения или высокомерия. На него смотрели теперь с уважением и опаской. Стражники салютовали молча, а встреченный по пути начальник внутренней охраны, заметивший ещё из далека Малика, оставил свои дела, одёрнул кольчугу и направился тому на встречу.

-Приветствую вас, сэр Малик. Искренне рад тому, что вскоре вы станете частью этой короны.

Протянув Малику руку, в приветствии, начальник стражи излучал гордость и уважение.

-Я также рад этому.

Начальник крепко взял Малика за предплечье, пожав его на манер воинов.

-Король ожидает вас.

Малик не успел зайти в кабинет короля, как его уже приветствовали веселыми возгласами сразу несколько голосов.

-Малик! Да сколько тебя ждать? – весело и немного хмельным голосом выкрикнул Горт.

-А я говорил… Он Вери усыплял… колыбельную ей пел небось – заплетающимся голосом вещал Аннс Арто – ставлю сотню гло на то, что он её на руках укачивал…

Быстрый, не видимый подзатыльник остановил словесный понос Аннса

-Не бери в голову, зятёк, Аннс уже пьян… Лучше готовься, сегодня идем на мальчишник. Через пять минут в портальном зале… - король пригубил из высокого бокала красное вино, не переставая смотреть на Малика - Бегом, чего застыл? – резко сказал император, от чего Малик отмер и выбежал из комнаты.


Антон.

Путь обратно мог занять больше недели, однако Лили умела создавать порталы в любую точку земли через пиктограмму, что существенно сократило нам путь. Нам было необходимо встретится с императором, а значит мы должны прибыть в столицу империи. Хоть портал, через который мы прошли, и доставил нас за врата имперского замка, однако очутились мы на самой окраине крайнего кольца, что означало присутствие на территории замка сильного барьера, защищающего замок от внезапной атаки через портал.

Лили призналась, что она в портальной магии не профессионал, однако такой портал способны создать единицы среди демонов, да и научилась она ему только из книжек, чему практиковаться было негде.

Багровая арка портала захлопнулась за нами, а на земле остался след выжженной пиктограммы.

-Мне стоит переодеться. Не думаю, что мой внешний вид не вызовет вопросов… - предложила Лили.

-И в правду, особенно рожки. Да и туфли из человеческих костей ну не как не вписываются в моду имперского двора… — с иронией заметила Жасмин.

-Я знаю по близости бутик. Там вопросов не зададут лишних, но придется наложить отвод глаз… - предложила Кэттерин.

-Идите пока в бутик – я протянул мешочек с тридцатью тысячами гло Кэттерин - а я направлюсь к императору. Встретимся там.

Попрощавшись с девушками, в глазах которых играла искорка счастья, я мысленно попрощался со всеми тридцатью тысячами… хоть в другом кошельке и была заначка на «судный день», но там всего две тысячи, и они нужны были для закупки необходимых расходников.

Проходя по улочкам столичного города, я ловил себя на мысли, что война никак не сказалась на людях. Были, конечно, среди граждан и инвалиды и просто раненые воины, однако не было ощущения изнеможения или страха.

Когда-то давно я читал интересную статью о том, что даже самое маленькое сражение может сказаться на жизни страны. Автор статьи приводил множество примеров, когда даже один единственный теракт приводил к хаосу и беспорядкам в городе. По центральным улочкам было все спокойно, однако свернув в один из проулков, картина мира буквально перевернулась.

Три бравых стражника запинывали тяжелыми, латными ботинками юношу. По возгласам стражников я понял, что того поймали за кражей. Тюрьмы и так переполнены, а наказать преступника необходимо на месте.

Рядом с ними, прислонившись к гнилой двери одного из домов, сидела полуобнаженная девушка. Худая, изнеможённая и покрытая синяками, она смотрела пустыми глазами на происходящее.

Если центральные улицы убирались и облагораживались, то вот такие проулки и маленькие пустыри были абсолютно заброшены. Местные жители делились на знать, рабочий класс и нищих. Столица не принимала на постоянное жительство земледельцев и купцов, а вот нищие тут просто ошивались, промышляя воровством и побирательством. Жители столицы платили налог на жизнь в столице, равный пяти гло, что является огромной суммой для селянина и в принципе приемлемой для рабочего класса и знати, однако для большей части жителей империи это была не подъёмная сумма.

Закончив с юношей, гвардейцы прошли мимо меня, скрывая свои глаза. Они и сами небыли довольны тем, что приходится делать.

- Сэр – обратилась ко мне девушка – подайте мне сколько вам не жалко…

Девушка явно недоедала, однако виду она не подавала, старалась держаться прямо и даже смотрела мне в глаза.

-Бывшая дворянка? – спросил я.

-Так заметно?

-Да… спина прямая, держитесь гордо и прямо…

-Простите… - поникла девушка – от гордости осталась только оболочка… мой дом пошел с молотка, а сама нечего не умею… - девушка шмыгнула носом, но было видно, что держалась, чтобы не заплакать – ну давайте, смейтесь надомною… я ведь такая жалкая…

Я знал, что если проявлю жалость, то сделаю только хуже. Она должна сама найти силы выйти из зоны самобичевания и начать что-то делать…

Я бросил той два гло под ноги.

-Не спусти все на выпивку и дурман… купи еды, одежды и устройся на работу. В харчевнях всегда нужны служанки, разносчицы и посудомойки…

Я не стал смотреть на девушку. Больше меня нечего не интересовало в этом проулке…

Всё-же наши миры не так различны…

Спустя час я уже был у дверей императорского замка, однако мне сообщили, что императора нет на месте, а его супруга передала мне конверт, предназначенный для меня.


*** Письмо Императора ***

Сэр Рохан!

Совсем скоро у Сэра Малика будет свадьба, на которую мы все приглашены, но вот незадача, мальчишника не было…

Сею досадную ситуацию мы решили исправить в харчевне «Дикий лис на единороге».

Поздравления и соболезнования принимаются в пять часов после полудня.

Всегда ваш друг!

Император Мергалл Окхе


***

Авреил сидел в своей келии и рассматривал ладони. Его тонкая и нежная кожа рук всегда была тонкой и почти просвечивала до мягких тканей. После возвращения из инферно тот понял, что с Лили он переборщил. Та была в ненависти и отчаянии.

/Это я зря её так сильно довел. Наверно давил слишком сильно на неё, раз та ушла телепортом так скоро…

Помотав головой, архангел взял себя за голову.

/Чего это я испытываю сострадание к демону?! Нужно как можно скорее выйти на Лили и исправить ситуацию… нельзя сейчас разбрасываться столь ценной пешкой, она может ещё долго служить мне…

В келию вошла дева.

Холодное лицо и невероятно притягательная внешность… все говорило о том, что она была одной из высших архангелов плана.

-Брат мой, Отец наш и Мать празднуют начало. Ты присоединишься к нам, или ты решил опять податься в молитвы и странствия?

/Точно, странствия. Я могу спуститься на землю к той демонессе. Я буду ее искать…

-Нет, сестра. Праздновать будущие победы слишком недальновидно. Я посвящу себя молитвам и странствиям. Меня не будет какое-то время. Извинись перед Отцом и Матерью…

Дева вышла из келии, коротко, но уважительно поклонившись.

/Авреил… брат мой не разумный… знаю я о деяниях твоих, молюсь я за душу твою, ибо не ведаешь, что творишь…


Харчевня «Дикий лис на единороге». За час до праздника.


Харчевню гоблин уже закрыл. Ему проплатили аренду на двое суток, заплатив в трое больше положенного и даже дали вексель на полную компенсацию материального вреда помещению, что не могло его не насторожить. Хоть вексель и был подписан самим императором, да и пергамент был императорский, но гоблина не покидало острое чувство опасности.

Сегодня он вызвал на работу всех десятерых разносчиц и трех поваров, заранее проплатит доставку еды из городского склада и даже нанял бардов для исполнения живой музыки.

Столы и кухня уже были готовы принимать гостей. На двери харчевни уже красовалась табличка о том, что харчевня закрыта, а на входе стояла имперская стража, состоящая из шести гвардейцев личной охраны императора и одного мага менталиста… что само по себе странно.

Первым посетителем был эльф. Высокий, статный эльф с тиарой на голове. Золотые волосы, уложенные в женскую прическу, ниспадали на расшитый золотом и серебром, плащ, под которым виднелась парадная эльфийская форма высших офицеров. Баж Ух – так звали хозяина харчевни – никогда не любил эльфов, но этот вызывал у того трепет и уважение.

Эльф грациозно и надменно отодвинул высокий стул и сел за стол с одной из сторон от «трона». Хозяину харчевни заказали этот огромный стул заранее, да ещё дали наставления странные: «Закажи у краснодерёвщиков стул, по прочности - для огра, по вместимости – для медведя северных лесов, которые по пять метров в холке, по обивке, мягкости и красоте – для императора эльфов, но красный!»

Странный заказ, но предьявив оттиск печатки императора на заказе «трона», вопросов у мастеров не возникло, более того – они сделали все бесплатно.

Вслед за эльфом, в дверях харчевни появился огромный мужик, представитель человеческой расы. Внушительный человек хромал на одну ногу, его лицо пересекали сотни морщин и шрамов. Огромные руки говорили о том, что перед гоблином был очень суровый воин, владеющий огромным оружием и опытом тысячи воинов. Вместе с ним, в помещение зашел крепкий мужчина. Волевое, мудрое лицо было эталоном красоты. Мужской, суровой красоты… расшитая золотом одежда говорила о высоком статусе мужчины, но на голове была тиара…

/Опять эльфийские, позерские … штуки… входят в моду… - сплюнул на пол гоблин.

Хоть гоблин и разочаровался в вычурном внешнем виде мужчины, но его аура была сильной и властной… такому мужу хотелось приклонить колено и поклясться в верности…

Человек с тиарой на голове занял место на против «трона», «здоровяк» сел за соседний стул, который громко скрипнул под не малым весом.

/Я думал этот «трон» для этого… «медведя»… но видимо нет…

Следом за ними вошла низенькая женщина в белоснежном переднике с рюшечками, очень добрая и милая. Она заняла стул рядом с огромным мужчиной, аккуратно положив свою ладонь тому на руку, от чего тот расплылся в улыбке и даже наклонился к той и поцеловал в лобик.

/Они что, супруги… всё, я видел все в этой жизни… гном и великан…

Эта странная компания весело сидела и громко разговаривала, распивая напитки и пробуя закуски. Девочки – разносчицы принимали заказы, а трон все пустовал.

Ближе к указанному часу праздника у двери харчевни загарелась некротическая пиктограмма, из которой вытекал красный туман. Свет светильников померк, а воздух наполнился запахом разлагающейся плоти. В портале появился мертвецки бледный и тощий мужчина в белоснежном балахоне с вышитым на груди золотым крестом и кругом, с возгласом – «Я получил адепта церкви!», на что собравшиеся разразились мехом, а кто-то даже ответил – «Некромант теперь адепт церкви… куда катится мир!»

В харчевню стали регулярно открываться двери, впуская колоритных людей, иногда открывались порталы, а пару раз даже входили стражники, на вытянутой руке держа, словно котенка, девушку или юношу в черном капюшоне, со словами – «Этот ваш?», а после кивка одного из присутствующих, оставляли их на полу и выходили прочь.

Вот и настал момент, когда должен был начаться «праздник». Часы отбили нужное время. Двери харчевни отворились, а на пороге стоял крепкий мужчина с тремя спутниками. Загорелый мужчина медленно зашел в зал, оставляя за собой следы из песка с алмазной крошкой. Три фигуры, следующие за ним, были закутаны в непроницаемые черные балахоны с накинутыми капюшонами.

Все присутствующие молча повернулись к вошедшим. Гул и смех прекратились. Лица присутствующих сразу сделались серьезными, а гномиха сорвалась со стула и бросилась к мужчине. Крепко обняв того, она с силой наклонила того и начала расцеловывать в щёки и ощупывать со совами – «Ну как ты, не ранен, не заболел, как все прошло…». Поток слов прекратил человек в тиаре, резко предложив присесть рядом с троном. В голосе была сталь и волнение.

Следующие за ним фигуры стали один за другим снимать балахоны и вешать их на крючки, что были рядом с дверью.

Первой фигурой оказалась Красивая дева с рыжими волосами, она была встревоженной и постоянно косилась в сторону низкой фигуры, что стояла рядом. Девушка была одета в кожаную броню со стальным нагрудником. На поясе красовались длинные стилеты, а за спиной виднелась гарда меча. С девушки также оставались следы песка с алмазной крошкой. К ней также подбежала гномиха, проделывая тот-же ритуал приветствия, но помимо нее, к ней подбежали двое, что ранее были внесены стражниками. Второй фигурой оказалась монахиня. Нежно голубое платье, состоящее из голубого плаща без капюшона, скрепленное золотыми цепями, большие, белоснежные манжеты, украшенные готическими крестами, вышитыми золотой нитью, плащ имел белоснежный подъюбник, на фоне которого, коротенькая голубая юбочка смотрелась очень вызывающе. Длинные ножки были обтянуты плотными чулками, а на ножках были высокие полусапожки. Голова была прикрыта апостольником. По всей одежде были вышиты готические кресты, то указывало на религиозность девы. Глаза та не раскрывала, однако казалось, что она видела с закрытыми глазами, медленно поворачивая голову, она будто осматривала помещение.

Последняя фигура, откинув капюшон, вызвала неоднозначные реакции. Мужчины резко схватились за оружие, некромант в белом, схватился за огненно-красную сферу, а гномиха вытащила из-за передника огромный половник.

Мужчина с резкими чертами лица, вошедший во главе девушек, примирительно выставил руки перед собой.

-Всем стоять и не двигаться! – громко рыкнул мужчина.

Его голос раздался с магическим усилением. От его рыка присутствующие застыли. Воздух стал густым и тяжелым. Мужчина явно имел не только силу и влияние здесь, но и какую-то магическую власть. Хотелось упасть на колени и закрыть глаза в страхе.

-Она со мной! Не трогать её не при каких условиях! Она нам нужна как воздух – прорычал мужчина.

Все разом убрали руки с оружия, однако настороженность никуда не исчезла.

Девушка сняла плащ и повесила на крючок. Красноволосая девушка была одета в длинное синее платье с красными элементами вышивки, аккуратная прическа красовалась двумя пышными косами, сплетенными так, что создавалось ощущение, что они специально собирались на затылке таким образом, чтобы что-то скрыть. На ногах девушки не было обуви, длинный подол платья не мог скрыть нагие щиколотки, собственно, как и костяной каблук, свойственный демонессам. На лице девушки застыла маска смирения. Красные глаза с желтыми, вертикальными зрачками смотрели с заискивающим любопытством.

Мужчина обошел стол и сел по другую сторону от «трона». Девушки сели рядом, лишь демонесса замялась, теребя в руках складку платья, не решаясь сесть за стол. Мужчина строго посмотрел на нее и одними глазами указал на свободный стул за столом. Возмущения не последовали от присутствующих, когда та села, однако гробовая тишина резала слух.

Двери харчевни снова открылись, от чего все вздрогнули. На пороге стоял огромный серый медведе подобный мужик, четырехметровый рост которого гармонировал с широченными плечами и огромными руками.

В харчевне стояла гробовая тишина. Некто не смотрел в сторону этого великана. Взоры всех были устремлены на демонессу, что не могло её не нервировать. Аккуратные пальчики девушки, сжимавшие салфетку, начали дымиться, а салфетка тлеть.

Один из присутствующих всё же отвлекся на великана.

-Ура… это…горько… нет, то есть с наступающим… - не связно, путаясь и сбиваясь в поздравлениях начал человек в диадеме.

Пытаясь поднять со стола бокал, но от чего-то поднял миску для косточек. Поднял высоко в верх, резко влил содержимое в рот, а когда хрустнули первые кости на зубах, а противный жир с кожицы порося попал в горло, тот закашлялся.

Присутствующие, видимо вспомнив о причине сбора, как-то все вздрогнули и оторвались от процесса просверливания в демонессе дыр.

Все, будто в режиме «slow-mo», начали нащупывать на столе свои бокалы, поднимать их и так и замерли.

-Нет, я все понимаю… бывают противники тупят при виде меня, бывает, что я туплю, при виде толпы отчаянно бегущих на меня воинов, но, чтобы друзья стояли как стадо баранов и молчало…

Великан, хмыкнув, подошел к подавившемуся, обхватил его торс с двух сторон, резко, но аккуратно, сжал ладони, продавив с легка тельце друга, от чего тот изрыгнул застрявшие в горле кости и горький жир.

-Гро!... друзья называются… я чуть … кхе-кхе… дух не испустил…

Тот кашлял и ругался, присутствующие, по не многу, начали приходить в себя, начали раздаваться со всех уголков поздравления и тосты. И вот спустя только час поздравлений, обнимания и братаний, великан смог добраться до своего «трона».

/Ну хоть не убивают друг друга… и платят… остальное побоку… - думал гоблин, протирая барную стойку.

Колоритная компания начала гулять. Алкоголь и закуски улетали махом, уже через полтора часа гуляний стало ясно, что придется раскошеливаться на доставку со склада, но оно того стоило.

/Как говорил мой покойный дед – «Если все бухают, значит гешефт будет не маленьким, только карман подставляй!»

Спустя ещё пол часа гоблин начал сидеть. Его черный пучок волос стремительно сидел, тонкие пальцы начали трястись, а мочевой пузырь обещал дать маху, когда тот узнал, что все собравшиеся люди не просто веселая компания друзей, но и то, что тут и король эльфов, и сам император, как минимум три легендарных героя и не менее сильные и выдающиеся воины и маги, легенды о которых полна империя, а все они собрались для того, чтобы отпраздновать скорую свадьбу того самого медведя, имя которого не знает только наши предки и совсем блаженные…

-…да ты представь – начал Ричер – я такой подхожу, думая, что меня не видят, а он такой поворачивается, пристально смотрит мне в глаза и шепотом так – «Да я твой дом труба шатал!»

-Ха-ха-ха – звонко засмеялась Аниси – это точно! А когда я с дерева смотрела на странный его ритуал, думала будет так, маленький костер или максимум взрыв, а он луч огня преисподней в небо запустил, да такой сильный, что на минуту небо загорелось и ещё несколько часов пепел с неба падал… я тогда уписалась от страха, а ты заикаться начал… ха-ха-ха…

-Так это был ты! – вклинился в разговор Хопф – так это из-за тебя я боялся к магии приближаться и с ходячими трупами пошел молить о прощении в церковь!?! Да я тогда обделался, думая, что это из-за меня! Скотина ты, Рохан, редкостная!

-Мужики – начал уже изрядно подвыпивший Аннс – у меня есть гениальная идея, и пока вы сытые и довольные, хочу предложить…

-Стапэ! – перебил его Горт – ну уж нет… я лучше останусь довольный и сытый, чем снова ввяжусь в твою авантюру…

Всеобщий смех раздавался по харчевне. Народ отдыхал, спорил и что-то бурно обсуждал.

Юная разносчица выкатила в центр зала огромный торт. Сделав скорый книксен, удалилась. Магические светильники начали гаснуть, в харчевне наступил полумрак. Оркестр заиграл веселую музыку, настраивая зрителей на танцы.

-Сэр – обратился к императору Горт - это ваш сюрприз?

-Нет… я думал, что твой…

Император заискивающе посмотрел в глаза Горта. После оба начали расспрашивать друзей по соседству, и уже через минуту выяснилось, что торт некто не заказывал.

Когда оркестр взял высокую ноту, а ударник пробил барабанную дробь, из торта выскочил гоблин.

Юный, слащавый гоблин, с раскаченными мышцами пресса, предплечьями и ягодицами начал резво танцевать. Козлиная бородка, заплетенная в тоненькую косичку, доходила ниже груди, маленькие кисточки, закрепленные на сосках, раскручивались все быстрее. Тесные, кожаные трусы, на манер стрингов, качались в перед и назад, не двусмысленно намекая на процесс спаривания.

Маленькие магические светильники плясали в такт мелодии, переливаясь всеми красками. Кружа вокруг гоблина, они освещали его тельце в удачных для него позах.

Горт, будучи ревнивцем, спешно закрыл глаза Олле, но не для того, чтобы сберечь её честь, а дабы не нарушить психику. У юной шпионки Аниси, сидящая совсем близко, проявилась морская болезнь, от чего та потянулась к пустому бочонку, дабы не замарать пол заведения. Мери, капитан женского кавалерийского полка, еще не оправившись от травм в бою, оперативно приняла единственно верное для леди решение - потеряла сознание, когда гоблин, вскочивший на стол, начал крутить бедрами перед её лицом.

Хопф, не выдержав психологического истязания, зажег магический светильник над потолком, осветив дневным светом все помещение.

Что можно сказать о гоблине… да нечего. Он был не меньше удивлен увиденному.

Когда перед гоблином пропал мрак помещения, а фигуры проявились, тот увидел с десяток разъяренных воинов, уже доставших из ножен своё оружие, нескольких магов, уже начавших распевать речитатив каких-то заклинаний.

-Мама …ик… - икнул гоблин – а где девочки?

-Ну что, сладенький – встал во весь рост Малик, пробасив – сейчас буду тебя танцевать!

Расправиться с недостриптизером не дал гоблин управляющий, который кое-как смог утихомирить присутствующих, объяснив все тем, что паренёк перепутал день и должен был выступать через день, на мероприятии у гоблинш.

В дальнейшем пьянка продолжалась мирно. Жасмин, усердно налегавшая на гномью, быстро нашла общий язык с гоблином стриптизером, которого начала склонять к сомнительным приключениям, а после и Лили, которую начала уговаривать на «тройняшек», с использованием гоблина, в качестве «нижнего».

Олла с Гортом уединились на втором этаже, где сняли комнату, Антон с Кэттерин аналогично уединились, а вот император, решив что Малик недостаточно опытен в делах интимных, начал подговаривать того на «повышение квалификации, путем увеличения опыта и количества испытуемых», намекая на близкое расположение харчевни к публичному дому.


Замок императора Мергалл Окхе.


Раннее утро. Приятное дуновение ветерка развивает тонкую тюль.

Императрица сидит в своём излюбленном кресле, на против панорамного окна. В руках большая кружка с горячим чаем, на плечах, поверх пеньюара лежит тоненький плед из нежной шерстки какого-то животного.

Муж вчера вечером ушел праздновать будущую свадьбу друга, а значит этот день она будет одна. Дел по дворцу у императрицы не было. Все важное решил муж ещё вчера, перед отправкой в харчевню.

-Моя императрица – обратилась к той служанка, войдя в покои – донесения, по интересующим вас темам, будут лежать на столике.

-А что ты можешь выделить из них особенно интересного? – спросила императрица, не поворачиваясь к той.

Шорох и перелистывание кипы бумаг продолжалось не долго. Почти сразу служанка подошла к императрице и села на пол рядом с креслом, облокотившись на него плечом.

-По мне, так это задержание леди Майли, неразбериха с показаниями среди стражи и сотрудников пыточной… ещё есть интересные донесения о странных проявлениях природы в разных частях нашей империи… так…- служанка перелистывала страницу, ища место, которое хотела процитировать - … «птицы над селом витали всю ночь, а подле разлетелись в разные стороны»… «псы дрожали в своих норах и скулили…» а вот из деревни Карттаз, что всего в одном дне от нас вообще что-то странное было… «По дороге луч света шел, озаряя тьму ночи, пугая селян и местный скот…» дальше чушь про проведение создателей и про демонов инферно… но новость и в правду странная… очень похоже на заклинание поиска по местности… но это моё мнение…

/Интересно… ладно птицы и псы… но вот луч света ночью…

-Пошли в ту деревню следователя с отрядом магов… и церковника… возможно ты права…

-А что насчет леди Майли?

-А я сама посмотрю и вчитаюсь… какое твое мнение?

Королева доверяла своим слугам. Они были умны и честны, даже иногда слишком. Она лично отбирала их и не важно какого рода или как они выглядят, для императрицы было самое главное это ум, честность и преданность… однажды пришлось даже девушку вытягивать с плахи… ту обвиняли в колдовстве, по чем зря…

-Думаю – начала служанка – что та не виновна… Проще осудить того, кто хотел убить, нежели догадаться о том, что есть кукловод, дергающий за нитки…

Служанка встала, поклонилась и удалилась из покоев, оставив императрицу в раздумьях.


*** Доклад начальника дознания


По прибытии в тюремные помещения, мне передали графиню леди Майли. Та находилась в истерике и не связно пыталась оправдаться. Предварительный осмотр не дал результата. Кровь графа была от долгих пыток, доказать смерть от пыток служащего или от рук графини не представляется возможным. Наблюдательные сферы в пыточной, по не известной причине, небыли включены или отсутствовали. Следов насилия над графиней не было обнаружено. Магический след подтверждает слова графини о том, что та не наносила графу увечий. Косвенное нанесение увечий проверяется. Согласно графику службы в пыточной, в этот день сотрудников дознания не должно было быть, однако по следам на теле графа можно утверждать, что пытал профессионал.

Дальнейшее расследование требует большего штата, о чем прошу императора.


Начальник дознания – Сэр Деритон Форрс.

Глава 10


Подземные катакомбы столицы империи.

Тучные волы, запряженные в широкие телеги, едва помещавшиеся в тоннель. Своды тоннеля освещались тусклыми факелами, коптившими потолки. Начальник службы безопасности императора строго настрого запретил пользоваться магическими светляками, что замедляло как работы, так и передвижение каравана.

Караван медленно тянулся по тоннелям под имперской столицы. Петляя между свай города и древних могильников, глубоко погребенных ещё тысячи лет тому назад. Под скрип колес телег, загруженных огромными ящиками, гоблины напевали старинную песню о том, как когда-то гоблины были могучими и сильными, а зелень их кожи заставляла других бежать и спотыкаться от страха.

Во главе колонны сидел человек окутанный в непроглядную мантию, скрывающую его лицо и руки. Было невозможно даже предположить не только возраст, но и пол таинственного человека. Низенький гоблин в красках рассказывал человеку о проделанной работе, о том, как сложно было капать, о том, что давно не видел солнца, и вообще спал он последний раз месяц назад, от чего сумму его вознаграждения стоит поднять на десять золотых.

В конце тоннеля, когда показался свет солнца, человек жестом показал на выход, а гоблин, повинуясь, звонко свистнул, от чего все гоблины выбежали из-за телег и бегом направились к выходу. У самого выхода уже стояли стражники, которые пропустили зеленокожих карликов.

-Гоблинов завести в хижину, запереть и ждать дальнейших указаний – распорядилась таинственная фигура, по голосу походившая на старый и опытный голос вояки.

Стражник отсалютовал и принялся выполнять приказ.

Десятки гоблинов были направленны в старенький домик, построенный совсем недавно из дерева и сена. Как только дверь закрылась за последним гоблином, маг произнёс заклинание и над хижиной появился толстый купол тишины и барьер.

Начальник службы безопасности, высокий и крепкий воин, подошел к мужчине в балахоне. Его смирение показывало, что тот ему подчинялся и был ему очень рад.

-Сэр Генри, я выполнил приказ нашего хозяина. Когда ожидать его милости?

-Умолкни, Калио. Я уже говорил, что планы владыки нам непостижимы. От тебя нужно только продолжить передавать нашим агентам информацию и не более того. Следующий связной будет через две руки, так что можешь пока расслабиться.

С этими словами, мужчина в балахоне подошел к хижине и щелкнул пальцами. Домик занялся огнем, а из-под купола тишины начали доноситься приглушенные крики и вой. Почти три сотни гоблинов заживо сгорали в магическом огне, не ведавшем жалости и необходимости в подпитке кислородом. Синее пламя магического огня горело, с жадностью поглощая тела. Истошные крики утихли, а дым и смрад от сгоревших тел клубился внутри купола.

-Через несколько часов купол пропадет, а дым и пепел опадет на землю. Когда это произойдет, необходимо закапать трупы и засыпать все землей. Никто не должен найти это место. Тоннель необходимо замуровать, но так, чтобы у нас была возможность им воспользоваться, в случае чего.

-Есть! – отрапортовал начальник безопасности

/Владыка будет доволен. Его гениальный план исполнен почти полностью. Осталось дождаться паники и восстаний, что наступят совсем скоро.

Спустя несколько часов.

Маленький гоблин, что был в составе копателей, кряхтя и ругаясь, выползал из-под трупов товарищей. Не все превратились в пепел, не все они сгорели, как надеялись людишки. Людишки не знают, что гоблины трусливы не от того, что слабы, а от того, что рациональны. Нету смысла биться, если врага больше или он сильнее, проще убежать и пригнать ещё больше братьев, чтобы сломить численностью.

Во время пожара гоблины объединились и вырыли яму по центру дома. В яму положили самых молодых и выносливых из братьев, а остальные закрыли своими телами яму, закопав первый слой братьев, чтобы те не сварились как в горшке.

Когда пепел уже осел, а купол лопнул, молодой гоблин выбрался из груды пепла и костей. Аккуратно отодвинув кусты, он почти бесшумно, терпя боль, отползал к скале, что была подножьем горы, на которой была одна из стен столицы.

Отползя достаточно далеко, гоблин перевел дыхание. Осматривая себя, он понял, что с этого момента он либо будет пищей для хищников, либо сможет отомстить своим обидчикам, даже ценой собственной жизни.

Большую часть тела гоблина покрывали ожоги. Левая нога и рука были зажарены как кролик над сильным костром. Черная корка сгоревшего мяса треснула, оголяя кости, часть лица также была обожжена. Ему повезло, что гоблины сами по себе обладали повышенной регенерацией, которая не позволила огню его убить. В дальнейшем руку и ногу придется ампутировать, а вот торс вскоре восстановится, хоть и покроется шрамами от ожогов.

-Я мстить… я мстить имперский начальник… я съем его сердце и кишки… съем его дети и жена… он будет плакать и молиться своим богам… - рычал гоблин, беря себя в руки.

Левые конечности уже мешали. Они не чувствовались, но подниматься по почти отвесной каменной стене столицы те совсем не помогали. В одной из пустующих бойниц гоблин остановился передохнуть.

Помещение было оснащено только дежурным магическим светляком, которые едва освещали помещение. У самой стены стоял стеллаж с оружием, среди которого гоблин отобрал себе отличный кривой нож, видимо работы орочьих мастеровых. Нож был острый, хоть и с зазубринами у самого конца лезвия, что давало эффект рваной раны при ранении. Положив руку на табурет, гоблин четкими и выверенными ударами начал отрубать себе руку чуть ниже плеча. Там еще была не мертвая кожа и мясо, что давало надежду на заживление и отсутствие возникновения опасного заражения остальной плоти. Ногу гоблин отрубил спустя еще минут сорок, после чего устало упал на холодный пол комнаты и уснул.

На следующее утро, гоблин резво встал с пола, ощупал обрубки ноги и руки. Оставшись довольным операцией, он зажал орочий нож в зубах, несколько мелких ножей заложил за пояс и, выползя из помещения, начал пробираться из караульных помещений стены, скрываясь в тени и нишах. Уже к обеду гоблин добрался до одной из общин, находящихся в стенах столицы. Там он мог позволить себе расслабиться. Рассказав главе общины о том, что произошло и кто виноват, гоблина начали лечить шаманы и ведуны, а старейшины, в свою очередь, направились к одной из тайных квартир одного из теней. Это была закрепленная за ними тень, которой гоблины сливали информацию, которую те могли подслушать или получить иным способом, ведь именно гоблины были в составе тайных осведомителей шпионов империи.

Антон.

Утро. Утро бывает нескольких видов: тяжелое, легкое, доброе и «с не той ноги». Сегодня я побил рекорд по неудачному пробуждению. Мало того, что проснулся я с дикой головной болью, так ещё и подняли совсем не ласково.

Кэттерин, не церемонясь, сдернула с меня одеяло. Приоткрыв один глаз, я увидел, как она, завернувшись в одеяло, шла в сторону ванной комнаты, шлепая босыми ногами по полу.

/Некогда нежится в кровати. Надо вставать – подумал я, приподнимаясь на локтях.

Продрав глаза, я аккуратно встал с кровати. Голова ещё гудит, но организм существенных нарушений не выдает, что говорит о том, что я ещё легко отделался.

Подойдя к окну, я приметил небольшую полянку на заднем дворе харчевни.

/Стоит размяться.

Собрав скопом свои вещи, на ходу надевая штаны, я скорым шагом направился во двор. Как не удивительно, но не я один решил размяться. Малик уже стоял на полянке и разминал суставы.

-Что, спарринг? – предложил я.

Обернувшись, Малик только кивнул.

Малик взял в руки свой палаш, а я одноручный меч и стилет.

Наш «танец» начался медленно, разогревая мышцы и потихоньку, наращивая темп.

Под шум стали, я начал разговор.

-Ну и как тебе статус «Муж»?

-А нормально, хотя я не ощущаю особой разницы.

-А как тесть и теща? Хорошие люди?

-Хорошие. Не заносчивые и высокопарные, как все эльфы… простые…

Удар клинка, усилие и захват гардой, блокируя. Стилет сжимает кисть Малика, удар носком сапога и тот, теряет палаш.

-А обстановка в замке какая? Тебя не будут гнобить… хотя, о чем я спрашиваю… ты и сам можешь загнобить кого хочешь – рассмеялся я.

-Недавно произошла стычка с неким высшим эльфом…

Малик, не торопясь поднимает палаш, примеряясь и осматривая его.

-В общем все, кто принимал волю и решение Вери, стали ещё и уважать меня, а те, что могли строить козни мне, теперь откровенно бояться меня.

-Это что ты там устроил с этим высшим? Он хоть жив?

-Да, жив, не переживай…

-А этическая сторона вопроса?

-В смысле?

Удар. Рассекая воздух, Малик быстрым движением секиры рубанул в сторону Антона, однако тот уже ушел кувырком в право от палаша и готовился блокировать следующий удар.

-Ну ты нечего аморального с ним не сделал?

-Не сделал…

Малик сделал выпад, обманный финт в лево и ударом ноги по бедру Антона, оттолкнув того. Вспахав ногами землю, Антон потер ушибленное бедро, по крепче сжал в руках оружие и бросился в атаку.

-Вот и славненько.

-А у вас как все прошло?

Кувырок. Уход от низкого удара секирой и Антон ныряет между ног у Малика, оказываясь у того за спиной.

-Просканировал мозги демонессе. Ту водил за нос какой-то тип в капюшоне… Все как-то стремно…

Малик резко оборачивается, а секира, опережая того, уже закручивается в руке, стараясь задеть Антона.

-Она теперь на нашей стороне?

Вонзившись в землю, секира не нашла препятствия в лице Антона. Тот уже взмыл в воздух и оттолкнувшись от руки Малика сделал захват ногами за шею, остановив свои клинки в нескольких сантиметрах от горла и глаза Малика.

-Да, и я не думаю, что она будет лишней. Скорее всего она будет и сама рада вмазать тому уроду по печени…

-Все - улыбнувшись, сказал Малик – сдаюсь.

- Но твоя помощь нам обязательно пригодится. Когда мы найдем того гада, нам нужна будет не только моя, но и твоя сила.

Малик задумался. По его лицу, быстро меняясь, проходили сотни эмоций.

-Согласен – твердо сказал тот, посмотрев Антону в глаза – но есть одна загвоздка.

-И какая?

-Вери. Она меня теперь не отпустит одного никуда.

Малик был прав. Это будет далеко не прогулка по парку, а опасное мероприятие, сулящее не просто серьезную стычку с сильным врагом, но и вероятные потери, даже с количественным превосходством с нашей стороны.

-Бери её с собой, но по возможности постарайся оградить её от этого. Нам будет противостоять не бандит с перекаченной скоростью и топором, а маг… возможно он сильнее нас всех. Я даже не уверен в нашей победе.

-Может тогда армию собрать? – предложил Малик.

-Нет. Это наше дело, да и мешаться они будут.

-Пятитысячная армия империи и две тысячи рейнджеров эльфийского леса?

-Будут. Он может воспользоваться ими как прикрытием, а нам лишние жертвы не нужны. Всё это нужно провернуть с минимальными потерями среди жителей этого мира.

Мы, не спеша направились обратно в харчевню, не громко обсуждали планы. На встречу выбежала низенькая гоблинша, протягивая нам свежие, белоснежные полотенца, взяв которые мы спешно вытерлись.

-Господа! – окликнул нас хозяин харчевни – вас ожидают за столом ваши друзья.

Решив, что пора заканчивать с размусоливанием темы, мы прошли в просторный зал.

За столом, заполненным различной снедью, сидел император, его правая рука – Аннс Арто, король Северного леса, некромант, Лили с Жасмин и капитан женского кавалерийского полка – леди Мери Палши, Кэттерин и шпионка из отряда теней – Аниси.

Заставленный снедью стол располагал к празднику, однако лица всех присутствующих были не такими радостными.

-Рохан – начал император – у нас имеются крупные проблемы, связанные с кукловодом.

/Император, как всегда, да, собственно, чего тянуть лямки, начал с сути разговора.

-Кукольник, который манипулировал Лили, вероятно кто-то из созданий света. Это может быть не демон, ведь в план демонов люди не могут попасть без последствий в астрале, а астральшики утверждают, что проникновения не было.

-Нет такой магии, которая могла скрыть запах человека от демона – взяла слово Лили - а значит это может быть, как демон, так и светлый.

-Только мне что-то не верится в то, что светлые будут обращаться за помощью к демонам – продолжил некромант – а вот другой демон или высший эльф или те-же драконы… много кто, кроме людей может проникнуть в нижние планы без следов в астрале.

-Но вероятность того, что это был кто-то из демонов – ничтожна – сказала Лили.

-Почему? – спросил я.

-Аура демона… - начала Лили – её не скрыть… А кукольник её не имел… - зло, с явной ненавистью сказала она.

Дальнейший разговор перешел в обсуждение тактики и возможных вариантов выйти на кукольника.

/Сделаем выводы. 1- если кукольник не может самостоятельно присутствовать на нашем плане, значит он либо из верхнего плана, или он хочет их подставить. 2- если кукольник не из верхних планов, то он точно не демон, раз он не имеет их ауру. 3 – высшие эльфы, как и сами эльфы, не могут проникнуть на нижний план по причине несовместимости их ауры с нижним планом. Их аура умрет от ауры демонов, а когда умрет аура – тогда умрет и сердце… Гномы, как и люди, могут пройти на нижний план, но, в отличие от людей, гномам нет интереса ни в мировом господстве или в гибели империи. Их интересы никак не пересекаются с людьми и причин в свержении нет. А вот люди все куда подлее, нежели демоны. Людям не бывает много власти или богатств… но астрал… люди не могут проникнуть на нижний мир без оставления следа в астрале. Остаются драконы… однако эти существа давно погибли, а вот их сородичи, которые больше стали похожи на ящериц, живут далеко на востоке, за десятки месяцев от соседней империи… Да и драконы также не имеют интереса в гибели империи… или тут какой-то другой план…

Мы обсуждали варианты до полуночи, периодически отвлекаясь на поглощение пищи. Ближе к утру, когда все варианты были обсуждены, а дамы давно уснули в своих комнатах, по среди харчевни раскрылся портал. По зеленоватым отблескам рамки портала было понятно, что портал открыл эльф. Из портала вышло два гвардейца эльфийского короля, а за ними, в проеме портала появилась королева леса. Она, грациозно и чинно, чуть заметно поклонилась присутствующим, прикрыв лицо рукавом своего платья. Хмурясь от стоящего в харчевне, запаха алкоголя и табака, она подошла в плотную к столу. Медленно и нежно положила свою ладонь на плечо королю эльфов, от чего тот чуть заметно вздрогнул, а на лице проявилась испарина.

-Что же ты оставил меня в одиночестве, мой муж – мелодичным голосом начала королева – одну на холодных простынях, без ласки и заботы? Цветок завянет без солнышка и водицы… или ты повесил на себя сотню амулетов «Последний шанс»?

Король судорожно сглотнул, а в глазах его читалась паника. Улыбаясь кривой улыбкой, он повернулся к своей супруге и срывающимся на петуха голосом спросил – «А что, прошло уже два дня?»

Присутствующие за столом, все как один, приложили торец кисти к груди, строго вертикально, и опустили головы, в жесте «Прощания с усопшим».

-Не…не…нет, моя королева – в панике начал оправдываться король – я всего на несколько часов припозднился…

Королева его не слушала. Та схватила его за стоячий воротник камзола и из сидячего положения, уронив стул, потащила в проем портала, периодически кланяясь, будто извиняясь за случившееся и за своего непутевого мужа.

Когда эльфы исчезли в портале, Малик провел ладонью по своему ёжику полос на голове и громко выдохнул.

-Ну это было страшно…

-А ты думал… тебе тоже стоит поторопиться – сказал ему я – Вери не будет так молчалива, если тебя не будет так долго…

-Все нормально. Я сказал ей, что это минимум на два дня…да и … – замялся Малик.

-Да и? – спросил я.

-У меня есть кристалл связи. Я периодически связываюсь с ней…

-Умна… - протяжно и довольно сказал император.

-Да. Это мая Вери… - ласково и с любовью сказал Малик - Моя девочка…

Дальнейшая ночь прошла в спокойной обстановке. Все продолжили пить и отдыхать, а когда первые петухи отрапортовали о рассвете, мы уже расходились по комнатам харчевни, желая поскорее упасть в кровати и проспать весь день.


Верхний план.

В тусклом свете лампад, за мраморным столом, погруженный в сотни фолиантов и тысяч книг, сидел Авреил. В Великой библиотеке Акрополиса, столицы верхнего мира, всегда пусто. Архангелам незачем часто посещать обитель прошлого. Изучая очередной фолиант, рассказывающий о нижнем мире и способах скрытного нахождения на его территории, Авреил уже сутки не мог найти следы Лили. Прочесав все известные ему места на нижнем плане, он уже начал подозревать, что та его избегает или сбежала на средний план, куда ему нет пути.

-Вот-же гадство! Куда эта тварь пропала? – зло прорычал Авреил.

Его терпение уже кончалось. Нужно было совсем скоро воплощать план, а все важные фигуры в его игре не заняли свои позиции…

Когда он уже отчаялся, ища способы найти Лили, он вдруг вспомнил, что может просто отправить ей сообщение через астрал. Через некоторое время, когда уже покинул библиотеку, он направился в ближайший парк, где просто встал по среди поляны, сложив руки на лбу.

Процесс отправки сообщения достаточно сложен, однако он быстр и точен, что позволяет не думать о возможности перехвата сообщения и искажения его, в отличие от ментального зова.

Медленно и кропотливо выстраивая сообщение в голове, он старался составить его без лишних эмоций и как можно аккуратнее, однако эмоции — это плохой помощник. Сообщение получилось грубоватым и немного зловещим.


Начальник дознания Сэр Деритон Форрс. Внутренние помещения отдела дознания.


Поступившая под ответственность лично начальника дознания, леди Майли Марртир, была в сильном шоке. Отвечала на вопросы заторможено и вяло. В глазах наблюдалось безучастие и полная апатия. Леди Майли выглядела так, будто её характер полностью сломали.

-Леди Майли – обратился в очередной раз Деритон – мы вас не подозреваем в убийстве графа, мы хотим разобраться во всем, от того на ваших руках нет кандалов.

Леди Майли сидела сгорбившись, смотря себе под ноги.

-Графиня – мягким, но настойчивым голосом обратился Деритон – расскажите мне все что знаете. Я знаю о вашей невиновности в смерти графа, как и о вашей заинтересованности в его смерти. Прошу, посмотрите мне в глаза и расскажите все, что можете.

Графиня медленно подняла голову на начальника дознания. Глаза были заплаканные и уставшие от бессонной ночи. Пустые, почти мертвые глаза смотрели за плечо Деритону, а лицо застыло в жалобно-потерянном выражении.

-Знаете – начала она – я была готова убить его сама, и даже планировала… - медленно и вяло рассказывала Майли - все варианты перебрала… У меня были наемники и убийцы, были планы побега из империи и даже вариант с самоубийством… - графиня разошлась в истерическом смехе, накрыв своё лицо ладонями - но он меня переиграл… Этот блаженный муж сдох сам… он знал, как уничтожить меня… он знал обо всём…

Графиня продолжала говорить, рассказывая свою историю с самого начала, когда повстречала графа и ей представили его как её мужа, и до момента, когда позвала стражу на помощь. Она говорила много, раскрывая перед Деритоном все карты. Бледнея и запинаясь, она рассказала даже о том, как представляла само убийство и тот момент, когда она будет стоять над его бездыханным телом, с окровавленными руками и будет искренне и счастливо улыбаться…


Антон. Следующий день.


Утром начался дождь. Небо было тяжелым и непроглядным. Тучи клубились так низко, что казалось, что ещё немного и они станут досягаемы. Мелкий дождь моросил уже не первый час, от чего на улице было не так оживленно. Редкие прохожие, перебежками двигались от лавки к лавке, громко шлепая по лужам. Воздух был наполнен озоном, предвещая грозы.

Антон встал раньше Кэттерин. Он должен был составить план дальнейших действий, но в голову так ничего и не приходило. Одно было ясно – необходимо выйти на «кукольника», однако как этого достичь, если он точно на территории демонов?

Антон шел по мокрой улице, минуя лавочки и кабаки. Дождь моросил, медленно, но, верно, пропитывая собой плотный камзол и кожаные штаны. Выйдя на не приметную улочку, что уводила в глубь трущоб, Антон остановился. Что-то было не то в увиденном им. Что-то неуловимо чуждое для взора…

/Ах да… это давно не мир меча и магии… давно не игра и уж точно не сказочная страна без боли и страданий… это реальность… моя новая реальность…

На небольшом пяточке, что образовывали несколько плотно выстроенных между собой домов, стоял старый и сколоченный из старых досок стол. За этим покосившимся страшным сном столяра, сидел изрядно помятый мужчина, медленно пьющий что-то из кружки, а на столе было то самое, что не давало Антону покоя, что ввело его в ступор. Другой мужчина насиловал, предположительно, девушку. Слабые всхлипывания и хриплый женский голос говорил о том, что это продолжается уже некоторое время, за которое она успела потерять голос, как и обувь и часть верхней одежды, судя по грязным стопам, порванному подолу нижней юбки и втоптанных в грязь сандалий. Антон видел только её ноги, без явного сопротивления, вяло пытавшиеся оттолкнуть насильника. Спущенные штаны на мужчине лежали в луже. Пьющий из кружки мужчина, что сидел за тем-же столом, ехидно улыбался, чему-то радовался и не громко комментировал происходящее с нескрываемым интересом и одобрением.

-Эй – окликнул я мужчин – какого гро вы здесь творите?

Мужчины медленно повернули головы в мою сторону. С явным недовольством, читаемым в глазах, насильник надел штаны, скоро завязывая пояс на них и поворачиваясь ко мне.

-Хэх… ты чаво кайф обламываешь? Тебя манерам совсем не учили? – спросил «насильник».

-Да разве ты не видишь, это ведь богатенький юноша… вот у него какие шмотки целые и хорошие… - обратился сидящий за столом мужик.

-Я позову стражу! – угрожающе нахмурился я, доставая из ножен короткий меч.

-Ну зови… а смысл? Тут ничего незаконного нет… - осклабился насильник – ведь так, шалава? – обратился тот к девушке.

Девушка приподнялась на локтях. Посмотрев в мою сторону, она даже не сразу начала поправлять туалет. Не первой свежести мордашка сияла ярким фингалом и разбитой губой. Девушка была явно опытной сотрудницей борделя.

-О! Принц на белом драконе – наигранно и с долей иронии, по театральному фальшиво начала та – вы пришли спасти меня из лап злого дракона… ха-ха-ха – засмеялась она.

-За двадцать медяков она даст вам «спасти» себя, но только после нас… у нас заплачено ещё на час – с усмешкой продолжил «насильник».

-Давай, вали от сюда, блаженный…

/Все трое смеялись. Они смеялись надо мной, над тем, кто так и не осознал до конца, что он живет в этом мире, а не играет… это не мой мир, не моя жизнь, здесь попаданец я, и все это не сгенерированные декорации... Здесь я являюсь чужеродным объектом… который имеет определенные обязательства перед создателем… только вот чьим?...

Развернувшись, я побрел обратно на главную улочку. Обратно из этого мирка, где все пропитано грязью и таким знакомым чувством смрада, скрытым за ширмой идеального мира, где на каждой второй поляне гуляют розовые пони и белоснежные единороги…

/Будто из Москвы и не улетал… - подумал я.


Кэттерин. Центральный рынок. Столица.

С самого утра Кэттерин решила развеяться. На днях она получила доклад от Аниси, некогда её подчиненной, о том, что Леди Майли находится под следствием и заперта в императорском замке, пока ведется расследование. Графиня была единственной её подругой, единственной, кто общался с ней, невзирая на происхождение и статус.

Кэттерин понимала, что это может затянуться, а помочь она сейчас ничем не сможет, тем более, если Леди Майли находится во дворце.

У самого выхода из харчевни «Дикий лис на единороге», её уже ожидали Жасмин и Лили. Замаскировав демонессу под местную девушку из среднего сословия, Жасмин перестаралась с маскировкой отличительных черт демонессы, от чего рожки Лили были частью огромной композиции на голове, напоминавшей прическу…

-Сегодня на рынке много интересных товаров и людей – начала Жасмин – можно затеряться, приятно провести время и развеяться.

-Рынки – продолжила Лили – это источник не маленькой доли информации, а также возможность пустить дезинформацию и выяснить подробности чужой жизни…

-Ботаничка… - с нескрываемой издевкой заметила Жасмин – хорошо училась в академии?

Лили опустила взгляд и поджала губы. Обидно слышать от малознакомой женщины о твоих недостатках, но ещё тяжелее слышать это от приспешника светлого, который способен обратить в прах и отправить в великое нечто даже демона второго круга…

-Да ладно тебе – пихнула её локтем Жасмин – я не хотела тебя обидеть…

-А в аду есть академии? – удивилась Кэттерин.

-А как же – фыркнула Лили – или вы думаете, что пытки и искусство совращения передаются с кровью отца и молоком матери?

-Ну… - задумалась Кэттерин – я не думала об этом вовсе…

-Там очень продвинутый социум, чем-то даже лучше и совершеннее нашего. Демоны борются за власть и силу, но получают её открыто. Они требуют от себя быть умнее и сильнее с каждым днем, а вот верхнему миру не выгодно, если средний мир будет развиваться и совершенствоваться, ведь тогда пропадет четкое разделение на добро и зло, а овцами управлять легко…

-И это говорит нам монахиня из церкви искупления… Ты не перепутала лекционный зал? – отшутилась Лили.

-А наша церковь как раз за развитие, от чего мы вас, демонов, и не боимся, хотя есть и свои минусы… как видите о нас никто не знает, и империя о нас не хочет помнить… им это не выгодно…

-Больше не выгодно… - дополнила Лили.

Кэттерин вопрошающе посмотрела на собеседниц, от чего те стушевались, а демонесса отвела взгляд, наполненный неподдельной ненавистью.

-Я тебе чуть позже расскажу, подруга, когда наша рогатая будет не столь агрессивна по отношению ко мне….

За этим разговором девушки уже вошли на территорию рынка. Народ шумел, торгуясь и споря, раздавались громкие возгласы и крики зазывал, обещающих небывалые товары и не виданные яства…

Наше внимание привлекла лавка с броским названием «Все для чутких дам и их мужей». Лавка была окружена большим количеством женщин разного возраста и сословий, но реакция у всех была одинаковой и несколько несочетающейся с названием лавки. Посетительницы лавки смеялись и хихикали над товарами, показывали пальцем и подмигивали рядом стоящим.

Первой к лавке пробралась Лили. С жадностью голодной хищницы, та схватила один из товаров, предложила продавцу явно завышенную цену и с победной улыбкой хищницы направилась к Жасмин.

-Я нашла для вас, сестра – со злой издевкой в голосе начала Лили – великолепный подарок… он скрасит вам одиночество прошлых и следующих лет…

Протянув в сторону монахини сверток, Лили не переставала хищно улыбаться. Глаза её блестели, а частое дыхание говорило о выбросе огромного количества адреналина в кровь.

-Мило … - холодно, и с явной угрозой начала Жасмин – однако пользоваться я буду не сама… это подношение я применю относительно вас… Надеюсь НАМ понравится…

Кэттерин терялась в догадках, пытаясь найти ответ на столь опасные проявления любезностей своих новых подруг. Опустив глаза на пакет, находящийся в руках монахини, Кэттерин начала догадываться. Длинный, шевелящийся магический предмет, имеющий ярко-розовый цвет, огромное количество выпуклостей и шероховатостей, напоминало гигантского головастика. Лицо Кэттерин налилось краской, а глаза забегали по сторонам.

-Спрячьте вы его… - переходя на писк возмутилась Кэттерин – это не прилично! Лили! Перестань делать неприличные жесты… А ты перестань ЭТИМ играться, будто ремнем…

Накалявшаяся ситуация была разрешена неожиданно. Молодая девушка, под всеобщие возгласы и смех, почти шепотом спросила у продавца о наличие такого-же, но размером с локоть, и чтобы не так крутился, а то не слишком натуральный… Эта дева резко переняла на себя всё внимание толпы, от чего Кэттерин была той благодарна. Взяв под локти своих спутниц, она силком потянула тех в ближайшую харчевню.

В харчевне, что была по близости от рынка, было не мало народа, но места за столиками всегда были. У одного из них, что возле кухни, как раз никого не было, и молодая разносчица отвела вновь прибывших девушек именно к нему.

-Я вам ещё раз объясняю – зло рычала одна из девушек – мы здесь не по тому, что мы лучшие подруги или по тому, что у нас интересы совпадают… Мы имеем одну цель… ну или не одну, но схожую.

-Только вот ты и сама понимаешь, что у нас слишком разный интерес, относительно конечной цели… - продолжила другая девушка – я хоть и монахиня, но моя цель именно в изгнании исчадий ада… и никто не говорит о мирном изгнании… я буду вливать этой сучке жидкое серебро в глотку и читать молитву об изгнании…

-Да я тебя умоляю… - закатив глаза, прошипела третья – если ты такие пытки решила устроить мне, то не удивительно, что у тебя мужика не было… с тобой скучно…

В харчевне играла непринужденная мелодия. Трое музыкантов играли на духовых, а один огр, одетый чересчур ярко, сидя на крохотном табурете, с вытащенным от сосредоточенности языком, периодически ударял маленьким прутиком по металлическому треугольнику, висевшему на красной ниточке.

Приглушенный свет магических светильников, сладкий аромат медовухи, домашнего вина и щекочущих нос специй, витал над потолком. Посетители громко разговаривали, спорили и смеялись. Обстановка была яркой и веселой. Девушки, севшие за круглый столик у самой кухни, не привлекли особого внимания у других посетителей.

-Кэттерин – начала Жасмин – я все понимаю, но зачем таскать её с нами? Не проще запереть её в клетке? Я ведь могу освятить её, и ЭТА не сможет выбраться…

-Жасмин – обратилась к той Лили – я пообещала помочь в поисках того, кто управлял мной… но обещала это не вам, а Рохану… тому демиургу, который до икоты смог напугать меня…

-Ну де-е-е-е-вочки – устало обратилась Кэттерин – я устала вам повторять, что вы обе, на этот короткий промежуток времени, что выделен нам для раскрытия «Кукольника» и его поимка… ну или убийство, должны стать лучшими подругами… должны доверять друг другу и помогать, а не пытаться при любом удобном случае перерезать друг-другу глотку…

Лили и Жасмин задумчиво посмотрели на Кэттерин, и промолчав так несколько секунд, кивнули своим мыслям.

/Ну хвала Светлому… хоть сейчас будет потише – подумала Кэттерин.

Ещё несколько часов девушки ходили по рынку, подражая горным монахам забытых богов, которых удивить может только возрождение их бога. И так, с не выражающими эмоций лицами, девушки «прочесали» весь рынок, скупая у местных барыг все сладкое, блестящее и странных расцветок.

К полудню, когда ноги девушек ныли от усталости, а руки оттягивал вес скупленных «очень нужных штук», от чего пришлось нанять мальчишек, чтобы те несли часть покупок, девушки уже шли в сторону харчевни, где их ожидал сытный обед и сладкий, послеобеденный сон, если конечно никуда не придется срочно бежать.

Закрыв за собой дверь, Кэттерин устало пошаркала в сторону кровати. Натруженные ноги болели, а плечи казались налитыми свинцом. Общая усталость от похода по рынку не давала и шанса на быстрое восстановление.

Уронив своё тело на кровать, она за долю секунды осознала, что не успела переодеться, что большая часть купленного барахла ей совсем не нужна, а та что нужна всего одна, и та является кортиком скрытого ношения и поместилась в её потайной карман.

Удар… неотвратимая и безжалостная подушка атаковала голову Кэттерин. Мягкие перины произвели захват… дева не смогла сопротивляться прохладе перин, нежному аромату полевых цветов и свежего молока. Она просто отдалась во власть Морфею…


Спустя некоторое время.

Поле убирают молодые девушки. Подвязав высоко подолы своих платьев, они серпом срезают рожь почти под самый корень. Запах свежесрезанной ржи успокаивает. Тревога… поле внезапно начало темнеть. Черная земля, будто заражает своей чернотой злаки, которые начинают оседать и тлеть. Растворяясь в воздухе, будто сгоревшая бумага, оголяя черноту земли… сера… становится трудно дышать. Лёгкие наполняются запахом серы, а тело начинает обжигать… свет… свет пробивается сквозь тьму. Солнце будто отвоёвывает у тьмы место, успокаивая жар. К запаху серы добавляется запах свежей мяты, луговых цветов и дождя…

Открыв глаза, Кэттерин застала Жасмин и Лили в своей кровати. Они лежали по разные от неё стороны. Обе девушки были все в той-же одежде, что и на рынке. У самой двери стоял Антон. Мягко улыбаясь, он кивнул ей и одними только губами сказал – «Умничка! Отсыпайтесь, завтра нам будет о чем поговорить.»


Следующий день.

Девушки проспали почти до полудня. Усталость последних месяцев не прошла для них без последствий. В кресле, у дальней стены комнаты, сидел Антон, читая книгу, судя по ветхой обложке, древнюю и очень мудрую… /не понимаю как Книга может быть Мудрой… но именно так казалось Кэттерин/

Приподнявшись на кровати, Кэттерин посмотрела по сторонам. Девушки ещё спали, развалившись по обеим сторонам как кошки на черепичных крышах в полдень. Как только Кэттерин поднялась, аккуратно высвобождаясь из цепких рук сонных девушек, встала с кровати и почти неслышно подошла к креслу.

-И как давно ты тут? – шепотом спросила она.

Антон поднял на неё глаза. Ничего не отвечая, он осторожно положил на подлокотник книгу, одновременно пристав с кресла, и нежно поцеловал возлюбленную.

-Достаточно, чтобы соскучится…

Продолжая целовать её губы, Антон медленно и тихо встал с кресла, притягивая Кэттерин к себе. Находясь в объятиях, она осторожно выдохнула.

-Прекрати! – не уверенно оттолкнула она Антона – Девочки сейчас проснуться… мы не одни…

-На правах мужа… - твердо, настойчиво, но в тоже время нежно прошептал Антон – имею полное право на тебя… любить, ласкать и носить на руках…

После чего быстрым движением взял Кэттерин на руки, развернувшись на пятках в сторону двери и быстрым шагом направился к выходу.

Дверь тихонько закрылась за спиной Антона, а удаляющиеся звуки шагов по коридору ясно давали понять о направлении похищения их подруги.

-Везет ей – вздохнула Лили.

-И в чем именно? – в ответ спросила ту Жасмин.

-Мне вот из комплементов говорят только что-то по типу «Твои рога как у коровы» или «Ты напоминаешь мне мою маму… будь моей девушкой, пожалуйста…» - передразнивая чей-то низкий и сильно шепелявый голос, проговорила Лили.

-Сейчас не так много мужчин – со вздохом подтвердила Жасмин - способных не только силой, но и умом взять женщину… хотя этот представитель меня больше пугает, нежели возбуждает…

-Это от неопределенности… - согласилась Лили – он демиург, а ещё он совсем не стандартно ведет себя, даже для пришельца с чужих земель…

-Меня пугает не только его сила, но и то, что его отметили боги… никогда не видела, чтобы они отмечали меткой силы того, кто имеет и без того не маленькую силу… чего они все так расщедрились…

Мергал Окхе. Кабинет для совещаний. Императорский дворец.


В кабинете стоял невыносимый гомон. Советники и многочисленные приближенные императора на перебой спорили и ругались. Спор переходил пиковый рубеж, когда стороны были готовы вцепиться друг в друга зубами, словно изголодавшиеся варги. Из ртов советников, при высказывании очередной мысли, вылетали слюни. Гласа советников краснели от натуги, а вены на шее вздувались, готовые вот-вот лопнуть.

Император сидел в своем кресле и держался за голову. Его не выспавшиеся, усталые глаза медленно моргали, бездумно сверля багровую дорожку под бурыми сапогами. Супруга успокаивающе положила ладошку ему на плечо, но император не сразу пришел в себя.

Он чуть заторможенно, но всё же уверенно встал с кресла. Потянувшись правой рукой в сторону одного из стражников, Мергал пару раз, в нетерпении, щелкнул пальцами. Стражник не сразу сообразил. Рывком подойдя к императору, тот подал ему меч, но император помотал головой, тогда стражник вытащил длинный стилет, на что император только скосил глаза на потолок и снова помотал головой. Ничего не придумав, стражник подал в руки императора свой боевой топорик с длинным «зубом» с другой стороны режущей кромки.

Император взял в руку увесистый топорик, пару раз поигрался им в руке, проверяя баланс и с силой бросил в потолок.

Огромная люстра с грохотом разбилась о центральный стол. Во все стороны разлетались острые осколки стекла. Присутствующие моментально подоставали из-за поясов стилеты, кастеты, магические катализаторы самых разных видов – от примитивных волшебных палочек с камешками-накопителями, вплоть до высушенных голов и тотемов орков, а у Аннса Арто в руках оказались два боевых топора, явно работы темных дворфов, времен ещё начала раскола кланов подгорного королевства, о чем говорила черная магическая дымка по краям магических, графитово-черных лезвий топоров.

-Очень интересно – удивленно, почти слышно высказал в слух свои мысли Мергал – иногда полезно вас так взбадривать… интересные грани жизни открываются…

Все присутствующие начали немного отходить от шока, опуская оружие, пряча тотемы и развеивая начатые магические заклинания.

-Я, конечно, многое повидал, но вот вы – обратился император к своему другу – откуда их достали? Топоры такого размера не поместятся не только под подолом вашего камзола, но и даже под столом будут видны если не края топоров, так эта черная дымка точно привлечет внимание…

Многие присутствующие уже устало улыбались, кто-то аккуратно вытирал порезы или оттряхивался от осколков стекла.

-Стража! – крикнул император – распорядись о вине и закусках. Срочно. Приведи лекаря и захватите этот мусор – указал перстом тот на разбитую люстру.

Стража сработала оперативно. Зацепив алебардами за края, стражники вынесли разбитую люстру из кабинета. Спустя пару минут в кабинет уже проходил дежурный лекарь, низко кланяясь, и несколько служанок с вином и закусками.

Некогда напряженный спор превратился в веселый гомон. Императору даже пришла идея иметь при себе несколько личных топориков, а в каждом кабинете и зале для совещаний повесить такие звонкие и хрупкие люстры, чтобы также звонко и громко разбивались об пол…

Спустя несколько часов, во время которых все собравшиеся пришли в себя, а некогда накаляющийся конфликт совсем потух, император встал со своего кресла и подошел к общему столу.

-Господа! – начал он серьезно и достаточно громко, чтобы его не только услышали все, но и поняли, что тот будет объявлять свое решение и волю как император – Пусть вас не беспокоит то, что нас обвели вокруг пальца, что заговорщики смогли отвлечь нас и подорвать мой авторитет. Я принимаю этот факт. Хочу озвучить факты, которые известны на данный момент, а именно: первое – круг сообщников графа Мартир был куда шире, чем мы думали, а сам граф был не главной фигурой, а всего лишь марионеткой в гораздо большей игре. Второе – Заговорщикам было известно о роли леди Майли, что говорит о том, что враг начал планировать свои действия куда раньше нас. Третье – мы знаем их цель и возможные шаги. Четвертое – во дворце имеются сразу несколько шпионов, которые очень удачно предоставляют информацию нашему врагу. И последнее, но не менее важное, пятое – мы даже не предполагаем истинное лицо нашего врага…

В зале воцарилась тишина. Все понимали, насколько ситуация патовая и как тяжело будет выровнять её.

Император – обратился Аннс – разрешите приступить к крупномасштабным разведывательным действиям? Сейчас необходимо собрать как можно больше информации, несмотря на всю сложность ситуации, я прошу выделить мне все крыло теней и часть отряда убийц, также хочу попросить отослать мою дочь в храм, что у дальних гор на севере. Там она будет в безопасности.

Император кивнул. Переведя взгляд на одного из советников, он дал понять, что человек может говорить.

Из-за стола поднялся мужчина лет пятидесяти. Многочисленные морщины на лице говорили о его возрасте и опыте. Смуглое и обветренное лицо было спокойным и невозмутимым, но оно было настолько бледным, что казалось, что тот давно уже был мертв.

-Ваше императорское величество, я полагаю, что часть моего крыла клинков, отданное под личное командование Сэра Аннса Арто будет карательным отрядом?

-Да – подтвердил император.

-Тогда прошу остальную часть моих клинков распределить по крупным городам и фортам. Считаю целесообразным начать «чистку» именно с крупных городов. Моих сил не хватит на более мелкие города и форты, ведь часть их отдана с этого часа, также прошу подключить к этой операции и магов и попросить у эльфов их лучших агентов внедрения. Как мне известно, они способны качественно внедрять в мысли людей ложную информацию и тем самым дискредитировать и демобилизовать противника.

-Я постараюсь добиться помощи от эльфов – в ответ кивнул император – однако те высокомерны и никогда не отличались бескорыстными действиями. Следует ожидать непомерную цену за их услуги, а вот с оплатой будет все очень плохо… Казны нет от слова вовсе…

Совещание продолжалось ещё долго. Периодически в кабинет прибегали посыльные и получая распоряжения или приказы, выбегали из него, стремясь передать их как можно оперативнее. До самой ночи кабинет охраняло более десяти стражников, пять магов и почти два десятка теней.

Глава 11


Малик. Эльфийский лес. Замок короля эльфов.

Прошло уже пара дней, как Малик прибыл в замок северного леса. Вся волокита после свадьбы уже закончилась. Большая часть приемов также прошли.

Король эльфов был предупрежден, что совсем скоро начнутся мятежи. В самой империи стало совсем неспокойно. Большое количество провокаций со стороны соседей, которые были направленны на подрыв авторитета Мергал Окхе. Сотни разведчиков получили приказы об тщательном расследовании в этом направлении.

По указу императора, из провинциальных городов созвали всех свободных ведьм и ведуний, дабы те спешно искали силы аппозиции.

Малик также старался помочь императору, проводя исследования в эльфийской библиотеке, изучая соседей империи и потенциальных врагов.

Бесшумная тень мелькнула в коридоре замка. Сидя за грубо сколоченным столом, Малик был погружен в изучение старинных фолиантов, сопоставляя информацию из них, с известной политической картой мира. Чуткий слух Малика уловил шорох одежды и колебания воздуха, исходивших из коридора. Обладая животным слухом, его ухо повернулось на звук. Тень прижалась к стене. Совсем близко к проему, ведущему в этот отдел библиотеки, где сосредоточенный Малик разбирался с бумагами.

Шаг… ещё один… каблук мягких сапог шаркнул по мрамору пола. Ухо Малика, уже давно повернутое в сторону проема, резко дернулось, будто что-то встряхнуло.

Таинственный наблюдатель начал медленно краться.

/Сапоги как у Кэттерин… бесшумны. Очень мягкая подошва и обтянутые бархатом каблуки… Спец… - думал про себя Малик, медленно доставая из кармана амулет маяка, что когда-то сделал Антон – Вот ведь маленькая пакостница… все надеется меня подловить…

На маленьком камешке горела одна маленькая зеленая точка. При концентрации взгляда, над точкой появлялся полупрозрачная надпись.

-Вери, ты опять пытаешься меня подловить?

Развернувшись торсом, Малик посмотрел в ту сторону, откуда слышал шаги. Край платья Вери торчал из-за угла, но та не выходила.

-Вери, ну иди сюда. Хватит там прятаться…

Малик встал из-за стола и неспеша направился к Вери на встречу.

Вери стояла, опершись к стене. На её щеках виднелись дорожки от слез, а в руках она теребила обрывок бумаги.

-Что случилось? Кто тебя обидел, любимая?

Малик присел на корточки перед Вери, взяв ту за ручки. Её ладони были холодными и тряслись, будто та держала в руках лед.

-Я все знаю… - начала Вери – я знаю, что тебе придется скоро покинуть земли эльфов и империи. Я знаю, что ты откажешься меня взять с собой… Я почти месяц, ещё до свадьбы, начала тренироваться. Каждый день практиковала скрытное перемещение, однако только ты способен меня увидеть… только ты обнаруживаешь меня… И как мне быть?

Вери начала бить своими маленькими кулачками по груди Малика, плача и смеясь.

-Я ведь знаю, что это глупо, но я умоляю тебя! Возьми меня с собой… Я понимаю, что ваша дорога ведет вас через огненные пустоши … я узнала, что вы ищите, я узнала и то, кого вы ищите. Прошу, не ищите его… Оно того не стоит. Я не хочу быть вдовой… Умоляю…

Вери плакала, схватилась за рубаху Малика и, уткнувшись в неё лицом, ещё громче заревела.

Так они и стояли. Обнявшись в тени коридора. Мягкий свет магических светляков играл тенями. В ночной тиши коридора были слышны тихие всхлипы Вери и мягкий тембр Малика, шепчущего что-то успокаивающее на ушко Вери.

Когда Вери успокоилась, она кротко посмотрела в глаза Малику. Там, в глубоких, теплых глазах любимого, читалась нежность и понимание.

-Прости, любимая – начал Малик – я не смогу обещать тебе, что возьму тебя с собой, но я обещаю, что рассмотрю вариант, при котором возьму тебя. Ты ведь и сама понимаешь, что мы отправляемся далеко не на прогулку, что там будет грозить опасность, и что нам будет куда легче выжить, если нам не придется беспокоится за своих любимых…

-Не верю, что Рохан не возьмет Кэттерин. Не верю, что он оставит её дома.

-Я тоже не думаю, что он сможет её убедить, но Рохан будет её убеждать.

-Я узнала кое-что интересное…

Отстранившись от Малика, Вери взяла того за указательный палец и потянула в библиотеку.

-Я прочла почти все древние свитки и наткнулась на совпадения в последовательности событий…

Дойдя до одного из стеллажей, Вери приставила стоящую рядом лестницу. Поднявшись на уровень головы Малика, она взяла оду из книг и развернулась к тому лицом, раскрыв книгу примерно на середине.

-Тут говорится о времени, когда на территории королевства Зартурр появился маг, который был любопытным и отличался от других магов огромной силой. С тем магом была его жена. Которая ходила с ним под плотным капюшоном и особо нечем не выделялась, но однажды её похитили и запросили выкуп. Маг сильно разозлился на похитителей и впал в бешенство. Поначалу он начал беспорядки в королевстве, разрушая лавки, отдельные дома и калеча людей, но, когда не нашел свою супругу в королевстве, тот уничтожил его одним заклинанием. После он начал преследовать похитителей, а когда нагнал тех, они сделали глупость, приставив к ее горлу нож. Маг отдал все ценное и даже пообещал тем не убивать их, если они отпустят его жену, но его жена толи потеряла сознание, толи оступилась, это неизвестно, но та упала, напоровшись шеей на острый нож и умерла, истекая кровью. Она умерла на его руках, а маг исчез, как и всё живое вокруг. Те места теперь называются пустошью демиурга, или огненные пустоши.

-Ты права. Именно туда мы и идем. Именно туда указала нам Лили, именно там обрывается магический маячок от её кукольника. Антон нашел по маяку самую стабильную энергию для перехода на нижние планы, а его демонеса, Лили, указала на то, что там есть больший шанс перейти на планы нижнего мира, не используя порталы.

-И вы верите ей? Мы разве не говорили, что демонам нельзя доверять?

-Вери, пойми – успокаивающей интонацией начал Малик – это наш единственный шанс. Нам не известно, что нас там конкретно ожидает, нам не ясен замысел этого кукольника, но мы знаем, что именно там следующая часть головоломки.

Вери молчала. Она сильнее вцепилась в рубашку мужа и пристально посмотрела в его глаза.

-Ты ведь уже все для себя решил… мне не отговорить тебя от этого похода…

Шмыгнув носом, Вери опустила глаза и кивнула, соглашаясь со своими мыслями.

-Хорошо. Я поняла…

Чуть отстранившись от Малика, но не отпуская того из цепких ручек, она подтянула его к себе, заставляя ещё ниже нагнуться, от чего Малик на мгновение потерял равновесие и тому пришлось опереться на одну руку. Его лицо застыло напротив её лица.

-Я, дочь короля эльфийского леса, Вери Иалхаф, отмеченная лесом Мэллорнов, названная БудСиддха (Бутон мира), заклинаю тебя, муж мой: пусть путь твой будет легким, а сражения героическими, пусть враг будет повержен. Пусть боги помогают тебе, и вернешься в наш дом ты героем, но не в повестях и на щите, а с гордо поднятой головой и на своих двоих.

Вери крепко обняла Малика за шею. Тот распрямился в полный рост, обхватив любимую за талию.

-Я запомню твои слова и твой заговор. Спасибо тебе, любимая.

Малик, не прекращая обнимать Вери, прошел до письменного стола и сел за него, посадив Вери на колени.

-Теперь слушай – начал Малик – Мы пойдем через орочьи земли, мимо «Драконьего хребта», а там напрямую в огненные пустоши. Антон должен был обследовать обстановку по магическому маячку, но точнее можно будет сказать по прибытию. Место прорыва в инферно точно определить не удалось. Такое ощущение, будто большая часть пустошей и есть портал…

-А что стало известно из наших библиотек?

-А толком нечего конкретного. Было несколько разведывательных групп в ту сторону, однако не каждая доходила, а те что дошли, описывают сильнейшую магическую аномалию, которая не дает пройти дальше чем на пару шагов, однако одна эльфийка, имеющая родство с людьми, не испытывала дискомфорт при попытке пройти границу.

-А люди? Они пересекали границу?

-Увы нет. Были слухи о том, что когда-то были в ту сторону караваны у орков, и что те доставали диковинные алмазы и украшения, однако потом информация обрывается и начинаются многочисленные упоминания о войнах на тех территориях. Одно из последних упоминаний рассказывает о том, что из тех мест перестали возвращаться караваны, что и прекратило дальнейшие попытки вылазок в те края.

-Иными словами, есть вероятность того, что там есть поселения и даже возможна жизнь?

-Именно. Антон сильно надеется, что жители тех мест смогут пролить свет на темный кусок истории. Да и информация об этом «Кукольнике» может там находиться.

Вери сидела на коленях у Малика. Они говорили почти до самого утра, пока Малик не обнаружил сладко сопящую Вери, уткнувшуюся в его грудь.

Малик аккуратно поднялся из-за стола и направился на выход. Идя по тускло освещенным коридорам замка, он остановился напротив распахнутого окна моста, соединяющего крыло библиотеки и основной корпус замка. На небе ярко светила луна, освещая собой густой лес перед замком.

/Как странно – подумал Малик – этот мир мне подарил сокровище, но я боюсь его потерять, а ведь когда-то боялся опоздать на работу или вовсе её потерять… а теперь собираюсь отправиться в неизвестность, откуда могу и не вернуться, однако я не боюсь смерти, но боюсь не защитить любимую…

По пути к спальне, малика провожали высокомерные, но всё же почтительные взгляды гвардейцев. Некогда ненавидящие и даже призирающие остальные расы, они с большим уважением смотрели на Малика. Хоть и оставались среди эльфов те, что презирали Малика, однако и они не могли не считаться с его силой.

Дойдя до спальни Вери, стоящие перед ней стражники открыли створки и почтительно поклонились. Вери спала, сжимая в своих маленьких кулачках его мягкую шерсть на груди. Подойдя к кровати и отодвинув балдахин, Малик нежно положил Вери на кровать, однако та не разжимала клочков.

Горничная, стоявшая подле кровати, мягко улыбнулась и медленно кивнула на кровать.

-Пусть сон будет ваш спокоен, а утро нежным и свежим – шепотом, певуче сказала горничная, выходя и прикрывая двери, она прижала к груди кулак и поклонившись.

Малик не стал отказываться. Он аккуратно прилёг рядом с Вери и нежно прижал ту к себе.


Приемная тайной канцелярии. Столица империи.


Старший дознаватель теней расхаживал вдоль стены своего кабинета. Вот уже больше двенадцати часов он допрашивает группу гоблинов из клана Гнилой мох. Глава клана уже багровый от злости и нетерпения, его подчиненные и вовсе неоднократно были грубо остановлены стражниками, в попытке перерезать ему глотку, а главному свидетелю нет и пяти лет. Хотя гоблины и живут в среднем до двухсот лет, но вот вырастают те раз в пять быстрее чем человеческие дети. По скромным подсчетам, юному свидетелю хоть и пять лет по человеческим меркам, но вот по меркам кланов гоблинов, его возраст давно перевалил за двадцать.

-Всеочень уважаемый старший дознаватель – сквозь зубы, шипящим голосом прервал молчание глава клана Гнилой мох – мы понимаем, что вы греххр ыр жишш (непереводимое ругательство гоблинов) понять пытаться, но мы усталь. Мой пра правнук ранен. Жизьего шаманы держать, а амулеты гонят кровь и дух трепещут, херысс баарка перршш (также непереводимое ругательство) но прервать вы хотеть? Раненый спать должен, лечиться должен, продолжить род должен, самки голодны, животы пустые уже три месяца…

-Простите, многоуважаемый Жууш. Но должен подойти наш гонец с императрицей. Мы не можем доверить эту информацию кому-либо еще. Я готов оплатить все расходы вашего правнука…

-Пра правнука! – воскликнул глава клана.

-Да – да, простите, пра правнука …

Дверь кабинета с грохотом открылась, будто ту вынесли тараном, от чего гоблины рванули с места и бросились в рассыпную. Парочка вскочила на потолочную перекладину вынув из ножен длинные зазубренные ножи, староста перехватил посох и начал скапливать сгусток зеленой сферы в ладонях, а раненный, вскочив на одной ноге, кувыркнулся через стол старшего дознавателя, заслонив того грудью и достал орочьий нож, что по размеру был для того как полуторник.

-Отставить панику! – громовым раскатом прозвучал голос старшего дознавателя - это императрица!


И верно. В дверях стояла взлохмаченная женщина. Было видно, что она застала доклад посыльного в ванной, что подтверждалось мокрыми волосами и влажным платьем, явно надетым набегу. На правой ножке красовалась красивая туфелька с розовым бантом, а вот на правой был заяц. Плюшевый тапочек в виде зайчика, раскрашенный в кислотно розовый цвет. Не смытая косметика на лице чуть потекла, а намазанная явно набегу или в седле жеребца, мчавшегося галопом, помада, была явно свежей…

-Моя императрица – галантно поклонился гоблин, глава клана – приветствую вашу красоту и изящность в этом обители ума и тайн…

-И я вас приветствую… Жууш… если не ошибаюсь.

-Верно, ваша умне…умнии…и… превосходительство…

-Я хочу заново расспросить раненного, остальные могут покинуть кабинет, если устали.

Обратившись к своей фрейлин, она показала на дверь.

-Пусть предоставят еды и пришлют лучших целителей, магов жизни и лекарей.

-Простите, но мы один клан… мы оставляем или трупы, или остаемся все…

-Я поняла, пусть тогда принесут лучшей еды и вина сюда… - распорядилась императрица.

-Повтори историю с самого начала медленно и детально, прошу… - положив ладонь на плече раненного гоблина, обратился к тому старший дознаватель.

Спустя ещё три часа гоблинов доставили к их клановому дому. Императрица неподвижно замерла на стуле и прикусив ноготок на большем пальце руки усиленно размышляла.

Старший дознаватель пил остывший травяной настой, просматривая показания раненного гоблина.

-…все-же это переворот… - вслух высказал свои мысли тот.

-Нет – ответила императрица – это хуже…

-И что-же это?

-Переворот не удался, всю казну вывезли именно через этот тоннель. У них был маг иллюзий, который наложил иллюзии на ключевые фигуры, выдав их за меня, начальника стражи и некоторых придворных… об этом совсем скоро станет известно в других империях и королевствах, что будет хорошим стимулом, чтобы начать войну. Нам не хватит средств вести продолжительную и открытую войну, да и наём сторонних агентов, как и подкуп господ, будут невозможны.

-А что до императора?

-Я все ему доложу. Нам стоит активизировать все силы теней и выяснить у кого резко прибавилось средств в казне. Также мы будем наращивать силу за пределами империи. Ключевые посты из списков с красным и желтыми грифами должны быть устранены, а вот что касается шпионов на наших территориях… попробуйте пустить ложную информацию о получении доходов с недавно найденной алмазной шахты и нового золотого рудника.

-Я вас понял. Да здравствует империя!

-Да здравствует империя!


Антон. Аванпост на границе с орочьими пустошами.


Луна освещала редкие барханы и высушенную землю. Алмазные пылинки мерцали и переливались, будто статоскоп. Холодный ветер разгонял душный воздух. Костер давно тлел, а сучья уже заканчивались. Совсем скоро должен подъехать Малик, и если все получится, то один. Кэттерин давно спит, Жасмин и Лили уже час как вернулись с патруля и собирались выпить крепкого вина, отдыхая и приводя себя в порядок.

/Совсем немного нас отделяет от нашей цели… - думал про себя Антон.

-Вот только не думаю, что это кто-то из нижнего плана… слишком все хорошо складывается…- бормотал он про себя.

-А ты не думай – раздался шепот Лили – мы это точно узнаем, когда будем на месте, а пока тебе стоит отдохнуть.

-Малик скоро будет здесь. Он совсем скоро выйдет вон оттуда – кивнул за один из барханов Антон – Малик объедет аванпост через полчаса.

-Откуда тебе это известно?

Антон протянул маленький камешек, расчерченный на несколько секций. Лили внимательно осмотрела его и удивленно уставилась на Антона.

-Это ведь артефакт поиска… но он не старый… ты сам его смог создать?

-Да. Это моя подделка. У Малика есть такой же.

-Очень странный ты… Я и не думала, что свяжусь с таким сильным магом, да ещё и артефактором…

-А ты не думай… просто верь нам. Я искренне хочу тебе помочь… тем более, что наши цели частично совпадают…

Лили отдала артефакт обратно Антону и уставилась на мерцающие барханы в дали.

-Красиво тут… все никак не привыкну к вашей среде обитания… Пока сама не увидела, думала, что тут живут просто лысые обезьяны… даже суккубам не верила, когда те возвращались сытыми из вашего мира…

-А разве те могут попасть на наш план?

-Могут… их призывают ритуалисты, иногда для войн, иногда для разового контракта, а иногда для вот таких низменных желаний как спаривание…

-Ясно. А как тогда можно вызвать того, кого мы незнаем, я про твоего кукольника.

-Не знаю – пожала плечами Лили – он сам приходил, заранее оставлял в ментале сообщения…

-То есть не призыва, не посланий через кого-то… он просто приходил туда, куда тебе говорил по менталу?

-Да. Теперь сообщений я не слышу, хотя иногда, когда стараюсь почувствовать, то вижу, что он меня ищет. Возможно, он просеивает нижний план, но на этом плане поиск не работает вообще. Можно почувствовать отголоски.

Мы ещё сидели у костра, когда из-за бархана появилась огромная фигура Малика.

Малик молча сел у костра и протянул мне фолиант.

-Нам самим не справится… да и армия точно будет мешать… я не вижу иного пути, но он сродни самоубийству… Подумай, Антоша… может ну его, этого кукольника?

Раскрыв фолиант, я поник.

-Вери обратилась к оракулам и пророкам своего клана. Они все указывают только на одно имя… Да ты и сам понял, что это та самая задница, куда нам не стоило залезать…

-Да, ты прав, но пути назад уже нет, да и смысл того, что мы отступим тоже нет…

-Мы не такие уж и войны, да и ты недо-маг… Нам крупно везло всегда, но сейчас нам точно не повезет. И ты ведь понимаешь, что он не пальцем деланный… за его плечами армия, и он не нуждается в тех костылях, которыми мы пользуемся…

/Да, я понимаю, что все это напускное, что моей маны хоть и много, но я не умею ей пользоваться. Я использую втрое больше маны на простейшее заклинание, когда меня можно удавить куда более слабым заклятием и с использованием ещё меньшим количеством маны. Я просто не встречал сильного противника или бил на упреждение… Да что там сила… главное опыт, а я даже не самоучка. Не открыл не одной книги, не прочел даже мануала, а в первых рядах и с шашкой на голо… при том, что с голой задницей… герой фигов…

-Нечего раскисать. Нам пора.

Когда все собрались и оседлали коней, мы неспеша выдвинулись в сторону огненных пустошей.

За две недели пути, мы сильно сдали. Желание идти вперед все улетучивалось, я перестал надеется на скорое прибытие. Только Кэттерин меня поддерживала и приободряла, хотя и сама начинала сдавать. На третью неделю мы всё же пришли. Наши кони хоть и часто отдыхали, да и запас еды не подходил к концу, но всё же путь для них был слишком тяжелым. Да, что греха таить, мы сами были на последнем издыхании. Жасмин вообще начала паниковать, когда перестала чувствовать линии жизни. Вот только Лили с каждым шагом воодушевлялась. Она чувствовала эманации нижнего плана, чувствовала силу преисподней…

У самой границы, мы сделали привал. Вот она, та самая огненная пустошь. Земля выгорела, всюду разливаются реки магмы, а воздух наполнен запахом серы. Где-то в дали видно поселение. Жасмин подошла беззвучно. Медленно опустилась на горячий песок и обратилась ко мне, продолжая смотреть в сторону поселения.

-Ты знаешь, я только сейчас ощутила слабость… Свою собственную…

Обхватив себя за плечи, она поникла.

-Мне не по себе от этого. Я боюсь того, что нас ждет… - продолжила она.

-Я с тобой. Не переживай. Если ты не уверена… я попрошу тебя остаться в лагере. Мы выдвинемся на разведку. Если там население мирное, то мы оставим тебя там. Не хочу рисковать вами.

Посмотрев на Жасмин, я вздохнул.

-Я оставлю с тобой и Кэттерин. Она та, ради которой я живу…

Когда мы отдохнули, а девочки успели ещё и что-то обсудить, наши сборы были прерваны неожиданной встречей.

У костра, когда мы передавали бурдюк с водой, умело захомяченым Маликом, нас стало на одного больше. Краснокожий паренек с вытянутыми рогами, вдоль головы, беспардонно принял бурдюк. Отпив воды, тот скуксился.

-А чо, вина нет? Вы ведь купцы!

Молчание было не то, чтобы гробовым, но оно длилось долгие минуты.

-У вас что за расы? – спросил молодой паренёк, внешне напоминающий демона – а то таких больших глаз я ни у кого не видел…

-А тут всех по не многу – ответила Лили, с любопытством всматриваясь в лицо псевдодемона.

-Я Аррикрус. Живу во-о-он в той деревне – махнул он в сторону поселения, куда мы собирались идти.

Мы по очереди представились, а когда начали расспрашивать парня, оказалось, что это не демоны, а тифлинги. В деревне население чуть больше двухсот человек, активно торгуют с соседями и другими расами, однако нашего брата там не видели очень давно. По его словам, раньше выдавали каждому купцу по кристаллу перемещения, чтобы те могли быстро вернуться снова, но не всякие переживали обратный путь.

Парень был своим в доску. Он настоял, чтобы мы разместились у него дома, который был и харчевней. Примерно через час - полтора, за которые мы узнали о его деревеньке почти все, мы дошли до пункта назначения. Деревня и вправду оказалась очень уютной, не считая красного песка под ногами и не высоких домов.

Нам на встречу вышло очень много жителей деревни, а когда мы зашли в харчевню, та моментально наполнилась народом. Нам тут-же заставили стол едой и вином. Судя по всему, люди тут привыкли, что путников надо покормить и накормить, а потом уже расспрашивать… я был безумно рад этому. На столько рад, что даже не сразу обратил внимание на то, что еда на столе все не убывает, хотя орудовали мы челюстями так усердно, что Малик уже третью вилку просит на замену, успешно проглотив предыдущие…

Спустя час усиленного пропахивания еды в желудки, мы отставили вилки.

-Ну – начал огромного вида тифлинг, обращаясь к нам – представьтесь, путники. Куда путь держите и откуда, чего припасов мало взяли и какими судьбами?

Лениво и неспешно мы рассказали о себе, о пути что проделали и о наших целях, на что местные только улыбались и даже смеяться начали.

Оказывается, что портал в инферно, который мы тут ищем, был закрыт ещё в те скорбные времена, когда тут был бой с последним демиургом. Они сами являются потомками демонов и людей, которые тут обосновались. Лили подтвердила, что от демонов у местных жителей осталось только восьмая часть силы, что её сильно огорчило, а вот местных обрадовал тот факт, что она является демонессой. Ей даже предложили остаться в деревне и продолжить жить, обучая магии и боевым искусствам, которые были утрачены.

Лили не стала отказываться, но расспросила о кукольнике, однако все только развели руками. Было ясно, что местные не только не в курсе, но и сами не желают ввязываться в войны.

Но были и плюсы от расспросов. Оказалось, что портальная арка работает и находится на площади. Её достаточно активировать, и тогда можно переместиться, но местные жители не умеют открывать его.

Эта пирушка медленно, но верно перетекала в пьянку и мордобой в лучших традициях русских былин.

На следующее утро, когда мордобой окончился дружной ничьёй, нам дали на всех две комнаты, где мы и упали спать, не переодеваясь и не пытаясь расстелить кровати.


Следующее утро.

На удивление, местная брага не имела побочного эффекта, в виде похмелья или головной боли, однако наши лица не выглядели свежими, сияя свежими фингалами и кровоподтёками. Огромное спасибо Жасмин, которая провела магическое исцеление всей нашей дружной компашке на утро, когда спустились уже к обеду.

Посидели отлично, морды набили просто замечательно, но вот теперь надо знать, что делать. По общему, единогласному решению нам стоит продвигаться через портал, однако вариантов выхода портала слишком велико. Как сказала Лили – нас может вынести с первого по девятый уровень инферно, причем на каждом уровне есть как минимум сотни выходов, что не внушало нам оптимизма.

-Можем сделать проще и безопаснее для большинства – предложила Лили, откинувшись на спинке стула – все остаются здесь, кроме меня и Рохана.

-Почему так? – спросил Малик – я точно не буду обузой!

-Ты слишком приметный. Ты на голову выше высших, что привлечет кучу внимания, да и одного спрятать за пеленой куда легче, нежели двоих.

-Лили верно говорит – вступился за предложение я – не стоит рисковать всем. Да и я иду туда за информацией, а не для боя.

-Хорошо, но чем мы тут займемся? Нам что. Тут сидеть и ждать, когда вы вернетесь? – спросила Кэттерин.

-Найдем чем заняться – оборвала возмущение Жасмин – тут можно начать обмен информацией, налаживанием контактов и вообще… тебе стоит поберечься… а чтобы ты была спокойна за Рохана, я вам обряд проведу… бракосочетания… у вас появятся знаки на груди, которые дадут понять состояния друг друга а также вы по ним сможете найти друг друга везде… правда про планы инферно не уверена, но можно попробовать…

Кэттерин опустила глаза и положила ладони на живот.

-Согласна…

-Я тоже – согласился я.

Спустя час, когда мы выбрались на площадь, Жасмин начала ритуал, на что собралось куча народа. Ритуал напоминал исповедь, в том смысле, что мы стояли на коленях. Мы так стояли друг на против друга, разведя руки и смотря друг другу в глаза. Жасмин стояла сбоку и читала молитву, периодически указывая на нас, а когда последние слова были сказаны, она положила нам на головы ладони, и сама упала на колени.

Ощущение было такое, словно на груди выжгли какой-то символ. Грудь чесалась и зудела. Когда мы встали, Кэттерин плакала от счастья.

-Все хорошо – спросил я шепотом.

-Да… я просто счастлива – ответила Кэттерин, вытирая слезы.

Поздравления доносились со всех сторон, некоторые даже подходили с подарками, на что Кэттерин с широкой улыбкой и слезами на глазах принимала их. Меня хлопали по плечу и обнимая, стараясь толи передать силу радости через переломанные ребра, толи просто хотели под шумок удавить…

Когда публичная свадьба окончилась, мы дружно направились в харчевню, где нам предстояло собираться в путь. Лили настояла на большом количестве припасов и камней силы. Как оказалось, в нижних мирах большой ценностью являются камни силы, но вот мы о них даже не слышали. Жасмин долго пыталась понять, что это за камни, а вот меня интересовал процесс синтеза этих камней.

-Да не как они не синтезируются – уже выходя из себя начинала ругаться Лили – они просто вырезаются из плоти инфернальных существ, а иногда и у источников силы находятся. Ну они такие – показала пальцами овал Лили – не большие и сияют. Имеют ещё внутренние силы или залитые…

/Камни силы… может сделать из камня, наполнив его силой…

Взяв овальный камешек под ногами, Антон попытался влить в него силу, но как только камень наполнился силой, тут-же рассыпался песком.

/Ну да, жульничество тут не проканает… хотя можно взять один из алмазов, которые нужны для создания амулетов.

Достав алмаз, повторная попытка заливки сил удалась. Не став заполнять его до конца, Антон протянул его Лили.

-Примерно такие? – показывая на алмаз, спросил я.

-Да… именно такие… да еще какой сильный, на рол двести потянет… (рол – аналог золотому в инферно)

-Отлично, вот только я его только-что сделал.

-Как? - ошеломленно спросила Лили

-Как любой артефакт… залил в пустой алмаз немного силы.

-А есть такие алмазы, но поменьше? Они станут отличной разменной монетой. А такой большой, точно привлечет кучу внимания.

-Хорошо – кивнул я – мне надо несколько часов на подготовку. Потом можно выдвигаться к порталу.

-Ага, давай – махнула она рукой, будто отгоняя собаку – я пока подготовлю портал, попробую выяснить место выхода телепорта.

Примерно час я готовил камни, а когда закончил, обратил внимание, что Кэттерин сидит в кресле, в моей комнате.

-Закончил? – спросила любимая – а то я тут уже и не знаю, чем заняться…

-Да, я закончил… теперь самое главное и важное дело осталось! – намеренно серьезно сказал я, с усилием скрывая улыбку.

-Да? И какое? – сникая спросила Кэттерин.

-Супружеский долг… - с расцветающей улыбкой сказал я, увлекая Кэттерин за собой.

Кэттерин, взвизгнув, бросилась на меня. Обхватив руками за шею, а ногами за бедра, она впилась страстным поцелуем в мои губу.

Упав на кровать, мы, в пылу страсти, не замечали одежды, лаская руками. Пас рукой, и на комнату ставятся купол тишины и запирается на магический засов дверь.

Осыпая любимую поцелуями, я начинаю развязывать тесёмочки на её рубашке, расстегиваю ремень и снимаю штаны. Кэттерин в свою очередь, не отстает о меня, стянув через голову мою рубашку и расстегивая мне штаны.

И вот мы уже обнажены. Наши тела тесно прижаты друг к другу, а губы все целуют губы, жадно впиваясь, как умирающий от жажды к бурдюку с водой.

Опускаясь в поцелуях все ниже, я ласкал любимую руками, слушая голос и сладкие стоны Кэттерин. Я приник губами к внутренней стороне бедер. Лаская Кэттерин, я наслаждался звуками страсти и вкусом любви. Она впилась в мои волосы, прижимая меня сильнее, в предвкушении оргазма, а когда, на пике страсти, она испытала сладкую негу, её хватка ослабла.

Я приник губами нова к губам любимой и с не меньшей страстью продолжил ласки уже рукой. Хоть она уже и готова была к соитию, но мне хотелось продлить её наслаждение. Ласки я продолжал осознанно долго, пока у Кэттерин не стало сводить в сладкой истоме ноги, а от судорог не стали непроизвольно сжиматься ноги. Раздвинув ноги, я медленно прижался к разгорячённому телу. Взяв её ладони в свои, я смотрел ей в глаза.

-Я люблю тебя, душа моя, мой ангел и моя судьба…

Я медленно входил в разгоряченное лоно. Беспрепятственно продвигаясь по узкому, влажному тоннелю «рая». Медленно и нежно входя, я с каждым толчком ускорял темп, осыпая её шею поцелуями и слушая её стоны.

-Ещё… глубже – просила томным шепотом Кэттерин – я люблю тебя, Антон…


Мы лежали на кровати. Я, заложив руки за голову, и она, обняв меня рукой и набросив мне на живот ногу. Её голова лежала у меня на груди. Кэттерин спала, уставшая и наслаждающаяся негой.

Мысли в голове не давали покоя. Я все думал о том, что хочется бросить все это и остаться тут. Денег должно хватить на год не бедного существования, работать могу местным магом, построить домик на отшибе и наладит портал до столицы империи, для обмена и торговли… Можно вообще всю жизнь прожить в этом уголке рая, среди тифлингов.

Я понимал, что хоть это и возможно в теории, но на практике мне некто не даст спокойно жить…

Кто мог обещать,

Что будет так легко

Нам вместе летать

Выше любых комет?


Плыть в этой дали,

Вне действия сетей

К лучшей из планет:

В утреннюю постель?


Самое главное счастье за всю мою жизнь!

Мне больше ничего не надо!

Я же хотел только этого всю мою жизнь:

Просто идти с тобой рядом!


Эх, сколько людей

Пропало без вести

В крысиной возне

Сильных мира сего.

Павел Пламенев - Всю мою жизнь


Когда я сам почувствовал, что тело уже отдохнуло, я аккуратно встал с кровати, не разбудив жену.

/Жену… я даже и не предполагал, что в этом слове может быть так много лаки, любви и светлого счастья… я счастлив – с улыбкой на губах, я погладил любимую по голове и укрыл одеялом.

Быстро одевшись, я снял защиту с двери и, не убирая полога тишины, поставив таймер его распыления на пару часов, вышел из комнаты.

-Ну ты и даешь… - с ухмылкой встретила меня Лили – ты ведь ещё не знаешь, что демоны слышат через полог тишины?! Мало того, что ты на два часа задержался, так ещё… развлекался там со своей женой, заставляя маленькую, никем не любимую демонессу испытывать зависть и похоть, заставляя её слушать эти звуки страсти через три стены от неё… я ведь даже с улицы слышала все… садист…

-А тебя некто не заставлял вслушиваться… извращенка – вернул я ей улыбку. Ну как, готово все?

-Да. Портал изначально вел на второй круг, но я все перенастроила, теперь попадем на мой круг. Да ещё и по близости к моему дому. Примерно в часе ходьбы. От тебя нужно наполнить это маной.

Протянув мне небольшую табличку, в виде треугольника, Лили показала на несколько камешков, выстроенных в форме пентаграммы.

-Это каналы силы – указала она на углубления, соединяющие камешки – а это накопители. В сумме мы имеем ключ-активатор. Сейчас уже поздно, у нас глубокая ночь уже, нужно подождать пару часов и можно выдвигаться.

-У вас там так быстро ночь проходит?

-Нет. Наши сутки примерно тридцать часов, но время наше не линейно. Ваш час – это четыре наших. У нас время по-разному идет.

Глава 12


Стоя у арки портала, я не слабо мандражировал. Лили держала ключ от портала, теребя кончик хвоста, она что-то бубнила, переводя взгляд то на ключ, то на арку.

-Всё нормально? – спросил я.

-А? – обернулась на меня демонесса – да… да, нормально. Я все перепроверяю… Это мой первый стационарный портал… я раньше не делала сама их… да и в институте такое проходили только мельком… Если удачно все сделала, то могу на магистра подавать заявление… могут и во вторую лигу взять… почти высшая… даже Марии Шка умоется соплями от зависти…

-Не знаю кто такая Маришка твоя, но я обещаю, что буду помогать тебе во всем, даже друзьями будем, когда кукольника грохнем…

-Не Маришка, а Марии Шка… жена второго принца девятого круга ада. Она вторая после высших… вот только по могуществу я её сильно превосхожу… Ладно – решительно отпустив хвост и сделав шаг к портальной арке, сказала Лили – пора начинать, чего беса за хвост дергать…

Сделав ещё один шаг, Лили вставила ключ в маленькую полость в портальной арке и подняла руки к небу.

-Аррхаишшш дурпайн баррос индарио энцасс…

Лили читала заклинание, а в арке начали закручиваться огненные всполохи. Язычки огня стремились к арке, извиваясь и вспыхивая, они закручивались и содрогались от каждого слова.

-Карри архашшш фиеарис курио энцасс…

Портальная арка вся залилась огнем, а в центре, где некогда из точки начал расходиться огонь, теперь расплывалась алая пленка. Сияя и мерцая, она растекалась к границам арки, сменяя огонь.

Когда арка была готова, Лили уже с трудом стояла на ногах. Её руки дрожали, а некогда блестящие живым огнём глаза, теперь были потухшими и блеклыми.

-Ты как? Может отдохнешь? – участливо поддержал её за локоток.

-Нет… портал будет действовать минут пять, а нам не известно, какого типа этот портал…

-В смысле?

-Порталы бывают двух видов – начала она лекторским тоном – тоннельные и типа «искажения пространства» … Если второе, то отлично, мы тогда сразу окажемся на той стороне, а вот если тоннельный, то нам придется ещё идти, и не известно, какой длины тоннель…

-Хорошо. Тогда пошли – сказал я, начиная потихоньку вливать силу в Лили.

-Да хранит вас единый – в спину сказала Жасмин.

Когда я обернулся, то увидел, как Жасмин обнимает за плечи Кэттерин, а та держит ладони на животе. Кэттерин не плакала, она улыбалась.

-Любимый, мы будем тебя ждать…

Переход портала.

Портал оказался тем лучшим вариантом, при котором нас переносило сразу. По ту сторону портала оказалось поле. Засеянное чем-то вроде ржи, огромное поле от края до края горизонта.

-Мы рядом. Я знаю это поле и ощущаю знакомое чувство силы. Мы даже ближе чем я думала. Нам всего час идти – посмотрев на меня, Лили оценивающе осмотрела меня и втянула воздух носом.

-Что такое, я не помылся что ли?

-Нет, просто от тебя человеком не пахнет… это к лучшему, а вот морок лучше навешать… - Лили задумчиво смотрела на меня, нервно похлопывая кончиком хвоста по голенищу – А ты знаешь, как выглядят демоны?

-Ну знаю, приблизительно, несколько образов…

-Тогда накладывай, я посмотрю…

Создав в голове образ, знакомый по фильмам ужасов и играм, я создал образ Дьябло из одноименной игры.

-Не… не надо тут создавать образ младшего брата Верховного… - отшатнувшись и заикаясь прошипела Лили – достаточно обычного демона…

Подумав о рогатом, высоком демоне с крыльями и копытами, где-то увиденном в фильмах, я сменил образ.

-Ты кроме высших и верховных вообще знаешь кого-то?

-Ну тебе вообще не угадишь… тогда покажи мне того, в кого надо перевоплотиться…

-Перевоплотиться? - Подняла бровь Лили – не накинуть морок?

-Не… морок слишком энергоёмкий и много маны надо на его поддержание, а вот перевоплощение легче. Надо всего однажды перевоплотиться, потратить ману также всего раз…

-Да ты уникум… хотя, чего я удивляюсь… судя по тому, что я вижу, ты можешь соперничать по силе и с высшими… хотя совсем немного не достает до верховного…

-Давай, показывай уже образ… чего ты сиськи мнешь?

-Сиськи? – рассмеялась Лили – ну да, точно инкуб…

Отсмеявшись, Лили задумалась…

-А ведь идея… Инкубы редко в наши края залетают, да и то с проверкой, а в доминионе они пользуются своей неприкосновенностью… их даже высшие не трогают, а ещё они частенько скрываются под балахонами… находясь на задании…

Сказав это, Лили отправила мне в голову мысле-образ с инкубом.

-Лицо у тебя подходящее, можешь не менять, но вот рога сделай прижатыми к затылку и отрасти волосы. Инкубы носят длинные волосы… ещё нужно зайти в лавку… тебе нужны подковы на копыта и хорошая одежда. Плащ я тебе дам, как раз взяла с собой.

-Нечего себе… - сказал я, получив образ – он настолько объёмный…

-Ну да. Я ведь не халтурю, в отличие от тебя.

-Почему я халтурю? С чего ты взяла?

-Показанные тобой перевоплощения были не проработаны и как-то … размыты… не четкие, будто ты их сам видел через мутное стекло…

-Ну ладно… Давай попробуем…

Напрягаясь, я начал преобразовывать свое тело, подстраивая под рост и вес образа. Самым сложным оказалось создание строение ног, где было целых два колена. Ноги сгибались в четырех местах, что было не только не удобно для осознания, но и тяжело было простроить связки и мышцы, на что ушло кучу маны, да и работу крыльев было тяжело прорабатывать. Оказалось, что инкубы не летают, а планируют с высоты. Мышцы были слабы на взмах, но держат каркас отлично. С учетом роста два десять, мой вес был всего сто килограмм, чего было явно недостаточно, но вполне позволяло крыльям держать мой вес.

-Отлично! Теперь аура… Ты должен проработать ауру, сейчас передам её отпечаток…

Аура было сложна. Ощущалось что аура темная и в ней были отголоски смерти, похоти и подлости… вот её накладывать и удерживать будет куда легче, чем морок внешности, однако держать постоянно… нужно придумать привязку на тело…

Создав ауру, показанную Лили, я начал растягивать её на тело и наполнять, делая ей ярче. Когда аура получилась и изъянов я не увидел, я привязал её к своему новому телу, подключая морок к прямой подпитке от истинной ауры.

-Вот это да… Ты и вправду отличный маг… Аура очень сильного инкуба, причем из элиты инкубата. Даже влечение есть… ты её хоть поубавь, а то тебя низшие демоны изнасилуют толпой…

Чуть поубавив эффект влечения, я повысил силу устрашения в ауре, что дало нужный эффект.

Глаза Лили, источавшие похоть, а щечки, налившиеся румянцем, сменились бледностью и страхом.

-Класс… теперь все ссаться будут от страха…

-При виде эталона сексуальности… Ты хоть предупреждай об изменениях в ауре… прибавь немного влечения и похоти, а устрашение поубавь, а то тебя обходить, и обычные демоны будут…

Меняя настройки в ауре, то убавляя силы потоков, то увеличивая, Лили комментировала ощущения.

Когда настройка окончилась, я как-то даже расслабился. Эта настройка ауры вымотала меня куда больше, нежели создание нового тела. Тонкая настройка была долгой и требовала очень серьезной концентрации.

Бросив в меня свертком плаща, Лили указала в сторону далеких огней.

-Пошли, там поселение Курагг. Там есть лавка с одеждой и приличная харчевня. Цены хоть и кусаются, зато там спокойно.

-А нам куда вообще нужно? – укутываясь в плащ, поинтересовался я.

-В Харгаз. Он в дне путина повозке. Или в двух часах на лошади… Нам спешить некуда.

Поселение оказалось большим. Сотни демонов разных типов, возрастов и цветов попадались на пути. Маленькие бесята тут видимо в виде наших гастарбайтеров, усилено махали метлами, носились с ведрами и вообще мельтешили у каждого дома, демоны по больше куда-то не спешно прохаживались, занимались какими-то делами, сидели на каменных скамейках. Детишки также бегали по улицам и играли, как и на нашем плане, девушки, хоть и с рогами и рожками, достаточно симпатичные для демонов, прогуливались в по улицам и мостовым.

-Чего рот раскрыл? – отдернула меня Лили – нам в лавку первым делом, потом слюни попускаешь на демониц… Самец…

-Э-э-э… я женат! Я просто смотрю на местное население…

-Ага… и плащ топорщится от восхищения рогами и модой… - с ухмылкой констатировала Лили – не переживай. Это аура так влияет, или ты думал, что быть инкубом просто? Они ведь, как и суккубы… постоянно секса хотят… да и тяжело себя отдергивать каждый раз… по себе знаю.

Зайдя в простенькую лавку, Лили окликнула продавца и что-то прошептала тому на ухо. Тот серьезно кивнул и показал рукой мне, чтобы я проходил дальше в комнату.

В комнате оказалась примерочная. Вдоль стенки стояли напольные вешалки, набитые одеждой разных фасонов и покроев. Среди них копошилось парочка низших бесов, видимо чистя и отглаживая одежду.

-Господин, прошу. Вставайте сюда – указал портной на место, посреди зеркал.

Лили сняла с моих плеч плащ.

Перед моими глазами предстал я в новом, демоническом теле.

Сильное, жилистое тело. Ниспадающие вдоль тела крылья, черные волосы, достающие мне до лопаток, крупные, толстые у основания рога, начинающиеся в тех местах, где у людей начинаются залысины, и ровно вдоль черепа, идущие ниже затылка, закручивающиеся у самой шеи.

-А я только сейчас смогла в полной мере оценить тебя – прошептала Лили, задев мои ягодица кончиком своего хвоста.

Мои ноги украшала густая растительность, начинаясь от середины бедра и до самых копыт. Крепкие, жилистые руки чуть изменились. Они были чуть длиннее, как и пальцы. Ногти стали напоминать длинные, прямые когти, на локтях появились острые, загнутые шипы, а разрез рта стал шире, от чего казалось, что я улыбаюсь. Открыв рот, обнажив зубы, я обнаружил, что зубов стало куда больше, а передние все, как один стали похожи на акульи, а вот клыки увеличились.

/Это не рот уже, а пасть…

Мне принесли кожаные, матово-черные штаны, алую рубашку с завязками на воротнике и пышными рукавами, Кожаный ремень со стальной бляшкой и черный плащ с глубоким капюшоном.

Одевшись в обновки, я оценил образ.

/Странно, но видимо такое тут нормально, но меня смущало то, что все вещи сами по себе чуть сели в размере, делаясь чуть приталенными.

Лили принесла несколько золотых штук, как оказалось это были браслеты на запястья и на длинные щиколотки, а когда надела, достала две фиолетовых подковы.

-Все, поворачивайся спиной и дай мне одно копыто. Будем копыта обувать…

Сделав, как она сказала, я испытал не предаваемые ощущения. По ощущениям, мне к стопе пытались прибить стальной брусок, причем боли я не ощущал. Маленький гвоздик входил в копыто, и изгибаясь, проходил в какую-то пустоту.

Когда мы закончили с моим перевоплощением, а точнее с моей одеждой, Лили не устояла, и сама прикупила несколько нарядов.

Расплатились мы тремя маленькими кристаллами с накаченной силой, которые я подготовил.

-Ими расплачиваются только те, кто из столицы прибывает. Они входу везде, но если предложить этот камень или равноценное количество золотых, то продавец выберет камни… Ну ты понял…

-Ясно, тогда расскажи, почему я одет как пижон?

-Пижон? – с интересом посмотрела на меня Лили – странное слово… В общем я поняла, что ты хотел сказать. Так одеваются все инкубы, некоторые носят прозрачные рубашки, кто-то и без рубашек, ты одет нейтрально…

-Теперь едем в Харгаз?

-Да, но нам нужно две лошади… только вот лошади у нас немного… эксклюзивные…

-Это как?

-Есть несколько видов. Боний – это по сути мертвая, почти полностью разложившаяся лошадь, которая была поднята из могилы. К нам они попадают от вас, когда лошадь умерла, но перед смертью бросила всадника в бою или сбросила того. Амистр – это магический конь. Абсолютно бессмертный. Он воплощение магической силы огня и изначальной тьмы. Амистры к приручению очень привередливы. Внешне страшноваты, но очень добрые… Найтмары есть ещё – это черная лошадь с огненными копытами и гривой. Боевая лошадка… выращивают только в инферно. Имеет возможность изменять строение кожи, наращивая хитин и боевой огненный рог, а также дышит огнем. Ну и фестрал… это не то, чтобы хорошая лошадь… Это магическое создание имеет, по мимо туловища лошади, ещё и крылья. Очень худая внешне. Питается сырым мясом и вытягивает любую магическую и жизненную силу при прикосновении. Лошадка очень злобная и кровожадная, однако если признает хозяина, то вся сила и магия, которую та поглотит, будет делиться на двоих. Не причинит вреда хозяину и тем, от кого пахнет им. Причем узнает лица и голос, хоть и не имеет глаз. В общем тебе придется выбрать одного из тех, кого найдем в конюшне… А если ни один из коней тебя не признает, то придется на повозке ехать. В повозку впрягают маасков… то ещё приключение, ехать даже рядом с ними…

-А это что за чудо-юдо?

-Напоминает ваших коров… только вот пахнут приотвратно.

Подходя к конюшням, я ощутил всю гамму непередаваемых ощущений. Запах стоял такой, будто разлагающийся труп закопали в кучу навоза и сверх высыпали несколько тон тухлой рыбы…

-Чувствуешь? – зажимая нос пальчиками, спросила Лили – это мааск…

-Понял… а можно пешком?

-Пешком долго, да и переплывать озера и реки лавы ты точно не будешь.

Мы молча, зажимая носы, зашли в конюшню. Коней было много, в основном найтмары и амистры, только один боний стоял меланхолично в конце стойла.

-В крайнем случае возьмем тебе боний. Они не привередливы к хозяевам. Обычно их берут, если предыдущий конь умер, убит или далеко… в другом деменионе…

Лошадник оказался высоким демоном. Тот был в кожаной куртке с шипами на плечах и таких-же кожаных штанах. Особо нечем не примечательный, не считая трубки с табаком в зубах.

-О! – воскликнул он – Лилиан, давненько тебя не было видно. Опять сбежала из дома, или ты решила погулять?

Заметив меня, демон как-то дернулся. Убрав трубку, тот вежливо и даже как-то пугливо поклонился.

-Высокий лорд – обратился тот ко мне – приветствую вас. Вам уже понравилась какой-нибудь скакун? Хотите объездить, или желаете купить, не объезжая?

-Посмотрим, какой подойдет…

-Князь потерял лошадь… - осторожно подбирая слова, начала Лили – несчастный случай произошел… Теперь нужна новая.

-Как скажете, князь… - лошадник кланяясь отошел в сторону, показывая рукой, что я могу выбирать.

Проходя по конюшне, лошади всхрапывали и со страхом косились на меня, отодвигаясь в глубь своих стойл.

Проходя мимо одного из последних стойл, я заметил, что лошадь в нем не оказывает негативных эмоций и посмотрел на неё пристально. В стойле стоял найтмар, однако огонь на его копытах и гриве тухли прямо на глазах.

-Вот и первый имп… - с сожалением сказала Лили

-Я что-то не так сделал? Этот вроде меня не боиться…

-Он не бояться, от того, что умер… Он встретился с тобой взглядом и испугался. Сердце не выдержало… как у вас говорят…

-А по факту?

-Развоплотился он. Если его сущности становится страшно, а привязки к хозяину нет, то может развоплотиться…

-Копыта, значит, отбросил от страха?

-Ага… а платить нам…

Дойдя до самого конца, где стоял меланхоличный боний.

-Придется брать его… а жаль, он не очень-то и симпотичный, да и попахивает мертвечиной.

-Хозяин – окликнула конюха Лили – мы боний берем и того первого амистра, а за мертвого найтмора мы оплатим отдельно и половину, он сам испугался…

-Как скажете, леди Лилиан, сейчас подготовлю скакунов, а вы пока подождите у стойла.

Через несколько минут мы уже выезжали из поселка. В кармане, одиноко звенели последние шесть магических камней. В седельных мешках лежало несколько кусков свежего и не очень, мяса для наших коней, а вот у самих, еды было не так много.

В пути Лили о чем-то думала, не отвлекаясь на пейзажи, Подходя к лавовым рекам накладывала на мою лошадку какую-то сферу, которая не давала касаться копытами лавы. Мы так прошли три реки и одно маленькое озеро, огибая только редкие скалы, а точнее острые, каменные пики, торчавшие из земли.

Харгаз оказался крупным городом с каменной стеной по периметру. Ворот у города не было, однако я уверен, что, если будет какое-то нападение, ворота появятся. На это указывал след чего-то тяжелого на земле, где должны быть ворота. На башнях стояли часовые, в вдоль стен ходили патрули из черных собак, размером с кавказкой овчарки.

-Это Харгаз. Город где я жила. Тут есть приметная харчевня, где я частенько встречалась с кукольником. В принципе это столица этой провинции. Третий город в доминионе.

Въехав в ворота, нам приветственно поклонилась стража, а вот Лили подмигивали.

Слева от ворот, когда мы миновали те, находилась харчевня, с пестрым названием «У черта на рогах», хоть я и начал направлять кобылу в ту сторону, Лили покачала головой и показала чуть правее.

-Там мой дом. Зачем нам платить за кров и еду, если можно жить в доме?

У самого дома, Лили к чему-то прислушивалась. Несколько минут мы стояли у самих дверей, а когда она выдохнула, показала рукой, что можно идти.

-Я живу не одна. У меня есть опекун… дядя мой. Родителей убили, а он был их другом, вот и взял меня на попечение.

-А почему он не рассказал тебе о том, кто твои родители?

-Слышал когда-нибудь о клятве на крови?

-Да… ты серьезно?

-Это людишки могут её нарушить или обойти, а вот демоны и ангелы не могут. За этом следит наша сущность… наша кровь начинает закипать и спустя несколько мучительных часов наше тело взрывается… у ангелов не знаю, как это происходит, но не думаю, что просто насморк появляется… - с ухмылкой сказала Лили, прикладывая к двери ладонь – дяди дома нет. Он инспектор какой-то… вроде на пыточных работает… иногда работу на дом приносит, но не думаю, что он не убрался в доме. Он аккуратный…

Открыв дверь, Лили зашла внутрь. Я следовал за ней. Как только дверь за мной захлопнулась, Лили резко уменьшилась на две головы и стала невысокой девушкой лет двадцати. Одетой в растянутый свитер до колен, с надписью «Abigor is alive!», на носу красовались маленькие пенсне, а ногах красовались высушенные человеческие головы с розовыми волосами.

-Чево? – обернулась Лили – я дома, хожу без истинной ипостаси. Тут норма находиться в том воплощении, в котором удобно. Это одна из моих личин… домашняя и уютная.

Я только хмыкнул, смотря на черепа, которые она использовала как тапочки.

-А это настоящие?

-Черепа – да, а вот цвет можно выбрать в магазине. Я выбрала Панковский… правда есть миры, где с такими волосами старухи ходят, чтобы их из далека было видно… я правда эльфийку одну видела с такими волосами, но это вроде как неудавшийся эксперимент был… алхимический – уточнила Лили.

-А Абигор?

-Абигор умер в последней войне нижнего и верхнего плана. Он тогда пакт подписал собственной кровью, о ненападении. Теперь уже более четырех тысяч лет мир… Ладно, хватит истории, если так желаешь просветиться, то ступай в библиотеку, она на втором этаже, я пока схожу в душ, приготовлю что-нибудь перекусить…

Лили ушла в дальний угол, а мне не оставалось нечего, как подняться на второй этаж, как раз в ту самую библиотеку.

Дом у Лили был обставлен простенько и со вкусом… причем демоническим. Все было сделано из камня и стали. По стене были развешаны амулеты, картины, на тему «поедание ещё живых людей» и «Победоносные баталии ада», а также некоторые части тел разных неизвестных животных и гуманоидов. На одной из стен зала, торжественно висели белоснежные крылья… надеюсь это просто гигантский лебедь…

Поднявшись по лестнице, я попал в огромную библиотеку. Множество стеллажей были заставлены книгами и свитками, в последствии оказалось, что большая часть была по истории. Просмотрев корешки книг, где были названия, я наткнулся на рукописную книгу, причем написанную совсем недавно.

Книгой оказался дневник Лили. Там описывалось то, какие книги она прочла, где и какие страницы в книгах отсутствовали и какие выводы она сделала. Судя по содержанию, она искала сведения о своих родителях, однако они не находились. Найдя среди записей одну из книг, в которой было точное описание произошедшего в тот роковой день, я решил найти эту книгу на полках. У меня была идея, которая забралась в мои мозги, когда хотел просмотреть прошлые воплощения кукольника и его приспешников.

Найдя книгу, я начал её листать. Найдя отсутствующую страницу, я начал читать главу, из которой она была выдрана.

/Память о жатве предателей.

1889 год по сукубату, месяц маригрот.

Лорд пламени ада, великий Ваал III прибыл в окрестности Харгаза, где стоит замок … (Обрыв страниц шести) …Бой окончен, и все предатели пали, а подхлебатели бежали, ища дыры, куда забьются до скончания веков.

Поняв, что нечего не понятно, решил найти информацию об этом Ваале. Итог таков, что этот Ваал III стал нынешним повелителем третьего круга ада, а вот ранее там командовал Агварес. Его подозревали в неправильной отчетности и повышению собственных сил, за счет неподотчетных душ, что могло стать поводом для захвата верховного престола, а вот «герой всея… ада», этот совсем неизвестный некому Ваал III, принял на себя командование войсками легиона и сверг Агвареса, однако дальше обрыв страниц. Видимо Агварес был другом или ещё кем для таинственных родителей Лили. Потом новая страница, и снова чушь о том, какой Ваал молодец и лапочка – спас сатану, спас доминион…

Взяв предыдущую книгу, я подошел к единственному пустому столу. Вытерев пыль со столешницы своим рукавом, я положил книгу на край.

/Вот блин, рубашку испачкал… она тут давненько не была, раз тут так пыльно…

Начав выстраивать в голове схему магического активатора, я начал рисовать на столе мелом схему обычного анализатора.

/Такие анализаторы использовали для восстановления документов или файлов на твердых носителях. В принципе должно сканать.

Магический активатор должен начать процесс восстановления, а также изменения времени в конкретной области. Наложив на схему магический активатор, добавив к структуре временное искажение, процесс начался.

Я долго стоял над книгой, направляя и корректируя потоки маны. Как итог – страница начала появляться на том месте, где была вырвана.

Спустя ещё минут двадцать, когда страница уже восстановилась почти полностью, я начал формировать заклинание нетления, это означает, что время для этой страницы остановится в тот момент, когда она полностью буде восстановлена.

Устало оперевшись руками о стол и опустив голову, я облегченно выдохнул. Удалость накатила, я сделать то, что я и хотел, правда пришлось сильно вымотаться, с учетом того, что я ещё не отдохнул от преобразования тела.

-Как … - раздался шепот за спиной.

-Что как? – устало спросил я, не поворачиваясь.

-Как ты это сделал? – судорожно схватив книгу, начала вчитываться в лист Лили – я ведь пробовала все, даже жертвенник делала. Эти страницы удалены магией повелителя, а значит – невосстановимы...

-Знаешь, я тут подумал – начал я искать глазами кресло – что ты хреновая хозяйка. Я тут гость вообще-то, а ты мне даже поесть не предложила…

Найдя кресло, я тут же опустил в него своё уставшее тело.

-Ты давай тут не соблазняй… я вообще-то женат…

Лили мельком посмотрела на себя, подняла спавшее полотенце и быстрым шагом, не отрываясь от книги, вышла из библиотеки.

Через пол часа на том-же столе уже стояло блюдо с хорошо прожаренным мясом, овощами, несколькими яичницами и два кувшина с вином.

-Знаешь – обратилась Лили – если бы я не уважала тебя и твою силу, то сейчас уже глубоко… «извинившись», оседлала-бы тебя. Ты не представляешь насколько я тебе благодарна… теперь я знаю о какой семье в книгах говориться… более того, теперь я знаю свою фамилию.

-Это что-то решает?

-Да. Ты выполнил свое обещание до того, как я выполнила свое. Теперь я не просто обязана исполнить обещание, но и теперь я твой вассал… не в полном понимании конечно… но просто нет у людей такого слова… что-то вроде вечного должника. У нас законы крови есть, что-то вроде обычаев. Согласно одному из них, я должна тебя сопровождать по жизни. Причем быть вернее, чем жена… В общем поздравляю! Теперь у тебя есть две жены. Одна – жена по закону людей, а вторая – по законам крови демонов.

-Супер – ответил я с набитым ртом – только теперь ты сама объяснять все это будешь Кэттерин… Ах да – прервал я Лили – секса между нами не будет… Я всё-таки женат…

-Я конечно не против, но разве у людей моногамия? Вроде супружеские связи не означают, что секс с другими запрещён… Ну это не мое дело… сами разберетесь. Ты лучше объясни, как? Как ты смог восстановить страницы?

-Я создал магический анализатор, добавил к нему заклинание искажения времени, а когда страница проявилась, наложил заклинание нетления. Вот и весь фокус и не какого шарлатанства…

-Я хочу познакомить тебя с дядей. Он конечно страшноватый, для людей, но я хочу, чтобы ты рассказал ему то, что ты сделал… и показал, если это возможно. Он пытался нечто похожее сделать, но у него не получилось.

-Я не против конечно, правда у меня есть вопрос к тебе.

-Какой?

-А мы разве немного не за другим здесь?

Лили как-то осунулась и посерела.

-Я тут весточку кинула… в общем кукольник будет послезавтра…

-Но?

-Но не факт… обычно он на второй день после весточки приходит, однако я не могу гарантировать этого сейчас. И ещё…

-Что ещё?

-Помнишь пелену перед тем, как войти в портал?

-Да.

-Это пелена обмана…

-А конкретнее?

-Я создала пелену обмана, чтобы твоя психика не пострадала от увиденного. Тут как бы ад… тут нет цветочков и всяких там колосков… Тут и цвета мира немного… немного мрачноваты, по сравнению с твоим миром…

-А если снять пелену?

-А она уже спадает. Она не вечна, она только на время и имеет особенность спадать постепенно. Так-то часов через десять ты увидишь ад в его полной красе… Сочувствую. Я хотела закончить за пару часов…

-Да и ладно. А что делать мне? Я ведь повлиять на это не могу… Будем разбираться с проблемами по мере их поступления.

-А мой дядя уже едет сюда. Я предупредила, что ты не обычный гость, но будь на стороже. Он хоть и добр ко мне, но с прочими он вероломен и подл как Ваал.

-Хорошо. Что я должен знать о повадках демонов, чтобы не выдать себя, как человека?

-Будь жестоким и хитрым. Продумывай каждое слово наперед, стараясь не только не подставиться, но и подставить…

-Ладно. Будем посмотреть…

Сегодняшний день прошёл в чтении старых книг и проверки своих способностей как демона.

На улицу я опасался выходить. Всё-таки пелена стала спадать, и эффект стал виден уже ближе к исходу дня, когда иллюзия стала спадать не только с окружающей обстановки помещения, но и с воздуха и даже освещения.

Когда я доедал свежий салат с мясом, внезапно на, некогда стальной вилке, а ныне костяной, трепыхалось живое, сырое мясо и подозрительно черное растение, внешне походившее на строение хитина у пауков.

-Слушай, Лили, а Хель не будет против, что мы тут её детишек кушаем? – с омерзением осматривал я паука.

-Хель? А, вторую супругу Ваала… не, не будет. Она из этих… как их там… мазохистов. А Ваалу пофиг. Он не по этой теме.

-Ну и хорошо.

Как-то не обратив внимание, на автомате закинул в рот содержимое и прожевал.

/А не плохо… овощной салат с горячей курочкой напоминает…

Медленно сползая с глаз, обманное заклинание вводило моё сознание в диссонанс.

За окном было все черным-черно, только алые всполохи раскрашивали пространство, давая освещение, однако мне это не мешало. Мои глаза видимо успели привыкнуть к инфернальному освещению. Вся посуда была исполнена в одном стиле. Казалось, сделанная их расплавленного воска, однако по ощущениям это был камень.

Закончив с салатом, я рискнул выйти на террасу.

Мне в голову пришла старенькая песня, которая сразу закружила в голове.

Помню: огненный шторм! Непроглядная тьма!

Восемь месяцев ночь! И 3 года зима!

Это люди сошли из-за денег с ума!

Всё богатство людей - это грязь и гнильё!

Так пускай мертвецы охраняют своё!

Для меня же бесценно - встретить её,

Эту новую жизнь вне смерти!

Павел Пламенев - Вне смерти


Казавшиеся аккуратными, каменными домами, по факту оказались выточенными из скалы кубы, в которых были окна и двери. Вдоль дороги ходили каменные големы с черными сферами в животе. Они стонали беззвучно рыдали. Мелкие бесы подгоняли их пинками, ударами копий и палок. По центру улицы, вальяжно и спокойно шествовало чудовище, размерами и формой напоминающее слона, однако не больших ушей, не хобота не было, а на голове было лицо. Уставшее, полное скорби и боли лицо, расписанное люминесцентными красками. Всадник этого гиганта, закутанный в тряпки, также имел грозный, но скорбящий вид. В руке имелось копье, источающее силу огня и боли.

-Это Бегемот. Он заправляет пирами, однако сейчас он сопровождает души грешников на муки. Не каждая душа удостаивается этой чести…

-А всадник кто?

-Это я про всадника… а это боевые коррбы. Они в принципе были созданы как осадные орудия, но сейчас они пасут грешников и провожают их до чистилищ.

Передав мне в руки каменную кружку, Лили облокотилась к стене дома.

-Тут скучно – тихо сказала Лили.

Когда я допивал кофе, разглядывая снующих по улицам демонов, к дому подошел очень крупный, чем-то на Малика похожий демон. Оголенный, собранный из сотен тысяч мелких частей, красный череп. Широкое тело, закованное в пластинчатую алую броню, обрубленные на сгибе крылья, алое пламя над головой и узкие, закрученные в кольцо рога. Он казался изящным и подвижным, при своих габаритах.

-Хочу представить тебе Рохана – подойдя к демону, указала на меня Лили.

-Очень приятно – сладким баритоном ответил демон, оценивающе посмотрев на меня.

-Рохан – обратилась ко мне Лили – это мой дядя, Варголом. Повелитель верхнего круга, нижних планов Инферно.

-Безмерно рад знакомству, Повелитель верхнего круга, нижних планов Инферно – поклонился я, не сводя с этого, точно опасного демона.

-Можно просто Варг… меня Лили так называет, а если она ваша должница… да и в таком плане, то и вы мой друг…

-Благодарю за честь – ответил я осторожно.

-Давайте в доме поговорим – указал на дверь Варг.

-Дядя, ты не поверишь, он смог восстановить страницы! Он сделал это… я все прочла! Это невероятно…

-Тише. Налей нам кофе. Нам стоит кое-что обсудить с Роханом…

Когда Лили ушла на кухню, Варг посмотрел своими мертвенно-белыми глазами в мои. Долго смотрел, дергающимся взглядом.

-Ты ведь человек… да ещё и демиург… не удивительно, что ты смог сделать себе такое тело… Уважаю твою силу…

-Я не наврежу Лили… она моя подруга – начал я ответный натиск – я прибыл сюда с очень деликатной целью и прошу Вас о содействии. Всего рассказать не могу, но постараюсь донести до вас следующее: Мировой баланс нарушается неким «Кукольником», который решил использовать в своей грязной игре Лили, давя на ней призрачными обещаниями… Я сразу исключил для неё давление со стороны неприятеля, однако необходимо выйти на него.

Я придвинулся к Варгу так, словно собираюсь напасть.

-А когда я грохну эту падаль, я с превеликим удовольствием свалю отсюда и не буду страдать от того, что не прочувствовал всю прелесть Инферно… К Лили я не буду относиться иначе как к другу и соратнику, а вы, являясь её дядей и близким … демоном, для меня на ровне с ней.

Мы молчали. Его мертвые глаза чуть убавили свечение. Сняв костяную перчатку с высохшей руки, Варголом устало облокотился на спинку стула и начал отбивать мотив на столешнице.

Лили, поставив на стол кружки с ароматным кофе, присела за стол, поджав под себя копытца.

-Ну как, познакомились, обменялись колкостями – ехидно спросила Лили.

-Да. Этот демеург тебе помог, а теперь мы поможем ему. Он не плохой человек… моё мнение об этих букашках изменилось…

-Это ведь не только пища, но и очень интересные собеседники – попыталась защитить людей демонесса.

-Ага! Когда я в следующий раз буду обгладывать тело ещё живого человечка, я начну снизу, чтобы мы смогли ещё и поговорить – ухмыльнувшись, пошутил демон.

-А вы веселые… только от вашего веселья как-то зябко…

-Не переживай. Мы людей редко едим. Сейчас перемирие с верхним планом, да и пакт о ненападении… да и просто так на средний план не попадешь – огорченно и с какой-то ностальгией проговорил Варголом, проведя по черепу сухими пальцами.

-Извините за гастрономическое любопытство – обратился я – а что именно вкусного в человеке? Я имею ввиду не какой орган, а почему именно человек?

-Да нет тут не секрета, не особенностей… Давай на примере… У вас есть такой фрукт как персик, так вот, чтобы достать семечко, надо выковырять его из плода… А плод вкусный и сочный, вот также и мы… зачем пропадать достаточно сочному и вкусному мясу, когда достаешь душонку…

-С этим разобрались. Теперь к нашим имбам… - вот всевышний, я теперь по-местному выражаться начал… - Расскажите в чем была проблема с книгой и историей Лили в целом.

-Тогда расскажу я – начала Лили, пододвигая к себе книгу – дядя не может нарушить клятву крови.

История была долгой, но интересной. Если в вкратце, то дело обстояло так:

Лили родилась лет сто двадцать назад, родителей не помнит, согласно общей информации – они пропали без вести или погибли, однако дядя намекнул, что это ложь.

Кто-то могущественный наложил на весь второй круг ада магическое заклинания, изымая все упоминания из летописей, запретил упоминать её родителей как устно, так и письменно. Дядя, будучи повелителем верхнего круга, нижних планов Инферно, и являясь близким другом семьи, решил взять Лили под свое «крыло», обучив и воспитав Лили. Она получила общее образование, благодаря дяде, а после получила и высшее инфернальное, в высшем университете имени Асмадея.

Когда Лили окончила институт, её первой практической работой был сбор грешных душ на среднем плане. Она попала на поверхность среднего мира во время войны, когда и смогла собрать достаточно душ, однако оказалось, что лили не просто готовилась теоретически к этой практике, но и проявила инициативу, достойную демонессе. Она во время экзаменов, через астральное зеркало, подталкивала правителей и вождей на войны и склоки. Таким образом она окончила практику раньше всех и с отличием. Все академическое время, она уделяла не только учебе, но и поиску информации о родителях, закапываясь с головой в книги. А через некоторое время на неё вышел кукольник, пообещав ей информацию о её родителях. Тогда Лили работала репетитором при институте и частным алхимиком. Ей услугами пользовался весь доминион, от чего её имя было достаточно известно не только в городе.

Согласно воссозданным страницам и другим источникам, прояснилась следующая история:

Жили в Инферно такие демоны как Ваал и Астарта. Были они мужем и женой, Но Астарта не любила Ваала и смогла уйти от него. Астарта влюбилась в Берита, двадцать восьмого духа, могущественного, великого и ужасного герцога. Он правил на втором демоническом уровне и имел собственный замок. Астарта и Берит родили Лили – прекрасную, маленькую демонессу.

Ваал узнал о том, что его неверная супруга родила не от него дочь и решил покарать как супругу, так и того нахала, который посягнул на его собственность. Ваал отправил своего среднего сына, Ваала III, который прибыл в Харгазу, взял себе в подчинение Авимелеха, который разрушал и грабил храмы Берита, понижая его паству и силу в доминионе. Берит объединился с главнокомандующим армии второго круга ада, отражая натиск армии Ваала III, но, когда Берит ослаб, Ваал III убил того, пронзив копьем под сердце, Астарту тот пленил и увеез на девятый круг ада, где бросил в ледяное озеро Коцыт, под личный контроль и охрану Антея. Ныне Астарта мучается там уже более сотни лет.

Владения Берита ушли Авемелеху, все друзья и ярые поклонники Берита ушли в дикие земли, что лежат между княжествами и кругами ада, где и скрываются по сей день. Варгалом не смог оставить в тот месяц своего трона и прибыть на помощь, да и развязывать войну доминионов Инферно было как минимум не рационально, даже ради давнего друга. Когда Варг смог прибыть в Харгазу, тот не смог оставить сироту. Сам похоронил друга в склепе и выделил средства и время на воспитание юной Лили.

-Мда-а-а-а… - изрег я в задумчивости – и что теперь? Будем штурмовать девятый круг ада, вызволять Астарту? Свергать Авемелеха?

-Из тебя шут тот ещё… Нам не тегаться против Ваала… а именно он стоит за Ваалом III и Авемелехом. Штурмовать девятый круг тоже бессмысленно, только зря души свои положим там…

-Мне достаточно навещать маму… я буду очень рада… - чуть грустно высказалась Лили.

-Хорошо. Мое дело предложить – ответил я.

-Я скажу так: мне приятно, что ты предложил штурмовать ад… да и демеургу это под силу, но не стоит этого делать. Это приведет к полномасштабной войне.

-Договорились. Так что делаем?

-Как что – удивленно спросил Варгалом – мы восстановим остальную информацию, а параллельно ты научишь меня этому, чтобы я мог и сам восстанавливать информацию… Хоть Владыка и говорит, что любопытство и стремление к знанию – это великое благо, но слишком много закрытой информации… очень много ангелов в сундуках у высших демонов…

Глава 13


В течении всего следующего дня, мы с Варгаломом восстанавливали информацию в книгах. Варг оказался компанейским… демоном. Быстро найдя общий язык, мы смогли поделиться несколькими разработками на почве магии, я обучил его не только процессу восстановления данных, но и поиску по амулету, с дополнительными условиями. Варг оценил удобство и функционал, поделился простейшими заклинаниями из арсенала демонов, такие как огненный клинок, аналогичная плеть и коса, лавовый голем, дрожь земли, огненный вихрь и много другого, но больше всего поразило заклинание вызова адской брони. Как я смог выяснить, в аду есть очень прочный метал – адомантит, который по прочности в сотни раз крепче стали и в два раза легче её. Призвать оружие у меня получилось с первого раза, а вот броня почему-то не призывалась. Как пояснил Варголом, она появляется только после инициации, или в критической ситуации.

Лили приносила нам еду и кофе, попробовал местное вино, но бросил задумку выпить ещё бокальчик, после того, как узнал, что там содержится кровь какого-то магического животного.

К ужину Варг резко поднялся и вышел на террасу. Лили сообщила помысле-связи, что кукольник пришел в таверну.

-Выдвигаемся! – скомандовал Варг.

Не размусоливая, мы выдвинулись к таверне. Народу было не много. Некоторые демоны просто сидели и пили, кто-то активно общался, под кружечку чего-то алкогольного. За дальним столиком сидела Лили, а на против неё сидела фигура в глухом балахоне.

Лили заметно нервничала и постоянно осматривалась, а вот фигура была спокойна.

/Что-то тут не так. Я вижу фигуру, я виду одежду, а вот ауры нет… нет не ауры, не магии, нечего…

-Окружим его. Я обойду справа и сниму балахон, а ты держи руки и постарайся обездвижить. Не нравится он мне…

-Что не так – шепотом спросил Варг.

-Нет ауры и даже мелкого всполоха маны…

Мы двигались шумно. Пару раз на нас даже обратили внимание не только посетители, но и фигура в балахоне. Так и задумывалось. Мы не должны были выдать связь с Лили.

-Эй – окликнул я подавальщика – а ну неси чего пожевать… Есть буду.

-Вам вина, пива или чистой крови? – осведомился демоненок.

-Вина с кровью… лучшего, что есть в этом месте…

Садиться за столик я не стал, а подошел к одному из соседних от Лили столиков, где сидела парочка демониц.

-Леди – постарался в голосе проявить как можно больше елейности и ласки – уставший путник хочет откушать в компании прекрасных дам, не будете так любезны скрасить мне обед?

Девушки явно были не только скрасить мой обед, но и сны, о чем говорили загоревшиеся страстью и интересом глаза.

-Присаживайтесь, господин – прощебетала та, что по внешнему виду была чемпионом по бодибилдингу.

-Мы раду будем оказать такую малость такому любезному и интересному инкубу… - ответила чуть хриплым голосом её подруга.

Девушки были колоритными. Та что по крупнее, была вся багровой, с развитой мускулатурой и маленькими рожками, её соседка была ниже ростом, голова представляла собой сплошной, гладкий череп с острыми зубами. Глаза были зелеными светлячками в бездонных глазницах, а рога, растущие из черепа, завивались кольцами и шли вдоль затылка, сама была в темно-синем балахоне. Девушки кокетливо улыбались, а от самих веяло страстью и похотью, что вызывало в душе какой-то азарт и рокот.

Девушки освободили мне место между собой, а я, медленно сняв накидку, демонстративно медленно прикрыл руку, а потом достал даршарс – местный цветок, наполненный ядом, который символизирует красоту адских пыток Инферно. По местным традициям его принято было дарить юным девушкам.

Когда я достал цветы, и подарил их демоницам, вызвав восторг, не останавливая движение рук, я, как можно быстрее, развернулся к столику, где сидела Лили. Создав в руке огненный хлыст, я ударил по фигуре с балахоном, целясь в шею.

Время будто замерло. Вокруг шеи фигуры обернулся хлыст, сжимаясь и чуть опаляя капюшон, Варголом, находящийся по другую сторону, бросился на него, хватая за руки.

Белоснежная, режущая глаза молния ударила волной по площади, от чего казалось, что глаза просто выжгло, а по груди ударили молотом. Я не отпустил хлыст, от чего почувствовал тяжесть в руке, когда меня отбрасывало волной. Быстро восстановив зрение, я бросился к фигуре, пытавшейся снять узду с горла.

На каменном полу харчевни лежал ангел. Его три белоснежных крыла в судороге пытались взмахнуть. Руки дымились от прикосновения к петле на шее, лицо искажала гримаса высокомерной ненависти и страха. Высокомерный ангел крутился по полу, стараясь избавиться от Варга, который вцепился в того бульдожьей хваткой и не отпускал. Лили, медленно приходила в себя, потирая глаза.

-Чем его обездвижит? – прокричал я вопрос Варгу.

-Плеткой… оберни его запястья и ноги – прорычал тот.

Я быстро сделал сказанное, за одно не слабо приложив ангела по голове, чтобы тот успокоился.

Обмякнув, ангел как-то резко перестал представлять хоть какой-то угрозы.

-Фу-у-ух – выдохнул Варг – в первые вижу ангела в аду… - усмехнулся он – даже как-то не верится…

-Быстро! – скомандовал я резким голосом, беря Лили на руки – на плече его и убираемся от сюда, пока остальные не пришли в себя.

Сработали мы быстро и почти без проволочек.

Лили быстро приходила в себя, не покидая моих рук. Когда мы уже вошли в дом, послышались недовольные возгласы на улице. Народ звал стражу и кричали о том, что светлый проник в Инферно… Нас уже не заботило нечего, кроме нашего пленника.

-В подвал пошли. Там он фонить не будет… - сказал Варг, не отпуская пленного.

В подвале оказалось совсем не прибрано… скажу иначе – у маньяка садиста, в его логове, да даже на бойне куда аккуратнее и чище.

По среди единственной комнаты, на каменном полу, была начертана пиктограмма, скрупулёзно выведенная чем-то красным, подозреваю что именно кровью, по углам были разбросаны кровавые тряпки, части тел и какие-то вещи, а под потолком висели мясницкие крюки, на которых висели тушки не знакомых мне животных, с которых методично капала кровь.

-Прости –виновато обратился ко мне Варг, чуть обернувшись – я тут давно не прибирался.

-Нечего, это не важно.

Варг поднял над головой пленника и повесил того за пояс на крюк.

-Так он не сбежит… тут есть блокиратор маны, ауры, порталов и стационарный полог тишины… нам не помешают.

-Отлично, но разговаривать так…у тебя стул есть? – чуть задумавшись, я продолжил – нужен стул со спинкой подлокотниками. Крепкий и тяжелый… Также нужно пять ремней, но не длинных, для фиксации рук и ног…

-А пятый?

-Для головы…

/Нужно испугать его… но как, это ведь ангел… попробую способ допроса как у нас, на земле…

-Лили – обратился я к девушке – принеси выпить, перекусить и … кухонный инвентарь… а еще пассатижи, щипцы и иголки… будем разговоры разговаривать…

Лили тут-же вылетела из подвала, а Варг как-то даже озадачено на меня посмотрел. Хотя, как я могу судить по нечего не выражающему черепу…

Через некоторое время наш пленник пришел в себя. Покрутив глазами из стороны в сторону, он все сильнее бледнел, а в глазах проявлялась паника.

-Не чистые – прохрипел ангел – пустите! Вам это не сойдет с ваших грязных лап! Вас покарает длань божья!

Когда я поставил перед плотно зафиксированному ангелом не большой столик, тот замолчал. На столике была грязная, измазанная в крови тряпка, под которой выпирали какие-то предметы.

-Задам главный вопрос, который может тебя сразу освободить от пыток, а может и нет… - сказал я, медленно, демонстративно стягивая тряпку с предметов на столе.

Глаза ангелочка тут-же округлились и наполнились страхом.

-Ты не посмеешь! – тихим и испуганным голосом сказал ангел.

-Посмею. Давай для начала ты нам ответишь на один единственный вопрос, а потом мы уже будем решать – буду я тебя пытать или нет, договорились?

-Задавай…

-Это ты шантажировал Лили?

Ангел поднял удивленный взгляд на меня.

-Какую Лили?

-Ясно – со вздохом ответил я, беря в руку длинную иголку.

-Я не могу солгать! Ангелы не умеют лгать! Я только исполнял волю Авреила…

/Вот оно! Значит того, кто нам нужен зовут Авреил… но он ангел, а штурмовать рай – это куда опаснее и глупее, чем девятый круг ада…

-Всё, Варг – с улыбкой сказал я – отпускай его.

-Это почему?

-Ссориться с верхним миром не стоит. У нас вроде мир… А вот этот – указал я на ангела – уже все рассказал. Он нам больше не нужен… хотя…

Посмотрев на ангела, я чуть хищно улыбнулся, облизнув зубы.

-Думаю, что если мы не можем выйти на этого Авреила, то можно съесть и этого ангела…

-Я все расскажу! – поддав петуха выкрикнул ангел – Я только должен был передать информацию для его связного и обратно, но Авреил должен меня дожидаться на среднем плане. У меня портал есть туда… там домик маленький, а в округе некого нет…

Ангел рассказывал много ненужных деталей, нес какую-то чушь про ангельский пост и кучу всячины, но главное я уже узнал. По сути, у ангела есть некий артефакт, который перенесет меня в точку, по близости с тем самым Авреилом, который ждет меня в одиноком домике… Очень сильно похоже на ловушку, но делать нечего, надо идти.

Как оказалось, Авреил, под предлогом очищения от скверны на среднем плане, решил произвести разведку в Инферно, для чего попросил местного жителя о помощи. По его словам, Авреил уверял, что Отец знает и одобряет все его помыслы и действия.

Когда словесный понос кончился, ангел рассказал, что он просто может вернуться на верхний план. Я предложил ему сразу идти к Прародителям и рассказать все!

-Всё, отпускай его. Пусть возвращается, а нам пора идти…

Варголом начал отвязывать ангела, а я, не спеша, убирал «инструменты».

-Если-бы я был Авреилом, то вы меня-бы убили? – спросил ангел.

-Нет – чуть повернув к нему голову ответил я – я не знаю, что делать с Авреилом, но не хочется пачкать руки в его крови. Я буду надеется, что просто поговорю с ним, а когда ты расскажешь Прародителям о случившемся, то его накажут уже они… надеюсь – уже шепотом дополнил я.

Спустя несколько часов, когда мы прибрались в подвале, а ангел, поднявшись на первый этаж, просто испарился в арке портала, мы просто сидели молча. Я думал о том, что мне делать и как поступить в данной ситуации. Лили мыла посуду и прибиралась на кухне, Варг просто сидел за столом и пил вино.

-Я, пожалуй, пойду – вставая сказал я, не поднимая глаза.

-Один? – спросила Лили.

Я только кивнул.

-Тебе одному там делать нечего! – резко, с не требующего возражения тоном в голосе, сказал Варг – Я пойду с тобой!

-Нет. Это средние миры… если вы там появитесь по своей воле и не имея весомых аргументов, то это прямое нарушение договора… Вас убьют… А я пойду поговорить… не думаю, что там будет так уж страшно…

-Смени тело- напомнила Лили – а я перемещусь к Кэттерин. Я должна указать им место, где ты, чтобы смогли помочь…

-Хорошо. Я возьму с собой маяк, а тебе дам второй. Ты его на карту положи, он укажет направление…

Возвращать в исходное, свое тело, оказалось проще, но вот с одеждой туго. Та, что была куплена в лавке подстроилась под моё тело, но она смотрелась как-то слишком стремно…

Подготовка к перемещению оказалась быстрой, однако я очень сильно волновался и хотел отложить встречу с Авреилом…

Портал. Я оказался на густо заросшей поляне. В метрах десяти от меня стоял свежий, недавно построенный домик, из трубы которого шел дымок. Медленно, стараясь успокоить свое бьющееся в панике сердце, я шепотом напивал песенку…

за столом сидит гость

у него во лбу гвоздь

это я его забил

чтобы гость не уходил


Это песня маньяка - сатаниста

Это песня маньяка - сатаниста.


надо трупики считать

и пора ложиться спать

завтра будет новый день

море шуток и идей.


Это песня маньяка - сатаниста

Это песня маньяка - сатаниста.


На последнем припеве я уже держался за деревянную ручку двери, и был абсолютно не уверен, что мне стоит входить. На мне был плащ, который я забрал у ангела из трактира. Плащ был зачарован на скрытие любой магии и аур, что было мне на пользу.

Дверь открылась без скрипа, чего я подсознательно опасался, но в доме было пустовато.

По середине комнаты стоял стол, за которым сидел ангел. Он был без балахона, без какой-то маскировки. Он просто сидел за столом и жадно ел что-то, запивая из кувшина.

Стараясь не выдавать страх, я прошел мимо ангела, в сторону камина, где тлели угольки. Взяв пару полешек, я бросил их на угли.

-Разговор будет длинным и нервным, пусть хоть тепло будет… - сказал я, подходя к столу, одновременно снимая с себя капюшон и садясь на против ангела.

Авреил сидел с раскрытым ртом и смотрел на меня с нескрываемым удивлением.

-Антон? Значит наверху все знают… - проговорил Авреил, опуская ложку в тарелку.

Воцарилась зловещая тишина.

Авреил сверлил меня взглядом, а я держал в руке, под столом, адскую плеть, сжимая её до хруста в костяшках.


Удара, как и боли, я не осознал. Я лежал на земле, вне домика. Голубое небо было таким красивым, а травинки, стремящиеся к небу, окружали меня. Земля была мягкой и не хотелось вставать.

-Ублюдок! – где-то вдалеке разорялся Авреил – я делал для этого мира все! Я терпел существование демонов, терпел существование людишек, но вы ведь не угомонились… Вы истребляете все творения нашего отца! У нас нет плоти, нет дара … а вы имеете все и не цените…

Удар.

Я лежу лицом в земле. Маленькие букашки суетливо бегают по почве. Вот червячок высунулся из земли и снова пропал. Звон в ушах проходил, но тело с трудом могло двигаться.

Попытавшись перевернуться на спину, я осознал, что у тела чего-то не хватает…

Удар.

В этот раз я сознание не потерял.

Упав на какой-то куст, я определил, что ангел от меня в шагах десяти.

/Стоит по брыкаться перед смертью, или уже не стоит?

Создав в руке хлыст, я создал перед собой купол отражения магии и приготовился к атаке. Авреил бросил в меня чем-то мощным и невидимым для обычного взгляда, но отраженное нечто смачно приложило его. Встав на ноги, я бросился в атаку. Взмах хлыста, уворот от контратаки и удар. Хлыст схватил ангела за крыло. Я с силой дернул его и вырвал с мясом. Удар нескольких слепящих молний. Я приседаю как можно ближе к земле и спринтую к ангелу. Видеть его мешает кровавая пелена, но я вижу силуэт.

Сырой силой бью по пространству, где стоял ангел, но его там уже нет. Он позади меня, я чувствую его. Оборачиваюсь и бью повторно плетью, рассекая воздух огненным хлыстом. Попал по лицу, рассёк ему щёку, но получил несколько разрядов в бок.

Вспышка молнии и снова уворот. Силы покидают и начинает подташнивать. Обратив внимание на левую руку, я вижу, что чуть ниже плеча только обрубок, из которого хлещет кровь. Прижигаю рукой, воспламенив ту. Враг тоже стоит и прижигает обрубок крыла, только чем-то светлым.

Снова в бой. Бью наотмашь, но уже мечем. Ангел бьет светящимся копьем. Длина у него больше, но я укорачиваюсь от колющего удара, чуть отведя мечем его копье. Меч отрубает кисть его левой руки. Разворот. Я за спиной у крылатого. Придаю инерцию мечу и целюсь в ноги. Лезвие отрубает правую ногу ангела и разрезает сухожилие на левой. Перехватываю меч обратным хватом и резко бью по спине. Крылья смыкаются, образуя кокон. Меч только отрезает несколько перьев с крыльев. Авреил разворачивается ко мне. Его лицо искажает гримаса ненависти и боли. Ещё целой рукой он бьет мне в челюсть. Не успеваю уклониться и кулак вскользь бьет по скуле, снимая с неё кожу и мясо.

Боли нет. Я чувствую, как адреналин буквально выливается из меня…

/Хотя это может быть и кровь…

Направляю магию в пространство. Притягиваю из космоса маленький метеор, направляя чуть за спину ангелу, одновременно создаю из земли, прямо перед собой небольшое жерло вулкана с лавой. Ангел не обращает на это внимание. Стремительно бросается снова в атаку.

Удар.

В землю бьет метеорит, ударной волной ускоряет ангела. Перехватив того в полете, я с силой роняю того в жерло вулкана и топлю, окуная по самые плечи.

Голова кружится еще сильнее. Рука уже не чувствует… Ангел уже давно не двигается, медленно растворяясь в воздухе. Я отполз чуть подальше и лег на землю.

/Как красиво… небо такое…


***


-А я не против. Пусть он и нарушил законы, нарушил пакт о ненападении, пусть обманом и вовлек в это младшего брата Делиса, но то было от его собственного заблуждения – раздавался звонкий и мелодичный голос девушки.

По среди белоснежного зала, где свет не давал рассмотреть тоньшайшую отделку и барельефы, искусных зодчих, стоял Авреил. Его крылья лежали на полу перед ним. Авреил не опускал голову, не смотрел с сожалением или скорбью. Он смотрел с непоколебимой верой в себя и свою правду.

-Я сделал то, во что верил и не в чем не раскаиваюсь! – прорычал Авреил, сжимая кулаки.

Из воздуха проявились две фигуры. Мужчина, облаченный в Черную кожаную куртку и красные кожаные штаны. Мужчина был чуть полноват. Белоснежная борода была украшена косичками и мелким бисером, вплетенным в неё.

-А я говорю – отправить его ко мне, на пару тысячелетий… я из него всю дурь выбью и заставлю уважать родителей!

Женщина, одетая в белоснежную тунику, весело и звонко смеялась.

-Я тебя умоляю… он запутался. Мы ведь не очень подробно объяснили детям свои желания и доводов не привели… так что это наша ошибка, и наказывать сына так сурово не стоит…

В дальнем углу светилась красная пиктограмма. В которой был заключен демон, стоявший к присутствующим спиной.

-А что там в углу? – спросила женщина.

-Это Ваал…

-А чего ты его в углу вызвал?

-Наказан – пожав плечами, сказал Отец - Лет на тысячу… нечего наводить беспорядки у себя в плане… да и такую интригу создал, что даже я не сразу разобрался…

-Ладно. Так что ты можешь сказать нам, Авреильчик? – спросила женщина, присаживаясь на корточки перед ангелом.

Авреил не верящими глазами смотрел на Мать. Он впервые видел ту воочию. А когда перевел глаза на грозного великана с веселой усмешкой, он признал в нем Отца.

-Мать?... Отец?...

-Да, сынок, это мы, и мы крайне недовольны твоим поведением… Придется тебя наказать, но не хочется отправлять тебя к папочке. У него там – указала она вниз – темно и слишком жарко…

-Да там не жарко вовсе… это у меня новый горн в кузне… какой мужик ковать не любит…

-Опять эти твои железяки – устало покачала головой Мать – когда повзрослеешь…

Мать хлопнула в ладошки и Авреил ощутил сильнейшую боль в груди. Упав на колени, он прижал к груди руки и прохрипел – что это?

-Теперь ты человек – ответила Мать – Ты смертный. Душа у тебя есть, тело папочка одолжил, а вот силу мы тебе не дадим… тело не выдержит. Теперь проживи так две или три сотни лет, тогда мы снова и поговорим…

Отец посмотрел на Авреила и ухмыльнулся. Хлопнув в ладоши, он перенес сына на средний план.



Открылся портал. Лили вышла не спеша, оглядываясь по сторонам. Как она и предполагала, её некто не встречал.

Проходящий мимо арки портал, юный тифлинг взвизгнул от удивления. Демонесса, та, которая была признана старостой поселка, вышла из портала. Сорвавшись на бег, он тут-же бросился до харчевни.

-Леди Кэттерин! – выкрикивал мальчик, забегая в харчевню – леди Кэкттерин! Леди Лили вернулась!

В харчевне тут-же раздался радостный взвизг. Раздался топот босых ног по деревянным половицам, и в зал харчевни сбежала Кэттерин.

-Где она? Все вернулись?

-Нет, леди, она одна.

Кэттенин посерела в лице, с трудом скрывая эмоцию разочарования.

За Кэттерин, чуть погодя, спустилась Жасмин, слышав ответ мальчика, та крепко обняла Кэттерин.

-Ну задерживается он, или просто разделились. Сейчас Лили придет и все узнаем…

Лили зашла через минуты три. Её тут же окружили постояльцы. Все расспрашивали о Рохане, о том. Где он и «как оно там… в геенне огненной?».

Грузная туша Малика стояла у дальнего стола, где сидела Кэттерин и с бледным лицом, и надеждой в глазах смотрела на неё.

Лили направилась в их сторону. Сев за стол, без приветствий, она залпом выпила из бокала кислого вина.

-Прежде чем задавать вопросы, я вам расскажу всё, что произошло с того момента, как мы переместились ко мне домой. Вы обдумаете все и потом будете спрашивать. Время у нас есть.

*****

https://t.me/LitRPG_kinozal или @LitRPG_kinozal канал жанра LitRPG в телеграмме. Подписывайтесь и следите за новинками, будьте одни из первых.

https://t.me/LitRPG_discussion или @LitRPG_discussion обсуждение книг. Любителей обсуждать книги жанра LitRPG приятно будет увидеть в чате.



home | my bookshelf | | Я буду помнить этот мир 2 |     цвет текста   цвет фона