Book: Дитя Гетеи



Дитя Гетеи

Константин Келлер

Семь миров: Дитя Гетеи

© Константин Келлер

* * *

Александре

Памяти Олега, моего лучшего друга


Часть 1. Саттория – Сандорра

Битва была жестокой. Такого яростного сопротивления Норт еще не встречал.

У него был заказ на этот корабль. Корабль, конечно, был стоящий и за него обещали неплохие деньги, но о такой бойне его никто не предупреждал. Норт вытер окровавленные ножи об одежду одного из убитых и вложил их в ножны.

Разобравшись с пультом управления, он нашел радио и связался со своим кораблем.

– Трой, порядок, отстыковывайся, – говоря это, Норт оглядел пульт: придется еще разобраться, что к чему.

В обзорный экран он наблюдал, как его корабль расцепил абордажные щупы и отошел на безопасное расстояние для прыжка в гиперпространство.

– Я могу лететь? – спросил Трой. – Разберешься сам?

– Разберусь, проваливай, – усмехнулся Норт, он «увидел» парня в своем капитанском кресле и покачал головой: его молодой напарник сейчас на седьмом небе от счастья – один на таком корабле!

Трой тут же активировал зону перехода в гиперпространство и исчез.

Норт оглядел рубку и вышел. Надо избавиться от тел. Он насчитал десять человек. Здоровые тренированные парни. За что же они так бились?

Норт обшарил трюмы – ничего. Обычный запас припасов и необходимых деталей. Неужели они так охраняли корабль? Тогда что с ним не так? Ну да, Норт таких раньше не видел, но эти парни с Крунна не успевали наладить выпуск одной модели, как тут же выбрасывали на рынок другую… Перетащив последнее тело в стыковочный шлюз, Норт запер внутренние переборки и направился в рубку.

Внезапно он ощутил чье-то присутствие и замер посреди очередного перехода между отсеками корабля. Отдернув переборку технического бокса, он с удивлением обнаружил там съежившегося ребенка. Это еще что такое?.. Норт убрал мгновенно появившийся в левой руке нож и протянул другую руку:

– Выходи отсюда.

Ребенок повернул голову на звук голоса. Девочка. Их глаза встретились. Такого грубого и мощного вторжения Норт не испытывал никогда и надеялся, что больше не испытает. Что-то слишком много всего сегодня происходит впервые… Он вышвырнул столь бесцеремонно вторгшееся в него чужое сознание и прохрипел:

– Никогда не делай так больше.

Он тут же осознал, что она даже не поняла его. Тогда он послал ей мощный импульс. Она вздрогнула и снова сжалась. Норт без лишних слов схватил неожиданную пассажирку за шиворот и запихнул в амортизационную камеру. Девочка была в шоке. Он чувствовал ее ужас. Он попытался ее успокоить, как смог, но времени особенно не было – пора убираться отсюда.

Разобравшись с пультом и избавившись от тел, Норт запустил двигатель корабля, прогрел системы, активировал зону перехода и вошел в тоннель. После этого появилось время подумать.

Про девочку ему никто ничего не говорил. Брок однозначно озвучил заказ: «Корабль».

Девочка была неухоженной, в странной старой одежде. Не понимала его речь. Осторожно пошарив в ее сознании, Норт понял, что она и не могла его понять. Ни его и никого другого – в ее голове не было слов. Это было странно.

Стоя сейчас возле капсулы и пользуясь тем, что его гостья была без сознания от воздействия амортизационной камеры, Норт попытался зайти в ее сознание поглубже. Перед ним суматошно промелькнули события и ее эмоции: люди в капюшонах, звездолет, ее ужас… А, за всем этим он уперся в странную картинку: грубая кладка из черных камней, по которым каплями стекает вода. Ни ощущения времени, ни ощущения места – ничего. И никого…

Норт должен был решить: говорить Броку о ней или промолчать. С одной стороны, про нее в заказе не было ни слова, значит, все, что ему попадается сверх заказа, по закону он может оставить себе. С другой стороны, зачем она ему?! Только ребенка ему не хватало! Но ведь ее куда-то везли и так отчаянно сражались, теперь он точно знал, что бились они не за корабль, а за вот эту девочку. Сказали бы раньше, остались бы живы…

Норт выругался и вернулся к пульту. Надо посмотреть конечные координаты, понять, куда ее везли. Может, удастся получить за нее выкуп? Вселенная ему в свидетели, деньги ему нужны…

Норт вошел в систему корабля и через пару минут прочел на экране – Пангея. Да провались! Сама метрополия! Ну уж нет! Туда он не сунется ни за какие деньги! Он в розыске в Шести мирах, в двух из них приговорен к смерти, заочно.

Так, хорошо. Сначала отдадим корабль и получим деньги, а потом решим, что делать с девчонкой. Может, что в Сети проскочит, кто-то заявит о похищении или о пропаже ребенка? Да, пожалуй, так и сделаем…

* * *

Норт посадил корабль в транзитном порту Линнеи. В таких портах проще всего затеряться. Здесь садятся только «грузовики» и корабли торговцев, полно всяких оборванцев и больше шансов не привлечь к себе лишнее внимание. Норт связался с Броком и договорился о встрече. Теперь надо заняться девочкой. Во всей Вселенной было только одно, ладно, два! Два места, куда он мог бы ее привезти. Но вот встретиться он мог пока только с тем, кто жил на Саттории, здесь, в Линнее.

Это был огромный мегаполис, выросший вокруг изначального поселения, которое теперь красовалось в центре джунглей стекла и бетона таким пасторальным оазисом, где одно-двухэтажные дома из белого камня тонули в зелени садов. Все называли его Белый город или Старый город. Вот туда Норту и надо было добраться. Сам путь до города не проблема – запихнет девчонку в гравилет, и никто ее учует. Вот как добраться от стоянки до дома, вот это беда…

Норт открыл, наконец, амортизационную камеру и бесцеремонно разбудил девочку. Едва взгляд ее прояснился и сфокусировался на нем, Норт приложил палец к губам и вытащил ее из камеры. Так же, не церемонясь, он запихнул ее в гравилет, пристегнул ремнем и сел сам.

– Ну, поехали, – пробормотал он и рванул с корабля.

Яркое солнце ослепило их. Норт опустил на глаза защитные стекла. Девочка сидела рядом сжавшись, ее глаза были плотно закрыты. Кто бы она ни была, рефлексы у нее в норме…

Норт машинально скользил между домами на среднем уровне для гражданских, не особенно следя за маршрутом. Он хорошо знал дорогу и мог пройти по ней с закрытыми глазами. Его тревожила предстоящая встреча. Только острая необходимость заставила его решиться сейчас на нее. Если бы не эта девчонка…

«Тэя», – прозвучало в нем.

«Тэя?! – Норт вышел из состояния задумчивости. – Что это»?!

Он огляделся, не поймал ли он случайно чье-то радио? И затем взглянул на девочку. Она смотрела прямо на него.

«Тэя», – прозвучало в нем.

Норт мельком взглянул на дорогу впереди и снова посмотрел на ребенка.

«Ты Тэя»? – он хотел удостовериться, что контакт с ней действительно состоялся.

«Тэя», – снова прозвучало в нем.

Отлично, у нее есть имя.

«Норт», – ответил он ей.

«Норт», – эхом прозвучало в нем.

Ну, вот и познакомились. Норт сосредоточился на дороге, пора снижаться. Они на месте. Аккуратно усадив гравилет на парковочную площадку, он отстегнул девочку, крепко взял ее за руку и направился быстрым шагом к нужному дому.

Девочка была нечесаная и одежда ее здесь выглядела особенно убого.

– Нам не удастся смешаться с толпой, – процедил Норт и, крепче сжав маленькую ладошку, прибавил шагу.

На них оборачивались. Прохожие бросали сначала беглый взгляд на Тэю, а затем, бледнея, шарахались в сторону.

– Да чтоб тебя, не смотри на них! – Норт подхватил девочку мощной рукой, и Тэя повисла у него подмышкой.

Это место ее ужасало. На корабле был просто шум машин, а здесь… Шквал чужих мыслей и эмоций обрушился на ее крошечное сознание, совершенно бессильное против такого мощного информационного потока, который буквально разрывал ее. Гул чужих мыслей заполнил собой всё, вытеснив все прежние переживания. Раздражение, злость и растерянность человека, который ее нес, шли основным рефреном в этом невероятном хоре. Он запретил проникать в его сознание, но укрыться от его эмоций она не могла.

– Да боже мой, – новая волна раздражения, широкая шершавая ладонь накрыла ее лоб, и Тэя «оглохла».

Вскоре после этого они остановились перед домом. Норт едва занес руку, как дверь распахнулась, оттеснив плечом хозяйку дома, он вошел внутрь.

– Закрой дверь, быстро, – он поставил девочку на пол посреди комнаты. – Дэйви, сделай с ней что-нибудь!

Едва он произнес ее имя, волна невероятной боли и отчаяния буквально накрыла девочку с головой, она побелела и начала судорожно хватать ртом воздух.

– Господи, Норт, закройся! Ты убиваешь ее!

– Да не могу я от нее закрыться! Она засела во мне!

– О нет, детка.

Тэя не понимала и не разбирала слов, но мягкая ладонь коснулась ее щеки.

Она неожиданно успокоилась, и ее дыхание снова стало ровным. Она решилась открыть глаза. Теперь перед Тэей было два сознания. Одно уже знакомое – мрачное и пугающее, второе чистое, переливающееся разными цветами, наполненное искрами и сферами…

Дэйви была более терпеливой, и она аккуратно выдворила из себя сознание девочки, ни слова ни говоря развернула ее лицом в другую сторону и сдернула с чего-то шелковую накидку.

Голубой цвет заполнил собой все видимое пространство. Голубой свет потек в сознание ребенка, вымывая все «шумы» и чужие эмоции. Тонкое звучание наполнило ее… Поющий кристалл! Норт облегченно перевел дыхание.

– Ты кого привел, Норт?! – женщина невероятной красоты повернулась к гостю. – Где ты ее взял?!

– Она была на корабле. Я не знал, что она там, мне был нужен только корабль. Черт, там было с десяток здоровых парней, которые бились за нее…

– Судя по всему, безуспешно, – лицо Дэйви омрачилось тревогой.

– Когда я нашел ее, она просто ворвалась в мое сознание в самую глубь, до самых печенок, такого просто не могло быть! Меня даже тиорианцы считать не могут! – Норт провел рукой по лицу. – Жуткое ощущение, она словно перелопатила все внутри меня… Потом я «посмотрел» ее. Все, что она помнит – эти капюшонники, корабль и всё. Я добрался до самого дна и уперся в стены грубой кладки, холодные черные камни, по которым каплями стекает вода, и где-то вверху свет, но он искусственный. Ни лиц матери и отца, никого и ничего! Словно все, что она видела в своей жизни, это вот эти чертовы камни! Как такое возможно? И не знает ничего, – Норт перевел взгляд с девочки на хозяйку дома. – Дэйви, в ее голове нет слов, совсем. Ни одного. Даже слова «Я». Я не знаю, кто она. Она не похожа ни на кого из шести рас Шести миров.

– Как я понимаю, об имени спрашивать бесполезно, – тихо сказала Дэйви.

Она сама аккуратно прощупала сознание девочки, Норт был прав.

– А вот как раз это она знает, – усмехнулся Норт, – ее зовут Тэя.

«Тэя», – отозвалось в обоих, и они, вздрогнув, переглянулись.

– Ух ты, – Дэйви даже рефлекторно тряхнула головой, чтобы сбросить неприятное ощущение. – Защита ей не помеха, да? – потрясенно пробормотала молодая сатторианка. – И зачем она тебе?

– Возможно, удастся получить за нее выкуп – везли же ее куда-то, – тихо сказал Норт. – Возмездие – штука дорогая, мне нужны деньги.

– Ясно, – Дэйви потерла виски, будучи не в силах и не вправе ни убеждать, ни спорить. – От меня ты что хочешь?

– Научи ее, – попросил Норт.

– Я?! С ума сошел?

– Ты учила Джаю…

Только голубой свет и цвет спасли Тэю в этот момент от безумия, такая боль скрутила ее, когда образ, застрявший в ее душе, обрел имя – Джая. Она зацепила его, когда так внезапно ворвалась в сознание Норта при их первой встрече. Оно было там везде, и было еще одно… Ее прошила острая боль. Его боль. Джая…

– Норт, захлопнись! – Дэйви бросилась к упавшей на ковер девочке и начала похлопывать ее по лицу. – Деточка, Тэя, милая… – Дэйви повернулась к Норту. – Убирайся.

– Я только улажу дела и вернусь, – Норт обернулся в дверях. – Пару недель. Максимум месяц, – он умоляюще смотрел на хозяйку дома.

– Не торопись, – Дэйви задумчиво смотрела на пришедшую в себя девочку, – тут дел невпроворот…

Едва за Нортом закрылась дверь, девочка словно из воды вынырнула, выйдя из забытья с глубоким вздохом. Теплая ладонь лежит на ее лбу. Эта оглушающая, пугающая тишина. Девочка слышит голос, он трансформируется в цветовые волны перед ее внутренним оком. Ладонь мягко отрывается от ее лба и снова врывается этот поток! Никогда еще вокруг нее не было столько «шума»!!!

– Я закрою тебя по-другому, но нам потребуется время, садись, – Дэйви мягко, но настойчиво усадила Тэю в нужную позу. – Первое, что мы сделаем потом, это отмоем тебя как следует. Не удивлюсь, если ты окажешься красавицей, – голос женщины мягко звучал в ушах, образные волны доносили до девочки смысл всего, что она говорила.

Они сидели напротив друг друга на ковре. Дэйви сделала несколько грациозных взмахов руками, и вокруг ее гостьи возникла призрачно сияющая сфера. Даже много лет спустя Тэя вспоминала этот день с особой теплотой и с неизменным восхищением красотой, грацией и умом Дэйви. Она была просто потрясающе красива. Нет, она была прекрасна. Сейчас же Тэя завороженно смотрела на созданную вокруг нее переливающуюся сферу.

– Ты ее видишь, – поняла Дэйви по лицу девочки, – отлично. Теперь не трогай ее и соберись, пожалуйста. Ты очень много имеешь, милая, но не умеешь с этим обращаться. Это может пугать людей и это опасно для тебя, – Дэйви говорила медленно, ощущая, как ее слова трансформируются для девочки в нечто совершенно иное, но по выражению ее лица молодая женщина видела, что Тэя точно понимает, о чем идет речь. – Нам с тобой надо будет сделать несколько упражнений, это не решит проблему, но позволит тебе продержаться до завтрашнего утра, – Дэйви бросила умоляющий взгляд на домашний алтарь, словно призывая на помощь все силы Мироздания. – Нам бы этот день пережить, милая. Соберись, слушай меня внимательно и повторяй за мной все в точности, шаг за шагом, – Дэйви развернула руки ладонями вверх и сделала вдох и выдох.

Проделав ряд нехитрых упражнений и удостоверившись, что девочка точно повторяет за ней каждое действие, Дэйви повела ее по сложному пути образов и ощущений, по завершении которого сознание Тэи оказалось в неком подобии многослойной капсулы или коконе, молодая сатторианка очень устала и ей сложно было найти определение тому, что удалось с таким трудом создать.

«Открой глаза», – попросила она девочку, послав очередную мыслеформу.

Тэя открыла глаза и настороженно огляделась вокруг.

«Ты не думаешь?» – прозвучало в Дэйви.

«Думаю. Ты не “слышишь”?» – Дэйви напряженно всматривалась в девочку.

«Нет… Очень тихо вокруг…» – Тэя тоже пристально смотрела в глаза своей новой знакомой.

«Отлично», – Дэйви поднялась с ковра и подняла Тэю, одновременно послав ей картинку ванны? наполненной водой со взбитой пеной.

«Что это?» – прозвучало скорее с любопытством, чем со страхом.

«Тебя надо вымыть», – они уже были в ванной, и Дэйви помогла девочке раздеться и забраться в воду.

Ее тут же окатило волной чистого восторга. Похоже, для этой девочки будет слишком много нового сегодня. Дэйви посмотрела на свалявшиеся космы на голове Тэи и решительно взяла ножницы.

«Я уберу это».

«Убери… Там больно…» – Тэя с упоением гоняла шапки пены по поверхности воды.

Дэйви с горечью вспомнила другую девочку в этой ванне, но тут же взяла себя в руки, увидев, что Тэя обеспокоенно обернулась к ней.

Черт! Да, ее гостья не может теперь читать ее мысли и проникать в сознание, но эмоции она продолжает воспринимать, пусть и не в полном объеме.

Дэйви вздохнула и начала осторожно состригать спутанные волосы с детской головы.

На этом день не закончился. Тщательно отмытая и переодетая Тэя сидела на полу за обеденным столиком. Раньше она ела, но это было что-то безвкусное в тарелке, которая появлялась сквозь отверстие в двери.

Этот яркий образ не прошел мимо Дэйви, но она не подала виду, чутко улавливая все, что исходит от девочки, она положила ей на тарелку кусочки мяса, овощей и лепешку. В высокий стакан она налила ярко-желтый сок сандоррского апельсина. Он был особенно сладок и ароматен. Дэйви ела и наблюдала, как девочка осторожно пробует все, и было ясно, что такую еду она раньше не видела. Сок вызвал особый восторг. Дэйви с мягкой улыбкой подливала его в стакан Тэи, и до девочки долетел слабый отголосок глубокой боли… Но Дэйви тут же жестко блокировала свои эмоции, не давая своей гостье ни малейшего шанса сосредоточиться на них.

Переполненная едой и эмоциями Тэя легла спать. Постель была уютная и красивая. Шелковые драпировки скрывали двойную луну за окном. Тэя закрыла глаза и уснула. Сознание ее было в полном беспорядке. Хаос мыслей, эмоций и полученных за этот день знаний порождал беспокойные сны. Пока не возникла посреди всего этого хоровода темная фигура и постепенно шаг за шагом не упорядочила все, что роилось и теснилось в детском сознании. Фигура была уже знакома. Тэя видела ее во сне на корабле – странное слово, одно из первых, «услышанных» ею. К утру внутри нее снова все было в порядке и в полном равновесии. Новый опыт был осмыслен и бережно отложен, новые имена новых сознаний тоже заняли в ее памяти свое место, и Тэя была полностью готова к новому дню.



* * *

С утра Дэйви накормила девочку лепешками с маслом и джемом, который готовила сама из местных персиков. Девочка доверяла ей и пробовала новую еду без малейшей опаски, нетерпеливо поглядывая на стеклянный кувшин с апельсиновым соком. Дэйви улыбнулась и наполнила высокий стакан. Ее тут же накрыла волна детского восторга, смыв накатившую было печаль… Дэйви встряхнулась и сама принялась за еду – день предстоял нелегкий. Она уже связалась со своим Учителем и договорилась о встрече. Сама она не справится, ей нужна была его помощь.

Дэйви усадила Тэю в гравилет во внутреннем дворе и взлетела прямо оттуда. У нее, как у потомка благородного рода, было такое право. Оно же позволило ей приземлиться во дворе Обители, минуя улицу и людей. Учитель Садхир уже ждал ее на площадке. Тэя, чутко уловив ощущение радостного ожидания и волнения Дэйви, сразу прониклась доверием к этому сознанию. «Человеку», – прозвучало в ней. «Человеку», – согласилась девочка.

– Дэйви, – сказал человек, и Тэя уловила в голосе тепло, радость и еще какое-то чувство, которое заставило ее потянуться за ним, забыв про свою защиту и строгий наказ Дэйви.

Она тут же с наслаждением нырнула в новое сознание, влекомая этой светящейся нитью, такое светлое и яркое одновременно, наполненное потрясающе красивыми сферами и звездами – этих понятий еще вчера не было в ее сознании, но сегодня она уже свободно пользовалась ими. Как же здесь все было потрясающе волшебно! Все играло и искрило, переливалось и сверкало…

Тэя вспомнила золотых рыбок из дома Дэйви, которые весело и беззаботно плавали в аквариуме, так же весело и беззаботно сознание Тэи плескалось и кружило по новому сознанию, ныряя в сферы и наполняясь и насыщаясь их силой и энергией, гоняясь и ловя ослепляющие звезды…

Неожиданно кто-то мягко, но твердо словно взял ее за шиворот и выдворил прочь из этого прекрасного места. Девочка тяжело дыша вернулась в реальность. Сильная ладонь накрыла ее лоб – и сознание исчезло. Перед Тэей стоял человек. Он смотрел ей прямо в глаза.

– Никогда больше так не делай, – его голос странно звучал в ушах, а не внутри, но Тэя поняла значение этих слов.

Впервые звуки сложились в ее ушах в понятные слова.

– Хорошо, пойдем, – не снимая ладони с ее лба, Учитель повел девочку по дорожке, посыпанной белым песком.

Вокруг было столько диковинных растений – слово снова возникло в ней, и она знала, что оно относится вот к этим странным зеленым вещам, с потрясающе яркими цветами. Воздух был наполнен ароматами и пением птиц. Голова Тэи слегка кружилась от непрерывного информационного потока.

– Я принесу «посредника», – тихо сказал Учитель Дэйви.

– Нет нужды, – покачала та головой, – она воспринимает их напрямую.

Учитель не успел выразить удивление – они вышли на лужайку, на которой стояли несколько огромных кристаллов. Учитель мягко усадил Тэю на траву перед одним из них и убрал ладонь. Кристалл буквально втянул в себя сознание девочки, одновременно насыщая ее потоком слов, сопровождающих образы…

– Дэйви, я рад тебя видеть, но лучше бы ты пришла с пустыми руками, – учитель Садхир мягко пожал протянутые ему в приветствии сложенные лодочкой руки и, удостоверившись, что девочка полностью поглощена кристаллом, кивнул на скамеечку рядом.

– Мне больше не к кому было обратиться, Учитель.

– Я тебе уже не учитель, – мягкая улыбка скользнула по тонкому лицу.

– Вы – мой Учитель, и это навсегда, – Дэйви в почтении склонила голову и продолжила: – Норт нашел ее и привел ко мне…

– Норт… – тень пробежала по лицу учителя Садхира. – Как он?

– Одиночество и скорбь поглотили его. Когда девочка вошла в его сознание, ее сердце едва не разорвалось, столько боли обрушилось на нее… – Дэйви склонила голову, смахивая скользнувшую по щеке слезу.

Учитель тяжело вздохнул, ощутив ледяное дуновение чужой скорби.

Тэя беспокойно заерзала, сатторианец тут же блокировал себя, и девочка снова погрузилась в кристалл.

– Он сказал, что в ее голове нет слов, и был прав, – Дэйви смотрела на девочку. – Я с трудом смогла закрыть ее, общаясь с ней образами. Я такого еще не видела.

– Я тоже, – кивнул Учитель, – даже тиорианцы при всех их способностях не обладают и десятой долей ее возможностей… Кто она? Где он ее взял? На невольничьем рынке? – Учитель помимо воли дернул плечами.

– Норт нашел ее на корабле, ее куда-то везли в сопровождении небольшого отряда…

– Ну, явно не довезли, – проронил Учитель.

– Они бились за нее до последнего, – продолжила Дэйви и, сжав руки в замок, выдохнула: – Она нашла в нем сознание Джаи…

– О, Дэйви! – выдохнул Учитель.

– Надо освободить ее от него, я не смогла… Я не смогла освободить Норта и теперь не смогла освободить ее…

– Норт сам держит ее, это помогает ему жить, если это вообще жизнь… – Учитель задумчиво смотрел на девочку. – Я освобожу ее, на это моих сил хватит. Норт тоже знает, где меня найти.

– Он не придет, Учитель, – почти прошептала Дэйви, явно желая уйти от этой темы.

– Где же она жила так долго с такой силой и совершенно без слов? – учитель Садхир снова обратил свой взор на девочку. – Как такое возможно? – пользуясь тем, что Тэя была полностью поглощена кристаллом, Учитель осторожно миновал ее защитную капсулу и вошел в ее сознание.

Крайне деликатно перебирая ее воспоминания, где немалое место занимала пена в ванне и апельсиновый сок, Учитель уперся в стену. Грубая кладка из огромных черных камней с каплями стекающей воды…

– И нет ощущения места, времени и чьего-то присутствия… – тихо прошептала Дэйви, повторяя слова Норта. – Мы все уперлись в эту стену.

Учитель так же осторожно и деликатно покинул сознание девочки, брови его были сдвинуты.

– Либо там больше ничего нет, – тихо сказал он, – либо кто-то так наглухо «запечатал» ее, чтобы никто не мог понять, кто она и откуда. Я такого сознания не видел. Я знаю все типы сознаний шести рас из Шести миров, она не похожа ни на одно из них… Ты сама стригла ее? – Учитель смотрел на остриженную голову девочки.

– Да, Учитель.

– На кого она была похожа с волосами?

Дэйви задумалась.

– На сатторианку, только светлокожую, с Севера, – сказала, наконец, она.

– Пусть так и будет, – кивнул Учитель, – так будет безопаснее для всех и для нее в первую очередь. Кто еще знает о ней?

– Кроме Норта, вас и меня – никто.

– Пусть так и останется, – Учитель сложил едва заметно подрагивающие руки.

Только это выдало его волнение. Дэйви словно пронзило догадкой.

– Учитель, вы думаете… – Тонкий палец лег на ее губы, запечатывая слова.

Дитя Гетеи… Дэйви смотрела на девочку, сидящую перед кристаллом. Неужели?!!

Прикосновение Учителя прервало даже мысленный поток. Он покачал головой, запрещая таким образом даже думать об этом.

– Вы оставите ее у себя, Учитель? – справившись с эмоциями, спросила Дэйви.

– Кто-то должен ей помочь, – учитель Садхир не сводил глаз с ребенка, теперь эта девочка полностью завладела его вниманием, – но это дело даже не пары дней или недель…

– Норт придет за ней через месяц. Он хочет узнать, куда и зачем ее везли, возможно, ему удастся получить за нее выкуп.

– Выкуп?! – брови Учителя взметнулись вверх.

– Месть – занятие дорогостоящее, – тихо сказала Дэйви, – ему нужен корабль и деньги для осведомителей. Он хочет найти всех…

Учитель коснулся лба кончиками пальцев.

– Пусть Создатель вразумит и направит его.

Дэйви повторила его жест и прошептала:

– Пусть…

– А она усидчивая, – Учитель снова смотрел на девочку.

– Она как губка впитывает все и не знает ничего ни об этом мире, ни о людях, – отозвалась Дэйви, она поняла, что для Учителя она теперь переместилась на второй план и мягко улыбнулась – Учитель любил сложные задачи.

– Ты всегда была умницей, Дэйви, ею и останешься, – теплая ладонь накрыла ее сложенные на коленях руки, Учитель тепло улыбнулся ей и встал. – Не тревожься, я позабочусь о ней. Она тут в безопасности. Пока, – добавил он.

Дэйви поднялась следом. Тэя хотела вскочить и побежать за ними, но учитель строго остановил ее.

– После информационного кристалла надо смотреть в белый кристалл, чтобы все знания улеглись и заняли в твоей голове свое место, – тонкая рука учителя указала на белый кристалл рядом с тем, в котором только что побывало сознание Тэи, девочка послушно кивнула и перевела взгляд на второй кристалл.

Гул в переполненной информацией голове начал затихать, а знания начали упорядочиваться. Девочка почти сразу почувствовала облегчение.

– Я провожу тебя, – Учитель кивнул в сторону стоянки гравилетов, и они с Дэйви медленно пошли по дорожке. – Можешь навещать ее. Но не часто, чтобы не вызвать подозрений.

– Хорошо, Учитель, – согласно кивнула Дэйви, – благодарю вас, – она протянула сложенные лодочкой ладони.

Учитель мягко сжал их.

– Это я благодарю тебя. Если мы не ошиблись… – Учитель тут же оборвал свою речь. – Пусть Создатель хранит тебя и твой дом.

Дэйви присела, склонив голову, и через минуту ее гравилет взмыл в небо, а Учителю пора было возвращаться к своей неожиданной гостье и ученице.

* * *

Брок дотошно осмотрел корабль и, удостоверившись, что тот цел и невредим, заплатил Норту, не пытаясь сбить цену. Денег было много, но недостаточно. Норту нужен был корабль – совершенно определенный корабль, сверхлегкий и сверхбыстрый, с моментальной системой генерации перехода и суперсканером, который можно было настроить на биоимпульс определенного человека.

– Есть что-то еще? – спросил он Брока.

– Завтра-послезавтра буду знать наверняка. Одно дело – дрянь, я знаю, что ты за такие не берешься, но деньги дадут большие, даже за вычетом моих процентов.

– Мне выбирать не приходится, – Норт повел плечами, стряхивая неприятное предчувствие. – Что за дело?

– Дети. У аристократа с Сандорры похитили детей. Проверяют последние зацепки на планете, но есть подозрение, что они уже на работорговце…

Все-таки Норта передернуло.

– Сколько детям?

– Мальчику шесть, девочке четыре.

Дети с Сандорры. Эсстингианцы, чертовы змеи! Средняя продолжительность жизни сандоррийцев триста лет, сумасшедшие регенеративные способности у детей. Неужели эти змеи придумали еще какой-то безумный генетический эксперимент?! Норт не любил эсстингианцев и испытывал к ним непреодолимое чувство отвращения.

И тому были причины. Поселенцы этого мира не ожидали от планеты такого подвоха, и никто не ожидал…

А все так хорошо начиналось! Земляне вывезли с собой в новый мир все культурное достояние Человечества. Единственный материк, расположенный на экваторе новой планеты, был подобен Сахаре на Земле. Поэтому сами поселенцы так его и назвали – Сахара. Не мудрили и с названиями трех полноводных рек – Тигр, Ефрат и Нил. Еще было четыре глубоководных озера с пресной водой, а вокруг единственного материка жил своей жизнью огромный океан.

Эта планета как нельзя лучше подходила под музей под открытым небом для воссоздания памятников Древнего Египта, Рима и Греции. Вокруг рек и озер выросли пирамиды, дворцы и храмы – было важно, чтобы люди помнили и знали свою историю. То, что начиналось как музей, как-то незаметно стало образом жизни. Люди начали строить виллы и «римские» дома для себя, и поэтому города Эсстинга были потрясающе красивы. Солнечно-желтый камень спасал в летний зной и защищал от сырости в сезон дождей. Эти чудики даже по городу перемещались в паланкинах да на повозках. Самых богатых несли в паланкинах настоящие люди, народ победнее использовал для повозок биомеханических лошадей. Гравилетами пользовались только туристы. Когда все производство лежит на роботах, можно позволить себе такое праздное существование. Был воссоздан Колизей и храмы всех древних и античных богов и богинь. Возродились их культы и при храмах появились жрицы и жрецы. Некоторые храмы провозглашали даже живое воплощение их богинь и богов в этом мире и поклонялись им. На их роль избирались самым тщательным образом отобранные девочки и мальчики.

Это пугало и притягивало одновременно. Поток туристов был неиссякаем. Этот мир был чертовски притягателен. Только здесь соседствовали Александрия, Рим, Афины и Троя. Это был совершенно невероятный, сказочный мир! Каналы для орошения позволили превратить пустынный материк в потрясающей красоты оазис, эта же уникальная система каналов позволяла туристам и местным жителям неспешно путешествовать по континенту на супероснащенных пирогах, позволяющих сохранить чистоту природных вод. По именам эсстингианцев можно было понять, где они были рождены – египетские имена давали рожденным на территории, воспроизводящей Древний Египет, латинские и греческие имена получали дети Рима и Афин.

На планете было мало полезных ископаемых, но благодаря отличной ирригационной системе здесь были совершенно потрясающие урожаи всего, что здесь выращивали. От табака до кофе. Эсстинг славился фруктами и овощами, тканями и ювелирными украшениями, предметами роскоши и произведениями искусства. Художники Эсстинга были уникальны. Их полотна разлетались на аукционах за неимоверные деньги. Архитекторы были нарасхват. А что говорить о краснодеревщиках! Мебель, сделанная здешними мастерами, а не роботами на производствах, ценилась наравне с бериллами Проксимы.

А что здесь творилось в сезон гладиаторских боев! Лучшие борцы лучших школ съезжались в Колизей, чтобы продемонстрировать свое мастерство владения всеми видами холодного оружия и рукопашного боя. Гостиницы были забиты до отказа, букмекеры не успевали принимать ставки и деньги от туристов текли рекой!

Что уж говорить о казино! Только здесь это было законно, и люди остальных пяти миров стекались сюда, чтобы испытать свою удачу. Сезон дождей – сезон, когда закрывался Колизей и открывались казино – недаром называли Сезоном Слез.

Однако здесь происходили и совершенно неприглядные вещи. Самым низким и отвратительным на этой планете были невольничьи рынки. Сколько бы раз ни осуждали эту преступную практику на самых разных уровнях, как бы ни пытались с ними бороться – ничего не могло повлиять на их существование. Нелегальные торги устраивали возле транзитных портов. Жуткие места и жуткие зрелища… Зачем им были рабы? Эра роботомании прошла, самые совершенные «куклы» Крунна отправились на склады на долгое хранение. Последние пару сотен лет было особым шиком иметь слуг-людей дома и в ресторанах. Няня-робот канула в Лету, и ее заменили живым человеком. И нашлись те, кто был готов поставить необходимый товар. Одно время они даже нападали на пассажирские корабли, но вмешательство Объединенного флота остановило эту порочную практику. Тогда они стали действовать тоньше и, рассеявшись маленькими группами по Шести мирам, стали похищать людей под определенный заказ. Нужна заботливая няня с Сандорры? Пожалуйста. Нужен боец с Крунна в гладиаторскую школу? Пожалуйста. Нужен оракул в храм? Вот вам юная тиорианка или тиорианец… Это была целая разветвленная сеть, которую никто не мог ликвидировать…

Да, несмотря на всю его внешнюю красоту, этот мир едва ли можно было назвать миром мечты. Краткосрочное пребывание на планете никак не сказывалось на представительницах других миров, но для уроженок Эсстинга новый дом преподнес самый горький «сюрприз».

Неладное заметили уже в третьем поколении поселенцев. Радиация светила или излучение самой планеты ударило в самое уязвимое место – гормональную систему женщин. Невероятно красивые уроженки Эсстинга быстро расцветали и так же быстро увядали. Самое страшное проклятие в Шести мирах было: «Чтоб тебе родиться женщиной Эсстинга»! Увядание наступало стремительно и неотвратимо, после тридцати женщины превращались в древних старух, и еще лет тридцать они влачили свое незавидное существование во внутренних дворах домов, мечтая о скорой и легкой смерти, становясь бабушками собственным детям. Мужчин страшное проклятие задело меньше. Они отличались выносливостью, гибкостью и жили лет до ста двадцати, при том, что старость настигала их уже после столетия. За свою жизнь некоторые из них успевали сменить до пяти жен. В Шести мирах среди шести рас, в которые успело сформироваться население освоенных планет, эсстингианцы единственные не отличались долголетием. Таков оказался их мир.

Вероятно, в то время и появилось это название – Эсстинг, оно в полной мере отражало суть этой планеты. Само слово изначально означало жало, жало змеи, со временем в нем появилось вторая «С», которая придавала новому названию планеты зловещее звучание, подобное шипению кобры, которые на Эсстинге были везде! Они обвивали колонны и украшали орнаменты домов, статуи проклятых змей торчали в каждом саду и фонтане. Слава Создателю, что сами змеи здесь не прижились, когда кто-то попытался привезти их туда контрабандой – все погибли к радости местных жителей. Своя жизнь на планете если и была, то не на материке. Океан был глубок и безбрежен и не спешил раскрывать свои секреты. За две тысячи лет ни один корабль не вышел в море. Несколько беспилотных подводных лодок пропали, и было решено прекратить изыскания. Все силы научного мира планеты были направлены на проблему столь раннего старения женщин Эсстинга.



При рождении девочки в семьях плакали и объявляли траур. До пятнадцати лет девочки жили как богини, не зная отказа ни в чем, купаясь в роскоши и безнаказанности – весь жизненный уклад на планете должен был компенсировать им их горькую участь. Процветал культ тела, юные красавицы разъезжали по городам в открытых паланкинах, наслаждаясь своей мимолетной юностью. После пятнадцатилетия они должны были вступить в брак, чтобы успеть родить и поднять на ноги хотя бы троих детей. Поэтому брачный договор с семьей будущего мужа заключался сразу по рождении девочки.

Что только ни перепробовали ученые планеты более чем за тысячелетнюю историю пребывания здесь, какие только отчаянные меры и эксперименты ни предпринимали – новый мир был беспощаден.

Попытки жениться на славящихся завидным долголетием и здоровьем представительницах других миров не принесли успеха, браки с ними, возможно к счастью, оказались бесплодными. Попытки уехать в другие миры тоже кончались неудачей – проблема была в самой ДНК женщин и в любом другом мире их настигала неотвратимая карма. Ученые продолжали работу, но, как всегда, когда у науки не появилось ответов на вопросы, среди поселенцев возникли суеверия. Да-да, несмотря на то что человек преодолел звездное пространство и заселил, и освоил новые миры, в его душе продолжали жить первобытные неистребимые страхи. Главный и основной из них – страх смерти.

Чем очевиднее была безвыходная ситуация с преждевременным старением женщин, тем больше культов возникало и возрождалось. Какие только жуткие обряды ни возникли на этой чертовой планете за это время! На какие только безумства не пускались женщины, чтобы хоть немного продлить свой век! Именно они, эти культы, и вызывали у Норта чувство отвращения. Их последователи не гнушались ничем – жертвоприношение младенцев было самым безобидным на фоне всего остального…

Если на этот раз федералы опять не справятся, несчастные родители обратятся к Броку, больше им ничего не останется, и тогда придется взяться за это дело. Норт не любил Эсстинг и не мог избавиться от ощущения брезгливости по отношению к этому миру, что не мешало ему иметь там свои связи и даже друзей.

Норт встряхнулся. У него и сейчас дел невпроворот.

Надо разобраться с девчонкой. Немедленно. Норт знал, где он сможет что-то узнать. Человек, которого он искал, любил торчать в баре у транзитного порта.

Норт сразу увидел его в углу за столиком с его неизменным поисковиком. Норт был уверен, что парень никогда не расстается с этой штукой. Рожденный на Эсстинге, в Александрии, он был назван в честь бога Древнего Египта – человека с головой лягушки, олицетворяющим темноту хаоса. Хаос Норт ему точно обеспечит.

– Кук, давно не виделись! – рука Норта тяжело опустилась на плечо парня.

Эсстингианец, ткнувшись носом в поисковик, тряхнул головой и поднял голову, близоруко щуря глаза.

– Н-норт! Привет! – неуверенно поздоровался он, явно не понимая, чего ждать от встречи.

Кук давно уехал с Эсстинга и, поболтавшись по пяти мирам, осел здесь, на Саттории.

– Расслабься, приятель, – Норт сел рядом и заказал выпить, – поищи для меня, что в Сети есть? Может, пропал кто?

Пальцы эсстингианца забегали по клавиатуре.

– Тебя интересует что-то конкретное? – уточнил он, пробегая взглядом по строчкам новостей.

– Налет на корабль, пропажа груза… – Норт отпил виски и рассеянным взглядом оглядел зал – все спокойно.

– За этот месяц? – спросил парень.

Не зря его назвали Куком, он и правда лицом был немного похож на лягушку.

– За эту неделю, – Норт поставил стакан.

– Ничего, Норт, клянусь… – Кук еще раз бегло пролистал все новостные сводки, – даже задержек рейсов не было…

– Твою мать… – Норт провел рукой по лицу – девочка из возможного источника денег на глазах превращалась в проблему.

– Я могу для тебя последить, – поспешно заверил его Кук.

– Последи, – Норт встал. Может, они еще не хватились, пытался успокоить он себя. – Любую информацию сразу переправляй мне.

– Хорошо, позывные те же? – эсстингианец заметно расслабился.

– Те же, до встречи, – Норт оставил деньги на столе и вышел.

Ни про корабль, ни про девочку ничего не было. Обычно налет на корабль был самой горячей новостью. Тем более этот шел в саму метрополию! Его же там ждали… Корабль должен был прибыть два дня назад. И тишина? Что-то не так…

От дурных предчувствий у Норта заныло сердце.

– Черт, – он подставил лицо под дождь, давая ему смыть с себя тревогу.

Все как-то образуется. Нет, так он оставит ее на Саттории у Дэйви. Будет помогать деньгами. Дэйви девчонка вроде понравилась… Внутри снова возникло ее ощущение. Оно осталось в нем после того, как Тэя так бесцеремонно вторглась в него на корабле. Как будто часть ее сознания осталась в нем, а часть его сознания она унесла с собой, когда он ее выставил. Норт не мог объяснить это. Странное ощущение присутствия внутри. И если раньше это была неприкаянная тень Джаи – он снова едва не задохнулся, как только это имя всплыло в памяти, второе имя он загнал в самый дальний угол своего сознания, но до него-то как раз, похоже, эта девчонка и добралась, – то теперь это была вполне ясная и реальная фигура. Фигурка. С изумленно распахнутыми глазами. И такое чудное сознание… Раньше он таких не видел… Норт залюбовался непривычно ярким светом сферы… Точно, вот оно… Это ее «отпечаток» – яркий… Теплый… Норт повертел его перед внутренним взором, он мог его выбросить во вне, и он бы рассеялся в пространстве, но от него шло такое тепло… Такое давно забытое ощущение жизни… К черту, зачем ему это?! Норт решительно «взял» отпечаток и швырнул его прочь из себя. Доплыв до внутренней оболочки сознания, сфера замерла и, качнувшись, поплыла обратно. Какого… Норт повторил манипуляцию несколько раз. Разозлившись, он даже разомкнул оболочку собственного сознания, отчего у него мурашки пошли по коже, но все так же безрезультатно – «отпечаток» сознания Тэи отказывался его покидать. Ладно, он попросит Дэйви убрать его…

Норт встряхнулся и понял, что промок насквозь. Дождь лил не переставая. Надо разыскать Троя и свое старое корыто. Ну, не совсем корыто, для абордажа этот корабль самое оно, но дело с ним не сделать. Норт поднял воротник куртки, понимая всю бессмысленность этого жеста, и направился на стоянку. Хоть бы один гравилет проехал…

– Эй, Норт! Прыгай!

Трой! Этот парень всегда вовремя! Норт с облегчением нырнул в кабину гравилета.

– Куда? – спросил Трой, набирая высоту.

– На корабль.

– Брок заплатил? – Трой ловко маневрировал среди кораблей.

– Да, вот твоя доля, – Норт отдал парню половину вознаграждения.

– Спасибо! – Трой довольно убрал деньги.

Норт задержал на нем взгляд на пару минут. Парень с ним последние десять лет. Можно сказать, вырос на его глазах. Норт обучил его всему, что сам знал и умел.

– У Брока есть что-то для нас? – спросил Трой, зайдя на посадку возле их корабля.

– Завтра сообщит.

– Норт, я хотел…

– Мне надо поспать, – перебил его Норт, парень хорошо закрывался, но для Норта он был открытой книгой.

Сначала он отдохнет наконец, а потом даст ему сказать то, что он и так уже знал. Трой решил уйти.

* * *

Последние три дня для Тэи стали настоящим испытанием. Целыми днями она просиживала у кристалла Слов, но его информационный поток даже не думал иссякать! К вечеру голова девочки буквально пухла от загруженных знаний, и она едва могла добраться до своей постели. Белый кристалл, конечно, немного облегчал состояние, но именно облегчал. Тэя уже просто ждала, когда в ее сне появится знакомая темная фигура и расставит всю полученную информацию по своим местам. По мере того как расширялся ее запас слов, сон стал приобретать все более конкретные очертания. Ей снился зал библиотеки с бесконечными рядами книг. Темный человек толкал перед собой тележку, нагруженную в беспорядке сброшенными книгами, он медленно двигался по рядам и аккуратно расставлял эти книги по полкам.

Утром голова Тэи снова была ясной, а сама девочка полна сил. Едва позавтракав, она бежала по знакомой дорожке в сад и усаживалась перед кристаллом. Учитель для себя давно решил ограничить ее обучение именно этой поляной. Здесь было семь базовых кристаллов. Он не хотел передавать с таким трудом накопленные знания представителю чужого мира, чьи цели пребывания в Шести мирах оставались большой загадкой.

На четвертый день поток из кристалла Слов просто прекратился. Тэя растерянно оглянулась.

– Учитель, он… сломался?

– Нет, милая, ты получила все знания из него.

Тэя хотела вскочить.

– Очисти разум, – учитель жестом указал на белый кристалл.

Точно… Тэя снова села на свое место и погрузилась в молочные глубины белого кристалла. Теперь она могла думать такими словами. Это было странно.

К моменту, когда она закончила и снова обернулась, рядом с учителем Садхиром сидела Дэйви. Она тепло улыбнулась девочке.

– Дэйви! – Тэя с размаху влепилась в нее, с силой обняв свою гостью.

– Я тоже соскучилась, – Дэйви мягко отстранила девочку и внимательно вгляделась в ее лицо. – Как ты?

– Я закончила кристалл Слов наконец-то! – выпалила Тэя.

– О, какой у тебя голос! Звонкий как колокольчик, – улыбнулась Дэйви. – А как ты складно говоришь!

– Учитель говорит, что это Единый язык. Есть еще шесть диалектов, некоторые уж вообще непонятные, – тараторила девочка, машинально перебирая и разглядывая украшения Дэйви.

– Сегодня для тебя большой день, – Дэйви гладила заметно отросшие волосы девочки.

– Да? – Тэя вопросительно посмотрела на учителя.

– Ты же не думала, что кристалл Слов – это все твое обучение? – усмехнулась Дэйви, – тебе предстоит узнать историю Шести миров, правила этикета и еще много чего.

– Историю Шести миров? – Тэя снова перевела взгляд на учителя.

Тот серьезно кивнул. Тэя оглянулась.

– Какой это кристалл?

– Нет, милая, историю Шести миров Учитель рассказывает сам, а вот информацию о каждом отдельном мире ты получишь позже из кристалла, – Дэйви доставляло удовольствие перебирать шелковистые волосы девочки. – Ты их расчесываешь? – спросила она, не удержавшись.

– Каждое утро, – нетерпеливо кивнула Тэя. – Учитель Садхир, когда вы мне все расскажете?

– После обеда! – учитель решительно встал. – Эта девочка совершенно не умеет останавливаться вовремя! – и с шутливой строгостью добавил: – Сегодня ты пообедаешь с нами, как нормальный человек!

Они проследовали в обеденный зал. Он был залит солнцем, но белый камень дарил прохладу. Стол был уже накрыт, и обед прошел за легким разговором о новостях. Тэя тоже делилась впечатлениями и задавала уйму вопросов. Некоторые ставили в тупик, некоторые приводили в оторопь, некоторые вызывали веселый смех, и девочка смеялась вместе со всеми.

– Постепенно ты во всем разберешься, деточка, не спеши, – голос Учителя звучал успокаивающе.

Он вообще вызывал у Тэи чувство благоговения. Именно эта устойчивая эмоция исходила от Дэйви, когда она смотрела на своего Учителя. Теперь Тэя знала слова – названия всех эмоций. И ей нравилось, когда при взгляде на что-то или при испытании каких-то чувств в ее сознании всплывало слово, обозначающее этот предмет или чувство. Это было странно, но заметно упрощало жизнь.

После обеда они снова отправились в сад, но по другой дорожке и пришли на другую поляну. Учитель провел рукой над поверхностью столика, и над поляной возникла голограмма планеты в Солнечной системе. Тэя машинально отшатнулась к Дэйви, которая, к радости девочки, осталась послушать лекцию учителя Садхира.

– Это Земля – родина всего Человечества, – заговорил Учитель. – Она долго была домом для людей, но люди были невежественны и не ценили того, что имели. Земля была истощена и опустошена. К моменту ее угасания были готовы семь экспедиционных групп по семь кораблей, которые отправились вместе с людьми к другим мирам, – рассказ Учителя сопровождался голографическими изображениями, на которые Тэя смотрела не отрываясь. – Люди отправились к семи мирам, которые могли им стать новым домом. На кораблях везли всё – от ДНК всех животных и растений до реликвий человеческой истории, произведения искусства и тонны информации, сосредоточенной в блоках памяти архивов.

Картинка сменилась. Тяжелые огромные корабли медленно шли сквозь пространство…

– В новый мир люди везли надежды на новую жизнь, свои мечты и пороки, своих богов и своих демонов…

Тэя вздрогнула, настолько ярко восприняла она последний образ из сознания Учителя. Незаметно для нее ее внимание переместилось с голограммы на Учителя, и она привычно созерцала его сознание.

Дэйви мягко коснулась ее щеки и безмолвно указала на картинку над поляной. Тэя смутилась и снова сосредоточилась на визуализации.

– Семь миров, избранные для колонизации,… были разными. И эта разность обусловила последующее развитие местных поселений. Первой планетой на пути была Пангея, так называли древнейший материк на Земле, и поскольку новая планета была максимально похожа на старую Землю, ее назвали Пангея. Она же стала метрополией Шести миров.

– Почему шести? Отрядов было семь, – прошептала Тэя, любуясь изображением планеты.

– Мы до этого, дойдем, – невозмутимо кивнул Учитель и продолжил: – Два огромных материка омываются океанами, реки, озера. Леса и горы, цветущие долины. Архипелаг больших островов от полюса к полюсу между материками позволил воспроизвести все природные зоны старой Земли и заселить их земными животными соответствующих групп, без угрозы для материковой флоры и фауны. Все животные находятся под очень строгим контролем, каждое новое потомство тщательно проверяется на предмет вероятных мутаций. Учитывая, как изменился человек, было справедливо предположить, что и генотип животных не останется первозданным. Только на Пангее и на Сандорре за столько лет ДНК домашних животных и птиц не претерпело никаких изменений. На этом и остановились. Диких животных на материках решили не воспроизводить. Океан остался неосвоенным – страшно выпускать туда морских млекопитающих и рыб – неизвестно, во что это может вылиться. Надеюсь, когда-нибудь людям удастся изучить и постичь океан… – Учитель на секунду задумался и встряхнулся. – И все же, несмотря на такие вынужденные предосторожности, новый мир оказался дружелюбен и гостеприимен. Люди обрели второй дом и второй шанс и сделали все, чтобы не упустить его. Был принят закон, по которому, если на обитаемой планете более чем один материк – обживается только один из существующих, максимально комфортный для жизни, остальные остаются нетронутыми, чтобы не нарушать естественный ход местной эволюции. Там ведется наблюдение с воздуха беспилотными аппаратами и никакого вмешательства человека.

Учитель дал Тэе возможность полюбоваться чудными городами и парками планеты, особый восторг вызвали у нее съемки животных на Архипелаге.

– Второй мир – Сандорра. – Изображение сменилось, несколько небольших материков разбросано по планете в основном в зоне экватора. – Из шести материков заселили три, есть и островные архипелаги. На Сандорре воссоздали Стоунхендж – совершенно потрясающее сооружение из мегалитов – удалось найти природные камни и даже место фактически соответствует земному местоположению этого Чуда Света. Что до самой планеты, то на ней оказалась чрезвычайно плодородная земля и благодатный климат. Земледелие и скотоводство поначалу стало главным видом деятельности на этой планете, но постепенно появилась промышленность и все прочие необходимые структуры. Только на Сандорре есть настоящие животноводческие фермы, которые в изобилии снабжают мясом, птицей, сырами, молоком и всем прочим все наши миры. На каждой ферме есть свой генетик, который жестко отслеживает все появляющиеся мутации и принимает соответствующие меры – либо коррекция измененного сегмента, либо принимается решение об уничтожении особи. Там же разрешено держать настоящих кошек и собак, а не биомехов, как в остальных мирах…

Тэя подняла руку.

– Да? – кивнул учитель.

– Планеты были необитаемы? – спросила девочка.

– Разумной жизни на них не было, – Учитель покачал головой и невозмутимо продолжил: – Третьим миром был Э’Стинг, который потом стали называть и писать просто Эсстинг. Планета пустынь и оазисов…

Почему-то Тэя знала уже все, что Учитель ей рассказывал. Она даже растерялась.

– Змеиное племя, – пробормотала она.

Дэйви вздрогнула от неожиданности, но тут же взяла себя в руки. Учитель и ухом не повел. Это была фраза Норта и сказана она была на логосе, языке воров и контрабандистов, на языке преступного мира.

– Четвертый мир – это наш – Саттория, – картинка снова сменилась, – три материка. Два расположены в зоне с тропическим климатом, а один ближе к северу. Его крайняя точка касается полюса планеты. Это Аквилон.

– Северяне… – снова пробормотала девочка уже на Едином языке, разглядывая материк.

– Верно, так зовем жителей этого материка мы, южане, и остальные жители пяти миров, включая их самих, – кивнул Учитель, – там добываются очень ценные ископаемые. Жить там невероятно трудно, и местные жители отличаются потрясающей выносливостью, силой и живучестью.

– Норт – северянин, – снова заговорила девочка.

– Правильно, Норт – северянин, а Дэйви – южанка. Именно здесь, на Анджанте, был воссоздан Тадж-Махал, одна из жемчужин земной архитектуры. – Тэя не могла отвести глаз от потрясающей красоты архитектурного ансамбля.

– Это все везли с Земли? – поразилась она.

– Нет, милая, только чертежи, – учитель погладил голову старательной ученицы и продолжил: – Остальное узнаешь из кристаллов. Осталось немного. Крунн. Один материк почти обнял планету к северу от экватора. Суровый мир скал и льда. Короткое лето и долгая зима. Поселенцы, прибывшие туда, справедливо назвали свой мир Йотунхеймом[1]. Жить там трудно, но со временем люди смогли сделать свое пребывание там вполне комфортным. Термальные источники и система куполов, накапливающих ультрафиолет даже ночью, смогли обеспечить людям прекрасные условия для жизни. Но, разумеется, для этого требовался невероятный технический прорыв, именно поэтому все новейшие и лучшие технологии до сих пор приходят к остальным мирам с Крунна. Машины, станки, роботы, корабли – нет ничего, в чем бы они не преуспели. Но есть там и те, кто предпочел жить не в тепличных условиях купола. Они создали свои поселения в скалах – потрясающие люди невероятной силы.

Ледяной мир завораживал… Йотунхейм – мир ледяных великанов… Тэя невольно ждала, что вот сейчас появится один из них из-за ледяной глыбы…

Но картинка сменилась.

– Тиора, – Учитель наблюдал, как медленно проясняется взгляд девочки, – самый загадочный мир и один из относительно закрытых. Там не любят чужеземцев, хотя сами тиорианцы с удовольствием колесят по остальным пяти мирам. Помимо всего прочего, тиорианцы совершили невероятный прорыв в ментальном развитии человека. Считается, что это связано с особенным излучением планеты. Обитатели всех миров, исключая Эсстинг, обладают экстрасенсорными способностями в той или иной мере, тиорианцы довели свое мастерство до совершенства. Там бесконечное число духовных орденов, члены которых каждый день своей жизни посвящают совершенствованию своих навыков.

– Высокомерные… – ладонь Дэйви вовремя мягко легла на рот Тэи, очередная фраза Норта на логосе едва не слетела с губ девочки.

– Ты не должна так говорить, – твердо сказал учитель, – мы уважаем представителей всех Шести миров…

– И Эсстинг?! – воскликнула Тэя.

– Их тем более. Природа была к ним жестока. Они не обладают нашими способностями и могут видеть только глазами и слышать только ушами…

– И поэтому они понавтыкали везде эти свои чертовы глушилки? – снова спросила Тэя на логосе.

– Я не понимаю, – Дэйви отчаянно развела руками, – она могла найти кристалл с этим языком? Да нет, вряд ли, – тут же возразила себе молодая женщина, – она может находиться с ним в постоянном контакте?

– Вполне возможно, – учитель Садхир пристально посмотрел на девочку. – Что-то определенно есть, но либо она «вынесла» это с собой после первого контакта, либо… Надо посмотреть потом более внимательно. Это даже интересно.

Они не пытались говорить тише или как-то шифровать свою речь. Все это бесполезно, когда рядом с тобой эмпат и телепат такого уровня, как Тэя.

– Не все суждения Норта корректны, милая, – терпеливо сказал Учитель, – он знает много, он умен и опытен, но он груб, и ты не должна повторять все, что он говорит или думает.

– Но это правда? – осторожно спросила Тэя.

– Правда, так эсстингианцы защищают себя. И имеют на это полное право. Ты поняла?

– Поняла, Учитель. Но это Шесть миров и шесть отрядов. А где седьмой? – повторила девочка свой вопрос.

– Седьмой отряд поселенцев шел к самому удаленному миру – Гетее. Но войдя в Гетенианскую туманность, корабли пропали со всех радаров и из радиоэфира. Мощное поле радиогалактики поглощало все сигналы, которые поселенцы Шести миров пытались им отправить. Считается, что этот отряд погиб, – Учитель внимательно следил за лицом девочки.

Она была потрясена, но больше ничего – ни картинок, ни вспышек эмоций или каких-то сознаний – ни намека на воспоминания. Учитель продолжил:

– Поселенцы пяти миров отличаются завидным здоровьем и долголетием, Эсстинг – прискорбное исключение. Вот такой краткий обзор. На первой поляне ты найдешь кристалл каждого из миров. Изучай их так же тщательно и терпеливо, как кристалл Слов, и это поможет тебе избежать массу неприятностей.

– Например? – живо поинтересовалась девочка.

– Не оскорбишь никого ненароком, в некоторых мирах люди скоры на расправу, – усмехнулся Учитель и погасил голограмму. – Все, на сегодня ты закончила, беги гулять с Дэйви.

Тэя вложила свою ладошку в руку Дэйви, и они пошли гулять по прекрасному саду, виртуозно обходя поляны с запретными для девочки кристаллами, и вскоре они оказались у чудесного водопада.

– Ты умеешь плавать? – Дэйви выскользнула из легких одеяний.

– Не знаю, – Тэя покосилась на воду.

– Давай выясним, – Дэйви по красивой дуге вошла в воду и, вынырнув, поманила девочку: – Давай прыгай! Я тебя поймаю!

Тэя долго раздевалась, путаясь в одежде. Вода ее пугала, но радость и наслаждение Дэйви перекрывали страх. Девочка неуклюже плюхнулась в воду прямо в неожиданно сильные руки Дэйви.

– Не бойся, глупая! – заливисто рассмеялась она, катая Тэю по поверхности воды.

– Здесь не на что встать! – удивленно воскликнула Тэя. – Как ты держишься? На чем?!

– Вода меня держит! – снова смех. – Расслабься, ну…

К концу дня Тэя плавала не хуже рыб.

* * *

Утро началось с разговора с Троем. Он пришел на корабль рано утром, но Норт уже его ждал.

– Кофе, – Норт подвинул парню кружку.

Он чувствовал его смятение. Он хорошо изучил парнишку за это время. Но пусть скажет. Пусть скажет сам.

– Ты получил работу у Брока? – спросил Трой.

– Пока нет, – Норт невозмутимо отпил кофе.

– Тебе будет нужна помощь?

– Справлюсь, – Норт поставил кружку на стол.

– Я… – Трой тоже поставил кружку на стол, – я решил уйти, Норт.

– У тебя есть корабль?

– Есть, я скопил… «Звезда-4», – выдохнул Трой.

– Хороший корабль, – Норт встал. – Что ж, удачи тебе. И пусть не пересекутся наши пути, – Норт хлопнул Троя по плечу и вышел.

– Пусть… – пробормотал Трой и облегченно откинулся на спинку стула.

Норт не любил прощаться. Больше этого не любил расставаться с кем-то. С кем-то, кто был рядом так долго. Но никто не смог бы обвинить Норта в сентиментальности. Он никогда не показывал своих чувств. Сейчас ему не было больно, он был горд. Парень вырос на его глазах, и у него хватило мужества прийти к нему и прямо сообщить о своем решении. Пусть удача сопутствует ему…

Норт поднял воротник куртки и шагнул под моросящий дождь. Пора к Броку. Ему нужны деньги…

Брок сидел в своем офисе, который был пропитан сигарным дымом, на столе кажущийся беспорядок, в котором была своя стройная система. Брок был старше Норта, но тоже еще не отметил первые пятьдесят лет. Он любил жизнь, безоглядно пробовал и стремился испытать все, что только этот мир мог ему предложить.

– Любишь ты потакать своим слабостям, – Норт моментально учуял запах дорогого табака.

– Ну, если я им не буду потакать, то кто же тогда? – Брок довольно пыхнул сигарой.

– Никак не бросишь эту дрянь? – Норт открыл окно и жадно втянул свежий воздух. – Сам травишься, черт с тобой, остальные чем провинились?

– Проклятые змеи Эсстинга! Я уверен, они нам так мстят, – Брок посмотрел на сигару в руке. – Выращивают такой табак, – он снова пыхнул сигарой, словно дегустируя, – мне кажется, они что-то туда подмешивают, не иначе… Точно подмешивают, – Брок задумчиво анализировал вкусовые ощущения.

– Брок, дело, – напомнил Норт.

– Да, дело! – Брок снял ноги со стола и безошибочно выудил файл из-под груды документов. – Детей на планете нет, их вывезли с Сандорры. Но у них обычный грузовик, старый «Мул»…

– Им потребуется дозаправка, они не смогут дойти сразу до Эсстинга…

Брок кивнул.

– Они зайдут на Сатторию.

– Здесь я их и перехвачу, – кивнул Норт. – Когда они покинули Сандорру?

– Если они ее покинули, то произошло это вчера.

– Значит, можно их ждать сегодня, но если двигатели у них в загоне, то они появятся здесь в лучшем случае завтра, – Норт бросил взгляд на голографическую карту системы. – В центр они не сунутся, сядут на периферии, – взгляд Норта блуждал по карте.

– Я слышал, что в горах Ниомы есть крохотная долина. Облачность там такая, что не видно вершины скал, а плотные туманы глушат любые звуки и сигналы… Гиблое место, – Брок потянулся за бутылкой и плеснул себе виски, – ты бывал там?

– Пару раз, раньше, – Норт согласно кивнул, – да, там вполне может сесть и спокойно дозаправиться любой корабль, и никто его не засечет. Хорошо, отправлюсь прямо сейчас, – Норт хотел было уйти, но Брок его остановил.

– Тебе понадобятся деньги, – пухлый конверт лег в широкую ладонь Норта, – эти гиены берут только наличку.

– Ну, разумеется, до связи, – Норт убрал конверт и вышел.

Тут же запищал коммуникатор, Норт уже шел к гравилету, но ответил на вызов.

– Слушаю.

– Норт, это Дэйви, ты должен приехать, срочно…

Черт! Он совсем забыл о девчонке!

– Да, тебе нужны деньги, я заброшу…

– Нет, Норт, ты должен ее забрать! В школу приехала инспекция, я едва ее укрыла, но они ее почуяли.

По спине Норта пробежал неприятный холодок.

– Где вы сейчас? – Норт сел в гравилет и поднялся на скоростной уровень.

– У меня дома, куда мне с ней еще деваться?! Поспеши, Норт!

– Черт… – Норт несся среди гравилетов, едва успевая уворачиваться от другого транспорта.

Он буквально камнем рухнул на площадку во внутреннем дворике дома Дэйви.

Молодая женщина тут же выбежала из тени, ведя ребенка с собой. Ого, да еще и с сумкой, помнится, она летела без багажа…

– Давай быстрее! Учитель сказал, что они отправились ко мне! – Дэйви буквально за шкирку впихнула совершенно растерянную Тэю в гравилет и захлопнула дверь. – Улетай! – крикнула она и бросилась в дом.

Норт взмыл в небо. Придется сначала попетлять, видимо… Вот черт! Гравилеты полицейского департамента уже висели у него на хвосте.

– Что-то слишком много нервотрепки из-за тебя, девочка, – Норт швырял машину с уровня на уровень, с полосы на полосу, создавая за собой полный хаос. – Черт, мне бы до корабля добраться…

Пара полицейских не справились с управлением, и их гравилеты рухнули вниз, на дорогу колесного транспорта. Норт даже взгляда туда не бросил, продолжая уходить от преследования.

Он уже видел космопорт. Еще немного… Какой-то гравилет пристраивается справа, и тут же по связи он слышит:

– Я уведу их, Норт, уходи вниз и влево!

Трой! Его прощальный подарок, спасибо тебе, парень… Их гравилеты были как близнецы-братья, как раз для таких вот случаев, когда надо было уйти с грузом.

Норт нырнул вниз под городской экспресс, круто взял влево в узкий проулок и замер. Погоня промчалась мимо него. Мягко тронув машину, Норт осторожно двинулся на параллельную улицу – там надо будет лететь предельно аккуратно и не привлекать к себе внимания…

Выдохнул он, только когда они добрались до корабля – здесь его никто не найдет, не в этом частоколе звездолетов всех форм и размеров. Никто не знает его последний корабль. Он включит глушилки – и ни один сканер не уловит излучение Тэи, кстати… Норт обернулся. Девочка стояла прямо за ним, держа сумку двумя руками. Сумка была явно тяжелая, однако Норт даже движения не сделал в ее сторону.

– Найди, где будешь жить, – он кивнул на проход в жилой сектор корабля, – и не показывайся мне на глаза, пока я сам тебя не позову, – сурово сказал он.

Тэя кивнула и побрела по коридору, волоча за собой сумку. Ничего, пусть привыкает, ему некогда с ней нянчиться! Надо отдать ей должное, во время погони она не издала ни звука, неохотно признал он. Ладно, времени мало, а дел невпроворот…

Ночью корабль Норта бесшумно взмыл в небо и направился в сторону долины Ниомы.

* * *

Норт сидел за столом в небольшом отсеке, который выполнял функции столовой на корабле. Здесь можно было перекусить, выпить горячий кофе или наоборот достать что-нибудь освежающее из холодильника. Норт медленно тянул остывший кофе и вертел висящую над столом голограмму. Конечно, «Мул» был до примитивности прост, но это была опасная простота. Один вход, он же выход. Никаких люков, никаких лазеек… Если Норт просто придет на корабль, положит охрану и заберет детей, это займет не больше получаса, но федералы сразу выйдут на Брока и того, кого он нанял для этой работы, и тогда полулегальному положению Норта придет конец. Его посадят, и он не сможет осуществить свою последнюю миссию… Норт снова глотнул кофе, поморщился, покосившись на кружку, и отставил ее в сторону. Именно в этот момент в столовой появилась Тэя.

«Я только возьму поесть», – пугливо прозвучало в нем.

– Словами, – терпеливо напомнил Норт, – федералы, и не только они, везде ставят глушилки, я могу тебя просто не «услышать». Говори словами.

– Я возьму поесть и уйду, – тихо сказала девочка.

Норт понял, что впервые слышит ее голос. Что-то в нем со странной готовностью откликнулось на этот чистый тихий звук.

А еще что-то неожиданно мелькнуло в его сознании. Какая-то мысль…

– Задержись-ка, – сказал он, сам пока толком не понимая, зачем она ему.

Он снова машинально крутанул висевшую перед ним голограмму корабля. Провертевшись словно рулетка над столом, картинка замерла, и взгляд Норта уперся в отдушину воздуховода. Секунды ушли на запрос его параметров. И вот взгляд Норта переместился с расчетов на безмолвно замершую за столом Тэю.

– А ты, пожалуй, сможешь мне пригодиться, – с неохотой признал он.

Девочка завороженно смотрела на него, будучи не в силах отвести глаз.

– Сможешь сделать для меня кое-что? – спросил ее Норт, пытаясь вывести девочку из ступора.

Тэя медленно кивнула.

– Что? – почти беззвучно спросила она.

– На этом корабле есть двое детей – брат и сестра, их забрали от их родителей и хотят увезти в другой мир для, только дьявол знает каких, экспериментов, – Норт говорил медленно, давая словам слиться с образами в ее сознании, – мы должны их забрать и вернуть родителям.

– Родителям, – эхом отозвалась Тэя.

Это понятие не имело в ней никакого эмоционального наполнения, но его оказалось с лихвой в сознании Норта, и чернота боли утраты снова едва не накрыла ее с головой…

Норт шлепал ее по щекам.

– Хватит, – прошептала она.

– Ты должна перестать вот так шарить во мне, – жестко сказал сатторианец, – иначе оставлю тебя на этом же работорговце, – он снабдил свою мысль такой красочной картинкой печального будущего Тэи при подобном повороте событий, что девочка мысленно поклялась себе больше этого не делать – слишком пугающей была перспектива.

– Так ты поможешь мне? – снова спросил Норт.

Тэя кивнула.

– Что я должна делать? – спросила она.

И сатторианец ей все подробно объяснил.

Через несколько минут они стояли возле «Мула», Норт одним сильным движением подсадил девочку, и она легко скользнула в воздуховод. Дальше она двигалась, четко следуя отпечатавшейся в памяти схеме. Вот и трюм, пора выходить в коридор. Тэя скользнула в лючок вентиляции и бесшумно приземлилась на пол. Уверенные в безопасности груза при такой охране владельцы корабля не слишком заморачивались замками на отсеках камер. Тэя прослушала каждую из них. Как много сознаний… Ей нужны два совершенно конкретных. Что-то мелькнуло и пропало перед внутренним взором. Стоп. Назад… Вот они… Слишком маленькие, слишком слабые, слишком… Тэя пару секунд смотрела на кодовый замок, затем уверенно набрала необходимую комбинацию – и дверь открылась. Девочка скользнула внутрь, среди плотно стоящих и дурно пахнущих тел, в самый дальний угол. Там, прижавшись друг к другу, лежали двое детей.

– Эй, малыши, вставайте быстрее, – девочка уверенно подхватила детей и направилась к выходу.

– Эй, ты кто? – к ней потянулись грязные руки и темные мысли.

Тэя юркнула в коридор и захлопнула дверь. Дети без сил висели на ее руках. Девочка беспомощно посмотрела на люк воздуховода под потолком. Ей нужна помощь. Но Норт сюда не пролезет… Она осторожно вошла в сознание детей – они были слишком голодны и обезвожены. Тэя отделила от своего поля часть энергии и вложила ее в мальчика, затем она то же самое проделала с девочкой. Она не знала, как она поняла, что и как надо делать. Она просто знала и сделала. Мальчик задвигался и открыл глаза, за ним пришла в себя его сестренка.

– Я вам помогу, – сказала им Тэя, приложив палец к губам, – но и вы должны сделать кое-что, – она кивнула на люк воздуховода.

В коридоре послышались шаги охранника.

Тэя поставила девочку и подсадила мальчика:

– Быстрее… – мальчик исчез в темноте люка, но через секунду оттуда появилась его рука, с готовностью подхватившая сестренку.

Когда оба ребенка были в воздуховоде, Тэя подпрыгнула, изо всех сил и с удивлением ухватилась за края шахты. Она не должна была допрыгнуть, но вот она, здесь! Шаги были уже совсем рядом. Тэя бесшумно закрыла люк и двинулась к выходу, увлекая детей за собой. Только бы они не подняли тревогу, только бы не… Жуткий резкий звук не просто ударил по ушам, казалось, он вспорол мозг.

– Тревога, быстрее! – Тэя буквально выпихнула детей наружу из люка, и сама рухнула в сильные руки Норта.

Гравилет тут же сорвался с места. Все произошло в считанные секунды. Едва они оказались на корабле, Норт распихал детей по амортизационным камерам: «Не корабль, а детский сад!» – и корабль взмыл в ночное небо, с места в карьер входя в гиперпространство.

– Вот так вам, салаги, – довольно ухмыльнулся Норт, регулируя системы корабля.

Такой форсаж дался ему нелегко, надо будет его подлатать на Сандорре, а, может, и новый взять… Сатторианец не привязывался к кораблям и менял их по мере необходимости.

Убедившись, что все работает, Норт поставил корабль на автопилот и направился в отсек с амортизационными камерами – надо было убрать из детей энергетический отпечаток Тэи. Процедура далась ему нелегко и забрала много сил, только после этого он пошел спать.

* * *

Детей вернули домой ночью без лишнего ажиотажа. Перед тем как войти в дом, оба еще раз обернулись и помахали в сторону гравилета, Тэя, сидевшая внутри, помахала им в ответ, зная, что ее не увидят. Ощущение грусти накрыло ее. Такое же, как когда Норт так поспешно забрал ее от Дэйви. Из ее уютного дома, где у Тэи была своя комната, где была ванна с пеной и вкусная еда…

Она вспомнила, как впервые ела на корабле у Норта. Она с ужасом смотрела на жуткие консервы из банки и машинально закрыла себе нос.

– Это невкусно, – твердо сказала Тэя.

Норт даже не понял, о чем она.

– Это еда, – с нажимом сказал он, – ешь, – и плюхнул банку и вилку Тэе под нос.

Все, что было внутри девочки, подкатило к горлу. Она судорожно глотнула воды.

Она понимала, что оставаться дальше у Дэйви было опасно, почему-то было важно, чтобы ее не нашли. Норт и сам был не в восторге от того, что она тут с ним. Она ему мешает…

Однако же на этот раз она оказалась ему полезна.

Норт сел в гравилет.

– Все, нам заплатили, – он тут же отделил часть денег и отдал их Тэе. – Твоя доля. Это – деньги, без них в нашем мире никуда, – с этими словами он тронул гравилет. – У нас еще пара встреч, – сказал Норт.

– Хорошо, – кивнула Тэя, – я подожду.

Выхода у нее не было, либо сидишь на корабле в одиночестве, либо имеешь небольшую возможность посмотреть столь необъятный мир.

Сандорра! Жаль, что сейчас ночь! О городах Сандорры слагали песни, сады и фонтаны воспевались в стихах! Сделать предложение своей возлюбленной в садах Сандорры, что может более прекрасным и романтичным?!

– Что за бред?! – не выдержал Норт. – Неужели все это было в кристаллах учителя Садхира? Школьная программа так сильно изменилась?!

– Нет, это было у Дэйви, – Тэя смутилась, она снова думала «в полный голос».

– Дэйви… – Тэю окунуло в сумрак боли и холода. – Приехали, сиди тихо и ни во что не встревай! – велел ей Норт, выходя из гравилета.

Тэя кивнула и вышла следом. Они вошли в дымное помещение бара.

– С детьми нельзя! – начал было кто-то.

– Отвали, – коротко ответил Норт, и от них действительно все отстали.

У него реально какой-то дар, Тэя с любопытством огляделась по сторонам – никто не решался на них даже взглянуть.

– Они тебя так боятся? – спросила Тэя.

– И не только они, я тоже его слегка побаиваюсь! – услышала Тэя и повернулась к говорившему.

– Привет, дружище, – Норт коротко обнял незнакомца, и они сели за столик.

Тиорианец, сразу определила Тэя. Учитель Садхир научил ее. Однажды они целый день просидели в парке, и там она увидела представителей всех Шести миров. Учитель закрывал ей лоб своей теплой ладонью, заставляя смотреть глазами, а затем открывал лоб, и определенный тип внешности навсегда закрепился в ее памяти за определенным типом сознания. Тиорианцы, а, точнее, их сознания, были самыми красивыми.

Сейчас Тэя откровенно залюбовалась собеседником Норта. Тот был вынужден даже прервать разговор и посмотреть на девочку.

– Чего тебе, милая? – мягко спросил он.

– Ты красивый, – прошептала Тэя, благоразумно скользя только по поверхности чужого сознания.

– Давно я не слышал ничего более приятного, – легкая улыбка скользнула по утонченному лицу.

Тэя осмелела и скользнула пальцами по татуировке на внутренней стороне предплечья левой руки своего собеседника.

– «Путь Судьбы труден и сокрыт мраком, но ты пройдешь его с верой в душе и огнем в сердце», – прошептала девочка и залюбовалась замысловатой вязью древнего языка.

– Ты даже мне никогда не говорил, что эта чертовщина означает, – тихо сказал Норт.

– А это никому и не положено знать, кроме меня. Это девиз моего Ордена, – Дэймос пребывал в состоянии легкого шока.

Словно мало было этого, он ощутил легкое давление на внешнее поле своего сознания и перевел удивленный взгляд на источник этого давления.

– Можно? – почти шепотом спросила Тэя.

– Дэймос, не пускай ее…

Но тиорианца заинтересовали способности новой знакомой. Неожиданно он сбросил напряжение и улыбнулся.

– Да ради бога, прошу! А, да, кое-что там может оказаться от шестнадцати… – но чужое сознание уже гостеприимно распахнулась перед девочкой, и Тэя скользнула в него, словно рыбка в воду.

До чего же здесь было чудесно! Ощущение полной гармонии и даже словно бы музыка, такая тонкая, едва различимая, совершенно разная, но такая манящая… Возле той сферы она наиболее отчетлива… Тэя скользнула туда и заглянула в сферу… Ой! Тэя отшатнулась и поспешила к другой ярко переливающейся сфере – там был настоящий пир с каким-то… Богом?!

– Это кто? – с этим вопросом Тэя буквально выпала из чужого сознания.

Ее встретил пристальный взгляд бездонных черных глаз.

– Как тебя зовут, дитя? – голос звучал мягко и тихо.

– Тэя.

– А я – Дэймос. Откуда ты, Тэя?

– Не знаю… – Тэя как завороженная смотрела в черные глаза незнакомца, но вот на них упал яркий свет, и круглые бездонные зрачки тиорианца стали узкими, как у кошки.

– Норт? – Дэймос повернулся к другу. – Откуда она у тебя?

Норт коротко рассказал всю историю и спросил заодно, не доходили ли до Дэймоса слухи о пропаже уникального ребенка или просто ребенка с космического корабля. Нет, покачал головой тиорианец, он ничего не слышал, а затем повернулся к Тэе.

– Милая, а теперь ответная любезность…

– Ты не рассказал, что за человек был в белых одеяниях? Это был настоящий Бог?! – с детским бесстрашием настаивала Тэя.

– Да, – кивнул Дэймос, – он так считал.

Норт хмыкнул.

– Расскажи, – потребовала у него Тэя на логосе, от чего оба «присели».

– Эсстингианцы похитили Дэймоса с Тиоры. Им нужен был оракул в один из их новых городов, как его?.. – Норт взглянул на друга.

– Дельфы, – подсказал он с тонкой улыбкой.

– Дельфы. Какое-то время ему все это было интересно, затем он спелся с живым воплощением бога Диониса из соседнего храма, и они стали неплохо проводить время, – Норт скупо улыбнулся, щеки Дэймоса слегка порозовели. – Скандал разразился, когда несколько весталок больше не могли скрывать свою беременность, бога казнили, а Дэймоса отправили на гладиаторские бои, на смерть.

– Жуткое место, – Дэймос театрально дернул плечами, – и там был Норт. Не знаю почему, но он решил меня спасти…

– Ты обещал мне денег, пройдоха, и я один знал, как правильно «убить» тиорианца, чтобы потом откачать.

– Я его подкупил, – Дэймос развел в воздухе изящные ладони, – все было так банально… Ты делаешь все скучным! – с укором сказал тиорианец и отпил пиво из высокого стакана.

– Ей не нужны сказки, Дэйм, – Норт был непреклонен. – Все, что требовалось от меня – это выйти с ним в паре. Я инсценировал его смерть, меня освободили за количество выигранных боев, и я ушел, прихватив его тело. Добравшись до первого же неохраняемого корабля, я сунул его в ложе и свалил с чертового Эсстинга.

– Это стало началом прекрасной дружбы, – едва сдерживая смех, закончил тиорианец.

– Ничего не стало, ты все еще мне должен, – Норт не смог сдержать улыбки.

Тэю буквально обдавало теплом с двух сторон. Так вот что это – дружба… Ее сознание нежилось и купалось в безопасности этих потрясающих по своей красоте эмоций.

– Детка, а теперь не впустишь ли ты меня? – едва получив согласие, сознание Дэймоса скользнуло внутрь сознания Тэи.

Ух ты! Вот как это, оказывается… Словно прямо под кожей двигаются тоненькие ручейки… Мурашки побежали по коже… Холодом обдало плечи… Тэя прислушивалась к своим ощущениям – надо запомнить все, надо знать, как это, когда тебя «сканируют»…

Дэймос «вынырнул» из сознания девочки еще более озадаченный, чем был до того.

– До чего добрался? – спросил его Норт.

– До черной стены из камней, – Дэймос вытер легкую испарину со лба. – Не смог пробиться, – удивленно добавил он.

– Не ты первый, – усмехнулся Норт.

– Ты – ее первое осмысленное воспоминание, это странно… – Дэймос сделал глоток пива и посмотрел на девочку. – Откуда ты такая?

«Учитель Садхир думает, что я с Гетеи, – раздалось в Дэймосе, – но это тайна»!

Дэймос бросил быстрый взгляд на Норта, тот никак не отреагировал. Значит, девочка говорила только с ним. Адресно. Так могли только тиорианцы и особо одаренные сатторианцы. Сознание Тэи не было похоже ни на одно из сознаний Шести миров.

«Учитель думал так же», – Тэя потянулась за орешком в миске на столе.

– Я знаю, что вы разговариваете. О чем? – тихо, но сурово спросил Норт.

– Мы проверили способности друг друга, – Дэймос озвучил часть правды, раздумывая, стоит ли раскрывать остальное. – Она очень талантлива. Что ты думаешь с ней делать? – спросил он.

– Узнаю, куда ее везли, и попробую получить выкуп, – Норт был максимально честен с другом, отчего тому стало немного совестно.

«Скажи ему тоже», – попросил он Тэю.

Та с сомнением пару минут смотрела на Норта, но затем согласилась. Через минуту Норт отставил стакан и пристально посмотрел на девочку.

– Ты серьезно? – переспросил он.

– Вполне, – Тэя расковыряла второй орех.

– Ты знал? – Норт посмотрел на друга. – Ну да… Черт… – он провел ладонью по лицу. – Куда ее везли?! Зачем?! Знаю, что на Пангею, но Пангея это же целый мир!

– Не отчаивайся, я поспрашиваю тоже. Осторожно поспрашиваю, – тонкая рука Дэймоса коснулась плеча Норта.

– Хорошо, – Норт взглянул на часы. – О, мне пора! Рад был повидаться, береги себя!

Все шумно поднялись, Норт коротко обнял Дэймоса и, автоматически уже взяв Тэю за руку, вышел из бара.

– Мы на корабль? – спросила Тэя, прыгая рядом с ним.

– Нет, у нас еще одно дело.

– А ты знал, что у Дэймоса есть отдельная сфера с Дэйви?

– Подозревал, они давно знают друг друга, – напрочь задушив свои эмоции, Норт и бровью не повел и сменил тему разговора. – Сфера? Ты их так называешь?

– Да, они похожи на шарик, – трудно было рассказывать о сфере, жестикулируя одной рукой, – там радужные слои, и они так двигаются, а если заглянуть вовнутрь… В те, где музыка, лучше не заглядывать, – простодушно добавила Тэя.

– Вот и не заглядывай, – усмехнулся Норт и спросил со смехом: – Весталки?

Тэя задумалась на секунду.

– Надеюсь, что да… По большей части…

В этот момент они остановились у какой-то двери. Норт поднял руку и постучал.

– Норт! – дверь распахнулась.

– Дэйдре!

Красивая рыжеволосая женщина обняла Норта и поцеловала, но тут взгляд ее упал на Тэю.

– Ты кого сюда привел? Совсем рехнулся: приволок ко мне ребенка?!

– Поэтому я с черного хода…

– С черного хода! У меня приличное заведение! Люди решат, что ты извращенец какой-то!

– Извращенец, – повторила Тэя, перебирая свой словарный запас.

Шершавая ладонь Норта, вовремя закрывшая ей рот, помешала произнести формулировку.

– Мне некуда ее деть. Я не могу оставить ее на корабле, у меня нет глушилок такой мощности, а у тебя тут даже собственные мысли не услышать, не то что чужие…

– Вы его женщина? – Тэя воспользовалась тем, что хватка Норта ослабла.

– Только за деньги, милая, – Дэйдре одарила Норта ледяной улыбкой, – кто же добровольно на такое счастье-то подпишется? – она высунулась в переулок, удостоверилась, что лишних глаз нет, и впустила, наконец, их внутрь.

Закрыв дверь, она еще раз оглядела девочку.

– Ладно, позову Мойру и Фиону, у них очередной приступ материнского инстинкта, толку от них все равно никакого, пусть хоть делом займутся, – Дэйдре выглянула в холл. – Мойра! Хватай Фиону и пулей сюда!

Через минуту Тэя была передана в заботливые руки двух мечтающих стать матерями девушек, а Норт и Дэйдре смогли уединиться.

Тэя была искупана, умащена, наряжена, накормлена и уже валилась с ног от усталости, когда появился Норт.

– Какого… – его взгляд скользил по совершенно неузнаваемой внешности девочки.

– Матерь Божья, что вы с ней сотворили? – теперь пришла очередь Дэйдре удивиться.

– Она настоящая принцесса, смотри, какая красавица! – защебетали Фиона и Мойра, поправляя и расправляя складки одеяний на Тэе.

– Где твоя одежда? – одними губами спросил девочку Норт.

Тэя бросила отчаянный взгляд на кресло в дальнем углу. Норт одним движением сгреб ее вещи.

– Спасибо, дамы, мы уходим, – широкая ладонь Норта твердо легла на плечо Тэи и направила девочку к выходу.

– Останьтесь еще, Норт! Оставь нам ее! – взмолились несчастные девушки.

Но к облегчению Тэи, Норт был непреклонен. Несмотря на все глушилки, которые там стояли, он чувствовал страх девочки, даже настоящий ужас при мысли о том, что он на самом деле может ее оставить здесь навсегда.

– Не забывай ее кормить, – Дэйдре открыла дверь и проверила улицу.

Оказавшись в гравилете, Тэя смогла перевести дыхание.

– Какие-то они странные, – пробормотала она, пристегивая ремень.

– И не говори, – Норт направил гравилет к кораблю и добавил, бросив взгляд на одеяния Тэи: – Больше ты это не наденешь. Никогда.

– И ни за что, – безоговорочно согласилась девочка.

Норт завел гравилет на корабль. Можно уходить с Сандорры. Он попросил Дэйдре, чтобы она и ее девочки тоже держали уши востро и ловили любые разговоры о пропавшем ребенке или о пропавшем корабле с грузом. Норт раскинул достаточно широкую сеть и надеялся на скорый улов.

* * *

Норт сидел спиной к обзорному экрану и наблюдал за Тэей. Что это за имя такое – Тэя? Какое-то слабое, безвольное… Но девчонка, похоже, не промах. Когда он нашел ее, она показалась ему совсем ребенком, сейчас он понял, что ошибся, хотя тогда это было немудрено! Похоже, она все-таки уже подросток. Сколько же ей лет? Вряд ли она сама знает ответ на этот вопрос.

Девочка сидела за столом для карт и перебирала кристаллы, которые дала ей с собой Дэйви. Выбрав один, Тэя положила его на центр стола и погрузила в него свое сознание. Норт знал, что это. Книги. Книги из Древней Библиотеки, вывезенной с Земли. Норт когда-то и сам читал их с упоением, и такие же яркие кристаллы были у… Норт задушил эту мысль и вышвырнул из сознания, Тэя тут же чутко повернула к нему голову.

– Читай, – махнул он рукой.

Девочка кивнула и вернулась к своему занятию.

Сатторианец вновь погрузился в свои мрачные мысли. Надо расспросить Брока. Если он подключит свою сеть информаторов, Норт получит ответ на главный вопрос – кто? Кто лишил его семьи?! А потом он разыщет его и убьет. Сам. Голыми руками.

Норт провел рукой по лицу, стряхивая надвигающуюся волну ярости и отчаяния.

– Мы летим на Сатторию, – сказал он Тэе, та тут же «вышла» из книги и повернулась к нему, – я схожу к Броку один. Ты останешься на корабле. К Дэйви нельзя – тебя ищут. Я закрою корабль, и с тобой ничего не случится, – Норт говорил короткими четкими фразами. – Когда вернусь, выйдем вместе. Но ты не будешь «шарить» по сознаниям людей. Это очень плохо, слышишь? Это… невежливо, – нашел он нужное слово.

– Учитель мне объяснял, – со вздохом кивнула Тэя.

– Тогда какого черта ты каждый раз вламываешься в сознание каждого встречного?! – возмутился Норт.

– Мне интересно, некоторые очень красивые, – Тэя опустила голову.

– Интересно ей, – Норт покачал головой, – это опасно для тебя самой в первую очередь, пойми ты, наконец. Это привлекает к тебе внимание! Никто в Шести мирах так себя в твоем возрасте уже не ведет! Ты не должна выделяться, если не хочешь неприятностей.

– А какие могут быть неприятности? – Тэя осторожно подняла глаза, изо всех сил стараясь смотреть в глаза Норта, а не в его сознание.

– Наш мир очень сложен и в нем есть разные люди, – задумчиво сказал Норт, – но все они захотят использовать тебя в своих целях.

– Как ты? – внятно спросила девочка.

– Я? – Норт вышел из задумчивости и встретил ее твердый взгляд.

– Ты хочешь получить за меня деньги. От кого?

– Если бы я сам знал, – жестко усмехнулся Норт, он не собирался смягчать удар. – Про тебя никто не слышал и никто ничего не знает. И ты сама ничего про себя не знаешь, – холодно закончил он.

– Не знаю, – согласилась Тэя, – а когда мы узнаем, ты меня продашь тем, к кому меня везли? – спросила она.

– Почему продам? – вскинулся Норт. – Я не работорговец!

– Ты получишь выкуп? – гнула свое девочка.

– Если повезет, – кивнул сатторианец.

– Чем это отличается от продажи? – Тэя сверлила его своим взглядом.

– Я доставлю тебя к тем, кто тебя ждал и, возможно, еще ждет, а не отдам тому, у кого кошелек окажется тяжелее, как это делают работорговцы, – голос Норта не предвещал ничего хорошего.

Почуяв брешь, возникшую во время этого эмоционального всплеска, сознание Тэи, против всех законов здравого смысла, снова бесцеремонно вторглось в сознание сатторианца и потекло прямо к запретной зоне, Норт жестко перехватил ее и вышвырнул прочь так, что девочка едва не задохнулась.

– Еще раз так сделаешь, и я тебя убью, – очень тихо сказал он, но слова словно били по ушам. – Мне будет наплевать, кто ты и сколько за тебя дадут, ты поняла меня?

Девочка, все еще задыхаясь, кивнула.

– Если хочешь оставаться здесь, ты будешь делать то, что я говорю, и постараешься стать полезной, если нет – убирайся вон с моего корабля! Останешься на Саттории и делай, что хочешь.

Тэя сжалась. Ее необъяснимо манила к себе сокрытая часть его сознания, и это влечение было сильнее чувства самосохранения. Ей до сих пор не всегда удавалось сдержать свое сознание силой собственной воли, и теперь приходилось принимать последствия столь рискованного действия. Норт снабдил свои слова достаточно красочными картинками одиночества, нищеты и голода. Еще там были темные холодные камеры и какие-то люди в форме, и это было еще хуже нищеты и голода на улице, это была неволя. Ощущение от слова было просто жуткое и перекрыло собой все остальное.

– Что это такое – неволя? – почти шепотом спросила девочка.

– То, что хуже смерти, – коротко ответил Норт.

– Но только смерть – это быстрый конец всего, а неволя бесконечна, – Тэя уловила его ускользающие мысли.

– Все верно, – Норт пристально смотрел на девочку.

Та подняла голову.

– А если я не хочу к тем, к кому меня везли? – вопрос ей дался нелегко.

– А если тебя везли к родителям? Ты не думала об этом?

– Родители?.. – Тэя растерялась, похоже, такая простая мысль ей в голову не приходила.

Норт почувствовал смятение, охватившее ее. Яркие образы, рожденные ее сознанием, заполнили собой пространство.

– Я бы не особенно надеялся, – сатторианец тут же пресек полет ее фантазий, – но вдруг…

– Если это родители, – Тэя растерянно огляделась, вокруг нее роились картинки счастливого воссоединения семьи, – то я хотела бы к ним.

Норт кивнул.

– А если нет, то я хочу остаться с тобой, – быстро добавила девочка, – и постараюсь стать полезной! Я же уже была тебе полезна с теми детьми? – торопливо напомнила Тэя, заглянув в его глаза.

– Даже очень, – кивнул Норт, он никогда не отрицал очевидного, без нее все стало бы в разы сложнее и без шума бы точно не обошлось, а шум – это последнее, что ему сейчас нужно.

– Вот, я буду полезной и дальше, – удовлетворенно кивнула девочка.

– Давай сначала все выясним, – Норт снова не дал забежать ей вперед.

– Давай, – согласно кивнула она.

– Так и решим, – Норт встал и протянул ей руку.

Тэя тоже встала и, подойдя к нему, вложила в его руку свою изящную ладонь. Норт чувствовал, что она осознавала сакральность и важность этого жеста. Ее пожатие было очень… наполненным. Словно она вложила в него все свои надежды и страхи о своем смутном будущем. После этого плечи ее распрямились и взгляд стал смелым – теперь у нее был план.

Норт сразу уловил эту перемену, и это добавило ей плюсов. С самого начала она не хныкала и не рыдала, как вел бы себя любой другой ребенок в подобной ситуации. Все происходящее она воспринимала как данность, не впадая в ступор, хотя и чувствуя страх и ужас при знакомстве с окружающим миром.

Она боец, заключил Норт, вернувшись в кресло и продолжая наблюдать за своей пассажиркой, которая снова вернулась к своим кристаллам. Пока пассажиркой, тут же внес он поправку. Все будет как суждено, незачем забегать вперед.

Норт развернулся к пульту и задал координаты выхода из гиперпространства.

– Сейчас будем выходить, – предупредил он Тэю через плечо, – пойдешь в ложе?

– А можно остаться? – Тэя одним движением смахнула кристаллы в мешочек и затянула шнурок.

– Можешь попробовать, – пальцы Норта бегали по пульту.

Тэя села в кресло рядом с ним.

– Ремень, – кивнул Норт.

Девочка стянула и защелкнула ремни.

– Ну, держись, – Норт перевел рычаги вперед, и все слилось в сплошной поток.

Корабль вибрировал, и казалось, что само пространство проходит сквозь каждую клеточку тела. Тэя жадно смотрела вокруг и так же жадно ловила каждое новое ощущение, тщательно анализируя и откладывая в копилку новый опыт.

– А ты крепче, чем кажешься, – Норт не скрывал своего удивления.

– Ты тоже, – Тэя одарила его лучезарной улыбкой, и корабль выскочил из тоннеля у Саттории.

– Как красиво! – вырвалось у Тэи.

Зрелище и впрямь было впечатляющим. Солнечная корона озаряла полюс планеты, сами солнечные лучи преломлялись в атмосфере, создавая удивительный визуальный эффект игры цвета и света. Сатториансккий восход. С самой планеты это еще красивей… Норт снова с размаху запер воспоминания и повел корабль на посадку, Тэя сидела рядом, внимательно следя за каждым его движением.

* * *

Визит к Броку прошел странно. Брок был нервозен. Холодный взгляд Норта блуждал по лицу работодателя, от него не ускользнула ни испарина на лбу сатторианца, ни подергивающееся веко. Норт легко смог бы «прощупать» Брока, он знал, что защита у него слабенькая и не будет даже тени сопротивления, но именно осознание его беззащитности и слабости не давало сатторианцу начать с Броком «грязную игру». А еще то, что Брок был всегда с ним максимально честен – никогда не пытался сбить цену, предоставлял всю имеющуюся информацию и не скупился на оснащение, если таковое было вдруг необходимо.

Что же ты так нервничаешь? Норт даже не слушал, что говорит Брок, он пытался понять, в чем причина такого взвинченного состояния. Это не ломка, нет, кто-то его напугал.

– Клиент остался доволен кораблем? – спросил Норт, прервав поток слов.

– С чего ты вдруг заинтересовался? – насторожился Брок, и Норт понял, что попал прямо в цель.

– Всегда интересовался, – ровно сказал он.

Брок порылся в памяти.

– А, да, – вяло согласился он, – да, там все хорошо.

– Ты сегодня без сигар? – Норт ступил на зыбкую почву вытягивания информации словами.

Брок словно не понял с первого раза, о чем его спросили. Он растерянно огляделся и снова выдал невнятное:

– Да, как-то без…

Да что же это? Где тот пройдоха, который в замочную скважину просочится, если потребуется?!

– Хорошо, что клиент доволен. Может, еще что подкинет? Работа нужна, – раздумчиво сказал Норт.

Снова этот тик под глазом, ну, давай, говори уже, что там у тебя стряслось?

– Клиент да, доволен, – Брок в сотый раз подбил и переложил с места на место пачку файлов. – Норт…

– Да? – мягко подстегнул сатторианец вновь умолкшего собеседника.

– Там все прошло чисто? – спросил наконец Брок.

– Да, как обычно, а что, что-то не так? Что-то сломано?

– Нет, все цело… То есть, как обычно, да?

– Брок, ты можешь прямо сказать, что именно тебя интересует? – не выдержал Норт. – Ты сказал: «Корабль». Я доставил корабль.

– А люди?..

– Тебе была нужна команда? – Норт поднял бровь.

– Нет… Нет…

– Брок, не заставляй меня залазить тебе в голову, – от такой угрозы бедный сатторианец вздрогнул, взгляд его читался как: «И ты тоже?!»

– Там ничего не было на корабле… необычного? – спросил он.

– Нет, сопротивление было сильнее, чем я ожидал, но и все, – Норт сменил позу, – почему ты сейчас об этом спрашиваешь? У тебя неприятности из-за корабля?

– На меня вышли те, к кому он летел, через десятые руки, само собой, – Брок еще пытался по инерции юлить, но наконец сдался. – Да, что-то там было на этом корабле, мне не говорят, что именно, но раз ты ничего не нашел… – Брок поднял на Норта умоляющий взгляд.

– Ничего. Если хочешь, я сам встречусь с их представителем и переговорю с ним, – спокойно предложил Норт, боясь спугнуть такую удачу.

– Это было бы… – вздох облегчения был слишком явным, Брок схватил коммуникатор, – можно, я прямо сейчас договорюсь о встрече?

– Давай, – кивнул Норт.

– Мистер Стоун, добрый день!.. – голос Брока звучал преувеличенно радостно, он договорился о встрече на следующий день в людном месте, среди бела дня, на площади, которую физически не перекрыть.

Вот этим Брок нравился Норту с самого начала их знакомства – он всегда стремился защитить своих людей. Норт был его человеком. Брок положил трубку и перевел взгляд на Норта.

– Завтра в полдень, на площади Фонтанов.

– Отлично, там столько потоков воды, что техникой им разговор не прослушать, а «считать» меня еще никто не смог, – кивнул Норт и встал. – Все будет хорошо, не волнуйся.

Выйдя от Брока, Норт поехал на площадь Фонтанов и огляделся на месте. Все просто идеально. Не прошло и пары минут, как Норт уже знал, откуда лучше прийти и как уйти, где он безопасно разместит Тэю, и как потом уйдет она. Ладно, пора на корабль. Незачем здесь светиться…

На корабле Норт рассказал Тэе все, как есть.

– Ты пойдешь со мной, – добавил он после того, как девочка переварила услышанное.

– Да? Ты возьмешь меня? – Тэя удивленно подняла брови.

Интересно, у нее появилась мимика, машинально отметил Норт. Пообщавшись с людьми, она начала выражать эмоции.

– Конечно возьму, это твоя жизнь, тебе решать. Я не знаю, что за люди завтра придут, возможно, что не сами заказчики, а посредник. Ты не должна даже близко приближаться к его сознанию, – голос Норта звучал сурово, даже жестко, – будешь «слушать» через меня. Если попробуешь проникнуть дальше дозволенного – убью сразу, – он даже не улыбнулся. – Просто молча сидишь и слушаешь. Поняла?

Тэя медленно кивнула.

– Как я пойму, какое место мне занять? – испуганно спросила она, понимая, что сатторианец не шутит.

– Я смотрю на экран, «зайди» в меня, ты должна видеть и слышать то, что вижу и слышу я. Давай, я направлю.

Норт открыл сознание, Тэя осторожно нырнула в него и словно оказалась в узком тоннеле. Она буквально чувствовала непреодолимость и прочность окружающих барьеров. Она осторожно попробовала двинуться в паре мест – глухо, Тэя замерла и осторожно прощупала «стены» вокруг – все плотно – и вдруг словно провал. Она снова осторожно двинулась туда и стала медленно, на ощупь пробираться вперед. Ощущение было как у человека, продирающегося сквозь толпу. «Очень тесно», – не выдержала она. «Шевелись», – прозвучало в ней в ответ. И вдруг она увидела обзорный экран и услышала окружающие звуки.

«По-моему, я на месте», – Тэя неуверенно осмотрелась.

Норт повернулся к информационному экрану, где прибывшим на планету сообщался порядок оформления документов, прохождения таможни и правила поведения в общественных местах.

«Я все вижу и слышу», – удивилась Тэя.

«Отлично, а теперь выметайся», – Норт четко направил ее на выход.

– Завтра я посажу тебя в кафе над площадью, ты будешь видеть и слышать все, что буду слышать и видеть я, если будет, что мне сказать, тихо скажешь. Не истерить и не паниковать, поняла?

Тэя кивнула.

– Когда я подам сигнал, выйдешь из кафе, сядешь в гравилет и вернешься на корабль. Там есть навигатор, маршрут я тебе забью, сам гравилет будет на автопилоте. Поняла?

– Да, – девочка напряженно смотрела на него, запоминая каждое слово.

– Это может быть эмпат или телепат высочайшего уровня, сиди тихо, пока я не пойму, кто передо мной. Он не должен тебя обнаружить, пока мы все не проясним. Все усвоила? – Норт смотрел ей прямо в глаза, словно впечатывая каждое слово в ее сознание.

– Да, все понятно.

– Пойдем, покажу, как запустить гравилет, и заодно настрою автопилот.

Несколько раз они дотошно прошли всю процедуру запуска.

– И ремень! Обязательно пристегнись! – Норт подтянул ремни под Тэю.

– Хорошо. – От этих кивков ее голова скоро просто отвалится, подумала девочка.

– Не отвалится, – успокоил ее Норт, настраивая навигатор.

Тэя прыснула смехом.

– Что смешного? – сухо спросил ее сатторианец.

– Выражение смешное – голова отвалится! Как она может отвалиться? – Тэя даже руками развела.

– Тебя еще ждут сотни таких выражений, одно смешнее другого, – Норт проверил еще раз настройки и вылез из гравилета.

– Да? – Тэя выбралась следом.

– Такие, что ты умрешь от смеха, – кивнул Норт.

– Умрешь от смеха… – девочка обдумала фразу и задумчиво сдвинула брови, – это не смешно…Нет? – решила удостовериться она.

– Нет, – покачал головой Норт, – умирать совсем невесело.

Тэя впала в задумчивость.

– Давай ешь и спать. Завтра трудный день.

– Есть? Консервы? – спросила девочка.

– Консервы.

– А мы можем есть что-нибудь другое? – спросила Тэя, пока они возвращались в жилую зону.

– Можем, но не будем, – Норт уже открыл две банки.

– Почему? – Тэя отгребла в сторону желе с кусочками жира.

– Потому, что я не собираюсь оснащать корабль, который могу бросить в любую минуту.

– Как бросить? – Тэя потрясенно смотрела на сатторианца.

– Так бросить, – Норт равнодушно жевал мясо, он словно не ел, а заправлялся.

Еда не ради вкуса и удовольствия, а досадный ритуал, необходимый для того, чтобы организм просто функционировал дальше.

– Зачем тебе бросать корабль? – не понимала Тэя.

– Если меня прижмут и станет совсем горячо, придется сменить корабль, потому что вычислить такого человека, как я, проще всего по кораблю.

Тэя переваривала информацию, пока жевала жесткие волокна консервированного мяса, вернувшись к себе после еды, первое, что она сделала, это собрала все свои вещи в одну сумку. Сумка вышла большая. Тогда она, оставив одежду, сложила свои кристаллы и всякие нужные мелочи в маленькую сумочку, которую можно было носить через плечо, и она при этом не мешалась. Теперь с корабля она будет выходить только с этой сумкой – раз они могут не вернуться, лучше все ценное носить с собой.

* * *

Тэя с трудом пережила завтрак, с тоской вспоминая завтраки Дэйви. Картинки, одна красочнее другой, буквально висели над столом. Норт делал вид, что не видит их. Девочка прибавила яркости и «громкости». Норт пригвоздил ее к стулу тяжелым взглядом. Картинки тут же исчезли, и Тэя уткнулась в свою банку. Какая гадость…

– Все, пора, – Норт бросил банку в утилизатор и пошел к гравилету, не оборачиваясь.

Девочка с облегчением тоже выбросила свою банку и побежала за сатторианцем. Сумка болталась на ее боку. Пусть болтается, решил Норт, так она будет больше похожа на любую городскую девчонку. Дэйви хорошо над ней поработала – нейтральная удобная одежда неярких тонов позволит ей вписаться в любую среду.

Ладно, пусть Создатель не оставит нас и все такое, Норт вывел гравилет с корабля.

На место они прибыли заранее. Норт разместил Тэю в кафе, заказав ей мороженое со взбитыми сливками и шоколадом. Девочка смотрела на внушительную лихо закрученную гору в креманке, от которой ощутимо веяло холодом.

– Что с этим делать, Норт?! – спросила она полушепотом.

– Это надо кушать, милая, – добродушная полная официантка поставила перед ней стакан с апельсиновым соком.

Глаза Тэи вспыхнули радостью, и она с наслаждением сделала глоток, затем осторожно погрузила свою ложку в белоснежную гору и лизнула новое лакомство. Лицо Норта оставалось непроницаемым, но он внимательно следил за реакцией девочки на первое в ее жизни мороженое. Ее глаза расширились от удивления и тут же зажмурились от удовольствия. Норт дал ей насладиться вкусом, а затем привлек к себе внимание, коснувшись ее руки. Тэя с усилием заставила себя выйти из вкусового рая и вернуться в реальность.

– Я буду вон там, за тем столиком. Не только слушай через меня, но и следи за мной. Когда я возьму стакан воды, пойдешь к гравилету, – Норт убедился, что она его услышала, и повернулся к официантке. – Мэм, я заплачу сразу, мне надо уйти. Девочка еще останется.

Официантка принесла счет, и Норт, расплатившись, ушел.

Тэя распробовала шоколад. Затем шоколад и мороженое. Затем шоколад со взбитыми сливками, затем взбитые сливки с мороженым… Этот вкусовой беспредел буквально стер из памяти все воспоминания об этих жутких консервах на корабле Норта.

«Можешь сидеть голодом, – прозвучало в ней, – я не настаиваю».

Тэя вздрогнула и перевела взгляд на площадь. Фейерверк вкусов во рту сразу померк. Норт сел за столик, и официант принес ему стакан воды.

«Давай, аккуратно».

Тэя с сожалением посмотрела на мороженое, быстро проглотила еще пару ложек и с мыслью: «Как холодно!» – вошла в сознание Норта. Ощущение было уже привычным. Нащупав проход среди барьеров – и как он их держит?! – Тэя медленно двинулась по сознанию Норта, вот она уже слышит шум улицы… А вот и сама улица! «На месте», – сообщила Тэя. «Я знаю, – заверил ее Норт и добавил: – Сиди тихо!» Тэя тут же почувствовала, как он насторожился, и увидела, что к столику идет незнакомый мужчина. Девочка рассмотрела сознание и внешность. С Пангеи, без вариантов, заключила она. «Заткнись», – велел ей Норт.

– Мистер Блэкмаунт? – спросил подошедший.

«Это кто?!» «Это я, захлопнись!»

– Да, мистер Стоун? – Норт не встал и не подал руки.

– Он самый, – человек сел за стол.

Норт молча ждал, вынуждая пришедшего заговорить о деле первым. Он сделал все, как надо, ему волноваться не о чем. Вдруг Тэя почувствовала движение сознания Норта и ощутила, что что-то произошло.

– Попробуешь еще раз проникнуть в мой мозг, и я пристрелю тебя на месте, – процедил Норт, – здесь это разрешено.

Мистер Стоун заметно побледнел и спал с лица. Ментальный захват у Норта был знатный. Тэя испытала однажды на себе его малую часть и не горела желанием пережить эти ощущения снова. Если их еще удастся пережить.

– Я слушаю, – Норт напомнил мистеру Стоуну о своем присутствии.

– Вы доставили корабль… – начал человек с Пангеи и взял паузу.

Норт молчал. Тэя с замершим сердцем смотрела и слушала.

– На корабле был груз, – снова был вынужден заговорить мистер Стоун.

– Там было десять человек, которых мне пришлось убить, – голос Норта звучал ровно.

Слишком как-то ровно… Ой! Тэя получила легкий щелчок по сознанию.

– Там должно было быть кое-что еще, – настаивал пангеец.

Пангеанец… Пангенианец? Тьфу… Ай! Еще один щелчок.

Норт молчал. Он заставлял человека говорить. Человек начинал нервничать.

– Мне нужно то, что было на корабле.

– Я отдал корабль со всем содержимым.

– Там был груз, – настаивал мистер Стоун.

– Я не знаю, что они везли, – Норт был непробиваем, – я захватил корабль и доставил его со всем содержимым. Остальное меня не касается.

– Мой заказчик настаивает, что на корабле был груз. И он знает, что к мистеру Броку корабль был доставлен без груза. Где то, что было на корабле?

– Он слушает через вас, – Норт пристально посмотрел в глаза собеседника, он сразу почувствовал «зрителя», но не спешил об этом говорить, сейчас время пришло. – Хотите знать подробности, – обратился он прямо к «гостевому» сознанию, – выходите на меня сами, без посредников, – Норт глотнул воды. – Разговор окончен.

Он встал и не спеша направился к стоянке гравилетов.

Тэя вынырнула из его сознания, запихнула в себя еще пару ложек мороженого, одним махом допила сок и выбежала из кафе. Гравилет доставил ее прямо на корабль. Вскоре прибыл Норт. К этому моменту тревога почти поглотила Тэю. Она бросилась навстречу сатторианцу.

– Прости, я не хотела все испортить! – быстро заговорила она. – Я тебе мешала?! – она была в ужасе.

– Нет, – тяжелая рука легла ей на голову и неожиданно мягко соскользнула по волосам, – он мне не понравился.

Норт вошел в рубку и запустил двигатели корабля.

– Что ты делаешь? – растерялась Тэя.

– Мы уходим. Здесь опасно.

– Они придут к Дэйви и Учителю…

– Их уже здесь нет, все концы обрублены, не переживай. Даже Брок в безопасности.

Норт связался с управлением порта и взлетел. Тэя поспешно заняла кресло рядом и пристегнула ремни.

– И что теперь?! – спросила она, перекрикивая двигатели.

– Сейчас выйдем, подожди! – корабль преодолел плотные слои атмосферы и вырвался в космос.

Норт аккуратно обогнул одну из двойных лун и подошел к точке входа в гиперпространство.

– Ну, все, уходим, – Норт перевел рычаги вперед, и все вокруг слилось в один поток…

Вышли они из гиперпространства возле Сандорры. Масса вопросов все это время роилась в голове Тэи, но она терпеливо ждала. Вопросы рвались с ее языка, но она решила хотя бы попробовать вести себя сдержанно, как Норт. Сатторианцу, в свою очередь, тоже требовалось время, чтобы все обдумать и решить что-то для себя прежде, чем начать говорить о чем-то с девочкой.

Сатторианец стабилизировал корабль в пространстве вне пределов орбит Сандорры и повернулся к Тэе.

– У тебя два пути: остаться здесь, – он кивнул на корабль, – или я определю тебя в интернат на Сандорре. Получишь образование и будешь жить своей жизнью.

– А что с этим человеком? – не выдержала девочка. – Он не от моих родителей?

Взгляд Норта потемнел.

– Родители никогда не назовут своего ребенка «грузом», – сказал он глухо и добавил: – Он не от твоих родителей. Через него тоже кто-то смотрел и, поверь мне, совсем не с добрыми намерениями.

Тэя опустила голову.

– Сейчас мы сядем на Сандорре, в порту Генуи. Я навещу Брока. Присмотрю новый корабль, а у тебя будет время подумать, чего ты хочешь, хорошо? – он говорил с ней как со взрослой. – Не спеши, обдумай все. Тебе нравится учиться, не упускай этот шанс.

– Я подумаю, – кивнула Тэя, сказочный мир, где ее ждали родители, исчез, и осталась неизвестность.

В этой неизвестности для людей, которых она знала, хватило бы пальцев одной руки, а мир был такой огромный и в то же время такой тесный…

– А где Дэйви? – спросила вдруг она.

– Она пока переехала в мой дом в горах на севере, там ее не найдут, не бойся. Учитель отправился на Тиору, его там давно ждут в одном из монастырей. С ними все хорошо.

– А мне можно к Дэйви? – тихо спросила Тэя.

И спать вполглаза и вполуха и дергаться на каждый шорох? Одной Дэйви бояться нечего даже, если ее найдут, что само по себе крайне маловероятно, а вот с ребенком на руках…

– Я поняла, – кивнула Тэя, нарисованные Нортом образы были очень яркими и наполненными.

Наполненными постоянным напряжением, ощущением страха и тревоги, это не будут те счастливые дни в Белом городе…

– Я останусь с тобой, – сказала Тэя тихо, но твердо, – можно?

– Подумай, пока мы будем здесь, – Норт повернулся к пульту и повел корабль к планете…

Часть 2. Сандорра – Крунн – Эсстинг

Брок всегда устраивался с комфортом. Норт без труда нашел его по новому адресу. Этот потакающий себе во всем сатторианец всегда выбирал тихие районы Первых поселений с аутентичной архитектурой, дома которых имели по несколько выходов, откуда можно было исчезнуть при любом безвыходном раскладе. Небоскребы новых районов самых фантастических размеров и форм он презрительно называл ловушками для термитов и наотрез отказывался от самых комфортабельных офисов в них.

«Я сам здесь полдня плутаю, чтобы кухню найти, представляешь, сколько у федералов уйдет времени, чтобы найти здесь меня?» – довольно хохотнул он как-то, в очередной раз сменив базу.

На этот раз он снова ни на йоту не отклонился от откатанного сценария.

– Брок, ты предсказуем, – Норт сел в кресло в кабинете, – ты понимаешь, как это опасно?

Брок ухмыльнулся и, сняв ноги со стола, довольно пыхнул сигарой.

– Все на мази, Норт, у меня есть одно дельце, и нужен именно ты.

– Да что ты? – сатторианец смотрел на работодателя без тени улыбки.

– Погоди, – Брок легко встал и открыл одну из дверей в своем кабинете, – прошу вас, сэр.

В комнату вошел федерал. Норт сразу определил в нем сатторианца. Оливковая кожа указывала на то, что он южанин. Точное место рождения укажет его фамилия. Но вот в чем точно можно было быть уверенным, так это в том, что как телепат он Норту в подметки не годился. Южане в этом смысле были самые слабые на Саттории, в отличие от северян.

Но значок, висящий на груди федерала, помимо воли заставил Норта сгруппироваться.

– Норт, расслабься, это – заказчик.

– Ты часом не рехнулся? – Норт встал и направился к двери. – Не знаю, в какие игры ты играешь, но я – пас.

– Мистер Блэкмаунт, задержитесь, пожалуйста, – федерал говорил сухо и сдержанно.

Норт медленно развернулся, но от двери не отошел.

– Наше Бюро проводит сложную операцию по выявлению и устранению каналов для контрабанды земных животных.

Норт перевел взгляд на Брока.

– Он сейчас вот это серьезно сказал?

– Выслушай его, пожалуйста, – голос Брока звучал умоляюще.

– Они работорговлю не могут прикрыть, а я должен влезать в эту канитель с животными?! Ты совсем остатки разума растерял?

– Ваше участие в нашей операции позволит вашему другу…

– Он мне не друг, – отрезал Норт.

– Вашему агенту, – не моргнув глазом продолжил федерал, – и вам находиться здесь без всякого внимания властей к вам и вашей деятельности.

– Шантаж, – Норт повернулся и открыл дверь, – Брок, выкручивайся как хочешь, – он уже шагнул в коридор.

– Я назову вам имя того, кто убил вашу жену и дочь…

Черная волна накрыла Норта, и понадобилось несколько секунд, чтобы он снова смог дышать. Сатторианец медленно повернулся в дверном проеме, и его холодные глаза буквально пронзили федерала чистой ненавистью.

– Ты решил поиграть со мной, южанин? – Норт медленно двинулся к федералу. – Я вспорю твое сознание и выпотрошу из него все до последнего образа, а когда я закончу, ты будешь пускать слюни и сидеть в собственном…

– Норт, остановись, – голос Брока прозвучал тихо и непривычно твердо, – он на самом деле знает. Вот файлы, – на столе появился кристалл.

Норт не отрываясь смотрел на кристалл.

– Дашь согласие, и он твой, – откуда-то издалека донесся голос федерала.

– Зачем вам я? – спросил Норт, с усилием оторвав взгляд от кристалла.

– Тебя все знают. Надо просто, чтобы его увидели рядом с тобой… – начал Брок.

– Дальше уже мое дело, – закончил федерал.

– А когда тебя раскроют и пришьют, это снова станет моим делом? – Норт повернулся к Броку. – Нет.

– Ты рехнулся?! Ты же год землю рыл! Ничего не смог найти, и вот оно, здесь! – Брок сорвался на крик.

– Если есть здесь, значит, есть где-то еще. Я найду. Взять вам сейчас меня не за что, я же вполне могу выдвинуть обвинение в склонении к преступлению, – Норт развернулся. – Будет что-нибудь серьезное, дай знать, – бросил сатторианец и ушел.

Брок буквально рухнул в кресло.

– Ты должен его заставить, – федерал явно не ожидал такого поворота.

– Да как я его заставлю?! Если даже это его не заставило! – Брок махнул рукой на кристалл.

– Делай, что хочешь, но, если ты планируешь работать здесь, он сделает это. Мне нужны его связи на Крунне. Мне нужен он.

Федерал забрал кристалл и ушел.

Брок обхватил голову руками.

– Ты скопировал файлы?

Брок вздрогнул.

– Господи, ты меня до инфаркта доведешь! – дрожащая рука сатторианца скользнула по враз взмокшему лбу.

– Ты чего такой дерганый? – Норт сел в кресло напротив.

– С тобой работаю, – Брок плеснул себе виски.

– Что с кристаллом? Ты скопировал файлы? – настойчиво спросил Норт.

– Держи, – холодный камень утонул в ладони сатторианца.

– Что за цирк ты устроил? – спросил Норт, сжав камень.

– Это он так хотел, – Брок наконец-то расслабился и потянулся за сигарой, – я работаю иначе, ты же знаешь.

– Тогда зачем?

– Он хотел, чтобы ты был должен ему.

– Ну да, размечтался, – Норт встал и посмотрел на Брока. – Насколько это дело важно для тебя?

– Либо это, либо придется сваливать и с Сандорры, – взмахнул руками Брок. – Куда только, не знаю. Либо Крунн, либо Эсстинг. Жить под куполом или со змеями, – Брок изобразил руками весы.

– Ладно, я сделаю это для тебя. Сколько он дает?

– Ты серьезно? – Брок недоверчиво смотрел в лицо Норта.

– Теперь ты должен мне, – кивнул тот и ушел.

Брок тут же схватился за коммуникатор.

– Выжди до вечера, кретин! – донеслось из коридора.

– Точно, до вечера, – Брок почти выронил коммуникатор на стол. – Мне же надо время, чтобы тебя уговорить…

– И предложить серьезные деньги!

Какой длинный коридор…

– Насколько серьезные?

– Сколько стоит «Новый Орион»?

– Столько сразу никто не даст! – у Брока даже дыхание перехватило. – Половину!

– Пусть будет половина! – входная дверь хлопнула.

Брок сел и перевел дыхание. Все, до вчера можно расслабиться…

* * *

Норт возился в машинном отделении. Черт, так вот из-за чего двигатель едва не накрылся при последнем прыжке! Норт повертел втулку и выбрался наружу. Тэя сидела у трапа со своими кристаллами.

– Эй, иди сюда! – окликнул ее Норт.

– Меня зовут Тэя, – внятно сказала девочка, убирая кристаллы.

– Да что ты, – Норт плюхнул ей в руки деталь и кивнул на рынок неподалеку: – Сходи, купи такую же. Вот деньги, – в детскую ладонь ссыпались монеты, – торгуйся и не дай себя облапошить. Никого не прослушивай, поняла? Нам нельзя светиться.

– Поняла, – Тэя направилась в сторону рынка.

– И живее! – поторопил ее Норт.

Девочка прибавила шагу.

Здесь было все интересно, даже на этом небольшом клочке земли, который был доступен взгляду.

Здесь были корабли. Тэе нравилось их слушать. Они хранили в себе музыку Вселенной – порывы космического ветра, шелест метеорного потока, гул пролетающей кометы и стремительный волновой всплеск метеорита, летящего через галактику разрывая пространство.

Здесь была природа. Тэя слышала гул океана, ветер в скалистых горах и ароматы плодородных долин. Сандорра была прекрасна и гостеприимна. Даже города ее не портили. Люди учли горький опыт Земли и в новом мире вели себя крайне предусмотрительно и корректно. Звук городов звучал в унисон со звуками планеты. Во всем этом была удивительная гармония…

Шум рынка вывел Тэю из задумчивости, и она, ловко пробираясь в толпе, разглядывала прилавки. Вот вроде бы то, что надо. Тэя достала свою деталь и сравнила с новой. Оно.

– То, что надо, девочка, бери! – крикнул ей торговец, выходя со склада к уличному прилавку.

Сознание Тэи, помимо воли девочки, скользнуло внутрь металла. Надо как-то остановиться, Норт говорит, так нельзя… Но что это? Все связи внутри разорваны… А соединения вообще не металла, а… Вынырнув, Тэя судорожно втянула воздух.

– Что, жарко сегодня? – спросил торговец, не заметив «уход» сознания девочки.

– Очень, – пробормотала Тэя, отходя от прилавка.

– Берешь деталь? Эй! Куда уходишь?

– Нет, еще поищу.

На плечо девочки легла мягкая ладонь. Тэя вздрогнула и обернулась.

– Дэймос! – радостно воскликнула она.

– Привет, красавица, – он наклонился к самому ее уху. – В следующий раз хотя бы постучи по детали и сделай вид, что тебе не понравился звук. Сандоррийцы слабые телепаты, но такой фокус с сознанием заметить могут, – Дэймос выпрямился. – Дальше справишься сама? – он ласково коснулся щеки девочки.

Тэя кивнула.

– Норт на корабле? – спросил тиорианец.

– Да, в машинном отделении возится.

– Хорошо, я пойду к нему, а ты не задерживайся! Я потяну время сколько смогу, но долго мне его не удержать, – снова улыбнулся тиорианец и скользнул в толпу.

Тэя повеселела и уверенно двинулась по рядам рынка, стуча детали и цокая языком, пока не нашлось, наконец, то, что позволило бы кораблю не взорваться при переходе в гиперпространство.

Дэймос был прав – нужный сплав металла звенел! Тэя несколько раз с упоением щелкнула по втулке пальцем, ловя ухом чистый высокий звук.

– Ну, берешь? – продавец уже начал волноваться.

– Конечно! Просто удивительный сплав, – девочка любовалась деталью так же, как какая-нибудь дама любовалась бы бриллиантом.

– Да неужели? – усмехнулся продавец.

– Вы сами послушайте! – Тэя снова щелкнула гладкую поверхность и закрыла глаза, наслаждаясь чистотой звука.

– Тут такой шум, что я своих мыслей не слышу, – усмехнулся торговец. – Тебя папка на рынок послал? Ждет, наверное, а ты тут все звон слушаешь…

Норт! Тэя быстро сунула руку в карман. Видно, что-то такое переменилось в ее лице при воспоминании о Норте, что продавец отсчитал чуть больше трети монет и отправил чудную девочку домой.

Тэя заспешила прочь с рынка. Народа явно прибавилось, и ей пришлось проталкиваться к выходу.

– Эй! – воскликнул кто-то рядом, – чего толкаешься?!

Тэя была уже за пределами толпы и оглянулась. Сзади стояло несколько мальчишек. Девочка не знала, что надо делать в таких случаях, и, ни слова не говоря, развернулась и побежала к стоянке кораблей.

– Эй, а, ну стой!

Тэя не реагировала, она и так потеряла время на рынке, Норт будет очень зол… Вот и их корабль уже видно, Норт и Дэймос стоят у трапа, вдруг удар сбил ее с ног. Девочка упала. Детали, старая и новая, выпали из рук. Сама Тэя больно ударилась локтем и щекой о каменистую поверхность.

– Ты не слышишь, когда с тобой разговаривают? А ну вставай! – кто-то пнул ее в бок…

– Норт, у девочки неприятности, – Дэймос готов был сорваться с места, но Норт придержал его легким прикосновением.

– Погоди, дай ей пару секунд.

– Они сейчас ее побьют…

«Вставай и защищайся, – прозвучало в Тэе, – вставай

Сознание Норта подстегнуло ее, и девочка вскочила. Она не знала, что делать. Она только знала, что должна отражать удары. Ее сознание было и в ней, и вне ее. Она фиксировала все передвижения мальчишек, все их движения, а тело реагировало на все с невероятной быстротой.

Тревога Дэймоса сменилась удивлением.

– Ты знал? – спросил он, не сводя настороженного взгляда с дерущихся подростков.

Норт покачал головой.

– Даже не догадывался.

Сатторианец не сказал, что глубоко в душе он был уверен, что она справится сама. И он знал, что Дэймос почувствовал в нем эту уверенность.

После недолгой схватки мальчишки предпочли ретироваться. Тэя собрала детали и побрела к кораблю – она устала. Так много сил ушло на то, чтобы отбиться!

У трапа корабля Норт взял новую деталь из ее рук и повертел в руках.

– И что там произошло? – бесцветно спросил он.

– Не знаю, – Тэя опустилась на ступеньку трапа.

Кровь на разбитой щеке подсохла. Дэймос ушел и вернулся с ящиком первой помощи.

– Давай хоть пыль смоем, – улыбнулся он и провел влажной салфеткой для обработки ран по щеке. – Э, Норт, – голос Дэймоса звучал ровно, и он продолжал оттирать щеку девочки.

– Что? – Норт повернулся и посмотрел на щеку Тэи – под кровью была совершенно целая кожа, хотя меньше минуты назад там точно была ссадина – регенерация просто фантастическая!

Он едва заметно кивнул другу и снова посмотрел на деталь. Как она умудрилась выбрать именно это? Он бы сам не нашел лучше!

– Ну, вот, отмыли, – улыбнулся Дэймос, глаза его просто лучились, Тэя снова залюбовалась тиорианцем. – Ей-богу, дитя, ты меня смущаешь, – усмехнулся он, слегка щелкнув ее по носу, – как твоя рука?

– Не болит, – Тэя подвигала рукой.

– Вот и отлично. Так и что же они хотели? – Дэймос присел рядом.

– Я сама ничего не поняла, – растерянно ответила девочка.

– Ты позволишь мне посмотреть? – тиорианец пригладил ее растрепавшиеся волосы.

– Посмотри.

– Норт, можно? – спросил Дэймос.

– Разбирайтесь сами, у меня дел полно, – Норт махнул рукой и ушел в машинное отделение.

Дэймос аккуратно погрузился в сознание девочки и огляделся вокруг. Звенящая сфера. Это она сохранила воспоминание о чистом, поразившем ее, звуке. А, вот, это неприятное воспоминание уже затолкано подальше. Дэймос заглянул внутрь, ну, да ничего нового… Осторожно покинув чужое сознание, он объяснил девочке, что произошло и как избегать такого впредь или что делать, если избежать не удалось…

– Собственно, ты все сделала правильно, просто не была к этому готова, – резюмировал он.

– Да? Здорово! – облегченно выдохнула Тэя. – Норт сильно разозлился? – задав вопрос, она безотчетно повела плечами.

– Он не любит привлекать внимание. Девочка, накостылявшая пяти мальчишкам, привлекает внимание.

– Точно, – Тэя потерла лоб, – когда-нибудь я буду думать, как он и как ты.

– В смысле? – не понял Дэймос.

– Видеть сразу все, как вы. Сейчас я так не умею…

– Уметь просчитывать последствия получается с опытом, а опыт копится годами. Скажу тебе по секрету, Норт не сразу стал таким умным, – лукавая улыбка скользнула по тонкому лицу тиорианца.

– А ты? – Тэя заметно повеселела.

– А я до сих пор не поумнел, – рассмеялся Дэймос и встал. – Давай узнаем, смогу ли я тебя угостить мороженым или еще чем-нибудь вкусным. Небось едите эти отвратительные консервы? – тиорианец театрально поморщился. – Сейчас вернусь.

Тэя кивнула. Все в ней радостно вибрировало при мысли о прогулке с Дэймосом!

– …Только здесь, не таскай ее в город! – донеслось из недр корабля, и появился улыбающийся тиорианец.

– Нас отпустили! – весело объявил он, и они двинулись обратно к рынку, рядом с которым был целый квартал кафе и продуктовых лавок.

Норт мрачно наблюдал, как легко идет, словно скользит, высокий и гибкий тиорианец, а рядом вприпрыжку бежит уже нескладная как подросток девочка. Норт сжал в ладони кристалл. Его грани вонзились в кожу. Он не мог заставить себя посмотреть. Целый день кристалл словно жег его кожу сквозь одежду. Сейчас он остался один. Он успеет прийти в себя до их возвращения…

* * *

Быстрым и точным движением Норт буквально воткнул кристалл в углубление на пульте управления корабля. Секунда на активацию, и вот в пространстве перед Нортом повисло меню.

Первый файл – видео. Внутри Норта все свело в тугой узел, его рука замерла на какой-то миг и затем запустила программу.

…Их дом на Саттории. Пропавшие записи с камер охранной системы. Кто-то выбивает дверь и врывается в холл… Другая камера фиксирует молодую женщину, подхватившую спящую девочку и бросившуюся к задней двери. Ей удается ускользнуть из дома, ей надо преодолеть лужайку, и спасительная чернота леса укроет ее от преследователей. Из-за туч выходит луна, и теперь сатторианка как на ладони. Выстрел. Женщина падает. К ней подбегает мужчина с оружием в руке, небрежно пинает и переваливает сатторианку на спину. Ребенок остается лежать на земле рядом…

Норт машинально увеличивает и приближает изображение, пытаясь разглядеть лицо убийцы. Тот поднимает голову и что-то кричит, обращаясь к кому-то вне зоны работы камер. Что? Что он кричит?..

Норт несколько раз прокрутил эту часть, внимательно следя за губами говорящего.

– Зачем ты стрелял, идиот? Ты убил обеих, чем теперь прижмем Норта?.. – почти беззвучно произнесли губы сатторианца.

Он не знал говорящего. Через пару мгновений к нему подходят еще трое, и какое-то время они молча смотрят на погибших. Затем главарь в бессильной злобе со всей силы бьет одного из них прикладом в лицо и, сплюнув, уходит. За ним уходят остальные. Стрелок вытирает кровь рукой. Со всей силы пинает тело убитой женщины и уходит следом за остальными.

Норт закрыл глаза, контролируя вдох и выдох. Кровь стучала в висках и ушах, заглушая все остальные звуки вокруг.

В его сознании намертво отпечаталось все, что он сейчас увидел, во всех болезненных деталях. От выскользнувшего из рук спящей девочки зайчика до босых ног молодой матери, бегущей по первому снегу с ребенком на руках. Он не мог произнести ее имя. Хотя оно раздавалось в нем с каждым ударом его сердца, с каждым толчком крови в висках – Джая… Ей было холодно и страшно… а его там не было…

Черная волна ненависти, ярости и невыносимой боли накрыла его. Он дал ей поглотить себя. Он должен раствориться в ней, чтобы затем снова собрать себя по кусочку из того, что останется, и найти всех, кто там был…

В черноте бездонного отчаяния мелькнула поначалу слабая искра. Крохотная частица души Норта потянулась к ней, и вслед за ней потянулись другие, едва мерцающие, обрывки некогда мощного и неуязвимого сознания. Они устремились ко все ярче мигающему маячку и начали формироваться в нечто новое, приобретая форму и восстанавливая воспоминания, заново создавая человека по имени Норт.

С судорожным вдохом сатторианец открыл глаза. Он пережил момент собственной смерти. Он растворился в горе и дал ему себя поглотить. Теперь он мог мыслить ясно, и пелена боли утраты не застилала глаза. Боль осталась в нем, но не оголенным нервом, а каким-то удаленным эхом где-то глубоко внутри. Впервые за долгое время сердце не отозвалось болью на вдох, словно напоминая, что ты дышишь, а их уже нет.

Норт дышал полной грудью, он сжал и разжал руки, чувствуя силу мышц и прилив энергии.

Сатторианец смотрел на все еще висящее в пространстве меню. Быстрым касанием он открыл следующий файл. Фото людей и имена. А это тот, который кричал… Этот стрелял… Норт читал имена и вглядывался в лица – он не знал этих людей. Раньше не знал, теперь узнает. Имена впечатывались в мозг вместе с лицами. Сатторианец, сандорриец и двое с Эсстинга. Чертовы змеи!

Норт тщательно изучил содержимое кристалла файл за файлом.

К возвращению Дэймоса и Тэи он был относительно спокоен и вполне держал себя в руках. Дэймос приволок с собой большую коробку и плюхнул ее на стол в кубрике.

– Какого черта, Дэйм? – Норт сдвинул брови.

– Ты же знаешь, что ребенку нужны фрукты, овощи, – Дэймос вытащил яркую коробку, которая явно не относилась ни к тому, ни к другому, легко пожав плечами, тиорианец добавил: – И прочая ерунда! – коробка полетела в Норта, и тот перехватил ее четким и быстрым движением.

– Мы ели мороженое, – высунувшись из-за Дэймоса, сообщила Тэя.

– Я счастлив, – Норт говорил по обыкновению холодно.

Взгляд тиорианца блуждал по лицу друга несколько секунд, вот тонкие брови взметнулись вверх и опустились, сойдясь к переносице.

– Милая, разберешь здесь все, я поговорю с этим вечно злым человеком, – рука Дэймоса ласково потрепала детскую голову и, повинуясь легкому кивку, Норт вышел вслед за тиорианцем.

Дэймос молчал, пока они спускались по трапу.

– Итак, ты сделал это, – тихо сказал он, ступив на землю и повернувшись к другу.

Норт кивнул.

– Ты знаешь, как рисковал, проходя Путь Смерти в одиночестве? – Дэймос машинально сложил руки так, как было принято в их Ордене.

Норт снова кивнул. Он не был уверен, что справится, он просто уже дошел до черты и не мог больше ждать.

– Можно я посмотрю? – спросил Дэймос, и его и без того темные глаза почернели.

– Хорошо, – Норт вздохнул и впустил в себя сознание тиорианца.

Через несколько минут Дэймос снова задумчиво смотрел на Норта.

– Ее нет, – тихо сказал он, – ее тень покинула тебя.

Сатторианец кивнул.

– Ты знаешь, почему все получилось? – спросил Дэймос.

– Знаю, – голос Норта звучал неожиданно глухо, как у человека, не желающего признавать очевидное.

– Хорошо, – кивнул тиорианец, – помни об этом всегда.

– Норт! Дэймос купил виноград, хочешь попробовать? – Тэя выбежала к трапу с гроздью в руках.

Рука Дэймоса легко коснулась плеча сатторианца.

– Не откажусь, – губы его дрогнули в подобии улыбки.

Они уселись на ступеньки трапа и быстренько втроем ощипали виноградную гроздь. Тэя сидела на ступеньках, нежась в ощущении тепла и любви, идущих от Дэймоса, она чувствовала, что Норт изменился, но не решалась посмотреть, как именно. Иногда ее взгляд на мгновение задерживался на лице сатторианца и моментально устремлялся вдаль, к горизонту, где садилось солнце.

– У тебя коммуникатор звонит, – сообщила неожиданно Тэя Норту.

– Это Брок, – Норт вытер липкую от сока винограда руку и достал аппарат. – Да? – он чуть опустил голову, слушая Брока. – Хорошо, – он убрал аппарат. – Мы в деле.

– Мы… То есть мне тоже можно? – уточнил Дэймос.

– Если ты не занят, – усмехнулся Норт, его взгляд всегда теплел, когда он смотрел на живое, лукавое лицо тиорианца.

– Для тебя я всегда свободен, тем более нам с Тэей есть чем заняться, – легкая улыбка скользнула по тонкому лицу.

Норт встал.

– Если понадобится, ты полетишь на своем корабле, – безапелляционно сказал он.

– Вот бука, – тиорианец отщипнул последнюю виноградину и сунул ее Тэе в рот, – а ты жадина, все съела!

Девочка звонко рассмеялась.

– Делай это почаще, милая, – Дэймос легонько щелкнул ее по носу и тоже встал. – Пойдем, узнаем, что за дело нас ждет.

* * *

Норт сидел в кабинете Брока и слушал федерала. Тот оказался человеком, который твердо верит в то, что делает, Норт ценил это в людях. Он уже раньше определил в собеседнике сатторианца с южного побережья Аквилона. Фамилия – Рок, указывала на весьма живописную область труднодоступных скал, испещренных пещерами, бездонными ущельями и фиордами.

Дело оказалось весьма мудреным. Стало известно, что кто-то на Сандорре нелегально начал разводить ягуаров. С Эсстинга поступил заказ на одну кошку – кто-то из местных богатеев решил посадить настоящего хищника на золотую цепь в зале приемов. К Броку обратились за перевозкой через цепь посредников.

Норт перевел взгляд с федерала на своего агента.

– Я не возил животных, я их в жизни не видел.

– Это еще не всё, – ухмыльнулся Брок.

Необходимо было провернуть трюк с подменой на биомеха, а настоящее животное доставить на Пангею в заповедник.

– Прямо в метрополию, – Брок довольно откинулся на спинку кресла.

Такая многоходовка сулила немало денег и, если удастся правильно поставить дело, его бизнес будет надежно «прикрыт» на довольно долгое время, что уж говорить о доступе к информации!

– Нам необходимо будет слетать на Крунн, – продолжил федерал, – у каждого животного есть свой голографический паспорт – полностью отсканированная внешность, одно пятнышко не на том месте – и вся операция накроется. Мне удалось достать паспорт нашей кошки, – федерал достал кристалл, – нужен биомех с точно таким же рисунком.

– Персональная копия будет стоить дорого, – предупредил Норт.

– Я знаю, – кивнул мистер Рок, – с деньгами проблем не будет. Меня заверили, что у вас есть выход на нужных людей.

– А вы не можете сделать это по своим каналам? – Норт не хотел светить своих людей перед федералами.

– И заложить возможность утечки? От такого заказа в любом случае останется информационный след, и если начнут проверять…

– И тут мы подходим ко второму вопросу, – неспешно сказал Норт. – Эсстингианцы, конечно, слепы и глухи в нашем понимании, но биомеха от настоящего зверя отличить сможет даже их ребенок.

– Я покажу посреднику, который может оказаться тиорианцем, настоящее животное, а отдам биомеха. У нас есть программа, она экспериментальная, – федерал явно был не очень уверен в этой программе, не надо было быть телепатом, чтобы это понять, – матрица поведения дикого животного, без запрета на убийство, – перед последними словами он слегка запнулся.

– Даже если на секунду представить, что предполагаемый тиорианец не заметит подмены, вы понимаете, насколько опасна сама идея? «Куклы» Крунна в свое время доставили людям немало хлопот. А это будет не домработница, не няня или таксист. Это будет хищник с заложенным инстинктом убивать. Вы представляете себе биомеха с перемкнувшей цепью в мозгу, который носится и разрывает все живое на своем пути? – спокойно спросил Норт. – А если они решат выставить его на арену?

– Вот этого мы и боимся, и хотим предотвратить, – кивнул федерал. – Мы хотели запрограммировать запрет на убийство людей, но мы не знаем, каким образом сам покупатель решит проверить настоящий ли это хищник…

Норт медленно кивнул, от этих змей чего угодно можно ожидать.

– Мистер Рок, в вашем плане слишком много уязвимых мест, – сухо сказал он.

– Я знаю, – кивнул федерал, – но и это еще не все, – мистер Рок не сводил глаз с Норта. – Есть информация, что груз у нас попытаются перехватить. Там два заказа на одну кошку.

– В космосе или уже на Эсстинге?

– Любой вариант возможен. Могут встретить при выходе из гиперпространства…

– Это вряд ли, они должны будут знать, где я выйду, а места выхода всегда знаю только я, и они меняются. Встретят либо в орбитальной зоне, либо нападут на корабль уже на планете, – Норт встал. – Ладно будем решать проблемы по мере их поступления. Сначала сделаем биомех, это я возьму, – кристалл с «паспортом» животного утонул в руке сатторианца. – На Крунн летим завтра в шесть утра, опоздаете, я просто улечу по своим делам.

– Буду вовремя, – мистер Рок встал и протянул руку.

Норт «закрылся» и пожал руку. Федерал не попытался прощупать его при контакте. Что ж, кто-то хорошо обучил его.

– До встречи, – Норт ушел.

«Все слышал?» – спросил он.

«Да, все. Дело-то не из легких», – Норт прямо-таки увидел, как тиорианец горестно вздохнул.

«Ладно, я сейчас буду».

Норт сел в гравилет и уже закрыл дверь, как, чертыхнувшись, выбрался обратно.

Он зашел в кафе-мороженое возле стоянки.

– Сделайте мне мороженое с собой со всей положенной бурдой.

– Бурдой? – спросил худенький парнишка.

– Не зли меня, – рука Норта поползла к месту, где обычно висел нож.

– Сейчас все сделаем! – поспешил заверить его паренек, уловив этот характерный жест сатторианца.

Норт вышел из кафе минут через пять, неся на отлете что-то невообразимое в открытой коробке и ругая себя на чем свет стоит за внезапный порыв. Водрузив коробку на сиденье рядом, Норт летел к кораблю, постоянно оглядываясь на проклятое мороженое.

Дэймос встретил его со смехом.

– Воистину чувство меры тебе незнакомо! В таких количествах это уже вредно!

Норт молча плюхнул коробку перед Тэей, которая, сидя за столом на камбузе, разглядывала свои кристаллы.

– Что… Мороженое! – но увидев лицо Норта, она пробормотала: – Спасибо…

– Ешь, оно тает, – Норт ушел на мостик, рассчитывать скачок, продолжая сыпать проклятиями.

– Я смотрю, кто-то необычайно добр сегодня, – рука проходящего мимо Дэймоса ласково скользнула по голове девочки, и тиорианец последовал на мостик за другом.

– И что же тебя так завело? – с порога спросил он сатторианца.

Норт повернулся к Дэймосу.

– Они раскроют биомеха на раз, даже хозяин – эсстингианец.

Рука Дэймоса легла на мощное плечо сатторианца.

– Тебе это зачем? – темные глаза тиорианца с круглым расширенным зрачком, казалось, смотрели в самую глубину его души.

– Я хочу получить иммунитет и доступ ко всем базам данных, я хочу неприкосновенность и защиту для Дэйви и Учителя, – кулаки Норта сжались, – я хочу, чтобы мне не мешали сделать то, что должно.

– Ты получил гарантии? – голос Дэймоса звучал тихо, как шелест листьев на ветру.

– Я уже получил вот это, – Норт положил на пульт кристалл.

Он знал, что тиорианцу не нужен декодер, он, как Тэя, погружал в кристалл свое сознание. Норт сколько ни пробовал, до информации добраться не получалось, все стопорилось на структуре камня.

– Господи, – выдохнул Дэймос, «вынырнув» из камня. – Ты… – тонкая рука тиорианца неожиданно крепко сжала плечо Норта, – ты их знаешь?

– Нет, но узнаю.

Тиорианец выпрямился, скрестив руки на груди.

– Я помогу тебе с тигром.

– С ягуаром…

– Один черт. Никто ничего не узнает, но и твои люди на Крунне пусть не подкачают. Запомни, «кукла» должна быть совершенно пустая. Ничего там в нее не загружай, ты понял?

Норт кивнул. Дэймос вышел, и через минуту сатторианец услышал его веселый треп с Тэей.

Норт развернулся к пульту связи и вызвал Гора.

Могучий крунн тут же появился на экране. Норт даже сквозь экран чувствовал его мощь.

– Мне нужна твоя помощь, Гор, – Норт вставил кристалл с паспортом ягуара в гнездо и передал собеседнику всю информацию, – сделаешь?

Гор повертел перед собой картинку голограммы, изучил параметры.

– Когда надо? – сочный бас заполнил рубку.

– Вылечу к тебе завтра утром, к прибытию должен быть готов.

– Будет, – кивнул крунн.

– Я буду с федералом, это работа для них, – Норт не собирался ничего скрывать.

Брови Гора сдвинулись к переносице.

– Надеюсь, у тебя на то веские причины, – в мощном басе появились нотки сомнения.

– Более чем.

– Хорошо, – кивнул Гор.

– Как прилечу, дам знать.

Крунн поднял ладонь, прощаясь, и экран погас.

Норту оставалось рассчитать скачок.

* * *

Федерал прибыл вовремя. И, конечно, тут же наткнулся на Тэю.

– У вас ребенок на корабле? – удивился он.

– Это моя племянница.

– Разве сейчас не учебный год? – взгляд федерала блуждал по лицу девочки.

– А вы из Бюро по вопросам детства? – неожиданно бойко спросила Тэя.

– Нет. Как тебя зовут? – федерал улыбнулся.

– Тэя, – девочка не собиралась уходить, – а вас как зовут?

– Мистер Рок, – голос федерала звучал профессионально располагающе.

Норт решил прервать беседу.

– Ты закончила в машинном отделении? – спросил он.

– Сейчас закончу! – Тэя исчезла, она научилась понимать Норта, не залезая ему в голову, теперь она понимала не только его слова, но и их скрытый смысл.

– Какая бойкая! Не знал, что у вас есть племянница.

– Это стало сюрпризом для всех, – Норт жестом показал, куда идти.

Федерал подхватил свои вещи, но продолжал гнуть свое.

– А как ее фамилия?

– Маунтлейк. Сюда, – Норт открыл дверь единственной пустующей каюты.

– Ух ты, северянка, да еще из Озерного края!

– Устраивайтесь, сейчас взлетаем, – Норт явно был не расположен к беседе.

Он знал, что федерал полезет в базу и начнет искать Тэю Маунтлейк, Кук для него уже все сделал – любопытство мистера Рока будет удовлетворено.

Тэе было велено держаться от чужака подальше, но на таком корабле будет трудно разойтись, да и он не сможет прятать ее вечно. Даже если девочка решит остаться на Сандорре, она останется там как Тэя Маунтлейк, племянница Норта Блэкмаунта.

У всех северян в фамилиях была эта частица – «маунт». Весь север материка занимали горы. В глубоких ущельях прятались долины с живописными водопадами, на огромном высокогорном плато раскинулись шесть полноводных озер, которые питали шесть бурных рек Севера.

Фамилии на Саттории указывали больше не на принадлежность к семье, а на место, из которого пошел род конкретного человека. В этом мире фамилии Земли утратили свое значение, и было важнее знать, откуда человек, чтобы понимать, чего от него ожидать.

Северяне были суровы, замкнуты и невероятно выносливы. Мужчины славились небывалой силой и бесстрашием, а женщины, помимо всего прочего, были известны своей неприступной красотой. Северяне, в отличие от остальных сатторианцев, были очень одаренными. Они совсем немного уступали тиорианцам. Вероятно, суровые условия края способствовали усилению их экстраординарных способностей.

Норт уверенно вошел в гиперпространство и лег на курс. Едва он выставил автопилот, появился мистер Рок.

– Сколько мы будем идти по тоннелю, мистер Блэкмаунт?

– Часов шесть, – туманно ответил Норт.

– Мистер Блэкмаунт, мы с вами на одной стороне и нам нет нужды играть друг с другом. Чтобы все получилось, я должен быть уверен в вас, а вы во мне.

Норт откинулся на спинку своего кресла, его взгляд блуждал по лицу федерала.

– Почему животные? – спросил он.

– Потому что они не могут за себя постоять. Им пришлось нелегко на Земле, и здесь они тоже под постоянной угрозой. Со стороны человека в первую очередь, – федерал сел в кресло рядом.

– А люди уже достаточно защищены? – глухо спросил Норт.

Мистер Рок поднял на него голубые, почти прозрачные глаза, как у всех на побережье Юга. «В глазах южан живет океан, в глазах северян холод льда…» – вспомнилась Норту одна старая песня.

– Люди могут сами разобраться друг с другом, а звери нам ответить не могут, – тихо сказал мистер Рок и спросил: – Вы посмотрели данные?

Норт кивнул.

– Вы знаете этих людей?

Норт покачал головой.

– Вы можете на меня рассчитывать, даже когда мы закончим с этим делом. Информация, осведомители, все, что потребуется.

Предложение было щедрым. Сеть осведомителей не создать по свистку, ресурсов Норта тут явно недостаточно, мистер Рок предлагал уже готовую сеть на всех уровнях и во всех сферах. Норт еще не был уверен, можно ли ему доверять, но и отказаться от такого предложения он не мог.

– Посмотрим, как пойдет, – сказал он, – не будем загадывать.

Федерал встал и протянул руку.

– Саго, – сказал он свое имя.

– Норт, – крепкое пожатие скрепило временный союз.

Федерал кивнул и покинул мостик. Норт тоже вышел и разыскал Тэю. Она сидела у себя, погруженная в кристалл. Норт стукнул о косяк открытой в отсек двери. Тэе потребовалось время, чтобы выйти из кристалла. Взгляд ее еще был рассеян, когда она повернулась к нему.

– Ты меня звал? – спросила она.

– Закрывай дверь, на корабле чужой. Не надо, чтобы все видели, как ты читаешь, – терпеливо сказал Норт, он считал, что это и так понятно, но ей все приходилось объяснять потому, что она ничего не знала…

– Что-то я уже знаю, – тихо сказала девочка, расстроенно опустив глаза.

– Что ты читала? – снова спросил Норт.

– Про Крунн, – глаза Тэи заблестели, – там огромные города под куполами и по прозрачным тоннелям из стекла между ними ездят поезда! Мы увидим это все? – с надеждой спросила она.

– Только сверху, – придется ему зайти на посадку по другой траектории, чтобы она увидела купола.

– Здорово! – радостная улыбка мелькнула на ее лице, – а где мы сядем?

– В горах. Там живет мой друг.

– В ледяных горах Йотунхейма?! – Тэя даже дышать перестала.

Норт кивнул.

– Ура!

Норт приложил палец к губам.

– Ура… – прошептала Тэя, улыбаясь от уха до уха.

– Я собирался поесть, ты голодная?

– Пойдем, – она легко соскочила с кровати, и ее ладонь скользнула в его руку.

Норт замер. Ощущение было странным. Какая тонкая рука… Теплая…

Девочка заглянула ему в глаза:

– Пойдем?

– Пойдем.

Дэймос бы сейчас слезу пустил, мелькнуло у Норта, когда они шли по коридору. Саго проводил их взглядом через открытую дверь своей каюты. А девчонка молодец, интересно, она это интуитивно делает или осознанно? Такое эмоциональное подтверждение легенды получилось – они же семья. А для северян семья – это всё…

* * *

Посадка на Крунн была эффектной.

Тэя прилипла к обзорному экрану.

– Купола! – радостно воскликнула она, когда солнце ослепило их, отражаясь от прозрачной поверхности огромных полусфер.

Они были разбросаны по заснеженной поверхности планеты и между ними по прозрачным тоннелям действительно мчались поезда.

– Первый раз на Крунне? – Саго, улыбнувшись, встал рядом.

– Да, – Тэя сразу насторожилась.

– Видишь, сколько там в городах зелени? Там растут все известные растения Земли. Под каждым куполом свой микроклимат, чтобы растения жили в своей природной среде. Есть пожарче, есть попрохладнее… Видишь, там под куполом даже мелькнул снег – это зона тундры. А вот над тем городом настоящая гроза с ливнем… А вот эти комплексы – это системы жизнеобеспечения куполов, они очень мощные – один комплекс поддерживает три купола…

Тэя ловила каждое слово федерала. Весь материк был покрыт куполами.

– Сколько их? – спросила Тэя.

– Уже больше сотни, когда возникает необходимость, возводят новый, места еще вполне достаточно, – Саго указал вниз, – видишь, как раз устанавливают один…

Тэя смотрела, как мощнейшие строительные гравилеты виртуозно транспортировали готовый купол к месту. Тэя хотела посмотреть, как его установят, но корабль пронесся мимо и, заложив вираж – Норт пошел на посадку. Корабль аккуратно встал на зеркально ровный лед посадочной площадки, и Норт выставил «когти», намертво зафиксировавшись на такой опасной поверхности.

– Оденься тепло, – бросил Норт Тэе, покидая мостик.

– Это как? – растерянно пробормотала девочка, направляясь в свой отсек.

В ее голове тут же возникла картинка – теплая куртка, шапка, унтики. А, спасибо…

– Надень еще вот это, – Норт окинул ее взглядом у выхода с корабля.

Тэя поймала пару ремней с металлическими шипами. Норт поднял ногу, и Тэя поняла, зачем это. Она моментально натянула их на свои унты и застегнула защелки.

– Ну, пошли, – Норт первым шагнул под слепящее солнце Крунна. – Опусти стекла, – скомандовал он.

Тэя машинально выполнила команду и не пожалела – даже в до черноты затемненных стеклах приходилось щуриться. Снег и лед просто ослепляли, играя всеми гранями спектра в солнечных лучах.

– Какие сосульки! – Тэя смотрела вокруг.

Это было настоящее ледовое царство.

– И холодно, – она удивленно потрогала щеки и, натянув защитную маску, прибавила шагу, чтобы не отстать от Норта.

Они вошли в пещеру через довольно небольшой проход, и Тэе сразу стало жарко.

– Раздевайся, быстро! – Норт сам моментально скинул куртку.

Девочка немного замешкалась, и ее одежда успела промокнуть от пота. Федерал, судя по всему, знал, как себя вести, и действовал быстро и вполне уверенно.

– Есть сухая одежда с собой? – спросил девочку Норт.

– Да, я взяла, – эта мысль Норта догнала ее прямо перед тем, как она покинула свой отсек.

– Переодевайся, быстро! Здесь сквозняки – в мокром ходить нельзя!

Тэя схватилась за край длинного свитера.

Норт поморщился и кивнул на нишу, отгороженную стеной.

– Там.

Девочка кивнула и поспешно нырнула в нишу. Вышла через минуту в сухом.

– Тут термальные источники, – объяснил ей Саго, пока они следовали за Нортом, – из-за них воздух в некоторых пещерах нагревается до сорока – пятидесяти градусов тепла, но из-за системы вентиляции и входов-выходов идет постоянное поступление воздуха снаружи, а там выше минус ста не бывает. Из-за такого перепада температур, который очень опасен для человека неподготовленного, здесь есть свои правила поведения. И главное – одежда всегда должна быть сухой, если попадешь в мокром в поток ледяного воздуха даже на минуту – тебе конец.

Тэя внимательно слушала и смотрела вокруг – пещеры были невероятно живописны.

– Откуда здесь свет? – спросила она.

Саго, легко подхватив девочку на руки, поднял ее к светящимся сосулькам.

– Это кристаллы, сама жила лежит высоко на поверхности и прорастает в толщу породы такими «свечами». Минерал накапливает солнечный свет наверху и щедро отдает его здесь. Потрогай, не бойся.

Тэя осторожно протянула руку.

– Теплый! – удивленно воскликнула она.

– Мы не на экскурсии, – донесся до них голос Норта, он был явно недоволен их остановкой.

– Идем! – отозвался Саго и поставил Тэю на пол пещеры.

Она неуверенно улыбнулась чужаку и поспешила за Нортом.

– Не отставай, – бросил ей Норт, и Тэя почувствовала людей.

Много людей.

Следующая пещера была огромна! Это была целая площадь! С торговыми рядами, магазинчиками и тавернами. Тэя машинально ухватилась за ремень Норта. Не бойся, прозвучало в ней, она кивнула, но не отцепилась.

– Нам сюда, – Норт кивнул на паб с зеленым четырехлистником и одноглазым вороном на вывеске.

– Здесь что-то не так, – пробормотала Тэя, вспоминая свое знакомство с земными эпосами.

– Это точно, – согласился Саго, заходя следом.

– С девчонкой нельзя! – громыхнуло от стойки.

– Где ты видишь девчонку? – громыхнуло в ответ, и Тэя увидела белокурого великана с небесно-голубыми глазами на смугло-красном лице.

Тэя застыла и дальше сидела, не сводя с великана глаз.

– Гор!

– Норт!

Сатторианец почти утонул в мощных объятиях крунна.

– Малышка с тобой? – кивнул великан на девочку.

– Да, долгая история, – Норт посмотрел на федерала, – Гор, это мистер Рок.

– Из южан, значит, – моментально определил крунн, – ну, пошли. – Гор широким жестом указал на стол, где уже стояла огромная кружка пива. – Эй, там! – крикнул он в сторону стойки. – Еще пива и девочке пирог!

Дальше Тэя сидела за столом, поглощенная пирогом и созерцанием совершенно невероятного нового знакомого.

Гор заговорил поначалу о деле, но не выдержал.

– Чего она на меня так смотрит? – он осторожно покосился на девочку.

– Она в первый раз видит крунна, – одними губами усмехнулся Норт.

– Здесь полный зал таких, пусть на них смотрит.

– Они могут не понять, а ты свой, – Норт перевел взгляд на девочку. – Тэя, хватит.

– Он старый… – прошептала девочка, не в силах отвести глаз.

– Я еще первый полтинник не разменял, – Гор даже немного растерялся, все знали, что обитатели Крунна живут не меньше трехсот лет.

Взгляд Тэи скользил по совершенно невероятному сознанию.

– Она меня сканирует?! – крунн даже поставил кружку пива на стол.

– Только по поверхности разглядывает, она людей мало видела, не волнуйся, – Норт пригвоздил Тэю взглядом. – Хватит, я сказал.

– Его зовут не Гор… – новое сознание манило в себя и затягивало все глубже, – ты родился на Эсстинге, в Египте…

Теперь все смотрели на девочку.

– Роды были трудными, врача звали Гор… Отец хотел дать тебе совсем другое имя…

– Тор, – прошептали они с крунном одновременно.

– Очень древнее сознание… – невидящий взгляд Тэи и правильно подобранное слово указывали на то, что она уже не здесь.

С круннами нельзя играть в такие игры. Они очень сильны, хотя и могут показаться простоватыми.

– Можно мне ее выставить? – Гор покосился на Норта.

– Аккуратно, – предупредил Норт.

– Уж как смогу, – проворчал крунн и, осторожно подхватив хрупкое чужеродное сознание, насколько смог бережно выдворил его из себя.

Тэя словно очнулась.

– Ой, прости! – в ужасе спохватилась она, не зная, на кого смотреть: на разъяренного такой грубой выходкой Норта или на взъерошенного пережитым неприятным ощущением крунна. – Меня прямо… затянуло…

– Дэймосу за такое я сломал руку, – сообщил ей Гор, – его тоже «затянуло».

– «Древние» на самом деле затягивают, – впервые заговорил Саго.

– Древние? – все повернулись к федералу.

– Давно установили, что у сознаний разный возраст. Бывают очень древние. Я не так одарен, как северяне, но даже для меня это очевидно. Я с трудом заставляю себя не рассматривать вас так же пристально, как Тэя.

– Кстати, кто она тебе? – резко спросил друга Гор, он успел определить, что девочка вовсе не сатторианка.

Одного безмолвного взгляда хватило, чтобы пресечь разговор.

– Она моя племянница, – коротко ответил Норт. – Вернемся к делу. Наша «кукла».

– «Кукла» готова… Слушай, смотри вот на рыбок, – Гор ткнул в аквариум рядом, Тэя послушно перевела взгляд, хотя ей хотелось обратно, в это совершенно невероятное, потрясающее до глубины души пространство столь прекрасного и магического сознания.

– А чего на них смотреть? Они тупые… – прошептала она, послушно следя за тем, как меченосец гоняет гуппи.

– Итак, «кукла» готова, – Норт проигнорировал ее недовольство, – чистая?

– Как слеза, – кивнул Гор.

– Когда можно забрать?

– Да хоть сейчас, – крунн поставил кружку на стол и, оставив горсть монет, встал.

Остальные поднялись следом. Норт крепко сжал руку Тэи, возможно сильнее, чем требовалось. Она и без того уже знала, что он зол. Она снова привлекла к себе внимание! От досады на саму себя у нее даже слезы выступили. Она навлекла беду на Дэйви и Учителя, теперь у Норта могут быть неприятности – этот федерал еще рядом и все разнюхивает и расспрашивает… Тэя брела за Нортом сквозь толпу понурив голову. В какой-то момент хватка сатторианца ослабла, и тогда она сама вцепилась в его жесткую ладонь, боясь отстать в толпе. «Это было бы облегчением для нас обоих», – прозвучало в ней, и она прямо увидела его усмешку. Ну, нет, она не хочет потеряться… Почти животный ужас охватил ее, да такой, что даже Саго обернулся и с тревогой посмотрел на девочку. «Ладно, успокойся. Я здесь», – пальцы Норта снова сжали ее ладонь, и Тэя судорожно вздохнула.

Они шли уже малолюдными переходами между пещерами.

– Сюда, – они свернули в узкий, незаметный для чужого глаза, проход и через пару поворотов оказались в небольшом цехе.

– Вот это техника, – выдохнул федерал.

– У меня все самое лучшее, – кивнул Гор. – Ваша «кукла», – крунн указал куда-то в угол.

Тэя высунулась из-за Норта на линию обзора. В углу стоял ягуар. Тэя жадно впилась в него взглядом, фиксируя каждую деталь, и вдруг она разочарованно выдохнула:

– Он пустой…

– Все, как заказывали, – пробурчал крунн. – Вот ваш паспорт, – в воздухе повисла голограмма живого ягуара.

Федерал быстро просканировал ягуара и сравнил изображения – совпало все до последнего пятнышка.

– У вашего был перелом кости на задней лапе, – Гор открыл файлы внутреннего строения ягуара и указал на давний сросшийся перелом. – Видимо, еще котенком была, – крунн открыл файл внутреннего строения «куклы». – Мы сделали все точно так же.

– Потрясающе… – взгляд федерала зорко скользил по изображениям, – даже кончик хвоста заломлен вверх и влево… Великолепная работа… А что с кристаллом памяти? Удастся скрыть его при сканировании?

– Он встроен в тело мозга в виде наносети, никто не найдет. Нет еще таких сканеров, – снисходительно усмехнулся Гор.

Он заслуженно гордился своей работой.

– Итак, дело за вами, – он повернулся к федералу и подсказал: – Деньги.

– Точно! – федерал с трудом оторвался от изучения голограмм и протянул пачку кредитов.

Гор смерил пачку взглядом и кивнул:

– Забирайте.

Саго огляделся вокруг, ища, чем бы прикрыть «куклу», но крунн уже упаковывал заказ.

– Держите!

Федерал принял копию ягуара:

– Весит как настоящий…

– Он еще много чего будет делать как настоящий, – заверил его Гор.

– Уж я надеюсь, – пробормотал Саго и добавил: – Приятно было иметь с вами дело.

– Обращайтесь, – прозвучало в ответ.

Федерал вопросительно посмотрел на крунна.

– Напрямую, вот мои позывные, – Гор протянул федералу кристалл.

– Спасибо, – слова были искренними.

– Всего хорошего, – кивнул крунн и посмотрел на Норта. – Ты потом вернешься. Один. Есть разговор.

– Да, я сам хотел предложить.

– Ну, я тебя опередил, – усмехнулся крунн, – буду ждать вечером в пабе.

Норт кивнул и повел всех к выходу. Идти пришлось той же дорогой через площадь, только так можно было попасть к ближайшему выходу к кораблю. Саго тащил «куклу». Тэя снова вцепилась в Норта. Наконец они оказались в пустынных внешних переходах. Норт уверенно вел маленькую группу по извилистым проходам. А вот и пещера, через которую они зашли.

– Быстро одеваемся и на выход, – скомандовал Норт.

На этот раз Тэя не мешкала.

– Сухая? – спросил ее на улице Норт, перекрывая ветер.

– Да!

– Давайте живее, сейчас снег пойдет, – Норт бросил взгляд на свинцово-черную тучу в ярко-голубом небе.

Вот это контрасты! Это что было?! Молния?! И разом повалил снег…

К трапу почти бежали, сигнальные огни, оставленные Нортом, помогли найти в снежной пелене корабль.

– Это был снег? – спросила Тэя, едва они оказались внутри корабля, девочка была в восторге.

– Самый настоящий, – Саго устало опустил «куклу» на пол и вытер мокрое лицо.

Тэя выбралась из ставшей мокрой и тяжелой куртки.

– Что с ней делать теперь? – растерянно спросила она Норта, глядя на стекающую с куртки воду.

– Сушить, – Норт отодвинул переборку в стене, – здесь.

Тэя повесила куртку сушиться и стянула унты.

– Их тоже, на пол, – кивнул Норт.

Когда все было убрано, Норт и Саго унесли бесценную «куклу» в приготовленный контейнер – ничего не должно было пострадать: ни шерсть, ни хвост, ни усы. Веки у «куклы» были закрыты, так что хоть за хрупкие глаза можно было не переживать.

– А твои тоже неплохо поработали, – сказал Норт, когда они поместили куклу в специальный контейнер и закрыли его.

– Кое-что можем, – устало улыбнулся Саго и добавил: – Если можно, я спать.

– Давайте, – Норт вышел и разыскал Тэю.

Она пила горячий чай. Во рту Норта появился вкус мяты, сливок и карамели. Так заваривала чай Дэйви. Норт впервые за долгое время не ощутил приступа оглушающей боли.

– Тебе пора спать, – сказал он тихо.

Тэя зевнула, глаза ее слипались.

– Пирог был очень вкусный, – она подошла к Норту и заглянула ему в глаза, – прости меня за Гора, я ничего не смогла сделать.

– Я знаю, – кивнул Норт.

Он действительно видел, как сознание Тэи словно в воронку затянуло в мощное и бездонное сознание крунна. Раз уж Дэймос не смог сопротивляться, чего ждать от ребенка?

– Я не ребенок, – пробурчала Тэя.

– Иди спать, мне надо вернуться к Гору.

– Хорошо, – взгляд девочки настороженно скользил по лицу Норта.

– Я закрою корабль, а ты запри отсек.

Девочка кивнула и побрела к себе. Норт достал сухую теплую одежду и вышел в снежную бурю.

* * *

Норт рассказал Гору все, ничего не скрывая. Сначала про Тэю. Крунн потрясенно смотрел на сатторианца.

– Дитя с Гетеи… – с благоговением прошептал он.

Норт пожал плечами.

– Других вариантов не осталось, либо это, либо привет от инопланетян, – усмехнулся он.

– Не в ночь будь сказано, – быстро сказал Гор.

– Ты суеверен, – губы Норта дрогнули в улыбке.

– Не больше остальных, – крунн разглядывал друга. – А ты изменился, – задумчиво заметил он.

– Это другая часть истории, – помрачнев, ответил Норт и рассказал о федерале, полученной информации и…

– Ты прошел Обновление, – опередил его Гор.

Тиорианцы называли это Путем смерти, крунны Обновлением…

– Как ты догадался? – спросил Норт.

– Тень Джаи пропала, – тихо сказал Гор, – она всегда была с тобой.

Крунны всегда видят больше, чем говорят, пора бы ему уже к этому привыкнуть. Они видят не как тиорианцы, но прозорливости им не занимать. В любом случае они видят, и видят немало.

– Этот кристалл у тебя с собой? – Гор отодвинул кружку пива.

Норт выложил кристалл на стол. Великан тут же вставил его в декодер и тщательно изучил все файлы. Память у Гора была феноменальная, как и у всех в этом мире. Закончив изучать материалы, Гор скопировал кристалл на свой и убрал в карман.

– Разошлю по своим, пусть держат уши востро, если что, сразу дам знать. Под куполами сложно с кем-то встретиться случайно, но и затеряться невозможно. А уж в пещерах и подавно, – усмехнулся крунн.

– Не трогать, я сам.

Великан кивнул. Норт встал.

– Ладно, мне пора.

– Скажи девочке, что я не злюсь, – попросил Гор.

– Я скажу, – заверил его Норт, обнял друга.

Крунн не любил долгих прощаний, и Норт без лишних разговоров отправился на корабль.

Тэя ждала его прямо в выходном отсеке.

– Ты чего не спишь? – Норт закрыл дверь на корабль, отрезая путь снежной буре с ее неистовыми порывами ветра.

– Не могла уснуть, – Тэя сказала почти правду.

Она боялась, что Норт потеряется в снежном буране, и она останется на этом корабле с незнакомцем перед полной неизвестностью.

– Почему неизвестностью? Он определил бы тебя в интернат, и ты бы училась, – Норт развесил одежду сушиться.

– Я не хочу в интернат, – пробормотала Тэя, направившись в столовую, – и учиться не хочу.

– Ну да, чему же им тебя учить-то бедным, – Норт шел следом, слушая ее бурчание.

– Когда мы отсюда улетим? – спросила девочка, глядя, как Норт буквально вспорол банку с консервами. – Там вообще-то нормальная еда есть, не обязательно этим травиться.

– Что-то ты осмелела, я смотрю, – тяжелый взгляд пригвоздил ее к стулу.

– Когда мы улетим? – дрогнувшим голосом снова спросила Тэя.

– Ты хочешь задержаться или быстрее улететь? – холодно спросил сатторианец.

– Улететь, – почти прошептала девочка.

– Не понравилось здесь? – Норт внимательно наблюдал за ее эмоциями.

– Наоборот, понравилось очень…

– Тогда я сейчас ничего не понял, – Норт даже жевать перестал.

– Зачем привязываться к месту, если ты не планируешь тут остаться? – Тэя подняла голову и посмотрела прямо в глаза Норта.

Она привязалась к Дэйви, за тот короткий промежуток времени девочка прикипела к ней, к Учителю, к дому из белого камня, утонувшему в пышной зелени. Это был тот кусочек счастья, который у нее был. Теперь у нее есть это. Норт окинул взглядом потрепанный корабль, посмотрел на банку консервов в руке. Ну да, есть резон в том, что она говорит.

– Хочешь остаться с Гором? – спросил Норт.

– Он такой… в нем какая-то древняя сила… – Тэя так и не смогла еще осмыслить то, с чем сегодня столкнулась.

– Ты можешь остаться там, где захочешь, – внятно сказал ей Норт. – В свете последних событий, ты сможешь остаться даже с Дэйви – федералы гарантируют тебе неприкосновенность, но от интереса властей они тебя не защитят. Если те решат тебя забрать, то их уже никто и ничто не остановит. Выбор за тобой, у меня свои дела, мне с тобой возиться некогда. После этого дела особенно.

Тэя опустила голову. Что-то горячее скользнуло по щеке. Она коснулась щеки пальцами и с удивлением посмотрела на капли на кончиках пальцев.

– Если решила реветь, то реви у себя, терпеть этого не могу, – кулак Норта тяжело опустился на стол.

Девочка вздрогнула и поспешила уйти. В груди все сжалось, ей было трудно дышать. И добежав до своего отсека, она наконец-то расплакалась. Впервые в жизни. Ранее неведанные эмоции душили ее, ей хотелось кричать, но она сдерживала себя, интуитивно уткнувшись в подушку.

Все эти боль, одиночество и тоску перекрывало новое и неприятное ощущение – ощущение ненужности…

Норт провел рукой по лицу. Черт… Он не выносил слез. Он чувствовал себя совершенно бессильным, когда видел слезы, и вот это осознание собственного бессилия перед тем, что уже свершилось и стало причиной горя, его просто убивало.

У северян не принято плакать. Слезы, в их понимании, это выражение крайнего горя и нельзя их так легкомысленно расходовать.

– К черту, – Норт встал и направился на мостик.

Он хотел дождаться, когда закончится буря, чтобы девочка смогла еще раз полюбоваться этим прекрасным миром. Сейчас это уже не имело значения.

Он прогрел системы, взревели двигатели, и корабль взлетел, прорываясь сквозь бурю среди сверкающих молний.

Тэя лежала на своей кровати. Даже двигатели работали сердито. Слезы закончились. «Хочешь остаться со мной, стань полезной», – так он сказал. Она станет. Он увидит, как у нее все ловко получается, и не будет больше сердиться. Он сам не захочет потом, чтобы она ушла… Девочка перевела дыхание и незаметно для себя уснула. Отсек имел защиту для гиперпрыжка, и ей не надо было бежать в амортизационную камеру, как на прежнем корабле. Весь отсек был амортизационной камерой.

Тэя провалилась в сон. Эмоции и образы теснились в ее сознании, обрывки разговоров и фраз, все, что она увидела и узнала сегодня. И вдруг все исчезло. Снова возник зал библиотеки с длинными рядами книг и высокий темный служитель в капюшоне, скрывающем лицо, все так же безмолвно толкал перед собой тележку с книгами и не спеша, аккуратно расставлял их по полкам, приводя в порядок ее чувства, эмоции и упорядочивая, и закрепляя полученные за день знания и накопленный опыт… Постепенно дыхание девочки выровнялось, и она погрузилась в глубокий сон.

* * *

Тэя равнодушно смотрела на Сандорру на фоне солнца. Норт заходил на посадку, она не пошла в рубку, осталась в своем отсеке, чтобы не попадаться ему лишний раз на глаза. После нескольких невыносимых минут тряски и вибрации корабль сел.

Выйдя к уже спущенному трапу, девочка увидела, что сели они на той же транзитной стоянке в Генуе. Норт стоял у трапа и разговаривал с тиорианцем.

– Дэймос! – Тэя слетела по трапу, неожиданная радость от встречи захлестнула ее, и она, сама не осознавая, что делает, с размаху влепилась в недавно обретенного друга.

– Детка, я тоже рад тебя видеть! – тиорианец обнял девочку. – Как тебе Крунн? Познакомилась с Гором?

– Он сломал тебе руку? – в ужасе спросила Тэя.

– Было такое, – лукавая улыбка скользнула по тонкому лицу.

– Меня тоже затянуло, – голос девочки звучал приглушенно, – он меня сам выставил, я бы не выбралась, там все так… бесконечно.

Картинка необычного сознания снова возникла перед внутренним взором девочки, она могла поклясться, что тиорианец тоже разглядывает ее.

– Это ты точно подметила, именно бесконечно

Норт был недоволен прерванным разговором, но молчал. На трапе появился федерал.

– Нам надо забрать ягуара, – сказал он после короткого приветствия, – со мной связались и назначили место и время.

– Нужен транспорт. Закрытый фургон, – Норт смотрел на Саго, – достанешь?

– Уже готов, сейчас, – он оглядел стоянку и махнул рукой, – вон там.

– Вот что значит федералы. Ты бы полдня еще грузовик искал, а тут раз – и вот он, – улыбнулся Дэймос.

– Ждите нас здесь, никуда не уходите, – велел Норт, и они с федералом направились к фургону.

– А нам и необязательно куда-то уходить, мы и тут можем повеселиться, верно? – Дэймос весело подмигнул Тэе.

– Верно, – с готовностью отозвалась она.

– Ну, пойдем, расскажешь мне, как все прошло… – они направились в столовую на корабле. – Что тут у вас есть вкусного?

– Хочешь мятный чай со сливками и карамелью? – спросила Тэя.

Что-то странное мелькнуло в глазах тиорианца, он кивнул и не отрываясь следил за каждым движением рук девочки. Тэя, запоминая процесс приготовления чая, безотчетно полностью скопировала жесты Дэйви, словно это тоже входило в рецепт. Дэймос молчал, Тэя, увлеченная процессом, не сразу уловила эту странную перемену в тиорианце, но уловив, тут же замерла.

– Что не так? – медленно спросила она, ощутив нечто совершенно непонятное и незнакомое.

– Все так, извини, я задумался, – тиорианец встряхнулся.

Тэя пододвинула ему чай. Дэймос пригубил ароматный напиток и, поставив кружку на стол, поднял глаза и улыбнулся как ни в чем не бывало.

– Итак, Крунн, – напомнил он, снова пригубив чай.

Тэя начала рассказывать и, увлекшись, рассказала всё. Дэймос вызывал в ней бесконечное доверие, и она могла говорить с ним свободно, не утаивая и не фильтруя информацию.

– …Словом, вечером в голове у меня была уже такая «каша», что только Ночной Страж и спас меня! – воскликнула она.

– Да ты что! – Дэймос цепко выловил «Ночного Стража».

– Что бы я без него делала, не знаю, – покачала головой Тэя и тоже отпила чай. – Он все приводит в порядок. У тебя тоже все знания, как книги в библиотеке? – спросила девочка, беззаботно качая ногой на высоком табурете.

– У меня немного по-другому, ты свои знания получаешь в очень сжатые сроки, а я свои получал постепенно, в течение многих лет, поэтому, наверное, справлялся без Стража, – голос Дэймоса звучал без малейшего напряжения, – но это, по-моему, удобно, – улыбнулся он и снова пригубил чай.

– Что-то с тобой не так, – взгляд Тэи скользил по лицу тиорианца и по его внешнему контуру сознания, – тебе больно… Не из-за Стража, – Тэя внимательно следила за Дэймосом, произнося слова. – Не из-за чая, он вкусный… Нет, чай… Вкус… Дэйви… – Тэя замерла широко, раскрыв глаза.

Это же очевидно! Вот глупая! Тэя рассердилась на себя за то, что не рассмотрела это раньше.

– Прости, – прошептала она, – я не хотела…

Дэймос мягко улыбнулся.

– Не переживай, милая, – он похлопал ее по руке, – все хорошо и чай просто отличный! – снова эта знакомая улыбка скользнула по его лицу. – Расскажи мне еще про твоего Стража.

– А он у всех есть? – Тэя заставила себя сменить тему, ей хотелось разобраться в том, что творилось с Дэймосом, но что-то подсказывало ей, что сейчас ей это все просто не понять – это мир взрослых.

– Думаю, он есть у тех, кому он нужен, – легко подхватил разговор Дэймос, – видит бог, мне бы он тоже не помешал!

– Ты сказал, что поможешь Норту, а что ты сделаешь? – Тэя вспомнила вдруг обрывок разговора, который она успела услышать.

Глаза тиорианца чуть прищурились, а на лице появилась заговорщическая улыбка.

– Хочешь посмотреть?

– А можно? – боясь поверить, спросила Тэя.

– Посмотрим, как пойдет, – подмигнул ей Дэймос, – но нам надо подготовиться ко встрече с нашей гостьей.

– Отсек уже готов, – Тэя поставила кружку, – там сено на полу, мясо приготовлено…

– Я должен там осмотреться, – тиорианец встал и без лишних слов направился к отсеку.

Крепкие прутья из корабельного сплава, делящие отсек на две части, вызвали у него вздох облегчения. Так, места остается вполне достаточно.

– Они приехали! – звонкий голос Тэи прокатился по переходам корабля.

– Отлично, – Дэймос своей рукой налил в огромную миску свежей воды и вышел.

Грузовик подогнали сразу к грузовому отсеку, оттуда до подготовленного отсека внутри корабля была всего одна переборка. Животное было в ужасном состоянии. В наморднике, в цепях, под действием транквилизаторов. Норт и Саго действовали удивительно слаженно, они доставили хищника в отсек и ловко освободили его от цепей, пут, намордника и даже ошейника.

– Ничего чужеродного, – предупредил их Дэймос, следя за их действиями, – все уходите, я хочу быть с ним один, когда он очнется.

– Она, – поправил его федерал, – судя по всему, это произойдет с минуты на минуту, – Саго прощупал пульс животного, и сатторианцы покинули отсек, заперев переборку со стороны хищника.

Ягуар лежал на полу. Дэймос тоже расположился на полу, но с другой стороны прутьев. Его ждала нелегкая многочасовая работа. Но это было то немногое, что он мог сделать для Норта.

Лапа ягуара дернулась. Дэймос продолжал наблюдать. Прошло еще много времени до момента, когда кошка открыла глаза. Пробуждение было тяжелым – дезориентация, подергивание мышц, обезвоживание – это то, что можно было увидеть, даже не будучи специалистом.

– Тихо, милая, – прошептал Дэймос, – да ты у нас настоящая красавица… – мягкие вибрации голоса тиорианца должны были успокоить животное. – Ты в новом месте, оно тебе так же неприятно, как и предыдущее. Уверен, оно было просто ужасно, иначе как бы ты смогла сломать там лапу?

Кошка мяргая металась по импровизированной клетке.

– Тебе надо немного потерпеть, милая, и мы тебя доставим домой, я не шучу, – у Дэймоса уходило немало сил на то, чтобы пробиться в спутанное сознание ягуара, рождая и отправляя ей яркие образы.

– Ты должна попить, – продолжал говорить Дэймос, одновременно аккумулируя все эмоции и повадки животного через себя в кристалл, лежащий в его ладонях.

Пока все шло как надо, тяжело, но как надо…

– Вода холодная, свежая в миске, подойди к ней… Красавица… Какая же ты красавица…

Кошка, так же мяргая, настороженно приблизилась к миске и, понюхав воду, осторожно начала пить.

– Я не знаю, к какому извращенцу тебя везли, но он тебя не получит… – Дэймос жадно впитывал все, что видел и чувствовал, испарина покрыла его лоб. – Тебя ждет свобода, милая, ты должна помнить это, это заложено в твоих генах – свобода… – он послал кошке картину – джунгли, олени, река…

Напившись, самка ягуара немного успокоилась.

Дэймос продолжал говорить, взывая прямо к сознанию измученного животного. Хищница приблизилась к прутьям, отделяющим ее от человека. Странного человека. Таких она раньше не видела.

– …Мы с тобой во многом похожи, – говорил человек, – даже глаза у нас одинаковые, – он приблизил лицо к прутьям, и кошка увидела, как при попадании яркого света зрачок человека сузился. – Ты увидела, я знаю, что ты увидела, – продолжал говорить человек. – Ты можешь доверять мне, я тебя не обижу. – Яркие образы снова наполнили сознание хищника – ласковые теплые руки, свежее мясо, ощущение сытости и безопасности…

Кошка придвинулась еще, Дэймос тоже осторожно подался вперед.

– Какая же ты умница, я даже не ожидал, – продолжал шептать он, глядя в янтарно-желтые глаза ягуара. – Ты просто великолепна, ты приживешься на новом месте, у водопада, тебе понравится… Ты сделаешь там безопасное логово и вырастишь там своих котят, они будут такими же умными и прекрасными, как ты… – Лоб Дэймоса прижался к бархатному лбу животного, и весь поток воспоминаний и накопленный за короткую, но горькую жизнь, болезненный опыт хлынули в его сознание, Дэймос перенаправил мощный информационный поток в кристалл.

Люди… Людей надо бояться… Они причиняют боль длинными палками, из-за них болит живот и из-за них иногда такой сухой и шершавый язык…

Боль травмы, боль голода, мучения от жажды – все это прокачивалось через Дэймоса, обессиливая его. Но он освободит ее от этого, он заберет эти воспоминания, он оставит ей только картинку нового дома, ее будущего, ее инстинкты великолепной охотницы. Он заберет ее боль. Людям можно верить. Хорошим людям надо верить. Они всегда придут на помощь, они незримо будут рядом, как ангелы-хранители, а ты будешь свободна… Дэймос наполнил сознание кошки ощущением леса – запахи, звуки, пространство, другие животные и птицы, серебряные спинки рыб в водах щедрой реки…

Когда поток болезненных воспоминаний хищницы истощился и закончился, Дэймос не сразу смог отстраниться. Кошка же еще какое-то время сидела с закрытым глазами, наслаждаясь подаренными ей видениями. Что ж, ради того, чтобы попасть туда, можно и потерпеть немного нынешние неудобства.

Самка ягуара медленно открыла глаза и посмотрела в глаза человека напротив. Это был первый человек, которому она смотрела в глаза, и ей не хотелось отвести взгляд от чувства отвращения к двуногим, наполнявшего ее. Ей хотелось его видеть. И ей нравилось его слушать…

– Ты умница, – продолжал говорить человек, – ты необыкновенная…

Норт и Саго наблюдали за происходящим на экране.

– Я сейчас сам сожру кусок мяса прямо с его рук, – пробормотал Саго, неожиданно озвучив мысль Норта.

– И не говори… – усмехнулся тот.

– Проблем с женщинами у этого парня точно нет, – продолжил федерал.

Норт пожал плечами, уходя от щекотливой темы.

– Ты слышал, что он ей обещал? – сказал он вместо ответа. – Не подведи его.

– Ради этого я здесь, – кивнул федерал, он вдруг огляделся вокруг. – А где твоя племянница? – спохватился он.

– Там, – Норт указал пальцем на экран.

Саго всмотрелся в изображение.

– Вот, камера «видит» ее ноги, – палец Норта скользнул по картинке на экране.

– В центре событий, – усмехнулся Саго.

– Как обычно, – пробормотал Норт.

После той взбучки, которую он ей учинил, они не общались. Норт решил, что если она так и дальше будет себя вести, по завершении операции он ее ссадит на Сандорре, и будь что будет.

– Знаешь хороший интернат на Сандорре? – спросил он Саго.

– Решил ее оставить? Много времени займет, – напрягся федерал.

– Не сейчас, после операции.

– Я даже дам рекомендацию, – кивнул Саго, – так ты окончательно все решил?

– Так будет правильно. Наверное… – Норт не скрывал, что сомневается в правильности решения. – Ты бы что сделал? – спросил он неожиданно для себя.

Саго пожал плечами.

– Смотря, чего ты для нее хочешь. Тут я плохой советчик, у меня детей пока нет.

– У меня тоже, – пробормотал Норт.

Тэя, замерев, наблюдала за тем действом, которое развернулось перед ней. Это было что-то потрясающее, невиданное и неожиданное… Такое буйство красок и эмоций! Сознание хищника, блеклое и тусклое поначалу, после того, как все было закончено, просто сияло всеми красками! Энергия наполняла сознание и тело не только с каждым глотком воды, с каждым куском мяса, но и с каждым новым словом, которое произносил Дэймос. Тэе было разрешено только безмолвно сидеть и не вмешиваться в процесс, что бы ни произошло.

– Кристалл наполнен, – тем же мягким голосом сказал Дэймос, – ты устала, моя красавица, отдыхай… Ложись и отдыхай… Здесь тепло и безопасно, осталось потерпеть совсем немного…

Кошка легла на мягкую подстилку из свежего сена и устало прикрыла глаза, давая новым ярким образам увести себя в мир грез…

Дэймос бесшумно встал и, так же бесшумно ступая, направился к выходу.

– Этот парень словно не по земле ходит, – пробормотал Саго и вышел из рубки навстречу тиорианцу.

Тот был явно измотан, следом за ним безмолвно шла Тэя.

– Как все прошло? – спросил федерал Дэймоса.

– Сделано, – тиорианец показал кристалл, – теперь надо загрузить это все в вашу «куклу». Здесь только ее воспоминания, ее эмоции по прибытии сюда и ее ощущения. «Кукла» воспроизведет все точь-в-точь по прибытии к заказчику.

– Про свободу и вольную жизнь сюда ничего не попало? – уточнил Саго, чтобы уже удостовериться наверняка. – Иначе это будет заложенной программой бунта, – добавил он.

– Нет, все это я отсекал. Здесь одна боль, ненависть к людям и безысходность, – в глазах тиорианца мелькнуло отвращение. – Даже «кукла» такого не заслуживает, – тихо сказал он.

– Но нам придется это сделать, вы пообещали ей свободу, – напомнил федерал, и все направились в отсек, где хранилась «кукла».

– Просто активируйте систему, не будите, – сказал тиорианец, садясь рядом с контейнером.

Федерал активировал «куклу» в «спящем» режиме.

– Готово, – сказал он, следя за показаниями на экранах.

Дэймос кивнул и, зажав кристалл в одной руке, вторую положил на лоб «куклы». Тэя увидела, как сквозь него в совершенную копию великолепной кошки полился серо-черный поток воспоминаний оригинала. Дэймос даже побледнел от такого избытка негатива.

– Помоги-ка мне, милая, – тихо сказал он, и Тэя поняла, что это было сказано ей.

Она положила свои руки сверху на его, приняв на себя основной поток – она физически ощутила, насколько истощен этими манипуляциями тиорианец.

– Не пускай в себя, пропускай через, ты просто проводник, – наставлял он девочку.

Та смогла пустить поток мимо своего сознания.

– Молодец, – прошептал Дэймос, – потерпи, милая, еще несколько минут…

Когда они закончили, руки Тэи затекли, а Дэймос буквально падал с ног.

– Эй, давай-ка, – Норт с готовностью подхватил друга и повел в свой отсек, – тебе надо отдохнуть…

Тэя смотрела, как Саго выключает аппаратуру и упаковывает обратно выключенную куклу.

– Она стала «полной»… Наполненной, – поправила сама себя девочка, – словно живой, – с удивлением сказала она.

– Я видел все и все равно не могу в это поверить, – покачал головой Саго, – так говоришь, «кукла» стала живой?

– Настолько, насколько может быть живым животное в неволе, – кивнула девочка.

– Тогда я сразу выведу ее и не буду беспокоить нашу пассажирку, – на последних словах федерал неожиданно мягко улыбнулся, – пусть отдыхает. Лишние потрясения ей ни к чему.

– Ей обещали другое, – кивнула Тэя.

– А слово надо держать, – Саго подмигнул девочке, и они вышли из отсека.

Дэймос приходил в себя в отсеке Норта – он буквально провалился в глубокий сон. Сам Норт рассчитывал прыжок к Эсстингу.

– Большой соблазн сначала доставить нашу кошку на Пангею, а потом уже лететь на Эсстинг, – сказал он при появлении федерала.

– Я должен буду там с ней остаться на первое время для адаптации, – покачал головой Саго, – придется ей немного потерпеть.

– Я могу сидеть с ней во время прыжка, и ей не будет грустно или страшно, – предложила Тэя.

Дэймос на Эсстинг не летел по понятным причинам, и Тэя вполне могла его заменить.

– Посмотрим, – сдержанно кивнул Норт и закончил расчеты. – Хорошо, сначала Эсстинг, – сказал он, покидая мостик.

* * *

Перед отлетом с Сандорры Дэймос дал Тэе самые подробные наставления о том, как успокоить ягуара в случае всяких неожиданностей, особенно во время прыжка – не хотелось больше пичкать бедное животное транквилизаторами. Они часами сидели рядом с ягуаром, отрабатывая те или иные приемы.

Саго, скрестив руки на груди, наблюдал за их действиями на экране в рубке.

– Норт, прости, что возвращаюсь к теме, но в свете того, что я увидел, должен тебя предупредить, если решишь оставить девочку в интернате, жизни у нее не будет. Я не знал, что у нее такие способности. Многое из того, что тиорианцы нарабатывали веками, ей просто дано от природы, – Саго задумчиво потер щеку. – Возможно, ваш род так одарен… Она пробудет в школе меньше недели – ее заметят, и тут федералы ничего не смогут сделать – это спецотдел, у них свои полномочия. Если это ваш родовой талант, они перетрясут еще и всю твою родню, но ей они спокойно жить не дадут в любом случае.

Южанин повернулся к Норту и увидел, что тот его внимательно слушает.

– Просто хотел, чтобы ты знал.

Норт кивнул.

– Я знал, – отозвался он, – просто хотел думать, что у меня есть выбор.

– Есть, – усмехнулся Саго, – сдать ее властям или оставить у себя. Здесь она, по крайней мере, будет принадлежать сама себе. Даже в пещерах Крунна ее не спрятать – она очень яркая… – тихо добавил федерал и снова повернулся к экрану.

– Да, повезло мне, – пробормотал Норт, возвращаясь к навигации.

– Вам очень повезло, у вас такие друзья, – федерал подошел к столу с картами звездного неба.

– Я тоже хотел предупредить, – Норт оторвался от расчетов. – Ты же понимаешь, что вот это все разовая акция и в следующий раз ты полетишь уже без меня и без Дэймоса?

– Конечно, понимаю, – кивнул Саго, – и надеялся, что ты и Дэймос мне кого-нибудь порекомендуете. Мне нужна своя команда на неопределенный срок – потребуется время, чтобы сократить цепочку посредников от заказчика до исполнителя.

– Я подумаю, поговорю кое с кем, – кивнул Норт, – думаю, и Дэймос не откажет. Дело нужное, – вслух признал Норт.

– Спасибо, – кивнул федерал, – я хотел, чтобы ты увидел.

– Я увидел, – кивнул Норт и кивнул на карты. – Где мы должны сесть на Эсстинге? Где место встречи?

– Транзитный порт Александрии, – Саго склонился над картой, – вот здесь.

Норт кивнул. Он не любил Александрию. Он вообще не любил Эсстинг…

– У тебя что-то личное к этой планете? – Саго уловил волну негатива.

– Много лет назад они похитили меня и выставляли в боях на арене, – Норт сжал в этой фразе год своей жизни. – Этого не было в досье? – спросил он.

– Там был временной пробел как раз год, период, когда ты исчез со всех радаров.

Саго промолчал, что потом был еще один – год, когда Норт женился.

В рубку вошли Дэймос и Тэя.

– Как наша гостья? – улыбнулся федерал.

– Она довольна, ждет не дождется, когда ее доставят домой, – улыбнулась Тэя, но было видно, что девочка устала.

Дэймос тоже был не в лучшей форме.

– Я должен вас познакомить, чтобы она доверяла тебе и подпускала к себе, – сказал он федералу, и они снова ушли.

Тэя устало опустилась в кресло пилота.

– Все отработали? – спросил ее Норт.

– Все, – кивнула девочка, голова ее гудела от информации, она постоянно прокручивала в уме очередность манипуляций.

– Пойди, поспи, – Норт кивнул в сторону отсеков.

– Я хочу еще с Дэймосом повидаться перед отлетом, – Тэя подняла глаза на Норта, – мы ведь не скоро сюда вернемся?

– Даже если вернемся, не факт, что Дэймос будет здесь, он – вольная птица, – пора ей привыкать к тому, что все непостоянно, и люди не будут ждать ее в одном и том же месте.

– Мы совсем никогда не увидимся?! – неожиданный ледяной страх очередной потери сжал сердце девочки.

Норт пожал плечами.

– Почему? Увидимся. Когда-нибудь, где-нибудь…

Тем более она должна его дождаться, Тэя заставляла себя сидеть прямо и смотреть на яркое солнце на обзорном экране, хотя глаза ее просто слипались…

Норт видел, как она обмякла, и голова ее легла на пульт, ее накрыло просто в минуту. Странно, что она прямо рядом с ягуаром не рухнула – столько сил и энергии потратила она для постижения необходимых знаний.

Она спала так уже пару часов, когда пришли Саго и Дэймос.

– Норт, ну ты совсем обезумел? Почему она у тебя так спит? – очень тихо набросился на друга тиорианец.

– А я тут при чем?! Она тебя ждет! Боится улететь, не повидавшись, – Норт так же тихо, но яростно отбился от несправедливых обвинений.

– Господи, милая, ну что же ты… – Дэймос подхватил девочку на руки и слегка покачнулся. – Создатель, тяжелая-то какая! – тут же вырвалось у него. – Давненько я никого не носил, – пробормотал он и вышел из рубки.

Саго с улыбкой покачал головой и остался в рубке.

– Как все прошло? – спросил его Норт, просто чтобы заполнить возникшую тишину.

– Лучше, чем я ожидал. Потребовалось время, но контакт налажен. Предстоит еще работа, конечно. Нам с ней тяжелее общаться, но мы справимся, – улыбнулся сатторианец.

Его угнетало то, что его малая одаренность мешает ему в работе, но в отличие от остальных сатторианцев, прибрежные чувствовали и слышали воду. Именно они исследовали воды океана и морей Саттории. Они могли безошибочно найти и указать на место, откуда будет бить источник чистейшей воды. Именно они первые, до всех экспертиз, предупреждали об опасности пресных вод рек или озер, когда там после оползней или наводнений появлялись опасные для человека бактерии. Сатторианцы побережья были сильны по-своему, и это было достойно уважения.

– Ничего, – сказал Норт, – ты справишься, как всегда, – он склонился над картами.

Маршрут построен. Все учтено.

– Ты не уточнил, где у нас попробуют перехватить груз? – задумчиво спросил он Саго.

– Подробности узнать не удается, но заказ «висит». Попытка будет.

– После выхода из тоннеля надо быть готовыми ко всему, – Норт смерил федерала оценивающим взглядом. – Ты умеешь управляться с бортовой пушкой?

– Какой именно? – Саго явно перебрал в памяти несколько моделей.

– Пойдем, посмотрим, что у нас есть, – Норт повел федерала к пушке. – Я смогу управлять и стрелять из одной, а вот на вторую бы оператор не помешал…

Дэймос смотрел на спящую девочку. Жаль было ее будить.

– Пока, малышка, когда-нибудь увидимся, – он наклонился и коснулся губами ее лба.

…Темный библиотечный зал с длинными рядами стеллажей, какие-то пустые, какие-то уже заполнены. Медленно толкает перед собой переполненную тележку Ночной Страж. Он останавливается, берет в руки книгу, медленно, словно читая, пролистывает ее и ставит на определенную полку. Еще несколько книг встают рядом, и вдруг он поднимает голову, и темный взгляд черных глаз пронзает Дэймоса ледяным холодом…

Тиорианец отшатнулся, оглядевшись вокруг, он тяжело дышал и не понимал, как это вышло и что сейчас произошло. Тэя беспокойно заворочалась во сне, брови ее сошлись к переносице, она что-то пробормотала, перевернулась на другой бок и снова затихла. Дэймос оставил рядом с ней кристалл на цепочке, который хотел ей подарить, и осторожно вышел, бесшумно задвинув дверь отсека.

В коридоре он припал спиной к стене. Что ЭТО было?!! Это был контакт? Контакт с чужеродным сознанием? После которого холод до сих пор продирал тиорианца до костей. Говорить ли об этом Норту? Как ему это сказать? Как такое вообще можно объяснить?!

Да и что он может сказать? А вдруг это был просто сон? Ее постоянный неотвязный ночной кошмар? У него нет времени с этим разобраться, а Норт не сможет – терпения не хватит и навыков… С его-то одаренностью! Ведь ему достаточно просто захотеть, но нет, этот упертый сатторианец считает все это ерундой, не стоящей траты времени!

Дэймос нашел Норта на мостике, Саго снова ушел к ягуару.

– Она спит, – сказал Дэймос, – так и не проснулась.

Норт поднял голову от карт.

– Хорошо, – тут он заметил неладное. – Ты неважно выглядишь, – Норт с тревогой смотрел на друга. – Хочешь кофе?

– Не откажусь, – Дэймос не мог унять дрожь.

В столовой он обхватил горячую кружку руками и медленно пригубил кофе. Через несколько минут его начало «отпускать».

– Что с тобой произошло? – прямо спросил Норт.

– Было нечто странное, – медленно начал Дэймос, – возможно, я просто окунулся в ее кошмар или, возможно, так работает ее подсознание…

Дэймос неожиданно для себя рассказал все, что произошло. Вероятно, ему надо было проговорить это все вслух, обозначить словами все произошедшее.

Норт оглушенно смотрел на друга. Его пугало не столько содержание, сколько эмоции и картинки, сопровождающие рассказ. И вот это ощущение… Именно это он испытал, когда Тэя впервые посмотрела на него на захваченном корабле.

– Я прослушивал ее, «гостевого» сознания не было, – Норт стряхнул с себя наваждение и посмотрел на друга.

Дрожь ушла, непривычная бледность медленно отступала. «Интересно, как я тогда выглядел?» – мелькнуло у Норта, он усмехнулся этой мысли и тут же отмахнулся от нее.

– Я тоже прослушивал ее пару раз и довольно тщательно, ничего такого там не заметил… Даже сферы такой нет, – Дэймос мысленно перебрал все увиденные в сознании девочки образы.

– Так, – Норт посмотрел другу в глаза. – И что мне делать? – спросил он напряженно.

– Ничего, – покачал головой Дэймос, – наблюдай.

– Может, ты заберешь ее? – осторожно предложил Норт. – Она привязалась к тебе, вы неплохо ладите…

– Не могу, – покачал головой Дэймос, – уже не могу. Ты знаешь, почему.

Да, черт, он знает! Норт с досадой хлопнул ладонями по столу. Зачем он тогда поспешил? Кто его гнал? Почему он не дождался Дэймоса и не прошел этот путь с ним?!

Когда его сознание рассыпалось на миллионы и миллиарды частиц, в темноте черного безмолвия и отчаяния оставался один маячок, который сиял и манил к себе теплом, вокруг него собралось снова разорванное в клочья горем сознание, вокруг него возник новый Норт. Это был отпечаток сознания Тэи. Тот, который она оставила в нем при первой встрече, тот, который он так тщательно, но тщетно пытался выбросить из себя прочь.

– Она теперь должна быть с тобой, – тихо сказал Дэймос, – теперь она твоя Альфа и Омега…

– Черт… – Норт в бессильном отчаянии провел руками по лицу, – почему я не дождался тебя?!

– Судьба, – почти шепотом отозвался Дэймос, иногда его голос звучал так призрачно и невесомо, как шелест листвы на легком ветру.

Дэймос аккуратно поставил еще горячую кружку на стол.

– Я, пожалуй, пойду. Я очень устал, – тиорианец встал, Норт последовал за ним.

Он проводил друга до выхода с корабля, там они крепко обнялись и тиорианец ушел. Объятия были не в привычке у Норта, но Дэймос любил все эти глупые условности, и Норт с удовольствием ему в этом потакал. Кроме того, ему удалось передать тиорианцу изрядный запас энергии. Тот посмотрел на Норта с легким укором, но вслух ничего не сказал, лишь благодарно кивнул и ушел.

Норт смотрел ему вслед, пока сумерки не скрыли высокую, гибкую фигуру тиорианца.

Сатторианец вернулся на мостик. Посмотрев на экран, он увидел, что самка ягуара прикорнула на плече у федерала, тот тоже спал. Тэя спит у себя. Норту не надо было заглядывать к ней, чтобы убедиться в этом. Он отчетливо увидел ее безмятежно спящей и даже разглядел кристалл, подарок Дэймоса, рядом с ней. Тряхнув головой, он отогнал видение, ворча на себя, закрыл корабль и тоже пошел спать перед сложным перелетом.

* * *

На них напали в пределах дальней орбиты Эсстинга. Норт всегда действовал на опережение и отправил Саго к пушке, едва радары засекли ждущие их в пространстве корабли.

Тэя бросилась к ягуару. Кошка возбужденно металась по клетке. Девочка оглядела прутья и побежала в коридор, решив войти в клетку, а не сидеть рядом с ней. Распахнув переборку и войдя внутрь, она тут же захлопнула ее и, обернувшись, замерла, оказавшись нос к носу с опаснейшим хищником. Тэю обуял страх. Страх ягуара.

Они довольно спокойно пережили скачок в гиперпространство и выход из него, то, что они отработали этот момент с Дэймосом, их просто спасло. Сейчас ситуация была нестандартная. Корабль маневрировал, уклоняясь от выпускаемых по нему зарядов, и отстреливался сам, каждый залп просто рвал барабанные перепонки – пушка была рядом с этим отсеком.

Тэя, судорожно вздохнув, рассеяла взгляд и обратилась прямо к сознанию напуганного хищника. Много сил ушло просто на то, чтобы обратить на себя внимание и удерживать его дальше.

«Я тоже ни разу не слышала пушки, – думала Тэя, посылая ягуару образы своих мыслей, – и мне страшно. Но они защищают нас, защищают тебя… Там плохие люди, и они хотят забрать тебя, а Норт нас защищает. Он очень сильный, и он спасет нас… – Корабль снова тряхнуло, и Тэя упала, прокатившись по полу, больно стукнулась о прутья, кошка мяргая выпустила когти и чуть присела на широко расставленные лапы, Тэя встала, держась за прутья, но очередной залп и резкий уход вниз и влево снова сбил ее с ног, она снова покатилась по полу через клетку, в какой-то момент мощная лапа хищника пригвоздила ее к полу. – Спасибо, – подумала девочка, – я друг, ты помнишь? Я наливала тебе воду и давала мясо вместе с Дэймосом. – Образ тиорианца вызвал теплую волну в ответ, кошка слегка подвинула Тэю на полу и легла так, что девочка оказалась прочно зафиксирована между двумя мощными передними лапами, а ноги ее оказались под мягким теплым животом хищницы, Тэя смотрела на огромную морду ягуара прямо перед собой и, с трудом переведя дыхание, продолжила монолог: – Я расскажу потом Дэймосу, как ты спасла меня, и он будет гордиться тобой, он всегда говорил, что ты самая сильная и добрая, а теперь ты спасла его друга, – Тэя напирала на слова «спасла» и «друга», чтобы не стать «добычей» в глазах дезориентированного хищника, но судя по тому, как шершавый язык прошелся по ее щеке, едой она не считалась, ей очень хотелось так думать. – Ты очень заботливая, такая мама будет нужна твоим котятам, когда они у тебя появятся, маленькие и беззащитные, им нужна будет такая сильная и добрая мама…»

Сознание кошки живо нарисовало щедро подаренную ей Дэймосом картину ее счастливого будущего – уютное логово возле водопада в густых влажных джунглях, из которого выходит двое… трое… ух ты, четверо котят! «А ты молодец!» – отозвалась с восторгом Тэя, она с удивлением наблюдала чужой живописный мир. Дэймос не упустил ни одной детали: вот мелькнул маленький колибри, ветер тронул крупные листья растений, и на котят брызнули капли прошедшего дождя, они смешно отряхиваются и бегут к матери, столкнувшись с непонятным, та облизывает их пушистые макушки, подталкивает их в неизвестный мир. А, так это их первая вылазка из логова! Тэя чувствует мягкую теплую землю под подушечками лап, пряный запах джунглей, слышит звон москитов, видит ярко-зеленую лягушку…

«Красиво… Тебя ждет чудесное место… – Тэя не знала, удастся ли ей увидеть это место на самом деле, поэтому сейчас она ловила каждую мелочь. – У тебя такие славные котята! Смелые и умные! Ты их всему научишь, ты будешь терпеливой, но строгой, ведь джунгли могут быть опасны для котят… – Тэя почувствовала, как кошка напряглась и встревожилась. – Вот эта лягушка, она ядовитая, – продолжила девочка, – а в реке водятся крокодилы и пираньи, надо всегда быть начеку. Когда твои детки подрастут, они сами начнут на них охотиться, а пока им надо держаться подальше от воды. Но ты ведь и сама знаешь это… Это заложено в тебе в твоих инстинктах, и, оказавшись дома, ты все вспомнишь…»

Тэя почувствовала, как кошка расслабилась. А в ее видении котята наигрались и пришли к маме поесть… Девочка любовалась почти идиллической картиной. Но вот котята насытились и отправились в логово спать, а сама хищница встала и отправилась на охоту. Мощно и легко оттолкнувшись от земли, она в долю секунды оказалась на дереве. Она наслаждается своей силой, ловкостью и свободой, ее лапы уверенно перебирают по толстому суку дерева, толчок – короткий полет – и она на другом дереве… По тропе к реке идут тапиры, Тэя почувствовала, как хищница подобралась, и как напрягся каждый ее мускул. Бесшумный смертоносный прыжок заканчивается идеальным убийством… Вкус теплой крови во рту и восторг победы…

Тэя бешеными усилиями воли удерживает спазмы желудка и разделяет восторг зажавшей ее в объятиях хищницы.

– …Как нам ее вытащить? – доносится до нее шепот Норта.

– Я зайду… Я поговорю с ней, она меня знает… – отвечает ему Саго.

Сознание Тэи не может отвлекаться от столь щедро разделенным с нею видения, однако она умудряется изолировать часть своего разума и послать Норту короткое, но выразительное: «Нет!!!!»

– Стой, – резко скомандовал он, Саго замер, – она сказала: «Нет».

– Хорошо, – Саго остался на месте, глядя на ягуара, придавившего собой девочку.

Но вот хищница сама ощутила присутствие людей и с неохотой покинула столь полюбившийся ей прекрасный мир, ее глаза открылись, и Тэя встретилась с ее янтарным взглядом. Продолжая довольно урчать, кошка неохотно встала и, еще раз обнюхав девочку и лизнув ее щеку, отошла к миске, которую Саго уже предусмотрительно наполнил свежей водой.

– Выбирайся оттуда, – сказал Норт Тэе ровным голосом.

Тэя медленно встала и неспешно отступила к стене и, нащупав замок переборки, осторожно отжала его. Она смотрела, как Саго так же без суеты выкладывает ягуару куски отборного мяса. Кошка, еще поглощённая видением, вонзает в его сочную мякоть крепкие зубы, вкус крови снова заполняет рот Тэи, тошнота подкатывает к горлу, Саго едва заметно кивает, и Тэя осторожно открывает дверь переборки, хищница поворачивает голову на звук.

– Пока, красавица, – ласково говорит Тэя, – спасибо, что спасла меня. – Кошка прощально мяргает и снова возвращается к трапезе, девочка покидает отсек и закрывает переборку, тут же оказавшись в руках Норта.

– Цела? – он осмотрел Тэю, бесцеремонно вертя перед собой, двигая ее руками и вертя ее голову.

– Она меня спасла, она не хотела меня съесть, – поспешно сообщила ему девочка.

– Столько бы проблем решила сразу, – проворчал Норт, – только одежду порвала, – сатторианец указал на четыре параллельные прорези на верхней рубашке Тэи.

– Это она меня лапой к полу прижала, когда я упала и покатилась…

– Какая молодец… – Норт еще раз окинул девочку взглядом. – Ничего не ушибла?

– Ребра, но уже не болят, – заверила его Тэя. – Ты меня прости, но…

– Ты голодная? – спросил ее Норт.

Тэя судорожно глотнула и бросилась бежать – едва успев до своего отсека, она согнулась над раковиной. Норт терпеливо ждал, сидя на ее кровати. Это было что-то странное, раньше ее не рвало…

– Что ты ела? – успел спросить он.

Ее снова вывернуло.

«Не говори про еду, пожалуйста», – раздалось в нем.

«Какого черта?» – недовольно спросил Норт.

«Она взяла меня с собой на охоту, которую она так ждет», – и Тэя заполнила сознание Норта всем спектром ощущений ягуара, когда она закончила, Норт понимающе кивнул и сказал вслух:

– Некоторое время поживем без мяса, – голос его звучал при этом странно.

– Согласна, – бледная Тэя вышла из туалета.

– Надо попить, – Норт протянул ей бутылку воды.

Тэя жадно осушила ее и тяжело перевела дыхание.

– Она так этого ждет, ты не представляешь, она знает, сколько котят у нее будет. Она точно знает, где и как она будет жить, – взгляд девочки прояснился, и она перевела его на Норта. – Мы не должны ее подвести, Норт.

– Вроде это мы и делаем, – Норт открыл вторую бутылку и протянул девочке.

– Надо найти ей точно такое место, – яркая картинка впечаталась в мозг сатторианца. – Объяснишь это Саго? – спросила девочка.

– Сама ему покажешь, – Норт встал, увидев, что щеки Тэи порозовели. – Отдохни, а мы сходим с Саго на встречу. Когда вернемся, свожу тебя прогуляться.

– Когда мы сядем? – спросила Тэя.

– Мы уже сели. Мы прямо на чертовом Эсстинге, порт Александрии.

Вот это да!

– Покараулишь нашу гостью еще немного? – спросил Норт, выходя из отсека Тэи. – Она сейчас сыта и будет дремать, но надо быть осторожными – нельзя, чтобы ее засекли. Эсстингианцы слепы и глухи, но у них есть шпионы из тиорианцев и сатторианцев. Они умеют обходить глушилки, – Норт обернулся. – Я закрою корабль.

– Хорошо, – Тэя собрала кристаллы, взяла по дороге в столовой яблоко и снова вернулась в отсек ягуара.

Норт был прав, их гостья сыто спала. Тэя ласково улыбнулась, залюбовавшись безупречным в своей красоте животным, и вспомнила, как Дэймос ей говорил: «Ты – красавица»… Тэя прямо услышала его интонации, кошка тут же откликнулась громким мурлыканьем. Девочка с улыбкой покачала головой и присела рядом с решеткой, коротать время за просмотром кристаллов в ожидании Норта и Саго.

* * *

Сатторианцы вернулись поздно. Тэя успела еще раз покормить ягуара. Сложно было так общаться с существом, не называя его по имени, с другой стороны, еще недавно девочка даже понятия не имела, что с кем-то вообще можно общаться. Жизнь ее менялась так стремительно и так быстро мелькали перед ней миры и люди, имена и названия, что голова шла кругом. Сколько же сил у нее ушло на то, чтобы перестать воспринимать все живое как сознания! Да, они потрясающе информативны и живописны, но оказалось, что можно смотреть на мир совсем иначе, и так он не менее интересен! А если сочетать… Но Учитель объяснил ей, что разглядывать чужие сознания – это дурной тон, и людей это раздражает. Тогда Тэя научилась едва заметно скользить по поверхности, собирая при этом максимально возможную информацию Она научилась прослушивать сознание, не входя в него, как это впервые случилось с ней при встрече с Нортом. Господи, она была просто в панике, оказавшись в этой черноте тоски и отчаяния, если бы он сам ее не вышвырнул, кто знает, чем бы это кончилось для ее рассудка. Это потом Учитель ей объяснил, насколько опасно входить в сознание человека, не видя его самого. Человек может оказаться психически нездоровым, и тогда можно увязнуть и застрять в его «вывернутом» сознании, еще ужаснее психика преступника – серийного убийцы, например, для неокрепшего ума это может стать настоящим потрясением. Учитель познакомил ее с понятием аура. Оказывается, тела людей светятся! И светятся по-разному!

У животных похожее свечение, но немного в другом спектре… Сейчас Тэя развлекалась тем, что разглядывала ауру ягуара. Дэймос не разрешил дать ей имя, ведь она будет жить на воле и имя ей ни к чему, кроме того, человеку сложно отпустить от себя того, кому он дал имя. Дэймос говорил много таких вещей. Он был как учитель Садхир – он очень много знал и понимал, что переживает девочка, каждый раз каждое новое событие было для нее открытием, новым опытом, который необходимо было осмыслить и понять, чтобы научиться использовать или избегать впредь.

Норт был не таким. Он не чувствовал. Он видел, знал, но не чувствовал, он отгораживался от нее всеми силами и с ним было невероятно трудно, но Тэю странным образом тянуло к нему. Может, это потому, что это был первый человек, которого она увидела в ее жизни? Или потому, что, благодаря ему, в ее жизнь вошли столь прекрасные и потрясающие люди? Тэя начала загибать пальцы – Дэйви, учитель Садхир, Дэймос, Гор, Саго, Дэйдре и даже ягуар… Всех их она узнала только потому, что она была с Нортом, и она уже побывала в трех мирах – Саттории, Сандорре и Крунне, а скоро увидит четвертый и пятый! Сегодня она увидит Эсстинг, а через пару дней они полетят на Пангею! С кем бы еще она смогла пережить, увидеть и узнать так много всего за… А сколько она уже с Нортом? Тэя совершенно не следила за временем, надо будет спросить у сатторианца, когда он будет в хорошем настроении.

Дэймос ей как-то сказал, что некоторые люди проживают всю жизнь в одном мире, даже не покидая своего поселка или города. Сейчас Тэя и представить не могла, как это каждый день просыпаться в одном и том же месте и делать одно и то же. Сейчас она могла признаться себе, что ей было так тепло и уютно у Дэйви потому, что в глубине души она знала, что Норт заберет ее. Она часто задавалась вопросом, глядя вокруг, что бы она выбрала: спокойное безмятежное утро в залитом солнцем внутреннем дворике или вот это – уже второй корабль, транзитные порты, рынки, перелеты, и склонялась к тому, что второй вариант ее устраивал больше. Ее влекло ко всему новому, неизведанному, и это желание было бы трудно утолить в сонном покое Белого города Саттории…

Звук открываемого шлюза вывел ее из задумчивости, бросив взгляд на спящую самку ягуара, Тэя бесшумно вскочила и побежала навстречу сатторианцам, она сразу почувствовала, что это они.

– Вы поздно, – сказала Тэя.

Саго обернулся на все еще бьющее ему в спину солнце и поправил девочку:

– Мы долго.

– Точно, спасибо, – кивнула Тэя и запомнила – долго.

– Как тут у вас дела? – спросил Норт, подняв трап и закрыв корабль изнутри.

– Все спокойно, – Тэя смотрела на сатторианца. – Почему ты все закрыл?

– Здесь опасно, – коротко сказал он.

– На улицу не пойдем? – тихо спросила Тэя.

– Пойдете, я останусь караулить, а вы сходите, – улыбнулся Саго.

Они уже были в арсенале и разбирали оружие. Здесь настолько опасно?!

– Уж представь себе, – Норт явно колебался между многозарядным бластером и импульсным карабином – прогулка их ждет еще та, судя по всему.

Тэя, затаив дыхание, разглядывала стволы. Ее рука медленно потянулась к какому-то автомату, Норт в ту же секунду жестко перехватил ее.

– Никогда не смей трогать оружие, – сказал он, четко разделяя слова и намертво впечатывая их в сознание девочки.

– Совсем без оружия тоже нельзя, – осторожно сказал Саго, явно не желая вмешиваться в чужой разговор, но здравый смысл и желание защитить взяли верх.

Норт скользнул взглядом по столу.

– Вот нож, – он виртуозно провертел в руке кинжал с изогнутым лезвием и такой же изогнутой ручкой. Ослепительно сверкнув, нож скользнул в ножны, и Норт протянул Тэе ее первое оружие.

Девочка взяла нож двумя руками и перевела взгляд на взрослых.

– Пока будет достаточно, если он просто будет при тебе, – Саго заметил ее смятение.

– Ладно, – Тэя осторожно положила нож на стол перед собой.

Норт проверил и зарядил бластер, повесил по бокам свои ножи. Такие же кривые, заметила Тэя. Но в его ножах рукоять была плоской, и в ней было отверстие для большого пальца. Видимо, в условиях боя это делало перехват более удобным…

– Быстрым, – поправил ее Норт и тут же продемонстрировал ей свою блестящую технику.

– Я о таком только слышал, – Саго не скрывал своего восхищения мастерством северянина.

Тэя не смогла зафиксировать ни одного движения, словно на месте кисти Норта было какое-то облако.

– Вот это да, – выдохнула она.

– Вернее и не скажешь, – усмехнулся Саго, приготовив два карабина, пару пистолетов-автоматов и нож.

Собственно, все оружие было либо лазерным, либо импульсным, просто ему придавалась привычная для людей форма. Зачем изобретать что-то новое, если есть уже давно опробованные и обкатанные формы и модели?

– Они не все импульсные или лазерные, – поправил ее Норт, – есть и с пулями, есть электро. Для разных внешних условий разные способы поражения.

Тэя успела привыкнуть, что сатторианец отвечает на ее мысли. Не на все, а на те, которые считает важными.

– Именно, – усмехнулся Норт, вешая карабин на плечо стволом вниз, и указал на нож на столе: – Не забудь. Вот ремень.

Они вышли наружу через грузовой шлюз, Норт вывел гравилет, и Саго тут же запер корабль изнутри.

На Тэю пахнуло жаром и зноем. Она зажмурилась и, вскинув голову, прислушалась к планете.

– Ты ничего не услышишь, здесь повсюду глушилки, – Норт указал на белоснежные стелы, стоящие друг от друга на равном расстоянии.

– Они не глушат планету, – Тэя, не открывая глаз, повернулась на восток, – там Океан… Он огромен… – Сознание Тэи устремилось в манящие воды.

– Стой, не смей, вернись, – рука Норта тяжело опустилась на плечо девочки, укрепляя связь с настоящим.

Тэя с неохотой вернулась и недовольно посмотрела на Норта.

– Никогда не делай так больше, – леденящий взгляд Норта был действеннее любого холодного душа, – нельзя погружаться в Океан. Там множество сознаний, и мы ничего о них не знаем. Ты постоянно совершаешь одну и ту же ошибку!

Океан звал. Он пел.

– Неужели ты не слышишь его? – спросила Тэя, она хотела на берег, она не хотела в город.

– Садись, – вместо ответа кивнул на гравилет Норт, с досадой посмотрев на столбы, он-то надеялся хотя бы здесь отдохнуть от ее «способностей».

В гравилете Тэя снова повторила свой вопрос.

– Ты слышишь Океан?

– Я всегда слышу Океан, на любой планете. Потому что там разумная жизнь, потому что это целый космос на планете, отделенный от нас. Он тянется к нам, изучает нас. Черт, у тебя должен быть кристалл об этом, – Норт медленно двигался между повозками и паланкинами. – Саго тебе много может рассказать. На Саттории мы зовем южан «Говорящими с морем». Они умеют это. Мы – нет, – Норт повернул голову и посмотрел на девочку. – Я слышу, но я не отвечаю и тебе не советую. Учитель не говорил тебе, что твое сознание может застрять в более сильном или сломанном сознании? Океан – это одно огромное сознание, сотканное из многих. Не играй в эти игры, – Норт остановил гравилет на стоянке, – и помни – здесь полно шпионов – телепатов тиорианцев и сатторианцев, для них мы потенциальная добыча. От меня ни на шаг, никого не слушать и даже не смотреть.

Тэя кивнула.

– Пошли, – они вышли из гравилета на главной площади Александрии.

На этот раз Норт не ограничил визит на планету транзитным портом.

Зной снова буквально окутал Тэю. Она оглядела огромную площадь. Норт был прав – змеи были везде. Кобры обвивали колонны дворцов и вилл, их белоснежные статуи, раскрыв капюшоны и выпустив раздвоенный язык, украшали собой ступени всех зданий. Серебряные и золотые змеи обвивали шеи, руки и ноги местных красавиц. Татуировки кобр разных цветов и размеров красовались на телах мужчин.

– Чертовы змеи, – пробормотала Тэя.

– Точно, – согласился Норт, и они медленно двинулись вокруг многолюдной площади.

Жарко… Тэя с удивлением вытерла мокрое лицо.

– Это пот, – неожиданно объяснил ей Норт.

Значит, это важно…

– Очень. Когда настолько жарко, необходимо постоянно пить, – он протянул ей бутылку воды, – иначе получишь удар.

Картинка была яркой. Тэя сделала пару глотков и прибрала бутылку. Она разглядывала людей в чудных одеяниях. Туники римские и греческие, египетские калазирисы и нарамники на женщинах, легкие шаровары с широкими поясами на мужчинах, на некоторых были легкие короткие рубашки без застежек, и едва заметный ветер раздувал их. Все женщины были молоды и прекрасны. Мужчины не стесняясь разглядывали их, казалось, что такое бесцеремонное внимание являлось здесь не оскорблением, а нормой и даже хорошим тоном… Тэя разглядывала вычурные паланкины и мощных рабов, несших их. Она узнала круннов и сатторианцев – самых сильных мужчин Шести миров. Ей было неприятно смотреть на этих сильных мужчин с металлическими ошейниками и широкими браслетами на руках. Почему они здесь? Почему они не сбегут?! Она потом спросит Норта об этом. Запряженная пара коней-биомехов неспешно прошла мимо нее крупной рысью, катя за собой легкую повозку с дамами. Тэя подняла голову и за ажурной оградой увидела потрясающей красоты здание.

– Дворец Птолемеев или Македонский акрополь. Кому как нравится, точная копия того, что был на Земле.

Ажурные ворота распахнулись, рабы внесли на территорию дворца несколько паланкинов и такой же процессией последовали по главной аллее к ступеням дворца. Тэя проводила их взглядом и снова повернулась к площади. Она видела туристов в толпе, они выделялись среди местных жителей, которых отличала стройность, гибкость, смуглая кожа и тонкая кость даже у мужчин. Тэя смотрела на них и не могла их представить в бою с оружием в руках. Тонкие кисти, длинные пальцы…

– Это ощущение обманчиво, – тихо сказал Норт, – они очень любят ножи и умеют ими пользоваться. А еще любят грязные приемы. Пойдем, перекусим, там, – Норт кивнул на кафе.

Столики стояли под выбеленным солнцем тентом. Тэя выбрала место, и они сели. Девочка продолжала смотреть на площадь.

Ее не покидало ощущение какой-то… фальшивости? Нет, не совсем… Она рылась в памяти в поисках нужного слова. Эти люди действительно жили так, но было в этом что-то…

– Театральное, – подсказал Норт.

– Ты меня здесь слышишь? – Тэя покосилась на стоящий рядом белый столб.

– К сожалению, да, – усмехнулся сатторианец.

– Ты сказал, что здесь нельзя слушать, – Тэя наклонила голову набок.

– Я не слушаю, ты у меня прямо здесь, – Норт коснулся виска и раскрыл меню.

Тэя последовала его примеру.

К ним подошел эсстингианец.

– Норт!

– Сэт! – сатторианец встал и неожиданно для Тэи обнял подошедшего.

– Рад видеть тебя, друг мой, – у него оказался приятный голос с совершенно искренними эмоциями. – Познакомишь нас? – он кивнул на Тэю.

– Моя племянница – Тэя, мой друг – Сэт.

Тэя встала и неуверенно протянула руку, эсстингианец, смеясь, мягко пожал ее и тут же махнул рукой, к ним мгновенно подбежали официанты и приняли заказ, Сэт сел за их столик.

– А ты неплохо устроился, – Норт одобрительно оглядел заведение эсстингианца.

– Хвала Создателю, – с тонкой улыбкой кивнул Сэт, прижав ладонь к груди, – и тебе.

Руки, грудь и спину эсстингианца покрывали старые шрамы. Но Тэя рассматривала не их, а кобру, обвивавшую всю его левую руку от запястья до плеча, на плече, над самым сердцем была выбита голова кобры с раскрытым капюшоном и выпущенным языком, казалось, что он тянется прямо к девочке.

Она наклонила голову влево, вправо, даже слегка отстранилась – голова кобры следовала за ней, преследуя своим бездумным взглядом.

– Тебе от нее не спрятаться, малышка, – усмехнулся Сэт, при каждом движении его левой руки, казалось, что и змея тоже движется, продолжая обвиваться вокруг смуглой руки.

Тэя даже головой тряхнула.

Эсстингианец рассмеялся. Официанты принесли яства. Тэя внимательно наблюдала за Нортом и ела то, что ел он, и так, как ел он.

– Первый раз на Эсстинге? – Сэт кивнул на девочку.

– Первый, – кивнул Норт.

– Он ненавидит Эсстинг, – Сэт улыбнулся Тэе, – чертовы змеи, – он довольно точно изобразил Норта. – Тэя неуверенно улыбнулась. – Не бойся меня, веришь или нет, я – его друг.

Тэя неуверенно кивнула и посмотрела на сатторианца, тот едва заметно кивнул в подтверждение слов, с аппетитом уплетая принесенную еду.

– Давно ты вкусно не ел, – усмехнулся Сэт, глядя на него, и перевел взгляд на девочку. – Он, поди, и тебя кормит этими консервами?

Тэя кивнула, рот был занят вкуснющей лепешкой и овощами в потрясающем соусе. Сэт хлопнул в ладоши и снова махнул рукой, двое молодых парней принесли еще два блюда – на одном были фрукты, на другом… Тэя пыталась вспомнить… Птица… «Курица», – прозвучало в ней, и она вздрогнула от неожиданности. Белый столб глушителя стоял прямо за Нортом, он улыбнулся ей одними губами и вернулся к еде.

– Как дети? – спроси он, утолив первый голод.

– Здоровы, – кивнул Сэт.

Тэя поняла, что это важный вопрос, а вот о женах здесь лучше не спрашивать.

– Что слышно? – словно между делом спросил Норт.

– Пока ничего, – лицо Сэта стало серьезным, – но я всех оповестил, если хоть кто-то появится здесь, дам знать. Рим и Афины тоже в курсе.

Норт кивнул и отпил холодный сок из запотевшего стакана. Тэя тоже пригубила сок.

– Что это? – спросила она.

– Виноградный сок, – улыбнулся эсстингианец.

У Тэи никак не вязался весь негатив, который изливал на Эсстинг Норт, все то коварство и вероломство, приписываемое обитателям этого мира, с этим человеком с мягкой, ласковой улыбкой и грустными глазами, но она была слишком мала, чтобы серьезно размышлять об этом. Поэтому она выпила сок и откинулась на спинку стула, прислушиваясь и наблюдая за тем, что происходит вокруг.

– …представляешь, я похоронил его, оплакал и, вот, иду по улице, а он идет ко мне навстречу! Живой, как ни в чем не бывало! – долетел до Тэи обрывок чужого разговора. – Я к нему, как такое вообще возможно, а он смеется, дескать, чудо воскрешения и всякая ерунда, – мужчины прошли мимо кафе.

Вдруг раздался крик. Тэя повернулась и увидела мужчину в луже крови. Она потрясенно вскочила. Кровь пульсируя заливала белый камень мостовой. Норт с силой опустил девочку на стул.

– Ты ничего не видела, – процедил он.

– Он только что говорил… – девочка потрясенно смотрела на мужчин за столом.

Эсстингианец приложил палец к губам и отпил воды.

Возле убитого уже были полицейские. На посетителей кафе никто из них не обращал внимания, сосредоточившись на спутнике погибшего. Сатторианец с девочкой высидели необходимое время и по знаку Сэта покинули кафе.

Тэя крепко вцепилась в руку Норта, шарахаясь от встречных прохожих. Они остановились, пропуская очередную процессию паланкинов, Тэя огляделась вокруг и увидела салон татуировок, в котором прямо на улице в этот момент какая-то старуха-татуировщица набивала молодому эсстингианцу очередную кобру. Неожиданно старуха подняла голову и посмотрела прямо в глаза Тэи, отчего волосы у той встали дыбом. Девочка вздрогнула и судорожно сжала руку Норта, слава богу, процессия прошла, и они убрались с проклятого перекрестка.

Немного расслабилась она только в гравилете.

– Что произошло на перекрестке? – спросил все еще бледную Тэю Норт.

Волна ее страха накрыла его шквалом просто с головой.

– Там была старуха… Очень странная… – Тэя провела дрожащей рукой по лбу, – у нее было совсем другое сознание… Совсем другое… – Тэя даже не смогла сформировать образ.

Норт, не дождавшись картинки, завел гравилет. Он не сказал ей, что тоже заметил странную старуху с совершенно незнакомым сознанием.

– Привиделось что-то, ты просто напугалась в кафе, – небрежно сказал он, – испортили нам ужин…

Сатторианец повел гравилет к порту. Тэя уже мечтала оказаться на корабле. Она смотрела на Норта, от его действий веяло спокойствием, уверенностью и… обыденностью. Словно ничего экстраординарного не произошло… Девочка внимательно смотрела на сатторианца. Он вел себя так, словно это был самый обычный день. Бросив на нее короткий взгляд, Норт снова повернулся к дороге – надо быть предельно внимательным с таким движением. Тэя задумалась. Может, ей действительно привиделось? Может, она была просто злая, эта старуха? Может, еще недавно она была так же юна, как Тэя, а теперь стала вот такой и злится на всех? Кто знает, как злоба может обезобразить сознание?

– Тоже верно, – согласился Норт.

Но взгляд старухи накрепко засел в памяти девочки.

Никогда она еще не была так рада вернуться на корабль и смогла расслабиться, только когда удостоверилась, что шлюз прочно закрыт.

– Извини, – сказал Норт, встречающему их Саго, – не успел тебе ничего захватить, там мужика на улице убили, пришлось уходить.

Саго понимающе кивнул и перевел взгляд на Тэю.

– Напугалась? – спросил он.

– Очень, – кивнула девочка.

– Не повезло, – мрачно сказал Норт, направляясь в арсенал, чтобы убрать оружие.

Тэя следовала за ним. Норт поместил карабин на его место на стене, остальное оставив при себе.

Тэя расстегнула ремень с ножом и тяжело бухнула его на стол.

– Зачем? – Норт непонимающе взглянул на нее.

– Он же здесь должен быть, – кивнула Тэя в сторону арсенала.

– Это твой нож, и он должен быть у тебя.

Тэя вздохнула и забрала ремень.

– Не хочешь отдохнуть? – спросил ее Норт.

Обычно она спешила к себе, чтобы переварить впечатления дня, но сегодня она явно не хотела уходить.

Норт обернулся на коридор и, прикрыв дверь, обернулся к Тэе.

– Я могу убрать все, что тебя напугало, – тихо сказал он, – все остальное останется, уберу только это.

Тэя серьезно смотрела на него.

– Я подумаю, – сказала она, наконец.

– Хорошо, – Норт снова открыл дверь, и они покинули арсенал.

Через пару минут все сидели в столовой. Тэя начала задавать вопросы. Видит бог, их было много! Почему такие сильные люди оказываются рабами? Почему они подчиняются? Почему они не бегут? Почему у них везде эти чертовы змеи?!!

Норт провел рукой по лицу – он устал. Его снедало дурное предчувствие и совсем не хотелось сейчас тратить силы и время на этот разговор.

– Давай так, – сказал он медленно, – день был длинным и тяжелым, завтра будет не легче. Сейчас мы все пойдем отдыхать, а когда все здесь закончим и уберемся отсюда на Пангею, во время перелета я отвечу на все твои вопросы, – Норт сам поразился своему терпению.

Судя по выражению лица Тэи, поразился не он один, она покладисто кивнула, и они наконец-то разошлись по отсекам.

* * *

Ночной Страж тщательно и дотошно изучал каждую книгу. По мере того, как тележка пустела, Тэе становилось легче. Страж скрупулезно разбирал каждое событие прошедшего дня и расставлял книги по полкам, он завернул в очередной бесконечный проход, когда дикий крик вырвал Тэю из объятия сна. Ничего не соображая, она вылетела в коридор и побежала в сторону трюма. «Там же ягуар! – осенило ее. – Кто же так кричит?!» Тэя вывернула из-за угла, и ей открылась совершенно жуткая картина.

Ягуар рвал на куски еще живого человека. Тэя остолбенела от ужаса. Мутный взгляд обезумевшего хищника остановился на ней. Неожиданно Тэю подняло в воздух, и она оказалась за углом, намертво прижатая к Норту с наглухо зажатым ртом.

– Молчи… – прошипел он, – я уберу руку, но ты молчи!

Жесткая ладонь ослабла, и рука Норта скользнула девочке на плечо, продолжая крепко удерживать ее на месте.

– Она там жрет человека! – громким шепотом, захлебываясь от ужаса и потрясения, сказала Тэя. – Она не должна была пробовать кровь человека! Мы погубили ее! – девочка была в ужасе и отчаянии.

Вдруг раздался выстрел, еще. Хищник в коридоре замер и повернул голову на звук выстрелов. Кровь капала с окровавленной морды взбесившегося ягуара. Человек под его лапами еще стонал.

Норт поставил Тэю позади себя и выглянул из-за угла, с другой стороны мелькнул Саго, в его руках был планшет. Пальцы пробежали по экрану, и ягуар застыл. Веки его опустились.

Саго и Норт одновременно оказались около хищника и его жертвы. Саго передернул затвор карабина и выстрелил в голову еще живому человеку, стоны прекратились.

– Третий ушел, – тихо сказал Саго.

– Отлично, – кивнул Норт. – Что с этим? – Норт кивнул на замершего ягуара.

– Почистим, но не слишком. Следы должны остаться…

Появление Тэи прервало разговор.

Она недоуменно смотрела на ягуара.

– Это… Это…

– Биомех, – кивнул Саго.

Бледная Тэя перевела взгляд на мертвого человека в луже крови. Столько жутких смертей за один день!

– Что произошло? – вопрос дался ей с трудом.

– Ты пойди, приготовь нам чай Дэйви, мы сейчас все уберем, придем к тебе, и все объясним. Возможно, потом понадобится твоя помощь, – Норт развернул Тэю в сторону столовой и даже слегка подтолкнул.

– А как?..

– Она в порядке, – тут же заверил девочку Саго, – если мы ее не разбудили, то она единственная, кто сейчас спит.

Тэя пошла в столовую. Ее трясло. Руки дрожали так, что она смогла наполнить чайник только с третьего раза. Жуткая картина ягуара, рвущего живую плоть, так и стояла перед глазами. Ей надо будет это «закрыть»! Нельзя, чтобы настоящая хищница это увидела! Она бы и сама от себя это закрыла с огромным удовольствием… И еще пару вещей – человека на мостовой и чертову старуху… Что-то в той истории не давало ей покоя, что-то подобно назойливому комару звенело в голове при мысли о событиях на Эсстинге, но Тэя никак не могла уловить, что, что же цеплялось за сознание словно заноза…

Пришли Норт и Саго. Тэя пододвинула им кружки с чаем и сидела в ожидании объяснений, сжав свою кружку дрожащими руками.

Саго медленно заговорил. У них было подозрение, что раз не удалось отбить их груз в космосе, вторую попытку предпримут на Эсстинге. Тем более встреча с посредником заказчика состоялась и у всех была достоверная информация, что хищник здесь. Норта терзали предчувствия, и Саго решил подстраховаться. Они активировали на ночь биомеха, ожидая ночное вторжение, и не ошиблись. Правда, наемники слишком долго и топорно работали с затворами на люке в шлюзовом отсеке.

– Придется чинить, – недовольно проворчал Норт.

И вот когда Норт уже сам готов был открыть им чертов люк, они наконец-то справились и вошли. На экране в коридоре они увидели импровизированный вольер с мечущимся по нему хищником. Программа экрана любезно указала им путь, и они проследовали прямо за своей добычей. Добыча, правда, отказалась быть добычей, первого она порвала на месте, второй с разорванной рукой и третий, чудом уцелевший, бросились к выходу. Там их ждал Саго. Одного он подстрелил и дал уйти – надо, чтобы информация была доставлена адресату. Сатторианцы уже выяснили, кто второй заказчик – владелец одной из гладиаторских школ, который действительно решил «расцветить» бои поединками с таким вот суперхищником.

– Совсем уже меры не знают… – Норта передернуло.

Тэя не ощущала от них жалости к тем, кто сегодня погиб на их корабле. Это было странно. Учитель говорил, что жизнь ценна и самое тяжкое и непростительное преступление – это убийство. Человек перестает быть человеком, совершив подобное… Но эти двое были довольны собой и произошедшим…

– Они бы убили тебя не задумываясь, – прервал ее размышления Норт, – и это ты бы еще легко отделалась. Тебя могли забрать и продать на невольничьем рынке, и ни у кого бы из них внутри ничего бы не дрогнуло.

– И это еще был бы самый счастливый возможный исход, – кивнул Саго.

Картинки, мелькающие в сознаниях обоих, были одна ужаснее другой.

– Хватит, – Тэя закрыла ладонью лоб, прерывая поток живописующей информации, – я поняла.

Что касается биомеха, то в нем сработала переселенная в него Дэймосом личность, та ее часть, что тиорианец забрал у несчастного ягуара.

– Если бы не Дэймос, настоящая была бы такой?! – в ужасе спросила Тэя.

– Она была такой, и вот это ее ждало, – кивнул Саго. – Дэймос создал ее такой, какая она сейчас. Он извлек из нее то потаенное настоящее, что не смог убить никто, вытащил на поверхность, взлелеял и заставил раскрыться как цветок… Он сотворил настоящее чудо, – Саго покачал головой, показывая, что не в состоянии постичь дар тиорианца, и отпил ароматный чай. – Очень вкусно, спасибо, – кивнул он девочке.

Тэя машинально кивнула в ответ. Новая информация теснилась в ее сознании и требовала осмысления.

– И что теперь? – спросила она после небольшой паузы.

– В биомехах стоит «стоп» на убийство, это догма, иначе не бывает. Если бы наш биомех не порвал пришельцев, операция была бы провалена, – Саго говорил сухо и лаконично. – Я отпустил того, что с разорванной рукой. Любой врач подтвердит, что это от клыков зверя, а любой зоолог укажет на вид того, кто это сделал. Наш заказчик получит косвенное подтверждение тому, что у нас настоящий хищник. Это тоже важно накануне проверки. Его будут сканировать, и не только тело. Они пригласят телепата, и он просканирует сознание зверя. И вот тут нужна ты. Надо войти в сознание биомеха и проверить его воспоминания. Чтобы не было пробелов между включениями, во-первых, и чтобы у него остались самые яркие воспоминания об этой ночи. Справишься?

Тэя смотрела на Саго.

– Попробую…

– Тогда мы трупы, – вступил Норт, – ты либо делаешь, либо нет.

– Сделаю, – кивнула Тэя и сползла со стула. – Где он, биомех? – спросила она.

– Пойдем, – Саго одним глотком допил чай, кружка Тэи так и осталась на столе нетронутой.

Тэя со страхом смотрела на неподвижно стоящего посреди отсека Саго хищника.

– Он выключен, – Саго подошел к пульту, – я активирую его ровно настолько, насколько надо, чтобы ты смогла с ним работать, хорошо?

Девочка кивнула. Бока хищника дрогнули. Тэя тоже вздрогнула от неожиданности.

– Не бойся, он словно спит, я все время буду здесь, – Саго следил за показаниями на экране.

Тэя машинально потерла руки, перед тем как положить ладонь на бархатный лоб биомеха. Словно живой, мелькнуло у нее. Нет, стой, он и есть живой! Только так надо его воспринимать, и тогда все получится… Тэя осторожно заглянула в сознание хищника. Тяжело это было… Болезненные воспоминания о детстве в холодной клетке без матери, глухая затаенная злоба на всех, кто на двух ногах, ненависть за свою зависимость от них – они истязают, но они же ее кормят… Единственное желание – убить. Убить того, кто на двух ногах… О, какая блестящая возможность, они пришли к ней сами! Пахнут иначе, но какая разница? Они на двух ногах и хотят причинить ей боль! За время, что она провела в этой новой клетке, она окрепла и набралась сил, теперь-то она сможет дать отпор! Едва они сняли замок, она вырвалась наружу. Мощный удар лапой – и один валится на пол, прыжок – и челюсти смыкаются на руке второго, сладкий вкус теплой крови двуногого заполняет рот, и пелена застилает сознание, она слышит стон того, что на полу, и погружает зубы в его мягкий живот… Это восторг, это сбывшаяся мечта… Мелькают Норт и Саго… Темнота…

Тэя покинула сознание биомеха. Слава богу, на этот раз вкус крови не заполнил ее рот, возможно потому, что на этот раз девочка уже смогла блокировать эти ощущения. Как?! Хм, опять будет, над чем подумать, но к делу…

– Он думает о себе как о самке, – сказала она, – она помнит, что ее кормили здесь всю дорогу, и поэтому у нее хватило сил расправиться с пришедшими – там все нормально, потом мелькаете вы с Нортом и темнота, но вы ведь и должны мелькать, верно? Вы же ее везете. Что я должна «загрузить» в нее потом? Темнота – это вы могли усыпить ее транквилизатором, так?

– Ну да, – согласился Саго, обдумывая слова девочки.

– Как себя чувствует животное под транквилизаторами?

– Они сонные, дезориентированные, их тошнит, – Саго вспоминал все, что знал по этому поводу. – Оони хотят пить! – добавил он.

– Хорошо, я сделаю «карусель» из видений, ощущений и эмоций, надеюсь, их телепата стошнит, – Тэя решительно положила руки на голову биомеха и закрыла глаза.

Она не знала, сколько прошло времени, но, когда она закончила, плечи у нее просто ломило.

– Всё, – выдохнула она, с жалостью глядя на биомеха.

Это было самое несчастное существо в мире. Измученное и изуродованное человеком. Осознанно.

– А что с ними будет, когда их всех поймают? – спросила Тэя.

– Смотря в каком мире это произойдет. Где-то смертная казнь, где-то пожизненное тюремное заключение.

Теперь, после увиденного и прочувствованного, ей было совсем не жаль тех, кто погиб сегодня на корабле.

– А с ним? – девочка кивнула на биомеха.

– После операции ее почистят – обнулят. И найдут какое-нибудь более мирное применение – зоопарк или что-то еще. Она будет в порядке, – заверил Тэю Саго.

Девочка удовлетворенно кивнула. Саго отключил биомеха, и Тэя с интересом наблюдала, как сатторианец помещает его в хитромудрый контейнер.

– Странно, я знаю, что это «кукла», но он живой, – пробормотала она.

– Да, парадокс «кукол» Крунна, – усмехнулся Саго, явно подавляя и закрывая какую-то информацию.

Тэя решила посмотреть, что он хочет скрыть. Саго замер.

– Я хоть и южанин, но не эсстингианец. Попробуешь проделать это еще раз, и тебе не поздоровится, – сухо сказал он.

– Я ей всегда это говорю, – Норт стоял в дверях, скрестив руки на груди.

Давно он тут? Тэя удивленно смотрела на сатторианца. Как она его не почувствовала?!

– Ушами надо пользоваться, – усмехнулся Норт, – иногда полезно. Все сделали?

– Все, – кивнул Саго.

– Отлично, теперь спать! Шлюз я поправил, мы в безопасности.

Тэя осторожно шла по коридору, боясь наткнуться на следы крови. Но везде было просто стерильно чисто. Как они это все успели? Девочка добралась до своего отсека и рухнула в кровать. На тумбочке стоял ее забытый в столовой чай. Тэя с благодарностью выпила его и провалилась в сон.

…Книг у Ночного Стража явно прибавилось. Он неутомимо толкал тележку перед собой, расставляя и разбирая все новые и новые тома…

* * *

Весь следующий день Тэя провела в мучительном ожидании. Конечно, у нее была куча дел! Ей надо было почистить в клетке у ягуара, налить в миску свежую воду, накормить эту большую кошку, поговорить с ней, помечтать о будущей жизни, взывая в ней ко всему самому лучшему, что заложил в нее Дэймос. Конечно, их гостья не стала домашней кошкой, наоборот Тэя пестовала в ней блестящую охотницу, кормилицу ее котят. И это было здорово, странствовать с ней по джунглям, прыгая с ветки на ветку, с дерева на дерево, чувствуя мощь и силу каждой мышцы в теле, наслаждаясь собственной ловкостью и сноровкой. На глаз определять в долю секунды, какая ветка выдержит ее вес, рассчитывать силу прыжка в зависимости от расстояния…

Как же много надо уметь, не переставала удивляться Тэя. Быть хищником непросто… Она узнала о жизни ягуаров больше, чем было в ее кристалле. Она знала, что ягуар различает их всех по запаху и по образу. Их гостья любила, когда Тэя сидела с ней, только она могла бегать с ней по джунглям, только она могла так ярко воспринимать и усиливать картинку. Тот, второй, тоже мог, но ему было сложнее, хотя он очень хотел и был очень заботлив, у него были добрые руки, и он очень радовался, когда она позволяла положить ему ладонь ей на лоб. Она жмурилась и разводила уши, ей нравилось ощущение радости и тепла, идущее от него, но их детеныш был забавнее.

Тэе нравилось, что самка ягуара рассматривает ее как детеныша. Было в этом что-то бесконечно трогательное… Да, и надо будет рассказать Саго, как его протеже к нему относится, ему будет приятно…

Звук открываемого шлюза выдернул Тэю из мира грез – она снова придремала рядом с клеткой. Повернув голову, она с улыбкой посмотрела на беззаботно раскинувшуюся во сне хищницу и, бесшумно встав, пошла навстречу вернувшимся наконец сатторианцам.

Она уже уловила – они довольны.

– Как прошло? – спросила все же она, скользя взглядом по довольным лицам.

– Нормально, но пора сваливать отсюда, – Норт направился в рубку. – Эти чертовы змеи мне уже снятся, – он остановился. – Да, это тебе, – Норт ссыпал Тэе в ладони информационные кристаллы. – Если еще после этого останутся вопросы, мы поговорим, – бросил он, уходя.

– Опять дрыхнет, – Саго залюбовался ягуаром на информационном экране, на них везде была выведена клетка, чтобы в любой момент видеть, чем занят один из опаснейших хищников Земли, – железные нервы.

– Она мечтает, – улыбнулась Тэя.

– Хотел бы я знать, о чем, – тихо сказал Саго, – иногда мне кажется, что я вижу что-то, но какими-то урывками.

– Я тебе покажу, – улыбнулась Тэя и, взяв южанина за руки, с размаху погрузила сатторианца в мир грез спящего ягуара.

Теперь он бежал с ней по джунглям, он охотился с ней на оленя, он приносил добычу котятам и следил, чтобы всем досталось…

– Я знаю, где это место! – воскликнул он, выйдя из транса, и бросился в рубку, Тэя побежала за ним.

Саго вставил кристалл в декодер и нетерпеливо перелистывал файлы.

– Вот! Вот это место! Я знаю, куда она хочет! – радость захлестнула его.

Норт посмотрел на картинку.

– И где это? – спросил он, переводя разговор в материальное русло координат.

– Сейчас… – Саго с невероятной скоростью манипулировал файлами, – вот, вот здесь, – он указал на квадрат на одном из островов Архипелага Пангеи. – Мы должны доставить ее сюда.

– Мы тебя доставим на Пангею, а туда привезешь ее ты, – поправил его Норт.

– Ну да, – неохотно согласился сатторианец.

– Хорошо, я почти рассчитал прыжок, готовьтесь к взлету…

Когда они вошли в гиперпространство, появилось время для вопросов.

– Ну, расскажите, как все прошло? – повторила свой вопрос Тэя.

– Как мы и думали, – Саго посмотрел на Норта, тот кивнул, – заказчика мы не видели, только его представителя, но это уже немало. Биомеха просканировали, затем появился тиорианец и долго прослушивал сознание «куклы». И да, его стошнило, – Саго взглянул на Тэю и коротко улыбнулся, та победно улыбнулась в ответ. – Биомех вел себя безупречно – рычал, метался, пытался сожрать тех, кто подходил к нему поближе… Словом, я в деле.

– Я уже говорил с Троем, он встретит тебя на Саттории, когда ты вернешься, Дэймос обещал тебе в команду тиорианца…

– И мне нужен кто-нибудь с такой племянницей, тогда команда будет полной! – Саго улыбнулся и взъерошил Тэе волосы.

– А я всего одна такая и только с ним, – засмеялась она в ответ, указав на Норта.

– Точно, – что-то переменилось в лице Норта, и он встал. – Пойду, проверю там всё, – сказал он неопределенно и вышел.

– Что с ним? – тревога смыла улыбку с лица Тэи.

– Накрыло, – сказал тихо Саго и добавил: – Со взрослыми такое бывает.

– С вами много чего бывает, – пробормотала Тэя, вспомнив Дэймоса. – Как со всем разобраться?..

– Мы и сами разобраться не можем, так что ты даже не грузись! – улыбнулся сатторианец, – ну, как тебе кристаллы? Со всем разобралась?

– Да, там про культы змеи в Древнем Египте и Древнем Риме, но на Эсстинге есть еще что-то свое… – Тэя словно снова погрузилась книгу со страшной историей, – какая-то своя зловещая наполненность во всем… Эти змеи у них словно в душах, – сформулировала, наконец, она с облегчением и тут же поспешно добавила: – Не у всех. – Сэт явно не заслуживал таких слов, но злосчастная старуха не выходила из головы. – Они травят их изнутри… – закончила она почти шепотом.

– Как ты верно это подметила, – задумчиво кивнул Саго, – я смотрю, вопросов не осталось?

– Объясни мне про рабов, я не понимаю, а в тех кристаллах об этом нет.

Саго повел плечами, тема была ему явно неприятна, но деваться было некуда.

– Их крадут еще детьми, они вырастают в неволе, в зависимости от своих хозяев – жить им или умереть, зависит от них. Это такая тяжелая психологическая зависимость жертвы от мучителя…

Тэя слушала слова, ловила эмоции и образы, идущие от сатторианца, и все это складывалось в единую картину.

– Все эти ошейники и рабские браслеты они не на их шеях и руках, они здесь, – он коснулся пальцем головы, – и здесь, – рука легла на область сердца. – Это психология жертвы, человека сломанного и сломленного.

– Им уже не помочь? – тихо спросила девочка.

– Нет, они сами должны себе помочь, нельзя сделать человека свободным, если в нем этой свободы нет, – покачал головой Саго.

Тэя беззвучно повторила эту фразу и запомнила. Это было важно. Саго многому научил ее.

Увидит ли она его еще раз после Пангеи? – с тоской думала девочка, глядя на сатторианца, он оказался хорошим человеком.

– Ты всегда так ярко все видишь? – неожиданно спросил ее Саго.

Тэя кивнула.

– Здорово, наверное, – задумчиво произнес сатторианец, – мне бы это тоже очень помогло… А так я словно глухой на концерте! – усмехнулся он.

– Норт сказал, что ты умеешь слушать Песню Океана, – решилась на встречную откровенность девочка.

Тревога пробежала по лицу сатторианца.

– Никогда не слушай Океан! – сказал он сурово.

– Я и не слушала… – поспешно сказала Тэя.

Но Саго уже смотрел на нее невидящим взглядом.

– Ты слушала… На Эсстинге! Глупая девчонка… Замри!

Тэя почувствовала проникновение чужого сознания, словно тонкое щупальце скользнуло в нее и забрало отпечаток Океана Эсстинга, когда она очнулась от транса, Саго был бледен и зол.

– Никогда не слушай Океан, как бы он тебя ни звал! А он будет звать! Он зовет всех, кто слышит! – Саго безжалостно на ее глазах разорвал в клочья и развеял отпечаток Океана Эсстинга. – Он разрастается в сознании непосвященного, поглощая его и делая человека безумным!

– И почему это южан считают слабыми? – удивилась Тэя, то, что она сейчас увидела, было примером отнюдь не слабости.

– Мы не слабые, мы не видим так, как видите вы, но мы слышим, – тихо сказал Саго, и Тэя поняла, что тема закрыта.

Вернулся Норт и после беглого взгляда на Тэю, он с облегчением сказал:

– О, ты вычистил его, слава Создателю! Я уже не мог на него там смотреть.

– Ты его видел? – Тэя уже не знала, будет ли предел ее удивлению сегодня.

– Его было сложно не увидеть, – в голосе Норта проскользнула нотка брезгливости, – но теперь его нет, и забудем об этом.

– Постараемся, – пробормотала Тэя, отпив остывший чай.

– Ладно, пойду к нашей красавице, проснулась, вон! Потягивается, – Саго улыбнулся, любуясь ягуаром на экране.

Жетон федерала уже открыто висел у него на шее – они шли к Пангее, и пора уже было выступать от имени закона. На этот раз они шли прямо в центральный порт западного побережья – Византию.

Тэя давно поняла, что люди не стали мудрить с новыми названиями и использовали те названия городов и стран, которые уже тысячи лет были в истории человечества. И если в колониальною эпоху везде добавлялось слово Новый, то сейчас такого уже не было, потому что старого уже не осталось. Люди старались сберечь все, что у них было до Второго Исхода, закрепить на новом месте то, что было утрачено и покинуто навсегда…

* * *

Норт заходил на посадку, ведя бесконечные переговоры с диспетчерами космопорта.

– Впервые заходишь с парадного входа? – улыбнулся Саго.

– Вообще здесь впервые, – признался Норт.

– Ну, получишь массу впечатлений, – пообещал ему федерал.

– Лучше бы без них, – тихо сказал Норт.

Тэя припала к обзорному экрану.

Пангея впечатляла! Столько станций на орбите, спутники, туда-сюда носятся шаттлы… Жизнь кипела уже на подлете к планете, что же ждет их там?!

А там был потрясающей красоты город, Тэя успела выхватить взглядом в самом сердце мегаполиса традиционный Старый город – но здесь он был серого камня, с черепичными крышами…

Корабль торжественно сел на самую комфортабельную площадку из тех, что успела повидать Тэя.

Дальше переговоры вел Саго. Он затребовал транспорт и техников. Норту осталось лишь командовать людьми при открытии шлюза в трюм.

– Тэя, теперь ты, – кивнул Саго.

Тэя вступила в переговоры со взъерошенной посадкой хищницей. Когда кошка немного успокоилась, девочка убедила ее последовать в гравилет, показывая и обещая, что это будет последний перелет, и она совсем скоро окажется в своем новом доме, о котором так долго мечтала…

Самка ягуара была на взводе от большого количества людей вокруг и просто лавины новых запахов и звуков, но в гравилете лежал аппетитный кусок мяса и стояла миска со свежей водой, да и детеныш двуногих шел туда же… Кошка нервно мяргая перешла в грузовой гравилет. Тэя оказалась запертой вместе со взвинченным хищником.

Девочка сползла по стене на пол и подтянула к себе ноги. Хищница обнюхала ее, сделала пару глотков воды и продолжила метаться.

Тэя слышала, как за бортом бушевали Норт и Саго, костеря рабочих на чем свет стоит за то, что ребенок оказался внутри.

«Я в порядке! Поехали скорее!» – Тэе удалось пробиться в заполоненное гневом сознание Норта.

«Ты цела? Говори со мной!»

«Мне трудно говорить одновременно и с тобой, и с ягуаром», – едва Тэя отвлеклась от кошки, та снова активизировалась.

К облегчению Тэи, гравилет наконец поднялся в воздух. Хищница присела на четырех лапах, пытаясь удержаться на ногах. «Лучше ляг, как я, – Тэя легла на бок, – видишь? Все хорошо». Кошка, недовольно рыча, завалилась на бок, возле девочки. Та неустанно посылала ей живописные картины дома, который уже ждет ее… Разум кошки с готовностью погрузился в такой знакомый и такой желанный мир…

Норт вел гравилет, практически ничего не видя вокруг, он постоянно «слушал» Тэю.

– Вот вы и увидите Архипелаг, – сказал Саго, – не многие могут похвастать этим – это закрытая территория…

– Да уж, повезло нам, – процедил Норт, увидев наконец остров и начав снижение.

– Даже я чувствую, что она в порядке, – тихо сказал Саго.

Норт кивнул. Гравилет сел на поляну легко, словно перышко.

– Ну, вот ты и дома, красавица, – Саго выскочил из гравилета и пошел открывать фургон.

Норт последовал за ним, на секунду обернувшись и взглянув на картину, открывшуюся перед ним – уютное логово, сокрытое валунами, водопад, мощные деревья – точно то место, которое показала им Тэя. Едва они распахнули фургон, хищница с рыком выпрыгнула наружу.

– Ты как? – Саго запрыгнул в фургон и помог Тэе встать.

– Нормально, – кивнула девочка. – Она меня просто вымотала, – созналась Тэя.

– Могу себе представить, – понимающе кивнул Саго, – пойдем, посмотришь на ее новый дом.

Девочка выпрыгнула из фургона в руки Норта и огляделась. Самка ягуара стояла возле логова, высоко подняв голову и зажмурив глаза, напряженно принюхивалась и слушала джунгли, собирая максимум информации об окружающем мире.

– Все точно, как показывал ей Дэймос, – Тэя потрясенно смотрела по сторонам, она даже присела и погрузила руку во влажную землю – теплая, как в их видении.

Запахи и звуки… Точно так же мелькнул и исчез колибри… С берега в реку метнулся кайман…

Тэя посмотрела на ягуара.

– Она довольна… – прошептала девочка.

– Нам пора уходить, – Норт услышал рык второго ягуара в джунглях, он посмотрел на Саго. – Ты останешься?

– Не здесь, на станции неподалеку. Тут везде камеры, да и в ней микрочип, смогу следить за ней оттуда.

Сатторианцы закрыли фургон. Норт сел в кабину и нетерпеливо обернулся.

– Прощай, красавица, – прошептала Тэя и тоже забралась в кабину, следом сел Саго, и гравилет взлетел.

Разворачиваясь в воздухе, они увидели, как на поляну вышел самец ягуара.

– Вот и папа ее котят, – прошептала Тэя и, откинувшись на спинку сиденья, счастливо улыбнулась – все складывалось так, как обещал Дэймос.

Виды вокруг потрясали.

– На Земле было так красиво?! – поразилась Тэя.

– Там было прекрасно, – Саго смотрел в окно, – это лишь какая-то доля того, что было там…

– Люди потеряли такой чудесный мир, – прошептала Тэя, бросив прощальный взгляд на джунгли.

Они прилетели к станции наблюдения, оборудованной на побережье, Саго уже ждали.

– Ну, увидимся, когда увидимся, – он пожал руку Норта и обнял девочку.

– И пусть не пересекутся наши пути, – ответил Норт, пожав в ответ руку федерала.

– Кстати, – в руке Саго появился кристалл, – мне передали, пока мы садились. Я не знаю, что там, но это по интересующему тебя вопросу.

– Хорошо, – тень пробежала по лицу Норта и исчезла, – спасибо. Запомни, Трой будет ждать на Саттории, вот его позывные, – еще один кристалл перешел из рук в руки. – Всё, нам пора.

Норт не любил прощаться, и, едва Тэя села в гравилет, он взмыл в небо.

Тэя смотрела вокруг. Архипелаг остался далеко внизу, а они приближались к материку – Гее.

– Все планеты такие разные, – сказала Тэя, любуясь приближающимся городом.

– Очень, – согласился Норт, аккуратно вписываясь в движение города.

Встроившись на уровень для туристов, он сбросил скорость до требуемой, чтобы девочка могла осмотреться.

Небоскребы поражали своей архитектурой и размерами. Везде на разных уровнях то тут, то там были забросаны террасы с деревьями и цветами – целые парки со скамейками и фонтанами, везде гуляли и отдыхали люди, играли дети.

– А это что? – Тэя указала на потрясающей красоты архитектурный комплекс.

– Это храм Святой Софии и Большой дворец императоров Византии, – Норт сам впервые видел вживую этот шедевр земной архитектуры.

– Хочешь спуститься? – спросил он.

– А можно? – Тэя не поверила своим ушам.

– Вряд ли мы попадем сюда снова, давай осмотримся, – Норт аккуратно пошел на посадку и сел на стоянку возле огромного комплекса.

– Здесь воссоздали все, даже мозаики, – сказал он Тэе.

Тэя завороженно смотрела вокруг. Конечно, это был «новодел» и камни «молчали», но это было точной копией земного шедевра и стоило того, чтобы провести здесь день.

Их встретил робот-гид – выглядел он как настоящая девушка, но был совершенно пуст – только информация по объекту, но зато вся! Она засыпала их рассказами об императорах, об истории дворца, о мастерах и материалах. В каждом зале были статуи, и о каждой у дворцового гида была история. Пол и стены из мозаичного мрамора тоже не остались без внимания. В какой-то момент Тэя просто громко сказала вслух:

– Я устала.

Робот умолк, а Норт направился к ближайшему выходу. Они еще погуляли по Старому городу, очень живописному, и было видно, как горожане дорожат им – все было просто нереально ухожено. Когда Тэя уже валилась с ног, они зашли в кафе и поужинали.

До корабля добрались, когда стемнело. Едва оказавшись в рубке, Норт вставил кристалл Саго в декодер и быстро изучил файлы, не дожидаясь пока Тэя уйдет. Девочка тихо опустилась в кресло пилота и ждала.

Норт закрыл файлы, вынул кристалл и размышлял какое-то время. Затем посмотрел на Тэю.

– Ты решила, что будешь делать? Останешься со мной или по выбору на Сандорре или Саттории? С учебой все решим, Саго дал рекомендации в пару школ.

– Ты говорил, что там для меня небезопасно, – Тэя смотрела на сатторианца.

– Точно, спецслужбы быстро засекут тебя, и жизни потом у тебя не будет, – кивнул Норт.

– Ты честен, – взгляд Тэи скользил по Норту.

– У тебя должна быть вся информация, это – твоя жизнь, тебе решать.

– Я останусь с тобой, – кивнула Тэя.

– Ты хорошо подумала? – в голосе Норта звучала нескрываемая угроза ее будущему благополучию.

– Я все обдумала, я остаюсь с тобой.

– Ладно, ты сама так решила, – кивнул Норт и без лишней канители завел корабль.

– Мы уже уходим? – удивилась Тэя.

– Да, нам пора.

Корабль оторвался от земли и, ведомый диспетчерами, шел ко входу в атмосферу.

– На Сандорру?

– Не в этот раз, – Норт твердо удерживал корабль на курсе.

– А куда?

– В Преисподнюю…

– Куда? – не поняла девочка.

– На Периферию. Прямо в ад. – Корабль вошел в атмосферу, и их затрясло.

– Ад… – Живописные картинки из кристаллов всплыли в памяти Тэи, и она поежилась. – Зачем нам туда? – спросила она, не надеясь на ответ.

Но сатторианец ответил.

– Там люди, которых я ищу.

– И что будет, когда ты их найдешь? – с губ Тэи слетел очередной вопрос.

– Я их убью, – внятно сказал Норт.

В этот момент корабль прорвался сквозь плотную атмосферу планеты и вырвался в космос. Аккуратно дойдя до дальней орбиты, Норт вывел корабль в зону прыжка.

Он повернулся к девочке.

– Ты уверена? – спросил он в последний раз.

– Да, – твердо сказала Тэя.

Норт кивнул, и корабль вошел в гиперпространство.

Часть 3. Дэйна – Эйрис

Едва корабль вошел в гиперпространство, Норт выставил автопилот, повернулся в своем кресле к Тэе и развернул девочку, сидящую уже по обыкновению в соседнем кресле, лицом к себе.

Тэя сразу поняла, что разговор предстоит серьезный.

– Помнишь все правила и все, чему учили тебя Учитель, Дэйви, я и остальные?

Тэя медленно кивнула.

– Забудь все это. Мы идем на Периферию, там эти правила не работают. Там нет друзей, каждый, кого ты увидишь, твой потенциальный враг. Каждый из них хочет тебя убить и завладеть всем, чем владеешь ты, или продать тебя работорговцам либо охотникам за головами. – Норт говорил сухо, короткими фразами, словно впечатывая все в сознание Тэи. – Первое и самое главное правило там – проникни в сознание врага быстрее, чем это сделает он. Найди его самый затаенный страх и обрати его против своего противника. Ты не должна церемониться. Вламывайся в чужие сознания без каких-либо сомнений. Но ты должна защитить себя – никто не должен иметь ни малейшего шанса в попытке вскрыть твое сознание, ты поняла? – взгляд Норта блуждал по лицу девочки, пора, пожалуй, сказать ей очевидное. – Ты не из нашего мира. Ты не принадлежишь ни к одной из существующих рас. У тебя совершенно другое сознание и способности, которых нет даже у самых одаренных из нас. Если они вломятся и узнают, что ты другая, точнее, насколько ты другая, на тебя откроется охота, и даже я тебя не отобью.

Тэя растерянно моргнула. Она другая? Какая? Она не из этого мира? А откуда она?!!

– Не паникуй, дыши, – Норт наблюдал за ее реакцией, девочка, похоже, и сама не понимала, насколько она отличается от остальных, не внешне, но внутренне. – Для всех ты моя племянница, ею и останешься. Внешне ты похожа на сатторианку с Севера. На том и будем стоять. Но ты должна закрыться.

– Научишь меня? – почти шепотом спросила девочка, она была явно выбита из колеи.

Норт кивнул.

– Еще одно. Ты должна держать там уши востро и быть все время настороже, не расслабляться – там нет безопасных мест. Кроме одного – прямо за моей спиной. Не отставай от меня ни на шаг, никогда и нигде! Я не смогу там держать тебя за руку – мои руки должны быть свободны. – В обеих руках Норта появились ножи, и он виртуозно провертел их в воздухе, мастерски переключив внимание девочки на другую тему, он пока не был готов обсуждать вопрос ее происхождения. – Иногда все решают доли секунды. Поняла?

Девочка кивнула, завороженно глядя на ножи.

– А вот так ты меня тоже научишь? – Тэя с усилием оторвала взгляд от ножей и посмотрела Норту прямо в глаза.

– Придется, – в голосе Норта слышалась досада.

Он еще раз окинул взглядом панель приборов и решительно встал.

– Пойдем, у нас масса дел.

Тэя расстегнула ремни безопасности и последовала за Нортом.

Остаток дня они провели за бесконечными тренировками как ментальными, так и физическими, сделав лишь два коротких перерыва на еду.

Когда Тэя буквально перестала держаться на ногах, Норт отправил ее спать. Девочка побрела к себе и рухнула на койку, но ей никак не удавалось провалиться в сон. В ее сознании мелькали обрывки фраз, воспоминания о сегодняшних тренировках и упражнениях перемешивались с воспоминаниями об упражнениях с Дэйви. Тэя металась в мучительном сумбуре, пока один яркий и пугающий образ не затмил собой все остальные, собственный крик вырвал ее сознание из заполнившего ее страха. Девочка рывком села, хватая ртом воздух.

Дверь в ее отсек моментально распахнулась, и вошел Норт.

– Что с тобой? – ее крик явно вырвал его из глубокого сна.

– Я… Я… – Тэя, тяжело дыша, дрожащей рукой вытерла покрытый испариной лоб, – сон… нет… Кошмар, – она, наконец, подобрала слово.

Норт не мигая смотрел на нее.

– У тебя не было кошмаров, – сказал он, сделав упор на «не».

– Не было, – кивнула девочка, ее взгляд постепенно прояснялся, она явно возвращалась из так напугавшего ее сна в не менее пугающую явь.

– Что сейчас было не так? – Норт был неожиданно терпелив и внимателен, что, как Тэя давно поняла, означало, что ситуация действительно серьезная.

О, он даже еще не представлял насколько…

– Ты сегодня сказал, что я другая, – Тэя смотрела прямо в глаза сатторианца.

Норт кивнул, ожидая продолжения.

– Насколько я другая? – спросила девочка, и в ее памяти тут же всплыла жуткая старуха-татуировщица с Эсстинга. – Ты можешь мне показать?

Взгляд Норта скользил по лицу девочки, она явно была не на шутку напугана. Он внезапно осознал, что видел ее растерянной, расстроенной, но за все время, что она была с ним, он не видел ее реально напуганной. Почему ей так важно увидеть, как выглядит ее сознание?

– Ты можешь объяснить мне, что именно тебя так напугало? – спросил сатторианец. – Говори все как есть, ничего не утаивай. Мы идем к чертям в пекло, и я хочу, чтобы ты была максимально спокойна и собранна. Сейчас ты напугана до смерти, и это не к добру.

Тэя собралась с мыслями и заговорила, тщательно подбирая слова.

– На Эсстинге я видела странную старуху…

– Она делала эти чертовы татуировки, помню, – кивнул Норт, – мы решили, что она просто злая от того, что рано состарилась.

– Это ты так решил, – осторожно возразила Тэя. – У нее было другое сознание. Ты же сам всё видел! Когда ты признаешь это?! – Тэя нетерпеливо отмахнулась. – В старухе было другое сознание! Тело было старой эсстингианки, но сознание было совсем другое! Ты можешь посмотреть? Я покажу… – Тэя тут же распахнула свое сознание, вытолкнув вперед пугающий образ.

Сделала она это виртуозно. Норт рассмотрел старуху, ее принадлежность к народу Эсстинга была несомненна, затем Тэя подсветила ауру, а вот это уже странно… Норт нахмурился, продолжая всматриваться в картинку. Затем тело словно размылось, и сатторианец увидел сознание.

– Чтоб меня… Я надеялся, что мне показалось, – пробормотал он, до последнего не желая признавать очевидное.

Он разглядывал причудливое свечение и холодные тона чужеродного сознания, понимая, что просто отмахнуться от этого не удастся. Незнакомая структура и звучание, наполненное неистребимой жаждой и стремлением в какую-то пугающую неизвестность, почти затянула его в себя. И этот назойливый звук на одной ноте…

Норт словно из холодной воды вынырнул и даже головой тряхнул для верности, чтобы окончательно избавиться от неприятного ощущения.

Тэя терпеливо смотрела на него и, поймав прояснившийся взгляд сатторианца, спросила:

– Я такая?

– Что? – в ушах Норта еще был этот звук, неприятный режущий ухо звук.

– Я выгляжу так? – дрожащим от подступивших к горлу слез голосом спросила девочка.

– Даже не близко, – заверил ее Норт.

– Ты можешь показать мне, какая я? – Тэя смотрела на него своими огромными, полными слез глазами.

– Конечно, – Норт снял защиту и впустил ее.

– Вот, это ты, – он подтолкнул вперед самую яркую и теплую сферу.

Тэя, перестав дышать, заглянула внутрь. Словно солнечный свет хлынул на нее, невероятной красоты цвета и звуки наполнили ее, смывая страх недавнего кошмара. Тэя словно стояла внутри самого прекрасного фейерверка, купаясь в тепле и ощущении покоя…

Норт терпеливо ждал. Наконец взгляд девочки прояснился, и она снова смотрела на сатторианца.

– Убедилась? – спросил он с легкой усмешкой.

Девочка задумчиво кивнула.

– Теперь что не так? – спросил Норт.

– Я совсем не похожа на тебя, – вздохнула Тэя, – и ни на кого из Шести миров.

– Как я и говорил, – кивнул Норт, – но и на чертову старуху ты не похожа, – напомнил ей он.

– Точно, – облегченно выдохнула девочка, но тут же спросила: – А почему у всех такие разные сознания?

– Это зависит от метаболизма и особенностей, которые появились со временем у людей Шести миров. Структура, форма и цвет сознания зависят от структуры и строения тела и внешней среды.

– В старухе было чужое сознание? – Тэя ждала от него подтверждения.

– Очень похоже на то, – задумчиво сказал он. – Но как?! – однако он тут же тряхнул головой. – Разберемся с этим потом. Сейчас спи и дай поспать мне.

Норт ушел.

Тэя закрыла глаза. Теперь на душе было спокойно. Перед ее внутренним взором вращалось и переливалось отражение ее собственного сознания. Незаметно она провалилась в глубокий сон, и Ночной Страж очень долго и задумчиво разбирал кипу книг в тележке, просматривая и расставляя их по своим местам. Одну из них он изучал особенно долго и тщательно…

* * *

На следующее «утро» условных суток завтрак прошел как обычно. Тэя с непривычным аппетитом уплетала содержимое консервной банки и терзала Норта вопросами.

– А разве Дэйви не закрыла меня?

– Нет, она смогла тебя притушить, чтобы ты не бросалась в глаза. Один Создатель знает, как ей это удалось…

– А чего ты еще про меня не знаешь? – не унималась девочка.

– Возраст, – серьезно ответил Норт, – когда я нашел тебя, ты показалась мне маленькой, лет восемь, не больше, но возможно это из-за того, что ты была чумазая, еще эти твои тряпки и… Черт, они сделали все для того, чтобы мы не определили, откуда ты!

– Но вы определили, – напомнила Тэя.

– Мы предположили.

– Ты предположил, – поправила его девочка.

– Никто не возражал, – пожал плечами Норт и вернулся к еде.

– Возраст, – напомнила Тэя.

– Когда я приехал забирать тебя от Дэйви, я решил, что тебе все же лет двенадцать-тринадцать. Дэйдре решила, что тебе четырнадцать. И вот не пойму, то ли я так ошибся, то ли ты так быстро растешь…

– А это важно? – озадаченно спросила девочка.

– Это важно, – Норт серьезно смотрел на нее. – Подростковый возраст может оказаться непростым временем, а мне сейчас не до этого, совсем. Вот я и не знаю до сих пор, что же мне с тобой делать…

– Но мы же уже решили, – пробормотала Тэя.

– Ты решила, – поправил ее Норт.

– Ты не возражал, – девочка не отрываясь смотрела на сатторианца, и ее рука с вилкой медленно опустилась на стол.

– Я просто не знаю, что в этой ситуации будет лучше, – Норт был с ней предельно честен.

– Мне лучше с тобой, – быстро сказала Тэя.

– На ближайшее время по крайней мере, – взгляд Норта блуждал по ее лицу. – Черт! – он бросил вилку. – Пойдем, у нас много дел.

Он тренировал ее постоянно физически и ментально, то и дело буквально вламываясь в ее сознание и заставая врасплох.

– Почему ты не закрываешься?! – кричал он в бешенстве.

– Я не могу от тебя закрыться! – Тэя была в отчаянии – что бы она ни делала, ничего не помогало!

– Тебя бы уже раз сто раскусили и еще больше раз убили!

– Невозможно еще больше раз убить!

– Это уж как постараться! – Норт был в ярости.

– Я стараюсь!

– Старайся лучше! – подстегивал ее сатторианец. – Давай, «пробей» меня!

Сознание Тэи начинало беспомощно биться о мощную стену защиты Норта, слезы отчаяния душили ее, в какой-то момент Норт, придя в бешенство от ее беспомощности, безжалостно запер ее в крохотном техническом отсеке и ушел. Тэя билась в наглухо закрытую дверь, не сдерживая криков страха и отчаяния. Он не пришел. Наконец, обессилев, девочка сползла по стене на пол, и ее ноги уперлись в противоположную стену. Она всхлипывала, судорожно переводя дыхание. Он требовал от нее невозможного! Обида, возмущение несправедливостью по отношению к ней и даже злость на Норта были эмоциями совершенно новыми, и ей потребовалось время, чтобы их переварить. Она не могла и не должна злиться на Норта, но она на него злилась, и сам этот факт разрывал ее сердце. Она внезапно осознала, что до тех пор, как в ее жизнь так стремительно и оглушительно ворвался Норт, она не помнила, чтобы вообще переживала какие-то эмоции, а с появлением Норта на Тэю хлынул просто какой-то поток невероятных чувств, одно сильнее другого. И события разворачивались с такой скоростью, что у нее даже не было ни времени, ни сил и возможности, чтобы разобраться во всем этом. Сейчас неизвестность нового мира без уже известных ей правил застилала собой все пережитое прежде… Тэя незаметно погрузилась в себя и принялась разбирать весь свой накопленный опыт. А накопилось-то много… Она перебирала все свои воспоминания, заново переживая все события и, главное, эмоции

Когда дверь отсека открылась, Тэя встала и вышла наружу, будучи в совершенном покое. Когда сознание Норта со всего размаха влепилось в стену из черного камня, Тэя повернулась к нему и спросила без тени улыбки:

– Так достаточно прочно?

– Вполне, – Норт был слегка озадачен, но доволен.

В ответ сознание Тэи разорвало его защиту в клочья и, пронесшись в нем вихрем… влепилось в моментально восстановленную защиту. Он запер ее сознание внутри себя.

«Что теперь делать будешь?» – раздалось в ней.

Вот это ловушка… Тэя озиралась в поисках хоть какой-то прорехи. Все сферы Норта были надежно укрыты, она даже не видела, где. Она пребывала во мраке чужого сознания без малейшей мысли о том, как оттуда выбраться.

«Думай. Не спеши», – по крайней мере, Норт спокоен, уже хорошо.

«Ты спрятал себя, тут сплошной мрак», – Тэе было неуютно, но этот разговор ее успокаивал.

«Тут мрак и?..»

«Как ты все убрал? Научишь меня?»

Легкий щелчок по сознанию, словно по носу:

«Не отвлекайся».

Тут мрак, он отреагировал на мрак… Черные камни дрогнули, и в щели между ними ослепительными лучами брызнул свет.

«Держи защиту!»

Точно! Она начала нагнетать свет, не увеличивая просветы между камнями, она чувствовала напор сознания Норта, которое стремилось прорваться сквозь ее стену, но продолжала прокладывать себе путь к спасению… Выход был резким и внезапным.

– Ты поддался! – недовольно воскликнула девочка, едва вернувшись в свое тело.

– Это не важно, – отмахнулся Норт и продолжил: – Главное, что ты поняла. Теперь, какую фатальную ошибку ты допустила?

Тэя начала перебирать в памяти все свои действия.

– Не учла возможность ловушки?

– Это само собой, – кивнул Норт, – что еще?

Девочка шаг за шагом перебрала свои действия, когда она пошла на третий круг, Норт прервал ее мучения:

– Ты покинула свое тело. Ты послала все сознание, этого делать нельзя! – Норт пристально смотрел ей в глаза, как делал всегда, когда хотел донести до нее что-то по-настоящему важное.

Тэя машинально стукнула себя в лоб от досады и, плюхнувшись на пол, обхватила колени, сердясь на саму себя.

– Мы все отработаем, главное ты уже сделала, молодец, – Норт хлопнул ее по плечу и направился в рубку. – У тебя еще есть дела в машинном! – напомнил он ей, уже скрывшись из вида.

Тэя поплелась в машинное отделение. Вообще-то она любила там находиться – это было сердце корабля, ей нравилось слушать, как оно работает, и зная, каким должно быть правильное звучание, она моментально замечала, когда что-то начинало работать не в той тональности. Тогда она тщательно проверяла всю систему, находя «уставшую» деталь. Норт объяснил ей, что металл тоже может «уставать», как люди. А еще он любит, когда за ним ухаживают. Чистят, смазывают маслом, даже говорят. Но говорят только со своим кораблем, а у них все корабли чужие, поэтому Тэя с ними не говорила. Хотя иногда хотелось…

Норт оказался терпеливым учителем. Один Создатель знает, чего стоило ему это терпение, но к концу перехода Тэя научилась делить сознание и не оставлять свое тело, как выражался Норт, пустым мешком. Девочка держала защиту и шла в нападение, сохраняя неуязвимость и избегая ловушек даже во сне. Сатторианец не отступал до тех пор, пока не удостоверился, в том, что Тэя сможет себя защитить.

Но чем ближе к точке выхода, тем больше нарастало в нем какое-то непонятное Тэе беспокойство. Не решаясь проникнуть в его сознание и посмотреть, в чем дело, девочка не выдержала и спросила его за ужином прямо, что его терзает. Сатторианец задумчиво смотрел на нее пару минут и затем сказал:

– Морриган.

– Морриган? – в памяти Тэи пронеслись изображения ирландской богини-воительницы.

– Да, воительница, – кивнул Норт и добавил: – И чертова ведьма.

– Ведьма?! – Тэя даже есть перестала.

– Настоящая. – Девочка пыталась найти хоть искорку улыбки в суровом лице сатторианца, но Норт был серьезен как никогда. – Только это и могло родиться от союза крунна и тиорианки, – сатторианец с каждым словом все больше мрачнел.

Браки тиорианцев с представителями других пяти рас были крайне редки и еще более редки были случаи рождения в них детей. Тэя знала это и молча ждала продолжения.

– Она очень сильна, – заговорил наконец Норт. – Я не знаю, устоишь ли ты против нее.

– А кто она?

– Она заправляет всем на Периферии, раньше это был ее муж – Бирн. Но недавно его убили, и она заняла его место. Морриган в гневе и жаждет крови. Она одержима местью. Кровь крунна требует возмездия, а изворотливость тиорианцев позволит ей достичь желаемого любой ценой.

– Так, может, тогда с ней вообще не встречаться? – подала голос Тэя.

– Это было бы лучшим вариантом, – усмехнулся Норт, – но мы ступаем на ее территорию, и должны получить одобрение на сам факт своего пребывания там, не говорю уже о том, что я туда не погулять лечу. Мне нужно ее разрешение и ее ресурсы – ее сеть.

– А она тебе это все даст? – с замиранием сердца спросила Тэя.

– Если правильно попросить, – Норт задумчиво жевал мясо из консервной банки. – И я должен показать ей тебя, чтобы обеспечить тебе определенную безопасность пребывания там. Она будет говорить с тобой.

У Тэи волосы встали дыбом от эмоциональной наполненности последней фразы. Неприятное чувство…

– Если она «считает» тебя, ты станешь ее трофеем, – Норт хотел, чтобы девочка осознала, насколько все серьезно.

– Но ведь ты уже не можешь пробиться, нет? – неуверенно спросила она.

Неожиданно быстрая улыбка скользнула по лицу сатторианца. Это была, пожалуй, первая улыбка, которую она у него видела. Но она тут же исчезла.

– Мне не надо к тебе пробиваться, когда ты это поймешь? Даже на Эсстинге я тебя слышал, – Норт смотрел девочке в глаза. – Я не знаю, насколько на самом деле прочна твоя оборона и выдержит ли она напор Морриган. А эта ведьма очень сильна…

– А как тогда ты проверял меня? – Тэя уже ничего не понимала.

– Это сложно, – взгляд Норта устремился в какую-то точку в пространстве, – я смотрел на тебя как другой человек, не как я… Я не знаю, как сказать…

– Я поняла, – кивнула Тэя и подцепила кусочек мяса из консервной банки. – Все будет зависеть от встречи с Морриган, – подытожила она.

– Все верно, – кивнул Норт.

– Тогда, все пройдет хорошо, – уверенно сказала девочка и вернулась к еде.

– Мне бы твою уверенность, – мрачно сказал Норт.

* * *

Их корабль сел на Дэйне – в условном центре Периферии. Там были представительства власти каждого из шести миров, а также представительство местного самоуправления.

Тэя, стоя на трапе, озиралась по сторонам. Планета была серой, с набухшим от туч небом и беспрерывно льющим дождем. Дышать было тяжело из-за слишком высокой влажности. С дождем пришло чувство какой-то бесконечной безысходности.

– Здесь всегда льет дождь? – спросила девочка ждущего ее внизу у трапа Норта.

– Да, большую часть года, а он тут длинный, – ответил тот, его голос перекрыл стук капель об обшивку корабля. – Слишком большой океан и маленький материк, солнце на него не попадает – особенности вращения и наклона оси планеты. Раз в полгода они поднимают купол и включают «солнце», заряда хватает на три месяца, потом опять дождь. Мы попали в разгар периода дождей. Сейчас день, чтоб ты знала.

Девочка вгляделась в окружающий сумрак.

– Зашибись, – Тэя шагнула на трап и, враз промокнув, сбежала вниз, нырнув сразу в распахнутую дверь гравилета.

– Единственный плюс – здесь тепло, – Норт нажал на кнопку, и дверца гравилета закрылась.

– Что здесь держит людей? – Тэя смотрела в окно на негостеприимный мир, вспоминая те планеты, на которых она успела побывать.

– Разные обстоятельства, – Норт уверенно вел гравилет по тонущему во мраке городу.

Никакое освещение не могло рассеять эту темноту. Отчаянно яркий свет уличных фонарей, реклам и вывесок жадно поглощала тьма.

– Это ж какие должны быть обстоятельства? – пробормотала девочка, она и представить себе не могла, что могло загнать сюда людей.

Дома были высотными, многоквартирными и строились еще. Работы велись так буднично и спокойно, словно люди даже не замечали этот бесконечный дождь. На улице прохожие спешили по своим делам, разноцветные дождевики с остроконечными капюшонами спасали их от непогоды. Тэя заметила, что здесь довольно много детей.

– Здесь и школы есть, – Норт сманеврировал на нижний уровень потока и, свернув в проулок, остановился. – Мы на месте, – с этими словами он распахнул дверцу и вышел, Тэя последовала за ним.

Они вошли в паб, не задерживаясь прошли сквозь него и поднялись по задней лестнице на второй этаж. Там Норт стукнул в одну из выходящих на площадку дверей. Им открыл крепкий сандорриец.

– Вас ждут, – сообщил он и отступил в сторону.

Норт шагнул внутрь, Тэя за ним. Сандорриец тут же был выставлен кивком за дверь. Это был кабинет. За массивным письменным столом сидела женщина. Тэя не могла оторвать от нее взгляда. Женщина встала и, выйдя из-за стола, тут же присела на его краешек, скрестив руки на груди. Она была красива, но внушала страх. Рыжие волосы были подняты в высокий хвост, тиорианская гибкость и стройность сочетались в ней с силой круннов. Ее защита была безупречна и прочна, как самая крепкая броня. А ее почти бесцветные бледно-голубые глаза с тиорианским кошачьим зрачком буквально загипнотизировали Тэю.

– Так-так, Норт и его девочка, – жуткие глаза остановились на Тэе, – племянница. Это по какой же линии?

– Маунтлейков, – звонко ответила девочка, – я дочь его троюродной сестры по матери.

Женщина медленно обошла своих гостей вокруг.

– Маунтлейков, говоришь? Ладно, допустим. Допустим даже, что это правда, – женщина снова присела на краешек стола. – Какого черта вам понадобилось здесь?

– Слышал про твоего мужа, Морриган, соболезную, – заговорил Норт, и голос его звучал ровно, но действительно был полон сочувствия. – Мое оружие в твоем распоряжении.

– Да что ты? – в руках Морриган появился нож, и она с силой воткнула его в стол, даже не повернув головы. – Я сама нашла ублюдка и разберусь с ним сегодня по-своему. Тебе здесь что надо?

– Я здесь кое-кого ищу, я не претендую на твою территорию, Мор.

– Мор, – горькая усмешка скользнула по тонкому лицу, – только ты и мой муж звали меня так, и этот подонок позволил себя убить! – слезы потекли из бесцветных глаз.

– О, Мор… – Норт порывисто обнял рыжеволосую красавицу.

– Он оставил меня, Норт, этот ублюдок оставил меня одну… – Морриган тоже обняла Норта и разрыдалась на его плече.

Сатторианец дал ей успокоиться и спросил:

– Кто убил его?

Морриган отступила к столу, вытерев остатки слез.

– Один из его людей, я встречаюсь с ним сегодня в транзитном порту. Он сам вышел на меня и попросил встретиться именно там… – взгляд Морриган постоянно скользил от Норта к Тэе и обратно. – Кто из вас двоих держит эту чертову каменную стену?!

– Я не понимаю, о чем ты, – невозмутимо ответил Норт.

– Не понимает он! – воскликнула Морриган. – Я долблюсь в эту проклятую стену с той минуты, как вы вошли сюда.

– Так не долбись, – Норт легко пожал плечами.

– Раньше у тебя была другая защита.

– У тебя тоже, – взгляд Норта бегло скользнул вокруг нее, – все мы меняемся.

Морриган пару минут молча смотрела на них.

– Я разрешу тебе остаться тут и заниматься тем, чем ты хотел, но сегодня вы идете со мной – оба.

– Зачем? – Норт был просто бесконечно спокоен.

– Тот парень, с которым у меня встреча – тиорианец, он был правой рукой Бирна. Он очень силен, как Дэймос, а я сейчас в небольшом раздрае и могу с ним не справиться. Пара сатторианцев с такой мощной защитой мне не помешает. Я хочу от вас только подтверждения – лжет он или говорит правду.

– Почему не вызвала Дэймоса? – спросил Норт.

– Он там-где-то-чем-то-занят. Не хочу его пока дергать, если не справимся, вызову его.

– Хорошо, когда встреча? – Норт бросил взгляд на часы на столе.

Тэя тоже. На циферблате вверху была цифра 16. Тридцать два часа в сутках. Ясно…

– Через час. Вы голодны?

– Нет, поедем пораньше, осмотримся, – Норт повернулся к двери.

Морриган согласно кивнула, и они покинули паб. На склад шли несколькими гравилетами. Норт летел прямо за гравилетом Морриган. Он приложил палец к губам и так же знаком запретил Тэе общаться с ним даже мысленно, и девочка молчала, придержав все вопросы при себе. Наконец, они прибыли на место и вошли на склад.

– Что здесь? – Норт бегло осмотрелся.

– Разные грузы, перехваченные у караванов и готовые к отправке, – Морриган тоже огляделась по сторонам и жестами расставила людей по точкам на разных уровнях.

Стрелки заняли позиции наверху.

– Если он почует тебя, то не войдет, – повернулась Морриган к Норту.

– Не почует, я хорошо закрыт. И не увидит. Я буду там, – Норт шагнул в тень за штабелями ящиков. – За девочку головой отвечаешь, – напомнил он.

– Да-да, ты говорил, если хоть один волос и все такое… Заткнись. Он приехал.

Через несколько минут вошел тиорианец. Высокий и гибкий, как Дэймос, но это, пожалуй, было единственное их сходство. Он был силен. Тэя прямо-таки увидела, как языки его сознания тут же метнулись к Морриган, но отскочив от ее защиты, замерли вокруг нее, подобно щупальцам осьминога.

– Ты обещала, что будешь одна, – сказал он, скользнув взглядом по Тэе.

– А ты обещал, что будешь охранять моего мужа, мы оба не сдержали свое слово, верно? – Морриган положила обе руки на ручки бластеров на поясе.

– Погоди, – тиорианец выставил руки вперед, – прежде чем я тебе все расскажу, я должен тебе кое-что показать, – он начал пятиться. – Не стреляйте! – крикнул он в пространство. – Нам сюда, к холодильным камерам…

Они медленно приблизились к двум камерам.

– Сейчас я их открою, Морриган, клянусь, я только их открою, – тиорианец открыл сначала одну, затем другую камеру. – Подойди, посмотри.

Морриган получила мысленное разрешение от Тэи и шагнула к ближней камере. Там лежало тело ее мужа.

– Ты свернул ему шею, ублюдок! – Морриган выхватила бластеры.

– Стой! Стой! – тиорианец продолжал держать руки перед собой. – Посмотри сюда…

Морриган шагнула ко второй камере. И снова увидела своего мужа.

– Какого… – она метнулась к первому холодильнику и снова ко второму.

И там и там был ее муж. С той лишь разницей, что у одного была свернута шея, а у второго нет. Морриган опустила руки и попятилась.

– Что происходит… Норт!

Сатторианец тут же возник словно ниоткуда, тиорианец вздрогнул при его появлении и рефлекторно отступил. Норт заглянул в оба холодильника. Затем он сделал странное – положил руку на лоб одному и второму.

– Это твой муж, – кивнул он на того, что выглядел невредимым, – а этот пуст, как пивная бочка в день святого Патрика.

Тиорианец облегченно выдохнул.

– Это я и хотел сказать и показать, я убил не ее мужа. Я нашел его мертвым…

Когда все успокоились и расположились в подсобке, Арес рассказал, что произошло.

– Я не знаю, когда именно это произошло, я знаю, когда я это обнаружил, – тиорианец смотрел в глаза Морриган. – Мы взяли груз, ушли от охраны каравана, перегрузили все к себе в трюмы, и тут чихнула электрика. Я пошел проверять, Бирн с парнями закрыл трюмы и отправился рассчитывать прыжок. Я спустился к реактору, перезапустил систему – все заработало, я уже хотел уйти, но краем глаза заметил что-то за системой охлаждения реактора. – Тэя знала, что у тиорианцев очень развито боковое зрение, и понимала, что Арес не просто заметил, а точно увидел там что-то, что привлекло его внимание. – Я заглянул за резервуар с охлаждающей жидкостью и там нашел его, – тиорианец кивнул в сторону холодильника с телом мужа Морриган, – я опешил. Я только что оставил его возле трюма, это не мог быть Бирн! Я осмотрел его. Мы давно летаем вместе, и я знал его как облупленного, все татуировки и шрамы – это был он. Я не мог понять, что происходит, и до сих пор у меня нет этому объяснения, но я знал, что на мостике уже не мой друг. Я спрятал тело Бирна, чтобы иметь на руках доказательство того, что я говорю правду, и вернулся на мостик. Я всеми силами скрывал то, что я знаю, что передо мною не Бирн, а какая-то его производная, но он был просто его точной копией! Все жесты, повадки, интонации, воспоминания – я невзначай затрагивал события, о которых мог знать только сам Бирн, но его двойник знал всё! Я дал ему посадить корабль и свернул ему шею. Затем отправил людей на Эйрис с вестью о том, что твой муж убит. Но ты должна была прилететь на Дэйну, необходимо было тебе показать их обоих, чтобы ты поняла и поверила в мою верность.

– Я не могла понять, как ты мог… – тихо сказала Морриган и повернулась к Норту. – Что это за чертовщина?

Норт посмотрел на Тэю, та покосилась на холодильники.

– Можно, я посмотрю? – спросила она.

Морриган кивнула и не сводила глаз с девочки, пока та не вернулась.

– Расскажи, – кивнул Норт.

– Я видела кое-что на Эсстинге. Сначала я услышала, как один мужчина рассказывал другому, что похоронил и оплакал своего друга, а затем встретил его целого и невредимого, и буквально после этих слов мужчина, что рассказывал это, был убит. А потом была одна старуха… – Тэя вопросительно посмотрела на Норта.

Тот кивнул:

– Покажи.

– Смотрите, – Тэя выдвинула за стену образ старухи, – там она не скрывалась, эсстингианцы слепы и глухи, это знают все, а их столбы ослепляют и оглушают всех, кто видит…

– Но ты увидела, – Морриган изучала картину совершенно чуждого сознания.

– Норт тоже увидел, – кивнула Тэя, – их столбы глушат не приезжих, они глушат океан…

– Какая умная девочка, – прозрачные глаза Морриган, с округлившимися в полумраке склада зрачками, буравили Тэю.

Та развеяла образ старухи, продолжая держать глухую оборону.

– И очень сильная, – подал голос Арес.

– Есть в кого, – Морриган бросила быстрый взгляд на Норта. – Итак, что мы знаем? Кто-то не просто вселяется в тела людей, а копирует их тела, их личность… Зачем?

– Какие-то «Похитители тел», – Норт потер лоб.

Никто даже не усмехнулся при упоминании древней земной книги.

– Не совсем, я не заметил подмены, если бы я не нашел тело, я бы вообще ничего не понял, – отозвался Арес, – они не меняют личность.

– И он бы прилетел домой, ко мне, – Морриган передернуло. – Полагаю, теперь я тебе обязана, – рыжеволосая красавица бросила взгляд на тиорианца.

– Нет, не обязана, ты не убила меня при встрече – мы квиты, – Арес смотрел в сторону холодильников. – Что делать будем?

– Самим нам не разобраться и проблему не решить, – Норт обвел всех взглядом и встал. – Это – угроза для всех, надо связаться с властями.

– Ты рехнулся? – Морриган поднялась следом. – Да меня расстреляют прямо у ворот за все, что находится на этом складе!

– Не расстреляют, мы сделаем все правильно и тихо, – Норт достал коммуникатор и ввел позывные.

– Слушаю, – сквозь треск Тэя узнала голос Саго.

– Нужна твоя помощь, занят?

– Очень! – кажется, до Тэи донесся звук перестрелки. – Ты где?

– На Дэйне.

– Ничего тебя мотает! Я с тобой свяжусь, подожди…

Норт спокойно ждал, присев на край стола. Коммуникатор запищал.

– Слушаю.

– Дэвид Сальваторе, местное федеральное бюро, удачи, друг!

– Тебе там помощь нужна?

– Справлюсь! – Саго отключился.

– Что ж, – Норт обвел всех взглядом, – завтра я свяжусь с Сальваторе, и мы все решим.

Морриган вскинула голову.

– Тебе вернут тело твоего мужа, – опередил ее Норт, – а сейчас мы их отсюда вывезем. Есть пустой склад?

– Освободим, – Морриган быстро сказала что-то своим людям, и они исчезли.

– Холодильники будем стеречь сами, тела не должны пропасть. Мы не знаем, как у них все устроено, может, они придут замести следы. Надо просмотреть всех, кто был с тобой на корабле, – Норт повернулся к Аресу.

– Сделаю, – кивнул тот.

– Постой, ты не увидел чужака в Бирне, – с сомнением сказала Морриган.

– Я не знал, что искать, – Арес слегка поклонился Морриган и ушел под дождь.

Морриган подошла к телу своего мужа и, положив ему руку на лоб, замерла, закрыв глаза. Тэя и Норт не видели ее лица, но она вдруг начала дрожать.

– Морриган… – Норт встал.

Дрожь усилилась.

Норт бросился к женщине и отдернул ее от тела мужа. Глаза у нее были полузакрыты, лицо мертвенно-бледно и ее уже трясло.

– Морриган, – Норт сильно тряхнул ее. – Мор! – два звонких удара по щекам привели к желаемому результату – женщина открыла глаза.

Ее взгляд постепенно прояснился, и она вцепилась в куртку Норта.

– Он заперт там, Норт! Он там заперт в каком-то вязком мраке, я не смогла его вытащить! Я не смогла!

– Успокойся, Мор, успокойся, – Норт крепко обнял ее. – Мы все сделаем перед погребением. Ему и тебе придется подождать. Мы освободим его, я обещаю…

– Да, ты прав, перед погребением, – всхлипывая, согласилась Морриган, – с тобой мы сможем…

– Мы сможем, – кивнул Норт, гладя ее рыжие волосы, – надо просто спокойно разобраться с этой чертовщиной…

Они просидели на складе до рассвета, потом Норт отправил Морриган отдохнуть, устроил Тэю поспать в подсобке, а сам остался на посту в ожидании времени, когда можно будет связаться с федералами.

* * *

Разговор с Сальваторе получился коротким – Саго уже с ним говорил. Едва Норт назвал свое имя, тот сразу спросил, когда и куда подъехать. На складе его встретили Норт и Морриган.

– Это ее муж, – сказал Норт, – вы получите все при условии, что она получит тело назад для погребения.

– Сначала покажите мне все, я пока ничего не понимаю, – поднял ладони федерал.

– Сюда.

Два одинаковых тела произвели впечатление.

– Это не брат-близнец, – предупредил Норт вопрос выходца с Пангеи.

– Это упростило бы задачу, верно? – Сальваторе внимательно изучил тела, ничего не касаясь.

– Вы уже сталкивались с чем-то подобным или слышали? – спросил его Норт.

– Слышали, как слухи. Официальных сводок не было, – федерал распрямился. – Черт, все видимые шрамы и татуировки совпадают… Я сфотографирую и свяжусь с Пангеей.

– Здесь это не решить? – нахмурился Норт.

– Нет, но тело вам отдадут, хватит образцов тканей и ДНК, сделают скан тела, и сможете его забрать, – Сальваторе достал коммуникатор и вышел на улицу под дождь, автоматически натянув капюшон.

Тэя высунулась из подсобки, Норт жестом отправил ее обратно.

Федерал вернулся.

– Сейчас заберут, – сказал он и покачал головой. – Ну, и история заварилась… Мне надо будет поговорить с Аресом, это возможно?

– При гарантии неприкосновенности, – сухо сказал Норт.

– Безусловно, – кивнул федерал.

– Если не отдадите тело для погребения, я его сам заберу. С Дэйны вы его не вывезете, – предупредил Норт, не скрывая угрозы в голосе.

– Вы помогли моему другу, я помогу вам, – спокойно сказал федерал. – У вас хватило благоразумия обратиться к властям, у властей хватит благоразумия оправдать ваше доверие. Не у властей, так у меня. Мэм, я даю свое слово, – твердо сказал Сальваторе Морриган.

Тихо без сирен подъехали машины. Зашли люди с носилками и оборудованием. В итоге забрали тела, как они были, в холодильниках, чтобы не повредить.

– Все, можешь пойти отдохнуть, – Норт взял Морриган за плечи.

– Какой там отдых… Я не сплю совсем… Все дела Бирна свалились на меня, – рыжеволосая красавица встряхнулась. – А вы идите, отдохните, потом поговорим о твоих делах.

– Хорошо, – Норт наконец разрешил Тэе выйти из подсобки, и они отправились на корабль спать.

Девочка устала, и, хотя Норт и устроил ее на складе поспать, сон был беспокойный, поверхностный и какой-то липкий, на грани кошмара. Норт же не спал совсем. Несмотря на это, он вел гравилет предельно аккуратно, но Тэя знала, на корабле он сразу свалится в свой глубокий сатторианский сон. Она тоже мечтала об этом – слишком много надо было переварить и обдумать.

По прибытии на корабль Норт надежно задраил вход и все люки, и они смогли наконец уснуть.

Тэя открыла глаза и села на койке. Она не знала, сколько она спала. Она отдохнула, это точно. Осторожно «прощупав» корабль, она поняла, что и Норт уже не спит. Девочка нашла его в столовой и незамедлительно направилась туда.

– Что у нас сегодня? – спросила она, открывая себе банку консервов.

– Морриган, – коротко ответил Норт.

– Опять? У тебя же здесь свои дела, – Тэя села за стол.

– Мы еще не получили разрешение на свое пребывание здесь и у нас нет доступа к сети, поэтому я не могу начать поиск.

– Ты работаешь с федералами, разве этого мало? – Тэя разжевала осточертевшее ей мясо.

– Это вообще лучше не оглашать, здесь это – преступление, – Норт тоже подцепил кусок мяса из своей банки.

– Слушай, раз уж мы на нормальной планете, давай купим нормальных продуктов? – Тэя смотрела на трясущееся на вилке желе.

– Напомни зайти на рынок, когда будем возвращаться от Морриган, – Норт вскинул голову. – Кстати, ты и меня засунула за свою стену?

– Ну да, – Тэя подняла на сатторианца нерешительный взгляд.

– Морриган просто взбесилась! – на лице Норта появилась довольная ухмылка.

– О, ты не связывался с Саго? Он выбрался?

– Выбрался, – кивнул Норт, отпив воды из бутылки. – Он – сильный парень.

– Мы ведь правильно сделали, что вышли на федералов? – задала Тэя мучивший ее вопрос.

– Правильно, – кивнул Норт, – все это слишком серьезно. – Его лицо помрачнело. – Если ты права, они слишком рассеялись по нашему миру. Это опасно, надо понять, что это и как это остановить. Нам с этой проблемой не справиться, это дело федералов. Да, со мной связался Сальваторе, он просил разрешения сделать запись сознания старухи с Эсстинга, ты не против?

– Нет, – Тэя помотала головой и отодвинула банку, выев оттуда все мясо и оставив там жир и желе.

– Отлично, скажу ему, чтобы ехал сюда, здесь никто не помешает, – Норт взял коммуникатор и связался с федералом.

Сальваторе был на корабле через полчаса. «Как быстро», – мелькнуло у Тэи, но времени на размышления не было.

– Где мы сядем? – спросил федерал.

– В столовой, – Норт кивнул на нужный коридор.

Через несколько минут они расположились за столом, и Сальваторе раскрыл свой чемоданчик с замысловатой аппаратурой.

– Только то, что она сама покажет, – сухо предупредил Норт, – я увижу, если ты полезешь дальше.

– Я знаю, – спокойно кивнул федерал и повернулся к Тэе. – Итак, как будешь готова.

Девочка слабо улыбнулась в ответ, и через несколько секунд над столом повис жуткий образ старухи. Сальваторе щелкнул готовую к работе аппаратуру и записывал все, что показывала ему Тэя. Полностью показав старуху, она прокрутила еще и сцену убийства, сфокусировавшись на том, кого считали мертвым.

– Его вы тоже можете найти, – пояснила Тэя.

Федерал согласно кивнул. Он был немногословен и чрезвычайно понятлив, это объясняло, почему Саго с ним дружил.

– Удивительно, – Сальваторе внимательно рассматривал странные сознания.

– Всё, – Тэя развеяла картинку.

– Сейчас проверю запись, и если все нормально… – федерал щелкнул парой кнопок, и над столом зависли уже знакомые образы. – Отлично, – он все выключил и закрыл чемоданчик.

– А что там с телами? – спросил после этого Норт.

– Все буквально стоят на ушах, – Сальваторе устало провел рукой по лицу, – я вторые сутки не сплю. Черт, я оказался в эпицентре всей этой заварухи! Такое крупное дело! Им покоя не дает, почему вышли на меня!

– Мы не подставили тебя или Саго? – насторожился Норт.

– Нет, – покачал головой федерал, – все нормально. Сеть осведомителей неприкосновенна, и, если говоришь, что информация от сети, дальше не роют.

– А информация от сети, – неожиданно усмехнулся Норт.

– Да, чистая правда, господин председатель, – даже усмешка Сальваторе была усталой.

– О как, – Норт чутко отреагировал на «господин председатель».

– А ты как думал, – федерал встал и взял свой чемоданчик. – Если меня отзовут на Пангею, в связи с этим делом, я оставлю тебе необходимые контакты здесь, – тихо сказал он, – они обладают полной информацией по передвижениям всех лиц на Дэйне.

– Спасибо, – Норт встал следом и пожал протянутую руку Сальваторе.

– Если вдруг всплывет что-то еще… – начал было федерал.

– Мы будем здесь, – заверил его Норт.

– Хорошо, – Сальваторе шагнул во мглу под дождь.

– Он с ног валится, – впервые заговорила Тэя.

– И кто сказал, что быть федералом легко? – Норт взглянул на часы. – Нам тоже пора.

Снова они летят на гравилете по сумрачным улицам.

– Продолжай держать защиту, не расслабляйся, – предупредил Тэю Норт.

– Хорошо.

– Мне надо будет поговорить с ней один на один, посидишь в зале? Там тебя никто не тронет, – Норт бросил на девочку беглый взгляд.

– Посижу, – покладисто кивнула Тэя.

– Ладно, пойдем.

А вот и уже знакомый паб.

В зале их встретил Арес.

– Морриган ждет, – кивнул он Норту, – посидишь со мной, малютка?

– Не расслабляйся, – шепнул ей Норт и прошел за одним из людей Морриган.

Тэя огляделась по сторонам. Арес широким жестом указал на столик.

– Ты голодна? Здесь хорошая кухня, – тиорианец развернул перед Тэей меню.

Девочка чувствовала постоянное давление на поле защиты, иногда довольно ощутимое. Она подняла глаза и посмотрела прямо в узкие зрачки тиорианца:

– Тебе ее не пробить, Арес, – без тени улыбки жестко сказала она.

– Ух ты, а ты не так проста, – тиорианец глотнул из запотевшей кружки пива.

– Где ты видел простого сатторианца? – парировала Тэя.

– И то верно, – Арес углубился в меню, давление на поле ослабло.

– А ты упертый, – усмехнулась Тэя.

– Как и все тиорианцы, вдруг ты отвлечешься, – легкая улыбка скользнула по тонкому лицу.

– Не надейся, – Тэя погрузилась в меню. – Что такое «шеппард пай»? – спросила она через пару секунд…


– О боже, Норт! – Морриган была в ужасе. – Так ты узнал, наконец, их имена?! Ты прилетел сюда за помощью, а я… Прости меня!

– На тебя саму такое свалилось, – Норт усадил Морриган в кресло и сам сел напротив.

– А девочка? – всполошилась Морриган.

– Моя племянница, – Норт твердо стоял на своем, – теперь вожу с собой, не хочу рисковать.

– Ну да, – объяснение было вполне логичным. – Как ты узнал, кто это сделал?

– Федерал дал мне их имена, в обмен на услугу.

– Теперь другой федерал оказывает услугу тебе, – взгляд Морриган скользил по непроницаемому лицу сатторианца. – Умеешь ты закручивать дела, Норт, – она встала с кресла и вернулась на свое место за стол. – Так, у тебя все с собой?

– Да, вот, – Норт положил на стол кристалл, – там имена и все досье.

Морриган тут же воткнула кристалл в декодер и погрузилась в изучение данных.

– Вот это отребье… – пробормотала она, просматривая файлы, – никого из них не знаю, но в сеть заброшу. Посмотрим, что всплывет.

– Спасибо, это все, что мне надо, – Норт встал. – Да, и – не трогать. Я сам.

– Это понятно, – кивнула Морриган, ее шустрые пальчики уже сгрузили информацию в сеть. – Все, считай, у каждого мишень на спине, – она впервые за все это время улыбнулась. – Я помогу тебе. То, что ты делаешь для меня… – Морриган поежилась и обхватила себя за плечи. – Этот федерал еще не выходил на связь?

– По телу пока тишина, он скажет, я ему доверяю, – Норт замер перед дверью. – Он уже говорил с Аресом?

– Всю эту ночь, – кивнула Морриган.

– Долго, – Норт взялся за ручку двери.

– Дело-то нешуточное, – Морриган глотнула виски.

– Не то слово, – Норт обнял ее еще раз и вышел.

В нем уже билось сознание Тэи с воплем забрать ее отсюда.

Он почти вбежал в зал и взглядом нашел девочку.

– Ты как? – с тревогой спросил он.

– Я объелась! – девочка с трудом встала. – Мне плохо…

– Это ты? – Норт бросил гневный взгляд на тиорианца.

– Нет, не он, я сама заказала, – помотала головой Тэя, – порции огромные…

– Она не рассчитала, – тиорианец виновато улыбнулся.

– Пошли, обжора, – Норт подхватил девочку за руку, – пьяных я из пабов выносил, но вот обожравшихся…

– Я дышу с трудом, не ругай меня, – голос Тэи стал плаксивым.

Норт погрузил ее в гравилет.

– Ты реально так объелась?

– Нет, конечно, – Тэя села прямо, и взгляд ее прояснился. – Он долбил меня, как дятел дерево, я боялась, что вломлю ему уже со всей…

– «Вломлю»? – Норт поднял гравилет. – Где ты нахваталась этих слов?!

– Я еще и не такое знаю, – усмехнулась Тэя. – Таскай меня чаще по пабам, и мой словарный запас еще не так обогатится! – девочка засмеялась.

– А ты здорово там всех провела, даже меня, – Норт скользнул изучающим взглядом по Тэе.

– Я учусь, – Тэя потупила глаза.

– Да уж, слишком успешно, – пробормотал Норт и сосредоточился на дороге.

Поток гравилетов был довольно плотным, а видимость почти нулевая. Норт включил лучи на максимум, но это не сильно помогало.

– Когда тут включат лето? – спросила Тэя, вглядываясь в дождливый мрак за окном гравилета.

– Через пару месяцев, – Норт сманеврировал на повороте.

– Мы еще будем здесь?

– Вряд ли.

– Жаль, – Тэя надышала на окно и нарисовала рожицу, – я так давно не была в лете…

Норт бросил на девочку быстрый взгляд и снова погрузился в свои мысли.

* * *

Сальваторе связался с ними через два дня.

– Надо встретиться, – коротко сказал он по коммуникатору.

– Проблемы?

– Похоже на то, – федерал явно не мог говорить. – У вас, через час.

– Хорошо.

Норт не стал пока беспокоить Морриган, но догадки по поводу проблемы у него уже были.

Сальваторе подъехал к кораблю без лучей, что означало высшую степень конспирации. Наблюдая за ним с корабля, Норт не заметил слежки, кроме того, федерал прибыл один.

Едва Норт закрыл входной люк, Сальваторе заговорил.

– Пангея затребовала оба тела, – он был без дождевика и насквозь промок, но похоже, это его не беспокоило.

Норт кивнул, именно это он и предполагал.

– Я знаю, чего вам стоило обратиться к властям и вообще обратить на это внимание именно властей, – Сальваторе опустился на какой-то ящик. – Ваш поступок просто беспрецедентен, – он взъерошил мокрые волосы, – я дал вам слово и должен его сдержать.

– Пойдем, я налью тебе кофе или виски, что сам захочешь, – Норт легко подхватил гостя и повел его в столовую. – Сколько ты уже не спал?

– С тех пор, как увидел эти тела у вас на складе…

– Долго, – Норт усадил его на стул, – кофе или виски?

– С виски усну, давай кофе, – федерал провел обеими руками по лицу, словно пытаясь стряхнуть усталость.

Норт поставил перед ним кружку ароматного кофе.

– Ты голоден?

– Нет, спасибо, этого достаточно, – Сальваторе обхватил кружку обеими руками и, сделав мелкий глоток, замер на миг, наслаждаясь вкусом.

– Так что ты пытаешься мне сказать? – голос Норта был на удивление мягок.

– Тела вывозим сегодня ночью, – сообщил федерал. – Здесь время, место, план местности и все, что необходимо, – на стол лег кристалл. – С вас вот такой черный фургон, – над столом повисла голограмма с изображением типичного фургона федералов. – Вы подъедете сюда и тело Бирна погрузят в ваш фургон, вы уедете и покинете планету. Сразу же.

– Я смотрю, ты все продумал, – Норт задумчиво вертел в руках кружку.

– Это все, что я могу сделать.

– Тебя распнут, – Норт смотрел пангенианцу прямо в глаза, – конец твоей карьере, конец всему…

– У меня будет все остальное, и мои люди нашли того парня на Эсстинге – он еще не сменил тело, и он жив. Тело похороненного эксгумировали – это тот момент, когда я рад тому, что они там окончательно сбрендили и мумифицируют своих покойников. Старуху найти не удалось, видимо, она уже сменила тело, – опередил вопрос Тэи федерал. – Благодаря вам я стою у истоков этого дела, и я им нужен. А это спишут на халатность службы перевозок, – пожал плечами Сальваторе.

– Звучит убедительно, – кивнул Норт, ожидая продолжения.

– Исчезнуть должна только Морриган, ее люди останутся здесь, и они должны быть в неведении, – слова Сальваторе звучали уже как инструкция, – чтобы их не раскололи при допросе.

Норт согласно кивнул.

– Но на Морриган, возможно, начнется охота, – честно предупредил федерал.

– Ей не впервой, – усмехнулся Норт, – на Эйрис она будет неприкосновенна, там ее территория.

– Еще одно. Когда они увидят голограммы сознаний фантомов, они захотят пообщаться с первоисточником, и не думаю, что, заполучив твою племянницу, они так просто ее отпустят. Держи ее при себе, по крайней мере год. Саго говорил, ты хотел определить ее в интернат, так вот, не рискуй. Это опасно для нее и для тебя. Держи ее при себе и ближайшее время оставайся на периферии. Как будто всё, – Сальваторе мысленно пробежался по всем пунктам и, отставив еще горячую, но уже пустую кружку, встал. – Мне пора. Будут вопросы, вот мои позывные – это закрытый канал, – еще один маленький кристалл лег на стол. – Да, это тоже вам, – он поднял с пола рюкзак, который принес с собой. – Тут дождевики, как у службы перевозки, и все остальное, – Норт взял рюкзак, федерал вздохнул. – Теперь всё. Пусть все пройдет успешно.

– И пусть не пересекутся наши пути, – эхом отозвался Норт и пожал протянутую руку.

Сальваторе кивнул и ушел в дождь. Норт закрыл вход и спросил, не поворачивая головы:

– Ты все слышала?

– Каждое слово, – эхом отозвалась Тэя.

– Пойдем, я научу тебя поднимать эту штуковину в космос, – Норт направился в рубку.

Тэя оказалась благодарной ученицей – она внимательно слушала и запоминала все с первого раза.

– Мы должны взлететь, едва за нами закроются створки шлюза, – Норт указал на схеме, какого именно. – Мы въедем туда прямо на фургоне, все понятно?

Девочка кивнула.

– Смотри, не подведи меня, – окинув девочку суровым взглядом с головы до ног, Норт удалился – надо было связаться с Морриган.

Рыжеволосая красавица была на корабле через час, прибыв в том самом черном фургоне, который им был необходим.

– А ты шустрая, – Норт скользнул взглядом по транспорту, пропуская даму на корабль.

– Ты и представить себе не можешь, насколько, – промурлыкала она, сбрасывая дождевик.

– Это я как раз могу, – Норт явно вспомнил что-то из их общего прошлого, но тут же отбросил нахлынувшие воспоминания и спросил: – Летишь налегке?

– Я оставила все, чтобы не вызывать подозрений, все решили, что я поехала на переговоры с заказчиком, – Морриган оглядела корабль. – Что за халупа?! Ты мог бы позволить себе что-то более достойное!

– Где ты взяла фургон федералов? – спросил Норт, пропустив мимо ушей реплику о корабле.

– Ох, милый, у меня есть транспорт на все случаи жизни: пожарный и полицейский гравилет, скорая помощь и даже катафалк, – она довольно улыбнулась, – наконец-то и этот балласт пригодился! – она кивнула в сторону улицы, где, по ее мнению, находился гравилет федералов.

Норт не стал говорить ей, что он в другой стороне. Азарт от предвкушения предстоящего дела охватил Морриган, Норт только молил Создателя, чтобы она не напортачила чего-нибудь в адреналиновом тумане.

– Пойдем, пробежимся по плану, – Норт повел гостью в столовую.

Они просидели там пару часов, дотошно обговаривая каждую деталь. В пространстве над столом висело несколько голограмм с предоставленными Сальваторе данными.

– Парень сильно рискует ради тебя, пожалуйста, придерживайся плана, не импровизируй, – в голосе Норта было суровое предостережение.

– Я все поняла! – бесцветные глаза с узкими зрачками не мигая смотрели в темные глаза сатторианца. – Лишь бы нам их не перепутать, – пробормотала она.

– Не перепутаем, ты его почувствуешь, – тихо сказал Норт.

Боль утраты и отчаяния на мгновение исказили прекрасное лицо Морриган, но она тут же взяла себя в руки.

– Ты прав.

Норт еще раз оглядел все голограммы и мысленно перебрал все детали и, наконец, кивнул:

– Мы готовы.

Морриган кивнула в ответ.

– Оружие? – спросила она.

– По минимуму, – отозвался Норт. – Штатные дождевики, – он выложил содержимое рюкзака, – и их бластеры.

– Какое убожество, – Морриган поморщилась, взяв в руки штатный бластер.

– Потерпишь немного, – усмехнулся Норт.

– А куда деваться? – красавица пожала плечами и проверила бластер. – Заряд полный, – сообщила она, – а твой парень молодец, – нехотя признала она.

– Соглашусь с тобой, когда прибудем на Эйрис, – Норт выключил голограммы и начал собираться, – нам пора.

Через несколько минут они покинули корабль.

Тэя осталась одна. Она заняла в рубке место Норта с часами в руках – в определенный момент она должна была открыть грузовой шлюз. Время тянулось мучительно долго. И хотя она уже много раз видела, как это делает Норт, она все же волновалась перед своим первым взлетом – еще одно новое пугающее чувство. Сколько же их еще этих эмоций? Страх подвести их и стать причиной провала такой дерзкой операции добавлял напряжения и без того натянутым нервам. Часы в руках тикали так, словно били молотом о наковальню…


Норт с Морриган прибыли на место в точно назначенное время. На площадке было еще четыре фургона. Несмотря на мрак, скудное освещение и одинаковые дождевики на людях на улице, Норт сразу узнал Сальваторе – он командовал «парадом». По его отмашке первый фургон подошел к погрузочной площадке. В него загрузили тело в герметичном ящике и какие-то коробки.

– Как будто они не тела перевозят, а переезжают, – пробормотала Морриган.

– Эй, чего там замер?! Пошел! – скомандовал Сальваторе Норту, махнув рукой.

Норт послушно тронул гравилет и подошел к площадке.

– А он умеет командовать, – Морриган повернула зеркало, чтобы видеть федерала.

– Ты что, запала на него? – усмехнулся Норт.

– Мы забираем тело моего мужа, как ты можешь?! – ледяной взгляд пронзил Норта насквозь, но тут же вернулся к созерцанию Сальваторе.

Грузчики захлопнули дверцы гравилета.

– Проверь тело, – кивнул Норт Морриган, и рыжеволосая красавица тут же перебралась из кабины в салон.

Твердой рукой открыв крышку ящика, она положила ладонь на холодный лоб. Запертое в мертвом теле сознание тут же откликнулось.

– Это он… – Морриган задохнулась, – о, Бирн…

– Мор, убери руку, не сейчас… Мор! – окрик Норт вывел ее из ступора. – Вернись в кабину, – велел он.

Морриган перебралась в кабину. Лицо ее было мертвенно-бледным.

– Как они делают это, Норт? Зачем?!

Сатторианец покачал головой – у них нет времени на это – и мягко тронул гравилет.

– Тэя, идем к тебе, не спи, – сказал сатторианец в коммуникатор и, выбравшись на улицу, встроился в нужный поток.

За ними еще две машины, пока их погрузят, пока все прибудут в порт, пока спохватятся… Сальваторе молодец…

Норт ушел с улиц на трассу – надо было спешить.

– Тэя, готовность номер один, – Норт уже видел очертания кораблей на фоне слабо подсвеченного неба.

– Открываю шлюз, – тут же откликнулась девочка.

– Потом ты расскажешь мне о ней, – спокойно заметила Морриган.

– Потом, – кивнул Норт, маневрируя среди кораблей, – может быть.

А вот и их корабль.

– Ну, и корыто, – снова вырвалось у Морриган.

– Ты повторяешься, – Норт завел гравилет на корабль, створки шлюза за ними тут же закрылись, и корабль бешено завибрировал от работы набирающих обороты двигателей.

Они еще не покинули трюм, а корабль уже взлетел и вошел в плотные слои атмосферы.

– А она неплохо справляется! – крикнула Морриган, и их швырнуло на стену.

– Еще есть над чем поработать! – прокричал в ответ Норт, изо всех сил вцепившись в поручень на стене коридора.

Корабль быстро выровнялся, и они смогли продолжить свой путь. В рубке они оказались, когда корабль вышел в космос.

– Отлично, детка! – воскликнула Морриган. – А теперь пусти-ка своего дядю за штурвал.

– Нет, сиди, – Норт встал рядом и дальше руководил действиями Тэи до входа в гиперпространство. – Вот теперь ты молодец, – кивнул он довольно, – забей координаты и ставь автопилот. – Норт скинул на табло данные и следил, как тонкие пальцы Тэи вбивают цифры координат. – Следи за пробелами, одна ошибка и мы окажемся не там… Так, и… автопилот, есть! Можешь отдохнуть, – Норт развернул кресло пилота к себе и расстегнул ремни безопасности.

– У меня получилось, – улыбка Тэи была скорее радостной, чем торжествующей.

– Не могло не получиться, с таким-то наставником, – Морриган хлопнула Норта по плечу и добавила: – Что-то я устала. Где я могу лечь? – спросила она хозяина корабля.

Сатторианец кивнул и проводил ее.

– Ты тоже ложись! – крикнул он Тэе, уходя.

– Хорошо! – отозвалась та, но, подобрав ноги в кресло, еще осталась в рубке.

Внутри все гудело и трепетало. Она подняла корабль в космос и вывела его в гиперпространство! Она сама! И ей понравилось… Понравилось то, как эта махина чутко реагировала на все ее команды – ведь сигнал, посланный нажатием кнопки, это команда, так? Тэя провела рукой по панели. Норт сам не понял, что сделал. А, может, наоборот, понял? Она теперь не сможет без этого… Как в какой-то момент они выбрались из облаков и солнце ослепило ее, как корабль прорывался в космос, преодолевая гравитацию планеты, и это ощущение, этот миг легкости, когда они, наконец, оказались в космосе! Все это огромное пространство и это звучание Вселенной…

«Она и правда поет, – прозвучал в ее сознании голос Норта, – но не всем. Ты ее услышала и теперь не сможешь без этой музыки».

«Ты прав», – улыбнулась девочка.

«Я всегда прав, – она увидела, как он усмехается, – я велел тебе спать».

«Иду», – Тэя нехотя сползла с кресла пилота и побрела к себе, все еще купаясь в только что пережитых эмоциях и чувствах…

* * *

Если на Дэйне у Морриган было только представительство, то Эйрис была ее вотчиной. Здесь можно было посадить корабль прямо перед зданием полицейского департамента, и никто бы слова не сказал.

Они сели в главном порту, и Норт, открыв выход, спустил трап.

– Ну вот, это – мой дом, – Морриган ступила на трап и вдохнула сухой, горячий воздух полной грудью, подставив лицо яркому солнцу. – Господи, я там словно водой дышала, чертова планета…

Тэя встала рядом и, щурясь от яркого солнца, огляделась по сторонам.

– Двойная луна?! – девочка залюбовалась двумя низко висящими спутниками. – Я могу кратеры на них сосчитать!

– Не двойная, – покачала головой Морриган и буквально стащила Тэю с трапа, – гораздо круче, – она махнула рукой в другую сторону.

– Еще две?! – Тэя вертела головой. – Норт, смотри!

– Да-да, четыре луны и не заходящее солнце, – Норт опустил на глаза защитные стекла.

– Сатторианцы, – фыркнула Морриган, презрительно дернув плечом.

Ее кошачьи зрачки превратились в узкие линии, делящие ее бледно-голубые глаза на две равные половинки.

– Глаза у тебя просто жуткие, – восхитилась Тэя.

– Спасибо, милая, – Морриган, довольно улыбаясь, похлопала девочку по щеке и по-хозяйски направилась к административному зданию.

Она вообще все здесь делала по-хозяйски. В мгновение ока у корабля появился гравилет, и на него было перегружено тело Бирна. Морриган отдала распоряжения и, сев за руль другого гравилета, крикнула своим гостям:

– Садитесь!

Они безмолвно следовали за фургоном.

Тэя смотрела по сторонам, изучая новый мир, но ощущения ожидания, исходящие от Морриган, в итоге заставили сосредоточиться девочку на ней. Она боялась того, чего ждала. Это не просто пугало Морриган, это ввергало ее в ужас. Она впервые столкнулась с чем-то, чего не могла ни понять, ни постичь. И ей еще предстояло справиться с чем-то, с чем она никогда не сталкивалась. И она понятия не имела, как это сделать. То есть она догадывалась, но не была уверена, сможет ли это воплотить…

Тэя перевела вопросительный взгляд на Норта, но тот молча покачал головой, пресекая любые попытки общения. Пришлось ждать, пока они не прибудут на место. Ведь едут же они куда-то… Мир за окном был уже не так привлекателен.

Гравилет остановился на огромном утесе. Люди Морриган выгрузили ящик с телом и уехали. Тэя огляделась. Позади них стоял огромный дом.

– Бирн строил его для меня и наших детей… Мечтатель! – горькая усмешка скользнула по губам Морриган. – У нас не могло быть детей, ведь он был с Сандорры, но ему нравилось думать наоборот… Упертый сандорриец! Он дал мне все, что мог, все, что только мужчина может дать женщине и… оставил меня одну! – конец фразы Морриган прокричала, склонившись над ящиком с телом, тут же рыдания согнули ее пополам, и она бессильно рухнула на землю, дав наконец-то волю душившим ее эмоциям.

Норт легким движением усадил Тэю на валун и подошел к рыдающей подруге. Он опустился на землю рядом с ней, прижал ее голову к своему плечу, он что-то говорил ей и гладил ее волосы… Горе. Вот что поглотило сознание Тэи при первой встрече с Нортом. Это было его горе от потери любимой. То, что шло сейчас от Морриган, было очень похоже на то, что накрыло тогда с головой сознание Тэи. Горе… Сейчас Тэя осторожно блуждала внутри этой эмоции, которая окутывала ее, заполняя все пространство вокруг. Морриган была невероятно сильна, Норт был прав.

Но с той же невероятной силой она быстро и твердо взяла себя в руки и встала, коротким движением утерев слезы.

– Займемся делом, – сказала она и без лишних слов открыла ящик. – Ты пока отойди, на всякий случай, – велела она Норту и добавила, обведя их с Тэей взглядом: – Сейчас всем тихо.

Она встряхнулась, потерла ладони друг о дружку, положила их на лоб человека, которого любила больше всего на свете, и закрыла глаза.

Норт и Тэя напряженно следили за ее лицом. Оно стало бледным. Глаза быстро двигались под опущенными веками. Напряжение нарастало. В какой-то момент ее лицо исказила гримаса отчаяния и боли, и в этот момент Норт опустил свои широкие ладони поверх ее рук, питая и усиливая ее энергию. Сознание Норта словно закрутилось по краю черной воронки, которая стремилась затянуть его в неведомое ничто…

– Тэя… – прохрипел он.

Две теплые ладошки легли поверх его рук. Ее сознание ярко вспыхнуло в общем хаотичном потоке, и Норту удалось ухватиться за него, как за якорь, остановив полет в черную бездну, после этого он смог поймать сознание Морриган.

– Мор, держись, только не отпускай, – прохрипел Норт, вытягивая из воронки сознание подруги и следом ее мужа, извлекая их из самого сердца бездны. – Мор, держи его… – голос Норта был страшен.

Их сознания словно выплюнуло из пугающей черноты, они как будто парили в пространстве этого мира.

– Всё, Мор, можешь отпустить его, он в безопасности…

Со стоном, полным невероятной тоски, Морриган выпустила сознание любимого и позволила Норту вытащить себя в реальность. Когда оба открыли глаза, Тэя без сил рухнула на землю.

– Детка! – Морриган сама едва пришла в себя, но тут же бросилась к девочке. – Тэя, милая, – она шлепала девочку по щекам.

– Больно, – Тэя открыла глаза и рывком обняла Морриган, – тебе было больно…

– Ох, милая… – Морриган обняла девочку и погладила ее по голове.

– Солнце садится, Мор, мы должны похоронить его, – Норт, с трудом двигаясь, взял пару роботов, грузовую платформу и отправился в лес – им были необходимы деревья для погребального костра.

Тэя посмотрела в глаза Морриган.

– Ты видела, как это произошло, теперь ты знаешь.

Молодая женщина кивнула.

– Он ничего не мог сделать, – она смотрела на тело мужа, – и застрял там, в этой бездне… Что это вообще такое? Я не могла вытащить его…

– Но мы его вытащили, – Норт положил первое бревно для погребального костра, – его душа обретет покой.

Солнце почти склонилось к горизонту, когда вспыхнул погребальный костер. Подул легкий ветер. Огонь тут же охватил все, скрыв от их глаз тело Бирна. Норт и Морриган взялись за руки и, закрыв глаза, подняли лица к небу. Оба были напряжены как натянутая струна. Тэя внимательно смотрела на них обоих, боясь пропустить хоть что-то, понимая, что сейчас, здесь, происходит что-то невероятно важное.

Неожиданно что-то метнулось вверх из огня и, рассыпавшись искрами, растворилось в лучах солнца, которое, скользнув по линии горизонта, снова начало восходить. Неожиданно Тэя ощутила невероятный восторг и радость. Чужой восторг и радость. Радость освобождения.

Морриган и Норт разом открыли глаза.

– Он свободен, – тихо сказал Норт.

– И так обрадовался, паршивец, – усмехнулась Морриган, покачав головой, и обняла Норта. – Спасибо тебе, – затем она нашла взглядом Тэю, – и тебе спасибо, дитя, я знаю, что ты сделала для меня сегодня.

– И пусть память не подведет тебя, – отозвался эхом Норт.

– Не подведет, будь уверен, – усмехнулась рыжеволосая красавица, – а теперь пойдем в дом, помянем одного упертого сандоррийца.

Двери дома распахнулись при их приближении. Тэя с любопытством огляделась по сторонам. Дом был не такой, как у Дэйви. Построенный из бревен и нашпигованный разной техникой, он производил странное впечатление.

– В этом был весь Бирн, – кивнула Морриган, уловив эмоции девочки, – с одной стороны, старомодный, с другой, обожал все новшества, которые хоть где-то появлялись.

– Но здесь… уютно, – подобрала слово Тэя, забравшись на диван.

– Да, Бирн знал в этом толк, – Морриган достала бутылку виски и плеснула в два стакана.

– Ты тоже много делала, – Норт взял свой стакан, – он был счастлив с тобой.

– За него, – Морриган подняла бокал, – за Бирна.

– За Бирна, – отозвался Норт, тоже подняв стакан.

– За Бирна, – прошептала Тэя, глядя на них.

Она впервые видела, как провожают мертвых и как с ними прощаются, и ей хотелось побыть с ними еще, но сражение с бездной обессилило ее, и ее глаза слипались. Норт, пригубив виски, поставил стакан и, подхватив девочку на руки, унес ее наверх, где уложил в одной из спален, и, чуть прикрыв дверь, он спустился вниз. Тэя провалилась в сон под их тихие голоса, и Ночной Страж снова неустанно толкал перед собой тяжелую тележку, на которой становилось все больше книг. Полки на стеллажах постепенно заполнялись, и их ряды становились все длиннее…

* * *

Луч солнца умудрился пробиться сквозь плотные жалюзи на окнах и скользнул по лицу спящей девочки. Тэя открыла глаза и села в кровати, не сразу сообразив, где она. А все вспомнив, с любопытством огляделась по сторонам. В комнате была мебель из дерева ручной работы с Эсстинга. Это не перепутать ни с чем! Такой цвет дерева, форма и резьба могли быть только произведением рук мастеров с Эсстинга. Простыни были оттуда же – хлопок из долины Междуречья очень ценился на рынках Шести миров. Хозяева дома умели жить и понимали толк в вещах. Тэя скользнула в душ, пару минут разбиралась с хитроумной системой, которая в итоге среагировала на голос. Выйдя из душа, девочка заметила приготовленную для нее чистую одежду из легчайшего хлопка, прохладная ткань приятно скользнула по коже. Наконец, девочка спустилась вниз. Там никого не было. Двери во внутренний двор были распахнуты, и оттуда доносились голоса. Тэя направилась туда.

– А вот и ты, – Морриган встретила ее радостной улыбкой.

Тэя улыбнулась ей, но все ее внимание было поглощено гладью бирюзовой воды в бассейне белоснежного камня. Тэя не сразу вспомнила слово «бассейн». Она впервые видела его воочию.

– Ну, ты хотела солнце, здесь его вполне достаточно, – донесся до нее низкий голос Норта.

– Привет, – обернулась к нему девочка и спросила: – Зачем столько воды?

– Купаться, – Морриган села рядом с Нортом в тень, – человеку необходимо охлаждаться на жаре.

– Понятно, – взгляд Тэи снова погрузился в воды бассейна.

– Иди, поешь, и окунемся, – улыбнулась Морриган.

Завтрак оказался на удивление вкусным и обильным. Здесь были разные диковинные фрукты с Сандорры и Эсстинга, что-то Тэя уже знала, что-то нет. Свежие булочки, сливочное масло, джем, сыры, мясо нескольких сортов.

– Давай ешь, на корабле такого нет, – усмехнулся Норт, соорудив себе внушительный бутерброд с мясом, сыром и овощами, – потом окунемся.

– Она… мертвая, – Тэя покосилась на воду.

– Конечно, она «мертвая», – усмехнулась Морриган, – в другой воде ты бы так не поплавала.

– Плавать? – брови Тэи озадаченно сдвинулись, а тост с маслом и джемом завис на полпути ко рту.

– Ты не плавала раньше? – спросила ее Морриган.

– Нет, – покачала головой Тэя, она из осторожности умолчала о Дэйви и озере в парке школы учителя Садхира, – у нас не было бассейнов, – моментально нашлась она.

– А, ну да, откуда на Севере бассейны, разве что ваши озера с ледяной водой, – усмехнулась хозяйка дома и сама с завидным аппетитом приступила к завтраку, словно не было вчерашнего полного горя дня.

Завтрак сопровождался непринужденной беседой ни о чем и легкой пикировкой между Нортом и Морриган. Тэя выступала в роли слушателя. После завтрака Норт уехал на корабль – там всегда хватало работы, а Тэю оставил с Морриган.

Едва он ушел, красавица скинула одежду и, оставшись в купальном костюме, повернулась к Тэе:

– Пойдем-ка окунемся, – и она с разбега прыгнула в бассейн.

Тэя осторожно коснулась воды босой ногой – теплая.

– Я там тебе приготовила купальник, должен подойти, – крикнула ей Морриган, проплыв уже два круга, мощными гребками разрезая воду.

Тэя нерешительно переоделась и подошла к воде. Конечно, она уже плавала с Дэйви, но это было давно, и девочка совсем не была уверена, что поплывет сейчас.

Она задержала дыхание и, зажмурившись, прыгнула, Морриган тут же подхватила ее и не дала уйти под воду.

– А ты молодец! – засмеялась она, помогая Тэе удержаться на поверхности воды.

Когда Тэя плавала с Дэйви, у нее не было ни сил, ни возможности понять, что такое вода, слишком много другого было вокруг и переполняло ее разум. Сейчас у нее появилась возможность полностью отдаться своим ощущениям, не отвлекаясь ни на что. Странная среда… Вес как будто другой… Тэя внимательно прислушивалась к собственным ощущениям… Но приятно, какая-то легкость в теле… Неожиданно она выпустила руку Морриган и скользнула по поверхности воды.

– Как для северянки, так совсем неплохо, – в голосе Морриган сквозило удивление.

Тэя плыла. Оказывается, она не разучилась. Это было странно, чудесно и неописуемо… Это было просто здорово!

– Норт не говорил, что ты умеешь плавать, – Морриган пристроилась рядом и приноровилась к грациозным движениям девочки.

– Я не была уверена, это было давно… – Тэю накрыло странное состояние эйфории.

Они сделали несколько кругов и потом просто перевернулись на спину в центре огромного бассейна. Лениво перебирая ногами и руками в воде, они нежились на солнце.

– Так ты остаешься с Нортом? – спросила Морриган.

– Вроде бы, – Тэя жмурилась на солнце.

– Он просил поговорить с тобой, но для начала я спрошу, – Морриган слегка повернула голову в сторону девочки. – Ты была у Дэйдре?

– Ага, – отозвалась Тэя.

– Эти две клуши – Мойра и Фиона – все тебе рассказали? – в голосе Морриган явно слышалась надежда на то, что щекотливой беседы удастся избежать.

– Даже больше, чем я хотела услышать, – со смехом ответила Тэя.

– О, слава Создателю! – Морриган даже нырнула от облегчения и снова легла на поверхность. – А как ты вообще? Тяжело с ним болтаться?

– Нормально, – Тэя плавно перебирала руками, словно взмахивая крыльями.

– Он хороший, – голос Морриган неожиданно дрогнул, – ведет себя иногда как последний негодяй, но на самом деле он настоящий. Однолюб и очень верный, как все эти чертовы сатторианцы. Он очень предан друзьям…

– Он дружил с твоим мужем? – осторожно спросила Тэя.

– Да, его лучший друг, – тихо отозвалась Морриган. – Мы все были у учителя Садхира, в его школе. Как я там оказалась? А где еще могло оказаться порождение Крунна и Тиоры?! Только на Саттории, только там в школе Обители нашлось для меня место. Ни на Крунне, ни на Тиоре не могли со мной совладать. А Учитель взял меня к себе. Встретил так, словно всю жизнь ждал такую, как я…

– Такую, как ты? – Тэя повернула голову в воде.

– Ведьму, – усмехнулась Морриган, – Норт ведь так меня зовет? Всегда так звал, – смех у нее был грустным. – Все мы: Бирн, я, Дэйдре и Норт, прошли через руки учителя Садхира, и он прочно засел в каждом из нас, каждый раз ловя на самом краю пропасти, – бесцветные глаза Морриган пронзили девочку пристальным взглядом. – Ты понимаешь, о чем я, верно?

Тэя медленно кивнула под ее гипнотическим взглядом.

– Ну, разумеется, – легкая улыбка скользнула по губам Морриган. – Норт говорил, что ты тоже была у него, он умеет оставить свой отпечаток в человеке…

Молодая женщина замолчала, и теперь Тэя слышала, как вода булькает в ушах. Еще одна странность сегодня. Девочка улыбнулась. Чуткий слух уловил с улицы звук гравилета.

– Норт! – радостно воскликнула она и поплыла к бортику бассейна.

Норт выглядел уставшим и измотанным, но он набросил девочке на плечи теплое от солнца полотенце и спросил:

– Как дела?

– Хорошо. – Тэя побежала переодеться.

Морриган лениво описала круг в бассейне.

– Присоединишься? – спросила она.

– Сперва в душ, – он ушел и через несколько минут с разбега нырнул в воду. – Ты всегда умела жить с комфортом, Мор, – сказал он, вынырнув из воды, и они довольно энергично проплыли несколько кругов.

Постепенно сбавив темп, Норт посмотрел на севшую в тени Тэю и тихо спросил Морриган:

– Ты поговорила с ней?

– Разумеется, – красивые губы женщины растянулись в улыбке, – ты таскал ее к Дэйдре, как ты думаешь, она отпустила бы с тобой ребенка, не дав ей самое подробное руководство к действию?!

– Дэйдре… Точно, – было видно, что Норту это даже в голову не пришло, – так эти две курицы не только наряжали ее как куклу, – он покачал головой. – Ну, что за умница…

– Не то слово, – подхватила Морриган, – избавила меня от такого счастья! – она внимательно посмотрела на друга. – Что-то ты устал…

– Мотался на встречу к человеку Брока, – Норт поплыл к бортику. – У нас новый заказ, – сказал он громко, обращаясь к Тэе, и через минуту одним движением оказался на белоснежном краю бассейна, в него тут же влепилось полотенце. – Спасибо, – кивнул он девочке и накинул полотенце на плечи.

– Новый заказ? – спросила Тэя, протянув ему стакан воды.

Норт кивнул и одним глотком осушил стакан.

– Завтра утром уходим.

– Что ж, до утра вы – мои гости, – Морриган выскользнула из воды, дала ей струйками стечь по своему безупречному телу и завернулась в поданное Нортом полотенце.

Просто ослепительная красавица! Тэя не переставала восхищаться ею.

– Ты действительно считаешь меня красивой? – спросила Морриган, набрасывая халат.

Тэя насторожилась.

– Да расслабься ты, это на поверхности, прямо вот здесь, – Морриган провела ладонью по воздуху вблизи лица девочки, – а дальше твоя чертова стена из черного камня, или его чертова стена из чертова камня, – проворчала она.

– Все долбишься? – Норт расслабленно сидел в плетеном кресле.

– Пытаюсь, – Морриган пожала плечами и устроилась на легкую кушетку рядом. – Что хотите на обед?

– Мясо, – не сговариваясь хором отозвались ее гости, и Тэя засмеялась.

– Семейка, – усмехнулась Морриган и откинулась на подушки. – В какую дыру на этот раз? – спросила она Норта.

– Стикс, – коротко ответил он.

– О боже, умеешь ты находить места! – Морриган дернула плечами.

– Они меня сами находят, – Норт плеснул себе виски. – Не забудь о моей просьбе, Мор.

– Если хоть что-то всплывет, сразу к тебе, без малейшего промедления, – твердо ответила Морриган и посмотрела на Тэю. – Ох, детка, рано ты переоделась. Ты этот бассейн еще не раз вспомнишь в этом адовом пекле! Залезай-ка обратно, пока можешь!

Остаток дня прошел в странном безделье между столиком с едой и бассейном, и в момент, когда солнце, скользнув по горизонту, снова пошло на восход, они отправились спать перед предстоящим отлетом.

Часть 4. Стикс – Калипсо – Эсстинг

Удивительно, но Тэе было жаль покидать Эйрис. Хотя Норт и не доверял Морриган так, как Дэйви, в ее доме было уютно и красиво. Тэя внезапно осознала, что, оказывается, ей нравится жить в доме. Ей было уютно и безопасно у Дэйви так, как не было больше нигде, и глубоко в душе у нее теплилась надежда вернуться туда, в Белый город. В маленький уютный внутренний дворик с журчащим фонтанчиком, усаженный яркими ароматными цветами, где теплый ночной воздух звенел от тишины и было удивительно спокойно…

Тэя тяжело вздохнула и продолжила перебирать блок энергосистемы. Норт поменял поврежденный на новый, и теперь необходимо было починить этот. Переход был недолгий, они летели на Стикс. «Адово пекло», звали его люди и были не так уж неправы. Планета вулканов и землетрясений. Там было три материка, два относительно стабильных, а третий бесконечно взрывался от извержений. Небо над ним было постоянно черным от вулканического пепла. Там было несколько гравитационных модулей с рабочими, которые приезжали сюда на полугодовые или годовые смены. Зачем? В этом адовом пекле с каждым извержением из недр выбрасывался совершенно уникальный металл, прозванный в Шести мирах «стиксовской сталью». Сверхпрочный, сверхредкий, сверхценный, сверхдорогой. Голубая мечта оружейников Эсстинга, Сандорры и Крунна, которые вручную ковали из него самое высококачественное холодное оружие. Это было не просто оружие, это было произведение искусства! Присовокупить хотя бы один такой клинок к своим трофеям мечтал каждый коллекционер-оружейник Шести миров. Это не значило, что в других мирах оружие не делали, делали и еще какое! Ножи Саттории и кинжалы Тиоры были самым востребованным товаром в преступном мире. Зачем далеко ходить, два таких ножа с изогнутыми ручками постоянно висят на поясе Норта, и даже у самой Тэи есть нож. Девочка отложила детали и достала нож.

«Норт», – подумала она.

«Что?»

«У меня нож из стиксовской стали?»

«Разбежалась. Обычная сталь, фабричное производство».

«А твои ножи из стиксовской стали?» – не унималась она.

«Мои – да».

«Дашь посмотреть»?

«Когда работу закончишь», – Норт был непреклонен, он сам никогда не сидел без дела и ей не давал.

«Это еще долго», – Тэя с тоской передала ему картинку разобранного блока.

«Ничего, время есть», – она прямо увидела ухмылку на его лице.

Норт чинил приводящую систему внутренних створок стыковочного шлюза и послал Тэе не менее живописную иллюстрацию процесса. Да, объем его работы в разы больше, вздохнула девочка и вернулась к своему заданию…

Но глаза боятся, руки делают, и вскоре Тэя собрала реанимированный блок.

«Я всё», – сообщила она Норту.

«А я нет».

«Можно к тебе?»

«Ну, рискни… Воды захвати!»

«Хорошо!»

Тэя вприпрыжку побежала по знакомым сумрачным коридорам с дежурным освещением. Захватив из холодильника бутылку воды, она прибежала к Норту.

– На, – она протянула воду и покосилась на брошенный на пол широкий кожаный пояс сатторианца с вожделенными ножами.

Норт не спеша осушил бутылку, девочка уже пританцовывала от нетерпения.

– Ладно, возьми. Осторожно! – разрешил, наконец, он.

Тэя едва дыша двумя руками достала увесистый нож из ножен и положила на пол, затем достала свой и положила рядом. Норт продолжал работать, время от времени бросая на нее мимолетные взгляды. Она действительно смотрела на нож. Точнее в нож. Он увидел, что ручеек ее сознания вошел в структуру стали и тщательно изучает ее вплоть до молекулярных связей. Это Норт тоже умеет, никто не сможет его «нагреть», подсунув дешевку. Так вот что ей было интересно… Тэя «вышла» из клинка Норта и «погрузилась» в свой нож. Там все было просто и незамысловато, штамповка, а вот здесь… – Тэя снова погрузилась в клинок Норта – здесь все было словно живое! Сам металл словно продолжал жить, внутри продолжалось движение, шли какие-то процессы…

– Как он при этом держит форму?! – воскликнула она.

– Тоже заметила? – Норт кивнул на инструменты. – Дай ключ.

Тэя не глядя взяла и протянула нужный ему ключ, продолжая буравить сатторианца взглядом в ожидании ответа.

Норт затянул болт и вытер лоб.

– Кузнец придает ему форму, он не подмешивает ничего инородного, металл остается первозданным – живым, какой он есть в природе, он продолжает жить в приданной ему форме, которая закрепляется по древнейшей технологии, – и Норт послал ей картинку того, как закаливают сталь.

– О! – воскликнула Тэя, буквально «услышав» шипение охлаждаемого металла.

– Если посмотришь еще, увидишь мысли и мечты мастера, о чем он думал, делая этот нож, – в глазах Норта скользнула улыбка.

Тэя снова погрузилась в клинок и вскоре действительно увидела кузнеца, и его сынишку, который вертелся рядом, ученика, который следил за каждым ударом мастера… Словно она распахнула окно в чужой мир!

– Не увлекайся сильно, – одернул ее Норт, увидев, как глубоко она ушла.

Тэя тут же вернулась, тряхнув головой. Она уже слышала голоса людей, ее окутал зной и запахи Эсстинга…

– Что я тебе говорил? – сурово спросил Норт.

– Прости, – Тэя быстро, но бережно вложила его нож обратно в ножны.

– При чем тут прости? О себе подумай! Хочешь пополнить ряды безумцев, растерявших свое сознание в предметах?

– Но ты же сам сказал…

– Я не велел уходить туда, – сурово сказал Норт, – посмотрела и обратно. Не застревай так больше.

– Больше не буду, – Тэя тяжело вздохнула, понурив голову.

– Собери мне «катушку», вон, возле тебя лежит, – голос Норта снова звучал ровно.

Поняв, что он не сердится, девочка, немного взбодрившись, начала собирать воедино детали «катушки».

– А после Стикса мы куда? – спросила она, ловко работая руками.

– На Калипсо, надо доставить товар. Брок никому не доверяет, придется рискнуть, – легкая тень пробежала по лицу Норта.

Тэя не мигая смотрела на него. Излишне напоминать ему, что Сальваторе велел держаться подальше от центральных планет Шести миров, Норт и сам это помнит, поэтому он такой мрачный.

– Пройдем теневыми коридорами, сядем ночью, – Норт протянул руку за «катушкой», и Тэя тут же подала ее сатторианцу.

Норт мельком взглянул на блок, а хорошо собрала! Она вообще толковая… Норт жестко одернул себя и вернулся к работе.

Тэя задумалась. После своего переименования Эсстинг отдал свое изначальное название – Калипсо – первой же найденной экзопланете, которая оказалась пригодна для жизни, она принадлежала к директории Эсстинга и находилась на границе Периферии и Центра. Там еще чувствовалась власть Центра, но было уже вполне себе сформированное теневое управление. Такой приют полулегального бизнеса, где за видимым соблюдением закона творили темные дела. Там же была одна из крупнейших тюрем Шести миров – «Парадиз». Название не имело ничего общего с сутью – это была одна из самых страшных тюрем Шести миров. Словом, планета была довольно мрачной, и Тэя испытывала определенную тревогу при мысли о необходимости высадки на ней.

– Не волнуйся о том, что только предположительно будет, – прервал ее размышления Норт, он закончил возиться со створками шлюза и собирал инструменты, – мы еще не перехватили груз.

– А как мы его перехватим? – Тэя с усилием прогнала тягостное предчувствие.

– А вот это уже вопрос по существу, пойдем, – Норт легко подхватил тяжелую сумку и направился в рубку, Тэе не оставалось ничего другого, как пойти за ним.

Норт расположился за центральным столом в рубке и активировал карту Стикса, чья голограмма вращалась теперь над столом. Норт увеличил сектор космоса вокруг планеты.

Тэя заняла место рядом с Нортом и внимательно смотрела на планету.

– И чего там опасного? Сами сидят в кабинах и управляют роботами, – пожала плечами девочка.

– Все не так просто, – Норт был серьезен и собран, – в зоне вулканов очень нестабильная гравитация. Малейшая ошибка дежурного по смене – и платформа падает прямо в раскаленную лаву.

Теперь все и впрямь выглядело пугающе. Тэя подобралась.

– Мы не пойдем на саму планету, – Норт уменьшил планету, снова увеличив пространство вокруг. – Добытый металл отливают в слитки, раскладывают по ящикам и формируют партии к отправке на одном из складов Харона, вот здесь, – Норт едва коснулся на голограмме ближайшего пригодного для относительно нормальной жизни материка.

Харон, ну и название! Тэя повела плечами – да и у планеты-то не лучше! Река мертвых. Хотя, возможно, если вечно льющую лаву принять за реку и учесть, сколько народа там погибло, они недалеко ушли от истины. Второй пригодный для жизни материк носил название Тефида – в честь матери самой Стикс…

– Когда заказанная партия сформирована, ее грузят на транспортное судно и отправляют в метрополию, – продолжал говорить Норт, – стараются сформировать караван из трех-четырех судов и у него есть охрана, – Норт вывел картинку, – боевые истребители класса «Феникс».

– Вот это да, – пробормотала Тэя, задание становилось все невыполнимее, – у нас даже зарядов для таких нет.

– Если сделаем все как надо, они и не понадобятся, – Норт потрепал ее макушку и, убрав картинку истребителя, вернул картинку космического пространства вокруг Стикса. – Есть информация о готовящемся налете на караван у зоны перехода, вот здесь, – Норт обозначил сектор. – Мы подождем, пока все закончится, и потом перехватим груз, – сатторианец перевел взгляд на Тэю, та молча смотрела на него. – Им придется отвести захваченный корабль в безопасную зону, чтобы перегрузить товар, а там будем мы.

– Нас двое, – Тэя для наглядности подняла два пальца, – на старой развалюхе с убогой пушкой. Что я упускаю?

Норт неожиданно рассмеялся и взъерошил ей волосы.

– Нас будет больше, – сказал он, – и, если повезет, сменим корабль.

Тэя встала.

– Я, пожалуй, пойду, – сказала она и метнулась в свою каюту, собирать свои сокровища.

Норт довольно ухмыльнулся и погрузился в изучение планов и карт, которые предоставил ему Брок.

* * *

Тэя впервые участвовала в таком нападении. Они дождались момента, когда команда налетчиков посадила захваченный корабль на стабильный астероид, а затем вышли из гиперпространства. Севший корабль максимально уязвим, так учил ее Норт. Тэя была в рубке, в кресле рядом с сатторианцем, в тот момент, когда одновременно с ними из своих тоннелей вышло еще три корабля, и это зрелище невероятно впечатлило ее.

– Вот это да! – восхищенно воскликнула она.

Корабли были не ровня их развалюхе! Взгляд Тэи скользил по безупречным линиям матовых корпусов, по внешнему боевому оснащению прибывшего подкрепления, и Норт прямо-таки чувствовал ее возмущение тем, что они летают на таком допотопе. А она быстро вошла во вкус, усмехнулся он про себя.

Три пришедших на подмогу корабля прицельно обстреляли астероид, не задев находящиеся на нем корабли.

– Вы поняли, что от вас требуется? – обратился к людям на астероиде Норт, направив на них яркие прожектора.

Тэя видела, как люди, сновавшие между кораблями, опустились на колени и, отбросив оружие, заложили руки за голову.

– Иду на посадку, всем быть настороже! – передал пришедшим на помощь Норт и посадил свой корабль на астероид. – Этот корабль тебе больше нравится? – Норт кивнул на корабль горе-пиратов, Тэя с готовностью кивнула – корабль был очень даже неплох!

– Тогда пойдем и заберем его, вместе с грузом, – Норт встал со своего кресла и, подхватив сумку с давно уложенным арсеналом оружия, вскинул взведенный карабин на плечо и направился к выходу, Тэя бросилась за ним.

Оказавшись снаружи, девочка глотнула разреженный воздух и ее слегка повело.

– Иди на корабль, быстрее, – скомандовал ей Норт, кивнув на почти новый «Скиф» неподалеку. – Весь груз перенесли? – спросил Норт у одного из стоящих на коленях людей.

Тот поспешно кивнул. Норт увидел, что налетчик не лжет.

– Вся команда здесь? – Норт бесцеремонно вскрыл сознание сандоррийца, не дожидаясь подтверждения, и, изъяв всю необходимую информацию, довольно кивнул. – Все, – и продолжил: – Когда мы уйдем, сможете забрать мой корабль, топлива там на один переход до ближайшей планеты. Полагаю, ближе Стикса здесь ничего нет. – И вскинув карабин на плечо, он легко поднялся по трапу только что захваченного корабля.

Едва они взлетели и отошли от астероида на безопасное расстояние, три корабля, обеспечивающие им заслон, исчезли в гиперпространстве.

– И нам пора, – Норт уверенно управлял новым кораблем, и через пару секунд они тоже вошли в тоннель.

Тэя с любопытством озиралась вокруг.

Норт поставил автопилот и сказал, вставая:

– Пойдем, осмотримся.

Он уверенно передвигался по переходам и уровням, очевидно, что этот тип корабля был ему хорошо знаком. Для Тэи же все было внове, и она без конца задерживалась, разглядывая то одно, то другое. Коридоры и переходы не являли собой внутреннюю сторону корпуса корабля, а были отделаны панелями, на которых было много всяких табло и панелей с резервными блоками управления, все было в рабочем состоянии и мигало и переливалось разноцветными огоньками, подсвечивающими показатели работы систем корабля.

– Тут все такое… – Тэя даже не могла подобрать слово, не новое, не навороченное…

– Крутое, – подсказал Норт.

Тэя прислушалась к слову и его наполнению.

– Да, крутое, – согласилась она.

Ей не терпелось посмотреть жилые каюты, но Норт сначала хотел осмотреть трюм.

Наконец, они добрались до дверей трюма и остановились перед кодовым замком. Норт не мешкая выдвинул панель и ввел нужную комбинацию.

– Откуда ты знаешь код? – спросила Тэя.

– Я практически вскипятил мозг капитану, я знаю все об этом корабле. – Двери трюма разъехались в стороны, и они шагнули внутрь.

Все ящики были на месте, даже больше, чем заказывал Брок, что сулило дополнительную прибыль. Норт был доволен.

– Ну, пойдем, выберешь каюту, – сатторианец закрыл створки отсека, и они направились в жилую зону.

«Скифы» были отлично оснащены. При полной комплектации в них были дезинфекционные камеры, медотсеки, снабженные «ложами» – сложнейшими системами реанимации и жизнеобеспечения, были даже эвакуационные шаттлы. На прежнем их корабле была одна спасательная капсула, Норт даже не был уверен, была ли она вообще пригодна для использования.

– Давай полетаем на этом корабле подольше! – радостно воскликнула Тэя, когда они оказались в столовой.

Девочка распахнула холодильник и обнаружила там армейские пайки. А эти ребята неплохо устроились! Норт тоже заглянул в холодильник. Ух ты, у них и пиво есть!

– Я не буду пополнять это, когда все закончится, – сухо сказал он.

– Снова консервы и вода? – радость Тэи померкла.

– Так проще, не придется лишний раз светиться и одалживаться, ты представить себе не можешь, чего стоит закупать такую провизию, – Норт захлопнул холодильник. – Снабжение и обеспечение корабля – один из верных способов отследить нужную команду. На рынке это не купишь, нужны связи на армейском складе, пусть и через посредников, но это цепочка в конце концов приведет к нам, – терпеливо объяснил Норт. – Когда мы можем, мы же покупаем фрукты и овощи?

– Покупаем, – кивнула Тэя, – но редко, и ты не умеешь их делать вкусно…

– Учись сама готовить, – терпение Норта закончилось, и он пошел к жилым каютам.

– У кого? – почти беззвучно спросила Тэя, глядя в его удаляющуюся спину.

Норт занял каюту капитана, она была просторной и, по сравнению с прежней его каютой, даже комфортабельной.

– А мне куда? – спросила его замершая в открытых дверях девочка.

– Любая каюта на выбор, только барахло чужое выбрось, – Норт уже бесцеремонно собирал вещи капитана в мусорный мешок.

Тэя обошла все каюты, они были однотипными. И девочка, выбрав самую чистую, тоже принялась за уборку.

– Из остальных кают тоже все выбросим? – спросила она Норта, выволакивая полный мешок в коридор.

Их отсеки оказались наискосок.

– Тебе мешает? – крикнул Норт из своей каюты.

– Я их чувствую, – мрачно сказала девочка.

– Давай все выбросим, – Норт тут же вышел из своего отсека с пустым мешком.

Вот это Тэя никак не могла понять, какие-то совершенно необходимые вещи он отказывался делать наотрез, но иногда ей даже не приходилось объяснять, почему ей необходимо то или другое.

Вскоре они вычистили весь корабль, вышвырнув все чужое барахло в утилизатор.

– Надеюсь, он справится, – Тэя покосилась на дребезжащую от натуги установку.

– Переживет, – Норт хлопнул ладонью по корпусу утилизатора и посмотрел на девочку. – Перекусим?

Она не могла больше сердиться. Она вообще не могла ни сердиться на него, ни обижаться.

– Это бесполезно, – кивнул Норт, распахивая холодильник.

Опять он ее слышал!

– Я все слышу, когда ты уже поймешь? – Норт прочитал надпись на пластиковом контейнере, пожал плечами и бросил на стол. – У них и десерты есть, ты посмотри только! – Норт достал баночку с чем-то зеленым. – Желе, – его передернуло, – нет, спасибо!

– Ага, твои консервы самое то, а желе на десерт: «Нет, спасибо»?! – засмеялась Тэя, но открыв банку с зеленым содержимым, она поморщилась и выбросила ее в утилизатор. – Ты был прав, – согласилась она.

И порывшись в холодильнике, она достала себе телятину с картофельным пюре и овощным рагу, так, по крайней мере, гласила надпись на коробке.

Еда оказалась вполне сносной, и после обеда обоих начало клонить в сон – сутки выдались беспокойными. Тэя провалилась в сон, едва коснувшись подушки, предоставив Ночному Стражу разбираться с ее знаниями и эмоциями.

Норту же поспать не удалось. Едва он закрыл глаза, запищал коммуникатор. Норт взглянул на экран – Саго?!

– Что случилось? – спросил сатторианец, рывком сев на койке.

– Я не могу просто позвонить? – усмехнулся Саго.

– Ты – нет, и любой другой тоже. Не мне.

– Хорошо. Я знаю, что ты идешь на Калипсо, – голос Саго пробивался сквозь помехи гиперпространства. – Перед посадкой поговори с Сальваторе, он хочет встретить тебя у точки выхода. Свяжись с ним по прямому номеру, он тебе давал… Его никто не прослушает, у него есть важная информация для тебя. Не садись на Калипсо, пока не поговоришь с ним.

– Ты знаешь, в чем дело? – Норт уже стоял, напряженно держа коммуникатор около уха.

– Только в общих чертах, ты должен поговорить с ним! Ты не представляешь, что за бучу вы подняли там, на Дэйне! – треск помех почти перекрыл последнюю фразу. – Ладно, связь плохая, я отключаюсь. Свяжись с Сальваторе!

Радиопомехи щелкнули по барабанной перепонке, и Норт отшвырнул коммуникатор на койку. Описав несколько кругов по каюте, он прикинул, сколько им еще до выхода из гиперпространства, и, снова взяв коммуникатор, направился в рубку.

Оттуда он вызвал Сальваторе.

– Что случилось? – прямо, без лишних вступлений, спросил сатторианец.

– Погоди минутку, милая, – тут же отозвался федерал, и Норт явственно увидел полный кабинет людей, и как Сальваторе встает и выходит в коридор. – Все слишком серьезно. Мы должны увидеться до того, как ты сядешь. Вопрос жизни и смерти.

– Чьей жизни? – сдержанно спросил Норт.

– Вашей.

– Понял. Можешь принять координаты?

– Говори.

Норт продиктовал координаты и сказал время выхода.

– Я буду ждать там. Твой корабль сможет состыковаться с «Молнией» пятого поколения?

– Я на «Скифе», думаю, без проблем.

– О, ты разжился неплохим кораблем, – донесся до него голос Сальваторе. – Да, проблем не будет. До встречи!

– До встречи, – Норт выключил коммуникатор, и его взгляд устремился в бездонную черноту гиперпространства в обзорном экране.

Что еще там могло стрястись?! Вариантов было масса, и ломать над ними голову сейчас бессмысленно…

Норт встряхнулся и отправился спать. Он должен восстановиться, после выхода им скучать, судя по всему, не придется.

* * *

Сальваторе ждал их у точки выхода, как и обещал. Едва ступив на борт «Скифа», он, убедившись, что Тэи поблизости нет, увлек Норта на мостик со словами: «Нам надо поговорить».

На мостике Норт стряхнул с себя руки федерала:

– Какого черта происходит?!

– Руководители моей группы хотят допросить твою племянницу, но это полбеды, – Сальваторе машинально огляделся, как человек, привыкший к постоянной прослушке. – Я не знаю, в чем дело, но другой отдел тоже очень сильно интересует твоя племянница.

– Какой отдел?

– Другой, – с нажимом сказал федерал, – они перелопатили все твое генеалогическое древо!

– Мне никто ничего не сказал, – Норт пристально смотрел на Сальваторе, если бы хоть с кем-то из семьи говорили, ему сообщили бы в первую очередь!

– А они и не говорили ни с кем, у них доступ к генетическим базам данных. И знаешь, что они там нашли? Ни черта они там не нашли! То есть записи о ней есть везде, и даже цифровой генетический код – вызывает вопросы, но существует, а вот проб ее крови нет!

Черт… Норт провел рукой по лицу. Кук сделал все, что смог, все, что от него зависело…

– Потеряли или разбили, – Норт стоял до последнего.

– Норт, мне плевать, кто она тебе и откуда она. Она с тобой в безопасности, большего мне знать не надо. Но на тебя объявлена охота из-за нее. Негласная. По всем представительствам Агентства разосланы ориентировки на тебя. Они подняли и обновили все ордера на тебя, которые Саго смог аннулировать после твоей работы с агентом Бюро. Кто-то их крепко держит за горло, мужик, так крепко, что у них уже кислород в мозг не поступает. Совсем. Если засекут тебя, могут сделать все что угодно. Кто-то на них вышел, я не знаю кто – с такой степенью секретности я еще никогда не сталкивался, но им позарез нужна твоя племянница.

– Я должен сесть на Калипсо! – Норт ударил ладонью в переборку, оставив там вмятину.

Сальваторе поднял бровь, посмотрев на отпечаток ладони на довольно прочной перегородке, но вернулся к разговору.

– Насколько это важно?

Норт провел рукой по своему горлу.

– Они не знают, что ты сменил корабль, у них еще значится «Орфей». Если не задержишься, то, может, все обойдется.

– Так, и они не знают сроки, когда я должен прибыть?

– Нет, ордер на год.

– Хорошо, можем проскочить.

– Норт, ты знаешь, кто ее ищет? Тебе нужна помощь? – Сальваторе смотрел в глаза сатторианца.

Он действительно хотел помочь. Норт покачал головой.

– Только догадываюсь, – сказал он, – абстрактно. И тут ни ты, ни кто-то другой мне не помощник, – усмехнулся он. – Если я не справлюсь, то никто уже не поможет. Ты рисковал ради нас на Дэйне и сейчас. Этого достаточно. Спасибо. За мной долг.

– Никаких долгов, мне с тобой ни в жизнь не рассчитаться, – Сальваторе протянул руку, и сатторианец крепко пожал ее. – Ладно, полечу, пока не хватились. Будь осторожен.

– Хорошо, удачи.

– И пусть не пересекутся наши пути, – улыбнулся федерал.

– Пусть Создатель разведет их, – отозвался Норт.

– Наконец-то я узнал окончание, – улыбнулся Сальваторе и шагнул в стыковочный шлюз.

Через пару минут его корабль отвалил от борта «Скифа» и еще через минуту исчез в гиперпространстве.

Норт повернулся к обзорному экрану и посмотрел на планету в черном пространстве. У него все заныло от дурных предчувствий, но ему нужны были деньги. Просто позарез нужны. Он уже связался с Сэтом, и тот заберет у него лишние ящики драгоценной стиксовской стали, плюс к тому, что даст Брок, и все, что у него накоплено, возможно, уже и хватит на «Новый Орион», и тогда он сможет утолить этот неумолкающий зов кровной мести, который звучал все громче в его сознании, вновь наполняя его пустотой…

– Мы уже на месте? – Тэя вошла в рубку свежая и отдохнувшая.

– На месте, – кивнул Норт.

– Что-то случилось, – Тэя быстро огляделась, собирая остатки информации. – Здесь кто-то был… – ее блуждающий взгляд остановился на вдавленном отпечатке ладони в стене. – Что здесь произошло?

Норт смотрел на нее пару минут, а потом решив: «Какого черта»! – рассказал ей всё.

– Тебя ищут.

Тэя, не сводя с Норта потрясенного взгляда, опустилась в кресло штурмана:

– Кто меня может искать?

– Думаю, те же, что пытались заполучить тебя на Саттории в Линнее, помнишь, ты еще ела мороженое в кафе? – Норт тоже сел.

Тэя медленно кивнула.

– В посреднике было гостевое сознание, и ты сказал им, чтобы выходили на тебя напрямую, если у них есть вопросы обо мне, – сказала девочка, и ее взгляд остановился на Норте. – Похоже, они решили так и поступить.

– Не о тебе конкретно, они говорили о «грузе», – Норт поморщился.

– Точно, они не говорили с тобой о девочке, они как будто играли в кошки-мышки, – вспоминала свои ощущения Тэя.

– И до сих пор играют. Такое впечатление, что они не совсем понимают, что ищут.

– Ты можешь сейчас передать наш груз в космосе? – неожиданно спросила девочка.

– Пока Брок найдет, кому сможет доверить такую партию стали, нас тут несколько раз повязать успеют, причем не особенно спеша, – покачал головой Норт. – Проще сесть и быстро разгрузиться там. Там, в порту, будут его люди. И мне понадобится твоя помощь.

Тэя вскинула голову и едва смогла сдержать радость.

– Какая?

– Ты сходишь на встречу с Сэтом, он передаст тебе деньги, за те ящики, что идут сверх заказа. У меня в это же время встреча с Броком, он сам будет сопровождать груз до представителя заказчика.

– Как у вас все сложно…

– Проблемы у нас с доверием, – согласно кивнул Норт.

– А Сэт не может сам приехать за грузом?

– И рисковать быть застуканным при разгрузке «левого» товара? Он здесь вполне легально по своим делам, он законопослушный гражданин и хочет таковым и остаться. Груз отдельно, деньги отдельно. Чтобы одно в случае захвата не удалось связать с другим, – терпеливо объяснил сатторианец. – Так ты в деле? – спросил он.

– Да.

– Не боишься?

Тэя заглушила голос разума.

– Нет, я быстро и незаметно, – заверила она.

– Хорошо. Так, говори со мной только голосом – там везде агенты, не дай бог тебя засекут!

– Поняла, – кивнула Тэя.

– У них есть твой портрет, нигде не светись, – продолжал Норт, – ни с кем не общайся, кто бы что ни спросил – ты немая и глухая, ясно?

– А такие есть? – в ужасе спросила Тэя.

– Будут, – мрачно пообещал ей Норт, не хотел он ее отправлять, но выхода не было – люди уже ждали. И срыв такой поставки мог привести к более фатальным последствиям – на него уже открыли охоту федералы, сорвет поставку, к ним присоединятся еще и свои, поэтому он спросил снова: – Ты точно уверена?

– Точно, – кивнула Тэя, заткнув свою интуицию, она отчаянно хотела помочь Норту.

– Тогда садимся, и будь что будет! – сатторианец перевел рычаги вперед и, взяв штурвал в руки, повел корабль на планету.

* * *

Едва они сели в транзитном порту, Норт сообщил об их прибытии Броку, и тот отправил к ним своих людей, чтобы забрать груз. Пока они разгружались, сатторианец связался с Сэтом, и едва отъехал один фургон, к грузовому шлюзу подъехал второй. Смуглый эсстингианец, прибывший на нем, зорко следил за рабочими. Норт знал прибывшего посредника по прежним делам, и у него не было причин для волнений.

– Сэт ждет вас здесь, – кристалл скользнул в ладонь сатторианца.

– Хорошо, – Норт проводил взглядом последний ящик, – десять.

– Десять, – кивнул посредник, и фургон покинул транзитный порт.

Норт поднялся на борт корабля и, взглянув на часы, повернулся к Тэе.

– Нам тоже пора, – он передал девочке кристалл, – вот адрес.

Тэя нырнула в кристалл без декодера и кивнула.

– Давай покажу, где это, чтобы не заплутала, – Норт активировал карту города, и они дотошно изучили маршрут и различные пути отхода.

Сатторианец с сомнением смотрел на девочку.

– Я справлюсь, – Тэя натянула на голову капюшон тонкой куртки.

– Там солнце в зените и внизу градусов двадцать, не меньше, – сказал ей Норт.

– Мне, может, голову напекло…

– На Калипсо? Здесь солнечные лучи падают на поверхность планеты под таким углом, что почти не греют ее, только воздух, а ультрафиолет из-за особенностей атмосферы почти не попадает на планету, и люди ходят белее белого!

– Точно, – Тэя вздохнула и стянула капюшон и куртку заодно.

– Возьми солнцезащитные стекла, вот это точно не помешает – солнце здесь яркое.

Тэя порылась в своей сумке через плечо и извлекла из нее стекла. Надев их, она повернулась к Норту.

– Да, так лучше, – сатторианец встал. – Все, пошли. Подброшу тебя до города, а там уже ты сама.

Тэя кивнула, и они вышли с корабля.

Норт высадил ее, едва они миновали пригород. Тэя уверенно пошла по улице. Город был удивительно некрасивым. Сразу было видно, что людей здесь совершенно не заботил общий вид их города, застраивался он хаотично, по мере необходимости, вокруг беспорядочно возникающих условных центров, будь то транзитный порт или тюрьма. Здания из темного камня с узкими окнами, больше напоминающими бойницы, выглядели довольно пугающе. Блеклая зелень чахлых деревьев совсем не оживляла пейзаж, и даже, наоборот, делала все более унылым. Яркое солнце не дарило им жизнь, а словно бы забирало ее.

Тэя шла по улице как человек, который давно ходит этим маршрутом. Никто не заподозрил бы, что она не отсюда. Сэт ждал ее на площади возле городского рынка. Тэя видела, что она уже рядом, но не было ничего, что говорило бы о наличии здесь столь людного места – ни запахов еды или пряностей, ни шума толпы, ни спешащих домой с покупками горожан. Тэя стояла на пустынном переходе, пережидая сигнал светофора и разглядывая редких прохожих. Они были бледными и блеклыми, как и все вокруг.

«Какой унылый город, – подумала девочка, перейдя наконец улицу, – какое-то здесь все тухлое».

«Заткнись, тебя засекут», – раздалось в ней.

«Давай больше сюда не поедем?» – Тэя игнорировала недовольство Норта.

«Если я тебя здесь оставлю, то и не…»

Норт пропал. Тэю накрыла странная тишина. «Слушай ушами. Иногда это полезно», вспомнила она слова Норта и активировала слух. Теперь она слышала голоса людей, звук гравилетов, сирен, редкие крики детей… Обычный шум города. Но что-то здесь было не так… Девочка машинально огляделась и вышла на площадь. Рынок был на теневой стороне, и там тоже все было довольно уныло. Ни тебе зазывал, ни шкворчания или шипения масла, ни запахов готовящихся прямо здесь различных блюд. Малочисленные покупатели медленно бродили по рядам и словно сами не понимали, зачем пришли.

«Как же здесь все тоскливо», – мелькнуло у Тэи, и она увидела, наконец, Сэта на солнечной стороне. Он сидел за столиком уличного кафе, зябко кутаясь в плотную накидку. На этой странной планете воздух прогревался до тридцати и выше, но солнечные лучи не достигали самой планеты. Шло какое-то странное преломление где-то в метре от ее поверхности и, наверное, было этому явлению какое-то объяснение, но Тэя о нем ничего не знала. Поэтому, глядя сейчас на замерзающего на залитой солнцем площади эсстингианца, Тэя испытала к нему чувство жалости. Выросший в зное на планете, где жаром было напоено буквально все, даже источники в оазисах, он был тут явно не в своей тарелке.

Тэя направилась к нему через площадь, когда неожиданно неведомая сила подняла ее над землей и повлекла в другую сторону. Тэя забилась в сильных руках, она едва успела увидеть, как лицо Сэта исказилось страхом, как ее уже заталкивали в фургон без окон…


Норт сидел у Брока. Материальные вопросы были решены, и теперь Брок сетовал на то, что открыта охота на его лучшего поставщика, как он называл сатторианца.

– …Они выудили откуда-то ордер пятилетней давности! – возмущался он. – Что теперь делать?!

– Буду держаться периферии, – пожал плечами Норт, – все обойдется.

– Что ты натворил? – взгляд Брока блуждал по его лицу. – Это тянется все та же чертова история с кораблем и пропавшим грузом?

– Наверное, я не знаю, – Норт явно хотел сойти со скользкой темы. – Или это обратка – я загрузил имена в Сеть Периферии и теперь они – покойники.

Брок задумался.

– Не лишено смысла, – согласился он. – Ты думаешь, что у этого живого мертвеца есть связи в Бюро на таком уровне?

Неожиданно Норт сошел с лица.

– Что, все еще серьезнее? – насторожился Брок.

– Брок, заткнись! – невидящий взгляд Норта заметался по помещению офиса Брока. – Я ее не слышу…

– Что? Кого ты не слышишь?

– Тэю, свою чертову племянницу, ее все-таки засекли! – Норт вскочил со стула и рванулся к двери. – Я должен ее найти!

– А ну-ка сядь, – голос Брока звучал так, что именно в такие моменты Норт понимал, что этот человек не просто так занял то место, которое занимает, и смог так хитро и ловко выстроить свой бизнес. – Сядь, я сказал! – Брок встал из-за стола, определенно прибавив в росте, он распрямил свои плечи, и даже походка стала иной.

Норт опустился на стул, внутри все скрутило в ледяной узел.

– Она шла на встречу с Сэтом? – спокойно спросил Брок.

– Откуда ты…

– Я знаю про лишние ящики, ты выполнил мой заказ, остальное меня не касается, но я все равно держу руку на пульсе. Я знаю, что ты связался с Сэтом, его брат владеет кузней, и это было самым очевидным.

– Брок, мы теряем время…

– Сидеть! – гаркнул Брок и сам присел на край стола. – Сейчас ты ей не поможешь, если ее взяли, она уже в «Парадизе».

Норт внутренне содрогнулся. Не каждый взрослый мужчина переживет заточение там, что говорить о ребенке? О девочке?!! Ее же там растерзают…

– У нас нет подтверждения. Подождем, – Брок выложил на стол свой коммуникатор и плеснул себе виски.

Норт тоже достал свой коммуникатор и уставился на него. Звони, Сэт, звони… Звук вызова заставил сатторианца вздрогнуть.

– Слушаю! – тут же ответил он.

– Норт, ее взяли! Я был далеко, прости! Что делать? Скажи, я сделаю всё! – голос эсстингианца звучал виновато и был полон искреннего отчаяния.

– Пусть приходит, осторожно! – одними губами сказал Брок.

– Я жду тебя в старом городе, – Норт назвал адрес. – Тебя не надо учить, – добавил он.

– Не надо, – отозвался эсстингианец.

Норт выключил коммуникатор.

– Теперь звони своему федералу – Сальваторе – и узнай, не его ли группа стоит за всем этим, – Брок раскурил сигару и выпустил дым.

В хладнокровии ему не откажешь!

Норт вызвал Сальваторе.

– Норт, что случилось?

– Тэю взяли. Это ваши?

– Сейчас узнаю, не отключайся… – треск, отдаленные голоса. – Нет, это не мы. Я вылетаю немедленно. Постараюсь ее забрать и продержать у себя сколько смогу.

«Но тут что-то странное, Норт», – отчетливо услышал сатторианец мысль федерала, прежде чем тот отключился.

А он не так прост, ладно…

– Он летит сюда, – Норт поднял на Брока совершенно измученный взгляд.

– Отлично, – кивнул Брок. – А теперь дыши, сам не психуй и меня не заводи, давай, вдох и выдох, – сигарный дым валил из него на выдохе, как дым из трубы антикварного паровоза.

– Да заткнись ты! – отмахнулся Норт, рассеивая густое облако вокруг себя.

– Кого из своих ты можешь подключить? Кто есть в «Парадизе»? – Брок снова умело направил мысли Норта в нужном направлении.

Норт начал размышлять. Имена всплывали одно за другим, но он тут же отметал их как неблагонадежных… Кому там можно доверить жизнь девочки? И тут появилось – Сигурд. Мощная фигура крунна встала перед внутренним взором сатторианца. От него так и веяло силой и верностью. Норт тепло улыбнулся. Крунн однажды спас ему жизнь, и ему вполне можно доверить жизнь Тэи. Но надо, чтобы он оказался в ее охране…

– Сделаем, – кивнул Брок и потянулся к коммуникатору. – Я хорошо знаю того, кто поставляет им продукты.

– Что же ты раньше молчал, когда я был там? – вскинулся было Норт.

– Ой, ты и без меня прекрасно справился, – отмахнулся Брок и, повернувшись к нему спиной, завел неспешный, в меру льстивый, в меру слащавый разговор с человеком на другом конце.

Норт пропустил весь этот приторный мед мимо ушей, а на фразе:

– …Спасибо, друг, буду тебе должен, – вышел из состояния временной комы.

– Что он сказал?

– Сказал, постарается, – Брок положил коммуникатор. – Так, теперь надо удостовериться, что ее привезут именно в «Парадиз», а не в какую-нибудь тайную дыру, куда не попасть, – сатторианец задумчиво смотрел на Норта, роясь в памяти. – Да! Есть!

Еще один звонок. С момента «пропажи» Тэи с «радаров» Норта прошло полчаса. Он напряженно следил за лицом Брока.

– Ее только что привезли, – сказал тот, снова положив коммуникатор. – Пока мы сделали всё, что смогли.

– Не всё, – Норт снова дернулся к двери.

– Ты все еще не понял, что на воле ты ей более полезен, чем внутри? – холодный взгляд Брока пригвоздил его к стулу.

– Ты прав, – нехотя согласился он.

– Северяне! Сначала делают, потом думают, нет чтобы наоборот? Жизнь стала бы гораздо проще! – Брок уселся в свое кресло за столом. – И ваша и окружающих, – сказал он, щелкнув зажигалкой, раскуривая потухшую сигару. – До прилета Сальваторе даже не дергайся, – Брок отбросил зажигалку и выпустил дым сигары в потолок, – ты меня понял?

Норт молча кивнул, и они стали ждать Сэта, чтобы получить информацию из первых рук и понять, с кем они имеют дело.

* * *

Фургон остановился, и Тэю выволокли наружу. Ее словно специально почти несли так, что она едва касалась земли кончиками пальцев. Увидела она немного – между фургоном и черным зевом входа было всего пару шагов, темнота коридора поглотила их. Никто не догадался снять с Тэи темные стекла, и она совсем ничего не видела, попытавшись перейти с обычного зрения на привычное, она поняла, что ничего не выйдет – здесь были настоящие глушилки. Она не слышала ничего, и ее собственный «голос» исчезал, не успев покинуть ее.

Наконец, ее втащили в хорошо освещенное помещение – даже в очках она рассмотрела стол и стулья по обе стороны стола. Ее силой усадили на стул и приковали руки к столу, а ноги к полу.

– Снимите с меня стекла, – попросила Тэя.

Ее сопровождающие опешили от такого – ребенок должен быть потерян и раздавлен после такого впечатляющего ареста! Но, переглянувшись, выполнили просьбу.

– Спасибо, – вежливо поблагодарила девочка и, наклонившись к рукам, потерла нос.

Ее сопровождающие вышли, и девочка осталась одна. Несмотря на все глушилки, она чувствовала, что за ней наблюдают. Но они, наверное, могут сканировать ее, и Тэя заглушила все свои каналы восприятия, не надо облегчать им задачу. Она обычная девочка с Саттории, племянница Норта. Еще в фургоне она вспомнила ауру давно виденной ею сатторианки и «натянула» структуру ее сознания вместе с аурой на себя, теперь она ничем не отличалось от ее предполагаемых соплеменников.

Она не знала, сколько она сидела одна. Она даже почти прикорнула на столе в неудобной позе, когда наконец вошли люди. Четверо. Двое – тиорианцы, сатторианец и сандоррианка. Они сели напротив нее. Первой заговорила женщина.

– Ты голодна? Или хочешь пить?

– Нет, – покачала головой Тэя и оглянулась на дверь, – мне домой надо.

– Домой? – женщина раскрыла папку с файлами.

– На корабль, к дяде, – Тэя снова потерла нос, – он меня на рынок за деталями послал, злится уже небось…

– На этом рынке нет деталей, они продаются на рынке рядом с транзитным портом, разве твой дядя не знал?

– Знал, конечно, просто я не сообразила. Он сказал: «Иди на рынок». Я нашла в сети рынок и пошла. Конечно, детали не могут продавать так далеко от порта! Не зря дядя вечно меня ругает и хочет сдать в приют… – она шмыгнула носом.

– А как ты у него оказалась? – женщина продолжала говорить, остальные сидели безмолвно.

Тэя чувствовала давление на поле. Тиорианцы ее прощупывали.

– Так, это, – она снова вытерла нос, – мама умерла у меня, а он ближайший родственник. Взял меня, и вот, мается, – Тэя совсем поникла от осознания собственной никчемности. – Вы скажете ему, что это я из-за вас задержалась? А то ведь оставит прямо здесь! А здесь-то не подарок совсем, я вам скажу! Как вы тут живете? У земли холодно, голове жарко, солнце это слепит прямо…

– Хватит! – мужчина хлопнул ладонью по столу, и Тэя подскочила от неожиданности.

– Мы знаем, что Норт Блэкмаунт захватил корабль, – дальше он назвал дату Единого календаря.

– Не сильна я в этих вот цифрах, если честно, – созналась Тэя, – даже не знаю, какой сегодня день…

– Заткнись! Ты была на том корабле? Он нашел тебя там?

– Тетенька, о чем он? – девочка испуганно заморгала. – Я ничего не понимаю…

– Отвечай на вопросы! – снова прикрикнул на нее сатторианец.

– Так я и стараюсь, но вы же… Какой корабль-то? Я не знаю, может, мама-то еще и жива была, когда он тот корабль-то захватил, – Тэя переводила чистый взгляд распахнутых глаз с одного лица на другое, постоянно ощущая давление на поле.

Но с давлением Морриган и Ареса это даже не сравнить. То ли они не слишком сильны, то ли не слишком стараются. Либо пытаются притупить ее бдительность. Надо собраться…

– Как ты оказалась у Норта Блэкмаунта?

– Так я же сказала тетеньке, мама у меня умерла, вот я и осталась одна…

– Вскройте ее, – махнул рукой сатторианец.

Один из тиорианцев сказал тихо:

– Отключите глушилки.

Тэя выдвинула вперед «пастораль» своей жизни в Озерном крае, собранную из картинок из кристаллов, прочно держа прямо за ней стену из черного камня.

Тиорианцы не особо церемонились. Ворвавшись в ее «воспоминания», они прошлись по ним подобно торнадо. Тэя едва успевала подхватывать и ставить обратно распотрошенные ими образы, упорно закрывая ими стену.

– Эй, вы, аккуратнее! – возмутилась она. – А, ну, пошли-ка вы вон! – она с размаху выставила обоих и захлопнулась. – На Эсстинге вас бы уже подвесили за ваши же кишки за подобное!

Тут же по отмашке включили глушилки. Тиорианцы не сводили с нее глаз.

– Выйдем, – сатторианец вышел с телепатами, сандоррианка осталась с Тэей.

– Вы с Сандорры? Там красиво, – заговорила девочка, – и вы красивая. Вы напоминаете мне подружку дяди из одного приличного заведения. Она очень достойная женщина…

Женщина вскочила и тоже покинула комнату. Девочка не могла слышать, что происходит за дверью, но вскоре женщина вернулась пунцовая от гнева и снова заняла свое место за столом.

– Если вы стыдитесь того, что вы с Сандорры, я не буду об этом говорить, – заверила ее Тэя, – не всем повезло родиться на Саттории…

– Замолчи! – велела ей женщина.

– Ладно, – Тэя сложила как смогла прикованные к столу руки, положила на них голову и прикрыла глаза.

Дверь распахнулась, и из коридора послышался знакомый голос:

– …Мне плевать, кто вы, я забираю вашу арестованную, вот ордер Особого отдела по инопланетной угрозе. Наша юрисдикция экстерриториальна, а это наш главный свидетель, – в комнату вошел Дэвид Сальваторе, на его груди на цепи сверкал значок федерала. – Отстегните ее, – скомандовал он, – вы бы ее еще к потолку подвесили, совсем ополоумели тут?

Ты бы им не подсказывал, мелькнуло у Тэи, пока охранники освобождали ей руки и ноги.

Сальваторе взял ее за шиворот и вытолкал из комнаты.

– Пойдем, давай! С тобой хотят побеседовать, – федерал без устали подгонял ее к ярко освещенному солнцем выходу, вдруг возникшему перед ними после очередного поворота.

– Я ничего не делала, дяденька, чего они?.. – хныкала Тэя.

Уже в гравилете Сальваторе позволил себе улыбнуться.

– Если бы я тебя не знал, то решил бы, что ты просто дурочка деревенская.

Гравилет взмыл в небо.

– Мы к Норту? – оживилась Тэя.

– Если бы! Я смог забрать тебя на время, мое начальство хочет поговорить с тобой еще раз, чтобы ты сама показала им все, что видела на Эсстинге. Это очень важно и серьезно – покажи, пожалуйста, всё. Я продержу тебя у нас столько, сколько смогу, потом придется тебя вернуть.

– Вернешь, я успею подготовиться, – кивнула Тэя и откинулась на спинку сиденья.

– А ты молодец! Надо будет попросить у них копию допроса, потом с Нортом посмеемся, – Сальваторе потрепал ее макушку, как Саго.

Тэя вздохнула.

– Все будет хорошо, не переживай, – федерал по-своему истолковал ее вздох, – Норт что-нибудь придумает…

Конечно, придумает, надо только продержаться без него какое-то время. Вот что ее пугало: без него…

* * *

В местном представительстве Бюро ей дали сперва привести себя в порядок, принесли бутерброды с газировкой и только потом приступили к беседе. Снова тиорианцы. Очень сильные. Сатторианцы. Крунн. Пангенианцы. Глушилок здесь не было.

– Только то, что касается дела, – предупредил Сальваторе тиорианцев.

– Ну, разумеется, – тут же ответил один из них.

– Покажи им, пожалуйста, – обратился к девочке федерал, и Тэя показала все точно так же, как показывала все на Дэйне.

Она держала картинку долго, столько, сколько понадобилось тиорианцам, чтобы сравнить оригинал с записью.

– Вот этих шумов нет, – тонкая кисть одного из них скользнула по краю картинки оригинала.

Второй согласно кивнул:

– Техника не взяла… И вот тут еще… и здесь, – он очертил интересующие их области.

– Много упущено, – снова покачал головой первый. – На что вы записывали? – повернулся он к Сальваторе.

– Вот на это, – федерал достал свое новейшее оборудование.

– Черт… – тиорианцы снова повернулись к картинке. – Как мы сможем это снять? – переглянулись они и спохватились. – Ой, ты устала, деточка? Можешь убрать, нам надо подумать.

Тэя вдруг решилась.

– Это не всёе, – сказала она и быстро взглянула на Сальваторе. – Мы это потом узнали, ты уже улетел, – поспешно добавила она. – Да, мы поступили плохо – похитили тело у службы перевозки, но благодаря этому мы узнали еще кое-что, – Тэя собралась с мыслями, – это очень важно и очень страшно. Они не только убивают людей, они как-то запирают душу в теле. – Сидящие за столом люди переглянулись. – Я вам покажу, вот…

Тэя выдвинула за каменную стену защиты воспоминания о черной воронке в непонятном пространстве, влекущей их всех в черную бездну… Когда она убрала картинку, все сидели притихшие.

– Как вы справились с этим? – заговорил сатторианец.

– Морриган и Норт вдвоем смогли его вытянуть, – Тэя благоразумно умолчала о собственном участии.

– Ты можешь показать? – мягко спросил тиорианец. – У тебя получится?

– Я попробую, я все видела, но не могла помочь, – Тэя показала им картинку, тщательно изъяв собственную личность.

– Это мы не сможем снять даже с этим, – тиорианец кивнул на новейшее оборудование Сальваторе. – Пока можешь отдохнуть, дорогая, мы подумаем.

Сатторианец встал.

– Твоя помощь в этом деле бесценна, – сказал он.

«Может, тогда отмажете от другого дела?» – мрачно подумала Тэя, вставая из-за стола.

– Разместите ее в наших апартаментах, пусть отдохнет, приставьте к ней надежных людей и сразу обратно, – велел сатторианец Сальваторе, тот кивнул, взял Тэю за плечи и вывел в коридор.

– Так, значит, какое-то время у нас есть, – усмехнулся он, но тут же стал серьезным, даже встревоженным. – Ну и картинку ты показала! Все на самом деле так жутко? – спросил он.

– Ты не представляешь, – покачала головой она. – Он там кричал, – Тэя перешла на шепот, настолько страшными были эти воспоминания.

– Они действительно справились без тебя? – Сальваторе заглянул ей в глаза.

– Не смогли. Поэтому я не смогла показать этот крик, но как-то показать его надо… Я подумаю, – прямо сказала Тэя, и они сели в гравилет, к ним тут же пристроились гравилеты сопровождения.

– Жуть… Что же это за сила такая? – пробормотал Сальваторе, выводя гравилет на дорогу.

Вскоре они остановились возле небольшого неказистого здания – такого же, как и все остальные вокруг, и федерал вышел из гравилета. Тэя выбралась следом. Пока пангенианец расставлял охрану, девочка огляделась – она снова ничего не слышит. Это же надо так глушить!

– Ну, пойдем, разместишься, да я поеду, – подошел к ней федерал.

– Насколько важно записать все, что я видела? – задумчиво спросила Тэя, поднимаясь по ступеням.

– Очень важно, нам необходимо создать сканер для их нахождения, а это возможно только с полным спектром цвето-шумового фона, – Сальваторе шел на ступеньку ниже.

– Свяжись с Саго, он знает кое-кого на Крунне, там смогут помочь, я думаю, – решилась девочка, – это слишком важно. Только надо будет рассказать все честно, как есть, возможно, им понадобится твоя техника, чтобы понять, что надо усилить или улучшить, – размышляла она вслух.

Они остановились у апартаментов, Сальваторе открыл дверь ключом.

– В холодильнике есть еда, там ванная, там спальня. Все, постарайся отдохнуть. Работы будет много.

– Хорошо, – Тэя огляделась. – Здесь тоже глушат, – сказала она.

– Тут почти везде глушат, – вздохнул пангенианец.

– Ты можешь пообещать мне, что все, что вы увидите за эти дни, все, что касается меня, здесь и останется и материалы о моих способностях не попадут во вторую группу, в «Парадизе»?

– Это все сверхсекретно, мы все ничего не видели и не знаем, – он даже не моргнул.

Молодец…

– Ты не можешь сделать так, чтобы я к ним вообще не вернулась?

Сальваторе провел рукой по лицу и с досадой покачал головой:

– У нас ты проходишь как свидетель. Чрезвычайно важный, но свидетель, продержу тебя здесь так долго, как смогу, но потом я должен тебя вернуть – у них ты как подозреваемая.

– В чем? – удивилась Тэя.

– В соучастии в сговоре и краже чужого имущества, – агент не скрывал досады. – Черт, я ничего не могу сделать! Это Особый отдел, я вообще не понимаю, чего они вдруг так в вас вцепились!

– Никакой информации? – вопрос вылетел скорее по инерции.

– Тишина, – покачал головой Сальваторе, – я такой секретности раньше не видел. Я даже не знаю, кому они отчитываются…

– Ладно, не переживай, разберемся и с этим, – голос Тэи звучал неожиданно взросло и спокойно. – Мне бы с Нортом как-то связаться, – Тэя вопросительно посмотрела на федерала.

– Я с ним свяжусь, – заверил он девочку, – отдыхай.

Он ушел. Тэя обошла небольшое жилище, заглянула в холодильник, набрала полную ванну воды с пеной, искупалась наконец-то и легла спать – организм просто просил об отдыхе.

Ночной Страж незамедлительно возник перед внутренним взором, приводя в порядок поток информации и событий, обрушившихся на девочку за последние сутки. Под скрип колес его тележки Тэя провалилась в глубокий сон…

* * *

Пять дней тиорианцы – Лонгин и Кесарий – изучали чуждое сознание, скажем так, из первоисточника. Они были очень вежливы, и работать с ними было сплошное удовольствие. Тэя показывала им сознание пришельцев объемно, в трехмерном измерении, полностью и частями, увеличивая и приближая какие-то сегменты словно голограмму.

– Деточка, ты можешь увеличить вот здесь, это очень важно, посмотри, – тиорианцы начинали дотошно изучать новый сегмент, и оказывалось, что это какой-нибудь очередной наиважнейший энергетический узел.

– Посмотри, если воздействовать импульсами сюда, сюда и сюда одновременно, его можно нейтрализовать, – казалось, тиорианцы что-то нащупали. – Нам не доводилось еще так детально изучить эту структуру, ты уж потерпи, милая, – извиняющимся тоном говорили они и без конца норовили то накормить, то угостить ее чем-нибудь.

– Какое сложное строение, заметно отличается от того, что мы видели, – сказал как-то тот, что постарше.

– Вы говорите о том эсстингианце? – спросила Тэя, держа изображение в нужном ракурсе.

– Да, у него более скудный спектр, этих сегментов нет вообще, – тиорианец обозначил зоны.

– Разный возраст? – спросила Тэя.

– Возраст? – вскинул голову Лонгин.

– Или пол, – пожала плечами она.

– Или пол, – повторил Кесарий.

Они переглянулись.

– Имеет смысл, – согласились они, – но как же много переменных! Надо искать константы!

– Поставить бы их рядом, – Лонгин повернулся в сатторианцу. – Это возможно, сэр?

– Попробуем.

Через два дня у них был эсстингианец. Его содержали в герметичной, прозрачной капсуле.

– Мы не знаем, как они это делают, поэтому его лучше не выпускать, – пояснил девочке Сальваторе.

Не особо церемонясь, тиорианцы раскрыли его сознание в пределах капсулы в одном конце комнаты, а Тэя стояла в другом углу. Из-за того, что глушилок здесь не было, все ее чувства были обострены, она бросила быстрый взгляд на тиорианцев.

– Вы бы начали записывать на то, что есть, – сказала она, не сводя глаз с пленного в капсуле.

Тиорианцы переглянулись и посмотрели на нее.

– Ты…

– Предчувствие, – с ясным взглядом сказала девочка, – вы же знаете нас, северян…

Лонгин без лишних слов запустил оборудование.

– Все, открываю, – предупредила Тэя и развернула сознание старухи.

Остекленевший взгляд пленника в капсуле тут же прояснился, скованное тело напряглось, а сознание изменило цвет и звучание.

Тиорианцы, замерев, созерцали трансформацию чуждого сознания.

– Ты только посмотри… – пробормотал Лонгин.

– Он с ним… говорит?! – Кесарий заметил ритмичность в изменении определенных зон сознания. – Когда он поймет, что это проекция, он замолчит, – тиорианец смотрел на работающую аппаратуру. – Она же половины не запишет…

«Тихо, я смотрю», – раздалось в сознании обоих, после чего тиорианцы медленно переводили взгляд с пленника на Тэю и обратно, открыв все каналы восприятия.

Девочка стояла не мигая, глядя на эсстингианца рассеянным взглядом, захватывая все его сознание.

Несколько последних отчаянных импульсов, и эсстингианец «умолк». Его сознание снова стало блеклым. Тьфу, вот ведь привязалось слово! Тэя скользила скучным взглядом по сознанию, которое уже успела изучить вдоль и поперек и запомнить.

– Ты действительно сможешь нам потом это повторить? – спросил ее Кесарий после выдержанной паузы.

– Конечно, – кивнула Тэя.

– Девочка, ты – чудо! – пробормотал Лонгин.

– Я слышал, что северяне могут многое, но чтобы такое, – Кесарий задумчиво скользил по ней взглядом.

Вы даже не представляете, что мы еще можем, могла бы сказать или подумать Тэя, но придержала эту реплику при себе. Глубоко внутри себя.

Дальше тиорианцы скучно и методично сравнивали одно сознание с другим, ища общие «узлы». И нашли, в упертости им не откажешь. Огромный стол был усеян трехмерными схемами разных зон и «узлов», как они называли зоны концентрации плазмы – ткани сознания.

Время от времени они вспоминали, что перед ними не кристалл, а живой человек – ребенок, и усаживали ее отдохнуть и перекусить.

Они бесконечно долго сравнивали и сверяли, снова и снова прокручивали «разговор» сознания эсстингианца.

– Так, два параметра – возраст и пол, – Лонгин снова переводил взгляд с одного сознания на другое.

– Иерархия? – не выдержала Тэя.

– Что? – тиорианец перевел на нее взгляд.

– Иерархия. От него шли эмоции, когда он говорил, неужели вы не чувствовали? – удивилась она.

– Что-то шло, погоди-ка, – Кесарий прикрыл глаза и погрузился в анализ воспоминаний. – Определенно что-то было… – спустя мгновение заговорил он, не открывая глаз, чтобы не терять концентрацию. – Отчаяние… из-за того, что его поймали, он недоумевает, как это вообще произошло… готовность к смерти… – тиорианец повел плечами от столь разрушительной эмоции, – почитание… нет… поклонение! – глаза тиорианца открылись. – Он говорил, как раб с господином!

А он не так уж и плох, этот тиорианец, снова в глубине души усмехнулась Тэя.

– Ну, девочка, ты снова оказалась права!

– У нас уже взгляд замылился, – откликнулся Лонгин, и тиорианцы тут же принялись записывать все, что они «нарыли» за этот день.

Вечером, оставаясь одна в номере после трудного дня, Тэя не сидела в тоске, предаваясь отчаянию. Поняв, что глушилки закрывают не только мир от нее, но и ее от мира, она неожиданно осознала, что она может сделать. Как подготовиться к тому, что ждет ее после этой короткой передышки в «Парадизе». Озарение пришло неожиданно, ночью. Она должна накопить внутреннюю энергию, используя то, что сам этот факт никто не сможет засечь. И она была уверена, что глушилки ей не помешают. Откуда была эта уверенность, она не знала.

В первый вечер, тщательно удостоверившись в безопасности такого рискованного шага, Тэя села на полу и полностью раскрыла сознание, впустив в себя через определенные фильтры поток космической энергии. Она сама не могла бы рассказать, как ей удалось сделать это. Она как-то знала, как очистить энергию от ненужной информации и возможных «попутчиков», и как закачать ее в свой резерв. Еще одна тайна, непонятная даже ей.

К моменту, когда доставили аппаратуру с Крунна, они уже неплохо продвинулись.

Дальше целый день ушел на настройку и отладку нового оборудования и, наконец, они смогли получить первое достоверное изображение сознания «старухи с Эсстинга», как они условно его называли. После тщательной сверки, когда тиорианцы удостоверились, что не потерян ни один полутон или шум, они попросили Тэю воспроизвести «монолог эсстингианца». Тэе это стоило немалых усилий, но картинка при показе монолога получилась четкой, ясной, без малейшего сбоя.

– Потрясающе… Нам бы ее в группу, – пробормотал Лонгин.

«Да-да, возьмите меня в группу!» – готова была закричать Тэя, но придержала крик души в ее недрах.

– Она проходит по уголовному делу в другом расследовании, – мрачно напомнил сатторианец, возглавляющий группу Сальваторе, – мы не сможем ее заполучить. Никак.

Приоритет уголовного права над любым другим был абсолютен.

– Как жаль, – покачал головою Лонгин, сверяя сразу по ходу работы записи с оригиналом.

Они смогли продержать ее у себя десять дней. Прощание было неловким, полным чувства вины, сожаления и бессилия.

– Ты сделал, что смог, – шепнула Тэя, коротко обняв Сальваторе, перед тем, как ее запихнули в черный фургон.

– Держись там, – это все, что он смог сказать.

Тэя прикрыла глаза под пристальными взглядами четырех охранников.

Назад, в ад, мелькнуло у нее, и губы дрогнули в легкой усмешке.

Она выдержит. Теперь страх прошел, и она почему-то была уверена, что справится.

* * *

Дверь распахнулась, и в кабинет вошел Дэймос.

– А он что здесь делает? – не глядя на вошедшего, спросил Норт Брока.

– Я его вызвал, – почти огрызнулся сатторианец и посмотрел на Дэймоса. – Умоляю, забери его отсюда!

Дэймос повернулся к другу.

– Норт, – он приглашающе взглянул на дверь.

– Ты чего творишь, Брок? – Норт не сводил глаз с хозяина кабинета.

– Ты меня уже достал, Норт! Просто душу вынул! Уйди, прошу тебя! Оставь меня одного! – Брок в отчаянии прижал руку к сердцу.

– Если Сигурд выйдет на связь, я должен быть здесь, – сатторианец упрямо не тронулся с места.

Брок с безмолвной мольбой уставился на прибывшего на его зов тиорианца. Тот легко кивнул и перевел взгляд на Норта.

– Сигурд не свяжется с Броком, Норт, – заговорил он. – Этим он подпишет себе смертный приговор, ты же знаешь, – мягкий голос тиорианца словно вливался в уши сатторианца, сбивая его с боевого настроя. – Пойдем со мной, выпьем, и ты все расскажешь.

Неожиданно для всех Норт встал и вышел из кабинета.

– Я твой должник, – одними губами произнес Брок.

Тиорианец слегка поклонился, грустная улыбка скользнула по тонкому лицу, и Дэймос удалился вслед за сатторианцем, прикрыв дверь.

Выйдя в узкий проулок, они скользнули в гравилет, и Норт, уверенно пропетляв по улицам старого города, вывел его на скоростную трассу. Только тут они заговорили.

– Ты зачем прилетел? – сурово спросил Норт тиорианца.

– Чтобы ты тут дел не натворил, – сухо ответил Дэймос. – Выбор у Брока был, действительно, невелик: Морриган невыездная на некоторое время, Дэйдре – видит бог, ты еще нужен Броку живым, – Дэймос покачал головой, изображая ужас на лице от перспективы прилета разгневанной сандоррианской красавицы. – Из тех, кто мог тебя вразумить, а не пойти у тебя на поводу, оставался я.

Сатторианец хмыкнул.

– Ты где остановился? – спросил его Дэймос.

– В ущелье на востоке, на своем корабле, – Норт кивнул головой в ту сторону, где оставил корабль. – Они возобновили все ордера. – Сатторианец бросил быстрый взгляд в зеркало заднего вида и нырнул в технический проезд, дальше они петляли по безликому, серому, довольно тесному тоннелю.

Дэймос тоже бросил взгляд назад – никого.

– Как ты тут ориентируешься? – спросил он, стараясь не смотреть на бесконечные серые стены.

– Я всегда знаю, как выбраться наружу, – усмехнулся Норт и немного притормозил. – Вон мои отметины на стенах, это уже мой десятый гравилет здесь, – кивнул сатторианец, и Дэймос увидел разноцветные борозды на стенах тоннеля.

– А здесь не так уж безлико, – тиорианец впервые улыбнулся после их встречи, и вскоре они вылетели из тоннеля на простор пустыни, окружающей город.

Норт направил гравилет на восток, они скользнули в скальный массив и дальше был настоящий лабиринт. Здесь на стенах меток не было. Здесь Норт ориентировался сам. У него действительно было уникальное чутье на поиск выхода из любого лабиринта. В какие бы дебри они ни забредали в детстве, сатторианец всегда находил выход или дорогу к дому. Это рассказывала о нем Морриган, это смеясь подтверждала Дэйви, рассказывая о похождениях северянина в Скалистых горах юга, свидетелем этому был сам Дэймос, когда они уходили с Эсстинга и еще пару раз потом.

Только на корабле, когда все было надежно задраено и закрыто, они начали разговор.

– Какой у тебя план? – прямо спросил Дэймос, едва они расположились в уютной столовой «Скифа».

– Я думаю, – Норт покачал головой, доставая остатки армейских пайков и бутылки пива.

– Ты разжился нормальной едой? – Дэймос скользнул взглядом по упаковкам.

– Это было на корабле, – Норт тяжело опустился на стул, и Дэймос увидел, как сильно он измотан.

Тиорианец молчал, не прикасаясь к еде, в ожидании того, когда его упрямый друг заговорит сам.

– Сначала я ее не слышал совсем, один день, и это было странно – я настолько привык, что ее мысли текут сквозь меня, это как постоянный несмолкающий гул в голове, что, когда все стихло, стало вдруг удивительно странно…

– Пусто… – эхом отозвался Дэймос.

– Пусто, – кивнул сатторианец.

– У нее всегда много мыслей, – легкая улыбка скользнула по лицу тиорианца.

– Да уж, просто поток. Как она вообще успевает на чем-то сфокусироваться?! – покачал головой Норт и продолжил: – Как я потом понял, она была в «Парадизе». Потом Сальваторе ее забрал, и с ней начала работать его группа. Каждый день было какое-то время, когда ее мысли снова начинали течь сквозь меня – я понимал, что она в помещении без глушилок, и они работают, она умудрялась пускать свои мысли через меня, не привлекая внимания тиорианцев…

– Лонгин и Кесарий? – тихо сказал Дэймос.

Сатторианец кивнул.

– Мы из одного Ордена, – тиорианец мягко улыбнулся.

– Ты говорил с ними? – Норт вскинул голову.

– Сказал, что у них племянница моего близкого друга и попросил быть не особенно бдительными, больше им не требовалось.

– Спасибо, – неожиданно сказал Норт.

Тиорианец склонил голову и медленно поднял. Дань долгу. Дань чести. Дань семье.

Норт ответил на поклон, в знак того, что дань принята, и продолжил:

– Пока она была у них, я был даже спокоен. Ее хорошо устроили, она была накормлена, ее не трогали, и я мог ее слышать. Но вот уже три дня, как я ее не слышу, – Норт поднял на Дэймоса совершенно измученный взгляд, – она в «Парадизе», Дэйм…

На лицо тиорианца легла тень.

– Я бьюсь к ней, но без толку, я не могу пробить эти чертовы глушилки! – казалось, Норт сорвется в любую минуту. – Только бы знать, что она… – он споткнулся, не зная, как закончить фразу – жива? В порядке?..

– А что твой человек? – тихо спросил Дэймос. – Сигурд не выходил на связь?

Норт покачал опущенной головой. Дэймосу невыносимо было видеть его в таком состоянии.

– Мы попробуем вместе, мы пробьемся, – начал было он, и тут ему в голову пришла совершенно отчаянная мысль. – Я пробьюсь. Ночью, – он бросил взгляд на бортовые часы, – уже скоро.

– Что ты придумал? – Норт явно боялся поверить в неожиданную удачу.

– Не знаю, выйдет или нет, есть одна идея, – на бледном лице тиорианца мелькнуло подобие улыбки, – но мне надо поесть, я с утра мечтаю о «Говядине с картофельным пюре», – прочитал он на этикетке пайка.

Норт без лишних слов разогрел ужин и накормил гостя, потом они молча тянули пиво из бутылок, наблюдая заход солнца на обзорном экране рубки.

С последним лучом Дэймос поднялся:

– Пора. – Они направились в отсек Норта. – Помни, сиди рядом тихо, что бы ни случилось, не трогай меня и не буди, только в самом крайнем случае, – Дэймос остановился и посмотрел в глаза друга. – Ты поймешь, когда.

– Я пойму, – кивнул Норт.

Они вошли в жилой отсек сатторианца, и Дэймос без лишних слов лег на его койку. Норт опустился на пол рядом. Так он мог сидеть часами, долгие тренировки учителя боя не прошли даром. Дэймос погрузился в транс. Он отправил свое сознание в тонкий мир планеты, блуждая по нему, уворачиваясь от темных пятен «провалов» и избегая вихревых потоков глушилок – как же они искажали и коверкали все! Дэймос двигался медленно и предельно осторожно. Он нашел в своем сознании нужный отпечаток и теперь ему надо увидеть лишь нить, тонкую нить связи… Вихри глушилок возникали внезапно, заставляя его маневрировать среди разноцветных полей тонкого мира планеты.

Город мешал ей. Она стремилась подавить и вытеснить его. Не зря все производства и мастерские в этом городе занимались глушилками – без них люди неподготовленные просто обезумели бы под таким мощным натиском планеты, и кончилось бы это все крайне трагично и кроваво… Дэймос отдал дань уважения тонкому миру планеты, насыщая пространство вибрациями благодарности и уважения. В какой-то момент темные пятна «провалов» расступились и появились даже некие маячки, ориентируясь на которые, тиорианец мог безопасно обходить глушилки. У него возникло ощущение близости, и вскоре он действительно различил тонкую нить, связующую два сознания. Дэймос извлек из памяти необходимый образ и «отпечаток» его сознания, максимально собравшись, он скользнул вверх по нити и предстал пред темными очами Ночного Стража.

«Мы знакомы, – начал Дэймос, – я друг девочки», – он опасался произносить имя, боясь, что кто-то еще может их прослушать.

«Не бойтесь, можете говорить», – его обдало холодом.

«Вы знаете, как она? Мы беспокоимся».

«Она держится. Она подготовилась. Я скрыл все ее знания. Ей помогают».

«Сигурд?»

«Так она его называет».

Дэймос понял, что пора сворачивать разговор.

«Мы благодарны вам, спасибо», – и он скользнул по нити вниз, теряя рассеивающийся образ.

Обратный путь показался ему еще длиннее, но он понял, что это планета играет с ним, хочет показать больше, ведь она встретила сознание, которому был интересен ее мир. Дэймос отнесся к этому жесту с уважением и терпеливо восхищался и отдавал должное красоте этого непознанного мира. Как много теряли люди! Опять! Ведь они уже потеряли один мир благодаря своей «глухоте»…

Когда планета выпустила его из своих мягких объятий, Дэймос открыл глаза. Норт сидел рядом с койкой в позе ожидания и открыл свои глаза одновременно с тиорианцем.

– Ты его нашел, – тихо сказал Норт.

– Ты видел?

Норт кивнул.

– Но я не слышал, вихри перекрывали всё.

– Она в порядке.

– Спасибо, – Норт провел рукой по лицу, – я бы не добрался.

– Не с первого раза, но ты бы добрался, – тепло улыбнулся Дэймос, – забыл? Ты всегда находишь правильный путь, – тиорианец сел на койке. – Немного терпения, Норт Блэкмаунт, и ты был бы просто непобедим и неуязвим.

Сатторианец усмехнулся.

– Меня и так трудно убить, – он пружинно встал, – а все эти игры с тонкими материями не для меня, – резко отмахнулся он и вышел из отсека.

Он не станет рассказывать Дэймосу, сколько раз он проваливался в эти чертовы черные дыры тонкой материи, и сколько раз его сознание чуть не попало в вихри глушилок, когда он три ночи подряд пытался найти хотя бы отголосок сознания Тэи.

– Пойдем, выберем тебе отсек, – сатторианец посмотрел на друга, – тебе явно нужен сон.

Дэймос согласно кивнул и последовал за Нортом.

– Вот, здесь должно быть удобно, – сатторианец открыл дверь в отсек.

– И ты поспи, – благодарно кивнул тиорианец и уснул не раздеваясь, едва его голова коснулась подушки.

На «Скифе» глушилок не было, и тонкий мир планеты бережно принял усталую душу в мире грез. Дэймос благодарно принял такое гостеприимство.

«Прими и моего друга, – послал он импульс в пространство, – подари ему свою благодать».

«Он груб, упрям и… очень силен», – пришел ответ, и Дэймос увидел отчаянные попытки сатторианца прорваться к Тэе.

«Он верен, справедлив и будет биться до конца за то, во что верит. Он не бросит девочку. Он хочет ее спасти».

«Девочку… – прошелестело пространство, – я знаю девочку, она получила в дар мою силу. Девочка знает, она слышит мой голос сквозь вихри… Пусть он не переживает, я присмотрю за ней… Я приму его и дарую ему сон, но он должен быть осторожен и не рвать ткань моего мира».

«Он не будет», – пообещал Дэймос.

Норт мучительно вертелся на койке в своем отсеке, когда в него осторожно толкнулось сознание Дэймоса и повлекло за собой в полный совершенной красоты мир.

«Следуй за мной», – услышал он призыв тиорианца и, оказавшись в хорошо знакомом, но уже невраждебном пространстве, стараясь не отстать от Дэймоса, осторожно лавировал среди поющих сфер, любуясь невероятным зрелищем – тонким миром живой планеты, он доверился ему и принял его гостеприимство. Неуклюже извинился за причиненный по неведению ущерб, и, получив благосклонное прощение, измотанный сатторианец погрузился наконец-то в блаженный и такой желанный сон, доверив душу новому другу.

* * *

За завтраком Норт был непривычно задумчив и погружен в себя. Дэймос с любопытством посматривал на друга, ожидая, что тот сам заговорит, но поняв, что на этот раз его придется подтолкнуть, Дэймос спросил:

– Что не так, Норт?

Сатторианец перевел на него задумчивый, полный сомнений, взгляд.

– Я свихнулся, или планета со мной говорила?

Дэймос мягко улыбнулся.

– И о чем же был разговор?

– Я извинился, она меня простила, за то, что я успел тут наворотить, потом я уснул. Впервые за все время здесь… – Норт поставил кружку с кофе на стол и снова посмотрел на друга. – Ты там тоже был.

– В твоем сне?! – лукавая улыбка скользнула по губам тиорианца и затерялась в уголках темных глаз.

– В моем сне, – кивнул сатторианец, – ты был там!

– Но, согласись, там красиво и удивительно спокойно, – Дэймос пригубил кофе.

– Это да, – согласился Норт, – никогда раньше не думал об этом…

– О чем? – тиорианец отщипнул кусочек тоста.

– Что планета может быть живой и с ней можно говорить, – сатторианец был растерян.

– Ты просто не слушаешь, ты так много можешь, Норт, но упускаешь это по собственной воле!

– Она такая красивая, – сатторианец смотрел на скалы в обзорном экране, – она не хочет этот город.

– Ты тоже почувствовал? – тихо спросил Дэймос.

Норт кивнул.

– Она не просила помощи, – продолжил он, – такое впечатление, что она справится сама… Почему я раньше не слышал?! – Норт опустил кружку на стол и провел обеими руками по лицу.

– Ты не слушал, – терпеливо повторил Дэймос. – Боже, как же ты упрям!

– В Шести мирах я ни разу не слышал голос планеты, – тихо сказал сатторианец, – и Учитель ничего об этом не говорил.

– Говорил, но ты с Джаей ушел на водопад, – Дэймос осекся, он впервые вот так просто произнес имя погибшей жены сатторианца.

Тот неожиданно мягко улыбнулся, отдавшись воспоминаниям.

– Точно… Это был хороший день… – Его сознание унеслось в наполненный зноем и солнцем сад Обители, на живописный маленький водопад с озерцом, в котором так хорошо было окунуться в жару.

Джая, тонкая и гибкая в серебряных брызгах воды, и вот это разрывающее грудь ощущение бесконечного счастья и любви, поглотившее его целиком, когда он так страстно распахнул свою душу ему навстречу…

Сквозь воспоминания пробились странные вибрации. Восторг, сочувствие и странное тепло… Планета услышала его и приняла его счастье и боль от его утраты и бережно постаралась накрыть его раны.

– Это странно, – прошептал Норт, – я словно часть чего-то… Я всегда был один, а сейчас я часть чего-то… – Он прислушивался к ощущениям, не сопротивляясь и не мешая силе, куда большей, чем он сам, творить чудо исцеления.

– Она приняла тебя. Она залечит раны, оставив тебе лишь то хорошее, что подарила тебе Джая, – тихо сказал Дэймос, наблюдая за странным явлением.

Словно множество ручейков устремилось в Норта из пространства, заполняя пустоты и разрывы его сознания, наполняя его энергией и силой. Распознав в нем воина, планета не стремилась изменить его суть, она лишь дарила ему гармонию – странное и забытое ощущение внутреннего равновесия и уверенности в благоприятном исходе.

Норт провел руками по воздуху, осторожно, не касаясь ручейков.

– Здесь все живое… Даже я, – его улыбка была удивленной.

Серебряный звон, наполнивший тишину корабля, постепенно стих и ручейки рассеялись в пространстве.

– Другие планеты я тоже услышу? – неожиданно спросил он Дэймоса.

– Теперь возможно, – мягко улыбнулся тот.

– Так вот как ты себя ощущаешь? Ты постоянно слышишь всё? – Норт словно впервые увидел своего друга. – Я знал об этом, но не понимал, каково это…

– Я всегда прошу новый мир принять меня и подарить мне сон. Это важно, куда ты отпускаешь свою душу во сне. Новый мир должен быть безопасен для нее и дружелюбен, иначе ты обречен минимум на бессонные ночи и полное изнеможение, а максимум… Тонкий мир чужой планеты может поглотить твое сознание.

Дэймос дал Норту время переварить новые эмоции и ощущения и вернулся к Тэе.

– Итак, она в порядке – это главное. Но из «Парадиза» нам ее не вытащить.

Норт покачал головой.

– Не вытащить, – подтвердил он.

– Норт, ты не пытался узнать, куда ее везли? – спросил Дэймос.

– Пытался. – Норт рассказал другу все, что сам смог узнать и о странной встрече с посредником, организованной Броком. – Ощущение от него было отвратительное, я не хотел отдавать им Тэю, и не упоминал о ней, – он показал Дэймосу воспоминания о неприятной встрече, – я сказал его соглядатаю, что если они захотят поговорить со мной напрямую, я буду ждать.

– И вот они решили поговорить с тобой, но каким-то извращенным способом, – пробормотал Дэймос, стряхивая с себя неприятное ощущение, оставшееся после просмотра сферы встречи с посредником. – Раз ее везли на Пангею, ее должны были там ждать. Неужели кто-то с Гетеи вышел с ними на связь? – Дэймос впервые озвучил терзавший его вопрос. – Почему отправили ее, а не посла? В чем тут вообще дело?

– Если бы я хотел разведать все о неизвестном мире, я послал бы туда кого-то мелкого и неприметного, – заговорил Норт. – Они не учли одного – они не думали, что мы тоже прошли этот путь эволюции сознания и кое-чему научились за последние тысячелетия. Они не знали, что способности их лазутчика не останутся незамеченными, а наоборот станут корнем всех ее злоключений. Что случилось бы с ней, окажись она Пангее? – Норт перевел взгляд на друга. – Она оказалась бы в каких-нибудь подвалах специального отдела и зачахла бы там.

Неожиданно Дэймос вскинул голову.

– Кто заказал Броку корабль и когда?

– Этого я не знаю, – покачал головой Норт, он задумчиво смотрел на голограмму. – Так, Гетея здесь, учитывая параметры корабля, его скорость и место, где я его перехватил, а перехватил я его уже в пределах Шести миров, вот здесь, – Норт отметил точку в пространстве. – Захват, судя по времени, заказали на границе Шести миров, там они уже могли прослушивать наши радиочастоты и ловить видеосигнал, что помогло им вовремя осознать свою ошибку – они поняли, что мы здесь тоже на месте не стояли – и сами спланировали перехват корабля, пожертвовав своими людьми, чтобы девочка не попала сразу в спецотдел, что сделало бы всю операцию бессмысленной…

– Или не понимая, что они ими жертвуют, – Дэймос скользил взглядом по голограмме карты, – они могли не знать о всех твоих… способностях. Их посланец самым неожиданным образом оказался в самых надежных и верных руках, а, кроме того, у самого осведомленного проводника в Шести мирах. За столь короткое время рядом с тобой она максимально близко познакомилась с устройством Шести миров, – заключил тиорианец, в его памяти всплыл образ Ночного Стража. – Вот почему они послали сюда ребенка и именно таким путем! Вот почему не официальная делегация послов! Она должна была прибыть сюда инкогнито, с абсолютно чистой памятью, чтобы ее никто не смог «вскрыть», – Дэймос вскинул голову. – Она должна была пройти через школу Обители! Нет-нет, она оказалась у тебя не случайно! – Дэймоса всецело захватила эта мысль. – Она должна была попасть именно к тебе, ведь к Садхиру мог привести ее только ты… – Его брови поползли вверх от внезапной догадки, которую он тут же озвучил: – Это они вышли на Брока и заказали собственный корабль, чтобы девочка попала к тебе – никто, кроме тебя, за такое бы не взялся, просто не справился бы! Они знали, что Брок даст эту работу тебе, но где-то прошла утечка, и появились еще желающие заполучить столь ценный трофей…

– Не от Брока, – категорично отрезал Норт, он все еще пытался переварить все, что сейчас озвучил тиорианец.

– Не от Брока, – согласился тот, – но, возможно, его прослушали. Он честен, но он слаб, – Дэймос сокрушенно вздохнул. – Залезть в его мысли могли так, что он даже и не понял бы, что его прослушали.

– Брок в опасности, – поднял голову Норт, – предупреди его, чтобы скрылся на Эйрис, Морриган обеспечит ему защиту, там тоже будет много дел и заказов.

– Почему они не вскрыли его сразу? – Дэймос задумчиво посмотрел на друга, его тонкая рука остановилась на полпути к коммуникатору.

– Его считали, но он никогда не работает напрямую с заказчиками, только с посредниками. Все, что они смогли вытянуть из него – это личность того, кто забрал у него корабль – первое звено, потом им пришлось разматывать цепочку, и вот сейчас круг замкнулся или концы обрубились, и они вернулись ко мне… Корабль они, скорее всего, не нашли. То, что происходит сейчас – отчаянная мера…

Дэймос кивнул и связался с Броком, Норт смотрел, как тот говорит с сатторианцем, надеясь, что еще не слишком поздно.

– Порядок, он уходит, – Дэймос положил коммуникатор на стол.

Брок славился тем, что мог свернуть контору за три минуты по секундомеру. К концу разговора с тиорианцем он, скорее всего, уже запрыгивал в гравилет… Чертовы глушилки! Ничего нельзя проверить и прослушать!

Кроме всего прочего, еще оставались вопросы, которые не давали покоя, но даже теперь, с такими пробелами, все хотя бы начало вставать на свои места. Но как гетенианцы узнали, к кому обратиться? Откуда пришла информация? С кем они говорили в Шести мирах и как? Кто был их посредником? Почему им был нужен сатторианец, а не кто-то другой? Это была лишь малая часть вопросов, что роились в головах друзей. Хотя на последний вопрос Дэймос только что дал вполне вразумительный ответ.

– Сейчас осуществился худший для нее сценарий – она у спецотдела в «Парадизе», но учитывая всю мощь, что за ней стоит, она там выстоит, и тогда ее переведут в тюрьму на Эсстинге. Теперь у них есть только ты, и они попытаются любым способом заполучить тебя, чтобы выяснить, наконец, все, что им нужно – куда ты дел того, кого перевозили на корабле. Они не знали, кого на нем везли, или даже что… Они знают, что в «Парадиз» ты не сунешься. А вот на Эсстинге ты рискнешь, там они устроят ловушку. – Эта догадка неожиданно озарила сознание Дэймоса. – Они не уверены, что это именно Тэя…

– У нее будет шанс выбраться из «Парадиза», если они поймут, что ошиблись, что она обычная сатторианка, и переведут ее на Эсстинг. Из той тюрьмы только ленивый не сбежит, и они будут ждать, что я приду за ней…

– А ты не придешь, – твердо сказал Дэймос, – не сразу. Когда они поймут, что ты не явишься, они уберутся. Никто не хочет сидеть на Эсстинге дольше, чем требуется. Там есть женщина в команде, уверен, что она не задержится там больше чем на месяц, все боятся проклятия Эсстинга. И вот когда они уберутся, ты ее заберешь, – Дэймос был непреклонен, – тебе придется взять себя в руки, Норт.

– Она будет на Эсстинге! – воскликнул сатторианец. – Он способен высосать жизнь из любого, – Норт брезгливо повел плечами.

– У нее неплохие резервы, она продержится, – твердо заверил его Дэймос.

– Не уверен, – мрачно отозвался Норт, неожиданно на его плечи успокаивающе словно легли чьи-то руки, сатторианец тут же чутко вскинул голову, но расслабился. – А, да-да, спасибо, – почти смущенно пробормотал он – новый мир пытался его успокоить.

– Согласись, иногда приятно сознавать, что кто-то еще заботится о тебе, – улыбнулся Дэймос, допив остывший кофе.

– Да, но непривычно, – Норт покосился на свои плечи. – Спасибо за заботу, я уже успокоился, – его голос прозвучал неожиданно мягко, через несколько минут ощущение тепла исчезло, и сатторианец осторожно повел плечами.

– Вот ты и обрел нового друга, – усмехнулся Дэймос и подлил в кружки горячий кофе. – За терпение и удачу! – поднял он свою кружку.

Норт поднял свою кружку в ответ и проворчал:

– Ты требуешь невозможного.

– Все, что я узнал о тебе за все время моего знакомства с тобой, это то, что невозможного для тебя не существует, – Дэймос с наслаждением отпил горячий кофе.

* * *

Третий день игры в молчаливые гляделки подходил к концу. Тиорианцы сидели молча со своей стороны стола, Тэя скучала на неудобном стуле с дрогой стороны. Тиорианцы устало бродили по тому, что так тщательно было выстроено девочкой перед защитной стеной. До стены они еще не добрались. Тэя громоздила все новые и новые «иллюзии», не уставая поддерживать и подпитывать их.

Неожиданно дверь распахнулась, и в комнату влетел разгневанный сатторианец.

– Третий день! Что вы узнали?!

– Мистер Форрест, – начал было одни из тиорианцев, бросив быстрый взгляд на девочку.

– Что «Мистер Форрест»?! Вам было ясно сказано – никаких имен при ней! – сатторианец от гнева очень быстро перешел к бешенству.

– Мистер Форрест, – Тэя перевела на сатторианца ясный взгляд своих невероятно чистых глаз, – вы из Лесного края Долины, – сказала она. – Мой дядя мне рассказывал о вас. Ну, не о вас, а о вашем народе, вы из тех, что говорят с деревьями, – закончила она.

И вот вроде бы ничего такого она не сказала, но неожиданно мистер Форрест почувствовал себя, как бы это мягко сказать, не самым умным человеком в мире. Это было странно. Это было… Он перевел взгляд на девочку. Вот о чем говорила Кьяра. Когда девочка заговорила с ней и, узнав, что она с Сандорры, вспомнила о вполне достойной даме из приличного заведения, Кьяра почувствовала себя шлюхой. Вполне себе респектабельной, но шлюхой. Ощущение было настолько четким, что молодая женщина покинула комнату вопреки приказу и тщетно пыталась объяснить свой поступок начальнику. Теперь начальник сам ощутил на себе воздействие девочки. Воздействие ли?..

Да, он много слышал о северянах, в основном байки, но были среди них действительно уникальные люди. Эта вот, например, хоть и кажется неполноценной, но наполненность ее слов просто невероятна!

– Так, вышли, – мистер Форрест взял себя в руки и указал тиорианцам на дверь, покинув комнату вслед за ними, он плотно закрыл дверь.

– Я только что имел весьма неприятный разговор с начальством, – заговорил он в коридоре, – оно крайне недовольно – время идет, результатов нет.

– Мы стараемся, сэр, все не так просто, – заговорил один из тиорианцев, – мы блуждаем по ее полубезумному миру, это какой-то бесконечный лабиринт сплошной пасторали… Похоже, что там ничего нет, сэр, эта девочка неполноценна, какой и показалась с самого начала.

– Для неполноценной ее речь слишком ярко окрашена эмоциями, и она транслирует их во вне, – резко перебил его сатторианец.

– С такими психическими отклонениями это бывает, некоторые из подобных людей весьма сильны, а она еще и в подростковом возрасте, все усиливается гормональными всплесками…

– Вы готовы официально подтвердить, что она неполноценна? – снова перебил тиорианца мистер Форрест.

– Нужен специалист, я не психиатр. Все, что я могу подтвердить – ее восприятие мира далеко от объективного.

Мистер Форрест перевел взгляд на второго тиорианца.

– Там дурдом, – коротко кивнув, подтвердил он.

– Хорошо, я вызову психиатра. Если он подтвердит ее нормальность, вы вспорете эту маленькую дрянь и вытрясете из нее все, что только возможно про тот чертов корабль!

С этими словами мистер Форрест удалился. Тиорианцы повернулись к охраннику у двери:

– На сегодня мы закончили, уведите ее.

Дверь в комнату открылась и вошел крунн. Отстегнув девочку от стола и от пола, он мягко опустил тяжелую, но теплую руку ей на плечо и сказал:

– Пойдем, милая, на сегодня они закончили, сможешь отдохнуть.

Тэя встала, и охранник проводил ее в камеру. Ее держали в отдельном крыле, где одиночные камеры были закрыты плотными тяжелыми дверями без окошек и глазков. Высоко под потолком висела камера и переговорное устройство, через которое к Тэе обращались по мере необходимости, сама же девочка ни с кем не могла поговорить. Но она и не хотела. Ей надо было держать оборону, очень бережно расходуя запасы накопленной энергии. Много времени уходило на ревизию иллюзий, их восстановление, если они блекли и расплывались, и поддержку всей этой с таким трудом созданной сложной конструкции. Тэя сама долго бродила по этим лабиринтам, тщательно следя за тем, чтобы все оставалось неизменным – малейшее отклонение – и все рухнет – ее раскроют. Тиорианцев уже тошнило от ее иллюзий, но они работали тщательно и дотошно, и Тэя не хотела провалиться из-за досадной оплошности.

Она не должна подвести Норта, а он должен за ней вернуться. Она не представляла себе мира без него. Вся ее жизнь начиналась в тот момент, когда он распахнул дверь переборки на захваченном корабле, Тэя не помнила, что было до него. Время в тот период застыло и не двигалось. Сколько бы она ни пыталась вернуться к той части ее жизни, до Норта, ничего не получалось – там ничего не было. Черные камни, покрытые каплями воды, странная пустота в голове из-за оглушающей тишины – ни намека на чье-либо присутствие хоть где-то. Потом ей накинули что-то на голову, какое-то время несли, а дальше совершенно оглушивший ее своим ревом корабль и Норт. Возможно, корабль и не ревел, но после многолетней гробовой тишины даже мерная работа двигателей и систем жизнеобеспечения могли звучать оглушающе. Это были первые звуки, которые она услышала в жизни, вторым был голос Норта, и он же был первым человеком, которого она увидела. После того неожиданно откровенного разговора с сатторианцем Тэя часто перебирала теперь свои ранние воспоминания, надеясь найти в них хоть что-то, что поможет подтвердить или опровергнуть теорию Норта относительно ее происхождения, но ничего больше вспомнить она не могла. Там просто ничего не было, и это пугало.

Норт заполнил ее жизнь собой. Все, что происходило с ней с того момента на корабле было связано с его именем. Он стоял у истоков всего.

Сатторианец из Лесного края пригрозил психиатром, Тэя знала, кто это. Учитель Садхир успел показать ей сознания людей с различными психическими отклонениями, предостерегая от попыток проникнуть в них. «Эти люди неразумны, но именно поэтому они невероятно сильны. Ты можешь увязнуть в искаженном мире их сознания. Они создают иллюзию мира у себя в голове, и она словно болото будет тянуть тебя на дно», – вспомнила она слова учителя Садхира. Она хорошо запомнила сознание одной девочки. Она была добра и любима, ее родители очень трепетно заботились о ней. Тэя заглянула в ее сознание тогда, в парке – мир этой малышки был идеален. Идеален и ярок настолько, что Тэя даже замерла на какое-то мгновение, Учителю пришлось коснуться ее, чтобы она пришла в себя и покинула чужое сознание.

– Ее мир невероятно прекрасен, Учитель, – удивилась Тэя.

– Он соткан из любви родителей и их сказок, что они читают ей на ночь. Они очень много делают для нее. Она вырастет доброй и очень ласковой. Но она никогда не станет такой, как другие дети – ее мир будет слишком далек от реальности.

– Почему так происходит, учитель? – растерялась Тэя.

– Иногда в Природе что-то идет не так, и никто не может на это повлиять. Даже сейчас, при всех наших технологиях и достижениях в духовных практиках, есть вещи, которые мы просто не можем предотвратить или изменить…

Сейчас, здесь, на Калипсо, Тэя тщательно воссоздала когда-то увиденную ею иллюзию, обогатила и расцветила ее, расширив ее пределы и добавив новые фрагменты. Она еще раз придирчиво прошла по всему лабиринту, пусть психиатр завтра насладится этим зрелищем сполна. Тэя щедро поделится с ним чужим иллюзорным миром и чужими эмоциями, главное держать барьер, чтобы чужой мир не стал ее миром. Стена черного камня выглядела прочной, Тэя еще напитала ее для верности и только после этого позволила себе заснуть.

Сны стали немного грустными. Теперь она оказывалась в библиотеке с пустыми стеллажами, покрытыми слоем пыли и паутиной. В сумраке зала не было слышно привычного скрипа тележки, всюду была пустота и запустение.

Тэе не хватало Ночного Стража, оказалось, что он был важен. Он тоже был частью ее жизни в этом мире, и с его исчезновением она почувствовала себя брошенной. Очень странное и неприятное слово. И еще более неприятное чувство. Сразу две составляющих ее жизни оставили ее – Норт и Ночной Страж. Но неожиданно возникло другое чувство, словно кто-то подхватил ее за руку и повлек ее за собой, наполняя светом и радостью: «Ты не одна! – пронеслось в ее сознании. – Ты узнала меня? Я напитала тебя своей силой!» Ощущение было знакомым… Так вот что это! Это не энергия космоса, это силы планеты восполнили ее резервы! «Доверься мне», – прошелестело в ней. «Как ты смогла пробиться сквозь их глушилки?!» – удивилась девочка. «Это же мой мир», – отозвалось в ней чужое сознание, увлекая ее прекрасные просторы тонкой материи и даря ей покой сна…

* * *

Психиатр оказался тиорианцем, что, впрочем, было ожидаемо. Тэя равнодушно смотрела на вошедшего. Она уже пару дней была вялой и молчаливой.

– Почему ты такая грустная? – спросил тиорианец, опускаясь на стул.

– Я уже устала здесь. Хочу к дяде. Почему меня не отпускают? – губы девочки скривились так, словно она готова в любую минуту расплакаться.

– А почему он сам за тобой не придет? – вкрадчиво спросил психиатр, без каких-либо церемоний сканируя девочку.

– Мой дядя говорил, что невежливо вот так влазить в чужие сознания, – Тэя откинулась на спинку стула, скрестив руки. – Я вам не разрешала.

– И что из этого? – сознание доктора резво неслось по иллюзорному миру.

Неожиданно ему навстречу вылетел огненный протуберанец, обдав жаром и ощущением ужаса, он летел прямо в сознание непрошеного гостя. Тиорианец предпочел не испытывать судьбу и ретировался из сознания девочки.

– Что-то случилось? – голос девочки звучал равнодушно.

– Нет, – тиорианец скользил по ее лицу пристальным взглядом.

– Когда меня отпустят? – снова спросила Тэя.

– Когда ты расскажешь им то, что они хотят знать, или покажешь.

– Я даже не понимаю, чего они от меня хотят, – девочка снова говорила плаксиво.

– Какое-то время назад твой дядя захватил корабль…

– Я не понимаю, о чем вы, – Тэя вытерла нос, – какой корабль? Когда он забрал меня, он летал на какой-то калоше, только недавно у него появился «Скиф», вы об этом корабле? Так я не знаю, откуда он взялся, – нагнувшись к рукам, она снова вытерла нос. – Для чего меня пристегивают к этому столу? Что я могу сделать? Никто со мной не говорит, дяденьки до вас все время сидели и молчали, другой на них накричал, и они ушли, пришли вы, и никто не говорит, когда меня отпустят. – Слезы покатились по щекам девочки.

– Покажи мне, как ты оказалась у своего дяди, и я уйду, а тебя, возможно, отпустят, – голос тиорианца звучал вкрадчиво, а щупальца его сознания снова осторожно проникли в иллюзорное сознание Тэи.

– Показать? Как показать? – спросила девочка.

– Просто вспомни все и разреши мне посмотреть.

Тэя пустила очередной протуберанец прямо по одному из щупалец, как следует стегнув сознание тиорианца.

– Вы опять это делаете? – с укоризной сказала она. – Вам никто не объяснял, что это плохо?

Тиорианец встал.

– Ну, хватит, – с этими словами он раскрыл свой чемоданчик и достал шприц. – Сейчас ты уснешь. – Игла моментально воткнулась в шею девочки.

Через пару секунд глаза Тэи закрылись, и голова тяжело упала на руки.

Вошли тиорианцы и мистер Форрест.

– Что вы делаете?! Это же ребенок!

– Я работаю! И не собираюсь терять тут время на какие-то дурацкие игры, – тиорианец потер ладони друг о дружку. – А теперь, если не возражаете, – он опустил руку на лоб девочки и ворвался в сознание спящего ребенка, едва не разорвав его.

– Ты ее покалечишь! – воскликнул один из тиорианцев в ужасе.

– Она сама кого хочешь покалечит, – процедил психиатр, проносясь по идеальным ярким иллюзиям сознания спящего ребенка.

Структура сознания спящего человека обычно отличается от структуры сознания человека бодрствующего. Но этот мир был ярким и четким, никаких размытостей и полутеней, либо она на самом деле так четко все помнила, либо… Нет, не может быть… Она же спит! Если это была ее защита, то сейчас она не должна была сработать! На него летело сразу несколько протуберанцев с разных сторон… Он успел осознать, что мощь за этим огнем совсем не детская, а еще что это силы извне… Черт!

Тиорианцу снова пришлось в спешке ретироваться из чужого сознания. Схватившись за спинку стула, он несколько минут приходил в себя.

– Как вы ее сканировали? – раздраженно спросил он, повернувшись к тиорианцам.

– Нормально, – пожал плечами один из них.

– Без проблем. Ее мир как книжка детских сказок, но при желании там можно разглядеть события недавних дней, они сильно адаптированы под ее восприятие, но кое-что разглядеть можно… – добавил второй и удивленно спросил. – А что произошло?

– Она не пустила меня! Даже сейчас, пока она спит!

– Вы столкнулись с ее защитой? – удивился первый тиорианец.

Психиатр оглядел всех в камере, придержав своим мысли при себе, и вместо ответа сказал:

– Мне пора, у меня сегодня еще несколько сеансов.

– Надеюсь, они будут более удачными, – заметил не без сарказма мистер Форрест, пропуская доктора, и повернулся к спящей девочке. – Что нам с ней делать?

– Она – ребенок, даже этот укол уже нарушение протокола.

– Вы можете сейчас посмотреть ее встречу с ее дядей? – спросил мистер Форрест тиорианцев.

– Когда она проснется, мы попросим ее показать, – прозвучало в ответ. – Нам совсем не хочется столкнуться там с тем, с чем столкнулся ваш эксперт.

Мистер Форрест вызвал охранника:

– Отнесите ее в камеру, дайте знать, когда она проснется.

– Да, сэр, – крунн освободил руки и ноги девочки от цепей и, легко подхватив на руки, вынес из допросной.

В камере он бережно уложил ее на койку и накрыл одеялом.

– Мучают ребенка, – пробормотал крунн, осторожно закрыв дверь и почти бесшумно повернув ключ в замке.

Когда девочка проснулась, Сигурд дал ей какое-то время прийти в себя, и только потом сообщил начальству, что девочка очнулась.

На этот раз ей задавали вопросы.

– Почему ты не прогоняла нас, как доктора? – спросил ее один из тиорианцев.

– Вы ничего не ломали. Поначалу вы не знали, как правильно гулять, но быстро научились, и мне тоже было интересно гулять с вами, – Тэя переводила ясный взгляд с одного тиорианца на другого. – А он не хотел смотреть, он шел сломать

– Я даже понял, о чем она говорит, – легкая улыбка скользнула по лицу одного из ее собеседников. – Хорошо, – продолжил он, – ты сможешь показать нам, как дядя забрал тебя?

Тэя слегка озадаченно посмотрела на обоих.

– Так вам это надо? – спросила она.

– Для начала, – кивнули ей в ответ.

– Ладно, я попробую, но это далеко, – предупредила она, впуская в свое сознание гостей.

Они безропотно шли за ней, не отклоняясь от маршрута ни на шаг. Наконец, они остановились. Замок. Ну, конечно, что еще может быть в голове у девочки, выросшей на сказках и продолжающей в них жить? Злые воины в латах охраняют вход в замок, но мощная, невероятной силы фигура смела их со своего пути, ворвалась в замок и нашла спрятавшуюся где-то в чулане несчастную малышку. Подхватив ее на руки, герой вышел с ней на слепящее солнце…

Тиорианцы аккуратно покинули сознание Тэи.

– Все записали? – спросил мистер Форрест.

– Да, сэр.

– Что ж, отведите ее в камеру, а мы посмотрим…

Сигурд вернул юную пленницу в ее камеру и поставил на стол миску с едой, бережно накрытую салфеткой.

– Поешь, давай, – пробормотал он, неловко двигаясь в узкой камере.

Тэя благодарно кивнула. Он был невероятно добр этот крунн и очень сильно напоминал ей Гора. С тяжелым вздохом он вышел и запер замок, ему невыносимо было видеть ребенка в тюрьме. Тем более такого ребенка. Не от мира сего. И не понимает кроха, что происходит…

Тэе жаль было держать его в неведении, но иначе она не смогла бы удерживать этот образ и эту иллюзию. Она понимала, что теперь ей остается только ждать. Эта последняя инсценировка была ключевой, и она решала всё. Тэя сделала ее максимально доступной и близкой к истине, вложив немного другой смысл, где воины в латах были сотрудники из Бюро по вопросам детства, ну и дальше все по сценарию…

Утром дверь в ее камеру открылась, и Сигурд вошел со словами:

– Собирайся девочка, летишь на Эсстинг. Там тебя твой дядя быстрее найдет.

Тэя обняла крунна и, шепнув ему слова благодарности, ушла по коридору за сопровождающим, не оглядываясь.

* * *

Тэя никогда не думала, что будет счастлива снова оказаться на Эсстинге. Она была благодарна Калипсо, но эта планета ее измотала. Ей так полюбился сказочный мир, созданный девочкой, что она не позволила Тэе развеять уже осточертевшую ей иллюзию. Девочке пришлось пройти через сложный процесс отделения и перемещения созданного мира в другое сознание, даже не сознание, а пространство. Тэя не сомневалась, что какой-нибудь путник, оказавшись в пустыне по воле злого рока или собственной прихоти, рано или поздно окажется в сетях этого причудливого миража, и тогда храни, Создатель, его рассудок!

Но, хвала Ему же, она здесь. Ее подтолкнули в спину, и она ступила на трап. Александрия! Сухой жаркий воздух опалил ей лицо и легкие, Тэя моментально установила жесткую заслонку от океана: «Без меня на этот раз!» – мелькнуло у нее. Привычно запрещая себе думать и глуша возникающие образы, она прошла в фургон для заключенных.

– Сегодня ты одна поедешь, как королева! Повезло тебе! Обычно полная машина набивается, вряд ли ты бы там уцелела! – с этими словами охранник захлопнул двери гравилета и сел в кабину к водителю.

«Да уж, я вообще везучая», – мелькнуло у Тэи, и девочка снова освободила разум – она помнила, что на Эсстинге везде были соглядатаи.

В тюрьме ее снова поместили в одиночную камеру, но здесь двери были решетчатые, и Тэя могла видеть сквозь прутья часть коридора, пост охранников и узкое окно, сквозь которое каждый вечер светило закатное солнце.

Облегчение, которое поначалу наполнило ее душу по прибытии сюда, постепенно угасало в ней подобно лучам этого солнца. Надежда на скорое освобождение становилась несбыточной мечтой, размывающейся течением времени.

На Калипсо ей было трудно, а здесь просто тяжело. Жаркие дни, от зноя которых не спасали даже толстые стены, чьи камни после захода ошалелого солнца на ощупь оставались теплыми, и душные ночи тянулись здесь медленно, словно расплавленная резина. На Калипсо ее ожидание скрашивала ее игра со спецотделом, и это занимало все ее время и силы. Несмотря на все ее надежды, здесь Ночной Страж так и не вернулся. Все ее оставили. Сейчас к ее камере подходили только, чтобы поставить миску с едой. Тэя даже не подходила к ней, это было еще отвратительней, чем дурацкие консервы Норта…

Почему он за ней не приходит?! Что случилось? Что с ним?! Страшная мысль, что его могли тоже схватить или даже убить, не раз накрывала ее посреди ночи вместе с ледяной волной паники. Тогда она с криком вырывалась из липкого забытья, обливаясь потом и хватая ртом воздух, под злые окрики охранников и разбуженных соседей.

Он должен прийти… Он должен… Он не мог ее забыть…

Голод и бессонные ночи подтачивали ее силы.

Однажды к ее камере подошел человек, которого она раньше не видела.

– Мне доложили, что ты не ешь, – сухо сказал он.

– Я не могу это есть, – Тэя отвернулась к стенке на койке.

– Встать! – крикнул охранник.

Тэя с трудом поднялась, опершись рукой о стену. Ее качало.

– Вся ясно, кормить и поить насильно, она нужна нам живой, – бросил начальник тюрьмы и удалился.

Несколько следующих дней охранники честно пытались ее кормить, но не сильно-то усердствуя в применении силы: откуда-то прошел слух, что эта девочка племянница Норта-Северянина, которого хорошо помнили на Эсстинге по беспощадным боям, и никто не хотел оказаться в списке его личных врагов.

Однажды смуглый охранник поставил на стол аккуратно накрытую миску и удалился. Запах, дошедший до Тэи, вызвал у нее яркие воспоминания и новый приступ слез. Она поняла, от кого это. Она вспомнила красивого эсстингианца с грустными миндалевидными глазами, с тонким лицом, подобным тем, что она видела на картинках по истории Древнего Египта. Сэт. Только Создателю известно, как он смог переправить ей эту еду и чего ему это стоило.

– Ешь, – тихо сказал охранник, – ты должна поесть… – голос его звучал беспомощно.

Тэя не могла поднять даже руку. Зачем ей есть? Если он не придет? Как и зачем ей жить?! Что останется у нее в этом мире без Норта? Все появилось вместе с ним и исчезнет вместе с ним…

Эсстинг подкрался к ней и начал вытягивать из нее силы. Девочка не сопротивлялась. Незачем… Какой смысл… Ее едва хватало на то, чтобы оберегать самые ценные свои воспоминания, отдав остальное в хищные щупальца этого жадного мира…


…Он бежал по каким-то улицам ночного города. Город был незнаком. Он кого-то искал, не зная кого, но с уверенностью, что при встрече поймет, кто ему нужен. Темная фигура возникла впереди, и он направился туда. Вот он, это его он ищет. При его приближении человек в балахоне с капюшоном поднял голову, и ледяной взгляд черных глаз пронзил его насквозь:

«Спаси ее! Я не могу ей помочь! Ее силы на исходе, ей нужна твоя помощь!»

Норт рывком сел и вытер покрытое испариной лицо. Ночной Страж… Сатторианец тяжело дышал. Черт! Он слетел с койки и ворвался в отсек Дэймоса.

– Вставай! Нам пора! Мы уходим!

– Куда уходим?.. Что… – тиорианец с трудом разлепил глаза.

В этот же миг корабль вздрогнул от форсированного запуска двигателей.

– Норт, что происходит? – Дэймос вошел в рубку, на ходу застегивая ремень с оружием.

– Пора, – коротко ответил Норт.

Дэймос безмолвно пристегнулся, и корабль рванул в небо. Нет нужды напоминать ему, что не все еще проработано и не все люди подкуплены. Через пару недель они бы сделали все без шума и крови. Тиорианец чувствовал, что его друг на пределе и движет им нечто большее, чем его импульсивность и несдержанность. Дэймосу оставалось лишь безмолвно подчиниться.

Поставив автопилот, сатторианец поднялся:

– Проверим арсенал, – с этими словами он покинул рубку.

– Проверим, – Дэймос не споря направился следом.

Норт заряжал и приводил в боевую готовность все подряд.

– Господи, Норт, это тюрьма в Александрии, а не боевой форпост на Рубеже…

Сатторианец одарил друга тяжелым взглядом и продолжил ревизию оружия. Дэймос подключился к процессу, в ожидании пояснений.

– Он пришел ко мне, Дэйм, Ночной Страж. Она больше не может ждать – чертов Эсстинг убивает ее, – Норт активировал гранаты и сложил их в сумку.

Брови Дэймоса поползли вверх, то ли от такого безрассудства по поводу гранат, то ли от сообщения о Ночном Страже.

– Тогда не будем медлить, – решительно кивнул тиорианец, выбирая то оружие, которым лучше владел, – я беру на себя охрану, а ты пробьешься к ней.

– Так и сделаем, – Норт подхватил сумки и отнес их к выходу, затем направился в рубку. – Время, Дэйм!

– Я готов! – тиорианец был увешан легким скорострельным оружием всех типов.

– Садимся!

«Скиф» сел во дворе тюрьмы, подняв тонну пыли, лишая всех возможности дышать и хоть что-то увидеть. Тут же началась пальба. Когда песок осел, и воздух очистился, взору Дэймоса открылся взорванный вход в тюрьму, Норта не было видно, а к кораблю подступали со всех сторон.

– Ну, класс, – тиорианец снял первую стрелковую пару и открыл огонь с двух рук, стреляя разнонаправленно и валя всех, кого видел…


Тэя услышала шум, но у нее не было сил, чтобы просто разлепить глаза. Это был корабль? Нет, это очередной бред ее угасающего сознания… Стрельба? Нет, нет…

Молодой охранник подбежал к ее камере и трясущимися руками с трудом открыл замок, как раз когда очередной взрыв гранаты снес последнюю бронированную дверь.

– Сэр, вот, я открыл… – парнишка бросил оружие на пол и, подняв руки, отступил.

Сатторианец шагнул в камеру мимо него. Девочка на койке не пошевелилась.

Норт нагнулся и, подхватив ее на руки, ощутил слабое течение жизни, проклятия потоком сыпались с его губ. Он легко перехватил девочку одной рукой, второй вскинув тяжелый автомат. Руки Тэи машинально обвились вокруг его шеи, и она уткнулась лицом в его куртку.

– Норт… – прошептала она.

Норт отправил в нее мощный заряд жизненной энергии и двинулся к выходу, нещадно паля во все, что двигалось.

– Держись, прошу тебя, – пробилось в сознание Тэи сквозь жуткий шум жестокой перестрелки.

Она судорожно вдыхала запах его куртки, такой знакомый и такой родной

Норт расчищал себе путь от особо ретивых охранников, более благоразумные из них бросили оружие и отступили. Оказавшись во дворе и направляясь к кораблю, сатторианец по окружающей тишине понял, что Дэймос зачистил все до состояния необитаемости. Едва Норт со своей ношей оказался на борту, «Скиф» взмыл в небо, с разгона прошел атмосферу и вошел в тоннель гиперпространства. Там Дэймос состыковался с другим кораблем. Рывком обняв сатторианца и бережно коснувшись головы девочки, которая все еще была без сознания, тиорианец кивнул на выход:

– Вам пора!

Сатторианец покинул корабль с девочкой на руках.

– Увидимся, когда увидимся, – сказал он на прощание, и створки шлюзов закрылись.

Дэймос отстыковался и продолжил путь на «Скифе» – все видели его, и ориентировки будут разосланы на этот корабль.

Норт прошел сразу в медотсек другого корабля и, передав девочке еще один мощный импульс жизненной энергии, бережно уложил ее в ложе и, установив режим полного восстановления, опустил крышку чудо-капсулы. Теперь дело за ней, он сделал все, что смог.

Но пора убираться отсюда. Сатторианец прошел в рубку, и корабль буквально рванул с места. Положив корабль на курс и выставив автопилот, Норт отжал руки от штурвала и не без удивления посмотрел на них, чтобы убедиться в ощущениях – они дрожали. Второй раз в его жизни.

Они продумали с Дэймосом всё. Достали второй корабль, необходимым условием для которого было наличие ложа, они предполагали, что девочка после Эсстинга будет плоха, но чтобы настолько… Две мощные передачи, а ее щеки даже не порозовели!

– Чертовы змеи… Чертов Эсстинг… – Норту в сотый пришлось убеждать себя, что они не смогли бы вытащить ее из «Парадиза».

Только бы эта штука с Крунна смогла ее откачать!

Усилием воли он удерживал себя в рубке, но ноги несли его в медотсек. Куда бы он ни шел, чем бы он ни занимался, его путь всегда проходил через медотсек.

Переход был долгим. Они шли на Эйрис. Там они будут в безопасности, и там девочка быстро наберет силы. Тонкий мир планеты был нейтральным и не пытался избавиться от людей, изматывая и опустошая их. Возможно, до прибытия людей его просто не было, и это сами люди создали его из своих грез, желаний и фантазий. До недавнего времени никто специально не занимался этим вопросом. Норт бы и сам не задумался об этом, если бы не Дэймос. Тиорианцы всегда смотрели вглубь вещей и, возможно, у них даже уже есть какие-то труды на эту тему, но они не спешили делиться своими теориями или открытиями с обитателями остальных пяти миров. Может, просто потому, что не было еще достаточных подтверждений этой теории? Калипсо оказалась живой, живой настолько, что даже спать там было небезопасно, без предварительной договоренности. Норт повел плечами – ощущение первого контакта с тонким миром планеты оставило в нем весьма неприятные воспоминания. Только благодаря Дэймосу ему удалось там уснуть, не боясь лишиться рассудка…


Тэя открыла глаза. Она моментально поняла, что она на корабле. Последние события живо всплыли в ее памяти, и радость наполнила ее – Норт ее забрал! Она огляделась по сторонам и, найдя кнопку, открыла прозрачную крышку ложа и села. Возле ложа стояла накрытая салфеткой банка консервов и бутылка воды. Тэя взяла воду и жадно припала к бутылке, глядя по сторонам. Корабль был другой. Жаль, на «Скифе» остались кристаллы Дэйви и всякие другие мелочи, которые она не прихватила в тот раз с собой, отправляясь на встречу с Сэтом. Бедный Сэт! В ее памяти всплыл его исполненный ужасом и отчаянием от собственного бессилия взгляд. Что ему пришлось пережить, пока он рассказывал обо все произошедшем Норту, одному Создателю известно, а что было с Нортом…

Сатторианец вошел в медотсек и сел рядом с ложем. Его взгляд напряженно скользил по девочке, словно убеждаясь снова и снова, что она в порядке.

– Попадешься еще раз, и я не вернусь, – сказал он вместо приветствия.

– Норт! – Тэя порывисто обняла его.

Кажется, он впервые растерялся. Он осторожно погладил ее по спине. У него были широкие, теплые ладони.

– Нам надо кое-что сделать, – сказал он, отстраняя ее от себя.

– Что?

– Что-то вроде прививки – однажды это либо спасет тебе жизнь, либо погубит.

Он помог ей сойти с ложа и усадил к себе спиной на высокий табурет. Тэя услышала легкое жужжание, и что-то обожгло ей плечо.

– Не дергайся, – левая рука Норта тяжело опустилась ей на другое плечо, крепко зафиксировав девочку на месте. – Еще немного, – сказал он, и жужжание продолжилось.

Тэя сжала зубы. Она пережила «Парадиз» и тюрьму Эсстинга, это, что бы это ни было, она тоже сможет пережить.

– Всё, не трогай и не чеши, – Норт обработал плечо и, залепив повязкой, развернул девочку лицом к себе. – Ты поела?

– Не хочу пока, – аппаратура напитала ее всем, что было необходимо для организма.

– Тогда чего расселась? В машинном отделении дел полно! Я там один из блоков охлаждения снял, надо проверить, что там барахлит.

Тэя неожиданно расцвела улыбкой и почти вприпрыжку побежала в машинное отделение, ориентируясь по гулу двигателей.

Норт смотрел ей вслед. Она изменилась. Выросла, да, но и повзрослела. Сквозь него снова тек поток ее мыслей, ее сознание яркой звездой светило внутри него. Он помнил это жуткое чувство, когда она почти погасла… Норт провел рукой по лицу, взглянув на машинку для татуировок, от всей души надеясь на то, что он не совершил сейчас роковую ошибку. Она взрослеет, ее жизнь будет меняться, возможно, однажды это остановит кого-то от необдуманных действий. Как слух о том, что это его племянница, спас ее от ненужного внимания на Эсстинге…

Норт отправился к Тэе. Скоро им и впрямь выходить из гиперпространства, и корабль должен быть готов и к выходу, и к посадке – атмосфера на Эйрис еще та, каждый взлет и каждая посадка становится настоящим испытанием для корабля и экипажа. Сатторианец шел в машинное отделение. Осознание и чувство того, что девочка там, наполняло его непривычным теплом, что не помешало ему сделать пару едких замечаний по поводу ее безделья и даже отвесить ей легкий подзатыльник. Звонкий смех Тэи, раздавшийся в ответ, наполнил собою пространство корабля и был надежно спрятан в одной из самых потаенных сфер сознания Норта…

Часть 5. Бруннея

– Мы летим к Морриган? – Тэя села в кресло рядом с Нортом и пристегнула ремни.

– А ты бы хотела к Морриган? – Норт не отрываясь следил за показателями всех систем.

– Не знаю, – Тэя задумалась. – С одной стороны, у нее очень хорошо, а с другой – с ней все время как будто возле ящика со взрывчаткой… – неуверенно сказала девочка.

– Это точно, про взрывчатку, – усмехнулся Норт и продолжил: – Нет, мы сядем в Лаверне, но в транзитном порту, и останемся на корабле. Мне надо будет сходить в город, а потом можно заглянуть на рынок и купить тебе фруктов, овощей и чего там ты еще хочешь, – сатторианец бросил на девочку быстрый взгляд. – И надо бы купить новую одежду – ты выросла.

– Да? – Тэя с удивлением оглядела себя. – Я не заметила.

Она все еще была очень худой – восстановление шло медленно. Эсстинг почти полностью опустошил ее и придется постараться, чтобы она вернулась в прежнюю форму.

– И зачем нам овощи? Мы не умеем их готовить, – неожиданно напомнила девочка Норту.

– Тогда купим готовое, – он уже был сам не рад, что завел этот разговор. – Все, помолчи немного. – Корабль вошел в плотные слои атмосферы Эйрис и их нещадно трясло.

Норт невероятным усилием удерживал штурвал и корабль на курсе. Движение здесь было оживленным, и ему совсем не светило столкнуться с кем-нибудь из тех, кто еще взлетает или садится в этот момент.

Тэя вцепилась в подлокотники и жадно смотрела вперед. Ей нравился момент, когда после тяжелого прохода сквозь плотные слои атмосферы перед глазами представала Эйрис. Материк, на котором они садились, был весьма живописен и неплохо заселен. Города и поселки были разбросаны по всей его территории и были соединены между собой сетью дорог. Сверху все выглядело впечатляюще.

Норт вывел корабль из плотных слоев атмосферы, совершил вираж и аккуратно посадил корабль на выделенную им стоянку.

– Ты как? – сатторианец повернулся к девочке.

– Нормально, – Тэя нетерпеливо расстегнула ремни. – Мы сейчас пойдем в город? – ей явно не терпелось прогуляться.

– Если ты готова, то пошли, – Норт одним движением расстегнул ремни и встал.

Девочка устремилась за ним. Перед тем как покинуть корабль, сатторианец надел свой кожаный ремень с ножами, перекинул через плечо кобуру с бластером и, после секундного размышления, пристегнул еще пару ножей к голени. После этого он протянул Тэе ремень с ее ножом.

– Никогда не выходи без него, – строго сказал он.

– Хорошо, – девочка послушно застегнула ремень.

Норт снова оглядел ее. Она вытянулась за то время, что он ее не видел. Одежда болталась на ней и явно была мала.

– Начнем с магазина, – решил он и спросил: – Ты сумеешь сама подобрать себе всё?

– Дэйви меня научила, – живо кивнула девочка.

– Магазины здесь не такие, как в Линнее, на многое не рассчитывай, но кое-что есть. Надеюсь, ты поправишься, купи что-то такое с запасом, – Норт открыл выход с корабля и спустил трап.

– Обувь тоже маловата… Я пойду одна? – Тэя на секунду замерла.

– Нет, – сатторианец сбежал вниз по трапу, он не скоро сможет отправить ее куда-то одну после Калипсо.

– Хорошо, – девочка легко сбежала следом и скользнула в гравилет.

Норт закрыл корабль и сел за штурвал машины. Они прилетели на планету в разгар дня, и Тэя с любопытством вертела головой, осматривая окрестности. Жизнь здесь кипела не хуже, чем в мегаполисе метрополии.

– Столько людей! – воскликнула она.

– И нет глушилок, – напомнил Норт.

Точно! Надо держать свои мысли при себе, говорить словами и слушать ушами. Как скучно!

– Придется потерпеть, – хмыкнул Норт.

Они выбрались из порта, и Норт медленно шел в нижнем потоке машин – им нужен был магазин.

– Вот этот вполне неплох, – Норт припарковался. – Купи сразу два-три комплекта, – сказал он Тэе.

– Я знаю, – девочка протянула ему раскрытую ладонь и, получив деньги, скрылась за дверью.

– Надеюсь, она там же и переоденется, – пробормотал Норт.

Ему предстояло посетить пару мест, и его племянница должна была выглядеть соответственно. Не броско, но и не в такие обноски. Одежда, когда-то купленная Дэйви, кроме того, что стала просто мала, за это время совсем потеряла вид. При мысли о Дэйви Норт ощутил чувство тоски. Она вернулась в свой дом в Белом городе, сразу после того, как федералы установили все, что было необходимо по поводу Тэи и перевели девочку из «Парадиза» на Эсстинг. Но люди Норта продолжали присматривать за ней. Учитель Садхир тоже прилетел на Сатторию с Тиоры, и все как будто вернулось на круги своя. По крайней мере в той части его жизни.

Норт увидел юную девушку, вышедшую из магазина. Черт… Это Тэя?!!

Девушка грациозно скользнула в гравилет. Легкий аромат парфюма заполнил кабину.

– Представляешь, там была парикмахерская, и им удалось привести в порядок мои волосы, за время на Эсстинге они так свалялись, что я даже не могла их расчесать, – Тэя повернулась к Норту, свежая и прекрасная. – Тебе нравится?

– Безусловно, – процедил сатторианец, в панике думая, как сейчас заявится с ней бар, полный уголовников. – Если я сегодня выживу, это будет просто чудо, – пробормотал он.

Наряд на ней был не броский, но эффектный – оттенки бежевого, светло-серого и слоновой кости.

– Почему ты на меня рассердился? – Тэя моментально уловила перемену в Норте.

– Если тебя не порвут в баре в первые пять минут… О чем ты думала? Что за запах?!

– Это шампунь! – глаза Тэи словно потухли.

– Никаких лишних запахов, сколько раз я тебе говорил! Не привлекай к себе внимание – это опасно! Ты и так слишком приметна!

– Прости, я не подумала, – Тэя понурила голову.

Норт оглядел ее снова и тяжело вздохнул.

– Можешь убрать их в хвост, что ли? – спросил он, скользнув глазами по ее блестящим локонам.

Тэя подобрала волосы в хвост, открыв безупречно длинную шею. Черт!

Такую красоту не скрыть. Придется смириться, держать руки на ножнах и быть наготове.

– Ладно, сними. – Норт тронул гравилет, Тэя стянула резинку, и волосы снова рассыпались по плечам. – От меня ни на шаг, поняла?

Девочка молча кивнула. Девочка. Да нет, уже не девочка. Девушка. Еще на заре своего расцвета, но уже видно, к чему эта трансформация приведет. Ведь, казалось бы, только вчера он волок ее подмышкой через Белый город, и вот сейчас он едва узнал ее. Еще одна странная перемена в его жизни. Однажды он уже прошел этот путь с Джаей, когда та из нескладного подростка превратилась в необыкновенную красавицу, и каждый их выход в город заканчивался дракой за нее. Джая сердилась на его несдержанность и вспыльчивость, но терпеливо обрабатывала ссадины на его лице и руках…

Норт тряхнул головой и сосредоточился на дороге. Вот и бар. Норт завел гравилет в переулок и толкнул неприметную боковую дверь.

– Не отставай, – еще раз сказал он и опустил руки на рукояти ножей.

Зал стих.

– Глаза в стол и пейте дальше, хоть одно слово или звук – отрежу язык, – объявил Норт и двинулся к стойке, Тэя шла за ним, сжав до боли рукоять своего ножа.

Люди повиновались, но только сейчас, уловив все их помыслы и фантазии касательно нее, девушка поняла, о чем говорил Норт. Ей стало не по себе. Словно грязные ручейки, тянулись к ней липкие желания посетителей бара. Тэя сделала, что смогла – закрыла себя стеной.

Норт подошел к стойке бара, за которой владелец заведения флегматично протирал стаканы.

– Привет, Лок, давно не виделись, – приветствовал хозяина Норт.

– Давно, – кивнул тот и посмотрел на Тэю. – Пришел бы ты лучше один, Норт.

– Пусть привыкают, я здесь теперь часто буду появляться. Иногда буду присылать ее. Все должны запомнить, что она неприкосновенна, и, если хоть волос упадет с ее головы, я вырежу родню того, кто решится на это, до седьмого колена. – Норт оглядел зал, обрывая и наматывая грязные языки мыслей на шеи их хозяев, вызывая приступ удушья. – Я пришел надолго, запомните это.

Он говорил негромко, но голос его достиг тонущих в сумраке углов зала, и даже самые отчаянные после этих слов опустили глаза в свои стаканы и подобрали свои мысли.

Сатторианец снова повернулся к Локу.

– Что есть для меня?

Тот достал карточку из нагрудного кармана.

– Адрес Брока, он тебя ждет – уже нашел дело. И еще кое-что от Морриган, – почти беззвучно сказал Лок. – Эсстингианец в том углу, один из тех, кого ты ищешь.

– Линос? – Норт сошел с лица.

Лок кивнул и вернулся к стаканам.

– Слева или справа? – не оборачиваясь спросил Норт.

– Уже у выхода, – Лок подышал на бок стакана и продолжил его натирать.

– Я держу его, – раздался голос Тэи.

Норт повернулся. Девочка… Девушка уложила эсстингианца одним из тех приемов, которым обучил ее Норт. Довольная улыбка скользнула по его лицу: пусть все видят, с ней шутки плохи! Он не спеша подошел к эсстингианцу и, наклонившись, сказал:

– Прогуляемся, – сатторианец легко поднял изящного эсстингианца. – Лок, я воспользуюсь складом?

– Бутылки не побей, – ворчливо отозвался владелец бара, наполняя кому-то кружку пивом.

– Спасибо, – Норт повернулся к Тэе, – ты останешься здесь, – он перевел взгляд на хозяина бара. – Лок, накорми ее, пожалуйста. – Получив в ответ кивок, сатторианец выволок своего пленника на улицу, борясь с желанием перерезать ему глотку прямо сейчас.

Лок похлопал ладонью по своему углу стойки бара, приглашая Тэю сесть.

– Что хочешь, милая? – голос его звучал удивительно ласково и заботливо.

И это была совершенно искренняя ласка и забота. Тэя, взбираясь на высокий табурет, тревожно обернулась на дверь.

– Не надо тебе это видеть, милая, – тихо сказал Лок.

– Вы знаете, зачем он ему? – тихо спросила девушка.

– А ты не знаешь? – Лок поставил перед ней стакан и наполнил его свежайшим апельсиновым соком.

– Нет, – Тэя покачала головой, были у нее смутные догадки, но на расспросы она не решалась, равно как и не рисковала больше пробираться в мысли сатторианца.

– А вот это правильно, милая, нечего тебе там делать, – Лок поставил перед ней огромную тарелку с сочным стейком и овощами. – Не знаю, где ты была, милая, но поесть тебе просто необходимо, если съешь все, получишь десерт за мой счет, – Лок неожиданно весело улыбнулся ей и вернулся к своим делам.

Тэя ела и с любопытством наблюдала за его неспешными, но расторопными движениями. Постепенно посетители вернулись к своим разговорам, и бар наполнился привычным гулом.

Мясо было удивительно вкусным, и девушка не заметила, как все съела. Едва ее вилка коснулась пустой тарелки, перед ней возникла запотевшая креманка с огромной порцией мороженого, сливок и шоколада. Мороженое! Совершенно детская улыбка расцвела на ее лице, и Лок довольно усмехнулся, покачав головой – совсем еще дитя, но, судя по слухам и ее виду, досталось ей уже немало.

Если все сознание Тэи поглотила белоснежная гора, погребенная под тертым шоколадом, то часть сознания Лока устремилась на склад, куда ушел Норт. С Нортом его связывали старые отношения. Еще на заре своей юности, когда Норт только входил в дело, а Лок решил открыть на только что освоенной планете первый бар, снабжение здесь было никакое. Лок стал практически первым клиентом Норта, и тот бесперебойно снабжал его всем необходимым по самым приемлемым ценам, благодаря чему Лок смог подняться. Сейчас Лок получал все вполне официально, но до сих пор Норт ни разу не пришел к нему с пустыми руками – то с ящиком виски с Саттории, то с коробкой ароматнейшего вина Сандорры из напоенного солнцем винограда, то с ящиком сигар с Эсстинга – и наотрез отказывался от платы, заявляя категорично: «Это подарок!»

Сейчас Лок был встревожен. Ему нравился этот парень, и он очень не хотел, чтобы тот натворил чего-нибудь лишнего. Осторожно, чтобы Норт не заметил его присутствия, Лок на всякий случай наблюдал за тем, что происходит на складе.

Сатторианец едва держал в себя в руках. Закрыв дверь склада, он швырнул эсстингианца на земляной пол.

– Я не убивал их, Норт, я не убивал их!!! – закричал эсстингианец, поднявшись на колени и рефлекторно пятясь назад.

Норт достал ножи и очень медленно приближался. Даже человеку неискушенному было бы очевидно, какая жестокая схватка сейчас происходит внутри него.

– Я не трогал их! Я не знал, что мы идем в твой дом, Норт! – продолжал говорить эсстингианец. – Только когда вошли и Дуан заговорил с женщиной, я…

– Что ты? – Норт замер на полушаге, руки его уже были разведены и готовы порезать эсстингианца на тысячу кусков.

– Я понял, где мы… Я хотел уйти, я останавливал его! Только идиот может прийти в дом Норта-Северянина и поднять руку на его семью! Он не слушал, ему нужны были они, чтобы ты пришел…

– Я пришел, – нечеловеческими усилиями Норт удерживал себя от прыжка.

Эсстингианец уперся спиной в стену – дальше отступать было некуда. Он в ужасе смотрел на сатторианца.

– Где он? – прохрипел Норт.

– Я ушел от него сразу после этого! Но я слышал, что, когда он узнал, что ты знаешь имена, он ушел на периферию, потом наши имена всплыли здесь, он ушел ближе к Рубежу, зовут его теперь все Хромым Чаком, а я… Я устал бегать, Норт, я так устал… – Эсстингианец не стеснялся слез, ужас ожидания смерти в любой момент из-за любого угла довел его до ручки.

– Где он? – еще раз медленно спросил Норт.

– Я слышал, что он подвязался к левой добыче бериллов Проксимы…

Нерона!

– Но там его вроде уже взяли… – продолжил Линос, – не уверен…

Норт сделал глубокий вдох, ножи в долю секунды вошли в ножны и, резко развернувшись, сатторианец покинул склад.

Эсстингианец рухнул на пол без сил.

Норт сел на табурет рядом с Тэей. Лок без слов поставил перед ним бутылку ледяного пива и тарелку со стейком.

– Не надо было за мной присматривать, – сказал ему Норт тихо, но четко.

– Ты бы остановился?

– Нет.

– Прими это, заткнись и ешь, – Лок ткнул коротким крепким пальцем в тарелку перед Нортом и отошел к клиенту.

Тэя никогда раньше не слышала, чтобы кто-то так разговаривал с сатторианцем. Норт медленно кивнул Локу вслед.

– Принято, – услышала Тэя.

И сатторианец неожиданно усмехнувшись, принялся за еду.

– Ты мне расскажешь? – спросила Тэя, оторвавшись от мороженого.

– Когда подрастешь, – Норт даже не повернулся к ней.

– Я еще не выросла? – озадаченно спросила девушка.

– Недостаточно.

– Я еще вырасту? – в ужасе спросила она.

– Надеюсь, что нет, – Норт мельком прикинул ее рост. – Надо, чтобы ты помещалась в спасательную капсулу, – серьезно сказал он.

Тэя медленно начала отодвигать от себя креманку с недоеденным лакомством.

– Не дури, это на рост не повлияет, – усмехнулся Норт.

Тэя недоверчиво смотрела на него.

– Я серьезно, ешь, – велел он, и девушка снова притянула к себе вожделенную креманку.

Странно было думать о ней как о девушке, так быстро проскочил этот момент от ребенка к подростку, и теперь вот юная девушка. Сколько же ей лет?

– Хотела бы я сама знать, – тихо отозвалась Тэя.

– Опять подслушиваешь, – нахмурился Норт.

– Я не подслушивала, это прямо вот здесь, – Тэя провела ладонью по воздуху между ними.

– Ладно, – Норт погрузился в свои мысли.

Ложка Тэи шваркнула о дно креманки, и тут же возник Лок.

– Хочешь еще, милая? – спросил он, и вокруг его глаз залегли лучики морщинок.

– Они делают тебя добрым, – удивилась Тэя, впервые осознав, насколько мимика передает эмоции людей.

– Я и сам удивляюсь насколько, милая, – улыбнулся хозяин, и Тэя с наслаждением окунулась в теплую волну искреннего расположения, шедшую от него.

Наполнив ее стакан соком, хозяин снова отошел.

– Я что сказал? – тихо спросил Норт.

– Смотреть глазами, – вздохнула Тэя, опустив голову.

– Лок – свой человек и ему можно доверять, но мы в людном месте, здесь полно чужаков – уголовников, нельзя раскрывать себя, – с тихой досадой сказал Норт и положил приборы на опустевшую тарелку.

– Слушай его, девочка, он бывает груб, но он прав, – так же тихо сказал Лок, забирая тарелку, – он заботится о тебе.

– Я знаю, прости, – Тэя совсем сникла.

– Лок, приготовь нам что-нибудь на ужин, пожалуйста, мы позже заедем, заберем. И мороженое еще ей оставишь? – Норт потрепал Тэю по макушке и, положив деньги на стойку, встал и направился к выходу.

Девушка поспешила за ним, помня, что нельзя отставать, чувствуя на себе многочисленные взгляды.

– Они тут женщин совсем не видели? – пробормотала она, садясь в гравилет.

– Таких, как ты – нет, – и, тронув машину, Норт набрал высоту. – Нам надо найти Брока, – сказал он.

* * *

– О мой бог! – Брок застыл с открытым ртом, а сигара повисла на его нижней губе. – Это наша девочка?!

– Рот закрой, – велел ему Норт и повернулся к Тэе. – Подожди там и не слушай нас.

Девушка исчезла за дверью. Брок медленно сглотнул и, поймав выпавшую сигару, он перевел ошарашенный взгляд на сатторианца.

– Это вот та девочка?!

– Да, – Норт сел, – мне надо на Нерону.

– Всем надо на Нерону, – Брок отошел от шока и, плеснув себе виски, замахнул его одним глотком. – Племянница, мать ее… – напомнил он себе.

Норт щелкнул пальцами перед лицом работодателя.

– Брок, сфокусируйся – Нерона.

– Да я весь один сплошной фокус, – Брок не мог оторвать взгляда от двери.

– Сейчас по морде дам, – мягко пообещал Норт.

Брок нехотя перевел взгляд на Норта.

– Что у тебя на Нероне?

– Дуан Кормак, он же Хромой Чак. Слышал о таком?

– Про это отребье кто только ни слышал, – Брок раскурил сигару и отбросил спичку. – Зачем он тебе?

– Это он, Брок. И он мне нужен.

Сатторианец не глядя снова плеснул себе еще виски и одним махом выпил второй стакан.

– Я с тобой сопьюсь, – пробормотал он, – что ни минута, то новость… Он на Проксиме?

– Да, то ли «черный» старатель, то ли его уже взяли. Я должен к нему подобраться.

– Черт, поверить не могу, что это он…

– У тебя с ним дела? – брови Норта сдвинулись.

– Ни боже мой, – вздрогнул Брок, – я с такими не работаю! Мне нужны люди слова и дела, а не этот космический мусор…

– Как мне к нему подобраться, чтобы он не свалил? – спросил Норт.

Южанин задумчиво скользил по нему взглядом.

– У меня был заказ на «черные слезы», я послал Нейла. Последний раз он выходил на связь с Бруннеи, как только там сел, после этого он пропал…

– Что мне до Нейла? – нетерпеливо перебил Норт.

– Ты не слушаешь! Заказ был с Нероны! От частной компании. Выбивают себе разрешение на добычу и запасаются «слезами».

«Черными слезами» называли природное взрывчатое вещество невероятной силы, которое добывали на Бруннее, залегало оно в жилах, при добыче рассыпалось на отдельные кристаллики в виде капель, одна такая капля могла взорвать целый пласт базальта на Нероне и вскрыть огромные залежи первоклассных бериллов.

– Полетишь на Бруннею, выяснишь, что стало с Нейлом, возьмешь «слезы» и доставишь на Нерону, ты все понял? – Брок пристально смотрел на Норта сквозь дым сигары. – Будет лучше, если на Нерону ты прилетишь на корабле Нейла.

Норт медленно кивнул. Эмоции застилали ему разум, и тут как раз был нужен Брок.

– И никаких слухов обо мне, – сказал Норт.

– Никаких, – заверил его южанин, – думаю, что в баре Лока самоубийц не было.

– Уже слышал? – Норт нахмурился.

– Мне Лок звонил, – Брок кивнул на коммуникатор, – эсстингианец болтать не будет. Остальные, думаю, тоже не хотят коротать жизнь в страхе, как он.

Да, народу в баре было много. Норт поморщился, об этом он не подумал.

Брок порылся в столе и достал яркую коробку.

– У меня есть шоколад с Сандорры, угости племянницу, видит бог, ей не помешает, – южанин тяжело вздохнул, – натерпелась там…

– Ты своих давно видел? – спросил вдруг Норт, уловив идущую от Брока тоску по семье.

– Как с Саттории пришлось бежать, так и не видел, – вздохнул он, – думал, своим переправлю, на Сандорре еще купил, тоже не успел. Пусть девочка поест.

– Спасибо, – Норт взял коробку и встал. – Прости, это из-за меня.

– Нет, это все тот чертов корабль, – Брок сел в кресло и достал голограмму с детьми.

Норт замер.

– Кто заказал его тебе?

– Не знаю, – Брок покачал головой, – все через посредников. Цепочка человек двадцать и никаких личных встреч, все по коммуникатору. Номера уже неактивны. Я сам пытался все распутать, это я тебя в это втянул… – Брок оторвался от снимка. – И девочка твоя из-за меня натерпелась…

– Не бери в голову, все обошлось, – Норт протянул ему коробку, – иди сам отдай.

Брок растерялся.

– Я? Нет, сам отдай.

– Тэя, зайди, – позвал Норт.

Брок неловко выбрался из-за стола, споткнулся о кресло, чертыхнулся, извинился. Протянул шоколад девушке.

– Вот, держи. Это с Сандорры, от него никогда ничего такого не дождешься, – кивнул он на Норта. – А так хоть попробуешь, – закончил южанин.

– А что это? – Тэя с любопытством рассматривала коробку.

– Шоколад. Ты не ела? – Брок не мог налюбоваться ее чистой красотой.

– Ела с мороженым, – улыбнулась она, – спасибо. Норт говорил, вы здорово помогли мне на Калипсо, спасибо вам, – добавила она тихо, прижимая коробку к себе.

– Это было нетрудно, – отмахнулся Брок.

– Нет, надо помнить добро, которое тебе делают люди, и уметь вовремя его вернуть, – Тэя покосилась на Норта, тот едва заметно одобрительно кивнул.

– Вот, съешь этот шоколад, и мы в расчете, – улыбнулся Брок. – Вся информация на кристалле, – повернулся он к Норту, снова став работодателем, – вот. Последние координаты и все остальное. Что-то понадобится: оружие, оснащение – я здесь. Звони.

– Спасибо, Брок, – северянин с южанином пожали руки, и Норт с Тэей покинули офис Брока.

Заехав к Локу за едой, они вернулись на корабль. Едва они разгрузили коробку, как по интеркому раздался голос Морриган.

– Норт Блэкмаунт, открой немедленно!

Норт перевел взгляд на Тэю и, чертыхнувшись, ударил по кнопке.

Морриган вихрем влетела на корабль.

– Когда ты собирался сообщить мне о том, что ты прилетел?

– Никогда, – честно сознался Норт.

– Я так и думала, – она заглянула в контейнеры с ужином, – Лок тебя балует, – она подняла на сатторианца свои прозрачные глаза с кошачьими зрачками, – ты ведь не думаешь, что я оставлю тебя здесь сегодня?

– Нет, – покачал головой Норт.

– Сунь это все в холодильник, – она огляделась, – в этой консервной банке есть холодильник?

– Есть, – Норт кивнул Тэе, и та убрала продукты.

– Всё, поехали, – Морриган хлопнула в ладоши, – ненавижу есть холодное!

Поездка с Морриган за рулем гравилета оказалось испытанием не для слабонервных. Тэя то и дело закрывала глаза. Когда они наконец-то остановились у дома королевы Эйрис, девушка с трудом выбралась из гравилета.

– Ты как? – спросил ее Норт.

– Мне кажется, меня впервые укачало, – пробормотала Тэя, подавляя противные спазмы в желудке.

– Шевелитесь! Ужин стынет! – Морриган прошествовала в настежь распахнутые двери дома.

– О боже, – Тэя судорожно глотнула воздух, и Норт подтолкнул ее к дому.

– Выпей это, – в руках девушки оказался стакан с темной газировкой. – Пей, не бойся, – засмеялась Морриган, – это имбирь, снимет тошноту.

Тэя послушно осушила стакан. И на самом деле стало легче.

– Прошу! – Морриган села во главе огромного накрытого стола и хлопнула в ладоши. – Шевелитесь!

Норт сел справа от хозяйки дома, Тэю Морриган усадила слева от себя.

– Давай ешь, – перед Тэей тут же оказалась полная тарелка яств. – Что за бесформенные тряпки на тебе, милая?

– Сегодня купила, из старой одежды я выросла…

– Да уж вижу, – прозрачные глаза Морриган смерили девушку оценивающим взглядом, – могла бы купить что-нибудь стоящее, раз выпала такая возможность.

– Ее и в этой одежде замечают, а если она оденется, как ты…

– Ох, милый, как я ей не одеться, – Морриган похлопала Норта по руке и отпила вина из бокала эсстингианского стекла. – Ты же умеешь быть невидимой, милая?

– Нет… – Тэя помотала головой, не сводя завороженного взгляда с красавицы.

– Дэйви не научила тебя? Ах да, учитывая, сколько ты у нее была, странно, что она хоть чему-то успела тебя обучить, – Морриган с аппетитом уплетала ужин. – Что ж, после еды нам будет, чем заняться.

– У тебя получается быть невидимой? – Норт не смог сдержаться, и уголки его губ дрогнули в усмешке.

– Уж поверь мне, – Морриган пригвоздила его к стулу ледяным взглядом, – когда мне надо, меня не замечают даже господа полицейские. Особенно господа полицейские, – по лицу Морриган снова скользнула торжествующая улыбка. – Ешь, детка, нас ждет большая работа!

Морриган была оживлена, шумна и заполняла собою все пространство вокруг.

Норт смотрел на нее темным взглядом и чувствовал внутреннюю пустоту, которую она так старательно пыталась скрыть. И сатторианец с готовностью поддержал ее игру. Он был ее подданным, верный рыцарь своей королевы…

Тэя откинулась на спинку стула – она не могла дышать.

– Милая, тебе не понравился десерт? – бровь Морриган поползла вверх.

– Я уже дышу с трудом, – со слабой улыбкой отбилась девушка.

– Ладно, пошли на ковер, разомнемся, – Морриган легко вскочила и направилась к камину с открытым огнем, Тэя последовала за ней.

Норт пересел в кресло с бокалом вина и смотрел на двух красавиц. Они были совершенно разными, но каждая по-своему прекрасна.

Морриган оказалась хорошей наставницей. Она терпеливо и методично провела Тэю по сложному пути медитаций и ментальных практик, объясняя и показывая, уча правильно дышать и направляя потоки ее сознания в нужное русло. Норт смотрел на них в невероятном по красоте сгустке энергии, что окружала их. Это было потрясающее зрелище.

Морриган несколько раз провела Тэю туда и обратно, и когда девушка проделала все сама, удовлетворенно кивнула и встала с ковра.

– Попробуй еще раз, теперь совсем одна, – хозяйка дома подошла к Норту, и он налил ей вина.

– Ты хорошая наставница, я удивлен, – тихо сказал он, не сводя глаз с Тэи, та старательно проделывала путь «туда».

– Считай это неудовлетворенным материнским инстинктом, – горько усмехнулась Морриган.

– Мор, – широкая ладонь Норт накрыла изящную ладонь красавицы, – ты же знаешь, что Гор ждет тебя.

– Гор! Он не бросит свои пещеры ради меня, а я не могу оставить все это, – Морриган махнула рукой вокруг себя.

– А ты спроси его…

– Он не будет жить со мной в этом доме, а я люблю его, Бирн строил его для меня, – губы Морриган дернулись.

– Гор выстроит для вас новый дом, и у тебя их будет два, – Норт поймал ладонь женщины и их пальцы переплелись в замок. – Дай ему шанс, и себе – с ним у тебя будут дети…

– О, Норт…

– Норт, ты меня видишь? – раздался вопрос Тэи.

Норт и ухом не повел.

– Она невидима, а не неслышима, идиот, – шепнула ему на ухо Морриган.

– Кто со мной говорит? – тут же спросил Норт.

– Он издевается! – Тэя поднялась с ковра, бросив на сатторианца укоризненный взгляд.

– Не обращай на него внимания! Сделаешь завтра так перед тем, как пойти к Локу, и никто не повернет голову в твою сторону, – заверила девушку хозяйка дома.

Норт смотрел на Тэю. Он видел изменение поля вокруг нее. Но для него она осталась прежней, что ж, завтра они проверят новую наработку на практике.

Сатторианец поднялся и поставил бокал.

– Нам пора, Мор, спасибо за всё, я в долгу перед тобой, – он сжал ее руки в легком поклоне.

– Это мне с тобой не расплатиться, чертов сатторианец, – Морриган приняла поклон и ответила на рукопожатие.

Обняв Тэю, она шепнула ей:

– Помни все, чему я тебя учила, и не улетай не попрощавшись, вы теперь моя семья.

– Хорошо, – Тэя крепко обняла молодую женщину, – спасибо!

– В следующий раз я веду тебя за тряпками! – крикнула ей вслед Морриган.

– Обязательно! – звонко ответила Тэя.

Норт сел в гравилет.

– Это же не наш, – сказала Тэя, сев рядом.

– Завтра люди Морриган его заберут, – Норт явно устал.

Тэя вопросительно смотрела на него.

– Не могу видеть ее такой, – сатторианец тронул гравилет.

– Какой?

– Надломленной и опустошенной… Я ничем не могу ей помочь, – Норт вышел на трассу и разогнал гравилет до дозволенной на этом уровне скорости.

– Мне кажется, ты ей нравишься, – Тэя пытливо смотрела на сатторианца.

– Совсем нет, мы просто росли вместе и хорошо друг друга знаем, – усмехнувшись, покачал головой Норт. – Любить такую, как Морриган, трудно – надо раствориться в ней и жить только ею. Бирн так умел… У него было огромное сердце…

Норт помрачнел и ушел в свои мысли. Тэя задумчиво смотрела на него. Мир взрослых. Она стремительно приближалась к нему и пыталась разобраться во всех этих хитросплетениях. У Бирна было большое сердце. Но сердце Норта не меньше… Любовь…

– Что значит любить? – спросила она, и гравилет едва не навернулся в воздухе.

– Я покажу тебе один раз, – тихо сказал Норт. – Когда доберемся до корабля, – добавил он.

– Хорошо, – кивнула Тэя и погрузилась в свои мысли, перебирая полученные сегодня знания.

Они поднялись на борт корабля, и Норт тщательно закрыл вход.

– Ладно, давай покончим с этим. Ты растешь, когда-нибудь ты встретишь кого-нибудь, и у тебя будет своя жизнь.

– Я не хочу…

– Это жизнь, Тэя. Но ты не должна ошибиться. Смотри и запоминай, – Норт взял ее руки в свои и погрузил в свою самую сильную эмоцию, все то, что он испытывал к Джае, он показал сейчас этой девочке.

Тэя стояла внутри невероятного тепла, света, вспыхивающих звезд и фейерверков. Что-то мучительно щемило и сжимало сердце, но это приносило не боль, а удивительную радость и какое-то невероятное чувство счастья… Тэя вбирала в себя все эти новые ощущения и не хотела, чтобы это кончалось…

Норт убрал проекцию и выпустил ее руки. Тэя не сразу открыла глаза.

– Она была потрясающей, – прошептала она.

– Кто?

– Та, что вызвала в тебе все эти эмоции, – взгляд Тэи прояснился, но ей не хотелось расставаться с этим ощущением внутри.

– Когда встретишь человека, который сможет пробудить в тебе нечто подобное, и который сам будет испытывать к тебе то же самое, иди за ним не оглядываясь, – сказал Норт, – такое бывает лишь раз в жизни.

– Дэймос обидится, если я попрошу показать его чувства к Дэйви? – спросила Тэя, ей уже не терпелось проверить – одинаково ли чувство любви у представителей разных миров.

– Даже сатторианцы любят по-разному, – усмехнулся Норт, – что уж говорить об остальных! Но ты можешь спросить, – сатторианец окончательно стряхнул наваждение – своим воспоминанием о любви он чуть снова не пробудил тень Джаи.

– Северяне – однолюбы, – вспомнила Тэя.

– Верно, – кивнул Норт.

– А крунны?

– Очень похожи на северян. Гор любит Морриган с первого дня их встречи, но он молчалив и замкнут, а Бирн… – Норт улыбнулся, погрузившись в воспоминания, – Бирн всегда умел очаровать…

Тэя погрузилась в свои мысли.

Норт смотрел на нее какое-то время, затем спросил:

– О чем задумалась?

– Гетенианцы любят так же? Смогу ли я когда-то испытать что-то подобное? – полный тревоги и страха взгляд устремился на Норта.

– Не знаю, так же ли, но, думаю, любят, – взгляд сатторианца скользил по лицу девушки. – Со временем, думаю, мы это узнаем, – усмешка у него была горькой, он встряхнулся. – Поздно уже, спать пора. Завтра рассчитаю прыжок – и улетим отсюда.

– Хорошо, – Тэя побрела к себе.

Эмоции и мысли переполняли ее. Морриган любила и так несчастна, Норт любил и был совершенно уничтожен, когда потерял ту, кого любил. Все это время его поддерживает только жажда мести, а что будет, когда он ее утолит? Стоит ли любовь этой боли? Зачем это вообще?

Она легла и закрыла глаза, призывая Ночного Стража разобраться во всем, что сегодня на нее свалилось. Едва перед внутренним взором возникли ряды книг и послышался скрип колес, Тэя позволила себе провалиться в сон.

У Норта Ночного Стража не было, эта девочка заставила его вытащить наружу то, что он так тщательно скрывал даже от самого себя. Жажда испытать эти чувства снова удивила и напугала его. Он не думал, что когда-то вообще захочет снова окунуться в этот омут с головой, иначе северяне не умеют… Дэйдре умела его успокоить и, хотя бы на время, избавить от этой пустоты и боли…

Норт ворочался в своем отсеке без сна, все чаще и чаще перед внутренним взором маячила Морриган, но Норт сказал твердое «нет» и направился в рубку – раз он не спит, то сможет рассчитать прыжок раньше.

Когда наутро люди Морриган прибыли за гравилетом, корабля Норта уже не было.

* * *

– Очередная пустыня, – Тэя вертела перед собой голограмму планеты.

– Не просто пустыня, – Норт увеличил картинку.

– Гористая пустыня, – голос Тэи оставался скучным.

– Смотри внимательно, – получив легкий подзатыльник, она насупилась и принялась изучать картинку.

Пещеры. Еще один подземный мир? Похоже на то… И что-то не так с солнцем…

– Вот именно, – кивнул Норт, – восход здесь буквально выжигает все, и только самоубийца посадит корабль на освещенной стороне планеты. Но и там, где ночь – не лучше. Здесь есть жизнь.

Тэя вскинула голову. Что? Впервые за все время пребывания в Шести мирах она услышала, что где-то была обнаружена жизнь.

– Их зовут горты. Никто их специально не изучал, и поэтому остается вопрос, как они мигрируют от солнца – по поверхности или по пещерам.

– Но в пещерах шахты…

– Верно, с начала разработок здесь погибло много людей – все каторжане, но люди. Тогда их заменили на роботов Крунна.

– Подожди, вернемся к гортам, что о них известно? – остановила сатторианца Тэя.

– Они не изучены. Все, что известно – охотятся стаей и когти у них ядовитые. Мы даже не знаем, рептилии они или млекопитающие.

– А размеры?

– Помнишь картинки льва?

Тэя без труда вспомнила великолепного хищника.

– В полтора раза больше, – Норт смотрел на голограмму над столом. – Нам предстоит найти корабль Нейла, забрать груз вместе с кораблем…

– А если Нейл будет возражать?

– Не думаю, – покачал головой Норт, и Тэя подумала, что вряд ли вообще кто-то решился бы возражать Норту, когда тот чуял добычу и шел по следу. – Мы даже не знаем, жив ли он, – продолжил сатторианец, – он не выходит на связь. Если мы найдем кого-то живым или живыми и их корабль исправен, они уйдут на нашем корабле.

– А что вот это? Светится? – Тэя указала на яркий объект на теневой стороне планеты.

– О, это главная достопримечательность Бруннеи – тюрьма для особо опасных преступников.

– Хуже «Парадиза»? – при слове тюрьма Тэя сжалась.

– Не лучше точно. Так, надо настроить сканер на маяк корабля Нейла и понять, где он сел, – Норт воткнул кристалл Брока в декодер и нашел необходимые данные. – Ну, шикарно… Сейчас место посадки на стороне солнца… Черт! – Норт изучал картинку. – Либо они ушли в пещеры и конец их кораблю, либо Нейл сразу посадил свою посудину в приемную шахту… – он настроил сканер на нужную частоту. – Выйдем на ближнюю орбиту и сделаем кружок…

– Здесь есть вода? – взгляд Тэи скользил по изображению планеты.

– Только под землей. Наверху пустыня, горы и песчаные бури, – Норт следил за сканером.

– Кромешная ночь, сжигающее все солнце и горты, – мрачно закончила Тэя.

– Ты как будто чем-то недовольна? – Норт бросил на нее быстрый взгляд.

– Впервые у нас такая планета, – девушка настороженно разглядывала Бруннею на обзорном экране.

– Какая?

– Необитаемая, – пояснила Тэя.

– Ничего себе необитаемая, тут целая тюрьма есть, – Норт поймал сигнал.

– Тоже мне, центр цивилизации, – девушка повела плечами.

– Ну, может, и не центр, но когда нет совсем ничего…

– Ты здесь сидел? – спросила Тэя.

– Бывал, – кивнул Норт, фиксируя координаты маяка.

– И как?

– Я не успел осмотреться – сбежал, – Норт закончил сверку. – Есть! – он перебросил координаты на голограмму. – Не совсем солнце, но скоро оно туда придет.

– Сколько у нас времени? – Тэя разглядывала карту с отмеченной зоной ночи.

– Часов восемь, пока там все не спалит огненным катком, – Норт работал на клавиатуре. – Так, дай мне уровень, касательно горизонта… – Несколько секунд ожидания, на экран высыпали данные. – Он сел в шахту, у нас есть шанс, – Норт провел рукой по лицу. – Так, куда сесть нам?.. – сатторианец снова погрузился в расчеты. – Вот, оптимальные координаты – приемная шахта на темной стороне, вот здесь, – Норт пометил точку посадки на голограмме. – За восемь часов мы должны добраться до корабля, узнать, что случилось, проверить корабль на работоспособность, если «слез» там нет, найти склад, притащить ящики и… Я убью Брока, когда вернусь, – таково было заключение Норта.

– Мы успеем? – нахмурилась Тэя.

– Придется успеть, – Норт повернулся к ней, – готовь гравилеты и собери свои вещи – мы сменим корабль. Я приготовлю оружие, – Норт отправился в арсенал.

Тэя пошла собирать вещи – делала она это уже за считанные минуты.

Норт занимался оружием. Он подготовил и собрал все, что хоть как-то могло пригодиться, и, подхватив сумку, направился к гравилетам.

– Возьмем оба, чтобы можно было перевезти ящики, если что, – Норт поставил сумку в одну из машин. – Помнишь, как водить?

Тэя медленно кивнула, вспоминая все манипуляции Норта.

– Покажи, – кивнул сатторианец, и они отработали перед посадкой еще и это.

Бортовой сигнал напомнил им о подходе к точке входа в атмосферу.

– Всё, садимся! – Норт стремительно направился в рубку.

Тэя спешила за ним – перед предстоящей посадкой лучше быть поближе к Норту и быть пристегнутой.

Корабль вошел в атмосферу еще на солнечной стороне, и девушка даже успела ощутить жар светила. Вот это да…

Затем корабль прорезал собой мглу, и Норт погрузил его в шахту, ориентируясь только на приборы, пару раз они шваркнули бортом о ствол шахты, но корабль сел.

Мрак чужого мира обступил их. Норт тут же зажег все огни, и тьма отступила.

– Все, на выход, время пошло, – Норт включил на часах обратный отсчет, и они покинули корабль на гравилетах.

* * *

…Норт уверенно вел машину по бесконечным переходам тонущего во тьме подземелья. Тэе оставалось только не сводить с него глаз, не отставать и не… Что-то мелькнуло в свете лучей прямо перед ней, и она, машинально крутанув штурвал, влепилась в стену. Черт… Больно-то как… В ушах гул и все плывет, странное состояние, такого раньше с ней не было…

– …Открой глаза, чтоб тебя! Тэя! Открой глаза!

Да кто же ее трясет-то так?.. Норт? Она с трудом навела фокус.

– Ты чего творишь?! – он был не в ярости, он был уже в бешенстве.

– Там кто-то был… – Тэя попыталась показать, где.

– Кто там мог быть?! Надо было просто лететь за мной! – Норт приподнял ее и с размаху, не совсем бережно усадил. – Не двигайся! – его руки быстро пробежались по ее рукам и ногам. – Все цело, – он умело проверил шею и ощупал ее голову, – здесь вроде тоже… – он напряженно вглядывался в ее глаза. – Ты меня слышишь?

– Слышу, – ответила она, пытаясь обернуться, – там кто-то был…

– Сиди здесь, из света не выходи, я проверю. – Норт включил мощный фонарь и медленно двинулся назад, прослушивая мрак пещеры и прощупывая пространство сознанием.

Вот здесь она ударилась о стену, значит, следы должны быть вот у этого прохода… Норт опустил луч фонаря и медленно повел от одного узкого прохода к другому. Есть! Ей не показалось. Но это нисколько не утешает… Норт разглядывал четырехпалый след с отведенным назад пальцем. Горты. В пещерах. Черт!

Норт вернулся назад.

– Нашел что-нибудь? – спросила его девушка.

– Нашел, – Норт, не особо церемонясь, поднял ее и усадил в свой гравилет, бросив ей на колени сумку с ее вещами, он закрыл дверь и огляделся.

Раздражало то, что он сам ничего не услышал. Почему?

Он сел за штурвал гравилета и помчался дальше.

– Это были горты? – спросила Тэя.

– Судя по следам, да, – Норт не отрываясь смотрел вперед.

– Прости за гравилет, – девушка вытерла струйку крови из рассеченной брови.

– Ерунда, сделаем две ходки, если что, – Норта беспокоила не потеря гравилета, а то, что раны на ее лице так долго не затягивались, раньше это было делом нескольких секунд, а теперь…

– Там аптечка есть, достань антисептик, – сатторианец указал кивком на бардачок.

Тэя перебросила сумку назад и достала аптечку. Долго, он прав. Она достала стерильную салфетку плеснула на нее антисептика и, тщательно протерев ссадины на лице, прижала салфетку к рассеченной брови.

– Чертов Эсстинг, – услышала Тэя.

– Думаешь, это из-за него? – спросила она сатторианца.

– Думаю, эта чертова планета способна высосать жизнь даже из камня, – в голосе Норта отчетливо слышалась досада и злость на самого себя, – ты слишком долго была там, слишком долго…

– Думаешь, он повлиял только на это? – тихо, с ужасом в голосе спросила девушка, она вспомнила о горькой участи женщин Эсстинга, и волосы у нее буквально встали дыбом от холодной волны паники, окатившей ее от страха смерти.

– Думаю, да, только на это. Он ослабил твою способность к регенерации, – Норт виртуозно вписался в очередной поворот. – Убери руку, – он умудрился бросить на нее быстрый взгляд. – Порядок, уже затягивается. Просто надо больше времени, – в его голосе было явное облегчение.

Тэя заглянула в зеркало. Оттерла остатки запекшейся крови – на щеке и лбу уже ничего не было, рассечение на брови начало затягиваться. В этот момент она поняла, что значит испытать облегчение.

– Отлегло? – Норт смотрел вперед, сверяясь с картинкой на экране.

– Ага, – кивнула Тэя, машинально ощупывая бровь, – как ты там видишь что-то?

Норт пожал плечами.

– Я вообще хорошо вижу, – сказал он и уверенно завел гравилет в один из трех проходов. – Шахта с кораблем близко, достань мне карабин из сумки.

Тэя пролезла назад и, найдя многозарядник, вернулась в кабину.

– Сейчас, – сказал Норт и с этими словами в освещенном их лучами пространстве возник корабль.

Он не был освещен – плохой знак.

– Он открыт, – тихо сказала Тэя.

Норт развернул лучи, выхватив из мрака два гравилета и валяющиеся контейнеры. На гравилетах и на полу пещеры была кровь, но тел не было. Учитывая следы гортов, их тут и не должно было быть. Тэя спокойно реагировала на кровь. Какие-то вещи она воспринимала совершенно отстраненно. Она не знала этих людей, и факт их гибели говорил ей лишь о том, что она сама сейчас не в безопасности.

– Это точно, – Норт взял карабин, – сиди здесь, я осмотрюсь и проверю корабль.

– Один?! – Тэя смотрела на стоявший перед ними «Тайфун».

– Ладно, времени мало, пошли со мной, – кивнул Норт, – нож приготовь.

– С ножом против горта? – в голосе девушки сквозил сарказм.

– Гортов здесь уже нет – они сожрали всех, кого нашли, и ушли, я бы опасался людей. Возьми фонарь, – с этими словами Норт вышел из гравилета.

Тэя поспешила за ним.

– Если могли остаться люди, то почему они еще здесь? – едва поспевая за сатторианцем, спросила Тэя.

– Либо корабль неисправен, либо… – Норт одним движением прижал ее рукой к стене коридора первого уровня и замер.

Тэя отчетливо услышала звук возни и ощутила сознание.

– Оно какое-то кривое, – озадаченно прошептала девушка.

– Он безумен, – Норт одним движением распахнул дверь в отсек и застрелил несчастного.

– Надо проверить реактор и запустить энергосистему, – сатторианец едва взглянул на убитого. – Это там, – он пошел в машинное отделение, внимательно прослушивая все вокруг.

– Там, – Норт безошибочно выстрелил во тьму, и Тэя услышала предсмертный стон.

Пройдя через машинное отделение, они добрались до реактора.

– Посвети и держи уши востро, – Норт поставил карабин и достал первый цилиндр реактора.

Целый. Норт медленно и аккуратно погрузил его обратно.

– Сколько их на «Тайфунах»? – спросила Тэя, машинально озираясь по сторонам.

– Шесть, – Норт методично проверил каждый цилиндр, – все цело. Проверю соединительный блок… Черт! Кто-то выдрал его со всеми проводами, – Норт поднял с пола массивную систему в защитном корпусе. – Этот корабль уже никогда никуда не полетит, – до Тэи донеслись витиеватые проклятия.

– Цилиндры нам не подойдут? – спросила девушка, чтобы остановить этот поток красноречия.

– У нас другой диаметр, пошли отсюда, скоро сюда явятся горты – учуют свежую кровь, – Норт вскинул карабин. – Проверим контейнеры снаружи и тогда решим, что дальше, – сатторианец направился к выходу.

Тэе оставалось только последовать за ним. На корабле было пусто. И это ощущение пустоты ее угнетало. Легко сбежав по трапу, Норт подошел к контейнерам и осторожно потрогал один ногой, затем слегка пнул.

– Пустой. Они даже не успели загрузиться, чтоб тебя, Нейл, не мог хоть что-то сделать нормально в своей жизни?! – Норт собрал пустые контейнеры и сложил в свой гравилет. – Проверь этот, – кивнул он Тэе на машину Нейла.

Тэя заглянула в салон – внутри крови не было, только на корпусе. Девушка забралась внутрь и запустила двигатель, тут же включились лучи.

– Есть, работает! – радостно сообщила она очевидное.

– Отлично, справишься с ним?

Тэя огляделась. Модель отличалась от той, что была у них, но не принципиально. Подергав наугад пару рычагов и нажав на пару педалей, она быстро разобралась, что к чему.

– Готова? – Норт терпеливо ждал.

– Да! – Тэя задвинула дверцу гравилета.

У Норта дверцы поднимались вверх.

– Поехали, – Норт завел свой гравилет, – не отставай и не разбей ничего на этот раз! – сатторианец захлопнул дверцу и рванул с места в карьер.

Тэя двигалась за ним какими-то рывками, но понажимав еще на пару рычагов, она выровняла движение своего гравилета и внимательно смотрела по сторонам, держась от Норта на максимально близком расстоянии, чтобы уже никто не проскочил.

«Ты знаешь, куда ехать?» – спросила Тэя.

В ее кабине затрещала рация:

– Давай-капо р адио, – велел Норт.

Сосредоточившись на прослушивании пути по узким проходам в этой беспросветной тьме, он уже не мог прослушать пространство и не знал, что вокруг. Особую тревогу вызывали горты. Прослушать бы, не бегут ли они за ними следом?

– Займись, делом, – сказал он Тэе по рации, – прослушай гортов.

– Как я их узнаю? – пробормотала девушка, раскидывая сознание как можно шире.

Это было похоже на сеть, заброшенную в море. Тэя внимательно слушала, пока сознание скользило обратно, собирая информацию в пространстве. Неожиданно она ощутила отклик. Полный голода и жажды крови. Тэя моментально свернула сознание, с ужасом ощущая, как к ним со всех сторон устремились жаждущие их сожрать твари.

– Норт, нам лучше ускориться! Их слишком много! Они меня услышали!

– Горты?! Черт! Кто бы знал еще… – и его гравилет резко рванул вперед.

Тэя неслась за ним на бешеной скорости по узким тоннелям, то и дело со скрежетом чиркая бортами о скальную породу, от чего искры фейерверком разлетались в стороны, внутри все противно сжималось от резких поворотов и бесконечных петляний по проходам. Девушка ощутила, как сотни чужих сознаний стеклись с разных сторон в единый поток и устремились за ними, давя и круша друг друга. Это было страшно…

– Норт, они догоняют!

– Еще немного!

На что он надеется? Что там впереди?!

Неожиданно они влетели в довольно просторную пещеру, Норт тут же выпрыгнул из гравилета и крикнул:

– Квазар! Люди, охранять! – сам он уже вскинул один из своих многозарядников.

Тэя едва смогла затормозить, чуть не врезавшись в дальнюю стену пещеры. Выбравшись, она присела у гравилета, в ужасе глядя на происходящее.

Несколько бойцов и Норт стояли плотно друг к другу и палили по беснующейся массе гортов, задние напирали на передних, не понимая, что тут их ждет смерть, а те, что оказывались впереди и понимали, с чем столкнулись, не имели возможности повернуть назад, погибая от пуль и от напирающих сзади собратьев.

Тэя закрыла уши. Это отсекло звук, но не отсекло бесконечные предсмертные вопли гибнущих хищников. Пришлось выбирать, и Тэя закрыла ладонью лоб. Она в ужасе смотрела на происходящее. Казалось, все тянулось бесконечно долго…

– Тупые твари! Сдохните! – Норт молниеносно сменил оружие и продолжил отстреливаться.

Неожиданно все стихло. Норт медленно отступил к Тэе, не сводя глаз с еще копошащейся массы смертельно раненных среди погибших гортов.

– Ты как? – спросил он, глядя в ее расширенные глаза и на прижатую ко лбу руку.

– Они кричат, – прошептала Тэя.

– Побудь пока здесь, – Норт отступил к великолепно экипированным бойцам и скомандовал: – Добить и расчистить проход.

Те методично принялись исполнять приказ. Только сейчас Тэя заметила неладное.

– Сколько их? – спросила она.

– Вопрос неверный, – отозвался Норт, выгружая контейнеры из своего гравилета.

– Сколько у них… рук?!

– В точку, – Норт повернулся к боковому проходу, – я на склад, это прямо здесь, – кивнул он на тускло освещенный переход в соседнюю пещеру, – ты в безопасности. Я быстро.

Норт и в самом деле действовал очень быстро. Он заполнил контейнеры, неся назад загруженные емкости предельно аккуратно – «черные слезы» были крайне нестабильны. И хотя контейнеры Нейла были изготовлены специально для их транспортировки, чувство самосохранения брало верх – рисковать не хотелось.

Тэя переводила взгляд с него на работающих роботов. Как она сразу не поняла, что это роботы? Хотя в таком хаосе из воплей чужих сознаний это немудрено, резонно заметила она сама себе.

Сейчас они добивали и растаскивали гортов, расчищая проход. Тэя заметила, что пещера неплохо оборудована и оснащена, и два утилизатора уже работают на полный ход.

Норт закончил погрузку и присел рядом с девушкой.

– Так, значит, они тебя засекли?

– Я как будто кусок сырого мяса перед ними повесила, – Тэю передернуло, они едва не вторглись в ее сознание!

– Надо будет передать всем, чтобы включали здесь глушилки, – Норт перевел взгляд на гортов, – что за твари…

– Ты мне про роботов расскажи, я даже не поняла, что это не люди, пока до меня не дошло, что у них что-то не то с руками, – Тэя усмехнулась над своей несообразительностью.

– Ты просто растерялась, со всеми случается, – Норт привалился спиной к борту гравилета, – это боевые роботы Крунна. Они охраняют склад готовой продукции.

– Как-то странно они его охраняют, мы же здесь, и ты загрузился…

– Мы еще не выбрались, – Норт смотрел на методично работающих роботов.

Проход уже был почти расчищен. Норт посмотрел на часы.

– У нас еще четыре часа, пока укладываемся. Но лететь придется на своем корабле.

– А это плохо потому, что?.. – Тэя вопросительно смотрела на Норта, некоторые нюансы она еще не понимала.

– На Нероне ждут «Тайфун», а не нашу калошу. Это сразу их насторожит, пройдет слух, что пришел не тот корабль, и тот, кого я ищу, может залечь на дно, – Норт интонацией дал понять, что тема закрыта.

Тэя научилась слушать голос. Особенно его голос. Ей было интересно наблюдать за эффектом, который он производит на своих собеседников просто голосом, даже не используя «ментальные игры».

– «Фотон» не самый плохой корабль, можно сообщить отсюда о поломке корабля и о его вынужденной смене, – девушка пожала плечами.

– Только на это и остается рассчитывать, – кивнул Норт, – иначе все напрасно.

Тэя терпеливо ждала, не задавая вопросов. Он это не любит, когда надо будет, он расскажет сам. Конечно, она догадывалась, что происходит – жажда мести была основной эмоцией, питающей Норта. Оставалось только ждать, когда он сам заговорит. Или не заговорит…

Норт потрепал ее затылок и встал – проход освободили. Но едва Норт приблизился к своему гравилету, роботы дружно повернулись в их сторону и так же, стоя плотной стеночкой, навели на них все имеющееся у них оружие. Тэя машинально отступила к Норту. Сатторианец вскинул многозарядник и спешно перебирал в уме все файлы с кристалла Брока, был там файл с единственным словом…

– Назовите пароль! – раздался механический голос.

Тэя впервые услышала голос робота – совершенно пустой, лишенный каких-либо эмоций. Так вот как это звучит…

– Сэр, назовите пароль! – Тэя услышала звук активации оружия.

Их не разорвали горты, но пристрелят роботы – просто здорово! Чего Норт там завис?

– Норт…

– Сейчас, слово там дурацкое было… – файлы мелькали перед его внутренним взором на бешеной скорости.

– Еще более дурацкое, чем «Квазар»?

– Заткнись…

Тэя замолкла, рассматривая дуло взведенного и наведенного на нее автомата. И таких по четыре у каждого. Учитывая количество пуль в каждом…

– Нас даже по ДНК опознать не сумеют, – пробормотала она.

Система начала обратный отсчет. Нет, люди постарались сделать все, чтобы человек смог себя спасти. Протокол был прописан неплохо…

– Коллапс!

Автоматы снова издали характерный звук деактивации, и стволы, направленные на них, опустились. Роботы отошли и заняли свои места у боковых проходов, ведущих в упаковочный цех и на склад. Здесь на каждом участке – от добычи до погрузки – все процессы осуществляли роботы. В определенное время приезжали инженеры для их профилактики, пароли же менялись по радио с определенным интервалом.

Норт кивнул Тэе на гравилет.

– Всё, пора убираться отсюда. Поехали! – сатторианец сел за штурвал своей машины, а девушка забралась в свою.

– Не отставай! – Норт рванул с места в карьер.

Тэя устремилась за ним, сосредоточившись на управлении гравилетом, она «замкнула» свое сознание, чтобы не привлекать больше нежелательного внимания со стороны местной фауны.

Ее даже увлекла эта странная гонка по погруженным во тьму тоннелям, но вдруг чей-то вопль «Помогите!» буквально разорвал ее сознание. Черт! Тэе пришлось притормозить, чтобы прийти в себя. Это было неожиданно – такая мощь была в этом крике и что-то очень знакомое по силе и структуре…

Норт сразу заметил, что фары следующего за ним гравилета замерли на месте. Чего она там застыла?! Норт, чертыхнувшись, выбрался из машины и подошел к Тэе.

– Чего застряла?

Та приложила палец к губам, было видно, что она напряженно слушает и снова до нее донеслось: «Помогите!» Она вздрогнула и посмотрела на Норта, чтобы убедиться, что он тоже слышал. Взгляд сатторианца изменился, и он машинально огляделся. Что он собирался увидеть в этой кромешной темноте, одному Создателю известно, но Тэя понимала, что сатторианцу лучше не мешать. Норт махнул рукой, веля ей выйти из гравилета – корпус машины искажал сигнал, а тут требовалось определить нужное направление.

– Это от корабля Нейла? – шепотом спросила Тэя, не переставая слушать.

– Нет, это со стороны погрузочных шахт, надо удостовериться… – Норт замер.

«Помогите!»

– Да, оттуда, – сатторианец, чертыхнувшись, запрыгнул в гравилет – придется сделать крюк, а время поджимало. – Погнали, не отставай!

Норт нырнул из основного тоннеля в проход и, пропетляв по узким переходам, снова вырвался в магистральный тоннель. Опять эта гонка за скачущими впереди лучами. Тэя едва успевала маневрировать вслед за ним.

Неожиданно он встал. На этот раз у девушки тоже получилось вовремя остановиться.

Норт вышел из гравилета и огляделся.

«Кто здесь? И где вы?» – осторожно отправил он вопрос в нужном направлении.

«Мы в пещере, горты отрезали нас от корабля. Мой напарник ранен».

«Напарник?»

«Федеральное агентство по борьбе с контрабандой, агент Рэдвуд. Представьтесь».

«Да ты издеваешься, что ли? Лиф Рэдвуд?! Да, где ты?»

«Норт?!! Норт Блэкмаунт?!!»

«Не трать мое время! Где ты? Покажи…»

Получив картинку, Норт, нейтрализовав свое сознание, просканировал местность.

«Как почувствуешь меня, дай знать».

Вот, похожее место, Норт осторожно «открыл» сознание и тут же ощутил толчок – есть!

«Держитесь там, мы идем!» – Норт снова запрыгнул в гравилет и, мысленно выстроив маршрут, рванул с места.

Вскоре он снова остановился.

– Дальше пешком, там совсем узко, – Норт повесил на себя шесть или семь автоматов и карабинов. – Не отставай и закройся, – скомандовал Норт, нырнув в узкий проем в горной породе.

Тэя поняла, что не любит такие узкие проходы. Большую часть пути ей приходилось идти полубоком, каково же Норту?!

– Норт, почему мы пробираемся через эту теснотищу? – не выдержала девушка.

– Потому что горты в нее не пролезут, – услышала она в ответ, – это единственный чистый проход до пещеры – везде горты…

До них донесся шум ожесточенной стрельбы. Минуты три и все стихло…

– Шевелись! – Норт ускорился, казалось, он понял что-то, что ускользнуло от Тэи.

Неожиданно сатторианец исчез во мгле, и следом Тэя вырвалась из тесноты в свободное пространство.

– Не зажигай фонарь, – сказал ей Норт, – Лиф, где ты?

– Здесь, – донеслось до них.

Норт уверенно направился на звук.

– Тэя, иди сюда, – Норт взял ее руку и положил на плечо человека, девушка сразу ощутила, что тот ранен, теряет силы и кровь, и было что-то еще…

– Он отравлен! – воскликнула она.

– Тихо, – одернул ее Норт, – это яд горта, потащишь его, хорошо? Хоть за ногу, как сможешь, – Норт снова повернул к проходу, из которого они только что выбрались. – Я вперед, Тэя за мной, Лиф – замыкаешь. Быстрее!

Отовсюду слышалась какая-то возня и отвратительный запах.

Норт скрылся в проеме, Тэе пришлось мобилизовать все свои силы – человек, которого ей пришлось тащить, обмяк и был очень тяжелым, Лиф терпеливо шла за ней. Едва они скрылись в проходе, до них донесся рык тварей, прорвавшихся в пещеру.

– Разгребли проходы, – девушка-федерал, которую Норт звал Лиф, рефлекторно вскинула автомат и постоянно оглядывалась назад.

– Норт сказал, они сюда не протиснутся, – заверила ее Тэя.

– Всем молчать, – скомандовал сатторианец, – дышите и закройтесь.

Тэя замолчала, волоча свою ношу.

– Погоди, милая, может, мне его подхватить за ноги? – прошептала Лиф.

– Слишком узко, не пройдем… – Тэя двигалась спиной вперед, изо всех сил упираясь ногами в землю, понимая, что бока агента уже оцарапаны стенами прохода, но сделать для него ничего не могла.

Силы угасали в нем. Тэя сосредоточилась. Она помнила, как Норт передал ей жизненную энергию на Эсстинге. Она сформировала внутри себя небольшой пробный импульс и послала его по руке в раненого федерала. Ощутив ток энергии из своих рук в его, Тэя осторожно выдохнула и машинально обернулась – только бы Норт ее не застукал за этим. Но тот, похоже, был полностью сосредоточен на выходе из лабиринта узких переходов.

Когда сил у Тэи почти не осталось, она сделала очередной шаг и ощутила спиной пустоту и пространство.

– Давай, – Норт тут же подхватил тяжеленного федерала, а Тэя сползла на пол пещеры по борту гравилета.

– Какого черта ты здесь оказался, Норт? – резко спросила Лиф.

Она сатторианка, поняла Тэя, и даже больше. Она переводила взгляд с одного сознания на другое. Они родственники!

– Это моя кузина, – кивнул ей Норт. – Лиф, оставим все разборки на потом, мы еще не выбрались. Где ваш корабль? – Норт развернул голограмму карты.

– Здесь, – сатторианка тут же указала на одну из приемных шахт, – все эти проходы забиты гортами – твари слышат наше сознание!

– Так, по тоннелям туда не пробраться, – Норт моментально сориентировался в ситуации, – доберемся до нашего корабля и оттуда по воздуху доставим вас до вашего корабля. – Он бросил взгляд на часы и, чертыхнувшись в бессчетный раз, скомандовал: – Быстро все в гравилеты! Тэя, ко мне. Лиф, сюда, – сатторианец кивнул на гравилет Тэи, – давай загрузим твоего напарника…

Через несколько минут они снова возобновили гонку со временем. Одно дело было нестись за лучами Норта, стараясь не отстать, и совсем другое – сидеть с ним в одном гравилете с притушенными лучами, которые выхватывали стены в последнюю секунду, но Норт каким-то чудом умудрялся лететь на бешеной скорости, вписываясь в повороты. Тэя в ужасе посмотрела на него. Глаза его были полузакрыты, руки свободно лежали на штурвале – все подчинено инстинкту… Тэя натянула ремень и тоже прикрыла глаза, просто чтобы не укачало…

Наконец, гравилет остановился, и, открыв глаза, девушка с облегчением увидела их корабль.

– О, хвала Создателю, – Тэя выбралась из гравилета и с облегчением привалилась к его борту, пытаясь остановить вращающуюся землю.

– Не расслабляйся, – одернул ее Норт, вскидывая многозарядник, – надо проверить корабль. – Он, осторожно ступая, двинулся к кораблю.

Мощные лучи двух гравилетов светили на него. Лиф, так же осторожно ступая, шла с другой стороны. Тэя машинально озиралась по сторонам, даже не пытаясь прослушать пространство. Норт и Лиф одновременно открыли огонь, и под соплом корабля рухнули две твари. Еще одна прыгнула сверху, но тут же была срезана двумя очередями и упала прямо перед Тэей, которая даже не успела вздрогнуть.

Норт открыл шлюз для гравилетов.

– Быстро внутрь, – он кивнул Тэе на свой гравилет, и та села за штурвал и завела машину на борт.

Следом въехала Лиф. Норт зашел последним, он не опустил руку с автоматом, пока створки шлюза не закрылись полностью.

– Взлетаем! Восход приближается!

Тэя бросила взгляд на часы – стрелки вошли в красную зону.

Норт форсированно запустил двигатели и поднял корабль из шахты, волну горячего воздуха не смогла удержать даже обшивка корабля. Тэя зажмурилась и отвернулась от слепящего света. Рассвет прокатился по планете волной жидкого огня. Поэтому здесь такая странная оплывшая поверхность – все буквально плавится каждое утро…

– Координаты вашего корабля, Лиф?! – крикнул Норт.

– К черту корабль, увози нас отсюда! – девушка даже прикрыла глаза рукой от слепящего солнца.

Норт опустил защитные стекла и направил корабль в атмосферу. На гребне огненной волны они вырвались из атмосферы в космос.

– Чтоб меня, – пробормотала Лиф, привалившись к переборке.

Тэя разлепила плотно сжатые веки и огляделась, все еще «ловя зайчики».

– Куда вас забросить, Лиф? – Норт снял защитные стекла и протер глаза.

– Давай на орбитальную станцию Нероны – она ближе всего, там разберемся. Логану нужна помощь.

– Хорошо, я заложу курс, а вы перетащите его в ложе, и будем надеяться на чудо.

– Хорошо, – сатторианка тут же отправилась за напарником.

Тэя последовала за ней.

– Так, как говоришь, тебя зовут? – спросила ее Лиф по дороге к шлюзу.

– Я не говорила, – ровно ответила Тэя.

– Верно, не говорила, – Лиф открыла гравилет и посмотрела на напарника. – А он не так плох, как можно было ожидать, – пробормотала она, перекидывая себе на плечо его руку и вытягивая его из гравилета. – Хватай вторую, – скомандовала она Тэе, та с готовностью подхватила федерала под вторую руку, и они поволокли его в медотсек.

– Далеко тащить? – спросила сатторианка.

– На вторую палубу, – отозвалась Тэя.

– Подъемника нет?

– Есть, там, дальше.

– Слава Создателю…

Наконец, они добрались до медотсека, Норт пришел одновременно с ними.

– Мы на курсе, – сообщил он, помогая укладывать федерала и продолжил: – Надо найти рану и обработать.

Они сняли с напарника Лиф оружие и одежду, и нашли две раны на ноге. Края раны почернели.

– Дай скальпель, – Норт кивнул Тэе на инструменты, – и щипцы. – Сам он взял антисептик и щедро залил почерневшие раны, – выглядит паршиво, – ловко орудуя скальпелем, он удалил омертвевшие ткани, прижег кровоточащие сосуды и извлек когти из ран.

Точнее даже не сам коготь, как поняла Тэя, тщательно рассмотрев то, что Норт выбросил в кювету, а его оболочку. Она была достаточно толстой и прочной. Лиф аккуратно положила их в контейнеры вещдоков.

– Отдам на станции, пусть изучают, – удаленные ткани она тоже положила на лед и закрыла в контейнер.

– Ты меня пугаешь, – сказал ей Норт, еще раз пролив раны федерала антисептиком.

– Ты меня тоже. Лем неплохо обучил тебя, – сатторианка оглядела раны и наблюдала, как уверенно Норт подключает его к системам ложа. – Ты действуешь как заправский врач.

– Не льсти мне, – Норт опустил прозрачную крышку ложа и выставил температурный режим и режим подачи кислорода. – Мы сделали все, что могли, – сказал он, – теперь всем на обработку и отдыхать.

Норт всегда старался брать корабли с камерами санобработки или хотя бы с душем – планеты на периферии кишели чужеродными бактериями и вирусами, и он совсем не хотел подхватить что-нибудь экзотическое. Когда все собрались в столовой, он включил на корабле режим дезинфекции.

– Ты – маньяк, – ткнула в него вилкой Лиф.

– Мы на периферии, здесь это способ остаться в живых, – парировал Норт.

– Ну, представишь нас? – сатторианка кивнула на Тэю.

– Это моя…

– Племянница, слышала, – усмехнулась Лиф, – все только и говорят, что о Норте и его племяннице. Ты привлек к себе ненужное внимание, братец, – сатторианка перевела взгляд на Тэю. – Ну, раз ты его племянница, то, значит, и моя. Меня зовут Лиф Рэдвуд. Лиф[2] не путать с Олив.

Тэя медленно кивнула.

Фамилию Рэдвуд носили жители Красных лесов на восточном склоне горного плато Северного нагорья, по их склону стекала одна из рек Озерного края. Северяне. Родственники Норта.

– Так из чьих ты будешь? – спросила Лиф, скользя взглядом по лицу девушки.

– Из Маунтлейков.

– Вот как, Маунтлейки, – сатторианка перевела взгляд на Норта, – ничего умней не мог придумать?

– Лиф, отстань, – отмахнулся Норт.

– По ее возрасту родить ее могла только Стоуни Маунтлейк, да и та умерла, лет уж шестнадцать назад, если ничего не путаю.

– Не путаешь, – кивнул Норт.

– И думаешь, Клиф отдал бы тебе свою внучку? – Лиф продолжала буравить взглядом сатторианца. – Представляешь, как он сильно удивился, когда услышал о ней, а ведь его дочь даже не была беременна! – она швырнула вилку на стол и откинулась на спинку стула.

Тэя положила вилку и переводила взгляд с одного на другого. Норт продолжал есть.

Лиф потерла лоб пальцами и отпила воды.

– Они прошерстили всё и всех, – тихо продолжила сатторианка. – Хорошо, что мы кремируем умерших, но они взяли образцы ДНК у Клифа, чтобы хотя бы по его коду получить подтверждение их родства. Судя по тому, что они не вернулись, а она с тобой – все совпало, да?

Норт молча отпил воды, продолжая жевать с непроницаемым лицом. Он не знал, как Кук сделал это, но он знал, что теперь должен ему. Вслух сатторианец не проронил ни слова.

– Ясно, в своем репертуаре, – Лиф с досадой отодвинула контейнер с едой и провела руками по лицу. – Что у тебя дальше по плану? – спросила она, поняв, что ответы на вопросы она не получит.

– Мне нужен «Тайфун», на нем я полечу на Нерону.

– Что на Нероне?

– Дела, – Норт отодвинул пустой контейнер и посмотрел на кузину.

– Ясно. Что на борту?

– Не ваше дело.

– Норт, на Бруннею не за фруктами приезжают! – воскликнула Лиф. – Сколько ящиков ты взял?

– Четыре контейнера.

– Четыре по…? – Лиф ждала.

– По шесть.

– Ты совсем рехнулся? Да таким количеством всю Нерону можно к чертям три раза уничтожить! Зачем тебе столько?!

– Мне нужен корабль, – голос Норта звучал подозрительно ровно, – на корабль нужны деньги, тебе надо все разжевывать?

– Я дам тебе корабль, черт, я! – Лиф хлопнула ладонью по столу и встала, начав ходить по столовой. – Поговори со мной, прошу тебя! Я твоя сестра!

– Ты – федерал, – Норт откинулся на спинку стула и следил за ней взглядом, – присяга превыше всего.

– За помощь агентам при исполнении и спасение их жизни ты получишь корабль. Но при условии, что на Нерону поедет один ящик. Не контейнер, а ящик, – голос Лиф звучал холодно и бесцветно.

– Договорились, – Норт встал. – Всем спать. Тэя, – он кивнул на выход, явно не желая оставлять их наедине.

Тэя встала и вышла перед Нортом, он махнул Лиф и отправился следом за Тэей.

Та шла и размышляла. Как тяжело было сидеть между ними. Но несмотря ни на что, Лиф не предприняла не единой попытки проникнуть в сознание Норта, равно как и он. И защиту они не держали. Они были открыты. Искренни. Они говорили то, что хотели сказать, и молчали о том, что должно было остаться в тайне. У Тэи возникло несколько ярких картинок из их общего детства, очевидно, она просто перехватила чью-то проекцию. Норт был старше и заботился о малышах, Лиф не отставала от него ни на шаг. Это было жаркое лето на озерах… Тэю окутал зной, аромат трав и шум ветра…

– Тэя…

Она вздрогнула и вернулась.

– Нельзя так делать, – устало сказал Норт.

Оказывается, они уже стояли у дверей отсека Тэи.

– Извини, я случайно, видимо, перехватила…

– Что ты перехватила?

– Ваше лето в Озерном крае, – тихо сказала Тэя, – Лиф была еще маленькой…

– Я не об этом, – покачал головой Норт и кивнул внутрь отсека.

Они вошли, и он плотно закрыл дверь.

– Сядь, пожалуйста.

Тэя села, лихорадочно соображая, что она натворила.

– Ты не можешь вот так раздавать свою энергию, – тихо сказал Норт.

Вот оно что! Он все-таки почувствовал!

– Почему? – Тэя понурила голову.

– Она оставляет свой отпечаток, как отпечаток пальца. Любой более-менее зрячий увидит чужой отпечаток в его энергетическом поле, – Норт потер лоб, он устал. – Я пойду, попробую убрать или заменить. Ты не выходи до конца перехода. Это недолго.

– Хорошо.

Норт вышел и направился в медотсек. Войдя, он застал там Лиф. Она была бледная и совсем без сил.

– Я убрала его.

Норт всмотрелся в ее напарника. Да, чисто.

– Иди сюда, – он обнял сестру.

Лиф прижалась к нему, как в детстве, и он отправил в нее мощный импульс своей энергии, восстанавливая ее силы, а она с благодарностью приняла ее. Он пригладил ее волосы и коснулся губами ее лба.

– На Нероне ты сядешь легально, – заговорила девушка, – да, Норт, не спорь! Это мой мир, и все будет, как я скажу, – твердо сказала она, – все документы, опломбированный груз, легальная доставка.

– Хорошо, – кивнул Норт, – иди, отдохни, я покажу, где.

Она улыбнулась ему совсем как в детстве. Он любил, когда она улыбалась, и ему нравилось ее смешить.

Норт устроил сестру и, придя к себе, лег на койку, погрузившись в тяжелый, полный кошмаров, сон.

* * *

Агент Логан оставался без сознания до прибытия на орбитальную станцию «Нерона». По прибытии он был доставлен в медотесек станции и передан на попечение тамошних врачей. Агент Лиф Рэдвуд предстала с докладом перед главой местного подразделения и передала все добытые ею от гортов материалы на изучение. Она также передала все двадцать три ящика «черных слез», изъятые у контрабандистов, и отчиталась о полном уничтожении группы, предоставив координаты корабля преступников, а также координаты шахты, где был оставлен корабль Агентства. Норт был представлен пилотом, отозвавшимся на сигнал SOS и спасший жизнь двух агентов Бюро. Корабль его изрядно потрепало при посадке и взлете, о чем свидетельствовали внешние повреждения обшивки, и если руководство имеет возможность возместить ущерб… Да, корабль очень даже неплохая идея… О, ну что вы, какой «Скиф»! «Тайфун» вполне подойдет…

Так Лиф сумела выскользнуть из практически проваленной миссии победительницей и заполучить Норту необходимый корабль.

Медики станции, изучив раны доставленного агента и материалы, которые привезла Лиф, пригласили к себе Норта и попросили рассказать, как он обработал раны и нейтрализовал яд. Норт предоставил всю информацию, ничего не скрывая. Вплоть до факта донорства жизненной энергии перед помещением в ложе.

– Просто счастье, что вы оказались поблизости и у вас было ложе, – покачал головой один из врачей, и Норт был отпущен.

Тэя была на станции впервые. И хотя Норт практически запер ее на их корабле, она вполне смогла ощутить размеры и масштабы станции. Жизнь здесь кипела. Она смотрела на рабочую суету в ангаре через иллюминатор своего отсека. Столько разных людей!

Через пару дней после прибытия ее навестила Лиф.

– Вот, принесла тебе фрукты и лакомства, – сатторианка неловко сунула в руки девушки большую коробку.

– Спасибо, – Тэя растерянно поставила коробку на стол и начала разбирать. – Столько всего!

– Ну, здесь у вас не больно-то разбежишься, так что налегай, – Лиф села за стол и смотрела на Тэю. – Не выходила отсюда? – спросила она после паузы.

– Нет, – покачала головой Тэя, раскладывая все по секциям холодильника.

– И правильно, незачем рисковать, – Лиф потерла лоб. – Я хотела сказать, если… – она подняла глаза к потолку и с досадой шумно вдохнула и выдохнула. – Ладно, скажу, как есть. Норт встал на опасный путь и с ним всякое может случиться, если ты вдруг останешься одна, я хочу, чтобы ты связалась со мной, – Лиф положила на стол кристалл со своими данными. – Вызовешь меня, и я прилечу за тобой в любую точку, ты поняла меня? Ты – член нашей семьи, а мы своих не бросаем. Клифер Маунтлейк сумеет позаботиться о своей внучке.

Тэя потрясенно смотрела на девушку.

– Спасибо, – пробормотала она, машинально взяв кристалл в руки.

– Ты дорога Норту, а, значит, и нам всем, – отрезала Лиф и резко встала. – Ну, вот и все, наверное. Корабль вам дали. Удачи тебе, – сатторианка резко развернулась и пошла к выходу.

Там она столкнулась с Нортом.

– Лиф? – Норт бросил быстрый взгляд на Тэю.

– Я дала ей свои координаты, на случай, если с тобой что-нибудь произойдет и ей понадобится помощь, – сухо сказала Лиф. – Спасибо, что спасли нас. И удачи.

Лиф ушла.

Норт проводил ее взглядом и повернулся к Тэе.

– Ничего со мной не случится, – спокойно сказал он ей. – Нам дали корабль. Собрала вещи?

– Да, – Тэя кивнула на небольшую сумку у выхода с корабля.

– Отлично, пойдем, соберем оружие и перейдем на «Тайфун».

– Лиф там еще кучу еды принесла…

– Заберешь все, чего добру пропадать? – Норт вошел в оружейную и принялся методично собирать свой арсенал.

Тэя была ответственна за холодное оружие. Как всегда, увлекшись, она примеряла оружие к руке, пробуя рукоять и вращая кистью. Норт бросал на нее короткие взгляды и думал, что надо бы обучить ее как следует, забросили они все, а не известно, что и когда может пригодиться… Сразу после Нероны, дал себе слово Норт.

Его замучили кошмары, он плохо спал и был на взводе.

– Норт, ты какой-то другой, – заговорила вдруг Тэя.

– Какой другой? – недовольно спросил он.

– Тусклый, – робко ответила девушка.

Тусклый…

– Мне надо отдохнуть. Сейчас перейдем на другой корабль и отосплюсь.

Тэя медленно кивнула и вернулась к клинкам. У Норта был большой кожаный футляр – скрутка для его ножей. Сейчас Тэя раскатала его на столе и раскладывала ножи по их местам, для каждого был свой кармашек, заполнив все, Тэя не без труда свернула футляр и затянула ремни.

– Я возьму, не трогай, – тут же раздался голос Норта.

– Я и не собиралась, – отступила от стола Тэя.

– Возьми вот этот контейнер и будь предельно аккуратна, – Норт закончил со стволами и легко повесил сумку себе на плечо, на втором на длинном ремне повисла скрутка с холодным оружием.

Тэя аккуратно взяла контейнер с «черными слезами» и двинулась к выходу. Норт шел за ней, проверяя все по пути.

– Ты хотела собрать продукты, – напомнил он Тэе, когда они шли через столовую.

Девушка осторожно поставила контейнер на стол и быстро загрузила обратно только что разобранную коробку.

– Давай свою сумку, – скомандовал сатторианец, в одной руке у него теперь была еще ее сумка, в другой коробка, – неси контейнер.

Тэя осторожно взяла контейнер в руки.

Это был самый долгий переход с корабля на корабль в ее жизни. На пути оказалось столько вещей, о которые можно было споткнуться или стукнуться, что расслабиться она смогла, только когда контейнер оказался в оружейной «Тайфуна».

– Фуф, – Тэя провела рукой по лицу, пытаясь снять напряжение.

– Как тебе корабль? – спросил Норт, войдя следом.

– Не знаю, еще не осмотрелась, – девушка забрала у сатторианца ножи, – полагаю, можно не распаковывать? – спросила она.

– Пока не будем, просто открой, – кивнул Норт, разбирая оружие.

Тэя развернула на столе оружейной ножи и наблюдала за сатторианцем. Ей нравились его четкие безошибочные движения, никакой суеты, ничего лишнего. Было такое впечатление, что все уже делалось больше машинально. Взял, проверил заряд, прицел, аккумулятор, если таковой имелся, отложил в сторону.

– Здесь сели аккумуляторы, – он отложил пару бластеров, – надо заменить.

Тэя взглянула на тип оружия, безошибочно извлекла два новых аккумулятора из сумки и положила перед Нортом. Он запрещал ей даже трогать огнестрельное оружие. Если бы не необходимость самообороны, он бы и к ножам ее близко не подпустил.

– Спасибо, – сатторианец молниеносно произвел замену, и стволы легли со стороны оружия, готового к использованию.

– Ты хочешь подготовить все до посадки? – спросила Тэя.

– Да, там времени на это не будет, и ни на что не будет, – Норт положил карабин на стол и посмотрел на Тэю. – Я не знаю, что делать с тобой…

– А что со мной? – ее голос внезапно сел.

– Не знаю, как будет лучше, – взгляд сатторианца блуждал по ее лицу, – оставить тебя здесь, пока я разберусь там с делами? Взять с собой, но оставить тебя на корабле?

– Да что со мной может случиться? – прошептала девушка.

– Если он убьет меня, ты не сможешь улететь – здесь совершенно другая система управления, я не успею тебя обучить, ты застрянешь в этом аду, пока за тобой не придет кто-нибудь из них, – он кивнул на кристаллы, висящие у Тэи на шее.

Самый первый был от Дэймоса, сначала она решила, что это украшение, но погрузившись в него, поняла, что там Дэймос оставил свой экстренный номер. Еще были кристаллы от Саго, Гора, Сальваторе, Морриган, Дэйдре, Сэта, даже от Брока и последний от Лиф… Ух ты, как много! И каждый из них был готов о ней позаботиться сам или доставить на Сатторию к Дэйви.

– Если останешься здесь, а он меня убьет, он придет за тобой сюда. Все знают о тебе, и он знает…

– Норт, реши уже что-нибудь про себя, мне не по себе, когда ты говоришь об этом вот так, – попросила Тэя.

– Я хочу, чтобы ты понимала, как трудно принимать решения, и если я решаю что-то, то это решение единственно верное, – задумчиво сказал Норт, глядя куда-то сквозь нее, но вот взгляд его вышел из небытия. – Ты пойдешь со мной, – решил он, – будешь все время прямо за мной.

– Как скажешь, – с облегчением сказала Тэя, ей совсем не хотелось оставаться на станции или быть запертой на корабле в ожидании неизвестно чего.

– Всё, – Норт отложил последний карабин, – теперь спать. Попытаемся, по крайней мере…


Тэя и сама долго ворочалась на новой койке. Наконец, ее сознание оказалось в библиотечном зале, и послышался знакомый скрип колес. Тэя увидела темную фигуру Ночного Стража. «Помоги сегодня Норту, – попросила она его, засыпая, – подари ему сон! Он без сил…»

Сатторианец перевернулся на спину. В голове крутились возможные сценарии предстоящих событий, один за другим. Неожиданно все это перекрыла темная фигура, и Норт услышал: «Спи». Глубокий сон тут же поглотил его. Сон без сновидений, сон, восстанавливающий силы и дарящий долгожданный отдых…

На следующий день условных суток Норт проснулся отдохнувшим впервые за много дней.

Стараниями Лиф у них получился неплохой завтрак. Тэя с облегчением смотрела на снова ярко сияющего Норта.

– Что? – спросил сатторианец, устав от ее взглядов.

– Ты снова яркий, – сообщила Тэя, – это красиво, а здесь больше не на что смотреть.

– Доедай, дела ждут, – Норт посмотрел на планету в обзорном экране, его мысли явно были уже там.

Корабль был на ходу и прекрасно отлажен, поэтому сразу после завтрака Норт запросил разрешение на вылет и начал запуск систем.

Тэя сидела в кресле рядом, внимательно следя за всеми действиями, даже не пытаясь хоть что-то запомнить – ей достаточно было просто смотреть, когда понадобится, все само всплывет, она успела в этом убедиться.

Наконец, шлюз открыли, и их корабль покинул станцию. Норт вел его вручную. Почти сразу предстояло войти в атмосферу и после витка сесть в единственном порту.

Тэя смотрела на приближающуюся планету со смешанными чувствами.

Часть 6. Нерона – Эсстинг

О Нероне Тэя знала то, что было известно всем.

Планета была погребена под толщей многовекового льда. От полюса до полюса. Он не таял. Совсем. Лучи солнца, как на Калипсо, не достигали поверхности планеты, но если там было горячее ядро, и его тепла было достаточно для более или менее сносного существования, то здесь ядро планеты было погребено под тоннами базальта и его тепло просто не могло пробиться наружу. Глядя в обзорный экран, Тэя буквально ощущала ледяной разреженный воздух, шквальный ветер и бесконечный пронизывающий холод. Но, несмотря на этот убийственный пейзаж из ледяных скал и торосов, планета считалась пригодной для колонизации. Воздух, хоть и немного разреженный, содержал достаточное количество кислорода, притяжение здесь было в полтора раза больше притяжения Земли, принимаемого за эталон. Поэтому сначала создали орбитальную станцию «Нерона» и долго и тщательно изучали потенциал планеты. Когда технический прогресс позволил просканировать недра, под толщей льда и базальта были обнаружены самые ценные кристаллы в Шести мирах – бериллы Проксимы. Изначально Нерона была Проксимой в обнаруженной солнечной системе, затем, после ее изучения и установления статуса, ей было присвоено имя, но бериллы так и остались бериллами Проксимы.

Работать с этими камнями мечтали все ювелиры Шести миров. Носить их мечтали не только богатейшие представительницы прекрасного пола, но и мужчины. Эти камни сводили с ума и становились причиной многих раздоров и дрязг, контрабандисты затевали из-за них целые войны, а власти были вынуждены создать отдельное подразделение при Бюро – Агентство по борьбе с нелегальными разработками недр.

Много времени ушло на то, чтобы понять, как вообще извлечь эти кристаллы из-под тонн льда и базальта. Это казалось чем-то далеким и нереальным, пока на Бруннее не обнаружились «черные слезы». Дело было за малым – правильно рассчитать мощность взрыва, чтобы вскрыть жилу, не повредив ее, и при этом не обрушить на зону разработки многокилометровый слой льда. Когда и эти работы были проведены, начали строить планетарную станцию, выбрав для этого оптимальную точку на планете. Модуль за модулем, все дальше от главного купола расширялась станция «Нерона-1». В это же время произошло неприятное открытие – роботы были не в состоянии работать при таком температурном режиме. Как ни бились на Крунне, но техническое обеспечение и ремонт существующих на тот момент моделей был слишком дорог, а это была еще только фаза строительства наземной станции.

Кроме того, необходимо было добраться через вековые льды до базальта. Было принято решение о создании системы тоннелей в этой многокилометровой толще льда, которые естественным образом защищали бы от внешних факторов – шквального ветра и сверхнизких температур, для чего использовались древнейшие технологии, применяемые людьми еще на Земле. Так и возник Ледовый город – разветвленная сеть тоннелей и переходов, пробуренных по уникальной системе над разрабатываемыми участками. Со временем там возникла целая инфраструктура, с нестандартной системой обогрева. Ледяные стены покрывались специальным жаростойким материалом, что позволяло поддерживать в Ледовом городе вполне комфортные плюс двадцать, и при этом защитить льды от их таяния. В таких условиях роботы-шахтеры уже могли вести разработки без каких-либо суперзатрат на поддержание их работоспособности, что решало сразу самую ключевую проблему – расхищение бериллов в момент их добычи.

Но для создания всей этой великолепной инфраструктуры все-таки были нужны люди. Тогда и было принято решение о строительстве «Нероны-2» – тюрьмы для контрабандистов и «черных» старателей со всех Шести миров. С прибытием первых партий осужденных дела пошли быстрее, вскоре были начаты первые разработки, и через самое короткое время все эти фантастические затраты были окуплены с лихвой.

Каторжане в Ледовый город не допускались, они работали только на прокладке новых тоннелей, все остальные работы вели уже квалифицированные рабочие и инженеры – технология была сложной и требовала самого тщательного исполнения.

На планете было соответственно две посадочные площадки с принимающими шахтами: одна – для прибывающих специалистов и рабочих, и другая – для доставки каторжан.

Норту это не нравилось, привыкший к вольнице транзитных портов, он сразу по прибытии оказывался под строгим контролем властей, но выхода не было. Сейчас он шел на Нерону как представитель частной добывающей компании к представителю другой частной добывающей компании.

Тэя смотрела на приближающуюся ледяную планету.

– Мы будем на станции или в Ледовом городе? – спросила она.

– Представительства компаний находятся в Ледовом городе. На станции службы обеспечения и всякое такое. Придется спуститься вниз.

– А тебе это не нравится, потому что там не удастся остаться незамеченными, – девушка снова безошибочно поймала его эмоции, но она не стала вдаваться в детали, увлеченная изучением фотографий Ледового города.

Площадь представительств Шести миров. Шесть красивейших зданий изо льда, по архитектуре которых безошибочно можно было определить их принадлежность. Тэя взглянула на ледяных кобр на ступенях римского дворца Эсстинга и передернула плечами, ей понравился ледовый дворец Сандорры с террасами, колоннами, увитыми виноградными гроздьями, высокими окнами и потрясающими портиками – во всем чувствовалось изобилие и щедрость. Представительство Саттории было выстроено в стиле домов Белого города – снаружи похоже на крепость, но внутри уютный и чрезвычайно гостеприимный.

Тэю поражало не только обилие, но и сам факт наличия зелени. Лед предполагал холод и пустоту, но здесь везде были настоящие растения, да, в кадках, но это было потрясающе – видеть цветущие розовые кусты у дверей представительства.

Представительство Тиоры загадочно утопало в глубине сада. На голограмме можно было увидеть крышу пагоды и стилизованных драконов из цветного льда – символ одной из древнейших цивилизаций Земли. Рядом представительства Крунна – Тэя затруднилась бы определить архитектурный стиль, но было в этом всем что-то знакомое – массивное здание, при взгляде на которое почему-то всплыло в памяти «дворец ярла», да-да, что-то было такое. Что-то с еще одним древним народом и эпосом – картинки из кристалла сада Обители вихрем мелькнули в ее памяти. Точно, викинги. Суровый народ, завоеватели и первооткрыватели земель, первые пересекшие океан на Земле. Отчаянные были люди…

Тэя смотрела, с какой тщательностью и виртуозностью мастера воплотили эту сложную архитектуру в ледяном шедевре.

Девушка вздохнула, жаль, что не удастся попасть внутрь и полюбоваться внутренним убранством дворцов!

– Не в этот раз точно, – согласился с ее мыслью Норт.

А вот улица с представительствами частных компаний. Уже попроще, но также стильно и везде зелень!

– Столько растений! – не выдержала Тэя. – Эта планета самая удивительная из тех, что я видела!

Торговая Палата. Аукционный дом. Магазины, кафе, гостиницы для приезжающих специалистов. Дома для тех, кто здесь живет постоянно. Ширина и высота улиц позволяла передвигаться на гравилетах. Пешеходные дорожки покрыты специальным темным материалом, с рисунком дикого камня, обеспечивающим прочное сцепление. Какой-то полимер последнего поколения…

Тэя разглядывала детали картинок, не замечая тряски от входа в плотные слои атмосферы, не слыша переговоры Норта с Башней и почти пропустив посадку.

– Так, сконцентрируйся, – Норт привлек ее внимание звонким щелчком пальцев.

Тэя, вздрогнув, вышла из состояния созерцания и перевела взгляд на сатторианца.

– О, мы сели!

– Удивительная наблюдательность, – саркастично заметил Норт и заговорил серьезно: – Соберись. Надо подготовиться к встрече. А для начала пройти контроль, – сатторианец открыл корабль, впустив службу таможни.

– Добрый день, сэр, с прибытием на Нерону, – приветствовал их таможенный офицер, пара его людей заняли места по обе стороны от выхода из рубки.

– Ваши документы, декларации на груз и на корабль, – продолжил офицер, и Норт подал ему пакет безупречно оформленных документов. – Первый раз на Нероне, мистер Блэкмаунт?

– Да, сэр, – Норт был очень вежлив.

– Вам здесь понравится, – офицер досконально изучил документы и осмотрел предоставленный контейнер и пломбу на нем. – Сэр, мисс, это ваши удостоверения для Нероны, носите их везде, не снимая – у нас побег. Ничего страшного, ситуация под контролем, простая мера предосторожности.

– Спасибо, офицер, – Норт прицепил к своей куртке карточку, Тэя без лишних вопросов прицепила свою.

– А кто сбежал? – спросил сатторианец, подавляя дурные предчувствия.

– Каторжане, сэр, но у вас нет повода для беспокойства – в городе безопасно. Насладитесь своим пребыванием здесь, всего доброго, сэр, – офицер козырнул, и таможенники покинули корабль.

Тэя перевела взгляд на Норта.

– Что думаешь? – спросила она.

– Будем действовать по плану, если повезет, их имена и лица сейчас на всех экранах улиц и кафе. Пошли собираться. Это будет официальный визит. Надень что-то… – Норт впервые на памяти Тэи начал искать подходящее слово.

– Стильное? – подсказала она с улыбкой.

Норт чертыхнулся и, добавив:

– Сама ведь все знаешь! – сатторианец решительно удалился.

Когда Тэя пришла в столовую через полчаса, Норт уже был там. Выглядел он непривычно, и теперь уже девушка искала подходящее слово.

– Респектабельно, – Норт был явно не в восторге от своего нового образа, он раздраженно дернул ворот рубашки и повернулся к Тэе.

– Да чтоб меня… – пробормотал он.

– Я научилась это делать по роликам в сети, – радостно сообщила она, показав на локоны блестящих, уложенных волос. – А это Морриган научила, – ее палец скользнул по глазам.

– Ты бы еще включила режим «невидимки», – Норт все еще слегка растерянно смотрел на нее.

– Точно! – спохватилась Тэя. – Сейчас.

Эта девочка даже не осознает того, какой внешностью она обладает… Эта мысль подтолкнула сатторианца к тому, что он оглядел стол, на котором лежало оружие, и добавил к своим ножам два бластера.

– У тебя есть разрешение на ношение оружия здесь? – не отрываясь от своих занятий, спросила Тэя.

– Есть, Лиф обо всем позаботилась, не отвлекайся, – Норт чувствовал смутное беспокойство внутри.

То, что скоро из-за нее у него начнутся сплошные неприятности, он не сомневался. Что-то не давало ему покоя, помимо этого. Его почти животная интуиция никогда его не подводила. Он надел длинный стильный жилет, который завершал костюм и полностью скрывал его оружие от посторонних глаз. Чувство тревоги не покидало его.

Тэя подошла к столу.

– Мне брать мой нож? – спросила она, безошибочно извлекая свой ремень с ножнами из сумки на столе.

«Автомат, – подумал Норт, – а лучше два».

– Я уже сказал, нигде и никогда не выходи с корабля без него, – проворчал он, добавив запасные заряды, для бластеров в карманы жилета.

– Итак, какой у нас план? – спросила Тэя, застегивая ремень.

– Едем в представительство Пангеи, передаем заказчику контейнер, – Норт убрал оставшееся оружие в сумку. – Надо попасть на экскурсию в шахты, там мы отобьемся от группы. Нам необходимо добраться до тех шахт, которые еще прорубаются, – Норт развернул голографическую схему. – Вот сюда. А там как пойдет.

– Тебе нужен кто-то из каторжан? – брови Тэи сдвинулись.

– Да, – Норт выключил голограмму, надел ремень сумки с оружием на плечо и подхватил контейнер. – Возьми все документы, – кивнул он, и девушка тут же взяла увесистую папку с бумагами.

– А ты уверен, что это не он сбежал? – спросила девушка, закрывая корабль снаружи.

– Увидим объявления, узнаем, – Норт загрузил все, что нес в гравилет. – Ты точно закрылась? – спросил он еще раз с сомнением.

– Точно, – заверила его Тэя и скользнула в гравилет.

– Точно, – с сарказмом повторил Норт тихо. – Мор, если не сработает, я тебя сам убью, – пообещал он и сел за штурвал гравилета.

Тэя жадно смотрела по сторонам. Они покинули приемную шахту и выбрались в широкий прекрасно освещенный тоннель, ведущий к Ледовому городу. Цветовой спектр лампочек играл и переливался в прозрачной толще льда.

– Как красиво… Я и не думала, что он такой прозрачный! – Тэя машинально пыталась всмотреться в сумрак льда за всей этой игрой красок и бликов, казалось, что там сокрыт еще целый мир…

– Они ничего не нашли во льдах, пока делали все это? – спросила девушка сатторианца, оглядываясь вокруг.

– Я не слышал, – Норт внимательно следил за дорогой – движение здесь было оживленное.

Начали появляться первые дома и магазинчики. Самая разная архитектура, но все изо льда и все в цветах! В кадках стояли кустарники и вьюны, оплетающие ограды, колонны или балконы. Откуда-то сверху поступал рассеянный ультрафиолет, и зелень была ярких, сочных оттенков.

– Какое странное сочетание льда и цветов! – Тэя оживленно смотрела по сторонам. – Площадь Дворцов! – восхищенно воскликнула она.

Норт остановился у представительства Пангеи.

– Мы на месте.

Тэя выскользнула из гравилета.

– Здесь тепло! – удивленно воскликнула она.

– Да, в городе и в добывающих шахтах температура стабильная – двадцать градусов. В необработанной зоне сверхнизкие температуры, а в прорубаемых тоннелях держат минус двадцать, – Норт накрыл брезентом сумку и теплые куртки в багажнике гравилета, забрав только контейнер.

Тэя с любопытством рассматривала шершавую зеленую дорожку, ведущую к ступеням дворца представительства Пангеи. Вдоль нее стояли большие кадки с цветущими…

– Это розы? – неуверенно спросила она.

Норт бегло взглянул на цветы.

– Да.

Едва они поднялись по ступеням дворца, ажурные двери распахнулись. Тэя застыла, любуясь невероятно тонкой и изысканной работой – резьбой по льду. Норт мягко подтолкнул ее вперед. Едва переступив порог, девушка снова застыла. Встречающий их человек терпеливо ждал, следя за реакцией гостьи с мягкой улыбкой.

– Моя племянница, первый раз на Нероне, – Норт достал таможенные карточки, – Норт Блэкмаунт и Тэя Маунтлейк.

– Вас ожидают, сэр, – кивнул встречающий, глядя, как Тэя кружится в центре огромного холла, любуясь невероятным сводом и совершенно потрясающей люстрой, свет которой многократно отражался от всех поверхностей холла.

– Это просто… волшебно… – пробормотала Тэя, когда Норт мягко ее остановил и снова слегка подтолкнул вперед. – Ой, да, прости! Добрый день, сэр, – поздоровалась он со встречающим их служащим.

– Мисс, – кивнул тот с легкой улыбкой и жестом указал на анфиладу слева, предвкушая восторженную реакцию посетительницы.

И Тэя откликнулась на окружающую ее красоту всем сердцем. Игра света во льду была невероятной, и те, кто создавали это чудо архитектуры, использовали этот эффект по максимуму. Тэя, не удержавшись, приложила ладонь к стене и не почувствовала ничего.

– Как так? – она удивленно взглянула на руку и снова на ледяную стену, покрытую изящной резьбой.

– Специальный изолирующий полимер, мисс, – пояснил их провожатый, – не пускает холод сюда и тепло туда. Совершенно прозрачен и очень тонок.

Тэя знала все это, но мозг отказывался принимать то, что она видела и чувствовала – лед должен быть холодным! И там, где лед – холодно!

Наконец, за очередной дверью оказался рабочий кабинет, обставленный совершенно потрясающей мебелью с Эсстинга, шелковые портьеры с Сандорры – только там смогли возродить древние технологии Земли с помощью шелкопрядов – это была совершенно изолированная, закрытая от посторонних глаз территория… Но да, портьеры! Потрясающий оттенок и качество! На полу ковер с Эсстинга ручной работы. Тэя залюбовалась узором. Без змей не обошлось, но они были вплетены в общий орнамент и выглядели не так отвратительно.

– Мистер Блэкмаунт, – им навстречу встал хозяин кабинета, типичный выходец с Пангеи, – мисс Маунтлейк.

– Здравствуйте, – рассеянно поздоровалась девушка, стараясь рассмотреть и запомнить все это великолепие дворца.

– Моя племянница просто в восторге, сэр, – улыбнулся Норт и передал контейнер. – Вот ваш заказ, мистер Гилфорд.

– Не могу даже сказать, как вы нас выручили, – мистер Гилфорд бережно поставил контейнер на столик. – Мне сообщили о несчастье, постигшем нашего постоянного поставщика, мистера Нейла… Это просто ужасно. – Норта удивило, что он был искренне расстроен. – Благодарю вас еще раз, за то, что, доставили нам груз, и позвольте вручить вам небольшое вознаграждение, – мистер Гилфорд активировал систему перевода средств. – Так, мне сообщили ваш счет на Эйрис, все верно? – хозяин кабинета указал на возникшие цифры.

Норт пробежал по ним взглядом и кивнул.

– Отлично. – Тэя не успела сосчитать количество нолей, сбившись на девяти, так быстро мелькнула сумма. – Всё, материальная сторона дела улажена, – улыбнулся мистер Гилфорд. – Что бы вы еще хотели осмотреть на Нероне? – спросил он.

– Если можно, дядя говорил, что шахты просто потрясают! – восторженно заговорила Тэя. – Я ни разу не видела роботов-шахтеров, вряд ли мы еще сюда когда-нибудь попадем, как вы думаете, это возможно? – спросила она с замиранием сердца.

– Следующая экскурсия через час, вы еще успеете перекусить, тут рядом очень неплохой ресторанчик – хозяин с Сандорры и у него прямые поставки продуктов и вин. Цены высоковаты, но оно того стоит!

– Спасибо вам, сэр, с вами приятно иметь дело, – Норт пожал руку пангенианцу, и они с Тэей направились к выходу.

Девушка была в полном восторге.

– Странное ощущение, я не чувствую, что над головой нет неба, – ничего не давит, – удивленно делилась она, подняв голову и вглядываясь вдаль сквозь рассеянный свет. – И не скажешь, что там километры льда!

– Ты есть будешь? – спросил ее Норт, предотвратив ее столкновение с колонной. – Под ноги смотри! Глазами! – тут же одернул он свою спутницу.

Тэя, получив волну «отражения» и дождавшись исчезновения звона в голове и тумана в глазах, опустила голову.

– Ты когда-нибудь будешь слушать, что я тебе говорю? – сердито спросил Норт. – Я тебя предупреждал! Говорить голосом, смотреть глазами, слушать ушами – ничего не сканировать! – он реально был зол.

Тэя сникла, радостное возбуждение как рукой сняло, мир вокруг поблек и ей захотелось на корабль.

– Ты можешь сходить на экскурсию один? – спросила она тихо.

– Я веду на экскурсию тебя, – он сделал упор на «тебя». – Мне это зачем? Странно будет, если я поеду, а ты нет.

– Хорошо, – Тэя опустилась за столик и повернулась к ажурному окну тончайшего льда. – Сколько здесь?.. – ее палец замер в сантиметре от ледяного кружева, официант замер рядом с бледным лицом, а рука его машинально пошла на перехват руки Тэи. – Я не трогаю, – тихо сказала она, – не волнуйтесь. – Взяв меню, она уткнулась в него и больше никуда не смотрела.

Через пару минут девушка отложила меню, предоставив Норту сделать заказ. Его досада и какое-то странное ощущение бессилия накрыли ее – она не могла закрыться от его эмоций, как бы она ни пыталась. Ей удавалось удерживать себя вне его сознания, но его эмоции шли через нее потоком.

Норт отложил меню и тяжело вздохнул.

– Я знаю, что ты скажешь, я сама на себя злюсь, – тихо сказала Тэя, – я все время тебя подвожу…

– Совсем нет, глупая, – он неожиданно улыбнулся, – ты надумала себе то, что мне вообще не могло в голову прийти, – он отбросил меню. – Ты должна научиться слушать меня. Ушами. Я много раз тебе говорил. Нерона не единственная планета, где такие игры с сознанием опасны. Учись сначала изучать все визуально, и, собрав всю информацию об окружающем мире, можно пробовать сканировать, но не как сегодня – опять почти всей массой и со всей силой! Легкая контузия как минимум, да? В ушах шумит?

– Уже нет, – Тэя покачала головой.

– Дитя неразумное, – вздохнул Норт, – ты есть хочешь?

– Хочу, – Тэя нерешительно подняла взгляд и, наткнувшись на его смеющийся взгляд, тоже нерешительно улыбнулась.

– Другое дело, – Норт едва заметно повернул голову, и рядом снова возник официант.

Им быстро принесли заказ, и они успели даже купить мороженое до того, как подали экскурсионный гравилет.

– Открытый! – хорошее настроение снова вернулось к Тэе, и она живо радовалась всему, что видела.

– Здесь нет ни ветра, ни дождя, ни снега – вполне логично, – Норт пропустил ее вперед и вошел следом.

Их провезли по всей площади, рассказывая историю создания каждого представительства, какие мастера и как долго работали, какие технологии использовали и в чем уникальность каждого дворца, затем гравилет двинулся по главной торговой улице. Магазины со сверкающими в витринах бериллами слепили глаза.

– Это для закупщиков, – пояснил экскурсовод, – розничной продажи на Нероне нет.

Некоторые участники экскурсии разочарованно вздохнули. Тэе было все равно. Она не понимала страсти к пустым кристаллам. Ей нравилось разглядывать украшения на других, но ни разу даже не возникло желания того, чтобы у нее тоже было такое кольцо или браслет…

– Но вы сможете выбрать себе берилл в шахте после экскурсии, – заверил их группу гид, и снова пронесся вздох, на сей раз облегчения, и разговоры возобновились с новой силой.

Норт все это время не сводил взгляда с телеэкранов на улице, мелькающих то тут, то там – нигде не показывали лица сбежавших каторжан. Сатторианец мрачнел с каждой минутой – их заверили, что делается все, что необходимо, но разве показать лица сбежавших это не то, что необходимо? Или они не хотят поднимать панику, чтобы не распугать торговых агентов и оптовых покупателей – представителей ювелирных домов Шести миров?

Гравилет покинул город и въехал в транспортный тоннель, здесь смотреть было не на что – тоннель и тоннель, Норт прикрыл глаза, терпеливо ожидая прибытия на место. Гид рассказывал о том, как прокладывался первый тоннель, как ценой проб и ошибок была выработана технология, которую используют по сей день. Мимо них в двух направлениях сновали грузовые гравилеты – работа на шахтах кипела.

– Мы с вами попадем в Первую шахту и пройдем до Торгового зала, оттуда вернемся в город, – объявил им гид.

Норт открыл глаза. Из торгового зала был один технический проход, не отмеченный ни знаком, ни ограждением, он даже не был нанесен на общедоступные карты – только на карты для спецперсонала. По этому проходу они попадут в рабочую зону. Норт поднял на колени сумку. Гид заметил это.

– Сэр, вещи можно оставить, здесь ничего не пропадет, – заверил он.

– Ну, конечно, – Норт закинул ремень сумки на плечо и вышел из гравилета.

Тэя последовала за ним.

– С сумкой на экскурсию нельзя, сэр! – не отставал гид.

– И что я сделаю? Набью ее бериллами? У всех на глазах? – Норт едва повернул голову. – Не смешите меня.

Сатторианец подошел к готовой двинуться дальше группе. Гид посмотрел на охранников, один из них что-то ему шепнул, и гид, подавив эмоции, продолжил экскурсию.

Они спустились в шахту. Открытый лифт, рассчитанный на бригаду рабочих, спускался вниз по довольно тесному стволу, прорубленному во льду.

– Сколько тут метров? – спросила Тэя, глядя вверх и затем вниз.

Гид сделал вид, что не слышал.

Норт мягко и незаметно прижал его к перилам лифта.

– Девочка задала вопрос, – сказал сатторианец.

– Около сотни метров, – тут же раздалось в ответ.

Лифт остановился. Перед ними вдаль уходил длинный коридор – Первая шахта. Вверху лед, под ногами базальт. Тэя с любопытством потопала ногой по полу и, присев на корточки, потрогала камень рукой и тут же отдернула – холодный… Сразу стало зябко. Норт раскрыл сумку и, достав оттуда куртку, набросил ее Тэе на плечи. Остальные в группе стали возмущаться, что их не предупредили, что будет холодно.

– Дальше снова будет тепло! – заверил всех гид. – Следуйте за мной!

Норт не спеша надел куртку, и они с Тэей оказались замыкающими.

– Я тут ничего не слышу! – возмутилась было девушка.

– Я куплю тебе кристалл с записью этой экскурсии, – заверил ее Норт без улыбки.

Но Тэя уже сама вспомнила, что они здесь совсем по другому поводу.

Норт безмолвно кивнул, и они продолжали следовать за группой.

Тэя с любопытством разглядывала роботов-шахтеров. На Бруннее они промчались мимо них на порядочной скорости, удирая от гортов, а тут – вот они, работают всеми четырьмя руками – одной парой долбят жилу, другой достают камни и кладут в контейнер, когда он наполняется, старший по смене его закрывает, пломбирует и отправляет на склад с помощью транспортера.

– Сначала прозванивают жилу – определяют глубину ее залегания и размер, затем цепью направленных взрывов снимают породу, обнажая залежи бериллов, глубже метра пока не заходят, разрабатывают поверхностные слои, – сжалился над девушкой Норт.

– Это я знаю, – Тэя вытянула шею, – я посмотреть хотела…

– Так, пойдем, – они встали около роботов и несколько минут наблюдали за их работой под неусыпным надзором охранников.

Тэя внимательно рассмотрела самих роботов, потом жилу – как же красиво это выглядит! Словно сверкающий ручеек в скальной породе… Плотно прижатые друг к дружке камни…

– Я такое уже видела, – пробормотала Тэя, и ее рука потянулась к цепочке на шее.

– Не здесь, – шепнул Норт.

– У меня такой есть…

– Я сказал, позже.

– Ладно… – она была уверена, что кристалл Дэймоса выглядит точно так же, как эти бериллы, но Дэймос сумел наполнить его информацией.

– Ваша группа уходит, – сказал им один из охранников.

– Спасибо, парни, хорошего дня, – Норт с Тэей поспешили в Торговый зал.

Там была толпа.

– Две группы перед нами задержались, – гид растерянно оглядел полный зал, – заверяю вас, вы все успеете посмотреть! У вас будет достаточно времени!

– Сколько? – спросил кто-то.

– Час точно, – гид смотрел на толкучку у витрин.

– Ладно, нам пора, – шепнул Норт и не спеша двинулся в дальний угол зала.

Тэя пробиралась за ним, едва избегая столкновений с охваченными берилловой лихорадкой людьми. В воздухе просто витало безумие с признаками одержимости. Девушка максимально закрылась, но не чувствовать она не могла. Слишком много людей, слишком шумно, слишком…

Норт рывком выдернул ее из толпы.

– Не отставай, – он повернулся к замку и ввел нужный код.

Дверь открылась, они нырнули в тускло освещенный коридор, и их сразу накрыл холод.

Тэя машинально застегнула куртку и натянула капюшон на голову.

– Сколько здесь? – спросила она, провожая удивленным взглядом густой пар, идущий изо рта во время разговора.

– Я говорил – минус двадцать, и это еще тепло, – Норт тоже застегнул куртку и подхватил сумку, – будем двигаться, не замерзнем.

С быстрого шага он перешел на легкий бег, Тэя бежала за ним. Благо под ногами был базальт, а не лед. «Дыши ровно, держи темп», – прозвучало в ее голове. Она бежала. Ледяной воздух обжигал горло и бронхи. Ощущение было новым и малоприятным.

Наконец, за очередным поворотом Норт сбросил темп и обернулся к девушке:

– Подожди меня здесь, отдышись, – а сам повернулся и пошел вперед.

Тэя заглянула за угол. Там стоял охранник, а за его спиной начинался ярко освещенный участок тоннеля и слышался звук работ. Заключенные… Тэя невольно повела плечами при воспоминании о тюрьме и перевела взгляд на Норта, который уже подошел к охраннику. Девушка напрягла слух.

– Добрый день, сэр, – кивнул охранник на приветствие сатторианца, девушка с удивлением узнала в нем земляка Норта. – Да, нас известили. Кого вы ищете?

– Дуан Кормак, – голос сатторианца прозвучал неожиданно сухо и пусто, как у человека, который задавил все эмоции.

– Не повезло тебе, парень, – покачал головой охранник, – у нас побег. Он среди сбежавших.

– Уверен, он – главный.

– Так и есть.

– Где уже искали? Куда идти мне? – Норт явно не собирался отступать, он достал планшет с картой тоннелей и показал охраннику.

– Обыскали все, что подключено к системе, – охранник с готовностью обозначил проверенные районы, – а город весь просматривается, там их точно нет.

– Куда они делись?

– Остается один путь – по неподключенным тоннелям к приемным шахтам с кораблями, через Зону Холода по Пути самоубийц. Но там шансов у них ноль…

– Эта тварь от холода не умрет, – Норт смотрел на «мертвую зону» на карте, – значит, через этот участок и сюда, к шахтам?

– Больше ничего не остается, по-другому с планеты не уйти.

– Спасибо, друг, нам пора, – Норт повернулся к Тэе.

– Эй, постой, я вам тут приготовил, – охранник быстро оглянулся и передал Норту пакет, – без этого девочка точно сгинет, – тихо сказал он, кивнув на уже заметно замерзшую Тэю.

Норт принял пакет с медленным кивком.

– Я твой должник.

– Никаких долгов, – возразил охранник, – передашь привет Лиф, и мы квиты.

– Обязательно, – улыбка Норта была неожиданно мягкой, – нам пора.

Сатторианец сориентировался по карте и, свернув в нужный проход, раскрыл пакет.

– Одевайся, – он бросил Тэе легкий комбинезон.

Та повертела его в руках и с недоумением посмотрела на сатторианца.

Тот довольно ловко натянул на себя комбинезон поверх одежды, сняв куртку. Тэя последовала его примеру и, застегнув молнию, ощутила неожиданное тепло. Особый крой капюшона позволил закрыть лицо, а специальная маска защищала глаза. Что же это за одежда такая? Девушка пошуршала в пальцах тонким материалом и посмотрела на Норта. Тот опустился на колени и сидел в позе воина, закрыв глаза. Тэя осторожно перенастроила зрение и увидела тончайшие ручейки его сознания, которые осторожно текли по бесконечным коридорам тоннелей. А говорил, что нельзя… Он же северянин и умеет смотреть во льдах, тут же сообразила она, изучая все, что он делает. Но вот ручейки потекли обратно, и через пару минут Норт открыл глаза, пружинно встал и, уверенно сказав: «Туда», – спокойно побежал во мрак тоннеля.

На его спине и по плечам тускло горели фонарики – это были комбинезоны проходчиков, и они были соответствующе оснащены. Тэя только сейчас заметила перед собой светлое пятно от фонарика на ее голове, а если бежать достаточно быстро, то в этом световом пятне видно ноги бегущего впереди Норта. Что ж, и на том спасибо, мелькнуло у нее, и она безропотно бежала за сатторианцем – им надо спешить, они явно отставали от беглецов по времени.

Им давало преимущество то, что Норт точно знал маршрут и, не петляя, бежал прямо к цели. Тэя следовала за ним. Несмотря на тепло комбинезона, она не потела от бега, и это ее немного успокаивало, она прекрасно помнила свое посещение Крунна и знала, как может быть коварен холод. А здесь было на самом деле холодно. Если в «неотапливаемых» разрабатываемых тоннелях было минус двадцать, то здесь, где первичные проходы были уже завершены, была зона сверхнизких температур. Когда сюда придут для более точной разведки, здесь снова все «прогреют» до минус двадцати – холодно, но работать можно, потом придется отапливать эти тоннели на полную мощь. На это понадобятся резервы – солнечная энергия, которая бесперебойно собиралась и аккумулировалась в резервуарах на поверхности планеты, но собиралась она медленно и много шло на поддержание жизни города, поэтому приходилось экономить там, где можно, оставляя вот такие Зоны Холода. Но в таких костюмах это вообще не проблема…

Все это крутилось в голове Тэи, пока она бежала за Нортом. Ей приходилось буквально одергивать себя каждый раз, когда сознание стремилось вырваться вперед и опередить движение тела. Поэтому приходилось заставлять себя думать о всякой ерунде.

Они пробежали довольно много, когда вдруг Норт замедлил бег и, остановившись, замер. Тэя замерла на месте, чтобы не мешать ему слушать. Глаза сатторианца под прозрачной маской закрылись, и он вскинул голову. И снова от него потекли ручейки, некоторые быстро возвращались, другие продолжали течь и вскоре снова остался один – он и указывал нужный путь.

– Уже близко, – Норт открыл глаза. – Устала?

– Нет, – покачала головой Тэя, готовая бежать дальше.

– Когда придем на место, ты будешь просто ждать там, где я скажу, поняла? – сказал он сурово.

Тэя кивнула.

– Всё, вперед, – и Норт снова легко сорвался с места.

Снова мрак гулких ледяных тоннелей. Норт ступал бесшумно, Тэя не слышала себя из-за шуршания капюшона на голове, но от всей души надеялась, что ее тоже не слышно. На этот раз бежали они действительно недолго. Норт поднял руку и остановился. Тэя бесшумно подошла к нему и увидела тусклый свет.

– Они в пещере, – Норт говорил очень тихо, – у них нет карты, и они петляют по коридорам. Из-за отражений я не могу прослушать, сколько их, надо подойти ближе. Ты пока иди со мной, шаг в шаг.

Они очень медленно и осторожно подобрались к крайней точке тоннеля, Норт выключил фонарики на комбинезоне, просто коснувшись одного из них. Тэя дотронулась до фонарика на своем плече, и их поглотил мрак. Она напрягла слух и различила голоса. Она знала, что Норт тоже напряженно слушает. На этот раз он не пустил вперед ручейки сознания – их могли заметить.

– Человек восемь… Устали… Один ранен… – Норт повернулся к ней. – Стой здесь, – велел он и медленно двинулся вперед, одна его рука легла на рукоять бластера, другая на рукоять ножа – на месте будет видно, что пустить в ход.

Тэя, замерев, следила за каждым его движением.

– Стой, где стоишь! Руки!

– Кто ты?

– Сколько вас?

– Откуда ты взялся?!

Появление Норта вызвало целый шквал вопросов и эмоций, которые рикошетом бились о стены толстого льда. Тэя закрылась поплотнее, инстинктивно глядя вслед угасающему во мраке холода и льда эху.

– Я сбежал, – голос Норта звучал как-то глухо и совершенно иначе.

– Где ты достал комбинезон?

– Какая вам разница? – Норт стоял на своем месте, не приближаясь и держа всех в поле зрения.

– Вот вытряхнем сейчас тебя из него и посмотрим, кто ты такой, – один из каторжан двинулся к сатторианцу, тот отступил.

– Мне и в комбинезоне неплохо, – сказал Норт, – тебе лучше не приближаться.

Сумрак, в котором он стоял, не давал им рассмотреть его экипировку, и они не знали, что он вооружен. Пока не знали.

Шум сзади заставил Тэю обернуться. Шаги? Кто это может быть? Откуда? Поисковый отряд? Тогда они попали… Надо предупредить Норта!..

Привыкшие к темноте глаза различили высокую гибкую фигуру, легкий, уверенный шаг… Тэя рванулась вперед:

– Дэймос!

– Не совсем, – тихо ответил ей незнакомец.

Через мгновение Тэя поняла, насколько она ошиблась, но было поздно…

К концу утомительного диалога Норт уже знал, кого и как он сможет убить. Кого из бластера, до кого дотянется ножом. Предстоящая схватка буквально мелькнула перед его внутренним взором, кто куда отшатнется, кто за чем потянется…

– Посмотрите, кого я там нашел, – раздался позади него голос, который сатторианец надеялся никогда не услышать.

– Только не это, – тихо сказал он и, обернувшись, отступил к стене тоннеля, – Фобос…

Тиорианец шел, толкая перед собой Тэю. В этой одежде никто бы не понял, что это девушка, если будет молчать, то и не поймут…

– Норт Блэкмаунт, – снова заговорил тиорианец, отступая к своим, прикрывая себя девушкой и держа нож у ее горла.

Все вскочили.

– Норт?!

– Северянин… – кто-то отступил в суеверном ужасе.

– Ты и не догадывался, кто к тебе пожаловал, Дуан, – тиорианец встал возле высокого крепко сложенного человека. – А это, я полагаю, твоя очаровательная спутница? Племянница? Неплохой трофей, – нож еще плотнее прижался к горлу девушки.

– Лучше отпусти ее, – Норт не сводил глаз с того, кого тиорианец назвал Дуаном.

– И не подумаю, – тиорианец чуть склонил голову к их главарю и сказал: – Я разведал путь и знаю, куда дальше идти.

– Вы уйдете все, если оставите мне его, – спокойно сказал Норт, кивнув на того, кого все считали вожаком.

Вооруженные ножами, плохо одетые для такого перехода, уставшие от бесконечного холода, голода и бега, люди неуверенно переглянулись. Дуан поднял бластер. Вот это неожиданно. Откуда он его взял? У охранников? Купил или кого-то убил?

– Стой, где стоишь, Северянин, – сказал он.

– А то что? Убьешь меня? – Норт сделал шаг вперед. – Нельзя убить того, кто уже мертв…

Выстрел из бластера пробил Дуану ногу, нож воткнулся тиорианцу в правое плечо. Тот охнул, Тэя выскользнула у него из рук, упала на пол и прокатилась под ледяной портик, серия выстрелов и пара брошенных ножей… У кого-то еще бластер… Черт!

– Держи девку на мушке! – прокричал Дуан.

Тэя под портиком с другой стороны пещеры на прицеле у одного из каторжан. У сатторианца пара зарядов в бластере и еще два ножа.

– Не шевелись, Северянин, – прохрипел Дуан, перетянув ногу выше раны, – тебе на жизнь плевать, а твоей девчонке нет. Или мне и ее пристрелить? – каторжанин встал, и тиорианец подставил ему левое плечо, его правая рука висела плетью. – Сейчас мы уйдем, а ты нас отпустишь. Еще увидимся, Северянин.

– Буду ждать, – Норт смотрел, как они отступают в темноту тоннеля, унося с собой свои фонари.

С их уходом пещера погрузилась во мрак. Он сумеет снять в темноте того, что держит на мушке Тэю, он успел засечь, где он, и еще сможет догнать тех, что ушли…

Вскинув руку, он выстрелил в темноту. Звук выстрелов прокатился под сводами пещеры и укатился дальше по бесконечным переходам. Норт услышал крик, и внезапно что-то обожгло сатторианцу грудь. Он коснулся фонарика на голове, опустил голову и удивленно посмотрел на замерзающую на комбинезоне кровь…

Норт упал на пол пещеры. Оглушенная и ослепленная выстрелами и вспышками бластера, Тэя какое-то время не слышала и не видела ничего. Стрелявший же со всех ног бросился за ушедшими беглецами. Придя в себя и убедившись, что никого, кроме них не осталось, Тэя выбралась из-под портика и подбежала к сатторианцу.

– Норт… – она осторожно коснулась его плеча. – Норт! – она неуверенно тряхнула его. – Норт!!! – ее крик гулким эхом прокатился по темным тоннелям.

Коснувшись фонарика, Тэя пыталась в тусклом свете рассмотреть раны – но все застыло и покрылось коркой, сквозь дыры в комбинезоне проникал холод. Тэя в ужасе смотрела на застывшую в лед кровь.

Решившись, она сняла с него маску, чтобы рассмотреть его лицо и увидеть глаза.

– Норт…

Он такой бледный, или это свет такой? Он моргнул?

– Норт…

Ну же, открой глаза, ты же сильный… Ты же неуязвимый, Норт!

Слезы обожгли ее глаза. Нет, нельзя, не время плакать! Надо что-то делать… Что? Она даже не знает, где они!..

И этот холод… Сумка! Он оставил ее там, в тоннеле, там были их куртки! Может, там будет еще что-нибудь?..

Тэя бросилась к тому месту, где Норт оставил ее ждать. Да где же она? Световое пятно металось по полу пещеры, пока не выхватило из мрака заветную сумку, с которой Норт не расставался все это время. Схватив ее – господи, какая тяжелая! – Тэя поволокла ее в пещеру. Как он бежал-то с ней, она ее волоком еле тащит…

Отыскав на полу пещеры Норта, Тэя открыла сумку и первым делом укутала его в куртки, с трудом поворачивая его с боку на бок. В сумке были еще пара бластеров, ножи… Коммуникатор!

Тэя дрожащими руками активировала прибор, постоянно оглядываясь вокруг. Звуки от ее действий многократно отражались от ледяных стен, и ей постоянно казалось, что кто-то идет. Коммуникатор заработал. Помехи ударили по ушам, Тэя судорожно перебирала в памяти личные номера тех, кого она знала. Найдя, наконец, тот единственный, который был ей нужен, она ввела цифры в коммуникатор. Когда пошел сигнал, она заговорила:

– Дэймос, нам нужна помощь! Мы на Нероне, в Зоне холода, – она огляделась, – я не знаю где. Норт ранен… Я надеюсь, что он ранен. Помоги нам! – Тэя выключила коммуникатор и убрала в сумку.

Она снова посмотрела на Норта. Тот не двигался. Тэя обошла пещеру и собрала куртки со всех убитых или раненых – их бросили, и они все равно были обречены. Тэе не было дела до их боли и страданий. Она вернулась к Норту с ворохом теплых курток и, с трудом перевалив его на бок, простелила еще один слой между сатторианцем и обжигающим холодом базальтом. Тэя оглядела его еще раз и легла рядом с ним. Холода она не боялась. Она не боялась здесь умереть. Она боялась потерять его.

Прижавшись к Норту, она закрыла глаза. Ее сознание помимо ее воли потянулось во мрак, окружающий сатторианца. Как тут странно пусто… Сознание Тэи скользнуло внутрь этого мрака и пустоты в отчаянной попытке найти хотя бы малейшую искру… Крохотную точку… Где же это? Где то, что держало его все это время? Где эта неуемная, неутоленная жажда мести? Тэя раздует этот огонь, если это поможет вернуть его, она сделает это… Ты же еще не отомстил, Норт, убийца твоей любимой ушел, а ты остался здесь, в этом Богом забытом месте, в ледовой гробнице! Ты не можешь оставить все так! Это будешь не ты! А как же непобедимый Норт-Северянин, легенды о котором ходят по всем захолустьям Шести миров?! Ты не можешь уйти вот так! Легенды так не уходят…

Что-то мелькнуло в глубине его сознания, и Тэя устремилась туда – что бы это ни было, она разожжет это пламя… Вот она, какая кроха… Девушка направила поток своей энергии к этой искорке в сгущающемся мраке меркнущего сознания, накачивая и усиливая ее… Гори… Гори! Он должен вернуться! Гори!!! Искорка замерла и через несколько мучительных секунд начала разгораться. Вот так! Да! Да!!!

Тэя едва сдерживала себя, чтобы не обрушить на эту кроху всю мощь своей жизненной силы, надо осторожно… К разгорающемуся, но еще слабому огоньку, словно к маяку, потянулись остальные одиночные искорки затухающего сознания сатторианца, хранящие его самые ценные воспоминания, хранящие то, кем он был. Тэя подхватывала и подпитывала каждую, потому что каждая из них была важна, он не должен потерять сам себя, он должен вернуться таким, каким он был – Нортом-Северянином…

Тэя, занятая этим сложным делом, не чувствовала, что уже практически вжалась в него. И когда что-то неожиданно толкнуло ее в ухо, она на мгновение опешила и замерла, на секунду переключившись на физический мир. Еще толчок. Тэя разгребла ворох курток и буквально вжала ухо в его грудь. Давай… Удар… Слабый, одиночный, но удар! Удар его сердца…

О, Создатель, не лиши меня здесь милости своей! Тэя осторожно разделила сознание, теперь часть его продолжала собирать и накачивать силой сознание сатторианца, а вторая собрала всю жизненную энергию в ее теле. Тэя сняла защиту с руки, холод моментально до боли сковал ее кисть, но она этого не чувствовала – для передачи жизненной силы такой мощи нужна ее ладонь. Она привстала на колени и положила свою руку на грудь Норта. Его кровь, застывшая в лед, вонзалась в ее ладонь, но эта боль была уже неощутима. Собравшись, Тэя направила в изрешеченное из бластера тело всю жизненную силу, что была в ней: «Возьми мою силу, отдай мне свою боль…» Перед внутренним взором возникли поврежденные ткани, кости и органы. Мощный поток разделился на несколько ручейков, напитывая и восстанавливая каждый орган и каждое повреждение, участок за участком, шаг за шагом исцеляя фатально поврежденное тело… Удары сердца стали чаще и сильнее… Сознание Норта наполнялось светом от все больше разгорающихся искр, на глазах превращающихся в сферы… Тэя полностью отдалась процессу, наблюдая за восстановлением его тела и сознания, постоянно нагнетая и отправляя в него свою энергию. Все, что было накоплено на Калипсо, все, что было подарено щедрой планетой, все это она отправила в него, когда этот резерв был исчерпан, она перешла на то, что было в ней самой. Боль разрывала ее тело, но она не останавливалась…

Когда силы покинули ее, она положила голову ему на грудь. Его сердце стучало ритмично и сильно, его сознание светилось ярко и было наполнено силой и жаждой жизни. Остатком затухающего сознания Тэя залюбовалась сферами, наполняющими его сознание, они были невероятно прекрасны, жаль, что он все это время прятал их от нее и не давал заглянуть внутрь, ей бы хотелось увидеть это хотя бы раз… Что же такого прекрасного и невероятного было в его жизни? Ах да, он ей показывал… Тэя с трудом, собрав последние силы, возродила в себе это невероятное, неописуемое по своей мощи чувство, однажды показанное им ей, и с последним толчком своего сердца отправила в него этот импульс, наполненный эмоцией невероятной силы, яркая вспышка почти ослепила ее перед тем, как мрак небытия поглотил ее…

* * *

Норт открыл глаза. Холодно. Он в комбинезоне, не должно быть так холодно, но тут же вспомнил, что в него стреляли, и рывком сел. Что-то тяжело скатилось с него на пол. Норт коснулся фонаря и повернул голову, тусклый свет выхватил свернувшуюся фигурку – Тэя!

– Тэя… – Норт осторожно повернул ее на спину и осмотрел.

Откуда на ней кровь?! Она была цела! Это было единственное, в чем он был твердо уверен, что перед его ранением она была цела и невредима! Холод пробирал его до костей через дыры в его комбинезоне. Среди вороха чужих курток он нашел свою и, надев поверх комбинезона, снова вернулся к девушке. Он склонился к ее лицу, пытаясь уловить тепло ее дыхания… Какое там в таком холоде! Он прижался ухом к ее груди и уловил слабые одиночные удары сердца.

– Что с тобой, девочка? Что с тобой? – он машинально растер и спрятал обратно в защитный клапан ее окоченевшую руку. – Что произошло? – он быстро оглядел пещеру.

Свет его фонаря выхватил пять тел. Значит, четверо ушли, ничего, он их найдет.

– Тэя? – теперь уже Норт собрал все куртки и, укутав ее, снова огляделся.

Ручейки его сознания потянулись по бесконечным тоннелям, пытаясь обнаружить хоть чье-то присутствие.

Неожиданно он сначала ощутил, а затем и увидел внутренним взором… Гравилет?! Кто это?!!

Норт моментально очнулся и, обойдя пещеру, собрал свои ножи и нашел бластер. Один заряд. Ладно, так просто он не сдастся. Он собрал вместе окоченевшие тела убитых, соорудив из них заграждение, четко определив, из какого тоннеля появятся визитеры. У него один заряд и шесть ножей. Нет, вот же его сумка! Тэя – умница! Взвизгнула застежка, и Норт достал бластеры с полными зарядами – отлично, он сможет отбиться, а если повезет, заберет гравилет и доберется на нем до шахты, в которой стоит его корабль. Их корабль. Он посмотрел на девушку. Но звук гравилета снова заставил его собраться.

Яркие лучи ослепили его. Хлопнула дверца.

– Стой, где стоишь, ублюдок! – Норт навел оба бластера на черный силуэт.

Всего один? За ним отправили одного оперативника?! Что происходит с этим миром?!

– Норт, это я, – донеслось до него и проникло в самое сознание.

– Дэймос, – выдохнул сатторианец и привалился к ледяным телам, вытирая лоб рукой со все еще зажатым в ней бластером, стряхивая напряжение.

Осознав, что это не галлюцинация, Норт встал и шатаясь пошел навстречу к другу. Тот с готовностью подхватил сатторианца.

– Нет-нет, не меня, – замотал головой Норт, – посмотри, что с ней!

– Я посмотрю, не кричи. Береги силы, – мягко сказал тиорианец и, подойдя к Тэе, тяжело опустился рядом с ней на колени.

Обнажив тонкую кисть, Дэймос положил ее на лоб девушки.

– Ох, милая, – пробормотал он через несколько мучительных секунд.

– Что? Что с ней? – Норт места себе не находил и не скрывал этого от своего друга.

– Все плохо, заводи гравилет, нам надо на корабль, – тиорианец легко подхватил девушку на руки и направился к машине.

Норт резко завел двигатель и тут же выскочил обратно.

– Что ты делаешь? – Дэймос замер на полпути к гравилету.

– Иди в машину, мне надо убрать за собой, – он тут же подобрал их куртки, бластеры, ножи, какую-то коробку, вообще не помня, что брал такую с собой, и огляделся. – Всё, – заключил он и сел за штурвал гравилета. – Как она?

– Держится, жми! – скомандовал Дэймос.

Гравилет рванул вперед на бешеной скорости, только молниеносная реакция Норта на каждом повороте спасала их от неминуемой смерти.

– Зачем ты вообще все это собрал, все и так знают, что Северянин прибыл за Кормаком, все заключенные только об этом и говорят!

– Они думают, что я был здесь, но доказательств тому у них не будет. На меня не смогут повесить пять убийств.

– Пять? Всего пять? – Дэймос не поверил ушам.

– Они держали ее на мушке, у меня были связаны руки, – в голосе Норта была досада.

– И сколько ушло?

– Четверо, но один умер, не догнав их, тот, что стрелял в меня, я зацепил его… – Норт бросил быстрый взгляд на тиорианца. – Тебе не понравится то, что я тебе скажу, Дэйм…

– Что? – глухо спросил тот.

– Фобос ушел с ними.

Дэймос на секунду прикрыл глаза и снова обратил свой взор на бледное лицо девушки, его ладонь продолжала покоиться на ее лбу.

– Я знал, что он здесь, но не знал, что он с этим ничтожеством, – тихо сказал тиорианец.

– Он держал нож у ее горла, – голос Норта неожиданно сел.

Гримаса боли исказила тонкое лицо тиорианца, но он тут же справился со своими эмоциями.

– Орден изгнал его, он сорвался, – Дэймос погладил волосы Тэи и снова положил ладонь ей на лоб.

– Что же он такого натворил, что Орден от него отказался? – тихо спросил Норт.

– Много чего, – Дэймос дал понять, что тема закрыта.

Норт не настаивал. Расскажет сам, когда будет готов.

– Видит бог, твоей матери надо было остановиться сразу после тебя, да простит меня Создатель за мою крамолу! – Норт уже не впервые озвучивал эту мысль, и если раньше это было их шуткой, то теперь это прозвучало вполне серьезно.

Выражение боли и стыда скользнуло по лицу тиорианца и спряталось в уголках темных глаз.

– Он