Book: Аспирантура для попаданки. Замужество не предлагать!



Аспирантура для попаданки. Замужество не предлагать!

Рина Ских 

Замужество не предлагать!

ГЛАВА 1

Я никогда не мечтала работать в школе. Да и вообще никак не видела в своей жизни работу с детьми. Ну, где я — и где дети? Что я им могла рассказать, объяснить? А если оно не поймет? Или, того хуже, начнет кукситься, капризничать? И таких тридцать штук! А у меня еще сорок пять минут до звонка! Нет уж, не на ту напали!

Поэтому, выслушав наставление мамы и бабушки, всю жизнь проработавших в колледже и школе и мечтавших, что я пойду по их стопам, категорически отказалась поступать в педагогический и пошла на… кхм… эколога. Я вообще на программиста хотела, но засмотрелась на парня с внешностью Аполлона и машинально сунулась не в тот кабинет. Кто бы мог подумать, что на эти две специальности с какого-то вдруг перепугу сдавать одни и те же предметы? Вот и я охренела. Потом. Когда поступила и увидела куда… С другой стороны, а что мне уже терять?

Правда, выжить студентке в чужом городе на одну стипендию нереально, пришлось подрабатывать. Вначале это были контрольные для сокурсников, позже курсовые, еще какое-то время погодя я студентам из нашего потока подробно объясняла, как делать эти курсовые, и что конкретно от нас пытался сегодня на лекции добиться преподаватель…

И все же, с педагогикой я себя по-прежнему никак не связывала. Даже близко. Ну вот не мое это, ну ни разу!

И, возвращаясь поздно вечером после занятия с второклассницей, которую в течение часа учила читать после вдохновляющего наставления ее матери: «Маша может вдруг начать плакать… Это нормально. Если будет при этом пытаться убежать на балкон через окно — зовите меня», все пыталась понять, как же до этого докатилась.

Сначала это был восьмиклассник, у которого проблемы с химией, брат моего одногруппника. Почему бы не помочь по дружбе? Потом одноклассник этого пацана. Ну, тема та же, не сложно же? Следом соседка с дочерью пятиклассницей, которая не понимала дроби… А после дробей мне уже как-то вообще все равно было, чему учить и кого. И все же, один на один, пусть оно и может половину занятия лежать на полу, уткнувшись лицом в пушистый ковер, изображая трупик, определенно проще, чем в школе. Вот уверена!

Нет, ну серьезно, где и что я сделала не так в своей жизни? У меня защита диплома уже через три месяца, а я тут по слякоти под моросящим мерзким то ли дождем, то ли мокрым снегом топала в общагу на самой окраине города, прикидывая, могли ли у меня после сегодняшнего занятия появиться седые волоски?

Еще и в горле мерзко скреблась когтями подкрадывавшаяся простуда, а в носу, впрочем, как и в сапогах, противно хлюпало. Еще и есть хотелось до ужаса, а в животе булькало лишь поллитра выпитого за день кофе… О булочке, захомяченной втихаря на первой паре под унылый бубнеж препода по химической экологии, остались лишь воспоминания. Как и от пары конфеток, сунутых предыдущим учеником…

Да все, к черту, никаких больше занятий с малолетними вредителями! Никаких нервов и здоровья с ними не хватит! Защищу диплом, пойду в аспирантуру, заделаюсь себе экологом и будет мне счастье…

Проехавшая мимо машина, истошно прогудев клаксоном, щедро окатила меня из лужи, превратив пальто бежевого цвета в унылое нечто. Вырвавшаяся из моих уст фраза, знаменовавшая все, что я думала по этому поводу, и уж точно не приличествовавшая учительнице, потонула в гудке уже другой машины, добавившей брызг на и так испорченную вещь.

Зарычав от бессилия, порывистым жестом обтерла щеку от грязных потеков, попавших и на лицо, и шагнула максимально дальше в сторону, совсем прижимаясь к обочине… Где тут же умудрилась поскользнуться на скользкой мокрой поверхности этой богами проклятой улицы и, разумеется, позорно шлепнуться на задницу, чудом не уронив сумку в лужу.

— Вселенная, да ты издеваешься?! — воскликнула я от переизбытка эмоций.

Вщух! Би-бип! Вот и все, что ответила Вселенная, в виде третьего, мать его так, автомобиля, окатившего меня из очередной лужи и, разумеется, ехидно просигналившего. Поиграть бы с ним в игру «догони меня кирпич»… Но нельзя быть такой кровожадной. Особенно, если все равно запулить вслед нечем, кроме промокшего сапога.

Горестно вздохнув и не рискнув больше взывать к не очень тепло настроенной ко мне сегодня Вселенной, максимально прижалась к обочине, где размякшую вязкую землю все еще местами окружали островки снега, напоминавшие мокрую вату. А тут ситуация обстояла еще хуже! К вечеру температура упала до минуса, и обочины уже прихватывало тонкой корочкой льда, из-за чего стало совсем уж скользко.

Ну ничего, еще метров десять, и я смогу свернуть к пешеходному мосту над давно уже высохшей речушкой. А за ним и до автобусной остановки рукой подать…

С этой мыслью я посмотрела на свои чавкающие от влаги сапоги и серо-бурое пальто. Обреченно шмыгнула носом, в довершение еще и чихнув. Угу. Ждут меня в автобусе. Прям все водители устроят гладиаторские бои за честь пустить меня в пахнущий бензином салон дребезжащего раритета, который почему-то гордо называют «общественный транспорт». Впрочем, какое общество, такой и транспорт… Апчхи!

Нет, определенно, репетиторство — это не мое! Вот курсовые буду делать, сидя в теплой комнате с чашкой горячего чая, дипломные работы, еще какую-то муть электронную… Но дома! На хрен!

С такими ободряющими мыслями я ступила на жутковатого вида старый металлический мост с шаткими перилами, что гулко отражал мои шаги и, кажется, слегка даже содрогался подо мной. Так, Сашка, меньше жрать надо было, хватит с тебя и булочки — вон, даже мост возмущается… Да чтоб тебя!

Выругавшись сквозь зубы, потерла ушибленную коленку, вновь оказавшись на земле. Ну-у, делаю успехи — все не на задницу шлепнулась. Правда, теперь джинсы тоже промокли. Как же задолбала уже эта погода, этот мост, эти сапоги… Эта Вселенная, в конце концов! Не, серьезно, там кто-то наверху делает ставки, что ли, сколько раз я за сегодня упаду, поскользнувшись? Фигушки!

Независимо фыркнув, на каждом шагу поскальзываясь и балансируя, добралась до перил. Не ахти какая опора, конечно, наваливаться на них все же нежелательно, но сохранять равновесие худо-бедно помогали. Еще раз звонко чихнув и шмыгнув носом, осторожно двинулась вперед, уже предвкушая, как доберусь сегодня до дома и откажусь от всех учеников.

В первую очередь, от Маши! Во вторую… Хм… От Стаса? Вредина, конечно, но у него конец четверти скоро, подтянуть бы с ним еще геометрию не мешало, жалко же… Вот от Пашки я точно… блин, не откажусь. Только цену повысила на занятия, да и не напряжный он, в основном. А вот Света… Уже третий год у меня. Хм… Лену, что ли, отправить восвояси? Вот точно, доучим с ней тему, поднатаскаю ее к поступлению на химфак, и летом… Нет, тоже как-то не то.

Ладно, начнем с того, что откажусь от Маши! Вот сказку с ней домучаем эту — и точно откажусь. Скорость чтения только еще чуть повысим — зря, что ли, два месяца с ней уже занималась? Так, и к чему я, по итогу, пришла? Нет, от кого-то я точно откажусь! Или, хотя бы, буду проводить занятия по скайпу. Например, начну с… м-м-м… Блин!

Мои мысли прервал гулкий лай пса. Причем, судя по вибрации, что пошла по мосту от громкости этого лая, немаленького такого пса. Вот только этого мне еще не хватало!

Растерянно замерла, всматриваясь в свете одинокого фонаря в темную фигуру, появившуюся на краю моста, а с ним огромное четвероногое нечто. Господи, вот кто там ещё? Овчарка, алабай, ротвейлер, просто кишкогрыз обыкновенный? Невольно бросила взгляд обратно, но я преодолела ровно половину расстояния, возвращаться назад жалко… А идти вперед страшно. Сомнения развеял добродушный голос владельца собаки.

— Девушка, не беспокойтесь, Харон не кусается!

Кем надо быть, чтобы назвать пса таким именем?! Сразу уж Цербером обозвал бы, чего мелочиться? Или подразумевалось, что на Стиксе нынче поток уже не тот, паром истлел, и Харону приходилось самому отлавливать заблудшие души, вытряхивая их из бренных тел?! Или, скорее, выгрызая?!

— Поэтому так громко лает? Сообщает всем о своей некусачести? — все же выдала я, не двигаясь с места, настороженно всматриваясь в приближающиеся фигуры.

— Да он даже в наморднике, чтобы никого не пугать. Просто общительный очень, это он так радуется, правда, малыш? — ответил незнакомец со смехом.

«Малыш» радостно залаял в ответ. Ну это я так думаю, что радостно, лично мне все еще слышался в его лае подтекст: «Ну иди сюда, иди, мяско на ножках…». Правда, почти сразу же я рассмотрела в неясном свете фонаря блеснувший металлический намордник. Ну ладно, Харон, проходи, и вовсе не боюсь я тебя ни капли, так и знай.

Выдохнув чуть спокойнее, потихонечку пошла дальше вперед, не сводя бдительного взгляда с необычной пары. Под тяжелой поступью Харона мост скрипел и ухал, но пса это не смущало. Натягивая поводок, он настойчиво тянул своего худосочного хозяина вперед. Вскоре я даже сумела рассмотреть лицо этого парня. Вполне себе симпатичное такое, веснушчатое лицо.

— О, неудачный день? — произнес он сочувственно, рассмотрев жалкий вид моей одежды. В подтверждение его слов я звонко чихнула.

— Не представляете, насколько… — проворчала уже спокойнее, когда они со мной практически поравнялись.

Харон, весь испачканный в болоте, радостно вилял хвостом и тянул поводок уже целенаправленно в мою сторону, но его хозяин все же как-то сдерживал его, попеременно поскальзываясь на уже чуть обледеневшей поверхности моста.

— Ну ничего, за темной полосой непременно наступает светл… Стой, Харон!

Но крик парня, все же поскользнувшегося на наледи и упавшего от резкого рывка пса, выдернувшего конец поводка из рук, ни капли не смутил Харона, понесшегося на всех парах ко мне.

— Фу, Харон, фу-у! — только и успела я воскликнуть полуистерично, когда эта образина наскочила на меня, обхватив передними лапами, и принялась… — Фу, уберите своего извращенца!!!

— Харон, назад! Назад, су-у…

Но что хотел крикнуть хозяин этого любвеобильного извращенца, я уже не услышала, пытаясь как-то оттолкнуть его, и, разумеется, поскользнулась от неловкого движения. Мощный толчок пса — и я всем телом навалилась на шаткие перила. Пронзительный скрежет пробрал до самой глубины души, а в следующий миг всякая опора подо мной исчезла, и я полетела вниз под удивленным взглядом Харона.

На моем надгробии напишут: «Она пала жертвой собачьей страсти». Или попросту скажут: ее пес насмерть затр… Додумать мысль не успела, ощутив кошмарную боль от удара, и мое сознание померкло…


Приходила в себя как-то очень уж тяжело. Все кости ломило, словно при гриппе, жутко тошнило, во рту поселился мерзкий привкус, все звуки пробивались словно через плотный слой ваты и воспринимались, скорее, как белый шум. Мысли в голове путались, воспоминания и вовсе казались хаотично перемешанными, отчего всплывало, почему-то, то одно, то другое, то… эээ… и вовсе не мое? Что за?..

С трудом открыв глаза, поморщилась от пронзившей голову боли, даже слезы набежали, не давая толком рассмотреть, где я нахожусь. Слабо застонав, зажмурилась обратно, переживая приступ. Да что ж мне так хреново? Снова поддалась на уговоры Анжелки и отправилась с ней на очередные посиделки, где «все только свои» и «выпьем совсем капелюшечку»?

Тут же вспомнился вчерашний вечер, где Вселенная только и делала, что роняла меня, мочила в лужах и морозила… Ну точно! Заболела. А, и упала, да, как я могла забыть? А потом еще и яд, а то втыкать в грудь фамильный кинжал как-то очень уж кроваво и… Стоп. Что? Какой такой яд?!

Резко открыв глаза и зашипев от боли, попыталась сесть на кровати и осмотреться. Сморгнув выступившие слезы, медленно обозрела окружавшую меня обстановку и, гулко сглотнув, с трудом сдержала рвущееся из груди нецензурное описание сложившейся ситуации.

Я была не в общаге. Однозначно не там. Об этом свидетельствовали и высокая кровать с балдахином, укрытая помпезным, вышитым золотыми нитями покрывалом, и отполированный до блеска паркет, и стены, украшенные вычурной лепниной, и трюмо с несколькими зеркалами, уставленное различным количеством баночек-скляночек, и обитый бархатом пуф у него, и огромный шкаф из красного дерева, занимавший, пожалуй, треть немаленькой комнаты…

Но больше меня интересовало, почему при этом я сама лежала на кровати поверх одеяла в каком-то жутко неудобном парчовом платье с пышными многослойными юбками и в туфлях на невообразимо высокой шпильке!

Тут же пришло воспоминание, как я уговаривала папеньку приобрести мне это пыточное устройство для женских ног в модном бутике, где имелась продукция исключительно дроу… Чего?! Какие, мать их так, дроу, бутики и папеньки?!

Мной начала овладевать паника. Что за бубуйня тут происходит? Где я, что со мной произошло, почему в голове возникают какие-то непонятные воспоминания со мной же, но которые мне не принадлежат?!

Я упала с моста из-за дурацкой собаки! Ударилась головой, поэтому какие-то ранее прочитанные или увиденные где-то образы подсознание переносит на меня же. На самом же деле, хозяин Харона, убедившись, что у меня ничего не сломано, перенес меня к себе домой, где… переодел в дорогое платье и уложил на кровать?!

Крепко зажмурившись, с силой стиснула кулаки, будто бы это могло прояснить ситуацию, и услышала тихий шелест.

Вздрогнув, открыла глаза и медленно раскрыла одну ладонь, растерянно уставившись на зажатую в ней бумажку. Это все напоминало мне сцену из какого-то третьесортного детектива, где героиня приходит в себя в незнакомом месте с частичной амнезией… А если я все помню, ну или почти все, а воспоминаний как-то больше стало? Бывает амнезия наоборот? Ну да неважно. Так вот, я, проблемы с головой, незнакомое место, общее замешательство… и главная улика в руке!

Отогнав дурацкие мысли, как реакцию на стресс, осторожно развернула помятый клочок плотной глянцевой бумаги. И как я не заметила, что сжимаю это в руке? Вон, даже вмятинки небольшие пооставались на коже от острых углов бумажного комка…

И судорожно выдохнула, чувствуя, как зашевелились волоски на теле, а головная боль и вовсе отошла на второй план. Внутри заклубился страх, который с каждым мигом лишь усиливался, перерастая в истошный ужас. Буквы, выведенные моим почерком, разве что чуть аккуратнее, чем обычно, никак не желали складываться в полноценные слова, словно я спешно вспоминала полузабытый, но когда-то очень хорошо знакомый язык.

«И все же последнее слово за мной! Я не выйду замуж за вашего «хорошего мальчика», мое сердце занято! И больше оно не будет биться, я умру ради любви и буду счастлива в посмертии, так и знайте!»

— Во дебилка… — только и смогла выдавить, перечитав сие послание несколько раз. Взгляд сам собой упал на лежавший рядом на кровати какой-то пустой хрустальный флакончик без крышки.

Тут же в голове замелькали воспоминания моей громкой ссоры или, скорее, безобразной истерики с так же пафосно разодетыми мужчиной и женщиной, чем-то неуловимо похожими на меня. Вспомнились обида и гнев, переполнявшие душу, и глухие рыдания, которые не в силах сдержать… Мстительное удовольствие во время написания записки и мерзкий вкус какой-то дряни из флакона… Боль, пронзившая тело, вдруг встрепенувшийся страх…

— Что за бред! — выпалила я, как только калейдоскоп образов остановился.

Ну бред же, что за нахрен?! Я упала с моста, каким-то чудом ничего себе не сломала, хозяин Харона принес меня к себе домой… Ну пусть окажется, что я всего лишь попала в лапы маньяка, а? Вселенная… Нет, Вселенная, молчи, я вообще не к тебе сейчас обращалась!

Глаза защипало от слез. Хотелось забиться куда-то в угол, сжавшись в комочек, и с упоением заняться себяжалением, причитая, что это лишь сон…

Так, Сашка, соберись давай. Маньяк это! Просто шизанутый на всю голову маньяк, который притащил меня в свое логово и переодел. После Маши и Вани, любившего выскакивать и страшно орать из-за угла, когда приходила к нему заниматься, мне ли бояться маньяков? Да я сейчас сама кого хочешь заманьячу!

Тихо шмыгнув носом и утерев тыльной стороной ладони слезы, что все же успели предательски сбежать по щекам, отметила, что насморка, как и простуды, у меня не было абсолютно! Мои ноготки были аккуратно подпилены, а от гель-лака, которым я их покрыла всего три дня назад, не осталось и следа. Робкая мысль, что мой маньяк очень уж специфический и не только переодел меня, но и снял гелевое покрытие с ногтей, развеялась, даже толком не сформировавшись.

Да и в комнате не было и отдаленного запаха псины, свидетельствовавшего о том, что Харон когда-то тут побывал… Харон таки оказался реальным Хароном? Переправил мою душу в царство мертвых? Та высохшая речушка — это Стикс, а это…

Даже не додумав этот бред, неожиданно для себя начала хохотать от абсурдности происходящего. Как-то само собой смех перерос все же в рыдания. В довершение ко всему, желая высморкаться, вместо того чтобы взять ажурный платочек с трюмо, привычно потянулась к нему ментальным щупом, израсходовав самую капельку резерва, и лишь ощутив клочок ткани в руках, осознала, что только что сделала. Громко икнув, замерла, прекратив слезоразлив и уставившись перепуганно на несчастный платочек.



Так что, получается, я правда умерла вчера или даже сегодня? А пришла в себя в теле дурехи, выпившей какую-то дрянь, отчего ее место в теле заняла я?

Вскочив с кровати и едва не навернувшись на дурацких каблуках, бросилась к зеркалу, пытаясь понять, как выгляжу… И удивленно замерла, рассматривая себя же. Ну и какие, на фиг, другие миры, переселение душ и прочая лабуда? Так, маньяк, где ты бродишь? Мне еще курсовую нужно на завтра сделать и отменить занятие с… Эй, а где мой шрам на брови от качели?!

Вселенная, вот за что ты так со мной? Почему я? Почему другой мир? Почему… Вновь накатившую было панику спугнуло какое-то сияние, явно магического происхождения, возникшее прямо в воздухе передо мной. А следом с негромким хлопком рядом на столик упал какой-то свиток. Любопытство было явно сильнее желания ныть, впустую сотрясая воздух.

Осторожно развернув его, едва удержалась, чтобы восторженно не присвистнуть, когда текст начал проявляться прямо под моим взглядом, чуть мерцая золотистыми искорками, словно его кто-то прямо сейчас выводил невидимым пером. Тем удивительнее было понять, что это письмо из какой-то магической академии, где, насколько поняла, я закончила обучение всего неделю назад…

Чего? Я попала в магический мир, как мечтала в детстве, воображая себя как минимум Гермионой, как максимум Гарри Поттером… на худой конец, я была согласна даже на женскую версию Невилла, а тут, оказывается, поздравляем, вы хотели учиться в академии — вы там уже учились.

Почему-то именно это несчастное письмо повлекло за собой следующую цепочку воспоминаний: как моя предшественница (теперь уже могла сказать наверняка) исправно посещала занятия, не испытывая по этому поводу никакого восторга, но училась все же прилежно. Не отличница, но твердая хорошистка — как же, имидж прежде всего! Из этих же смутных образов прошлого заодно извлекла информацию, что баллов девушки за учебу как раз хватало для поступления в аспирантуру, и этот свиток лишь подтверждал это… В которую она идти отказалась, не планируя вообще никогда работать.

Судорожно вздохнув, я аккуратно отложила свиток в сторону и вновь бросила взгляд на себя в зеркало. Ну ладно. Верить в то, что спятила — хотелось меньше всего. С маньяками тоже не сложилось. Следовательно, отталкиваемся от того, что я в теле своего двойника из другого мира… Ну, теория не хуже прочих.

Из плюсов: я жива, здорова, с моей же внешностью, не бедная, имею образование и даже владею магией. Из минусов: проколоться, что я не… не… как меня зовут, блин?! В общем, проколоться, что я не эта девушка — проще всего. Воспоминания всплывают хаотично, и не факт, что будут подсовываться мне в нужный момент. А значит, нужно стараться поменьше общаться с родными и близкими Сандры… О, это мое имя? Да, точно… Разобраться бы еще, как работает память. Итог: мне нужно уходить. Куда?

В коридоре рядом с дверью раздались шаги, и кто-то, коротко постучав, дернул за дверную ручку. Я молниеносно выставила раскрытую ладонь в ту сторону, замысловатым пассом запирая дверь магией. И тут же растерянно уставилась на свои ладони. Как я это сделала, черт побери? А осознанно, не? Что это — рефлексы Сандры, память тела, или подсознание шалит, используя знания девушки, но пока не вываливая их напрямую на меня?

— Сандрина! Немедленно открой дверь. Мы с тобой уже говорили на эту тему: пока ты находишься в академии — вольна выбирать себе жениха. Не выбрала, по уши втрескавшись в этого хлыща — все! Мы с матерью подобрали тебе кандидата, — разорялся за дверью, так понимаю, отец Сандры.

На несколько мгновений мне стало действительно жалко дурочку, в груди всколыхнулась все та же обида, чувство протеста, которое грозилось перерасти в грандиозную истерику… И я на краткий миг ей поддалась, зашвырнув в стену какую-то склянку, с готовностью рассыпавшуюся на осколки.

— Не выйду я замуж! — выкрикнула непривычно капризным голосом.

Охренеть! В копилку минусов: я теперь еще и истеричка… Так, Сашка, соберись. Вдох-выдох, вдох-выдох. Она истеричка, не я… Все в моих руках.

— Сандрина! Ты доиграешься, что я заморожу все твои счета. Прекращай свои детские выходки! Твой жених весьма приятный молодой человек. Неужели ты думаешь, что мы с матерью желаем тебе плохого? Завтра вечером он приедет, пообщаетесь, объявим о помолвке… Тем более, он тебя хорошо знает еще с твоей академии… — продолжил увещевать мужчина уже более ласково, ни капли не удивившись реакции «дочери».

На какой-то миг я даже задумалась. А может, реально, поддаться на уговоры? Денек пошифроваться от родителей Сандры, пытаясь вспомнить как можно больше об этом мире и ее жизни, стараясь не думать о том, что осталось в моем мире, и выскочить замуж за какого-то парня, начать новую жизнь… Это во мне говорит сущность Сандры, или просто еще не пришла в себя после такого-то потрясения, вот и думаю всякую чушь?

Мой взгляд вновь остановился на свитке с приглашением в аспирантуру. Откуда-то из глубин подсознания пришло знание, что для подтверждения мне всего и нужно — приложить скан своей ауры. Но само оно, как в случае с платком и дверью, не делалось.

— Сандрина! Ты забыла, что твой отец боевой маг? Клянусь, если ты не откроешь в течение пяти секунд, я просто вынесу ее пульсаром! — раздалось, тем временем, из коридора.

Охренеть! Вот тебе и чопорный аристократ, помешанный на этикете, как мне сперва подумалось.

— Раз… Два…

А на счет «три» я вдруг уже четко знала, как делать этот клятый скан ауры и каким таким местом прикладывать к свитку. И одновременно с тем, как дверь все же с грохотом упала на пол комнаты, на свитке проявилась переливающаяся всеми цветами радуги внушительного вида вычурная печать с вензелями, а на моем правом запястье вдруг возник чуть светившийся голубым серебряный браслет.

— А я вот решила пойти в аспирантуру, папочка. Сам же сказал: пока я в академии — я могу выбирать, — пробормотала я, в некотором ужасе глядя на лежавшую на полу дверь и невозмутимого весьма импозантного мужчину, так похожего на меня…

В голове же все так же отчаянно билась мысль, не покидавшая меня уже несколько часов: Вселенная, за что ты так меня не любишь? Хотя нет, к ней прибавилась еще одна: и куда я теперь влипла?

Родители Сандры все же оказались вполне адекватными людьми. По крайней мере, отец, несмотря на некоторую излишнюю пафосность в его изречениях и жестах. О выбитой двери я старалась не думать — в кого-то же сама Сандра пошла экспрессивностью? Моему заявлению об аспирантуре он искренне обрадовался, неожиданно вполне обычным тоном заявив, что ну и правильно — учеба всегда важна, а замужество от меня никуда не денется, чем поверг в откровенный шок. А чего ж тогда моя предшественница истерила, если все так просто?!

Мамуля была не очень довольна моим решением пойти в аспирантуру, особенно учитывая, что на весь учебный год мне предстояло переселиться в Академию. И еще раз предложила встретиться с «хорошим мальчиком» и подумать о браке, но особо настаивать не стала. Чему немало поспособствовал «привет» от предыдущей хозяйки тела — мигом потекшие слезы. Я все же успела перекрыть истерику до того, как начала швырять предметы, но мать больше заводить разговор не стала, пообещав озаботиться моим гардеробом перед отъездом. Перед сном лишь порывисто обняла, шепнув что-то в духе, что я совсем взрослой стала… А для замужества моя «взрослость» не требовалась?

Только спать я ложилась с тяжелым сердцем, а слезы текли нескончаемым потоком. Было жалко моих родителей, которым вскоре скажут, что я умерла, или уже сказали, а еще дуреху Сандру, которая просто не смогла объясниться со своими папой и мамой…

Поэтому совсем не удивилась, что она мне и приснилась. Только смущало, что при этом Сандра была одета в какую-то длинную, слегка полинявшую футболку с надписью MARVEL, причем явно с мужского плеча. Или это я себе снилась, просто взгляд со стороны? Да, точно, мой родной шрамик на брови… И ссадина на щеке? Не помню, когда это у меня такая была?

Я-Сандра с тем же удивлением рассматривала меня, обиженно поджав губы. Я нервно сглотнула, думая, стоит ли что-то говорить… Но мой двойник вдруг звонко чихнул, прерывая гляделки.

— Все из-за тебя! — прогундосила она, шмыгнув сопливым носом. — Испортила мне всю жизнь! Ты не могла обойти тот жуткий мост? Или и вовсе вечером остаться дома? В крайнем случае, броситься под машину гораздо раньше, чем я выпью зелье «Высвобождения души»!

Вокруг нас была непроглядная чернота, будто мы обе зависли в мрачном «ничто», на фоне чего любая фраза и любой человек выглядел бы сюрреалистично. Но эта ее фраза и реакции казались такими живыми, настоящими, что место, где мы находились, и вовсе отошло на другой план.

Я уже совсем по-новому взглянула на нее. Ссадина на щеке, синяк на руке и разбитая коленка, видимо, когда упала еще на мосту. Насморк, начинавшаяся простуда, маникюр мой! И на черной футболке отчетливо можно было рассмотреть несколько собачьих шерстинок. Отстраненно мелькнула мысль, что хоть кому-то из нас, судя по всему, достался маньяк… Стоп. Чего?!

— Какого еще «Высвобождения души»? Ты заняла мое тело? Я там не умерла?! — дошло до меня внезапно, а в глубине души шевельнулась надежда, что если это правда, я сейчас поменяюсь обратно с этой истеричкой и…

— Нет, представь себе! Было бы с чего умирать — там падать всего ничего. Головой только треснулась, из-за чего сознание ненадолго потеряла… А может, и из-за недоедания… Ты чего себя голодом морила и вообще довела до такого состояния? — выдала она хмуро и еще раз чихнула.

— Молчала б уже — ты яд выпила из-за какого-то придурка, а у самой даже воспоминаний о нем нет!

— Потому что они спрятаны глубоко внутри, ясно тебе?! — вспылила эта идиотка, уперев руки в бока.

— Да потому что нахрен он тебе не нужен в самом деле был! Сама себе чего-то надумала, дряни наглоталась. А если бы не я — ты подумала, что было бы с твоими родителями?! — орала уже я, не стесняясь.

И за ее родителей уже как-то было обидно, и за себя, что из-за нее оказалась в такой ситуации, да и просто наконец-то нашла на кого излить остатки своего стресса.

— А ты не ори на меня! Я не собиралась умирать! Просто хотела, хотела… — и, не договорив фразу, горько разрыдалась.

Я же растерялась, окончательно перестав что-либо понимать. И снова, блин, стало жалко эту дурочку. Неуверенно оглянулась в этой черноте, будто надеялась, что увижу незамеченный ранее диван или лавочку какую, что ли, где можно присесть и нормально посидеть с Сандрой, выяснив все до конца.

Стоило только об этом подумать, как мы оказались… на пустой станции метро. На перроне горела лишь одна люстра над заказанной лавочкой. Вполне себе такой обычной, в меру поцарапанной и даже местами порисованной уже маркером и белым корректором. Даже можно было рассмотреть фантик, затолканный в небольшую щель между досками.

Но несмотря на эту реалистичность, там, где заканчивался свет люстры, начиналась все та же непроглядная чернота. Да и потолка я так и не заметила, сколько ни всматривалась, будто источник света просто завис в пустоте. Впрочем, почему «будто»? Так понимаю, это мое подсознание шалит? Ну ладно, хоть что-то.

Потянув за руку уже икавшую от слез Сандру, усадила ее рядом с собой на лавочку и неловко приобняла. Чего не ожидала, так того, что она вдруг прижмется ко мне, дрожа, как перепуганный щенок, и примется в буквальном смысле этого слова изливать душу, пропитывая слезами мою ночную рубашку.

— Я просто хотела в виде бестелесной сущности пойти к нему, посмотреть, как он там. Ну и заодно припугнуть родителей, если бы в это время зашли в мою комнату… Чтобы они увидели и поняли, что вот, я могу и умереть, так что не надо меня заставлять… — прорыдала она.

— Идиотка… Да как вообще мозгов-то хватило? Избалованная эгоистичная дурында! — припечатала я.

И, не стесняясь в выражениях, принялась ей высказывать и дальше, что думаю о ней, безжалостно в красках расписывая, что бы испытали ее родители, когда нашли бы ее в таком состоянии до ее «возвращения». О ее желании подсматривать за каким-то парнем я уже даже не заикалась. Мало того, что истеричка, еще и извращенка.

— Не говори так… Я не подумала просто! И записку потом же в кулаке зажала, они бы подумали, что я сплю. А потом действие зелья истекло бы, и я вернулась бы… Я не хотела-а… — вновь завыла она, но тут же добавила робко спустя пару минут, вновь шмыгнув носом. — Кстати, как они? Папа там не ругался? Он понял вообще, нет?

— Не понял. И мама тоже. Думаю, лучше им и не знать, что какое-то время в твоем теле был кто-то другой. Расскажи лучше, что со мной произошло после падения? — поторопила ее, мне не терпелось узнать, что же меня будет ожидать, когда вернусь в свое тело.

Сандра тяжело вздохнула, продолжая прижиматься ко мне. Неосознанным жестом поправила какую-то оборку на моей ночной рубашке и с явной тоской покосилась на свою старую футболку. Да уж, потрясений у этой избалованной засранки, должно быть, до черта.

— Пришла в себя — все ноги в синяках, и кобчик болит — тебя там избивали, что ли, до моста? Еще и мокрая вся. И тварь какая-то зловонно дышит в лицо — думала, все, попала в царство мертвых, где мою душу будут рвать проклятые гиены. Потянулась к магии — а ее нет. Еще и придурок какой-то орет: «херло», «херло»… — начала она делиться впечатлениями, все же отлипнув от меня и принявшись умелыми движениями заплетать себе какую-то вычурную косу. — Слушай, а что с твоими волосами? Почему они такие сухие? Это же невозможно…

— Не отвлекайся, — отмахнулась, проигнорировав недовольные нотки, и подсказала. — Может, Харон?

Независимо фыркнув, она продолжила свое занятие. Похоже, ее это успокаивало, по крайней мере, всхлипывать перестала. Правда, периодически чихать и несчастно шмыгать забитым носом продолжила.

— Может, и он. Я завизжала и расплакалась от ужаса. Слова сказать не могла. Придурок этот со своим страшилищем что-то лопотал испуганно, повел куда-то…

— И ты пошла? А вдруг он маньяк? — не выдержала я, встрепенувшись.

— Кто? — на меня уставились наивным взглядом. Вселенная, помоги мне и ей — её же срочно нужно возвращать назад, прибьют же в первый день!

— Плохой человек, который может тебя изнасиловать и убить!

— Я об этом не подумала, да и вообще, была в таком шоке, что даже не запомнила, куда и сколько шли… — Сандра растерянно пожала плечами. — Он привел в какое-то убогое жилище, где пованивало псиной, мебель вся погрызена… Ну хоть чисто, и на том спасибо. Без помощи магии и артефактов организовал горячую ванну… Что-то говорил мне, но я не слушала, пытаясь все же призвать хоть крохи магии. И тут этот гад попытался раздеть меня, представляешь?! Что-то нудил там про мокрую одежду. А то я сама не чувствовала, что ты мне оставила какое-то нищенское тряпье вместо нормального наряда!

— Мы сейчас будем обсуждать мою испачканную одежду, или ты расскажешь, что с тобой сделал этот мудень?! Там мое тело, между прочим! — возмутилась я, с каждым ее словом нервничая все больше.

Сандра осеклась, бросив на меня какой-то странный взгляд, что мне совсем не понравился, и снова тяжело вздохнула.

— Да что он там мог сделать? От такой наглости я уже пришла в себя немного. Поорала там слегка, побушевала… Они с псом и сбежали ненадолго. Я все же выкупалась в этих кошмарных условиях. Ни пены для ванны, ни солей ароматических, ни гелей с различными эффектами, о бальзамах, кремах и прочих притираниях я вообще молчу! — завелась она, вновь переключив тумблер на «капризная стерва».

— По делу, Сандра, по делу, — напомнила ей строго. На меня недовольно покосились, но продолжили.

— В общем, отмыла я как-то доставшуюся мне бренную простуженную тушку, всю в ссадинах и синяках. А когда вылезала, чихнула внезапно, поскользнулась и упала, больно ударившись о какую-то табуретку щекой. Похоже, твоя «удачливость» досталась мне вместе с телом. Этот придурок ворвался ко мне, снова напугав, еще и этот пес страшный у него за спиной начал лаять… И мне было больно. И обидно. И страшно… — под конец ее голос становился все тише, в нем прорезались совсем уж жалобные нотки.

— И ты снова разрыдалась.

— Как ты догадалась? — на меня удивленно уставились глазами, снова полными слез.

— Интуиция. Он тебе ничего не сделал? — нахмурилась, представляя, что сделаю с этим маньяком, как только вернусь в свое тело.

— Нет. Дал эту убогую тряпку, — она брезгливо одернула край футболки, скривившись. — И еще одну теплую и длинную, мягкую такую, которую назвал халатом, потом покормил… И мне еще дико спать хотелось. Жарко еще очень было, и горло сильно болело…

Она поморщилась, вспоминая, и машинально потерла ладонью шею. Мда, похоже, мои падения и блуждания в мокрых сапогах по холоду не прошли бесследно. Температура, вон, судя по всему, поднялась. Гадство! А в общагу она хоть добралась?



— Предлагал врачей вызвать, но я отказалась. Еще мне ваших эскулапов не хватало. Да и после еды клонило в сон, а он еще какое-то вкусненькое кисленькое питье дал, от которого голова стала болеть меньше и в горле не так скребло уже, а на диване так мягко и уютно… — она даже невольно улыбнулась, чтобы тут же добавить возмущенно: — Ты простудила мое тело!

— Мое тело! Где ты там уснула? И вообще, возвращай нас обратно! — выдала я категорично, мотнув головой. Сама сейчас разберусь и с маньяком, и с его не менее маньячной псиной! Надеюсь, он ее запер где-нибудь подальше, раз уж Сандра спокойно и уютно смогла задремать на диване.

— А все уже! Твоя душа от падения чуть отделилась от тела, моя, в следствие зелья, тоже. А назад они вернулись не в те тела! И обратно теперь никак, все! Только разгребать воспоминания и пытаться прижиться в этом мире, — в меня снова обвиняюще ткнули пальцем.

— Я зелье не пила! Идиотка!

— Да, идиотка! И что теперь?! Тебе хорошо, ты выйдешь замуж и будешь себе жить в моем хорошеньком теле без синяков… А я без магии, в диком убожестве, еще и многодетная мать каких-то неадекватных детей, судя по твоим воспоминаниям! У тебя хоть нянька есть? Хотя какая там нянька… Я умру-у-у! — взвыла эта дуреха, видимо, вспомнив нескольких моих учеников и общежитие. — Пусть меня сожрет эта псина…

— Подавится! Так, спокойно, во-первых, дети не мои. И ты можешь спокойно от них отказаться — тогда на тебе останется только учеба. Не завали все, пожалуйста, хорошо? Там диплом частично уже написан… Ну, мои знания все равно при тебе. Во-вторых, общайся почаще с моими родителями и обнимай их за меня, хорошо? В-третьих… ты или, точнее, уже я, замуж тоже не выхожу. Я пошла в аспирантуру…

Я сама была в шоке, откуда вдруг взялись такая рассудительность и отсутствие паники. Но, скорее всего, сыграли уже рефлексы: при ребенке, который на грани срыва, нужно излучать уверенность, что бы ты ни испытывала. А Сандра сейчас на взрослую ну никак не тянула по поведению. А я уже позже попаникую и побьюсь головой об стенку… Ну или поору в подушку, хотя бы, грозясь всеми возможными карами Вселенной.

Девушка удивленно икнула, но особо спорить не стала, как и истерить дальше. И все время, что у нас оставалось до рассвета, мы пытались друг другу рассказать как можно больше о наших мирах и родных, чья судьба беспокоила одинаково сильно, несмотря на нереальную тупость поступка, совершенного Сандрой.

— Я не знаю, встретимся ли мы когда-либо еще — сегодня, скорее, исключение, так как души притянулись к прошлым телам. Но… передай Саймону, что он напыщенный идиот. И обними моих родителей тоже, хорошо? Я правда не хотела, чтобы так получилось, — вздохнула она на прощание.

А я, проснувшись в ее залитой солнцем богато обставленной спальне, так и осталась задаваться вопросом: а Саймон это кто? Ее возлюбленный, навязанный жених… или и вовсе кто-то третий, кто ее просто бесил? В любом случае, теперь-то могла сказать абсолютно точно: да здравствует новая жизнь в новом мире! И спасибо тебе, Вселенная, что я все же не в теле самоубийцы! Лишь бы эта дуреха не напортачила в моем мире… Помоги ей, а? Только, прошу, не так, как мне, а нормально. Хотя бы разочек, хорошо?

ГЛАВА 2

Попала в другой мир, обрела магию, какие-то знания, избавилась от навязанного жениха, вроде как-то наладила отношения с родителями, к которым действительно уже начала испытывать какие-то родственные чувства, поставила свое согласие под приглашение в аспирантуру… Справилась, да?

А вот и ни черта подобного! О чем мне обстоятельно и с явным удовольствием заявил ректор Академии Магии и Ведовства, когда я приехала с полной уверенностью, что уже аспирантка.

— Послушайте, лерри Блейкер, ну в самом деле, зачем вам аспирантура? Вы и учились лишь для того, чтобы получить заветный кристалл об окончании нашего заведения, тем самым повысив свой имидж. А аспирантура что вам даст? — выдохнул он со снисходительной усмешкой, пока я пыталась не пялиться на видневшийся из-за стола кончик его хвоста.

Так, Сашка, соберись, ну есть хвост у человека (человека ли?), что теперь? На рога же перестала пялиться… Взгляд тут же вновь перекочевал на макушку ректора, где из-под шевелюры выглядывали вполне симпатичные себе небольшие, заманчиво поблескивавшие черненькие рожки. Интересно, они от природы такие, или он их полирует? Лакирует?

— Вижу, мы с вами друг друга поняли. Я рад. Что ж, удачного вам замужества. Дайте вашу руку, я сниму браслет, дающий вам право находиться в Академии… — продолжил он вполне добродушно, расслабленно улыбаясь.

Я тут же порывисто спрятала обе руки за спину и, вскочив со своего места, даже отступила на пару шагов. Сейчас мне было уже точно не до его хвоста и рогов.

— Мне пришло письмо, где указано, что я имею право на аспирантуру! Я оставила скан своей ауры, подтверждая это. Что за дискриминация? — возмутилась я, на что мужчина поморщился.

— Сандра, признайтесь честно: вы просто поссорились с родителями, потому и поставили свой скан?

— Почему вы не верите, что я действительно желаю продолжать свое обучение, участвовать в экспериментальных проектах, проводить свои исследования?

И вот тут мне стоило немалого труда сдержать так и рвущиеся истерические нотки Сандры. Еще и глаза предательски защипало, но я держалась, пытаясь отстоять свое право.

— Потому что я прекрасно помню, как вы пришли поступать. Имея недюжинные природные способности и наследственность в виде отца боевого мага, выбрали специальность мага-теоретика. Это весьма интересная стезя, которая открывает немало дорог в будущем… Но вы не использовали ни возможность в самом деле принять участие в экспериментах, ни создать новое заклинание или артефакт, ни изучить функции уже существующих — все в рамках обучения, чтобы получить средний проходной балл. И сейчас вы хотите меня убедить в том, что вдруг резко изменились и решили в самом деле пойти дальше? — тяжело вздохнул мужчина, улыбнувшись даже как-то по-отечески.

И мне особо не было что возразить на это. С момента, как я попала в этот мир и, в частности, в тело Сандры, имея доступ к ее знаниям и поверхностным воспоминаниям, успела немного разобраться, что она представляла собой. Ректор был прав: я бы сама не поверила, что девушка всерьез настроена продолжить обучение, особенно имея диплом… вернее, кристалл, который тут выдают выпускникам, об оконченном высшем образовании.

— Именно! Вы все прекрасно поняли, спасибо! Так я могу выгружать свои вещи из экипажа и заселяться в общежитие? — ослепительно улыбнулась я, включив режим «святой наивности». Все же, в характере Сандры были черты, которые можно было использовать во благо.

На это мое заявление ректор неопределенно хмыкнул, взглянув на меня уже более заинтересованно.

— Аспирантура — это не то же самое, что обычные занятия, вы это понимаете? У вас должна быть определенная тема исследований… Она у вас есть? — продолжил он вкрадчивым тоном.

— Разумеется! Я буду продолжать развивать тему моего дипломного проекта с небольшими изменениями. Весьма актуально для исследования в наше время, — заявила уверенно, обдумав как раз этот момент заранее. — «Внедрение экспериментальных артефактов в охранные системы».

— Артефакторика? Хм… — он задумчиво побарабанил пальцами по столу. — Сандра, поймите меня правильно. Я ни в коем случае не собираюсь препятствовать вашему желанию обучаться. Более того, весьма похвально, что девушка вашего сословия и типа характера решила пойти в аспирантуру. Но это ведь не игрушки и не модное веянье. Подумайте, вам в самом деле это нужно? А пока думаете — заодно озаботьтесь тем, чтобы найти себе научного руководителя. Среди аспирантов на данный момент вы единственная, кто его не имеет.

— Эм… Да, спасибо, что-то я действительно… — я даже несколько смутилась, не просчитав этот момент заранее.

Почему-то считала само собой разумеющимся, что моим руководителем будет тот же, кто вел дипломный проект… По крайней мере, у меня дома Степан Павлович и должен был быть им, не зря мы столько научных статей вместе с ним написали, так что даже не возникал вопрос о дополнительном поиске на аспирантуру… А, ну да. Вряд ли Сандра что-то писала. Ну да ладно, думаю, ее руководитель не откажет же?

— А сколько у меня времени? — уточнила, лихорадочно копаясь в воспоминаниях Сандры, пытаясь выцепить имя ее дипломного руководителя. Но, похоже, для нее это была настолько ничтожная информация, что она и вовсе его забыла!

— До конца рабочего дня. Можете попробовать с кафедры артефакторики как раз, может, профессор Клэрбэек возьмет вас снова… Или кто-то из его коллег. Буду рад, если в вас действительно говорит жажда знаний, и я ошибался на ваш счет, — добавил он вполне искренне.

Но я уже торопилась покинуть его кабинет, осознав, что до конца рабочего дня часа три осталось, а ведь этого профессора могло и не быть на месте!

К счастью, он все же нашелся на кафедре. К несчастью — я не успела договорить, а мне уже отказали. Более того, профессор подхватил свой портфель с бумагами и, активировав портативный телепорт, и вовсе покинул кафедру, оставив меня стоять там в растерянности. Отстраненно мелькнула мысль, что а нам все годы учебы втирали, что телепортация на территории Академии запрещена… Или имелось в виду «во время учебного процесса»? Фактически, учеба начинается с завтрашнего дня… Так, не о том думаю! Беда-беда-бедуличка!

Остальные преподаватели продолжали заниматься своими делами, не обращая на меня абсолютно никакого внимания. Какие-то лица мне даже были знакомы. Легкий ветерок, проникавший сквозь приоткрытое окошко, лениво шевелил бумаги на ближайшем столе, трепыхал листья плотоядного фикуса, лениво жевавшего какую-то кость. Со двора были слышны веселые возбужденные голоса первокурсников, наслаждавшихся последним днем, когда они еще абитуриенты, но уже на территории Академии. Меня же начала колотить дрожь от осознания, что вот и все — плакала тогда моя аспирантура, а с ней и возможность устроиться в этом мире.

— Девушка, профессор Клэрбэек уже ушел и вряд ли сегодня вернется. Впрочем, он вам все равно уже все сказал, — заявила недовольно гномка, отвлекшись от заполнения какой-то пухлой тетради, неприятно царапнув по плотной бумаге пером.

— Лаура, а у менталистов, третий курс, завтра у тебя третья пара? Ты бы не могла поменяться со мной? У меня первая. Хочу с утра посетить оружейные ряды нагов, может, что интересное увижу как раз для практического занятия моей выпускной группы. Обещал им с первого же занятия что-то необычное… — тем временем, обронил эльф, сидевший за дальним столом, и с хрустом потянулся.

— Ммм… Можно. Слушай, посмотри у них бракованные или и вовсе сломанные артефакты, хорошо? Без разницы какие, мне для второго курса теоретиков, в качестве учебного пособия. Первого-второго уровня, не сложнее, — оживилась гномка, отвлекшись от своей тетради.

До меня преподавателям и вовсе не было никакого дела, как и до моей аспирантуры. Меня же медленно, но верно заполняло отчаянием. Такого я уж точно не ожидала. Вот тебе и волшебный мир, Академия Магии, новые возможности… А подставы от судьбы все те же.

Мимо пролевитировала чашка с кофе, звякая ложечкой о тонкие стенки, чуть не натолкнувшись на меня, я едва успела отскочить в сторону. Рядом досадливо цокнула языком еще одна преподавательница, явно собираясь тоже что-то добавить к словам Лауры, выставляя меня за дверь.

— А вы?.. — начала я неуверенно, внутренне сгорая от стыда и борясь с подступающим отчаянием, — не могли бы стать моим научным руководителем? Я буду стараться, честно! Моя тема: «Внедрение…»

— У меня уже есть аспиранты, — обронил эльф, не дослушав.

— А я принципиально никого не беру, — отстраненно отметила Лаура, разминая шею.

— А я не хочу брать именно вас, лерри Блейкер, — фыркнула высокая пожилая женщина, чопорно поджав губы.

К слову сказать, именно ее я даже не смогла вспомнить, в то время как она, судя по всему, Сандру помнила очень хорошо. И что-то мне подсказывало, не только она. Но я же помню какие-то ее воспоминания из Академии, в голове упорядочены знания, что-то ей давалось лучше, что-то хуже, но в магии она точно не профан. Что такого эта избалованная засранка умудрилась сделать за эти десять лет обучения, что так настроила против себя преподавателей? Тут же вспомнилось, из-за чего ее душа в принципе попала в мое тело, да и ее попытки обвинить меня то в простуде, то в неухоженных волосах… Ладно, тут вопросов больше нет.

— Что же мне делать? Я хочу учиться в аспирантуре, где мне взять руководителя? — пролепетала я жалобно, устремив просящий взгляд на эльфа, чувствуя, как дрожит нижняя губа. По крайней мере, он отказал мне не просто так, как эти две преподавательницы, вновь делавшие вид, что меня нет.

— Ну попробуйте походить по другим кафедрам… У вас тема как звучит? — все же поинтересовался он, смягчившись.

— «Внедрение экспериментальных артефактов в охранные системы»! — тут же выпалила, не скрывая встрепенувшейся надежды, отчего тот даже смутился. Задумчиво пожевал губами, беззвучно повторив название моей темы.

— Чистая артефакторика? Сложно. Весьма интересная тема, кстати говоря… Но увы, у меня правда уже набран лимит, — вздохнул он с явным сожалением. — Попробуйте обратиться на факультет боевой магии. Может, там кто возьмется, немного переделав тему. Скажем, «Внедрение экспериментальных артефактов…». Нет, лучше даже «Внедрение боевых артефактов в экспериментальные…» тоже не то. В общем, попробуйте еще покрутить эту тему, чтобы заинтересовать их. А даже знаете, что? Найдите себе там научного руководителя, вам же сегодня нужно с этим разобраться, правильно понимаю? Если удастся, можете попозже обратиться ко мне — вместе подберем вам тему, чтобы далеко не отклоняться от этой формулировки и она подходила под требования.

И ободряюще улыбнулся. Я, тяжело вздохнув, натянуто улыбнулась в ответ и поблагодарила его, надеясь, что прозвучало в достаточной степени искренне. То есть, я правда была ему благодарна, но с каждой минутой верилось все меньше, что боевикам захочется возиться с Сандрой-теоретиком, у которой с боевой магией все же было туго, несмотря на известного в кругу боевых магов отца.

Ладно, не время отчаиваться. У меня еще несколько часов до конца рабочего дня, да и на боевой магии кафедры не заканчиваются. Должен же в этой Академии быть хоть кто-то, кто не наслышан о стервозном характере Сандры и готов ее, то есть, меня, взять? Так что выше нос! Научный руководитель, я спешу к тебе!

С каждым шагом чувство переполнявшего меня отчаяния и бессилия лишь усиливалось. До конца рабочего дня оставалось чуть меньше часа, но это уже и не имело значения: на всех кафедрах от меня отказались. Моя тема действительно артефакторская. С натяжкой еще можно приспособить под боевиков, но им маг-теоретик попросту не нужен. А магам-теоретикам не нужна конкретно Сандра, которую все преподаватели той кафедры за годы обучения успели узнать очень уж хорошо.

Я была согласна взять другую тему — ничего, придумала бы что-то, какие только дипломные работы ни делала в своем мире, разбираясь в них с нуля. Так что и тут что-то придумала бы. Но на других кафедрах брать неизвестно откуда свалившуюся аспирантку не хотели в принципе, а услышав, что конкретной темы и уже тем более наработок по ней у меня нет, с плохо скрываемым облегчением отказывались уже категоричнее.

И я уже просто бессмысленно брела по коридору, почти ничего не видя из-за слез, застилавших мне глаза. Идей, что делать, уже просто не было.

В довершение ко всему, я еще и запнулась о загнутый край ковра, потеряв равновесие, как раз в тот момент, когда из бокового коридора вдруг кто-то резко выскочил, и мы врезались друг в друга.

Мужчине-то ничего, а я позорно упала на задницу. Это стало последней каплей, и я горько зарыдала, даже не пытаясь встать.

— Девушка, ну что же вы так неосторожно? Ну не надо рыдать. Сильно ударились? — попробовал он успокоить меня, присев рядом на корточки. Но я уже не могла успокоиться, оплакивая свою неудавшуюся аспирантуру, и молча помотала головой.

— Ну простите, что вас сшиб с ног, сам не знаю, как так получилось… Давайте, помогу вам встать, — предпринял он еще одну попытку, осторожно потянув меня за руку.

И тут в поле моего зрения возникла нашивка на его груди, свидетельствовавшая о том, что передо мной преподаватель этой же Академии!

Сама не знаю, в какой момент я оказалась уже на ногах, крепко вцепившись обеими руками в лацканы его рубашки. Подозреваю, мои глаза лихорадочно горели, да и сам вид был не шибко адекватным.

— Прощу, если станете моим научным руководителем! — выдохнула я, не решаясь отпустить его рубашку.

— Что, простите? — удивление, отразившееся в его глазах стального цвета, казалось, можно было черпать ложкой.

От неожиданности он дернулся, попытавшись отступить на шаг, но я бы уже даже если хотела, не разжала бы пальцы, судорожно вцепившиеся в его рубашку до белизны. Мне терять было нечего, а этот преподаватель — мой последний шанс.

— Возьмите меня в аспирантки! Я уже поступила, скан ауры поставила, но научного руководителя не-ет! — провыла я ему прямо в лицо от переизбытка чувств.

Мужчина в полнейшем изумлении смотрел на меня и пытался по одному отцепить мои пальцы.

— А тема? Из какой вы кафедры? — все же выдавил он растерянно, не ожидая от меня подобного напора.

— Любая тема! Какую скажете, такую и буду писать, только возьмите меня! Я хочу учиться в аспирантуре! Я могу учиться! Я буду там учиться, а для этого мне нужны вы! — против воли последняя фраза прозвучала даже несколько угрожающе.

Какая-то бледная девчушка в мантии учащейся, проходившая мимо, даже шарахнулась в сторону и поспешила покинуть этот коридор побыстрее, но мне сейчас точно было не до нее.

— Девушка, но…

— Без всяких «но»! Я на все согласна! Любой проект возьму, со мной вообще не будет проблем! А хотите, буду выгуливать вашу собаку по утрам? Если нет собаки — я вам ее куплю! Вообще я с некоторых пор не люблю собак, но вашу буду терпеть и обожать! — несла я какую-то откровенную чушь, просто уже боясь замолчать, давая мужчине возможность отказаться от меня.

— Да успокойтесь вы! Как вас зовут? — рявкнул он неожиданно, отчего я нервно икнула и обиженно нахмурилась… Но на всякий случай в рубашку вцепилась еще крепче.

— Сандра. С кафедры магов-теоретиков… Но это лишь означает, что в теории я могу учиться в аспирантуре на любой кафедре, так как… — тут же зачастила я, но меня снова перебили.

— Послушайте, Сандра… Вы не могли бы отпустить мою рубашку? — он недвусмысленно указал на мои пальцы.

Но я была начеку и, упрямо сжав губы, помотала головой.

— От меня сегодня уже два преподавателя сбежали порталом. Не отпущу, — призналась честно, глядя на него с надеждой, пробивающейся сквозь отчаяние.

Где-то далеко что-то то ли упало, то ли взорвалось, послышалась какая-то ругань… Правда, надо отдать должное, вполне цензурная. Мы оба вздрогнули, преподаватель даже дернулся было в сторону звука, но покосился на меня и, тяжело вздохнув, остался на месте.

Из-за угла повалил густой дым. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что это еще учеба не началась, а в Академии уже какие-то происшествия…

— Эм… Серьезное заявление. Чем вы их так напугали? — уголки его губ дрогнули в подобии улыбки, но в остальном мужчина остался абсолютно невозмутимым. — Но все равно, Сандра, взять аспирантку без каких-либо наработок…

— Есть у меня наработки! Но никому они не нужны оказались! Я и сама смогу ими заниматься, тем более что профессор Натиандриэль из клана Зеленолистых Кедров пообещал свою помощь в случае нужды… — выдохнула и уже в который раз за сегодня озвучила название темы, ожидая привычного глубокомысленного «м-м-м… чистая артефакторика», стараясь не принюхиваться к дыму, что уже практически дополз до нас.

— Вечнозеленых.

— Что?

— Кедры априори не имеют листьев — у них хвоя. И тема мне не нравится, — заявил он категорично, все же освободив свою рубашку из моих рук.

Я уже и не стала сопротивляться. Тем более что, вдохнув едкий дым, зашлась в приступе кашля, а глаза вновь заслезились.

— Скажите, какая нравится, я буду работать с ней. Я способная и старательная, правда, — выдавила совсем жалобно, уже особо ни на что не рассчитывая, не в силах откашляться от дыма, которого с каждой минутой становилось все больше.

— Верю. Ладно, занимайтесь пока ею, попозже подберем вам что-то более подходящее. И уходите уже отсюда. Домой или в общежитие, куда вам там надо, — поторопил он, уже не обращая на меня внимания, и поспешил на источник дыма.

— Так вы меня берете в аспирантки?! Вы теперь мой научный руководитель? К ректору же надо, подтвердить официально… — пробормотала я растерянно ему вслед, не веря, что это правда, а от меня не отмахнулись вот так просто, лишь бы отстала.

И меньше всего ожидала, что после этой фразы мужчина в пару стремительных шагов вернется ко мне и, больно стиснув пальцами предплечье, активирует портативный телепорт, перенося прямо в кабинет ректора.

— Она моя аспирантка. Позже подпишу бумаги, — пробормотал он скороговоркой в ответ на изумленный взгляд ректора и тем же телепортом покинул кабинет.

— Неожиданно.

— Сама в шоке, — прохрипела согласно, снова закашлявшись.

— Ладно, Сандра, считайте, что вы своего добились. Аспирантура действительно ваша. Надеюсь, вы об этом не пожалеете, и это в самом деле осознанное решение. Учитывая, что вы забрались на совсем новый факультет, который к вам не имеет практически никакого отношения, — хмыкнул мужчина вполне добродушно, недоверчиво покачав головой, и быстро отбарабанил какое-то послание через артефакт связи. — В общежитии вам выдадут комнату, если еще остались свободные. Направление возьмете у секретаря в приемной.

— Простите, а на какой именно факультет я забралась? — осторожно кашлянула, несколько смутившись.

Судя по обалделому выражению лица, Аристарх де Никлуон, он же наш ректор, за годы работы в Академии слышал от студентов и аспирантов многое, но мне все же удалось его действительно поразить. Правда, не уверена, что в хорошем смысле.

— Вы теперь аспирантка, прикрепленная к новому факультету для одаренных детей, закончивших магические школы досрочно. Экспериментальный факультет, вынужден признать, в этом году только открыли, посмотрим, что из этого получится, — хмыкнул он, едва заметно поморщившись на последних словах.

Похоже, его совсем не вдохновляла перспектива заниматься этой головной болью. Что проблем, связанных с малолетними магами, будет немало — понимала даже я. О том, что я к этим проблемам буду теперь очень близко, старалась пока не думать.

Неловко переступила с ноги на ногу, еще раз кашлянув, уже, скорее, машинально, больше не испытывая дискомфорта после нахождения в задымленном коридоре. По-хорошему, сейчас бы покинуть кабинет ректора, который вновь начал что-то набирать на своем артефакте связи, озадаченно нахмурившись. Пойти в приемную, где секретарь чем-то сердито гремела, явно пребывая не в духе, получить направление в общежитие, или что я там должна у нее взять. Пойти разгружать вещи, в конце концов — извозчик не будет ждать вечно. И так придется сколько заплатить за ожидание.

Но что-то мне подсказывало, что это мой шанс узнать как можно больше информации и о факультете, к которому теперь вынужденно привязана на ближайшие несколько лет, и о моем научруке.

— Но мы же не школа, а именно академия — какие дети? Почему именно к нам? — пробормотала растерянно.

На что ректор фыркнул совсем уж недовольно, отложив в сторону кристалл связи, чуть сильнее стукнув им по деревянной поверхности стола, чем бы это сделал спокойный человек… Ну или демон. Он же демон?

Взгляд сам собой опустился к низу стола, где при первой встрече виднелся кончик хвоста. Но сейчас там ничего не было. Либо под столом, либо прячется как-то… Но со следующими словами мужчины мне снова стало совсем не до хвоста.

— Практически в каждой школе рано или поздно появляется подобный вундеркинд, которому идти в Академию наравне с другими студентами, которые старше него на несколько лет, а по талантам или знаниям могут уступать, смысла нет. Опять же, зачем лишать ребенка общения сверстников, обрекая на одиночество? Но и в школе с обычными детьми ему уже делать попросту нечего. Вот в этом году и было решено попробовать ввести промежуточный этап. Обучать детей, давая им знания, которые преподаются студентам, но с оглядкой все же на их возраст, и более обобщенные, ведь разбивки на специальности для них пока нет. А там уже подрастут и… — в этот момент я вновь невольно кашлянула, не сдержавшись — последствия дыма все же немного давали о себе знать — и ректор осекся, видимо, вспомнив, что простой аспирантке нежелательно выдавать подобную информацию. — Так, Сандра, у вас все? Завтра поступаете в распоряжение своего научного руководителя, теперь уже с ним разбирайтесь. Надеюсь, понимаете, что ваша тема для исследования в свете сложившейся ситуации больше не годится? У вас не больше двух месяцев, чтобы определиться с темой. Не забывайте о научных публикациях, обязательной для аспирантов начитке лекций и… Впрочем, ладно, ваш научный руководитель вам расскажет обо всем подробнее. Идите.

— Ага. Спасибо! А можно узнать, как его зовут? — спросила напоследок робко, окончательно смутившись.

— Кого?

— Моего научного руководителя… Я ему представиться успела, а он мне — нет… — совсем тихо пробормотала, чувствуя, как краснею под осуждающим взглядом ректора.

— Мне теперь просто невероятно любопытно, как вы выбирали себе научного руководителя… Как и то, каким образом уговорили его. Оливер Родерган. Он же и декан вашего факультета. Всего доброго, Сандра! — последнюю фразу он произнес с нажимом.

Но я, в общем-то, и так узнала уже все, что мне нужно было. По крайней мере, какой-то минимальной информацией обладала — дальше будет проще. Надеюсь. Спрашивать, где же расположен деканат, не рискнула. В конце концов, это можно уточнить и у секретаря. Так что, мило улыбнувшись, я попрощалась наконец-то с уже начавшим нервничать ректором и поспешила ретироваться.


— Чего нос кривишь? Не нравится — ищи съемное жилье! Мне только ваших богатеньких задниц тут не хватало, — фыркнула комендант общежития, Калахара Гран, приглашающим жестом указав на выделенную мне комнатку.

От ее чересчур громкого фырка с потолка предложенной мне комнаты сорвался пласт отсыревшей штукатурки и шлепнулся прямо на кровать, подняв небольшое облачко пыли и заставив нескольких паучков спешно покинуть свое убежище. Меланхолично проследила взглядом за тем, как они скрываются в огромной темной щели в полу. А я-то думала, что хуже общежития в моем родном мире быть не может.

А ведь, насколько помню, Сандра жила в роскошных условиях… Повезло с комнатой? Или для магов-теоретиков изначально условия лучше? Тут же пришло воспоминание, как Сандра только приехала заселяться, но даже не вошла еще в здание общежития, как ее мама понеслась сначала к коменданту, потом к декану, потом к ректору, потом еще к кому-то… Пока Сандре не выделили шикарнейшую комнату, где жила она одна. Ага, ясно, видимо, мамуля не отбросила мысль о скором замужестве дочурки и, рассчитывая, что, столкнувшись с бытовыми трудностями, я вернусь обратно, в этот раз со мной не выдвинулась. Тем лучше. А комната… Ну, не все же так плохо?

Да, с потолка сыпется штукатурка, и по нему пробегает какая-то рябь, видно, сбоящих охранных заклинаний. Наверное же можно починить! Да и штукатурка осыплется — больше падать не будет. Паукам найду другое жилище. Щель чем-нибудь заделаю. С окном, конечно, в котором не хватало одного стеклышка, будет похуже. Но пока все равно тепло, а там что-то придумаю.

Что еще? Шкаф, вон, есть с перекошенной дверцей. И даже зеркало какое-то висит… Ну, я думаю, что если стряхнуть пыль, обнаружу там зеркало. Кровать, опять же, на месте… А те обломки, небрежно сваленные в углу, наверняка когда-то были стульями… Со столом напряженка, как понимаю, зато подоконник достаточно широкий… Да ладно, что я, не общаговская, что ли?

Покосилась на замершую рядом орку, сложившую руки на внушительной груди и с предвкушением ожидавшую моей реакции. Интересно, а что ей уже успела сделать Сандра? Вроде стычек с ней никаких не было. Да и характер у моего двойника, конечно, не подарок, но на открытые конфликты она ни с кем никогда не шла. Да и нарочно никого не пыталась поддеть — уж точно. Впрочем, догадываюсь, что дело уже, скорее, в мамуле Сандры, успевшей навести тогда такого шороху, что впечатлений хватило всем с излишком.

— Других комнат, так понимаю, нет? — все же предприняла я попытку, заранее обреченную на провал.

— Кто успел раньше — тому и достались комнаты с ремонтом, я список аспирантов получаю всегда заранее, тебя там не было! Из резервных эта вот имеется, и еще парочка, которые выглядят еще хуже, уж поверь. А подселять тебя к студентам не имею права — приказ вышестоящего начальства, — с явным удовольствием протянула она.

Угу. Ну, тут и возразить нечего. Тех, кто планировал идти дальше в аспирантуру, знали задолго до появления их сканов на тех свитках. Это я тут с бухты-барахты… Да и не исключаю того, что когда увидели мой скан, не придали ему никакого значения, решив, что случайно или на эмоциях капризная аристократка, что-то кому-то доказывая, влепила его туда. Так что вполне возможно, что под конкретное количество аспирантов и подготовили комнаты.

— Ясно… А почему здесь так мокро, и воняет рыбой? — протянула я тоскливо.

— Русалка тут жила, постоянно затапливала всех, идиотка безалаберная… — проворчала комендант, поморщившись.

Я лишь кивнула, принимая ответ. А что тут еще скажешь? Может, если открыть окно полностью и хорошо все вымыть, запах уйдет? Сырость, правда, вряд ли куда денется, если за столько времени не ушла. Но, может, тут существуют какие-то согревающие или высушивающие артефакты, потихоньку разберусь. И вообще, выше нос, Сашка! Ты попала в Магическую Академию, как мечтала еще в детстве! И будешь жить одна в комнате, как мечтала с первого курса в своем мире! На моих губах против воли появилась улыбка, а в груди встрепенулась надежда, потянувшая за собой щекочущее чувство радостного предвкушения.

— Спасибо! Лерри Гран, а охранное заклинание тут работает? И нет ли возможности взять из других резервных комнат какую-то мебель? Может, где стулья есть или стол? Куда можно выбросить мусор и обломки? И у вас, случайно, нельзя попросить какие-то бытовые артефакты? Я с собой не взяла, а купить сегодня уже не успею — не хотелось бы спать в такой грязи, — и я довольно искренне улыбнулась, уже мысленно прикидывая, с чего бы начать в первую очередь. Больше всего, конечно, нервировал стойкий рыбный запах.

Орка удивленно на меня уставилась, явно ожидая возмущений и настроившись на выяснение отношений. Но в самом деле, толку зря сотрясать воздух?

— Охранное чуть барахлит, но работать должно… Ты правда будешь тут жить? — ответила она машинально, одарив подозрительным взглядом.

— Ну, другого выбора-то у меня нет, сами сказали, — я обезоруживающе улыбнулась и прошла внутрь комнаты.

Одна из половиц подо мной пронзительно скрипнула, отчего я едва не подпрыгнула на месте. С другой стороны, это даже радовало — раз пол скрипит, значит, не прогнил.

— Это в самом деле одна из самых более-менее нормальных комнат. Некоторые аспиранты к имуществу академии относятся слишком уж наплевательски, — донесся до меня уже не такой враждебный голос коменданта. — Зато здесь есть своя ванная… В большинстве комнат этого не предусмотрено!

Последняя фраза все же прозвучала с ехидцей. Но я в самом деле обрадовалась новой информации. Личная ванная! Да я уже просто влюбилась в эту комнату! И плевать, что за время, что прожила в доме Сандры, немного успела привыкнуть к роскоши — до этого я шесть лет наслаждалась всеми прелестями общежития, где мы ютились вчетвером в комнате, которая лишь самую малость больше этой!

— Понимаю, стоило это сделать гораздо раньше, но вы извините, что тогда так с мамой получилось. Она всегда такая, со всеми, просто переживает сильно, — добавила я, чуть помявшись, мысленно пиная Сандру, что за десять лет обучения здесь не нашла момента, чтобы в самом деле извиниться перед комендантом.

— Думаешь, я помню всех самовлюбленных наглых аристократов, которые считают, что им тут все обязаны по праву рождения? Каждый год находится пара-тройка тех, кто возомнил себя ровнее прочих, — фыркнула лерри Грин, но было видно, что даже если и не помнила мою маман, ей было приятно, что я извинилась.

— Тяжело, наверное… Или, по крайней мере, неприятно. Ну вот такие вот мы гадостные, особенно по малолетству, — я сокрушенно развела руками, уже в открытую улыбаясь — настроение все равно было отличным. — Так что насчет мебели и артефактов? Хоть что-то?

— Про стол не скажу, а вот в двадцать седьмой комнате, кажется, была огнеупорная тумбочка. Единственная уцелела после истерики огненного джинна, провалившего защиту… Паскудник такой! Он провалил, а страдает имущество моего общежития! Ладно, я посмотрю, если никому не отдала еще — можешь взять, а в пятнадцатой могут быть стулья… Один точно.

— Спасибо! — искренне обрадовалась я. — А с окном можно что-то сделать? Может, подскажете, куда обратиться?

Все же вечерело, и через пустой проем начало уже ощутимо поддувать, да и у меня на глазах влетел какой-то мотылек. Вот только этого мне еще не хватало! Так-то я прикидывала, что можно как раз русалочьим одеялом пока и закрыть окно, но это совсем уж печально, даже в качестве временной меры.

— Я с утра подам заявку ремонтникам, но они долго реагируют на заявки из нашей Академии. Впрочем, пока все равно тепло, а до холодов должны успеть — заодно обновят охранные и теплоизоляционные заклинания, на окно протянут, в том числе, да и по водопроводу посмотрят. Пока у тебя там только холодная вода. Новый матрас у кастелянши возьми, и лучше поторопись сейчас, пока она не ушла. Постельное, надеюсь, у тебя свое — после русалки не рисковала бы использовать. Что еще… Вот артефактов нет. Свои личные не дам, и не проси. Но можешь обратиться в соседние комнаты к другим аспирантам, может, кто поможет. Ладно, обживайся. Для аспирантов правила проживания такие же, как и для прочих студентов, — на последней фразе комендант веско погрозила указательным пальцем у меня перед носом и, сообщив все же, как добраться до кастелянши и куда, в случае нужды, выбрасывать хлам, удалилась.

Угу. Ладно, тогда с получения матраса и начну… Еще бы не мешало наконец-то забрать свои вещи, которые извозчик за дополнительную плату принес в общежитие и оставил в холле. Но да ладно, сурового вида пожилой тролль, исполняющий обязанности вахтера, подметив мой растерянный вид, пообещал присмотреть за ними, чтобы вездесущие первокурсники не затоптали. Охранное заклинание-то я на них навесила, но это не спасет, если кто-то попросту споткнется о них.

Кастелянша моему появлению не очень обрадовалась. Это читалось и по ее брезгливо поджатым губам, и по недовольному взгляду, и по порывистым резким движениям, и по весьма неплохому матрасу, которым меня едва не пришибли, попросту практически швырнув им в меня.

Я уж испугалась, что Сандра и ей успела что-то сделать, хотя и не помнила, чтобы она пересекалась с ней. Моя предшественница бытовыми вопросами точно особо не заморачивалась. То ли в ее «вип-комнате» все было исключительно новым, то ли нанимала домовых… Вот такие вот мелкие, ничего не значащие в глобальном смысле воспоминания по запросу память Сандры отказывалась выдавать. Ну да ладно, не суть.

В любом случае, оказалось, что кастелянша не имела ничего против конкретно меня. Просто торопилась убраться поскорее домой, а я ее задерживала. Поэтому, вытолкав меня вместе с матрасом в обнимку за порог, сердито звякая ключами, заперла дверь и, активировав охранный контур, умчалась куда-то. А я с тоской осознала, что моя комната на седьмом этаже, в то время как мы с матрасом находились на втором…

Недолюбливать его начала на третьем этаже. Проклинать — на четвертом. Вместе с ним проклинать заодно и Сандру с Хароном — пока доползала до пятого. Но больше всех, конечно, досталось русалке, угробившей свою комнату и кровать в частности, из-за чего я и оказалась в нынешней ситуации. Громко, не стесняясь в выражениях, стенать о своей судьбе — застряв на лестнице между пятым и шестым.

— Был бы ты нормальным матрасом — сам бы дошел! — выпалила я в сердцах под конец, мысленно представляя, как на огромной сковороде поджариваю чей-то большой такой рыбий хвост.

И в этот же момент матрас в моих руках вдруг вздрогнул, будто смутившись от моих слов, и попытался выскользнуть из моих объятий. От неожиданности я едва не навернулась там же.

— А сразу так нельзя было сделать? — только и смогла выдавить, продолжая идти за матрасом, поднимавшимся на шестой этаж уже без моей помощи.

— Я сразу так и сделал, как только увидел, — ответил он внезапно, на что я лишь нервно икнула.

Но мое удивление продлилось секунды три, не больше — как только матрас оказался на лестничной площадке, я наконец-то увидела, что там стоял парень, который магией и направлял мою ношу.

— Ой, прости, если что, я не к тебе обращалась. День тяжелый выдался, и вот я… — пробормотала, окончательно смутившись, представив, какой неблагодарной дурой выглядела только что. И на Сандру, блин, не спихнуть.

— И ты разговаривала с матрасом? — парень заинтересованно приподнял бровь, в то время как его губы расползлись в улыбке, а мне захотелось провалиться под землю. — Да ладно, чего ты? Поверь, было бы гораздо хуже, если бы он тебе ответил.

И подмигнул, продолжая улыбаться. Угу, смешно ему тут… Но против воли улыбнулась в ответ и пожала плечами. К тому же, парень действительно был очень уж симпатичным, а учитывая мой уровень благодарности за спасение от позорной смерти на лестнице под моей ношей…

— Говорю же: ну просто обалдеть, насколько тяжелый день. Спасибо, что помог.

И тут же прижалась к стене, когда мимо, вдохновенно ругаясь друг на друга, прошли два парня, перетаскивая диван с верхних этажей вниз. Как вовремя я встретила своего спасителя, а! Воображение тут же нарисовало картинку, как меня сбивает диваном и сверху накрывает моим же матрасом…

— Да я уж понял, от хорошей жизни такие хорошенькие девушки с постельными принадлежностями не разговаривают. Только поступила? Первый курс? — поинтересовался мой рыцарь добродушно, продолжая держать мой матрас.

— Почти… Аспирантура. Но да, только заселилась, — вновь смущенно потупилась, мимоходом заправив растрепавшуюся прядь волос за ухо.

— О, здорово, на одном этаже тогда живем. Ну пойдем, донесу тебе до двери… — сообщил он воистину радостную весть, чтобы тут же добить следующим вопросом. — Кстати, а почему ты магией не воспользовалась?

Почему-почему… Потому что я идиотка, которая забыла, что владеет магией! Гребанное заклинание левитации! Да Сандра его использовала на каждом шагу, какого хрена я матрас поперла вручную?!

— Или говоря о том, что день тяжелый, имела в виду, что успела истратить весь магический резерв, а тут еще этот груз? — тут же сам и подсказал мне удобную отмазку.

— Типа того. Так что тебя мне просто само провидение послало! — выдохнула искренне,

— Да, я такой, всегда готов прийти девушке на помощь… Кстати, меня Саймон зовут, — и снова сверкнул своей белозубой улыбкой, отчего что-то сладко екнуло внутри.

— Я Сандра. Будем знакомы, Саймон…

Нет, если на моем этаже водятся такие вот красавчики, то я уж тем более рада моей комнате и, чего уж там, матрасу, благодаря которому произошло наше знакомство. Ладно, русалка, живи!

Пока мы дотаскивали матрас до моей комнаты, я все пыталась понять, почему Сандра просила передать Саймону, что он гад, или кто там, если, как оказалось, с ним даже не знакома? Или же речь шла о другом Саймоне? Или конкретно этот не узнал ее-меня? Да нет, имя же услышал — должно было что-то щелкнуть в мозгу… Странно-странно. Хотя мало ли Саймонов водится в Академии. Конкретно этому говорить, что он гад, не буду, но на всякий случай далеко эту мысль убирать не стану…

— Пришли, — немного смущенно указала на так и открытую дверь моего нового жилья, из которого даже слабо так тянуло русалочьим духом… Да ладно, чего я нежничаю, перед собой могу быть честной: смердело рыбой до ужаса!

— Это? За что с тобой так? — на лице Саймона отразился почти суеверный ужас.

— А ты думал, мой неудачный день ограничился неподъемным матрасом? — фыркнула насмешливо, прикидывая, что бы такого соврать. Впрочем, а зачем врать? Не такая уж тайна. — Изначально не планировала идти в аспирантуру, все решилось буквально в последний момент… Вот и расхлебываю теперь последствия своей недальновидности. Да ладно, справлюсь как-нибудь. Спасибо за помощь.

Улыбнувшись, откинула мешавшую прядь волос назад, вновь на краткий миг залюбовавшись парнем. Черт, симпатичный же, а чуть заостренные ушки делают его воистину хорошеньким… Интересно, эльф? Полукровка? Хотя, насколько помню, в этом мире есть и другие расы, у которых ушки заостренные, в остальном на эльфа все равно не тянет. Ну да ладно, не суть.

— Здесь русалка жила, да? Сразу видно… Ты не подумай, я не расист, но все же считаю, что они должны жить в отдельном крыле. Среди студентов же русалок действительно селят отдельно. Как и ифритов, а то эти горячие пустынные парни вспыхивают из-за любой мелочи моментально. В прошлом году один такой умудрился поджечь свою комнату, несколько дней все в дыму было, никак развеять не могли обычными заклинаниями. Но что поделать, для аспирантов всего один этаж, да и предполагается, что по окончанию обучения должны уже себя контролировать полностью… Ладно, что-то я заболтался. Ты молодец, боевая девчонка, — и он мне подмигнул, осторожно прислонив матрас к стене коридора возле двери. — Обживайся. Обращайся, если что.

И, напоследок одарив белозубой улыбкой, махнул рукой, намереваясь покинуть меня. Я же вдруг осознала, что если занесу туда матрас, то он вскоре провоняет рыбой тоже. Как и моя одежда. И я сама.

На миг даже мелькнула мысль попроситься к Саймону на постой. А что? Матрас у меня свой, выделил бы местечко где-то на полу, с него не убудет… Воображение тут же нарисовало картинку, как я лежу, вся такая из себя, на своем честно заслуженном матрасе, а из душа выходит он! В одном полотенюшке на бедрах!

И эта картинка была какой-то очень уж яркой, будто я ее видела воочию… Или не я, а одна идиотка, перед этим хряпнувшая зелья высвобождения души! Ну точно, если прокрутить в голове это воспоминание, то самым краем можно заметить, что в тот момент на кровати Саймона лежал еще кто-то… Ааа, так вот почему он гад? Мда… Не, ну в чем-то я, конечно, Сандру понимаю — тут есть в кого влюбиться. А с другой стороны — нечего нам с матрасом у него в комнате делать!

— Ага… Слушай, а у тебя нет бытовых артефактов, случайно? — спросила уже практически вдогонку. — Хоть каких-то? Или, может, ты сам бытовик?

Последнее спросила так, на всякий случай. Было бы невероятной удачей поймать бытового мага. По крайней мере, с запахом и сыростью точно разобрались бы. Парень остановился, задумавшись. С сомнением вновь заглянул в мою комнату, едва заметно поморщившись от запаха.

— Нет, я боевик, с бытовой магией у меня как-то не сложилось. Да и из артефактов такого, чтобы могло помочь тебе, если честно, нет. Обычный, для стирки и глажки. Могу его одолжить, конечно, но он не особо мощный — для одежды еще сгодится, тот же запах уберет, в случае чего, но уже матрас, стены, пол — не очистит никак. Да и заклинания изначально рассчитаны на совсем другую структуру, сама понимаешь, — он виновато развел руками. — Тебе бы Лайлу попросить — она второй год уже в аспирантуре, стихийница. С воздухом управляется лучше всего, иногда мне помогает навести порядок, просто выметая все лишнее воздушными потоками. Может, и у тебя так можно. Вон та дверь, в конце коридора, ее. А мне, извини, пора бежать. Вернусь ближе к ночи, если еще надо будет — забегай за артефактом. Ну или утром. Моя комната восемнадцатая.

И, махнув мне рукой, ушел. Гадство! Радовало, конечно, что в самом худшем случае мне не грозило завтра вонять рыбой — попрошу с утра артефакт у Саймона и приведу себя в порядок. Но изначально тащить свои вещи сюда не хотелось.

Горестно вздохнув, зашла в комнату и еще раз прошлась по периметру. То ли принюхалась уже, то ли сквозняк из окна помогал, но, вроде, уже не так и сильно воняло. Стены не зияли дырами, на потолке только штукатурка отсырела, да по углам зеленела плесень, но тоже все оказалось не так страшно, как на первый взгляд. Пол скрипел и пыхтел под ногами, да и босиком по такому не походишь, даже по отмытому — заноз можно нахвататься только так. Но если бросить ковер — будет вполне себе так ничего.

Вот с мебелью дела обстояли похуже. При ближайшем рассмотрении оказалось, что кровать русалки и вовсе сломана, и ее просто стыдливо накрыли каким-то затрапезным отсыревшим покрывалом, которого и касаться не хотелось. В шкафу же отсутствовали абсолютно все полки. Хотелось просто сесть и плакать. Но вот беда — даже садиться некуда.

Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, толкнула неприметную дверь, которая должна была вести в ванную. Но, похоже, русалка затапливать все начала именно оттуда, дерево от влаги разбухло и, как я ни пинала дверь, открываться она отказывалась.

Окончательно разозлившись, запулила в нее боевым пульсаром, лишь в последний момент уменьшив силу до минимума, но дверь все равно знатно тряхнуло, и она повисла на одной петле. Зато теперь я могла попасть внутрь. Впрочем, оно и к лучшему — жить буду одна, нужды запираться нет, зато точно не заклинит больше.

Громко шмыгнув носом, смаргивая невольно выступившие злые слезы, осторожно пролезла под перекосившейся дверью в ванную. И тут же слезы высохли, так и не пролившись: на контрасте с комнатой, тут было просто сокровище! Нормальный туалет и раковина, хоть и грязные, как и все в комнате, но, о, мой Бог, что тут была за ванна! Большая, в виде половинки ракушки, она так и манила, подбрасывая моему воображению картинки, как я буду нежиться в ней, вся в ароматной пене, аки Афродита, а на бортике будут стоять свечи, погружая все в уютный полумрак, приятная музыка из артефакта, захваченного из комнаты Сандры…

Продолжая улыбаться, открыла кран, а оттуда тонюсенькой струйкой с утробным не то воем, не то фырчанием полилась холодная вода ржавого оттенка. На стенках этой роскошной ванны блеснуло несколько рыбных чешуек. Гадство! А я уж размечталась!

Ладно, к черту все. Главное, что в перспективе ванна все же есть. Осталось все отмыть хоть как-то, а то уже и платье испачкать успела.

Первым делом все же спустилась за своими вещами. Поблагодарив вахтера, в этот раз уже воспользовалась заклинанием левитации и без особых происшествий оттащила свои вещи на седьмой этаж. Только на третьем этаже произошла заминка, когда столкнулась с первокурсниками, застрявшими там вместе со своим диваном.

Ну, с меня не убудет, так же левитацией помогла им, чуть подтолкнув громоздкую мебель, благо, им на второй этаж надо было. Правда, когда мы наконец-то спустили диван, обнаружили на месте происшествия на перилах длинную свежую царапину. Переглянувшись, сошлись на том, что мы друг друга никогда не видели, а о существовании дивана, который мог бы оставить такой след, даже не подозревали.

Вернувшись на свой этаж, поставила вещи рядом с матрасом, на всякий случай обновив на чемоданах сигналку, и пошла пытать счастья с Лайлой. Заготовила целую речь, пока шла к ее комнате, прокручивала все эти слова в голове, пока стучала… Но мне никто не открыл. За дверью не раздалось ни шороха: Лайлы не было дома. Гадство!

Ладно, все. Хватит так уж сильно надеяться на магию, ну в самом деле. Можно подумать, когда в своем мире заселялась в общежитие, все было намного радужнее. Ага, как бы не так! Чего только стоила дохлая мышь в шкафу и популяция тараканов, выглянувшая поздороваться с новой соседкой. Вместо тряпки использую штору с окна — все равно выглядит страшно, при случае повешу нормальную. Какая-никакая вода тоже есть. А вместо моющих средств использую гель для душа и шампунь. Может, и рыбный запах перебьет. И, воодушевившись, принялась за дело.

Спустя пару часов я, изнемогая от усталости и кривясь от отвращения, в очередной раз всполоснула обрывок шторы в грязно-мыльной воде в ванной и выдернула пробку слива. Платье, в котором я убирала, окончательно пришло в негодность, но я все еще надеялась, что его возможно отстирать. Сама я была пыльная, мокрая, казалось, что по мне до сих ползают пауки, как когда я потревожила паутину под подоконником, еще и липкая от пота. Зато уже с чистой совестью затащила в относительно чистую комнату вещи и матрас. С тоской покосившись на сломанную кровать, осознала, что он мне сегодня и заменит ложе.

Горестно вздохнув, уже привычно шепнула заклинание левитации, сгребая грязные тряпки и обломки стульев, и вышла в коридор. Пока убирала, слышала, как тут уже кто-то ходит туда-сюда — похоже, аспиранты постепенно возвращались домой. Надеюсь, Саймон тоже вернулся… Плевать, как я выгляжу, трижды плевать, как выглядит он и что обо мне подумает — мне от него сейчас нужен был лишь артефакт.

А еще глубоко в душе зрела надежда, что Лайла вернулась уже и поможет проветрить комнату от остатков запаха, казалось, въевшегося в доски пола и стены. А заодно наладит воду — стихийница же, наверняка не только воздух подвластен… Или же, на крайняк, пустит разочек к себе искупаться.

Но когда я выбросила мусор и постучала к Лайле, мне снова никто не открыл. Горестно вздохнув, пошла стучаться к Саймону, как единственному, кого знала. Еще не настолько отчаялась, чтобы проситься к нему в ванную, но… или уже настолько?

Раздумывая над этим вопросом и проговаривая мысленно просьбу об артефакте, постучала, испытывая неловкость. Терпеть не могу у кого-то что-то просить, всегда чувствую себя при этом некомфортно, хочется взамен отдать все, что у меня есть. Но просто отсидеться до утра не вариант.

За дверью что-то упало, раздался какой-то шорох, затем тихие шаги. Слава всему святому! Саймон дома!

Но не успела додумать эту мысль, как дверь вдруг отворилась, и моему взору предстал растрепанный худосочный паренек с огромными глазами невероятного изумрудного оттенка на смуглом лице. Он в немом удивлении уставился на меня, порывистым жестом одернув измятую футболку, а его пушистый черный кошачий хвост обвил его же босые ноги, чуть подрагивая кончиком. Оборотень? Взгляд вернулся к его темным взъерошенным волосам, где виднелись такие же пушистые черные кошачьи ушки, настороженно вставшие торчком. Нэко! Настоящий! То есть…

— Я могу чем-то помочь? — спросил он осторожно, а я успела заметить острые клыки, мелькнувшие за его тонкими бледными губами.

— Аэ… Это не комната Саймона? — пробормотала я очевидное, уже сообразив посмотреть на номер комнаты и понять, что на своей волне постучала в соседнюю.

— Нет, прости, — вздохнул парень с явным сожалением, отчего его ушки даже печально поникли.

— Да нет, ты извини, что вломилась к тебе. День тяжелый, задумалась, вот и не туда постучала, — поморщилась и перешла уже к другой двери.

Но сколько ни стучала, в ответ была лишь тишина. Саймон тоже явно не торопился вернуться в общежитие.

— Гадство! — воскликнула от переизбытка чувств, саданув кулаком по стене.

Несильно — откуда у меня те силы возьмутся? Да и выругалась вроде тихо. Но дверь парня-нэко вдруг тут же отворилась, и оттуда выглянула уже знакомая, чуть смущенная физиономия.

— Назначил свидание и не явился? Ты не переживай, он того не стоит — ты достойна лучшего! — вдруг выдохнул он тихо, отчаянно смущаясь.

— Эм… Ты решил, что я в таком виде хожу на свидания? — все же уточнила, скептическим взглядом еще раз окинув свое платье с кое-где приставшей паутиной и мокрыми пятнами от грязной воды, брызги которой щедро попадали на меня, пока выжимала тряпку, и добавила с невольным смешком. — Я бы и сама на месте моего парня не открыла бы себе.

— Ты красивая, — возразил он так же тихо и серьезно.

— Эм… Спасибо, — от неожиданного комплимента на душе потеплело, и я невольно улыбнулась, хоть и примерно представляла, как сейчас могла выглядеть. — Слушай, у тебя, случайно, нет бытовых артефактов? Хоть каких-нибудь, одолжить мне на часик. Ты не думай, я аккуратно попользуюсь и верну!

— Нет, извини, я ими не пользуюсь, — вздохнул он с сожалением.

Моя воспрянувшая было надежда тут же скончалась в муках. Впрочем, по виду измятой футболки нэко могла бы и сама догадаться. Тем неожиданнее прозвучала его следующая фраза.

— А что тебе нужно? Может, я так смогу чем-нибудь помочь?

— У меня водопровод не работает, помыться даже не могу. И в шкафу полок нет. И в окне стекла тоже нет. И даже кровати нет. Зато есть пол, усеянный острыми щепками, и стойкий рыбный запах, который, мне кажется, уже въелся мне в кожу… — вывалила я на него все как на духу, из последних сил сдерживая рвущиеся наружу истеричные плаксивые нотки Сандры.

— Так вот чем так вкусно от тебя пахнет… — протянул этот кошак, просияв лицом. Мда. Каждому свое.

— В общем, без артефактов все равно помочь никак. Но спасибо, что предложил, — криво усмехнулась я, глубоко вздохнув, и повернулась в сторону своей комнаты, чтобы тут же оторопело замереть от следующей фразы, чувствуя, как меня снова затапливает безумной надеждой.

— Артефактов и правда нет… Но они мне и не нужны — я бытовой маг. Подожди, не уходи, я обуюсь и посмотрю, что можно сделать! — последняя его фраза прозвучала уже из глубины его комнаты.

Кажется, я снова обожаю Вселенную! А тебя, незнакомый парень-нэко, вдвойне!


Парень стоял посреди комнаты, задумчиво покачиваясь с пятки на носок, запихнув руки в карманы, и молчал. Я растерянно застыла рядом, стараясь лишний раз не дышать, чтобы не спугнуть бытового мага… Который все так же не проронил ни слова.

— Ты можешь чем-то помочь? — все же робко подала голос, не выдержав пытки тишиной.

— С окном помочь не смогу — прости, здесь нужен маг-ремонтник. У коменданта надо оставить заявку, и она вызовет…

— Да хрен с тем окном, естественная вентиляция, свежий воздух, с комарами договорюсь. Что по запаху и по воде? Сможешь убрать? Пожа-алуйста! По век жизни буду благодарна, — выдохнула с безумной надеждой, в молитвенном жесте сложив ладони у груди.

Нэко, нервно дернув хвостом, удивленно на меня уставился. Шуток не понимает? Или подбирает слова, как мне объяснить, что это невозможно? С бытовой магией у меня совсем туго. Да у нас и была всего пара чисто вводных лекций, больше посвященных видам бытовых артефактов. И я понятия не имела, насколько просто или невероятно сложно то, о чем его просила…

Хм. «У нас»? Похоже, воспоминания Сандры проникали все глубже, смешиваясь с моими, и что-то уже воспринималось как чисто мое, что произошло со мной, а не подсмотренное в образах «со стороны».

— Да, конечно, запах я уберу, но его молекулы проникли глубоко в деревянную поверхность пола и каменную — стен, — он снова нахмурился, а его хвост вновь начал недовольно мотаться из стороны в сторону.

Немного резануло слух слово, которое, как я считала, принадлежало чисто моему техногенному миру. С другой стороны, на чем-то же магия должна базироваться. Особенно учитывая, что их магические артефакты во многом были похожи на самые обыкновенные чудеса современной техники.

— Я заплачу сколько скажешь, не переживай! — тут же выпалила поспешно.

Ну понятно, с чего бы ему возиться на ночь глядя за просто так у незнакомой девчонки? Я бы сама с удовольствием пошла бы спать, несмотря на то, что в животе грустно урчало, намекая, что со всеми заботами я пропустила ужин… Да и обед, в общем-то, тоже. Но все перевешивало желание вымыться и уснуть в месте, где не воняло бы так жутко рыбой!

Но от моего предложения парень вдруг обиженно вскинулся и покраснел, а ушки прижались к голове, дополняя образ.

— Я просто помочь пришел! Не все измеряется деньгами, — возмутился он, от переизбытка эмоций даже чуть прикусив острыми клыками нижнюю губу.

Мне же стало совсем неловко. Ааа, идиотка безмозглая! И еще что-то про Сандру говорила!

— Прости-прости, я не хотела обидеть. Ты не представляешь, насколько я тебе благодарна! Просто имела в виду, что в случае чего готова оплатить твою работу… Ну или в будущем как-то помочь, чем смогу. Просто ты так замялся, я думала, что намекаешь… — окончательно стушевалась я.

— И ты подумала, что я набиваю себе цену? — уточнил он совсем несчастным голосом.

— Прости, — только и смогла пискнуть виновато, на что парень покачал головой, вновь махнув хвостом.

— Я только хотел сказать, что быстро все сделать не смогу.

— Ааа… Ну, в общем, ожидаемо. А ванную посмотришь? Там течет ржавая и холодная вода. Может, можно что-то сделать?

Я все еще не теряла надежды, что хотя бы выкупаюсь сегодня нормально. Фиг уже с этим рыбным запахом, действительно принюхалась, что ли.

— Меня, кстати, Сандра зовут, — добавила поспешно, только сейчас сообразив представиться. А то как эксплуатировать парня — так первая, а как имя узнать… Мда, Сашка, наглеешь и хамеешь не по дням, а по часам.

— Я знаю, — губы парня тронула светлая улыбка, отчего его лицо словно озарилось внутренним светом. — Конечно, посмотрю. Та дверь, да?

И первый прошел в ванную, аккуратно поставив практически вырванную мной с мясом дверь вертикально. Что-то шепнул, отчего она на несколько мгновений окуталась сиреневатым магическим сиянием.

— Я наложил заклинание статики, но ремонтная магия мне хуже дается, так что старайся до прихода ремонтников лишний раз ее не трогать, хорошо? — сообщил он, снова мягко улыбнувшись.

— Ага…

Я так и осталась стоять на месте, пытаясь вспомнить этого милашного нэко, который, оказывается, знает мое имя… А вот я его — нет! Мы были знакомы, а я его забыла? Сандра, как ты могла забыть такого котика?!

— Андреас, — донеслось уже из ванной.

— Что?

Отвлекшись от раздумий и попыток вспомнить, поспешила к нему, уже усевшемуся на бортике ванной и диагностировавшему состояние моего водопровода.

— Ты пытаешься вспомнить мое имя. Я Андреас, — повторил он, сосредоточившись на кране ванной, но его ушки, заинтересованно повернутые в мою сторону, и чуть подрагивавший кончик хвоста выдавали его волнение.

— А… Д-да… Прости, я почему-то не могу вспомнить. Мы не были представлены, да? — я чуть смущенно улыбнулась.

— Ну, официально — да, — согласился Андреас.

Я облегченно выдохнула. Похоже, ситуация схожа с Саймоном — учились в одной академии, но он мое имя случайно услышал где-то, может, даже кто-то обо мне что-то сказал, видел издали, а я вот не пересекалась…

— У нас в прошлом году по вторникам лекция по теории вероятности совпадала, я сразу за тобой сидел… И в позапрошлом по пятницам на боевке наши группы часто объединяли, — напомнил он с едва заметным вздохом, после которого мне стало совсем стыдно.

Если боевка ладно, там особо не до рассматриваний парней из других групп, то вот на лекции Сандра могла бы и обратить внимание, кто целый год сидит позади нее! Давно мне не было так стыдно…

— Значит, ты тоже только поступил в аспирантуру? — пробормотала, просто чтобы сказать хоть что-то, сменив тему разговора.

Андреас снова усмехнулся и вновь переключил внимание на зафырчавший кран, выплевывавший брызги ржавой воды.

— Ага, завтра первый рабочий день на кафедре… Так, тут трубы очень сильно загрязнились. Похоже, русалка, что жила здесь, прорастила в них тину и прочую пакость, чтобы чувствовать себя как в родном болоте. Для этого очищающие заклинания сняла и, видимо, повредила заклинание против ржавчины, — огласил он вердикт, тем временем.

— И совсем ничего не сделать? — обреченно переспросила я, особо не надеясь на ответ.

— Ну, думаю, за часик-два я все же смогу справиться. Магии требуется чуть, просто сама работа кропотливая…

— Правда? А когда ты сможешь это сделать? Я понимаю, что уже совсем наглею, но очень уж хочется лечь спать выкупанной.

И замерла, с бешено колотящимся сердцем ожидая ответа.

— Ну, если тебе еще не надоело мое присутствие, могу прямо сейчас заняться этим, — он снова пожал плечами, едва заметно улыбнувшись, а его хвост совсем по-кошачьи обвил его ноги.

— Моя ты зая! Спаси-ибо! Я бы тебя прямо сейчас расцеловала, если бы не была такой грязной, — обрадовалась я, не веря своей удаче, и чуть поморщилась, одернув мятое испачканное платье.

— Ты можешь у меня в комнате принять душ, пока я тут буду возиться, — вырвалось у него внезапно, на что уже я удивленно уставилась на него, заставив его смутиться.

— То есть, не потому что… Ну, что ты сказала…

— Да! Я согласна! — выпалила, не дослушав. Пожалуй, это было наилучшим предложением, которое я только могла услышать сегодня.

Словно этого было мало для того, чтобы ситуация стала вкрай неловкой, у меня в животе заурчало. Андреас удивленно вскинулся, заставив покраснеть.

— Говорю же: день тяжелый. Прибыла в академию, уверенная, что уже аспирантка, а ректор… — и слово за слово рассказала, как прошел сегодняшний день. Даже ввернула о том, как добывала себе научного руководителя, а вечером превращала шторы в половые тряпки. Даже на шкаф без полок умудрилась пожаловаться, благо, что нэко оказался благодарным слушателем.

— То есть, ты вручную это все отмывала и пропустила ужин? — переспросил Андреас пораженно.

— Угу… Не смотри на меня так, можно подумать, у меня выбор был, — фыркнула я насмешливо. — Так что, предложение насчет твоей ванной все еще в силе?

— Да, конечно! Эм… Ну и раз у тебя такая ситуация со шкафом, если хочешь, можешь повесить часть своих платьев в моем — там все равно пустует больше половины полок. Но вообще, насколько знаю, первокурсников заселилось в этом году меньше, чем планировалось. Свободных комнат нет, но лишняя мебель в некоторых точно должна стоять. Если хочешь, можем завтра подойти к лерри Калахаре, спросить, — предложил Андреас, будто между прочим.

А у меня в голове, тем временем, вертелось: кто ты, чудесное создание? Почему ты такой хороший? Ты выйдешь за меня… Эээ… Ладно, что-то меня уже совсем не туда понесло. Сандра, коза, такого парня упустила! И даже не познакомилась.

От заманчивого предложения разместить свое шмотье в его комнате я все же отказалась. И, подхватив одно из домашних платьев и мысленно позавидовав Сандре, у которой в моем мире был обычный теплый халат, и моющие принадлежности, прошла с Андреасом в его комнату. Сделала вид, что не заметила обычный мальчишеский бардак в виде валяющихся где попало одежды, книг и раскрытых чемоданов по центру комнаты, и под бормотание парня, что он все уберет, проскользнула в ванную. Мне по-прежнему было до ужаса неловко… Но и ровно столько же радостно от осознания, что наконец-то смою всю эту грязь! Дааа!

Следующие несколько минут… Десятков минут… Час? В общем, некоторое время просто выпало из моей жизни, пока я с наслаждением отмывалась, блаженствуя. Невольно подметила, что чисто визуально моя ванная круче. Хотя бы тем, что у меня ванная, а не душ, который представлял собой лейку, торчащую из стены, и небольшую шторку, отделявшую его от раковины и туалета. Ну хоть какие-то бонусы от русалочьего наследства.

Выпорхнув из ванной Андреаса и чувствуя себя совершенно новым человеком, кое-как подвязала влажные волосы, чтобы не намочили мое домашнее платье. Вернее, это для Сандры оно домашнее, в моём реальном мире толпы одиннадцатиклассниц подрались бы за право надеть его на выпускной. Замялась, не зная, стоит ли вот сейчас покидать комнату, не дождавшись хозяина. Ладно моя — там ничего нет, кроме честно добытого матраса, а на чемоданах все та же охранка стоит.

Впрочем, ладно, все равно меня тут оставили одну, а мне только и надо, что пересечь коридор, благо, моя комната всего в паре метров дальше, и еще раз поблагодарить Андреаса, возящегося с моей ванной.

Осторожно притворила за собой дверь и едва не подпрыгнула, услышав знакомый голос у себя за спиной.

— Тебя разве переселили? Кажется, я утром видел тут парня…

Обернувшись, я увидела Саймона, как раз открывавшего дверь своей комнаты.

— Его зовут Андреас, тоже только стал аспирантом, — улыбнулась, поправив влажные пряди волос.

Саймон, расслабленно облокотившись о косяк, скользнул по ним взглядом, удивленно приподняв бровь.

— Твой парень?

— Друг.

Дверь моей комнаты отворилась, и в коридор как раз выглянул Андреас. Хмуро, с нотками настороженности, уставился на Саймона и полувопросительно на меня.

— О, ты как раз вовремя. Я не знаю, как запереть твою дверь! — воскликнула, блаженно улыбнувшись, ощущая себя практически счастливой после купания. Если бы еще спать не хотелось так зверски…

Андреас так же молча бросил какое-то охранное заклинание в свою дверь, с тихим щелчком она захлопнулась плотнее, на миг окутавшись радужной магической пленкой.

— Супер! Увидимся, — махнула Саймону, не глядя, и, не став больше ничего объяснять, поспешила в свою комнату, к своему новоиспеченному другу.

По крайней мере, у Андреаса больше не было шансов им не стать. В этом я убедилась наверняка, когда, войдя в свою комнату, поняла, что рыбой там пахнет уже меньше, зато преобладает запах выпечки. Круглыми от удивления глазами уставилась на подоконник, где лежал какой-то сверток из промасленной бумаги, от одного вида которого в животе вновь заурчало.

— Пока ты принимала душ, я попросил знакомого местного домового принести что-то из столовой, объяснив твою ситуацию. Там были только пирожки с вишней и смородиной. Надеюсь, ты их любишь… — сообщил Андреас спокойно, как нечто само собой разумеющееся.

Но я, не дослушав его, в порыве эмоций, уже повисла у него на шее, звонко чмокнув в щеку. В первый момент парень попытался было шарахнуться от меня, не ожидая таких нападок, но лишь замер, кажется, совсем окаменев.

— Какой же ты хороший! Спасибо, ты самый настоящий друг! — воскликнула искренне, чувствуя уже даже больше умиление и желание просто затискать этого котопарня.

— Да не за что… Ты же голодная была, а мне не так уж сложно связаться с Леоло, давно с ним знаком… Кстати, твою ванную я починил, но пока там только холодная вода. Наладить горячую никак — нужен стихийник или артефактор. Ну или нагревательный артефакт. А с рыбным запахом сейчас разберусь. Ты ешь, они еще теплые. И ягодный морс тоже бери, — улыбнулся он чуть смущенно, с явным удовольствием глядя на мое сияющее от восторга лицо…

ГЛАВА 3

Проснулась я от того, что замерзла. Тепло-то тепло на улице, но перед рассветом воздух всегда холоднее, и через оконный проем задувало только так. Завозившись на своем месте, не желая выныривать из объятий дремы, попыталась снова уснуть, обняв себя руками, но согреться никак не удавалось.

Сон все же отступил, зато пришло понимание, что я не помнила, как и где уснула. Тут же рывком открыла глаза и уставилась на белеющий в темноте потолок… С которого даже ничего не сыпалось, насколько могла заметить в приглушенном свете небольшого магического огонька, зависшего в противоположном углу. Его же оказалось достаточно для того, чтобы я рассмотрела светлые доски паркета вместо темно-серого прелого нечто, которое увидела при заселении в комнату. А еще вместо вездесущего запаха рыбы едва уловимо пахло свежескошенной травой.

Я обалдело хлопала глазами, не веря, что в самом деле моя комната преобразилась аж настолько. Да и когда, как? Я помнила, как сидела на своем матрасе, уплетая пирожки вместе с Андреасом. Как болтали о домовых, с них перескочили на русалок… Потом как-то само собой разговор зашел о боевке. Кажется, после того, как я начала разглагольствовать на тему, какими именно пульсарами подожгла бы хвост одной конкретной русалке, а также о способах приготовления ухи…

Андреаса это неожиданно повеселило, и он, периодически пофыркивая от смеха, предложил попробовать сегодня же избавить меня хотя бы частично от мерзкого запаха, если еще не ложусь спать. Разумеется, я согласилась, не веря своему счастью! Для этого ему нужно было сосредоточиться полностью, и продолжить разговор не получилось.

Поэтому я, тем временем, частично разобрала свои чемоданы, располагая в ванной все, что там должно лежать, выгрузила учебные принадлежности на подоконник, достала любимое покрывало Сандры и кинула его на матрас. Потом просто сидела тихонько на нем, наблюдая за действиями Андреаса. Кажется, прилегла для удобства, слипающимися от усталости глазами с интересом отслеживая, как яркие мельчайшие искорки срываются с его ладоней и будто бы впитываются с легким потрескиванием в пол, стены, зависают в воздухе…

Я что, уснула? Черт, как неудобно! Попросила парня помочь, а сама завалилась спать, ну блин! Похоже, мы с Сандрой не так уж и отличаемся, как мне казалось. К щекам тут же прилила кровь. Я села на своем импровизированном лежбище, мысленно занимаясь самобичеванием… Но в следующий миг все мои мысли вынесло шквалом удивления, а я сама едва не свалилась на пол. Впрочем, матрас и так на полу — куда там еще падать.

В любом случае, мне было с чего охренеть: у меня в ногах сидел Андреас, опершись спиной о стенку, и сладко дрых, запрокинув голову. Через приоткрытый рот можно было рассмотреть поблескивавшие, даже на вид острые клыки.

Аэ… И что теперь делать? Мне казалось, более неловко себя чувствовать не могу. Но теперь… Будить его, чтобы шел к себе в комнату? Вроде как правильно, но жалко. Да и неудобно, будто выгоняю… Уложить его, чтобы нормально поспал хотя бы? Тоже с какой-то стороны правильно, но где я буду спать? Себя жалко не меньше. Оставить так? Неудобно же так спать, шея утром будет болеть… И это если не думать о репутации Сандры, у которой в спальне ночует парень.

Хотя, чего о ней думать? Насколько поняла, в этом мире нравы уж точно не средневековые. Судя по тому же Саймону, у которого в постели кто только ни перебывал из учащихся. И вообще, нефиг отвлекаться на такие ничего не значащие мысли: это точно не поможет решить, что делать сейчас. Андреас, бедный, намаялся тут, пока я бессовестно дрыхла. Мало того, что запах убрал, еще и потолок очистил от плесени, да и треть паркета отчистил. Потом, похоже, и уснул, присев передохнуть. А может, просто устал и пытался меня разбудить… Он хотя бы пытался?

За окном от ветра зашумели ветки деревьев, и я зябко передернулась от ночной прохлады. Так, первым делом закрою окно чем-нибудь, а потом уже буду думать, что делать.

Вздохнув, тихонько встала с матраса. Подумав, испытывая все ту же неловкость перед парнем, осторожно накрыла его концом покрывала. Несколько секунд постояла рядом, прикидывая, не воспользоваться ли моментом, чтобы потрогать его ушки, пока спит… Нет, это было бы все же слишком странно! Это же не кот какой-нибудь.

Покачав головой, тихо подошла к окну, прикидывая, чем бы таким его закрыть. И с трудом удержалась, чтобы не хлопнуть себя по лбу: магия! Постоянно забываю о своей магии! Перебрав мысленно свой магический арсенал, остановилась на простенькой магической заплатке-заглушке. Используется больше как охранный контур на вылазках в лесу, но если влить побольше магии и уплотнить, на окошко как раз хватит.

Провозившись минут двадцать, удовлетворенно вытерла проступивший пот на лбу и отступила на шаг назад, любуясь результатом своих усилий. Под моей босой пяткой тут же пронзительно скрипнула половица, а секунду спустя со стороны матраса донеслось громкое шебуршание.

— Я уснул? — хриплый спросонья голос Андреаса прозвучал как-то совсем уж по-детски растерянно.

— Это я уснула, прости, пожалуйста. Спасибо за все, что сделал. Не представляешь, насколько тебе благодарна! Если вдруг что-то нужно будет, обращайся ко мне в любое время дня и ночи! — заверила его искренне, оценив и красные от недосыпа глаза, и бледную кожу.

— Да пустяки… Я пол тебе не доделал, — пробормотал он, чуть смутившись, и сцедил зевок в кулак.

— Да и хрен с ним. Потом как-нибудь, если не передумаешь, — я и так готова была провалиться под этот же свеженачищенный паркет от чувства неловкости… Или забиться в щель внушительных размеров, откуда стыдливо выглядывал паучок, не подозревая, что этот участок комнаты рано или поздно также постигнет участь быть отчищенным от всего лишнего. Всякой многоногой живности, в том числе.

Андреас поднялся с матраса и гибко потянулся. Его сходство с котом в этот момент было просто потрясающим. А еще невольно мелькнула мыслишка, что все же стоило воспользоваться моментом и потрогать его ушки, почесать за ними — котики же любят… Так, Сандра, фу! В смысле, Сашка… Хотя, Александра-Сандра — один хрен. Котопарней все равно нельзя дергать за уши и, тем более, чесать, как бы ни хотелось. Даже таких милашных.

— Угу… Ну, скажешь потом, когда к тебе прийти, и я доделаю, — сообщил Андреас сонно, не подозревая, какие мысли витают в моей голове, и еще раз зевнул, направившись к двери. — Спокойной ночи.

— Спокойной, — отозвалась эхом.

Интересно, он со всеми такой вежливый и хороший, или только Сандре так повезло? Вот только и я не Сандра. И на фоне вчерашней усталости как-то очень уж расслабилась. Что будет, если кто-то поймет, что в ее теле другая душа? Это вообще можно как-то понять? Или же давить на то, что многое для себя переосмыслила и больше уже не такая стервозная? Судя по всему, пока это единственное, что отличало нас с ней. Остальные черты характера, что-то больше, что-то меньше, у нас все равно совпадали…

Раздумывая таким образом, тоже смачно зевнула. Ладно, думать об этом буду завтра. Желательно после того, как познакомлюсь со своим научным руководителем поближе и узнаю, чего он от меня ожидает… А заодно подумаю, как бы отблагодарить моего соседа…

Утром меня переполняло волнение за то, как пройдет первый день аспирантуры. Не передумал ли мой руководитель, смогу ли подобрать хоть какую-то тему, сумею ли хоть как-то влиться в коллектив кафедры…

И неловкость перед Андреасом росла просто в геометрической прогрессии. Особенно когда я оценила, насколько чистая вода течет из моего крана, хоть и ледяная. Да и отчищенные от торчащих щепок и грязи доски пола выглядели просто великолепно, делая комнату на том участке визуально светлее.

Перебирая чемодан с одеждой, бросая сплошные бальные платья, любовно сложенные моей мамулей, на матрас, пыталась подобрать что-то неброское для первого дня, может, даже строгое… Ага, аж триста раз! самым неброским было мое домашнее платье, в котором я умудрилась уснуть. Ну и еще, пожалуй, то, в котором вчера убирала и… Черт! И которое я умудрилась оставить в ванной Андреаса. Ууу, да что со мной не так-то?! Ладно, вечером заберу уже. И извинюсь. И поблагодарю снова за все.

Наконец-то определившись с нарядом, выглядевшим как для дворцового приема, но хотя бы без корсета и с довольно скромным декольте, с ужасом поняла, что опаздываю. Точнее, времени оставалось либо на то, чтобы пойти в столовую на завтрак, либо на то, чтобы как-то уложить волосы и узнать у кого-то, где находится деканат, который мне нужен.

В животе грустно заурчало, но внешний вид прежде всего… По крайней мере, в первый день аспирантуры. И так вчера произвела не самое лучшее впечатление на своего научного руководителя. Сегодня нужно показать себя во всей красе, как собранного и разумного специалиста. К тому же, пунктуального.

Подавив тяжелый вздох, потратила драгоценные минуты на то, чтобы собрать волосы в строгий пучок. Подумав, чуть тронула лицо кистями для макияжа. Покидав в пространственный карман все учебные принадлежности и кристаллы с моими наработками, которые могли бы сегодня пригодиться, выскользнула в коридор. С тем, чтобы наложить охранное заклинание на дверь, возникли небольшие проблемы. Не зря в первую очередь заметила вчера барахление магических потоков. Поэтому, сколько бы я ни билась, все известные мне охранные заклинания просто стекали с комнаты, не желая работать как надо, наталкиваясь на нерабочие магические нити охранки, которая, по идее, должна была окутывать всю академию.

К счастью, с десятого раза, наверное, когда я уже в открытую начала паниковать, очередное заклинание таки прилипло, работая как надо. Для этого пришлось ослабить максимально стандартное и вплести в него по капле несколько довольно слабеньких заклинаний, которыми обычно запирают кладовые, сундуки, амбары… Пожалуй, если кто решит рассмотреть мою защиту получше, будет долго ржать. С другой стороны, такую хрен взломаешь: замаешься подбирать ключик к каждой.

Дальше мне, в общем-то, везло: почти сразу узнала, где находится теперь уже мой деканат, просто спросив у вахтера. Проталкиваясь сквозь толпы гомонящих студентов, торопившихся на занятия, даже умудрилась ни во что не вляпаться. И на автомате выставила щит, когда один из первокурсников, споткнувшись, едва не засыпал меня стопкой книг, которые нес в руках — заклинание пространственного кармана им еще нескоро предстоит изучить.

— Хорошая реакция! Я бы даже подумал, что ты боевик, если бы не был сам с этой кафедры, — раздался уважительный голос за моим плечом. Обернувшись, тут же наткнулась на уже такую знакомую ослепительную улыбку Саймона. Еще и ямочка на щеке, ааа, тащусь просто!

— Привет, — невольно улыбнулась в ответ, чуть смутившись, а в следующий миг Саймон резко дернул меня за руку в сторону, чтобы меня не задел еще один студент, тащивший в руках какой-то то ли макет, то ли стенд.

— Простите, — буркнул парень и тут же врезался в кого-то дальше по коридору, отчего тут же разразилась ругань, сверкнули первые заклинания.

— Как хорошо, что сегодня не я дежурный… — прокомментировал Саймон этот инцидент.

А я вспомнила, что как раз старшекурсники, боевики и аспиранты, выступали дежурными в коридорах академии во время учебного процесса. Это и мне придется разбираться?! Я в ужасе покосилась на образовавшуюся пробку, где кто-то громко орал, пытаясь успокоить студентов.

— Кстати, так и не спросил, а ты на какой кафедре? Не стихийница, не бытовик, не боевик… Зельевар? Менталист? Провидица? Хотя нет. Последнее вряд ли… Не обижайся только. Артефактор тоже отпадает… Или сапожник без сапог? — и он задорно подмигнул мне, подхватив под руку и помогая обогнуть толпу ругающихся студентов.

Кошмар, и это только первый учебный день! Они тут все буйные? Правда, обернувшись, увидела, что парень с макетом уже ушел. А дежурного облепили первокурсники, пытаясь разобраться в своем расписании, не понимая, где нужная им аудитория. И это уже была не ссора, просто обыкновенный галдеж…

— Маг-теоретик я. Изначально. Но на аспирантуре я прикреплена к Оливеру Родергану, — улыбнулась, с легким сожалением отпустив локоть Саймона, в который машинально уцепилась, когда он предложил.

— О, так я угадал? В боевку все же пошла? Здорово! Я тоже у него, кстати. Правда, не думал, что в этом году он будет брать кого-то, и так забот хватает с новым факультетом. Слышала, кстати? В нашей академии открыли что-то типа промежуточных курсов между школой и университетом, для юных магических дарований. Тогда нам сначала не на кафедру боевиков, а к нему… Или он тебе говорил что-то другое?

— Нет, не говорил… — пробормотала, вспоминая лишь, как он без лишних слов впихнул меня в кабинет ректора и смылся.

Саймон, воодушевившись, тут же завалил меня информацией и о боевой кафедре, и о слухах по поводу нового факультета. Я же чувствовала себя так, словно меня пыльным мешком пристукнуло. Несмотря на то, что я, вроде как, уже полноценная аспирантка, все еще оставался открытым вопрос: к какой кафедре я прикреплена? Дети или боевая магия? И что из этого опаснее?

Приемная (или преподавательская?) выглядела достаточно уютно. Полукруглая комната с единым овальным столом по центру, заваленным инфокристаллами и какими-то свитками. Вдоль одной стены выстроены новенькие темно-коричневые стеллажи, еще одуряюще вкусно пахнущие свежим деревом и лаком. За прозрачным стеклом дверок можно рассмотреть все те же инфокристаллы, какие-то артефакты, обучающую литературу, толстые журналы и какие-то то ли боевые экспонаты, то ли чьи-то останки, то ли и вовсе чей-то ланч, забытый еще с прошлого учебного года… Ну не знаю я, что за покореженное серо-бурое нечто там лежало. Может, просто какие-то ценные ингредиенты, но тогда тем более странно, что они делали в новеньких шкафах факультета для одаренных детей, декан у которого даже не зельевар.

Зато с другой стороны находились целых два роскошных обитых бархатом светло-бежевых дивана, тоже новеньких! А между ними в не совсем новой поцарапанной глиняной кадке какой-то чахлый цветок, пытавшийся, судя по всему, виться по стене, но его длинные желтоватые нездоровые усики просто безжизненным клубком свились у ножек диванов. Подкормить его, что ли, чем-то или полить, хотя бы? Ну или выбросить от греха подальше…

Правда, обстановку я сумела рассмотреть значительно позже. В первый момент, как вошла, даже не заметила, что из нее ведет дверь в еще одну комнату, на которой выжжены красивым каллиграфическим почерком имя и должность хозяина кабинета.

Учебный день еще не начался, но в приемной-преподавательской уже набилось, как мне показалось, толпа народу. За столом обнаружился мой научный руководитель, о чем-то вполголоса болтавший с чопорной дриадой в возрасте и представительного вида седым гномом, что сидели рядом с ним. При этом они поочередно тыкали в инфокристалл, находившийся между ними, а дриада еще и потрясала свитком, затиснутым между ее тонкими длинными пальцами, увенчанных внушительного вида острыми когтями. Гном в основном печально вздыхал и промакивал блестящую лысину кружевным белым платочком.

В помещении действительно было неожиданно душно, и если дриаде в ее легком струящемся шифоновом платье цвета молодой листвы было вполне себе комфортно, то гном в твидовом пиджаке явно переоценил свою терморегуляцию.

От неожиданности я замерла в дверях, где-то на границе шевельнулась типичная мысль студентки, увидевшей, что у преподавателей какое-то совещание: выйти за дверь и не мешать, пока не послали далеко и надолго, заодно запомнив тебя как персону, которая зачет получит не с первого раза. Но Саймон тихонько подтолкнул меня в спину.

— Это новые преподаватели для малолеток, похоже. Наш Оливер занят, пойдем, познакомлю пока с нашими, — шепнул он, кивнув на стоявших у полузасохшего фикуса двух орков, что-то сосредоточено изучавших с инфокристалла.

Рядом на диване в обманчиво расслабленной позе развалилась девушка-дроу, небрежно чистившая кинжалом ногти. Экономит на маникюре, что ли? Боюсь представить, как тогда она уши чистит…

— Дрейк и Джош, в прошлом году попали к Оливеру, у них проект один на двоих — выводят технику боя, завязанную на парных заклинаниях, — указал Саймон тихонько на орков.

Один тут же поднял голову, только заметив меня, и улыбнулся, откинув за спину копну длинных угольно-черных волос, заплетенных во множество косичек. Подмигнув, будто ненароком приосанился, выпятив грудь, и даже чуть напряг мышцы рук, отчего девушка пренебрежительно хмыкнула.

Я неуверенно махнула рукой, с интересом рассматривая вполне себе симпатичного парня с кожей оливкового цвета. Ни тебе шрамов или татуировок, ни пирсингов или костей в носу или ушах, как любят изображать в фэнтези, даже лица не изрисованы белой краской. Просто парень внушительных размеров, чем-то похож на коренных жителей Америки даже, ну и прикус неправильный — клыки нижней челюсти все же выпирали наружу. Да и одет обычно: темно-коричневая кожаная безрукавка с заклепками, простые черные штаны из холщовой ткани, шнурованные ботинки на толстой пружинистой подошве.

Хотя, вспомнить ту же Калахару, нашего коменданта, кроме цвета кожи и клыков особо не отличалась от коменданта в моем родном мире. Там тоже тетенька была немаленькая: семь на восемь и все в метрах, с таким шкафчиком захочешь, не поссоришься. Ибо посмертно.

Второй орк лишь бросил на меня быстрый взгляд и, мимоходом кивнув, вновь сосредоточил свое внимание на инфокристалле, что-то загружая в его память. Может, касательно их общих исследований, а может, что-то свое, чисто развлекательное. Некоторые инфокристаллы, насколько знаю, обладали функцией передачи зрительных образов из памяти владельца. Может, Джош сейчас и загружал вариацию на тему «Как я провел лето».

В отличие от своего собрата он был одет в обычную рубашку, хотя штаны и обувь почти один в один. Но и прическа не особо бросалась в глаза — простой короткий ежик таких же угольно-черных волос. В остальном же парни очень похожи… Искренне надеюсь, что они родные братья, а не во мне просыпаются зачатки расиста, для которого все орки на одно лицо.

Дверь в преподавательскую открылась и в нее вошли еще четверо преподавателей, судя по нашивкам на их мантиях. Мой взгляд тут же метнулся к уже сидевшим гному и дриаде. А их мантии тогда где?

Но получить ответ на свой вопрос мне была не судьба — мой научный руководитель, лишь взглянув на них, коротко поздоровался и кивнул в сторону своего кабинета, куда они все вместе и ушли, забрав инфокристалл и еще какой-то свиток со стола.

— Наверное, все же вот это были преподаватели для малышни, — констатировал Саймон, проводив их взглядом.

— Ну ясное дело! Дриада какая-то важная шишка из министерства образования, а гном — директор элитной школы, куда поначалу пытались пристроить одаренных малявок, — отозвалась девушка, гибко потянувшись, отчего ее высокая упругая грудь едва не выпрыгнула из глубокого декольте, заставив даже меня невольно сглотнуть.

А в следующий миг я лишь удивленно моргнула, так и не успев заметить, куда делся кинжал из ее пальцев, который и спрятать в одежде негде, судя по обтягивающему как вторая кожа комбинезону дроу. Да и эманаций магии я не заметила, чтобы списать на пространственный карман.

— А это Адрелия, второй год в аспирантуре. Если так по-честному, Оливер в прошлом году уже никого не собирался брать, но Адрелия своего предыдущего научного руководителя почти в самом начале учебного года отправила в лазарет, показывая свои наработки боя с использованием разумной полунежити, — Саймон воспользовался моментом, чтобы жизнерадостным тоном представить девушку, лишь фыркнувшую на это и даже не посмотревшую на меня.

— И он так и не выздоровел? — все же уточнила, опасливо покосившись на мечтательно заулыбавшуюся Адрелию.

— Когда он смог самостоятельно ходить и разговаривать без употребления нецензурной лексики, от Адрелии отказался. Но при этом ссориться с ее кланом не пожелал, поэтому предпочел в довершение ко всему уволиться из нашей академии. А поскольку у нашего научного руководителя единственного в том году не было аспирантов, Адрелию пихнули к нему… — пояснил Дрейк, но на миг осекся, чтобы поймать полетевший в него острый кинжал, едва не воткнувшийся ему в глазницу.

Недовольно покосившись на все такую же обманчиво спокойную девушку, повертел в руках оружие и продолжил невозмутимо.

— То есть, имею в виду, оказали честь, предложив ему стать ее научным руководителем… А в перспективе возможной закуской для ее милого паукообразного питомца, — добавил он не без ехидцы.

— У меня и второй кинжал есть, — заметила Адрелия меланхолично, без тени улыбки.

Мне же захотелось вдруг отойти от нее как можно дальше. Желательно вообще за дверь. С другой стороны, не смотрит на меня — и на том спасибо.

— В общем, суть ты уловила. Саймон среди нас самый старший, уже пятый, последний год тут — на горизонте маячит диссертация, — поспешил закруглиться Дрейк. — А ты?..

В мыслях отстраненно пронеслось, что срок обучения в аспирантуре тут явно дольше, чем в моем мире. Впрочем, логично, срок обучения в академии тоже отличается — десять против наших шести… Стоп, это сколько тогда Сандре, а по совместительству и мне, лет? Или они в школе обучаются меньше? Да видела же первокурсников — лет семнадцать на вид, плюс-минус год. Хм…

— Это Сандра, тоже аспирантка, первый год обучения. Оливер и ее научный руководитель теперь, — дошла очередь и до меня быть представленной.

— Не ожидал, что к нам присоединится кто-то еще, думал, у Оливера осталось нас четверо, и все. И так переживали, чтобы не скинул нас на кого-то другого. В этом году ему уж точно не до аспирантов… — пробормотал молчавший до этого Джош. — Кстати, не помню тебя среди старших курсов. Ты не боевик?

— Нет, маг-теоретик, — чуть смущенно пожала плечами под удивленными взглядами всех троих.

Ради такого дела Адрелия даже подалась вперед, недоверчиво рассматривая меня, в особенности мое насыщенно-розовое платье с пышной юбкой и бантом на талии… Да не было у меня в вещах брючных костюмов, не было! Не уверена, что они вообще имелись у Сандры, а учитывая, что сбор вещей взяла на себя ее мамуля, то и не было шансов удостовериться в этом наверняка.

— И что маг-теоретик забыл среди боевиков? — протянула она тоном, от которого мурашки пробежали по коже, а с чахлого цветка, не выдержав напряжения, сорвался пожелтевший листик и с тихим шорохом спланировал на пол.

— Да ладно тебе, может, у нее тема исследования очень редкая или необычная? Присаживайся, кстати, чего стоишь? — встал на мою защиту Саймон, указав место рядом с воинственно настроенной дроу, но я почему-то предпочла постоять. Даже несмотря на то, что оба орка уже уселись, заняв второй диван. Оставалось небольшое местечко рядом, но там уже примостился мой сосед.

— А какая у тебя тема? — заинтересовался Дрейк.

Говорить, что темы у меня нет, я постеснялась. Поэтому, душераздирающе вздохнув, назвала ту, которую талдычила вчера всем встречным преподавателям. Удивление на лицах орков и дроу плавно перетекло в изумление. И в этот раз Саймона тоже задело.

— То есть, ты маг-теоретик, который пошел в аспирантуру на кафедру боевой магии, имея чисто артефакторскую тему исследований? — выразил общую мысль Джош и, дождавшись моего осторожного кивка, поднял ладони вверх. — Я так, чисто для ясности.

— А ты точно на боевой кафедре? Может, как раз к малышне относишься? — предположил Дрейк, озвучив то, что у меня и так уже вертелось в голове.

Что по этому поводу думают остальные, я узнать не успела, так как дверь открылась и оттуда вышли два преподавателя, преисполненные собственной важности, и директор школы. Не глядя друг на друга, и уж тем более на нас, они так же молча покинули приемную. Я ожидала, что следом кабинет покинут и двое других, но к нам выглянул декан, он же мой дипломный руководитель. Вернее, наш.

— Адрелия, профессор Стивенсон просил двух аспирантов на сегодня, но, думаю, хватит тебя одной. Заодно тварюшку свою выгуляешь и получишь дополнительные данные для исследований. В конце недели отчитаешься, посмотрим, что можно использовать. Профессор Стивенсон предупрежден о твоей теме будущей диссертации, так что мешать не будет, материалом обеспечит, — тут же с ходу начал он строгим тоном.

— Снова мертвяки? — поморщилась она и быстрым неуловимым движением выхватила свой кинжал из рук Дрейка.

— Можешь потренироваться на иллюзиях. Другие объекты для эксперимента ближайшие года два вряд ли получишь, — отбрил мужчина и уже переключил свое внимание на орков. — Принесли свои наработки? Отлично. Оставьте что есть, я просмотрю и потом с вами свяжусь. К вам вопросов пока нет, можете возвращаться на кафедру.

Адрелия, что-то проворчав под нос, вслух уже сдержаннее попрощалась и покинула помещение. Дрейк с Джошем, обронив несколько непонятных фраз, относительно своего исследования, так понимаю, передали тот самый кристалл и тоже ушли. Разве что Дрейк на прощание ободряюще подмигнул мне.

— Саймон… Задержись, пожалуй, обсудим с тобой некоторые моменты касательно твоих наработок. Будем думать, как все это перевести в полноценную практику… — мужчина задумчиво пожевал губу, раздумывая над чем-то, но тут же поморщился, бросив недовольный взгляд на дверь своего же кабинета. — А лучше сам подумай над этим, а потом поделишься со мной своими соображениями. Иди пока тоже на кафедру, посмотри график патрулирования и когда свободен полигон.

— Я понял. Зайти позже?

— Да. Не думаю, что скоро освобожусь.

— Через час, два? После обеда?

— Лучше через неделю… — вздохнул мужчина, чуть ослабив двумя пальцами ворот рубашки, и его взгляд остановился на мне.

На всякий случай выпрямилась и неуверенно улыбнулась, не решаясь первой заговорить. И, пожалуй, это было верное решение, судя по его следующему вопросу.

— Девушка, а вы вообще кто и что здесь делаете?

И вот здесь мне стало совсем нехорошо. Вселенная, да сколько можно издеваться?!

— Я ваша аспирантка… Вчера взяли меня, — пискнула я совсем жалобно.

В голове тут же пронеслись образы того, как я тащу по коридорам упирающегося декана, доказывая, что он уже мой руководитель и ему от меня не избавиться, вот сейчас ректор подтвердит. В то время как сам он хватается по пути за дверные косяки, оставляя царапины на стенах, а сам ректор спешно баррикадируется у себя в кабинете… К счастью, обошлось без крайностей.

— А, да-да, девушка с собакой, да… Простите, не узнал вас сразу, вчера вы выглядели иначе, — кивнул он, едва заметно поморщившись и неопределенно махнув рукой.

— Просто сейчас не лежу на полу, не реву, и платье другое… — вздохнула я с некоторым облегчением — все же признали.

На этих словах Саймон посмотрел на меня совсем уж удивленно, но промолчал. Впрочем, нам с деканом тоже было как-то не до него. Лер Родерган в эту же секунду решал мою судьбу, с явным удивлением и сомнением оглядывая мое платье, явно раздумывая, что со мной делать. Я пока благоразумно молчала, рассматривая его в ответ.

Для разнообразия он даже был человеком, по крайней мере, чисто внешне. А то я уж подумала грешным делом, что люди в Академии долго не задерживаются. Тот же Саймон до сих пор был под вопросом: имеет отношение к человеческой расе или нет. Причем — что я вчера не рассмотрела — довольно таки молодым человеком. Хотя, помнится, маги в принципе живут дольше, что и мне в теле Сандры светит…

— Мне некогда вами пока заниматься. Развивайте свою тему исследования и… — начал он решительно и тут же осекся, уставившись на меня обвинительно, после чего добавил с обреченным вздохом. — И у вас нет темы исследования.

— Формально она есть, просто… — все же не смогла промолчать я.

Ну а чего он из меня делает какую-то фифу-идиотку? Я умею работать! И не собираюсь сидеть у кого-то на шее, разберусь. По артефакторской теме у меня действительно уйма мыслей и идей, но, уверена, и с любой новой темой я также не упаду в грязь лицом! Но мне не дали и слова произнести, бесцеремонно перебив.

— Да вот как раз все и непросто… Ладно, думайте пока над темой, как надумаете — приходите, — заявил он категорично.

— Скажите хотя бы, на какой я кафедре?.. Боевая или… — пробормотала тихо, пытаясь задавить всколыхнувшуюся было внутри обиду.

Ну и ладно! Можно подумать, в своем мире не сталкивалась с такими преподавателями, которые ничего не объясняют, а на прямые вопросы отправляют гуглить…

— А вы сами на какую бы хотели? — поинтересовался лер Родерган все тем же строгим тоном.

Я невольно бросила взгляд на Саймона, кажется, даже не дышавшего, изумленно следившего за нашим разговором. Тут же вспомнилась Адрелия, от которой сбежал уже один научрук, Дрейк, привычно поймавший кинжал у своего лица, да и Джош наверняка таил в себе немало сюрпризов… Ладно, стоит признать очевидное: какая бы тема ни была, на боевой кафедре я не выживу. Как только эта мысль созрела, в памяти всплыли воспоминания о Маше, пытающейся вылезти в окно, Артеме, едва не проглотившем на моем уроке скрепку, Денисе, все шестьдесят минут урока воющем, таким образом сгоняя стресс от математики… И таких тридцать штук… Да ладно, что там такого страшного на боевой кафедре? Опять же, лазарет рядом!

— Боевой! — выпалила я уверенно.

— Уважаю! Но нет. Для этого вам нужно было бы выбрать преподавателя с боевой кафедры. У нас же дети. Можете гордиться: вы первая аспирантка на новом факультете, — тон не изменился ни на йоту, да и выражение лица было таким же серьезным, но, готова поклясться, он надо мной издевался!

— А прежде чем я начну усиленно гордиться собственной эксклюзивностью, может, я получу какое-то задание? Помимо поиска подходящей темы, разумеется, — правда, и я отступать не собиралась.

Мой научный руководитель чуть прищурился, взглянув на меня уже внимательнее, и собрался было ответить что-то резкое, судя по его потемневшему взгляду, а может, и вовсе послать меня подальше, но тут дверь преподавательской резко отворилась.

— Никаких детей! — истерично заорало с порога ввалившееся зеленое нечто, больше похожее на сгусток соплей… Ну или хотя бы желе… Но о желе я в тот момент точно не думала, с трудом подавив рвотный позыв. Пахло от этого жуткого нечто так, что я резко заскучала по своей уютной комнатке, благоухавшей всего лишь русалкой.

— Лерри Стефани, что с вами?.. — только и сумел выдавить декан, нервно сглотнув, но внешне соблюдая все тот же невозмутимый вид, даже приосанился, будто ничего не произошло.

Так, подруга зашла поболтать о том, о сем… Мы же с Саймоном вдруг синхронно оказались на противоположном конце приемной, у внезапно вяло зашевелившегося цветка. Но даже если вдруг окажется, что он плотоядный и вообще ядовитый — предпочту его общество, чем изгвазданной непонятно в чем орущей женщины, в которой с трудом все же удалось опознать преподавательницу, отправившуюся на первый урок к детям всего минут двадцать назад.

— Эти маленькие сволочи!.. — тут же перешла на ультразвук женщина. — Вы видите, что они сделали? Видите?!

Декан обвел ее внимательным взглядом, укоризненно поцокав языком. Из его кабинета выглянул один из оставшихся там преподавателей, привлеченный криками, но, оценив вид коллеги, выпучил глаза и… спрятался. Это нормально вообще?! Я перевела растерянный взгляд на Саймона, но тот лишь так же непонимающе пожал плечами.

— Ну что вы, нельзя так о детях. Уверен, это просто случайность — нелепая шутка, или же просто кто-то из них напутал что-то в векторах… Кстати, почему вы не воспользовались очистной магией? Вы же бытовик, — между тем, заметил таким же спокойным размеренным тоном декан.

— Да какой, к гырху лысому, вектор?! Они втроем вмешались в рисунок заклинания и изменили его структуру! Не берет его очистное! — заорала несчастная женщина, щелкнув пальцами, кастуя то самое очистное.

Но ничего не произошло, только от излишне резкого движения с руки сорвался сгусток жижи, шлепнулся на пол и… пополз куда-то в угол.

— Саймон, забери меня на свою кафедру, а? А Адрелии, случайно, не нужно выгуливать ее питомца? Если что, я согласна, — попросила я тихонько, с ужасом понимая, что если такое творят с преподавателями на первой же паре в первый же день, то бедную аспирантку и вовсе сожрут!

Как раз в этот момент лерри Стефани замолчала, чтобы набрать побольше воздуха для следующего крика, и мой шепот услышал лер Родерган. Метнув в мою сторону недовольный взгляд, едва заметно поморщился.

— Сандра, сейчас вот совсем не до вас, вы же видите. Помогите сегодня Саймону на его кафедре, он расскажет вам все, что необходимо знать аспиранту, и в плане обязанностей, и прав. Подумайте насчет темы, что могла бы подойти вам, учитывая нашу кафедру, и приходите завтра, поговорим уже с вами более обстоятельно, — произнес он, между тем, спокойно и без предупреждения вдруг выстрелил в ползший кусок слизи ветвистой молнией.

С легким шипением сгусток исчез бесследно, на что мужчина хмыкнул и с исследовательским интересом перевел взгляд на преподавательницу.

— Хм… Как я и думал, эта дрянь распадается под воздействием высоких температур. Лерри Стефани, позвольте… — начал он, но женщина не оценила.

— Лер Оливер, вы меня поджарить, что ли, собрались?! — взвизгнула она, активировав магический щит.

— Пойдем, тут и без нас разберутся, — шепнул Саймон, потянув меня осторожно к двери.

— Не говорите глупостей. У вас стаж преподавания более двадцати лет, это пусть и одаренные, но это все же дети. Ничего опасного их юные неокрепшие наивные умы наколдовать просто физически не в состоянии. Это вещество неядовитое, если от высокой температуры исчезло, то его можно смыть просто обильным количеством горячей воды. Позвольте, я отправлю вас телепортом в ваш преподавательский домик. С детьми лер Гранде? Вот и отлично. Завтра тогда… — услышала я, пока мы пробирались к двери.

Так и подмывало насмешливо фыркнуть в ответ на заявление о «неокрепших наивных умах», ага-ага, знаю я, насколько они там юные и наивные. Но инстинкт самосохранения работал что надо, так что я выскользнула в коридор, даже не дослушав всю тираду декана.

— Да уж, ему не позавидуешь… — фыркнул Саймон, покачав головой, и осекся, переведя на меня взгляд. — А еще мне не терпится узнать, как ты докатилась до жизни такой.

— Долгая история… — вздохнула я тоскливо, понимая, что судьба меня все-таки догнала и теперь никуда не деться. Тема в любом случае будет связана с детьми… Черт! А потом что, и работать с ними же?! Да нет. Я же могу артефакторику свою развивать параллельно, почему нет? Лер Натиандриэль же обещал свою помощь в исследованиях.

— Так и мы никуда не торопимся…Не хочешь в столовую пойти? Я сегодня проспал, позавтракать не успел. Да и студенты на занятиях, никто не толпится.

— Тебе же нужно пойти на кафедру, посмотреть расписание там… — напомнила я, хотя сама была обеими руками и ногами за вариант со столовой, учитывая, что уже второй день туда никак не могу попасть. А еще, помнится, для аспирантов там отдельная часть зала, между преподавательской и студенческой…

— Успеется! — беззаботно отмахнулся Саймон, и я лишь улыбнулась в ответ, залюбовавшись его ямочкой на щеке…

Время до конца первой пары мы провели в столовой, наконец-то полноценно завтракая, и я сама не заметила, как рассказала Саймону все подробности моего попадания к Оливеру Родергану.

— Так а почему ты вообще решила внезапно идти в аспирантуру? — поинтересовался он, отсмеявшись после моего детального рассказа, как именно уговаривала своего научного руководителя взять меня.

— В жизни всегда должно быть место для спонтанных решений, разве нет? — пожала плечами, с сожалением допив умопомрачительный шоколад из красивой фарфоровой чашки и облизнув шоколадные губы.

— Что-то в этом есть… Слушай, а ведь я тебя вспомнил! Аспирантам же нужно отчитать определенное количество часов по своей специальности, и в прошлом году мне досталась практика у теоретиков, старший курс. Точно-точно, ты не могла там не быть, я прав? То-то мне твое лицо показалось знакомым, — вдруг воскликнул он, хлопнув ладонью по столу, отчего посуда угрожающе задребезжала, а гномка, следившая за порядком в своей вотчине, недовольно на него посмотрела, недвусмысленно уперев руки в бока.

Парень несколько смутился под ее осуждающим взглядом, и мы поспешили отнести грязную посуду после еды, дабы не провоцировать дальнейший конфликт. В столовой никогда не случалось никаких драк, да и относительный порядок всегда соблюдался. Ну еще бы: заведовавшая столовой лерри Стелла в свое время не зря считалась грозой боевого факультета, а выйдя на пенсию по выслуге лет, отказалась уходить и осталась работать в столовой.

— Да, было такое. Точно, я тоже тебя не узнала, — солгала я, улыбнувшись как можно более естественно, и поспешила сменить тему. — Ну что, пойдем на твою кафедру? Заодно расскажешь, чем вообще обычно занимаются аспиранты.

— Да, я расписание посмотрю, и на полигон еще заглянем, хорошо? По пути расскажу все, что тебе нужно знать, — улыбнулся Саймон, первым направившись к двери, но у входа задержался и придержал мне дверь, подмигнув. — Хм… И как я не заметил такую красотку?

Я невольно засмущалась, проскользнув в коридор. И ведь знаю все эти уловки, не впервые же сталкиваюсь с подобным. Но приятно-то как!

— Кстати, как насчет встретиться на днях? Мы с ребятами собираемся иногда в таверне «Веселый тролль», приходи тоже. Посидим, познакомимся поближе, — добавил он вкрадчивым тоном, на что я неопределенно пожала плечами.

— Посмотрим. Так чем аспиранты обычно занимаются на кафедре? Дежурят все аспиранты или только выпускники и боевики? Присутствовать на кафедре нужно каждый день? Как происходят ваши встречи с лером Родерганом? Сильно требовательный? А помогает вообще в исследованиях, или вы, по сути, сами все делаете?.. — тут же забросала его вопросами, интересующими меня в первую очередь.

Мне бы сначала разобраться со своей аспирантурой, темой, кафедрой, деканом… Но невольно закралась мысль: у заносчивой Сандры не получилось, да, но это же не значит, что я не могу попробовать. Ведь судя по всему, нам с ней нравятся одни и те же парни…

Саймон оказался замечательным рассказчиком. Или в данном случае правильнее сказать «лектором»? Как бы там ни было, он легко и непринужденно ответил на все мои вопросы и даже поделился некоторыми мелкими аспирантскими хитростями, которые помогут в дальнейшем и в работе на кафедре, и в общении с преподавателями кафедры, и даже с нашим научным руководителем.

После обеда ему предстояло все же заняться своими делами — пока учебный год только начался, полигон был в большинстве свободным, что давало парню возможность спокойно отрабатывать боевые заклинания, включая те, которые являлись основной темой его исследований. Он предложил мне поприсутствовать при этом, упомянув вскользь, что Адрелия тоже планировала в это время там потренироваться, сдав патрулирование на одного из братьев орков (все же братья, я не расист, какое счастье!). Но после увлекательного описания паукообразной зверушки Адрелии, с которой она неизменно тренируется, осознала, что я сегодня удивительно занятой человек!

На самом деле вспомнила о предложении преподавателя из кафедры артефакторики подсказать кое-что по теме моего исследования. И плевать, что это не будет темой моей диссертации — проводить прочие научные исследования мне никто не мешал. Да и банально жалко было моих трудов… Ммм… Или правильнее сказать «трудов Сандры»? По идее, я ее знания использовала, когда прикидывала, как можно дальше развить эту тему и какую практическую пользу получить… Черт, как запутано все! И вообще, ничего не знаю, сознание мое, тело, вроде как, тоже мое, следовательно, и знания мои, хоть и перешли по наследству. А уж как я ими пользуюсь — мое дело!

Надеюсь, Сандра рассуждает схожим образом и ничего не запорола за время, что уже живет в моем теле. Времена года в наших мирах не совпадали, но, если не ошибаюсь, примерно сейчас у нее должна быть уже защита моего диплома… Ох, Вселенная, хоть бы у нее все было хорошо…

На удивление, судьба была ко мне сегодня благосклонна, и когда я пришла на кафедру артефакторики, там сидел вчерашний эльф и, что самое главное, не было той дамы, которую я вчера бесила больше всего, судя по ее презрительным взглядам. Я только приготовилась объяснять, кто же я такая и за каким фигом сюда притопала, как лер Натиандриэль вдруг расплылся в едва ли не счастливой улыбке, заставившей меня нервно оглянуться, отметив, что кроме нас двоих на кафедре находился лишь фикус, жевавший кусок сырого мяса.

— Лерри Сандра, если не ошибаюсь? Вы как раз вовремя! Надеюсь, вы все же нашли себе научного руководителя? — произнес он дружелюбно и подался немного вперед даже с некоторым нетерпением.

— Эм… Да, это… — начала я неуверенно, застыв на пороге. Я вовремя? Вовремя для чего?

Но от этого моего неловкого блеяния лер Натиандриэль просиял и в считанные секунды уже оказался возле меня.

— Я весьма-весьма рад! Ваши наработки с собой? Я вчера весь вечер думал о вашей теме, даже покопался сегодня в архивах и нашел ваш дипломный проект. Сам по себе он не представляет особой ценности, но как база… — разглагольствовал он, приглашающим жестом указав мне на стул рядом со своим столом, даже не дав договорить, кого я нашла себе в научные руководители.

И уж тем более лер Натиандриэль даже не сомневался, что я пришла именно к нему, именно для того, чтобы обсуждать мою тему… Но, черт возьми, он был прав! И я едва не поплыла, когда он в следующий момент безошибочно назвал тему, озвученную мной вчера, и безошибочно указал ключевую формулу, с которой я и планировала двигаться дальше! Вернее, даже начала, пока сидела у родителей Сандры последние два месяца и пыталась как-то систематизировать новые знания, копаясь в основном как раз таки в ее курсовых и дипломном проекте, оценивая все свежим взглядом!

— ДА! У меня все с собой! Значит так, за основу я решила взять сто третью теорему Вайхасса об относительности магических потоков в условиях внемагического пространства! Если от нее отталкиваться… — зачастила я, на ходу доставая инфокристаллы с моими записями, чувствуя упоительную радость от осознания, что нашла того, кто оценит мою работу и саму идею!

И уже сама схватила его за руку и потащила к его же рабочему столу, ненароком зацепив пышной юбкой горку каких-то сломанных артефактов, чуть искрившихся и нестройно жужжавших, сваленных прямо у его рабочего места.

— Ой, простите! — пискнула, когда они все радостно разлетелись по помещению под чужие столы.

Один из них, мигавший разбитым кроваво-красным камнем, внезапно подпрыгнул вверх, активировавшись от падения, свалился на какие-то бумаги и весело вспыхнул.

— Это не я. Оно само! — выпалила на всякий случай, столкнувшись с офонаревшим взглядом преподавателя. Но тот позволил себе лишь секундное замешательство, в следующий миг залив горящие бумаги обильным количеством воды. В наступившей тишине негромкое шипение затушенного очага огня показалось просто оглушительным. По комнате поплыл едва уловимый тонкий запах гари, а у меня что-то тоскливо сжалось внутри.

— Разве это не испортит бумаги? — все же нашла в себе смелость поинтересоваться.

С одной стороны, как раз мне бы полагалось сейчас молчать и не отсвечивать, учитывая, что артефакты задела я. С другой — кто хранит неисправные артефакты, которые, если вспомнить вчерашний разговор, сегодня утром приобрела лерри Лаура за бесценок, вот так просто на полу у стола?!

Лер Натиандриэль окинул меня взглядом, полным подозрения, после чего подошел к наиболее пострадавшей стопке ровных листов, больше всего похожих на…

— Поздравляю! Вы уничтожили контрольные работы третьего курса менталистов, — заметил он меланхолично, приподняв местами пропаленный лист со стекавшими с него каплями воды.

Я же аж задохнулась от возмущения. В груди всколыхнулась жажда справедливости, плюс чувство вины и внезапно занывшая совесть заставляли себя чувствовать некомфортно.

— Я их не мочила!

— Вы их просто сожгли.

— Не я, а неисправный артефакт, лежавший прямо на полу и сработавший без моего вмешательства.

Я с обвиняющим видом указала пальцем на все еще валявшиеся под столами артефакты. И некоторые из них продолжали жужжать и мигать.

— Я не ожидал, что кто-то в таком пышном платье придет и… — начал он, поморщившись, но осекся, бросив на меня быстрый взгляд. — А с чего я вообще оправдываюсь? Нельзя было под ноги посмотреть?

Последняя фраза прозвучала беззлобно, но все же задела, будто только я тут во всем виновата. И вообще, он преподаватель этой кафедры, должен быть готов ко всему, а я всего лишь аспирантка!

— Ну простите, была занята тем, что повторяла в голове правила хранения неисправных артефактов, особенно тех, среди которых попадаются огненные! — не сдержалась, подпустив в голос изрядную долю сарказма, на какой-то миг даже забыв, что разговариваю не с одногруппником, а с преподавателем.

Лер Натиандриэль нахмурился, но уголки его губ дрогнули в подобии улыбки.

— Ладно, вы правы, доля моей вины в этом есть… Будем считать, что третьему курсу менталистов повезло. Сомневаюсь, что они действительно ответили хоть на какие-то вопросы правильно — за лето, подозреваю, все знания напрочь вылетели из их голов… — поморщился он и одним небрежным жестом скинул всю стопку контрольных в мусорное ведро. Следующий пасс рукой, и все разлетевшиеся артефакты подлетели к эльфу, аккуратно складываясь во все ту же горку у стола. Я поняла, кого-то жизнь вообще ничему не учит. Но благоразумно осталась стоять на месте, дабы снова ничего не зацепить.

Эльф покосился на меня и, тихо вздохнув, шепнул еще заклинание в сторону артефактов, окутавшее их легкой дымкой. Так понимаю, чтобы больше никто даже случайно не задел их своим платьем.

— А теперь осторожно все же присаживайтесь на этот стул и показывайте, что у вас есть по вашей теме и что вы планируете делать дальше, — и в его глазах вновь зажглись кровожадные огоньки исследователя.

Следующий час… Или два… Может, три?.. В общем, еще некоторое время мы с ним были заняты лишь обсуждениями по моей теме. На удивление, все зубодробительные формулы и уравнения, принятые в артефакторике, до боли напоминали уравнения простейших химических реакций в моем реальном мире. Так что я смело оперировала знаниями Сандры, проведя аналогию между тем, что изучала она, и тем, что известно и понятно мне. Да и спокойно предлагала новые методы расширения некоторых возможностей охранных артефактов, используя свои же знания о банальных сигнализациях, «тревожных кнопках» из банков, камерах наблюдения, да хотя бы «умном доме».

Возможно, в чем-то это было нечестно, учитывая, насколько гениальной я с таким подходом выглядела в глазах преподавателя, но должна же мне быть хотя бы какая-то польза от того, что я попала сюда из техногенного мира? И, признаться честно, в груди все еще зрела надежда, что я настолько сумею впечатлить лера Натиандриэля, что он как-нибудь договорится о моем переводе на его кафедру… Ну не хочу я к детям, Вселенная, не хочу, понимаешь?

Я бы и дольше сидела, на самом деле, но под конец рабочего дня вернулась гномка лерри Лаура, которая неодобрительно высказалась на тему так и лежавших с самого утра артефактах у стола. Это лера Натиандриэля отвлекло от рассуждений, каким образом можно совместить в охранном артефакте боевое заклинание, реагирующее на нападение на охраняемый объект, и заклинание, которое передаст сигнал о случившемся нападении на другой артефакт. Пока артефакты связи и боевые считались несовместимыми. Но, по факту, раньше просто не видели особой нужды совмещать эти два вида…

В общем, на лерри Лауру мы уставились с одинаковым раздраженным выражением лица, но я вмиг вспомнила, кто я и на кого тут нагло зыркаю, сумев спрятать окутавшее меня возмущение тем, что нас отвлекли, за вполне милой вежливой улыбкой. Правда, я лерри Лауру интересовала меньше всего.

— Натан, ты что, какие-то свои артефакты уже тут проверял, что ли? — продолжила она распекать моего почти руководителя, с подозрением принюхавшись ко все еще витавшему в помещении слабому запаху гари, отчего лер Натиандриэль даже несколько смутился.

Я же и вовсе почувствовала себя крайне неловко. Пусть я и не студентка уже, но и аспирант не тот человек, который может спокойно себя чувствовать при таких вот внутренних разборках между преподавателями. Причем, судя по привычному ворчанию гномки и смущенно-довольной улыбке эльфа, между ними как минимум дружеские отношения, ну или опекающие, если предположить, что гномка намного старше эльфа и негласно курирует его, или же… Аэ, не хочу я думать, какие там могут быть между ними отношения! И вообще, меньше знаешь — крепче спишь!

— В общем, я поняла вас, лер Натиандриэль, покручу еще варианты, что мы с вами рассмотрели! — выпалила я, вскакивая со своего места, и, разумеется, снова задела своей пышной юбкой горку артефактов!

Лерри Лаура издала невнятный возглас, формируя на пальцах какое-то заклинание, лер Натиандриэль дернулся следом, я же просто замерла на месте, а в голове пронеслись калейдоскопом картинки того, как сейчас вновь что-то куда-то полетит и на этот раз уже наверняка взорвется, зная мою удачу.

Но горка артефактов даже не шевельнулась, будто в миг, когда жесткая ткань моего платья прошлась по ней, она на секунду утратила материальность.

— Ну хотя бы заклинанием неприкосновенности накрыл, уже хорошо, — вздохнула лерри Лаура и, утратив к нам интерес, принялась деловито что-то перебирать на своем столе.

Я только после этого сумела перевести дыхание, на что лер Натиандриэль заговорщицки подмигнул.

— Да, работайте пока над тем, что мы сегодня с вами обсудили. Как возникнут проблемы или, наоборот, еще какие идеи появятся — приходите, все обговорим. Я понимаю, у вас наверняка хватает дел и по вашей основной теме исследования, но буду надеяться, этот проект вы не забросите, — улыбнулся он, витиеватым почерком быстро черкая на каком-то обрывке пергамента список научных трудов, которые могут мне помочь в моих исследованиях.

— А вы меня взять к себе все же не сможете? Не думаю, что я леру Родергану сильно нужна в аспирантах, да и темы пока нет, артефакторский проект его не заинтересовал совсем… — выдохнула я едва слышно, чувствуя, как гулко колотится сердце, а во рту пересохло. Ну согласись же, а? Что тебе стоит? Ту же Адрелию как-то перевели другому руководителю, значит, чисто теоретически…

— Простите, но у меня правда набраны уже аспиранты, — медленно произнес он с явным сожалением, но, между тем, его взгляд перекочевал на спину лерри Лауры, что-то снова строчившей в своей неизменной тетради. — Впрочем, если кто-то из других преподавателей нашей кафедры вас возьмет, хотя бы на бумаге… Сандра, давайте не будем торопиться, хорошо? Пока работайте над тем, что есть, осваивайтесь на новой кафедре… Вы же к детям попали, правильно понял? Забавно… То есть, интересно! Наверное. В общем, через пару недель с вами встретимся, когда учебный процесс немного наладится и у вас уже будет проведена кое-какая работа по нынешнему проекту, и еще раз все обсудим. Посмотрим, что можно будет сделать.

И хоть никаких гарантий мне никто не давал, лишь один неясный намек от весьма халатного преподавателя, когда я покидала кафедру, меня буквально переполняло радостью. Что ж, дело за малым: сделать как можно больше по артефакторскому проекту, чтобы леру Натиандриэлю был смысл уговаривать лерри Лауру взять меня. Параллельно позаниматься обыкновенной рутиной на кафедре у лера Родергана пару недель. Окончательно освоиться в общежитии, доведя комнату до ума…

А из срочно-насущного: забрать у Андреаса мое платье, которое забыла у него в ванной, и предложить, что ли, сходить на ужин в столовую вместе? Дружить — так по полной!


Первым делом, вернувшись в общежитие, я осознала, что с вопрос с окном нужно решать как можно быстрее. Как я дошла до этой мудрой мысли? Скажем так, Вселенная тонко намекнула. Полюбовавшись на летавшую по комнате какую-то встрепанную пичугу, одуревшую от счастья и натуральным образом оравшую, вместо того чтобы мило чирикать, я молча закрыла дверь в комнату и пошла к коменданту.

Там меня, правда, немного успокоили: заявку ремонтникам на мою комнату уже подали. На этом хорошие новости заканчивались, ибо сама Калахара добавила с сочувственным видом, что рассматриваться такие заявки могут неделями. Конечно, был вариант связаться с родителями и попросить их поспособствовать, особенно учитывая, что мама Сандры уже несколько раз в течение дня отправляла короткие послания, спрашивая, как дела в академии. Проблема была в том, что суть каждого ее сообщения заключалась вопросе, не пора ли мне уже домой. Поэтому связываться и сообщать, что у меня тут все довольно-таки хреново — точно не выход. И потом, это временные трудности, с комендантом, вон, даже практически нашла общий язык. Да и если уж на то пошло, тело, знания, может, какие-то реакции или эмоции во мне еще остались от Сандры, умом я понимаю, что это ее родители, не мои. Принимать как должное их помощь не могу, тем более там, где могу справиться сама. И вообще, нормально у меня все.

Заодно вспомнила, что Андреас говорил о свободной мебели в комнатах студентов, не аспирантов. Орчанке эта мысль не очень понравилась, и она задвинула целую речь на тему того, почему нельзя перемещать казенную мебель от студентов на этаж аспирантов, а оттуда, возможно, и вовсе в преподавательские домики. Угу, будто вижу, как мой выстраданный матрас отдают леру Родергану, ага-ага. Тем не менее, высказавшись и выдержав длительную паузу, видимо, чтобы оценить, достаточно ли я прониклась, лерри Калахара уже будничным тоном приказала следовать за ней: добывать кровать.

Искренне поблагодарив добрую женщину, как только мне указали на вполне сносную нормальную кровать, активировала заклинание левитации. Хватит, вчера уже таскала матрас вручную, вместо того чтобы сразу воспользоваться магией. Правда, и кровать гора-а-здо тяжелее матраса, а магия — отнюдь не панацея. Тем не менее, до своей комнаты дотащить ее мне хватило сил. И даже пичуга уже улетела по своим делам, оставив на отчищенном паркете белую кляксу и одинокое перышко.

Помянув недобрым словом и птицу, и ее родственников, и ремонтников, и, разумеется, русалку, поспешила убрать «следы природы», снова накладывая заслонку на оконный проем. На этот раз влила побольше магии, чтобы дольше продержалось.

Подумав, сверху еще охранку навесила. Я далека от мысли, что ко мне кто-то вздумает забраться в окно, но хрен их тут знает, лучше перестраховаться.

Тяжело вздохнув, протопала в ванную, быстро обмывшись там ледяной водой. Зато бодрит! Оставив чуть влажные волосы распущенными, отчего они на концах слегка завились в колечки, покопавшись в чемоданах, с невнятным рычанием достала очередное роскошное платье, на этот раз, ради разнообразия, глубокого синего оттенка. Это хоть было не таким пышным, как розовое, и даже без корсета.

Пока облачалась в него, всерьез подумывая раздобыть черной краски, дабы опрокинуть ее на шмотье Сандры, пока не куплю что-то более неброское, артефакт связи снова пиликнул сообщением, на этот раз уже от отца Сандры. Быстро черкнув им, что у меня все в полном порядке, внутренне порадовалась, что в этом мире хоть и существует и голосовая связь, и видеосвязь, но в стенах Академии пользоваться запрещено, исключение — вот такие вот «пейджеры». В переписке проще контролировать и эмоции, и слова, и есть время продумать, как бы ответила Сандра в той или иной ситуации.

Отложив артефакт, бросила взгляд на окно, лишенное штор, куда вовсю светили последние лучи солнца, напоминая, что помимо удобной одежды мне не мешало бы озаботиться еще кое-какими мелочами для комнаты. И сдавленно выругалась, когда эту мысль подтвердила заноза, впившаяся в босую ногу, пока я ходила по комнате туда-сюда, перетаскивая на приобретенную кровать матрас и постельные принадлежности. Шторы, ковер, бытовые артефакты — то, без чего мне вообще не стоило выходить из дома! И обычные штаны вместо пышного платья, полцарства за человеческие штаны и рубашку…

Мысленно прикидывая список необходимых вещей, выскользнула из своей комнаты и направилась к Андреасу, но едва не столкнулась с высокой хмурой блондинкой, озадаченно что-то быстро отбивавшей пальцами в артефакте связи.

— Ой, прости, не заметила тебя… — спохватилась она, едва мы разминулись, но тут же осеклась, окинув меня удивленным взглядом. — Хотя в таком платье это было сложно.

Я только пожала плечами на это, горестно вздохнув. Штаны. Определенно, первыми в списке будут штаны! Черные. В крайнем случае, коричневые. И неприметная рубашка. Да даже согласна на комбинезон Адрелии, узнать бы только, где она одевается…

У нужной двери я на несколько мгновений замешкалась почему-то, не решаясь постучать. Только вчера забавный сосед-нэко здорово помог мне, с готовностью вызвавшись, да еще как помог! Одни только пирожки чего стоили. А сейчас уже казалось, что это было так давно, а разговор поздним вечером на матрасе под дружное поедание пирожков и вовсе будто сон. Да и, может, я его вовсе как-то обидела, когда ночью выставляла из комнаты — сонная же была… Боги, что за бред? Чего я вообще мнусь? Сейчас увижусь с ним, скажу о забытом платье, может, посмеемся с ним, еще раз поблагодарю, предложу вместе сходить на ужин… Может, прогуляться потом по территории академии. Вряд ли у него особо много друзей, судя по его поведению. Хотя у такого хорошего и нет друзей? Хм…

Поморщившись в ответ на свои же дурацкие мысли, тряхнула волосами и решительно постучала в дверь. А в ответ тишина… Черт, о том, что Андреас не сидит у себя в комнате, только и дожидаясь, когда же я соизволю к нему прийти в гости, даже не подумала!

Но не успела в очередной раз мысленно обозвать себя эгоистичной идиоткой, как со стороны лестницы услышала оживленные голоса. Обернувшись, увидела знакомые все лица. По крайней мере, одно из двух, с кошачьими ушками и искренней жизнерадостной улыбкой на лице. А вот девушка, юная феечка, судя по невесомым разноцветным крылышкам за ее спиной и коже персикового цвета, мне абсолютно была незнакома!

Андреас, довольно помахивая хвостом, как раз закончил ей что-то увлеченно рассказывать, на что она разразилась мелодичным смехом, напоминавшим перезвон весенней капели, и только тут заметил меня у своей двери.

— Сандра? Привет, — произнес он растерянно, а его ушки тут же чуть прижались к голове, снова напомнив мне вчерашнего робкого юношу-тихоню, за которого я его и приняла, и тут же выдохнул смущенно. — Прекрасно выглядишь…

— Привет, — выдавила я с натянутой улыбкой, медленно помахав рукой, усиленно транслируя дружелюбие и по отношению к нему, и по отношению к его… м-м-м… не сестра это, да? Судя по тому, как нежно покоится ее рука на его предплечье — вот нихренашеньки не сестра…

И словно этого было мало, чтобы я чувствовала себя в высшей степени неловко, выдал вдруг бесхитростно, заставляя уже мечтать провалиться под землю:

— А ты хотела принять у меня ванную, да? Кстати, ты платье у меня вчера забыла.

Может, я в прошлой жизни была конкретной грешницей, а? Иного варианта, почему я только и делаю, что вляпываюсь в какие-то дурацкие ситуации, я не видела.

Честно говоря, ожидала, что после этого его девушка вцепится мне в волосы, пытаясь понять, что мое платье делает в комнате ее парня. Ну или какой-нибудь гадостью шарахнет, чтобы было неповадно. Но ее реакция превзошла все мои ожидания.

— Привет, я Риэль! — выпалила девушка радостно, бесхитростно протянув руку для рукопожатия, для этой цели даже отлипнув от Андреаса.

— Сандра… — выдавила растерянно и добавила для все еще ожидавшего ответа нэко: — Я просто еще раз поблагодарить хотела, ну и платье…

— Ага, сейчас принесу, — просиял парень и смылся в комнату, оставив даже феечку рядом со мной.

Я думала, что более неловко не могу себя чувствовать? Давно так не ошибалась…

— А ты подруга Анди? Вы давно дружите? А я тебя раньше не видела… Но я и не могла видеть, я же только перевелась в вашу Академию! Я из Кардагорского университета вообще, но папу по службе перевели в столицу, вот и я заодно решила, к тому же, Анди тут… Я природница! А ты тоже бытовик, как Анди? Он говорил, что ты оставила у него платье, я уже сегодня заходила к нему, видела… Красивое такое! Это твое тоже красивое, кстати! — тараторила она, не умолкая, перескакивая с темы на тему, и даже не делала пауз, чтобы дождаться ответа.

Первые пару минут я еще пыталась открыть рот, чтобы сказать что-то, но потом смирилась, ограничиваясь подходящими ситуации многозначительными выражениями лица. Феечке этого хватало с лихвой. Глядя на этот взрыв эмоций, я даже начала понимать, почему Андреас такой тихий и спокойный — у него просто выбора не было. Защитная реакция организма, так сказать…

— А ты в какой комнате живешь? — все же вклинилась я в этот поток, улучив момент, пока она замолчала, рассматривая вышивку на рукаве моего платья.

— А я не в общежитии! Мы всей семьей же переехали сюда, я с родителями живу и дальше. Здорово, правда? То есть, да, я должна быть самостоятельной, как говорит мама… Но папа с этим не согласен, успеется еще, к тому же мы, феи, привыкли держаться поближе друг к другу… Ну или просто к друзьям! Анди вообще тоже должен в квартиру переехать, а пока ищет, здесь. Правда, сегодня сказал, что передумал. Но вообще, я его понимаю, мне теперь до Академии добираться через весь город, а вам удобно — все под боком, да и аспирантам все равно можно спокойно выходить за пределы территории в любое время… Вот студентам с этим проблематично, так что даже хорошо, что я не в общежитии… — продолжила она тараторить, в этот раз, кажется, даже не прерываясь на то, чтобы глотнуть воздуха.

Несмотря на обильный поток информации, я даже сумела вычленить некоторые факты. Первое: феечка студентка, а не аспирантка. Впрочем, и так уже заметила, что она довольно юная. Следовательно, второй-третий курс, скорее всего. Второе: с Андреасом она знакома достаточно давно. Все же его девушка? Невеста? Или, может, просто близкая подруга? Судя по всему, в ее духе висеть на любом мало-мальски знакомом человеке, не обязательно женихе.

Краем глаза я заметила, как мимо прошла все та же увиденная ранее блондинка. Запоздало до меня дошло, что она вышла как раз из той двери, на которую мне указывал Саймон. Следовательно, это та самая стихийница Лайла, к которой можно было обратиться по поводу горячей воды!

— Ой, у тебя волосы такие мягкие, здорово! А почему ты их не заплетаешь? А хочешь, я тебе заплету? — вдохновенно выпалила фея, переключившись с моей одежды уже на мои волосы.

И не дожидаясь моего ответа, в следующий момент Риэль уже повисла на мне, продолжая вдохновенно чирикать обо всем и сразу, попутно принявшись даже проворно заплетать мои волосы в какие-то косички. Лайла лишь удивленно уставилась на нас, невольно улыбнувшись, и поспешила скрыться… Как и мой шанс сегодня наладить быт в ванной.

Я же уже всерьез начала продумывать план отступления в свою комнату. Встречи с деятельной феей моя психика, боюсь, могла не выдержать.

К счастью, из комнаты уже вышел Андреас с моим платьем. Озадаченно моргнул, рассматривая сияющую… пусть будет «подругу детства».

— Риэль, что ты делаешь? — уточнил он строгим голосом, который неожиданно было слышать от тихого котика. В тон его словам хвост недовольно мотнулся из стороны в сторону.

На феечку, правда, это не очень повлияло. Она разулыбалась еще сильнее, просто фонтанируя восторгом, и, шепнув какое-то заклинание, отчего у меня волоски зашевелились на голове, довольно отступила. У меня же и речь отняло. Она чего-чего сейчас сделала?! Может, я теперь лысая?! Как в полусне, коснулась волос… И наткнулась на какое-то вычурное плетение. Эээ?

— У меня просто заколки под рукой нет, я так скрепила волосы. Правда же, так красиво? Анди, скажи! — потребовала Риэль, любуясь делом своих рук.

У меня же в голове проносились образы того, как сейчас у меня повыпадают волосы, или станут зеленого цвета, или превратятся в змей… Да мало ли, на что способна фантазия ревнивой феи?! На ревнивую, правда, Риэль похожа меньше всего, но тем подозрительнее смотрится!

— Сандра, прости, Риэль иногда ведет себя совсем как маленькая. Это ее любимое бытовое заклинание, я ее научил — она с детства теряет все эти девчоночьи принадлежности, — покаянно поспешил заверить меня Андреас.

Я же поняла, что, во-первых, моим волосам все же ничего не грозит, раз уж он опознал свое заклинание, а во-вторых, если не хочу стать такой же тихой и задумчивой, как он, нужно драпать от Риэль быстрее. Мне и моих родных странностей хватало. На замечание парня фея на несколько мгновений надулась.

— Но она же такая милая! И вообще, ты сам говорил, что пока помолвка не произошла, предпочел бы побольше гулять в кругу друзей — ну и вот! — выпалила она бесхитростно и тут же обернулась ко мне. — Санни… Можно же я буду называть тебя Санни? А мы сейчас в город идем на ужин. Я просто сумочку забыла в комнате Анди, вот и вернулись… Но это же чудесно! Если бы я не забыла — мы бы с тобой не встретились! Пойдешь с нами?

Надежда на то, что это просто подруга, а никакая не невеста, только что не то чтобы рассыпалась на осколки, а буквально превратилась в пыль. С одной стороны, мне абсолютно нет никакого дела до того, помолвлен мой сосед или нет, а с другой… Да блин, неловко мне! Вообразила себе невесть что, решила осчастливить парня своим дружеским вниманием, отправившись вместе с ним в столовую… Ы-ы-ы… От каждой такой мысли, подозреваю, кровь только сильнее приливала к моим щекам.

— Ри, у Сандры наверняка и своих дел полно… — начал нэко все тем же строгим тоном, но тут же смешался, бросив на меня странный взгляд. — Или пойдешь с нами?

— Э-э-э… Нет, ты прав, у меня еще дела, и вообще я там договаривалась встретиться в столовой с… м-м-м… — лихорадочно начала продумывать я, взяв из его рук свое платье.

— Со мной! — услышала я внезапно голос Саймона за своей спиной, отчего едва не вскрикнула, не заметив, в какой момент он вышел из своей комнаты.


Я рассчитывала просто спокойно поужинать в столовой. И желательно при этом не чувствовать себя неловко. А по итогу меня вытащили в таверну, находившуюся совсем рядом с территорией Академии, практически на ее границе. Пока было не очень поздно, здесь было полно народу и очень шумно из-за галдящих студентов. Мимо сновали проворные официантки, стремясь обслужить как можно большее количество народу. Только что у меня на глазах одна из девушек споткнулась и окатила супом одного из посетителей, сидевшего в опасной близости от прохода. Я тихо порадовалась, что компания Саймона успела занять одно из самых удобных мест — столик с диванчиком в самом углу.

В остальном, жаловаться на таверну вообще не было причин. Еда, которую нам принесли, оказалась выше всяческих похвал. За вполне приемлемую цену, вкусная, и видно, что из свежих продуктов, да и порции немаленькие. И яблочный сидр, который подали к блюдам, весьма понравился.

У меня, правда, мелькнула мысль взять вино — Сандра аристократка же, все дела… Но я в ее воспоминаниях и не помнила, чтобы она в принципе посещала таверны, а значит, какая разница, что я пью? Насколько знала, никто из ее подруг в аспирантуру не пошел, так что вряд ли столкнусь с кем-то, кто хорошо ее знал и заподозрит в моем поведении неладное.

Так что я в целом наслаждалась ужином, да и компания вполне приятная, особенно Дрейк старался вовсю, рассказывая занятные байки, которые невозможно было слушать без смеха. Да и Саймон вставлял вполне уместные комментарии, поддерживая беседу. Так что чувство неловкости, что в первые минуты моего появления в таверне все еще бурлило внутри меня, понемногу ушло. К тому же, Джош шепнул, что это сейчас так шумно и много народу, после девяти вечера ворота Академии для студентов закрываются, и уж тогда можно будет сидеть спокойно. Только пара старшекурсников, обманувших охранку, могут сидеть, закутавшись в плащи с глубокими капюшонами, аспиранты, такие же, как мы, ну и преподаватели, бывает, наведываются.

Помимо уже знакомых мне орков и Адрелии, с нами сидели еще двое друзей Саймона: парень-артефактор Ричи, тоже человеческой расы, и его девушка-менталист, эльфийка Бьянка. Бьянку я немного побаивалась, понимая, что, как и все менталисты, она запросто могла прочесть мои мысли. Вот уж чего меньше всего хотелось. То есть, не просто так, с ходу, но вполне могла…

Судя по несколько напряженной атмосфере за столиком, остальные тоже несколько опасались девушку, но ей до этого как-то вообще не было дела, все свое внимание она уделяла Ричи и, посидев немного, упорхнула домой, оказавшись местной. Выдохнули мы все практически синхронно.

— Да не читает она ваши мысли, что за стереотипы? — возмутился Ричи, правильно истолковав наши расслабленные улыбки.

— Да никто ничего такого и не подумал, чего ты… Просто… — замялся Джош, обернувшись к остальным за поддержкой.

— Просто переживаем: это же мы аспиранты, нам к урокам готовиться не надо, домашку, там, какую-то делать — а у нее выпускной курс, уже так свободно не посидишь, — подхватил Дрейк.

— Гады вы. Самые натуральные! Вот поэтому Бьянка редко выбирается посидеть со всеми в компании… — проворчал он беззлобно и лишь фыркнул, когда Джош пододвинул к нему ближе тарелку с его бараньей отбивной, а Дрейк, преувеличенно серьезно поддакивая его словам, наполнил его бокал сидром.

— Ага, давай-давай, ешь, пока никто не начал читать лекцию о невинно убиенных животинках, которые ей, как эльфу, больно видеть, поэтому в ее окружении можно питаться лишь листьями разными! Как лер Натиандриэль в столовой спокойно котлетки хомячит — его эльфячья сущность ему, почему-то, молчит, а вот у Бьянки вдруг страдать начинает.

— Ладно тебе, Бьянка с нами не сидит, потому что презирает нас всех — я тебе это могу сказать и без чтения мыслей. И кстати, я не верю, что она читает наши мысли. По крайней мере, мои — иначе не сидела бы так спокойно, — подметила Адрелия с уже знакомой жутенькой мечтательной улыбкой, вертя в пальцах кинжал уже размером поменьше.

Под каждый костюм меняет, что ли? И снова она в штанах… Я тоже хочу! Так, решено, завтра, если на кафедре не особо загрузят и не придется там провести весь день, отправлюсь в ближайшую лавку за нормальной удобной одеждой.

— Согласна! Вот Сандра явно наш человек — сидит себе спокойно, не тушуется, искренне смеется шуткам Дрейка, не цедит брезгливо слова сквозь зубы, сидр пьет, даже не боится Адрелию, пялится на нее в открытую, — подметил вдруг Саймон, отчего за столом повисла тишина, которую нарушил едва слышный стук воткнувшегося в деревянную поверхность кинжала, а я невольно сглотнула под испытующим взглядом Адрелии.

— О, сейчас Лайла подойдет, пойду встречу ее, ну вы тут общайтесь, народ, — продолжил, тем временем, Саймон жизнерадостным тоном, бросив взгляд на свой артефакт связи, где как раз пиликнуло сообщение.

И после этого этот Иуда встал со своего места, отчего я оказалась теперь рядом с воинственно настроенной девушкой!

— Ты мне не нравишься, — первой нарушила тишину Адрелия.

— Да я и сама себе иногда не очень, — выдавила на всякий случай, прикидывая, как бы пересесть так между орками, чтобы, в случае чего, ими прикрыться — они уж точно навострились ловить ее кинжалы.

— Да не боись, Адрелия так шутит! — захохотал вдруг Дрейк. — Она и мне это периодически говорит.

— Потому что ты мне тоже не нравишься, — тем же стальным тоном, выдернув из столешницы нож. По столу пробежала искра защитного заклинания, и спустя несколько мгновений на его поверхности не осталось и царапины.

— Вот-вот, я же говорил — любит она пошутить, — кивнул Дрейк без тени сомнения.

Я на всякий случай кивнула, но желание спрятаться за орками меньше не стало. Правда, прежде чем я уже решилась воплотить его в реальность, вернулся Саймон с уже виденной мной сегодня блондинкой. Теперь убедилась наверняка: это таки Лайла. Мне она приветливо улыбнулась, ничуть не удивившись появлению в их компании. Да и позже показала себя вполне компанейской девчонкой, спокойно общаясь со всеми. Под шумок даже пообещала помочь мне с водопроводом.

А, и кстати, она оказалась девушкой Саймона. Да-да, врут все в фэнтези, что стоит тебе попасть в магический мир, парни так и валятся у твоих ног штабелями и дерутся за твою признательность, а ты знай, выбирай себе… Не то чтобы в этом была необходимость, но в самом деле, рядом со мной холостые вообще, что ли, не водятся, да? Такими темпами, закончив аспирантуру, в самом деле пойду трясти родителей, вызнавая, кто там у меня был на должности жениха, а то так и умру старой девой с сорока восемью кошками…

— Не-не, я больше пить не буду, — замахала руками, когда Дрейк потянулся к моему бокалу, намереваясь подлить еще сидра.

Угу, подлили уже, сижу теперь, о кошках думаю и одинокой старости…

Тем не менее, в общежитие я возвращалась вполне довольная вечером. Орки снимали квартиру в городе, Адрелия и вовсе была местной, так что они еще оставались, когда мы решили возвращаться домой. Ричи также жил на нашем этаже, так что мы добрались нашей веселой компанией. Лайла даже порывалась пойти тут же чинить мне водопровод, пьяно хихикая и повисая на шее Саймона. Похоже, Дрейк подливал не только мне… Или не Дрейк, судя по тому, как Саймон красноречиво подмигивал девушке и кивал на свою комнату. В любом случае, пришлось отложить налаживание моего быта на неопределенное время. Что-то я не очень доверяла подвыпившим магам.

Правда, стихийница все же оказалась более сознательной, чем я смела надеяться, и заставила меня при ней набрать ванну, в которой нагрела воду простейшими заклинаниями стихии огня. Только после этого, пообещав завтра-послезавтра попробовать решить мою проблему, упорхнула к терпеливо дожидавшемуся ее Саймону. А жизнь, однако, налаживается!

Осталось разобраться с работой на кафедре, перевестись к артефакторам, и все — да здравствует мое счастливое светлое будущее в этой Академии!

ГЛАВА 4

Следующее утро у меня началось вообще замечательно! Сквозь заслонку на окне никто не пытался прорваться, на новой кровати спалось просто отлично, в комнате все так же витал запах свежескошенной травы… Надо бы узнать у Андреаса, как он добился этого результата, ну крышесносный запах просто! Может, и я сумею разобраться в особенностях этого заклинания, если оно не требует дополнительной сноровки и нескольких лет обучения на бытовом факультете…

Да и солнечные лучики, светившие прямо в лицо, пользуясь отсутствием штор, разбудили меня вовремя для того, чтобы я успела умыться, одеться и… А вот прическу делать не надо — заклинание Риэль все еще держалось, будто она только-только заплела мне эти косы. От воспоминаний о шебутной феечке на губах невольно проявилась улыбка.

Насколько знаю, этой расе в принципе присуще такое поведение. Очень долго сохраняется подобная легкомысленность, жизнерадостность, некоторая наивность… Вот только и недооценивать их не стоит. Если уж подобную феечку разозлили, даже необученная, применяя лишь сырую магию, много бед может натворить, используя силы природы. Поэтому практически все эти милашки природники, но учиться предпочитают своими общинами. Удивлена, что Риэль решилась перевестись к нам. Интересно, дело действительно в том, что не захотела отдаляться от родителей, или же предпочла оставить своих, лишь бы быть поближе к своему жениху?

Смешением рас никого не удивить в этом мире, но все же представить нэко и фею как-то сложно… А чего я вообще столько думаю о личной жизни своего соседа? То есть, Андреас действительно хороший парень, и помог мне так, и вообще приятный собеседник, и… Ладно, это просто беспокойство о друге, хочется, чтобы у него все было хорошо, вот и все.

Хм… А о Саймоне почему не беспокоюсь? Почему-почему, гад он, потому что…

Поймав себя на этой внезапной мысли, едва сама же не рассмеялась, покачав головой. А вот, похоже, очередной «привет» от Сандры, которая, так понимаю, в самом деле была влюблена в этого обаятельного балагура по уши, но не смогла ему простить отношений с Лайлой. Надо бы вовремя пресекать эти порывы, чтобы не повлияли на мое личное отношение. Мне-то вся их компания понравилась, и я бы действительно не отказалась быть её частью… Особенно той частью, которую не пытается убить Адрелия и у которой не пытается прочесть мысли Бьянка!

Рассуждая в подобном ключе, поправила оборки на очередной пышной юбке и покинула свою комнату, ненадолго застопорившись у двери, накладывая защитное заклинание, что снова поддавалось через пень-колоду. Мимо прошли две эльфийки, обсуждая какую-то их знакомую, обдав меня облаком дорогих духов, на что я, неожиданно для самой себя, чихнула. Надо отдать должное, обе хором пожелали мне здоровья, приветливо кивнув, и упорхнули куда-то дальше.

Невольно вспомнилась вчерашняя Бьянка, даже не повернувшая голову в мою сторону, когда я только подошла вчера к столику в таверне и поздоровалась со всеми присутствующими. Похоже, дело действительно далеко не в расе. И как только Ричи с ней справляется? Впрочем, его дело. Может, с ним она другая, ну или банально: любовь зла.

В столовой, пробираясь через толпы сонных галдящих студентов, даже встретила парочку знакомых магов-теоретиков, что тоже пошли в аспирантуру. Они явно были удивлены меня видеть, но с Сандрой никогда особо не общались, так что обошлись лишь приветственными кивками.

В аспирантской части столовой я замешкалась, заметив задумчивого Андреаса, сидевшего за столиком одного. Только намерилась подойти к нему и составить компанию, как к нему подсели еще два парня, мельком виденные мною вчера в коридоре нашего этажа, и тут же что-то начали ему рассказывать, бурно жестикулируя, на что он улыбнулся своей открытой улыбкой, активно поддерживая разговор.

Ага, получи, Сашка, снова по носу с твоими стереотипными размышлениями. С чего ты вообще взяла, что Андреас тихий ботаник? И невеста есть, и друзья, вон… И на фоне этого помог соседке, запомнив ее еще с прошлого года на совместных занятиях. Золото, а не парень!

Как раз в этот момент он поднял голову и встретился со мной взглядом. Я тут же махнула ему рукой, приветливо улыбнувшись. И залюбовалась ответной немного неуверенной улыбкой. Он дернулся, будто собираясь встать со своего места, но тут меня кто-то хлопнул по плечу, отчего я едва не выронила свой поднос с тарелкой овсяной каши и стаканом сока.

— Ты чего такая дерганная? Привет. Ты уже заняла столик? Нет? Пойдем, я обычно там предпочитаю, — выпалила Лайла, словно мы были уже сто лет знакомы.

Впрочем, я и не возражала, обрадовавшись, что не придется сидеть за завтраком одной. Из вчерашней компании я заметила только Ричи, но он сидел с незнакомыми мне ребятами, мне уж туда точно незачем пытаться примазаться. Как и к хорошо знакомым теоретикам, с которыми я проучилась десять лет, но, благодаря заносчивости предыдущей хозяйки моего тела, так и не нашла с ними общий язык. Да и в принципе, вспоминая «подружек» Сандры, просто хочется крутить пальцем у виска. Типичные поверхностные стервочки аристократического происхождения… И тем больше переживаю, что она с таким подбором окружения может натворить в моем мире с моим телом! Впрочем, получит пару раз от Вселенной по носу — и успокоится… Я надеюсь.

Тем временем, мы уже устроились у дальней стены за небольшим столиком, рассчитанным персоны на три, ну максимум на четыре — большой компанией тут не посидишь. Отметив мой удивленный взгляд, Лайла чуть улыбнулась.

— Думала, мы всегда собираемся вчерашним составом? В таверне разве что посидеть, а так у каждого свой график. А на завтраке и вовсе только общаговские. Ну Дрейк еще иногда от нечего делать приходит. Та же Адрелия точно не соизволит притащить свою царственную задницу пораньше лишь для того, чтобы посидеть со всеми. Это же аспирантура, а не студенчество, — хмыкнула она, намазывая свой тост абрикосовым джемом.

— А Саймона где потеряла? — спросила я мимоходом, пододвинув свою плошку с кашей.

— Он редко посещает завтраки, предпочитает поспать подольше… Я с тобой как раз хотела поговорить на его счет, — добавила девушка, внезапно посерьезнев.

— М-м-м?

По спине пробежал холодок, а в груди поселилось волнение. На серьезные разговоры с утра пораньше я точно не рассчитывала. Но на всякий случай изобразила внимательность, отправив ложку каши в рот.

— Послушай, я прекрасно знаю, что он собой представляет и какое впечатление производит на девушек вроде тебя… — начала девушка, отчего я тут же поперхнулась кашей и судорожно закашлялась.

— Позволь спросить, а «вроде меня» — это какие? — прохрипела, сделав большой глоток сока и смаргивая невольно выступившие слезы.

— Ну-у, несколько наивные… Я не с целью обидеть, просто… — Лайла даже несколько смутилась, я же повторно едва не поперхнулась уже соком.

— Наивные? Это ты еще с Риэль не знакома… А будешь меня так шокировать — обязательно познакомлю, — пригрозила, фыркнув, пытаясь утрясти эмоции и взять себя в руки. — Не беспокойся, я прекрасно отдаю себе отчет, что Саймон флиртует как дышит с любой мало-мальски симпатичной девушкой, не подразумевая под этим ничего серьезного. И тем более я в курсе, что он твой парень.

Лайла смерила меня недоверчивым взглядом, вызвав мой тяжелый вздох. Вот только разборок на почве ревности мне не хватало. С другой стороны, не пытается меня проклясть или по старинке макнуть лицом в мою кашу — и на том спасибо. И все же, что скрывать, приятной эту беседу не назовешь. Правда, судя по всему, и Лайла чувствовала себя неуютно. Интересно, она с каждой девушкой в окружении Саймона проводит подобные беседы? И с Адрелией? Хотя, видимых увечий не видно, следовательно, до дроу с подобными разговорами стихийница не добралась.

— Лайла, серьезно, у меня нет никаких видов на Саймона. Более того, я почти помолвлена, отсрочка у меня лишь до тех пор, пока я учусь в аспирантуре, — я немного покривила душой, зная, что в любом случае Сандру не выдали бы замуж против ее воли. — И уж поверь, бросаться во все тяжкие — точно не то, что мне нужно. Меня больше интересуют дружеские отношения, чем романтичные. Но если это проблема, мы можем и не общаться, да и Адрелии я все равно не нравлюсь. В конце концов, я только вчера со всеми вами познакомилась.

Последняя фраза вызвала ощущение горечи в груди — все же реально посидели вчера очень и очень хорошо, заставив за веселыми разговорами забыть о проблемах, просто окунувшись в ощущение беззаботного студенчества. Или правильнее сказать «аспирантства»? Ай, один фиг! Не отказалась бы повторить, если уж совсем начистоту. Но лучше разобраться здесь и сейчас, чтобы в дальнейшем не возникало никаких проблем.

— А, я Адрелии тоже не нравлюсь, не парься, — фыркнула вдруг девушка, сбивая меня с настроя.

— А кто ей тогда нравится? Саймон?

— Не думаю, она свою зверушку на него уже несколько раз пыталась натравить. С ней только Дрейк и Джош относительно нормально общаются, когда она не кидает в них кинжалы. Но вообще она достаточно мирная. В основном. По крайней мере, пока еще никого не убила, — протянула она задумчиво. Меня же ее оптимистичное «пока» не очень вдохновило.

— В общем, она милашка, я поняла…

— Да ладно, кто из нас без недостатков? И нет, это не проблема, я буду рада видеть тебя в нашей компании и дальше, потому и заговорила о Саймоне вообще. Иначе я бы еще вчера подлила тебе в воду кислоты, — мило улыбнулась Лайла.

— Аээ… Кха-кха!

Разумеется, я снова поперхнулась соком. Или на то и был расчет? Никаких доказательств, несчастный случай, минус конкурентка…

— Да шучу я, расслабься! Ты мне нравишься. Хотя в первый момент и подумала, что ты Бьянка номер два, — рассмеялась она, шутливо дунув легким теплым ветерком мне в лицо, чуть шевельнув челку, но не разрушая прическу.

— Из-за платья?

— Ага. Она тоже каждый раз приходит будто на показ мод. То есть, я не осуждаю — тут многие по академии так ходят, но аспиранты все же одеваются более удобно. То эксперименты приходится проводить, то практику у студентов, то патрулировать…

— Вот и я бы не отказалась! Но чемоданы собирала моя мама и… Слушай, не осуждай, а? — вздохнула я, наткнувшись на ее весело-изумленный взгляд. — Лучше подскажи, где купить нормальную удобную одежду, а заодно ковер и шторы. Видела же, какая у меня комната?

Раз уж с Саймоном разобрались, я не преминула воспользоваться возможностью поговорить о наболевшем, заодно разбавить обстановку ничего не значащим трепом. Да и в самом деле, это уже просто шкурный вопрос!

— О да, я уж думала, что сидра перепила, увидев состояние твоего жилья. Вечером мало что открыто из нормального, на самом деле. Это либо днем идти, отпросившись на кафедре, либо на выходных уже. Я отпроситься точно не смогу — мне сегодня и завтра вообще студентов нагрузили, а послезавтра патрулирование. В субботу могу с тобой сходить, терпит? Тебе, наверное, тоже нежелательно сейчас покидать кафедру — наверняка же с научным руководителем по вашей теме будете разбираться, да и так припахать могут…

— Да, вполне. Три дня как-нибудь обойдусь и тем, что есть, — поспешила заверить ее, внутренне ликуя, что еще две проблемы решу одним махом.

— Вот и славно. Ладно, побежала я уже, обещала профессору Каргауру прийти сегодня чуть раньше. Еще увидимся, — подмигнула она мне и, подхватив левитацией поднос с грязной посудой, убежала.

Я тоже не стала задерживаться, понимая, что это вчера леру Родергану было не до меня. Сегодня же мы наконец-то и по теме поговорим, и по моим обязанностям на кафедре, и, возможно, о том, что как-то все же можно осуществить мой перевод к артефакторам, учитывая заинтересованность лера Натиандриэля в моем проекте.


— Сандра, значит… — задумчиво протянул лер Родерган, устремив на меня непроницаемый взгляд льдисто-серых глаз.

Поморщившись в ответ на какую-то свою мысль, устало потер переносицу и каким-то совсем неформальным жестом провел рукой по своим темным волосам, то ли приглаживая их, то ли растрепывая… Впрочем, на его прическу это никак не повлияло — как и прежде, волосок к волоску. Я тоже так хочу, что за магия? Неужто Андреас и тут пробежался, обучая каким-то заклинаниям по укладке не только Риэль, но и декана?

Представив эту картинку, едва удержала улыбку, но она бы сейчас выглядела неуместно. Да что там, я сама себя чувствовала сейчас в этом дорого обставленном кабинете неуместной. К тому же, впервые за время нашего знакомства могла рассмотреть своего научного руководителя так близко и с удивлением отметила, что мужчина достаточно молод. И уже декан? Или же, судя по тому, что его должность ему уже радости не доставляет, а также по лерри Стефани, которую дети окунули в… ммм… ну пусть будет, желешку, эту должность спихнули на того, кого не жалко? Или того, кому не хватило покровителей, аргументов или опыта отбиться… Или такой уж хороший боевик, что решили — как раз таки он и отобьется от юных вундеркиндов?

— Вы представляете себя в будущем наставницей для юных магов? — прозвучал неожиданный вопрос.

Я неистово отрицательно замотала головой, чинно сложив руки на коленях, стараясь не ковырять пальцем занятную вышивку на подоле, как в детстве, когда чувствовала себя неуютно.

Кроме нас в его кабинете больше никого не было, что давало мне возможность надеяться на конфиденциальный разговор… Вот только на кой он мне нужен? Я предпочла бы переброситься парой общих фраз в преподавательской, где как раз сидели двое из виденных вчера преподавателей и еще один уже относительно знакомый мне — вел какой-то общеобразовательный предмет на первом курсе. То есть, я к тому, что среди других людей чувствовала бы себя комфортнее, чем один на один в кабинете декана. Особенно с такими-то вопросами!

Хотя, стоит признать, кресло для посетителей у него безумно удобное. Мягкое, с высокой спинкой, широкое — я спокойно разместилась со своей объемной юбкой. Правда, за счет того, что было обито кожей, хоть и придававшей ему роскошный вид, скрипело оно нещадно при каждом моем неловком движении. Вот и сидела, не шевелясь, будто палку проглотила.

— И что мне с вами делать?.. — пробормотал мужчина все тем же тоном, побарабанив пальцами по столу.

Меня же такое демонстративное пренебрежение снова задело. То есть, да, я понимаю, что в любом случае выглядела не очень при первой встрече: практически выпросила его взять в аспирантуру, даже не поинтересовавшись направленностью кафедры, прибегнув к типично женской уловке — слезам на фоне вины за то, что уронил меня. Ну блин, я же не специально! Так уж сложились обстоятельства.

— Послушайте, лер Родерган, я понимаю, что вам и даром не сдалась. Да и тема не подходит, сами сказали. Вы меня пожалели, и я безумно благодарна вам за это! Если бы не вы — не попала бы в аспирантуру вообще, несмотря на высокие баллы. Моя тема действительно артефакторская, я подходила к леру Натиандриэлю, он готов и дальше заниматься со мной по ней, ему понравились мои наработки… — выпалила, решив не ходить вокруг да около.

— Что же он вас не взял? Так понимаю, на артефакторскую кафедру вы и рассчитывали? — перебил он меня чуточку скучающим тоном, заставив невольно поморщиться.

— Поздно обратилась. Допустила досадную оплошность, рассчитывая на «авось», уверенная, что у него будет еще возможность меня взять, ну и вот… Я слышала, что на первом году аспирантуры еще можно сменить руководителя, перевестись из кафедры на кафедру, в том числе. Лер Натиандриэль намекнул, что кто-то из его коллег может взять меня, а заниматься по моему проекту будет он… — зачастила я и, заметив блеснувший в глазах декана интерес, даже подалась вперед, на ходу доставая инфокристалл со своими расчетами и набросками примерных пунктов плана дальнейшей работы, что набросали вчера с лером Натиандриэлем.

— Я верю, верю. Не надо… — попытался он остановить меня, но не преуспел в этом.

Я уже вскочила со своего места и, быстро обогнув его стол, развернула объемную иллюзию, спроецированную с кристалла.

— Смотрите, вот на этой схеме мы прекрасно видим, как устроена стандартная охранная система, но если приблизим вот к этим вот узелкам магических нитей… — начала я вещать лекторским тоном, указывая на нужные участки.

— Сандра, я артефакторикой… — декан вновь предпринял попытку остановить меня, видимо, собираясь сказать, что артефакторикой не интересуется. Но я-то уже завелась!

Сердито мимоходом цыкнув на него, чтобы не мешал рассказывать, продолжила вводить его в курс дела. Даже не поленилась ухватить с его стола стилус, которым было удобно указывать на мелкие объекты на иллюзии.

— У меня есть шанс вас прервать? — поинтересовался лер Родерган спустя еще минут пять серьезным тоном, но уголки его губ дрогнули, выдавая улыбку.

Тяжело вздохнув, бросила на него несколько обиженный взгляд. Только во вкус вошла, а он…

— Для того чтобы сообщить, что все же подумаете о моем переводе на кафедру артефакторов? — рискнула, решив, что на крайняк меня сейчас пошлют, а вот если выгорит…

Не выдержав, мужчина рассмеялся, отчего его глаза засияли, как облачное небо сразу после грозы, готовое вот-вот пустить обратно солнечные лучи. Да и сам он на краткий миг показался мне таким абсолютно человечным каким-то и будто знакомым мне уже много лет, что заставило меня невольно улыбнуться в ответ и слегка пожать плечами.

— Ладно, Сандра, считайте, что убедили. Вынужден признать, вчера, да и сегодня утром, я был уверен, что вы просто капризная легкомысленная аристократка, решившая поиграть еще немного в учебу, чтобы поймать жениха. Но вам удалось удивить меня и доказать, что я ошибаюсь, — протянул он задумчиво, откинувшись на спинку кресла и сложив пальцы домиком, глядя на меня поверх них.

Возможно, он ожидал, что я после этого заявления начну его благодарить, но я лишь слегка кивнула, принимая слова. Ну а за что говорить «спасибо»? «Спасибо, что поняли, что я не идиотка»? К тому же, вряд ли декан сказанул так от нечего делать, наверняка сейчас последует продолжение. Поэтому я просто поспешила свернуть иллюзию, сунув инфокристалл обратно в межпространственный карман. Даже мелькнула мысль вернуться и сеть обратно в кресло, не нависая больше над научным руководителем… Но мне и стоялось неплохо, не гонит, опять же…

— Давайте так, — заявил он решительно, приняв все же какое-то решение на мой счет. — Вы сами видите, какой дурдом творится у нас на кафедре, те, кто открывали новый факультет, не учли очень многого. При этом посчитав, что раз на нашем попечении всего одна группа, хоть и экспериментальная, не выделили даже секретаря или лаборанта. В принципе, на многих других кафедрах их тоже нет, с рутинной работой прекрасно справляются сами преподаватели или аспиранты. Поскольку преподавателям сейчас совсем не до этого, пока они составляют учебные планы или придумывают причины, почему не могут тут работать, заняться данным вопросом некому. А аспирантка, официально прикрепленная к нашему факультету, у нас только вы.

Он криво улыбнулся, разведя руками, но улыбка получилась грустной, да и на лице залегла печать усталости. А судя по покрасневшим глазам и залегшим теням под ними, тяжелый день у него был не только сегодня… И уж точно не только вчера, а может, и позавчера. Да уж, кто-то знатно подставил мужика, назначив его к детям на факультет. Это ж как накосячить надо было? Я поражаюсь…

— То есть, я должна?.. — намекнула, желая окончательно все разъяснить.

— Работа на кафедре. С утра до конца рабочего дня, я расскажу подробнее, что требуется. Я бы советовал вам думать над новой темой, подходящей нашему факультету, но, между нами, глупо при этом упускать такой перспективный проект по артефакторике, как у вас. Молодым и умным следует давать дорогу… Накидайте просто несколько подходящих тем, которые можно было бы в случае необходимости предоставить для отвода глаз. Сами же в свободное от непосредственной работы на кафедре время можете здесь же и заниматься своим исследованием. Думаю, через несколько месяцев, максимум, через полгода, можно будет как-нибудь оформить ваш перевод, — обрисовал декан.

Я же едва сдержалась, чтобы не броситься ему на шею и не расцеловать. Да это даже лучше, чем я могла надеяться! У меня есть место и время для разработки проекта, по самой кафедре не думаю, что буду загружена постоянно, по крайней мере, даже если первые недели выдадутся слишком загруженными, дальше в любом случае должно быть проще. И мне практически в открытую сообщили, что артефакторика таки будет моей! Юхуу!

— Ну и пока вы на моей кафедре всем этим занимаетесь, думаю, сумею выбить для вас прибавку к жалованью и за счет работы лаборанта, и за счет в принципе аспирантства на экспериментальном факультете, — решил добить меня лер Родерган.

Моя ты зая! Да я вас просто обожаю, дайте ж расцелую!

Но прежде чем я сумела совершить задуманное или хотя бы выразить переполнявшее меня умиление в слова, нас прервали. Дверь кабинета декана распахнулась, и в кабинет влетел давешний преподаватель гном.

— Я тридцать лет директор магической школы! Тридцать лет! Я видел всякое. ВСЯКОЕ!!! Но эти маленькие гаденыши… Никакого кураторства с этими исчадиями ада!

— Лер Саппорг, успокойтесь… — предпринял декан попытку, пока я квадратными глазами смотрела на покрасневшего от ярости гнома, трясущимися руками указывавшего на свою местами подпаленную бороду.

— Их успокойте! И подальше от меня! Я в вашу академию больше ни ногой! — выкрикнул преподаватель и, больше не желая ничего слушать, вылетел из кабинета.

Я обернулась к декану, одними губами шептавшему что-то явно ругательное. Но поймав мой взгляд, он тут же приосанился и принял спокойное выражение лица, будто ничего не случилось.

— В общем, Сандра, думаю, мы договорились. Начните с того, чтобы пересмотреть личные дела детей и расфасовать их по способностям. Насколько знаю, там три потенциальных зельевара, пять боевиков, один артефактор… А может, и больше. В личных делах вся информация указана, разберетесь. Составьте список, преподавателей из каких кафедр, в таком случае, нужно будет для них прислать. После чего составьте общее расписание для них с кураторами, что будут вести у них занятия большую часть времени, и преподавателями по профильным предметам… А позже я вам расскажу подробнее, что еще нужно, — пробормотал он скороговоркой, быстро набирая что-то по артефакту связи, и нетерпеливо махнул рукой, показывая, что я пока свободна.

Меня уговаривать не пришлось. В конце концов, проблема с преподавательским составом касалась меня лишь на бумагах. И, несмотря на испытываемое сочувствие и к декану, и ко всем несчастным, что сейчас еще оставались на кафедре, так понимаю, потенциальные кураторы, мысленно я была совсем в другом месте. Там, где уютно жужжат сломанные артефакты, небрежно сложенные кучей, а один эльф с сумасшедшинкой в глазах с упоением рассказывает способы использования метода Ваесса относительно проекта моей будущей диссертации…


Трындец подкрался незаметно, хоть виден был издалека… Начать с того, что на кафедре оказалось до ужаса шумно. Да-да, на кафедре, к которой официально прикреплен декан, я и, по идее, всего два куратора для детей, которые меняются между собой каждый день, до ужаса шумно!

Потому что лерри Стефани отказывалась проводить занятие с детьми одна, требуя, чтобы с ней шли другие преподаватели или сам лер Родерган. Гном умчался в неведомые дали, даже не оставив никаких записей — какую тему пытался детям объяснить, составлял ли перед этим какой-то план, как, в конце концов, так набедокурили малявки, что пострадала его борода… И это только те два куратора, которых назначили вчера.

Лер Родерган, похоже, подозревал нечто подобное, и в преподавательской толкались другие кандидаты на эту должность. Почему толкались? Потому что пытались покинуть кафедру, пожелав остаться лишь кандидатами, которым не светит встреча с детьми. А декан, загородив собой дверь, увещевал их сеять доброе, светлое и вечное в неокрепшие умы…

Я при этом честно пыталась не хихикать, загородившись папками с личными делами этих вредителей. А заодно не комплексовать при виде показателей сырой силы у того или иного вундеркинда, превышавшие мои минимум в два раза. И это им сейчас всего лишь десять, ну максимум тринадцать лет — что же будет дальше, когда полностью войдут в силу?

Ладно, это не мои проблемы. Передо мной поставили задачу, вот я пристроилась тихонько за столом, достала свой инфокристалл, куда удобно сразу вбивать всю нужную информацию, и спокойно работала. Что, тем не менее, не мешало мне прислушиваться к происходящему в преподавательской.

Я прекрасно понимала этих кандидатов в кураторы. Уже сейчас видно, что группа очень проблемная. Что и немудрено. Раньше эти дети были либо на домашнем обучении с частными репетиторами, либо по одному гению на класс простых учеников. В первом случае у детей социальный навык слабо развит, они в растерянности, не зная, как себя вести, могут чудить. Опять же, выпендриваются друг перед другом, чувствуя себя некомфортно. Во втором случае дети привыкли, что школа — это скука смертная, учитель разжевывает их сверстникам что-то настолько примитивное, что хочется сбежать, так что доверия преподаватели у них не вызывают, вот и проверяют на прочность.

Случайность, желание показать себя друг перед другом, просто детская шалость или невольная реакция на какой-то раздражитель — так ли уж важна причина, когда с результатами справляться кураторам? Хотя, по идее, для этого их сюда и прислали — находить общий язык с этими самородками, разве нет? В любом случае, я искренне им сочувствовала.

Впрочем, леру Родергану быстро удалось определить «слабое звено» среди кандидатов и отправить их с лерри Стефани срочно к детям, пока те не разнесли все, оставшись без присмотра. Насколько понимала, куратор нес за них ответственность и на переменах, не сидят же они безвылазно в своей аудитории. Опять же, в столовую их точно нужно сопровождать.

По идее, все, проблема решена — два куратора есть, все в порядке… Но лер Родерган настаивал на том, чтобы остальные кандидаты остались «кураторами в запасе». Когда он их все же убедил, и они, оставив свои контакты, покинули преподавательскую, случилась новая напасть.

Декан только ушел в свой кабинет, и я осталась наедине с чахлым цветком, который уже не выглядел таким чахлым. Вчера показалось, что ли? Ну ладно. С удобством устроилась уже на диване, пододвинув к нему небольшой трехногий журнальный столик, примостившийся в углу помещения. Все равно никого нет. Кураторы ушли, декан у себя, к нам никто не ломится… Сглазила!

Примчал преподаватель с кафедры зельеваров, с возмущениями, что во время перемены юные вундеркинды прокляли его студента чем-то неведомым. Признаться честно, в первый миг мне стало как-то даже нехорошо. Одно дело, когда от малявок типично детские шалости, хоть и с поправкой на их изобретательность и магический резерв. И совсем другое, когда проказы выходят на новый уровень. Я бы даже сказала, криминальный уровень. Это как сравнить банду школьников, стреляющих друг в друга снежками, которые по случайности (ну или «типа» случайности) могут попасть в учителя, и тех же школьников, доставших вдруг метательные дротики, смазанные ядом.

При этом из коридора вновь были слышны стенания лерри Стефани, где она видала и детей, и кураторство, и академию в целом… Так понимаю, ее в расписание кафедры уже можно не включать.

Правда, с пострадавшим разобрались быстро. Оказалось, хитропопые малявки лишь сделали вид, что прокляли студента, что-то с ним не поделив. Причем, самое интересное, что малявки, что студент так и не сообщили о причинах конфликта. Но там особо и не допытывались, насколько поняла, разбираясь с последствиями.

На деле же это была простенькая иллюзия, в которую вкачали немерено магии, из-за чего простым контрзаклинанием она не снялась сразу. Да и фурункулы, покрывшие кожу парня, выглядели достаточно реалистично. А чесаться он начал уже сам, чисто на нервах после увиденного. Самовнушение, все дела. Да я сама начала чесаться, как его увидела! Фу, блин, и чего о нем вспомнила? Снова чешусь…

Честно говоря, я просто поражалась спокойствию и терпению декана, который умудрялся при этом как-то со всеми объясняться, направлять людей куда надо и даже решать возникшие проблемы. Хорошо еще, что с родителями выяснять ничего не приходилось — с ними все было обговорено еще летом, при открытии факультета. Так что после занятий всю группу скопом телепортом отправляли за ворота Академии, где их уже ожидали родители, хватали своих чад и растаскивали по домам…

— Сандра, вы разобрались с делами детей? — в конце рабочего дня голос декана звучал все так же бодро, заставляя меня подозревать его в использовании зелий-энергетиков, хотя в глазах все же можно было заметить вселенскую усталость.

— Да, тут в основном небольшими группками. Больше всего боевиков и проклятийников — по шесть человек. Зельеваров чуть поменьше, четверо. Стихийников всего трое. Артефактор один, но у мальчика талант… — начала я поспешно, пододвинув к декану расфасованные на неравные кучки папки.

Лер Родерган едва заметно поморщился, оценив количество папок в кучке боевиков. Хотя, может, это он обрадовался так, эмоция была слишком мимолетной, чтобы разобраться наверняка…

— У них у всех талант, потому и попали к нам. Менталистов среди них нет? Какая замечательная новость, — невольно вырвалось у него, когда он бегло пробежался взглядом по делам.

Я нахмурилась, пытаясь понять, что тут замечательного. Но тут же вспомнилось опасение, которое испытывала рядом с Бьянкой. И представила, что рядом со мной сидит неконтролируемый юный вундеркинд с аналогичной способностью, который наверняка может взломать любую защиту, подсмотреть ненужные мысли, а после еще и растрезвонить об этом на каждом углу… Лучше проклятийники в тандеме с боевиками!

— Угу. Природников трое и целителей трое. И вот эти четверо не имеют явной предрасположенности. Я бы сказала, что в таком случае это маги-теоретики, но, кажется, уже надо с детьми общаться, куда их лучше направить, — добавила я неуверенно, за что удостоилась внимательного взгляда декана, в котором мне почудилось одобрение.

Воодушевившись, продолжила, открыв инфокристалл, куда вбивала всю нужную информацию в течение дня. Шепнув заклинание активации иллюзии, развернула проекцию своих записей перед деканом.

— Смотрите, я здесь набросала примерно, ведь точное количество необходимых предметов не знаю. Вот тут список кафедр, откуда им точно нужны преподаватели по профильным предметам. Занятия нужно назначать на одно и то же время и для проклятийников, и для боевиков, и для… Для всех, в общем. Получается, всего нам нужно семь кафедр. То есть, в одно и то же время семь преподавателей должны проводить занятия для детей. Не уверена, что найдется столько свободных аудиторий разом, да и потом, построить расписание таким образом, чтобы у всех семи преподавателей было окно на одно и то же время — практически нереально, групп во всей Академии дохренища… — принялась рассуждать я, но осеклась на последней фразе, заметив некоторое удивление в глазах мужчины, что заставило меня смутиться. — Простите.

Лер Родерган приблизил мою проекцию, рассматривая на ней мои иллюзорные наброски, наметки расписания и даже корявые рожицы напротив имен некоторых преподавателей. Чем дольше он молчал, тем более неловко я себя чувствовала. И зачем вообще полезла? Рассортировала дела, составила список кафедр… Ну все, молодец, дальше без тебя разберутся.

— И как предлагаете выпутываться из ситуации с преподавателями? — прозвучал неожиданный вопрос.

— Я?

— Ну вы же заговорили об этом. Так понимаю, не с целью просто ткнуть носом в несовершенство системы, — отреагировал он с легкой насмешкой.

— Некоторые предметы общие для союзных специальностей. То есть, те же целители и природники могут сидеть на уроке у одного преподавателя, боевики и стихийники — у другого…

— А те, кто не определились, бегать туда-сюда? — уже в открытую улыбаясь.

Я тяжело вздохнула, отчего у цветка возле дивана даже отпал очередной пожелтевший листок. Правда, сегодня это чахлое растение выглядело намного лучше, чем вчера, даже местами зеленые ростки пробивались, да и пыталось виться, вроде как… Лер Родерган все же чем-то подкармливает его? Ладно, не о том думаю.

— Так понимаю, все уже давно до меня решено, и я тут зря умняки корчу? — предположила, еще раз вздохнув и снова чувствуя себя в высшей степени неловко.

— Почему же, мне было интересно послушать, — декан даже не стал спорить, лелея мое эго. Да ладно, че уж там.

— И уже поделены на группы?

— На три по десять человек. Со следующей недели должны начаться профильные занятия. Но разделили на группы просто для удобства, чтобы каждому ребенку на профильном занятии было уделено максимум внимания — первый семестр предметы все равно у всех будут одинаковые. То, что указано в личных делах детей по поводу их склонностей — это результаты тестов в обычных школах, где выделяли у всех учеников одну наклонность. У наших же юных гениев может быть предрасположенность к нескольким направлениям… Но мне в самом деле нравится ход ваших мыслей. Завтра я вам предоставлю список преподавателей, которые будут вести профильные занятия, названия предметов и количество часов, которые следует отчитать за семестр. Ваше задание на эту неделю — составить расписание, которое будет устраивать всех.

Я аж подзависла от осознания масштабов задания. Так понимаю, заниматься своим проектом мне не грозит? Да тут хоть бы уходить с кафедры вообще!

— Не делайте такие круглые глаза, уверен, для вас это не составит труда. Если совсем не будете справляться — я помогу. На данный момент самое сложное — это расписание, потом еще будут задания по мелочам, но уже не в таких масштабах, чисто рутинная работа, обычная для каждой кафедры.

— В расписании общие занятия с кураторами как распределять? На лерри Стефани… — тихо пробормотала я, пытаясь взять себя в руки и стараясь не думать о серьезности поставленной задачи.

Одно дело просто набросать примерное расписание, другое дело — распределить согласно рабочему графику каждого преподавателя, еще и рассчитать нужное количество предметов на каждую неделю. Учитывая, что от этого уже зависит жалованье преподавателей… За что мне такая ответственность, а?!

— Нет, лерри Стефани ушла из нашей Академии. Завтра будет лер Мэрдок, сегодня вроде сносно показал себя, — протянул он неуверенно.

«Сносно» — это значит, что его не подожгли, не прокляли и соплями не облили? Успех, однако.

— С кураторами пока не удается договориться, дети нервничают… Впрочем, что я вам рассказываю. В общем, Сандра, не переживайте. Со следующей недели, когда дети привыкнут к новым кураторам и начнутся уже профильные занятия, у вас появится значительно больше свободного времени для вашего проекта. А на сегодня вы, в принципе, можете быть свободны.

Да? А, ну и слава всему святому. А то с этими всеми заботами я даже пропустила обед. Так, как бы мне теперь найти Лайлу и напомнить о ночном обещании посмотреть мой водопровод?

— До свидания, лер Родерган…


Время до ужина прошло без происшествий, если не считать встречу с Риэль, налетевшей в коридоре ярким восторженным вихрем. Но та повисела у меня на шее пару минут, умудрившись вывалить все новости за день, и умчалась к своим одногруппникам. Я даже не успела поинтересоваться, почему она здесь, а не ушла сразу после занятий домой, и куда дела Андреаса.

В столовой, куда стремилась всей душой и возмущенно урчавшим желудком, почти сразу же заметила Дрейка, что-то яростно доказывавшего брату у раздачи. Просто поздоровалась приветливо, но в следующий же миг орки увлекли меня разговором, помогли нагрузить поднос едой и сопроводили до их общего столика, где уже сидели Саймон с Лайлой, Ричи и даже Адрелия. Бьянка либо ушла домой, либо сидела со своими одногруппниками — по крайней мере, я всматриваться в толпу не стала, разыскивая ее. Больше радовало, что меня действительно уже стали воспринимать частью их компании, как ни в чем ни бывало продолжая разговор и вовлекая меня в него.

А гораздо позже вечером Лайла все же заглянула ко мне с целью наладить горячую воду… И ей это удалось! Для полного счастья не хватало заделать окно, добыть шкаф, письменный стол, можно пару стульев, ковер, шторы… Хм. Немаленький списочек, однако. Впрочем, стул я сумела добыть уже на следующий день, даже два, сделав несколько комплиментов новой прическе лерри Калахары. Ей же попыталась намекнуть и на шкаф с окном… Но кроме «заявку ремонтникам подала» ничего не добилась. Ну да ладно, стулья есть — уже хорошо, одежду можно, на крайняк, вешать на их спинки. А там, может, с ремонтниками договорюсь, чтобы полки в шкафу починили…

В целом, жизнь явно налаживалась, даже Вселенная перестала устраивать подлянки, видимо, решив, что все, наконец-то я выборола свое право на спокойствие и некоторый комфорт. В этом я убедилась на следующий день на кафедре, когда приступила к составлению расписания, имея на руках всю необходимую для этого информацию, выданную мне деканом. Все оказалось не так страшно, как я думала. Самое основное было давно сделано компетентными людьми, от меня требовалось лишь собрать всю информацию воедино, сверившись с общим расписанием на каждой кафедре. Сложности как таковой нет, просто пришлось побегать по Академии, уточняя актуальность данных.

Так что за два дня я справилась, и, когда отнесла леру Родергану на проверку, он похвалил. Разумеется, выдал следующие задания, но там, скорее, рутина, которая оставляла мне обещанное время для работы над проектом! И даже никто не врывался в преподавательскую с криками, что дети снова что-то вытворили. Похоже, лэр Мэрдок действительно справлялся…

Ну, как мне казалось. В последний день перед выходными он, не объясняя причин, все же уволился, а мне пришлось связываться с очередным кандидатом на кураторство и радовать его новостью, что должность снова вакантна.

Но на выходных я меньше всего думала о кафедре, отправившись с Лайлой на шопинг, тратить содержание, выделенное мне папулей. В средствах свою дочурку он никогда не ограничивал, да и в дальнейшем у меня будет моя аспирантская зарплата, так что можно было позволить себе приобрести все самое необходимое, не экономя. Так что я с чистой совестью вцепилась мягкий ковер теплого коричневого оттенка с длинным ворсом — плевать, что непрактично и замаюсь выковыривать мусор, и подобрала шторы персикового цвета с золотистым орнаментом.

А после настал черед самого главного: покупки нормальной одежды! Да! Это все же произошло! Я больше не буду шизанутой барби!

Так что в таверне, где мы вновь собрались всей компанией в этот же вечер, я уже была в удобных штанах, чем-то похожих на джинсы по покрою, и длинной темно-зеленой тунике без единого рюшика и вышивки, лишь подхваченной на талии золотистым пояском. Орки по-доброму меня подкалывали, нарочито грустно вздыхая, что появилась среди нас единственная яркая бабочка, но и та исчезла, заразившись от Лайлы и Адрелии любовью к штанам.

Проведя замечательный вечер в дружеской компании, я все же засиживаться не стала, тем более что подошла Бьянка, обливая всех неприкрытым презрением, а Адрелия начала очень уж многозначительно подбрасывать на ладони боевой пульсар, даже изменив своим излюбленным кинжалам. Попрощавшись со всеми и чувствуя, как по жилам расходится тепло от выпитого алкоголя и все еще клубится радость по случаю сделанных покупок и приятно проведенного времени среди друзей, поспешила в общежитие.

Настроение было просто превосходным, я даже что-то мурлыкала себе под нос, едва не пританцовывая на ходу, когда внезапно заметила в неясном свете фонарей сбоку от себя чью-то тень. За доли секунды успев передумать сотни ужасов, резко обернулась, готовая шарахнуть гипотетического насильника боевым пульсаром, который, благодаря папуле, получался у меня всегда на автомате.

И уставилась на Андреаса со вставшими торчком ушками. Вот уж кого меньше всего сейчас ожидала увидеть.

— Однако здравствуйте… — пробормотала себе под нос, выдыхая с облегчением. — Привет, в смысле.

— Привет, рад тебя видеть, — тут же отреагировал он, чуть улыбнувшись, а его хвостик привычно обвил ноги.

— Ты чего тут маньячишь? — все же не могла не спросить, чувствуя, как сердце все еще гулко колотится в груди.

Не сказать, что время совсем позднее, чтобы на полном серьезе бояться бродить по улицам, но достаточно темно, так что струхнула я знатно, благодаря соседу.

— Увидел, что ты идешь одна — решил проследить, чтобы никто не пристал, — он бесхитростно пожал плечами, будто это нечто само собой разумеющееся.

— Ага, чего подпускать чужих маньяков, если можно самому… А при этом нельзя было окликнуть? Давно вообще за мной идешь?

Резкий порыв ветра, всколыхнувший сухую листву на дорожке, заставил меня зябко передернуться и заправить за ухо выбившуюся прядь волос. Поболтать с Андреасом я всегда не против, особенно учитывая, что желание потрогать его ушки так никуда и не делось, но стоять на пустынной улице все же не улыбалось.

Впрочем, насчет «пустынной» я погорячилась. То тут, то там можно было заметить спешащие по своим делам фигурки людей или прогуливающиеся парочки, а то и подгулявшие компании, что-то громко со смехом обсуждавшие.

— Я Риэль домой провел, увидел тебя, выходящую из таверны. Подумал, что если позову резко, ты можешь испугаться от неожиданности.

— Ага, лучше пусть я инфаркт схлопочу, заметив чужую тень рядом с собой… — проворчала беззлобно, но, признаться честно, даже если бы я тут из-за него поседела от ужаса, сердиться на него все равно не смогла бы. Эх… Завести себе, что ли, котика? Чтобы не пялиться хотя бы на уши некоторых.

— Прости, не подумал как-то…

— Да ладно, че уж там, не все маньяками становятся прям с первого раза. Пошли маньячить вместе, — фыркнула, покачав головой, устав стоять на одном месте.

— А?

— Ага. Говорю, пойдем вместе домой, провожатый, и готовься: я, конечно, не Риэль, но тебя ждет увлекательный рассказ о потрясающем ковре, который я сегодня купила! Будем считать, что это компенсация за испуг, так что буду насильно делиться радостью, — заявила и довольно улыбнулась, подмигнув котику.

— Всегда готов выслушать тебя, — тепло улыбнулся он, то ли подхватывая мою манеру разговора, то ли тоже просто наслаждаясь хорошим вечером, и дальше мы уже пошли вместе.

Одним рассказом я не ограничилась и, оказавшись на нашем этаже, затащила Андреаса в свою комнату, хвастаться ковром. Желая наглядно показать, какую прелесть я приобрела.

— Ну? Смотри-смотри, на нем можно просто лежать, вот так! — быстро разувшись, я с готовностью улеглась на мягкую ворсистую поверхность, блаженно улыбаясь и в который раз радуясь, что я, слава всему святому, в штанах, а не в неудобном пышном платье, в котором валяться точно уж неприлично!

— Ты им прикрыла старый паркет? Прости, я должен был на следующий же день тебе его дочистить, но Риэль очень просила погулять с ней… Я хотел с тобой договориться об этом на следующий день в столовой, как увидел тебя, но ты была занята… — вдруг сокрушенно вздохнул Андреас, заставив меня приподняться на локтях и уставиться на него в недоумении.

— Ты вот сейчас серьезно? Адреас, я тебе безумно благодарна за то, что ты сделал для этой комнаты. Она практически идеальна теперь! Так что если вдруг тебе понадобится моя помощь или вообще что-то нужно будет — обращайся в любое время дня и ночи, — заявила смело, для себя определив, что на роль маньяка нэко все же мало подходит. Вот тому же Саймону я бы такое точно не предложила, ну его…

— Идеальна? — на лице парня отразился скепсис, а кончик хвоста даже дернулся несколько раз.

Я же едва сдержалась, чтобы не ляпнуть, что по сравнению с моей родной общагой тут просто целые хоромы.

— Знаешь, ты мне раньше казалась другой… Хотя со стороны все мы, наверное, кажемся совсем другими, — внезапно выдал он, вынудив меня нервно засмеяться. Да уж. Нет, все же хорошо, что Сандра с котиком не общалась — палюсь же!

— Так ты будешь тестировать мой ковер или нет? Давай, падай рядом… Риэль же тебе потом не вставит втык, что с незнакомой девушкой на полу валяешься в ее отсутствие? — уточнила на всякий случай.

Проверять, как сильно может измениться милашка-улыбашка фея на почве ревности, все же совсем не хотелось.

Андреас усмехнулся, покачав головой, и все же улегся рядом на спину, глядя в потолок. Его пушистое ухо было теперь совсем рядом, я даже могла рассмотреть отдельные шерстинки на нем. Готова спорить на что угодно, они безумно мягкие! Может, на правах почти подруги таки потискать их?

— У тебя потолок трещинами покрылся вон в том углу, — выдал вдруг парень, сбивая с мысли.

— Где? Ничего не вижу. Ты же его мне исправил, обычный белый потолок, — нахмурилась, пытаясь рассмотреть увиденное.

— Похоже, не совсем. Надо подправить вектор…

— Да и так нормально. Ремонтники придут, все сделают, не беспокойся, — отмахнулась, не желая снова его эксплуатировать. — И вообще, не придирайся, отличная комната. У меня уже даже горячая вода есть, так что больше не буду вламываться к тебе с просьбой помыться.

— Вламывайся, если хочешь! — выдал вдруг он в своем обыкновении и осекся.

— Да ты просто подталкиваешь подобными провокационными заявлениями на то, чтобы я начала маньячить… — не удержалась, чтобы не поддразнить слегка, смешливо фыркнув, на что парень смутился.

— То есть, не то хотел сказать. Имею в виду, ты меня не стесняешь… — начал Андреас, но прервался, тяжело вздохнув, поняв, что объяснить свою мысль, не ляпнув чего-то еще в этом же духе, у него вряд ли получится. — Ладно, по поводу твоей комнаты. Понял уже, что идеальная, на звезды даже можно любоваться всю ночь.

И кивнул на голое окно со все еще державшейся на нем магической заслонкой. Я с подозрением покосилась на него, пытаясь рассмотреть признаки сарказма, но так и не смогла понять, серьезно он или нет.

— У меня, между прочим, даже шторы есть. Осталось только повесить — вон, лежат на спинке стула… Ты, кстати, заметил? У меня теперь стулья есть! — заявила с гордостью, кивнув на них.

— Так давай я сразу и повешу, чего молчишь?

И, не дожидаясь моего ответа, одним гибким движением поднялся с пола и тут же принялся вычерчивать какие-то пассы в воздухе, вследствие чего шторы укоротились на нужную под окно длину. На них появились чуть мерцающие золотистые кольца, за которые Андреас их и повесил на карниз при помощи все той же бытовой магии.

— Вау… Слушай, ну я же не знаю, как мне с тобой расплачиваться… Не в плане денег, не сердись! Ну вообще, ты мне столько помогаешь, а я будто только и делаю, что эксплуатирую. Ведь на самом деле просто позвала похвастаться ковром, — вздохнула я, чувствуя, как меня переполняет дикая смесь радости, благодарности и некоторой неловкости.

Андреас, чуть нахмурившийся на первых моих словах, расслабленно улыбнулся и даже подмигнул мне.

— Не бери в голову. Сама же назвала меня другом, а среди друзей принято выручать друг друга.

— Ага… Слушай, может, есть что-то, что я могу для тебя сделать?

Нэко заинтересованно склонил голову набок, в его глазах отразилась непонятная эмоция, пока он задумчиво покусывал острыми зубами нижнюю губу. Я заинтригованно подалась чуть вперед, даже не пытаясь предположить, что может попросить парень. Вдруг на его губах расцвела широкая мальчишеская улыбка.

— А все же есть одна вещь. Помоги мне выгулять Риэль на днях.

Похоже, вот меня и настигла карма. Недаром же кричала леру Родергану, что ради аспирантуры готова выгуливать его песика, а чтобы не попасть к магически одаренным детям — даже тварюшку Адрелии. А вот и цена за общежитие: выгулять гиперобщительную феечку. Всего лишь! Чувствую, такими темпами я с грустью буду вспоминать Харона, отправившего меня в этот мир.

— О, неожиданно… В принципе, можно, — протянула неуверенно, прикидывая, насколько велики мои шансы после такой прогулки с чересчур общительной феечкой стать отпетой молчуньей.

Андреас, оценив мое выражение лица, прыснул от смеха, покачав головой.

— Да уж, видимо, она на тебя произвела неизгладимое впечатление. Имею в виду, просто составить нам компанию на прогулке. Ты понравилась Риэль. Если ты не против, конечно. Ты вообще как относишься к прогулкам по городу? Риэль их просто обожает, — он чуть улыбнулся, видимо, вспомнив феечку.

Да я сама не сдержала улыбку. Было в ней нечто непосредственно умилительное, несмотря на всю ее гиперактивность и некоторую бесцеремонность. Сердиться на нее уж точно невозможно.

— Да, хорошо. А когда? Просто мне бы не мешало еще над моим проектом поработать…

— Когда будешь свободна. Можно на следующих выходных. Это бессрочное предложение. Ладно, уже поздно. Рад был увидеться, — он обезоруживающе улыбнулся.

— Взаимно. Только, прошу, не маньячь больше, если вдруг увидишь меня одну, ага? Вот и ладушки.

Я провела его до двери, чувствуя полное умиротворение и от дня в целом, и от посиделок в таверне, и от покупок, и от недолгого, но вместе с тем какого-то такого уютного разговора с Андреасом.

— И да, ковер у тебя потрясающий… А еще тебе безумно идет твой новый наряд, — последнюю фразу он шепнул уже практически стоя у меня в дверях и, махнув на прощание рукой, покинул мою комнату.

Я же невольно улыбнулась еще шире, ощущая уже какое-то радостное предвкушение и тепло, растекавшееся по жилам после этой невинной фразы. Все же, насколько замечательная вещь — дружба… И да, Сашка, исключительно дружба! Нечего тут на чужих котиков коситься. Фыркнув в ответ на эти свои мысли, махнула рукой как раз показавшимся в коридоре Саймону с Лайлой, только вернувшимся из таверны, и отправилась в комнату.

До выходных с Андреасом и Риэль у меня еще была целая рабочая неделя, хоть и забитая мелкими заданиям по кафедре, но на ней я намеревалась как можно больше поработать все же над артефакторским проектом. В конце концов, расписание составлено, учебный процесс налажен, кураторы от малявок, вроде, не шарахаются, сами они, кажется, относительно привыкли к Академии, что может пойти не так?

Я не у тебя спрашивала, Вселенная, не у тебя! И не бросала тебе вызов этой фразой… Поздно, да?..


— Лер Оливер у себя? — голос Саймона отвлек меня от расчета количества энергии для двухфазного потока в условиях безмагического пространства. Подняв голову, устало потерла глаза и сосредоточила свое внимание на друге, вихрем ворвавшемся на кафедру.

— Кто?

— Эм… Декан. А по совместительству твой и мой научный руководитель, — терпеливо пояснил парень, с интересом заглянув мне через плечо. Уважительно присвистнул, оценив ровные столбики чисел вокруг схематично изображенной модели защитного артефакта.

— А, да, у себя… А почему Оливер? Он же Родерган, — нахмурилась я, пытаясь переключиться с мыслей о проекте.

— Потому что Оливер — это его имя, а Родерган — фамилия.

— Точно. Прости, не выспалась, вот и туго соображаю… А почему ты к нему обращаешься по имени, а я по фамилии? — тут же спохватилась я.

— Это уже ваши личные отношения. Нам он на первой паре представился так. Ты наверное сразу к нему начала так обращаться, он и не спорит. Вообще мировой мужик, недаром его выбрал… Чего, кстати, не выспалась, чем занималась? — поинтересовался он, подойдя к жизнерадостно цветущему, пышущему здоровьем и красотой цветку, увившему всю стену у диванов.

Я, сцедив зевок в кулак, со вкусом потянулась, разминая затекшие косточки. Чуть поморщилась, когда от этого движения корсаж платья слегка перекосился, неприятно сдавливая грудь. Как-то за две недели, прошедшие с момента покупки нескольких пар штанов и разнообразных блузок, туник и рубашек уже отвыкла от привычных Сандре бальных платьев. Но сегодня придется потерпеть.

— По проекту заканчивала то, что обещала леру Натиандриэлю сделать. Совсем чуть осталось. Часик посидеть — и все. Хочу сегодня пойти отнести это ему, и, может, меня переведут на кафедру артефакторов, — я мечтательно улыбнулась, подтянув корсаж платья повыше, а то взгляд Саймона как-то сам собой переместился туда же. Лайлы на него нет!

— А, поэтому вернулась к своему привычному стилю одежды? Переживаешь, что с новым имиджем он тебя не узнает? Серьезно, что ли? Да ладно, тебя же невозможно забыть… — протянул он соблазнительным голосом.

— Ага, поэтому ты даже не вспомнил, что вел у нас практику по боевке в прошлом году? И вообще, заканчивай, не то Лайле пожалуюсь, — и показала ему язык.

— Злюка.

— Ага. Притом, заметь, злюка, которой срочно нужно доделать проект, — не стала спорить, пододвигая к себе расчеты.

— Я понял… А что с тем цветком, что тут стоял? Таки совсем зачах? Новый мне нравится больше… — не унимался Саймон, которому приспичило вдруг пообщаться.

— Это тот же. Не трогай, не то…

— Ай!

— … не то разрядом шарахнет, — закончила, мстительно усмехнувшись в ответ на негромкий вскрик парня.

— Это что вообще?

— Не знаю, лер Родерган сказал, что какая-то разработка с кафедры природников. Чей-то дипломный проект, насколько поняла. Полезных свойств за ним особо не заметила, но мало ли, может, рано пока. Питается стрессом, потому и разросся так, — заметила меланхолично, пожевав стилус, которым вводила данные в инфокристалл. Можно было, конечно, и напрямую загрузить, но так удобнее, поток направленнее, да и магии требует меньше.

— Ты серьезно? Стрессом?

— Слушай, ты к декану шел? Вот и иди. Не трогай меня, пожалуйста, ага? — взорвалась я, раздраженно сдув лезущую в глаза челку.

— Все-все, понял, не бешу, — фыркнул он, подняв руки в сдающемся жесте, и на самом деле пошел к декану, предварительно постучав в дверь.

Я же вновь попыталась сосредоточиться на работе. Лер Родерган не говорил ничего о том, что мой перевод в силе, но и я не заводила разговор об этом. Достаточно того, что с темой по нынешней кафедре меня не трогали и давали заниматься артефакторской.

Бросив взгляд на настенные часы, определила, что до конца второй пары еще полчаса, а значит, я могла еще целых тридцать минут наслаждаться тишиной и трудиться над своим проектом. Пока не вернулся преподаватель по целительству, у которого сейчас занятие с первой группой детей, стихийник от второй группы и природник от третьей. Сядут тут и будут делиться впечатлениями от занятия, попутно заполняя журнал и дергая меня то подать, это посмотреть, там отодвинуться, будто я здесь секретарь… Ладно уж.

Гораздо больше меня волновало, что нынешний куратор детей до сих пор не пришел, хотя по времени должен был. Если не ошибаюсь, сегодня у них должно быть практическое занятие по устранению последствий от неправильно использованных заклинаний. На днях произошел неприятный инцидент во время изучения распределения потоков. У кого-то такой поток вырвался из-под контроля, едва не травмировав других детей. Куратор успел перехватить его, обошлось без жертв, но потом тут долго разорялся на тему, что у него никаких нервов не хватит с такими происшествиями.

И это весьма печально, ведь за эти две недели еще один отказался заниматься с детьми. Не категорически, в качестве замены согласен изредка проводить уроки, они ему даже ничего не сделали, ни нарочно, ни случайно, но он честно признался, что не ожидал, что настолько тяжело заниматься с такими детьми. Честно говоря, в такие моменты мне даже жалко было этих мелких вредителей. Пусть где-то они и шалили осознанно, но это все же дети, от которых стабильно отказываются. Немудрено, что каждого нового куратора они воспринимают настороженно, уже особо не стараясь на таких уроках, в отличие от профильных предметов… Хотя, конечно, и там не без казусов…

Мои размышления прервал сигнал стационарного артефакта связи. Ну точно, я тут просто секретарша… Тяжело вздохнув, активировала его, принимая вызов. Но уже спустя пару минут все прочие мысли просто вымело новой информацией.

Тяжело сглотнув, преувеличенно спокойно отложила артефакт в сторону, хотя больше всего хотелось шарахнуть им об стол. Ну вот какого черта им всем еще надо? В животе поселилось какое-то неприятное тянущее чувство. Вздохнув, поднялась со своего места и направилась к кабинету декана. Замешкавшись на мгновение, все же постучала и, дождавшись разрешения, вошла.

— Да, Сандра? — вежливо поинтересовался он, вопросительно приподняв бровь. В глазах Саймона также плескалось удивление.

— Звонил лер Николсон, сообщил, что все хорошо обдумал и принял решение отказаться от должности куратора — слишком большая ответственность и вообще, неблагодарное это дело. Он, разумеется, отработает на Академию еще месяц, как и указано в заключенном им договоре, но не сегодня, — выпалила я неприятную новость.

— Он настолько хорошо подумал, что решил сообщить об этом за полчаса до начала занятий? — голос декана оставался таким же спокойным, но что-то в нем было такого, что заставило меня невольно поежиться.

— Что делать? Звонить еще кандидатам? Там двое еще оставались… — предположила осторожно.

— А смысл? Прибыть в Академию и войти в курс дела за оставшееся время они не успеют. Да и глобально: кто даст гарантию, что эти не откажутся? Ладно, спасибо, Сандра, я разберусь. Саймон, вы тоже подождите пока в преподавательской, хорошо? Чуть позже договорим, — выдохнул лер Родерган, устало покачав головой.

Тут же взялся за свой артефакт связи, принявшись кому-то звонить, уже не обращая на нас внимания.

— И часто у вас тут бегут учителя от малявок? — поинтересовался друг, когда мы уже покинули кабинет.

— Ага. Те, кто ведёт профильные занятия, еще справляются. Но они и занимаются не с тридцатью детьми сразу, а с десятью. Да и читают лекцию больше как для студентов, — поморщилась я.

Подойдя к окну, оперлась спиной на подоконник. Ситуация с кураторами меня в самом деле волновала. То есть, я понимала, что лично я ничем помочь не могу, да и понятия не имею, как тут можно помочь, но, стоило признать, детям с таким подходом не намного лучше, чем в школе или на домашнем обучении. Что-то намудрили там в министерстве, создав этот факультет.

— Так в чем проблема? Зачем тогда куратор?

— Они хоть и жутко талантливые, но все же дети. Куратор как раз должен разбирать с ними то, что они не поняли на профильных предметах, укреплять общие понятия о магии… И потом, именно куратор отвечает за них и их поведение на занятиях и переменах. Общение с детьми — пожалуй, самое главное, чем должен заниматься куратор. По идее, этот человек должен олицетворять собой нечто среднее между преподавателем в университете и обычным учителем в школе, ко всему прочему еще и обладать зачатками психолога и быстрой реакцией… — как смогла попыталась объяснить.

Но Саймон на мое объяснение лишь пожал плечами, задумчиво почесав нос.

— Да ну, мне кажется, ты преувеличиваешь. Наверняка их просто не устраивает зарплата, вот и бегут. Ну и в школе учителя могут позволить себе пофилонить, а тут, небось, проверки различные, экспериментальный факультет, то, се… Дети они и на другом континенте дети. Уверенный взгляд, пара улыбок, показать несколько простеньких заклинаний, пообещать научить их — и вперед, читать тему. Главное, с порога не кричать и не требовать повальной строгости. Ну, конечно, если ситуация того требует, не без того, чтобы надавить авторитетом, — он легкомысленно пожал плечами.

Я только собралась возразить, что прежде чем давить, этот авторитет еще требуется заработать, но одновременно с последней фразой дверь кабинета декана открылась.

— Вот вы этим и займетесь, — огорошил нас лер Родерган и, не оставляя никаких сомнений, уточнил. — Как раз и проведете занятие вместо куратора.

— Я?

— Он?

Выпалили мы с Саймоном одновременно, меньше всего ожидая подобного поворота. Нас смерили строгим, чуточку укоризненным взглядом.

— И он, и вы. Оба. Родителям сейчас сообщат, чтобы детей забрали раньше, но сиюминутно этого никак не сделать, один час их нужно чем-нибудь занять. Любую тему прочитайте им, на ваш выбор. В конце концов, что вас так удивляет? После магистратуры вы, в принципе, имеете право преподавать в школах, а аспирантура включает в себя проведение практических занятий у студентов, — пожал плечами мужчина, словно в самом деле не видел в поставленной перед нами задаче ничего особенного.

— Но мы не кураторы! — только и смогла выпалить растерянно, не говоря уж о том, что и кураторы бегут от этой группы. Все сочувствие, что я испытывала к ним всего пару минут назад, куда-то испарилось. То есть, да, бедные дети, никак не найдется нормальный куратор для них… А можно, я буду жалеть их из преподавательской, а?

— Ну так вы и не поодиночке с ними будете, а вдвоем… Да, Сандра, обзвоните родителей, прежде чем идти на урок. Мне же необходимо срочно заглянуть к ректору, — заявил он непреклонным тоном и покинул преподавательскую аккурат со звонкой трелью, прозвучавшей во всей Академии и знаменовавшей конец второй пары.

— Вот он сейчас серьезно?!

— Да ладно, чего ты так нервничаешь. Поверь, полевая практика у некромантов — вот что страшно. А тут всего лишь дети, — фыркнул Саймон насмешливо, панибратски приобняв меня за плечи.

— Ты вообще когда-нибудь сидел с детьми? Поверь, конкретно в данный момент я предпочла бы некромантов, — заявила со всей серьезностью, но парень лишь весело рассмеялся, будто я очень смешно пошутила.

— Ладно, пошел я. Давай, обзванивай там, кого нужно, и присоединяйся. Мне без тебя будет скучно. И не дрейфь, поверь: у меня всегда все под контролем, — и, подмигнув мне, Саймон покинул кафедру.

Я же лишь тяжело вздохнула, отчего листья странного цветка у дивана зашелестели, видимо, впитывая мой стресс. Что-то терзали меня смутные сомненья насчет всего этого… Ладно, сначала звонки родителям, а там, может, и в самом деле зря себя накручиваю. В конце концов, не зря же Саймон был таким уверенным в своих силах?

ГЛАВА 5

Леденящие душу вопли и завывания, доносившиеся из-за закрытой двери, заставляли мысленно возносить молитвы всем известным богам. Волнение, зародившееся глубоко в душе, с каждым мигом все крепло, перерастая в страх, от которого мутило и стучало в висках. Дорого бы я заплатила за то, чтобы никогда не подходить и близко к этой хлипкой деревянной перегородке, отделявшей меня от моего самого страшного кошмара.

Звук шагов скрадывал ковер, затертый сотнями ног, проходившими по нему каждый день. Каждый мой шаг был короче предыдущего, но все так же неуклонно приближал к неизбежному. Взгляд сам собой блуждал по сторонам, в надежде, что увижу что-то, что даст мне отсрочку. Но тщетно.

Какие-то картины, выцветшие от времени гобелены, проржавевший доспех в нише… Сейчас бы не отказалась от стойки с оружием. Хотя бы дубинку какую, на худой конец…

На всякий случай, принялась перебирать в памяти все известные мне подходящие случаю заклинания, с тоской понимая, что среди них катастрофически мало боевых.

Всегда мечтала попасть в мир, где существует магия, но кто же знал, что мое желание исполнится вот так?! Заберите меня, кто-нибудь, отсюда, я еще так молода и не готова умирать…

Судорожно вздохнула и сама вздрогнула: так громко прозвучало это в пустынном коридоре. С трудом подавила в себе позорное желание сбежать. Немного успокаивало, что по ту сторону двери буду не одна. Уверенный в себе красавчик Саймон, преисполненный чувства собственного достоинства, вошел туда буквально несколько минут назад. Вот уж на кого смотришь и сразу понимаешь: перед тобой аристократ, боевой маг, верный соратник, который прикроет спину в бою. Возможно, он именно сейчас взял ситуацию в свои руки, и когда я войду, мне останется просто…

Додумать свою мысль не успела, как за дверью что-то полыхнуло, повалил густой белый дым, то, что скрывалось за дверью, радостно взревело, а в следующий миг в коридор выскочил бледный перепуганный Саймон в подранном и местами подпаленном пиджаке. Длинная царапина на скуле и всколоченные дымящиеся волосы довершали картину.

— Ну его к демонам, я сваливаю! — выдохнул он, привалившись к двери.

— Саймон? — жалобно выдавила я дрогнувшим голосом, не веря своим ушам. — Ты ведь пошутил так, да? Все под контролем?

Мужчина перевел на меня полубезумный взгляд, от которого стало не по себе. А в следующий миг вдруг оказался возле меня, приобнял со спины и потащил к той самой злосчастной двери, несмотря на мое слабое сопротивление.

— Сандра… Эм… Знаешь, это ведь уникальная возможность попытать свои силы. Такой юной и талантливой магичке, как ты — просто раз плюнуть! Давай, твой шанс показать, чего стоишь! Я в тебя верю! — принялся он меня уговаривать, продолжая толкать в спину, пока до двери не осталось пары сантиметров.

— Я не справлюсь… — пробормотала, холодея от ужаса и осознания правдивости сделанного заявления. — Они меня просто сожрут и не подавятся…

— Главное, не смотри им в глаза и не дай почувствовать свой страх, — шепнул Саймон не очень уверенно и, распахнув магическим пассом дверь, втолкнул меня внутрь. — Вперед!

Я тут же бросилась обратно, принявшись судорожно дергать ручку и стучать ладонью по грубой деревянной поверхности. Весь налет влюблённости, которую начинала было испытывать к этому лощеному хлыщу, тут же испарился.

— Гад, выпусти меня сейчас же, — прошипела, с опаской подметив, что белый дым, все еще клубившийся в помещении, уже почти полностью рассеялся и меня вот-вот заметят.

— Прости, Сандра, но тут уж каждый за себя! Через час тебя заберут. Держись, я верю в тебя, — скороговоркой пробормотала эта скотина и, так понимаю, ушла, бросив меня на растерзание.

Вопли и визги, тем временем, стихли, сменившись озадаченной и напряженной тишиной. Я всем естеством чувствовала направленные на меня заинтересованные алчные взгляды. На миг крепко зажмурилась, но тут же выпрямилась и молниеносно развернулась. Как бы там ни было, опасность лучше встречать лицом к лицу.

Божечки, сколько ж их здесь! Не меньше тридцати, точно. Один на один с каждым я бы еще справилась, но так…

Меня начала колотить крупная дрожь, подозреваю, во взгляде отразилась паника. И все же я нашла в себе силы слабо улыбнуться. Нельзя показывать страх, нельзя показывать страх… А ужас можно?

Осторожно, стараясь не поворачиваться к ним спиной, прошла в середину помещения, так, чтобы видеть сразу всех и ни один не подкрался незаметно…

Гул, похожий на тихое ворчание, возникший, как только меня заметили, с каждым мигом усиливался, вводя меня в полуобморочное состояние, но, к счастью, они все еще бездействовали, не торопясь растерзать неосторожно попавшую к ним непутевую магичку.

Медлить больше нельзя. Соберись, Сашка, сейчас или никогда!

— Здравствуйте, дети! Я ваша новая учительница. Добро пожаловать в нашу Академию Магии и Ведовства, на факультет для одаренных детей, закончивших магические школы досрочно, — все же выдавила я.

И лишь ослепительно улыбнулась, когда в паре сантиметров от моего уха пролетела шаровая молния размером с футбольный мяч и пробила огромную дыру в доске, надеясь, что никто из юных гад… кхм… гениев не заметит мой внезапно начавшийся нервный тик…

А секрет моей невозмутимости — ступор на фоне полнейшего охреневания и мысленного прощания с жизнью. Ступор — то, о чем следует навсегда забыть, если уж жизнь над тобой поиздевалась и ты оказалась заперта в тесном помещении с тридцатью жутко одаренными неконтролируемыми магами, а в тебя несется уже огненный шар такого же размера…

Меньше всего ожидала от Саймона такой подставы! Да, это просто дети. Да, они же не совсем отбитые, чтобы на полном серьезе считать, что могут мне навредить. Да, ничего страшнее обычных шалостей можно не ждать. Да, в самом худшем случае они просто не будут меня слушаться и просто весь час будут орать. Да, у меня есть кое-какой опыт из моего мира и… Нет! Все эти мысли даже не возникли в моей голове, когда я увидела несущийся в меня огненный шар!

Действовала я мгновенно и на одних инстинктах. С моих пальцев сорвалось заклинание волны, которое затушило огненный шар еще на подлете. Правда, с перепугу я указала вектор больше, чем требовалось, вследствие чего всех детей щедро окатило водой, которая по полу хлынула обратно, слегка замочив край моего платья.

Нервно сглотнув, окинула взглядом маленьких гаденышей, что в полном шоке молча смотрели на меня, в то время как с их одежды и волос стекало буквально ручьем. В накрывшей аудиторию тишине особенно громко раздавалось капанье и невольное шмыганье носом то одного, то другого ребенка. Но я не заблуждалась, это секундное затишье.

Вон, за первой партой пацанчик уже открывает рот, чтобы выдать нечто очень возмущенное, судя по его виду. А мелкая девчушка в крайнем ряду и вовсе скуксилась, будто собираясь заплакать. Тут же представила, что мне скажут их родители, декан, ректор… Да я же вылечу из аспирантуры, никого волновать не будет, что я защищалась и вообще не должна была находиться здесь! Ааа, гадство!

— Итак, продолжим. Сейчас мы прослушаем лекцию о пожарной безопасности, а конкретно, о возможных последствиях использования огненного заклинания в замкнутом пространстве, а заодно о контрметодах, если такая вот оказия уже случилась, благодарю за наглядный пример. Записываем… — выдала я невозмутимым тоном, прежде чем кто-то успел подать голос, и даже нашла в себе силы улыбнуться в сторону задних парт, откуда и прилетел огненный шар.

— Но мы же мокрые! — возмутился все же тот самый пацанчик, а следом раздалось еще несколько нестройных выкриков в том же духе.

— Не надо было пуляться огненными шарами! — выдала язвительно, не выдержав, чувствуя, что меня буквально потряхивает, но добавила уже спокойнее. — Вода была теплая, да и в аудитории не холодно. Сейчас сделаю еще чуть теплее.

В подтверждение своих слов коснулась магией стационарного артефакта, отвечающего за обогрев этой аудитории, прибавив пару градусов. За час малявок вряд ли полностью высушит, но им в самом деле будет тепло, не заболеют.

— А тот учитель, что был перед вами, сам нас научил! — тут же возразила зеленокожая девчонка с копной волнистых темных волос, что сейчас облепили ее щеки.

— Да, сказал, что покажет настоящее боевое заклинание, даже на доске, вон, его записал и продемонстрировал, как делать. Только оно не держится на ладони, как у него, а срывается сразу! — наперебой закричали еще пара учеников.

А, так это не была попытка убить меня? Какое счастье! Всего лишь суицидальные наклонности одного самоуверенного дебила! Похоже, Саймон думал, что покажет заклинание, даст начальные установки, слишком сложные даже для первого-второго курса университета, и детишки весь урок просидят, пытаясь осознать, как повторить такое. А что это недаром «одаренный» класс, идиоту в голову не пришло! Они же просто скопировали его готовый рисунок и тупо напитали сырой магией, бухнув в него, так понимаю, треть своего резерва, благо, что могут себе позволить, учитывая их мощь!

— Вот когда увидите этого прид… эээ… учителя, ему и задайте вопрос, как удержать боевое заклинание на ладони. Напитать уже готовый рисунок силой любой может, а уж чтобы использовать заклинание в нужное для вас время, нужно учиться, разбирая поэтапно методы построения векторов с учетом результата, который вы желаете получить, — выдала я машинально, ошарашенно рассматривая стены аудитории в темных подпалинах.

— А вы научите?

— Я не хочу в мокром сидеть…

— У меня все тетради намокли…

— А давайте еще раз огненный шар попробуем создать?

Загалдели они все разом, меня же вновь начала колотить крупная дрожь. Как мне продержаться целый час в этом дурдоме?! Волнами накатывало осознание, что меня действительно могли убить или покалечить боевым заклинанием, которое выдал этот придурок! Хотелось просто забиться в какой-то дальний угол и просто всласть поистерить, выплакаться хотя бы, выпуская весь ужас пережитого… Но мне вообще нельзя даже намек на страх показать, не перед детьми… А если бы они друг друга покалечили?! Тут мне окончательно поплохело.

— У нас урок! — выкрикнула несколько громче, чем планировала, прерывая начавшийся шум. Прокашлявшись, выдавила улыбку и продолжила уже мягче. — Тетради я высушу сейчас, и начнем лекцию о пожарной безопасности, как я и сказала раньше. Если останется время, научу бытовому заклинанию, которое сушит и сразу же разглаживает одежду… Конечно, если мне не придется во время лекции отвлекаться на успокаивание, тратя, тем самым, время урока.

Честно говоря, ожидала, что в ответ в меня все же пульнут каким-то заклинанием, после чего я либо останусь лысая, либо буду облеплена соплями. Но помимо негромкого невнятного ворчания от некоторых детей постарше особо негативной реакции не получила. Поэтому заставила себя начать рассказывать о той самой пожарной безопасности, что-то выуживая из памяти Сандры, что-то из своих личных познаний еще из моего мира, что-то выдумывая на ходу. При этом предварительно прошлась по рядам, осушая каждому тетрадь и стараясь надолго не задерживать ни на ком взгляд.

На удивление, голос даже не дрожал, звучал мягко, вкрадчиво, смею надеяться, даже улыбка не выглядела искусственно приклеенной к губам. Руки благоразумно спрятала в складках платья, чтобы детям не было видно, как сильно они дрожат. Заодно порадовалась, что сегодня в тон к платью примарафетилась, нанесла макияж, включающий яркую помаду, из-за которой не видно, что губы, небось, посинели. Да и излишняя бледность смотрелась уместно.

Не знаю, сколько времени прошло, но когда я уже заканчивала надиктовывать основные способы тушения пожара и поведения при нем, если магический резерв пуст — привет парам по «Охране труда» в моем родном университете — дверь в аудиторию негромко щелкнула и отворилась. Я молниеносно обернулась и успела увидеть, как в образовавшуюся щель заглянул декан, быстро окинул взглядом притихших учеников, старательно записывавших каждое мое слово, и одобрительно кивнул.

— Справляетесь? Отлично. После урока зайдите ко мне. Дети, не расходитесь, вас потом порталом перебросят к воротам Академии, где вас будут ждать родители, — проговорил он негромко и так же быстро скрылся, затворив дверь!

Во мне только успела всколыхнуться надежда, что меня сейчас спасут!

— Записываем дальше, осталось еще буквально пара строчек, — я вновь несколько натянуто улыбнулась, с трудом переведя дыхание.

Через пару минут кто-то из детей звонко чихнул, шмыгнув носом. Что заставило меня встрепенуться и свернуть лекцию быстрее. Вот уж действительно не хватало еще, чтобы заболел кто-либо!

Ученики действительно оказались смышлёными и быстро перерисовали рисунок заклинания, который я изобразила на непострадавшей части доски. А вот на том, что такое вектор и как его применять, все застопорилось. И я понимала их, если сравнивать с математикой, то это было ближе к высшей математике, которую вундеркинды все же могут осознать, но не с первого слова разобраться во всем.

Я думала, что поседею, когда они все разом пытались просто напитать нити силы энергией без указания вектора, отчего двое из них едва не получили весьма серьезные ожоги, а еще трое умудрились поджечь свои вещи, благо, сушили в тот момент не себя и додумались просто спихнуть их на пол в лужу. Вот тут уж пришлось говорить много и громко, до хрипоты убеждая не торопиться, раз за разом, этап за этапом объясняя все мелочи, напоследок уже себя даже окатив водой для наглядности.

В результате, когда прозвенел звонок, знаменующий окончание третьей пары, я уже была на грани того, чтобы тихо биться в истерике, зато больше половины детей сидели довольные и сухие. Правда, они же уже и начали бузить, переговариваться между собой, игнорировать мои замечания и даже ходить по аудитории. Оценив это, призвала на помощь остатки сил и уверенности.

Фиг с ними, дальше уже не моя забота. Я час честно продержалась, это всего лишь замена, мне больше не грозит когда-либо вновь оказаться с ними наедине.

— Кто уже сухой, собирайтесь потихоньку, сейчас вас заберут. Кто не высох, подойдите, еще раз покажу и помогу каждому, — скомандовала охрипшим голосом, чувствуя себя как выжатый лимон.

— Вам же уходить уже надо, тот мужчина сказал, — заметила прехорошенькая гномочка с первой парты, которая одежду себе осушить смогла, а вот с волосами вышла заминка.

— Подождет. Иди ко мне, — вздохнула, махнув ей рукой, и громко похлопала в ладоши, привлекая внимание остальных, пытаясь перекричать усиливавшийся гвалт. — Кто еще мокрый, подойдите к учительскому столу. Остальным просьба вести себя чуть потише, пока я помогаю вашим товарищам. Буду весьма благодарна!

Помогло слабо, но самые мокрые дети уже вскоре стояли возле меня, переминаясь с ноги на ногу. Постаралась объяснить им еще подробнее, разжевать до основания, показывая на примере стоявшей ко мне ближе всех эльфийке, что за чем делать. Это помогло еще двум высушиться. Оставшимся пришлось помочь. Им никак не удавалось пустить нужное количество силы, получалось слишком много за раз, и тоненькие линии рисунка рвались, не выдерживая энергии, что через них пытались протолкнуть эти самородки.

— Почему не высушить нас всех сразу? — наморщив нос, спросила уже высушенная мелкая дриада, пока я осушала очередного ученика.

— Потому что каждый из вас должен научиться, для этого и предназначены занятия, — заметила нравоучительным тоном, умолчав о главной причине: нет у меня столько силы, чтобы растянуть нити рисунка заклинания сразу на всю аудиторию и напитать нужным количеством энергии.

— Ерунда какая-то. Нам это не нужно, бесполезное заклинание, сейчас на каждом шагу есть артефакты для сушки волос и одежды, стоят копейки, — фыркнул эльфик, которого я как раз закончила сушить.

— Ну так чего ж не воспользовался им?

Я уже и вправду держалась из последних сил. Помимо усталости, дикого напряжения и последствий пережитого стресса зверски болела голова и горло. Кажется, еще и голос уже начал садиться.

— У меня его нет с собой.

— Ну вот и все. Кто еще мокрый? Вы двое? Остальные сухие? Хорошо… — выдохнула я, снова цепким взглядом окинув весь класс.

Дверь открылась, и вошел декан. Мужчина явно с порога хотел что-то сообщить детям, но осекся, заметив, что я все еще здесь. Уже не разъясняя в который раз, что и как делаю, просто молча высушила оставшихся двух детей. Впрочем, они и не возражали. Кто в самом деле хотел научиться заклинанию, либо справился с ним сразу, либо подошел ко мне в числе первых, пытаясь все верно повторить.

— Юные маги, портал готов, все на выход, — скомандовал декан, как в какой-нибудь военной школе.

Впрочем, боевик и есть боевик. Тем не менее, ученики спорить не стали и, похватав свои вещи, радостно вопя, ломанулись на выход, благо, насколько знала уже, портал для них открывали здесь же, в коридоре, чтобы не шатались по Академии туда-сюда. Хотя, слышала, это только на первое время — дальше будут сами выходить, как попривыкнут…

— Сандра, почему здесь мокро? — мои мысли прервал голос вернувшегося декана.

— А вас не смущает, почему я здесь одна?! — вызверилась я, уже не сдерживаясь. Правда, из-за осипшего голоса все равно получилось тихо и в достаточной мере мирно, так что декану не суждено было узнать степень моей ярости.

— Саймон мне сказал, что у детей что-то взорвалось, но вы остались с ними, пока он бегал за мной. Так что здесь произошло? Вы тушили огонь водой? Вы же магистр теоретической магии, неужели нельзя было просто убрать молекулы кислорода вокруг источника возгорания? — укорил он меня, шепнув какое-то заклинание, явно из бытовой магии, убирая последствия устроенного потопа.

— Он что сказал?! — я сразу сорвалась на писк. — Он дал детям боевое заклинание, не объяснив векторы, после чего затолкал меня в аудиторию и сбежал!

— Уверен, вы просто преувеличиваете. Когда я заглянул к вам, вы спокойно вели лекцию, а дети смирно писали. Правда, я мельком заглянул, меня ждал ректор, не обратил внимания на воду… и стены. Сандра, вы что, в помещении использовали боевые заклинания?

От несправедливости обвинения в носу защипало, а в горле встал ком. Стало до ужаса обидно.

— О, не вы. Приношу свои извинения, с Саймоном поговорю, — между тем, исправился мужчина, заметив обрывок записанной Саймоном схемы на доске. — Вы что, плакать собрались?

— Нет! Делать мне больше нечего! Я просто час сидела с группой неконтролируемых магов, от которых бегут кураторы и которым перед этим дали в руки боевое заклинание! Я могла погибнуть тут! — голос полностью не вернулся, но я умудрялась кричать даже шепотом, а слезы высохли, так и не пролившись.

— Сандра, успокойтесь, это всего лишь дети. Понимаю, вы сильно перенервничали, возможно, испугались, но вы отлично справились. А знаете, идите-ка домой, я сам сегодня закончу все дела на кафедре, впереди два выходных, вы окончательно придете в себя, а в понедельник только посмеетесь над этой историей… Кстати, я вам не говорил? Вам будут начислять помимо жалованья аспиранта еще надбавку за работу на кафедре, — принялся уговаривать меня лер Родерган, его голос звучал непривычно ласково.

— Домой? — переспросила растерянно.

— Да, вы устали, переволновались… Идите, отдыхайте, — улыбнулся он.

И я, лишь вздохнув в ответ, не нашла в себе сил спорить или что-либо доказывать. Просто кивнула и в самом деле покинула аудиторию, этаж нашего деканата, академию… И только уже войдя в общежитие, вспомнила, что мои наработки остались в преподавательской, а я так и не зашла на кафедру к артефакторам.

Впрочем, в тех расчетах, что я оставила, никто посторонний не разберется, чтобы всерьез опасаться, что кто-то заберет мою работу… Да и забирать там особо нечего, это самое-самое начало, с которого только возьмет основание основная тема моей будущей возможной диссертации… Но будет обидно, если потеряется. Впрочем, раньше понедельника я этим заниматься точно не буду. Нет уж. Все потом, у меня стресс!


— Сандра, постой! Ты же Сандра, да? В двенадцатой комнате живешь, — услышала я окрик коменданта, когда уже встала на первую ступеньку лестницы. Чуть заторможенно обернулась, недоуменно уставившись на нее.

— Да, это я… Здравствуйте.

— Ага, я так и подумала. В общем, ремонтники сегодня утром приходили по заявке, но у тебя дверь как-то хитроумно заперта, мы не смогли открыть. Так что быть тебе без окна и чего там еще надо, — выдала орчанка с некоторым сочувствием в голосе.

— А почему не предупредили меня с вечера? Я бы не уходила никуда вообще или дверь не запирала…

— Это же гоблины, никогда не предупреждают. У меня стандартный магический ключ от всех комнат есть, но он не подошел к твоей комнате. Там куча каких-то мелких заклинаний… Снаружи они подтянули провисшие магические нити — все, на что смогла их уговорить, — она сокрушенно развела руками.

Я лишь молча покивала, крепко стиснув губы, чувствуя, как истерика, отступившая было после разговора с деканом, вновь пытается прорваться наружу.

— То есть, когда начнутся холода, я так и буду без окна замерзать? — уточнила безэмоциональным тоном, но на последнем слове голос предательски дрогнул.

— Можно еще раз подать заявку, не переживай. Но ты больше не запирай дверь на такие хитромудрые замки, хорошо?

— А можно я оставлю вам просто код моего артефакта связи, а вы свяжетесь со мной, как придут ремонтники? Пожалуйста… — и невольно шмыгнула носом, чувствуя, что слезы вот-вот все же прольются от обилия событий, навалившихся на меня сегодня.

Лерри Калахара в первый миг явно хотела ответить мне категоричным отказом, это было видно по ее непримиримому выражению лица. Даже открыла рот, но осеклась, сочувственно вздохнув.

— Ну-ну, не расстраивайся. У каждого бывают неудачи, а пока, в самом деле, не холодно же. И я с улицы видела, ты шторки симпатичные повесила, наверняка же и внутри все облагородила… До холодов успеют все сделать, у нас, вон, осень теплая какая выдалась, еще недели три-четыре точно сможешь спокойно обходиться без окна, — принялась она увещевать и, подойдя ближе, даже дернулась, пытаясь то ли обнять, то ли погладить по волосам… Но ограничилась тем, что за локоть оттащила чуть в сторону, давая пробежать молодому орку с охапкой книг, явно опаздывавшему на занятия.

— Куда несешься?! Затопчешь же кого или сам навернешься, шею свернешь, а мне потом отчитываться!..

Правда, окрик комендант на орка мало подействовал. Он лишь буркнул слова извинения и, вжав голову в плечи, побежал еще быстрее.

— То есть, мне снова ждать ремонтников и… Сколько вы сказали? — напомнила я, а внутри все похолодело от прозвучавших сроков, и стало совсем тоскливо.

— Повторную заявку вряд ли раньше одобрят, уже ж приходили по этому адресу, теперь когда еще доберутся… И ладно уж, оставляй код артефакта, я сообщу тебе, чтобы ты была на месте, — она снова сочувственно вздохнула.

Тяжело сглотнув, я скупо поблагодарила ее и оставила свой номер, чувствуя, как с каждым шагом мной все больше овладевает отчаяние. И на кой черт я вообще запирала так эту комнату? Пусть бы и оставалась открытой, в самом деле. Денег я там не держу, всегда с собой, а больше там и брать нечего. Ну не ковер же или бальное платье свиснут?!

На последних шагах все уже плыло перед глазами из-за слез, что грозились вот-вот пролиться. Но я все еще пыталась как-то взять себя в руки, представляя, как сейчас наберу пенную ванну и буду там нежиться несколько часов, включив какую-то приятную музыку на магическом проигрывателе. Да и, кажется, еще с прошлого моего похода в город оставались вкусные конфетки с чуть терпковатой сладкой начинкой…

Но, видимо, Вселенная решила, что если начала мне сегодня выдавать неудачи, то надо нагрузить ими по полной. Это я осознала, когда попыталась привычно развеять запирающие заклинания, открывая одно за другим. Чем-то это напоминало кодовый замок, когда важна именно последовательность цифр, нажать которые не составит труда любому прохожему, ориентируясь на стертую краску кнопок на домофоне. И я знала, что вначале следовало снять амбарное, потом для шкатулок, потом… Да уже не имело значения, что «потом», ведь я не могла подцепить самое первое!

Ремонтники, решив сделать доброе дело по наводке коменданта, подтянули провисшие магические нити, из-за которых я не могла повесить обычное универсальное запирающие заклинание, настроенное на мою ауру. Но, тем самым, они намертво заблокировали мою дверь, спаяв все эти мои мелкие охранки в одну сплошную, где даже не видно начала первого и конца последнего!

Не выдержав подобного издевательства от судьбы, я просто устало опустилась на пол, опершись спиной на дверь, и, подтянув к себе колени, уткнулась в них лицом и горько разрыдалась.

— Сандра? Что ты… Ты плачешь? Не надо, все хорошо, все будет хорошо! Тише-тише, — вдруг зачастил рядом чей-то смутно знакомый голос, но сквозь слезы, застилавшие глаза, я в первый миг не сумела рассмотреть, кто неслышно появился в коридоре и сейчас присел рядом со мной на корточки.

Но даже ответить не смогла, скатываясь в полноценную истерику. На сегодня стресса оказалось чересчур много, и я уже просто была не в силах остановиться.

Моей руки коснулось что-то пушистое, заставив невольно вздрогнуть. Хвост? Среди моих знакомых, живших на этом этаже, я знала лишь одного парня, кто мог похвастаться данной частью тела. Кое-как утерев слезы тыльной стороной ладони, уставилась на растерянного и даже чуточку испуганного Андреаса, всматривающегося в мои глаза с бездной беспокойства во взгляде.

— Все хорошо, что бы ни случилось, мы все решим, доверься мне, — увещевал он неожиданно твердым и уверенным тоном, хоть и понятия не имел, что стало причиной моего срыва. И от этого хотелось плакать еще больше.

Вот как ему объяснить, что это первая истерика после моей гипотетической смерти? В моем мире пришиб незнакомый пес, и тело забрали, кинули в самый вир событий, где все чужое, друг сегодня фактически предал, дети чуть не ухайдокали, к артефакторам не переводят, еще и жить теперь негде, и вообще, хочу домой, к моей маме, в мою общагу, в мой универ…

Поэтому просто хотела было провыть, что хорошо у меня уже ничего не будет, но это его «мы решим» затронуло какие-то струны души. Особенно на контрасте с поступком Саймона, который, как оказалось, задел меня намного сильнее, чем могла подумать.

И, уже не задумываясь, что делаю, просто нуждаясь в дружеской поддержке, подалась вперед и прижалась к Андреасу, обняв его. Надо было что-то сказать, поблагодарить хотя бы за попытку утешить или, как минимум, объяснить, почему я тут расселась на полу, но истерика отступать все еще не желала.

— У меня… у меня… дверь заклинило-о, — все же прорыдала. — И ремонтники окно не заделают еще несколько неде-ель!

Андреас неловко приобнял в ответ и с секундной заминкой осторожно опустил горячую ладонь мне на спину, чуть погладив, как обычно гладят неприрученных кошек, которые могут в любой миг либо оцарапать, либо сорваться и куда-то убежать.

— Всего-то? — пробормотал он мне куда-то в макушку, отчего щекотно зашевелились волосы от его дыхания, а в его голосе явственно отразилось облегчение. — Ну-ну, сейчас со всем разберемся…

— Не хочу я уже ни с чем разбираться… Вот почему все это происходит со мной, а? Что я сделала Вселенной, что она так ополчилась на меня? — я обреченно хлюпнула носом, не торопясь отпускать Андреаса.

— Одна несчастная дверь не стоит твоих слез, Сандра… Да и вообще ничто не стоит. Давай, не надо сидеть на полу. Поднимайся, вот так, — ласково заворковал парень, приобняв меня за талию и помогая подняться. — Сейчас я посмотрю, что с дверью, только не надо плакать, хорошо? Это все ерунда, право слово…

Я уже и не противилась, покорно поднявшись, и даже отпустила наконец-то его рубашку. Устало привалилась к стене спиной, мужественно поборов желание вновь сползти по ней вниз. Может, Андреас действительно сейчас все как-то исправит и…

— Ого, ты навертела тут с защитой… — услышала его растерянный голос с капелькой вины.

— Никак, да? — прошептала дрожащими губами и крепко зажмурилась, и так зная ответ, чувствуя, как горячие слезы вновь заструились по щекам.

— Ну Санни, не надо, пожалуйста, ничего страшного! Я в ремонтной магии и защитных заклинаниях не силен, но тут целый этаж аспирантов, кто-то да и разберется! Правда, сейчас их, скорее всего, еще нет дома… Ну чуть позже откроем дверь, час-два — разве так критично? Сейчас пойдем ко мне, ты там посидишь, выпьешь горячего какао… А хочешь с пирожками? Как в твой первый день здесь? Только не плачь, мы обязательно что-нибудь придумаем, я поспрашиваю у своих знакомых, в крайнем случае, вышибем эту чертову дверь… — зачастил он, но я уже не вслушивалась, меня засасывало в пучину беспросветного отчаяния. — Пойдем!

Последнее слово прозвучало вдруг особенно решительно, заставив все же бросить на него взгляд. А в следующий миг Андреас подхватил меня на руки без особого труда, я лишь икнула от неожиданности, зато истерика чуть отступила. И пока пребывала в ступоре от такого поведения, казалось, уже знакомого мне котика, парень успел дойти со мной до своей комнаты, лишь там спустив на пол, чтобы открыть дверь.

— Т-ты что делаешь? — пробормотала я, окончательно растерявшись.

— Я не умею успокаивать девушек, — признался он бесхитростно и пожал плечами. — Только детей. Обычно помогает, когда их берут на руки.

Пока я осознавала эту фразу, пытаясь понять, откуда у него опыт общения с детьми и как реагировать на то, что сама попала в ту же категорию, меня вновь подхватили на руки и внесли в комнату, сгрузив уже на кровать. Только и успела протестующе пискнуть.

— Вот через порог уже и сама могла бы переступить, — пробормотала, с каждым мигом чувствуя себя все более неловко. Истерика окончательно отступила, оставив мучительное ощущение стыда за срыв.

Мало того, что позорно разрыдалась у своей двери и в грязном коридоре села прямо на пол в роскошном платье, так потом рыдала у Андреаса на груди, заражая его своим депрессивным настроением, а он еще и на руках притащил к себе…

— Держи, с корицей, — мне ткнули в руки свежую мягкую булочку, от сладкого запаха которой сразу начали выделяться слюни, сбивая с мысли. — Я утром себе набрал, чтобы не отвлекаться от чертежей, на кафедру сегодня даже не ходил… Сейчас какао сделаю, как и обещал.

Запоздало вспомнила, что ведь действительно, меня декан отпустил намного раньше с кафедры, остальные аспиранты еще должны быть в университете, просто безумно повезло, что сегодня Андреас работает у себя.

Подмигнув мне, нэко быстро достал откуда-то две чашки, турку, узнаваемый коричневый порошок, какие-то специи и бутылку молока. Выставил это все на стол, заваленный свитками и инфокристаллами, и принялся магичить. Причем, я так и не поняла, где в ход шла реальная магия, а где просто кулинарное мастерство.

Да что там, даже не успела заметить, откуда он все это достал. Не удивлюсь, если продукты были законсервированы статическим заклинанием и хранились в его межпространственном кармане. Уже буквально через пару минут по комнате разнесся умопомрачительно вкусный запах свежезаваренного какао, заставив меня заинтересованно принюхаться и все же откусить кусочек свежей сдобы.

— Ты уже не плачешь? — Андреас светло улыбнулся, протягивая мне одну чашку и делая глоток из второй, но в его глазах все еще плескалась бездна беспокойства.

— Видимо, нет… Прости, расклеилась как-то, не знаю, что на меня нашло, — судорожно вздохнула, обхватив горячий бок чашки покрепче, и наморщила нос, испытывая острое чувство стыда. Некстати вспомнилось, как утром тщательно наносила макияж… который наверняка живописно сейчас размазался по всему моему лицу. Ууу, гадство!

Украдкой взглянула на свои ладони. Ну так и есть! Темные разводы от потекшей туши и пара розоватых пятен от помады. Ух, красавица я сейчас, наверное… И Андреас не побоялся же такое чучело притащить к себе. Ох, не видит этого Риэль…

На миг представила, что могла бы сказать или сделать феечка, увидев, как ее жених таскает на руках ревущую невезучую дурынду, и невольно поежилась. Не думаю, что в данной ситуации она осталась бы такой же жизнерадостной и добродушной. Отгоняя непрошеные мысли и кровожадные образы с Риэль в главной роли, откусила еще от булки, роняя сладкие крошки себе на платье.

— Учитывая состояние твоей комнаты, ты и так долго держалась. Я еще помню, какой скандал ты устроила, когда в прошлом году обнаружила на своей парте прилепленную сбоку магическую слизь… Прости, что напомнил, — тут же спохватился Андреас. — Я не говорю, что это плохо — ты отстаивала свое мнение, и…

А у меня перед глазами пронеслось воспоминание, как Сандра безобразно истерила тогда, захлебываясь слезами. Да уж, на фоне той сцены сегодня я так, чутка не в духе.

— Да ладно, характер у меня сложный, знаю, нервы ни к черту… — примиряюще улыбнулась, отхлебывая обжигающую ароматную жидкость, и выдала неожиданно. — А меня сегодня отправили к детям вести занятие…

Вот сейчас, сидя на мягкой кровати в уютно обставленной комнате Андреаса, сидевшего напротив меня на стуле, попивая вкуснейший какао и заедая печаль булочкой, все казалось уже не таким страшным. Правда, тем больший стыд испытывала за срыв.

От моего заявления Андреас аж поперхнулся и выплеснул часть горячего какао себе на штаны. Невнятно ругнулся, но тут же смутился, покосившись на меня. Небрежный пасс рукой — и пятно исчезло.

— Вау! Магия… — пробормотала, завороженно уставившись на абсолютно чистую и сухую ткань. В этом мире меня боевые заклинания так не впечатляли, как ремонтные и бытовые.

— Ну да, бытовая…

— Эм… Имею в виду, сложная магия.

— Если целенаправленно учиться ей — то не очень. Я, например, в ваших теоретических расчетах вообще толком ничего не понимаю, а ты эти задачи по теории вероятности щелкала только так, даже не была похожа на аристократическую снежинку… — улыбнулся Андреас, протягивая мне еще одну булочку, заметив, что я разделалась уже со своей.

— Аристократическую снежинку?

— Ммм… Я так мысленно называл тебя. Не обижайся только, я в хорошем смысле. Ты вот такой живой, оттаявшей, была как раз в моменты, когда увлекалась чем-то сильно… Ну и сейчас, как переехала в общежитие. Какие-то перемены произошли в жизни?

— Угу… Типа того.

Невольно улыбнулась, допивая какао, с наслаждением облизывая пенку с губ. Перемены… Да уж, иначе и не скажешь. Поймав внимательный и едва ли не умиленный взгляд Андреаса, чуть смутилась, пожав плечами.

— Так что насчет детей? Неожиданно вообще, если честно. Я думал, ты хочешь к артефакторам… — продолжил он, как ни в чем не бывало.

— Не поверишь, я тоже так думала… И продолжаю думать. Особенно учитывая, что они меня сегодня пытались убить, — вздохнула я и, попивая какао и продолжая уплетать сладкую булку, постепенно рассказала Андреасу обо всем, случившемся сегодня.

Даже нашла в себе силы посмеяться, рассказывая, как в конце сушила детей, по ошибке намоченных мною же. Правда, нэко улыбался как-то очень уж натянуто, а его хвост гулко ударял по ковру, выдавая недовольство хозяина.

— И ты после этого будешь продолжать общаться с Саймоном?

Я честно задумалась. Обида уже чуть поутихла, но до того, чтобы простить его… Пока не уверена, захочу ли даже видеть его в ближайшее время. Действительно ведь считала другом.

— Не знаю. Мы же в одной компании… Хотя, кто знает, могу ли считать дальше, что принадлежу к этой компании. Он с ними не первый год, а я… — не договорив, я скривилась, покачав головой.

Продолжать мысль не хотелось. Уже как-то привыкла не только к Лайле, с которой с удовольствием завтракала каждое утро и на выходных отправлялась шататься по городу, покупать какие-то мелочи, присматривать что-то на будущее, да и просто гулять, но и к добродушным весельчакам-оркам. Да что там оркам — Адрелия, и та мне уже как-то импонировала, а Бьянка почти не бесила. Ричи тоже вполне нормальный адекватный парень…

— Прости, я не должен был спрашивать. Но ты всегда можешь рассчитывать на меня, я всегда буду твоим другом, — Андреас понимающе улыбнулся и на несколько мгновений ободряюще сжал мою липкую после булки ладонь.

— Спасибо… Ты чудесный друг, — невольно улыбнулась в ответ и добавила чуть смущенно. — Я воспользуюсь твоей ванной, хорошо?

И с трудом сдержала ругательства, так и рвущиеся наружу, как только увидела в зеркале свое чуть опухшее и покрасневшее от слез лицо с живописными разводами от потекшей косметики. Жуть какая…

И для кого сегодня красоту наводила? Детишкам определенно по фигу, как выглядит их очередная учительница, декан на меня в принципе редко поднимает взгляд, к артефакторам так и не попала… Ладно уж, Андреаса не спугнула, и на том спасибо. Вернувшись в комнату, уже бодрее улыбнулась ему.

— Слушай, забыла спросить, а ты где успел заработать опыт успокоения детей?

— У меня очень уж многочисленная родня, да и друзей у них немало. На семейные сборища съезжаются всех возрастов, а я среди отпрысков один из самых старших, вот мелкие и виснут на мне, — пожал плечами он, обезоруживающе улыбнувшись.

Я тут же представила Андреаса в окружении, почему-то, котят, которые ползают по нему и пищат. Так, вот только расистских мыслей мне не хватало! Вроде ж не первый день в этом мире, всего-то и надо представить обычных детей с ушками и хвостиками… Убойная милота, небось!

— И много их? — спросила, чтобы хоть как-то выбросить из головы картинку, где по Андреасу ползают уже младенцы.

— Ну, сейчас уже почти все выросли. У нас всех разница в несколько лет всего, с той же Риэль приходилось возиться… Шестеро-семеро малявок за раз обычно припадало на мои плечи, — ухмыльнулся он, склонив голову набок и явно забавляясь моей реакцией. Я там и села, как стояла. Благо, что рядом с кроватью находилась.

— Надо же… Не представляю, как в одиночку можно справиться с оравой детей…

— Кто бы говорил, сама-то спокойно провела занятие у группы юных магов, от которых все бегут. И довольно успешно, судя по твоему рассказу.

— Ой, не напоминай! Это с перепугу, — фыркнула, махнув рукой, но от похвалы разлилось приятное тепло внутри.

— Да ладно, ты прирожденный учитель!

— Ага, только декану моему об этом не говори — еще раз выйти на замену я не готова… И вообще, мне сейчас жить негде, так что уж точно не до размышлений о моих исключительных педагогических способностях.

— Ты можешь пока пожить у меня, — спокойно предложил Андреас, заставив меня удивленно выпучить глаза.

Нет, были бы мы в моем мире, я бы спокойно отреагировала на такое предложение. Кто что подумает — плевать, в самом парне уверена, что без всякой задней мысли… Но учитывая, что он помолвлен, это странно даже для моего мировосприятия. Да и слишком уж палевно, если аристократка Сандра примет его предложение… хотя вот Сашка в моем лице всеми лапками «за»… Жаль, что этим проблему не решить.

— Я имею в виду, что в случае чего ты можешь переночевать в моей комнате, а я останусь у кого-то из друзей на ночь, — и он даже чуть смутился, прижав ушки к голове.

— Ага, а потом об этом узнает Риэль, и… — начала я и осеклась, мысленно перебирая варианты, что может сделать феечка в таком случае от ревности.

— И с криком «а что, так можно было?» переселится к тебе, окончательно оккупировав мою комнату. Или предложит тебе переночевать у нее… Кстати, как вариант? Уверен, она с радостью примет тебя на постой, ее родители тоже всегда рады гостям.

— Как самый последний вариант. Риэль, безусловно, очаровательная и весьма интересная девушка, но общение с ней лучше принимать дозировано. Да и мы не так уж близко знакомы с ней, чтобы я напрашивалась домой, — призналась честно. — Не в обиду сказано, просто…

— Да ладно, я с детства ее знаю, можешь не оправдываться. Это у меня уже на нее иммунитет, — усмехнулся он, покачав головой. — Кстати, она в восторге от нашей прошлой совместной прогулки, просто спит и видит, чтобы ее повторить.

— Да? А чего молчите тогда, не зовете? Мне понравилась наша прошлая прогулка. Можно завтра как раз… Но давай сначала разберемся с моей дверью, хорошо? Постараюсь снова подцепить хвостик заклинания. Может, хоть какое-то удастся ухватить.

Как бы там ни было, феечка в самом деле была весьма милой, несмотря на всю гиперактивность. Да и периодически сталкиваясь с ней в коридорах Академии и столовой, уже даже попривыкла немного к ее манере общения.

— Убедила. Пойдем, попробуем еще раз, — и Андреас подал мне свою теплую ладонь, помогая подняться с кровати.

Я с готовностью уцепилась за нее. Когда есть такой замечательный друг, то и подставы от Вселенной уже не кажутся такими уж подставами…

И снова хорошо знакомая дверь с чуть облупленной краской и едва заметными царапинами от когтей внизу. То ли русалка дружила с оборотнем, который временами вел себя как самое настоящее животное, причем во всех смыслах, то ли он тут жил еще до нее… Как бы там ни было, суть проблемы это не меняло: дверь в мою комнату по-прежнему была недоступна.

Более того, мы с Андреасом уже успели сходить к коменданту и сообщить о проблеме, но помимо искреннего сочувствия ничего не добились. Максимум, чем она могла нам помочь — дать разрешение на то, чтобы выбить дверь. Но тогда мне придется ждать ремонтников не только без окна, но и без двери, а на это я уже была не согласна. По крайней мере, пока не испробую все возможные варианты.

— А если попробовать просто влить побольше магии в обычные отпирающие заклинания? Какое у тебя шло первое? Амбарное? — предложил Андреас, уже в который раз сканируя дверь магическим зрением.

— Да пробовали ж уже… Слушай, а если попробовать сразу несколькими, чтобы хотя бы хвостик одного из них выцепить? Давай, я кину амбарное, а ты шкатулочное? — осенило меня.

Нэко спорить не стал, и на счет «три» мы бросили одновременно заклинания в дверь. По ней пробежала едва уловимая рябь, и, кажется, даже что-то сдвинулось внутри магической начинки, по крайней мере, даже можно было рассмотреть отдельные потоки, завязанные мной утром, вот только подцепить по-прежнему никак.

— Что у вас здесь произошло? Сандра? — услышала я знакомый голос.

Обернувшись, увидела весьма удивленную и заинтригованную Лайлу, видимо, только вернувшуюся после университета. Похоже, коридор вскоре заполнится и остальными аспирантами, живущими на этаже, а тут я — бесплатное развлечение и памятник собственной дурости. Решила, что самая умная, крутую защиту навесила, ага!

— Да вот, дверь заклинило… — вздохнула тяжело и рассказала о своих злоключениях… касавшихся исключительно двери. Сообщать о поступке Саймона, с которым у девушки и вовсе отношения, я была пока не готова.

— Слушай, мы тут с Санни попробовали кинуть два заклинания сразу — вроде какой-то сдвиг есть, но этого мало. Не могла бы ты помочь и кинуть одновременно с нами третье? — предложил Андреас, как только я закончила рассказ.

— У меня есть предложение получше, — фыркнула подруга, доставая артефакт связи.

— Надеюсь, ты не с Саймоном связываться собираешься? — насторожилась я.

— Что? Почему именно с ним? Нет, он не по этим делам, — отмахнулась она, быстро набирая для кого-то сообщение. Почти сразу артефакт пиликнул ответным. — Ага, скоро подойдет, она еще на территории академии… Ты не обидишься, если я не стану дожидаться результата? Я вообще заскочила на пару минут в общежитие, взять кое-какие компоненты для моего эксперимента — мне на весь вечер дали доступ к лабораториям с нужным мне оборудованием, не хотелось бы терять время.

— А, нет, конечно! А с кем ты связалась? Я ее знаю? — уточнила, мысленно прикидывая, кого Лайла могла вызвать мне на подмогу. Еще и того, кто без разговоров согласился прийти и попробовать помочь.

— Да, конечно, не ошибешься. Ну ладно, я побежала, — улыбнулась девушка и поспешила скрыться в своей комнате.

— Ты можешь не ждать, в принципе, может, мне действительно помогут, — пробормотала я, покосившись на Андреаса, по своему обыкновению покачивающегося на пятках рядом и с задумчивым видом в который раз изучающего закрытую дверь. Подумав, уселась снова на пол, опершись спиной на дверь. В конце концов, все равно уже сидела сегодня так, терять нечего, на мнение окружающих тоже как-то плевать.

— А вдруг не помогут? Нет уж, подожду, чтобы убедиться наверняка, что у тебя все в порядке, — заявил он непреклонным тоном и, покосившись на меня, примостился рядом.

Мимо прошли две эльфийки, что жили дальше по коридору, чьих имен я пока все еще не знала. Чуть округлили глаза, обозрев нас с нэко, но, поздоровавшись, никаких уточняющих вопросов задавать не стали. Я весело помахала им рукой в ответ.

Из своей комнаты выпорхнула Лайла, неся в руках нечто весьма объемное, искрящееся магией и, судя по всему, очень хрупкое, раз стихийница не спрятала его в межпространственный карман.

— Адрелия еще не пришла? С минуты на минуту появится, мне отписалась, что уже подходит. Не переживай, она профи в этих делах, мы с ней пару раз на полигон пробирались и в кабинет… Впрочем, неважно. На завтра все в силе? В том чудном магазинчике на центральной площади должно быть поступление новой коллекции, я бы с удовольствием присмотрела себе костюмчик, — протараторила девушка на ходу и, дождавшись моего кивка, еще раз попрощалась и покинула нас.

— Вот видишь, все складывается как нельзя лучше. Адрелия — кто-то из твоих друзей? — заметил Андреас оптимистично.

— Ага… Вроде того…

Насколько Адрелия мой друг — сложный вопрос. С другой стороны, кинжал у своего лица я от нее еще не ловила. Правда, тот же Джош регулярно получает такой подарочек — может, для воинственной дроу это и есть показатель дружбы, и в таком случае лучше перебывать где-то на тонкой грани «хороших знакомых»?

Андреас явно хотел спросить что-то еще уточняющее, но в начале коридора как раз показалась хорошо знакомая затянутая в кожу фигура. Я поспешно поднялась с пола, мысленно подбирая слова, как бы поточнее объяснить, что у меня тут произошло.

— Привет. Спасибо, что вызвалась помочь, — приветливо улыбнулась я, на что Адрелия лишь хмуро кивнула, придирчивым взглядом пробежавшись по двери, и презрительно поморщилась.

— Дело в том, что тут нити силы провисали, и я… — начала было объяснять, но девушка раздраженно мотнула головой.

— В курсе, — процедила она сквозь зубы.

— Ага… Ну, в общем, тут было амбарное запирающее заклинание… — попробовала зайти с другой стороны, зная, что вот такие подробности Лайла вряд ли указала в сообщении, обойдясь общим описанием ситуации.

— Плевать, — меня вновь оборвали на полуслове.

А в следующий миг Адрелия достала из ниоткуда очередной кинжал своей коллекции и, провертев его в руках, молниеносным движением полоснула воздух в паре миллиметров от двери. Я магическим зрением успела заметить, как разрушилось большинство наложенных мной нитей и, слава всему святому, показались кончики уцелевших, за которые я теперь могла ухватиться!

— Спасибо! — воскликнула я вне себя от радости. — Дальше я уже справлюсь…

Но девушка, не реагируя на меня, шевельнула пальцами, заставляя кинжал исчезнуть, а на его месте проявиться тонкому узкому стилету. Несколько секунд хитромудрых манипуляций на уровне замка — и дверь с тихим щелчком отворилась.

— Обрывки заклинаний почистить или сама уберешь? — поинтересовалась девушка деловито.

— Сама… Спасибо! Не знаю, что бы я без тебя делала!

— Ага. Увидимся, — бросила она безразличным тоном и, больше не глядя на нас с Андреасом, ушла.

— Она всегда такая нелюдимая? — выдохнул Андреас, когда Адрелия уже покинула коридор.

— Это она еще приветливая… Не верится, что она так просто и быстро со всем разделалась… Хочешь зайти? — спохватилась, закончив очищать обрывки заклинаний и навешивая новое, стандартное, зацикленное уже чисто на мою ауру, которое помимо меня сумеет открыть лишь комендант своим универсальным ключом.

— Спасибо… Но мне бы еще с моим проектом поработать, — ответил он с сожалением.

— Ой, точно. Я тебя и так отвлекла, прости…

— Нет-нет, мне все равно нужно отвлекаться периодически, отдыхать, так что я должен тебе быть благодарен, — заверил парень с самым честным видом, тепло улыбнувшись, на что я лишь фыркнула. Да уж, повезло же Риэль…

— Ну ладно… И если вдруг что, то…

— То ты мне поможешь в любое время дня и ночи, я помню, — закончил он мою фразу с улыбкой, безошибочно угадав, что я хотела сказать.

Да блин, ну не могу я так, что даже отплатить нечем! То есть, хорошо, что у него не случается в жизни никаких трындецов, где я могла бы помочь, но неловко же!

— Можешь снова отплатить мне прогулкой, если так уж принципиально.

— Договорились! Давай завтра вечером, — обрадовалась я, просияв, и тут же спохватилась. — Или когда? Ты говори, когда удобно, и…

— Удобно, — прервал он меня на полуфразе и, чуть подавшись вперед, явно хотел добавить что-то еще, но вместо этого лишь чуть застенчиво улыбнулся, а его хвост обвился вокруг талии. — До завтра, Санни.

А я только сейчас сообразила, что он сегодня ко мне обращается именно этим сокращенным именем, придуманным Риэль. И, не давая себе передумать, выпалила внезапно:

— Лучше тогда уж «Саня»… Мне так привычнее, — и, подметив отразившееся на его лице удивление, просто пожала плечами и скрылась в своей комнате.

Я не могла никому рассказать о том, кто я на самом деле, тем более не могла вернуться домой к своим родным, к привычной жизни, как и не могла притащить в этот мир ничего из своего прошлого… Пусть хотя бы будет эта его частичка в виде моего родного имени, раз уж оно так созвучно с придуманным для меня шебутной феечкой и таким замечательным котиком…

ГЛАВА 6

— …ну вот как так-то, а? Нет, я все понимаю, не сталкивался раньше с детьми или не ожидал от них такой сообразительности, но дать им боевое заклинание, после чего запереть меня с ними, это как называется?! — возмущалась я на следующий день, с упоением пересказывая Лайле свой первый опыт на преподавательском поприще.

— Скотина, — отозвалась она спокойно, ничуть не удивившись. — Вон в ту лавку еще заглянем потом, ага? Слышала, у них должны быть скидки на огнеупорные дорожные сумки из кожи химеры… Ну-ну, продолжай, я слушаю.

Дабы не затягивать и не порождать в дальнейшем неловкие моменты, прежде чем отправиться с Лайлой на оговоренный ранее шопинг, в двух словах описала случившуюся у меня с Саймоном ситуацию. И, неожиданно, девушка всецело поддержала меня. И теперь мы бродили по торговым рядам, а я уже увереннее и детальнее пересказывала Лайле все в подробностях.

Погодка сегодня была просто чудесной! На небе ни облачка, солнце ласково согревало, в воздухе витал едва уловимый аромат приближающейся осени, кое-где можно было заметить летающие тоненькие серебристые паутинки. Мимо сновал туда-сюда разнообразный народ всех возможных рас, продавцы весело зазывали, нахваливая свой товар, с продуктовых рядов вкусно тянуло выпечкой… В такой вот обстановке и не получалось как следует злиться из-за чего-либо. И все же мне удавалось, слишком велик был испуг и стресс в целом вчера!

— Ага, и я еще хотела посмотреть какие-то магические липучки для одежды или нечто типа того, чтобы можно было вешать… Так вот! Я думала, он друг, а он… — я запнулась, подбирая эпитет одновременно и посочнее, и такой, чтобы совсем уж не обидеть Лайлу, у которой с этой заразой еще и отношения.

— А он самый натуральный мудень с повадками придурошного засранца, — продолжила подруга, за рукав оттаскивая меня в сторону, чтобы нас не задел здоровенный орк, тащивший в руках связку каких-то досок.

— В точку! — обрадовалась я, но все же смерила Лайлу подозрительным взглядом. Нет, я, конечно, безумно рада, что она на моей стороне и вообще… Но все же как-то…

— Что? А думаешь, я просто так тебя предупреждала о нем, чтобы ты не питала на его счет особых иллюзий? Саймон тот еще гаденыш временами. Не со зла, не подумай, уверена, вовсе считает, что вся эта ситуация — невинная шутка… — вздохнула Лайла, но я ее перебила.

— Невинная?! Они в меня бросили пульсаром! А потом еще и огненной хренью!

— Он им огненное дал? Во дебил… — протянула она, поморщившись, но тут же спохватилась. — Ты же в порядке, справилась?

— Да уж пришлось…

— Я и говорю, рассчитывать на этого засранца особо не приходится. На поле боя — да, и как командир отряда, и как подчиненный. В остальном же… В общем, не завидую я его невесте, — фыркнула Лайла, покачав головой, заставив меня и вовсе зависнуть на несколько секунд.

— А дети — не поле боя?! — взвизгнула я натуральным образом, отчего седовласый оборотень, проходивший мимо, даже шарахнулся от нас в сторону и что-то неодобрительно проворчал себе под нос, недовольно покосившись на меня.

— Эм… Я, конечно, занятия у них не вела, и, разумеется, тебе виднее, но… — протянула подруга с явным сомнением, заставив меня досадливо цокнуть языком.

— Это нужно просто видеть, и, поверь, твое счастье, что судьба тебя с ними не сталкивала. Ладно, может, в чем-то я и преувеличиваю, но это не отменяет факта подставы. Друзья так не поступают! И что ты говорила о невесте? Типа будущей? Сама не планируешь в дальнейшем связывать свою жизнь с ним?

— И будущей, и нынешней… Зайдем в ту кофейню, что посещали в прошлый раз? С такими миленькими ежевичными пироженками?

— Ага… Постой-постой, в каком смысле «нынешней»? Он помолвлен, что ли? А ты? — на несколько мгновений во мне даже чуть поутихла злость на предположительно «бывшего» друга, сменившись немалым любопытством и удивлением.

— Там все сложно. То ли помолвлен, то ли помолвка только должна была состояться — он что-то упоминал такое, какую-то аристократку ему сватали, вот и отрывается, пока холост и не связался с замороженной снобкой… Не в обиду тебе сказано. Ты-то нормальная, — Лайла легкомысленно пожала плечами, чуть улыбнувшись, я же едва не навернулась, споткнувшись от неожиданности на ровном месте.

Мы как раз подошли к кофейне, и я ненадолго замолчала, пока присаживались за резной круглый столик у окна и делали заказ. Но как только официантка отошла, я не выдержала.

— То есть, ты знаешь, что он, по сути, занят, но продолжаешь с ним встречаться?

— «Встречаться» — слишком громко сказано. И потом, официально он не помолвлен. Когда-то да, всерьез строили отношения, но потом расстались, снова сошлись, опять расстались… Сейчас просто в одной компании общаемся, ну и приятно проводим время за ее пределами, если оба не обременены никакими иными отношениями, — Лайла легкомысленно пожала плечами, откинувшись на спинку стула, но заметив мой офонаревший взгляд, сделала свои выводы. — А, да, у аристократов же так не принято… Но мы маги, нравы у нас свободнее, особенно у боевиков и стихийников. Да и у некромантов тоже, тем вообще на все плевать.

У меня вновь все мысли перемешались. То есть, с точки зрения реалий моего мира — в общем-то тут ничего такого, и не такое слышала, видела. Но учитывая, что сама Сандра едва ли не верила в то, что все вокруг «ни-ни» до свадьбы, сейчас у меня даже был некий когнитивный диссонанс. Натура Сандры прорывалась, пребывая абсолютно в шоке, заражая и меня наивными суждениями. Хотя нет, несмотря ни на что, мне больше было чисто по-женски любопытно. Да и, опять же, замечательная возможность занять свои мысли чем-то иным, не вспоминая о вчерашнем ужасном дне.

— Но ты мне тогда в столовой сказала, что… — все же попыталась разобраться до конца.

— Чтобы ты не питала иллюзий на его счет. Я же тебе еще тогда сказала — я это говорю всем наивным невинным девушкам, кто крутился возле него, чтобы потом не разочаровывались. Прости, с тобой я не ожидала, что будет подстава отнюдь не из-за разбитого сердца…

— Я его другом считала! А он… он… Да, мать его так, он меня подставил и бросил! — вновь вспылила я, моментально переключившись с разговора о его гипотетической невесте.

Я бы много чего еще сказала в сердцах, но тут нам как раз принесли кофе с пироженками, и я вынужденно замолчала на пару минут, приветливо улыбнувшись миловидной юной дриаде, старательно выставлявшей перед нами чашки и явно нервничавшей, судя по ее чуть подрагивающим рукам. Так, Сандра, пора успокоиться уже, ты, вон, людей пугаешь. Отставить истеричные нотки, от этого никому не легче.

— Я всецело на твоей стороне. Кстати, завтра планируем встретиться в пабе «Кинжал & Пульсар», там по воскресеньям устраивают небольшие соревнования между всеми желающими магами, преимущественно студентами. Дрейк и Джош даже думали поучаствовать, но это не точно. Адрелия обожает комментировать ошибки участников, бронирует всегда места у самой сцены… Вот как раз Саймону все и выскажешь при встрече.

— Нет, Лайла. Прости, но нет. Я не хочу его видеть совсем. Может, позже изменю свое мнение на этот счет, но, как по мне, если у нас дружба, то дружба, а не суррогат, существующий лишь для совместных посиделок в баре. Я понимаю, что вы все знакомы уже не первый год, это я так неожиданно вписалась в компанию с подачи Саймона… — я поморщилась, прикусив нижнюю губу. Как бы ни хотелось казаться сейчас бесстрастной, мне по-прежнему было очень обидно. — Так что, думаю, будет лучшим вариантом, если я пока пропущу совместные посиделки.

— Сандра, ну ты чего? Ты же тоже наша уже, неужели из-за идиотского поступка… — растерянно пробормотала стихийница, но я решительно мотнула головой, пресекая ее слова.

— Я же не говорю, что собираюсь перестать с вами общаться. Просто пока пропущу совместные посиделки. Это не попытка привлечь внимание или рассорить вас, но мне правда тяжело принять случившееся, даже как дурацкую шутку.

От переизбытка эмоций, желая поставить точку в этом неприятном разговоре, я даже хлопнула раскрытой ладонью по столу, но тут же пожалела. Мой пока еще нетронутый кофе в маленькой фарфоровой чашечке не оценил такого проявления эмоций и выплеснулся за край, побежав по столу и, естественно, остановив свой путь на моих брюках. Благо, хоть не кипяток. Я быстро попыталась кое-как оттереть пятно салфетками, радуясь, что на темной ткани будет не сильно видно. Но, конечно, до Андреаса с его бытовой магией мне далеко.

— Жаль, конечно… Но мы в любом случае будем тебе рады… И с готовностью накостыляем Саймону, если тебе станет от этого легче. Он и Адрелию как-то раз подставил, то ли не предупредив о смене в расписании патрулирования, то ли случайно испортив инфокристалл с ее наработками по проекту. Ох и гоняла она его потом вместе со своим питомцем, ты бы видела, — девушка мечтательно улыбнулась, но, оценив мое кислое выражение лица, осеклась и поспешила переключить разговор на другую тему. — Прости. Поняла, о Саймоне больше не говорим. Кстати, почему раньше не видела тебя в компании вчерашнего нэко? Вы довольно мило общались с ним, да и помогал тебе, будто вы знакомы уже давно. Как его там, Анеус? Андарус?

— Андреас, — невольно улыбнулась, подумав о котике и о предстоящей встрече с ним и его шебутной невестой. — Мы из одного потока. Да, хороший парень. И ты видела меня с его невестой-феей, может, помнишь, она еще в коридоре мне волосы заплетала…

— Такую забудешь… Невеста? Хм… Что-то вокруг все с невестами вдруг, на первых курсах их хомутают, что ли? Похоже, хороший парень, даже жаль, что не свободный…

— У меня, между прочим, тоже вроде как есть жених, — напомнила я, почему-то вдруг начав испытывать неловкость от этого разговора.

— Так я и не о тебе сейчас, я-то девушка условно свободная… Ну да ладно, невеста так невеста. А с твоим женихом что? Ты не рассказывала раньше о нем. То есть, да, помню, ты что-то такое упоминала как-то, но и только. Кто он, чем занимается, как давно вы с ним знакомы, как произошла помолвка, когда планируете жениться, где он живет, почему не встречаетесь с ним… В общем, жажду подробностей! — тут же забросала она меня сотней вопросов, отпив кофе.

Но я вынуждена была ее разочаровать.

— Эм… Понятия не имею. Но, кажется, он из Академии, — протянула неуверенно, отчего Лайла поперхнулась напитком.

— Час от часу не легче… «Кажется»? Ты с ним знакома или нет?

— Вроде бы…

— Да ты прям кладезь информации! Ладно, имени не знаешь, личностью не интересовалась, так понимаю, связать себя в обозримом будущем узами брака не планируешь — суть уловила, ага. Он хотя бы из Академии был или и сейчас здесь? — задала она достаточно резонный вопрос, о котором я как-то раньше не задумывалась.

— Эээ…

— Ты безнадежна. Женщина, где твое любопытство?! То есть, ты пойдешь замуж за, по сути, первого встречного, ведь ни черта о нем не знаешь? — упорствовала Лайла, заставляя меня чувствовать себя совсем уж неловко.

— Да как-то не до того было… То одно, то другое, ну знаешь, как это бывает… Ну и замуж я не то чтобы собиралась, я, как бы это сказать, в аспирантуру сбежала, чтобы не выходить… — пролепетала я совсем неуверенно.

Ну, не рассказывать же ей, что была в таком охренении от осознания, какую подставу мне устроила настоящая Сандра, проведя ритуал высвобождения души, а после лихорадочно пыталась закрепиться в этом мире, что и думать забыла о каком-то несчастном женихе? Не трогает меня — и ладно. Маман Сандры изредка присылала сообщения на артефакт связи, но там стандартное, не обижает ли кто, не передумала ли учиться, не прислать ли мне очередное бальное платье…

— Как скучно я живу, однако… Вот как окажется, что твой жених — это Саймон, будешь знать, нелюбопытная ты моя! — фыркнула Лайла насмешливо, уже позабыв о своем обещании не говорить о нем, но мне уже было не до этих нюансов.

Ну нет, это же совсем бредовое предположение. Даже если так подумать, вспомнить, что кричал отец Сандры, когда я только очнулась в ее теле. Что-то о том, что не фиг ей вздыхать о каком-то хлыще, у нее жених хороший мальчик. И опытным путем было установлено, что сохла эта наивняха как раз по Саймону. Следовательно, он и есть тот самый «хлыщ», а значит, быть «хорошим мальчиком» уж никак не может. Логично? Ну логично же, да? Ради всего святого, Вселенная, не хихикай там ехидно, ну логично…

— Что притихла? Думаешь о женихе? Ну спроси у родителей. А вообще, если не планируешь выходить замуж в любом случае, просто забей на него, как успешно делала все это время. Ты доела уже? Пойдем тогда, сейчас расплачусь только… Прошлый раз ты платила, так что сегодня я угощаю, — прощебетала подруга, подмигнув мне, и махнула рукой, подзывая официантку.

У меня же, тем временем, мысли потекли уже в другое русло. А с чего я взяла, что Сандра была влюблена именно в Саймона? С того, что других кандидатов нет? Ну так он попросту мог уже закончить обучение, выпустившись из академии, не все идут в аспирантуру! Да и папа Сандры, когда говорил о «хлыще», возмущался так, будто Сандра уже едва ли не собрала манатки, собираясь сбежать и тайно пожениться с ним!

А ведь с Саймоном они действительно не сталкивались толком, ну вел практическое занятие одно время, ну так у Сандры все туго с боевыми заклинаниями, девчонок в группе много, вряд ли ей там уделялось особое внимание. А больше им и пересекаться негде, раз уж он ее не запомнил. Я отталкивалась от того, что представила Саймона в полотенце и приняла это за воспоминание… Но так ли сложно представить абсолютно любого парня в полотенце?!

Как по заказу перед внутренним взором возник образ Андреаса в одном лишь полотенце. Хм… А ведь не отказалась бы увидеть его таким воочию… Так, не о том думаю! Хотя русло правильное. Вот как раз Андреас, подмечавший все детали поведения Сандры, мог обратить внимание, с кем она общалась чаще всего.

Осталось только придумать, как бы сформулировать этот вопрос, чтобы не показаться совсем уж странной. Хотя на фоне Риэль мне это вряд ли грозит. Решено, сегодня займусь тем, чем надо было заняться с самого начала: узнаю хоть что-нибудь о, скажем так, «факторах», которые привели к нашему обмену душами…


Вернувшись домой, в уже ставшее родным общежитие, первым делом отправила маме Сандры сообщение, где, помимо обычного «какделауменявсехорошолюблювасспапой», задала вопрос о личности жениха. И даже вскоре получила ответ…

— А что, ты уже виделась с ним? Правда же, он довольно милый?

— Кто «он»? Понимаю, должна была поинтересоваться его именем раньше, но как-то не до того.

— А, так все же интересно? Тогда, может, оставишь эту дурацкую аспирантуру, вернешься, встретишься со своим женихом уже нормально, официально заключим помолвку…

— Так ты мне скажешь его имя?

— Сандрочка, мы с папой желаем тебе только добра…

И все последующие сообщения в том же духе. Маман просекла фишку и имя гипотетического жениха называть мне явно не собиралась. То ли надеялась, что во мне взыграет любопытство на фоне общей сложности нахождения в аспирантуре и я вернусь домой, то ли хотела дать шанс этому «хорошему мальчику» самому со мной скентоваться как-то… Кстати, об этом.

— Мамуль, так сейчас он вместе со мной в академии?

И замерла, ожидая ответа, от нетерпения притопывая одной ногой. Как назло, именно на это сообщение маман не торопилась отвечать. Или же так долго строчит? Что может быть проще? Просто «да» или «нет». Наконец-то артефакт пиликнул, принимая послание.

— Ну разумеется! Потому я и не стала особо возражать против твоего поступления в аспирантуру. А так, может, находясь в одном заведении постоянно, познакомитесь еще ближе, захотите помолвку оформить до того, как ты отсидишь все положенные годы в аспирантуре… Будто есть ради чего там торчать.

От переизбытка чувств я даже выругалась, подняв взгляд к потолку. А на артефакт, тем временем, продолжали приходить другие сообщения, касавшиеся уже рассуждений на тему бесполезности аспирантуры для такой юной и красивой девушки, как я… Я ректора считала сексистом? Если Сандра с детства воспитывалась вот в таких условиях, то, думаю, поведение во время учебы было более чем соответствующим, следовательно, вот совсем неудивительно, что никто не воспринял всерьез мое желание учиться в аспирантуре!

Резко выдохнув, попыталась успокоиться. Не читая, пролистала сообщения ниже и принялась набирать следующее послание, тщательно подбирая каждое слово, решив зайти с другой стороны.

— Тогда назови мне имя. Может, ты и права насчет него, должна же я знать имя будущего мужа, общаться с ним…

Ага. Хорошая попытка. Но мимо.

— Ну вот он сам тебе и скажет. Уверена, он сейчас старается держаться поближе к тебе, узнать тебя получше — твое-то имя ему известно. Не все же истерят при планировании будущей помолвки, предпочитают узнать побольше о своей предполагаемой половинке.

А? Нет, не так. Ааа?! Кто этот маньячелло, что держится рядом со мной?! Ну не Саймон же?! А какие еще варианты? Орки! Тоже холостые. Ричи еще не помолвлен, а что с Бьянкой мутит — так даже лучше… Декан, в конце концов! Кстати…

— А он студент, аспирант или преподаватель? И с какой кафедры? Ну хоть что-то можешь сказать? Я же ваша единственная дочь, а вы меня практически продаете непонятно кому! Я, может, замуж вообще не хочу, а вы против моей воли!

Я бы, наверное, еще много чего написала, поймав едва ли не приступ панической атаки, но случайно ткнула уже «отправить», после чего продолжила строчить в том же духе, отдавшись полностью эмоциям настоящей Сандры. К счастью, прежде чем я успела дописать, вновь пиликнуло сообщение от родительницы.

— Ну что ты такое говоришь? Золотце, конечно же ты вольна выбирать. Не захочешь — никто и слова не скажет. Именно поэтому лучше, если личность твоего жениха останется пока в секрете. Ты же уже его воспринимаешь в штыки, относишься предвзято. Зато представь, как будет здорово, если ты и так с ним сдружишься, не зная, что он жених? Это будет так романтично!

Угу. И у меня по-прежнему информации ноль. Ясно-понятно. Тем не менее, после разговора я испытывала, скорее, облегчение. Как я и подозревала с самого начала — Сандру в самом деле никто не собирался насильно выдавать замуж за нелюбимого. Дурында… И надо было ей глотать то зелье?

Мысли вновь перескочили на эту ненормальную. Интересно, как она там? Защитила ли диплом? Пошла ли в аспирантуру? Общается ли с тем парнем и Хароном?.. Общается ли с моими друзьями, родными?

Негромкий стук в дверь отвлек от размышлений. Бросив быстрый взгляд в окно, сквозь которое проникали лучи закатного солнца, встрепенулась, вспомнив о встрече с Андреасом и Риэль.

Но все эти мысли куда-то делись, когда Андреас зашел за мной, чтобы идти гулять. Такой уютный, милый, улыбчивый… и надежный. Некстати вспомнилась оговорка Лайлы, что она свободна, а нэко парень хороший… Кстати, где Риэль? Опаздывает, что ли?

— У нее не получилось, с родителями к каким-то родственникам уехала на выходные.

— Ааа… Так сказали бы, перенесли бы прогулку, не страшно, — протянула я малость разочарованно.

Настроилась ведь уже, а тут такой облом. С Лайлой, разумеется, хорошо погуляли, Саймону косточки перемыли, да и шоппинготерапия все же вещь. Но вот переписка с драгоценной родительницей весь релакс свела на нет. И я теперь очень уж надеялась на нэкотерапию… Ну и феечкотерапию для профилактики, чтобы не вызвать привыкания, ага.

— Договорились же, с Риэль можно и потом отдельно погулять… Или ты и хотела именно с ней? — голос Андреаса звучал все так же спокойно-добродушно, но его ушки выдали настроение хозяина, печально поникнув.

— А? Ой, нет, просто подумала, что тебе неловко было отказывать, а что Риэль нет — даже хорошо. Не в смысле, что хорошо без нее, просто хорошо с тобой и… — тут же затараторила я.

Похоже, способность ляпать что-то не вовремя и весьма двусмысленное оказалась заразной. И, как обычно у Андреаса было, чем больше я говорила, тем больше нагнетала ситуацию и тем неудобнее себя чувствовала. Так вот как это обычно происходит… Осекшись, бросила быстрый взгляд на парня, с преувеличенным вниманием слушающего околесицу, что я несла, и едва сдерживающего улыбку.

— А ты можешь сделать вид, что я просто согласилась пойти гулять или вовсе промолчала, а? — поинтересовалась я без особой надежды.

— Ну почему же, мне особенно понравилась часть «хорошо с тобой», — широко улыбнулся он, напоминая при этом сытого кота, слямзившего у хозяйки большууую такую рыбешку и стрескавшего ее в одну харю. Да уж, и вот это чудо я приняла за застенчивого ботаника?

— Издеваешься? — фыркнула, шутливо пихнув его локтем в бок.

— Прости, больше не буду, — мигом отреагировал он, посерьезнев.

— Да ладно, чуть-чуть можно. Риэль же не против, что ты со мной пойдешь гулять? — уточнила, на всякий случай.

— А с чего ей быть против? — Андреас недоуменно моргнул, искренне удивившись вопросу, на что я лишь пожала плечами. Ну не против, и хорошо, мало ли. Быстро заперев дверь уже обычным заклинанием, настроенным на мою ауру, ухватила соседа под локоток.

— В общем, будем считать, что я невоспитанная и вовсе промолчала с момента, как ты ко мне постучал, ага? — уточнила, на всякий случай, деланно насупив брови, чувствуя, как меня охватывает шутливое настроение.

Андреас несколько мгновений с явным интересом рассматривал меня, покосившись на мою ладонь, покоившуюся на его предплечье. Чересчур? Убрать? Но прежде чем отпустила его, парень подмигнул мне, вновь белозубо улыбнувшись.

— А все остальное мне приснилось, ага! Пойдем, а то все пропустим. Кстати, ты боишься высоты?

— Только если меня пытаются столкнуть с нее, — призналась честно, передернувшись, но тут же не сдержала любопытства. — А что пропустим?

— Увидишь.

И на его губах вновь промелькнула такая солнечная улыбка, от которой стало тепло на душе… Черт, лучше бы Риэль сегодня пошла с нами, ага…

Шли мы около часа. Вначале по главным улицам города, после по каким-то мелким закоулкам, а там и вовсе свернули в небольшой то ли парк, то ли скверик. За разговором с приятным собеседником особо нет разницы, где именно гулять, тем более что мне купили большой клубничный коктейль в вычурном стакане с высокой соблазнительной шапкой сливок. И все же хорошо, что я была одета в удобные штаны, рубашку и ботинки на плоской подошве.

Интересно, если бы я была настоящей Сандрой и отправилась бы гулять в пышном платье, Андреас изменил бы маршрут прогулки или нет? Впрочем, вряд ли настоящая Сандра в принципе смогла бы сдружиться с Андреасом и Риэль… Или смогла бы? Спасовала бы перед трудностями, если иного выхода не предвидится, или нет?

Всю дорогу до своего «особого места», где я увижу «нечто удивительное», Андреас умело переводил тему на что угодно, только бы не выдать цель нашей прогулки раньше времени. Причем, в самом деле, говорили как-то ни о чем, но одновременно обо всем и сразу. Под конец я даже не заметила, как рассказала ему, каким образом внезапно решила поступать в аспирантуру, спонтанно поставив отпечаток своей ауры на документе. Естественно, подала как историю Сандры, без упоминаний о скандале с родителями, разве что вскользь проговорилась о возможном замужестве, что заставило Андреаса чуть напрячься.

Ну просто к слову пришлось. Да и парень перед этим с упоением рассказывал, как мечтал об аспирантуре, еще учась на первых курсах Академии… В его глазах на миг промелькнуло непонятное выражение, и он даже чуть нахмурился, явно намереваясь спросить меня о чем-то, может, даже о неудавшейся помолвке… Я так думаю. Но лишь усмехнулся.

— А знаешь, я рад, что все получилось именно так и ты попала в аспирантуру. Никогда не знаешь, чем обернется то или иное спонтанное решение… Ну а сейчас? Ты твердо решила заниматься именно артефакторской деятельностью? Почему, кстати?

— Ну да, что ни делается, то к лучшему. Честно говоря, сама не знаю. Сначала просто ухватилась за что угодно, что у меня хоть как-то получается, лишь бы была возможность укрепиться в аспирантуре. Но, знаешь, это действительно оказалось увлекательно! — признала, понимая, что в самом деле говорю искренне.

И, заметив неподдельный интерес в глазах Андреаса, воодушевилась и принялась делиться с ним своими мыслями на этот счет. Даже порывалась начать палочкой чертить прямо на земле основные магические потоки, на которых базируется мой проект, но нэко с хохотом оттащил меня, заверив, что ему и на слух замечательно воспринимается. Я хотела было в шутку обидеться, но вдруг деревья перед нами расступились, и мы вышли на открытое пространство. Даже, скорее, подошли к обрыву, хоть там и имелся на самом краю хлипкий на вид резной заборчик.

Как-то не задумывалась, что этот скверик находился на небольшом возвышении, и сейчас мы стояли на самой высокой точке. Отсюда можно было рассмотреть весь город, как на ладони, окрашенный в изумительные оттенки розового от лучей заходящего солнца. Оно отражалось в витринах магазинов, окнах домов, сверкало на зеркальных крышах и башенках, инкрустированных какими-то камушками. И это было настолько потрясающе, что аж дух захватывало!

— Пришли, — заявил парень с некоторой гордостью, тем не менее, не сводя с меня взгляда, улавливая малейшую мою реакцию.

— Какая красотень… — только и смогла выдохнуть, очарованная открывшимся видом.

— Подойдем ближе? Дай руку.

Я хотела было сказать, что не боюсь высоты, но с некоторых пор не доверяла никаким ограждениям, так что с готовностью ухватилась за предложенную теплую, чуть шершавую ладонь, одновременно с этим сделав шаг вперед, к обрыву. Если я в этом мире и доверяла кому-то безоговорочно, то этот не-человек находился сейчас рядом со мной.

Сердце забилось еще быстрее, особенно, когда хвост нэко вновь обвился вокруг моей талии, даруя дополнительное ощущение безопасности, а в животе поселилось удивительное ёкающее чувство, как бывает, когда раскатаешься на качелях и с восторгом ухнешь вниз, чтобы в следующий миг вновь устремиться вверх… Или все дело в том, что я все же боюсь высоты?..

Улыбнувшись своим мыслям, покосилась на хвост Андреаса, что сейчас заменял меховой поясок на моей тунике. Нэко машинально проследил за моим взглядом… и тут же отдернул хвост.

— Ой, прости, привычка! Я ничего такого не хотел, — выпалил он поспешно, чуть смущенно улыбнувшись.

— А, да ничего, даже теплее так, знаешь, — хихикнула, скрадывая неловкость.

Но больше меня задело слово «привычка». Это к кому там у него уже привычка? Чуть нахмурилась, зацепившись за эту мысль. Дожили, Сашка, уже друзей ревнуешь к их же законным невестам. Ну вот кого еще Андреас может обнимать хвостом? Искренне надеюсь, что на лице эти мысли не отразились. И вообще, закат, я смотрю на закат. И на город. О, тут и лавочка стоит, вот с нее и буду смотреть, ага.

Чувствуя, как к щекам прилила кровь, поспешила присесть на лавочку, подставляя разгоряченное лицо прохладному ветру. И чего я вдруг так зациклилась на том, кого Андреас хвостом обнимает… и наверняка сюда водит, смотреть закаты… Какого черта я все еще об этом думаю?!

— Это на уровне инстинктов, скорее, у нэко так принято. Просто подтверждение дружеских чувств. Прости еще раз, нас учат контролировать эти порывы с детства, но я как-то привык уже с Риэль, ее это веселит, — посчитал своим долгом объяснить Андреас, сев рядом со мной.

Его ушки в такт словам прижались к макушке, но почти сразу умильно встопорщились. Ну, конечно, веселит ее…

— Прощу, если дашь почесать за ухом, — выпалила неожиданно для себя, ища тему побезобиднее…

Нашла, ага. Боги, Сандра, что ты творишь… В смысле, Сашка… Ай, один черт, фраза про ухи все равно уже прозвучала. Что дало мне возможность полюбоваться ошарашенным выражением лица Андреаса.

— Неожиданно… Ну, если хочешь, — пожал он плечами, улыбнувшись, и склонил голову набок истинно кошачьим движением.

У меня в голове как раз созрела фраза, которая свела бы мои слова к шутке. К тому же, я, вроде как, планировала узнать у него, с кем Сандра раньше общалась, встречалась, может… Но, во-первых, оно мне надо? Пусть прошлое остается в прошлом. Я замуж не стремлюсь, против моей воли никто уж тем более меня не выдаст, так не все ли равно?

А во-вторых, почесать котика за ушком слишком заманчиво. Да, черт возьми, я хочу сделать это с самой первой встречи! И вообще, я заслужила личную нэкотерапию…

ГЛАВА 7

В понедельник я шла на свою родную кафедру вполне довольная и собой, и своей жизнью. На душе царило полнейшее спокойствие и готовность к чему угодно. Все же шоппинг и поглаживание котика не зря называют лучшими способами лечения стресса. Особенно, если котики так мило мурлычат…

Кто бы мог подумать, что нэко тоже могут издавать эти чарующие звуки? Да я сама там едва не замурлыкала, почесывая Андреаса за его мягким бархатистым ушком. Да и он смутился тогда так мило, почти как в первую нашу встречу. И гуляли потом еще долго, с упоением болтая, о чем угодно…

— Доброе утро, лерри Сандра, прекрасно выглядите, — мои мысли прервал декан, выглянувший из своего кабинета.

Я на всякий случай окинула видимые мне части моего сегодняшнего наряда внимательным взглядом. Декан, делающий комплименты, явление само по себе очень странное и пугающее. А тут еще и выглянул из кабинета, смотрит на меня задумчиво и молчит.

— Что-то случилось, лер Родерган? — поинтересовалась на всякий случай.

По спине пробежали мурашки от нехорошего предчувствия. Фикус согласно зашелестел своими листиками, качнувшись даже одним стебельком в нашу сторону.

— Да нет, с чего вы взяли? — пожал плечами мужчина, пребывая все таким же спокойным… Так чего ж тогда стоит рядом, зыркает на меня непонятным взглядом и не говорит ничего конкретного? Что ему от меня надо, что?!

— На сегодня у меня есть какие-то срочные и неотложные дела помимо рутинных обязанностей на кафедре? — предприняла я осторожную попытку все же докопаться до сути.

По спине уже не то, что табун мурашек гордо маршировал, меня просто трясло от различных мыслей по поводу непривычного поведения декана. И это мы даже еще не обсуждали случившееся в пятницу… и не хочу я это обсуждать! С Саймоном пусть обсуждает!

— Вы забыли тут свои наработки, — выдал он внезапно и снова замолчал. Да что за игра на нервах, а?

— Да, точно. А где они? — я подозрительным взглядом окинула чистый стол и уставилась на декана, помимо воли добавив следующую фразу гораздо громче, чем собиралась. — Вы же их не выбросили?

На меня посмотрели с явным сомнением в моем здравомыслии. Ну простите, обстановка не располагает к позитиву и оптимистичным мыслям. Ожидать можно чего угодно, предпочла озвучить наихудший вариант.

— Я отнес их на кафедру артефакторов, лэру Натиандриэлю. Вы же ему должны были отнести, правильно понял? Думаю, он их уже просмотрел и может выдать вам свой вердикт. Поскольку срочных дел тут у вас нет, можете заглянуть к нему прямо сейчас, у него как раз должно быть «окно», заодно отнесите вот эти папки, — продолжил лер Родерган как ни в чем ни бывало, указав на ровную стопочку означенных.

У меня же просто от сердца отлегло. Душу затопило облегчением. Искренне улыбнувшись, левитацией подманила к себе папки поближе, где-то на задворках сознания шевельнулся росток любопытства, но я его тут же задавила. Какая мне разница, что в этих папках? По виду они и вовсе похожи чем-то на личные дела детей. Может, это для артефактора, который ведет у них занятия, или, может, он отказался и на эту должность возьмут другого. В отличие от кураторов, недостатка в преподавателях профильных предметов не было.

— Правда? Оу, спасибо… Я могу идти? — уточнила, уже повернувшись к двери.

— Да, разумеется… А, еще. Хотел вас похвалить: вы, оказывается, прирожденный педагог. Не думали и дальше заниматься этим по жизни? Дети о вас отзывались очень хорошо, им понравилось занятие с вами… — отозвался он будто бы между прочим, а у меня вдруг ослабли нити заклинания и папки повалились на пол. Чертыхнувшись, бросилась подбирать их под активное шелестение со стороны цветка. Прям аж удивительно — это где он столько стресса почувствовал вдруг, а? Угу, даже не догадываюсь…

— Что ж вы так неосторожно? Все в порядке? Так вот, вернемся к детям…

— А может, не надо? — жалобно пискнула я, не уверенная, что хочу продолжать этот разговор… С чего он вообще его завел?! Это все очень дурно пахнет, очень!

— Сандра, только не говорите, что вы, как и преподаватели не з нашей академии, посчитали занятие с детьми чересчур сложным. Я же заглядывал, видел, как уверенно вы себя вели, они вас слушали…Даже дали прозвище.

— Какое? Неадекватная с дергающимся глазом? — я полуистерично хихикнула, чуть дрожащими пальцами вновь накладывая заклинание левитации на папки.

— Куколка, — позвал вдруг декан, отчего я снова едва не уронила все, что подняла. Подняв на него ошалелый взгляд, даже не сразу сумела подобрать слова. — Ваше прозвище у детей: «Куколка».

Час от часу не легче! Ну разумеется, ввалилось к ним такое зефирное облако в розовом пышном платье, еще и водой с ходу окатило, еще бы не заинтересоваться.

— Угу… Куратор же нашелся для них? — уточнила с немалым подозрением.

— Да, разумеется. Из Академии Киргоса должны были прислать куратора, который спокойно отработал все это время без инцидентов. Как-то им повезло больше — кураторы у них более компетентны.

Угу. Или дети поспокойнее. Не только ведь в столичной академии открыли экспериментальный факультет для одаренных детей. В каждом относительно крупном городе нашей империи озаботились этим вопросом. Но вот сдается мне, такая текучка кадров лишь у нас. С другой стороны, не так уж и удивительно, во-первых, у нас самая большая группа — в других академиях едва ли десяток детей насчитывается во-вторых, у нас две трети детей принадлежат либо к высшей аристократии, либо просто из очень богатых семей. Столица, мать ее так!

— Это радует. Ну, я пошла? — уточнила я, значительно повеселев от мысли, что и у нас появится нормальный постоянный куратор, а декану просто хотелось поболтать со мной, а не уболтать на… А на что он мог меня уболтать? Провести еще одно занятие? С какого вдруг перепугу? Смешно…

И на этой позитивной ноте я выскользнула за дверь. В данный момент меня все же больше волновало, достаточно ли эльфа-артефактора заинтересовали мои наработки, чтобы забрать меня из этой страшной кафедры к себе или нет?


Неприятным сюрпризом оказалось столкновение с Саймоном почти у самой двери на кафедру. Вернее, он обрадовался, я же едва удержалась, чтобы не запулить в него боевым пульсаром! Но вместо этого, призвав всю свою выдержку, молча обогнула его по широкой дуге и попыталась уйти.

— Постой, Сандра, ты все еще злишься, что ли? Мне Лайла уже сказала, что я придурок, но…

— Она тебе льстит. Ты дебилоид, на которого нельзя полагаться, — процедила я сквозь зубы, когда парень преградил мне путь.

Вот уж чего у меня не было, так это настроения выяснять отношения с Саймоном. Поэтому я лишь резко двинула его локтем в живот, заставив сдавленно охнуть, и все же прошла мимо. Правда, бывшего друга это не остановило, и он пошел следом.

— Ауч… Ну ладно, признаю, заслужил. Но нельзя же так реагировать на невинную шутку. Ну не хотел я сидеть с малышней, что теперь, убить меня? Их там много, все мелкие, непослушные… Сандрааа… — продолжил нудить он, не отставая от меня.

— Невинную шутку?! — от возмущения я аж остановилась и резко обернулась к нему, благо, помимо нас никого больше в коридоре не было. — Так это теперь называется? Ты выдал детям боевое заклинание, которое может убить кого-то, сам сбежал, а меня затолкал к ним!

— Эм… По-моему, ты преувеличиваешь. Это ж самый примитивный пульсар. Правда, не думал, что они его вообще освоят, а так, ну оставили парочку подпалин на стенах, ну так мне и устранять последствия, ты при чем? Оно даже одежду не подожжет, если попадет в человека, больше для отпугивания животных рассчитано. Да и декану на всякий случай сообщил, что ты там одна, чего бояться? — пробормотал Саймон, чуть поморщившись после моего крика.

Я же ошалело уставилась на него. Этот идиот даже не понимал, что натворил! Мотнув головой, все же нашла в себе силы, ответить ему.

— Это группа одаренных детей, понимаешь?! ОДАРЕННЫХ! Они в твое заклинание вбухали немерено силы и пульсар проделал огромную дыру в доске! Ты разве еще не видел?

— Нет… Мне декан сказал, что аудиторию подпортили, за что я должен отработать… Ну так я и не спорю, отработаю.

— А если бы он в меня попал?! Ты должен был быть со мной, мы вдвоем должны были быть там, а ты вместо этого подставил, бросил меня с опасными магами, обученными тобой боевому заклинанию! — я уже просто орала, вне себя от ярости, живо вспомнив весь ужас, испытанный в пятницу, и истерику, которой меня накрыло позже. Смерив его уничижительным взглядом, свернула в боковой коридор, из которого можно было уже попасть к артефакторам.

— Ну прости, Сандра, ну хочешь — ударь меня. Я не должен был оставлять тебя с мелкими. Что они, совсем уж шалили, не слушались? — в его голосе прорезались виновато-сочувственные нотки, но мне от этого было ни капли не легче!

— Ты меня вообще слышишь? Тебе повторить часть о сверхмощном пульсаре?

— Да ладно, стандартный щит Каузри третьего уровня все равно не пробил бы… — хмыкнул он легкомысленно, но осекся, поймав мой более чем красноречивый взгляд. — Ну серьезно, какой маг выходит из дома без банального щита?

— Маг-теоретик! — рявкнула я и, не желая больше слушать это все, резко рванула на себя дверь, ведущую на кафедру артефакторов, оставляя Саймона снаружи. Нет уж, сегодняшний день, который может знаменовать для меня перевод на другую кафедру и смену научного руководителя, этот гад мне не испортит!

И вскоре все мысли о Саймоне вытеснило общение с лером Натиандриэлем, который с порога принялся едва ли не дифирамбы петь моей выполненной работе. Вернее, почти выполненной, все же, финальные штрихи доделать в пятницу я не успела. И все же это не помешало эльфу развивать мою тему, предлагая усовершенствования к ней.

Вот тут, признаться честно, я уже немного «плавала» и многое из того, что перечислил мой возможный будущий научный руководитель, упоминая какие-то неизвестные мне системы заклинаний и теоремы, мне все же было совсем непонятным. К счастью, мужчина поспешил успокоить, пообещав выдать мне научные труды, включая его личные разработки и заметки, ознакомившись с которыми, я вникну в суть дела. Сложно, но возможно, что не могло не радовать.

А под конец сообщил то, что едва не заставило меня орать от радости: лерри Лаура согласилась официально признать меня своей аспиранткой. То есть, понятно, работать при этом я буду по-прежнему с лером Натиандриэлем! Немного омрачало, что перевод возможно осуществить из-за каких-то там бюрократических заморочек лишь в новом семестре уже, то есть, через три месяца. Ну, чуть больше, считая зимние праздники. Но да ладно, сколько тут осталось. Три месяца поработать на кафедре лера Родергана, а потом все, свобода! Лер Натиандриэль обещал поговорить еще раз с моим деканом, чтобы окончательно решить этот вопрос.

Немудрено, что кафедру артефакторов я покинула, внутренне ликуя, счастливая по самое не могу. Саймона под дверью не было, чего подспудно ожидала. Так что испортить мне настроение никто не мог… Так я думала, пока не вернулась в пока еще мой деканат.

— Сандра, как хорошо, что вы пришли именно сейчас! Я уже хотел было идти за вами, — обрадовался декан, как только я вошла на кафедру, отчего я с трудом подавила желание выскочить обратно на дверь.

Но вместо этого относительно приветливо улыбнулась, аккуратно прикрыв за собой дверь, и окинула приемную беглым взглядом. На первый взгляд все было в порядке.

— Да? Вы же сказали, что нет никаких срочных делах, — пробормотала, отчаянно пытаясь выглядеть спокойной, и еще раз осмотрела приемную внимательнее.

Но кроме нас лишь сидела за столом преподаватель целительства, заполняя журнал. Даже фикус особо не шелестел. Все в порядке, что ли? Ну ладно… Стоп! Это что за сочувственный взгляд только что был в исполнении целительницы?! Хотя нет, больше меня волновал совсем другой вопрос. Почему здесь была только целительница, вернувшаяся, так понимаю, после урока с детьми? Где, чтоб его гоблины погрызли, куратор из Киргоса?!

— Дел срочных не было, но… — начал было лер Родерган, но у меня сдали нервы, и я сработала на опережение.

— Но к детям я не пойду! — крикнула излишне громко, не торопясь отходить от спасительной двери, мысленно просчитывая пути к отступлению.

На лице декана отразилась досада, что лишь укрепило меня в моих подозрениях. В следующий миг мужчина выглядело все таким же спокойным, но меня не проведешь.

— Сандра, ну что за детский сад, в самом деле? Вы умная, образованная, мудрая, целеустремленная и вполне компетентная девушка, неужели вам так сложно провести еще одно занятие на замене, право слово? — молвил мужчина укоризненно, щедро источая комплименты.

— Почему я? И где куратор, которого должны были прислать? — выдавила я несчастным голосом, покосившись на целительницу, что усиленно делала вид, что ее здесь нет, и вообще, она ничего не слышит. Могла бы и помочь! Клятва Гиппократа, все такое… Ну или аналог… Короче, спасать меня надо!

— У них в Академии сегодня утром что-то случилось, так что лер Аналариус не смог выехать к нам. К сожалению, эта информация дошла до нас поздно, никого временного мы вызвать не успеваем… Сандра, да что я вам объясняю, ну не в первый раз же. К тому же, вы отлично справились в пятницу, прирожденный педагогический талант. И вообще, вы же, помнится, хотите на кафедру артефакторов… — от открытой лести мой куратор вдруг перешел к заманчивым предложениям… Ну или почти предложениям, что заставило меня навострить уши.

— Хочу… — протянула я осторожно, настороженно сверкая глазами.

— Ну вот. Но раньше второго семестра вам это никак не сделать. А начитка часов обязательна для каждого студента в каждом полугодии, вам это как раз зачтется… И я уж молчу о том, что у вас до сих пор нет темы, соответствующей нашей кафедре, — от сладких искушающих речей он перешел едва ли не к угрозам.

Ну супер просто! И ведь вправду заманчиво. Ссориться с ним не с руки, темы у меня правда нет, и не будет, если я всерьез хочу заниматься артефакторством, да и часы как-то начитывать надо, проводя лекции или практические занятия… Гадство!

— Просто так я туда не пойду! — выпалила уже едва ли не с отчаянием.

— Пойдите не просто так. Что вам нужно?

— Защита нормальная! От пульсаров, огненных копий, ледяных игл, парализующих колючек… От всего, в общем! Как для боевиков, что отправляются лес, кишащий нежитью.

Я могла собой гордиться: даже не смутилась под скептическим взглядом декана, настаивая на своем. Честно говоря, думала, что он даже рассмеется в ответ на мое заявление. Но мужчина лишь едва заметно пожал плечами.

— Стойте ровно, сейчас навешу защитные заклинания, — произнес он, делая первый пас руками. Я терпеливо выстояла, пока меня опутывало магическими потоками. От некоторых из них у меня возникло сильное ощущение щекотки, но я мужественно выдержала.

— Это все? Теперь вы пойдете и проведете пару? План занятий есть, сегодня у них должна быть тема…

— Но я же просто на замене. Могу просто взять какую-либо тему, что мне понравится? Моя задача — продержаться с ними час и все, отследить, чтобы при этом никто не покалечился, верно? — уточнила, уже в открытую наглея.

Лер Родерган смерил меня потяжелевшим взглядом, но ничего не сказал. Видимо, ситуация с преподавателями на замену действительно обстояла не очень воодушевляющая… Вот целительницу и отправил бы! Чего она на меня зыркает с таким пренебрежением и скептицизмом? Лишняя пара по целительству еще никому не повредила, между прочим.

— Да, ровно час. Больше детям высидеть тяжело. Задача все же не продержаться — это же не дикие звери, а всего лишь ученики, но суть вы уловили. Тему занятия можете выбрать любую, — со вздохом принял мои условия декан.

— Угу. Ну ладно… и пара мне зачтется как за полноценную, два академических часа! — тут же добавила, прикидывая, что бы еще такого ляпнуть, выторговывая себе условия повыгоднее. Но декан спокойно кивнул, словно это само собой разумеющееся, и красноречиво открыл передо мной дверь в коридор. Ну ладно, я с полной защитой, час как-нибудь продержусь… И вообще, это всего лишь замена, демонстрировать педагогические навыки меня никто не заставляет. Прорвемся!

И, убедив себя таким нехитрым способом, с почти спокойной душой отправилась дальше по коридору к аудитории, где сидела особая группа нашей академии…

Еще в начале коридора я услышала шум. Нет, не так, Шум! Именно с большой буквы. А как еще можно назвать ту дикую какофонию звуков, что вырывалась из-за плотно закрытой двери? Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что надо было также просить у декана звукопоглощающий купол, который обычно используют перед сражениями с баньши.

Еще раз повторив себе как мантру, что я полностью защищена и тут всего лишь на замене, решительно дернула дверь и вошла. Если кто из детей и заметил мое появление, то виду не подал. Как орали все хором, каждый что-то свое, по двое-трое столпившись возле отдельных парт, решая какие-то свои, безусловно, безумно важные вопросы, так и продолжили. Еще и за преподавательской кафедрой торчал одиннадцатилетний долговязый и остроухий мальчишка, что-то вдохновленно вещая, для пущего эффекта выпуская в воздух сноп искр.

Личные дела детей постоянно мелькали у меня перед глазами, о ком-то я слышала из рассказов преподавателей, что вели профильные предметы. Эльфов в группе четверо. Один из них целитель, еще один зельевар. Двое остальных проклятийник и боевик. И, судя по тому, что конкретно этот индивид не пытается сейчас никого исцелить, а в дальнем углу мелкий чумазый эльфик с такой же вдохновленно растрепанной дриадой перебирают колбочки, положив рядом с ними что-то, отдаленно похожее на пучок петрушки, зельевар тоже отпадает.

— … так что можно создать парализующее заклинание! — заявил мальчишка у учительского стола, торжествующе указав на какие-то чертежи на доске. Посмотрев туда, я обалдела. Схема мне была незнакомой, но судя по главным линиям, таки могла привести к эффекту, озвученному пацаном. Час от часу не легче!

— Кто готов выступить добровольцем? — тем временем вещал он. Но те из детей, кто слушал его, делая какие-то пометки в тетрадь, не торопились испытывать на себе действие.

— Да ладно вам! В этот раз я все просчитал! Надин, может, ты? Ну или хочешь, ты используй его на мне, а если что-то пойдет не так — ты исцелишь. Я предыдущую тему не очень понял, мне ближе боевка, а у тебя и расположенность к целительству намного выше, — заныл паренек… Тайрин! Вспомнила.

— Что здесь происходит? — подала я голос, как можно увереннее.

Ага, так мне все и бросились объяснять. Пара детей скосили на меня взгляды и вернулись к своим делам, пока Тайрин убеждал русоволосую стеснительную девочку лет девяти воспользоваться его заклинанием, обещая специально для нее объяснить все подробнее.

Ладно. Прошла на середину аудитории и создала большой светлячок, с футбольный мяч размером, который поднялся вверх под потолок и с оглушительным хлопком лопнул, осыпавшись безобидными разноцветными искрами, заставив пару учеников тихонько вскрикнуть от неожиданности. Да я сама там едва не дернулась. Что-то успела забыть, насколько громко срабатывает это заклинание. Надеюсь, никто не успел обделаться. Хотя, самой младшей тут восемь лет, вон, со своей петрушкой так и носится, вовсе никак не среагировав на меня. Но все прочие притихли, недоуменно уставившись на меня.

— Вы не Куколка! — обвинительно звонко отозвалась мелкая дриада, которая в пятницу дольше всех крутилась возле меня.

— В каком смысле? — я аж опешила.

— Вы были вся такая, такая… — она неопределенно обрисовала некий силуэт в воздухе.

— Яркая! И розовая. Пышная такая, — поддакнул эльфик-зельевар. Мартин… Или Марсель? Кажется, все же Марсель, но не уверена. Да уж, комплименты просто отборные.

— Ну а сейчас я переоделась и смыла макияж. И вообще, платья, косметика, прическа — это все мишура, — отмахнулась я. Заметив, что несколько детей хотят еще задать вопросы в этом же духе, поспешила сработать на опережение.

— Кто мне расскажет, чем вы занимаетесь во время занятия? Уже пять минут пары прошло. Я не ругаюсь, мне правда интересно, — пожала плечами, ничуть не покривив душой.

В конце концов, я лишь замена, что мне терять? Ну занимаются дети какой-то ерундой, кто я такая, чтобы заставлять их учить какую-то тему, тратить нервы… Оно мне надо? Вот декан хотел полноценное занятие — пусть бы сам и проводил. А мне и вправду любопытно.

— Тем, чем и должны на подобных занятиях — разбираем материал, изученный на профильных занятиях. Кто лучше понял тему — объясняет ее остальным. Вот и меняемся по очереди, — нехотя ответил Тайрин, настороженно зыркая на меня смышлеными миндалевидными глазенками насыщенного синего цвета.

Вот такого ответа, честно говоря, я вообще не ожидала. То есть, ну это же дети, от которых кураторы бегут, которые бесятся на уроках, и вообще… Да ну, трудновоспитуемые волшебники, вон и другие преподаватели жалуются, откуда такая сознательность?

— Без куратора? — все же уточнила, внешне соблюдая все то же спокойствие.

— А что кураторы? Они все равно либо примитивщину какую-то вещают, либо идут по своим каким-то планам занятия, даже не отвечают толком на вопросы… — проворчала единственная в группе орчанка… Магдален! Точно! Ого, я даже помню имена большинства, оказывается… Когда мне ничего не угрожает, а я сама не нахожусь на грани потери сознания от ужаса, память работает, что надо.

— Да и меняются они постоянно, каждый пытается показать, какой он крутой, смотреть тошно, — фыркнул рыжеволосый вихрастый мальчишка, сидевший за второй партой.

— А мы и сами можем разобрать материал профильного занятия. Кто-то понял лучше, кто-то хуже. Кураторы только мешают и сбивают. Нового все равно не дают, — протянула с явным разочарованием и пренебрежением мелкая дриада.

— Ага, вы в прошлый раз рассказали нам, как сушить себя, ну и мы знаем уже. А вообще, все можно сделать намного проще простым артефактом, — откликнулся эльфик, который вякал нечто подобное уже в пятницу.

Ну, я и не сомневалась, что они не знали — это все же относилось к бытовой магии, а поскольку явных бытовиков среди них не было, то и профильного предмета по бытовой магии у них также не было.

— Так что кураторы нам не нужны, сами справимся, не надо нам никого присылать! Азы и так знаем, с профильными разберемся! И нянчиться с нами не надо, сами о себе позаботимся! — загалдели сразу несколько детей, а остальные их поддержали согласными возгласами, вновь поднимая немалый шум.

Махнув рукой, не стала спорить. Вместо этого спокойно прошла к пустовавшей первой парте в крайнем ряду и уселась за нее. Достала из межпространственного кармана свой блокнот с грифельком и принялась черкать небольшую схемку, что уже пару минут как засела у меня в мыслях.

Дети растерянно притихли, не ожидая уже от меня подобной реакции. Первым отреагировал Тайрин, так топтавшийся у кафедры.

— Куколка? — позвал он напряженно.

— Лерри Сандра, — отозвалась меланхолично, продолжая набрасывать уже расчеты под мою схемку в блокноте. Ты гляди, а декан не соврал, что вся группа зовет меня так. Да уж. Розовые бальные платья — зло!

— Вы же сами сказали, что все, что внешне — это мишура, не имеет значения. Следовательно, вы и в другой одежде Куколка! — заявила авторитетно гномочка-зельеварка, отчего я невольно прыснула со смеху.

Да-да, я серьезный учитель на замене… А кто бы не заржал на моем месте? И вообще, по истечению часа я отсюда уйду уже.

— Давайте все же остановимся на лерри Сандра, ага? Тем более, что это мое имя, я даже не прошу называть меня по фамилии, — заметила тем временем.

Но правда в том, что я ляпнула имя машинально… Впрочем, не все ли равно? Я не дама в возрасте, чтобы меня звали по фамилии, да и в моем родном мире дети, с которыми занималась, обращались на «вы», но звали по имени.

— Что ты хотел, Тайрин? — напомнила тем временем.

Мальчишка чуть удивленно вскинулся, явно не ожидая, что помню его имя, но, тряхнув волосами, взял себя в руки и, ехидно улыбнувшись, все же выдал то, что, наверняка, вертелось в головах всех учеников.

— Вы не собираетесь кричать, взывать к нашей совести, ответственности… И что там обычно орут кураторы? — донельзя провокационным тоном.

— А оно мне надо? Ты объясняешь тему — валяй, мне же проще, — отозвалась, вернувшись к своим записям.

Несколько мгновений в аудитории царила озадаченная тишина. После пробежалась волна шепотков, что становилась все громче и громче… Но я стоически игнорировала все это, как и взгляды абсолютно всех детей в аудитории. Убедившись, что странная учительница-куратор не реагирует, занятая чем-то своим, ученики осмелели, обсуждая уже все, что их волновало, громче.

Тайрин, попеременно бросая на меня полные подозрения взгляды, продолжил объяснять, как же можно использовать парализующее заклинание и сколько магии в него вливать. Почти сразу перескочил на щит, защищающий от этого заклинания… Хм… А ведь действительно умный мальчик. Судя по посыпавшимся вопросам от некоторых его одногруппников, не занятых своими делами, о щитах им либо не рассказывали еще на уроке боевой магии, либо коснулись лишь вскользь, либо…

Прислушалась. Ну точно! Этот мелкий засранец рассказывает о щите не просто так, он объясняет, как его можно снять, чтобы бросить парализующее заклинание! Всего лишь замена, Сандра, всего лишь замена…

Шум то утихал, то усиливался, но, вместе с тем, странным делом даже как-то убаюкивал, что ли… И чего я так боялась их всех? Хотя, ладно, признаю, стоять перед ними, имея четкую задачу чему-либо научить, и просто провести час с ними же, когда они сосредоточены на чем-то другом — кардинально разные вещи. Опять же, в меня сегодня никто пульсары не метает, да и я сама обвешана защитными заклинаниями…

— Лерри Куколка! Лерри Куколка! — в шум вклинились новые нотки.

В первый миг, услышав это, я едва снова не заржала. Но как можно! Держим марку, все дела. И вообще, я тут важным делом занята — рисую дракончика. Изобразительные способности у меня, правда, практически на нуле, зато мордочка получилась умильно-няшная…

— Лерри Кукол… Лерри Сандра!

О, смотри-ка, все же до кого-то дошло. Я подняла голову от своего блокнота, окинув внимательным и почти умилённым взглядом аудиторию. Ну красота же: каждый находится на своем месте, злющий Тайрин тоже так и застрял у учительского стола…

— Да? — со всем возможной внимательностью.

— Я не могу выйти из-за парты, — нахмурился рыжий мальчишка, чьего имени я пока так и не вспомнила. Что-то на Р, но лучше потом в документах посмотреть… То есть, какая мне разница, как его зовут?

— И я не могу!

— И я!

— А Тайрин застрял у учительского стола!

Тут же посыпалось со всех сторон, на что я едва сдержалась, чтобы не расплыться в ехидной ухмылке. Было бы веселее, если бы они до конца пары этого не обнаружили, но так тоже ничего. Ибо не фиг такими самоуверенными быть в столь юном возрасте.

— А зачем вам покидать ваши места до конца урока? А Тайрин сам взвалил на себя на этот урок обязанности учителя, — пожала плечами, все же не сдержав торжествующей улыбки, подмигнув покрасневшему от возмущения эльфику у учительского стола.

— Вы наложили какое-то заклинание! — выдохнул он обвинительно.

— Ну разумеется, наложила! Должна же я была чем-то заниматься, пока вы тут орали, то бишь, обменивались знаниями… В чем, заметьте, я вам не мешала. Не мультяшек же мне в это время рисовать, — заметила резонно, взглядом захлопнув свой блокнот с недорисованным дракошкой.

— Вы не имеете права использовать на нас заклинания высшего порядка! — крикнула орчанка, сердито сдув длинную челку, лезущую в глаза.

Эти шмакодявки еще и свои права знают? Похвально, однако.

— Начнем с того, что конкретно на вас я никакие заклинания не навешивала. Это раз. Два: используемые мной заклинания не нарушает правила поведения во время занятия, а значит, и ваши права никак не задевает. Если бы вы вели себя так, как положено вести во время урока, вы бы и не заметили, что вам что-то мешает встать. И, если уж на то пошло, три: это простейшее заклинание, из доступных каждому магу. Азы, которые, как вы выразились, вам и так уже известны. Следовательно, для вас не составит труда снять его. И я даже упрощу задачу: это простейшая воздушная заслонка, которую используют при защите от дождя, ветра, насекомых, она не толще стенки мыльного пузыря. На ощупь упругая, можете даже потрогать, — пояснила я, убедившись, что все дети притихли и внимательно слушают.

— Это не заслонка! Я прекрасно знаю заклинание для его деактивации, и оно не работает! Даже когда я влила больше магии — эта штука лишь впитала его, на ментальном уровне засияв еще ярче! — крикнула, к моему удивлению, щуплая и стеснительная целительница Надин.

— Ну так и вы не простые дети из обычной школы — экспериментальная группа Академии Магии и Ведовства, под которую создали целый новый факультет — шутка ли? Я вас, по-твоему, должна была останавливать мыльным пузырем? Укрепила заслонку еще несколькими такими же примитивными заклинаниями. Я большую часть времени потратила на расчеты, прикидывая размеры рабочего места каждого и растягивая осторожно плетение на каждого. Магии же влила в каждое совсем каплю, — поделилась еще одним фактом.

В конце концов, это в самом деле может даже натолкнуть мага на мысль, как следует действовать… Если, конечно, он сталкивался уже с чем-то подобным. Это как простейшая головоломка, над которой можно пробиться несколько дней, а потом еще столько же недоумевать, как сразу не додумался до ответа.

— Зачем нас вообще останавливать, если сами сказали, что вам все равно? — воскликнул еще один из учеников.

— Я такого не говорила. Сказала, что можете сами проводить занятие, раз уж во всем разбираетесь. Но, извините уж, верить на слово давно отвыкла, поступки все же говорят о человеке больше. Вот и проверила, насколько хорошо разбираетесь в самых азах магии, доступных каждому. Для меня главное, чтобы за час нашего урока в этой комнате никто никого не убил и не ранил. Все живы-здоровы, значит, я со своей задачей справляюсь отлично, — я искренне улыбнулась, подмигнув кислым лицам.

Где-то с минуту мы сидели в относительной тишине. Я уже подумывала, не вернуться ли к рисованию, но пауза была недолгой.

— Нам что теперь, так до конца урока сидеть? — хмуро отозвался Тайрин.

— А вы куда-то торопитесь? — не удержалась от язвительного замечания, но все же смягчилась, на время перестав играть в Бабу Ягу. — Если интересно, могу рассказать, что именно я сделала, каким образом, и как это снять.

Дети тут же зашумели, хоть и с нотками возмущения, но в большинстве согласно.

— Но я объясняю только при условии тишины! — тут же добавила громче, когда уровень шума вновь начал зашкаливать.

Дождавшись, пока все затихнут, вышла к доске и набросала на ней несколько простейших плетений универсальных защитных заклинаний, по виду действия схожих с той примитивной заслонкой, что стояла на моем окне.

— Как видите, самые простые, принцип действия схожий, друг другу не противоречат, могут быть наложены на одну и ту же поверхность в любой последовательности, — принялась объяснять. — Кто узнал их и скажет, какое и когда используется, а также, подходит ли к вашей ситуации?

— Третье снизу — это защита от грязи! — крикнул кто-то тут же.

— Это не она! Там нет петельки снизу, хотя похожа! — сразу возникло возражение с другого конца аудитории.

— Верно, это оно. А петелька отвечает за дополнительные параметры. Именно через нее я вбила размер грязи, на которую стоит реагировать. Скажем, все, что больше яблока, через нее не пройдет. А также усилила коэффициент восприятия чистоты.

— А поскольку абсолютно чистым любой из нас может быть лишь в ванной, только выкупавшись, и то, не факт, то заклинание автоматически посчитало каждого из нас огромным куском мусора?! — пораженно пискнул эльфик-зельевар.

— Ээ… Не, ну прям так говорить не надо, звучит не очень… Но, формально, да, защита сработала именно так. Контрзаклинание знаете? Ага, оно, — я удовлетворенно кивнула, записывая его напротив опознанного плетения. — Ну, кто еще видит что-то знакомое?

Дальше урок пошел веселее. Ученики называли заклинание, которое я чуть усовершенствовала по схожему принципу, я тут же объясняла, что именно добавила, за счет чего заклинание превратилось в защиту, не пропускавшую их.

Больше всего детей позабавило заклинание, которое используется для декора больше, заставляя стены пружинить. Просто увеличила коэффициент пружинистости, закрепив его вместе с другими заклинаниями, отчего он не позволял ученикам травмировать себя во время поиска выхода, впитывая лишнюю магию в себя.

Какие-то заклинания детям были известны, о каких-то они только слышали. По поводу дополнительных параметров и коэффициентов объяснила дополнительно, поскольку более-менее подкован в этой теме оказался лишь Тайрин. Контрзаклинаний, соответственно, моим ученикам было известно еще меньше. Но я скрупулёзно объясняла каждое, записывая его на доске, попутно отвечая на вопросы. Ближе к концу урока дети и вовсе забыли уже, казалось, о том, что им эти заклинания использовать, чтобы покинуть свое место, наперебой предлагая варианты, что делает очередное заклинание из тех, что они не опознали, и как это относится к их случаю.

— А какое контрзаклинание использовать первым? — спросил кто-то из учеников, когда все заклинания уже были написаны на доске.

— Правильный вопрос. Не зря я говорила о последовательности. Думаю, ни для кого из вас не проблема посмотреть на плетение всех этих заклинаний на «заслонке» магическим зрением? Отлично! Присмотритесь, какое из плетений вам кажется четче всего, то и снимайте первым. Если у вас ярче всего светится заклинание от проникновения крупных животных, а вы используете заклинание от грязи — ни одно не снимется, поскольку наложены они внахлест и перекрывают друг друга, — заметила нравоучительным тоном.

Когда прозвенел звонок, знаменующий конец пары, уже почти все сняли со своих парт заклинание. Я же ходила между теми учениками, у кого что-то не получалось. Но своей магией лезть даже и не пыталась. Задание несложное, с моими подсказками и подробными объяснениями и вовсе делать нечего, так что просто вопрос времени. К счастью, долго возиться не удалось.

Убедившись, что последний ребенок снял мое плетение, с облегчением выдохнула и улыбнулась, понимая, что вот и все, моя замена позади, можно вернуться на кафедру и хотя бы минут двадцать поваляться на диванчике у фикуса, отдыхая после урока, который хоть и прошел вполне удачно, но…

Нет, не зря я в свое время всеми руками и ногами отбрыкивалась от педагогического университета. Все же час объяснять тридцати малолеткам материал — слишком уж утомительно! Насколько бы гениальными они ни были…


— Вы ЧТО мне предлагаете?! — от переизбытка эмоций я воскликнула настолько громко, что декан поморщился, а фикус, или кто он там, так рьяно дернулся в мою сторону всеми своими стебельками, что кадка даже скрипнула, чуть сдвинувшись.

— Сандра, ну что вы так реагируете, присядьте, — вкрадчиво предложил декан, по-доброму улыбнувшись.

Вот я раньше никогда не видела добрую улыбку декана. Злую, правда, тоже… Но не суть! Несмотря на то, что она ему безумно шла, заставляя смотреть и смотреть, так и подмывая так же солнечно улыбнуться в ответ, мой инстинкт самосохранения вопил, что это подстава. Потому я, на всякий случай, отошла к столу, для устойчивости вцепившись до побелевших костяшек в спинку ближайшего стула.

— Вы сказали, что я проведу занятие, заменяя куратора, и все! А сейчас… — повторила я, глубоко вдохнув-выдохнув, и устремила на декана возмущенный взгляд, подбирая слова поцензурнее.

— А сейчас я предлагаю вам стать куратором. Ну чего вы так остро реагируете? Понимаю, в пятницу для вас это было в новинку, вы перенервничали сильно, тем не менее, замечательно провели урок, научив детей новому заклинанию, и даже провели с ними лекцию о технике безопасности — я смотрел их тетради…

— И когда это вы успели их тетради просмотреть?! — тут же зацепилась я хоть за что-то, не давая ему продолжить.

Ну в самом деле, в пятницу дети ушли еще при мне, сегодня у них были профильные занятия, потом к ним сразу пришла я.

— Кто-то из учеников оставил свой конспект, я из интереса пролистал… Там даже был рисуночек на полях, судя по надписи «Куколка», рисовали вас, — словно ни в чем ни бывало, сообщил лер Родерган.

Серьезно? Это меня должно обрадовать? Вдохновить? К тому же, знаю я, каких кракозябр, бывает, рисуют дети… Молча смерила мужчину мрачным взглядом, вынудив его даже на несколько мгновений смешаться. Я бы обязательно еще и что-то сказанула в тему, но дверь приемной хлопнула, пропуская преподавателя по зельеварению. Поздоровавшись с нами, он спокойно прошел к столу, небрежно бросив свой пиджак на диван.

— На нашей кафедре сегодня как-то чересчур шумно, никак не могу сосредоточиться на контрольных, написанных вторым курсом артефакторов. А потом вспомнил, что в какой-то мере отношусь к вашей кафедре, обучая малышню, а у вас тут тихо, — хохотнул седовласый гном, устраиваясь за столом, в ответ на наши недоуменные взгляды. — Сандра, как закончите разговор с лером Оливером, сбегайте на мою кафедру, отмените на завтра у меня первую пару. И спросите, не приносили ли мне мои студенты-старшекурсники лабораторные работы… А, и список реактивов для завтрашнего занятия забыл на своем столе. Тоже принесите… Ну и вас же не затруднит заодно раздобыть для меня чашечку кофе?

И с довольной улыбкой подмигнул мне, явно рассчитывая, что я тут же побегу. Кто бы только знал, как он меня этим бесил! Каждый раз приходится объяснять ему, что я тут не секретарь, а если бы и была им, то не его личная девочка на побегушках. Но только я набрала воздуха в рот, чтобы достойно и вежливо ему ответить, неожиданно вступился декан.

— Лер Сантариус, вы, разумеется, имеете полное право присутствовать на нашей кафедре, проверяя контрольные и домашние задания нашей экспериментальной группы. Ну и, конечно же, если никому не мешаете, вполне можете заниматься и другими своими делами. Но по какому праву вы даете моей аспирантке какие-либо поручения? — произнес он строгим тоном, хмуро взглянув на зельевара, отчего тот смешался.

— Она же прикреплена к кафедре, занимается тут канцелярской работой…

— Именно! Важной работой кафедры, в которую не входит выполнение обязанностей курьера и официанта. Если вы по какой-то причине считали иначе — вас дезинформировали.

Я невольно зауважала декана и, чего уж там скрывать, внутренне позлорадствовала, радуясь, что лера Сантариуса поставили на место. Вряд ли он теперь рискнет прицепиться ко мне с очередным своим дурацким заданием, которое входит в его обязанности, но не выполняется из лени. Не то чтобы я прям рвалась что-то реально делать, но приходилось тратить уйму времени, объясняя, почему нет. В мелочах было проще в самом деле дать ему, чего хочет, быстрее будет.

— Ладно, Сандра, давайте поговорим с вами как взрослые люди. Пройдемте в мой кабинет, — произнес лер Родерган, пока я отвлеклась на мысли о восторжествовавшей справедливости, и, махнув мне рукой, отправился к себе.

Черт! Я и возразить не успела. Покосилась на покрасневшего от злости зельевара, яростно раскладывавшего на столе какие-то листики, усыпанные различной степени неряшливости почерками, и, вздохнув, поспешила за деканом. В самом деле, лучше сразу со всем разобраться.

В уже знакомом мне кабинете, не дожидаясь приглашения, села в удобное мягкое кресло… Хм, а когда ты не в пышном платье с объемной юбкой, а во вполне удобных штанишках и рубашке, сидеть в таком еще комфортнее! И не скрипит совсем, и из-под попы уехать не норовит… Ну прелесть же!

— Итак, разберемся, что именно вам не нравится в должности куратора детей? — начал мой научный руководитель с места в карьер. Вот так сразу, да?

— Мне не нравится, что от этих милых детишек все бегут, — ляпнула первое, что пришло в голову.

— Но вы же не сбежали.

— Потому что Саймон дверь запер! И вообще, я была напугана до ужаса, несла какую-то чушь!

— Это было в пятницу. Сегодня дверь была открыта, я заглядывал к вам, слышал, как уверенно вы вели занятие, с упоением объясняя, как можно комбинировать простейшие заклинания, добавляя к ним небольшие усиления и дополнительные параметры. И дети увлеченно слушали, задавая вопросы по теме. Я минут десять стоял у приоткрытой двери, но вы увлеклись настолько, что меня даже не заметили. Да и на прошлом занятии, несмотря на ваше «напугана до ужаса», вы вполне грамотно и доходчиво донесли материал, еще и задержались на перерыве, помогая тем, кто не успел. Давайте признаем очевидное: у вас нет антипатии к детям, зато есть к ним свой особый подход, — констатировал лер Родерган спокойно.

— Да какой там особый подход? — вздохнула устало, взглянув на него исподлобья, сознаваясь как на духу. — Я в прошлый раз с перепугу водой всех окатила, как увидела, что на меня несется огненный шар. Вот и рассказывала все занятие о пожарной безопасности, пообещав в конце высушить и рассказать, как это сделала…

Декан аж крякнул от неожиданности. На его лице тенью промелькнула улыбка, вновь сменившись все той же серьезностью.

— Неожиданно, но многое объясняет. Тем не менее, вы провернули это настолько виртуозно, что у детей не закралось и мысли, что такой ход не запланирован изначально. Зато вы их заинтересовали и все же научили чему-то, — выдал он вместо ожидаемых мной возмущений.

— А сегодня я вокруг каждой парты построила воздушную заслонку, препятствовавшую их разбреданию по аудитории!

— Это я заметил. Вы же на доске расписали все эти заклинания. Мудрый ход — простимулировали их желание научиться чему-то новому, сопроводив примером на практике. Говорю же, ваш новаторский подход к обучению, возможно, именно то, чего и не хватало этой группе…

— Да я полностью некомпетентна в этой сфере! — вскричала, окончательно ошалев от такой реакции декана.

— А кто компетентен? Те, кто приходят, соблазнившись заработком, превышающим оклад обычного школьного учителя почти в три раза, а после бросают детей, либо не справившись с трудностями, либо настроив учеников против себя? — заметил он резонно, посмотрев мне прямо в глаза.

В его взгляде плескалась безграничная усталость и легкая грусть. Не знаю, какими судьбами мужчина попал в кресло декана, но о детях он переживал искренне. Я хотела было возразить, но вспомнила обиду, прозвучавшую в голосах учеников, когда они наперебой уверяли меня сегодня, что кураторы им не нужны. Им действительно непросто. Пусть вредные, шаловливые, каждый со своим характером, мнением, успевший разочароваться в школьной системе образования, но они по-прежнему оставались детьми… Которых бросают.

— Вы в самом деле провели с ними два замечательных занятия. Разумеется, вы вправе отказаться от должности куратора, никто вас не может заставить. Это вопрос добровольности и хорошего отношения, — продолжил он, тем временем.

— Угу. Как и вопрос моего перевода на кафедру артефакторов, — тяжело вздохнула я, понимая, что мой перевод с каждой минутой становится все призрачнее.

— Ну почему же, как я и сказал в первые дни вашей аспирантуры, глупо препятствовать молодым и смышленым строить свое будущее. Отчитаете необходимое количество часов с детьми как аспирант нашей кафедры, выберете себе тему в ближайшее время, соответствующую направлению нашего факультета, доведете проект до определенного этапа, обязательного для первого семестра первого года аспирантуры… А там сможете перевестись.

— Ага! И вы мне сейчас вот совсем не намекнули, что, отказавшись от кураторства, мне все равно придется провести энное количество занятий, еще и тему какую-то взять, которую вы одобрите, и работать по ней всерьез, — фыркнула я беззлобно, откинувшись на спинку кресла.

— Приятно иметь дело с такой умной аспиранткой, — в открытую ухмыльнулся декан.

— А что там по окладу, кстати? — уточнила, задумчиво пожевав нижнюю губу.

Странное дело, но чем больше думала об этом, тем меньше неприятия было в моей душе. Не то чтобы я прям горела желанием обучать малявок, но сегодня в самом деле было интересно, да и под конец уже начали крутиться мысли в голове, что можно с ними разобрать на следующем уроке… В этот момент декан назвал сумму жалованья.

— Сколько?! — я повторно едва не свалилась со стула.

— Это жалованье, рассчитанное на двух кураторов и одного на замене. Но, сами видите, с кураторами полный недобор, меняться по дням нет возможности.

А, ну если разделить это на три, то да, нормальная сумма, немного выше заработка школьного учителя… На которую я тоже вполне согласилась бы. Два дня в неделю отзаниматься, да даже три — вполне нормально за такую сумму. Все равно в день две пары, не больше. Ну и да, вникать в учебный процесс в целом, решать проблемы, которые обязательно возникнут…

— Но вы же будете все равно искать куратора? На смену или запасного?.. — пробормотала неуверенно, лихорадочно обдумывая, стоит или нет. Тут еще и внутренний еврей включился: да я дома на репетиторстве в эквиваленте и двадцатую часть не получала того, что мне только что предложили здесь!

— Да, разумеется. Я уже разослал заявки во все крупные Академии, может, со дня на день и пришлют кого-то, уже зарекомендовавшего себя в работе с такими детьми.

— Ага… А если я буду куратором, то что с моей темой аспирантуры? — я бросила на него подозрительный взгляд, практически наяву слыша, как рушатся мои внутренние бастионы.

— У меня достаточно моих личных наработок, которые я смогу переделать под вас, не беспокойтесь. С этим проблем не будет.

— С боевой кафедры? — машинально переспросила с сомнением.

— Я до прошлого года вел некоторые занятия в боевом училище для мальчиков, так что педагогический опыт имею, как и научные труды в этой сфере, — в его голосе даже послышалась гордость.

Ну теперь понятно, почему именно его отправили на новый факультет. Похоже, как того, кто был связан со школой. Хотя, опираясь на воспоминания Сандры, это нечто вроде кадетского училища. Ну конечно, там дети вряд ли косячат и шалят особо, с дисциплиной все значительно лучше, ага… Ладно, к делу это не относится.

— Так что скажете, Сандра? Согласны стать куратором для детей?

— М-м-м… Но вопрос о моем переводе в силе? После зимних праздников. И разве я имею право быть полноценным куратором? — я уже упиралась, скорее, по инерции.

— Почему нет? Оконченная магистратура и диплом выпускницы нашей академии дает вам право преподавать в школе. Являясь аспиранткой, вы обязаны проводить занятия со студентами. Не вижу причин, по которым при этом вы не можете быть куратором у нашей экспериментальной группы. Что касается вашего перевода, то это уже в следующем учебном году. Еще одного куратора, уверен, пришлют совсем скоро, но двух… Летом же многое пересмотрят и в плане обучения, и в плане подбора преподавателей. Первый год существования любого нового факультета всегда самый сложный, все учесть заранее невозможно, — лер Родерган устало потер переносицу, чуть поморщившись.

А вот так мы не договаривались, это же многое меняет! Но только я открыла рот, чтобы выдать нечто пафосное в стиле «я для себя уже все решила и даже за увеличенное жалованье и освобождение от темы не откажусь от мысли работать над артефакторским проектом», как меня опередили.

— А, и как куратору группы вам положен домик в преподавательском городке на территории академии. Если не ошибаюсь, там есть три или четыре свободных, сможете выбрать. В прошлом году во всех делали плановый ремонт… — вспомнил декан, будто о какой-то незначительной мелочи.

— Я согласна на кураторство! — воскликнула, даже не дав ему договорить.

Каюсь, продалась с потрохами, но… Да ладно, а кто бы отказался на моем месте?

Обсудив все детали и получив на руки все учебные планы, которые пытались составить предыдущие кураторы, список тем, которые должны быть отчитаны детям в этом году, а также полное уверение, что по любому вопросу, если мне будет сложно, непонятно или просто засомневаюсь, можно будет напрямую штурмовать декана, я поспешила в общежитие, собирать вещи.

Через два часа надо будет подойти к крайнему домику на преподавательской территории, где проживает то ли сторож, то ли охранник, то ли ключник… Короче, тот, кто покажет мне свободные домики и впишет мое имя в реестр проживающих тут преподавателей. Причем лер Родерган при мне связался с ним, сообщив о моем появлении. Внутри все просто пело. Вместе с тем, конечно, немного бил мандраж, все же замена и полноценные занятия с курированием группы сильно разные вещи, но…

Ай, что скрывать и отпираться, видимо, карма у меня такая. Недаром Вселенная столько времени толкала меня на преподавательскую стезю. Особенно сопливой мордой Харона основательно так толкнула на данную стезю… Ну да ладно. Что ни делается, то к лучшему.

Едва не подпрыгивая от переполнявшего меня предвкушения перемен и даже едва слышно напевая какую-то прилипчивую попсовую песенку в три ноты, сбежала по ступенькам академии и, неловко ступив на предпоследнюю, с небольшой выщербинкой, едва не навернулась. Но кто-то успел меня подхватить.

— Опс! В порядке? — услышала обеспокоенный голос Саймона. Вот только его тут не хватало!

Затрепыхавшись, вывернулась из его невольных объятий, но в свете последних событий злость на него свернулась маленьким уютным клубочком и лишь сердито попыхивала где-то глубоко внутри.

— Спасибо. Но это никоим образом не повлияло на мое отношение. Что тебе нужно? — спросила как можно более строго, усиленно глядя в сторону и сурово сжав губы, которые так и норовили расползтись в счастливой улыбке.

— Сандра, я идиот! — выпалил он достаточно громко для того, чтобы от нас шарахнулась стайка первокурсников, спускавшихся по ступенькам.

— Суть ты уловил. И еще гад. Самый настоящий. Продолжай, — милостиво кивнула, все же скосив на него взгляд. Вид у парня действительно был виноватым и понурым.

— Я облажался по полной, прости. На малявках же тоже щиты, им ничего не грозило — у них на предыдущей паре была боевка, где темой как раз была защита от простейших боевых заклинаний. Я же не совсем идиот, когда только зашел, спросил первым делом, что они сегодня изучали. А что на тебе не будет ничего, и не подумал. Ну прости, прости! Я привык, что в нашей компании все боевики, кто даже спать ложится со щитом. Лайла тоже переняла эту привычку. А ты же совсем наша, вот даже мысли и не возникло. Ну придурок я, самый настоящий, да, сотню раз да! Если тебе станет легче — игнорируй меня, но не отказывайся от наших посиделок в таверне. Ну хочешь, я вообще буду молчать, уставившись в стенку? — взвыл он на последней фразе, заставив меня невольно поморщиться.

— А ты умеешь молчать? — не смогла не спросить, все же повернувшись к нему полностью.

— Ну, по крайней мере, буду пытаться! Так ты придешь сегодня в таверну? Мы все собираемся. И даже Бьянки не будет, — тут же добавил Саймон с надеждой.

— Я все еще злюсь, — заметила мрачно.

— Ага!

Саймон же наоборот чуть повеселел.

— Сильно.

Чуть прищурилась, окинув его подозрительным взглядом.

— Как скажешь!

— И считаю тебя гадом с дурацкими неадекватными шутками, за которые тебя прибить мало.

— Полностью с тобой согласен! — не скрывая уже широкой улыбки.

— И да, я приду сегодня в таверну. К тому же, есть новости, которыми хотелось бы поделиться с друзьями, — проворчала беззлобно, все же не сдержав ответную улыбку.

— Ура! Ты лучшая! — просиял Саймон, бросившись ко мне с обнимашками, но я успела отпрыгнуть в сторону.

— Я тебя еще не простила! — возмутилась, погрозив ему пальцем, хотя действеннее было бы погрозить пульсаром. Или кинжалом. Хм… кажется, я начинаю проникаться философией Адрелии.

— Я над этим буду работать. За тобой зайти? Встречаемся в семь.

— Нет, приду сама… До встречи! — все же махнула ему рукой на прощание и направилась в сторону общежития. Ладно уж, чего злиться вечно…


Честно говоря, думала, что провожусь пару часов, собирая все, но, как оказалось, при желании можно управиться минут за сорок. С магией все намного быстрее и проще. Ковер и шторы трогать не стала, решив оставить хоть что-то приятное будущему жильцу.

В какой-то миг даже стало жалко покидать эту комнату. Да и на подкорке билась мысль, что домик может оказаться в ужасном состоянии, что бы там ни обещал декан, так что, может, я предпочту остаться в общежитии.

Больше всего печалило, что Андреаса не было дома. Я ему хотела первому рассказать о вполне успешно проведенном занятии и моем новом назначении. Может, подбить его пойти со мной выбирать домик, если действительно можно будет выбрать… Но да ладно.

Подавив в себе желание написать ему, чтобы бросал все свои дела и мчал ко мне, законсервировала комнату с полностью собранными вещами и поспешила на встречу со сторожем. В конце концов, не в другой город уезжаю — всего лишь на другой конец территории академии, где студенты не будут мешать преподавателям, вовсю развлекаясь и подчеркивая беззаботность студенческих лет. Либо позже заскочу в общежитие, либо в Академии уже пересечемся в той же столовой, непринципиально. Сегодня вечером или, самое позднее, завтра утром все равно увидимся.

Домиков мне на выбор не предоставили, указав на один, в который меня могут поселить, так как оставшиеся два были рассчитаны больше на семейные пары и состояли из трех комнат и большой кухни с просторной террасой. Ну, я и не рассчитывала, что мне попадут такие хоромы. Тем не менее, предложенное мне жилье тоже было очень и очень даже ничего.

Настолько «ничего», что я едва удержалась от восторженного вопля с последующими обнимашками и целовашками сторожа, недовольно помахивающего таким же, как у ректора, хвостом. А я так и не удосужилась узнать, какой же они там расы. Демоны? Черти? Весь его вид так и говорил: и за что этой шмакодявке выделили домик?

Моя скромная обитель (моя-моя, не отдам!) состояла из двух комнат, кухоньки, ванной и даже небольшого крылечка с креслом-качалкой! Игнорируя недовольство сторожа, я промчалась по всем помещениям, проводя ревизию. Небольшая спаленка, где стояла вполне себе такая добротная кровать и даже имелся немаленький шкаф с зеркалом в полный рост, мне очень даже понравилась. Открыв его, не сумела сдержать восторженный писк, обнаружив несколько комплектов постельного белья и полотенец. Мелочь, а приятно. Да и, судя по упаковке, это все новое. Вот же, на преподавателях тут не экономят, а аспирантам все зажали… Ну да ладно.

Просторная гостиная и вовсе привела меня в неописуемый восторг. Полукруглая, по центру небольшой диванчик и два кресла, между ними журнальный столик. У дальней стены два шкафа с пока пустовавшими полками для книг и инфокристаллов, между ними пустая кадка для цветка… Попросить, что ли, росток у декана, да и себе посадить фикус-антистресс? Пожалуй, так и сделаю. Радовал также шикарный дубовый письменный стол у широкого окна. Или даже, скорее, секретер со множеством выдвижных шкафчиков. Супер!

Кухонька оказалась совсем крошечной, состоящей из столика, за которым с трудом поместятся двое, зато имелся шкафчик, холодильный шкаф и даже тумба со вделанным артефактом, превращавшим столешницу в варочную поверхность. Питаться я планировала и дальше в столовой, но радовало, что при желании могла остаться теперь дома и попытаться что-то приготовить сама.

Ванная тоже оказалась вполне неплохой, хоть и меньше, чем та, что в общежитии. Ванна тут была сидячая, зато имелась возможность принять душ. Наскоро проверив, убедилась, что горячая вода также в наличии. Ну не прелесть ли?

— Может, после налюбуетесь? — донесся донельзя язвительный голос сторожа от двери.

— Ага, простите! — смутившись, я тут же вернулась к мужчине, глядя на него практически влюбленными глазами, отчего он несколько смутился и все же смягчился.

— Смотрите, охранная система здесь стандартная, но тройного уровня защиты, настраивается на вашу ауру. Также можно дополнительно ввести параметры пропуска. Но не советовал бы распространять на большое количество народу. Дальше, этот домик самый последний в ряду. В этом плюс: к академии вам будет ближе всего. Минус: к воротам, которые на преподавательской части не запираются на ночь, вам дальше всего. Так что не советовал бы шуметь, возвращаясь из города поздно вечером, — на этой фразе на меня зыркнули неодобрительно, но я на всякий случай умильно похлопала ресницами, изображая пай-девочку.

— Ну что вы, я никогда…

— Ну да, ну да. Ладно, пойдемте, настроим сами ворота на вашу ауру, введу в реестр, что вы также имеет доступ на эту территорию… И те, кто придет с вами. Не злоупотреблять! — мне вновь достался грозный хмурый взгляд. Но в данный момент я была слишком счастлива, чтобы обижаться на подобную предвзятость.

Настройка пропуска на данную территорию, запретную для студентов и аспирантов, заняла немало времени. Я почему-то думала, что все это как-то происходит быстрее. Затем перетаскивание моих вещей, раскладывание их по полкам, бегание по моей жилплощади с криками: «Это все мое!», неловкая смущенная улыбка и такое же неловкое помахивание рукой, когда, выскочив на крыльцо, обнаружила, что в домике наискосок, оказывается, живет лер Натиандриэль. Как и все эльфы, он обладал тонким слухом, а в данный момент просто с квадратными глазами выглядывал из окна, стремясь узнать, кого тут убивают… Надеюсь, до момента, как я все-таки переведусь к артефакторам, он забудет о данном инциденте, а я больше нигде не умудрюсь начудить.

В общем, за всеми заботами я едва не пропустила время встречи с друзьями. Рубашка и штаны, в которых бегала сегодня весь день, таская вещи, усиленно нервничая, краснея от смущения, опять же, уже были несвежими, прочая одежда из-за перетаскивания туда-сюда в большинстве была измятой… За исключением нескольких бальных платьев.

Поэтому, наскоро втиснувшись в одно, кое-как расчесала волосы и, оставив их свободно спадать на плечи, поспешила в таверну. Кажется, история повторялась: вскоре после заселения на новую жилплощадь я в бальном платье топала туда, где… где всем на это плевать. Студенческая жизнь, пропитанная здоровым пофигизмом, я тебя обожаю!


— Я теперь новый куратор у экспериментальной группы! — выпалила я, едва дождавшись, пока все выразят мне сочувствие по поводу инцидента с Саймоном, сидевшим тут же.

На несколько мгновений зависла тишина. Орки недоуменно переглянулись, Адрелия едва заметно передернулась, Саймон на всякий случай отодвинулся от меня чуть дальше, Лайла удивленно округлила глаза. Ричи, сидевший сегодня без своей зазнобы, чуть нахмурился.

— Той самой, с которой Саймон тебя запер в пятницу? — уточнил он.

— Ну да…

— И которые в тебя кинули огненным пульсаром? — подал голос Джош, больше всех сочувствовавший мне, когда я в начале этого вечера в подробностях пересказала события моего первого урока с детьми.

— Ага…

— Саймон снова тебя с ними запер? — Адрелия, не глядя, указала на парня очередным кинжалом.

— Э-э-э, я весь день на полигоне провел, Сандру только утром видел! — возмутился он, но тоже уставился на меня с удивлением.

— Декан уговорил меня выйти на замену, — пояснила я, покрутив в ладонях пузатую кружку из-под сидра.

— Но замена — это не значит кураторство.

— Ага… А потом убедил взять кураторство, — созналась я, допивая содержимое кружки, не глядя на друзей.

— Так тебя поздравить или посочувствовать? У меня завтра с Оливером практическое занятие, я хотела ему показать, чего мы с Малышкой достигли. Если он тебя заставил… — протянула Адрелия то ли в шутку, то ли серьезно. Но я все равно поперхнулась, впервые услышав кличку ее питомца… питомицы?

— Не заставлял. Скорее, сделал предложение, от которого невозможно отказаться… Нет, ну если бы я совсем не хотела, я бы, наверное, все же отказалась, — добавила, задумчиво почесав нос.

— По такому случаю мне дарована амнистия? Ведь если бы я тебя не запер… — воодушевился Саймон, но осекся под моим тяжелым взглядом.

— Сойдемся на том, что я тебя простила, но лучше об этом не вспоминать. И если вдруг когда-либо нечто подобное повторится, то… то… — я замешкалась, подбирая кару покрасочнее, но, как назло, на ум ничего не шло.

— То я дам Малышке поиграть с ним снова. Она скучала, между прочим, — дроу игриво подмигнула мигом побледневшему Саймону.

— Ну я же извинился уже, чего вы так сразу…

— Так что за предложение? В самом деле, если он как-то надавил на тебя, это все можно оспорить, — вклинился Дрейк.

— Мне выделили один из преподавательских домиков! — выпалила я, вновь просияв от одной только мысли о своем собственном жилище, пусть и выданном мне всего на год. Всего? А еще несколько часов назад печалилась, что застряла на этом факультете больше, чем на полгода. Да уж, к хорошему привыкаешь быстро.

— Ты шутишь? — выдохнула Лайла, молчавшая до этого.

— Да ладно? Целый домик? И доступ на тебя настроили? А там еще один куратор не нужен? — тут же оживился Саймон, но под скептическими взглядами всех, сидевших за нашим столиком, сник. — Уж и спросить нельзя…

— Да ты теперь крутая, — присвистнул Ричи, одобрительно покивав головой.

— Ну, не знаю, что из этого получится, и, если уж совсем честно, сцыкотно до ужаса. Ну какой из меня препод? С другой стороны, попробовать стоит. Худшее, что можно ожидать — лишат должности и отправят обратно в общагу, — я чуть смущенно пожала плечами.

— Так это же надо отметить! — взревел кто-то из орков. Я даже не успела заметить, кто, так как клич тут же подхватили все остальные. Ну так и я совсем даже не против. К тому же…

— И если я продержусь эту неделю куратором, то приглашаю вас всех в субботу на новоселье!

Несмотря на бурное веселье, царившее за нашим столом, посидела я все же совсем недолго. Надо было возвращаться домой — подготовить одежду на завтра, просмотреть учебные планы, набросать хотя бы примерно план завтрашнего занятия с детьми… В конце концов, это мне в пятницу и сегодня повезло провести уроки, поймав их врасплох и ошарашив своим нестандартным поведением. От этой мысли меня колотил мандраж, но именно ужаса все-таки не было… Лер Родерган не откажется же еще раз нанести все защитные заклинания, да?

— Давай проведу тебя до твоего нового жилища, — вызвался Саймон, когда я все же попрощалась со всеми, получив искренние заверения, что со всем справлюсь… А если нет — к детям наведается добрая тётя Адрелия с Малышкой, ага. Теперь придется уж справиться, а то что потом делать с седыми заикающимися детьми? Я, конечно, Малышку не видела, но, надеюсь, и не увижу.

— Да ладно, тебе же незачем торопиться, а на улице еще относительно светло, — пожала плечами. — Ладно, народ, была рада с вами увидеться…

— Взаимно. Нам в воскресенье тебя не хватало… И если вдруг вздумаешь снова рассуждать, что лишняя в нашей компании, заставим сидеть исключительно рядом с Бьянкой… Без обид, Ричи, — пригрозила Лайла, в чем ее с редкостным единодушием поддержали и остальные.

— Я поняла. Рада, что Вселенная свела меня с вами, — искренне улыбнулась, ощущая, как внутри всколыхнулись теплые чувства к этой странной разношерстной компании… Впрочем, они правы. По части странностей я уж точно идеально вписывалась в их строй.

Выйдя на порог, остановилась, полной грудью вдыхая свежий вечерний воздух, и чуть поежилась от легкого прохладного ветерка. Дверь таверны с негромким щелчком отворилась, выпуская шум посетителей наружу.

— Саймон, я же сказала, не надо провожать. Еще даже фонари не зажглись, да и идти недалеко.

— Уверена? Ну ладно. И прости меня еще раз. Ты ведь на меня больше не сердишься? — он обезоруживающе улыбнулся. Черт, ну обаятельный же гад. Особенно эта его обаятельность заметна сейчас, когда знаю, что с Лайлой они больше друзья, чем пара…

— Не сержусь, — улыбнулась вполне искренне.

Чтобы в следующий миг вскрикнуть от неожиданности, когда этот засранец наклонился ко мне и быстро поцеловал в щеку. Вернее, он метил в губы, но я успела чуть повернуть голову.

— Я безумно этому рад. Увидимся! — выдал он с довольной улыбкой, и прежде чем я успела высказать ему все, что я о нем думаю, скрылся за дверью таверны.

Меня переполняло возмущение этим его поступком, тем не менее, на губах невольно расплылась улыбка. Да уж. Горбатого только могила исправит… И ведь Лайле теперь не пожаловаться, не официальная ж пара! Хм… А если Адрелии с Малышкой? Хотя нет, плохая идея, тогда и мне придется знакомиться с ее чудищем…

— Привет! Помирились уже?

Внезапно раздавшийся откуда-то со стороны голос, когда я только спустилась со ступенек таверны, едва не привел к разрыву сердца. Благо, хоть сразу узнала его владельца.

— Привет… А ты чего здесь? — пробормотала растерянно, обернувшись к Андреасу.

На меня накатило чувство дежа вю. Казалось, только вчера вот так же возвращалась домой, когда заметила чью-то тень… А позже уже хвасталась соседу своим ковром. Ну тут хоть сразу заговорил. Правда, помогло слабо, сердце до сих пор колотится как бешеное.

— Риэль провожал, она на соседней улице живет, — парень, усмехнувшись, махнул рукой в сторону жилого квартала, что начинался уже через дорогу. Точно, кажется, он и в прошлый раз это упоминал… Или тогда не уточнял, где именно живет феечка? Впрочем, неважно.

— Ясно. А я к тебе заходила сегодня, кстати. Но тебя не было дома, — вздохнула я, подходя ближе, и снова зябко передернулась под неприятным осенним ветерком. Дни еще были теплыми, а вот под вечер в одном бальном платье уже не погуляешь.

Андреас, нахмурившись, шепнул какое-то заклинание, и меня окутало блаженное тепло. Вау! Это даже круче, чем когда парень отдает замерзшей девушке свою куртку, а сам идет потом рядом, синий и дрожащий, сквозь цоканье зубов повторяя, что ему совсем не холодно.

— Спасибо!

— А почему не написала мне? Когда ты заходила? Что-то важное? — тут же озадачился Андреас, а его ушки настороженно встали торчком.

— Да хотела поделиться последними новостями… Ты в общежитие сейчас? Пойдем, по дороге расскажу.

— Пойдем. И ты снова бродишь по вечерам одна. Твой ухажер мог бы и проводить, вместо того чтобы развлекаться в таверне… Нет, я понимаю, это ваши отношения и… — проворчал Андреас себе под нос деланно безразличным тоном, но его хвост, выдавая настроение хозяина, так мотался со стороны в сторону, что едва не задевал меня.

— Постой-постой, у нас с Саймоном нет отношений! — рассмеялась я, выудив общую мысль. — Да, мы помирились, но по-прежнему друзья.

— Н-да? — взгляд нэко пробежался по моему платью. — Я думал, у тебя было свидание, да и…

Парень явно хотел сказать что-то о нашей сцене прощания с Саймоном, которой наверняка стал свидетелем, но прервался на полуслове, сменив тему.

— Так что за новости? Тебя перевели к артефакторам, как ты хотела?

— Нет. Но я стала куратором.

— Оу… А ты… — Андреас замялся, подбирая слова, но я не стала тянуть интригу, тут же рассказав ему, каким образом меня удалось убедить.

— Так что я больше в общежитии не живу. У меня свой домик с нормальным стенами, дверями, окнами, мебелью и ванной. Там даже кухня есть, представляешь? И крыльцо! — щебетала я, наверняка в этот момент напоминая Андреасу Риэль, но и пусть. Ему не привыкать.

— Да, домик, безусловно здорово, я рад за тебя… — произнес он вполне искренне, но его ушки почему-то понуро поникли. — Значит, мы больше не будем соседями?

— Ага, похоже на то… — я нахмурилась, и сама только сейчас задумавшись об этом. — Ты же будешь ко мне приходить?

— Да, конечно. У тебя что-то сломалось там? Или сам дом…

— Так и знала, что злоупотребляю твоей добротой! — перебила его, испытывая стыд. Таки эксплуатировала парня. Обычное приглашение в гости воспринимает как попытку вновь к чему-то припахать. — Да нет же, как друг. Так там вроде все хорошо… Слушай, а давай я тебе покажу? Сам все увидишь! Похвастаюсь тебе первому!

Андреас, значительно повеселев, не стал отказываться. И на территорию Академии мы вошли сразу со стороны преподавательского городка. Чинно прошлись по главной аллее, вполголоса гадая, кому из наших знакомых преподавателей может принадлежать тот или иной дом, пока не пришли к моему.

Как когда-то с ковром, я тут же затащила парня к себе, за руку таская по всем комнатам, с восторгом демонстрируя все, что только могла, не замолкая ни на миг.

— А еще я в субботу планирую устроить новоселье. Придешь? Точнее, придете? С Риэль. Будут мои друзья, — признаться честно, о его невесте я вспомнила в последний момент. Но вспомнила же! Черт. Это все Саймон виноват, ошарашил меня у таверны, вот до сих пор мысли и путаются.

— Конечно, приду, — искренне улыбнулся котик, глядя мне в глаза. — И Риэль придет. Ладно, не буду тебе мешать, тебе ведь нужно подготовиться, наверное, к завтрашнему занятию.

— Ага… Знал бы ты, как мне страшно… Может, я завтра вовсе провалюсь и буду с позором изгнана учениками, так что уже к вечеру вернусь в общежитие, и никакого новоселья не будет, — призналась, поделившись мыслями, что нет-нет, но возникали сегодня весь день.

— Ты молодец. И обязательно справишься. Не стоит переживать из-за детей, они тебя полюбят, если еще не прониклись симпатией, — произнес он на прощание, когда мы уже стояли на крыльце.

— Думаешь?

— Уверен. Тебя невозможно не полюбить.

И с этими словами он вдруг потянулся ко мне и едва ощутимо коснулся губами моей щеки, заставив судорожно вздохнуть.

— Увидимся завтра. И не волнуйся, я знаю: у тебя все непременно получится, — добавил нэко, как ни в чем ни бывало, и, махнув мне рукой, поспешил в сторону общежития.

А я еще несколько минут стояла на пороге, стремясь унять глупо колотившееся сердце и убрать дурацкую улыбку, что теперь не желала сходить с моего лица. Это просто дружеский жест, Сашка, успокойся. Вон на Саймона так реагировать надо, а то размякла от целомудренного прощания через поцелуй в щечку, как в детском саду. У Андреаса есть невеста. А у тебя… у тебя завтра первый урок как куратора в экспериментальной группе. Уф, Вселенная, помоги…

ЭПИЛОГ

Два месяца спустя…

Задолбало! Как же меня все это уже задолбало!

Я неслась по коридору, напоминая ходячий сугроб, а от меня целыми пластами отваливались комки снега… Который, к тому же, даже не желал таять, зараза! У-у-у… засранцы мелкие!

Ворвавшись на нашу кафедру, угрюмо поздоровалась с несколькими профильными преподавателями, что там сидели. Лер Сантариус пил кофе, болтая с проклятийницей, лерри Маликой. Лерри Диана, преподаватель по целительству, проверяла домашние работы детей, морщась на очередную ошибку. Но при виде меня они все отвлеклись от своих дел.

— Ох, Сандрочка, как же вас угораздило, дитя мое? — лерри Малика охнула, испуганно округлив свои дивные глаза бирюзового цвета.

Пожалуй, она единственный преподаватель, которого наши особые ученики никак не задевали. Тут только взглянешь в эти бездонные эльфийские глазища на прекрасном лице, на котором навеки застыло наивное выражение, и все каверзные мыслишки запрячешь подальше, только бы не задеть нежные чувства этого чуда… А может, все дело в том, что на кафедре проклятийников она была лучшей, и, несмотря на кажущуюся хрупкость и невинность, никто не желал испытать на себе, насколько заслужено это звание.

— Декан у себя? — практически прорычала я, устремив полыхающий гневом взгляд на заветную дверь.

— Нет, его вызвали к ректору. Должен скоро вернуться… — растерянно пробормотала эльфийка. — Так что с вами случилось?

— Неужто упали? В вашем возрасте можно быть и повнимательнее, — проворчал лер Сантариус. Ну, от этого старого пердуна я иного и не ожидала.

— Обстреляли снегом на подходе к Академии! Угадайте, кто! — выдохнула я донельзя язвительным тоном, скидывая верхнюю одежду и пытаясь стряхнуть снег, который каким-то образом проник и под мое пальто, прилипнув к элегантному шерстяному темно-синему платью. Не тает — и на том спасибо, а то промокла бы уже вся.

— Ну знамо кто… Да не печальтесь так, Сандра, не повезло вам, что сказать. Потерпите, может, лер Оливер найдет компетентного куратора вместо вас, видит же, что вы не справляетесь, — отозвалась лерри Диана елейным голоском.

Угу, еще одна мымра та еще. Вот чего не ее обстреляли, а именно меня? Я бы им даже помогла в отстреле…

Оставив ее колкую фразу без ответа, молча села за стол и, пододвинув к себе чистый лист пергамента, схватила с подставки самозаправляющееся перо, аналог простой шариковой ручки, и принялась строчить текст, что шел практически от души и уже не раз формулировался в мыслях.

— Что, снова заявление об увольнении пишете? Да бросьте. Никто и не ожидал, что вы в самом деле станете хорошим куратором, но на безрыбье, как говорится… — фыркнул насмешливо зельевар.

— Ну что вы такое говорите, лер Сантариус? Сандрочка же старается… — укоризненно возразила лерри Малика, подходя ко мне ближе. — Дорогая, у вас в волосах комки снега. Позвольте, я помогу вам выпутать их, пока не растаяли…

— Они не тают, — буркнула, не отвлекаясь от написания заявления, ощутив на своих волосах ласковые прикосновения нежных рук эльфийки.

— Ой, снег не холодный совсем!

— Угу. Спасибо стихийнику Винсенту, он как-то зачаровал всем снежки. Чтобы было удобнее брать голыми руками снаряды и они не таяли раньше времени.

— Ну или чтобы вы не заболели, заботятся… — лерри Малика продолжала искать в каждом что-то хорошее и благие намерения. Но я ее не поддержала. Резко развернулась, едва не скомкав почти дописанное заявление.

— Мало им надо мной издеваться! Заболела бы — дома отлежалась, чаем отпаивалась бы, отдохнула бы от их проделок! Так нет же, и тут не дадут! — я практически перешла на крик.

— Сандрочка, ну не нервничайте так. Они вас любят, выказывают симпатию как могут… — не унималась лерри Малика, пока зельевар и целительница, ехидно переглядываясь между собой, хихикали там себе у значительно разросшегося фикуса. Я же на это ее заявление лишь насмешливо фыркнула.

— Какая любовь? Я вас умоляю! Они мне вчера иллюзию мыши подкинули на учительский стол, да еще такую детальную, что до сих пор чувствую ее коготки на своей шее, — и передернулась, вспомнив, как же визжала тогда.

— Ну, Сандра, радуйтесь, что они вас не воспринимают серьезно. Двух кураторов, что должны были вас подменять, они именно выжили. Бедный лер Талий и вовсе оставил учительскую стезю, не проработав здесь и недели. А какой впечатляющий мужчина был, — лерри Диана мечтательно вздохнула, вспоминая плечистого орка, что покинул нашу Академию со скандалом, пророча детям будущее в тюремных казематах. — А с вами так, развлекаются, чтобы не терять форму, как с подружкой.

— В общем-то, я даже согласна с лерри Дианой. Они вас воспринимают почти как свою, устраивают мелкие розыгрыши, так, по-дружески…

— Ага, даже выходных меня лишили дополнительных! И вот-вот появятся седые волоски из-за их дружбы, — поддакнула, ставя свою корявую подпись под заявлением и оттиск ауры.

Еще раз перечитала текст и удовлетворенно кивнула. По всей академии раздался звон, знаменовавший начало третьей пары. А значит, мои мелкие кровопийцы уже вернулись со двора, где устраивали всем неугодным расстрел снегом, и в своей аудитории ждали только меня.

— Ладно, передайте это декану. И в этот раз я не шучу уже! — вздохнула устало, отложив заявление об увольнении на стол.

И, подхватив журнал успеваемости моей горячо любимой группы, поспешила на пару. Нести доброе и светлое, наставлять на путь истинный… И прочее бла-бла, которым щедро потчевал меня декан каждый раз, как я едва ли не в истерике прибегала в его кабинет, практически умоляя освободить меня с должности куратора… Но увы.

Пока я дошла до нужной аудитории, даже немного успокоилась, привела мысли в порядок. Ну ладно, мелкие засранцы, конечно, мозг вышибают только так, но все равно как-то привыкла к ним. Да и не со зла же. Я надеюсь. Деваться от них все равно некуда…

Из-за плотно запертой двери в аудиторию был слышен веселый детский смех, какие-то подбадривающие крики… Боги, хоть бы не устроили дуэль боевыми заклинаниями! Или призыв какой-то потусторонней сущности! Или новое экспериментальное зелье, которое на ком-то решили испробовать!

Мысли скакали перепуганными даже не зайцами, а отборными кенгуру, пока я преодолевала последние метры уже практически бегом, перебирая в уме все, что могли устроить мои подопечные. Ворвавшись в аудиторию, окинула помещение быстрым взглядом и с трудом удержала матерную фразу, что так и рвалась наружу.

В виде исключения все дети сидели на своих местах. Впрочем, у меня они в принципе редко ходили по аудитории во время урока, даже если учителя нет на месте. Но по помещению летали магические бумажные самолетики, оставляя после себя след из разноцветных искорок, а на самом большом, над учительским столом, почти под самым потолком, левитировал… тролль.

Эти создания выглядели как нечто среднее между всем известным мультяшным Шрэком и Добби из «Гарри Поттера». Размера небольшого, взрослая особь будет ростом примерно мне по колено, ну, может, чуть выше. Агрессивные, имеют высокую сопротивляемость к магии, живут преимущественно у лесных или горных озер. Неразумные, хотя и имеют тягу к каким-то палкам, которыми и дерутся, если их задеть…

Это все, что я сумела вспомнить за те несколько секунд, что подбирала выражения, глядя на несчастное перепуганное создание, которое мало того что висело под потолком, так еще и было наряжено в нелепое розовое платьице с пышной юбкой, а к спине были прицеплены то ли иллюзорные, то ли из легкой ткани крылышки.

— Это что такое?! — прошипела я, с трудом узнав свой голос, звеневший от злости.

— А это цветочная фея, как в сказках! — воскликнул кто-то, и вся группа взорвалась смехом.

Все же прошипев себе под нос едва слышно ругательство, стремительно пересекла аудиторию и, оказавшись под троллем, шепнула контрзаклинание, поймав тварюшку и едва не грохнувшись под его весом на пол. Бедный троллик как в талисман вцепился в свою толстую дубину, которую эти мелкие упыри ко всему еще и украсили цветочками.

— Вы считаете, что это смешно? — процедила я ледяным тоном, не повышая голоса. Но дети, смекнув, что что-то не то, и сами притихли.

— Ну, это же тролль, в розовом платьице… Забавно же, — неуверенно вякнул кто-то. Пара голосов согласно поддакнули, но тут же притихли, когда я зыркнула в ту сторону.

— Забавно? Издеваться над беспомощным живым существом, которое вам даже ответить не может? Смешно хватать его, пользуясь тем, что сильнее, запихивать его в неудобные тряпки, поднимать в высоту, которая в несколько раз превышает его рост? Увлекательно наблюдать, как несчастное создание барахтается, умирая от ужаса, не понимая, где находится и чем заслужил такую участь? — я не кричала, но зло чеканила каждое слово, делая паузу, чтобы каждый в этой аудитории проникся.

И судя по растерянной и виноватой тишине, прерываемой лишь едва слышным шмыганьем носов и тихими всхлипами, а также по тому, что все, как один, сидели как мышки, опустив взгляды, мне это удалось… По крайней мере, по отношению к разумным. А неразумное, немного придя в себя, вдруг дернулось в моих руках и впилось крепкими острыми зубами в мою руку, отчего я вскрикнула.

— Фу! — крикнула первое, что пришло в голову, чуть встряхнув тролля.

Тот, скорее от неожиданности, чем слушаясь команды, разжал челюсти, что позволило мне перехватить его поудобнее.

— Он укусил Куколку… Ой, у Куколки кровь… Я же говорила, не надо было перед парой Куколки… А я говорил выбросить его… — пробежался по рядам тихий шепоток.

Я, едва сдерживая слезы, что невольно выступили от боли, на миг крепко зажмурилась, пытаясь успокоиться.

— Выбросить? То есть, даже не вернуть туда, где его взяли? И за что же? — мой голос чуть дрожал, но я держала себя в руках, по-прежнему стоя посреди аудитории с троллем в руках.

— Он вас укусил!

— Он — защищался! С чего ему верить теперь хоть кому-либо, когда вы с ним такое сделали? — я обвела пристыженных детей строгим взглядом.

— Он агрессивный… — пискнул кто-то едва слышно.

— А вы — нет?

Раздавшийся короткий стук в дверь заставил меня умолкнуть и недоуменно повернуться к выходу из аудитории. Декан обычно не стучит, а больше к нам никто никогда и не приходит во время занятия.

Дверь приоткрылась, и в щель заглянул Саймон. Убедившись, что я его заметила, вошел, кивнув детям.

— Привет. Тебя там лер Оливер вызывает. Ты опять, что ли, заявление об увольнении написала? Он сегодня как-то совсем не в духе, — пробормотал он.

По рядам вновь пробежал шепоток, создавая гул, напоминавший растревоженный улей. Так понимаю, вызванный упоминанием моего увольнения. Хотя, кто их знает, может, они этого и добиваются, действуя тонко, доводя меня до истерики, потихоньку, капля за каплей, подтачивая терпение?

— Прям сейчас идти? У меня пара, — вздохнула, почему-то указав подбородком на тролля, притихшего у меня в руках после неудачной попытки покушения.

— Да, сказал позвать тебя, он потом в Министерство укатывает, когда вернется — не знает… — протянул Саймон, изумленно рассматривая тролля. Его взгляд скользнул выше, к моей правой руке, которую я из-за пышного платья зверюшки не видела. Впрочем, и не чувствовала, она словно онемела, хотя место укуса и неприятно подергивало. — Ошизеть! Сандра, у тебя кровь. Что случилось?

— Жизнь моя случилась… — пробормотала тоскливо, но, встряхнувшись, посерьезнела. — Ладно, я к декану. А ты проверь пока у детей домашнее задание. И присмотри за ним.

Я попыталась сунуть ему тролля, но Саймон шарахнулся в сторону.

— Домашнее задание проверю, но вот его могу только испепелить, — он брезгливо скривился.

— С ума сошел?! Совсем не ценишь чужую жизнь? А еще боевой маг, защитник, как же! — фыркнула, покачав головой.

Обернувшись к насупленным детям, не сводившим с нас взглядов и, на удивление, молчавшим, устало покачала головой.

— Подумайте, пожалуйста, над тем, как вы себя ведете и что творите. Не только сегодня, а вообще. Каждое ваше действие влечет за собой последствия, и не обязательно для вас, — обронила им на прощание. — Я скоро вернусь. И, прошу вас, не прибейте мне Саймона до моего возвращения, ладно?

В тишине, так и царившей в аудитории, нервный смешок моего друга прозвучало чересчур громко, но, думаю, разберутся. Невольно подумалось, что вот и ответочка пришла. Когда-то он меня так оставил с ними наедине…

Подхватив толстенького тролля, начавшего еще и мерзко пищать, подмышки, с ним пошла к декану. Пожалуй, он стал уже последней каплей.

Меня просто переполняла злость. Да сколько можно-то? Я всего лишь аспирантка, а не… а не…

— Да не пищи ты, я тоже не в восторге от этой ситуации, — вздохнула устало, перехватив несчастное существо покрепче, входя на кафедру. На удивление, в приемной никого не было. Пересекла ее в пару шагов и, плечом толкнув дверь в кабинет декана, ввалилась к нему без стука.

Лер Родерган, не отвлекаясь от бумаг, лишь мельком считал мою ауру и, решив, видимо, что знает причину моего визита, даже не потрудился поднять голову.

— Сандра, я уже говорил: вы торопитесь с выводами. Ваше заявление я не приму. Они всего лишь дети, что такого могли сделать вам снова? Уверен, просто невинная шутка, нужно быть терпимее. И вообще, отказываться от них — это слабость… — завел он своим коронным невозмутимо-бесячим тоном.

Агрх! Даже тролль притих, то ли ошалев от такой быстрой смены локаций, то ли уснув под этот нудотно-небрежный тембр… Не выдержав, поднапряглась и молча усадила его прямо на стол, на какие-то бумаги перед лицом мужчины.

— Это что?

К его чести, он даже не отшатнулся и не выругался. Да и на лице лишь на мгновение отразился шок, после чего вернулась все та же невозмутимось, с эдакой ленцой даже.

— Подарок вам. От «всего лишь детей»!

Я же, наоборот, просто пылала от злости. Так и хотелось кричать, тыкая в эту образину: ну ты видел, видел?!

— У вас кровь… — начал было декан, заметив укус на моей руке.

В его глазах все же мелькнуло удивление и даже легкое беспокойство. Никак человечность проснулась? Да ладно!

В это время тролль, немного присмиревший за время, пока его несла, вдруг рыкнул и шарахнул мужчину дубинкой по руке, отчего тот бросил в него парализующим заклинанием.

— А у вас теперь синяк. Как вы там сказали? Надо быть терпимее? — съязвила я, покосившись на тролля.

Так и подмывало при этом еще и подло похихикать, показывая язык, но неожиданно стало жалко тролля. Впрочем, ладно, декану виднее, откуда эти обормоты его притащили. Наверняка он вскоре вернет его в родные места обитания. Резко выдохнув, повернулась к леру Родергану спиной, намереваясь вернуться к моим вредителям, пока не довели Саймона до заикания.

— Сандра… — догнал меня голос декана у дверей. — Я подумаю насчет кураторства.

— Правда?

Я молниеносно обернулась, не веря своим ушам. Сердце тут же затрепыхалось от надежды и счастья. Но в этот момент тролль сбросил с себя паралич и, обиженно взревев, почему-то схватил со стола какой-то документ и принялся его быстро жевать мощными крепкими зубами.

— Но потом! Все равно сейчас некем заменить, а для вас это бесценный опыт… — и прочее бла-бла в том же духе, пытаясь угомонить вредителя, каким-то образом уклоняющегося от следующих заклинаний декана.

М-да. Размечталась. Троллюшка, я тебя прошу, хряпни его хорошенько или двинь своей дубиной. Ну надо, понимаешь? Не знаю, понимал ли, или Вселенная меня услышала, но в следующий миг тролль с неожиданной для него хищной грацией прыгнул на декана и… откусил пуговицу с его камзола. Ну-у, хоть что-то. Спасибо, Вселенная, сочтемся.

— Фу, выплюнь! Сандра, не могли бы вы?.. — воскликнул мужчина, явно намереваясь попросить меня о помощи.

Тролль в этот момент уже опустил свою дубину на чернильницу, безнадежно испортив еще несколько свитков, усеяв их фиолетовыми брызгами.

— Я бы с радостью, но не могу — пошла получать бесценный опыт! Удачи вам! — пропела я, почти счастливо улыбаясь, и уже в приподнятом расположении духа покинула его кабинет.

Меня ждали еще тридцать моих мелких кровопийц и, подозреваю, уже полуседой Саймон. Хм… а не прогуляться ли мне еще немного по коридорам академии?

КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ


home | my bookshelf | | Аспирантура для попаданки. Замужество не предлагать! |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения
Всего проголосовало: 12
Средний рейтинг 4.6 из 5



Оцените эту книгу