Book: Отмеченный туманом



Отмеченный туманом

Алексей Федотов

Отмеченный туманом

© Алексей Федотов, 2019

© ООО «Издательство АСТ», 2019

Часть 1. Академия в пузыре. День первый

Крупнейшее на полуострове учебное заведение – академия имени Святого Апостола Павла. Обучение здесь начинается с восьми лет и длится от десяти (курс обязательной школьной программы) до пятнадцати лет (университетский курс). Площадь академии около двадцати квадратных километров. Кроме учебных корпусов здесь присутствуют академический жилой городок для преподавателей, обслуги и учащихся, большой спортивный стадион и десять его малых копий по всей территории академии, несколько коттеджных поселков для представителей дворянства, два чисто женских общежития-пансионата и один мужской, четыре парковые зеленые зоны и столько же озер. Количество проживающих здесь людей почти сорок тысяч человек. Из них учеников десять тысяч.

На городских картах Артура академия отсутствует, так как находится она внутри огромного «пузыря» – свернутого пространства. И попасть сюда без именного пропуска-приглашения невозможно. Из города на территорию академии ведет около сорока портальных врат, поэтому в некотором роде она является городом внутри города. Это только обжитая территория занимает указанные выше размеры. По неофициальным данным, вся территория замкнутого пространства раза в четыре превосходит размеры города вроде Артура, с населением более миллиона человек. И самое удивительное во всем этом то, что академия является частной собственностью.

И вот возле одних из таких врат стоял парень лет семнадцати, задумчиво, с некоторым сомнением глядя на клубящееся марево перед собой. Он мял в руках тот самый пропуск-приглашение и особо не горел желанием идти туда. Несмотря на довольно жаркую и солнечную погоду, он был одет в темную курточку с длинными рукавами и закрывающим горло воротником. Да и без этого его внешность была очень примечательна. Кожа лица слишком белая, как и его волосы цвета утреннего первого снега, длиной почти до колен, что нетипично для современного парня. Брови и ресницы тоже в цвет волос. Из-за своего телосложения и внешности парень немного смахивал на девчонку, хотя такое впечатление было весьма обманчивым.

Идущие мимо люди почти не обращали на него внимания. Отмеченный… Все уже давно привыкли к таким, как он. Не все из отмеченных Туманной Зоной обладают особенной внешностью, но все они обладают уникальными способностями, и в нашем грешном мире это давно уже стало такой же повседневной обыденностью, как, скажем, умение строить гигантские корабли и самолеты. Ведь этому же никто не удивляется.

Звали парня Юрий Ким. Такое необычное имя ему дали в детском доме, где он вырос. Но по имени его там почти не называли. Для всех он был просто Ким, а для узкого круга друзей Ящер. Почему? Об этом позже…

Как было упомянуто, Юра вырос в детском доме, и его появление рядом с вратами элитного учебного заведения нечто из разряда вон выходящего.

А все началось вчера, когда он возвращался вечером домой…

* * *

Артур представлял собой довольно своеобразное сочетание жилых кварталов. Город возник на месте военно-морской базы Российской Империи, известной в прошлом как Порт-Артур. Новый город сильно увеличился в размерах, хотя при этом приобрел довольно нелепый вид. Иные постройки возникли на обломках старого города, впитав в себя уцелевшие старые районы. Но были и ультрасовременные места с небоскребами, торговыми центрами, офисами, современным портом и самым современным аэропортом (вот только самолеты там приземлялись нечасто, были на то свои причины). Были также земли, занятые особняками знати, называемые районом голубых кристаллов. Здесь находилось большинство редких артефактов, которые защищали город от монстров, обитающих в Туманной Зоне.

Следом шли кварталы, где жили люди среднего достатка. Здесь были как и новые, однотипные строения, так и старые. Их еще называли крепостные районы, но не в том смысле, о котором можно подумать – люди были относительно свободными в своих решениях и правах. Крепостными их называли из-за вида. Дома не выше пяти этажей имели толстые стены, небольшие окна и мощные двери. Голубых защитных кристаллов было значительно меньше, чем в элитных районах, и их было недостаточно, чтобы обеспечить абсолютную защиту жителей среднего достатка – отсюда и такие меры безопасности.

И были места отчуждения, где кристаллов были единицы, а людей было немного по сравнению с основной частью города. Это были те, кто не мог позволить себе переехать в более безопасные районы. Здесь не действовала телефонная связь (или почти не действовала) и не было электричества (или оно было не везде). Официально их называли пограничными городскими кварталами. Вот тут-то люди укрепляли свои жилища кто как мог.

Вот по одному из таких районов и шел Ким, возвращаясь домой вечером. Сегодня у него вышел срок временной подработки, поэтому по дороге он заглянул в магазин, потратив половину своей выручки на продукты, и сейчас его больше беспокоила тяжесть двух авосек, чем перспектива встречи с опасным хищником из тумана. Темнота тоже не была проблемой, и даже наползающий на город ночной туман не доставлял парню проблем. Это пусть живущие в элитных и благоустроенных районах боятся, а Киму беспокоиться нечего. Здесь надо, пожалуй, кое-что объяснить. Как уже было сказано, отмеченные – это люди, обладающие способностями, выходящими за рамки обычного человеческого понимания. И у Кима было уникальное зрение, позволяющее ему хорошо видеть даже в наступающих сумерках.

Со стороны старого обвалившегося здания послышались шорохи. Ким остановился, пристально глянул в ту сторону: всего лишь обычные городские крысы. Он снова подхватил обе авоськи и пошел дальше. Выходя на соседнюю с домом улицу, почувствовал легкое касание сгустка тумана у правой щеки: словно игривый котенок потерся об него.

– Рыбку хочу! – коснулся его слуха шепот.

– До дома потерпи, – попросил он белого котенка, а вернее милую и ласковую кошечку, возникшую из ниоткуда у него на плече.

– Хочу! – кошечка снова потерлась о щеку, но уже с некоторой требовательностью.

– Терпи, – остался непреклонным Ким, не собираясь потакать желаниям своей пушистой спутницы.

Издав обычное кошачье «мяу», кошечка снова обернулась туманом и исчезла с его плеча, хотя все равно осталась где-то рядом, оберегая и охраняя. Трудно поверить, но это был самый страшный хищник тумана – настоящий туманный кот (вернее, кошка), кровожадное чудовище, живущее в тумане и не переносящие солнечного света, от которого не существует иного средства защиты, кроме голубых кристаллов, как считало большинство обычных людей. С таким защитником Киму некого было опасаться – один только запах туманного кота отгонял от него других возможных хищников. Он общался с ней мысленно, так как человеческую речь она не воспроизводила, хоть и понимала. Ким мог общаться телепатически, но не с людьми, а только с созданиями тумана. Он мог слышать эмоции любого из них. А с туманными котами вообще отдельная история…

На перекрестке улиц он остановился. В новом держателе на торце одного из домов красовался голубой кристалл. Еще вчера его здесь не было… Теперь это место можно считать относительно безопасным. По крайней мере, в радиусе ста метров вокруг кристалла. Можно предположить, что пустым это место останется ненадолго. Некоторые из живущих здесь постараются перебраться жить поближе к этому кристаллу.

«Но мне-то что от этого?» – промелькнула мысль.

Внезапно из темноты его осветили яркие фары. Прикрыв глаза ладонью от яркого света, Ким вгляделся в свет. Это был бронеавтомобиль «Хищник», недавно принятый на вооружение городским патрулем. Серьезная боевая машина, которую уже успели окрестить «горбатой» из-за бронекапсулы сверху, с установленными там крупнокалиберными пулеметами.

– Эй… здесь опасно находиться в этот час, – услышал он грозный, немного хриплый окрик от машины.

«А то я, блин, и не знал!.. И вообще, есть ли в этом районе хоть кто-то, кто этого не знает? Хорош уж в глаза слепить…» – щурясь от яркого света, недовольно подумал Ким.

В машине словно услышали его мысли и чуть убавили яркость фар, так чтобы он смог разглядеть двоих морпехов в тяжелой штурмовой броне, с автоматами системы Семенного на плечах – АСМ-51 пятьдесят первого года выпуска, вот уже более полувека состоявших на вооружении в армии Российской империи.

– Иди сюда! Что ты здесь делаешь?.. – произнес все тот же голос.

– Домой иду, – спокойно произнес Ким и мысленно добавил: «А вы мне мешаете».

– Ты что, живешь в этих трущобах? – Сколько подозрения в голосе! – Документы есть?

«Ага! Целая куча… включая справку, что я не заразный и не кусаюсь по ночам…» Парень уже чувствовал, как им овладевает раздражение. Что за чушь они несут? Устроили ему, блин, допрос посреди улицы, а авоськи у него в руках не из легких… К слову, что-то слишком много патрулей стало в их районе последнее время. Да и появление голубого кристалла… Это уже второй за последний месяц. Недаром появились слухи, что их район решили перестроить, превратить в подобие крепостного. Не все живущие здесь этому рады. Были и те, кто укрылись здесь по причине трений с контролирующими органами, и подобные изменения их не особо радуют.

– Есть!

Пришлось поставить ношу на землю и послушно потянуться к внутреннему карману, чтобы достать документы, ученическое удостоверение. Без документов парень все же из дома не выходил: много места в кармане они не занимают, а в такие моменты помогают избежать ненужных проблем.

– Ящер?! – вдруг услышал он новый голос из машины. – Ты это, что ли?

Так его могли звать только немногие знакомые по детскому дому. Но гадать, кто это мог быть, не пришлось. Ким сразу узнал этот голос, хоть и не слышал его обладателя несколько лет.

– Тим? Сто лет тебя не видел! – искренне обрадовался парень. Раздражение как рукой сняло. – Так вот ты куда подался! – это он произнес без осуждения, с пониманием. Ведь Тим всегда, сколько Ким себя помнил, мечтал стать военным.

Тим был на восемь лет его старше, и в прошлом, до выпуска из детского дома, можно сказать, был его другом. Словно в подтверждение этому, он шагнул к Киму и сжал его в своих объятьях.

– Пусти, медведь! Раздавишь… – сказал чуть придушенным голосом и стал вырываться Ким.

– Ой… Прости… – Тим с некоторым виноватым выражением на лице отступил назад. – Ты как был мелким, так и остался. Ну, ты как? Где сейчас устроился?

А вот это уже удар ниже пояса: хоть и несильно, но Ким все же комплексовал по поводу своего роста и любое упоминание о нем воспринимал несколько болезненно.

– Да нормально я… Ты сам то как? – сказал он, все еще немного недовольно поглядывая на Тима снизу вверх.

Новоиспеченный морпех был выше на целую голову и шире в плечах, и это вызывало нездоровую зависть. Киму даже обидно стало от такой несправедливости жизни, ведь его собственная нетипичная внешность всегда доставляла ему массу проблем: приходилось постоянно всем доказывать, что он нормальный парень.

– Да что я… – как-то не особо радостно махнул рукой Тим. – Тоже нормалек… Служу… по результатам последних учений дали вот сержанта… – Особой радости в его голосе не было, и уже через секунду Ким понял, почему, когда тот осторожно затронул больную тему: – Я слышал о трагедии… Прости, что меня не было рядом, когда это произошло… Я только недавно узнал.

– И чем бы ты смог помочь? – скептически глянул на него Ким. – Тоже мне, мать Тереза и спаситель всего человечества!

Два года назад, в детском доме, где росли Ким и Тим, случился пожар. Случился ночью, когда все спали, и поэтому жертв было много… очень много.

– Ты что-нибудь слышал о Ри? – осторожно поинтересовался Тим, имея в виду свою сверстницу Рейчел Ким. Нет, та была не иностранкой, а русской, но так уж получилось: ее первой воспитательницей, давшей ей странное имя, была кореянка. Кстати, Юрий стал Кимом не без помощи Рейчел. Еще будучи маленькой девочкой она мечтала о младшем брате, и когда в детский дом принесли Юрия, она настояла, чтобы он был ее младшим братиком. Так он и стал тоже Кимом.

– Да я каждый день ее слышу, – чуть поморщился Юрий. – Она даже в коляске нисколько себе не изменяет… – Он резко замолчал. Ведь Тим мог и не знать, что она тоже пострадала тогда при пожаре. Но судя его реакции, тот знал. – Слышал уже? – констатировал он.

– Да!.. Когда я узнал о пожаре, то постарался выяснить все подробности… – Тим отвел взгляд в сторону, но для Кима не были секретом те чувства, что тот испытывает к его старшей сестре. – Так ты знаешь, где она сейчас живет?

– Со мной, где же ей еще быть! – удивленно пожал плечами Ким. Разве он бы ее бросил? – Она и еще семеро мелких из младшей группы, что она тогда смогла спасти… Все мы вместе живем в этом районе.

– Но это же опасно… – встрепенулся Тим, но, вспомнив о способностях парня, сразу же успокоился. – Ах да… Ты же с ними… Так это для них? – он указал на сетки, стоящие сейчас на земле.

– Для них… – не стал отрицать очевидное Ким.

Тим нагнулся, поднял обе сетки и немного неуверенно предложил:

– Пойдем, я отвезу тебя…

– Да я и сам могу дойти… Тут осталось-то… Или хочешь иметь повод увидеться с Ри? – догадался он и усмехнулся.

В ответ Тим отвел свой взгляд. У бронемашины, положив сетки в салон, морпех произнес, обращаясь к своим товарищам:

– Все нормально, ребята… Я знаю этого парня… Немного прокатимся… здесь недалеко.

В ответ тот самый, что первым окликнул Кима, спокойно пожал плечами.

– Ты старший, – сказал он внешне равнодушно, но с насмешкой во взгляде. – Тебе решать… Все же опасно парню одному ходить по этим улицам… Пусть он и твой знакомый.

– Расслабься, Стас, – посоветовал ему Тим. – Не родилась еще та тварь, что рискнет напасть на этого парня.

– Он что, особенный? – оглянулся тот на Кима, окинув его скептическим взглядом.

– Особенный, – подтвердил Тим. – Тебя, да и, пожалуй, и меня он за пару секунд уложит… Не смотри на его внешность.

– Не преувеличивай! – Ким прекрасно оценивал свои возможности: все же ребята морпехи тренированы не хуже и даже лучше него, а он выигрывал в основном благодаря своей скорости.

Последовал еще более пристальный и недоверчивый взгляд Стаса, но больше никто ничего говорить не стал. Погрузившись в машину, они покатились по пустой улице. В присутствии морпехов Юрка чувствовал себя несколько неуверенно, этаким карликом. Из-за этого комплексовать по поводу своего роста он начал только сильнее.

– Сейчас прямо, а после водокачки налево до белого забора у площади, – указал дорогу Ким. Что ни говори, он все-таки был рад увидеть Тима и узнать, что у него все хорошо. Они потеряли связь пять лет назад, когда Тим записался добровольцем на флот и покинул детский дом. В тот же год Ри решила остаться в детском доме и стать воспитателем в младшей группе.

– Белый забор, – задумчиво произнес Тим. – Особняк купца Тарасова?

– Он самый, – подтвердил Ким. – Он уже больше двадцати лет заброшен, но в довольно хорошем состоянии, вот мы там и поселились.

– Это вообще-то незаконно, – заметил все еще разглядывающий его Стас, видимо, не до конца поверивший в то, что парень с такой внешностью может быть сильнее их.

– Если родным Тарасова этот дом нужен, пусть приходят и забирают, – равнодушно пожал плечами Ким. – Если смогут, – добавил он уже тише.

В этом районе особняк Тарасова был одним из немногих домов, в которых был водопровод и горел свет. А его бывший владелец был известной и скандальной личностью. Сам купец до сих пор находился в международном розыске. Он умудрился не только нагадить родному государству, но и обворовать международный благотворительный фонд, которым заведовал, сильно расстроив этим зарубежных партнеров. Те забрали все его имущество, до которого сумели дотянуться, но этот особняк никому не был нужен.

Дальше до самого дома Ким не произнес ни слова и только когда вылезал из машины, взглянул на Тима и тихо предложил:

– Может, все же зайдешь?.. Ри будет тебе рада.

Конечно, он несколько погрешил против истины. Ри всегда начинала злиться, когда он упоминал его имя, он был не против, если бы эти двое смогли наконец-то поладить.

– Ты знаешь, что мы с ней плохо расстались… – Тим отвел взгляд, в котором промелькнуло сожаление. – Да и опоздал я уже, мириться.

– Как знаешь, – пожал плечами Ким, не став настаивать. Но, уже шагнув в сторону дома, услышал окрик: – Подожди!

Он оглянулся. Тим вытащил из машины армейский вещевой мешок и протянул Киму.

– Возьми… здесь сухпаек. Вам пригодится.

Никто из команды ему не возразил. Только Балабол тоскливо проводил взглядом их заначку.



Отказываться Ким не стал, молча закинув его на плечо, пошел в сторону небольшой калитки в заборе. Проводив его взглядом, Тим забрался снова в машину, негромко сказал:

– Поехали…

– Командир, может, все же зайдешь? – предложил ему все тот же Стас. – Я так понял, что эта та самая девушка, фотографию которой ты хранишь в томике устава караульной службы.

Тим снова оглянулся на дом, который за разросшимися деревьями и не было видно. Ему так и хотелось сделать… вот только он не был уверен, что ему будут здесь рады.

– Поздно, – тихо ответил морпех, отрицательно мотнув головой. – Поехали отсюда… – По крайней мере Тим теперь знает, где ее искать. А присматривать за ней можно и на расстоянии.

Попав за калитку, Ким минуту потратил, чтобы пробраться через кусты на старую, уложенную плиткой тропку, ведущую к дому. Он специально не расчищал дорожку, чтобы не привлекать к дому лишнего внимания.

Первыми его, как всегда, встретили семилетние близнецы, Лариса и Артур. Эти двое были старшими среди детей и во всем помогали Рейчел. Оба блондины, только намного темнее, чем сам Ким. Их цвет волос можно было сравнить с цветом спелой пшеницы. А глаза… обычные зеленые глаза.

– Братик! – бросилась к нему Лариса и, несмотря на сетки, повисла на нем. Парню с трудом удалось сохранить свое равновесие. Артур был более сдержан. Подошел и забрал у Кима одну из сеток. Хотя держать ему пришлось ее в обеих руках. Для семилетнего мальчика она была тяжелой.

– Братик! Тут такое было… – верещала Лариса. – К нам особый почтовый курьер приезжал! – глаза светились от восторга. – Сестренке Ри большое письмо привез.

– Вот как? – искренне удивился Ким.

Странно… странно уже то, что кто-то знал, где их искать. Это первый раз, когда им доставили письмо, тем более почтовым курьером. По правде говоря, такие курьеры только назывались почтовыми, а на самом деле они служили в частной компании, занимающейся доставками. Она работала не только в черте города, но даже за стеной. Ходили слухи, что для нее нет ничего невозможного и что туда набирают только людей со способностями и с военной подготовкой. Что вполне вероятно, учитывая то, куда им приходилось доставлять свою почту…

«Может, это сообщение от Отшельника… Только он знает, где их искать», – подумал он, тогда еще не подозревая, насколько все серьезно. Ведь в тот момент вариант со знакомым наемником по прозвищу Отшельник был самым логичным. В доме, как обычно шумно. Младшие дети вовсю шумят и… бесятся. Слышатся грозные окрики Рейчел, но дети уже давно привыкли к ним, и не обращают внимания. Ведь для них она любимая старшая сестренка, или мама… для самый младших.

– Артур… – позвала Ри старшего из близнецов. Тот, сразу же откликнувшись, зашел в комнату. – Юрий еще не вернулся? – Что ответил мальчик, Ким не расслышал из-за шума, но видимо, тот подтвердил его возвращение, так как следующая фраза была: – Хорошо… Скажи, что мне надо с ним поговорить… Немедленно!

Но немедленно не получилось: стоило Киму войти, внимание детей тут же переключилось на него. Последующие полчаса у него не было возможности покинуть комнату. Его просто не отпускали, несмотря на все уговоры – ведь с ним так здорово было играть.

– Сестра, ты хотела со мной поговорить? – Наконец-то он смог пройти в комнату, занимаемую Ри. – Что-то случилось?

Из всех помещений старого особняка эта сохранилась лучше всех. Здесь даже остались элементы былой роскоши и мебели. Поначалу Ри не хотела занимать эту спальню, хотела, чтобы она принадлежала детям, но Ким тогда настоял, чтобы комната досталась Рейчел, а старшие дети его поддержали.

Сестренка занимала свое любимое место у окна в мягком кресле, оставшемся от прежних владельцев. Ее инвалидное кресло скромно стояло в уголке, ожидая своего часа. Это было уже второе – первое сломалось год назад, и уже через день им доставили от Отшельника новое, с электроприводом и явно дорогое. Рейчел даже поначалу не хотела его принимать.

– Устал? – обернулась она к нему, тепло улыбнувшись. Его сестренка была довольно красивой девушкой, чем-то похожей на него. Ее волосы тоже были белыми, но немного темнее. В отличие от Кима, Ри не была отмеченной. До пожара у нее было масса поклонников, которые почти ежедневно признавались ей в любви, но сейчас все это осталось в прошлом. Хотя ее красота никуда не делась – просто сестренка больше не могла ходить. На пожаре ее придавило рухнувшей кровлей, когда она спасала детей, и Ри чудом выжила. С того дня она инвалид со шрамами от ожогов на теле.

– Не так, как ты, – присаживаясь рядом, осторожно сказал он, пристально следя за ее реакцией. – Я Тима встретил, – признался он, ожидая ее реакции.

На мгновение выражение ее лица изменилось, но он не смог разглядеть чувства, промелькнувшие на нем, в полутьме комнаты.

– И как он? – ее голос спокоен и бесстрастен, но его этим было трудно обмануть.

– Он в патруле, в нашем квартале… Вам бы надо встретиться и наконец-то поговорить… – предложил он. Трудно наблюдать со стороны за тем, как два не чужих ему человека всячески избегают друг друга.

– Как-нибудь позже, может быть… – сменила тему Ри, хотя он видел, что ей интересно.

Странно – обычно при упоминании его имени она начинает злиться… Неужели успокоилась?

– Я тебя не для того позвала… Скажи, в последние дни ничего не происходило? Ты не встречался ни с кем? В школе все нормально? – внезапно спросила его она.

Странные вопросы… Ким даже на секунду растерялся, затем задумался и отрицательно мотнул головой.

– Ничего такого, о чем бы стоило говорить, – осторожно ответил он. – Зачем ты это спрашиваешь? Я не делал ничего такого, из-за чего стоило бы волноваться, – поспешил он заверить. Упоминать о том, что сегодня он ушел с половины занятий, Ким не стал. Ри не обрадуется, узнав о таком. И не важно, что директор его сам отпустил.

– Сегодня приезжал особый почтовый курьер… – Она выделила слово «особый», да он и сам насторожился. Как уже было сказано, особые курьеры просто так не приезжают. Их услуги стоят очень дорого.

– Что он хотел? – настороженно спросил Ким. Это уже было второе упоминание о курьере. И если сначала он подумал, что тот может быть от Дениса, то теперь уже начал сомневался в этом. Поведение сестренки какое-то нервное.

Вместо ответа она протянула ему довольно плотный большой конверт.

– Сам посмотри, – сказала она.

В конверте оказалась целая кипа документов. Когда через пять минут Ким поднял полностью обалделый и растерянный взгляд на сестру, вопросов у него только прибавилось. А ответы… ответы мог дать только тот, кто прислал этот конверт. В нем был полный пакет документов на перевод Кима в другое учебное заведение. Уже само по себе это необычно. Но то, что его переводят не куда-нибудь, а в элитное учебное заведение, куда таким, как он, путь заказан… Академия Святого Апостола Павла – безопасное и элитное учебное заведение, пожалуй, единственное подобное во всей стране. Ким много слышал о ней, но в этих слухах правды было меньше половины. Судачили в основном только о том, сколько там роскоши – даже писсуары в туалетах из золота…

А тут полный пакет документов, включая пропуск на территорию академии, который одновременно был еще и банковской картой, на которой можно хранить денежные средства.

Еще уведомление о том, что он должен явиться завтра к восьми часам. Дополнительно было сказано, что проживание и пропитание за счет академии. Ему также предоставляется стипендия по итогам обучения в конце каждого месяца, с правом поступления в университет по итогам конца учебного года.

– Это такая шутка, – неуверенно произнес он, хотя и сам в такое не верил. Вот они, документы и пропуск. А еще деньги! Большая сумма. На эти деньги они все могут жить несколько месяцев, ни в чем себе не отказывая. Как было сказано в тех же документах… подъемные.

– Вот завтра и узнаешь, в академии, – спокойно произнесла Рейчел.

– Зачем мне туда идти? – насторожился Ким. Лично он подумывал о том, как это все вернуть назад.

– Такие приглашения так просто не раздают, – пояснила она. – Выпускники академии гарантированно обеспечены хорошо оплачиваемой работой… Отказываться от такой возможности – верх глупости.

– Но как же вы? – конечно, он понимал всю ее правоту, но он был единственным взрослым, кто мог позаботиться обо всех их. Поэтому, несмотря на весь соблазн, он был категорически против этого.

– Ласка за нами присмотрит и защитит… Да и… Ты сказал, что Тим где-то в районе на патрулировании? – Было видно, что только одно упоминание этого имени далось ей нелегко.

«Все еще злится на него», – догадался Ким. И догадался, что она хочет сделать. Но если это позволит им помириться, он готов… хоть этот перевод ему и не нравится. И внезапно подумал: «Если злится, то значит все еще любит!»

«Ласка!» – мысленно позвал он свою верную спутницу.

Туман привычно уже заклубился в центре спальни, и белая кошечка с вожделенной рыбкой в зубах появилась в комнате. Не скажешь, что это самый страшный хищник Туманной Зоны, чьи границы подходят к самому городу. Выглядела она как обычная кошечка, крайне довольная своей добычей.

– Ласка! Иди ко мне, девочка, – вслух окликнула ее Ри. Туманные коты хорошо понимали человеческую речь. Ведь они были вполне разумными. Вот только об этом знали только единицы. Может быть, в правительстве и в научных кругах кто-то догадывался об этом, но широкой огласке этот факт не предавался, поэтому Ким мог об этом только догадываться.

И что самое примечательное и немного обидное, Ласка послушалась Ри. Легко запрыгнув девушке на колени, она свернулась клубком и позволила себя гладить, урча от удовольствия.

«Все же обычная кошка, как ни погляди…» Его охватило легкое чувство досады, ведь кошка по идее должна была слушаться только его.

– Я накормлю тебя самой вкусной рыбкой, если ты сделаешь для меня кое-что, – одно ухо Ласки приподнялось и повернулось в сторону Рейчел. Что же, Ри знала, чем заинтересовать мелкую, кошачью нахалку. – Помнишь того тупого Тима?

«Злится! Как есть злится… И почему она не может простить его?» – подытожил Ким мысленно. К тому же, по его мнению, Тим ни в чем не был виноват.

– Найди его мне где-то в этом районе и передай, что он здесь нужен для важного дела, – закончила Ри.

В следующую секунду кошечка вновь обернулась туманом и исчезла в окне.

– Вообще-то туманные коты тебе не личные посланники, – проводил взглядом исчезающий туман Ким и снова взял со стола пропуск в академию.

И все же, почему он?..

* * *

На всех доступных им частотах только устойчивый шум и треск. Видимо, их старая, многое повидавшая радиостанция окончательно сдохла. Она уже давно у них на ладан дышала, большую часть времени пребывала в ремонте, чем в работе. Да еще нельзя забывать о Туманной Зоне, вблизи которой часто не выдерживала любая техника и не работала связь. Ученые объясняли это научно и мудрено, с множеством терминов, с упоминанием физических законов. Но в итоге все сводилось к тому, что никто и ничего не понимал. Туман устанавливал свои правила, и они сильно усложняли жизнь тем людям, которые вынуждены были здесь жить. Поэтому всё списывали на так называемое влияние Туманной Зоны.

– Все, командир, – скидывая гарнитуру, отрицательно мотнул головой радист. – На сегодня мы без связи… Утром, как только сменимся, снова придется отдавать ее в ремонт… Хотя я бы ее просто выкинул или отдал на запчасти.

– Мичман обещал нам новую, – отвлекаясь от своих нерадостных мыслей, произнес Тим. – Сказал, что какие-то новые поступили к нам на склад… Так что как сменимся, попрошу выдать нам другую.

– Что новая, что старая… однохерственно, – проворчал Стас. – Давно могли бы и мобильные телефоны нам выдать… – заключил он с намеком на то, что мобильная гражданская связь работает на порядок лучше, чем сверхнадежная армейская.

Так называемый обратный парадокс. Когда прибыль обеспечивает и качество.

– Заткнись уже, балабол… – глянул на друга Тимофей. У них не каждый офицер мог позволить себе мобильную связь, а тут ее обычному морскому пехотинцу подавай.

Встреча с Кимом что-то всколыхнула в душе у Тима, навеяла воспоминания о прошлом. В свои восемнадцать лет он принял осознанное решение пойти на военную службу. Именно из-за этой причины он и расстался с Рейчел. Расстался со скандалом. А потом он узнал о пожаре и впервые испытал острое чувство вины. Ведь если бы он тогда не ушел, а остался вместе с Ри работать в детском доме, как она предлагала, возможно, и она бы не пострадала на пожаре… а может быть, и пожара бы не случилось. И даже понимал, разумом, что от него мало что зависело. Но где-то там, глубоко в сознании, засевшая мысль не давала ему покоя. Вызывая чувство вины.

Но что толку сейчас об этом думать?

Но вот только мысли упрямо возвращались к ней… К той, которую он не смог забыть все эти годы, как ни старался.

– Командир! На тебя лица нет, – заметил стоящий рядом с ним Стас. Они были дружны с первого года службы и понимали друг друга как никто другой. Хороший и надежный друг, который всегда прикроет и поможет.

– Отвали, Балабол, – отмахнулся от него Тим, не желая, чтобы кто-то лез к нему с нотациями. К слову, Балабол и Командир, их прозвища, еще с начала службы вместе. Правда, Тима при офицерах и посторонних никто так не называл раньше. Это теперь, когда он получил сержанта, его так называли вполне официально.

– Да я же вижу, что ты думаешь о ней, – заметил Стас с серьезностью во взгляде.

Ответить Тим не успел. Откуда-то со стены здания на него спрыгнула белая кошечка, довольно больно пройдясь коготками по самому уху. Парень даже зашипел от боли и наградил нахалку далеко не дружелюбным взглядом.

– Пакость ты мелкая, что творишь? – потирая ухо, на котором выступили капельки крови, зло произнес он.

Но замахнуться на нее даже мысли не возникло. Конечно, он узнал эту кошечку. Вечная спутница Кима. Взгляд невольно скользнул по голубому кристаллу в держателе почти над самыми их головами. Вот и еще один миф, который можно выкидывать на помойку. На свет кристалла туманная кошечка ну никак не реагировала.

«Представляю, как Ящер ржал, когда услышал новость о создании идеальной защиты против туманных созданий», – подумал Тим. Уж кто-кто, а этот парень знает все о тварях, населяющих Туманную Зону. Еще в детстве он часто сбегал за барьер, чтобы поиграть со своими любимыми котами. Сбегал туда, откуда, как знает каждый ребенок, никто не возвращался назад. Ведь дети верят взрослым, даже тогда, когда те говорят неправду. Ведь Туманная дымка – это не Туман, и в ней тоже живут люди.

– Твоя знакомая? – поинтересовался Стас, даже не догадываясь, кто перед ним.

Ведь общеизвестно, что туманные коты размером с теленка и в своем большинстве имеют ярко выраженный серебристый окрас. Редко, и только среди самцов, но встречались туманные коты и другого цветного окраса… Кошечки же всегда были только серебристого оттенка, без посторонних примесей. Но об этом факте, пожалуй, было известно только одному Киму и некоторым близким к нему людям. Как, в принципе, и о другой способности туманных котов – те могли менять свою форму по своему желанию, становясь неотличимыми от домашних мурлык.

– Можно и так сказать, – согласился с ним Тим, хмуро глянул на кошку.

Ласка обернулась, посмотрела на него, мотнула головой и гордо прошла вперед. Остановилась, снова мотнула головой и снова прошла.

– Она как бы тебя зовет, – заметил все тот же Стас. Из машины вылезли и другие бойцы, с интересом наблюдая за кошкой.

Тим и сам уже догадался, что означают телодвижения Ласки. Чертыхнувшись, он пошел следом. Благо идти было недалеко. Ласка отвела его подальше от машины, за угол, и, на секунду снова обратившись туманом, стала именно такого размера, о котором он недавно подумал – размером с теленка. Она коснулась его головы своей, и в следующий момент он услышал слабый голос прямо у себя в голове:

– Она сказала, чтобы я позвала тупого Тима… И чтобы он пришел немедленно!

И снова возник туман, который через мгновение исчез за углом.

– Тупой, значит, – вслух произнес парень. Так его могла назвать только она! Но если зовет, значит надо идти…

Какой-то гул, который так же быстро стих, как и появился. Показалось?.. Он поднял голову к небу. Нет, точно, он слышал какой-то звук. Но если что-то и было там, в ночном небе, то сейчас все стихло.

Не об этом ему сейчас нужно думать… Зачем она вдруг позвала его? Вряд ли для того, чтобы сказать, что соскучилась по нему.

Тим вернулся к броневику.

– Я уж хотел идти за тобой, – известил его Стас. – А кошка где?

«Вот только тебя там не хватало…» – Тим представил, что было бы, если Стас увидел кошечку в ее истинном обличье.



– Она не моя кошечка… где хочет, там и гуляет… Ребята, вернемся к особняку Тарасова, – попросил он. – Мне надо.

– Решился?! Молодца! – расплылся в улыбке старый товарищ.

Снова глянул на небо.

– Пацаны, ничего сейчас не слышали? – неуверенно спросил. – Показалось, что самолет пролетел.

Те переглянулись.

– Да откуда ему здесь взяться, – так же неуверенно посмотрел на небо радист.

– Не было никакого звука… Тебе померещилась, командир, – уверенно произнес Стас.

Может, действительно показалось…

* * *

Свет голубого кристалла неприятно резал глаз. Что бы сейчас ни думал Тим об этих кристаллах, с навязанной им ролью они действительно справлялись. У большинства созданий Тумана этот свет вызывал инстинктивное чувство опасности и желание держаться подальше от источника этого света.

Гигантская летучая мышь, раз в десять больше самой большой летучей мыши, когда-либо существовавшей на просторах матушки Земли, не имела своего научного названия. Ведь до этого момента представители этого вида никогда не появлялись вблизи человеческих поселений и вообще никогда не покидали центральных областей Тумана, даже во время выбросов. Поэтому было трудно сказать, откуда она здесь взялась, да она и сама не смогла бы ответить на этот вопрос, умей она говорить. Какая-то неведомая сила выдернула ее из дома и забросила сюда. И вот сейчас она здесь одна и голодна, а от тех двуногих созданий, что внизу, так приятно пахнет едой… Вот только этот свет так неприятен… Но есть так хочется! Он даже напрягся, все же решившись напасть.

Резкий, неприятный кошачий запах… Откуда он здесь? Беспокойство овладело мышью. Коты были ее естественными врагами.

И тут мышь увидела двуногого и кота вместе.

Теперь уже не беспокойство, а самый настоящий ужас овладел мышью. Со всей своей мощью она рванула прочь из этого места. Куда угодно, лишь бы подальше.

Но уже на взлете мышь почувствовала сильный удар когтистой лапы в районе спины, между крыльями. От удара ее отбросило в крышу какого-то здания. Именно звуки удара и падения привлекли внимание Тима. Но человек так и не понял, что это было.

Мышка вывернулась, попыталась снова взлететь, но в этот момент мощные челюсти сдавили ее горло…

Через минуту Ласка разжала пасть, сбросив тушку мышки на землю. Облизнулась от удовольствия. Рыбку она очень любила, но белое мышиное мясо было для нее сродни деликатесу. Редко удавалось полакомиться. А сегодня ей так повезло…

Вот только даже для нее мяса было много. Может, поделиться с котенком?

Так она называла своего подопечного, за которым присматривала. Но насколько она смогла изучить предпочтения котенка, тот наверняка откажется. А жаль…

Значит, надо снести мясо сородичам. Маленьким котяткам редко удается полакомиться свежим аппетитным мясом мышки.

Снова обернувшись туманом, она исчезла из города вместе со своим неожиданным трофеем. Видимо, горожанам еще нескоро предстояло узнать о существовании нового вида туманных созданий…

* * *

О приближении Тима они узнали заранее. Ругань пробирающегося сквозь заросли парня была хорошо слышна в доме. В отличие от живущих здесь, он не знал о существовании тропинок на территории поместья купца и всю дорогу до дома вынужден был пробираться сквозь кусты и спотыкаться о деревья и их корни.

– Левее возьми, тупой медведь. Растопчешь огород, убью! – не выдержала Ри. – И не матерись… здесь дети.

– Сама дура! – раздалось в ответ. – Да как вы здесь ходите?

Наконец-то, послушавшись совета Рейчел, он выбрался на старую и узкую дорожку, которая оказалась совсем рядом с тем местом, где пробирался. И первыми, кого он встретил, были неразлучные близнецы.

Увы, его уже не было в детском доме, когда там появились они. Остальные дети, которые сейчас разглядывали его из окон, тоже были ему незнакомы.

– Не смей называть Ри дурой! – смело заступила ему дорогу Лариса. Ее детское личико буквально пылало от гнева. – Ри хорошая!.. А ты тупой медведь… вот.

Тим даже опешил на секунду, а затем громко рассмеялся.

– Ну прости меня… Мы, медведи, все такие невоспитанные, – отсмеявшись, произнес он. – Больше ее так не назову…

Личико девочки сразу как-то разгладилось. Гнев сменился улыбкой. Все же она была доброй девочкой. «Она очень красивая, когда улыбается…» – заключил он и перевел взгляд на парня на полшага впереди нее. Такое чувство, что он ее защищает. А вот мальчик уже не улыбался и разглядывал Тима с подозрением.

– Так, где Ри и… Ким? – в последний момент Тим сдержался и не назвал парня Ящером. Кто знает, как отреагируют на это эти дети.

– Иди за нами, – велела девочка и первой вошла в дом.

То, что этот особняк стоял долгое время заброшенным, стало понятно с первых шагов по дому. Стены и потолок сильно обветшали без должного ухода. Некоторые окна были наглухо заколочены досками. Присутствовали незначительные следы ремонта. Видимо, Ким, как мог, старался поддерживать дом в порядке. Ремонтировал то, что мог. Из-за обшарпанных дверей за ним следили обитатели этого места. Только блестели любопытные глазки в щелочках.

Близнецы привели его к одной из таких же обшарпанной временем двери, постучались и оставили его одного. Оглянувшись на них, Тим услышал приглашение войти, толкнул дверь и переступил порог комнаты. Буквально сразу на него напала некая робость, и он неуверенно отвел взгляд от девушки в кресле у окна.

Эта комната выглядела прилично: чистая и на удивление опрятная. Мебель хоть и старая, потертая, но крепкая.

– Увидел что-то интересное на потолке? – спокойно спросила его девушка, заметив его странную реакцию.

– Паутины нет, – брякнул Тим первое пришедшее на ум. – Привет! – наконец-то он посмотрел на хозяйку этого места, и сердце сжалось. Он много слышал от других о том несчастье, что произошло с ней. Но на его взгляд, она стала еще прекраснее. Да и сломленной она не выглядела.

– Знаешь, как это ни странно, я тоже рада тебя видеть, – призналась Рейчел. – Не стой там, проходи и присаживайся… У нас здесь небольшая проблема возникла, и ты как нельзя кстати объявился… Я бы даже сказала, в самый нужный момент.

– А поподробней? – насторожился Тим. Вряд ли бы она стала звать его просто так…

Последующие пять минут можно опустить. Это время потребовалось Тиму, чтобы изучить содержание конверта и выслушать Ри.

– Что я могу сказать, – отбрасывая обратно на столик изучаемые бумаги, заключил он. – Пропуск и документы подлинные… Так в чем проблема?

– Я не могу оставить Ри и детей одних, – пояснил Ким с крайне решительным взглядом. – Она же хочет, чтобы я пошел в академию.

– Соглашусь с Рейчел… Такой шанс выпадает только раз… А за всем остальным я и сам смогу присмотреть, – заявил Тим. – Я теперь постоянно буду в квартале в патруле. Безопасность внешних секторов на постоянной основе передано от городской полиции, армии и флоту.

– Так это так сейчас называется, – задумчиво произнес Ким. – Внешний сектор… – не удержался он от иронии.

– Ты тему-то не меняй, – усмехнулся старший товарищ. – О секторах и о том, что как называется, мы поговорим в другой раз. А сейчас наша тема – твое будущее… – И, видя сомнение на лице парня, он пояснил: – Ты пойми, академия – лучшее учебное заведение. Его выпускники всегда востребованы. И именно такие, как ты… Ты думаешь, там только богатеи учатся?.. Восемьдесят процентов да, они наполняют бюджет академии. Но двадцать процентов – это приглашенные ученики с высоким уровнем знаний. Им предоставляют стипендию, и именно они пользуются наибольшим спросом.

– А тебе это откуда знать? – буркнул Ким, но все же во взгляде мелькнуло заинтересованность.

– Ну, я хоть и тупой медведь, по мнению некоторых, – ехидный взгляд на Рейчел, – но не настолько, чтобы не знать этого факта… Пойми, после выпуска ты сможешь обеспечить и себя и всех здешних обитателей… А за всем я в твое отсутствие пригляжу… – и мысленно добавил: «Особенно за Ри…»

Упустить такого шанса он просто не мог.

– Значит, решено, – заявила Рейчел тоном, не терпящим возражения. – Завтра Юра будет в академии в назначенный ему час… Я так решила! – Она даже хлопнула ладошкой по столу.

– Спрашивается, – мрачно заключил Ким, – зачем вообще нужно было затевать весь этот разговор? Если мое мнение особо никого и не интересует?

* * *

Ночью ему снился странный сон. Странный потому, что то, что в нем происходило, никогда не бывало в реальности. Страна, которой никогда не существовало, и война, которой не было. Но он так и не смог понять, что это за сон. События были отрывистыми и неполными, обрывающимися неожиданным образом.

А потом он оказался в какой-то комнате, в которой кроме телевизора на тумбочке и кресла перед ним ничего не было. А потом в кресле появился человек – совершенно седой старик.

Прежде чем парень смог осмыслить новую смену декораций, старик обернулся и взглянул прямо на него.

– Пожалуй, это первый раз, как мы с тобой встречаемся… – произнес дед. – Забавная у тебя внешность… Наверное, много у тебя проблем из-за этого?

– Бывает, – согласился с ним Ким. – Кто вы?

– Твой глюк, пожалуй. Или просто сон, – получил он ответ. – Я так понял, мой ствол у тебя…

Что он имел в виду, Юра уже не успел спросить. Декорации снова сменились. А вскоре Ким проснулся…

«Странный сон… Приснится же такое!» – подумал он.

* * *

Обычно она всегда встречала вновь прибывших в ее академию лично, независимо от их положения и ранга в обществе. Ведь одно дело читать об абитуриенте в его личном деле и совсем другое – иметь возможность составить свое мнение во время общения с ним. Иногда это общение заканчивалось тем, что в тот же день новичка отправляли восвояси независимо от того, кем он был и что было написано в его личном деле.

Но сегодня на утро у нее было запланировано слишком много дел, которые в обязательном порядке нужно было переделать до завтра. Не было времени даже бегло просмотреть ту информацию, что собрали об ученике люди, что работали на главу ее службы безопасности. По этой же причине она и решила отложить их обязательную первую встречу на несколько дней.

К тому же как-то раньше не приходилось сомневаться в тех, кого направлял к ней ее бывший учитель.

Она было уже собралась позвать секретаршу, которая здесь уже с самого утра, но дверь в ее кабинет открылась, и та сама появилась у нее на пороге. Умение предугадывать желания хозяйки кабинета выделяло эту девушку среди уже бывших секретарей. И что самое удивительное, она не обладала никакими способностями.


– Хорошо, госпожа графиня. – Легкий поклон, и дверь в кабинет бесшумно закрылась.

«Ну что же, с одним делом разобрались… нужно подумать, как поставить на место зарвавшихся стариков спонсоров, вздумавших диктовать ей условия», – со здоровой злостью подумала ректор, переключаясь на сиюминутную проблему, потянувшись к папке с компроматом на тех самых взбунтовавшихся спонсоров, лежащей на краю стола… Еще никто и никогда не ставил ей ультимативных требований и не вмешивался в ее управление академией. Этого она никому не позволяла делать.

Пора нанести ответный удар…

* * *

И вот он у портальных ворот академии. Из вещей только тот самый злополучный конверт, приглашение и пропуск на территорию.

Время 8:01. Больше нельзя было откладывать.

Обычно он прятал не в меру длинные волосы под тонкой замшевой курткой и капюшоном. Не любил привлекать внимание своим видом. Но сегодня было слишком жарко, чтобы так одеваться, и поэтому волосы были распущены по спине. Укладывать их за все годы он так и не научился. Порой ненавидел свою внешность всей душой. Один раз, в порыве гнева и злости, он даже обрезал волосы, но они отросли до прежней длины за каких-то три дня. И эти три дня голова ужасно болела. Такова побочная сторона его тщательно скрываемых возможностей.

По слухам, переносы через портал происходят мгновенно. Ты даже не успеваешь ничего почувствовать. Но когда он шагнул в портальную арку, на какое-то мгновение оказался в полнейшей пустоте. Появилось неприятное ощущение, словно его разглядывают сотни глаз. Его даже передернуло.

Но вдруг все исчезло, и он оказался по ту сторону. К нему сразу же шагнул сотрудник службы охраны и потребовал предъявить приглашение и пропуск. По мнению Кима, это была полнейшая глупость. Без пропуска попасть сюда было невозможно. Даже учитывая то, что с той стороны врата никто не охраняет. Ну не пропускают сюда врата кого ни попадя – так они устроены. Только если у тебя есть пропуск. Как это работает, честно говоря, он даже представления не имел. И вряд ли даже этот охранник это знает. А получить пропуск, не имея приглашения, не реально. Вот такая полная бессмыслица получается. Имеются в виду нелогичные действия сотрудника службы безопасности академии.

Кстати, все порталы из города в академию вели в это место. В здание в центре свернутого пространства. Даже изнутри оно выглядело вполне основательно и производило впечатление этакой твердыни, похожей на средневековую крепость.

– Вас уже ожидают, – возвращая и пропуск и приглашение, одновременно делая какую-то пометку в журнале, «любезно» сообщил ему охранник, сразу потеряв к нему интерес.

«Ждут? Интересно, кто это может быть?» – подумал Ким, шагая по узкому коридору к выходу.

* * *

Погода внутри свернутого пространства, где и раскинулась самая элитная академия региона, почти всегда была неизменна. Не выше двадцати градусов, не жарко и не холодно. К клубящемуся мареву над головой вместо неба давно уже все привыкли и не обращали на него особого внимания. К тому же солнечного света вполне хватало – каким-то образом он попадал в это место, и даже происходила заметная смена дня и ночи.

Снаружи место, где сходились все порталы извне, не напоминало неприступную крепость. Довольно современное здание новой постройки, напоминающее один из новомодных торговых центров. Но это было только внешнее впечатление. Специалист сразу заметил и оценил бы продуманность конструкции, а попав внутрь, уверился бы в том, что это место проектировали с возможностью обороны минимальными силами. Узкие и прямые коридоры, защитные перегородки, закрывающиеся по команде с центрального пульта, окна-бойницы возле потолка. Возможно, было и что-то еще помимо этого, но об этом могли сказать только узкопрофильные специалисты.

На площадке возле входа в здание перехода нетерпеливо расхаживала красивая, но крайне раздраженная девушка с необычными волосами цвета серебра, длиной почти до самой земли. Даже сплетенные в одну толстую и тугую косу они доставали ей до колен – надо признать, довольно симпатичных! Назвав ее с самого начала красивой, он несколько погрешил против истины. Эта девушка была известна среди сверстников, преподавателей и просто среди проживающих на территории академии не своим довольно знаменитым именем, а прозвищем – Снежная Эльфийка. Его она получила из-за утонченных черт лица, делающих ее похожей на некое неземное и сказочно красивое создание из мифологии.

Прежде чем назвать ее имя, надо упомянуть об одном интересном факте, связанном с тем, что Артур с прилегающими к городу землями в равной степени был заселен русскими, японцами, корейцами и китайцами, и было вполне естественно для японца иметь исконно русское имя, для китайца корейское. Вот и девушка была урожденная княжна Аланова с японским именем Айка. Ее род состоял в близком родстве с родом нынешнего наместника, который в свою очередь состоял в родственной связи с имперским родом Романовых, которые уже не одно поколение занимали российский престол. Но это так, к слову. Алановы не нуждались в чужой поддержке – они и без этого были одним из трех влиятельных кланов на полуострове.

Айка была раздражена. Госпожа ректор велела ей встретить новенького переведенного ученика и препроводить его в учебный корпус. Кроме того, именно на нее возложили обязанность обустроить новичка и обеспечить его жильем – и не просто в общежитии, а в одном из особняков, принадлежащих ректору, что уже само по себе неслыханно. И еще Айке была адресована личная просьба ректора присмотреть за новичком на первых порах. Девушка, конечно, понимала необходимость этого, но обычно этими вопросами занимались учителя и раньше такие дела не взваливали на учеников… Неслыханно… Да кто он такой вообще?!

Айка была в гневе: новичок изволил опаздывать уже на целых пять минут! Славящаяся своей пунктуальностью, такого она никому не прощала. Сопровождающие ее две девушки-брюнетки, одинаковые с лица, стоя в сторонке, бесстрастно следили за ней взглядами. При Айке они играли роль свиты и помощниц, хотя лично она считала их своими подругами, а мнение других ее не интересовало.

И вот навстречу ей вышел парень с необычной внешностью. Хотя девушкам его хорошо описали, но все же на несколько секунд все трое замерли, разглядывая и оценивая его необычную внешность.

Какое-то странное чувство, необычное волнение испытала Айка при виде него. «Теперь, похоже, нас, снежных, станет двое…» – неожиданно промелькнула посторонняя мысль. Она шагнула к нему.

– Опаздывать в первый же день поступления – неописуемая наглость, – холодно встретила парня Айка, наградив его уничижительным взглядом.

* * *

Не заметить эту девушку, чем-то раздраженную, на выходе или у входа (это с какой стороны посмотреть) было просто нереально. Взгляд сам, помимо его воли тянулся к ней. Даже в своем недовольстве она была ослепительно красива. Ким даже не мог представить себе, что в мире могут существовать настолько совершенные внешне люди. В том, что она, как и он, отмеченная, не было никакого сомнения. «Чем сильнее ты отмечен Туманной Зоной, тем меньше ты свободен от ее влияния. И тем сильнее твоя сила…» – подумал он, глядя на эту девушку. К такой простой истине он пришел еще в детстве.

Если в его внешности преобладал белый цвет, то ее цветом было серебро. Даже цвет ее кожи нес отпечаток этого цвета. Глаз такого насыщенного голубого цвета он ни у кого не видел. Но вот она моргнула… Ким замер. Только что ее глаза были синими, а теперь преобладал яркий насыщенный зеленый цвет. Изменчивые глаза?.. Он никогда таких не видел.

При взгляде на нее почему-то стала зарождаться мысль не совсем приличная, но вполне нормальная для парня его возраста: «Я бы ее… – А дальше она трансформировалась неожиданно в другое: – Хочу видеть только ее улыбку, направленную на меня… Гнев ей совершенно не идет. Хотя даже так она восхитительна!»

И тут она его заметила. Развернулась, обожгла сердитым взглядом и…

– Опаздывать в первый же день поступления – неописуемая наглость, – холодно отчеканила она.

«Так это она меня встречает?» – удивился Ким. Он ожидал увидеть кого-нибудь постарше, но только не свою ровесницу. И видимо, весь тот гнев, что он видел у нее на лице, был направлен на него.

– Я прошу простить меня за это, – вежливо поклонился он (некоторые японские традиции прижились и здесь). – Обещаю, что впредь такого не повторится.

Ким не был настроен на конфликт с этой неземной девушкой. Да и с любой девушкой или женщиной он всегда вежлив и почтителен, считая, что нет ничего зазорного в том, чтобы уступить, особенно если уступаешь красивой девушке. Ну а красивым девушкам самой природой позволено быть немного стервами.

Гнев как-то сам собой отступил, Айка по-новому, с нескрываемым интересом глянула на этого парня. Длинные и совершенно белые волосы, стянутые обычной резинкой. Черты лица тонкие, почти девичьи, но принять за девушку его невозможно. Глаза серые, внимательные. И это были глаза неглупого человека. Особо высоким его не назовешь, но все же его рост выше среднего. Можно предположить, он пользуется популярностью у сверстниц.

– Надеюсь на это! – протянула ему руку. Он на секунду опешил. Не привык он здороваться за руку с девушками. Все же Ри воспитала в нем некое подобие кавалера, целующего даме пальчики при первом знакомстве. И что в этом такого?

Но как оказалось, девушка не собиралась здороваться с ним по этикету.

– Документы… – неправильно поняла его заминку.

С некоторым облегчением (хотя легкий привкус сожаления все же присутствовал) он вручил ей папку, которую принес собой, и тут только обратил свое внимание на двух близняшек по обе стороны от серебровласой. Сразу же сложилось ощущения нахождения под перекрестным огнем. Обе девушки довольно высокие, выше его и сказочной принцессы, что перед ним. Обеих можно назвать красивыми. Но их красота естественна и затеняется светом их подруг или госпожи. Местная школьная форма удивительно им шла и выглядела на них идеальной. Особенно привлекали мужской взгляд места пониже шеи и у окончания коротких юбочек. Все три девушки были одеты одинаково, но только взглянув на близняшек, он оценил их наряд с точки зрения нормального парня.

– Отлично! – бегло просмотрела полученные бумаги Айка. Не глядя протянула их за спину, уверенная, что их кто-то возьмет. И не ошиблась – документы перекочевали в руки к левой из близняшек.

А вот пропуск, с которым Ким попал сюда, принцесса вернула ему со словами:

– Не теряй его и не забывай. Здесь он для тебя сродни паспорту…

Когда он забирал пропуск, их пальцы на мгновение соприкоснулись. Он так и не понял, что произошло, но его словно ударило электрическим зарядом. И судя по тому, как она резко отдернула руку и удивленно глянула на свои пальцы, она это тоже почувствовала. Правая из близняшек мгновенно шагнула вперед. Но что именно она хотела сделать, Ким так и не узнал. Айка быстро взяла себя в руки, жестом остановила подругу и совершенно спокойно сказала:

– Познакомимся по дороге… Мы уже опаздываем. Следуй за нами…

Хотя здание переноса находилось в центре территории, принадлежащей академии, но отдельно от всех. И ближайшим к нему строением было высокое, в двенадцать этажей здание, имеющее форму подковы. Оно находилось от них на расстоянии трехсот метров, если по прямой. Конечно, почти ничего не зная об академии, Ким предположил, что это и есть учебный корпус. Но парня повели в противоположную сторону. С противоположной стороны здания была автомобильная стоянка, точнее, стоянка для электромобилей – бензиновая и другая загрязняющая окружающую среду техника здесь была под запретом. Там находился единственный электрокар, небольшая четырехместная машинка с открытым верхом, внешне напоминающая те, которые используют в закрытых гольф-клубах.

На мгновение Ким сбился с шага, нахмурился. Опять откуда-то в голове появились странные знания – то, чего он знать не должен. Что за гольф-клуб? И почему он уверен, что там используются именно похожие на этот электрокары? Иногда словно что-то щелкает в мозгах, и появляются какие-то странные знания, которые иногда приводят его в тупик, как сейчас например.

Ким и близняшка с его документами на руках заняли задние места, а принцесса с серебряными волосами и другая близняшка разместились на передних местах. За рулем была брюнетка.

– Для начала представлюсь, чтобы внести ясность, – произнесла Айка не оборачиваясь. – Меня зовут Айка Аланова, но я не против, когда ко мне обращаются просто по имени. Я представитель северо-восточного академического корпуса.

Дорога, по которой ехал электрокар, пролегала через зеленую парковую зону и имела множество изгибов. Сначала он решил, что автокаром управляет одна из близняшек, но присмотревшись, понял, что машина едет сама. Это был так называемый беспилотный электрокар, о которых он много слышал, но сейчас увидел впервые. Однако эта академия с первых минут не устает его удивлять!

– Северо-восточный академический корпус? – переспросил Ким, несколько сбитый с толку. Он более или менее понял, кто такие представители, но вот о том, что собой представляют академические корпуса, представления не имел. Вернее, сомневался в правильности того, как он это понял.

Айка обернулась и на секунду задержала на нем задумчивый взгляд. На этот раз ее глаза были карими. Интересно, как часто их цвет может меняться?.. Ему очень захотелось увидеть все оттенки цвета ее глаз.

– Хм… так ты не в курсе… – Она снова отвернулась. – Вообще-то обучение в академии происходит в отдельных учебных корпусах. Северо-восточный академический корпус относится к общеобразовательным учебным заведениям, с единственной особенностью – там обучаются только отмеченные, такие, как мы с тобой. – Быстрый взгляд на близняшек. Значит, и они тоже!.. – В юго-восточном академическом корпусе схожая учебная программа, но для обычных людей. Разница заключается только в том, что в нашем корпусе существуют специальные занятия, обучающие нас контролировать и правильно использовать наши врожденные способности. Но заодно изучают нас самих, для того чтобы как-нибудь контролировать нас в будущем.

Ну, это понятно. Нельзя сказать, что Ким хотел быть объектом изучения, но и возражений против этого не имел.

– Есть и другие корпуса? – не стал заострять на этом пристального внимания. Рано делать поспешные выводы. Он действительно слишком мало знает о внутреннем устройстве академии.

– Есть, – сказала Айка, больше не оборачиваясь. – Западный академический корпус, с углубленным изучением физико-математических наук. Восточный… там обучаются те, кто проявляет недюжинный интерес к искусствам. Северный… чисто женский учебный корпус. Соответственно, южный – мужской, с уклоном в армейскую тематику. Также есть учебные заведения для детей от восьми до двенадцати лет. Это северо-западный и юго-западный учебные корпуса. Именно там происходит будущее разделение учеников… И к этому списку можно добавить многопрофильный университет и медико-научный институт… Если нужны подробности, обратись в центральную библиотеку.

– Спасибо! Так и сделаю, – вежливо поблагодарил Ким, а про себя отметил, что в библиотеку все же следует наведаться, но не ради расположения учебных корпусов и их специализации. Установленные правила поведения в академии он слушал вполуха, погруженный в свои мысли, изредка кивая и выказывая интерес. До него доходили слухи, что в академии существует медицинская клиника, где работают чудо-врачи. Именно это он и хотел узнать. Если спросить напрямую, можно выставить себя дураком. Поэтому библиотека для этих целей подходит лучше всего.

– Ты меня слушаешь? – обернулась к нему Айка и обожгла взглядом зеленых глаз.

– Конечно! – поспешил заверить со всей искренностью Ким. – Ты говорила о расписании сегодняшних занятий.

На одном из поворотов его чуть качнуло на спутницу рядом, и он коснулся рукой чего-то мягкого. Но спутница на это никак не отреагировала, да и сам он ничего при этом не испытал.

Обычная случайность, на которую глупо обращать внимание.

– Вот именно… Расписание всех занятий получишь от классного руководителя, – и снова цвет ее глаз сменился. Теперь они были такими же, как и у него, серыми. – Твой класс 10 Б… Первый урок – английский. Следом современная история. Третий – физическая подготовка. Четвертый – специализированный урок… – Уточнений не последовало, а он не стал переспрашивать. – Пятый – общая математика. И шестой – зарубежная классика… Чтобы ты знал, уроки в академии не такие, как в обычных школах. Каждый урок длится ровно один час. Перемены, первые две, по пятнадцать минут. Потом часовой перерыв, и оставшиеся перемены по двадцать минут. Это ясно?

– Абсолютно, – утвердительный кивок.

– Твоя форма уже готова. Переоденешься сразу, как приедем в академию… Ее стоимость позже вычтут из твоей стипендии.

Ким снова удивился: «А у них здесь… Не слишком ли они торопятся?» – но внешне остался спокоен, хотя чрезмерное внимание к его персоне стало уже немного напрягать. Или у них каждому поступающему здесь такое внимание? Даже как-то странно…

– Если появятся вопросы, не стесняйся, спрашивай, – закончила Айка. – Мы почти приехали.

Действительно, еще один поворот, и им открылся великолепный вид на ряд зданий в старинном стиле. Подковообразное трехэтажное здание с мраморными колоннами, балконами и другой лепниной. Высокие сосны до последнего скрывали это место из виду, поэтому он и не увидел всю эту красоту издали. По мнению Кима, это строение и то, что было за ним, прекрасно вписывалось в живописную лесную природу, как бы став частью вида. Видимо, здание проектировали и строили с оглядкой на месторасположение.

Около учебного северо-восточного академического корпуса первым, что бросилось в глаза, было большое скопление девушек. От их количества даже в глазах зарябило. Еще ни разу ему не доводилось видеть столько красивых девушек в одном месте разом. Это же голубая мечта каждого парня!

Кстати, парни здесь тоже присутствовали, но их было значительно меньше. Чуть позже он узнал, что соотношение женского и мужского пола здесь было примерно семьдесят процентов к тридцати.

Конечно, их появление не осталось незамеченным, но основное внимание оказалось прикованным к его серебровласой спутнице, которая, как оказалось, пользовалась бешеной популярностью у учеников обоих полов. Ему на ум сразу же пришло сравнение «королева перед свитой»: перед Айкой только ниц не падали. А близняшки в этот момент выступили в роли живого щита, так же решительно оттесняя всех, кто пытался приблизиться к их подопечной. Ким даже вынужден был чуть приотстать, чтобы его не затоптали.

Но уже входя вслед за троицей в резные двери учебного корпуса, он услышал за спиной в свой адрес:

– Смотри, смотри… какой красавчик!..

– А это точно мальчик?.. – усомнился кто-то из красавиц.

– Я его раньше здесь не видела…

– Новенький?..

– А он точно мальчик?.. – раздался все тот же сомневающийся голос.

– Одет-то как мальчик… – резонно возразил кто-то (Киму стало обидно, что его половую принадлежность определяют по одежде).

– Лапочка! Хочу такого себе!..

– Ты только посмотри на его волосы!..

– Хочу потрогать…

Сразу же стало как-то неуютно. Его и раньше замечали девушки, но впервые он почувствовал себя в дикой опасности. Поэтому он ускорил шаг, чтобы не отстать от Айки, которая шествовала по коридору, как королева. Рядом с ней сейчас было безопасней всего.

Внутреннее убранство коридора довольно роскошное. Подвесные люстры, мрамор, зеркала и дорогая отделка. В общем, сразу чувствовалась принадлежность к элитному заведению. Пожалуй, он бы даже не удивился наличию золотых писсуаров.

Здесь народу, было даже больше, чем снаружи, но при появлении Айки все замолкали и почтительно расступались. Чувствовалось искреннее уважение к ней.

– А у вас здесь ничего себе, вполне уютно, – пробормотал Ким, ослепленный окружающей роскошью. Ему так и хотелось сказать: «Вот ведь жируют толстосумы!» Останавливало только понимание того, что для него это добром не кончится. Да и не ему судить о чужих нравах.

Идущая рядом близняшка обожгла его внимательным взглядом, но промолчала, продолжила следовать за Айкой. На мгновение Киму даже показалось, что она прочла его мысли.

То помещение, куда его привели, по роскоши не уступало, пожалуй, имперским хоромам, хотя парень и представления не имел, как живет император.

– Твоя одежда… Переодевайся, – показала Айка на аккуратно сложенную мужскую форму.

– Прямо здесь? – несколько опешил Ким.

Айка удивленно глянула на него и вдруг густо покраснела. Цвет ее глаз в который раз сменился, став рубиновым.

– Дебил! – яростно зашипела на него та девушка, что несла его документы. – За ширмой переоденься… – И указала, где именно.

А вот Айка, все еще красная от смущения, вдруг резко заторопилась прочь. Что она там себе напредставляла, хотелось бы знать?

– Олеся, Алиса, проводите новенького до учительской… – сказала она и выскочила из комнаты.

«Теперь я хоть знаю, как зовут этих двоих…» – подумал Ким, скрываясь за ширмой, чтобы не навлекать на себя еще больше гнева. То, что форма пришлась ему идеально впору, его даже не удивило. К этому он уже начал привыкать. Он снова вспомнил толпу девушек и вдруг резко замер.

«А ведь они все, как и я, отмеченные!» – до него только что дошел этот факт. «Все эти девушки, парни и даже эти две близняшки – все они отмеченные Туманной Зоной и несут в себе ее частичку. Столько отмеченных в одном месте… Даже немного не по себе от этого становится!»

* * *

… – Айка… Постой!.. Да остановись же ты наконец… – донеслось до девушки в тот момент, когда она торопливо спускалась по лестнице. Не думала она, что на нее так подействуют слова новенького. Подумаешь, только спросил, где ему переодеваться. И почему именно в этот момент у нее так разыгралась фантазия?! А ведь его необычная внешность зацепила ее с первых секунд их знакомства! Какой стыд и позор!.. Он наверняка заметил ее реакцию…

Но когда окрикнувшая ее девушка догнала Айку, та успела взять себя в руки и встретить ее со спокойным выражением на лице. Вот только глаза никак не хотели менять своего цвета, оставаясь рубиновыми. Слава богу, никто из одноклассников не знал, что именно означает такой цвет ее глаз.

– Вика! Ну сколько тебе можно говорить, чтобы ты не бегала по лестницам! Трудно запомнить с одного раза? – немного осуждающе произнесла она, глядя на запыхавшуюся подругу. – Доброе утро! – на автомате, с вежливой улыбкой ответила на приветствия проходящих мимо девушек. Их она не знала, но будучи представителем учебного корпуса, всегда была в центре внимания. Это немного напрягало, заставляя ее всегда быть собранной и обходительной.

– Если бы ты не носилась как угорелая, мне бы не пришлось за тобой бежать и кричать при этом… – тяжело дыша, обвиняюще ткнула в нее пальцем Вика. – Так что это ты во всем виновата…

Ну конечно… Чего еще можно было ожидать от этой баламутки, которая даже после того, как Айка стала представителем, не оставила попыток затащить ее в свой клуб японского кэндо… Бесполезно было объяснять ей, что здесь этот клуб не будет пользоваться популярностью и что у девочек здесь другие интересы, даже несмотря на то что их академия, на манер других учебных заведений, переняла много восточных традиций. И что это нормально для общества, где вместе собрались несколько разных наций, со своим воспитанием и ценностями – ведь даже представительницы японской нации не поддержали саму идею создания клуба, и поэтому она там сейчас единственный представитель, а ведь сама вовсе не японка. Такого больше всего можно было ожидать от представительниц японской и корейской диаспор, но не от российской поданной, и к тому же аристократки – а все потому, что из-за работы отца Вика три года прожила в Киото и пропиталась японской культурой. До этого с четырех лет она занималась фехтованием, достигнув в этом немалых высот и оценок, получив первое место в чемпионате империи среди девушек-юниоров, и вдруг все бросила, когда случайно оказалась на состязании по кэндо. Из ее оговорок можно предположить, что дело здесь серьезней, чем кажется на первый взгляд. Но Вика сама не рассказывает, а Айка не настаивает. Захочет, сама расскажет…

Казалось, что может быть общего у таких двух внешне непохожих девушек? Вика была брюнеткой с роскошными прямыми волосами до талии. Сверхактивной и немного легкомысленной, ей было совершенно наплевать на честь своего высокого аристократического рода. Это была напористая, легко увлекающаяся натура, неглупая, но часто бросающаяся из крайности в крайность. Благо, что последняя ее черта пока не приводила к необратимым последствиям, но, забывая об учебе, девушка часто оказывалась на грани отчисления, и только вмешательство Айки, которая чуть ли не силой заставляла Вику учиться, спасало ее на экзаменах и зачетах… При этом Айка не получала никакой благодарности, а только постоянные упреки с Викиной стороны.

В свою очередь Айка была полной противоположностью Вике – благородная аристократка, умная, вежливая и сдержанная на людях девушка, которой восхищались и ставили другим в пример… О таких, как она, говорили: прирожденный лидер. За те два года, что Айка была представителем, о ней у всех создалось только хорошее мнение. Учителя ею были довольны, и в академии она стала популярна. Нет даже и тени сомнения в том, что она станет представителем и в университете, в который поступает со следующего года – как и в том, что ее туда примут.

Вот такие они были, эти крайне непохожие друг на друга девушки, живущие вместе и являющиеся хорошими подругами.

– В чем я еще виновата? – усмехнулась Айка. – Огласи весь список… Но учти, в твой клуб я все равно не вступлю, – на всякий случай предупредила она уже чисто по привычке.

В этот момент ее глаза вернулись к привычному голубому цвету.

– Ну и не надо! – отмахнулась Вика, несколько удивив подругу своим ответом. – Тогда помоги уговорить близняшек, и я от тебя отстану.

Пошел откровенный шантаж. Знает ведь, что они на такое не согласятся никогда – только если Айка им велит. Близняшки были для нее подругами детства и происходили из семьи, служащей роду Алановых уже не одно поколение. Это были крайне вежливые и воспитанные девушки, хотя с учебой у них не очень хорошо – как они ни старались, тяжело им давалась учебная программа академии.

– А они перед тобой в чем еще успели провиниться? – устало уточнила Айка.

– Они же Лирит! Внучки легендарного мастера меча, который впечатлил своим умением даже императора Страны восходящего солнца!

Снова за старое. Ну никак она не хочет успокаиваться!

– Да, я это прекрасно знаю… Они обе умницы и красавицы, – согласилась с ней Айка. «Еще они на четверть японки», – добавила она мысленно. – Ну и что в этом такого особенного? Ведь это их дед, а не они мастера клинка… Не хочется тебя огорчать, но боюсь, что я не в курсе, что такого особенного ты в этом усмотрела. И поэтому не могу разделить твоих восторгов по этому поводу, – равнодушно сказала она.

– И это говорит мне та, которая с детских лет занимается боевыми искусствами! – возмущенно фыркнула Вика. – Я не особо люблю спагетти, так что можешь не вешать их мне на уши. С таким дедом и отцом быть простыми невозможно в принципе!

«Их отец был самым обычным человеком», – могла бы поправить ее Айка, но не стала этого делать.

– Извини… Но у меня нет никакого желания помогать тебе в этом деле, – усмехнулась Айка, поправляя воротничок на платье Вики. – Так что ты уж как-нибудь сама…

– Вредина! – обиженно надулась та. – Вот почему ты всегда такая… Скажи тогда, что за новенький был с тобой недавно?

При смене темы у Айки снова поменялся цвет глаз – теперь они почернели.

– Что-то я не видела тебя среди остальных, – совершенно спокойно заметила она.

– Я вас в окно видела… так кто он? – В глазах Вики были интерес и любопытство. – Он такой весь… белый!

– Белый? – уточнила Айка, странно глянув на подругу, словно врач, прикидывающий диагноз. – Это довольно оригинальное определение, ты не находишь?

Белый! Лучше его и не охарактеризуешь.

– Ну, он все равно душка!.. Уговори его вступить в мой клуб!

«Кто о чем, а лысый о расческе! Стоп! Это она о чем сейчас?»

– Твое стремление затащить кого ни попадя в свой клуб становится навязчивой идеей, – недовольно взглянула Айка на подругу. – Он тебе еще зачем?

– Как зачем? – удивилась та. – Он же боец!

– С чего ты взяла? – удивленно сказала Айка и, даже остановившись, обернулась к подруге.

– Это же видно по тому, как он двигается… – Вика с некоторым недоумением глянула на подругу и сказала, словно объясняя очевидную вещь: – Когда одна из твоих фанаток, бросившись к тебе, чуть не сбила его с ног, он вывернулся из-под нее… Он точно обученный боец!

– Сама его уговаривай, – отрезала Айка, всем своим видом давая понять, что тема закрыта.

– Вот всегда ты так, – снова высказала свою обиду Вика.

– Ну да! Я еще та стерва… И еще я знаю, что если мы не поторопимся, то опоздаем на занятия.

И не слушая жалобы Вики на бессердечие подруги, не желающей помогать в таком важном деле, Айка чуть ли не силой потянула ее за собой в сторону их класса.

– Ну, Ай! – жалобно ныла Вика. – Ну что тебе стоит… Вы с ним даже похожи… Он белый, а ты серебряная.

– И нечего сокращать мое и без того короткое имя. В нем и так только четыре буквы, – высказала свое неудовольствие Айка.

– Хочешь, я придумаю тебе более звучное имя? – ухватилась за эту идею Вика. – Клеопатра… Звучное, великое имя!

– Не надо, – поспешила остановить фонтан ее идей подруга, прекрасно зная, что если девушку не остановить, она сама не успокоится. – Меня мое устраивает.

Наверное, со стороны они выглядели довольно забавно, поэтому всю дорогу до класса их провожали любопытствующими взглядами. Правда, Айке это было совершенно все равно: успела привыкнуть за время общения с Викой. Да и не это ее сейчас волновало больше всего. Новенький! Если наблюдение Вики верно, то почему в его резюме, которое она просмотрела вкратце, ничего о таком не сказано? И что, собственно, происходит? Откуда вообще взялся этот парень? Похоже, стоит поближе познакомиться с ним и понять, что он собой представляет.

На занятия они чуть не опоздали. Успели к самому звонку.

Наскоро поприветствовав одноклассниц и немногочисленных одноклассников, они успели занять свои места и подключить к установленным на школьных столах компьютерам персональные съемные диски с данными личного профиля.

Хотя их классы и были повсеместно оснащены самой совершенной оргтехникой, но большая часть обучения велась по старинке. Все эти новшества должны были упростить и облегчить обучение, но не заменить его собой. Поэтому старый добрый учебник был неотъемлемой частью школьного стола, как и тетрадь с чернильной ручкой на уроках чистописания и русского и иностранных языков.

Однако оказалось, что Айка напрасно торопилась к началу урока, раскладывая принадлежности. Можно было и не спешить, так как обычно пунктуальная классная задержалась на пять минут после начала урока. Все это время ученицы терпеливо ждали ее. Если кто и переговаривался, то только шепотом. В присутствии Айки никто бы не рискнул шуметь особо громко, даже мальчики в своей тесной компании.

О причине задержки Айка вполне догадывалась: новенький был определен в их класс. И сейчас впервые она подумала, так ли это случайно получилось?

Наконец молодая учительница, их классный руководитель Лариса Игнатьевна Городецкая, прозванная своими ученицами Лиса, вошла в класс.

– Здравствуйте, девочки и мальчики! – с порога торопливо поприветствовала она. – Извините за опоздание… Задержали в учительской… – Не надо вставать, – поспешила сказать она, видя, что Айка уже готова подать команду встать и поприветствовать учительницу как положено. – Перед тем как начнем, позвольте представить нового ученика! Ким, заходи.

По классу пронесся изумленный шепот. Хотя парня и видели перед школой, но о том, что он будет учиться здесь, знали только Айка и неугомонная Вика.

Школьная форма Киму определенно шла. «Красавчик!» – подумала Айка, и, как оказалось, не она одна.

– Какой красавчик! – услышала она восхищенный вздох у самого уха и, невольно вздрогнув, обернулась.

– Ой, это тот новенький, что был утром!..

Айка слегка опешила от такой реакции одноклассниц на появление Кима. Их взгляды были полны восхищения и даже зависти. Эти чувства проскальзывали даже у Лисы… А вот взгляды мальчиков выражали неудовольствие. Они почувствовали в парне серьезного соперника за женское внимание.

Айка была единственной, кто воспринимал его иначе. Ну да, красивый мальчик, но зачем из-за этого впадать в такое неистовство? Ей даже стало немного смешно. И новая смена цвета: желтый! Парень выглядел далеко не так спокойно, как это могло показаться. Словно кролик на пиршестве львов. Она словно чувствовала его неуверенность и желание оказаться подальше отсюда.

Особенно выразительно разглядывала его Тина, известная по прозвищу Вампирша. Она считала себя конкуренткой Айки, хотя та ее своей соперницей не считала. И не потому, что считала себя лучше. Просто их взгляды на некоторые вещи были совершенно разными: если Тина видела себя в центре внимания всех мальчиков, то Айке интерес мальчиков к себе был безразличен.

Тина была не блондинка и не брюнетка, с короткими (в женском понимании) голубыми волосами. Красавица, пока не улыбнется. Именно из-за клыков ее и прозвали Вампиршей. Правда, парней это не отталкивало, даже наоборот, привлекало.

«Как же тебе здесь неуютно, милый мой!» – с нескрываемой иронией и нежностью подумала девушка, глядя на парня. Ей даже стало жаль его. «А девчонкой ему бы лучше пошло!» – неожиданно пришла в голову другая шальная, немного хулиганская мысль. «И нисколечко мы с ним не похожи!» – вновь подумала она, вспомнив недавние слова Вики.

– Меня зовут Юрий Ким!.. Но я привык, когда меня зовут просто Ким… Рад познакомиться со всеми вами! – мягко произнес он.

– Просто Ким? – мягко произнесла Лариса Игнатьевна. – Мне тоже можно тебя так называть?

На мгновенье он заколебался, словно не зная, как реагировать, но все же осторожно кивнул.

* * *

Наконец-то начался урок, но расслабиться не получалось. Да и как здесь расслабиться, если затылком чувствуешь напряженный сверлящий взгляд госпожи королевы! Мысленно он повысил ее в ранге от принцессы до королевы. Ей это лучше подходит, учитывая то, как она вела себя в холле учебного корпуса. Да и другие девочки в классе разглядывают его с не меньшим интересом. Особенно соседка справа, красивая брюнетка. От нее он чувствовал опасность даже большую, чем от девушки с голубыми волосами, чьи клыки наталкивали его на определенные ассоциации.

– Так ты и есть тот самый новенький, которого привела Айка! – во взгляде столько любопытства, что он инстинктивно почувствовал опасность.

– В каком смысле привела? – осторожно спросил он, покосившись на Айку. – Я вообще-то сам пришел.

– Ой! – в голосе девушки звучал неподдельный восторг. – А вы точно не родственники? У вас даже манера разговора схожая!

– Не понимаю, о чем ты, – спокойно произнес Ким. Почему-то ему казалось, что именно с этой девушкой нужно было быть крайне осторожным в высказываниях.

– Ну и ладно, я пошутила… – искренне улыбнулась ему брюнетка. – Меня, кстати, Вика звать… Слушай, Ким, а ты случайно не занимаешься боевыми искусствами?

Такая резкая смена темы немного сбила его с толку.

– Вика, Ким… – оклик учительницы избавил его от необходимости отвечать на этот неожиданный вопрос. – Я своим присутствием в классе вам не сильно мешаю?

По классу пронеслось приглушенное хихиканье.

Но если Ким испытал легкое чувство неловкости и смущения, то его соседку вопрос учителя, похоже, нисколечко не смутил.

– Вы нам совершенно не мешаете, Лариса Игнатьевна. Можете не обращать на нас внимания… – нагло заявило ей это создание. – Особенно на меня.

От такой беспардонности Ким даже опешил. Но вот учительница, похоже, была привычна к выходкам его соседки. По крайней мере ее реакция была несколько вялой.

– О, благодарю! Может быть, ты сможешь продолжить с того места, где я закончила? А мы все послушаем, – ехидно попросила ее Лиса.

– Ну… – на мгновенье Вика задумались. – Это вряд ли возможно… Я вас совершенно не слушала.

Определенно, такая наглость достойна восхищения. До этого дня Киму как-то не довелось встречать настолько обаятельно наглых людей. Но вот только классная, похоже, не оценила ее наглость по достоинству, в отличие от одноклассниц. Их реакция свидетельствовала о том, что к подобным выходкам Вики все давно уже привыкли.

– Очень жаль, – печально произнесла учительница. – Вынуждена снова поставить тебе неуд и пригласить на дополнительные занятия на мой предмет в эти выходные.

– А может…

Викин жалобный взгляд способен был растопить даже самое ледяное сердце, но вот только учительница осталась непреклонной.

– Выбирай, дополнительные занятия в эту субботу, то есть уже завтра, или неуд в журнал, – любезно предложила Лиса выбор.

– Во сколько подходить? – деловито уточнила Вика (дальнейший спор она решила не продолжать).

– Мудрое решение… – чуть усмехнулась Лиса. – А чтобы тебе не было скучно, твой новый знакомый составит тебе компанию!

А вот это в планы Кима определенно не вписывалось. Он собирался навестить родных.

– Если вы позволите, я смогу продолжить с того места, где вы остановились… – осторожно предложил он. – Как и повторить все вами до этого сказанное.

– Вот даже как… Я вся внимание.

За это Ким получил возмущенный взгляд соседки, который так и кричал: «Предатель!»

Странное чувство дежавю овладело им уже на первых словах ответа. Словно нечто подобное уже было, но только не с ним. Но именно чем-то похожую сцену он уже где-то видел.

Как и сейчас, урок английского языка…

Но вот только, как ни старался, не мог вспомнить ничего. Только это чувство дежавю, которое не оставляло его на протяжении всего ответа.

У Кима не возникло никаких проблем с ответом.

– London is the capital of the United Kingdom of Great Britain and Northern Ireland. It was founded by the Romans in about 43. One of its previous names is Londinium. The river Thames flows across London. It is a navigable river, which flows into the North Sea. London area is about 1580 square meters. It is an interesting fact that the city is located on the prime meridian, which is often called Greenwich…[1] – слово в слово, без особых трудностей повторил он все сказанное учителем и продолжил тему с того места, где она остановилась.

С самого детства из-за способностей отмеченного многое, включая учебу, давалось Киму легко. Абсолютная память, доставшаяся ему вместе с особенным зрением, позволяла ему запоминать любой учебный материал, а круговой обзор замечать все, даже мелочи, на которые обычный человек не обратит своего взора.

– Достаточно… Молодец! – остановила его Лиса. Судя по выражению ее лица, она была приятно удивлена познаниями нового ученика. Да и выражения лиц одноклассников говорили о том, что они сильно шокированы его выступлением.

– Очень хорошее произношение! – похвалила его учитель, пребывая под явным впечатлением. – Я бы сказала, оно лучше, чем мое собственное… – И снова ей удалось удивить Кима. Не каждый учитель готов признать, что ученик превосходит учителя. – Могу предположить, что английский – это не единственный язык, каким ты владеешь?

И снова это чувство, какое-то дежавю… Когда-то и что-то уже было такое… не с ним. Ведь он бы такое никогда не забыл.

И ответ сорвался с его губ даже раньше, чем он успел подумать:

– Ну, я не считаю себя особо способным к языкам… Знаю всего восемь… нет, пожалуй, только семь языков… – поправил самого себя Ким, краем зрения замечая непередаваемое выражение глаз Айки, быстро меняющих цвет.

– Можно поинтересоваться, какие? – Лариса Игнатьевна сохранила довольно невозмутимое выражение лица – ее выдержка была достойна похвалы.

Но его соседка, Вика, была не так сдержанна в эмоциях.

– Мне бы быть настолько неспособной! Тоже хочу так! – воскликнула она.

– Конечно… Немецкий, французский, японский, корейский, китайский! – последних три названных языка в разной степени знали все живущие в этих землях. А японский, как и русский, входил в обязательную программу школьного обучения.

– С английским шесть, – это опять Вика. – А седьмой?

– Конечно, русский… Разве могло быть иначе? – мягко улыбнулся Ким под негромкие смешки класса.

* * *

С парнями из класса, которых оказалось пятеро, отношения у Кима не заладились с первых минут знакомства. Они его как-то сразу записали в конкуренты за женское внимание в классе, что, по мнению Кима, было большой глупостью. А вот агрессия, которую выказали некоторые из них, наполнила его грустью. Нечто подобное он уже проходил в своей предыдущей школе. Тогда ему потребовался почти год, чтобы изменить мнение о себе. А начинать с того же самого сейчас ему ой как не хотелось! К тому же теперь старыми методами он действовать не мог: не тот контингент здесь собрался. Мало того что, как и он, отмеченные, так и еще из богатых семей. В его случае удачей уже будет, если они его будут просто игнорировать.

В общем, после первого урока пообщаться ему с ними не удалось. А вот девушки его просто облепили. Все им было интересно: кто он, откуда, какими силами обладает. Ему с трудом удалось избегать скользких вопросов, отвечая уклончиво. А потом наступил второй урок, который он воспринял с явным облегчением. С начала урока он постарался больше не привлекать к себе внимания. Хватило ему и предыдущего внимания не только одноклассников, но и учительницы.

Тема урока – история образования Туманных Зон… Она вызывала у юноши некое отторжение. По какой-то ему самому неясной причине Ким очень прохладно относился к новейшей истории мира. Древний и средний периоды истории Российского государства, от Руси до империи, ему были интересны, как и мировая история. А вот самое начало двадцатого века, когда начали образовываться те самые Туманные Зоны, почему-то вызывало у него то неприятное чувство. Нет, конечно, история этого периода была интересна не меньше, чем древняя история, но трактовку тех или иных событий Ким почему-то воспринимал крайне отрицательно и неоднозначно. Молодую учительницу он почти не слушал. Благо, объясняя свою тему, она не обращала на него никакого внимания, что позволило ему целиком погрузиться в свои мысли.

Сейчас на уроке истории были затронуты тема образования Китайской Туманной Зоны и события, предшествующие этому. Учительница как раз рассказывала о героическом сражении японской эскадры с внезапно появившимися монстрами из глубины моря и о помощи, оказанной в этом Российским императорским флотом. Спору нет, это было героическое сражение как на суше, так и и на море. Славная история флота от адмиралов, капитанов и простых моряков. Выжившим в том бое поистине было чем гордиться. Но все ли было так, как подают это в официальной истории?

По официальной версии, японский военно-морской флот проводил маневры. Но вот только Ким относился к ней, мягко говоря, прохладно. Лично у него была другая версия случившегося тогда. И даже не версия, знание о тех событиях! Хотя он и сам не мог сказать, откуда оно взялось. Все то же проклятое дежавю… Ему самому очень хотелось в этом разобраться и понять, откуда ему известны воспоминания совершенно чужого ему человека.

С историческими событиями зимы 1904 года было примерно то же самое…

Что делал вице-адмирал Хейтхатиро Того вблизи русских берегов? Ведь Ляодунский полуостров хоть и находился в аренде, но был частью Российской империи. Какие маневры могли проводиться у границ чужого государства? Вице-адмирал Того пришел в эти земли явно не с дружественным визитом вежливости – он пришел воевать. И почему-то он, Ким, был странным образом уверен, что эта война не закон чилась для России успехом… Не готова была империя к той войне. На это указывало слишком много фактов (попалась ему как-то в руки книга воспоминаний одного из участников тех дней)…

В реальности произошло следующее… Появились Туманные Зоны. Тогда их, правда, называли землями отчуждения, потом название поменялось.

Не было ни глобальных катастроф, ни падения астероидов на Землю. Было лишь аномальное северное сияние, которое наблюдали даже там, где об этом явлении никто слышать не слыхивал. Красивое и завораживающее сияние, притягивающее к себе толпы зевак. Три дня неповторимого зрелища, а затем появился туман, который поломал все человеческие планы и изменил судьбы людей. Туман, из которого полезли всевозможные монстры и чудовища, о которых слыхом никто не слыхивал. Даже в народных легендах о таком не упоминалось. Из глубины морей появились не менее страшные чудища. И именно с ними столкнулся флот Японии на своем пути к Порт-Артуру. В результате искалеченный флот еле успел укрыться в Восточном бассейне, пока российские военные корабли сдерживали многочисленных монстров из морских глубин. Со слов тех, кто пережил те события, море потом было цвета крови, и на берег потом долго выбрасывало прибоем останки людей и неизвестных тогда чудищ.

Но люди выстояли… Не без помощи японцев, которые храбро сражались в одном ряду с русскими. Поодиночке и не выстояла бы ни одна бы из сторон. Не хватило бы сил, с какой бы храбростью они ни сражались. Впоследствии этот год назовут смутным…

Как обстояло дело в других местах? Везде по-разному, но именно в районе Артура было подобие филиала ада. С моря одни чудовища, а со стороны Китая другие. Но они устояли! Хотя погиб, наверное, каждый третий человек, и это только на Ляодунском полуострове. В Корее, по подсчетам, погиб каждый второй. Некоторые поселения и городки были уничтожены полностью. Старики, пережившие этот период, с неохотой вспоминали о тех днях, о толпах беженцев, лихорадочном круглосуточном строительстве защитных сооружений, о вынужденной жесткости в принятии решений… Но все это осталось в прошлом.

А теперь? Мир сильно изменился. Нет таких стран, которых не затронули эти изменения. Одни государства исчезли, а другие уменьшились в размерах. Но появились и новые. Туманные зоны затронули весь мир, каждый континент. Где-то сильнее, а где-то слабее, но оставшихся в стороне не было.

Южная и Северная Америки… Зоны Аляска, Техас, Колумбия, Вашингтон, часть Мексики, часть Бразилии и Венесуэлы. Самые опасные, куда людям вход заказан – это бывшая русская колония на севере, бывшая столица империи Вашингтон и окрестные земли, а также джунгли Бразилии… Эти зоны относились к так называемому классу S, а все территории вокруг таких зон в районе сотен километров относились к классу А, и там все еще выживали люди в постоянной борьбе со всякими тварями и порождениями тумана. Земли империи распались на отдельные государства, в которых царили законы господина Кольта. Сплошной Дикий Запад. Единственный очаг цивилизации – это Канада, которая сумела расшириться за счет бесхозных земель соседа.

Африку все это почти не затронуло. К зоне класса А относились небольшие части в Конго, Судан, Египет и Каир.

Австралия была мертвым континентом, одной большой зоной класса S. Ни один нормальный человек туда не сунется, хотя кто-то додумался высаживать здесь приговоренных к смертной казни. Еще ни один из них назад не вернулся, да и вряд ли вернется. Это в фильмах, снятых в парижских киностудиях, герой всегда возвращается, вот только правды в этих фильмах ни на грош, поэтому Ким относился к подобным шедеврам, мягко говоря, холодно.

И наконец самый большой континент, Евразия. Зоны класса S – почти весь Китай и большая часть Англии (на ее остатках образовались два новых государства Шотландия и Ирландия, а о Лондоне сейчас вспоминают лишь на уроках, подобных прошедшему), Австрия и часть Польши. Зоны класса А: оставшаяся часть Польши и южные провинции Франции, остров Кипр, российский Кавказ, Афганистан и бывший Ляодунский полуостров, где они сейчас и проживали. Турция и часть Сирии – зоны класса L. Эти территории с разной сезонной интенсивностью прикрывала «туманная дымка», периодически почти совсем пропадающая. Создания Тумана появлялись в этих краях только с уплотнением «дымки», не больше двух раз за год. Все остальное время о них даже не вспоминали.

Японские острова – это вообще отдельная тема. Единственная зона класса V. Нечто среднее между зонами А и L класса – недоступных и слишком опасных, непригодных для проживания территорий на островах не было, как и не было особо опасных порождений Тумана. Самыми серьезными из них, наверно, считались только алые волки.

Вот такой теперь географический расклад. И это если не считать туманные зоны класса Q, которых по всему миру насчитывалось не меньше тысячи. Их и зонами назвать было сложно, потому что они имели размеры от пары сотен метров до километра. До туманного выброса, случающегося периодически раз в пару лет, о них даже и не вспоминали особо и считали их относительно «чистыми» землями.

Три империи, Россия, Германия и Япония, объединились в Единый торговый и военный союз. Помешать этому объединению было некому – не осталось тех, кто был бы против. Да и трудно стало выжить по отдельности, без союзов с соседями.

Стал ли мир хуже? Да кто его знает… Но за восемьдесят лет не произошло ни одного военного конфликта – о какой войне можно думать, когда у тебя под боком нечто, что ни дня не дает расслабиться и забыть о себе. Из-за влияния Тумана области класса А остановились в своем развитии, превратившись в некие средневековые государства по сравнению с нетронутыми областями.

Но было кое-что, о чем на таких уроках не говорили. Это то, что первый отмеченный ребенок появился на свет через пять лет после образования Зон. Мальчик родился на свет с красными глазами. Теперь к этому уже привыкли, ведь каждый третий ребенок в поселениях близ Туманных Зон рождается отмеченным. Особая черта таких детей – даже не то, что они обладают неординарной внешностью, и необъяснимой силой, а то, что они всю жизнь обречены жить там, где родились. Ведь стоит им покинуть территории, граничащие с Туманными Зонами, всего на каких-то сто километров, они начинают чувствовать себя плохо и очень скоро умирают. Сила, доставшаяся им, стала их же проклятьем…

Кстати, пока Ким витал в облаках, урок благополучно подошел концу, и звонок оповестил их о начале еще одной перемены.

* * *

И тут Ким понял, что попал: к следующему уроку физкультуры он был совершенно не готов – не было у него необходимой формы для таких занятий, поэтому на начинающийся урок ему пришлось идти в том, в чем он был. Вряд ли его накажут, ведь сегодня только первый день его учебы, а к следующему занятию он что-нибудь придумает… Однако у мужской раздевалки его поджидал сюрприз в лице одной из близняшек Лирит. Молча вручив ему пакет со сменной спортивной формой, она ушла, оставив его в растерянности стоять у дверей в раздевалку. Такого поворота он не ожидал. Совсем забыл о том, что здесь у них все делается чересчур быстро и оперативно. Теперь ему уже не удастся откосить от занятий.

– Чего встал? – появившийся одноклассник буквально втолкнул его в раздевалку. Вот еще одна проблема, которую нельзя игнорировать – отношения с парнями из класса, очень уж Киму не нравились те взгляды, которыми те буравили его. Неужели попытаются разобраться с ним здесь, в раздевалке? Но дальше взглядов дело не пошло – все же эти ребята сильно отличались от контингента его предыдущей школы.

Отойдя ото всех в дальний угол, Ким медленно стал расстегивать верхний пиджак, не поворачиваясь к ним спиной и лихорадочно прикидывая, как ему переодеться так, чтобы они ничего не заметили. Аккуратно повесил верхнюю часть своего костюма на вешалку и стал расстегивать брюки. Взгляды парней были многообещающие и даже злорадные: его наверняка что-то ждет на самом уроке, но уже хорошо, что не здесь. А на уроке он что-нибудь да придумает. Не полезут же они драться у всех на глазах!

Он специально тянул время. Снял брюки, остался в одной рубашке. Но вот ее-то он не спешил снимать. Сначала натянул на себя спортивные штаны. Вытащил из пакета верхнюю спортивную куртку, испытав при этом некоторое облегчение. Она была с длинными рукавами, и воротник закрывал шею.

И чего они только на меня так взъелись? Я же им ничего не сделал! Если из-за девчонок, то те побесятся и забудут о нем. Это как с новой игрушкой: интересно, пока новая.

Стал вешать на крючок брюки. И в это время парни стали покидать раздевалку. Последний выходящий обернулся и буркнул:

– Урок начинается…

Наконец-то! Ким расстегнул рубашку, скинул ее и быстро натянул футболку. В те секунды, что он стоял с обнаженным торсом, на его спине можно было разглядеть радужные чешуйки. Они покрывали почти всю его спину и заходили на плечи. Именно из-за них у него и появилось прозвище Ящер. На ощупь эти чешуйки были очень твердые – настоящая броня, которую трудно чем-то пробить. Но Ким с детства несколько стеснялся этой своей естественной защиты и старался скрывать наличие чешуи от других людей. Даже надев футболку, он не смог скрыть чешую полностью, поэтому, надев олимпийку, он застегнул ее на молнию до конца. Вот теперь было можно присоединяться к остальным. То, что из парней он оказался единственным, застегнутым наглухо, не нарушает никаких правил.

Начался урок, и Ким наконец понял, что его ждет. Это будет не обычный урок физкультуры, а урок рукопашного боя.

– У нас новенький… – заметил его низкорослый китаец-инструктор. – Рукопашным боем занимался раньше?

– Немного, – уклончиво ответил Ким, но, похоже, китайцу этого было достаточно.

– Хорошо!.. – удовлетворенно кивнул тот. – Глеб, займись новеньким, а я пока распределю девочек…

Теперь стало ясно, что задумали парни из его класса. Зачем бить его в темном угле, если это можно сделать почти официально, на уроке!

* * *

Новенький выглядел не особо радостным, узнав, что ему предстоит спарринг с лучшим бойцом класса. Не надо было быть телепатом, чтобы понять то, о чем он думает сейчас – достаточно было просто глянуть на его довольно кислое выражение лица.

«Глупая Вика… Тоже напридумывает себе… Ну какой из него боец? В его резюме ни слова об этом не сказано!» – с некоторым удовольствием подумала Айка. Заслужил! Хоть его вины и не было в этом, она не простила ему свой внезапный стыд, вызванный его неосторожными словами о месте переодевания. И главное, что ее больше всего злило, она до сих пор не могла понять свою тогдашнюю реакцию как при их встрече, так и позже.

Конечно, она заметила те ревнивые взгляды, что бросали на новенького их мальчишки, которых появление Кима отодвинули на задний план. На ее взгляд, это смешно, но сейчас ей это было даже на руку. Пусть они его немного проучат, это несколько собьет с него спесь, решила она. А она присмотрит, чтобы все же лишнего себе не позволили. Хотя за Глеба она была спокойна. Этот парень всегда знал границу дозволенного. Ведь они знали друг друга с детства. И он был один из немногих, с кем она могла быть сама собой.

С кислым выражением лица новенький выбрался на ринг следом за признанным лидером среди мальчишек. Ким оглянулся назад, словно ища путь к отступлению, но, наткнувшись на взгляд Айки, вновь отвернулся, еще раз проверил, хорошо ли застегнута его спортивная куртка. Девушка, конечно, обратила внимание на то, что он единственный в классе в наглухо закрытом спортивном костюме.

Глеб встал в стойку и что-то сказал новенькому. Судя по движению губ, спросил, готов ли тот. Короткий кивок в ответ, и Глеб делает быстрое неуловимое движение… Новенький неуклюже оступается, его ведет вправо, и из-за этого Глеб промахивается. Ким выравнивается и случайно толкает одноклассника.

Айка нахмурилась. Выглядит как случайность, но что-то не так в движениях новенького. Где-то она уже видела похожие движения.

Глеб не останавливается, крутится на месте и снова бьет, и… снова мимо! В момент удара Ким спотыкается, и удар проходит там, где он находился секунду назад.

Нет сомнения, это произошло не случайно… Ее опыт подсказывает, что на ринге сейчас происходит что-то из ряда вон выходящее. А их поединок уже стал привлекать внимания и других девушек.

Глеб тоже уже понял, что все происходящее не случайно. Он меняет тактику, но следующая атака не задевает Кима. Он снова оказывается не там, куда направлен удар.

Кто-то из девушек хихикает, видя очередную неудачу Глеба. Это привлекает внимание наставника. Он оборачивается в сторону ринга и тоже начинает внимательно присматриваться, чуть хмурясь.

Глеб уклоняется, обманное движение. Шаг в сторону, подсечка, которая гарантированно должна была уронить соперника. Но тот снова оказывается не там, где был мгновение назад. Совсем немножко смещается и толкает Глеба плечом, роняя его на ринг. Но тот быстро вскакивает и…

«Пора все это прекращать!» – решает Айка. Она видела, что Глеба начинают злить его неудачи и каждое движение парня становится более грубым и жестким. Такой удар, достигнув цели, может натворить дел. Она уже шагнула было к ним.

– Прекратить бой! – громкий и властный окрик наставника заставил ее остановиться и оглянуться. Их обычно немногословный сенсей быстро пересек площадку, огибая учениц, и полез на ринг, раздвигая канаты. Его внимание было полностью сосредоточено на новеньком.

– Значит, немного занимался… – задумчиво произнес китаец. – Действительно немного… Эти движения… Кто тебя научил им? – он поднял требовательный взгляд на парня. Таким наставника Айка видела впервые – видимо, действительно произошло что-то из ряда вон выходящее.

Ким неопределенно пожал плечами, явно избегая ответа. Но наставник не настаивал на нем и почему-то понимающе кивнул. Он снова уже совершенно невозмутим и спокоен.

– Дальше ты занимаешься только со мной… – категорично заявил китаец. – И я очень прошу не использовать свои знания против одноклассников.

– Да, наставник, – учтиво поклонился Ким.

– Сенсей! А что не так? – озвучила вслух общий вопрос всего класса неугомонная Вика.

– Такой стиль боя практикуется только в войсках особого назначения… Использовать такое на обычных школьных занятиях строго запрещено! – И снова тяжелый взгляд на Кима. – Я надеюсь, такого больше не повторится?

– Да, наставник, – снова повторил Ким. – Я прошу прощения… – обернулся Глебу и тоже поклонился. – Я был неосторожен и поэтому приношу свои извинения…

– Я знала это! – победоносно заявила Вика над самым ухом Айки. И столько в ее голосе было торжества!

«Его резюме неполное?.. Интересно… Кто-то ошибся, или…» – удивилась Айка. На ее памяти такое происходило впервые. Резюме об учениках обычно составляли работающие на академию специально обученные детективы, в прошлом сотрудники полиции. Странно это все…

– Я тоже прошу меня извинить, – неожиданно поклонился в ответ и сам Глеб, тоже выглядевший крайне смущенным.

* * *

Глупо было надеяться, что мастер боя не знает, что за движения использовал Ким в их короткой схватке с Глебом. Да, он не хотел причинить тому вред, но все же он поступил необдуманно, за это и извинился перед одноклассником. Тем самым вверг того в некоторое смятение. Но вот его ответное извинение шокировало уже самого Кима. Ему-то извиняться было не за что.

И теперь они сидят оба в стороне и наблюдают за тренировками со стороны. Им было велено посидеть и подумать.

– Я не представился раньше, – неожиданно обернулся к нему одноклассник. – Глеб… Просто Глеб.

– Зови меня Ким… Я привык… – парень пожал протянутую ему руку.

– Это что, действительно настолько крутой стиль боя, что мастер запретил тебе его использовать? – Глеб поднял на Кима внимательный и полный любопытства взгляд.

«Ну конечно, парня из высшего общества не станут учить тому, что может быть опасно и не сочетается с понятием о благородстве… Ну, по крайней мере меня больше не игнорируют и не хотят избить под предлогом тренировки», – с усмешкой подумал Ким. Хотя заданный вопрос мог увлечь их на скользкую тему, которой ему не хотелось касаться. Конечно, был у него наставник. Вот только… Он и сам этого не мог толком объяснить, но Ким слишком уж легко учился тому, как калечить себе подобных людей. И дело даже не в его способностях и талантах.

– Ты сам слышал, что сказал мастер, – немного уклончиво ответил беловолосый парень. – Я действительно чуть не натворил дел… Прости… Я должен был сразу сказать, что не умею драться… – И, видя недоумение на лице Глеба, пояснил: – Я умею калечить, но не драться… Для парня из района отчуждения это нормально.

Что толку скрывать свое происхождение? Поэтому Ким не стал этого делать. Часто бывало, что услышав о том, что он из района отчуждения, собеседник старался свести к минимуму знакомство с ним. Ведь многие ошибочно думали, что в том районе проживали исключительно нищие, низко-моральные элементы и откровенные бандиты. И район представлял собой эдакое, криминальное место отчуждения.

– У вас все там такие? – все то же любопытство в голосе. Видимо, Глеб принадлежал к тому типу людей, для которого происхождение не играет совершенно никакой роли. – Наверное, ты там немалый авторитет?

– Да нет… Я, можно сказать, особенный, – усмехнулся Ким, который начал испытывать некую симпатию к своему собеседнику. – А насчет авторитета… Скажи, есть ли какое-то дело алому волку до моего авторитета и умений?

Алые волки – самые многочисленные хищники тумана. Их стаи часто пытаются проникнуть за защитные сооружения города, и иногда им это удается. Каким образом, никто не знал. Но отдельные особи иногда объявляются в черте города.

– Думаю, мы все для них второе или первое блюдо! – подумав, согласился с ним Глеб. – Как вы там живете?

Еще один распространенный и глупый вопрос!

– Нормально! Привыкли уже… Правила безопасного поведения малые дети знают чуть ли не с пеленок. Ночью никто по улицам не гуляет, сидят по домам, за толстыми стенами… – Подумав, Ким уточнил: – Если, конечно, ты не сможешь убежать от ночного недружелюбного гостя оттуда. А днем все как у обычных людей. Не любят эти создания солнечного света, поэтому и зовутся туманными.

– Ты мне еще полную энциклопедию о созданиях тумана прочитай, – фыркнул Глеб. – По-твоему, я совсем тупой?

– Заметь, это не я сказал, – снова усмехнулся Ким: этот парень ему действительно начал нравиться.

В ответ тот рассмеялся, хлопнув его по плечу.

– Слушай, а научи меня тем… своим приемам? – загорелся новой идеей Глеб.

На это Ким отрицательно мотнул головой, пояснив, чтобы избежать возможного недопонимания:

– Я не умею этого делать… Уметь кого-то обучать тоже надо уметь. Ты же не хочешь из-за моей ошибки остаться навсегда в лучшем случае калекой?

– Нет, такого желания я не имею… – Глеб оказался вполне понятливым парнем. – Ну и ладно.

Ким мысленно порадовался тому, что тот не стал спрашивать о том, кто его этому бою научил. Пришлось бы выкручиваться и врать, а ему этого не хочется. Хотя Отшельник ни разу не просил его хранить их занятия в секрете…

– Почему бы тебе не обрезать свои волосы? – неожиданно предложил ему Глеб.

Вспомнив свой предыдущий опыт в этом деле, Ким передернулся.

– Спасибо, я как-нибудь уж так обойдусь… – отказался он от сомнительной идеи.

– А что не так? – заметив его реакцию, одноклассник удивленно поднял бровь.

– Обрезал однажды… За три дня отросли до прежней длины. Эти дни голову словно рвало на части. Так что больше пробовать не хочу, – поделился неприятными воспоминаниями Ким.

– А ты популярен у девчонок! – Ну конечно, рано или поздно эта тема должна была всплыть!

– Нашел чему завидовать… – скривился Ким, словно от кислого лимона. – Когда тебя стая девчонок пытается порвать на сувенирные лоскутки… поверь, радости от этого мало. Им просто моя внешность, будь она неладна, головы вскружила. Экзотика… парень под девчонку… Себя на мое место поставь и представь себя в окружении стайки хищниц, которым просто хочется поиграть! Я, как всякий нормальный парень, хочу отношений… Но не со всеми же! Не мое… Хочу одну, ту единственную.

– А ты у нас идеалист, я как посмотрю… – снова рассмеялся Глеб. – Тогда тебе стоит уметь хорошо бегать… Наши девчонки не избалованы мужским вниманием и могут быть еще теми хищницами.

– Блин, куда я попал… – простонал Ким.

* * *

И в этот раз ему удалось покинуть раздевалку последним. Если он ожидал, что отношение парней к нему изменится, то он ошибся. Дружелюбно настроенным к нему стал только Глеб. Все остальные продолжили держать от него дистанцию, все еще присматриваясь. Но хотя бы агрессии больше не выказывали.

Уже у самых дверей раздевалки его перехватила Вика.

– Так как там насчет моего приглашения? – с ходу атаковала его она. У этой девчонки как будто был электрический моторчик в известном месте, не дающий ей покоя.

– О чем ты? – постарался увильнуть Ким.

– Ты вступишь в мой клуб?

От такой хрен отделаешься!

– И много у тебя там участников? – лихорадочно ища пути к отступлению, спросил он.

– Я, ты будешь вторым, Айка и Глеб! – победоносно заявила Вика.

– А последние двое знают о том, что они в твоем клубе? – уточнил Ким.

– А куда они денутся… Я их все равно дожму…

Ему даже жалко эту парочку стало.

– Я никогда не занимался фехтованием, тем более кэндо, – заметил он, осторожно, по стеночке обходя наглую девчонку.

– Там нет ничего сложного, я тебя научу, – заявила брюнетка.

– Пожалуй, я все же пас, – отрицательно мотнул он головой, принимая положение низкого старта. Но в него тут же вцепились девичьи, на удивление сильные руки, не давая ему убежать.

– Тебе все равно придется согласиться! – Похоже, для нее это вопрос уже решенный.

– Хорошо… Уговоришь двоих вышеупомянутых, вступлю в твой клуб, – дал свое согласие Ким. Он был уверен, что такого никогда не случится, поэтому и согласился, чтобы отвязаться.

– Отлично! Ты обещал…

И Ким был отпущен на свободу. На лице девушки сияло неприкрытое торжество. И почему-то от этого Киму стало несколько не по себе. Да и жаль вышеупомянутых Айку и Глеба. Почему-то он был уверен, что в ближайшие дни этой парочке придется ой как несладко… «А если уговорит?» – обожгла внезапная мысль. Но Ким сразу же постарался отогнать эти мысли прочь. Да нет, бред полнейший…

* * *

Просматривая документы новенького, Айка внезапно громко чихнула. «Вспоминает меня кто-то, – машинально подумала она. – Однозначно, снова Вика чудит, а мне расхлебывать».

Как она и думала, резюме новенького было неполным. И судя по всему, туда умышленно не добавили кое-какие детали. Там совершенно ничего не было сказано о его способностях отмеченного, о его происхождение и семье, зато было написано, что в предыдущей школе он был лучшим и два года подряд занимал пост представителя. Отмечены также его высокие организаторские способности и хорошее поведение. Но так как раньше подобные документы через нее не проходили, она не знала, что там должно было быть, а что нет. Возможно, это только на ее взгляд документ выглядел странно.

– Идеальный ученик… – заглянула ей через плечо Олеся. – Может быть, тебе стоит подумать о том, чтобы взять его себе в помощники? Слух о его хороших познаниях в иностранных языках уже разлетелся по всему корпусу. Думаю, тебе он будет полезен.

– Я так не считаю, – возразила стоящая у окна Алиса. Она покосилась на пузырек из темно-синего стекла на столе рядом с подругой. На мгновение можно было заметить, как она нахмурилась и снова отвернулась к окну. – Странный он какой-то, – заметила она. – Его резюме определенно неполное. И зачем нужно было Айке лично его встречать? Какой в этом смысл? Раньше никому такой чести не оказывалось…

– Ну, тут если кому и предъявлять претензии, то госпоже ректору… Это ведь она попросила его встретить, так как сама занята. Ведь обычно она лично встречает каждого ученика, – произнесла Олеся.

– Алиса права, – согласилась со старшей из близняшек Айка. – В его резюме слишком много белых пятен. – Она взяла со стола пузырек, глянула на его содержимое сквозь темное стекло и снова поставила на стол.

«Надо попросить брата, чтобы он еще достал», – подумала она. Когда-то эта мысль вызвала бы в ней злость и раздражение. А сейчас она ничего не почувствовала – привыкла…

– Служба внутренней безопасности халатно отнеслась к своим обязанностям, – пожала плечами Олеся.

– Не припомню, чтобы раньше такое случалось, – возразила на это Айка, снова заглядывая в документы новенького. – Возможно, здесь просто не указано то, чего нам знать не полагается. И это относится к конфиденциальной, личной информации.

Олеся подошла к подруге, села на край стола, как бы невзначай переставила пузырек на другой край.

– А мне больше нравится версия, что он незаконнорожденный сын ректора, – в шутку предложила она, проигнорировав недовольный взгляд.

– Не говори глупостей… Кто в такую чушь поверит? – глянула на нее серебровласая. – Госпоже ректору нет и тридцати лет.

– Решили уже, где его поселят? – отворачиваясь от окна, уточнила Алиса.

– С нами, – последовал спокойный ответ. Даже глаза и те остались синими.

– Что?! – крайне возмущенно и на удивление синхронно воскликнули близнецы.

– Почему это с нами? – нахмурилась Алиса.

– Есть же свободные комнаты в общежитиях. И вообще, если ему требуется роскошь, пусть селят его в одном из коттеджей, – добавила Олеся.

– На меня-то вы чего взъелись? – Синий цвет глаз сменился на карий. – Ректору претензии высказывайте… Она высказалась в том духе, что для шестерых студентов и одной служанки особняк на сорок мест слишком шикарен.

– Но ведь и в других особняках, где проживают студенты, места не заняты и наполовину, – продолжала возмущаться Олеся. – Почему туда нельзя?

– Я же уже сказала, к кому тебе обращаться по данному вопросу, – терпеливо напомнила ей Айка. – Особняк принадлежит госпоже ректору, поэтому она решает, кого туда селить.

– Но мальчик среди девочек… – последний и крайне сомнительный аргумент уже от Алисы.

– Два мальчика… если что! – Глаза Айки сверкнули яркой желтизной. – Или ты не признаешь Глеба за мальчика? Вот он обрадуется, узнав, что уже год живет с нами на правах девочки! Ты сама потомку легендарного адмирала Макарова об этом скажешь? Вот он обрадуется… Появится повод заглянуть в нашу купальню, когда мы будем там все вместе… спинку потереть.

– Глеб, он полностью свой, – недовольно скривившись, Алиса снова отвернулась к окну.

Олеся хихикнула.

– Вот Тина наша обрадуется! – ехидно добавила она.

– Она в любом случае обрадуется… – заметила Айка и, подумав, добавила: – Впрочем, как и Вика… Ну что, пойдем на занятие?

– Мы-то пойдем, а вот ты останешься, – спокойно произнесла Алиса.

– Я тоже останусь, – решила Олеся.

– Девочки, что за глупость! Я в порядке! – возмутилась Айка.

– Этот урок ты пропускаешь, – категорически заявила Алиса – уже сестре. – Присмотри здесь за ней.

– Ладно, – последовал ответ.

* * *

Самую длинную перемену обычно использовали под обеденный перерыв. За час учащиеся успевали отобедать и отдохнуть. Но Ким решил потратить это время на ознакомление с учебным корпусом. Однако очень скоро ему пришлось отказаться от этой идеи, так как трудно чем-либо заниматься, когда тебя повсюду преследуют любопытствующие взгляды в спину и откровенное разглядывание в лицо.

Ладно бы еще он был каким-то особенным. Он видел здесь и более экзотических личностей, например, девушку с волосами трех разных цветов – красного, белого и фиолетового, с черными глазами без зрачков. Но на нее никто внимания не обращал.

Поэтому Ким, выбравшись на один из многочисленных балконов на фасаде здания, просто убивал время, дожидаясь начала следующего урока. При этом он не без интереса разглядывал окружающую природу. Если не смотреть на небо, это место ничем не отличалось от двух природных парков в центре Артура. И даже не верилось, что такое место может находиться неизвестно где и внутри чего-то. Здесь его даже обдувал слабый теплый ветерок. Создавалось ощущение полной идиллии.

Видимо, те, кто проектировал это место, неплохо разбирались в человеческой психологии. Окружающий лес был явно искусственно выращен. Все деревья на выдержанных равных расстояниях друг от друга. Ни одного сухого ствола, пенька или лишнего кустика. Ровные тропинки и идеальное сочетание хвои и листвы.

Здание учебного корпуса тоже было выстроено так, чтобы не сильно выделяться своей чрезмерной роскошью и уютом. На знакомые ему обычные городские школы мало походило. Но те, кто это все строил, постарался учесть все нюансы, сделать так, что учащиеся ни в чем не нуждались, и им было бы здесь удобно.

Отдельно можно сказать и об учениках. Да, все они отмеченные. Некоторые, подобно ему самому, Айке и той трехцветной девушке, которую сейчас он мог видеть на улице, с глазами чернее черного, сильно выделялись своей внешностью. Но были и такие, наподобие Вики, близняшек и Глеба, которых не отличишь от обычных людей. Большинство из учащихся из состоятельных семей, но как заметил Ким, титулы и другие фетиши богачей здесь не в ходу. В их классе, например, были две девушки, которые, как и он, были приглашены из обычных школ, из небогатых семей. Но если бы он не знал об этом, ни за что бы не догадался. Отношения со всеми у них были ровные и дружеские. Никаких притеснений и унижений.

В общем, здесь ему понравилась. Но уже пора возвращаться в класс – скоро начнется следующий урок. Какой там у нас по расписанию предмет?

* * *

Специализированный урок – как он успел узнать, его темой является изучение и обсуждение тех или иных способностей, и еще здесь проходят практические занятия, на которых обучают контролировать и использовать свои способности. В обычной школе таких уроков у него никогда не было, поэтому он решил просто присмотреться и понять, что и как.

Первый сюрприз его ждал уже у кабинета. Выяснилось, что урок проходит в специальном классе, и что состав класса на этот урок был изменен. Для начала после того как он нашел место проведения урока, выяснилось, что половину класса занимают незнакомые ему люди. И что среди девочек парней только он и Глеб. Более того, в его группу входила одна из близняшек из свиты Айки.

Почему так? Еще бы понять ему логику тех, кто так их распределил. Какими критериями отбора они руководствовались… Но если их собрали в таком составе, значит так надо. Оглядев класс, найдя свободное место, тут же занял его. Его соседка, рыжеволосая, зеленоглазая девчушка, где-то с минуту с нескрываемым интересом разглядывала его, наконец, заявила, немало шокировав Кима:

– А девчонкой тебе бы больше пошло!

«Вот что они все привязались к моей внешности?» – в мысли прокралось легкое чувство раздражения.

– Да мне как-то и так неплохо пока, – глянул на нее Ким, сохраняя вежливость.

– Нет, но с такими волосами и внешностью классная девчонка получилась бы… – продолжала она настаивать на своем.

– Поверь мне, – со всей искренностью заверил ее он, – мне парнем гораздо удобнее, и пол я менять не собираюсь… И давай закончим на этом.

– Какой ты скучный! – капризно надула губки девушка. – Нет в тебе фантазии.

– Фантазия есть, – усмехнулся Ким. – Фанатизма нет… Была бы ты рыжим мальчиком, у тебя бы отбоя не было от девчонок…

– Ну уж нет… – возмутилась рыжая и вдруг улыбнулась: – Уел!.. Меня Юлей зовут. Но все друзья называют Ведьмой…

– Меня можно называть Кимом… – представился Ким и осторожно спросил: – Такое прозвище тебе дали из-за волос?

– Это из-за этого… – Она подняла ладонь, и Ким увидел, что ее пальцы удлинились и имеют просто гигантские когти. Но он мог поклясться в том, что еще секунду назад ее рука была нормальной. Он перевел удивленный взгляд выше, на ее лицо. Что это?

Глубокие, уродливые морщины, седые пряди волос и кривые зубы. Совершенно другой человек. Видимо, охватившие его эмоции так ясно отразились у него на лице, что она с некоторым ехидством произнесла:

– Сам такой… – и махнула когтями, описав овал.

Перед лицом Кима тут же появилось зеркало, в котором он увидел себя. То, что он увидел, точно не может быть им! Страшилище похлеще, чем Юля: лысая плешь, грязные засаленные волосы, кривой нос и косые глаза.

– Иллюзия, – не удержавшись, он коснулся своего лица. – Ты иллюзионистка… Я только слышал о таких, как ты… Говорят, в мире с таким даром всего несколько человек!

Иллюзия рассыпалась кусочками самым натуральным образом. Обернулась лужей и испарилась.

– Великолепно! – он действительно был впечатлен увиденным.

– Знаешь, как меня достали из-за этого, – тяжело вздохнула Юля. – Постоянно слышу: «У тебя талант, ты должна развивать его…» Эти приглашения работать в театральных труппах и даже поучаствовать в съемках фильмов… Как это надоело! А мне просто нравится создавать иллюзии в свое удовольствие.

Ну что же, ее можно понять. Имея такого человека в команде, можно сильно сэкономить на реквизите, гримерах и статистах. Неудивительно, что с таким талантом она нарасхват.

Сидящая чуть впереди близняшка из свиты королевы (не та, что приносила ему форму на физкультуру, другая – благодаря своей зрительной памяти Ким мог их различать) оглянулась на них и обожгла его взглядом. «А где вторая?» – подумал он.

– Вообще-то уже начался урок, – холодно произнесла брюнетка. – Так что заткнитесь оба.

Юля, соседка Кима, как-то сразу вспыхнула от гнева, прищурила глаза.

– Только попробуй, – холодно предостерегла ее заметившая это близняшка. Этого оказалось достаточно, чтобы весь запал рыжей испарился. Взамен на лице Юли появилось довольно кислое обиженное выражение.

А урок тем временем действительно начался. Вот только учитель почему-то опаздывал. Но вот дверь открылась, и в кабинет вошел мужчина лет пятидесяти, с ярко выраженной кавказской внешностью. Ким нахмурился. Появилось чувство, словно он встречал этого человека раньше и знает, кто он. Но вспомнить, когда произошла их встреча, Ким так и не смог. Видимо, опять пресловутое дежавю. Не слишком ли много всего за один день?

Многие заметили появление учителя не сразу – так тихо и незаметно тот вошел. Но когда его все же заметили, он вежливо всем улыбнулся, жестом дав всем понять, что вставать не надо. На лицах многих учениц появилось недоумевающее выражение. Этого опрятно, но неброско одетого мужчину все видели впервые, и он не был их классным руководителем.

– Кира Валентиновна немного задерживается, – негромко, все с той же вежливой улыбкой пояснил он классу. – Поэтому я решил воспользоваться случаем и заглянуть в ваш класс.

Что же в нем было такого особенного? Почему вдруг Ким так и прикипел к нему взглядом? Рост мужчины был вполне обычный, средний. Фигура полная, но для человека его возраста это нормально. Плечи опущены, шея короткая, глаза карие, брови прямые… Ничего примечательного.

– А кто вы? – спросила какая-то из девочек. – Мы вас раньше не видели.

– Но тем не менее я многих из вас хорошо знаю… – Его губы улыбались, а вот взгляд оставался холодным. – Но простите мою невежливость. Именно я курирую всех вас, особенных… – Ким сразу обратил внимание, что он называет не отмеченными, а особенными. – Зовут меня Лаврентий Павлович.

– В каком смысле курируете? – это уже, опережая всех, спросил Ким.

– В прямом… – перехватил тот взгляд парня. – Слежу, чтобы вы не попали в неприятности и в дурную компанию… С каждым годом таких особенных, как вы, становится все больше и больше. И оставлять вас без внимания и учета – безалаберность и глупость… Я бы назвал это преступлением.

– Вы считаете, что за нами нужен контроль? – уточнил Ким. Не понравилось ему то, как было сказано «контроль».

– А вы думаете, молодой человек, что особенные – это каста, за которой не требуется контроля? Полиция контролирует обычных людей. Следит, чтобы они не нарушали общепринятых законов. Ведь без этого нельзя. Спрос с таких, как вы, вдвое больше. Ведь, обладая силами, вы должны и нести ответственность за это… К примеру, кто-то нечистый на руку соберет под свое крыло пару десятков особенных, чтобы использовать в своих интересах… Как, по-вашему, чем это может закончиться?

Ким задумался, и от полученного ответа ему стало не по себе – ведь он был очевиден и не нуждался в наводящих вопросах.

– Наступит хаос, – озвучил парень свое умозаключение.

– Именно поэтому я и курирую вас! – Кавказец выглядел удовлетворенным этим ответом.

– Но чего вы хотите этим добиться? – Класс притих, внимательно слушая их диалог. – Вы не сможете опекать всех отмеченных всю жизнь.

– Не думаю, что это нужно будет делать дольше положенного времени… Никто лучше не присмотрит за такими, как вы, особенными, кроме самих особенных… – Лаврентий Павлович взглянул на часы. – Пожалуй, мы продолжим этот интересный разговор в другой раз, – заключил он с некоторым сожалением, вновь бросил на Кима задумчивый и внимательный взгляд и быстро покинул кабинет.

А меньше чем через минуту в класс вошла запоздавшая учительница.

– Прошу прощения за опоздания, девочки… – Она заглянула в бумаги, что были при ней, и окинула класс небесно-голубым взором, безошибочно остановив его на Киме. – …И мальчики! Наконец-то какое-то интересное разнообразие… теперь мальчиков стало аж двое!.. И какой красавец! А ты точно мальчик?

Ну что же, смех после серьезного разговора неплохо разряжает обстановку… Вот только теперь Ким задался вопросом: у них в академии все учителя такие озабоченные?

* * *

В кабинете ректора академии, госпожи Малышевой, как всегда царила полутень. Даже днем шторы на окнах были опущены, так что свет сюда почти не поступал. Не то чтобы она любила тьму, просто из-за особого строения ее зрения темнота ей нисколько не мешала. Даже в полной тьме она могла видеть мельчайшие детали интерьера своего рабочего места.

Вот и сейчас она изучала вновь поступившие документы нового ученика академии, даже не потрудившись включить настольную лампу. Лицо ее в этот момент было чуть нахмуренным, с тенью неудовлетворения. И все дело было в этом ученике. При его приеме в Академию некие люди, отвечающие за это, проявили небрежность и поспешность. Были нарушены некие обязательные правила приема. И не порекомендуй этого паренька человек, мнению которого она всецело доверяла, она немедленно отыграла бы все назад. Но с теми, кто допустил такую непростительную оплошность, она все же позже разберется: для начала сделает строгий выговор и предупреждение.

– Ирина Александровна, – ожил селектор у нее на столе, – к вам господин Антадзе…

– Пусть войдет, – не поднимая головы, разрешила она. На вошедшего она даже не глянула. Да и зачем ей глядеть на человека, который уже четверть века занимал должность главы службы собственной безопасности академии, еще при ее деде.

– В чем дело? – с ходу, с нескрываемым раздражением набросилась она на человека, скромно, не дожидаясь ее позволения, занявшего кресло у входа. – Почему в этих документах куча пробелов? Твои детективы вообще работать разучились? Даже мне видно, что информация неполная.

– Ну почему же, – возразил посетитель затемненного кабинета. – Они собрали всю общедоступную информацию об этом мальчике. Что от них и требовалось, – заметил он.

– Издеваешься… – нахмурилась госпожа ректор. – Это ты называешь информацией? Предположительно… – вычитала она с нескрываемой иронией в лежащих перед ней бумагах. – Обладает способностью к быстрому перемещению и огромной способностью к запоминанию. И предположительно, – снова выделила это слово, – объемный контроль пространства… Что там у тебя за предположисты работают? Или ты шаманов в свою службу набрал, которые после травки с косяком с духами общаются? Академия платит им такие деньги не за их предположения, а за точную и проверенную информацию.

– Точная информация об этом студенте будет не раньше завтра, – спокойно сказал тот, кого назвали Антадзе. – Это говорит только о том, что этот парень умеет держать себя в руках и просто так не демонстрирует свои способности на людях… По мне, это только плюс ему…

– Да хоть минус… – раздраженно сказала она. – Твоя задача – это безопасность академии, а восхищаться его умением контролировать себя и свои способности будешь после того, как предоставишь мне всю необходимую информацию о новом ученике! Если бы его не рекомендовал мне человек, к которому я испытываю полное доверие, то я немедленно велела бы его отчислить.

Она хлопнула ладонью по тонкой папке, что лежала перед ней. Ее гнев в сочетании со сверкающими в темноте глазами вызывал довольно жуткое чувство. Из-за особого строения зрачков глаза госпожи Малышевой действительно светились в темноте, как у большинства ночных животных.

– Мужика бы тебе найти нормального, – вздохнул ее собеседник, совершенно не впечатленный. Одна эта фраза многое говорила об их взаимоотношениях. – Виданное дело, девке почти тридцать, а до сих пор живет одна… Хоть бы со своим князем определилась. Столько лет тянете!

И тут он резко убрал голову вниз. Шаровая молния размером с горошину, прилетевшая со стороны ректора, пробила заднюю спинку кресла. Но его ответная реакция снова была какой-то слишком спокойной.

– Знаешь, – сказал он, разглядывая дыру в кресле, – заканчивала бы ты своими шариками метать. Так и голову пробить можно…

– Нечего было меня бесить, – проворчала хозяйка кабинета уже почти спокойным тоном. – Сам же знаешь, чем это чревато. Да и не попала я в тебя еще ни разу, как ни пыталась.

– И на старуху бывает проруха, – он снова глянул на дыру с обожженными краями и вернулся к прерванной теме: – Мальчик действительно хорошо скрывает свои способности, так что зря ты на моих людей взъелась – они проделали колоссальную работу. Мне даже пришлось подключить к этому делу Мозголомку, и завтра от нее должен поступить отчет. И я очень надеюсь, что на этот раз полный.

– Да не из-за этого я злюсь, – призналась графиня Малышева. – У нас замечены сотрудники японского Шина-ка… Принесла их в Артур нелегкая.

Больше он не улыбался. Шинь-ка называлось японское отделение контрразведки, когда-то специализирующееся по Китаю. Сейчас именно эти хваткие ребята занимались всеми вопросами, связанными с отмеченными. За последние годы они хорошо отметились в Корее, собирая по всему полуострову детей с особенными способностями и перевозя их в метрополию. Что с отмеченными происходило там, неизвестно. Хоть Япония и вошла в союз трех стран, она оставалась закрытой страной, не особо приветливой к посещающим ее иностранцем.

И вот теперь японцы добрались и до Артура…

– Откуда информация? – уточнил Антадзе.

– От Вадима… – не стала скрывать свой источник хозяйка кабинета.

В другой раз он бы обязательно скривился при упоминании этого имени, но не сейчас. Вадим Алексеевич Аланов возглавлял возрожденный Тайный приказ. Хотя официально они назывались СИБ, то есть служба имперской безопасности, но так их почти никто и не называл.

– Рад слышать, что эти бездельники еще на что-то способны! – скривился особый гость. У него были свои претензии к этой имперской службе.

– Ты несправедлив… Они нам здорово помогают, – вступилась ректор.

– Помогают втравливать тебя в неприятности, которые мне потом расхлебывать, – скривился. – Это они только и умеют.

Она промолчала. Этой темы, времен ушедших, ей касаться ой как не хотелось. Хотя воспоминания неприятные.

– Ладно, предупрежу всех в городе, чтобы были внимательны к чужакам… И усилю меры безопасности у порталов. Не хватало еще, чтобы эти уроды к нам пробрались, – решительно заявил гость, покидая кресло.

– Постой! Как твой проект продвигается? – остановил ее вопрос его у самой двери.

– Десятка три кандидатов я уже присмотрел, – оглянулся. – Но еще рано о чем-либо говорить… Хотя сегодня решил вот познакомиться с кандидатами в свой проект. Занимательные ребята… по крайней мере, некоторые из них.

Дверь в кабинет за ним осторожно закрылась, оставив госпожу Директора, наедине со своими мыслями. А подумать ей было о чем…

* * *

Старая русская пословица гласит: пока гром не грянет, мужик не перекрестится… На взгляд покинувшего кабинет ректора грузина, на небе уже давно вовсю громыхало и сгущались тучи. Тут уже надо было не креститься, а искать место, где можно было схорониться. Да и желательно, чтобы крыша над головой была попрочнее и не текла.

Ситуация с отмеченными уже давно начала выходить из-под контроля. С каждым годом их рождалось больше, а внимания им уделялось меньше. И на его взгляд, это было неправильно. Давно нужно было уделить этим людям особое внимание, взять под контроль. Нельзя сравнивать обычных людей и тех, у кого появились те или иные способности. Многие из отмеченных даже толком и не умеют пользоваться своей силой и поэтому представляют огромную опасность. Особенно те, кто, осознав свою силу, решил использовать ее себе во благо, а другим во зло. Ведь никто и никогда ни в чем не ограничивал отмеченных, и это, по мнению Антадзе, плохо. Они уже вырастали с мыслью, что им все позволено.

Конечно, в последние годы власти спохватились и начали медленно менять свое отношение к этому вопросу. Появилось несколько новых профильных ведомств, занимающихся именно вопросами, связанными только исключительно с отмеченными. Но этого было явно недостаточно. Именно в этом и заключался проект главы службы безопасности. Создать силу, контролирующую отмеченных. И он уже начал делать первые шаги в этом направлении. И что главное, глава академии его в этом полностью поддержала.

Первые шаги в этом направление он уже сделал. Создал так называемую «команду судей», состоящую из отмеченных, способных блокировать себе подобных. В академии студенты их так и называли судьями – за то, что именно они выступали арбитрами во всех спорах и конфликтах учащихся. Но мало кто знал, что еще они оказывали помощь полиции, жандармам и даже СИБ, если нужно было обезвредить того или иного отмеченного, лишить его силы.

Их полезность быстро оценили, и вот уже силовые структуры уже начали набирать таких людей в свои ряды. Доходило до того, что пытались переманить его судей к себе, и порой это даже получалось. Но по этому поводу Антадзе особо не расстраивался. Всякое бывает.

* * *

Занятия закончились, но сразу после финального звонка остро встал другой вопрос: что делать дальше? Насколько он успел узнать, все учащиеся академии проживают на ее территории, независимо от того, где проживают их родные. Вот только где проживает он, ему никто не сказал. Нужно было бы спросить об этом у Айки, но эта девушка, игнорирующая его все уроки, с последним звонком куда-то исчезла. Правда, он запомнил нахождение того кабинета, куда его привели перед началом занятий, поэтому решил для начала посмотреть там.

Но уже на полпути его перехватила Алиса, старшая из сестер-близняшек. На четвертом уроке он наконец-то узнал, кто из них кто. Как и то, что обе владеют темпо, сверхскоростным искусством движения. Это, к слову, самая распространенная из способностей отмеченных. Правда, о чем-то подобном он и так догадывался: достаточно было глянуть на их манеру двигаться.

– Вот, возьми, это твое! – Алиса впихнула ему пакет с одеждой, в которой он сюда прибыл. – Иди за мной…

Девушка была явно не настроена на общение с ним. На это Ким просто философски пожал плечами и постарался не отставать от нее, что оказалось сделать не так уж и просто. Даже на каблуках она буквально летела вперед.

Они покинули учебный корпус и по одной из многочисленных дорожек, ведущих через лес, стали удаляться прочь.

– Куда мы идем? – не выдержав, спросил ее Ким. А в ответ молчание. Какая-то непонятная агрессия к нему с первых минут знакомства.

– Неужели ты решила меня похитить? – предположил он, пытаясь вызвать у нее хоть какую реакцию. Хотя бы ту же самую злость. – Сказала бы сразу, что я тебе понравился, сам бы пошел…

– Совсем больной? – бросила она на него яростный обжигающий взгляд.

Реакция положительная. Главное, чтобы она его прямо здесь не запинала. Обошлось! Сдержала порыв… Хотя, судя по выражению ее лица, с большим трудом.

– Ну, и что я должен был думать, по-твоему? Прости, если я тебя чем-то обидел, но причина твоей агрессии мне непонятна… Может, все же объяснишь, в чем я виноват?

«Ты виноват лишь в том, что хочется мне кушать… Сказал и в темный лес барашка уволок…» – не к месту промелькнуло у него в мозгах.

– Ты мне не нравишься… Имей в виду… – сказала она и отвернулась.

– Не понимаю, – недоумевающе качнул головой он. – Но не хочешь, не говори… Куда мы все же идем?

– Идем устраивать тебя… на постой… – с некоторой неохотой, как ему показалось, ответила Алиса.

– Тогда я весь твой, без остатка… – снова улыбнулся он.

– Дурак!.. – уже вполне спокойно.

Больше никакой реакции. И снова ледяное молчание и быстрый перестук каблучков по гранитной плитке тропинки. Складывается впечатление, что она просто пытается убежать от него.

Но идя через этот лес, он только лишний раз укрепился во мнении, что он высажен искусственно. Идеально ровные линии деревьев и отсутствие другой лесной растительности. Это посадки, более чем вероятно, постоянно прореживают, очищая от кустов и мусора.

По правую сторону появился чей-то особняк в три этажа, построенный в стиле Восточной Пруссии: довольно основательное каменное сооружение. Ким только скользнул по нему взглядом и потерял интерес. Почему его должны волновать чужие особняки? Но каково было его удивление, когда Алиса свернула именно туда! Все еще думая, что здесь кроется какая-то ошибка и они сейчас проследуют дальше, он послушно ступил следом во двор особняка.

У входа на небольшой деревянной скамейке сидел его новый знакомый и одноклассник Глеб. Завидев Кима, он приветливо махнул ему рукой.

– Дальше ты сам… – мрачно заявила Алиса и демонстративно прошла в дом. – Расскажешь ему о наших правилах…

И тут только Ким сообразил, что это она сказала не ему.

– Присаживайся, – Глеб похлопал по свободному месту на скамейке и оглянулся на вход. – Вижу, не все наши красавицы в восторге от тебя, – заметил он. – Что ты ей сделал? Наступил на любимую мозоль?

– Если бы еще знать, где у нее любимая мозоль! – Юра не стал отказываться от предложения, сел рядом, поставив у ног пакет со всеми своими вещами. – Я ей вроде бы ничего не сделал…

– Тогда не знаю… – пожал плечами Глеб. – Может быть, ты нашей Эльфийке что-то не то сказал? В этом случае доброго отношения к себе не жди…

– Эльфийке? – переспросил Ким, но сразу догадался, о ком он. – Это ты об Айке, что ли?.. А ей идет… Я бы, правда, добавил бы к этому эпитет Ледяная…

– Снежная, – поправил его Глеб. – У нашей принцессы подпольное прозвище Снежная Эльфийка… – И он тут же предупредил: – Но если об этом услышит она сама или ее свита, тебе не жить…

– О как… Все так серьезно? – Ким тоже невольно оглянулся на вход в особняк. – Остановимся тогда на принцессе… Так что там с правилами?

– Правил немного… – охотно поддержал смену темы Глеб. – Третий этаж – территория мальчиков. Второй – зона девочек… Там появляться не рекомендуется… Я серьезно, – прямо глянул на него новый знакомый. – Жил у нас один парень… Вытурили его из академии. В общем, не повторяй его подвигов.

– Да я как-то и не собирался, – равнодушно качнул головой Ким.

– Первый этаж общий. Обычно мы все там собираемся… Пожалуй, это все, что тебе надо знать, – подумав, заключил внук адмирала Макарова. – Нет у нас строгого распорядка и жестких правил поведения. Не мешай остальным, не создавай много шума и проблем остальным…

– А сколько народа живет в этой общаге? – кивнул Юра на здание.

– Общага? – расхохотался внук. – Это один из частных особняков госпожи ректора, если что… А жить здесь будут постоянно, включая тебя и Антонину Павловну, восемь человек… – И, опережая вопрос, Глеб разъяснил: – Антонина Павловна – служанка и смотрительница особняка, и она много лет работает на семью Ирины Александровны Малышевой… Это имя ректора, которую еще называют госпожой директором. Это на тот случай, если не знал.

Ирина Малышева… Конечно, Юра слышал это имя, но чаще всего он слышал о ее деде, ректоре Малышеве, которого до сих пор называют героем за то, что шестнадцать лет назад, спасая горожан, он погиб сам. Все произошло во время туманного прорыва, на семь дней закрывшего город и весь полуостров. Тогда людей эвакуировали на территорию академии, которая на то время превратилась в лагерь спасения. Сам Ким, конечно, те времена не помнит. Ведь ему был всего год. И именно тогда он стал сиротой. Сам старый ректор той страшной недели, как уже было упомянуто, не пережил. Умер нелепой смертью, от сердечного приступа. По слухам, выжила тогда только его внучка, Ирина Малышева, нынешняя глава академии. Ей тогда было всего тринадцать лет. Вряд ли она уже тогда стала ректором. Никто не назначит ребенка главой академии. Но так как это место более сорока лет безраздельная собственность рода Малышевых, то, как говорится, делайте выводы.

– Бред какой-то, – озвучил свои мысли вслух Ким. – Но ладно ты и остальные, а я-то здесь при чем?

– Ты это о чем? – не сразу понял его Глеб.

– Я не наследник богатого рода… Что мне делать в этом особняке? – может быть, несколько путано объяснил тот.

– А, ты об этом… Нормально все… – успокоил его одноклассник. – Пока ты в академии, имеют значение лишь твоя успеваемость и твои знания, а все титулы остались там, снаружи. Здесь таких, кто кричит о своей родословной, не любят, и они долго у нас не задерживаются. В этом госпожа директор непреклонна… Так что пошли устраиваться… Пользуясь тем, что Антонины Павловны нет, сможешь сам выбрать себе комнату из свободных…

* * *

После получаса осмотра комнат, предназначенных для заселения студентами, Ким, к своему огорчению, пришел к неутешительному выводу. Не создан он для роскошной жизни. Все эти комнаты с роскошной отделкой и мебелью вызывали в нем только тоску и отторжение.

– А чего-нибудь попроще нет? – с надеждой глянул на своего провожатого. Не то чтобы ему это все не понравилось, но…

– Ну, знаешь, большего привереды я еще не встречал! – Глеб выглядел несколько возмущенным. – Даже служанка госпожи директора живет в такой же комнате и не ворчит… А если убрать из комнаты все то, что тебе не нравится?

Ким оглянулся назад и еще раз окинул комнату взглядом. На лице промелькнуло выражение крайнего сомнения.

– Ну, можно попробовать…

Но сам парень был в этом как-то не слишком уверен. Дело было даже не в комнатах и в убранстве – просто что-то его от них отталкивало. Сам не мог понять, чего он капризничает, как маленький. Обычно такого он за собой не замечал.

– А что там? – указал Ким подбородком на крайнюю дверь комнаты, куда он еще не заходил.

– Там немного другое… Но показать не смогу… Дверь почти всегда закрыта. – И, демонстрируя это, Глеб дернул за ручку на себя.

Дверь послушно отворилась. Выражение лица парня было полностью обалдевшим.

– Может быть, Антонина Павловна убиралась и забыла закрыть, – предположил он, осторожно заглядывая вовнутрь.

Секунду спустя Глеб открыл дверь полностью и отступил в сторону, чтобы показать, что там. А там оказалась небольшая библиотека. По всем стенам книжные стеллажи. А в центре – выставленные в квадрат кресла и диваны. У окна письменный стол и высокое кожаное кресло. По правой стороне, у торцевой стены здания, деревянная лестница, ведущая на чердак.

Между двух книжных шкафов – небольшая дверка, ведущая куда-то в боковую комнату.

– Еще одна библиотека? – удивился Ким, взглянув на сопровождающего экскурсовода по особняку. На первом этаже он уже видел одну библиотеку. Но эта выглядела иначе. Более старой, что ли…

– Насколько я знаю, не совсем… Это что-то наподобие рабочего кабинета, – пояснил Глеб и добавил: – Раньше был…

– Чей кабинет? – оглянулся на него Юра.

– Да откуда мне знать… Спроси у госпожи директора, – пожал плечами сосед по этажу. – Я же сказал, обычно она закрыта…

– А там что? – снова спросил Ким, указав на дверку в стене.

– Самому интересно… – признался Глеб. – Антонина открывала это место только для того, чтобы убраться… – пояснил он.

Но за дверью они не увидели ничего интересного. Это оказалась простая, но довольно просторная кладовая, захламленная старыми вещами. Через единственное большое, но запыленное окно сюда попадало достаточно света, чтобы все это разглядеть.

– Чьи-то вещи? – предположил Юра, осторожно заглядывая в ближайшую коробку. Осторожно, чтобы не потревожить слой пыли, что оседал на все этом. Видимо, здесь никто давно не убирался.

В коробке он обнаружил все те же книги, в большинстве своем все старые и потрепанные. Отступив назад, Ким аккуратно прикрыл дверцу кладовки и глянул наверх.

– Посмотрим, что там? – предложил он.

– Давай, – согласился с ним Глеб, которому тоже было интересно.

Вдвоем они осторожно поднялись по довольно крепкой лестнице и заглянули наверх.

– Охренеть! – высказался постоянный житель особняка. – А я не знал, что здесь такое есть.

На чердаке располагалась небольшая комната. Вполне себе жилая комната, при виде которой Ким сразу решил: «Мое!..»

Мебели здесь было немного: только пара шкафов у стены, широкий матрас прямо на полу, покрытый шкурой, похожей на медвежью. Но это было не главное. Главным в этом месте был камин, самый настоящий, действующий камин! В нем даже огонь горел. Вот только… Ким нахмурился, пытаясь понять, что ему не нравится в этом огне. Для начала, от него не было жара, хотя дрова трещали и даже стоял запах сгораемой древесины. Он протянул руку. Не было от огня жара.

– Иллюзия… – подойдя со спины, произнес Глеб. – Первый раз вижу такой артефакт.

– С чего ты взял? – оглянулся на него Ким.

– Так это моя способность – распознавать любую иллюзию. Довольно бесполезная способность, – с грустью произнес Глеб. – Что толку от такого умения?

– Это кто там лазит? – услышали они немолодой женский и довольно сварливый голос.

– Антонина Павловна, – с некоторым виноватым выражением лица глянул вниз Глеб. Он даже как-то весь сжался.

«Видимо, вот кто у нас здесь самый главный босс локации»… – подумал о женщине внизу Ким, как о каком-то игровом персонаже.

– Здесь было открыто, вот мы и вошли, – оправдывался одноклассник.

Действительно, по-своему уникальное место… Где еще представитель дворянского рода стал бы оправдываться перед служанкой, пусть даже и чужой!

– Это я вижу, – глянула на него довольно высокая и немолодая женщина лет пятидесяти. Она была выше даже его нового знакомого, который в свою очередь возвышался над Кимом на полголовы.

– Я думал, вы будете только вечером, – заметил Глеб.

– Просто я закончила свои дела раньше… Так что ты здесь делаешь? – не позволила она увести себя с темы.

– Показываю новенькому особняк… – это было похоже на оправдание.

– Это я тоже вижу… – Ее взгляд сместился на Кима. – Так значит, это ты новенький? Уже разместился в комнате?

– Скажите, а в этой комнате нельзя разместиться? – неожиданно спросил ее Ким.

Он ожидал услышать отказ, но вместо этого она пожала плечами:

– Почему бы и нет! Это такая же комната, как и остальные на этом этаже.

– А мне сюда вы запрещаете заходить, – в голосе Глеба проскользнула обида.

– Конечно… – глянула на него главный смотритель этого места. – Не хватало мне, чтобы разрушитель иллюзий уничтожил уникальный артефакт, созданный прошлым жильцом этой комнаты! Надеюсь, ты не коснулся камина? – подняла она строгий взгляд на Глеба.

– Нет, конечно… – возмутился тот. – Я что, маленький?

– Так ты еще можешь снимать иллюзии, а не только их распознавать? – заметил Юрий. – Неплохое умение…

– Бесполезное, – снова отрезал тот, дав понять всем своим видом, что не желает это обсуждать.

– Можешь остаться в этом месте, но при условии… – продолжила тем временем Антонина Павловна. – Одно из правил этого места – каждый проводит уборку в своем жилище самостоятельно… Проверять я буду лично. Находящиеся на стеллажах книги – это в основном справочники, они должны оставаться на своих местах… Но ты хорошо подумал? В других комнатах присутствуют удобства, такие как душ и туалет. А тут тебе придется ходить в конец коридора, туда, где находятся общие туалет и ванная.

– Ничего страшного, – заверил ее Ким. – Меня все устраивает…

– Ну, хорошо, это теперь твоя комната… Но если этот парень, – кивнула она на Глеба, – что-нибудь здесь натворит, спрашивать буду с тебя.

* * *

Процедура въезда в комнату оказалась до безобразия простой. Получить две упаковки чистого постельного белья и пару покрывал у Антонины Павловны – вот и вся процедура. Из своих вещей у Кима были только полученная учебная форма и пакет с теми вещами, что были на нем по прибытии. Благо завтра выходной и он сможет сходить домой за остальными необходимыми на первое время вещами. Никто их здесь взаперти держать не собирается, и поэтому в выходные дни перемещение не ограничено, чем многие учащиеся и пользуются. Многие на выходные возвращаются домой. Тот же Глеб уже сегодня собирался навестить родных и уже ушел, оставив Кима одного обустраиваться в своей новой комнате, где и делать было нечего. В этой комнате совсем недавно убирались, поэтому здесь было довольно чисто.

От нечего делать, оставшись один, Юра начал просматривать книги на стеллажах. И действительно, большее место здесь занимали справочники и энциклопедии. Художественная литература тоже присутствовала, но ее было очень мало. Всего одна книжная полка.

«Интересно, кто же раньше жил в этой комнате? – задумчиво провел он кончиками пальцев по корешкам книг. – Должно быть, интересный был человек…»

Ким остановился напротив окна. Всего в сотне метрах от их особняка, превращенного в общежитие, стоял еще один, но даже на взгляд он выглядел гораздо старше того, в котором поселили парня. Возможно, это такое же общежитие, как и у них. В этом месте он уже ничему не удивлялся. Правильно говорят об академии: это отдельный город внутри города. Теперь он в этом наглядно убедился.

Побыть долго одному не удалось.

– А почему я не знала об этом месте? – этот голос, как и его обладательницу, нельзя было назвать приятными для него. Общения с этой девушкой ему сегодня за глаза хватило. Мысленно он отнес ее к категории проблем-ных.

– А ты что здесь делаешь? – Ким мрачно глянул на стоящую в дверях Вику.

– Ты словно и не рад меня видеть, – особо расстроенной этим фактом девушка не выглядела. – Вообще-то я здесь тоже живу, этажом ниже.

– Вот радость привалила… Насчет твоего клуба… – начало было он, но его остановили.

– Договор есть договор, – заявила она. – Ты же не нарушишь данного слова?

– Не нарушу…

Против факта не попрешь… Он действительно дал ей слово. Сам выставил условие. И почему-то уже был этому не рад.

– Классное местечко! – в запале она повела рукой, задев тяжелое кресло.

Ким замер, глядя на отлетевшее, как пушинка кресло, которое теперь лежало метрах в трех от него.

– Ой, прости… Я нечаянно!

Его глаза готовы были выпасть из орбит, а челюсть – шлепнуться о пол, когда она легко подняла упавшее кресло и поставила на место, словно оно ничего не весило.

– А ты сильная, – только и смог выговорить он, а про себя добавил: «Не завидую твоему парню… если такой герой найдется, конечно».

– Ага… Ты не первый, кто мне это говорит… Такова моя природная способность… – скромно призналась она и добавила с сожалением: – Постоянно приходится контролировать себя, чтобы что-нибудь не сломать… Ах да, что я пришла-то… Там всех на ужин зовут. Пошли, а то Антонина Павловна будет ругаться… Не любит она, когда опаздывают, считает, что все должны есть вместе.

* * *

Если не обращать внимания на отсутствие звезд на потемневшем небосклоне, ночь в этом месте наступала так же, как и за его пределами. Но в Артуре Ким видел уличные огни только в центре города (в крепостных районах освещены были только подъезды домов и перекрестки дорог и улиц), а здесь свет был везде. Двор дома, дорожка, бегущая через лес, сопровождаемая цепочкой огней, – из своего окна он мог видеть только это, и все же это сильно отличалось от виденного им ранее. Вот только дом напротив не был освещен. В нем даже окна не горели. По крайней мере с той стороны, которую Ким мог видеть. Может быть, там и не жил никто, но это парня не особо интересовало. Закрыв дверь в комнату, чтобы, не дай бог, ему не помешали, он стоял у чердачного, круглого окна, задумчиво разглядывая вид за окном.

Снова ему вспомнился тот кавказец, пришедший в класс в начале четвертого урока. Почему-то этот мужчина никак не желал выходить у Кима из головы. Все же где-то и когда-то он его уже встречал. Вот только память, можно сказать, впервые в жизни его подводила, не давая точного ответа на этот вопрос. Такого с ним не происходило с самого детства, со времен детского дома.

Стоп! Детдом… Ким нахмурился. Ему показалось, что он наконец-то зацепился за ниточку, ведущую его к нужному ответу. Что-то было связано с его детством… Ну конечно! Немудрено, что он сразу и не смог вспомнить. Их единственная встреча произошла в детском доме аж двенадцать лет назад. Да и встречей это назвать было трудно. Ким видел этого человека меньше минуты, в обществе заведующей детского дома.

Вряд ли это должно представлять для него интерес. Мало ли зачем Лаврентий Павлович тогда приходил туда…

Отойдя от окна, Ким сел в позу лотоса у камина. Для того что он собирался сделать, не было нужды так садиться, просто ему так было удобно.

Выставив обе руки ладонями кверху, парень сосредоточился и сразу же почувствовал холодок, пробежавший по спине – там, где была чешуя. Над правой открытой ладонью появился закрученный в шар снежный вихрь. Почти сразу поток тепла прогнал холодок, и над другой ладонью образовался огненный шар.

Это и была его сила. Сила двух стихий.

Но не это было его главной тайной, которую он тщательно скрывал.

Ким начал сводить ладони, пока огонь и стужа не соприкоснулись. А что происходило в этом случае, нетрудно догадаться. Попробуйте добавить воду на раскаленную сковородку. Облако пара, которое можно было назвать и кусочком тумана, не рассеялась, а начало принимать форму, и…

– Мяу! – И белая кошечка потерлась о его бедро, запрыгнула на колени и потянулась к его ладоням, требуя ласки, которую тут же и получила.

– Ласка! Я приготовил тебе рыбки… – поглаживая любимицу, мысленно сказал он. Рядом с ним действительно обнаружилась тарелка с жареной рыбкой, оставленной им с ужина. Но игривая кошечка не спешила брать угощение, продолжая требовать ласки и урча от удовольствия. В эти секунды он пожалел, что не может показать тем, кто называет Туманных Котов кровожадными монстрами, свою ласкающуюся любимицу.

– Как там наши? – спросил он ее, почесывая за ушком.

– Братик за ними присматривает, со своей кошечкой… – услышал он ответ Ласки. (У Туманных Котов все почти как у людей. Родственные чувства у них преобладают, и они сохраняются всю жизнь). – Не беспокойся… никто их не обидит.

Ким рад был это слышать.

Насладившись лаской, кошечка не забыла и о своем лакомстве. Принялась за рыбку. Наблюдать за ней было сущим удовольствием. Она с грацией аристократки отделяла тушку от костей и поглощала небольшими кусочками. А вот косточки почему-то не любит – оставляет их лежать на тарелке.

Пока она утоляла свой голод, Ким протянул руку и достал прямо из ниоткуда вороненый ствол автоматического пистолета, с емкостью двухрядного магазина на двадцать патронов калибром 9 миллиметров. Это оружие было способно стрелять как одиночными патронами, так и очередями. Он умел с ним обращаться. Выщелкнул магазин, не спеша, но уверенно разобрал пистолет, после чего начал его чистку и смазку. Давно уже хотел этим заняться, но все руки не доходили. Закончил чистку, снова собрал, проверил, после чего вставил обратно магазин и передернул затвор и поставил на предохранитель.

Ему нравился этот пистолет, только, насколько он знал, ни в одной армии мира не было индивидуального оружия такого калибра. Например, все та же российская имперская армия до сих пор использует для пистолетов калибр патронов 7,62 миллиметра и только начала экспериментировать с другими. Оружие, которое держал в руках Ким, выпускала в ограниченном количестве одна малоизвестная частная оружейная фирма здесь на полуострове. Она находилась в одном из фортов крепостей, что недалеко от границы тумана. Если внимательно присмотреться к пистолету, что лежал перед Кимом, то можно было увидеть обозначение на ствольной коробке ЛГ2146, потом шел знак со звездой в центре и номер 1954. Можно было предположить, что это был не номер, а год, вот только АПС (автоматический пистолет Судаева) производили штучно и только под заказ последние двадцать лет. И если это был не год выпуска, тогда что?

Этот пистолет Киму достался от человека, которого он привык называть Отшельник – тоже довольно таинственный его знакомый… И сейчас парень достал оружие из так называемого пространственного кармана – места, где он хранил кое-какие свои вещи, которые не следовало показывать остальным.

– Ласка, мне надо встретиться с Отшельником. Передай ему, что это очень важно и что у меня появилась возможность выполнить его давнюю просьбу, – произнес Ким.

На мгновение кошечка оторвалась от своего лакомства и совершенно человеческим движением кивнула ему. Когда-то Отшельник серьезно пообещал познакомить его с одним интересным человеком, при условии, если Юра когда-нибудь поступит в Академию.

– Очень интересная женщина. В любом случае я вас когда-нибудь познакомлю, – пообещал Отшельник тогда…

Вернув ствол обратно в пространственный карман, Ким откинулся на спину, заложил руки за голову. Этот день выдался слишком насыщенным, и он порядком устал, и хотел спать. А дела… можно отложить все до завтра.

* * *

Способности Кима: элементы огня и льда. Владеет способностью быстрого перемещения, известного как темпо. Ограниченная телепатия.

Основное умение: призыватель (редкая способность, о которой не существует информации).

Подспособности (то, что не считается способностью в полном смысле слова и определяется как побочное явление его основного умения): абсолютная память; контроль окружающего пространства (умеет замечать и запоминать самые незначительные детали окружающей обстановки); обладание личным пространственным карманом (достигается за счет владения определенным артефактом, в данном случае это перстень, с которым Кима нашли на пороге детского дома – внешней ценностью не обладает, сделан из обычной меди, Ким обычно его носит в кармане, не на виду, и в нашей истории упоминать о нем не было необходимости до самого конца первой части).

Часть 2. Беспокойные выходные. Двое за стеной

Как обычно, в эту ночь она сидела в темноте, одна во всем доме, отстраненно глядя в окно. Еще с обеда все слуги покинули дом, и до завтрашнего вечера они не вернутся. Так происходило из года в год вот уже на протяжении шестнадцати лет. Всего один день в году она доставала старые фотографии из дальнего ящика комода, расставляя их по кругу. Она ни о чем не говорила с ними и не поднимала тосты, а просто молча, небольшими порциями, всю ночь пила, даже зная о том, что утром ей будет плохо – слишком плохо на ней сказывался алкоголь.

В центре была самая большая фотография, с которой смотрел пожилой человек с доброй ласковой улыбкой. Это был основатель академии и ее любимый дедушка. На фотографии, что справа, чуть поменьше размером, была утонченная леди. Она унаследовала от своего отца ту же добрую улыбку и ласковый взгляд. Ее сильная и любимая мама!.. Говорят, в детстве она больше напоминала мальчишку-сорванца, чем утонченную леди, дралась и играла в футбол с другими мальчишками, была любимицей и любимой… Отец смотрел с фотографии слева, его взгляд был строгий и пронизывающий, но он навсегда сохранился в ее памяти смеющимся и весело подбрасывающим ее к потолку мужчиной. Ей никогда не было страшно – ведь она всегда знала, что он непременно поймает ее. Она унаследовала белизну своего лица от отца. На самой маленькой фотографии были она сама и годовалый малыш, ее брат. У брата был такой же серьезный взгляд, как и у их отца, светлые-пшеничные волосы и темно-серые глаза.

Это была вся ее погибшая в одночасье семья. Тела отца и дедушки похоронены здесь же, в семейном склепе. А вот тела младшего брата и матери так и не были найдены, хотя в их гибели сомнения не было. Были свидетели, которые видели, как в дом, куда забежали мама с младшим братом на руках, ворвалась стая алых волков. Позже в том доме были найдены фрагменты человеческих тел…

Был еще дядя, о судьбе которого она так толком ничего и не узнала. Он тоже исчез сразу после той ночи.

Сегодня был ее день скорби. И весь персонал знал, что в этот день ее лучше не беспокоить.

* * *

Сон! Снова сон…

Город, довольно большой… И главное, он китайский. И его никогда не существовало… Все надписи здесь на китайском, и жители тоже сплошные китайцы – в этой толпе не видно ни одного европейского лица.

Что же это за город такой? Ким в жизни не видел настолько высоких домов, упирающихся в небо. В Артуре самые высокие здания не превышали двадцати этажей. А здесь они были намного выше – даже на первый взгляд не меньше пятидесяти этажей, а некоторые и того больше.

А сколько здесь людей! Невероятное зрелище! Такого количества китайцев он никогда в жизни не видел. Их здесь были миллионы! Толпы людей на улицах, занятые своими делами, идущие в сплошном потоке людской массы. В Артуре никогда не увидишь на улице разом столько народу. Даже в праздники толпы меньше.

А машины! Откуда здесь столько машин? От их количества и разнообразия даже глазам больно. Улицы буквально забиты ими. Едут в обе стороны теми же сплошными потоками, соблюдая минимальное расстояние между собой. Уж такого зрелища ему в Артуре действительно никогда не увидеть. В их городе много машин, но не столько, как в этом странном сне. Да и их дорожные улицы намного меньше, чем те, что он видел в несуществующем китайском городе. Зато у них очень хорошо развит городской транспорт, не создавая проблем с перемещением граждан. В Артуре существовало более сотни монорельсовых маршрутов, во все концы города. Плюс к этому трамвайные линии… А вот с метро, в городе не заладилось. Были проекты, но их так и не реализовали…

А это что? Он о таких самолетах только слышал, но никогда не видел их вживую. Всему виной все то же пресловутое влияние Туманной Зоны: в непосредственной близости от нее большинство навигационных приборов начинает вести себя как-то неправильно и появляются перебои со связью, что само по себе довольно небезопасно. Поэтому и не летают в город лайнеры гражданских авиалиний. Слишком опасным и непредсказуемым может получиться такой полет. Поэтому аэропорт используется в основном для приема армейских военных бортов, и только в дневное время. Но и это событие довольно редкое для города.

Какая громадина! А это, значит, вертолеты? А не слишком их много над этим городом? В небе их было столько, что в глазах рябить начало. В Артуре он никогда ничего похожего не видел.

И небо!.. Такого ясного и чистого неба в этой жизни ему еще не доводилось видеть…

Внезапная рябь перед глазами и смена сюжета. Знакомая комната с телевизором, журнальным столиком и двумя креслами. «А в прошлый раз разве не одно здесь было?» – подумал он. «А где старик?» – тут же встрепенулся Ким, оглядываясь.

– А ты сюда, смотрю, зачастил, – услышал он голос из-за спины. – Это уже второй раз будет.

Ким обернулся и спросил старика:

– Кто вы?

Он видел, как у того открылся рот, и…

– Мяу! – услышал он протяжный звук.

Потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что это не старик сказал, а послышался нежный голосок Ласки…

* * *

Второй этаж, так называемая женская территория, мало чем отличался от этажа мальчиков. Такие же комнаты, в таком же стиле оформленные. Ни розовых обоев, ничего такого, что выделяло бы их на фоне остальных комнат, но проживание девушек все же вносило некоторые дополнительные элементы во внутреннее убранство. Например, в комнате Айки были цветы и мягкие игрушки. Она обожала их, и они были здесь повсюду. Еще она любила сочетание розового и белого цветов. Конечно, об этой ее черте знали только проживающие вместе с ней девушки – сестры Лирит, Алиса и Олеся, и неизменная свита Айки, Тина Кеш, из-за цвета своих волос, бледной кожи и интересного строения зубов прозванная Вампиршей, и Вика Сонина. Пять девушек, живущие в одном месте. Разные по характерам, но вполне неплохо уживающиеся на одном этаже особняка.

Не было еще и семи утра, когда спящую Айку разбудило вторжение в ее комнату обеих сестер-близняшек.

– Чего вы в такую рань поднялись? – окинула их сонным взглядом серебровласая девушка. – И куда это вы так вырядились? – добавила она, заметив, что обе сестры одеты хоть и в привычно одинаковые, но так, как обычно одеваются на выход за пределы академии: на обеих бежевые брючные костюмы.

– Сегодня у бабушки юбилей… Ровно семьдесят лет, – пояснила Олеся. – Вот мы и собрались ее навестить…

Сон Айки словно рукой сняло.

– Я с вами! – вскакивая с кровати, заявила она За всеми этими событиями последних дней она успела совершенно забыть об этой знаменательной дате.

Для сестер Лирит это была родная и любимая бабушка, но Айке старая женщина, работавшая экономкой в ее семье, заменила маму и папу, вместе взятых. Всю жизнь она с одинаковой любовью заботилась как о родных внучках, так и о юной госпоже, рано потерявшей родителей и оставшейся на попечении вечно занятого старшего брата.

Она оставила свою службу только после того, как ее девочки поступили в академию четыре года назад. С тех пор она жила в одном из многоквартирных домов крепостного района, наотрез отказавшись от отдельного домика на улице, прилегающей к аристократическому кварталу, недалеко от родового поместья Алановых. Хотя ее брат и уговаривал. Даже просил никуда не переезжать.

– …Ну, мы в этом нисколько и не сомневались, поэтому и зашли тебя разбудить, – рассмеявшись, нагло заявила Алиса.

– К тому же бабуля очень расстроится, если ты не придешь, – добавила Олеся. – Она и брата твоего приглашала… Но не думаю, что он появится. Он ведь всегда занят на своей работе.

– Злые вы обе, – на лице Айки появилась показушная обида, которую ей не удалось удержать больше пяти секунд. – Дайте мне десять минут… – сказала она, соскакивая с кровати.

Заявление о десяти минутах было сильно оптимистическим: на умывание, причесывание и одевание Айке понадобилось полтора часа.

– Я готова! – заявила серебровласая, отворачиваясь от зеркала. В отличие от сестер, она предпочла обычные джинсы и водолазку с капюшоном.

– Ты под кого косишь, дитя улиц? – скептически оглядела ее с ног до головы старшая из сестер, особенно задержав взгляд на искусственно дранном колене.

– Сама ты дура! Мне так удобнее, – теперь уже обида Айки была вполне натуральной.

– Да ладно вам, – постаралась не дать разгореться ссоре Олеся, прекрасно зная, что обе могут спорить по этому поводу бесконечно долго. Желание Айки одеваться как можно проще всегда наталкивалось на неудовольствие Алисы, которая считала, что та должна всегда соответствовать своему положению, даже одеждой.

Когда они наконец-то появились в коридоре, то застали буквально выползающую из своей комнаты сонную Вику. Чрезмерно активная весь световой день брюнетка любила хорошо и долго поспать. Вот и сейчас она больше походила на героиню из фильма ужасов, чем на живого человека. Волосы взлохмачены, глаза закрыты – казалось, она просто спит стоя. Но стоило появиться трем девушкам, как один из ее глаз чуть приоткрылся, обвел мутным взором всю компанию. Звучно зевнула, и сонный голос без особого интереса спросил:

– Вы это куда в такую рань?

– В город… – глянула на нее Айка. – Может быть, тебе лучше пойти еще поспать? – предложила ей девушка из жалости.

В ответ голова Вики качнулась, и пряди волос упали ей прямо на лицо.

– Нет!.. Нельзя! – И, держась за стену, Вика направилась в сторону общей ванной. Душ, что был в ее комнате, девушка по каким-то своим причинам терпеть не могла и начисто игнорировала. – Лиса будет ругать, если я опоздаю…

Теперь стала понятна причина ее поистине героического утреннего подъема. Обычно в выходные ее до обеда невозможно было поднять с кровати. Какой бы разгильдяйкой Вика порой ни была, а человеком она была крайне ответственным, и сегодня собиралась пойти на дополнительные занятия, которые ей назначила их классная и по совместительству учитель английского языка.

– Тогда удачи тебе, – сочувственно глянула ей вслед подруга.

На первом этаже, за просмотром утренних газет, что регулярно доставляли к ним, развалившись на диване в привольной позе, находилась другая их соседка по этажу, Тина. В отличие от Вики и остальных, она всегда была ранней птичкой. Порой даже казалось, что она спала всего пару часов ночью, так как ложилась всегда позже всех и вставала раньше.

– Кого ты собралась на этот раз соблазнить своим видом? – заметила Олеся, намекая на ее позу и откровенный наряд. – Неужто на новенького нацелилась? – предположила она.

– Расслабься, дорогуша… Душевному состоянию наших мальчиков ничто не угрожает, – оторвалась от газеты Тина, – так как последний из них еще утром сбежал куда-то по своим делам в город… А соблазнять его – глупая трата времени… Я его не интересую. – Она всегда быстро теряла интерес к мальчикам, которые ею не интересовались. – Так что Глеб – это моя единственная потенциальная жертва, а его, увы, со вчерашнего вечера нема…

Если Айку и удивило ранее отсутствие парня, то внешне это никак не проявилось. Она не обязана была следить за чужими перемещениями вне учебного времени. Тем более, насколько она помнила, Ким явился в академию совсем без вещей.

– Мы ушли! – от дверей оглянувшись, крикнула Олеся, покинув особняк последней. Если присмотреться, можно было увидеть небольшое утолщение на ее боку. Утолщение под одеждой от скрытой под одеждой кобуры. Все же они были не только подругами Айки, а еще и ее телохранителями.

* * *

Нарушив тишину раннего утра, к воротам старого особняка, вынырнув из-за угла дома, подкатил армейский «хищник». Бронемашина, сделав резкий разворот, остановилась в нескольких метрах от входа. Большая часть морпехов, пользуясь предоставленной возможностью, покинула прокуренный салон армейского автомобиля. А вот Тимофей несколько замешкался, вытаскивая две тяжелые сетки с продуктами, что он прикупил в круглосуточном магазине, подумав, что немного подарков и продуктов не помешает.

Видя это, Стас шагнул к нему и протянул руку.

– Давай помогу, – предложил свою помощь. – Наконец у меня будет повод увидеть твою ненаглядную вживую.

Тим скосил на него недовольный взгляд, но от предложенной помощи отказываться не стал. Разделив ношу пополам, оба приятеля начали свой нелегкий путь сквозь заросли сада к центральному входу дома.

Когда им удалось выбраться ко входу, то, вопреки ожидаемому, их уже ждали самозваная хозяйка особняка беглого купца и ее двое охранников в лице близнецов. Особенно воинственным выглядел мальчишк, с черенком от лопаты в руках.

Стас, видя эту картину, дурашливо упал на колени, умоляющи сложил руки, и несмотря на тот факт, что за спиной у него болтался автомат, запричитал:

– Не губи меня, добрый господин! Я тебе еще пригожусь…

Мальчишка как-то весь покраснел, смущенно спрятал за спину свою палку, а вот его сестра ехидно засмеялась. Даже Рейчел чуть улыбнулась.

– Не ждала тебя так рано… – произнесла она Тиму. – Познакомишь меня со своим другом?

Но тот и сам это мог сделать… Да еще как! Щелкнул каблуками армейских ботинок, учтиво поклонился и припал губами к тыльной стороне ладони Ри.

– Стас! Для всех дам просто Стас… Я восхищен!.. Тим столько о вас рассказывал.

– Даже так, – приподняла она бровь. – Право, даже не знаю, как на это реагировать, – перевела девушка взгляд на покрасневшего Тима.

– Только положительное, – заверил ее Стас.

– Я так поняла, это нам? – кивнула Ри на сетки и повернулась к близнецам: – Артур, Лариса…

– Ну что вы, мадмуазель… какой гусар заставит детей таскать тяжести! – отбирая вторую сетку у Тима, поклонился Стас уже маленькой девочке. – Юная госпожа, не откажете проводить старого солдата на кухню?

Лариса снова хихикнула, смутилась, но не отказалась. Прежде чем шагнуть следом, он наклонился и что-то шепнул ее брату на ушко, от чего у того даже глаза засверкали и он тоже заспешил за сестрой.

Проводив их взглядом, Рейчел с той же полуулыбкой обернулась к Тимофею.

– Забавный у тебя друг. Так ловко оставил нас наедине… Гусар!

– Балабол и… бабник, каких свет не видывал, – с досадой произнес Тим. – Мы сегодня в патруле на целый день… – добавил он, чтобы только не молчать. Не знал он, о чем с ней говорить.

– Тим, что происходит?.. – неожиданно серьезно глянула на него Ри. – Раньше в этом районе не только патрулей, полицию никогда не видели… А сейчас…

– Сам знаю не много, – честно признался он. – Нам приказали, и мы выполняем… Говорят, что какая-та крупная компания хочет построить здесь завод. Какой, не знаю…

– А люди, что здесь живут?.. – настороженно глянула на друга детства.

– Ри, ну правда, я не знаю! Сама подумай, кто же будет на эту тему говорить с обычным сержантом? – искренне пожал плечами Тим.

* * *

Было еще темно, когда Ким покинул академию.

Рано утром его разбудило громкое мяуканье. Ласка устроила игрище со своим котом, выбрав для этого его комнату. Интересное зрелище для человека, проснувшегося поутру и увидевшего по обе стороны от себя двух здоровенных котов разной цветовой гаммы: чисто серебристая, как утренний иней, кошечка и тоже серебристый, только с оттенком черного, кот. Они заняли почти все свободное пространство его комнаты и при этом буравили друг друга взглядами, мяукая. Незнающий человек подумал бы, что они вот-вот сцепятся. Но Ким, всю жизнь проживший в соседстве с этими существами, знал, что они таким образом выражают свою симпатию друг другу.

– А ну брысь отсюда! – раздраженно велел он обоим, коту и кошке. – Шли бы вы к себе в Туман развлекаться… Ласка, я кому сказал!

На мгновение его комнату заволокло туманом, и все пропало. В кои-то веки его послушались. Можно было предположить, что в ближайшие сутки или двое он свою кошечку не увидит, если уж объявился ее гулящий дружок. Так всегда происходило, стоило тому появиться рядом с ней. Ким до сих пор понять не мог, как он ее везде находит?

– Устроили здесь шашни, – проворчал напоследок Ким, покидая постель. Спать уже не хотелось, а значит, можно было заняться и своими делами.

У порталов проверили его пропуск, но задерживать или как-нибудь еще препятствовать покинуть академию не стали. Вообще не проявили к нему особого интереса. Но несмотря на желание быстрее попасть домой, сначала он направился в свою старую школу, чтобы утрясти все вопросы со своим переводом. Что-то его все же смущала та поспешность, с которой из одной школы его перевели в другую.

По субботам в его старой школе уроков тоже не проводили, но он прекрасно знал, что директора каждый шестой день всегда можно найти на своем рабочем месте. К тому же, как правило, с раннего утра. Такой уж он человек – без работы и дня не мыслит. С того дня, как и шестнадцать лет назад он потерял всю свою семью, школа и ученики стали его единственной семьей.

Школа находилась в Южном крепостном районе. Это сразу за южным центром и районом богачей. Последний район Ким не любил и по этой причине предпочел обойти его по периметру, не заходя на его территорию. Были у него на то свои веские причины, о которых и вспоминать неприятно. Ведь в районе богачей порядок поддерживают не обычные полицейские, а некая частная служба. А у Кима с ребятами из этой службы пару лет назад произошел конфликт. Вроде бы без серьезных последствий, но с тех пор парень старался держаться от них подальше – береженого бог бережет. Кто их знает, затаили они на него обиду или нет…

С тех пор как власти занялись очередной перестройкой района, добраться до старой школы стало несколько проблематично. Шустрые небольшие трамвайчики сильно выручали жителей города, но прямой их маршрут был изменен, и юноше пришлось покинуть уютный вагон за два квартала до нужной ему остановки.

Еще одна проблема заключалась в том, что путь до школы пролегал через старые застройки еще того старого Порт-Артура. Узкие улицы и не совсем благоприятный район. Через этот район уже начали прокладывать новую ветку монорельсовой дороги, но строительство шло не особо ударными темпами, с большими задержками, вызванными чрезмерной застройкой района старыми, не соответствующими нынешним нормам безопасности и прочности зданиями. Из-за этого проект постоянно перекраивали и меняли. Поговаривали, что его вообще намереваются свернуть и заморозить из-за нехватки средств. Об этом говорят, сколько он себя помнил, уже со дня начала реализации проекта, однако тот хоть с большим скрежетом, но все еще продолжался. Пока только по центру, но уже запущены были двенадцать из сорока проектных станций по всему городу. Правда, поговаривали, что первоначальный проект включал в себя аж восемьдесят наземных станций, двадцать из которых должны были находиться за чертой города. Ведь за стеной тоже жили люди, и их было немало, вот только городские об этом порой забывали…

Вообще, Артур можно было назвать городом контрастов. Хоть он сильно «сопротивлялся», но постепенно и он начинал разрастаться не только вширь, но и ввысь. Особенно это было заметно в районах, что были ближе к морю: современный бизнес и торговые центры. Офисные здания крупных компаний, работающих на полуострове. Современные дороги и просто невероятное количество всевозможных магазинов. Не зря же первых девять станций монорельсовой дороги запустили именно там. Да и первое движение монорельсовых поездов было открыто именно в прибрежных районах.

Да и просто с дорогами та же фигня. Чем дальше от центра, тем их меньше и их ширина уже… А в некоторых старых районах даже и таких дорог не было. Именно по этой причине маленькие и юркие трамвайчики были настолько популярны среди горожан. Их размер и небольшая железнодорожная колея делали их просто незаменимыми.

Логично было бы предположить, что и кварталы знати должны были расположиться где-нибудь поблизости от этих районов. Но они наоборот прижались ближе к стене, спрятавшись среди крепостных городских районов, подальше от суеты.

Та же история и с правительственным кварталом, где располагалась большая часть представительств зарубежных государств.

Отсюда и упомянутые контрасты. Современные многоэтажные районы мало чем отличались от таких же районов в крупных мировых городах. В близком соседстве с постройками конца прошлого века и еще более древних районов, которых почти не коснулись дары цивилизации.

Несколько парней, перегородив переулок, ржали на всю улицу. Не то чтобы они Киму особо мешали – он бы на них вообще внимания не обратил, места обойти их ему хватало. Но один из парней шутливо оттолкнул другого, и тот качнулся на проходящего мимо Кима. Конечно, Юры он даже не коснулся – тот ловко увернулся из-под него и пошел дальше.

– О! Смотрите, какая смазливая мордашка… – заметил его кто-то из парней. – Ты мальчик или все же девочка?

Ким даже не оглянулся. Затевать скандал желания не было. Вот только, чувствуя свое превосходство, буйная компания парней не хотела отпускать его просто так.

– А может, стоит проверить, что у него в штанах? – кто-то грубо схватил его за плечо. – Есть ли у него шарики?

Вот почему каждый придурок так и норовит пройтись по его внешности?

Ким стал оборачиваться, сохраняя на лице вежливую полуулыбку, и время словно застыло для него. Такое происходило всякий раз, когда он начинал ускоряться. Тот, что хватанул его за плечо, даже понять ничего не успел, только почувствовал, как на его плечо легла рука парня, а дальше он уже стоял в крайне неудобной позе, почти носом в землю. Рука, что только что лежала на плече смазливого парня, неестественно вывернулась вверх… Почувствовав резкую боль в локте, парень заорал дурным голосом, а затем полетел мордой в землю. Все произошло настолько быстро, что его приятели не успели даже прекратить смеяться. А нога Кима уже соприкоснулась с животом другого парня, и того вынесло на остальных. Как кегли, по которым попадает мяч, тех пораскидывало в разные стороны.

– Еще вопросы будут? – выпрямился Ким: сама учтивость и вежливость, даже выражение лица не изменилось.

– Нет вопросов… – с трудом проговорил самый понятливый из лежащих на земле парней, не отводя взгляда от приятеля, катающегося по земле со сломанной рукой.

– Вот и отлично, – удовлетворенно кивнул Ким. – Друг ваш так неудачно упал… «Скорую», что ли, для него вызовите… – и пошел дальше.

Через минуту он уже забыл о происшедшем. Было бы чего запоминать! Такое с ним постоянно происходило.

А еще через полчаса он уже входил на территорию своей прежней школы. На воротах его никто не остановил: не того калибра школа, чтобы позволить себе нанимать охранников. Нет, она не напоминала притон и не была изгаженной. Все было чисто и опрятно. И хулиганов здесь было не больше, чем в других подобных школах.

Кабинет директора был на первом этаже. В пустых коридорах Ким встретил пару знакомых учителей, вежливо поздоровался и пошел дальше. Те и не пытались его остановить. Можно предположить, что многие еще и не догадываются, что он здесь больше не учится.

Вот и нужный ему кабинет. Простая, крашенная темно-синей краской деревянная дверь с простой табличкой: «Директор». Сколько Ким себя помнит, ее ни разу не обновляли.

Парень осторожно постучал.

– Да-да… войдите… – послышался немного надтреснутый немолодой голос. Старый директор сильно сдал в последние годы. Юноша слышал даже, что тому уже подыскали замену и это его последний учебный год в этом статусе.

Директор, как всегда, был на своем рабочем месте. Перед ним лежала стопка документов, которую он изучал.

– А, Ким… зашел проведать старика! – обрадовался он, увидев парня. – Проходи, присаживайся… И как тебе в новой школе? – Этим вопросом он снял некоторую часть сомнений Юрки. – Я, честно говоря, опасался, что курьер тебя не найдет… Сам узнал о принятом решении только в четверг, перед самом концом уроков, но почтальон заверил меня, что знает, где тебя искать.

«Значит, директор в курсе, – заключил Ким. – Уже легче».

– Вот как раз по этому поводу я и хотел с вами поговорить, – произнес парень, присаживаясь в предложенное кресло.

– А что не так? – насторожился директор, даже очки свои надел, которые обычно старался реже показывать при своих учениках.

– Как-то слишком все быстро и внезапно произошло, – заметил парень и спросил: – Вы сами так не считаете?

– Ну, я бы уж так и не сказал, что быстро, – возразил на это директор. – Обычно Ирина эти вопросы решает куда быстрее. – Кима как-то резануло это простое обращение: видимо, директор хорошо знал ректора академии. – Мне пришлось полгода документы на этот перевод готовить, – признался старик, чем сильно удивил Кима. Для него это стало откровением и новостью. – Даже для моих учеников она не делает исключения… Хотя пару раз она организовала переводы вообще в один день. Как сейчас помню… Ой, прости, – спохватился он.

– Вы готовили документы? – осторожно переспросил он. Ему даже показалось, что он ослышался. Крайне неожиданная новость.

– Ты мой лучший ученик в школе, – пояснил директор. – С твоими возможностями тебе надо развиваться дальше. Но в программе нашей школы это сделать невозможно. Поэтому я отправил запрос Ирине Александровне Малышевой о твоем переводе. А потом полгода согласовывал детали, оформлял и собирал нужные для этого документы… Знаешь, у них еще та бюрократия в этом плане, – пожаловался.

– Но почему мне вы ни слова об этом не сказали? – все еще растерянно спросил Ким.

– Говорить о том, что еще только в проекте, это не мой подход к делу, – улыбнулся директор. – Ким, мальчик мой, ты же меня знаешь… До самого последнего момента было не до конца ясно, что выйдет из моей затеи. Бывали случаи, когда и отказывали. Правда, когда все решилось… Не ожидал, что тебе уже на следующий день после того, как были готовы соответствующие документы, предложат приступить к занятиям на новом месте.

Теперь для Кима многое стало понятным.

– Благодарю вас, Георгий Владимирович! – с чувством произнес он, действительно оценив такую заботу о себе. – Я не знаю, как вас отблагодарить за это!

– Достаточно будет простого спасибо! – на лице старого человека появилась добрая улыбка.

– Спасибо! – искренне улыбнулся юноша в ответ. Повинуясь мимолетному порыву, он встал навстречу своему бывшему школьному учителю и директору и с чувством обнял его.

* * *

Рискнувший назвать этого человека фанатиком прожил бы ровно столько, сколько бы потребовалось Рею, чтобы достать изогнутый нож. Рей Ли ни в коем случае не считал себя фанатиком. Он бы заявил, что является верноподданным Империи Восходящего солнца, почитающего императора и его семью, и при этом нисколечко бы не соврал. Он обожал императора и поклонялся ему, и готов был без колебаний выполнить любой его приказ. Поэтому даже убивая – а убивал он часто, – он делал это во имя империи и императора. Но сама ирония заключалась в том, что Рей не был японцем по рождению. Еще ребенком его забрали из Кореи и переправили в метрополию, где он получил свое новое имя, забыв о старом. Теперь он считал себя чуть ли не потомком легендарных самураев. И даже сам любил называть себя самураем.

Его команду только недавно переправили из самой метрополии на Ляодунский полуостров, в ненавистный ему Артур. Ведь Рей Ли считал, что этот полуостров весь без остатка по праву должен принадлежать империи Восходящего солнца и ее императору, а Россия не имеет никаких прав на эти земли. Но еще больше он ненавидел японцев, проживающих на этих землях. Тех, кто по-прежнему зовет себя японцами, но по сути предали империю и вполне довольны своей участью второсортных людей. Они уже не почитали императора как отца нации и только внешне оставались похожими на жителей Японии. Чтили древние традиции, но уже были другими. Их Рей ненавидел лютой ненавистью, называл отребьем и готов был убивать даже без приказа. Как эту выжившую из ума старуху, чье мертвое тело сейчас лежало у его ног. И она еще смела называть себя верноподданной Великого императора! До последнего она не желала сообщить ему необходимую информацию. Подумать только, она посмела плюнуть ему в лицо, когда он пришел к ней за нужной для него информацией! Но под конец она все же сломалась. И немудрено: даже более сильные люди плакали перед ним, как малые дети, валяясь в ногах. Рей в совершенстве владел искусством причинять людям боль.

Но надо признать, сопротивлялась старуха дольше, чем некоторые до нее. И все же в конце многое ему рассказала о своих воспитанниках. Жаль, что умерла слишком быстро. Однако главное он все же узнал. То, что может помочь ему продвинуться выше по карьерной лестнице в Шина-ка.

Обтерев испачканные руки чистым полотенцем, кореец покинул подсобку, плотно закрыв за собой дверь. Этот снимаемый частный дом находился на самом краю крепостного района, что было удобно и неудобно одновременно. Неудобно тем, что здесь плохо действовала связь. Станций связи мало, близость Тумана доставляла многим живущим поблизости одни только проблемы.

Взять хотя бы ту же связь. Обычные телефоны ломались больше обычного. Связь постоянно пропадала, и невозможно было никуда нормально дозвониться. Обычные же передатчики – неважно, где их выпустили и как бы их производитель ни нахваливал – работали не лучше, если даже не хуже. И это распространялось не только на связь, но и на любую сложную технику. Невозможно было использовать авиацию, чьи навигационные приборы выходили из строя и ломались. По этой причине здесь не особо часто увидишь вертолеты и самолеты. Нет, конечно, здесь было можно было использовать самую простейшую авиационную технику, без сложных приборов, но крайне опасно…

А в чем заключалось удобство – это в том, что здесь они не привлекали к себе никакого внимания. Живущим в этом районе было просто наплевать на них.

Поднявшись по лестнице, Рей вышел в коридор, а уж оттуда попал в комнату, где собралось большинство его подчиненных. При появлении старшего неспешный разговор прервался, и в наступившей тишине два десятка пар глаз внимательно уставились на него в ожидании.

– Значит так, – сделав паузу, довольно произнес Ли. – Наша основная цель определилась… Это некий Юрий Ким, – он даже поморщился, произнося это глупое для парня имя. – Возраст семнадцать лет. Отличительная черта – альбинос… Внешне похож на девчонку. Учится в общеобразовательной школе в Южном крепостном районе. Надо найти его… Пойдете вы двое, – указал Рей на двоих ближайших к нему. – В школе должна быть информация об этом парне. Теперь основное. Брать только живым. Используйте препарат, чтобы быстро обезвредить его… Парень не должен пострадать. Вряд ли, не используя свои способности, он сможет оказать какое-либо сопротивление. Поэтому не доводите до этого, как тогда, с тем огневым мальчиком, – напомнил старший всем недавний случай: тогда они потеряли двоих, включая и объект охоты. – Из-за вашей глупости мы потеряли ценный кадр… Что у нас с местными? – переключился он на другую тему.

– Мы вышли на контакт с нашими «спящими агентами». Кое-какая шпана тоже не прочь подзаработать, – произнес сидящий с краю совершенно лысый японец.

– Хорошо, используйте их по возможности, – удовлетворенно кивнул Рей.

– Что еще, что мы должны знать о том парне? – это спросил у главного набравшийся смелости один из тех двоих, которых направили в школу.

– Все, что надо, я вам сказал, – отрезал Ли. Посвящать остальных в то, что он узнал от старухи, он был не намерен. За такого найденыша ему светит нехилая награда. Таких, как этот парень, во всем мире единицы. В Империи таких вообще нет ни одного. До сегодняшнего дня Рей даже не догадывался, что существует кто-то, кто способен призвать монстров тумана и повелевать ими.

– Слишком размытое описание, – осторожно заметил другой.

– Не думаю, что здесь много парней-альбиносов, похожих на противоположный пол… Вот и раздобудьте в школе его фото, – отмахнулся от них Ли.

Его команда его сильно раздражала. «Доставим такой ценный кадр в метрополию, и меня ждет хорошая награда! – довольно подумал Рей Ли, уже мысленно потирая руки. – Меня заметят и повысят… Обязательно так и произойдет».

– Ну, что столпились? – рявкнул он на окружающих, заметив, что те еще чего-то от него ждут. – Марш работать!

– А что известно о его способностях? – уточнил лысый, не сдвинувшись с места. Он единственный остался совершенно спокойным.

– Две стихии: огонь и холод… – все же решил выдать часть известного ему Рей, но скрыв главное. Внутренне почувствовал неприязнь к своему лысому помощнику. Не покидало ощущение, что тот копает под него, чтобы потеснить и занять его место.

– Две стихии… Странное сочетание, – задумчиво произнес помощник командира группы. – Большая редкость среди отмеченных… – Вот только взгляд, которым он наградил своего командира, Рею не понравился.

* * *

Бабуля им сильно обрадовалась. Да по-другому просто и быть не могло.

А вот потом началось…

В ее маленькой квартирке собрались буквально все соседи. Стало очень шумно, даже слишком. Ладно бы только они были здесь ради бабушки, но всем было особенно интересно посмотреть на них троих. Больше всего досталась близняшкам. Русская народная игра – найди десять отличий. Не знающим их с детства бесполезно и стараться, но именно это-то и интересно. А близняшки только и рады подыграть. Даже оделись сегодня одинаково.

Перепало и Айке из-за ее внешности. Некоторые даже начали спорить прямо в ее присутствии, натуральное ли это серебро, или она так просто подкрасилась. Ведь это так модно – косить под отмеченного! Так называемый современный подростковый стиль. И хоть девушка давно уже привыкла ко всякого рода взглядам со спины и по большей части на них не реагировала, но сейчас ей стало даже не по себе от такой бесцеремонности. Айку даже охватила злость. С трудом удалось сдержать себя, не вспылить. Единственное, что удержало ее от этого – это понимание, что люди говорят это не со зла. Да и не хотелось портить праздник.

Но их бабушку здесь любили и уважали. Что неудивительно. Своей добротой и отзывчивостью она всегда умела расположить к себе окружающих людей. Такая уж была у них бабушка. Никогда не могла пройти мимо чужой беды. И люди платили ей тем же.

В самый разгар застолья раздался громкий звонок домашнего телефона. Звук такой резкий, что не проигнорируешь.

На минуту за столом стихло. Бабушка подняла трубку, прижала к уху и сказала традиционное:

– Алло?

– Привет, старая кошелка… Ты еще бегаешь? – Звук у телефона был просто отличный. А в наступившей тишине прозвучало словно громкий крик.

Айка невольно покраснела, узнав голос брата.

– Несносный мальчишка, – нисколько не обиделась бабуля, а наоборот, даже заулыбалась. – Почему ты еще не за моим столом, мелкий негодяй?

– Не такой уже и мелкий… Баб, прости, – Айке показалось, что в голосе брата прозвучало сожаление. – Работы выше крыши… Совершенно не могу к тебе вырваться, даже на пару минут, но подарок я тебе уже отправил.

– Тебе надо хоть немного больше уделять времени себе, – пожурила его бабуля. – Не нашел себе еще невесту?

– Я однолюб, баб, – печаль в голосе. – И невеста у меня уже есть…

– Знаю… все же приезжай. Найди на меня старую хоть одну минутку… Порадуй старуху.

– Не сегодня… Ты уж меня прости. Но обещаю заскочить на следующей неделе, – пообещал брат. – Айке привет! – И, как часто бывало, он без предупреждения и прощаний отключился.

Постепенно смех и разговоры снова заполнили комнату. Но девушке стало несколько грустно. Стало жалко брата, который так и не отказался от своей бывшей невесты, которая из раза в раз ему отказывает.

Все же находиться в такой шумной компании Айке было трудно и немного непривычно. Пользуясь тем, что все внимание сосредоточено на имениннице, и под предлогом того, что нужно подышать воздухом, она по-тихому выскользнула в коридор, выбралась на лестницу и, спустившись вниз, вышла на улицу.

Это был небогатый, но ухоженный район. Ей здесь вполне нравилось. Здесь лучше, чем в их поместье, куда она в последнее время нечасто захаживает. Что толку там бывать, если брат все время на работе, даже в выходные дни! Да и пустой большой дом Айку порядком угнетал своей музейной атмосферой. Когда братишка как-то раз заикнулся о продаже дома, она ему не возразила.

Дом бабули находился на пересечении двух улиц, рядом с живописным фонтаном, где играли дети и просто отдыхали люди. Именно у этого самого фонтана и расположилась отдохнуть Айка. Решив посидеть минут десять, прежде чем вернуться назад.

Красиво! Действительно красиво. И дело не только в фонтане – их можно увидеть повсеместно, во многих похожих дворах. Но здесь есть цветочные клумбы и аккуратно постриженные кусты, и это создаёт ощущение некого домашнего уюта. И не скажешь, что всего в сотне метров от этого места находятся выселенные кварталы на снос. Вот только сам запланированный снос отлагается из раза в раз. Только слухи множатся от предположений, что будет на этом месте. Одни утверждают, что некая компания собирается строить огромный завод. Другие настаивают, что будет такой же крепостной район.

В какой-то момент ее взгляд выделил из толпы людей фигуру с развевающимися белыми волосами. Ее взгляд скользнул дальше, но остановился и вернулся назад. Действительно Ким! Только у него она видела настолько белые волосы, без каких-либо других цветовых примесей.

Успела увидеть, как он исчезает в переулке, ведущем в район окраины. В тот самый район на снос.

«А туда его чего понесло?» – удивленно подумала она.

Возможно, Айка и не заинтересовалась бы им. Мало ли он зачем забрел в этот район. Ну, идет куда-то по своим делам. Ей-то какое дело? А то, что окраина… так, может, он просто срезает путь, что тоже возможно?

Они находятся за территорией академии, и она не обязана следить за каждым. Но кроме новенького одноклассника она заметила еще двоих человек, которые двигались за ним следом. Идут явно за Кимом, при этом стараются остаться незамеченными. А вот это Айка со своим складом характера уже проигнорировать не могла.

Она огляделась по сторонам. Но как назло, в пределы ее взгляда не попал ни один человек в форме полицейского. Девушка колебалась недолго. Покинув бортик фонтана, устремилась следом за ними. Все же Ким был ее одноклассником… Вдруг ему угрожает опасность?

Думала ли она в тот момент, что сама может попасть в неприятности? Да, пожалуй, нет. Она же видела, что преследователей всего двое, а с двумя она и сама бы легко справилась. Ведь она далеко не тепличная девушка. Брат многому ее научил. Да и Ким, насколько она узнала, мальчик не из простых.

* * *

Ким чуть не столкнулся с этим человеком, когда выходил из школы. Низкорослый холеный японец в белых перчатках. Поначалу Юра даже не обратил на него особого внимания, пройдя дальше. Но, сворачивая за угол и оглянувшись назад (без особой причины, просто так), заметил, что тот смотрит ему вслед. Это его не то чтобы насторожило, но немного обеспокоило. Он часто становился объектом внимания из-за своей внешности и, пожалуй, не придал бы инциденту внимания, если бы не внимательный взгляд японца. Тот смотрел так, словно знает Кима. Хотя среди своих знакомых Юра никого похожего на этого человека не припомнил. А на память свою, как и сами можете догадаться, парень никогда не жаловался. Если и подводила, то нечасто.

Может быть, именно по этой причине он свернул на повороте в другую сторону и прошел мимо стеклянной витрины магазин, в отражении которой он увидел того же японца, на почтительном расстоянии идущего следом. И он был не один… Другой японец шел по другой стороне улицы.

А вот это уже не могло не насторожить парня. «Этим еще что от меня надо?» – подумал он. Не конфликтовал он ни с кем из китайской и тем более из японской диаспор, и такое внимание к своей персоне ему очень не понравилось. Поэтому он снова свернул на другую оживленную улицу с витринами магазинов. Эти двое все так же шли за ним. Теперь он уже не сомневался в том, что его преследуют. Вот только оставалось понять, с какой целью и как ему быть? Обратиться к полицейским или попросту попытаться сбежать? Первый вариант вызывал в нем негативные чувства из-за его предвзятого отношения к полиции…

Ким перешел дорогу и снова свернул на другую улицу. Прошел метров триста и снова повернул, теперь уже назад. Но пройдя всего пару десятков метров, юркнул в переулок.

На какое-то время парочка, идущая за ним, пропала. Но они снова появились, когда он вышел на пересечение двух улиц около какой-то небольшой площади. Теперь они явно ускорились, поняв, что он их заметил. Ким тоже ускорился и свернул в еще один переулок, уходя с оживленной улицы, легко перепрыгнув деревянный забор, что перегородил ему проход. Для его целей район под снос был более чем подходящим. Случайные люди здесь не ходят. А те, кто ходит, в полицию не побегут и вообще сделают вид, что ничего не видели.

Пройдя метров сто, повернув за очередной угол, юноша остановился, прижался спиною к стене в терпеливом ожидании преследователей. Он уже понял, что от них ему просто так не отделаться.

От идеи убежать, не разобравшись, в чем дело, он, подумав, отказался. Не любил он оставлять нерешенными проблемы. По крайней мере, он сможет выяснить, что им от него надо.

Был ли он самоуверен?.. Ну, если только чуть-чуть. Раньше же ему удавалось как-то справиться с такими проблемами.

Ждать пришлось недолго. Те появились буквально через несколько секунд. Увидев Кима, несколько тормознули.

– Вы так настойчиво меня преследуете, что я решил все же спросить вас… – вежливо улыбнулся Юра. – Вам что-то нужно? – уточнил он, не повышая тона.

Один, тот, что в перчатках, сразу потянулся к карману. А вот другой ему все же ответил:

– Если сам пойдешь с нами, избежишь неприятных моментов и получишь ответы на все свои вопросы…

– Вынужден отказаться… – отрицательно качнул головой парень. – Мне мама в детстве говорила не ходить с незнакомыми дяденьками… Да вы мне и не нравитесь.

– Ну тогда тебе будет чуть больно. – А вот это уже угроза.

– Посмотрим… – спокойно ответил парень.

Ким резко ускорился. Он словно размазался по воздуху, и первый его удар пришелся по типу в перчатках. Не стоило ему тянуться к чему-то под одеждой. Из-за этого удар получился несколько сильнее, чем Юра хотел. Японца буквально впечатало в стену, и на землю тот уже осел мешком с костями, без внешних признаком недавней бодрости. Не убит, конечно, но и легко вряд ли отделался, судя по хрусту ломающихся костей. А ведь Ким хотел только легонько его стукнуть, чтобы потом иметь возможность задать пару вопросов.

Все же трудно ему было в режиме ускорения рассчитывать силу удара. Никто его не обучал и до всего приходилось доходить своим умом.

А вот второй оказался резвым. Он тоже вошел в темпо и постарался применить на парне свои познания в карате. Ким же карате не владел. Некому было его этому обучать. Но впечатление на него боевой японский стиль не произвел. Все же его оппонент сильно уступал ему в скорости, и уже после второго удара составил компанию своему напарнику.

Юрка чертыхнулся.

Слегка перенервничал, и вот результат. И все из-за того, что его насторожили действия того первого, что сунулся в свой карман. Теперь вопросы задавать стало некому. Оба не в том состоянии, чтобы отвечать на вопросы, и сомнительно, что в ближайшее время смогут это сделать. И тут в полный рост встала дилемма: оставить все как есть и остаться в неведении насчет причины такого внимания к себе или забрать того, кто меньше пострадал, с собой и все же озвучить свои вопросы… но позже.

Кстати, тот, что отвечал, явно говорил с сильным акцентом, вспомнил Ким, нагибаясь над телами. Такой акцент характерен для приезжего, а не для жителя здешних мест.

Сначала проверил того, что в перчатках. Вопреки ожидаемому, в его кармане он обнаружил не оружие, как ожидал, а медицинский пневмошприц, заряженный иглой.

Что это, Ким был без понятия, но решил взять с собой. Еще он нашел довольно навороченную модель сотового телефона. Раньше у него ничего подобного не было. Хотя что это тазна, он знал и, как все мальчишки, интересовался новинками. А это была новинка немецкой фирмы «Сименс», которая в Европе находится в списке самых востребованных моделей. Конечно, появился соблазн оставить его себе, ведь здесь такую модель может позволить себе не каждый. Не потому что она дорогая. Просто чем сложнее телефон, чем больше в нем функций, тем меньше он здесь работает: от четырех до шести месяцев. Стоит ли лишний раз упоминать, что все дело в Тумане и в его воздействии на сложную технику, из-за чего она выходит из строя чаще обычного.

Появление еще одного человека не застало Кима врасплох. Торопливые шаги он услышал загодя. Успел спрятать в карманы своей куртки и шприц, и телефон. Но из-за угла появился не еще один преследователь, а знакомая ему Айка.

Тут-то он и удивился, что ли… Вот кого-кого, а ее он не ожидал здесь встретить. Но вряд ли эти парни были с ней, и своим следующим вопросом она это сама подтвердила.

– И что ты здесь творишь? – окинув взглядом место побоища, строго спросил она. – Кто эти люди?..

Айка уже поняла, что помогать надо не однокласснику, а его незадачливым преследователям. А сначала совсем забыла, что он мальчик не слабый и может сам за себя неплохо постоять.

– Не поверишь, – с некоторым ехидством, но в вежливой форме ответил он, подымаясь. – Они как-то забыли мне представиться… Такие невоспитанные! Ты представляешь, сразу же драться полезли.

– Не прикидывайся дурачком! – явно разозлилась на него девушка. – Зачем они шли за тобой? Ты что-то натворил?

«А ведь не спрашивает, за что я их избил, что самое интересное», – подумал он и уже вполне обоснованно возмутился:

– Почему я должен обязательно быть в чем-то виноват? Да я правда не знаю, кто они и что они от меня хотели, – заверил он ее со всей своей искренностью. – Сам их впервые полчаса назад увидел.

– Вот так просто незнакомые люди преследовать кого-либо не стали бы, – не поверила она. – Что-то ты им сделал…

Логика, однако, и не поспоришь… И как ее убедить в обратном? Вот не думал он, что придется оправдываться в том, чего не делал.

– Послушай, я действительно не знаю, кто они, – снова терпеливо повторил он. – И не понимаю, зачем они меня преследовали.

– В таком случае надо вызвать полицию.

А вот от такой идеи он был явно не в восторге. Вот уж с кем ему связываться не хотелось, так это с ребятами в форме. Но прежде чем он смог придумать убедительный довод, почему так лучше не делать, события продолжили развиваться не в том направлении, в котором хотелось.

Ким краем зрения заметил человека, появившегося на противоположной стороне улицы. Тот вскнул руку… Юра инстинктивно схватил Айку, толкнул ее в сторону и сместился сам.

– Какого!.. – возмутилась Айка, еще не понимая, что происходит. Но на том месте, где недавно была она, что-то звякнуло об стену и отлетело в сторону. Возмущение так и осталось невысказанным, и девушка начала понимать, что происходит что-то нехорошее. А Ким уже вытолкнул ее за угол и побежал следом. И снова что-то звякнуло об стену, где мгновение назад был уже он.

В них самым настоящим образом стреляли. И стреляли из чего-то бесшумного. И это уже не выглядело шуткой. Ким ощущал легкое смятение и растерянность. Раньше ему в такую ситуацию попадать как-то не доводилось. Да что происходит? Кто и за что на него так ополчился?

Угол дома еще не гарантирует им полную безопасность. Тем более с другого конца улицы, отрезая их от крепостного квартала, откуда они пришли, появляются еще люди и спешат к ним. А этим ещё что надо от нас? Друзья или враги?

И ответ не заставил себя долго ждать.

– Стоять на месте! – закричал им кто-то, но добился обратного эффекта. Юра за руку потянул Айку за собой и побежал прочь, заставляя бежать и ее. Что-то не нравятся новые гости, ну никак не похожие на полицейских, да и к тому же с тяжелыми предметами в руках. И как назло, этот переулок, куда они были вынуждены свернуть, уводил их только глубже в этот район. И соответственно помощи им здесь получить было не от кого.

Всему виной предыдущее, как оказывается, не совсем продуманное решение Кима, разобраться с двумя преследователями… тихо и по-быстрому. Кто же знал, что все так получится. Надо было тогда держаться оживленных улиц. Но теперь об этом уже как-то поздно жалеть.

– Зачем мы бежим? – крикнула ему утянутая парнем, словно буксиром, девушка.

Туго до нее доходит. Это и понятно: не дитя улиц, выросла в районе, где хулиганам и взяться-то неоткуда.

– Хочешь остаться и пообщаться с ними? – на ходу поинтересовался Юра, тем не менее не собираясь отпускать ее руку. Все же одноклассница. Если что с ней произойдет, век себе не простит.

Если поначалу он думал, что те двое его с кем-то перепутали (ну да, у него нетипичная внешность, немного, но чем черт не шутит), то теперь он в этом сильно сомневался. Хотя до сих пор не мог понять, кому он так успел напакостить, что его решили… того… убить.

Айка оглянулась назад. Вид агрессивно настроенных парней с тяжелыми предметами в руках прибавил ей резвости. Она даже успела порадовалась тому факту, что предпочла удобные босоножки элегантным туфелькам.

– Что им от тебя надо? – перефразировала она свой вопрос. Поражала ее настойчивость даже в такой ситуации. Да еще это выглядело несколько нелепо. Нелеп сам факт продолжающегося допроса, когда за ними гонится явно агрессивно настроенная толпа.

Согласно всесильному закону подлости, узкая улочка старого квартала все дальше уводила их в глубь района окраины, к району отчуждения… И свернуть с него из-за тесной и плотной застройки не представлялось возможным.

К несчастью, все эти районы появились уже после возникновения Туманной зоны, в первые годы ее существования. Построены они были беженцами, теми, кому удалось спастись. Тогда для них было даже подходящее название – не для беженцев, конечно, а для этих построен – трущоы, хаотичное нагромождение строений, зачастую построенных с нарушением всех норм строительства.

– Я уже тебе сотни раз говорил, не знаю, кто они…

С другого конца появилась еще группа людей, наподобие той, что приближалась с тыла. А вот это уже нехорошо. За спиной человек пять, и дорогу им преграждают трое. Свернуть некуда. В те щели между домами даже ребенок не протиснется, не говоря уже о взрослом.

– Не останавливайся! – крикнул он, отпуская руку девушки. – Беги прямо…

Ким ускорился почти до предела своих возможностей, так что показалось, что даже мир перед ним замер и застыл. Почти невероятная скорость, но… человеческое тело просто не в состоянии выдержать подобные нагрузки. Сам Ким мог продержаться так без особого вреда для себя не больше пяти секунд. Десять секунд, и легких травм не избежать. А если больше, то дай бог оказаться рядом высококомпетентному врачу, что сможет спасти его.

Но ему хватило всего двух секунд. Застывшие манекены людей не могли оказать Киму достойного сопротивления. Он бил их, как обычные груши, наносил удары, не сдерживая силы. При таком ускорении даже и не стоило пытаться этого делать.

На взгляд Айки, сразу после слов «беги прямо» парень на секунду-другую исчез и появился уже среди внезапно разлетающихся по сторонам, тех, что преградили им путь впереди. Как всегда, внешне спокойный, вот только капельки пота, стекающие вниз по лицу, выдавали, что этот рывок ему дался нелегко. Да и дыхание у него было прерывистым и сбитым.

Пробегая мимо, она сама ухватила его за руку и дернула за собой. Какое-то время ей даже пришлось тянуть парня за собой, но спустя несколько секунд он выровнялся и побежал рядом.

Если бы Ким был один, то что бы он сделал? Можно было призвать Ласку, и… Он оглянулся назад. «Нет, наверное, это уже слишком», – с сомнением подумал он.

– Туда! – девушка указала ему на уходящее в сторону ответвление от их переулка. Узкий проход, где по двое двигаться было трудно. Поэтому Ким пустил вперед Айку, а сам прикрыл ее со спины.

Впереди поворот. Девушка шустро нырнула за угол. Ким за ней. Преследователи отстали от них метров на двадцать.

Еще одно пересечение двух переулков. И снова она сворачивает, а он за ней. Видимо, она пытается таким образом запутать тех, кто за ними. Но внезапно она останавливается, и он чуть не налетает на нее.

– Что? – вопросительно глядит он на нее.

Вместо ответа она поворачивается к нему, берет за руку.

– Доверься мне. – слышит он, и они оказываются в каком-то полутемном, захламленном месте, уже далеко не на улице.

«Телепортация… – запоздало догадывается Ким. – Вот, значит, каким полезным свойством обладает наша принцесса…» Действительно полезным!

Крысы прыснули из-под ног, но она даже не дернулась, а только сильнее прижалась к нему. Он даже зауважал ее за это. В чем в чем, а в смелости ей не откажешь. Много бы девчонок в такой же ситуации смогли бы сохранить самообладание и не запаниковать?

«Может, стоит достать свой ствол… Сейчас самое время», – неожиданно подумалось ему. Но глянув на девушку, передумал. Это, как и в случае с Лаской. Когда не стоит демонстрировать лишний раз то, что он может. – Постараемся пока обойти без крайних мер, решил он. Ведь это в некотором роде его тайна. Особенно все, что касается Ласки. Трудно представить, что будет, если о его способности призывателя туманных котов станет известно.

А тем временем снаружи происходило вот что.

– Куда они делись?.. – произнёс голос с характерным украинским выговором, указывающим на то, что его обладатель не из местных или проживает в Артуре не так давно.

– Ищите, они не должны были далеко уйти, – послышался другой голос.

– Там посмотрите…

Кто-то дернул дверь, за которой они стояли, но та не поддалась. Неудивительно, ведь она была заколочена с той стороны. И тот, кто дёргал, видел это – просто проверял на всякий случай.

– Здесь небезопасно, – шепнул Ким Айке на ухо.

Девушка только кивнула на это. Когда она осторожно стала переступать следом за ним, то чуть не оступилась, но он удержал ее, не дав упасть.

Из этого места, превращенного в свалку всякого хлама, они попали в подъезд заброшенного дома. Судя по его состоянию, этот дом был заброшен еще до полного выселения района, что произошло пару лет назад. Деревянные перила давно уже сгнили, и всюду царили плесень и сырость.

Да семнадцатого года прошлого века Артур еще носил свое старое название. Тогда он сильно, раза в четыре разросся в своих размерах. К тому времени строения по несколько раз были перестроены и именно тогда определился нынешний лик города, С которым вот уже какое поколение градоначальников ведут безуспешный бой.

Несколько раз трущобы попадали под туманный выброс и после каждого отстраивались заново. Но в пятьдесят шестом году очередной выброс унес жизни почти тридцати тысячи человек, после чего трущобы начали стремительно пустеть. Все, кто мог, перебирались в более защищенные городские районы, которые позже назовут крепостными. Ну а заброшенные и покинутые районы окончательно приобрели статус районов отчуждения.

Вот такой была краткая история этих мест.

– Ким, ты точно им ничего такого не делал? – чуть громче спросила парня Айка, серьезно глядя на него небесно-синими глазами.

Вот ведь заладила…

– Клянусь! Первый раз их сегодня встретил… – не отводя своего взгляда, в который раз повторил он.

– Тогда не понимаю, зачем они тебя преследуют? – Цвет её глаз сменился на карий. – В любом случае это ненормально и надо сообщить полиции.

Ну, и это он уже слышал… И как и ранее, своего мнения о полиции он не изменил. Но, словно догадавшись, о чем он думает, принцесса улыбнулась краешком губ.

– Не беспокойся… я уже поняла, что ты с ними не в ладах… – заверила она его. – Тебе не придется с ними общаться… этим займусь я.

Дай-то бог!..

– Жаль, телефон у бабули оставила, – сожалением вздохнула Айка. Что это за бабуля такая, Ким, конечно, не знал, но уточнять не стал.

Телефон?!

Он полез в карман, протянул ей тот, который подобрал ранее.

– Может быть, этот сойдет? – спросил он.

– О! Классная модель… – обрадовалась девушка, выхватывая телефон из его рук. – Не новая, конечно… но более надежная и удобное расположения меню… А какой код разблокировки? – выжидательно глянула она на парня.

– Код? – переспросил он. – Какой код? – Ну не было у него никогда настолько навороченного телефона…

– Стоп! – пристальный карий взгляд. – Не твой? Тогда чей?

– Да я у одного из этих подобрал, – признался Ким.

– Украл, что ли?.. – Её взгляд посерел.

– Почему сразу украл?! – это обвинение даже задело Кима. – Тот в карман потянулся, и диалог не получился… Вот и хотел понять, кто они такие будут… Вот еще, – вытащил пневмошприц. – Это было у него в кармане.

Айка брать его в руки не стала, но взгляд ее снова посинел.

– Странно это все, – глянула она на одноклассника. – Похоже на какой-то препарат… Пожалуй, тут не в полицию надо обращаться, а братику звонить.

«А кто у нас брат?» – захотелось спросить парню, но вслух он этого говорить не стал. Почему-то инстинктивно почувствовал, что ответ ему не понравится. Действительно, в такой ситуации светить ствол и звать Ласку – неразумная идея…

* * *

– Дебилы! Сволочи! – Рей Ли был просто в ярости. Если бы его провинившиеся исполнители сейчас были перед ним, то, пожалуй, это были бы последние минуты их жизни. – Вы не смогли справиться с каким-то подростком, упустив его… Вы все некомпетентные ублюдки, если допустили такую оплошность… Вам только у старушек на рынке кошельки тырить!

– Просто неприятное стечение обстоятельств, – возразил на это его ближайший помощник, тот самый лысый японец. В отличие от шефа, он сохранял полную невозмутимость. Он вообще редко когда проявлял заметные внешние эмоции. – Мы не планировали, так скоро его встретить. Поэтому столкнувшись у школы с парнем, соответствующим описанию, они приняли решение проследить за ним, до его дома. Когда они мне позвонили, я одобрил их действия, послав еще наших людей в указанный район… Со слов Тору, они не приближались к нему слишком близко, держали разумную дистанцию, но в какой-то момент они поняли, что он их заметил. Более того, он попытался их запутать на улице и скрыться. Нашим сотрудникам с трудом удалось не потерять его… Лично я считаю, им следовало сразу же прекратить его преследование и вернуться в школу, чтобы получить о нем больше информации, – заметил он все с тем же восточным спокойствием. – Уже тот факт, что он обнаружил обученных преследователей, говорит о том, что парень соответствующим образом кем-то тренирован.

– Это твое мнение, – чуть успокоился Ли. Им овладела острая досада от сознания того, что та ведьма, старуха, все же его обманула. Если можно было ее воскресить и убить снова, он бы так и сделал, да при этом постарался бы, чтобы она помучилась подольше. Видимо, она много чего ему «забыла» рассказать.

– Это мое мнение, – согласился лысый. – Но Тору решил иначе. Увидев, что объект свернул с оживленной улицы в узкий переулок между домами, он решил произвести его захват, посчитав это удобной возможностью… Вот только все произошло иначе, объект и не думал от них убегать, а сам напал на наших людей. Где и выяснилось, что он владеет «темпо» на довольно высоком уровне. В результате Тору решился на ампулы с препаратом и средства связи… Не подоспей туда Ито, все могло закончиться еще хуже. Объект оказался там не один… Вместе с ним была какая-то отмеченная, определенно со способностями. Их разговора из-за расстояния он услышать не мог, но по тому, как она себя вела с ним, Ито решил, что именно она принимает решения… Поэтому я предполагаю, что этот парень находится в сфере деятельности местных спецслужб или криминальной группировки… Дальнейшие события показывают, что мое предположение верно.

«Возможно, он не так уж и не прав в своем заключении, – задумался Ли. – Почему я сам не подумал о том, что обладающий способностью к призыву не может быть сам по себе! А ведь это вполне возможно. Вот только вряд ли это спецслужбы. Скорее здесь второй вариант… он под крышей криминала. Удачно, что первыми на место подоспели не наши люди, а местная гопота, нанятая за деньги одним из «спящих агентов». Поэтому с нами связать их не смогут. Во время преследования их загнали в пустующий район окраины, где и потеряли… А до этого произошло еще одно столкновение, где объект за секунду справился с тремя сразу. При этом двое получили сильнейшие травмы, а третий скончался от силы приложенного удара. Но местных не жалко… Все равно, если так обстоят дела, от них придется избавляться»

– Твои предложения? – решил прислушаться к мнению опытного помощника.

– Проблема в том, как я сказал, что Тору лишился своего средства связи, в памяти которого есть много вещей, которые не должны попасть посторонним, и ампулы… – заметил тот. – Либо физическое устранение объекта, пока он не выбрался из того района, либо возможный захват… но не в приоритете. Нам главное сохранить тайну своего присутствия… Я уже распорядился блокировать район всеми нашими. Также наши люди отслеживают перемещение местных правоохранительных служб и их переговоры на полицейских частотах. И пока ничего подозрительного.

– Хорошо… – принял решение Ли. – Если захват невозможен, уничтожить объект.

Досадно, конечно, но помощник прав… Слишком уж прыткий им попался клиент… «Чертова сука!» – с нескрываемой досадой подумал о мертвой японке. Так захотелось ее еще раз убить…

* * *

…А кто у нас брат? А брат у нас глава местного отделения СИБ. Предупреждать надо… Вот примерно такие мысли бродили у него в голове, после того как он услышал о брате Айки. И снова это навязчивое чувство дежавю. Не слишком часто оно стало его посещать?

Осторожно выглянув в окно второго этажа, Ким никого не заметил снаружи. Видимо, преследователи решили, что потеряли их где-то в переулках, и решили вернуться.

Почему они не стали проверять рядом стоящие здания?

Причину этого Юра видел только в том, что большинство окон первых этажей пустующих домов, как и входы в них, были замурованы или закрыты на крепкие замки. Да и мало их было, чтобы проверять каждый дом. Конечно, они осмотрели все доступные закрытые двери, убедившись, что их давно не открывали, и многие запоры просто проржавели от времени. Подергали некоторые двери и, убедившись в бесперспективности затеи, оставили ее. Похоже, они и сами не верили в то, что беглецы могут скрываться в одном из домов. Ну что же, вполне логично… Ким бы и сам так подумал, будь они обычными людьми, без способностей.

– Похоже, все чисто, – тихо сказал парень. – Подождем еще или попробуем проскочить?

Темы, кем работает ее старший брат, он старательно избегал.

Айка тоже выглянула в окно, глянула на улицу, прежде чем ответить ему.

– Давай еще подождём. Расскажи мне все с самого начала, – попросила она, прислонившись спиной к стене в стороне от окна.

– Послушай, я же уже тебе не раз говорил, – терпеливо произнес Ким.

Она точно сестра своего брата… Такая же заноза. Хотя лично он с ее братом не встречался, но слышал о нем всякое. И не уверен, что хотел бы свести с ним знакомство.

– Я помню… Ты их не знаешь и ничего им не делал, – кивнула она. – Я тебе верю… Поэтому и хочу понять, что происходит… Что ты делал в городе?

– Я навещал свою старую школу, выяснял подробности с моим внезапным переводом, а потом собирался навестить родных, взять кое-какие вещи… Что ты так на меня смотришь? – заметил Ким направленный на него взгляд карих глаз. – Мне вообще-то только в четверг вечером стало известно о моем переводе… Даже мой старый школьный директор был удивлен подобной поспешностью.

– Ладно, с этим понятно… Решения о переводах принимает учебная комиссия академии, а окончательное решением за госпожой директором. Если знать ее манеру вести дела, в этом нет ничего удивительного. Приняв решение, она никогда не затягивает с его исполнением, – пожала плечами Айка. Для нее действительно все было предельно ясно. – Что было дальше?

– Выходя из ворот школы, я и столкнулся с этими людьми… – продолжил Ким. – Позже я заметил, что они за мной следят…

– Часто за тобой следят? – Ее взгляд пожелтел, и в голосе послышалась откровенная ирония. – Не думаю, что обычный ученик смог бы понять, что за ним следят.

– Ну, вообще-то у меня абсолютная память, – напомнил он. – Конечно, я их запомнил. А чуть позже, поняв, что они следуют за мной, конечно, обеспокоился… Все же я не домашний мальчик, а на улицах всякое случается. Вот только никогда с этими двумя я не пересекался ранее… Пожалуй, это все…

– Из того, что ты рассказал, ничего не понятно… – задумчиво произнесла она. – Я видела, как они идут за тобой, и пошла следом.

– Большей глупости ты и придумать не могла… – Теперь ее взгляд стал фиолетовым, и она выглядела обиженной. – Ты мой одноклассник, – отчеканила она. – Конечно, я не могла пройти мимо, когда кто-то из моих знакомых, или друзей попадает в беду.

– Спасибо! – серьезно сказал на это Ким, и, видя недоумение, пояснил: – Спасибо, что считаешь меня своим… знакомым.

Она отвернулась, но он заметилл, как она засмущалась.

– Наверное, уже пойдем, – произнесла она, протягивая ему руку. Секунду смотрит. Он может выпрыгнуть и через окно. Шесть метров для него не проблема, но все же берет ее за руку, и через мгновение оказывается перед домом. Очень интересное ощущение. Да и умение, на его взгляд, полезное.

– А почему бы тебе таким образом не попасть к воротам академии? – спрашивает он, озвучив пришедшую только что мысль. Он слышал, что обладающие этим умением могут перемещаться на большие расстояния.

– Не знаю, что ты там себе навыдумывал, – вот опять ее глаза позеленели. – Но моя сила работает только на коротких расстояниях. И я не знаю никого, кто может телепортироваться больше чем на сотню метров.

Он, конечно, мог и не согласиться с ней. Мог дословно процитировать одну интересную статью, что прочел в одной из газет, по поводу способности телепортации. Мог рассказать и о своем знакомом, тоже владеющем способностью телепортации. Но зачем спорить из-за этого. Наверное, в статье что-то напутали, а знакомого он никогда о его способности не расспрашивал. Уж кто-кто, но девушка рядом с ним должна знать об этом больше его.

– Ладно, – примирительно сказал он, поворачивая назад, к выходу из района. – Позже, надеюсь, просветишь меня на эту тему, а пока нам надо выбраться отсюда…

* * *

Объект уничтожить… К подобному изменению первоначального приказа Ито отнесся равнодушно. Он был простым исполнителем, хорошо обученным исполнителем. К тому же он мог на некоторое время блокировать способности любого отмеченного, в пределах двадцати метров. Поэтому в их команде он считался самым полезным.

И еще он был достаточно сообразительным, чтобы понять главное: эта парочка не могла просто так исчезнуть, а значит они до сих пор где-то здесь. Поэтому, сменив оружие и заняв позицию, он остался терпеливо ждать, будучи уверенным, что они обязательно появятся. Остальных он специально отослал в другие сектора неподалёку, чтобы, во-первых, обмануть беглецов, а во-вторых, перекрыть им пути отхода.

В качестве оружия он предпочел малогабаритный автомат СР-3 «Вихрь», продукт местных оружейников – заполучив себе данный экземпляр, расстаться с ним он уже не смог. Для его работы оружие более чем подходящее: компактное, удобное для скрытого ношения, оснащенное приспособлением для бесшумной стрельбы и высокой скорострельностью. В общем, своим боевым трофеем он был вполне доволен, хотя на память от бывшего владельца этого боевого изделия ему осталась дырочка в плече, теперь уже в виде шрама.

Оружие снято с предохранителя. Затвор передернут. Ито терпеливо ждет. И его ожидание приносит долгожданный результат. Парочка беглецов появляется на улице. Его они видеть не могут, ведь он стоит за углом дома, и стена надежно скрывает его от посторонних взглядов. Мысленно он порадовался свой проницательности. Тому, что правильно просчитал обоих. Теперь нужно дождаться, когда они войдут в зону действия его способности, и закончить начатое дело.

Они близко, и он слышит их негромкий разговор. И понимает, что был неправ в своих первоначальных суждениях. Никакой этот парень не профессионал. Просто немного обученный кем-то подросток. И все это время ему просто везло. А девчонка – его одноклассница, которая просто увидела двоих дебилов, преследующих парня из ее класса. И еще она умеет телепортироваться… Необходимость убивать их отпадает сама собой. Теперь можно вернуться к первоначальному плану.

Парочка пересекла невидимую черту, и…

– Обоим не двигаться… – вышел к ним навстречу Ито. – Даже не думай, пацан… – нехорошо улыбнулся японец, держа застывшую пару на прицеле.

* * *

Кто сказал, что приключения – это весело? Тот, кто сморозил подобную глупость, явно был не в своем уме или никогда не попадал в такую ситуацию, как эта…

Здесь когда-то тоже жили люди. Даже сохранились остатки старых домов. Какая-то деревня стояла здесь еще до времен Смертельного Тумана, она была без защитных сооружений и высоких стен. Сейчас о ней напоминают только местами сохранившиеся куски стен среди зарослей леса.

Здесь когда-то была даже железнодорожная станция, на что указывало довольно капитальное каменное строение. Ещё о ней напоминали разрушенный временем перрон, заросший кустарником и деревьями, и старый паровоз. Если внимательно поискать внизу, можно будет в зарослях колючего кустарника найти и проржавевшие рельсы.

Но затаившемуся в останках старого паровоза наёмнику, по чертам лица которого можно было узнать выходца из южного кавказского региона, было не до поисков старинных артефактов. И тем более ему было не до старой деревни, названия которой уже и не помнил никто.

Все его мысли были заняты тем, как ему выжить, а не стать обедом для голодных алых волков, которые рыскали по округе в его поисках. Отбиться или убежать от них у него не было не единого шанса. В автомате у него осталось чуть больше десяти патронов, а в пистолете, что на груди, всего два. Добавьте к этому разорванную когтями волка правую ногу, наспех замотанную какой-то тряпкой, и его пессимистический настрой становится более чем понятен. Легко быть героем, когда чувствуешь за спиною мощь и поддержку товарищей, а каково быть одному и израненному? И ведь сам остался, чтобы прикрыть отход остальных. Не думал, что так получится. Обычно в таких стаях не больше тридцати особей, а здесь их оказалось не меньше ста. В первый раз он столкнулся с подобной стаей. Ему удалось ускользнуть от них, но это укрытие было более чем ненадежным. Как много времени понадобится волкам, чтобы найти его здесь?

Парню было всего двадцать три года, и умирать ему ой как не хотелось. Вот только от его желания ничего сейчас не зависело.

Какое-то время было тихо. Он не слышал ни волчьего воя, ни других подозрительных звуков. На мгновение его даже посетила надежда, что, возможно, все обошлось и стая ушла дальше.

Осторожно, стараясь не выдать своего местоположения, он выглянул наружу, чтобы убедиться в этом, и увидел, что… Алый волк смотрел прямо на него. Он стоял как раз напротив того места, где таился человек, совершенно безмолвный и неподвижный.

Их глаза встретились. «Вот и все…» – только и подумал парень, потянув к себе автомат. И в этот момент волк прыгнул… Только не на него, а в сторону. Но прежде чем наемник смог объяснить себе необычное поведение волка, мимо него пронеслась какая-то размытая тень, волк с визгом отлетел и остался лежать у каменной стены. Над ним возвышался черно-пепельный кот, туманный кот необычного окраса, самый известный на сегодняшний день и опаснейший хищник тумана.

Вот только он был не один. Оглянувшись назад, наемник увидел еще одного кота, уже обычного серебристого окраса. И этот кот сейчас смотрел прямо на него, стоя всего в нескольких шагах.

– Хорошая киска, – непослушными губами вымолвил мужчина, не отрывая взгляда от кота. Казалось, что животное словно прислушивалось к человеческой речи, а потом фыркнуло. Это была Ласка со своим… другом. Она обнюхала его и прошла мимо. Уже на старом перроне, возле того темного кота, она остановилась, обернулась и громко мяукнула.

«Она что, меня зовет?» – подумал парень. В это было нереально поверить, и все же… Что он терял? Умереть можно и от зубов туманного кота. Правда ли, что говорят про них бывалые наёмники – мол, они на людей первыми не бросаются? «Вот сейчас и узнаю. Если сразу не убил, может, еще и поживу…»

Он с трудом выбрался из паровоза. Боль пронзала при каждом шаге, но он сделал усилие и шагнул в сторону парочки котов. Те, чуть подождав его, словно убедившись, что он следует за ними, не спеша побежали вперед.

Бред… разве такое возможно?

Каждый шаг давался с трудом, но он все же шел, опираясь на автомат, как на костыль. Уже через какое-то время действие последней ампулы обезболивающего окончательно прошло, и его мозг начал заполнять туман… От боли он уже не соображал, куда идет, просто шел вперед.

Шаг. Перед глазами все плывет… Эта боль в ноге, она сводит с ума! Говорят, в слюне алого волка есть какой-то яд…

Он просто шел. И спроси у него, сколько он сделал шагов, вряд ли он бы смог ответить на это. И в какой-то момент он упал и потерял сознание. Так его и нашли его товарищи. Они вот уже час искали его и тех, кто был с ним.

– Серго! – бросился к нему нашедший его наемник. Упав на колени, перевернул на спину и прощупал жилку на шее. – Живой!.. Ребята, он жив!

Конечно, никаких котов рядом с ним они не увидели. Да и сам он, тот, кого назвали Серго, позже не был уверен в том, что коты были. Не было ли это галлюцинацией от помутневшего от боли рассудка?

* * *

У шагнувшего из-за угла человека в руках был малогабаритный автомат «Вихрь». Уж в чем, в чем, а в оружии он разбирался. Было от кого набраться таких знаний. Малогабаритный автомат использовался в основном полицейским спецназом в Артуре и в других безопасных районах полуострова. Наемники, сопровождающие грузы, предпочитали стволы помощнее и покрупнее.

Загородивший им проход тоже был азиатом, как и те, что встречались им до этого. Сильно похож на корейца. Но в первых же словах проскользнул хорошо заметный акцент. Сегодня Ким уже в третий раз слышит этот акцент.

– Обоим не двигаться! – нехорошо улыбаясь, предостерег автоматчик.

Ким шагнул в сторону, закрывая собой девушку.

– Даже не думай, пацан.

Да он и сам уже понял, что по какой-то непонятной причине не может ускориться. А мгновением позже это подтвердила и Айка. Ее рука коснулась его плеча, но ничего не произошло. Что-то блокировало способности обоих, не давая им ими воспользоваться.

– Вышла из-за него, встала рядом, – холодно велел азиат. – Живее!

Ствол автомата недвусмысленно качнулся в сторону, но продолжал смотреть в живот парню.

– Послушайте, это ошибка! – Айка встала рядом, как ей и велели. – Мы ничего не сделали…

– Заткнись! – Холодный взгляд словно резанул ножом. – Оба встали на колени, руки за голову. – Он обошел обоих сбоку, уверенно держа их на прицеле.

– Может быть, все же скажете, что вам от нас надо?

Как и приказано, без резких движений Ким опустился на колени, заведя обе руки за голову. В ситуации, когда его способности отказали, он чувствовал себя бессильным. И это чувство ему не нравилось.

– Заткнись… – снова повторил мужчина. – Позже тебе все объяснят… возможно.

Ким чувствовал, как тот приблизился к нему со спины, но все же сохраняя некоторую дистанцию, не давая юноше шанса на внезапную атаку.

– Заставил же ты побегать за тобой, щенок… – В следующую секунду Ким почувствовал, что что-то прижалось к его спине и толкнуло. – Так будет лучше… – В голосе автоматчика проскользнули довольные нотки. – Поспи пока…

Ким догадался, что ему только что попытались ввести препарат при помощи медицинского шприца-пистолета, близнеца того же, что сейчас лежал у него в кармане. Вот только тот с автоматом явно не знал о некоторых особенностях строения тела парня, о его естественной броне на спине…

Парень почувствовал, как человек со спины стал смещаться в сторону девушки.

– Я взял их обоих… Я там, где вы их потеряли… – услышал Ким его слова, в тот же момент заваливаясь спиной назад, одной рукой хватаясь за ствол автомата и уводя его в сторону, а другой дергая мужчину на себя за руку, лишая того устойчивого равновесия и заваливая вперед.

Сам выскочив из-под него, Юра продолжал тянуть автомат книзу, заставляя противника еще сильнее наклониться вперед, и ударил ногой по его ноге, ускоряя падение. Мужчина, разгадав маневр, отпустил свое оружие, но, падая и потеряв при этом свой телефон, умудрился уклониться в сторону и ударить по руке Кима. В результате оружие отлетело в сторону, но при этом оба они оказались на земле.

На лице Ито выразилось откровенное недоумение. Он не понимал, почему парень еще не вырубился после укола, ведь обычно препарат начинает действовать мгновенно. Но все же японец успел вскочить первым. Все же в таких драках он более опытный противник. Ким еще на земле. Лишенный своей способности ускоряться, он значительно медленнее своего оппонента.

– Не знаю, как, но…

Досказать Ито не успел. В этот момент он снова получил удар, уже от девушки, которую не брал в расчет. Все же Айка с самого детства обучалась рукопашному бою. Брат самолично занимался с ней. Поэтому от удара в спину напавший на них снова потерял равновесие и сделал несколько шагов вперед. И в этот момент его руку перехватил Ким, рывком потянул на себя, вывернул ее до хруста в костях, заставляя японца нагнуться, и ударил коленом в лицо. А сверху обрушился добивающий сильный удар ребром ладони. Снова что-то хрустнуло, на этот раз в шее, и тело Ито упало на землю и замерло. Вряд ли он когда-либо еще сможет встать – сломанные шейные позвонки этому мало способствуют.

Ким, чуть шатаясь, обернулся к Айке.

– Спасибо… – кивнул он ей.

Если бы не ее своевременная помощь, кто знает, чем бы все закончилось…

– Он жив? – Ким заметил новый цвет ее глаз, ярко-золотой. Ее сильно колотит дрожь, и это понятно. Он и сам чувствует себя не в своей тарелке. В такую ситуацию он и сам попадает впервые. С автоматами за ним еще не бегали…

– Да что с ним станется! – Он даже не посмотрел на тело. – Надо убраться отсюда, пока он в себя не пришел…

Парень нагнулся над телом и вытащил из кармана торчащий магазин, который засунул к себе. Дальше обыскивать не стал, ограничился тем, что подобрал с земли автомат за ремень, закинув его на плечо. Глянул на отлетевший в сторону телефон – увы, тот разлетелся на части от удара о мостовую и к использованию не пригоден.

– Пошли. – Ким протянул однокласснице руку. – Скоро здесь появятся те, кого он успел позвать…

Словно специально не хватало именно этих слов. Те, кого Ким только что упомянул, появились с другой стороны улицы. Времени на раздумья не осталось. Юноша схватил все еще пребывающую в некоторой прострации Айку за руку, развернулся в сторону вновь прибывших, дал длинную очередь из автомата вдоль улицы. Вряд ли в кого-либо попал. Он не герой боевика, чтобы стрелять с одной руки, не целясь, и заваливать всех пачками. После первых выстрелов ствол повело кверху. Но это несколько поубавило прыть у появившихся. Лезть под пули желания никто не имел.

А вот ответная стрельба оказалась не по душе уже самому Киму. Но это несколько встряхнуло Айку. Когда в тебя стреляют, это несколько, знаете, отрезвляет. В общем, тащить за собой ее не пришлось.

– Они в нас стреляют, – заскакивая за угол, пожаловалась девушка.

В этот момент, наверное, нужно было ответить что-нибудь ироническое, но Киму было не до смеха, и ничего ироничного в голову не приходило. Он выглянул из-за дома, вставил ствол автомата и дал прицельную очередь, но все так же без результата: расстояние слишком большое.

– Туда! – Юра указал кивком головы на еще один переулок, отходящий от улицы.

Вряд ли они здесь долго смогут отбиваться. Один магазин уже почти пуст, да и второго тоже надолго не хватит.

Айка пошла вперед, не споря с ним. Вообще он искренне поражался выдержке этой девчонки. Другая на ее месте давно бы билась в истерике, но только не она. Достреляв магазин, Ким дернулся следом за ней, в переулок. Происходи эта стрельба в жилом квартале, там давно бы уже была толпа полиции, а здесь даже те, кто мог их здесь слышать, не побегут вызывать полицейских. Районы окраин, да к тому же с «выселенным» населением, давно уже стали местом разборок местных банд и группировок, и кварталы «отчуждения» были незаживающим геморроем у местных властей. А в последнее время появились упорные слухи о том, что эти районы собираются отделять от остального города еще одной защитной стеной. Вроде бы даже средства на это дело городской казной были выделены. Учитывая то, что у руководства обычно ни на что не хватало средств, верилось в такое с трудом, но кто их знает…

* * *

Уютное летнее кафе. Тишь и благодать! Вежливый персонал и хорошая кухня. Просто находясь здесь, ты отдыхаешь душой.

Ему нравилось здесь бывать. Жаль, что сделать это удается нечасто – слишком много работы навалилось на него в последнее время. Да и здесь он сейчас находился только из-за своей работы. Его собеседницей была женщина, которой, казалось, было не больше тридцати лет.

– Удивляюсь, как тебе всегда удается выглядеть чуть за тридцать! – отсалютовал он ей чашкой кофе.

– Оставь свою лесть для наивных дурочек, – мягко улыбнулась ему черноволосая японка, в узких кругах известная как Мозголомка, хотя в еще более узких кругах она известна под другим прозвищем… Он тоже слышал о нем, но ассоциировал его с другим человеком, даже не подозревая, что именно с ней так часто общается в такой непринужденной обстановке.

– Кстати, вот, держи… То, что ты заказывал, – с некоторой брезгливостью передала она ему закрытую коробочку. – Не понимаю, зачем тебе эта гадость… Но это не мое дело. Можешь не отвечать.

Лаврентий Павлович неторопливо выложил перед ней обычный, но довольно пухлый конверт, а коробочку молча опустил во внутренний карман, оставив все без комментария.

– Надеюсь, этого достаточно, дорогая Юми-тян? – с легкой насмешкой глянул он на собеседницу.

– Как был пошляк, таким и остался, – притворно вздохнула она, беря предложенный конверт. – Всегда и все сводишь к деньгам…

Юмико вытащила часть денег и вернула обратно, получив в ответ его удивленный взгляд.

– Я не торгую гадостью… И если бы не знала тебя… – Она помолчала и продолжила говорить уже о другом: – Слова «возможно» и «может быть» из досье своего нового питомца можешь вычеркнуть… – Упоминание о «питомце» вызвало на лице Антадзе выражение некого недовольства, но он все же промолчал, не став перебивать ее. – Парень действительно интересный… – продолжила она с некоторой задумчивостью. – Очень воспитан и не любит на людях демонстрировать свои возможности. По крайней мере, в школе об этом никто и ничего не знает. Вполне разумное поведение, на мой взгляд… Среди одноклассников пользуется неоспоримым авторитетом и уважением учителей. Во внутришкольных конфликтах замечен не был. Популярен у девочек… Сердцеед прямо… – Легкая улыбка. – Конечно, доставшаяся ему внешность играет большую роль, но главное то, что девушки всегда могут на него положиться… Но это, я думаю, ты и сам все знаешь, – хлебнула кофе из чашки. – Теперь то, что твоим выяснить не удалось. О его основных способностях. Ускорение, хорошая память – это все цветочки. Парень маг огня и льда… Как тебе такое сочетание?

Она единственная на его памяти, кто называет отмеченных магами, и он к этому привык настолько, что не обращал внимания. А вот ее последнее заявление произвело на него шокирующее впечатление.

– Ты в этом уверена? – осторожно уточнил Лаврентий Павлович.

Раньше подобного сочетания способностей не встречалось ни у кого. Те, кто мог пользоваться стихией холода, не могли использовать огонь. И наоборот… Как и владеющие способностями темпо не владели способностями стихий.

– Пришлось дважды все перепроверить, – глянула на него поверх чашки Юмико. – Но ошибка исключена… Способностью ускорения он обладал с раннего детства, а предрасположенность к огню и холоду появилась у него в шесть лет. Именно тогда он и побелел…

– То есть? – переспросил Антадзе, не до конца поняв, что она хотела этим сказать.

Ответила она не сразу, сначала спросила:

– Ты в курсе, что он воспитывался в детском доме?

Об этом Антадзе знал. Его детективы хорошо поработали в городских архивах.

– Да, конечно, он там воспитывался вместе со своей старшей сестрой, – кивнул он.

– Я бы на твоем месте обновила штат детективов. Где ты набрал таких лентяев? – иронично спросила его японка. – У мальчика нет родных. А так называемая сестренка такая же сирота, как и он, хотя девочка с доброй душой… Она пострадала во время пожара, случившегося в детском доме. Тогда погибла большая часть всех детей младшей возрастной группы, из-за того что пожар возник в их детском корпусе ночью, во время сна… Кстати, я так и не смогла найти того, кто помог ей оформить опекунство над спасенными детьми. И как вообще получилось, что девушка-инвалид получила права опекуна? Но это не мое дело… И кстати, не твое, – с намеком заявила она. – Не думаю, что нам стоит в это вмешиваться… Как я уже сказала, девочка искренне заботится об этих детях.

– Умеешь же ты меня удивить, – признался Лаврентий Павлович. Не собирался он брать на себя полномочия отдела опеки. Его работа заключается немного в другом. Нет, конечно, он напряжет кого надо из своих, пусть немного посмотрят. Но если все нормально, вмешиваться не станет. – Ладно, что там со способностями парня? – А вот насчет ее совета поменять несколько обленившуюся детективную контору на другую стоит подумать… Как минимум стоит сделать строгое предупреждение на первый раз…

– Как я и сказала, способности к огню и холоду пробудились у него в шесть лет. До этого он был обычным ребенком. А с пробуждением способностей он резко посветлел, почти до белизны.

Но в этом не было ничего странного. Такое часто происходит с отмеченными детьми. Известная ему Айка, княжна Аланова, тоже покрылась серебром не сразу, а годам к семи.

– Архивы детского дома сгорели при пожаре. А в городских об этом нет ни слова… Как ты узнала? – поинтересовался он у японки, хотя ответ и так знал.

– Просто расспросила кое-кого из бывшего персонала того детского дома, – пожала та плечами. – Как видишь, ничего сложного. Немножко поговорила по душам… Старики любят вспоминать прошлое.

– Вообще-то это нарушение существующего закона, – заметил он.

– Так подай на меня в суд, – с улыбкой посоветовала она, не восприняв сказанное всерьез.

– Может, все же передумаешь, и поработаешь на меня? – в который раз без особой надежды предложил он. Он делал это предложение при каждой их новой встрече и неизменно получал разный ответ, но всегда с одним смыслом.

– Ты знаешь мой ответ… – мягко улыбнулась Юми. Ну, другого ответа он и не ждал. Она была, как та кошка, которая гуляет сама по себе. – А я смотрю, ты всецело запал на этого мальчика… – На ее лице появилась ехидная усмешка. – Заинтересовал он тебя…

– Из твоих уст, – поморщился он, словно от зубной боли, – звучит как нечто похабное… Можно было сказать это не так двусмысленно. Например, что меня заинтересовали способности этого мальчика.

– Уже думаешь, как сможешь его использовать? – Ее взгляд изменился, стал более оценивающим, что ли. – Советую тебе сразу же отказаться от этой идеи. Насколько мне удалось узнать, он из категории тех людей, которые не играют по чужим правилам.

– Использовать можно идиота, а умного лучше иметь в союзниках… А парнишка неглупый, если все это время умудрялся водить за нос бюро переписи отмеченных. Ведь в их базе данных он проходит как обладающий довольно слабыми способностями и не требующий пристального контроля… – Его взгляд стал задумчивым. – Использовать… Какое глупое, неточное определение! Ты же знаешь, это не мой стиль! Заводить союзников – такое определение мне больше нравится, – произнес он, откидываясь на стуле. – И именно по этой причине я всегда предлагаю тебе работать на меня, а не пытаюсь заставить.

– Именно по этой причине я тебя до сих пор еще и терплю, – в свою очередь заметила она, нисколько не напуганная переменой в его взгляде. Они действительно знали друг друга слишком давно.

Первым отвел взгляд он. Задумчиво перевел его на занятых своими делами, спешащих мимо их террасы людей. Каждый из них живет своей жизнью, своими проблемами и радостями. Возможно, кого-то из них втемную используют, а кто-то использует кого-то сам. Такова человеческая натура, и ее не изменить.

«Старею!.. Вот так и проходит жизнь», – пришла неожиданная безрадостная мысль, которую он сразу же постарался отогнать.

Внезапно взгляд выделил из толпы двух знакомых ему девушек-близняшек, учениц академии. Обе владели способностью к ускорению на довольно высоком уровне.

Что-то не так… Он сразу отметил, что девушки чем-то сильно обеспокоены. Их взгляды метались по сторонам, словно пытаясь кого-то найти. Кого именно, догадаться было нетрудно, зная о том, в свите какой особы они состоят. Но от осознания этого беспокойство охватило уже самого Антадзе.

– Юми, побудь пока здесь, – вставая из-за стола, попросил он свою спутницу и, жестом остановив дернувшегося было к нему официанта, вышел на улицу с террасы кафе.

– Олеся, Алиса… Что-то произошло, девочки? – окликнул он обеих учениц по имени.

Обе обернулись, и в их взглядах он увидел узнавание и еще более сильное волнение.

– А, господин… – начала одна из девочек, но она не могла вспомнить его имени.

– Лаврентий Павлович Антадзе, – еще раз представился он, сохраняя внешнее спокойствие. – Вам обеим не помешает выпить воды, – пригласил он их войти на террасу.

Другая из девочек отрицательно помотала головой.

– Мы не можем. Нам надо…

– Вам это необходимо, – тверже повторил он. – Заодно расскажете, что произошло… Не стойте на улице, проходите.

Он чуть ли не силой заставил обеих войти под козырек кафе и усадил за стол. Так же почти насильно заставил выпить воды.

– Теперь я вас слушаю… Так что произошло? – спросил он.

– Айка пропала…

Он ожидал, что проблема будет связана с этой девушкой, но все же надеялся услышать другое. Например, что-нибудь о потерянном кошельке.

– Как это произошло? – уточнил он. В других обстоятельствах он бы не особо и обеспокоился, но только не после того, что он узнал от ректора вчера днем.

– Мы были в гостях у нашей бабушки, и Айка сказала, что выйдет немного подышать свежим воздухом, но не вернулась…

– У нее есть телефон? Вы не пробовали ей позвонить? – спросил у обеих.

– Она оставила его дома, – сказала одна из сестер, показывая телефон.

– Во дворе у людей спрашивали? – уточнил.

– Да, ее видели… Она сидела у фонтана, а потом ушла. Но куда, никто не смог сказать, – другая из сестер.

– Понятно… Дайте адрес вашей бабушки. – Антадзе глянул на японку, что внимательно прислушивалась к разговору. – Юми, проводи девушек до ворот в академию. Проследи, чтобы они благополучно добрались.

– Мы будем ее искать! – встрепенулась одна из сестер (кто именно, Алиса или Олеся, он сказать затруднялся, так как совершенно их не различал – все же плохо, что они такие одинаковые).

– Вы пойдете в академию и будете там ее ждать, а поиском займутся специально обученные люди, – не терпящим возражения тоном сказал он.

Он был категоричен, и как-то спорить с ним желание отпало само собой.

– Пойдемте, милые девушки… Этот старикан прав в одном, поиском вашей подруги должны заниматься обученные люди. – Юмико первой поднялась со своего места.

Оставшись один, Лаврентий вытащил свой телефон и сделал первый звонок не куда-нибудь, а в управление СИБ, брату вышеупомянутой пропавшей девушки. Уж кто должен первым об этом узнать, так это он. Мысленно он продолжал надеяться, что вскоре все образуется и девушка сама найдется, но что-то, пресловутое шестое чувство, не давало в это поверить.

* * *

Сдав девочек охране академии, Юмико отошла в переулок и, достав свой телефон, набрала номер.

– Это я, – произнесла она в трубку. Но видимо, абонент с того конца не сразу понял, кто это или задал не совсем корректный вопрос. – Конь в пальто! – вышла из себя девушка. – Убирай всех наших с улицы! Да хоть пусть все по сортирам разбегутся, но сидят тихо как мышки и носа на улицу не кажут! Что-что… Младшая сестра Берсерка пропала. Да я откуда знаю, куда! – разозлилась она. – Но я его знаю, он наведет шухер… В общем, ты меня понял. И еще… Пошли ребят с мозгами, пусть поспрашивают кого надо о девчонке. Именно с мозгами! Все, выполняй.

Она отключилась и, секунду подумав, набрала новый номер.

– Времени нет на любезности… Младшая сестра Берсерка пропала. Рада, что хоть тебе не надо это объяснять… Все, пока…

Вот теперь можно и вздохнуть спокойно. Кого надо она предупредила.

Выходя из переулка, Юми все же заметно хмурилась. Берсерк в ярости – то еще зрелище. К тому же он не успокоится, пока не найдет сестру. А это значит… Ничего хорошего для нее и ее людей не значит, поэтому надо помочь ему в поисках. Правда, официально помощь не предложишь, а конкурировать в этих поисках с ребятами из СИБ – это как играть в русскую рулетку без одного патрона в барабане… Но что же могло произойти с девчонкой средь белого дня? Думать о худшем Юми не хотелось… В этом случае… Боже, убереги!..

* * *

«А спасаться легче, чем ловить…» Именно этой строчкой можно было охарактеризовать их нынешнее положение. Узкие старые улочки, большое количество переулков и расщелин между домов – все это сильно облегчало путь для тех, кто стремился убежать, спастись от преследователей. Но минус этой ситуации заключался в том, что они еще дальше забрались в брошенный район, почти к самой наружной стене. И хоть им и удалось укрыться, запутать тех, кто за ними гонялся, но это было не то, чего они хотели. Частично обвалившийся дом, где они ненадолго укрылись, мог служить только временным убежищем, пока они переводили дыхание, пытаясь придумать, как им быть.

– Они все не местные… По крайней мере, те, с кем мы общались, – поделился своим наблюдением Ким. – Все они говорят с характерным японским акцентом.

– Здесь и так много японцев, – возразила на это она.

– Не скажи… – не согласился с ней Ким. – Наши японцы в большинстве своем – это второе или уже третье поколение. Они общаются на нашем языке без акцента. Так что эти точно не местные… Но они не все японцы, – добавил он. – Среди них немало и корейцев…

– Как ты их различаешь? – искренне удивилась Айка. – Для меня они все на одно лицо.

– На самом деле есть отличие, – улыбнулся он и вдруг замер, прислушиваясь. – Тихо…

Он подтянул к себе поближе автомат, снова прислушался… Нет, ему все же не показалась. Слышно звук работающего двигателя, и он определенно усиливается. Кто-то едет в их сторону.

Теперь и Айка услышала этот звук и вскочила с камня, на котором сидела.

– Спокойно, – предостерег Ким, – не высовывайся.

– Да знаю…

Юра осторожно выглянул через дверной проем, чувствуя, как над плечом у него нависает его одноклассница. Трудно это не почувствовать, когда она почти всем телом навалилась ему на спину, особенно… «А вот об этом сейчас не время думать», – одернул он сам себя, но ощущение, даже несмотря на ситуацию, определенно приятное.

Сомнений нет, автомобиль двигался по той же улице, где находился дом, в котором они затаились. Еще секунда-другая, и он появился из-за угла в конце улицы. Это был полицейский полубронированный внедорожник, в простонародье известный как «мусоровоз».

В этот момент Ким испытал странное чувство облегчения. «Неужели я радуюсь появлению полиции?» – удивленно подумал он.

Все же природная осторожность удержала его на месте, но он совсем забыл о своей спутнице. Она выскочила из-за укрытия навстречу автомобилю, который, учитывая ширину улицы, ехал сравнительно тихо.

– Дура! – в сердцах буркнул парень, вскидывая автомат к плечу. – Кто же так делает, не убедившись, что там действительно друзья!

Внедорожник остановился, и из него вылезла парочка в полицейской форме патрульно-постовой службы.

Ким издал легкий вздох облегчения. Действительно полицейские! Возможно, впервые в жизни он был так рад их видеть.

Айка уже что-то торопливо говорила им, махая руками. Один, судя по всему старший в патрульном наряде, ее внимательно слушал. А второй озирался по сторонам, держась за кобуру с пистолетом. Кима с автоматом никто из них не заметил. Юра чуть отступил назад и спрятал свой трофей в пространственный карман. Незачем его всем демонстрировать. И только после этого выбрался из развалин и направился к ним.

Первый полицейский подошел к нему.

– Сержант Но Джи Хун. Вы можете подтвердить рассказ девушки?

«Везет мне на корейцев сегодня», – подумал Ким.

– Да, конечно, – произнес вслух, хотя понятия не имел, что она успела им рассказать.

– Она сказала, что вы нашли у тех, кто вас преследовал, ампулу с каким-то веществом. Она у вас? – уточнил полицейский.

Не видя смысла это скрывать, Ким протянул ему медицинский шпиц-пистолет с заряженной ампулой.

– Вот только я не знаю, что это, – сразу предупредил он.

– Хм, – тот покрутил шприц в руках и протянул напарнику, а сам шагнул чуть дальше по улице, все так же всматриваясь в здания.

Второй полицейский внимательно разглядывал шприц, вертя его в руке. В какой-то момент он взял его как положено и произнес:

– Нужно будет составить протокол…

Напарник корейца был обычной европейской, можно даже сказать славянской внешности. На их погонах красовалось по две звезды.

– Нужно будет сначала убраться отсюда и вызвать еще наряды полиции, – раздраженно буркнул Юра.

Эти ребята какие-то тормозные. Хотя, на его взгляд, вся эта братия тормозная по жизни. Так с чего же ему должны были попасться нормальные менты? И чего они тянут?

– Об этом не беспокойтесь, кого надо уже оповестили.

В следующую секунду полицейский ткнул шприцем в стоящую перед ним девушку. Та удивленно дернулась в сторону и сразу начала оседать на землю.

А Ким почувствовал сильный и болезненный разряд в области спины. У него даже мышцы все скрутило так, что его буквально бросило на колени. Еще один импульс боли, и парень завалился лицом на землю.

Стоящий за его спиной кореец убрал в карман электрошокер, склонился над парнем и проверил пульс.

– Готов. Вызывай этих чертовых ловцов. Пусть забирают свой товар.

– Нам заплатили только за парня, – заметил лейтенант. – Есть у меня кое-кто, кто неплохо отвалит за девчонку…

– Как вариант, – согласился с ним сержант. – Давай ее пока на заднее сиденье запихнем, а там решим…

– На этого хоть наручники надень… – лейтенант указал на парня. – Говорят, прыткий очень… Ты его не убил часом?

– Нет, дышит…

Нагибаясь, Джи Хун вытащил из кармана свои наручники, защелкнул их сначала на одном запястье Кима, подтянул за другую руку и защелкнул браслет на втором запястье.

– Со спины надо было, – заметил лейтенант, заталкивая Айку на заднее сиденье внедорожника, захлопывая дверь. Тонированные стекла надежно скрыли тело девушки от посторонних глаз.

– Никуда не денется, – отмахнулся напарник. – Давай, вызывай их уже… Нам надо вернуться на маршрут, пока нас не хватились.

* * *

Такое с ним уже бывало, и не раз. В моменты сильной боли его восприятие начинало резко падать. Словно в организме включался особый защитный механизм. Он сам не мог объяснить, как это происходит. Да и не пытался, если честно.

Вот и сейчас после сильнейшего удара током он пришел в себя раньше, чем можно было ожидать. Тело еще парализовано и не до конца восстановило все двигательные функции, а все чувства уже обострены до предела.

– Ну и где они? – В голосе сержанта-корейца послышались нотки нетерпения. – Уже десять минут прошло.

– Может быть, нам вообще не стоило с ними связываться?

Его напарник проявил некоторую неуверенность, видимо, ему не по себе.

– Все нормально… Я знаю этих людей, – постарался успокоить его Джи Хун. – Можно не опасаться того, что они нас кинут. – Он демонстрировал некую уверенность человека, знающего о чем говорит.

Подвижность начала быстро возвращаться в онемевшее тело, но еще пока только в виде острого покалывания во всех мышцах. Ким осторожно постарался сжать пальцы. Плохо, но уже слушались.

– Да я не об этом… Я тут вспомнил один разговор… – понизил голос лейтенант. – Говорят, что у шефа «тайного приказа» есть младшая сестра и что у нее длинные волосы цвета серебра.

«Почему мне так не везет в общении с полицией!» – в отчаянии подумал парень. Сейчас нечего даже было думать об использовании своей способности ускорения. Этим он может только навредить себе.

– Ты думаешь, это она? – насторожился кореец. – Что ей делать в этом районе?

– Кто знает… Может, просто стоит избавиться от этой девчонки? Вряд ли он это так оставит, – осторожно предложил напарник.

– Да нет, не может быть она быть его сестрой… – уверенности в голосе сержанта поубавилось. – Что ей здесь вообще делать?

Уже почти не колет. Пальцы уже сжимаются почти нормально. Ким потянулся к своему пространственному карману, и почти сразу в руке появился автоматический пистолет. Хорошо, что они на него почти не глядят, заняты своими разговорами. Наручники на запястьях – это, конечно, проблема. Они сильно ему мешают, и тут Юра мог только порадоваться тому факту, что вчера после чистки на автомате передернул затвор, не стал ничего менять и оставил патрон в патроннике. Теперь ему только и надо, что снять предохранитель.

Щелчок раздался, словно звук набата. Оба «служителя закона» обернулись, но это было уже не важно. Им уже не успеть. Ким успеет первым.

Выстрел. Первым падает сержант, держась за живот. Лейтенант дергается в сторону, поэтому второй выстрел попадает ему в руку. Но удачно, что в ту, которой он пытался выхватить свой пистолет.

Выстрел. Теперь уже наповал… Не в его положении нужно быть гуманным.

Выстрел… Вот только на этот раз в него. Сержант стреляет, лежа на боку, держа свой ствол в окровавленной руке. И он тоже попадает. Пуля ударяет Кима по спине чуть по касательной и рикошетит в сторону. Может быть, впервые в жизни парень рад своей чешуе на спине и тому, что она такая крепкая. А может быть, все дело в том, что полицейский револьвер – штука удобная, компактная, но маломощная. Но проверять это еще раз желания у Кима немного.

Пистолет в руке Юры снова дергается. Кореец больше не шевелится.

Что за день сегодня неправильный! Все прямо жаждут меня убить!

А спина болит… Подняться удалось не сразу. Все же еще сказываются последствия удара электрическим разрядом.

Первым делом следует избавиться от наручников.

Карманы трупа Ким обыскивает без каких-либо содроганий, что в его ситуации немного странно. А ведь сегодня он убил впервые. Возможно, позже и будет какая-то реакция на это дело, но пока парень ничего не ощущает. Ведь для них еще ничего и не кончилось…

Как там Айка? Где она?

Наручники падают на землю. Ким облегченно выдыхает, обнаружив ее тело в машине. Судя по дыханию, с ней все в порядке. Но в таком состоянии он ее не сможет унести. Ему нужно как минимум минут двадцать, чтобы прийти в себя. Но именно этих минут-то у него и нет…

Взгляд останавливается на открытой дверце у места водителя. Управлять машиной ему раньше не доводилось. Хотя всю процедуру вождения Ким знает назубок: видел, как другие управляют.

Надо решаться и торопиться…

Ким забрался в машину, закрыв за собой дверь. В первый раз он за рулем полицейского автомобиля. До этого у него был опыт только в качестве пассажира на заднем сиденье.

Он на секунду прикрыл глаза, сделав пару глубоких вздохов. Чувствовал себя как загнанная лошадь. Завел двигатель и попытался сдвинуться с места. Первая попытка не совсем неудачна, автомобиль дернулся и заглох. Но со второй ему удалось поехать. Первые метры неровно и толчками, но машина больше не глохла.

Ему бы еще пять минут, и он бы освоился, но впереди, метрах в ста от него появились первые из тех, кто гонялся за ними целый день. Вот кто-то из них увидел трупы полицейских и смог связать это с медленно двигающейся машиной.

Появление первой вмятины на бронированном лобовом стекле чуть в стороне, на уровне головы… Знаете, подобное несколько стимулирует.

Сколько еще таких попаданий сможет выдержать это стекло?

Нога сама собой вдавила в пол педаль газа. Еще несколько новых отметин на стекле, но Киму было уже не до них.

Стрелявшие как кегли посыпались в разные стороны, только чтобы не угодить под колеса несущегося на полной скорости автомобиля.

Улица прямая и длинная, тянется не меньше чем на пару километров. Вот только жаль, что выводит она прямиком к наружной стене. А развернуться назад… На такие подвиги Ким сейчас был не очень-то и способен. К тому же улица узкая настолько, что даже опытному водителю придется изрядно попотеть, прежде чем он сумеет как-то развернуть автомобиль в обратную сторону. Что уж говорить о подростке, который за рулем в первый раз!

Небольшой перекресток. Другая улица, идущая вдоль городской стены, пересекает ту, по которой едет он. Ким жмет на тормоз и выкручивает руль. Машину заносит и бьет бортом об угол дома. После чего она снова глохнет. Но и в этот раз ему удается завести внедорожник и стронуть его с места. Между ним и преследователями метров четыреста. Но на этот раз он старается держать меньшую скорость, не желая повторять каскадерские трюки.

Ему удается проехать еще метров пятьсот, после чего капот полицейского автомобиля упирается в завал из битого кирпича, оставшегося от рухнувшего дома.

Приехали! Экспресс дальше не идет… Просьба освободить вагон.

Ким поспешил прочь из машины. На глаза попался полицейский комбинированный дробовик в специальном креплении сбоку от места водителя. Это парень забрал с собой, вместе с подсумком и с дополнительными боеприпасами. Оружие за спину, а сам к задней двери, вытаскивать оттуда одноклассницу.

Удивительно, еще пару минут еле двигался, а сейчас словно второе дыхание пришло.

Наверное, это и называется всплеском адреналина… – шальная не совсем уместная, мысль.

Девушка на удивление легкая. А вот ее волосы – это проблема. Коса уже сильно растрепалась. Чтобы не волочить по земле, просто наматывает ее на руку.

Теперь куда?

И тут до него доходит, что это место ему знакомо. Еще до пожара в детском доме он здесь часто бывал. Прошло два года с его последнего появления в этих местах, но здесь мало, что изменилось.

С той стороны завала, в метрах двухстах, улица делает поворот и выходит к стене.

Вот только надеяться встретить там кого-то из военных глупо. Периметр автоматический. Стена около четырех метров в высоту. Поверху металлические штыри и тонкая проволока МЗП, малозаметной преграды. Дистанционно-управляемые пулеметные турели. Камеры, датчики движения и высоковольтные провода, подведенные к проволочному ограждению в метрах от стены. И на сладкое – минный периметр в пятьдесят метров. Но все это с обратной стороны стены. Со стороны города ничего такого нет. Только предостерегающие таблички, немного камер, и редкие патрули, по необходимости, и обычно только с наступлением темноты. Как говорится, дополнительная мера безопасности.

Поэтому не стена была целью Кима, а небольшое здание, слева от завала. Именно туда он и занес Айку. Внутри темно… Большая часть окон и дверных проемов заложены или заколочены. Но ему они и не нужны.

– Их нет здесь… – послышался чей-то голос снаружи, преследователи уже здесь.

– Внимательней… – раздался другой, более властный голос. – Они не могли далеко уйти…

Рядом с лестницей, ведущей на верхние этажи, есть еще одна, но ведущая в подвал. Именно туда ему и нужно. Поспешно, но с разумной долей осторожности Ким стал спускаться по ступеням вниз, аккуратно держа Айку, чтобы она, не дай бог, не стукнулась головой.

Внизу царила абсолютная темень, но Юра прекрасно помнил расположение всех старых коммуникаций и двигался вполне уверенно. Здесь свернуть, пройти десять метров, снова повернуть, чуть нагнуться под трубой, что чуть ниже уровня головы.

Вот она, металлическая дверь. Чтобы открыть ее, пришлось усадить Айку на пол и взяться за дверь двумя руками. Первые секунды та никак не хотела поддаваться. Но вот Ким услышал резкий душераздирающий скрип, от которого его даже передернуло – этот скрип известил о том, что дверь поддалась его усилиям. Еще немножко… За два года петли успели сильно проржаветь – видимо, с тех пор здесь никто не лазил. Открыв дверь достаточно для того, чтобы пройти, Ким снова поднял девушку и протиснулся вместе с ней через проход.

За дверью начиналась лестница, ведущая еще ниже. Им туда…

* * *

Рей Ли чувствовал, что контроль ситуации начал ускользать из его рук. Какой-то мальчишка спутал ему все планы. Таких грандиозных провалов в его карьере еще не происходило. Ему уже даже начала мерещиться та мертвая старуха. Словно она стоит за спиной и смеется издевательским, хриплым смехом. Он даже несколько раз оглянулся, настолько реальным было это ощущение.

– Их здесь нет, – осмотрев машину, обернулся к нему один из его людей.

– …Они не могли далеко уйти!

Рей снова оглянулся. «Мерзкая старуха! Слишком легко ты умерла…»

– Здесь вход, – крикнул другой из его людей.

Старый дом с заколоченными окнами, похожий на многие здесь. Открытый вход и не заметишь сразу. Его частично переграждает завал из камней рухнувшего строения по соседству.

Рей замер. Ему показалось, что он что-то услышал. Какой-то звук, похожий на скрип, откуда-то из глубины дома.

– Обыскать дом!

Он первым вошел внутрь, вытаскивая пистолет и фонарик. Мгновением позже тусклый луч осветил внутренние помещения.

Лестница!

– Пятеро наверх, – велел Ли. – Аккуратней там, парень очень опасен.

Луч фонаря скользнул по проему лестницы, ведущей в подвал.

Рей первым вступил на ступеньки, ведущие вниз, следом шли трое оставшихся с ним людей.

– Стоять!

На ступеньках перед собой Рей различил какие-то отпечатки в пыли. Трудно было понять, что это, но возможно следы. Увы, в следах он мало разбирается и не может сказать, когда они были оставлены.

– Внимательно, – еще раз предупредил он, махнув стволом пистолета.

Двое помощников сразу же ринулись вперед.

Как и следовало ожидать, внизу был подвал. Основной коридор и помещения по бокам от него со старыми коммуникациями.

– Шеф, здесь никого… – оглянулся на него тот боец, что остался с ним.

– Здесь он… я кишками это чую, – не согласился с ним Рей. – Некуда ему отсюда деться.

Минут через пять они нашли приоткрытую ржавую дверь. В свете фонарей на ручке отчетливо высветились следы. Кто-то тянул за нее так, что местами осыпалась ржавчина.

– Был он здесь! – Теперь стало понятно, что за звук Ли слышал при входе в дом. – Идем вниз…

Лестница закручивается по спирали вниз. Это еще что за хрень такая? Насколько Рей знал, в городе нет своего метро. Тогда куда может вести эта лестница? Ответ стал очевидным через пару десятков ступенек. Туннель с одного конца вел куда-то вглубь города, а с другого куда-то за стену, ведь город не заканчивался, вопреки всему, ею и когда-то был раза в два больше. Сразу после катастрофы сюда повалили толпы беженцев, ища спасения и защиты. Первые десять лет можно было назвать самыми спокойными. В этот период появлялось много новых городских районов. Трущобы, где не действовали законы. Именно для того, чтобы отгородить город от этих трущоб, и началось возведение стены. А потом произошли первый, второй, третий и последующие прорывы, оставившие после себя дымку, и возведение стены ускорилось. Правда, поменялось ее первоначальное назначение. Трущобы вскоре опустели, но старый водоотвод остался. Ли даже не знал, что здесь, в городе, что-то подобное еще есть. Ай да пацан!.. Не каждый догадается его здесь искать. Неплохо придумано. По этому туннелю он сможет от них убежать. Уж под землей они его бы искать не стали.

– Двое туда, – указал Ли в направлении города. – Если он не бросит девчонку, быстро передвигаться не сможет… Ты, – бросил он оставшемуся с ним, – дуй за остальными…

Оставшись один, Рей снова поглядел в другую часть туннеля, ведущую за город.

«А что если…» – посетила его внезапная мысль. Целый день этот парень водил их за нос, всякий раз ускользая от них! Подсвечивая себе путь фонариком, Рей осторожно двинулся в сторону, противоположную той, куда ушли его люди. Метрах в ста от начального места туннель изгибался и упирался в стальную толстую решетку. Луч фонаря высветил небольшую калитку в правом ее углу, но подойдя ближе, Рей заметил висячий замок. Полностью проржавевший, но массивный. Он вряд ли откроется, даже ключом, решил Ли после короткого осмотра. Он уже хотел уходить, но напоследок дернул замок книзу… Тот чуть подался и приоткрылся. Вот ведь засранец!.. Ведь почти смог обмануть!

Рей даже почувствовал что-то сродни восхищения этим парнем. Открыв дверцу в решетке, он осторожно проследовал дальше по туннелю. Каменная старая кладка хорошо сохранилась, хотя местами уже начала разрушаться. По правую сторону в двух местах стена частично обвалилась, засыпав часть прохода. Метров через триста он уперся в уже конкретный завал, перегородивший весь туннель. Но не доходя до завала, увидел в стене такой же проход с лестницей, по которой он и попал в старый водоотвод.

Парень решил схорониться за стеной? Умно! И все же – кто он такой?

Поднимаясь вверх по лестнице, Ли старался светить себе под ноги, чтобы случайно не выдать своего местонахождения. А добравшись до подвала, похожего на тот, через который он и попал на такую же лестницу, совсем выключил фонарь. Здесь было гораздо светлее, благодаря небольшим окошкам под потолком, через которые сюда и попадал свет. А еще дальше по проходу ярким пятном света выделялся выход, ведущий прямо на улицу.

У выхода он замер, напряженно всматриваясь в то, что снаружи. Он многое слышал об опасностях, поджидающих людей за стеной города, о толпах монстров, которые только и жаждут напасть на человека и съесть его. Но сейчас он видел почти такой же город, что и остался за стеной. Возможно, здесь было несколько больше следов разрушения, а так мало что изменилась.

Рей слышал, что несколько старых кварталов остались за возведенной стеною. Неужели это они? Людей здесь нет. Ну, это и понятно. Кто нормальный здесь станет жить?

А вот и его цель! Парень со своей ношей на руках как раз скрылся за углом одного из полуразрушенных домов. Попался, голубчик!

Теперь стоит быть осторожным. Не хочется повторять участь Ито и недооценивать мальчишку. Надо пристрелить его одним выстрелом.

Еще раз глянув по сторонам, Рей выбрался из подвала и устремился следом за парнем. Но в метрах десяти от выхода он остановился и оглянулся, чтобы запомнить ориентиры места, через которое он сюда попал. Это было трехэтажное, хорошо сохранившееся здание. Судя по сохранившейся внешней отделке, когда-то оно было административным корпусом или чем-то в этом роде.

Достигнув угла, где скрылась его цель, Ли осторожно выглянул. Обладатель уникального дара как раз достиг еще одного поворота. Рей вскинул пистолет, но буквально сразу отказался от идеи стрелять. Далеко, может не попасть.

Снова рывок до поворота, стараясь ненароком не выдать себя. Теперь пацан от него на расстоянии всего тридцати метров, и до сих пор ничего не заметил.

Отлично! Рей сделал бросок из-за угла, резко сокращая расстояние между ними. Двадцать пять метров… Рука с оружием пошла верх. Двадцать метров… Парень что-то почувствовал или услышал, начал оборачиваться, но это было неважно… Палец давит на спуск. Глухой звук выстрела.

* * *

Это место использовалась довольно ограниченной публикой в качестве притона. Именно для них здесь было все: девочки, выпивка, азартные игры и даже сервис медицинских услуг. Единственное, чего здесь не было, это наркоты.

На уличной террасе за пластмассовым столиком расположились трое братков. Один из них постоянно морщился, держась за правый бок. Недавно ему пришлось полетать. Правда, недолго, до стены, которая и прервала его недолгий полет. Как напоминание о той неудачной попытке взлететь у него остались пара сломанных ребер и обширный синяк на боку. Чтобы хоть немного заглушить боль, он пил водку вместе с двумя своими друзьями, которым повезло больше.

– Втравил ты нас в историю, – в который раз поморщившись, сказал пострадавший, ни на кого не глядя.

– Кто же знал, что все так получится? – возразил один из его приятелей. – Легкие деньги… Надо было всего-навсего одного пацана прижучить.

– Прижучили… – скривился пострадавший. – Мне эти япошки сразу показались подозрительными.

– Тогда зачем согласился? – огрызнулся.

– Да успокойтесь оба, – глянул на приятелей третий. – Наши с вами проблемы начнутся, если об этом узнает Паучиха. – Вот тогда мы с вами все помотаемся в ее сети.

– От нее давно пора избавляться… – в сердцах буркнул пострадавший.

На несколько секунд воцарилась тишина. Слышен стал даже звук работающего двигателя за воротами притона.

– Будем считать, что мы этого не слышали, – заметил третий и еще раз огляделся.

Ответить ему уже никто не успел. В этот момент раздался сильный удар. Большие металлические ворота сначала выгнулись вовнутрь, а затем с грохотом рухнули на землю. В проеме ворот появился бронированный нос бэтээра и ствол тридцатимиллиметровой автоматической пушки, недвусмысленно направленный на террасу с братками. Хотя каждый из них был вооружен, ни у кого из них как-то не возникло желания делать резких движений. А еще через секунду их уже вязали вооруженные люди в черной униформе, без знаков различия в касках-сферах на головах.

Откуда-то с верхних этажей послышались звук разбитого стекла и несколько беспорядочных выстрелов. Но почти сразу в ответ рявкнула автоматическая пушка бэтээра, и все стихло.

Так в один из районов отчуждения пришла зачистка. Власть напомнила о своем существовании всем, кто стал о ней забывать.

В этот день многие люди, живущие здесь, с опаской наблюдали небывалое оживление на улицах. На дорогах и на перекрестках появились бронетранспортеры с вооруженными морскими пехотинцами. Но наибольший страх у знающих людей вызывали бойцы с тяжелым вооружением, в черной униформе штурмовиков отдельного батальона спецназа, состоящие в подчинении управления СИБ. Особого сопротивления им никто не оказывал. Слишком все внезапно произошло. Буквально в считаные минуты был блокирован весь квартал и прилегающие к нему улицы. Удалось ли кому-то спастись? Как говорится, удача любит смелых…

* * *

– Сержант, – окликнул Тима один из его бойцов. – Какая-то хрень в двух кварталах от нас происходит… Там, похоже, Служба имперской безопасности проводит какую-то спецоперацию с привлеченными армейскими подразделениями.

– Из штаба дивизии есть какая-нибудь информация? – уточнил Тим.

– Похоже, там и сами ничего не знают, – развел руками Роман. – Велели оставаться на связи и усилить бдительность.

– Свяжись с третьей командой… Они ближе всех к тому кварталу, – подумав, велел Тим. Непонятные действия в том районе его сильно обеспокоили. Не затронут ли их эти непонятные движения? – Может, они что знают.

– Попробую… – Роман снова отвернулся и взялся за радиостанцию: – Тройка… Тройка… Тройка, ответь шестому… Тройка, как слышно, прием!

В их «хищнике» этим утром старую радиостанцию заменили на новую. Как их заверили, это была новейшая разработка с защитой от воздействия Туманной зоны. Правда, в эти заверения верилось довольно слабо. Сколько уже таких защищенных радиостанций уже было на их памяти! Лично Тим особых улучшений не заметил.

Наконец-то раздался довольно четкий ответ, почти без помех:

– Тройка в канале… Шестой, слушаю.

Меньшов взял у Романа микрофон.

– Саня, это Тим… – просто произнес он. – Что там у вас творится?

– Самому бы понять, – раздалось после паузы. – В соседний квартал столько техники нагнали, что кажется, что там готовится маленькая войнушка… Мы пытались выяснить что-нибудь у ребят из оцепления, но те и сами не в курсе.

– А кто в оцеплении? – уточнил Тим.

– Соседи наши, из двойки… Сказали только, что там всеми делами ребята из СИБ заправляют, а им велено никого не впускать и не выпускать.

– А что у тебя в районе? – спросил Тим.

– Люди беспокоятся, но вроде бы все нормально, – ответил ему Саня. – В штабе велели держаться подальше и усилить бдительность. – Примерно то же самое, что и им было велено.

– Если что, держи меня в курсе, – попросил Меньшов.

– Заметано…

Тим вылез из машины и громко, на всю улицу свистнул, подзывая остальных.

– Так, парни, прокатимся по району, – произнес он. – Так что все на борт…

– Блин, так бы и сказал, что за свою девушку беспокоишься, – проходя мимо, шепнул Стас.

– Заткнись, Балабол, – так же тихо ответил ему Тим.

Он действительно больше беспокоился о Рейчел и хотел быть рядом с ней, если и ее дом зацепит непонятная движуха, затеянная СИБ. Ведь не просто так же они затеяли тот большой шмон по соседству.

– Командир, туда смотри… – вдруг указал ему рукой Стас, даже из машины вылез. – Охренеть!

Даже выражение его лица соответствовало его высказыванию. В этом с ним Тимофей был полностью согласен. Нечасто увидишь над городом пару кружащихся боевых вертолетов. На своей памяти он видит подобную картину только второй раз. Первый раз он видел вертолеты в небе во время учений, когда он только начинал свою службу.

– Откуда они здесь? – высунулся из машины Роман.

– Известно, откуда, – оглянулся на него Стас. – С Каменного монстра… Похоже, что-то действительно серьезное произошло, коль и их задействовали… Впечатляет!

Каменным монстром называли искусственный остров в десяти километрах в море, на котором расположилась единственная в регионе вертолетная часть. Правда, в небо боевые машины, что там находились, поднимались нечасто, и тем более не летали они в сторону Артура.

– Действительно впечатляющее зрелище, – согласился с ним Тим.

В этот момент его внимание привлек необычный звук. Оглянувшись, он увидел, как шевелится чугунная крышка колодезного люка. Кто-то или что-то усиленно пыталось выбраться на поверхность в этом месте…

* * *

Разделение районов, если, конечно, это не элитные районы, было довольно условным понятием. Между ними не существовало никаких преград типа дополнительных стен. Иногда границей разделения являлась улица между домами. С правой стороны был крепостной район, а с другой начиналась окраина. Вся разница в том, что крепостные районы подключены к новейшим городским коммуникациям, а дома перестроены с учетом возможного туманного прорыва. Такие дома-крепости способны до нескольких недель функционировать автономно, в них установлены свои котельные и генераторы на случай отключения электроэнергии. Это не говоря о дополнительных мерах безопасности в виде герметичных переборок и бронированных ставней на окна.

Попытка провести зачистку на территории такого района будет сопряжена со множеством дополнительных трудностей именно из-за повышенных мер безопасности в таких домах. Хотя активировать систему безопасности можно только с центрального пульта главного полицейского управления, предусмотрена была и система ручного запуска всех систем безопасности, которая хоть и действовала только при определенных условиях, но… Пресловутое «но», от которого никуда не деться.

Конечно, спецы были обучены захватывать и такие дома-крепости. Были уже такие реальные случаи в современной истории Артура. Но геморроя это доставляло много, поэтому старались до такого не доводить.

В старых районах ничего такого не было. Даже свет был подведен не ко всем зданиям. Поэтому и жили там только те, кому деваться некуда. Поэтому проводить спецоперации в таких местах было намного проще.

Неожиданное появление в одном из таких районов военных на бронетранспортерах со стороны больше напоминало общевойсковую армейскую операцию. Не хватало только артиллерии. Вот только в большинстве своем эти меры оказались напрасными. Были задержаны два десятка человек из криминальной среды и столько же наркоманов. Захвачены два наркопритона с партией наркотиков, бордель, незаконное казино, несколько схронов с оружием и контрабандой. Это не считая бомжей и просто любителей острых ощущений.

Может быть, именно из-за этого молодой руководитель операции, полковник Вадим Аланов своим видом напоминал тигра, попавшего в клетку, и метался по своему кабинету из угла в угол.

– Успокойся и сядь наконец, – не выдержав этого мельтешения, прикрикнул на него Антадзе. – Сядь, сказал!

Брат Айки, достигнув конца кабинета, обернулся и обжег гостя яростным и убийственным взглядом. Любой другой наверняка испугался бы такого взгляда, но кавказец спокойно его выдержал и еще раз твердо сказал:

– От того, что ты здесь носишься, ничего не изменится…

– Она моя сестра! – выкрикнул Вадим, прозванный своими коллегами Берсерком, в диком гневе.

– И моя подопечная… И если бы твои люди лучше работали, этого бы вовсе могло не произойти.

Антадзе намекнул на скандальные промахи конторы Аланова, которые стали достоянием гласности благодаря утечке информации три года назад. К слову, князь тогда еще не был главой СИБ, а был назначен позже, хотя, по мнению Лаврентия Павловича, с тех пор мало что поменялось.

– Вадим, прошу тебя, прекращай мельтешить… – он впервые назвал его по имени. – От тебя уже в глазах рябит.

– Прости, – как-то сразу успокоился Аланов, присаживаясь за свой стол, но почти сразу вскакивая и отходя к окну.

В дверь постучали.

– Войдите, – резко обернулся ко входу Берсерк.

Дверь мгновенно распахнулась, и в кабинет буквально ворвался низкий полненький мужичок.

– Вадим! Есть зацепка… Есть!

– Петрович, что ты нарыл? – Полковник рывком усадил толстяка в свое рабочее кресло и навис сверху. – Давай выкладывай…

– В общем, раскололся один из тех, кого твои ребята в отдел притащили… – чуть откатился Петрович на кресле от своего шефа. – Наняли их неизвестные люди, по виду и по говору японцы. Надо было им поймать одного парня – те сказали, что за долги. Но с самого начала все пошло не так. Прыткий попался пацанчик. Взять они его не смогли. По его словам, тот убежал от них вместе с девчонкой… Что характерно, задержанный запомнил обоих… Пацан с белыми длинными волосами и сам весь какой-то из себя бледный… – При упоминании парня безопасник из академии сильно насторожился. Описание напомнило ему парня, делом которого он сейчас лично занимался. – А девчонка с серебряными волосами…

– Это точно Айка? – с недоверием протянул Вадим. – Она и какой-то парень? Бред…

– А ты знаешь в городе много девушек, подпадающих под это описание?.. А с парнем… Дай телефон! – попросил Антадзе владельца кабинета.

– Ты его знаешь? – Вадим без возражения протянул ему свой телефон.

– Знаю ли? – задумчиво повторил безопасник, набирая номер. – Возможно… Да, – это он сказал уже ответившему ему с того конца соединения. – Это Антадзе… Проверь, покидал ли сегодня территорию академии студент Юрий Ким из северо-восточного академического корпуса, класс десятый «Б». Если да, то возвращался ли обратно? Да, это срочно, перезвонишь на этот номер.

– Из класса Айки? – заинтересовался Вадим. – Что-то я не припомню такого ученика из ее класса… Кто он такой?

– А ты и не должен его знать. – Лаврентий Павлович громко выругался по-грузински, думая о чем-то своем. – Он только недавно перевелся в их класс.

– Так кто он такой и во что он втравил мою сестру? – Зрачки Берсерка опасно сузились.

– А вот этого мы не знаем, – возразил забытый следователь.

– Петрович, пошел вон, – оглянулся на него злой брат пропавшей девушки.

– То есть, пока я нужен – Петрович, дорогой, а потом – пошел вон? – искренне возмутился тот. – Ладно, Алексеевич, земля круглая…

– Стой… – Вадим ухватил следователя за плечо. – Прости, Петрович… – искренне извинился он.

– Да ладно уж… понимаю… – дернул тот плечом.

– Петрович, выжми из них все, что знают… Любым способом… Если что, отмажу от любого… Вечным должником буду.

– Эк тебя припекло, – даже обернулся следователь, забыв об обиде. – Сделаю…

В кабинете они снова остались вдвоем.

– Так что там с тем парнем? – глянул Вадим на Антадзе. – Кто он такой?

Но ответить грузин не успел: снова зазвонил телефон. Глянув на номер абонента, Аланов ответил, переведя телефон в громкий режим:

– Слушаю!

– Восточней от места поиска обнаружены трупы двоих дорожных полицейских. Оба застрелены из огнестрельного оружия. Судя по найденным гильзам, оружие убийства предположительно автоматический пистолет Судаева… В километре от найденных трупов обнаружена брошенная полицейская машина, на заднем сиденье которой найден длинный волос с серебряным отливом… Еще в салоне обнаружен медицинский шприц-пистолет с остатками какого-то вещества. Сейчас им занимаются эксперты… Думаю, предварительные результаты будут минут через двадцать.

– Обследуйте местонахождение трупов и машины, – распорядился полковник.

– Наши люди уже этим занимаются, – заверили его с того конца, и связь прервалась.

– Ну, что скажешь? – глянул на Лаврентия Павловича Аланов.

– Что дорожная полиция делала в том районе? Это зона ответственности армейских патрулей, – заметил кавказец. – Кстати, где они были?

– Нигде, – поморщился князь. – Армейцы заявили, что этот район им официально еще никто не передал… Бардак! В том районе сейчас вообще нет ни одного патруля. Полиция район сдала, а армейцы не приняли…

– Действительно бардак, – согласился с ним грузин.

– Думаешь, те полицейские причастны? – возвращаясь к теме, спросил Вадим.

– Серебряный волос в машине… – напомнил недавние слова сотрудника СИБ, сказанные по телефону. – Одно это меня заставляет задуматься.

– Думаешь, это волос Айки? – Полковник Аланов снова отошел к окну своего кабинета.

– А чей еще это может быть волос? Эксперты смогут точнее сказать, – резонно заметил Антадзе.

– Кто, по-твоему, убил полицейских?

Были, конечно, у главы службы безопасности академии свои предположения, но озвучивать их в этом кабинете… нет, увольте. Да и непонятно, как в руки студента мог попасть пистолет штучного производства, о котором и в популярных военных каталогах никогда не упоминали.

– В том районе… Да кто угодно, – пожал он плечами. – Есть следователи, пусть они работают…

Снова послышался резкий звук телефона. На этот раз, глянув на экран, князь передал его Лаврентию.

– Антадзе… Да… Это точно?.. Хорошо, – отключился и вернул телефон назад.

– Как я и думал, вместе с твоей сестрой ее одноклассник, Юрий Ким, – после паузы произнес кавказец.

– Так в каких он отношениях с моей сестрой? – вновь спросил его Вадим.

– Какие там могут быть отношения? – утратил свое хладнокровие грузин. – Он только вчера перевелся в академию.

– И уже вляпался в неприятности… – нехорошо прищурился полковник.

– Любой особенный мог оказаться в его ситуации… Если бы твоя контора делала свою работу, как надо, этого бы не случилось, – намекнул на обстоятельства Лаврентий. – Молчи! – добавил он, видя, что тот хочет возразить или что-то сказать. – Оставь парня в покое… Другой бы на его месте… – но продолжать он не стал.

– Шина-ка… Да, упустил я этих ребят из виду, недооценил их наглость… Но чем им приглянулся твой студент? – спросил его Вадим, вопреки ожидаемому не став отрицать промах своей конторы.

– Обладатель нескольких способностей, – только и сказал кавказец, не вдаваясь в подробности, и встал со своего места.

– Далеко собрался? – глянул на него полковник от окна.

– Что толку сидеть в твоем кабинете? Думаю присоединиться к твоим людям. На месте легче сориентироваться, – пожал плечами кавказец. – Распорядись, чтобы меня допустили в район…

– Подожди… Я с тобой, самому уже тошно здесь находиться, – решился брат Айки.

Антадзе не возражал, ему так даже было лучше.

– На твоей или моей машине? – только и спросил он.

– На моей, – подумав, решил князь Аланов. – Подожди, ключи только найду… – Он полез в ящик стола. – А, вот они где… Пойдем. – И Берсерк первым вышел из кабинета. – Просто захлопни дверь, – оглянулся он уже в коридоре.

Выходящий последним Лаврентий аккуратно прикрыл входную дверь, так как хлопать дверьми считал признаком плохих манер.

* * *

Дерьмо!.. Дерьмо!.. Дерь… И как так получилось? Это была единственная мысль, которая крутилась в голове у парня, пробирающегося сквозь сплетения всяких коммуникаций, которых было полно в подземном коллекторе. И еще эта вонь… Но это все же лучше, чем наверху. Тем, кому не повезло, сейчас крутят руки не особо вежливые ребята в черном. Вот к кому в руки ему попадаться неохота, так это именно к ним.

Чтобы он еще раз связался с этими азиатами! Повезло еще, что он знал об этом ходе в старый подземный коллектор, ведущий за район оцепления. Теперь главное уйти подальше и залечь на дно.

Поворот. Еще метров триста, и они около старой лестницы, ведущей наверх. Это один из немногих сохранившихся выходов на поверхность. Большая часть ранее существующих выходов давно уже заделана за ненадобностью, ведь старый коллектор уже не использовался городскими коммунальными службами. Только здесь, в районах окраины, еще можно было найти такие места…

* * *

– Давай наверх, – человек указал жестом следующему за ним по пятам подручному. Именно подручному, а не другу. А еще он иногда называл его слугой, при этом часто повторяя, что его бабушка была дочерью графа (при этом забывая добавить, что незаконнорожденной).

– Туда? – осторожно указал наверх худой хлипкий парень.

– Да… Открой люк и посмотри, что там. Да шевелись!

Тот полез – куда бы он делся. На верхних ступеньках уперся спиной в тяжелый люк и запыхтел, стараясь приподнять его. С первого раза и не получилось. Он снова уперся, опасно балансируя на лестнице. И неожиданно люк легко подался, пошел вверх…

Роман подхватил приподнявшуюся крышку люка за край и рывком дернул ее, отбрасывая в сторону. Одновременно с этим Тим за шкирку выдернул оттуда худого и провонявшего парня.

– И кто у нас здесь? – Он бросил парня на землю рядом с люком и в этот момент увидел внизу какое-то шевеление и услышал чьи-то торопливые шаги.

– Держи этого! – только и успел он крикнуть Стасу, без раздумья прыгая в колодец. Благо высота была не слишком большая. Да и за лестницу успел в самом низу зацепиться. Вовремя, чтобы успеть заметить исчезающую за поворотом какую-то тень.

– Стоять! – Он вздернул автомат, выругался и бросился вдогонку.

Несколько пуль выбили крошево прямо у него над головой.

– Ну, сука…

Автоматная очередь в ответ, и рывок следом.

Преследуемый ясно оценил свои шансы в перестрелке с морским пехотинцем и предпочел сбежать.

– Стоять… стреляю!.. – заорал Тим и действительно открыл огонь, но целясь чуть выше головы.

Незнакомец резко рванул в сторону и, прижавшись к стене, открыл ответный огонь из пистолета.

– Ах ты новохудоносок… Сам напросился, – разозлился Тим.

Пункт устава гласил, что при нападении на патрульного последний имел право открывать огонь на поражение. И морпех выстрелил опять. Человек впереди дернулся и упал.

– А-а!.. – дико заорал подстреленный. – Сука!.. Гондон штопаный!

– Сам ты пидор, – опуская приклад на лицо кричавшему, зло ответил ему Тим.

Заставив того таким образом замолчать, морпех убрал автомат за спину. Нагнулся и первым делом осмотрел. Рана только одна, в правом бедре. Первым делом он вколол этому типу укол, а затем замотал ему ногу. Если сразу не погиб, то теперь уже добивать незачем. Передаст его кому следует, а те уж пусть решают его дальнейшую судьбу.

– Тим! – окликнул его Стас, посветив фонариком. – Ты как?

– Да что со мной будет! – буркнул морпех. – Помоги лучше с этим… Найдется, чем ему руки связать? А то у меня… – он показал остаток бинта.

– Вот этим попробуй. – Стас протянул ему пластиковый хомут-ремешок. – Я в кино видел, что такими хомутами руки и связывают.

– Смотришь всякую дрянь, – проворчал Тим, забрав хомут, и стянул им руки за спиной. – Так… – Он глянул на Стаса. – Хватай его с левого боку и потащили.

– Лучше бы ты его добил, тащить бы не пришлось, – прокомментировал Стас, но за тело взялся.

– Пришлось бы, – возразил ему на это Тим. – По-любому бы тело пришлось доставать на поверхность.

* * *

Ребята из СИБ прибыли уже через пятнадцать минут. Как раз к тому моменту, когда они выбрались на поверхность из затхлой и вонючей атмосферы подземелья.

– Ай да молодцы, вояки! – оценил улов морпехов седовласый, но молодой майор, заглянув в колодец. – А ведь могли ускользнуть, мать твою за ногу… Спасибо, пацаны!

– Майор, что хоть там происходит? – кивнув в сторону перекрытых районов, набравшись наглости, спросил Тим.

– Спецоперации, – последовал лаконичный ответ… И, помолчав, майор добавил: – Зачем тебе это знать, сержант? Меньше знаешь – лучше спишь… Ладно, пока, ребята.

* * *

Дом, милый дом!

Возвращаться домой всегда приятно, особенно когда уже и не надеялся туда вернуться. Жизнь наемников вообще крайне непредсказуема, и никогда не знаешь, чем кончится их очередное путешествие в «дымке» на самом краю Тумана.

В среде наемной братии он был известен не под своим именем, а по прозвищу – Отшельник. Ничего удивительного, что многие из тех, кто выбрал стезю наемника, предпочитают зваться прозвищами, оставляя имена в прошлой жизни. Так было и с ним. Хотя в его случае ему это было даже на руку.

Последнее его задание было обычной миссией сопровождения. Нужно было доставить припасы в пограничную крепость и забрать оттуда очередную партию выращенных кристаллов. Ничего сложного. Уже много раз туда ездили. Главное соблюдать необходимые меры безопасности.

Живущие внутри защитного периметра города ошибочно полагают, что жить за стеной невозможно, забывая о том, что люди там живут. И некоторые даже обеспечивают жителей города свежими продуктами из тепличных хозяйств, расположенных внутри защищенных периметров крепостей. Они выращивают крупный рогатый скот, свежее мясо которого поставляется в Артур с регулярной постоянностью. В крепостях повышенной защиты, тех, что у самой границы Туманной Зоны, находятся исследовательские лаборатории, создающие те средства защиты от созданий тумана, которыми так активно пользуются люди в городе. Существуют и особые крепости с закрытым доступом, такие как крепость Орлиное гнездо. Там создают оружие: малогабаритный автомат «Вихрь» и автоматический пистолет Судаева (АПС) были созданы там, одним и тем же человеком, талантливым местным оружейником полковником Дмитрием Николаевичем Судаевым, по совместительству комендантом крепости. Если автомат запустили в массовую серию, и им вооружаются полицейские спецкоманды, то АПС в серию не пошел из-за своей сложности и дороговизны, да еще из-за того, что был сделан под нестандартный патрон. Но все же большинство наемников имели этот пистолет в своем арсенале. Им было наплевать на избыточную мощность и нестандартный патрон – они его оценили в условиях местной специфики: когда на тебя надвигается кровожадная стая алых волков, пистолет с большим объемом магазина с возможностью вести автоматический скорострельный огонь незаменим… В общем, чтобы понять это, надо это пережить. Наемники, люди хоть и отчаянные, но не безбашенные, возможности нового пистолета оценили, и по этой причине АПС часто называли оружием наемников.

Туманная дымка, как уже было сказано, это не Туманная Зона, а как бы ее предбанник. Легкий туман образуется с наступлением темноты и в неясную погоду и рассеивается с первыми лучами солнца, делая территорию, по которой распространяется, относительно безопасной днем и крайне опасной ночью. Благо что было не так много туманных созданий. Если бы это было не так, людей бы здесь давно бы не осталось. А так приспособились, вполне нормально, как это ни странно звучит, живут.

Лет двадцать назад существовал проект связывания всех крепостей между собой и Артуром разветвленной сетью железных дорог. Его даже начали воплощать в жизнь. Успели провести железку в ближайшие с городом крепости и начать строить дальше, но тут случился один из туманных выбросов, что по сути и похоронило проект. Все средства после этого были перенаправлены на укрепление городских защитных сооружений.

Что такое выброс? Это когда Туманная Зона приходит в движение, выходит из своих постоянных границ и накрывает близлежащие территории. Обычно ненадолго, от одних суток до нескольких дней. Но именно тогда люди испытывают на себе все прелести общения с туманными созданиями. Иногда даже слишком тесного, вплоть до того, что оказываются в желудке одного из таких созданий…

Артур еще находится достаточно далеко, поэтому такие выбросы его затрагивают раз в несколько лет. А вот те крепости, что поближе, переживают такое пару раз в год. И чем ближе к Туману, тем больше. Особо достается тем, что у самых его границ. Те крепости ежемесячно попадают под выбросы.

Но возвращаясь к Отшельнику… Их задачей было доставить одно, забрать другое и вернуться. Первую часть задания они выполнили без особых проблем. Переждали выброс в укрепленной крепости и домой. Вот тут-то и начались их проблемы. В дороге их настиг новый выброс, через сутки после предыдущего. Надо сказать, это было довольно редкое явление даже для этих мест. Выброс был слабый и непродолжительный, Но им и этого хватило.

Честно, Отшельник и сам не знал, как выжил, один из всей команды.

Повезло! Удачное стечение обстоятельств. Но именно так часто и происходит. Из всей команды он вернулся один, вместе с грузом неактивных кристаллов, и это путешествие стоило ему новых прядей седых волос.

Как у каждого нормального человека, у него были и свои друзья и недруги. Последние сразу раскричались, что это он уничтожил всю команду, чтобы не делиться прибылью. Но как-то так, без огонька, скорее из злости на него, чем действительно желая ему навредить.

И вот теперь он прибыл домой. Его дом, расположенный в старом трехэтажном доме, находился на некотором отшибе от укрепленной зоны наемников, компактного района их проживания, собственной крепости искателей шальной удачи. Именно из-за того, что он сторонился общества других людей, его и прозвали Отшельником.

Снаружи дом не особо выделялся, а внутри напоминал крепость в миниатюре. Вход в подъезд перекрывала мощная бронированная дверь. Попадая за нее, посетитель оказывался в другом мире. Подъезд сверкал своей чистотой и новизной. Все наружные окна из подъезда заложены кирпичом, с армированной решеткой, между слоями, чтобы придать прочности. На каждом этаже, дополнительная решетка с запором на ней. На этаже по две квартиры. В них никто не жил, хотя в каждую из квартир вела новая, крепкая дверь. Ремонт Отшельник делал своими силами.

Прежде чем подняться к себе, он спустился в подвал, включил электричество. Электропроводка была протянута сюда от городского тепличного комплекса неподалеку. На всякий случай был установлен и бензиновый генератор, но пока еще ни разу не приходилось им пользоваться.

С подачей электроэнергии сразу заработали мощные насосы, подающие на этажи воду из скважины.

Минуя все этажи, Отшельник поднялся на последний этаж. Там и располагалось его жилище, небольшая квартира на две комнаты. Не скромная обитель холостяка, а довольно уютная квартирка, не лишенная роскоши и комфорта.

Сейчас внутри царила темнота. Разувшись, он прошел до внутреннего распределительного щитка и повернул рубильник. Теперь можно было и включать свет. Все окна на момент его ухода были закрыты на мощные бронеставни. Разумная предосторожность человека, надолго покидающего свой дом. Пока что он их открывать не стал, а сразу же выбрался на балкон, оставив дверь открытой для проветривания. Все же за время его отсутствия пыли тут поднакопилось.

С балкона его квартиры открывался неплохой вид на город, что был в полукилометре от нее. А вернее, вид на стену со всей этой охранной бредятиной. Отшельник и раньше не особо любил город, и по этой причине в трудный период жизни, особо не колеблясь, он и выбрал стезю наемника.

«Блин, давно я уже там не был… Почти восемь месяцев прошло», – подумал он.

Вчера ему было доставлено небольшое послание, от которого он, можно сказать, немного охренел. Теперь ему в любом случае надо было попасть в город и понять, что он успел пропустить за время своего отсутствия.

Отшельник потянулся во внутренний карман за сигаретами, но, нащупав пустоту, чертыхнулся и опустил руку. Вот ведь, два года как бросил курить, а все еще в моменты смятения тянется за пачкой в карман!

Он посмотрел на небо. Если не присматриваться, обычное чистое небо. Уже начинает темнеть, скоро потянется дымка и находиться здесь станет небезопасно. Он хотел уже зайти в комнату, но, бросив взгляд на улицу перед домом, замер. Из-за угла появился знакомый ему парень. В последний раз они виделись здесь два года назад. За это время мальчик заметно подрос. В другой раз Отшельник бы окликнул его, но не сейчас. Ведь тот был не один – на руках он нес какую-то девушку. По этой причине Отшельник чуть промедлил, и в этот момент следом из-за угла шагнул еще один человек. По тому, что тот сразу же вскинул пистолет, целясь в затылок Киму, Отшельник понял, что у того неприятности. А в следующую секунду он телепортировался почти на пределе своих возможностей и оказался перед лицом парня с азиатской внешностью, ударив того по руке в самый момент выстрела. Рука дернулась, и пуля ушла в небо, а сам пистолет отлетел в сторону. Но другой появившийся азиат молча ударил в грудь Отшельнику. Того словно ударило током, и он вынужденно отскочил назад, держась за онемевшую руку. Вокруг азиата проскакивали молнии, создавая что-то наподобие панциря, а на губах играла нехорошая усмешка.

Нечто подобное Отшельнику видеть уже доводилось. Он видел, как парень с похожим умением даже пулю из автомата умудрялся останавливать – настолько виртуозно тот владел своим электрическим полем.

– В сторону!

Наемник только и успел пригнуться, когда над его головой пронесся поток чистого, почти голубого пламени.

– Жаркое по-пекински, – задумчиво произнес наемник, глядя на результат.

А азиат был еще жив, судя по тому, что пытался шевелиться. Электрическое поле тоже пропало. Отшельник подскочил и отвесил ему мощный удар, отправляя в страну нирваны. Оглянулся на Кима, стоявшего в нескольких шагах.

– Ничего не хочешь мне рассказать? Во что ты вляпался? И почему с тобой сестра главы СИБ? И что с ней?

Юрий даже не удивился тому факту, что Отшельник знает главу СИБ и его сестру. За сегодняшний день столько всего произошло, что уже устал всему удивляться. Киму как-то сразу вспомнился тот разговор у полицейской машины. Там уже упоминался ее брат.

– Они ей что-то вкололи, и она никак не приходит в сознание, – произнес Ким, и в его голосе слышны были нотки беспокойства.

Отшельник осторожно проверил пульс у сереброволосой девушки. Оттянул ей веко, глянул на зрачок и послушал дыхание.

– Она просто под действием препарата, – заключил он. – Эффект должен скоро пройти… Отнеси ее домой. Ты и сам выглядишь не очень… Так что случилось? – вспомнил Отшельник о своем предыдущем вопросе.

– Самому бы хотелось знать, – честно признался Юра. – Эти ребята с утра за нами гоняются… И даже пытались убить.

– Значит, придется расспросить этого парня. – Отшельник нагнулся и вскинул азиата на плечо. – Иди в дом. Скоро уже дымка начнет сгущаться.

– Хорошо.

Ким даже испытал нечто похожее на облегчение, свалив все свои проблемы на плечи Отшельника. Именно с его плеча вниз головой и свисала последняя проблема.

Наемник не стал относить тело азиата слишком далеко. Занес его за угол и сбросил на землю. Конечно, он владел методом экспресс-допроса, которому его обучили во время службы в спецназе. Но ему нужна была полная и вполне достоверная информация, а этот метод ее не гарантировал. Для добычи информации у него было кое-что другое, то, что он достал через старых знакомых и хранил при себе. Тюбик-шприц с препаратом, хорошо развязывающим любые языки.

– Ну что же, соловушек, послушаем твою трель, – вкалывая в вену препарат, вполголоса сказал Отшельник.

* * *

Легкая дымка заволокла округу. Уже прошел час, как наемник унес того корейца для допроса. Но сейчас глядя в окно, Ким думал не об этом. Сейчас перед глазами у него стояли события прошедшего дня, а именно моменты, когда он убивал. Нет, никаких угрызений совести по этому поводу его не захлестнули. Ему не оставили выбора. И если бы убил не он, убили бы их. Но даже так не мог выкинуть из головы тех троих убитых им: двоих полицейских и корейца. (Про того, что убил сильным ударом, прорываясь через заслон, он еще не догадывался.)

Мог ли он поступить тогда иначе?

Пожалуй, в той ситуации он поступил правильно. О возможности их просто ранить, а не убивать, он старался даже не думать. Этим он только себе навредит.

Его мысли были прерваны возращением Отшельника. Прежде чем заговорить с парнем, он сначала проверил лежащую на кровати девушку. После чего, поправив на ней покрывало, встал у окна рядом с Кимом.

– Повезло же тебе выжить после встречи с шина-ка, – начал он свой разговор.

– Шина-ка… кто это? – конечно, Юра не знал об этой организации ничего. Да и услышал сейчас о ней впервые.

– Японское подразделение разведки, занимающееся именно нашим регионом, – пояснил наемник, не вдаваясь в дальнейшие подробности. – Серьезные ребята…

– А я им на кой сдался? – удивился Ким. Ему действительно это было непонятно. Не помнил он, что вообще этим ребятам дорогу переходил.

– Отмеченный, владеющий уникальной, неизвестной и изученной способностью призыва… Конечно, ты их заинтересовал. Иначе и быть не могло, – пожал плечами Отшельник. – Эти ребята и занимались тем, что собирали детей и подростков со способностями отмеченных. А тут им такой подарок в виде тебя. Конечно, они не упустили такого шанса пополнить свою коллекцию уникальных способностей.

– Но я тщательно храню этот секрет… – тихо возразил Ким и покосился на все еще не пришедшую в сознание девушку. – Как они могли узнать?.. – Тут он побледнел от внезапной мысли. – Ри?!

– Успокойся, – поспешил развеять его опасения Отшельник. – С ней все хорошо… Они о ней даже не догадывались. Не успели выяснить таких подробностей… Но не встреть они тебя у школы, добрались бы и до Рейчел…

– Но тогда откуда? – спросил Ким, почувствовав облегчение.

– Эти ребятки хорошо все просчитали. Трогать тех, у кого есть семья – значит поднять возможную шумиху и все такое… – зашел издали Отшельник, чтобы сразу все разъяснить. – В этом плане воспитанники детских домов более уязвимы. А как лучше получить информацию об отмеченных из этих мест? Правильно, расспросить персонал… Вот они и расспросили старушку Ичига… Помнишь ее еще?

Помнил ли Ким? Конечно, помнил их бойкую заведующую. Она единственная из персонала детского дома знала о нем. Знала и молчала… А теперь она…

– Она не могла рассказать, – не поверил в такое Ким.

– Знаешь, под пытками даже самые стойкие ломаются… А она обычная женщина… Этот урод… – в голосе наемника проскользнул металл. – Надеюсь, алые волки им не побрезгуют! Он лично ее пытал и убил… Удачно то, что он крайне тщеславный подонок и не поделился тем, что узнал от нее, с остальными. Нам не придется их всех выискивать, чтобы заткнуть навсегда… Хотя в любом случае с ними что-то придется делать… Не хочу, чтобы по все же не совсем чужому мне городу шлялись залетные гастролеры.

– И что теперь? – спросил его Ким. Если и был на свете человек, которому он безгранично доверял и к мнению которого всегда прислушивался, так это был Отшельник.

– Что теперь? Теперь не хочешь ли ты объяснить смысл твоего недавнего послания мне и поведать, откуда ты знаешь эту девушку? – кивок в сторону кровати. – Но сначала подробно расскажи о сегодняшнем дне.

– Ну, для начала можешь меня поздравить… Я теперь учусь в академии Святого Апостола Павла, и она моя одноклассница, если что.

– Ну ни хрена себе я на задание съездил! – только и сказал обалдевший от такой новости Отшельник. – Когда только успел?

– Да вот только на днях, – скромно потупился Ким.

– Давай подробнее… – потребовал его собеседник.

Несмотря на насыщенность этого дня событиями, рассказ много времени не занял. Не так уж много моментов прошедшего дня требовало подробного рассказа. А вот об академии Отшельник расспрашивал Кима не меньше часа. Особо интересовался тем, видел ли он ректора, но так и не объяснил, зачем ему это.

– А я все думал, откуда у тебя этот дробовик, – задумчиво произнес Отшельник после рассказа о встрече с полицейскими. – От него лучше избавиться. Если будут спрашивать, отрицай свою причастность к этому. Говори, что началась стрельба, а ты, воспользовавшись этим, постарался сбежать на их машине. Убивать не убивал. Пусть докажут обратное… Но думаю, в этом тебя обвинять никто не станет… – Он снова глянул на девушку. – Ей вкололи препарат, блокирующий все способности отмеченных. В сознание она придет часа через три, не раньше. А вот своими способностями она не сможет пользоваться около недели… – Отшельник снова помолчал и предупредил: – Не надо ей меня видеть. Общение с ее братом в мои планы пока не входит. Хотя тебе его бояться не стоит. Он только с виду грозный и страшный.

– Но мне все равно надо будет объяснить, что это за место, – заметил Ким.

– Скажешь, что не знаешь, кто тут живет. Хотя лучше скажи, что здесь живет… Да придумай что-нибудь, не маленький уже!

– Может быть, нам тогда в любом другом месте перекантоваться? – предложил Ким.

– Сиди уж… куда ты с ней пойдешь… – махнул рукой. – Да утра будьте здесь, а как взойдет солнце, возвращайте в город… К тому времени я постараюсь уладить ваши проблемы… По крайней мере основную часть существующих проблем.

– Сейчас пойдешь? – уточнил Ким, покосился наружу.

– Позови свою подружку. Пусть меня проводит… – усмехнулся. – Да, вот еще… – вспомнив, полез в свои вещи. Вытащил два обычных, кнопочных телефона. – Один себе оставь, а другой Ри передай.

– А ничего, что в нашем районе связь не действует? – спросил Ким, но и не подумал отказываться от подарка, аккуратно забрав оба аппарата.

– Это армейские модели. Не смотри, что простенькие… Для этих мест они самое то. Работают через специальные армейские станции-ретрансляторы, – пояснил Отшельник. – Их только недавно начали тестировать, но уже они превзошли все допустимые ожидания… Правда, этих станций еще слишком мало, поэтому не везде возможен устойчивый прием.

– И что это для нас меняет? – не понял Ким. – Мы сейчас за городом.

– А то, что армейские ретрансляторы даже здесь уже есть… По крайней мере мое жилище находится в зоне покрытия. – Отшельник показал полную шкалу делений, указывающую на уровень сигнала. – При необходимости они могут работать как обычные рации… Удобная штука, знаешь ли. Подключаются даже к обычной городской сети. Плюс никакого роуминга и оператору платить не надо… Все же это армейские модели. – Он протянул два провода с разъемами: один плоский, под телефон, а другой круглый, входящий штекер, которые устанавливают в обычных телефонах. – Там же есть два переходника с одного разъема на другой.

– У наших военных есть такие? – Ким по-новому взглянул на телефон в своих руках. – Дорогие, наверное?

– Без понятия… – Отшельник пожал плечами. – Их нет в свободной продаже… Да и насколько мне известно, это пока тестовая версия, и ее еще дорабатывать и дорабатывать.

– А у тебя они откуда?.. – удивился парень.

– Места надо знать… Захочешь со мной связаться, мой номер уже забит в память. Если буду в зоне доступа, отвечу.

– Спасибо! – серьезно глянул на Отшельника Юра.

– Ладно, зови уже свою любительницу рыбки. Это хорошо, что ты ее раньше, в городе не позвал, а смог выбраться своими силами… Не знаю, что сейчас бы пришлось делать, если бы вас кто-то увидел вместе.

* * *

Телефон в кармане старательно напоминал о себе: вибрировал, издавал пронзительные громкие звуки, словно крича: «Хозяин! Я здесь… Вспомни обо мне!» Антадзе хотел было уже скинуть вызов, но, подумав, что может звонить кто-то из его ребят, тоже занятых поисками, потянулся за телефоном. Хотя он и предупреждал всех, чтобы звонили на другой телефон – этот обычно он использовал для других, неслужебных звонков.

Но звонивший ему был вообще незнаком. Его номер не определялся, и абонент высвечивался как инкогнито. Довольно странно…

– Кто это? – сразу спросил он в трубку. – Назовитесь! – Не было у него времени играть в угадайку.

– Как обычно, сразу к делу, – голос говорившего был изменен явно какой-то автоматической программой, из-за чего слышался неестественно. Но даже так оставалось предельно ясно, что разговор ведется с женщиной.

– Вы что-то хотели?

Князь Аланов, что находился рядом, оглянулся на него, уловив стольные нотки в голосе главы службы безопасности Академии, и насторожился. С хорошими знакомыми так обычно не разговаривают.

– Что-то случилось? – спросил он, но Лаврентий от него просто отмахнулся.

А вот та, что была на другом конце, его услышала:

– Это там не Берсерк случайно?.. Отлично! Дай громкую связь. У меня информация, касающаяся вас обоих, – заявила она.

Говорящая явно хорошо знала их обоих. Поэтому без особых колебаний Антадзе сделал так, как она просила.

– Говорите, – сказал он, поторопив собеседницу.

– Отлично! Перейду сразу к делу… Те, кого вы ищете, в полной безопасности, и завтра с утра сами вернутся в город… – произнесла таинственная женщина.

– Где моя сестра? – подался вперед князь. Сейчас он больше чем когда-либо соответствовал своему прозвищу. Окажись сейчас эта незнакомка возле него, ей бы можно было сейчас только посочувствовать.

– Лаврентий, будь добор, врежь этому придурку по башке, – попросили его со вздохом с того конца соединения. – Я же ясно сказала, что с ними все в порядке и что утром они вернутся… Вечно от этого несдержанного одни проблемы. Как ты его вообще терпишь?

Антадзе положил ладонь на плечо полковника Аланова и чуть сжал его пальцами.

– Вы сказали, они вернутся в город… Хотите сказать, что их сейчас там нет? – Он, конечно, сразу же ухватился за прозвучавшую оговорку. – Случайно не через тот ли старый туннель, что обнаружили в подвале дома, рядом с которым бросили угнанную полицейскую машину, они покинули город?

– Приятно иметь дело с умными людьми! – сделала она ему комплимент. – Сейчас время дымки, и поэтому они не могут вернуться в сию секунду. Да и девочка немного пострадала… Ничего смертельного, – поспешила она добавить, предвидя очередную реакцию брата Айки. – Ей вкололи препарат, блокирующий ее способности. У мальчика с собой ампула этого вещества. Сможете ее изучить.

– Почему он ушел за стену? – О причине он и сам догадывался, но хотел услышать и чужое мнение. Скорее всего, его вынудили пойти на этот шаг.

– На мой взгляд, это было разумное решение… С телом девочки на руках у него не было особого выбора. Да тут еще и преследователи, наступающие прямо на пятки… Ему надо было где-то спрятаться, а развалины за стеной вполне для этого подходят. Мой человек постоянно следит за ними, и, с его слов, мальчишка неплохо знает местность. И нашел неплохое безопасное укрытие! – Ее смех, искаженный программой, слышался довольно жутко. – Вот хозяин того места вряд ли обрадуется, вернувшись домой и узнав, что в его отсутствие там побывали незваные гости… Он, видите ли, не очень общителен.

– Может, стоит послать за ними людей? – уже спокойно спросил Вадим.

Вот только взгляд у него остался беспокойным. Сильно волнуется за сестру. Это и понятно, учитывая кое-какие семейные обстоятельства. Ведь он сам тогда, три года назад, участвовал в операции по ее спасению. Тогда младшую сестру Аланова похитили работорговцы. Увы, в наше время и такое еще случается. Особенно в цене девочки со способностями. И поэтому нынешняя ситуация сильно напоминала ему тот случай.

– Не очень хорошая идея… Будет лучше, если вы утром сами их встретите. У мальчика есть все основания не доверять людям в форме… – сказано с явным намеком. – Не беспокойтесь, то место вполне безопасное. Мой человек рискует больше. И вот еще… Думаю, это вас заинтересует… Запоминайте адрес: Варяжий проспект, дом двенадцать. Там у неких прытких мальчиков, что затеяли весь этот бедлам, подобие штаб-квартиры. В подвале они держат двоих подростков, которым повезло меньше… Надеюсь, мы друг друга поняли.

Вадим обернулся на присутствующих рядом с ними еще двоих человек, старика и молодого парня с армейской выправкой. Жестом подозвал молодого.

– Все слышал? – Жесткий взгляд и утвердительный кивок в ответ. – Адрес запомнил? – Еще один кивок. – Тогда работайте по тому адресу. Аккуратно, не наломайте дров. Если там действительно… – Он посмотрел на старика. – В общем, знаете, что надо делать… Все, идите.

– Госпожа Паучиха, если не ошибаюсь, – неожиданно сказал Лаврентий, а в ответ послышался все тот же жуткий смех.

– Все же приятно иметь дело с умными людьми! – снова отвесила она ему щедрый комплимент. – Но я не люблю это прозвище. Предпочитаю, когда ко мне обращаются просто Мадам.

– Мадам, – поправился он, – вам-то с этого какая выгода?

– Не люблю, когда в моем городе творят беспредел заезжие гастролеры… – сказала она, особенно выделив слова «в моем городе». – Особенно если они обижают детей. Этого я никому не прощаю, даже своим! – намек более чем понятен. – Отдайте мне тех уродов, что сейчас сидят у вас, и мы будем квиты.

Лаврентий глянул на Вадима. Тот кивнул. Ему они были не нужны. А зная репутацию Паучихи, то есть Мадам, можно было предположить, что их тела никогда не найдут. И это его вполне устроит.

– Завтра, как только дети вернутся, их отпустят, – согласился он.

– Тогда на этом я с вами прощаюсь… Спокойной ночи, господа.

Связь прервалась.

– Вынужден заметить, – бесстрашно произнес старик, который стал случайным свидетелем разговора, – что Ким очень воспитанный мальчик и никогда не причинит вреда девочке… Слышали, никогда!

– Я вас услышал, – кивнул на это полковник, стремительно выходя из кабинета.

Идущий следом Антадзе задержался, чтобы предупредить:

– Надеюсь, говорить о том, что вы должны молчать об услышанном, не надо?

– Молодой человек, – по привычке начал школьный директор, но осекся и поправился: – Уважаемый, я прожил долгую жизнь и понимаю, когда лучше промолчать, а когда нет, так что не надо меня запугивать.

– Очень хорошо. А о парне не беспокойтесь. Я здесь именно для того, чтобы ему никто не навредил. – И безопасник академии тоже вышел.

* * *

Голова просто раскалывалась, сильно мутило, во рту была целая засуха. А вот лежать было вполне удобно. До Айки не сразу дошло, что лежит она на мягкой кровати, укрытая легким покрывалом. Обведя взглядом незнакомую комнату, она увидела Кима, стоящего у окна. Тот, видимо, тоже что-то почувствовал, обернулся, и их взгляды встретились. Если честно, ей почему-то было приятно увидеть на его лице чувство беспокойства за нее, как приятно было видеть и самого парня. Судя по окружающей обстановке, они сейчас были в безопасности.

– Ты очнулась? Хочешь воды? – спросил он. Сил хватило только на то, чтобы кивнуть. Стакан с водой, как она заметила, уже был наготове. Пока она жадно пила из его рук, он аккуратно поддерживал ее за спину. – Не торопись… Вода еще есть.

– Спасибо. – Когда она напилась, ей стало значительно лучше. – Где мы? Последнее, что я помню, как мне что-то вкололи… а дальше не помню… Уроды! Взяли моду меня всякой гадостью колоть… Убила бы гадов!

«Так уже… убиты», – подумал он про себя. Но сразу отметил упоминание о моде колоть гадости. Так с ней подобное уже случалось?

– Ну, нам все же как-то удалось сбежать… – улыбнулся он. – Теперь мы в относительной безопасности.

– Так где мы? – Она попыталась сесть, и это ей хоть и не сразу, но удалось.

– Я же сказал, в безопасности, – снова повторил Ким, хотя прекрасно понял, что не это она хотела услышать от него.

– Это я поняла, но чья это квартира?.. – проявила настойчивость девушка. – Надеюсь, ты не влез в чужую квартиру без спросу?

«Так вот что ее беспокоит! – догадался он. – Следовало догадаться… Правильная девочка, даже в мелочах остается правильной… Обидеться, что ли?» – но последняя мысль проскользнула как-то без огонька и желания: слишком он устал за сегодня.

– Не беспокойся… Взлома с проникновением в чужую квартиру не было… Здесь живет один знакомый мне наемник… – Отшельнику легко было попросить не говорить о нем! А как это сделать? – Правда, его сейчас нет дома. Наверное, обратно где-нибудь в найме… Но где у него хранятся запасные ключи от дома, мне известно… Так что взлома с проникновением не было.

– Это почти одно и то же… – проворчала Айка, и только тут до нее дошел смысл сказанного им. – У тебя есть знакомые среди наемников? – удивилась она вполне искренне. Можно было подумать, он сказал о чем-то необычном.

– Знакомые? Ну, я бы так не сказал… Просто общался с ним пару раз, – пожал плечами Ким. Врать Айке ему не хотелось, но и правду он сказать не мог.

– У него есть городской телефон? Мы могли бы позвонить моему брату, – предложила девушка.

– Здесь с этим проблема, – говорить про те два телефона, что оставил ему Отшельник, Юра не стал. – Здесь не действует связь…

– Так мы что, все еще на окраине? – удивилась Айка и еще раз окинула взглядом обстановку. Видимо, то, что она знала о городских окраинах, немного не соответствовало тому, что она видела вокруг.

«Девочка из высшего общества!» – подумал он и в этот момент ясно осознал ту пропасть, что их разделяла. Он постарался сменить тему и прояснить услышанное от нее.

– Так что ты там говорила насчет моды на обкалывание гадостью? – уточнил он.

– Просто меня уже похищали. Ты не слышал? – даже удивилась девушка, но сама же ответила на свой же вопрос: – Хотя откуда тебе знать, в Академии ты недавно, а в прессе об этом не упоминали.

– Похищали? Это из-за брата? – предположил он, зная, кем работает Аланов.

– Самое смешное, что нет… Они до последнего даже не подозревали, чья я сестра. – Усмешка у девушки вышла кривая и невеселая. – Не хочу об этом вспоминать… Так где мы? – вернулась она к предыдущей теме… – Окраина? Не знала, что здесь можно найти нечто подобное.

– Ну, вообще-то мы немножко дальше, – признался Ким. Что толку было скрывать, ведь все равно она скоро и сама поймет.

– Дальше? – Девушка не сразу его поняла. – Хочешь сказать, что мы за стеной? – Но глупой она точно не была. Немного наивной да, но не глупой. Ее взгляд остановился на окне. – Как мы сюда вообще попали?

– Как-то попали… – Он перехватил ее взгляд и немного смущенно пожал плечами. – Так получилось…

– Но это же опасно! – Стереотип человека, ничего не знающего о жизни за стеной и создавшего свое мнение исходя не из жизненного опыта, а из разговоров других людей, тоже слабо представляющих, как живется за стеной города.

– Сможешь встать? – неожиданно спросил ее Юра.

– Попробую…

Но сделать это ей удалось только с помощью Кима. Голова сразу же закружилась, и если бы он ее не придержал, Айка, наверное, упала бы. Он подвел ее к окну, на внешней стороне которого она заметила толстые прутья решетки.

– Смотри, – сказал он.

– Куда смотреть? – не сразу поняла она.

Снаружи она видела только туманную дымку и какие-то старые строения, бывшую часть города.

– Туда смотри… – В том направлении, куда он показывал, километрах в трех отсюда, она увидела свет. Те же старые здания мешали хорошо его разглядеть, но там определенно что-то ярко светило.

– Что это? – оглянулась на него Айка.

– Городской тепличный комплекс, – пояснил Ким, придерживая девушку за плечи. – Большая часть всех свежих овощей, продающихся в Артуре, выращивается здесь. Их обслуживает около тысячи человек персонала. Это не считая администрацию и охрану… Для них и их семей построен целый городок. Там есть магазины, школа и детский сад и даже общественный транспорт. Они также подключены к городской телефонной сети… – Он сделал паузу, прежде чем продолжить. – И они не считают, что живут в ужасных условиях. Вполне довольны своим положением. Заметь, тепличный комплекс работает круглосуточно, несмотря на дымку… – Ким указал рукой назад. – Если посмотреть туда, можно увидеть Демьяновку, небольшой городок, созданный наемниками. Там тоже есть своя школа, детский сад, городская администрация и даже военная база министерства обороны… Там все те же магазины, центр культуры и кинотеатр, тот же общественный транспорт, и они тоже подключены к телефонной городской сети… Более того, между этими двумя поселениями действует круглосуточное железнодорожное сообщение. Два специальных бронепоезда постоянно курсируют между анклавами. Здесь повсюду, куда ни глянь, живут люди, большими и малыми поселениями. И даже поодиночке… Главное соблюдать прописные правила безопасности. Только вы, укрывшись за стеной, этого не хотите замечать. Вы вбили себе в головы, что за стеной жизни нет.

– Помоги мне сесть, голова кружится, – попросила его девушка. – Надеюсь, эта гадость без последствий…

Ким помог ей дойти и опуститься в кресло. Какое-то время она сидела молча, закрыв глаза.

– Это побочный эффект. Скоро должно пройти… Может быть, еще воды? – предложил он.

– Пока не хочу, – отказалась девушка. – А ты неплохо ориентируешься в здешних реалиях. Часто бывал? – спросила она, нисколько не обидевшись на его слова.

– Можно и так сказать. Я с детства был любознательным мальчиком… Меня тянуло ко всему неизведанному… А после того как во мне проснулись способности управления огнем и холодом, меня вообще потянуло на подвиги. Одно время я специально даже искал алых волков, чтобы на них попрактиковаться.

– Огонь и холод? – она выглядела удивленной. – Но в тех документах, что были с тобой, ничего о таком не сказано.

– Это вопрос не ко мне, – усмехнулся Ким. – Документы не я составлял. И меня никто об этом не спрашивал.

Он осознанно раскрыл эту свою тайну. Отшельник сказал ему, что все равно придется это сделать. В академии рано или поздно до этого докопаются. Так что лучше об этом не молчать.

– Покажи! – попросила она с интересом во взгляде.

Ему было не сложно, показал. На ее лице отразился восторг.

– Классно!.. Ну как, ты тогда нашел волков?

– Нашел неприятность на свою жо… – Он оборвал самого себя. – Я нашел Отшельника… Так зовут наемника, который здесь живет, – пояснил он и поморщился. – Знакомство с его ремнем было болезненным и отрезвляющим. А позже меня сдали на руки родным, и от сестры я получил свой первый подзатыльник.

– Но это, я так понимаю, не отбило у тебя желания бегать за стену? – усмехнулась девушка. Судя по выражению ее лица, она находила это забавным.

– Вот еще… Просто я постарался больше не попадаться на глаза наемнику, – сказанное прозвучало довольно естественно, но от этого обманом быть не перестала. Он ведь часто сюда бегал только ради общения с Отшельником. Именно тот стал для него наставником и учителем. – Я облазил все развалины в округе.

– А как ты вообще за стену попадал? – неожиданно полюбопытствовала Айка.

Это тоже уже не было секретом. Отшельник и об этом посоветовал не молчать. Ведь тот туннель был не единственным, ведущим за стену.

– Я нашел старый городской водоотвод… Он как раз вел за стену. По нему и бегал все время… Правда, последние несколько лет времени на такие развлечения не осталось, – признался он.

– Веселое у тебя было детство, – заключила она.

«Я бы так не сказал… Жить в семье гораздо веселее, чем в детском доме», – подумал Ким, но вслух об этом, конечно, не сказал.

* * *

И снова телефонный разговор. На этот раз собеседниками были женщина (чей голос показался бы знакомым, если могли его услышать Аланов и Антадзе) и тот, кто известен нам как Отшельник.

Она: Я выполнила то, о чем ты меня просил.

Он(с чувством благодарности): Теперь я твой должник.

Она(немного жестко): Я тоже не люблю тех, кто приходит гадить в мой дом…

Он(с интересом): Что будешь делать с теми, кого отпустят завтра?

Она(равнодушно): Волкам тоже надо питаться… А отбросов я не потерплю… Не знала, что тот мальчик твой протеже… Вообще-то ты мог меня и раньше предупредить о нем. Тогда бы я не чувствовала себя так глупо. Знай бы я раньше…

Он(почти честно): Ну прости… У меня были на то свои причины… Да и знаю я его с самого его детства.

Она(с насмешкой): А ты у нас, оказывается, сентиментальный!

Он(тоже с усмешкой): С тобой мне не сравниться. Твои актерские способности меня всегда восхищали!

Она(с намеком): Коль ты сам назвался должником, как насчет того, чтобы сразу же вернуть долг?

Он(обреченно): Каким образом?

Она(все с тем же намеком): Здесь недавно открылся новый ресторан…

Он(понятливо): Позволит ли красивейшая из женщин пригласить ее в это чудное место? Скажем, в понедельник, в шесть часов вечера?

Она (благосклонно): Конечно, позволит! Как позволит тебе самому распланировать весь наш вечер и оплатить развлечение…

* * *

– Вот же сволочи! – такой была реакция Айки на известие о том, что она какое-то время вряд ли сможет использовать свою способность. Ким сказал ей, что слышал, как об этом говорили полицейские. – Но почему на тебя тот укол не подействовал? – неожиданно спросила она.

Ким даже не сразу и понял, о чем она. И видя его недоумение на лице, она пояснила:

– Ну помнишь, тот тип с автоматом… Он же тебе тоже вколол…

И тут только Юра сообразил. Если быть честным, он тогда и не понял, что тот проделал за его спиною.

– Он выбрал неудачное для этого место, – нехотя пояснил он. Рассказывать об этой своей особенности очень уж не хотелось – стеснялся он своей чешуи, хотя и прекрасно понимал, что долго он это все равно скрывать не сможет. Но так не хочется говорить…

– То есть? – не поняла она.

– Кожа у меня там толстая, – неохотно буркнул он, надеясь этим ограничиться, но не тут-то было.

– Как это толстая? Как у носорога, что ли? – предположила она. – У тебя там что, панцирь? Покажи!

– Да нет там ничего такого! – И он отвернулся к окну.

– Покажи! Тебе трудно, да?.. Никогда не видела панциря, – не отставала от него Айка. Опять у нее глаза какого-то необычного оттенка.

– Да нет там никакого панциря… Чешуя у меня там, – еще сильнее покраснев, Ким совсем отвернулся.

– Ну покажи!.. – продолжала она упрашивать.

– Нечего там смотреть, – категорически отказался он, так и не поддавшись на уговоры.

* * *

С первыми лучами утреннего солнца закончилось и время туманной дымки. Через старые развалины города к месту, через которое они попали за стену, возвращались парень и девушка. Чтобы немного запутать ее, Ким, возвращаясь, сделал крюк в надежде, что она не сможет вспомнить дорогу к дому Отшельника.

Всю дорогу девушка старалась держаться поближе к Киму, опасливо озираясь по сторонам.

– Не бросится на нас никто, – заметив ее взгляды, сказал он.

– Уверен? – уточнила она. Трудно вот так сразу отбросить то, во что долгое время верила.

– Мы уже почти у входа в туннель, – постарался успокоить ее Ким. – Еще немного, и мы в городе.

Он чуть покосился в сторону на небольшое туманное облачко, что следовало за ними на некотором расстоянии позади. Если здесь и был кто-то из туманных созданий, то сейчас, почувствовав присутствие Туманного Кота, они убегали без оглядки.

– Надеюсь, нам больше не придется бегать, – проворчала она. – Я никогда в жизни не бегала столько, сколько бегала весь вчерашний день.

– Ну извини, – покаялся он, хотя его никто и ни в чем не обвинял. Так, на всякий случай. Из жизненного опыта общения с сестрой Ким знал, что лучший способ решить проблему – это лишний раз извиниться. Из-за этого от него не убудет.

Выходя из-за угла, парень резко остановился и сдал назад.

– Что там? – насторожилась и Айка, но Ким не ответил. У входа в дом, где и был туннель под стеной, он заметил двоих человек. Одного он сразу узнал – это был кавказец, приходивший в их класс. А вот второй верзила ему был незнаком. А пока он думал, как поступить, Айка, не дождавшись ответа, выглянула из-за него и…

– Братик! – с радостным криком бросилась она к этим людям. У Юрия не было другого выхода, кроме как последовать за ней. Очень не хотелось, но видимо, все же придется ему встретиться с ее братиком.

Их заметили. И глядя на то, как здоровяк осторожно и с трепетом обнимает прижавшуюся к нему девушку, Ким наконец-то поверил в то, что все закончилось.

К нему подошел Лаврентий Павлович.

– Юра, ты как сам, нормально? – спросил он, заглядывая ему в глаза.

– Нормально… Я так понял, вы за нами? – пожал Ким плечами.

Их ни о чем не стали расспрашивать. В подвале их ждали еще люди, которые осветили им путь мощными фонарями.

Они спустились в туннель. Вот где было настоящее столпотворение! Никогда прежде Юра не видел здесь столько народу. И каждый был чем-то занят. Кто-то что-то замерял. Некоторые были заняты распутыванием каких-то кабелей. У решетки, перегораживающей проход, сверкал огонек сварки. Приблизившись, он увидел, как рабочие в синих спецовках устанавливают новые запоры на дверях и датчики движения и камеры наблюдения на стенах. Кто-то крепит распутанные и лежащие на полу кабели на стену… У лестницы, ведущей наверх, рабочие все в той же синей униформе приделывают к стене каркас будущей двери, которая стоит тут же, прислоненная к стене. Ее толщина впечатляет – явно бронированная.

Старая металлическая дверь наверху распахнута настежь и уже не выглядит старой. Кто-то успел очистить ее от многолетней ржавчины и смазать. Около нее тоже возятся рабочие со сварочным аппаратом…

Они поднялись навверх и вышли на улицу. Полицейского автомобиля здесь уже не было, зато присутствовал черный внедорожник «империал» с наглухо за тонированными окнами. Тут тоже было многолюдно. Несколько броневиков и людей в сферах и бронежилетах. Но явно не полицейский спецназ, у тех сбруя попроще.

Их посадили на заднее сиденье внедорожника, и уже после этого для Кима начался форменный допрос.

Что он делал в городе вчера днем?

Глупый вопрос. Собирался навестить родных, взять кое-какие вещи…

Зачем он пошел в школу?

Хотел выяснить у директора о внезапности своего перевода.

Выяснил?

Да, конечно… Директор ему все объяснил. Да вы и сами можете его спросить… А, уже спросили…

Что он делал дальше и когда заметил слежку за собой?

Пошел домой… Слежку заметил почти сразу… Видите ли, у меня хорошая зрительная память, и я, конечно, сразу обратил внимание на двоих подозрительных типов, идущих за мной. Но не сразу придал этому значение.

Почему не обратился к полицейским?

Я уже сказал, что не придал этому значения. Даже как-то не подумал об этом. А потом, когда я покинул оживленный район, стало уже не до этого. Те попытались его перехватить… Да, я был вынужден защищаться. Нет, я только защищался.

Когда появилась Айка?

Да где-то через пару минут после драки… Нет, я не знал, кто они такие… Они не представились.

Как произошла встреча с полицейскими и что произошло дальше?

Мы увидели их, решили попросить помощи. Поэтому вышли к ним… Нет, я не почувствовал от них угрозы… Да, они спросили, что произошло, а мы ответили… Я отдал им шприц-пистолет… Конечно…

Телефон?..

Они его не спрашивали… Да, вот он… Конечно, можете взять.

Помню, как меня ударили электрошокером… Нет, без сознания я лежал недолго… Очнулся, а они спорят между собой… Что? Нет… У меня не было оружия… Я не видел, как они погибли. Нет, не видел, кто стрелял… Стреляли откуда-то из развалин. Что я сделал? Увидел, что им не до меня, воспользовался тем, что передняя дверь на местеводителя открыта, бросился в машину и захлопнул за собой дверь.

Нет, раньше мне не доводилось управлять машиной, но я видел, как это делают другие. А у меня был выбор?..

Вот примерно в таком духе и состоялся его первый допрос по дороге в управление СИБ. Вопросы задавались не по порядку, перескакивая с эпизода на эпизод. Если ему и не поверили в рассказе про полицейских, то никто не высказал ему своего недоверия. Видимо, прав был Отшельник: никто всерьез не будет обвинять его в убийстве тех козлов. Даже если он признался бы, дело бы замяли.

Около самого управления произошло странное событие. Из здания вышли трое, притом тот, что в центре, без помощи друзей и передвигаться сам мог с трудом. Но стоило им спуститься с крыльца, как из-за поворота выскочили две серебристые «паллады», и крепкие бритые ребята без церемоний затолкали троицу в машины и были таковы. И это все на глазах у сотрудников СИБ, которые не сделали ни единой попытки остановить творящийся беспредел. Никакой реакции не последовало и от начальника этой конторы, который взирал на все это с равнодушным видом.

Ким с Айкой удивленно переглянулись. Смысл происходящего так и остался им неясен. Но спрашивать и лезть в чужие дела они не стали.

– Все нормально? – спросил брат Айки у стоящего у входа сотрудника.

– Так точно! – браво отрапортовал тот. – Никаких происшествий.

– Хорошо…

Они вошли в холл. Сразу же к ним подскочили две женщины в белых халатах и увели Айку на обследование. Перед уходом полковник Аланов передал им ампулу с препаратом. Видимо, эти женщины были здесь не просто врачами. Дальше они проследовали в кабинет полковника. Ким ожидал продолжения начатого в машине допроса, но вместо это услышал:

– Спасибо тебе за сестру! Ты молодец, все правильно сделал… – Странно было услышать искреннюю благодарность от такого человека.

– Да не за что, – ответил он, немного смущенный похвалой. – Это мне самое время извиняться. Не заметь она тогда меня и тех двоих, что меня преследовали, не оказалась бы она в той ситуации… Ведь она бросилась мне помогать, не думая.

– Вот именно, что не думая, – в сердцах буркнул брюнет. – Она хорошая девочка. Но часто действует на эмоциях… А как бы ты поступил на ее месте?

– Так же, – признался Ким. – Я не бросаю друзей в беде.

– Значит, в этом вы похожи… – Аланов оглянулся на кавказца. – Лаврентий, не буду вас задерживать. Отвези парня обратно в академию… Если потребуется дополнительная информация, я с тобой свяжусь.

И это все? Ким был порядком удивлен, но и обрадован.

Они покинули управление СИБ, но на крыльце Юра вдруг остановился и заозирался по сторонам.

– Ты чего? – заметил его реакцию грузин.

– Да вот думаю, – признался Ким, чуть покраснев. – Не выскочит ли за мной такая же пара «паллад»…

– Думаю, тебе и моей «паллады» хватит, – усмехнулся Антадзе, кивая на темно-синюю машину упрощенной комплектации, скромно стоящую чуть в стороне от управления. Данная модель была крайне популярной в городе, и не только у среднего класса, но и у знати. Вся разница в комплектации.

– Садись, – Антадзе указал Киму на место рядом с водителем, а сам уселся за руль.

Машина хоть и не новая, но было заметно, что владелец о ней заботится.

Они тронулись, и через минуту Ким понял, что они едут не в сторону портала, ведущего в академию.

– А… куда мы едем? – осторожно спросил парень.

– Ты же хотел за вещами домой заехать? – оглянулся на него Лаврентий Павлович. – Вот туда сначала и заедем.

Значит, дорога до моего дома ему известна, как и то, где я живу… Блин, о чем это я… Курьер же меня как-то нашел!

То, что дорога до его дома грузину действительно известна, стало ясно уже через несколько минут. Да и в лабиринте улиц тот ориентировался прекрасно. Уже через двадцать минут они подъезжали к особняку купца Тарасова.

Первое, что бросилось в глаза – знакомый бронеавтомобиль «хищник» у дома и морпех из команды Тима, играющий с его домочадцами у калитки. Еще один морпех, которого Тим называл Стасом, наблюдал за этим со стороны, закинув за спину автомат.

Появление «паллады» не осталось незамеченным. Стас положил руку на цевье автомата, пристально следя за машиной. Другой, что играл с детьми, тоже замер, повернулся к ним, положил ладонь на кобуру с пистолетом. Когда машина остановилась, Стас шагнул к ним.

Ким вылез из салона и махнул ему рукой.

– Стас, привет! – поздоровался он как со старым знакомым.

– Ты теперь с личным водителем? – промолвил морпех, разглядывая грузина за рулем. – Хотя это вполне разумное решение, учитывая переполох в квартале по соседству.

Ответить Ким не успел. В этот миг на него налетели визжащие от радости дети, четыре пацана и две девочки возрастом от четырех до шести лет. Исключая Ри и старших близнецов, это была вся его семья. До недавних пор они жили здесь вдесятером.

– Я скоро, – оглянулся парень на машину, с трудом удерживаясь от того, чтобы не упасть.

– Можешь не спешить, – улыбнулся ему Лаврентий, наблюдая за ним из машины.

Выразив свою радость, дети наконец-то от него отстали, кроме самой младшей, Юли. Она не пожелала расставаться со старшим братом, продолжив висеть на нем. Так что Киму пришлось идти прямо с ней на руках.

– А я думала, что там за сыр-бор творится… а это всего-навсего Ким вернулся! – спокойно поприветствовала его Рейчел со своего инвалидного кресла. – Я, правда, тебя вчера ждала.

– Прости. Не получилось вчера прийти… Да и сегодня ненадолго вырвался. И то только с охранником с академии отпустили.

– Это, наверное, из-за вчерашней облавы по соседству. Говорят, каких-то террористов ловили, – предположила она. – Хорошо, что тебя не было там… – А взгляд пристальный и внимательный.

– Я вчера с Отшельником встречался, – непринужденно ответил Юра. – Так что меня там по-любому быть не могло.

– Давно о нем не слышала… Он сам приходил? – уточнила она. – И как он?

– У самых врат меня встретил, когда я уже к вам собирался… Мы посидели немного, я обратно вернулся, кое-какие вещи оставить. А тут выход запретили, – пожаловался Ким. Нечего сестре знать о его похождениях. Лишние волнения ей ни к чему. – Как он? Ты же знаешь, он не любит рассказывать о себе и работе…

– А, привет, Ящер! – из дома появился Тим, вытирая грязные руки какой-то тряпкой не чище. – Водопровод я починил. Правда, какое-то время вода будет ржавой и грязной… Так что пить не рекомендую… даже после того как очистится… В следующий раз я вам фильтр привезу.

Ри благодарно ему кивнула.

– Вот, – Ким протянул телефон Ри. – Отшельник передал…

– Зачем, здесь же связь не работает? – удивилась она, но телефон взяла, повертела в руках.

– Он сказал, что будет работать, – возразил ее Юра.

– Ну-ка, дай глянуть, – заинтересовался и Тим.

– Руки сначала помой, – брезгливо глянула на него девушка.

За сутки их отношения сильно не изменились. Чтобы не обострять, Ким протянул ему свой, такой же телефон.

– Интересно… Я о таких только слышал, а вижу впервые. У нас только у начальника штаба такой есть… Смотри, – Тим показал на шкалу, обозначающую связь. Их было две. Одна показывала отсутствие связи, а другая, с буковкой «А», была заполнена полностью. – Та, что пустая, гражданская, а другая получает сигнал от специализированых армейских вышек. Они более мощные, с большим радиусом покрытия. Видел я такую вышку. Выезжали мы как-то со специалистами на одну из них за стену… – Но продолжать он не стал. – Сюда глянь, – указал морпех на другой значок в противоположном углу экрана. Миниатюрый значок спутника. – Есть соединение со спутником связи… Так что по идее он должен работать даже там, где вообще нет никакой связи… А в реальности – как повезет… Попроси, что ли, у Отшельника и для меня такой же. А кто это вообще такой? Ни имени…

– Денис… – Увидев недоумение на их лицах, Ким снова повторил: – Его имя Денис. Он никогда и не скрывал его от других… Вы просто не спрашивали.

– Да я встречался с ним только один раз, – буркнул Тим. – В основном от вас двоих о нем и слышал.

– Да и я его тоже только раза четыре видела, – сказала Ри. – Хотя всякие люди от него за последние два года раз в три месяца приходили… А зачем, уточнять я не стала.

А Ким и так знал, зачем. Деньги они передавали от Отшельника – деньги и еще лекарства для нее.

– Ладно, меня там ждут… Надо еще вещи собрать. – Ким осторожно передал Ри уснувшую у него на плече Юлю и поспешил в дом.

Обратно он вернулся с небольшой сумкой, забрал у Тима свой телефон, чмокнул Рейчел в щечку и поспешил наружу.

Лаврентия Павловича он застал возле «хищника», разговаривающего со Стасом.

– …Да мы здесь через каждые сутки на сутках… И так у нас весь месяц распределен, – услышал он слова морского пехотинца.

– А почему именно здесь? – спросил грузин как будто просто так.

– А у нас нет четкого места дислокации… Так что здесь ничем не хуже, чем в другой части района.

– Я готов, – подходя, сказал Ким. – Мы можем ехать…

Ему хотелось увести отсюда этого человека как можно скорее. Но скорее не получилось, прощание с детьми заняло у него еще минут десять. Только после этого ему удалось забраться в машину, и они поехали.

Неожиданно Антадзе спросил:

– Ничего не хочешь добавить?

Ким сразу понял, что тот имеет в виду недавние происшествия.

– Нет… Я вроде бы все рассказал, – чуть напрягся Юра, но продолжения не последовало.

А еще через двадцать минут он выходил из здания перехода на территории академии. Его никто не провожал и не встречал, что парня вполне устраивало.

Идя к своему новому дому, он думал о том, что здесь действительно очень красиво. И еще безопасно. По дороге то там, то тут на глаза постоянно попадались камеры наблюдения, что компенсировало отсутствие охраны на улице. Насколько ему было известно, академия в сфере безопасности сотрудничает с одной-единственной частной компанией, оказывающей услуги в этой сфере – «Монолит». По сути, это не просто компания, а целая корпорация с разносторонней сферой деятельности. И еще это наемники, что работают за стеной… Отшельнику постоянно поступают предложения от этой корпорации поработать на них, но пока что он их всякий раз вежливо отклоняет.

Кстати, об Отшельнике. Ким вытащил свой телефон и, найдя в адресной книге его номер, сделал вызов. Откликнулся тот почти сразу.

– Это Ким. У меня все нормально, я уже вернулся в академию.

– Хорошо. Постарайся не влипать в неприятности, – попросил его Отшельник.

– Ну, это как получится… – не стал ничего обещать Ким. – Так как насчет твоего дела?

– Пока подождет… Удачи тебе! – И Отшельник отключился.

«Ну, мое дело предложить, твое дело отказаться», – подумал Ким и убрал телефон на этот раз в обычный карман.

В доме никого не было, что странно. Но когда он поднимался по лестнице, на его шаги выглянула Тина.

– Привет, Ким!.. Хорошо отдохнул? – спросила она.

«Ну, это с какой стороны посмотреть», – подумал парень.

– Ну, можно и так сказать, – вслух не стал разубеждать он девушку. – А где все?

– Ты прикинь, Айка пропала! Со вчерашнего дня найти не могли… А недавно ее брат позвонил, сказал, что нашлась! Вот девчонки и сорвались за ней, – поделилась новостью Тина.

– Бывает… Глеб не возвращался? – сменил он тему.

– Не, он раньше завтрашнего утра не появится…

Поболтав еще с минуту, с явно скучающей девушкой, он прошел в свою комнату. У иллюзионного огня он расстелил постель и прямо так, не раздеваясь, улегся.

Уже засыпая, подумал, что надо было сначала принять душ, а потом только… Он уже спал. Прошедшую ночь ему так этого сделать не удалось.

Он уже не видел, как в углу комнаты сгустился туман, из которого бесшумно вышла маленькая кошечка. Подойдя к парня, сначала обнюхала, осторожно ткнулась носом в его щеку, подождала реакции. И не дождавшись таковой, улеглась подле него и тоже уснула. Только одно ухо словно радар вращалось из стороны в сторону, показывая, что даже в дреме она бдит.


Часть 3. Перстень из меди

Утро в особняке общаги было похоже… Тут он сильно затруднился, подбирая правильное определение того, на что похоже здешнее утро, так как сравнить его с утром детского дома и того места, где он жил последние пару лет, как-то даже не получалось. Поэтому он ограничился бы более обтекаемым сравнением –…на бедлам…

Из женской половины доносились громкие голоса, крики, и можно было подумать, что там происходит как минимум бурная ссора. Вот только Глеб, появившийся рано утром, и Антонина Павловна выглядели слишком спокойными и невозмутимыми.

– Ты ешь, не отвлекайся, – посоветовал его новый товарищ. По его виду и не скажешь, что ему довелось спать только несколько часов. Выглядел он так, что можно даже позавидовать его бодрому виду. – Скоро эти спустятся, и нормально позавтракать не удастся.

В этом Ким с ним спорить не стал. Глеб со своими соседками давно уже вместе обитает, так что ему виднее. Он уже заканчивал свой завтрак, когда на лестнице появилась живописная троица: две близняшки, подпирающие с обеих сторон Вику, которую явно клонило к полу. Видимо, по утрам на крайне активную днем девушку сила притяжения действовала как ни на кого другого.

Спустившись по лестнице, Олеся с Алисой усадили клюющую носом сонную подругу на стул за столом. И буквально сразу ее головушка склонилась к столу и уткнулась в него носом.

– Приготовься, – хмыкнул Глеб. – Сейчас начнется самое интересное!

– Смотря что ты подразумеваешь под интересным, – оглянулся на него Ким и снова посмотрел на уснувшую на столе девушку. – Считаешь, спящая за столом девушка это интересно?

– Не началось еще… Не поверишь, сколько ни смотрю, никогда не надоедает… Вот теперь может начаться, – предупредил сосед по этажу. – Три… два… один…

Их заботливая хозяйка, Антонина Павловна, поставила перед брюнеткой чашку ароматного кофе.

Секунда… другая.

Голова дернулась и приподнялась над столом. Ноздри затрепетали, улавливая божественный аромат, и в следующую секунду руки потянулись к чашке.

– Все, зарядка пошла… – усмехнулся Глеб после того, как девушка сделала первый глоток кофе. – Просьба всем покинуть перрон, пока вас не снесло локомотивом! – И, подавая пример, он первым покинул место завтрака.

Ким замешкался, и…

– О, Юрка! – его заметили. – Привет! Слушай, ты сегодня не занят? Приходи ко мне в клуб, посмотришь…

– Нет, спасибо… Я, пожалуй, откажусь. – Ким поспешил встать. – Ты еще не выполнила ранее озвученные условия, – напомнил он и поспешил выскочить из гостиной.

В прихожей, прислонившись к стене, его уже ждал Глеб.

– Ну, как тебе? – с усмешкой спросил он.

– И так что, каждое утро? – оглянулся на закрытую дверь.

– Исключая праздники и выходные… – уточнил сосед. – Ну что, идем? У нас первым специализированный урок.

– У нас еще предостаточно времени, – заметил Ким. – Зачем выходить в такую рань?

– Чтобы не пропустить еще одно представление… – просветил его Глеб. – Ты новичок, поэтому не знаешь кое-каких наших традиций…

– Есть что-то особое в ваших школьных традициях? – удивился Ким. – Я не думаю, что они сильно отличаются от тех, что в обычных школах.

– Сам все увидишь, – загадочно усмехнулся одноклассник.

Но около самого учебного корпуса их перехватил уже хорошо знакомый Киму грузин.

– Юра! – окликнул его Лаврентий Павлович.

И снова это проклятое чувство дежавю. Почему-то когда Ким смотрел на этого человека, в памяти появлялся образ совершенно другого… похожего на него, но другого. Он и сам не знал причину этого явления. Да и совета спросить было не у кого. Ни с кем он никогда не обсуждал этой темы, даже с сестрой и Отшельником.

– У тебя не будет для меня минутки? Нужно поговорить.

– Хорошо, – согласился Ким и взглянул на Глеба. – Извини, я позже подойду.

– Приходи в главный спортивный зал, – понимающе кивнул тот и зашагал дальше.

– Присядем, – предложил Антадзе, указав на скамейки чуть в стороне от дорожки.

– Вы все о вчерашнем? – угадал тему разговора беловолосый парень. Так он и знал, что так просто ему отделаться не дадут. Видимо, этому грузину понадобилось дополнительное время, чтобы все уточнить и принять решение. Поэтому его вчера так легко отпустили.

– В этом месте я возглавляю службу безопасности и отвечаю за безопасность каждого студента и просто любого находящегося здесь, на этой земле… – начал кавказец. – Я должен реагировать даже на мнимую угрозу, если такая возникнет… Если тот или иной студент, учащийся или даже учитель может представлять опасность, я не должен на это закрывать глаза. В лучшем случае я принимаю решение изгнать этого человека с подконтрольной мне территории.

Ким прекрасно понял, к чему тот ведет, но промолчал, ожидая, что тот сам ему об этом скажет.

– С тобой связано столько непонятного, что я имею право отчислить тебя из академии…

Что же, это было сказано. Чтобы собраться и покинуть академию, Киму понадобится не больше десяти минут. Но стало немного грустно: за эти несколько дней он уже успел свыкнуться с мыслью, что учится здесь.

– Я понял… – спокойно произнес Ким. – Я покину…

– Неправильно понял, – не дал ему продолжить Лаврентий. – Я тебя не выгоняю, и ты продолжишь свое обучение здесь. Но, как я уже сказал, с тобой связано столько непонятного… и очень жаль, что ты не спешишь развеять эти недопонимания… – Намек был более чем понятен. – Я буду всячески следить за тобой, пока окончательно не решу, опасен ты для академии или нет.

– Я понял… Так что вы хотите обо мне знать? – Мотивы этого человека Киму были вполне понятны, как и сделанный им намек.

– Про вчерашние и позавчерашние события я тебя расспрашивать не стану… Как это ни странно прозвучит из моих уст, но я вполне одобряю твои действия и буду тебя защищать, если в этом возникнет необходимость, – неожиданно заявил Антадзе.

Ким испытал к нему чувство, похожее на признательность и благодарность.

– Спасибо! – вполне искренне сказал он.

– Скажи, почему ты всячески пытался скрыть от других свои способности манипулировать огнем и холодом? – глянул на него Лаврентий. То, что тот знает об этом, Кима не удивило. Он ожидал, что об этом рано или поздно станет известно. А благодаря последним событиям это скорее всего произойдет раньше. Уже произошло… И к такому он уже был готов.

– Все очень просто! – Ким даже удивился его непонятливости. – Все отмеченные выше уровня «А» подвергаются обязательной регистрации в Управлении по контролю за людьми со способностями (УКС). Но если основной контроль за такими детьми уровня «Б» осуществляется в основном по месту учебы, и только при постоянных нарушениях правопорядка дело попадает в разработку полиции, после чего контроль за такими людьми усиливается, то обладающих уровнями «В» и «С» сразу ставят на особый учет и контроль. Но что в этом самое неприятное – это то, что пострадает моя семья. К Рейчел, моей сестре, появится столько вопросов и претензий… Обязательно начнется разбирательство по поводу того, как она, будучи инвалидом, получила опеку над таким количеством детей. Не удивлюсь, если даже дойдет до обвинения в их похищении и судебного разбирательства. Поэтому я, как мог, старался защитить свою семью.

Лаврентий Павлович кивнул, соглашаясь с Кимом. Нечто подобное он и ожидал услышать. Действительно, причина проста до банальности. Но все-таки одно дело предполагать, другое услышать. Он сам видел, как радовались дети, когда он отвозил Юру домой. Они действительно семья. В этом не было сомнений.

– Хорошо, на этом пока и закончим… Рад, что мы с тобой поняли друг друга. И не беспокойся о родных, никто их не тронет. У тебя теперь появился высокопоставленный покровитель, который может быть благодарным. – Он уже шагнул в сторону, но, словно что-то вспомнив, остановился и еще раз обернулся. – А о том, что произошло, никому не слова. Айку пытались похитить, чтобы шантажировать ее брата, а тебя там вообще не было…

– Понял я… все выходные провел дома, – кивнул Ким.

Такая версия его самого устраивала. Конечно, здорово, что все так обошлось, но вот только известная с детства поговорка про мышку и бесплатный сыр застряла в мозгу. Почему-то ему казалось, что тема эта не закрыта полностью, и у него еще что-то попросят. И честно говоря, он и сам пока не решил, как ему реагировать. Единственным, кто мог ему что-либо посоветовать, был Отшельник. Но позвонить ему и рассказать о состоявшемся разговоре и попросить совета Ким сможет не раньше, чем закончатся занятия.

А пока… Куда там Глеб сказал ему подойти?

* * *

…Нашел! Нашел там, где никто и не думал искать. Нашел совершенно случайно и, можно сказать, буднично – просто проходя мимо. Но он молодец! Заметить то, что можно увидеть только специально высматривая, уже везение! А узнать в этой вещи нужную им – это вообще из разряда невероятного.

Обычный медный перстень, безделушка, каких полно. Вот только этот был не такой уж обычный… Тонкий ободок в виде двухголовой змеи, обхватывающей палец с двух сторон и открытыми пастями вцепившейся в пустое основание перстня. Выемка указывала на то, что там когда-то было, может быть, какое-то украшение или что-то в этом роде. Увидав этот перстень, любой бы так подумал. Но на деле там никогда и ничего не было. Ведь этот перстень – часть ключа, вторая половина которого хранилась у другого человека.

Он видел точное описание этой вещи, поэтому узнал ее, когда неосторожно и поспешно дернул за цепочку, зацепился пальцем за перстень и содрал кожу. При других обстоятельствах он ни за что не обратил бы на эту безделушку внимания. Так что можно сказать, что все удачно сложилось! Из серебряного ранга он может перейти сразу в золотой, а там и до алмазного путь открыт… Стоп! Владелец… Как можно было упустить это! Ведь эта вещица не может принадлежать случайному человеку, а значит… я его убью!

* * *

Главный спортивный зал находился прямо под учебным корпусом. Еще в первый свой учебный день, обойдя корпус, Ким более-менее сориентировался в том, что где находится. Но даже если бы он этого не сделал, то нашел бы зал только по крикам, что доносились оттуда. Заинтригованный тем, что там может происходить, Ким пошел на голоса.

Наверное, в этом здании собралась половина всех учащихся учебного корпуса, так много здесь народу. Пробравшись через толпу на галерею, к самому бортику, он наконец-то увидел, что происходит в центре. А в центре проходило фехтовальное состязание. Сражались четыре девушки в белых защитных костюмах и масках, оберегающих лица от случайного выпада рапиры. Поединок сразу же показался Киму каким-то странным. Одна девушка против троих…

– Тоже пришел посмотреть? – услышал он знакомый голос. Рядом оказалась одна из сестер Лирит.

– Олесь, что они делают? – оглянулся он на девушку, вслух высказав свое недоумение по поводу необычного представления внизу. На мгновение он удостоился удивленно-внимательного взгляда. Наверное, он был первым, кто вот так без ошибки смог различить их с сестрой.

– Фехтовальная ассоциация академии бросила официальный вызов нашей Вике, – все же ответила она на его вопрос, чуть усмехнувшись краешком губ. – Так что можно сказать, что ты видишь историческое событие и публичный разгром ассоциации. Первая тройка уже выбыла, продержавшись против непревзойденного мастера клинка ровно три минуты. Это уже вторая тройка!

Юра снова глянул на спортивную площадку, где обычно проходили состязания по волейболу и баскетболу. Действительно, превосходство Вики было неоспоримо. И она просто великолепна! Такого мастерства ему еще видеть не доводилось. Она буквально танцевала на площадке между своими противницами, успевая атаковать и парировать. Ее невозможно было даже коснуться. А вот ее соперницам сильно доставалось. Уколы ее рапиры буквально сыпались со всех сторон.

Наконец судья остановил поединок, объявив о второй чистой победе Вики. И снова она уложилась за три минуты.

– Зачем, – тихо произнес Ким, – с таким талантом ей понадобилось изучать то задрипанное кэндо?

– Рискнешь ей сам об этом сказать? – усмехнулась Олеся, расслышав сказанное им.

– Я похож на камикадзе? – краешек губ Кима искривился в ответ. Если она только слегка ударит… На себе испытывать желания не было.

– Но в любом случае в этом она неподражаема!.. О… Третий тур начинается… Если честно, мне даже жаль девчонок…

– Но зачем все это представление? – спросил Ким, все еще не понимая происходящего на площадке. – Что за вызов ей бросили?

– А ты не в курсе? – спросила Олеся и сама же ответила на свой вопрос: – Ах да, ты же у нас только перевелся и не в курсе некоторых наших традиций… В академии очень жестко реагируют на все случаи нарушения установленных норм и правил. Примерно так же, как в армии на неуставные отношения… За такое, несмотря на твою успеваемость и положение в обществе, могут исключить и оштрафовать, а в некоторых особых случаях передать дело на рассмотрение в имперский суд… Но иногда спор можно решить только поединком, грубой силой. Поэтому и был создан Дуэльный кодекс академии – как один из способов решения спора.

– Детский сад какой-то, – не удержался Ким от комментария. – Решили поиграть в средневековых рыцарей?

– Просто в академии решили, если нельзя полностью запретить, то можно хотя бы взять это под контроль, – не согласилась с ним Олеся.

– И что, Вику вызвали на дуэль, получается? – Он снова глянул на площадку, где три новые соперницы, его одноклассницы, обступили ее с трех сторон.

– Не совсем… Фехтовальная ассоциация уже столько раз пыталась завлечь нашу Вику в свои ряды, что решились на отчаянный шаг… Они бросили ей вызов…

– Довольно странный способ пригласить кого-то в свою ассоциацию, – заметил Ким, следя за тем, как противницы сходятся. – Или у вас это в порядке вещей?

Первый выпад. Вика парирует, начиная движение словно в танце, обходит противницу и бьет в спину. Но на этот раз противник ей попался опытный, и атака не достигает цели.

– Было оглашено условие поединка, – пожала плечами Олеся. – Вика должна победить в трех матчах против троих. Тогда ассоциация от нее отстанет.

И все же она хороша. Ни одной из трех противниц не удалось ее уколоть или навязать свой темп боя. Все попытки зажать ее закончились ничем. Вика с потрясающей ловкостью скользит между соперницами, не позволяя лишить себя пространства для маневра.

– А если проиграет? – снова глянул Ким на Олесю.

– Тогда она вступит в их команду.

Действительно, условие проще некуда. «А ведь тогда она и от меня отстанет!» – промелькнула внезапная мысль. И снова покосившись на свою соседку, Ким мысленно пожелал трем девушкам-фехтовальщицам всяческого успеха.

А вот его соседка справа явно болела за подругу.

– Вика больше года не тренировалась, – кусая губы, пожаловалась она, видя, что троица соперниц медленно, но верно начала ее теснить.

Вот только Ким, хоть и был полным профаном в этом деле и не мог отличить шпагу от рапиры, почему-то был уверен, что и этот поединок Вика выиграет.

– А как регламентируют такие… дуэли среди обладателей способностей? – спросил он то, что не давало ему покоя с самого начала. – Ведь каждый из нас, рожденный со способностью, с детства привык пользоваться своим навыком, и для нас это естественно… Например, я обязательно ускорился бы…

– Это вряд ли… Судья, – она указала на парня, выполняющего роль судьи и рефери, – тоже обладает способностью… Есть такая способность – блокировать чужие способности…

Юра сразу же вспомнил того парня с автоматом два дня назад. Тот обладал именно такой способностью…

– …Вот поэтому на таких состязаниях исключается любая возможность использовать свою врожденную способность, – закончила Олеся свое объяснение.

Вика отвела рапиру противницы от своей и, своеобразно закрутив лезвие и вырвав чужой клинок из рук, нанесла свой первый укол.

– Получается, просто подошел, бросил свой вызов – и добро пожаловать на дуэльную площадку? – спросил Ким.

– Не совсем. Вызов ты можешь бросить в любой форме. Вот только противник вправе от него отказаться, даже без объяснения причин. Другое дело, что у нас это не принято, и нечасто кто-то отказывается… Ведь это удар по репутации.

«Аристократия, блин! – промелькнула у Юры нехорошая мысль. – Вечно им все надо усложнять…»

– Но допустим, вызов брошен и вызов принят… Дальше что? – Все же, учась в этой академии, надо знать и ее правила на всякий случай.

– Дальше в нашем корпусе Айка как представитель регистрирует брошенный вызов и условия обеих сторон. Имей в виду, главное условие поединка – никаких телесных повреждений, способных привести к увечью или смерти. Подпись обеих сторон. После этого заявка передается на рассмотрение преподавательскому совету во главе с госпожой директором. Если она одобряется, то определяются время и место и назначается судья… Как видишь, все просто, – заключила Олеся.

А тем временем внизу все подошло к своему ожидаемому финалу. И в этом поединке победа осталась за Викой, о чем и объявил судья.

Под звуки оваций сияющая победительница раскланялась публике.

Глядя на все это, Ким сделал для себя один вывод: ни за что, ни при каких обстоятельствах он не примет вызова от Вики, если таковой последует. В фехтовании у него против нее нет ни единого шанса. Правда, как и против любой девчонки со шпагой…

Уже возвращаясь вместе со всеми в учебный корпус, он снова встретил Глеба с Тиной под руку. Та вцепилась в него, как вцепляется утопающий в открытом море за бревно.

– Ну, как тебе? – спросил Глеб у Кима, который тоже в ту же секунду оказался в капкане неугомонной Вампирши. Так как им всем троим нужно было идти в один класс, Юра ничего против этого не имел.

– Великолепно! – искренне ответил парень. – Вика была неподражаема! Кто-нибудь знает, почему она так помешалась на кендо?

– Я знаю! – сразу же заявила Тина, прижимая к себе обоих мальчиков и вышагивая с видом королевы.

– Поделишься с нами? – судя по интересу в глазах Глеба, он тоже был не в курсе причины одержимости соседки по общежитию.

– Не-а… Это секрет… – заявила та. – Но это касается ее чести.

У богатых свои причуды… Но одно Ким для себя усвоил: если он в этой академии все же задержится, то скучно ему точно не будет.

В класс они успели перед самым началом урока. И самым натуральным образом застыли на пороге, попав в настоящую обитель некроманта. Вокруг царил полумрак с причудливой игрой теней по углам. Класс представлял собой помещение, заполненное зомби и скелетами за партами в виде черепов и костей. У тех и у других при этом опасно сверкали глаза, нагоняя дополнительной жути. Учительское место представляло собой очаг и котел на огне, явно выбиваясь из жанра некромантии (как и присутствие летучих мышей на потолке).

Шагнувшая было в класс Тина моментально стала частью этого безобразия, теперь на все сто процентов соответствуя своему прозвищу.

– Фу! Какая гадость! – глянув на свои «лохмотья», заявила девушка. – Я что, не могу быть стильным вампиром?

Моментально ее наряд изменился. Теперь это была знойная красотка в элегантном вечернем платье черного цвета.

– Другое дело! – одобрила она изменение, крутанувшись на месте. – Так я согласна!

– Только после вас, – уступил дорогу Глебу Ким. Тот усмехнулся краешком губ, прекрасно поняв, чего сосед от него хочет. Шагнул за порог, и… все пропало. Вся иллюзия рассыпалась, вернув класс к его первоначальному виду.

Виновница этого переполоха недовольно скривилась. До последнего момента она сидела на подоконнике, скрытая собственной иллюзией.

– Ну вот, – недовольно вздохнула она под многообещающие взгляды одноклассников. – Приперся Глеб и все испортил.

Но дальше взглядов дело не пошло. Ведь разрушать наложенные иллюзии в классе мог только Глеб.

– Вот видишь, – коснулся Юра плеча нового друга. – А ты говорил, что от твоей способности нет толку… На мой взгляд, еще как есть… В нашем случае она просто незаменима… Хоть кого спроси.

И прошел на свое место в классе. Усаживаясь за парту, оглянулся на свою соседку.

– Тебе точно надо пойти в театральный… Такой талант даром пропадает, – прокомментировал он недавнее ее выступление. – Только для чего ты добавила в декорации котел и очаг? Не кажется ли тебе, что это немного из другой пьесы?

– Ха!.. Ты же сам видел нашу грымзу, но плохо знаешь… Для нее подходит только одна роль – главной ведьмы!

К слову, грымзой Юля только что назвала их учителя на первом уроке, Киру Валентиновну, рыжеволосую и зеленоглазую.

– Да ты ее словно ревнуешь за то, что она больше похожа на ведьму, – заметил он, за что получил кошачий хвост, усы с лапами и уши.

Оценив наложенную на себя иллюзию, Ким оглянулся и, пользуясь тем, что Глеб занимал соседнее место, снова положил руку ему на плечо и развеял кошачий образ. Родственник адмирала Макарова удивленно глянул на него и, скользнув взглядом дальше на недовольно скривившуюся Юлю, понятливо кивнул.

– Вы не могли бы подурачиться после уроков? – высказал он им обоим свое недовольство.

– А ты бы не мог попроситься в другой класс? – огрызнулась на него девушка. Из-за того, что он всегда, хоть и не специально, разрушал ее иллюзии, она терпеть парня не могла.

И в этот момент из коридора в класс вошла королева.

Айка окинула класс строгим взглядом, задержав его на Юле, от чего та сразу сникла и сделала вид, что вообще здесь ни при чем и ей интересен вид из окна.

«Странно! – подумал Ким с некоторым недоумением. – Ее вроде бы не было на прошлом уроке в этом классе…»

Девушка прошла по притихшему классу (сразу становилось ясно, что она здесь в непревзойденном авторитете) и заняла место на свободной парте прямо перед Юлей, которая сразу же скисла и стала разглядывать свои ноготки.

Прозвенел звонок, и как в прошлый раз в течение какого-то времени они снова сидели одни, ожидая учителя. От нечего делать Ким стал разглядывать сереброволосую обладательницу способности к телепортации. В ожидании учителя та неторопливо просматривала свой конспект на мониторе компьютера. Идеально ровная осанка, неизменная толстая коса и плавный изгиб шеи. Именно на ее шею он и засмотрелся. Ее красота не вызывала в нем особых чувств. В этом смысле та же Вика была ему более симпатична. Странно, но почему-то девушки с небольшими изъянами во внешнем виде вызывали в нем больше интереса, чем такие, как Айка, во всем идеальные. Глупо? Возможно… Но именно из-за ее почти нереальной внешней красоты он воспринимал ее не как девушку, а скорее как символ. Правда, проведенные с ней два дня несколько изменили его мнение о ней. Он видел ее в той ситуации, в которой трудно скрыть свою истинную натуру. И надо признать, он был ею восхищен и был бы не прочь назвать ее своим другом.

Рыжая учительница явилась народу, то бишь своим ученикам, эдаким вихрем, ворвавшимся в класс без грамма раскаяния и сожаления за свое опоздание.

– Всем привет!..

«Она учительница или где? Я почему-то больше воспринимаю ее как свою ровесницу. Разве это нормально? – с некоторым неодобрением подумал о ней Ким. – Скорее учителя здесь ненормальные…»

Учительница обвела класс взглядом и вдруг задержала его на нем. От предчувствия чего-то нехорошего Юре стало крайне неуютно. Так обычно смотрят только на пойманного с поличным.

– О, Ким! Мальчик мой, – обрадованно начала она, – встань, пожалуйста, покажись народу, чтобы все на тебя полюбовались…

Не понял… Начало крайне тревожное. Все расслабленное состояние Кима словно ветром сдуло.

– Вы только посмотрите на этого скрытного красавца! – тем временем продолжала Грымза. – А не расскажешь ли ты нам о своих способностях, о которых ты случайно забыл поведать нам на прошлом уроке?

Вот теперь все стало на свои места.

– Вы об этом? – спокойно уточнил Ким, и у него в ладонях появились огонек и ледяная стужа. Что толку теперь это скрывать?

По классу пронесся изумленный вздох.

– Какая прелесть! – восхитилась рыжая Кира. – Сочетание двух противоположных стихий… Это твой предел, или можешь больше?

– А что вам предпочтительней, заморозить здесь все или сжечь дотла? – в свою очередь любезно осведомился Ким.

– Я бы хотела увидеть обе твои стихии в полную силу, но оставим эксперимент до другого раза и места. – Учительница выглядела очень возбужденной, словно ребенок, дорвавшийся до новой игрушки. – Теперь каждую пятницу ты будешь персональным гостем в моей лаборатории, так что поздравляю тебя с этим!

– Во попал, – донесся до него чей-то сочувствующий шепот.

– В каком смысле?

Что-то ему все меньше и меньше нравился этот ее взгляд. Особенно не хотелось быть гостем у нее в лаборатории. Что-то ему подсказывало, что ему это не слишком понравится.

– В смысле будешь моей мышкой! – А взгляд какой! Добрый-добрый…

«Ну вот, что и требовалось доказать», – мрачно подумал он, недобро взглянув на учительницу.

А вот она изменилась. Он видел перед собой словно другого человека. Кира Валентиновна больше не паясничала и не улыбалась. Он видел холодный взгляд и профессиональный интерес.

– Задержись после урока… Пообщаемся… Больше ничего такого от нас не скрываешь? Лучше сам признайся, – произнесла она, послав многообещающий взгляд.

– А у нас пытки запрещены, – постарался то ли пошутить, то ли просто напомнить ей Ким.

– У него еще чешуя на спине, – негромкий голос Айки прозвучал как громкий крик в тишине класса. – Правда, показывать не хочет…

«Вот ведь стерва!» Вся его симпатия к девушке как-то разом пропала. Это она специально так отомстила ему за его отказ показывать свою чешую!

– Откуда ты знаешь? – Теперь все взгляды перенеслись на Аланову.

– Так, птичка одна напела, – равнодушно пожала плечами та.

– Покажи! – Кира чуть не рванулась к нему, так что парень машинально отгородился от учителя партой.

– На бесплатный стриптиз не подписывался, – отказался он и добавил, пока кто-нибудь не предложил оплатить представление: – Как и за деньги… Вот этого я никому показывать не обязан, – решительно заявил он.

– Фу… Плохой мальчик! – А взгляд Киры словно говорил: да куда ты от меня денешься! – Ладно, – хлопнула она в ладоши. – Посмеялись и хватит… Сегодня у нас необычная тема. Поговорим о наркотиках.

Действительно необычная. По какой-то причине наркотики на отмеченных не действуют или действуют, но не так.

– Наверное, каждый из вас знает, что наркотики на вас действуют не так, как на обычных людей, – начала учительница, не подозревая, что озвучивает вслух мысли Кима. – Героин, кокаин, конопля и другие растительные наркотики для вас неопасны и не вызывают привыкания. В своем большинстве они действуют на вас как очень сильное обезболивающее. Искусственные наркотики могут вызывать галлюцинации и головные боли. Но удовольствия вы от них не получите… На каждого они окажут свое влияние, но без привыкания.

– Вы нам еще лекцию о вреде курения прочитайте, – высказался кто-то из парней с последних рядов. – Сигареты нам тоже неприятны, как и запах дыма от них… Зачем вы нам обо всем этом говорите? Это все знают…

– А знаете ли вы, детки, что существует один наркотик, который для вас опасен? Я бы даже сказала, противопоказан…

Вот теперь в классе повисла мертвая тишина. Юра был шокирован не меньше других. Об этом он тоже слышит впервые.

И тут негромкие слова Айки прозвучали на весь класс:

– Пыльца черного одуванчика…

– Правильно, – глянув на девушку, одобрительно кивнула Кира.

«И откуда она такое знает? – удивленно поглядел на нее Ким. – Ах да!.. Ее брат!..» – запоздало догадался он, вспомнив, где и кем работает Аланов.

– И что не так с этим наркотиком? – спросила одна из девушек с передних парт.

– О нем стало известно только несколько лет назад, поэтому и неудивительно, что вы о нем еще не знаете. В прессе о таком не упоминалось… Его эффект прямо противоположен эффекту известных наркотиков, – пояснила рыжая учительница. – Обычные люди к нему почти не восприимчивы. А у отмеченных он вызывает моментальное привыкание. Попробовав его однажды, отказаться от него будет уже невозможно. Его воздействие дает полное лишение воли… плюс несколько побочных эффектов.

– Почему он действует так только на нас? – негромко спросил Ким.

– Пыльцу черного одуванчика получают из травы, что растет на границе тумана. В опасной близости от него, – добавила учитель. – Это трава с характерными черными прожилками, похожая на обычный одуванчик. После ее переработки получается порошок черного цвета. Отсюда и название… Думаю, именно близостью к туману объясняется его воздействие на таких, как вы… И поэтому хочу вас предупредить и предостеречь по этому поводу, детки мои. Уже после первого раза отказаться от этой дряни будет уже невозможно. Помните это. Не существует лечения и способа избавиться от зависимости. – Она обвела взглядом вновь притихший класс. – Вижу, я вас достаточно напугала… Оставим эту тему пока. Продолжаем дальше наш урок. Дальше мы поговорим с вами о широко распространенной способности темпо. О разных свойствах одной и той же способности на примере разных людей. Сегодня в качестве наглядного пособия послужат две наших красавицы, Олеся и Алиса. Ну же, девочки, не стесняйтесь… Покажите себя классу.

* * *

– Юра… – Учительница была серьезной как никогда. После урока он, как она и просила, задержался с ней в кабинете. – Завтра я буду ждать тебя у себя в лаборатории в половине восьмого, до начала уроков… Вон она находится, если что. – Кира Валентиновна указала на виднеющееся из окна класса двухэтажное здание с ярко-красной крышей всего в сотне метров от учебного корпуса.

Почему-то сейчас Кира Валентиновна как никогда соответствовала своей должности учителя, и в голове Кима уже не появлялась мысль назвать ее просто Кирой. Так непохоже было ее поведение сейчас и во время урока! Вот почему бы ей всегда не быть такой же, как и сейчас?

– А как насчет уроков? – так, для проформы, уточнил Ким, уже смиряясь с неизбежным.

– Первыми у тебя английский и математика… Я уже добилась для тебя разрешения пропустить эти уроки, – поставили его перед свершившимся фактом. – Насколько мне известно, ты ни разу не проходил замера уровня своей силы… Именно этим мы с тобой завтра займемся.

– Хорошо…

Что толку отказываться, если все равно этой процедуры не избежать! Насколько ему известно, замер силы проходят все отмеченные выше уровня «Б», а некоторые подвергаются этой процедуре каждый месяц. Теперь и его это ждет.

– Ты сказал, что сможешь сжечь или заморозить этот класс, – напомнила учительница его слова. – Твоя способность настолько сильная?

– Если быть честным, то я не знаю… Никогда не пробовал сжигать или замораживать… – признался он. – То, что я показал во время урока, это по сути все, что я делаю со своими стихиями… Только несколько раз я создавал огонь большего размера… А замораживать даже и не пробовал… Я прекрасно отдаю себе отчет в том, насколько эти стихии могут быть опасными. Поэтому и не пытался экспериментировать с ними, особенно там, где от них могут пострадать люди.

– Похвальная предосторожность, – одобрила она его действия. – Хорошо, ты можешь быть свободен… Завтра мы поговорим о твоих способностях подробнее.

Пользуясь ее разрешением, он покинул класс.

В коридоре его, как оказалось, уже поджидала Вика.

– Если ты опять о своем клубе, хочу тебя предупредить, что я никогда не тренировался с холодным оружием. – Про обучение у Отшельника обращению с боевыми ножами он благоразумно решил промолчать.

– Тоже мне проблема… Я тебя научу, – отмахнулась она от проблемы, как от назойливого насекомого. – Ты главное вступи в мой клуб.

– Мои условия ты слышала, – напомнил он ей.

– Слушай, – вдруг резко сменила тему, – а это правда, что у тебя чешуя на спине?

– Я уже все сказал на уроке, – замечание получилось несколько резче, чем он хотел. Не понимал он такого интереса к строению его тела. И тем более не собирался удовлетворять чужого любопытства.

– Да ладно, что тебе стоило показать! – легкомысленно заявила Вика. – Тина вон совершенно не стесняется своих клыков! И у мальчишек она популярна!

Ким промолчал. У него были свои причины не показывать свою чешую. Семь лет назад он уже показал свою спину на уроке физкультуры и никогда не забудет выражения брезгливости и отвращения на лицах одноклассников. Именно после этого он стал скрывать свою спину от посторонних взглядов. Неприятное ощущение. Кто-то может сказать, что это комплекс… Возможно, он даже спорить не станет, но и не согласится.

Вдруг появилось неприятное, пронзающее чувство чужого взгляда. Ощущение было настолько реальным и неприятным, что он не выдержал и обернулся. Парень не из их класса, которого он уже видел раньше, стоял в дальнем конце коридора, буквально сверля его своим взором. Когда их глаза встретились, тот отвернулся и поспешил уйти. Но Ким хорошо запомнил ту ненависть и злость, что он увидел в его взгляде.

«Странно… Чего это он?» – подумал парень. Ушедшая было вперед Вика оглянулась и окликнула Юру:

– Ты чего отстал?

– А? Нет, ничего… – Он поспешил догнать ее. – Показалось, что знакомого увидел.

– Слушай, ты же у нас гений?

Новая смена темы. Никак он к этому не привыкнет!

– Смотря что ты под этим понимаешь, – уклончиво ответил Ким.

– Помоги с английским, а то Лиса грозится и в эти выходные меня запрячь… А у тебя в этом проблем нет, – неожиданно попросила она.

– А почему Айку не попросишь? – полюбопытствовал он, резонно предполагая, что у Алановой с этим проблем нет.

– Ага, – как-то кисло сказала Вика. – Она, конечно, здорово помогает, но в такие моменты превращается просто в садиста. Ей только плетки для комплекта не хватает.

– Думаешь, со мной все будет иначе? – полюбопытствовал он с неким сравнительным интересом. Ему уже доводилось раньше помогать одноклассникам в учебе.

– В любом случае тебе ее не переплюнуть, – заявила Вика.

– Хорошо, договорились, – согласился помогать Ким. Ему это нетрудно было сделать.

– Тогда сегодня вечером? – обрадовалась девушка.

– Если ты так хочешь… можно и вечером, – на сегодня у него не было планов, так что можно было и позаниматься.

* * *

Темой следующего урока была история Артура после 1904 года.

Порт-Артур – старое название Артура. Город был переименован 17 сентября 1917 года последним указом императора Николая Второго. До известных событий 1904 года город состоял из двух частей, Старого и Нового города. Новый город раскинулся по левую сторону реки Лунхэ. Это была основная часть города. А Старый город – по правую, ближе к знаменитому Электрическому утесу.

В тот роковой день 1904 года основной удар пришелся на старый город. Возведенные городские крепостные сооружения продержались неполных двадцать минут, после чего бесконечная орда туманных тварей буквально захлестнула город.

Что можно было сделать за двадцать минут в ситуации всеобщей паники? Кое-что все же сделать успели. Подняли по тревоге городские гарнизоны и выкатили на прямую наводку немногочисленную артиллерию. Некоторые миноносцы вошли в устья реки Лунхэ и огнем своих немногочисленных орудий старались сделать все, что только могли.

Забегая чуть вперед, скажем, что впоследствии Старый город прекратил свое существование и был почти полностью уничтожен, как и батарея на Электрическом утесе, которая до последнего выполняла свое предназначение, защищая город от угрозы с моря. Вместе со Старым городом прекратило свое существование и большинство населенных пунктов и городов на полуострове. Просто некому их было защищать. Выжившие (а таких вопреки всему тоже было немало) стекались группами и поодиночке к Новому городу в надежде найти защиту и убежище. Последующие шесть лет было банально не до этих уничтоженных поселений. Порт-Артур укреплялся, создавались огневые защищенные позиции для корабельных артиллерийских орудий сильно пострадавших броненосцев и крейсеров. Почему люди не покинули ставшими опасными земли? А куда им было идти? Кому они были нужны и кто готов был предоставить им кров и обеспечить всем необходимым?

Это был период безудержного роста города и превращения его в некое подобие многонационального анклава нищеты и блеска.

В десятом году общество энтузиастов и волонтеров предприняло попытку расчистить руины Старого города и окрестных поселений и предать тела непогребенных земле. Энтузиастов хватило на пару лет и тридцать тысяч могил, большая часть из которых так и остались безымянными.

К тому времени силами военного командования был восстановлен форт-пост на Электрическом утесе. Были поставлены новые мощные орудия, ощетинившиеся во все стороны, а высокие и толстые стены укреплений превратили это место в настоящую крепость (сейчас это самое защищенное золотое хранилище в мире). Новая крепость называлась по-прежнему: Электрический утес. В ней постоянно проживали и несли службу около тысячи человек.

Еще одна крепость появилась на западной окраине бывшего Старого города и носила свое название Старая. Обе крепости из-за обилия корабельных дальнобойных орудий имели негласное название «Сухопутные линкоры». Кстати, несмотря на то, что основное их предназначение со временем поменялось, обе крепости сохранили всю свою артиллерийскую мощь, которая постоянно модернизировалась. А Старая крепость при этом стала главным городским хранилищем неприкосновенного продовольственного запаса.

В начале 1912 года случился новый сильный Туманный прорыв, были новые жертвы, и пришло понимание того, что принятых мер было явно недостаточно. Тогда и было предложено перестроить город по новому типу. Построить его почти с нуля. Даже был разработан проект, по которому новый город был бы окружен сетью мощных фортов и крепостей. К тому же город должен был строиться с возможностью быстрой эвакуации в безопасное место, в подземные убежища.

В 1915 году даже приступили к строительству защитных сооружений. И конечно, для этого была выбрана местность Старого города. Одновременно с этим происходил разбор завалов и подготовки нового места строительства.

Найденные останки бывших жителей этих мест без особой помпы свозились к развалинам бывшего арсенала, и там их хоронили в братской могиле.

К семнадцатому году, к переименованию города, было построено семь крепостей и двенадцать малых фортов перед ними. Большая часть Старого города была очищена от развалин и готова была к застройке. Но, как часто бывает, грандиозным планам не суждено было сбыться из-за банальной нехватки средств. К 1920 году был построен всего один район нового города: девять семиэтажных домов, соединенных между собой крытыми переходами и галереями. Толщиной своих стен они мало чем отличались от тех крепостей, что были вокруг них. Вот только эти крепости-дома, что в будущем послужат прототипами для «крепостных кварталов», оказались невостребованными. Желания переехать туда не высказал никто. Кому нужны дома без больниц, магазинов и школ (хотя последние только начали входить в привычный обиход и до имперского летнего указа о создании школ для обучения всех слоев населения было еще целых пять лет)!

Назначенный императором Михаилом в конце двадцатого года новый наместник, молодой и амбициозный князь Аланов, предок Айки, посчитал, что тратить скудные денежные финансы на строительство нового города – это расточительство, и что лучше сосредоточиться на укреплении уже существующего города и наведения в нем порядка. Именно при нем была заложена концепция крепостных кварталов. И именно тогда началась ликвидация трущоб и порайонная перестройка города. Два первых крепостных квартала появились в 1922 году, и после очередного сильнейшего туманного прорыва эта концепция доказала свою эффективность. В тот год многое из того, что предложил Аланов, показало свою эффективность. Результатом этого стало минимальное количество жертв.

В 1923 году, сразу после туманного выброса, началось восстановление железнодорожного сообщения с Владивостоком. А в 1925 году по восстановленному железнодорожному пути прошел первый железнодорожный состав. Это стало началом восстановления региона и вливания его в единую экономику страны.

В 1927 году были заложены первые крепости на самой границе с Туманом. Именно там были созданы исследовательские лаборатории, которые должны были изучать природу Тумана.

В 1930 году в регион прибыл молодой немецкий граф Вебер. Прибыл не просто так, а с определенной целью. Ему приглянулись те никому не нужные здания нового города, которые до сих пор стояли незаселенными.

Именно там, в окружении крепостей и фортов, он и построил свою фармацевтическую фабрику, которая в будущем займет лидирующее место в регионе и будет обеспечивать лекарственными препаратами не только Артур, но и половину российской Сибири, Корею и даже Японию. Именно постройка фабрики дала начало новому городу и определила его название – Злотоград.

А незаселенные дома на начальном этапе стали местом проживания первых рабочих фабрики. Сейчас это город с трехсоттысячным населением, с двумя производственными площадками, принадлежащих роду Веберов, с не менее крупным электроламповым заводом и мясоперерабатывающим комбинатом, снабжающим город и не только его разнообразной переработанной мясной продукцией.

Все жилые дома построены в том же стиле, что и те первые, ставшие прототипом крепостей. Злотоград еще называют самым безопасным городом…

А что Артур? Его изменения происходили постепенно и сравнительно неторопливо.

По сути, это все. Пару слов можно сказать только о полуострове Тигриный Хвост. Одно время на нем хотели построить новый городской район Артура, но, как часто это бывает, не срослось. Теперь это место шикарных особняков, вилл и загородных поместий, принадлежащих городской элите…

* * *

Обед… О сколько в этом слове для сердца русского… хотя лучше сказать, для желудка… А уж тем более, когда этот обед бесплатный… Приятное для каждого русского человека, ласкающее слух слово – халява!

Если в прошедшую пятницу Ким пропустил сие дивное мероприятие, то на этот раз отказывать себе в удовольствии плотно пообедать не стал. К тому же, как оказалось, выбор блюд был просто заоблачный для парня, привыкшего довольствоваться минимумом. В их предыдущей школе им никто не предлагал на выбор шесть видов супов и такое же количество вторых блюд. И все это приготовленное высококлассными поварами!

При взгляде на все это изобилие первой мыслью было: «Хочу все!» Но пришлось довольствоваться всего двумя видами блюд (что его не особо и расстроило), то есть тремя, если считать чашку обычного грузинского чая, который в этих краях тоже был чем-то эксклюзивным.

Выбор обеденного места тоже не занял много времени. Тина уже махала ему рукой, подзывая его к ним. Присутствие за тем же столом Глеба не оставляло Киму другого выбора, кроме как присоединиться. Можно сказать, исключая Вику, за столом собралась вся их общага.

– Приятного аппетита! – вежливо пожелал Юра всем сразу, присаживаясь на свободное место.

– Ким, – отрываясь от еды, неожиданно сказала ему Айка, – после занятий никуда не пропадай… Госпожа директор желает с тобой встретиться.

– Хорошо, – спокойно отреагировал он, приступая к еде. Эта встреча рано или поздно должна была состояться.

Очень вкусно! Действительно, все было приготовлено умелыми поварами.

Во время поглощения пищи за столом не было никаких разговоров. Видимо, в их компании такое не принято. И еще Ким был единственный, кто не пользовался ножом и вилкой, но никаких неудобств он от этого не испытывал. Никто на него не косился и презрительно не кривился. Поэтому обед прошел хоть и в тишине, но не в напряженной обстановке.

Только покидая обеденный стол, Тина неожиданно спросила:

– Наша Вика что, опять на очередной диете?

– Вроде бы не собиралась… С прошлой не прошло еще и недели, – неуверенно пожала плечами Айка, глянув на обеих близняшек и получив от них в ответ отрицательное покачивание головами.

– Насколько мне известно, последнее ее заявление было: к черту всю эту диету, от нее только проблемы, – заметила Олеся.

– И часто она на диетах? – полюбопытствовал Ким, совершенно не понимая, с чего ей начинать худеть. На его взгляд, она и так не полная. И с ее активным образом жизни ей это и не грозит.

– Стабильно, – ответил ему Глеб. – Раз или два раза в месяц…

– Вот только хватает ее максимум на три – четыре дня, – ехидно заметила Тина. – Но зато так прикольно смотреть на то, как она мучается, со скорбным видом глядя на тортики, которые просто обожает!

– Вот кто бы злорадствовал! – фыркнула Айка, заступившись за подругу. – Сама ведь такая же.

– И совсем я не такая, – возмутилась Вампирша. – Я сладкое люблю и никогда от него не отказываюсь.

– А потом страдаешь и начинаешь сгонять лишние граммы, сетуя, что весы сломались, – все с той же усмешкой напомнила ей Аланова.

– Но они правда сломались и нагло врут!.. – заявила Тина с полной уверенностью.

Ким и Глебом переглянулись, и последний чуть кивнул головой, давая понять, что им лучше отсюда убраться и что в эту скользкую тему лучше не встревать – себе дороже. Поэтому, дружно подхватив пустую посуду, парни поспешили убраться восвояси.

– Когда затрагивается тема лишних граммов и килограммов, там только посуда не летает, – оглянулся назад Глеб. – Тема частая и опасная.

– Насколько частая? – осведомился Ким, чтобы быть в курсе на будущее.

– Да всякий раз, когда кто-нибудь из них находит очередной крайне верный и действенный способ скинуть лишний вес… Из всей компании Айка единственная меньше всех подвержена этому безумию, но иногда и ее переклинивает.

Невольную виновницу разгоревшегося в столовой спора они встретили сразу же после того, как покинули место обеда. Она была в компании двух девушек, в которых Ким узнал соперниц последнего устроенного поединка. Девушки довольно мило и дружески общались между собой. Сразу было ясно, что знакомы они довольно давно.

– Мальчишки! Идите к нам… – заметив появившихся из столовой парней, махнула им рукой Вика. – Девчонки, знакомьтесь: будущие члены моего клуба Глеб и Юрка! А это Жанетт и Лена… Вы их сегодня видели!

– Сочувствую мальчикам, – улыбнулась им та, которую Вика представила как Жанетт. Довольно яркая девушка, уже выделяющаяся тем, что обладала роскошной двухцветной шевелюрой: большая часть черная, но справа есть и чисто белые локоны, и челка, спадающая ей на глаза, которую она постоянно привычным движением головы отбрасывает, тоже белая.

– Советую сразу сдаться, – добавила со смехом вторая из девушек, чуть темноватая кожей брюнетка с обычной внешностью, без отметок Туманной Зоны. Но вот она слегка поправила прическу, и на мгновение мелькнул заостренный краешек уха. Еще одна эльфийка! Для разнообразия – темная…

– Чем больше вы сопротивляетесь, тем больше она вас хочет… – закончила Лена.

– Прозвучало как-то двусмысленно, вы не находите? – если он думал смутить их этим, то сильно просчитался.

– А это твой натуральный цвет? – отсмеявшись, спросила Кима Жанетт, без смущения протянув руку к его волосам. – Какие они мягкие! Используешь какое-то особое средство ухода?

– Вообще-то нет… И цвет у меня уже больше десяти лет как натуральный, – ответил он сразу на оба вопроса. – Я вообще ничего с волосами не делаю…

– А тебе не лучше будет с косой, чем с хвостом? – подключилась и Лена, тоже потянувшись к его волосам.

– Пробовал, – признался Юра. – Но голова от этого начинает болеть… Поэтому мне так удобнее.

В какой-то момент он перехватил ревнивый взгляд Глеба, о котором все совершенно забыли.

– Ладно, девочки, был рад с вами познакомиться, – Ким начал подталкивать своего одноклассника прочь от этой компании, – но нам с другом уже пора…

– Ты заходи к нам в ассоциацию! – крикнула ему вдогонку Лена. – У нас мальчиков немного…

– Как-нибудь в другой раз, – ответил он, чуть ли не силой оттащив Глеба. – Ты чего застыл? – это Ким сказал уже однокласснику.

– Хорошо быть популярным, – с грустью заметил тот.

– У нас с тобой уже был разговор на эту тему… Так что не начинай снова.

И снова этот взгляд, как после первого урока. Как будто ножом резануло по спине. Но на этот раз, оглянувшись, он никого не увидел. У него уже что, паранойя разыгралась?

* * *

– А ты где-нибудь без своей охраны появляешься? – поинтересовался Ким, когда после занятий Айка повела его на встречу с ректором. Обе близняшки, чуть отстав, что-то вполголоса обсуждали между собой, но следовали прямо за ними.

– Прошедшие выходные ты не считаешь? – невинно поинтересовалась у него девушка, оглянувшись на сестер. – Они мои подруги, так что не называй их моей свитой или охраной.

– Ну, прошедшие выходные скорее исключение из правил, – возразил он. – А насчет свиты… Извини, но при посторонних они ведут себя не как твои подруги… Может, посоветуешь им вести себя попроще?

– Думаешь, я не пробовала? – вздохнула она, снова оглянувшись. – Их отец возглавлял охрану моего отца. Вот и они серьезно считают себя его преемницами.

– Где сейчас их отец? – спросил Ким, подумав, что слишком мало знает о своих соседках по жилью.

– Умер пять лет назад… Шестнадцать лет назад, защищая меня и брата, он получил серьезную травму и так от этого и не оправился… – совершенно спокойно произнесла Айка. – Вот сердце однажды и не выдержало.

– Прости, не знал… – почувствовал себя виноватым Ким.

– Ты и не мог этого знать, – заявила она все так же спокойно. – Только постарайся не упоминать о нем в разговорах при них… Они до сих пор очень болезненно реагируют при упоминании его имени.

– Буду иметь в виду, – пообещал он.

Какое-то время они шли молча, пока Юра снова не спросил немного недоуменно:

– А не эта ли дорога ведет нас к нашему общежитию?

– Общежитие? – переспросила она и рассмеялась. – А ты большой оригинал! Так назвать поместье, где мы живем! Знаешь, за все время ты первый, кто его так назвал.

– Рад, что ты находишь это забавным… И все же это ведь она?

– Нам в ту же сторону, но чуть дальше… Госпожа директор часто предпочитает своему рабочему кабинету уютную обстановку своего дома, – пояснила Айка.

Логично, учитывая то, что она здесь единоличная хозяйка и сама устанавливает правила…

– Так что можешь считать, что девочкам просто с нами по пути, – заметила сереброволосая княжна.

К удивлению Кима, домом Ирины Малышевой оказался тот самый особняк, фасад которого он мог наблюдать из окна своей новой комнаты. А ведь он считал, что там никто не живет и дом пустует. Выходит, ошибся.

Предстоящая встреча с ректором заставляла его немного нервничать. Но внешне это почти никак не проявлялось. Однако именно по этой причине он по старой привычке крутил свое украшение на пальце, пока не содрал кожу. Спохватившись, он просто снял кольцо и убрал его в карман.

На пороге их встретила молодая девушка в строгом костюме. На служанку она точно не была похожа. Как оказалось, это была помощница Малышевой и ее секретарь.

– Проходите, госпожа уже ждет, – сразу же пригласила она их в дом.

Поменяв уличную обувь на мягкие тапочки, они проследовали дальше в дом. Их провели по длинному коридору, и около самой лестницы на следующий этаж их провожатая остановилась и постучала в дверь одной из комнат.

– Да, войдите, – последовал незамедлительный ответ.

В рабочем кабинете сразу же за порогом царила полутень. И что сразу же запомнилось Киму – это светящиеся в темноте глаза хозяйки кабинета.

– Включатель справа от двери, – любезно сообщила она.

Ким незамедлительно поспешил включить свет в кабинете, немного сбитый с толку тем фактом, что госпожа директор сидит одна и в темноте.

– С моим строением глаз мне не требуется дополнительного освещения, – пояснила она, как понял Юра, специально для него. У нее действительно были необычные глаза: полностью желтые, с зелеными, вертикальными, как у змей, зрачками.

– Так значит, ты есть тот самый Ким, не успевший появиться, а уже вляпавшийся в историю, – задумчиво произнесла она.

– Если вы о том, что произошло два дня назад, то моей вины в этом нет, – вежливо возразил ей Ким.

Хозяйка кабинета вызывала в нем необъяснимую симпатию. Возможно, она слишком молода для своей должности – выглядит не старше тридцати лет. Правда, учитывая принадлежность всего данного свернутого пространства ее семье, этот факт не вызывал удивления. Взгляд у нее открытый и вполне дружелюбный, вот только где-то в его глубине затаилась глубокая печаль.

– Я это уже слышала от своего бывшего учителя, – сказала она, и продолжила, явно передразнивая чью-то речь: – «Ким хороший мальчик. Он никогда не поступит плохо…» Знаешь, это, пожалуй, был первый раз, когда старый ворчун кого-то с таким рвением защищал. Видимо, он тебя очень сильно ценит.

– Это вы о ком? – осторожно уточнил Ким.

– О Георгии Владимировиче Мусингове. Знаешь такого? – спросила она у парня.

– Да, конечно. Это директор школы, в которой я учился, – кивнул Ким.

– И главный поставщик в мою академию одаренных детей… А еще в прошлом мой классный руководитель, – добавила она. – Так что можно сказать, мы учились с тобой у одного человека… Именно по его рекомендации я приняла тебя в академию…

Ну, это Ким уже знал. Следовало и догадаться о чем-то таком, учитывая то, как директор называл ее по имени.

– Как я уже сказала, Георгий Владимирович неустанно тебя хвалит… Он сказал мне, что за последние десять лет ты был лучшим представителем школы и что часто на тебя скидывали работу, которую раньше никому из представителей не доверяли, – продолжила Малышева.

Похвала всегда приятна. А сейчас его именно похвалили. Но внешне он сохранил невозмутимость. Вспоминая то время, что он провел в качестве представителя, он мог бы сказать о том своем периоде одной фразой: «А разве у меня был выбор?» Его назначили на эту должность абсолютным большинством голосов При этом сам он на нее не выдвигался: сначала его выдвинули от класса, а потом его поддержала вся школа. Но к своим обязанностям он всегда относился серьезно.

Поэтому когда госпожа директор внезапно спросила не у него, а у Айки, нашла ли она себе помощника, он испытал некое беспокойство.

– Я пока вполне справляюсь со своими обязанностями. Да и сестры Лирит мне в этом помогают, – ответила до этого момента не принимавшая участия в разговоре девушка.

– Лирит хорошие девочки… – кивнула на это Ирина Александровна. – Но тебе нужен компетентный помощник. Думаю, этот мальчик на такую роль подойдет…

Неприятные предчувствия Кима начали сбываться. Но тут неожиданно Айка заупрямилась, вслух высказав мысль, о которой Ким только подумал:

– Необходимости в помощнике я пока не вижу… У меня нет столько работы, чтобы делить ее на двоих. Да и в качестве помощниц Олеся и Алиса меня вполне устраивают.

– Ну, как хочешь, – не стала настаивать ректор. – Но если надумаешь, можешь использовать этого мальчика по своему усмотрению…

«А моим мнением, значит, никто интересоваться не станет…» – мысленно констатировал Ким. Слава богу, дальше они эту тему развивать не стали, переключились на другие.

А еще через десять минут они покинули этот дом.

* * *

Это был совершенно новый, только что открывшийся ресторан, с уютной обстановкой, хорошей кухней и вежливым обученным персоналом. Место, со дня открытия пользующееся бешеной популярностью среди горожан. Вопреки ожидаемому, владелец открыл свой ресторан не в престижном районе, а на стыке района окраины и крепостного. Под совершенно новое здание при строительстве была расчищена площадка на месте старых пустых строений. Была создана вся необходимая инфраструктура, включая обширную стоянку и гостиницу для загулявших гостей, где они при необходимости могли провести ночь. Количество голубых кристаллов обеспечивало, по мнению проектировщиков, абсолютную безопасность. Да и сам ресторан был построен с учетом возможной длительной осады, с необходимыми для этой цели автономными системами, такими как мощные электрические генераторы, запасы топлива и собственный источник воды.

Особо ценились в новом ресторане индивидуальные, закрытые от всех кабинки, где желающие могли уединиться.

Именно одну из таких кабинок занимали двое: мужчина и женщина. Отшельник для такого случая сменил свой армейский камуфляж на элегантный белый костюм и предусмотрительно посетил перед началом вечера цирюльника. Он словно помолодел, скинув не меньше десятка своих лет. Сейчас никто бы и не подумал, что этому улыбчивому, приятному мужчине уже за сорок. И тем более обманулись бы, предположив сферу его деятельности. Идеальные, аристократические манеры и бросающиеся в глаза дорогие перстни выдавали в нем скорее элиту общества, чем наемника.

Его спутница была ему под стать. Миниатюрная японка в черном вечернем платье, обольстительная, с манерами представительницы знатного рода. Известная многим под своим прозвищем Мозголомка, и лишь единицам под другим прозвищем – Паучиха, одна из двух теневых правителей города.

– Как всегда, прекрасно выглядишь, Юмико! – сделал ей комплимент Денис, отсалютовав бокалом шампанского.

– Ну, ты тоже великолепен, дорогой! – промурлыкала девушка, тоже салютуя своим бокалом. – Думаю, за это нам и стоит выпить.

– Согласен. – Он чокнулся своим бокалом с ее. – Чтобы нам почаще так встречаться!

– Заметь, дорогой, ты сам это предложил… – отпив один глоток из своего бокала, улыбнулась ему Юми. – Предположу, что ты хочешь вытянуть из меня какую-то нужную тебе информацию?

– Прямо видишь меня насквозь, – не стал он отрицать.

– Вот в этом весь ты, – упрекнула она своего кавалера на этот вечер. – Вечно в тайнах и в своих интригах… Как с тем мальчиком, например… Знаешь, я на тебя за это обижена. Думала, ты мне больше доверяешь.

Денис задорно рассмеялся.

– Боюсь, что не только я из тебя, но и ты пытаешься кое-что вытянуть из меня, – заметил он.

– А почему бы и нет… – Она сделала новый глоточек из своего бокала. – Так что тебя связывает с тем мальчиком?

– Можно сказать, долгая дружба… Нет, правда, – заверил он, видя недоверие в ее взгляде. – Он один из немногих гостей в моем доме… С самого детства ко мне заглядывает, как к себе домой. За стеной он чувствует себя так же вольготно, как и ты себя в этом поистине чудном заведении, – попытался он свести все к шутке.

– Даже так… Забавный мальчик… И отношения у вас явно непростые. – Вряд ли она ему поверила. Он слишком хорошо ее знал. – И что ты хотел узнать?

– Лаврентий Павлович Антадзе… Ты ведь давно с ним работаешь? Что ты о нем знаешь? – напрямую спросил он.

– Расскажу, если пообещаешь прекратить вешать мне лапшу на уши и рассказать наконец правду. Для начала хотя бы про мальчика. Почему он тебя так волнует? – Она больше не улыбалась. Видимо, все же решила на этот раз настоять на своем. – Или ты мне не веришь?

– Я расскажу. – Он тоже выглядел предельно серьезным. – Тебе расскажу, но если ты не возражаешь, поговорим об этом у меня дома.

– Так ты меня приглашаешь? Как мило с твоей стороны! – И он снова увидел ее чарующую улыбку и многообещающий взгляд, буквально ласкающий его.

– Как я могу отказать такой шикарной даме? – произнес он, словно не было того напряжения между ними пару секунд назад.

– Насчет Лаврентия… – продолжила она тоже как ни в чем не бывало. – Он бывший сотрудник СИБ, покинувший контору после известных событий шестнадцать лет назад. Что мне о нем известно? Есть кое-какие слухи… От одного человечка я узнала, что в свое время он был влюблен в мать нынешней графини Малышевой… – Отшельник удивленно приподнял бровь. Таких подробностей он не знал. – Да-да, той самой, что сейчас заправляет всеми делами в академии, – заметила его реакцию его красивая гостья. – С тех пор он возглавляет ее службу безопасности. Еще, думаю, тебе будет интересно узнать, что он один из учредителей «Монолита»… Ага! Вижу, и о таких подробностях ты не в курсе! Он не отсвечивает в руководстве, но именно он сделал эту корпорацию такой, какая она есть сейчас.

– Тебе действительно удалось меня удивить, – признался Денис. – О его прошлом в СИБ я знал. Слышал краем уха от кого-то и о его первой и единственной любви… Правда, и предположить не мог, кто это. Но «Монолит»… Не поделишься, откуда ты это узнала?

– Извини, но нет… Есть вещи, о которых даже тебе я не могу сказать… Может быть, закончим с делами и позволим себе насладиться этим вечером? – многообещающе глянула на него Юмико.

* * *

Наедине с красивой девушкой… Вдвоем в одной комнате. Особенно когда рядом такая красавица. Особенно когда она нагибается вперед!.. О чем вы подумали? Не было на ней соблазнительно-прозрачного наряда, и грудь не вываливалась из декольте… И тем более она не светила кружевами лифчика. Девушка была в просторной мужской рубашке (не из гардероба Кима, если кто подумал) и в потертых джинсах. Одета вполне по-домашнему. Она не прижималась к нему, заглядывая через плечо, а сидела напротив. Нельзя сказать, что Ким совсем ею не интересовался. Его взгляд периодически натыкался на заметные выпуклости ее тела. Но кроме взглядов он себе ничего лишнего не позволял. К тому же в его комнате они были не одни. Край дивана оккупировали Глеб и Тина. Последняя пришла поглядеть на иллюзию огня в камине и так и осталась, засев с одной из книг с полок нижней комнаты рядом с Глебом. Киму их присутствие совершенно не мешало. Не отвлекают от занятий, и ладно… Вика, вполне серьезно подошедшая к их занятиям, была сосредоточенна и собранна. По мнению Юры, она была вполне способной девушкой. Если бы она чуть больше времени тратила на учебу, таких проблем у нее вообще бы не появилось.

И за всем этим безобразием с верхнего книжного шкафа наблюдала пока никем не замеченная белая кошечка. Недавно она хорошо поела, а сейчас просто отдыхала и следила за своим подопечным. С того самого первого раза, когда он, еще будучи ребенком, случайно призвал туманного кота, он стал частью их кошачьей семьи. А так как он был самым слабым ее представителем, она была обязана была следить за тем, чтобы его никто не обидел. Таковы неписаные правила туманных котов: пока котята не достигнут периода взросления, за ними всегда присматривают уже взрослые коты. Но были среди котят и ущербные, за которыми присматривали всю жизнь. Вот к такой категории котиков и относился, по мнению туманных котов, ее подопечный. Ну да, он двуногий и непохож на них, но глава котов сказала, что он часть их семьи, значит, так и есть, и Ласка будет присматривать за ним, как присматривала бы за маленькими котятами. К тому же с ним интересно, и у него для нее всегда есть вкусная рыбка, которую она просто обожает. И даже то, что он дал ей вполне человеческое имя, ее вполне устраивает.

За события прошедших дней она уже получила грозный мяв от старшей и теперь больше не оставит его одного. Хотя и трудно следить за человеком среди людей – ведь надо при этом оставаться незамеченной, это сложно, когда еще светит солнце. А люди почему-то реагируют на нее в этом образе странно: постоянно стремятся потискать и погладить. Она не прочь, ведь это так приятно.

– Так, закончим на сегодня, – решительно закрывая учебник, произнес Ким. Он видел, что Вике уже трудно сосредоточиться на материале. Сегодня они и так уже много сделали.

Возражений не последовало.

– А у тебя неплохо получается заниматься с другими… – отвлекаясь от изучаемой энциклопедии, заметила Тина. Вот где был весь тот интим, который Киму не достался. И облегающая контуры тонкая футболка, и шортики с открытыми коленками. И прижимания к парню всеми своими выпуклостями. «И этот Глеб мне еще в чем-то завидует!.. Чудак человек».

Ким уже давно заметил, что эти двое ведут себя порой далеко за рамками простой дружбы, как уже состоявшаяся пара. Это даже ему, человеку здесь новому, видно. Да, Тина обожает находиться в центре внимания и не прочь позаигрывать с мальчиками, но грань дозволенного никогда не переступает. Глеб в этом плане выделен ею в особый наивысший ранг. Юра сам был сегодня свидетелем того, как девушка из соседнего класса, подойдя, стала о чем-то расспрашивать Глеба, очень близко став к нему. Парень увидел, с какой ревностью тогда глянула на них Тина, поспешив повиснуть на Глебе и пронзив соперницу таким взглядом, что та поспешила ретироваться.

– Просто мне это уже приходилось делать раньше, – пояснил Ким.

– Ким, хочешь, я тебе дам потрогать свои клыки? – состроила ему глазки Тина, снова меняя тему. Вот только он прекрасно понял, к чему она клонит. Но был категорически против этого.

– Спину я показывать не стану, – уже в который раз за сегодня возразил Ким.

– А мы тебе заплатим, – включилась в игру и Вика. – Называй свою цену!

– Отвали, не покажу… – Он уже понял, что они просто над ним прикалываются.

– А мы много заплатим, – поддержала подругу Тина.

Прежде чем Ким ответил ей, дверь в его комнату отворилась, и на пороге показались близняшки. Серебряная голова Айки маячила где-то за их спинами.

– А мы думали, куда вы все подевались? – с порога сказала Алиса.

– За что вы платить собрались? – одновременно с ней полюбопытствовала Олеся. – Я в доле…

– Вот Кима пытаемся развести, чтобы он нам свою чешую показал, а он не разводится, – сразу же пожаловалась Тина, пересаживаясь к Глебу на колени. – Глебушка, а может быть ты поможешь уломать эту бяку? – очень провокационным тоном попросила его она, облизывая свои губы. Ким видел со своего места, как парень побледнел и сглотнул. А взгляд был как у мыши, попавшей на глаза удаву.

– Кончай над парнем издеваться, – возмутился Ким. – У него чуть слюни не текут…

– Я не издеваюсь, я любя, – возмущенно оглянулась она на Кима.

Киму так и хотелось воскликнуть: «Какого лешего вы все у меня в комнате собрались?!» Неизвестно, к чему все это привело бы, если бы одной особе кошачьего рода не надоело просто сидеть наверху.

– Мяв! – мяукнула она на всю комнату, привлекая к себе внимание.

– Ой! Кошечка! – восторженно воскликнула Айка. – Кис-кис!.. Откуда она здесь?

У нее даже глаза словно налились кровью, стали невероятно красными. Такого изменения цвета Ким у нее еще не видел. Ему показалось, что ее глаза выглядели слегка расширенными.

«Ласка! – мысленно позвал он любимицу. – Ты чего творишь? Зачем показалась?»

В ответ полный игнор. Кошка спрыгнула вниз, мягко приземлилась на лапы и как ни в чем не бывало прошла к Айке, запрыгнув на ее протянутые руки, стала ее как-то странно обнюхивать. Обычно она такого не делала.

«Гадость…» – услышал он мысленную реплику своей кошечки.

«Не говори так!» Почему-то ему стало обидно за Айку.

«От нее пахнет гадостью», – снова заявила Ласка и так смешно чихнула.

Но внимание она к себе приковала крепко. Даже про него забыли! Ее гладят, ее чешут за ушком, а она мурлыкает от удовольствия.

– Так откуда же она здесь? – повторила свой недавний вопрос Айка.

Вика тоже протягивала руку, чтобы погладить кошку.

– А давайте ее у себя оставим? – высказала идею Тина. – Она такая лапочка!

Какая-то дискриминация получается… Нам на их половину нельзя, а ко мне вломились даже без стука… И куда только Антонина Павловна смотрит?

– А я вам всем чайку приготовила… – а вот и сама смотрительница с подносом и чашками. Судя по всему, она не видит в их присутствии здесь ничего предосудительного. – Кошка… как она сюда попала?

– Можно мы ее здесь оставим? – оглянулась на нее Айка.

– Почему бы и нет! – Антонина Павловна пожала плечами, ставя поднос с чаем на стол. – Но надо бы проверить ее у ветеринара и придумать имя.

– Это не обязательно делать… – решил высказаться Ким. С учетом того, что все так обернулось, молчать дальше не было смысла. – Ее имя Ласка. И это моя кошка. Когда я в выходные навещал родных, она увязалась за мной… Пришлось взять… Простите, что не сказал сразу.

– Ну, тогда ладно. Пусть остается! Но в следующий раз, – строго глянула на Кима смотрительница, – предупреждайте меня о таком. Чем ты ее обычно кормишь?

– Она просто обожает рыбу, – улыбнулся парень. – В любых количествах.

До конца этого вечера парни были напрочь забыты. Новая любимица с мягкой белой шерсткой оказалась в центре всеобщего внимания всей женской части.

* * *

Наконец-то Киму удалось выставить всех за дверь. Шумная компания за прошедший вечер его порядком утомила. Оставшись один, он наконец-то сделал то, что задумал еще утром, перед школьными занятиями: позвонил Отшельнику.

На этот раз трубку тот взял не сразу. А когда ответил, то на том конце в качестве фона Юра услышал женский голос.

– Я, наверное, не вовремя, – спохватился парень.

– Да нет, все нормально… – не дал ему отключиться Денис. – Все хорошо?

– Ну, как сказать… Утром у меня был интересный разговор… – Ким вкратце передал содержание состоявшейся беседы. – Теперь я не знаю, как на это реагировать… – признался он под конец.

– Для начала успокоиться и не паниковать, – посоветовал ему Отшельник. – Не произошло ровным счетом ничего, что должно тебя беспокоить. Антадзе просто выполняет свои обязанности главы службы безопасности. Отсюда и его предупреждения. Поэтому в пределах разумного ты можешь быть с ним откровенным. Насколько мне известно, этот человек держит данные им обещания. Даже если у него и есть какие-то планы в отношении тебя, то они не скорые, а в перспективе… Пока он только присматривается к тебе и прикидывает. А это процесс, как я уже сказал, нескорый. Поэтому минимум полгода тебе не о чем беспокоиться.

– А потом? – резонно заметил Ким.

– Потом… Подумай, что он может тебе сделать? Хватать тебя и привязывать к электрическому стулу он не станет… Шантажировать? Если хоть что-то будет угрожать твоей семье, я их сразу же заберу из города. А за стеной он их не достанет в любом случае… Да и не его это метод… Думаю, он предложит тебе сделать добровольный выбор… Скажи, ты видел ректора? – неожиданно спросил Денис.

– Да, сегодня встретились, – сказал Ким.

– И как она тебе?.. Какое впечатление она на тебя произвела? – поинтересовался Отшельник. Киму, возможно, просто почудилось, но тот не так просто его об этом расспрашивает.

– Впечатление в целом хорошее, – подумав, высказался он. – Но знаешь, я особо к ней не приглядывался… Считаешь, мне не о чем беспокоиться? – возвратился к предыдущей теме.

– Думаю, да. В любом случае у нас есть время все хорошо обдумать и принять верное решение, – заверил его Отшельник.

– Хорошо… – Ким действительно заметно успокоился. Еще немного поговорив, он отключился.

Подойдя к окну, снова глянул на особняк напротив. Во всем доме светилось только одно окно. Но теперь, когда он узнал об особенности строения глаз госпожи директора, это его не удивляло.

Юра посмотрел на телефон, все еще зажатый в руке, и вновь набрал номер, на этот раз позвонив сестре. Уже после второго сигнала она ему ответила.

– Привет, сестренка! Как вы там?..

* * *

– Ну и? – дождавшись конца разговора, спросила Дениса Юмико. – Я наконец-то услышу твое душещипательное признание в том, что этот мальчик твой сын?

– Не говори глупости, – даже рассердился на знойную женщину в своей постели Отшельник. – Накинь на себя что-нибудь… Разговор действительно серьезный.

Он отвернулся к окну. Сейчас не время отвлекаться на посторонние, хоть и приятные желания. Через минуту он услышал скрип кровати и ее легкие шаги по мягкому ворсу ковра. И вот она уже прижимается к нему со спины.

– Знаешь, я бы хотела, что эти ночи стали у нас постоянными, а не урывками, – услышал он ее признание.

– Я тоже хотел бы… – сказал он.

Но ни он, ни она не сказали главного – того, чего они всячески избегали в своих разговорах…

– Так что там с этим мальчиком? – вновь подняла она старую тему. – Почему тебя так волнует его судьба?

– Это ведь естественно – волноваться о близком родственнике, – признался он.

– Так значит, действительно сын?.. – заключила она.

– Крестник… – поправил он ее. – Он сын моего погибшего брата. Это длинная история, и сейчас мне не хочется ворошить прошлое, – поспешил добавить Денис, опережая возможные вопросы.

– Тогда почему он вырос в детском доме, а не с тобой? – конечно, этот вопрос не мог быть не озвучен.

– Для него это было бы небезопасно. – Отшельник ответил не сразу, собирался с мыслями. – Мой образ жизни не подходит для ребенка… К тому же были и другие причины того, почему ему нельзя было быть со мной.

– Я о них услышу? – спросила все так же прижимающаяся к нему женщина. – В этом как-то замешаны те люди, которых я для тебя искала? Ведь, насколько мне известно, многие из них после скоропостижно скончались… Но череда несчастных случаев заставляет задуматься…

Глупо было надеяться, что она ничего не поймет.

– Мой брат погиб не сам по себе. Ему помогли… как, в общем-то, и его жене. Можно сказать, удачно воспользовались моментом и избавились от них. Вот только с его маленьким сыном чуть просчитались. Я успел раньше, прежде чем они его убили. Тем самым я испортил их идеальный план. Ведь именно Ким для них самая главная угроза. Ведь пока он жив, будучи преемником, они не смогут захватить принадлежащую ему собственность. Неважно, считают его мертвым или нет, это не та вещь, которую можно просто изъять силой. Надо, чтобы она признала тебя своим хозяином. Но этого никогда не произойдет, пока живы наследники.

– Это вещь – артефакт из Тумана? – догадалась Юмико. – Только то, что оттуда, может обладать собственной волей. Наверное, это что-то ценное, если его так жаждут заполучить.

– Почти все, что оттуда, обладает немалой ценностью, – заметил Отшельник, но дальше развивать эту тему решительно не стал. – Поэтому Юра для них так важен…

– И поэтому им так важен ты? По этой причине ты так осторожничаешь? Избегаешь города и живешь один… – предположила она.

– Я всегда знал, что ты умная женщина, – слабо улыбнулся ей он.

– Те, кого ты… убрал, они… – Она замолчала, дав ему возможность самому закончить.

– Шестерки… Исполнители… И ближайшие помощники того, кто все это затеял. Но до главного я так и не смог добраться, – поморщился Денис. – Для меня он просто недосягаем. Поэтому я по возможности просто убираю его людей, чтобы облегчить свою жизнь и жизнь Кима.

– Я могу помочь, – предложила она.

– Ты и так мне сильно помогла, – поворачиваясь и обнимая ее за плечи, произнес он. – Не хочу рисковать еще и тобой…

– Кто он, твой главный враг? – настоятельно потребовала ответа Юми.

– Я не хочу тебя втравливать… – снова попытался образумить ее Денис.

– Я уже втравилась, – возразила она. – И тем более не позволю никому причинить тебе вред… Так что, кто он?

– Ну хорошо, – сдался он. – Его имя…

* * *

На занятия он чуть не опоздал. Кира Валентиновна оказалась фанатом от науки. Ради этого она даже не пожалела свою лабораторию. Стоя посреди пепелища со свисающими с потолка сосульками, она задумчиво переворошила кончиком туфли пепел с кусочками льда и задумчиво произнесла:

– Немножко перестарались, – но расстроенной по этому поводу особо не выглядела.

– Простите, – на всякий случай покаялся Ким, хотя она сама попросила его не сдерживаться.

– Да, мне только недавно сделали здесь ремонт… Правда, он мне никогда не нравился…

– И что теперь? – осторожно спросил Юра.

– Теперь, – удивленно глянула она на него, – тебе надо на занятия…

И вот теперь он спешил, опаздывая на урок.

И вдруг замер…

Этот взгляд словно буравил ему спину, создавая неприятное ощущение сверления. Трудно даже было просто описать это чувство. Никогда раньше ничего подобного он не ощущал. Ненависть… Если бы ее можно было представить как нечто материальное, то это была именно она.

Резкий разворот, и взглядом Ким безошибочно нашел источник этого чувства. Все тот же незнакомый парень, которого он уже видел вчера. Первая их встреча состоялась не во время перемены, после первого урока, а еще до этого, сразу после разговора с Лаврентием Павловичем. Тогда Ким, последовав совету Глеба, пошел в сторону главного спортивного сооружения их учебного корпуса. Именно тогда он в первый раз случайно и столкнулся с этим парнем.

В прямом смысле этого слова. Оба спешили и чуть ли не столкнулись лбами. Тогда тот выронил небольшой серебряный медальон с изображением бегущего коня с надписью на французском в верхней части: «фаворит». А между конем и надписью был символ, похожий на пентаграмму. Юра тогда не успел ее как следует разглядеть, когда, подбирая медальон, возвращал его владельцу. Тот буквально вырвал его из рук Кима и отшатнулся назад.

– Я прошу прощения, – поспешил извиниться Юра. – Я очень спешил и не заметил вас.

– А, ничего страшного… Я сам был небрежен, – ответил тогда ему тот парень. И не было в его взгляде тогда той ненависти, которую Ким видел сейчас. А потом он глянул куда-то ниже, и его взгляд изменился. Тогда Ким так и не понял, что тот мог увидеть такого и почему так поспешно ушел. Да он и не придал этому особого значения. Возможно, вскоре он и забыл бы о том парне, если бы они не пересеклись снова.

Заметив, что Юра пристально глядит на него, тот, по какой-то причине настроенный крайне негативно к нему, парень резко развернулся и ушел. Да что с ним не так?

Звонок оповестил о начале третьего урока. Он словно столкнул Кима с места, напомнив ему, что у него есть дела и поважнее.

«Вот ведь гадство… Из-за него все же опоздаю!»

* * *

Наставник Ли Кон взялся за него всерьез. Перед самым началом спарринга он небрежно посоветовал Киму не сдерживаться. И после первого же зрелищного полета Юра понял, что это были не просто слова. Неизвестно кем в прошлом был их сенсей, но драться он научился явно не на рингах тренировочных площадок. Поэтому действительно пришлось противостоять ему в полную силу. Но и в этом случае парню приходилось в большинстве своем только отбивать атаки, почти не имея возможности контратаковать в ответ. Неосознанно Ким начал ускоряться, хотя это было нарушение правил. Но неожиданно это не принесло никакого результата. Ли Кон мог двигаться так же быстро, как и Юра. Видимо, тоже владел способностью к ускорению. Он спокойно выдержал самый максимальный безопасный для Кима уровень ускорения и не остановил поединок, хотя и должен был. Ведь при таких скоростях Юра не мог контролировать силу своих ударов. Но Ли просто в очередной раз отправил его в полет, сделав это так элегантно, что не навредил ни себе, ни парню. Только что-то хрустнуло, но непонятно, что – может быть, Киму просто почудилось?

«А он действительно мастер!» – уже лежа на мате, оценил юноша мастерство китайца. Он так не умеет. Что ни говори, но немногие могут точно рассчитывать и соизмерять силу своего удара, находясь в состоянии темпо. Грустно признавать, но по сравнению с Ли Коном Ким как арбалет по сравнению с автоматом.

– Неплохо! – вопреки ожидаемому похвалил его наставник. – Но надо отдельно поработать с тобой над контролем. Он у тебя слабоват. Не занимался с тобой в этом направлении никто из специалистов. Именно этому начиная со следующих занятий мы уделим особое внимание.

– Да, сенсей…

Был ли он расстроен своим проигрышем? Да, пожалуй, что нет. Да и судя по реакции остального класса, проигравшим его никто не считал.

– Хм, Ким… – Что это? Ему показалось, что в голосе невозмутимого китайца промелькнули виноватые нотки. – Тебе бы переодеться не мешало… Я немного перестарался… Прости.

– Что? – не сразу понял, о чем он, Юра.

И тут только он услышал возгласы со стороны недавних зрителей и одноклассников:

– Смотри! Смотри!.. Так вот какая у него чешуя…

– Ой, девочки, она мерцает!..

– Здорово!..

– Ким! – окликнул его Глеб. – Твоя футболка… Она это… немного порвалась.

И тут Юра вспомнил, что после своего второго полета слышал какой-то хруст. Завел руку за спину и нащупал заметную особенность своего тела.

– М-да, – пробормотал он. – Надо было вчера все же взять деньги, когда предлагали.

Но реакция одноклассников сильно удивила его и, чего греха таить, порадовала. Он видел в их глазах интерес, живое любопытство, даже восторг, но не видел того, чего больше всего опасался – отвращения.

«Наверное, мне просто класс неправильный достался… Хотя чему я удивляюсь – здесь вся школа собрана из неправильных учеников со способностями…» – как-то уж чересчур спокойно подумалось ему. Он без лишней спешки нагнулся, подобрал со скамейки снятую перед поединком олимпийку и натянул на себя, прикрыв спину, после чего обернулся и с некоторой иронией произнес:

– Кина не будет, кинщик заболел… Как говорится, всем спасибо, все свободны.

Общий вздох разочарования прокатился среди женской аудитории.

– Жадина! – высказалась одна из одноклассниц. – Я совсем не успела разглядеть…

– А почему мы все прохлаждаемся? – неожиданно громко спросил Ли Кон, хлопнув в ладоши и привлекая к себе внимание. – Наш урок еще не закончился. А строением тел мальчиков будете интересоваться во внешкольное время. Или на уроках анатомии…

– Так нет у нас таких уроков, – заметила все та же из одноклассниц, что сокрушалась о том, что не успела рассмотреть спину Юры.

– Какая досада… Вот и попросите госпожу директора, чтобы ввела их специально для вас! Все, я сказал расходимся.

* * *

– Покажи! – в раздевалке его теперь обступили одноклассники. За эти несколько дней ему удалось изменить несколько негативное отношение к нему среди парней-сверстников. Правда, не без помощи Глеба.

– Было бы что там смотреть! – Но так как все равно надо было снять порванную футболку, и он не стал скрывать свою спину.

Настроение было отличным. Ведь все его страхи оказались беспочвенными. Он глянул на дырень и с сожалением отбросил футболку в сторону. Толку зашивать не было. Благо в его комнате среди вещей, что он забрал из дома, была почти точно такая же, правда, не новая, застиранная, но на первое время сойдет. А со стипендии он купит новую.

– Первый раз такое вижу, – честно признался тот парень, что просил показать спину. Низкорослый, даже ниже Кима, с волосами песочного цвета, с пигментными пятнами на лице, как у рыжих, только светлее и бледнее. Они почти незаметны и проявляются только при сильном свете. Роман Исаин был такой же стипендиат, как и Ким. Он поправил роговые очки, нагнувшись почти к самой спине Юры.

– А… прости, – внезапно спохватившись, он отступил назад, но тут же спросил: – А можно коснуться?

Насколько Ким уже успел узнать, этот парень был просто помешан на всем, что касалось Туманной Зоны, и сам обладал довольно интересной силой – способностью сливаться с окружающим ландшафтом. По-другому это называли «эффект хамелеона».

– Да трогай… чего уж там, – пожал плечами Юра.

– А насколько они крепкие? – Тот осторожно коснулся и снова отступил. – Удар ножа выдержат?

«Выдержат», – мысленно ответил Юра, а вслух только сказал:

– Хочешь проверить?

Роман покраснел, отрицательно замотал головой и окончательно отстал от Кима.

– Тебе стоит напроситься к Кире Валентиновне в помощники, – заметил Юра, натягивая рубашку, осторожно убирая из-под нее волосы и снова перетягивая их эластичной резинкой. Для него это стало давно уже привычной процедурой. Утомительной, но привычной.

– Так я уже… Она сказала, что подумает, – признался Рома, но с каким-то кислым видом, словно не веря, что она согласится.

– Ну, удачи тебе, – заканчивая переодевание, ободрил его Ким, прежде чем покинуть раздевалку.

И уже спускаясь по лестнице, столкнулся на ней с тем парнем, взгляд которого в последнее время преследовал его почти повсюду.

– У тебя какие-то проблемы? – проходя мимо, спросил Юра. – Не припомню, что раньше мы с тобой были знакомы.

– Мы не знакомы, – возразил парень, даже не обернувшись. – Вы ошиблись… Мы встречались только однажды, когда столкнулись во дворе школы.

– Тогда к чему эти взгляды? – остановился Ким.

– Не понимаю, о чем вы… – парень даже не остановился и не оглянулся, пошел дальше.

– Вот и я не понимаю, – задумчиво произнес Юра, провожая взглядом.

* * *

Если бы кто-нибудь из подчиненных мог видеть сейчас полковника Аланова, то был бы крайне удивлен увиденным. Стоя у приоткрытого окна, он немного нервно и неумело курил. Вадим не был пристрастен к этой пагубной привычке, но сейчас ему требовалось немного успокоить нервы, а алкоголь в данной ситуации был плохой альтернативой. Именно сейчас ему требовалась ясная, незатуманенная голова.

Сейчас на его рабочем столе лежала распечатка фотографии – даже не человека, а только кисти руки. Крупным планом на ней был виден перстень. Дешевый медный перстень, только немного необычной формы и с выемкой, углублением, ромбовидной формы.

А ведь он тогда, несколько дней назад, не сразу понял, что зацепило его взгляд. И только в очередной раз просматривая сделанные фотографии, обратил внимание на эту вещь. После обработки и увеличения он теперь видел то, что видел. Перстень, который ему уже доводилось один раз в жизни видеть, даже держать в руках. И все же он сомневался. Пришлось даже наведаться в родовой особняк и основательно покопаться в вещах своей комнаты, ища старые рисунки того времени, когда он и не думал становиться тем, кем был сейчас, а искренне мечтал стать художником. Да, был такой период в его жизни восемнадцать лет назад, в двенадцатилетнем возрасте. И надо признать, что многие отмечали тот факт, что он хорошо рисует.

А ведь нашел! Теперь у него на столе, помимо фотографии, лежал и карандашный набросок этого самого перстня. И он уже больше часа с лупой сравнивал два этих изображения, ища и не находя существенных отличий.

Но как такое вообще может быть? Он искренне полагал, что этот перстень навсегда утрачен!

Он несколько раз порывался схватить лежащий на столе телефон и сделать звонок, но всякий раз останавливался. А вдруг он неправ и только лишний раз потревожит старую не зажившую рану – что тогда? Хотя разум говорил, что таких совпадений просто не может быть. Ведь артефакты оттуда – это не простые предметы и кого попало не принимают… Но если вдруг все же ошибка?

Он глянул на окурок в своей руке, поморщился и выбросил его в окно. Вернулся к столу, в который раз изучил и фотографию, и эскиз. Наконец-то приняв решение, взялся за телефон внутренней связи.

– Петрович? Ты еще не ушел? – Он сам поморщился от того, как глупо прозвучал его вопрос. – Ты мне нужен, зайди ко мне… Да, прямо сейчас… Все, жду.

Уже через пару минут знакомый следователь без стука вошел в его кабинет, и сразу же с порога принюхался.

– Я весь внимание… Что у тебя такое случилось, что ты даже взялся за сигареты? – кивнул Петрович на пачку на столе.

– Мне нужно, чтобы ты для меня кое-что сделал… Мне нужна информация об одном человеке. Все, что сможешь о нем узнать… с самого рождения.

– Как срочно?

Взгляд шефа не располагал к шуткам и был каким-то возбужденным.

– Если я скажу, что вчера?..

– Понял… Опять ночь не спать… Что же ты за человек такой? – И следователь сразу же добавил: – Два дня…

– Хорошо… Вот, – Аланов бросил на стол еще одно фото. – Все, что сможешь о нем найти… И озадачь лабораторию… пусть готовятся к сравнительному анализу ДНК…

– Сообщу сразу, как только появится предварительный результат, – пообещал Петрович, забирая фото. И уже на выходе заявил: – Тебе бы поспать не мешало… Лица на тебе нет.

– Позже, Петрович… Обязательно, – снова беря в руки лупу.

«Как она отреагирует, если это окажется правдой?» – промелькнула в голове мысль. Только ради нее, чтобы снова увидеть улыбку на ее лице, он должен докопаться до истины.

Только ради нее…

* * *

«Какого хрена вы опять все у меня собрались?!» – хотелось Киму издать искренний крик души. Девушки буквально оккупировали его нижнюю комнату и не думали уходить. Не то чтобы он был против – какой нормальный парень откажется от общества красивых девушек, от вида которых начинает шевелиться понизу и собирается слюна во рту… Нормальная мужская реакция на противоположный пол. Особенно остро реагировал он, когда его взгляд задерживался на серебровласой принцессе. Когда она вот так по-простому одета, он начинал относиться к ней совершенно иначе.

Но вот досада – они здесь были не ради него, а ради очаровательной кошечки, которая категорически отказывалась переселяться в женскую часть общежития.

И наверное, чтобы отвлечься и не пялиться взглядом озабоченного подростка на девушек, Ким листал один из множества справочников, что хранились в этой библиотеке отдельно от остальных книг. Он совмещал это занятие с неспешным разговором с Глебом. Двум парням всегда есть о чем поговорить.

– Что ты такого наобещал Вике, что она мне уже два дня не дает продыху, агитируя за свой клуб? – негромко спросил тот у Юры. И оба, не сговариваясь, покосились на девушек.

Айка выглядела в этой компании наиболее скромной, но почему-то именно она привлекала больше всего его взглядов. Может быть, все дело в ее непривычном виде – она одета в рваные джинсы и топик… Это просто какое-то издевательство над психикой парней!

– Пообещал вступить в ее клуб при условии, если она затянет туда тебя и… нашу принцессу, – честно признался Юра.

– Ну, спасибо, удружил, блин! – в голосе Глеба проскользнули нотки обиды.

– Ну извини, ляпнул тогда не подумав… А она поймала меня на слове, – повинился Ким, снова оглянувшись.

Ласка буквально купалась во внимании, благосклонно позволяя себя чесать, гладить и подкармливать. Эта нахалка любила находиться в центре всеобщего внимания, ведя себя как обычная мурлыка, каких в городе хватает.

Вот только он снова услышал это словечко «гадость», когда кошка обнюхивала Айку. И снова так и не понял, к чему та это сказала.

– Скажи, ты знаешь парня из параллельного класса «Е»? Такой плотный, среднего роста и совершенно лысый… или выбритый налысо, – неуверенно спросил Ким. Он долго колебался, прежде чем решил спросить.

– Лысый, плотный, среднего роста, – задумчиво повторил Глеб. – Под описание только один приходит в голову, Ренат… А зачем он тебе?

– Да как тебе сказать… – подумав, Ким все же решил не говорить всей правды. – За последние дни я с ним несколько раз пересекался. Вот пытаюсь понять, что он из себя представляет.

– Да я о нем мало что знаю… – после раздумья ответил Глеб. – Он не особо общительный, но и не конфликтный… Пацан как пацан, – пожал плечами сосед и предложил: – Хочешь, могу в его классе о нем расспросить?

– Да нет, пожалуй, не стоит… – пошел на попятную Юрка.

И тут на них наконец-то обратили внимание их прекрасные соседки по общежитию.

– И чего это вы там шепчетесь? – оглянулась на них Тина. – Неужели нас обсуждаете?

– Вы необычайно проницательны, о юная госпожа! – дурашливо склонил голову Ким. Он был рад сменить им же затронутую тему на другую. – Мы обсуждаем, какую цену предложили бы восточные шейхи за то, чтобы видеть таких красавиц в своем гареме!

– Трепло… – конечно, Тина ему не поверила. Она оставила компанию подруг и села поближе к Глебу, против чего тот не возражал. Вскоре к ним присоединились и другие девушки. Айка с Лаской на руках заняла место напротив Кима. Пользуясь моментом, пока та устраивалась на диване, белая кошечка выскользнула из ее рук и, устроившись на коленях Юры, свернулась в комочек, задремала. Или сделала вид.

– Я смотрю, она к тебе явно сильно привязана, – заметила девушка с некоторой ревностью во фиолетовом взгляде.

– Конечно, ведь мы давно уже знакомы с этой нахалкой, – медленно поглаживая по белой шерстке, произнес Ким. – Даже слишком давно, – повторил уже чуть слышно. – Она обычно не очень приветлива с незнакомцами. Так что я немного удивлен, что она так легко вас приняла.

– Если у нее будут котятки, хотела бы я одного заиметь, – легкомысленно заявила Алиса, тоже с некоторым сожалением глядя на то, как кошечка млеет под ладонью парня.

«А это вряд ли», – подумал Ким. Ведь он как никто другой знал, как Туманные кошки могут опекать своих котят и чем может кончиться попытка причинить их котятам вред.

* * *

Следующие несколько дней прошли относительно спокойно. Отношения с одноклассниками у Кима были более чем ровные. Да и одноклассницы несколько подуспокоились, оставив наконец его покои. И с классом ему явно повезло. Особенно ему запомнились уроки Киры Валентиновны. Даже мысленно он не позволял себе называть ее Грымзой, считая это прозвище неподходящим. Да и видя ее за работой в своей лаборатории, иначе чем по имени-отчеству он ее не называл. Может быть, в классе она и вела себя немного расслабленно, но в работе себе такого не позволяла.

А вот кто не давал им всем скучать на ее занятиях, так это Ведьма. Вот уж кого-кого, а Юлю из-за ее постоянных выходок он по имени почти перестал звать даже мысленно. Она окончательно стала для него просто Ведьмой.

Чего только стоило очередное ее представление с бабочками! Создав иллюзию солнечной поляны, она «обратила» всех учеников в разноцветных бабочек. Почему-то Киму достался самый необычный цвет и вид – черный в белый горошек. А потом зашел Глеб и все разрушил. Шипела она на него не хуже кошки.

На этих уроках он узнал, что Айка, например, ко всему прочему, не видит иллюзий, поэтому на выходки Юли почти никак не реагирует.

Близняшки, как он и предполагал, обе обладают способностью ускоряться. Хоть их уровень ускорения ниже, чем у него, а вот контроль выше. В отличие от него, их обучали этому с малых лет. И еще они мастерски владеют искусством ближнего боя, с холодным оружием и без него. Их с раннего детства тренировали в качестве телохранительниц для Айки.

Способность Тины вообще была уникальной. Ким даже не знал, что такая существует. Она могла только глянуть, сказать все о крови того или иного человека: группа, количество сахара в крови… буквально все, без всякого оборудования и анализов. Ее будущее было уже определено. Ей уже было готово место в медицинском институте здесь же, в академии.

Вика… Он сам видел, как она швырялась тяжелыми вещами, словно они были из папье-маше. Ее сила была невероятна!

Глеб… С ним все ясно. И хоть он не считает свою способность уникальной и полезной, но лично Ким так не считал.

Вот такими были его соседи по жилью.

В эти несколько дней Ким заметил, что у Айки появилось очень много работы как у представителя. Она уходила в академию первой и возвращалась уже с заходом солнца. А вернувшись, шла в свою комнату и оттуда больше не выходила до самого утра. Вчера он не выдержал и поинтересовался у близняшек, в чем причина ее чрезмерной загруженности. Просто стало невыносимо смотреть на нее утомленную. Те немного помялись и признались в том, что руководством академии было принято решение организовать неделю открытых занятий. Лучшие ученики из городских школ Артура проведут совместные уроки вместе с учениками академии, а их учебный корпус станет одним из двух мест, где эти занятия будут проходить. И Айка как представитель должна распределить гостей по классам, составить возможный план развлекательных мероприятий, представив его на рассмотрение руководству. Организовать временное проживание и выполнить еще кучу других сопутствующих задач, связанных с этим мероприятием. А так как раньше ничего подобного не происходило… В общем, ей можно было только посочувствовать.

На следующее утро после разговора с близнецами, глядя на круги у нее под глазами и невыспавшийся вид, он предложил ей свою помощь.

– Не забывай, мне подобным тоже приходилось заниматься, – напомнил он.

– Зачем тебе это надо? – буркнула она, отрывая взгляд от тарелки. – Я же видела, что тебе не особо хочется этим заниматься… Тогда, в доме у ректора.

«А она у нас крайне наблюдательная, как я погляжу…» – заключил он.

– Просто, глядя на тебя, я думаю, что еще пара таких деньков, и тебе можно участвовать в конкурсе на лучшего зомби, даже грим не понадобится… – усмехнулся Юра. – Так как, примешь мою помощь?

– Мне обещали прислать в помощь представителей тех школ, ученики которых проведут эту неделю у нас, – взглянула на него Айка.

– И когда это будет? – поинтересовался он, прекрасно зная на собственном опыте, как все это происходит.

– Я согласна… – не стала больше отказываться Айка. И как ему показалось, сказала это с явным облегчением.

И вот теперь он помогал ей с ее делами. А работы действительно было много, даже слишком. На себя он взял обязанность по распределению гостей по общежитиям. Надо было их не просто устроить, а устроить компактно. Это на первый взгляд казалось, что дело несложное, а на деле выявлялось столько нюансов…

…Айка ворвалась в кабинет в явно раздраженном состоянии.

– И кто на этот раз испортил твое настроение? – отрываясь от бумаг, которые просматривал, спросил он. Он был не прочь немного отвлечься от дел.

– С чего ты взял, что мне испортили настроение? – пристально глянула она на Кима. Внешне ее гнев почти никак не проявлялся.

– У тебя глаза зеленые, – пояснил он. – Когда ты сердишься, злишься, они у тебя зеленеют…

Буквально сразу же ее глаза начали темнеть, принимая карий оттенок.

– Как ты догадался? – не стала она отрицать очевидное. – Только близняшки и брат могут по цвету глаз определять мое настроение…

– Было бы что сложное… Простая наблюдательность, – заметил он.

– А ты умеешь удивлять, – покачала головой. – Близняшки тоже в шоке… Ты единственный, кто их различает и никогда не путает… Может быть, ты обладаешь еще какой скрытой способностью?

– Не настолько они и похожи, если присмотреться более внимательно, – снова пожал Ким плечами. – Что?.. – заметил он ее изучающий взгляд. – Лучше скажи, что тебя так разозлило?

– Ведьма! – одним этим словом все было сказано. Видимо, неугомонная Юля снова что-то учудила.

– И что на этот раз? – полюбопытствовал он.

– На все женское общежитие навесила иллюзию пещеры ужаса… – скривилась Айка. Ким представил себе, сколько визга и крика было там, пока эту иллюзию не убрали. – Теперь соседки требуют, чтобы ее от них отселили… Понятия не имею, куда ее теперь деть?

– Тоже мне проблема, – усмехнулся Ким. – Посели ее к нам… По крайней мере на время, пока не закончится неделя открытых дверей. У нас есть против нее главный козырь по имени Глеб. Он так хорошо научился разрушать все, что она создает, так что она начинает закипать, стоит только ему появиться поблизости. Было бы неплохо на это время поселить их рядом…

– Как вариант! – подумав, просияла она. – А ты порой генерируешь неплохие идеи…

– Буду считать, что это был комплимент… Ладно, что у нас дальше на повестке дня? – возвратился он к основной теме.

– Распределение по классам и развлекательные мероприятия… – присаживаясь на место напротив него, сказала Айка.

В кабинете они были одни. Близняшек Айка чуть ли не силой отправила домой. Помощи от них немного, а отвлекают постоянно.

– А последнее обязательно? – уточнил Ким на всякий случай.

– Обязательно… Мы должны показать академию с наилучшей стороны, – явно повторяя за кем-то, склонила голову серебровласка.

– Так устроить им экскурсию, – предложил Ким. – Здесь вообще есть то, что можно показать?.. – поинтересовался он.

– Это вообще-то учебное заведение, а не музей, – нахмурилась девушка, о чем-то задумавшись. – Хотя можно провести и небольшую экскурсию. Например, сводить в южный учебный корпус, показать им военно-тренировочный полигон, где проходят обучение курсанты… Думаю, будет нетрудно с ними договориться. Как думаешь, это будет интересно?

– Девчонки точно останутся в восторге… Столько потных и вонючих мужиков в одном месте сразу, – усмехнулся Ким.

– Дурак… Я с тобой серьезно, а ты шутишь, – чуть обиделась на него.

– Да мне-то откуда знать? – удивился он. – Я там не был ни разу и не представляю, чем они там занимаются… Как и не знаю, что здесь вообще может заинтересовать гостей.

– Прости, совсем забыла… – она вспомнила, что он тоже новичок.

– Может, стоит поднять этот вопрос в классе? – предложил он. – Кто знает, может быть, и промелькнут дельные идеи.

И снова она надолго задумалась.

– Возможно, ты и прав, – наконец-то согласилась с ним она. – Возможно, и стоит поговорить об этом в классе.

– Тебе не кажется, что на нас просто перекинули обязанность, которой должно было заниматься само руководство? – заметил Ким.

– Не ворчи, ты сам предложил свою помощь… А у руководства и без того работы навалом… А учителей отвлекать мы не можем… – Она сразу же вернулась к обсуждаемой теме: – Можно устроить в последний день открытый школьный бал… Думаю, многие этому будут рады.

– Бал? – переспросил Юра. Никогда он не был на балах, хотя и слышал о них. – Ты имеешь в виду танцы и нарядные платья?

– Конечно, – удивленно глянула на него Айка. – А ты представляешь это как-то по-другому?

– Нет, проблема может быть в другом… Большинство учеников из обычных школ никогда на таких мероприятиях не были. Не умеют танцевать, да и одеться так, чтобы соответствовать учащимся нашего корпуса, они не смогут. Нет у них возможности иметь соответствующие платья и костюмы, – осторожно пояснил он. – Поэтому возможны проблемы.

– Можем организовать уроки танца… Думаю, на этот период руководство пойдет нам навстречу… И с нарядами что-нибудь придумаем. – Видимо, она сама сильно загорелась этой идеей.

– Тогда тебе стоит подыскать помощниц, которые займутся реализацией твоей идеи, – заметил он. В принципе, он и сам был не против. – Близняшки, Тина и Вика с этим смогут справиться… – Сразу же предложил он и кандидаток. – Можно добавить к ним и нашу Ведьму… Пусть полезным делом займется.

– Пожалуй, насчет Юли я даже с тобой соглашусь, – одобрительно кивнула на это Айка. – За все эти выходки ее стоит наказать…

– Вот только захочет ли она… Может и заупрямиться, – усомнился в собственном предложении Юра.

– Это уж предоставь мне… – как-то зловеще усмехнулась девушка напротив. Вот только глаза у нее были синими. – Я смогу ее заставить…

– Ну, тогда тебе и карты в руки… – Он снова задумался. – Может, стоит устроить экскурсию в городок? Должно же там быть что-нибудь интересное…

– Это вряд ли… Это жилая зона, а не культурный центр… Несколько магазинчиков, торговый центр и парк отдыха… Не думаю, что это будет интересно… – возразила она.

– Тогда у меня нет идей, – сдался Ким. – Если только не организовать очередную дуэль Вики… одну против всех.

– О да!.. Это будет зрелищно, – на лице Айки появилась легкая улыбка. – Можно будет использовать.

– Ты серьезно? – удивился даже парень.

– Ее поединки – это всегда зрелищное представление… Ты же сам все видел, – напомнила она ему. – Да и она, думаю, не откажется… Ей нравится быть в центре внимания.

– Ну да, видел, – вынужден был согласиться Юра.

И тут… Дверь без стука отворилась, и в комнату ворвался маленький ураганчик.

– А вы что, домой еще не собираетесь? – спросила у них Вика, замерев около их стола.

– Ты ее сам призвал, вот и разбирайся… – недовольно глянув на подругу, перевела стрелки на Кима серебровласка.

– Я еще и виноват? – он даже возмутился и тоже далеко недружелюбно глянул на источник его бед. – Кыш отсюда!..

* * *

Снова за окном уже ночь. Но на этот раз никакого запаха сигарет, да и сами окна плотно зашторены.

– Задал же ты мне задачку! – Петрович вновь оккупировал его место. Выглядел он неважно, но при этом крайне довольным. – Не думал, что все будет настолько сложно… Одно тебе скажу: кто-то очень не хочет, чтобы об этом парнишке стало известно больше, чем есть. Информация о нем только поверхностная и неполная. Если верить ей, то парень ничего собой не представляет. Один из тысячи… Чувствуется, что кто-то умышленно подчистил о нем информацию. В детском доме, где он воспитывался, информация о нем вообще отсутствует. Его словно там никогда и не было. Проведя расследование, я установил… – Он не выдержал и звучно зевнул. Эти дни он спал только урывками. – Информация о нем была изъята еще при предыдущей директрисе, что ушла на пенсию после пожара, что случился несколько лет назад. Что она с ней сделала, неизвестно… Может, где-то припрятала или отдала. Нам теперь этого не узнать. Ее замученный труп был обнаружен в подвале тех шустрых мальчиков, что устроили нам чудные выходные… – уточнять он не стал, но и так было ясно, о ком он. – Благо остались воспитатели, что знали его.

– И что они говорят? – Вадим был совершенно спокоен, что с учетом его непростого характера было вещью довольно редкой и необычной.

– Юрий Ким. Имя ему дали после обнаружения на пороге… Не было при нем никаких документов. И директор сама его так назвала. Официально днем его рождения считают день, когда его нашли.

– Что известно про перстень? – все же не выдержал и проявил нетерпение князь Аланов.

– Был он при нем… Болтался на шее на ленточке. До семи лет директор хранила его у себя, после передала парню. С тех пор он всегда таскает его собой… – Петрович снова зевнул. – У тебя кофе случайно нет? Боюсь, что сейчас усну.

– Ты же знаешь, не держу у себя этой гадости. – Аланов снова был спокоен и собран.

– А вдруг… Его внешность начала резко меняться в детстве, когда в нем проснулись силы повелевать огнем и холодом… До этого он был довольно обычной внешности… Вот! – На стол упала фотография из папки следователя. – На этой он до изменения. – За ней следующая. – На этой уже позже…

Вадим глянул на фото. Действительно, словно другой человек. Остановился на той, на которой Ким был до изменения. А вот хрен поймешь, похож или нет…

– Что еще? – он оставил бесполезную попытку найти сходство. Ребенок и есть ребенок.

– Вот. – На стол легла еще одна фотография. – Это та, что ты оставил мне… А эта… – Петрович достал из своей папки четвертое фото и бросил сверху. – Эта была сделана на следующий день после того, как его нашли… Не дергайся, – сказал следователь, видя, что Вадим хочет взять оба последних фото. – Я уже показал их экспертам. И они сказали, что процентов на семьдесят это один и тот же человек.

Полковник почувствовал, как силы оставили его, и буквально упал на стул.

– Почему только семьдесят? – глухо спросил он.

– Требуется более тщательная экспертиза… Только после нее можно сделать окончательный вывод, – пояснил Петрович.

Посидев с минуту и потупив взор, Вадим с трудом поднялся со своего места и, обойдя стол, залез в его ящик. На столешнице появились две баночки с волосами. В одной волосы были чуть темнее, а в другой чисто белые.

– Вот… надо сделать сравнительный тест ДНК… – сказал он, снова глянул на следователя и сжалился над ним. – Иди ляг на диван и поспи…

Тот не стал отказываться, воспользовался предложением. А через минуту уже крепко спал.

Вадим, снова заняв свое место, бездумно крутил по столу разложенные фото. А в это время в его мыслях крутилось: «Значит, все же выжил… Вопрос только, как?.. И как ей об этом сообщить?»

* * *

В том, что в академии иные решения принимаются очень быстро, по одному-единственному звонку, Ким убедился, придя этим вечером в ставший его временным домом особняк. Первой, кого он встретил на пороге, была Юля. Крайне недовольная и злая. Она сидела на крыльце и хандрила, судя по тому, что мыши водили вокруг нее траурную процессию. Большая черная крыса была запряжена в повозку, а в открытом гробу лежал «Глеб», точнее его миниатюрная версия. Мыши оплакивали его, разбрасывая розовые лепестки цветов.

– Немного не в тему, ты не находишь? – заметил он, приближаясь. Айка удивленно глянула на него, не понимая, что тот имеет в виду. Но, посмотрев на Ведьму, догадалась.

– Она опять что-то чудит? – уточнила княжна на всякий случай.

– Похороны… – пояснил Ким.

– Интересно… Жаль, что я этого не вижу. – Юре показалось, что она даже расстроилась. – А ты почему на крыльце сидишь?

– Скучно! – Столько было тоски в голосе Юли! – Этот гад все мои иллюзии ломает только одним своим присутствием. Я не могу создать ни одну проекцию…

– Не настолько он могущественный, – возразил на это Ким.

– Тогда почему все, что я создаю, рассыпается сразу через минуту? – хмуро глянула на него Юля.

– Может, все дело в твоем плохом настроении? – предположил он. – Иллюзии в моей комнате не один год, и она никак не реагирует на присутствие Глеба… Правда, ему вход в мою комнату запрещен.

– У тебя в комнате многолетняя иллюзия?! – вскочила со своего места Ведьма, даже не заметив, как исчезла ее последняя проекция. – Хочу глянуть!.. Пойдем, покажешь…

– Ну, пойдем, – согласился показать Юра. В том, чтобы показать ей свой камин, он не видел ничего плохого. К тому же, если это поможет поднять ей настроение и примирит ее со своей участью…

В его комнату они поднялись все трое. И хотя Айка не могла видеть созданные иллюзии, она тоже пошла с ними. Поднявшись в его спальню, Юля, оглядевшись, с восторгом и криком бросилась к камину, даже напугав Ласку, которая спала на нем. От греха подальше кошечка даже спрыгнула с него и отошла в сторону. Но неугомонная девушка на нее даже не посмотрела. Она так и замерла возле камина, протянув к нему руки. Не совсем к нему, а к иллюзионному огню в нем.

– Горячий! – в ее голосе был неподдельный восторг. От былой хандры не осталось и следа. – Невероятное чудо! – Она туда чуть ли не с головой залезла. – Такие плетения! Кто это сделал?

– Я, конечно, рад за тебя, но смотри не испорти что-нибудь, или нам обоим влетит… – предостерег Ким.

– Я осторожно, – пообещала Юля.

Айка, поднявшаяся следом за ними, тоже огляделась. Ее взгляд тоже остановился на камине, и тут Юра снова увидел смену цвета ее глаз. Снова ярко-красные, что означало восторг.

– Красиво! А это правда иллюзия? – осторожно спросила она.

Юля, а за ней и Ким резко развернулись к ней.

– Ты это видишь? – удивленно спросила ее Ведьма. – Ты видишь эту проекцию?

– Да! – призналась серебровласка, и сменившие было свой цвет глаза с карего снова стали красными, а потом стали снова карими. – Но я же не должна этого видеть?

– Тот, кто это создал, был гением! – восторженно сказала Юля. – Ведь это настоящий шедевр… Так кто это создал?

– Да я как-то и не спрашивал… Если интересно, спроси у Антонины Павловны, – посоветовал Ким. – Она-то должна это знать…

* * *

Утро следующего дня позже было охарактеризовано Кимом одним восклицанием: «Во я попал!..»

Но начнем по порядку. Обычно утром они с Глебом вместе спускались к завтраку. Но сегодня тот задержался, и Ким спустился вниз первым. Еще на лестнице он заметил некое несоответствие устоявшегося утреннего ритуала. Все девушки, обитательницы их общаги, уже присутствовали за столом и уплетали свой завтрак. Это и было удивительно. Обычно они появлялись позже парней и первой, как правило, тащили на себе Вику, которая оживала в буквальном смысле слова только после чашки утреннего кофе. А сегодня она сидела бодрая вместе со всеми.

Стоило Юрию появиться в поле их зрения, как все взгляды моментально приковались к нему. И вот тут у него в голове пропели тревожные трубы. Уж слишком взгляды у них были добрые-добрые, в кавычках, конечно. Одна часть женского населения глядела на него сочувствующим взглядом, а другая просто сияла от удовольствия.

– Э-э-э… Я что-то пропустил? – остановившись на ступеньках, осторожно спросил он.

Именно в этот момент родилась первая тревожная мысль: «По-моему, они что-то задумали… и задумали недоброе».

– Поздравляем! – вскочила со своего места новая соседка из женской половины. – Тебе выпала великая честь!

– Из твоих уст это слышится как-то… – с сомнением произнес он, но заканчивать мысль не стал. – Ну и чего вы задумали? – это он спросил уже у всех.

– Сегодня нужно нарубить дров… – последовало неожиданное заявление. – Мы посовещались, и жребий пал на тебя, – заявила Тина, радостно так улыбающаяся.

– Можно узнать, как вы к такому решению пришли? – уточнил он. Ким пока еще не понял, зачем им надо, чтобы он нарубил дров.

– Ты же не думаешь, что этим делом будем заниматься мы, когда у нас есть пара мужчин? – вполне логично заявили ему. – И поэтому мы решили: кто первым из вас двоих спустится, тому и топор в руки. Ты был первым…

Вот тут-то и сформировалась та мысль: «Во я попал!» Ким даже на секунду подумал, а не по этой ли причине задерживается наверху Глеб?

– И все же зачем вам дрова? – вернулся он к тому, что ему предстояло сделать.

– Завтра суббота, и было решено устроить банный день! – просветила его Айка. Она единственная глядела на него с неким сочувствием. – Мы каждый месяц устраиваем подобный день. Но раньше у нас для подготовительной работы был один только Глеб… А с твоим появлением вас в доме стало двое, и поэтому было решено бросить жребий… Тебе не повезло…

– Именно для этого вам и нужны дрова, – догадался он. Несмотря на весь прогресс, высокие технологии, развитие атомной энергетики, кое-что в мире оставалось неизменным. И у русских это, конечно, была баня! И обязательно не ультрасовременная, которая так и не смогла войти в моду, а та, которую надо было топить дровами, и обязательно деревянная.

Ким видел пристройку в задней части особняка, но до этого момента даже и не догадывался, для чего она. Да и как об этом можно догадаться, учитывая ее размеры!

– В общем, на тебе дрова, а на Глебе, как на самом опытном, вся остальная подготовка, – закончила Айка.

Что-то ему подсказывало, что даже если бы он спустился сегодня сюда вторым, все равно бы жребий пал на него. Похоже, их соседки все за них сегодня решили. Невольно испытал сочувствие к своему соседу. Ким живет с ними меньше двух недель, а уже понял, что за дьяволицы обитают с ним по соседству. Это в обществе других учеников они примерные ученицы… Глянул на Вику и Юлю и перефразировал свою мысль… Они в большинстве своем примерные ученицы. А вот когда расслабляются, сбрасывая с себя все ограничения, тогда только держись… Особенно начинаешь понимать это, глядя на «добрые» улыбки на их лицах.

* * *

– Будешь мне должен… Есть кое-что интересное.

Как обычно, Петрович появился у него в кабинете без предупреждения. Во всем отделении СИБ он, пожалуй, был единственным, кто мог себе такое позволить.

– Что у тебя? – Вадим отложил отчеты прошедшей недели, которые изучал, и вопросительно глянул на своего лучшего следователя. – Готов результат ДНК?

– Какой ты шустрый! – охладил его подчиненный. – Так быстро такое не делается… Это тебе не гадалка с картами. Мне, кажется, удалось ухватить за хвост того, кто подчистил досье того мальчика… Служащие детского дома несколько раз видели незнакомца, приходившего к покойной директрисе. И мне удалось с их слов составить его описание и даже фоторобот.

– Ну, показывай свое описание.

Полковник протянул руку и, получив желаемое, на некоторое время погрузился в чтение. Сразу же после первых предложений у него появилось устойчивое чувство, что этот человек ему знаком. Или он с ним когда-то раньше встречался.

Нахмурился и еще раз перечитал написанное. «Нет никакой ошибки, он мне должен быть определенно знаком…»

– Что там с фотороботом? – спросил Аланов, откладывая лист с описанием.

– Я уже запросил архивы, – копаясь в своей бездонной папке, сказал Петрович. – Жду отчеты от полицейского управления и от армейцев… Чем черт не шутит, может, у них что есть на этого парня… Да где он у меня? А, вот! – Он вытянул еще один лист и передал своему шефу.

Тот с минуту изучал черно-белый фоторобот, затем спокойно спросил:

– Ты уверен, что это тот человек?

– Да, все сотрудники детского дома указывают на него, – подтвердил следователь.

– Отзови свои запросы… – тихо распорядился Вадим. – Я знаю этого человека…

– И кто он? – следователь вопросительно глянул на полковника.

Тот какое-то время молчал, обдумывая что-то свое. Но наконец-то поднял уставший взгляд и попросил:

– Прекращай расследование… Все материалы, что собрал, передашь мне. И пожалуйста, забудь обо всем…

– Так кто он?.. – не так просто было сбить старого следователя.

– Выходит, что оживший мертвец… В простонародье зомби… – спокойно произнес князь.

* * *

«Да что у них за баня такая?!» – подумал Ким, увидев гору чурбаков, которые ему предстояло превратить в поленья. На его взгляд, этого количества должно был хватить не на одну, а на десяток бань, если не больше. Ему почему-то всегда казалось, что для этой цели такого количества дров не требовалось.

Но сколько бы он на эту гору ни глядел, меньше она от этого не становилась. Поэтому, поплевав на ладони, он взялся за топор и занес его над первым чурбаком.

Удар! Чурбак разлетелся пополам. Теперь нужно сделать из половинок четыре готовых полена. Первый готов, пошел следующий.

Работа тяжелая, монотонная, но он, честно говоря, был не против нее.

Подумал о Ведьме, что так легко влилась в их женский коллектив. И куда только делась ее вчерашняя хандра? С самого утра она бодрая и энергичная. Понять перепады ее настроения трудно. Что тут поделать, творческая душа! Насколько он уже успел ее узнать, иллюзии – это ее все… Она просто обожает их создавать. Иногда у нее получаются довольно забавные проекции. А иногда – как последняя ее выходка в старом общежитии, после которой ее перевели к ним. Хоть он и сам предложил поселить ее у них, но сказал это с долей шутки и, если честно, не думал, что Айка последует его совету. Теперь соотношение девушек к парням снова выросло. Не мешало бы и количество парней увеличить вдвое. Но это не он решает. И что-то ему подсказывало, что девчонки будут против такого увеличения.

Юля пока вела себя «сдержанно», присматривалась к новому обществу, которое знало только по учебе. Кошкою шипела на Глеба и требовала, чтобы он держался от нее подальше. Но Ким был уверен, что долго это не продлится. Эту королеву иллюзий просто необходимо увлечь каким-то полезным делом, чтобы она потеряла интерес к окружающим. Театральный кружок вполне бы подошел. Вот только проблема в том, она начинала рвать и метать, когда при ней упоминали это место. Плохие воспоминания? Возможно. Сама она об этом не говорила.

Очередное полено отказалось разлетаться с одного удара, и поэтому Киму пришлось поднапрячься, приподнять его и снова ударить. Нехотя чурбак все же разделился.

Мысли сами собой переключились на Айку. В последнее время он слишком часто и много начал о ней думать. Хотя все еще отказывал себе в мысли, что думает о ней как о красивой девушке, которая ему интересна. Себя же он пока смог убедить в том, что ему просто нравиться общаться с умной девушкой. Правда, порой она крайне наивна. Но это черта, которой грешат все в их возрасте и которая со временем исчезает. Поэтому он не видел в этом ничего плохого. Насколько он успел заметить, наблюдая за Айкой, парней она не то чтобы избегала, просто держала на некотором расстоянии. Общалась ровно, приветливо, позволяла шутки и комплименты. Но дальше этого ни-ни… Почему так, он и сам не мог понять.

Но если подумать, он и сам немногим от нее отличался. Ему легко давалось любое общение с девушками, вплоть до флирта, но дальше этого дело никогда не заходило.

Отложив временно топор, он начал складывать нарубленное в аккуратную стопку у стены под небольшим навесом, тем самым освобождая пространство для работы и уберегая себя от неприятной возможности споткнуться.

Сложив все, он подтащил новый чурбачок и снова взялся за топор. С непривычки уже начали образоваться потертости на ладонях, но он пока еще не обращал на них внимания.

И все же ему здесь нравилось. Вот только он немного беспокоился о Рейчел и детях. Знал, что сейчас за ними присматривает Тим, но все же беспокоился. И это несмотря на то, что каждый вечер он с нею созванивался, спрашивая, как их дела, и подолгу разговаривал с ней и с детьми, обещая, что навестит их, как будет возможность. Себе-то он мог честно сказать, что просто скучает по ним. Ведь они для него семья.

Очередное полено отказалось разлетаться с одного удара. Еще удар, и оно снова не разбилось. Пришлось приложить усилия и разбить с третьего.

И вдруг… Щелк… Ким оглянулся на звук и замер. За эти дни он уже успел забыть об этом парне. И как оказалось, напрасно. Ствол пистолета «Беретта» полицейской версии GF1 недвусмысленно глядел прямо на него. В том, что это был не пугач и не муляж, у Кима даже сомнения не возникло. Не то чтобы он был экспертом в области оружия, но отличить боевое оружие от небоевого вполне мог.

Первая мысль, посетившая Кима при этом, была: «Какого хрена?!»

– А тебе не кажется, что шутка зашла слишком далеко? – мрачно произнес он, еще не веря в то, что кто-то может всерьез угрожать ему оружием. – Не знаю, что я тебе такого сделал, но не думаешь ли ты, что это лишнее? Если у тебя ко мне какие-то претензии, может, просто поговорим и обсудим?

– А это я буду решать… Брось топор… – велел Ренат и предупредил: – Не делай глупостей… твоя сила теперь бесполезна…

Но это он так понял. И везет ему в последнее время на тех, кто может блокировать чужие способности! Говорят, что такие люди встречаются один на тысячу среди обладающих способностями. А тут уже третий за последние две недели! Не слишком ли их много для него одного?

– Глупый, что ли?

Ким отбросил топор без особого сожаления. Он слишком тяжелый, чтобы его было можно бросить в противника. Да и пока он замахивается, в нем столько дырок наделают, что на дуршлаг станет похож. Он не знал, сколько в этой «Беретте» патронов, но не меньше восьми. А значит, ровно восемь дырок ему обеспечены.

– Глупый? Скорее везучий… – И снова Кима прожгла та ненависть во взгляде. Почти осязаемая ненависть. – Кто бы мог подумать, что именно мне так повезет…

– Повезет в чем? – Юра сделал осторожный шаг вперед.

– Стоять! – Ким так и замер: одна нога чуть впереди, а вторая все еще отставлена назад. Он чувствовал, как носок кроссовка касается четвертинки полена. – Еще шаг… Ты мне живым не нужен…

– Тогда чего ты ждешь? – спросил Ким. Странно, но страха он совершенно не чувствовал. Мозг лихорадочно пытался найти выход из сложившегося положения. Искал, но пока не находил. – Чего ты хочешь?

– Ты нам мешаешь… и твое существование должно быть стерто…

«Вот бы я еще понимал, с чего ко мне такая пламенная любовь», – подумал Ким. Он честно этого не понимал. Конечно, можно было предположить, что он как-то связан с теми людьми, что носились за ним неделю назад.

– И чем именно мое существование мешает? – уточнил Ким. Поза, в которой он замер, была крайне неудобной, но менять ее он не стал, все так же касаясь носком части полена.

Между ними было шагов пять, не больше. Слишком много, чтобы броситься на Рената. Но что если бросить в него ту самую деревяшку, что под ногой?

– Почему ты не умер шестнадцать лет назад? – Это сказано было так, словно Ким был просто обязан это сделать.

«Это как-то связано с моим прошлым, до того как меня нашли на пороге детского дома…» Юре очень захотелось задать этому парню несколько вопросов. И только наличие пистолета в руках Рената сдерживало его от этого.

– Не понимаю… – Ким все надеялся, что тот продолжит и… чем черт не шутит… – При чем здесь я?

– Не придуривайся. Твой перстень… Это ключ от этого места! – Опять что-то непонятное. Что такого особенного может быть в его перстне, если не учитывать того, что это полезный артефакт?

Жаль, что нельзя выхватить АПС и уравнять шансы! У этого парня все равно будет преимущество. С прошлого раза Ким оставил пистолет разряженным и вряд ли ему предоставят возможность им воспользоваться. Как оказалось, это была большая глупость с его стороны.

– Что за ключ? – этого он действительно не понимал, но ему не поверили.

– Дурачка все из себя строишь? Снимай его и бросай мне, – велели ему.

– Хорошо… Ты только успокойся, – Ким потянулся к перстню, стал переносить всю тяжесть тела на ту ногу, что впереди. А задняя пошла вперед… – он поднял руки над головой, отвлекая внимание. Тот вынужден был тоже поднять взгляд, и не заметил движение ноги. А кусок деревяшки уже полетел в Рената.

Тот все же заметил в последний момент и дернулся в сторону. При этом ствол пистолета тоже сместился. Ким воспользовался этим и бросился вперед. Жаль только, что его снаряд не задел Рената. Но он все же успел первым.

Пистолет, выбитый из рук, отлетел в сторону, а Ким и Ренат сошлись в рукопашной. Лишенный своего преимущества в скорости, Юра вдруг понял, что его противник мало в чем ему уступает. Драться он определенно обучен… И обучен неплохо. Ренат блокирует, отводит удар ладонью и бьет в ответ, пытаясь провести захват.

Теперь уже Ким вынужден защищаться. Он чуть уклоняется, тоже отводит удар своей рукой, выворачиваясь из захвата и отвечает ему тем же.

Рывок на себя. Но тот выворачивается и бьет ногой, в свою очередь пытаясь перехватить руку Кима.

Со стороны это больше похоже на танец, а не на драку. Возможно, даже и смотрится забавно. Два парня всевозможными способами выгибаются, пытаясь при этом зацепиться друг за друга. А в результате получаются такие выкрутасы.

Но именно так долго продолжаться не могло. Проигрывает тот, кто первым ошибается.

И первым стал… А вот тут трудно оценить, кто. С одной стороны, Ренат не успел блокировать удар Кима и полетел на землю… С другой – он упал прямо рядом с упавшим пистолетом и снова стал вооруженным и вдвойне опасным. Юра уже видел, как ствол снова направляется на его грудь, и понял, что разговоров больше не будет. Он попытался что-то сделать, но уже сам понял, что за отпущенное мгновение не успеет уклониться.

Выстрел! Но в этот момент происходит еще одно действие. Белая кошечка, появившись откуда-то сбоку, ударяется в руку Рената с зажатым пистолетом. Но сильная боль и толчок отбрасывают Кима прямо на кучу чурбаков, и… свет для него гаснет…


Часть 4. Мнимая опасность

Туманная дымка только полчаса назад рассеялась с первыми лучами утреннего солнца. И поэтому, увидев мирно шагающую по центру пустой улицы знакомую женскую фигуру, Денис чертыхнулся. Такой беспечности он мог ожидать от кого угодно, но только не от нее.

Она шла одна, даже не подумав взять кого-нибудь из своих людей в качестве охраны. И насколько он мог видеть, при ней даже оружия не было.

Еще раз громко выругавшись, он переместился прямо к ней, довольно грубо схватил за руку и вернулся назад.

– Дура! – в сердцах обозвал он ее, не сдержавшись. – Разве можно быть такой глупой?

Но похоже, вся его злость пропала впустую. Она только беспечно улыбнулась ему, невинным видом похлопала ресницами, прильнула к нему всем своим роскошным телом и каким-то провокационным, томным голосом произнесла:

– Ты меня теперь накажешь? – прозвучало так, словно она его буквально упрашивала так с ней поступить.

– Обязательно! – обнимая ее в ответ, пообещал Отшельник. Но не мог он на нее долго сердиться. Особенно когда она такая.

– Я же просил тебя не рисковать собой, – уже спокойно пожурил ее он. – И не приходить сюда без надобности…

– Ты не рад, что я пришла? – глянула она ему прямо в глаза.

– Рад, – честно ответил он. – Но ты должна понимать…

– Тсс… – прижала пальчик к его губам. – Я уже взрослая девочка и сама решаю, как мне быть… – Она вздохнула с показным сожалением: – Вот был бы у меня муж, тогда я, как примерная жена, делала бы все, что он мне велит… А так…

Ну, намек более чем прозрачный.

– Знаешь, думаю, что только ради возможности перевоспитывать тебя, я на тебе женюсь, – пообещал он.

– Не шути так! – Она больше не улыбалась. Взгляд был серьезным и немного грустным.

– А я не шучу… Когда все закончится… – Дальше он не стал продолжать, но она и так услышала то, чего так давно хотела.

– Тогда ловлю тебя на слове. – И она наградила его страстным и нежным поцелуем, перерастающим в нечто большее…

* * *

Почти час спустя, стоя у открытого окна, он просто смотрел на улицу. Им овладели какие-то смешанные, противоречивые чувства. С одной стороны, легкость, от принятого спонтанного решения, от которого он не собирается отказываться. С другой стороны беспокойство. Имеет ли он право втравливать ее в свою войну?

– Я вообще-то к тебе не совсем за этим пришла, – произнесла Юмико, подходя и обнимая его со спины. Ее аромат… почему он всегда заставляет закипать кровь в его жилах?

– Вот как, – он попробовал пошутить. – А я подумал, ты по мне соскучилась.

А ведь они уже оба немолоды, а ведут себя как влюбленные подростки.

– Конечно, соскучилась, – со всей искренностью заверила его она. – Но я думала, тебе будет интересно услышать о том, что мне удалось узнать.

– И что такого ты узнала? – заинтересовался Денис.

– Недавно из Японии прибыл некто из близкого окружения того человека… – Она не назвала имени, но он и так догадался, кого она имела в виду. Тот, кто стоит за всеми бедами его семьи.

– Я слушаю… – поторопил он ее.

– Тебе ведь он нужен живым? Не так ли…

В этом она абсолютно права. Только он может дать ему исчерпывающую информацию. Ту, что позволит ему кардинально изменить соотношение сил в этом городе.

– Только добраться по-тихому будет нелегко… – предупредила Юми. – Его сопровождает минимум до трех десятков бойцов… И еще, – добавила она, – с ним прибыл один интересный человек. Держится в тени, но всегда рядом… – Она помолчала. – Мой человек утверждает, что уже видел его однажды в Париже.

– И что из этого? – это ему ни о чем не говорило.

– Помнишь теракт, что устроили в частной женской академии в предместье Парижа?.. Тот, что произошел три года назад?

Конечно, он слышал об этом теракте… Тогда погибло больше сотни учениц. И среди них были и дочери не последних людей Франции. Те, кто решал судьбу страны. Насколько он знал, за инцидентом стоит «Фаворит», официально запрещенная во всем мире организация. Вот только в той же Франции она имеет такую силу, что власти боятся с ней связываться.

– Он был замечен на территории академии за сутки до взрыва… Мой человек тогда работал в охране и видел его. Они его даже задержали, но отпустили после звонка из столицы… А потом случился тот взрыв. По словам моего человека, он произошел недалеко от того места, где и был задержан тот тип.

– Ты считаешь, что он имеет отношение к «Фавориту»? – нахмурился Денис.

– Даже если и так… Пусть у меня даже и нет доказательств… Но я не потерплю того, чтобы в моем городе находился такой человек, – довольно жестко произнесла она. – Я помогу тебе, а ты поможешь мне…

– Договорились… – можно было считать, что соглашение заключено.

– Что еще удалось выяснить? – спросил ее Денис, накрывая ее ладони своими.

– Мои люди ведут наблюдение… Но я велела им держать дистанцию и не привлекать к себе внимания… Поэтому, сам понимаешь, подробностей предоставить я тебе не смогу… – словно извинилась перед ним. – Тем более они не могут свободно перемещаться по району, где располагается японское представительство.

Все верно… ее люди не профессиональные шпионы, поэтому логично, что она запретила им приближаться близко к объекту. Но ему надо узнать, с кем и когда контактирует посланник того человека. И отсюда возникает извечный вопрос: что делать?

– Дэн, смотри… – он почувствовал, как напряглась Юми у него за спиной. Ее рука пришла в движение, и указательный палец указал на что-то за окном. Вернее, на кого-то…

Высокий блондин с коротким ежиком волос цвета спелой пшеницы в черном строгом костюме, из-под которого выглядывали белая рубашка и черный галстук. Среди этих полуразвалин этот человек смотрелся как не от мира сего, инородным предметом.

– Он бы еще белый смокинг надел, – проворчал Денис, убедившись, что тот на улице один.

– Ты его звал? – уточнила Юмико.

– Нет… – возразил он. – Но то, что он здесь, говорит только о том, что недооценивать его контору с моей стороны было глупостью… – посмотрел на свою невесту. После своего обещания называть ее так было правильнее всего. – Останешься или уйдешь?

– Пожалуй, поприсутствую, – решила она.

– Хорошо… – Отшельник вышел на балкон и крикнул, обращаясь к парню, что стоял на улице: – Коль приперся, не хрен мозолить взгляд! Заходи уже.

Телепортироваться за ним на улицу он не стал. Не красна девица, сам поднимется. К тому же им с Юми нужно было время, чтобы привести себя в порядок.

И вот уже гость на пороге.

– Для покойника ты выглядишь слишком живым, – оценивающе окинул его взглядом Вадим. – Надеюсь, ты мне все объяснишь… – И тут заметил гостью. – Ты не один? Кажется, мы незнакомы… Не представишь нас? – перевел он взгляд на Дэна.

Конечно, он ее не узнал, ведь вживую они никогда не встречались.

– Фу, какой забывчивый мальчик, – усмехнулась Юми. – А ведь совсем недавно мы с тобой так мило пообщались… Я даже помогла вам с вашей проблемой.

Она буквально раскрыла себя перед ним… и сделала это умышленно.

– Знаете, госпожа Паучиха, не очень вежливо называть человека придурком и просить ему врезать, – напомнил он их недавний телефонный разговор, давая понять, что ничего не забыл и прекрасно помнит, какую помощь она ему оказала.

– Какой злопамятный мальчик, – мило улыбнулась ему Юми. – А я ведь так тебе помогла с восстановлением репутации вашей конторы… А как газетчики-то вас хвалят!

– Я не злопамятный… просто у меня память хорошая, – поправил он и оглянулся на Дениса, словно спрашивая взглядом: можно ли при ней говорить? – А за помощь спасибо… Но вы ведь не так просто сейчас раскрылись передо мной. Уверен, что вы хотите что-то от меня получить.

В ответ он получил только загадочное выражение лица и неопределенное:

– Кто знает…

Не нужно было быть гением и уметь читать лица, для того чтобы понять, что приходя сюда, он не надеялся застать здесь кого-нибудь еще, кроме хозяина этих апартаментов.

– А ты неплохо устроился, – заметил Вадим, все еще колеблясь и не начиная разговора.

– Я старался… Если тебя смущает присутствие Юмико, можешь заскочить в другой день… – ответил на его колебания Отшельник. – А так я ей полностью доверяю…

– Юрий Ким, – негромко произнес Аланов. – Он ее младший брат?

Ведь он пришел сюда, уже имея на руках данные анализа ДНК. Вот только результаты анализов были не совсем такими, как он ожидал. Все же они оба были отмеченными. А значит, и результат непредсказуемый. У детей, отмеченных Туманной Зоной, ДНК могло отличаться от ДНК родителей. И тем более она могла отличаться у брата и сестры.

– Сам догадался или подсказал кто? – спросил Денис. – Я действительно тебя недооценил, – уточнил он. – Ей, я надеюсь, ты ничего не говорил?

– Пока нет… Это зависит от того, что я от тебя услышу, – предупредил полковник Аланов. – Так как насчет Кима? – Двусмысленные ответы его не устраивали. Ему нужна была абсолютная ясность.

– Да, Юрий Ким – он же Юрий Малышев… Ее младший брат, – услышал он то, что хотел.

– Тогда почему… – Аланов сбился, замолчал и снова повторил: – Для чего надо было убеждать всех в своей смерти, красть ребенка и тоже выдавать его за погибшего? Что ты затеял?

Он даже рванул Дениса за воротник, подтянув его к себе.

– Отпусти, – спокойно попросил Отшельник. Возможно, именно его спокойствие и подействовало на него отрезвляюще.

Секунда, другая, и Вадим убрал свои руки, но продолжал смотреть наемнику в глаза.

– Исходя из того факта, что ты здесь один, а не с группой захвата, конченым злодеем ты меня не считаешь… Хотя мы никогда не были в хороших отношениях, – заметил Денис.

– Я могу ненавидеть тебя… недолюбливать… – тихо сказал Вадим. – Но я знаю, что ты бы никогда не причинил вреда своей семье… Значит, есть что-то, чего я не знаю и что не соответствует официальной версии. И поэтому я хочу от тебя это услышать.

– А ты вырос! – из уст Отшельника это прозвучало как комплимент. – Характер тот же, но ума прибавилось… Спасибо, что все это время был рядом с ней и присматривал за племянницей. Понимаю, что тогда тебе пришлось пережить. Я знаю о попытке Ирины покончить с собой… И спасибо, что ты оказался тогда рядом и не дал этому случиться… Но я действительно был просто обязан так поступить. Спрашивать, что тебе известно, я не стану. И так знаю, что ничего… Слушайте… Оба слушайте. – Он глянул на притихшую Юмико. – Повторять дважды не стану. Не люблю я вспоминать те дни… Тяжело это – вспоминать…

* * *

Городом овладело состояние ужаса… Хаос, паника и страх. Такой страх, когда, спасая собственные жизни, матери бросали собственных детей. Увы, не обошлось без этого. Люди всегда оставались людьми. Но к слову, таких все же было немного. Уже позже, когда все закончится, трех таких матерей и двоих отцов приговорят к пожизненным срокам. Но это будет немного позже. А сейчас Артур был полностью погружен в туман. Не в дымку, к которой все привыкли, а в самый настоящий туман.

Выброс или прорыв – многие называют это явление по-разному, но суть у него одна. Так называемый выброс происходил, когда неизвестные процессы приводили в движение Туманную Зону, и она расширялась, на какое-то время захватывая близлежащие территории. На этот раз выброс был такой силы, что достиг даже Артура.

Улица была совершенно пуста. Брошенные автомобили, разбросанные вещи, в панике оставленные спасающимися людьми.

И мимо всего этого в молочной опасной пелене тумана, со всеми включенными фарами, на небольшой скорости ехал полицейский автомобиль «скорпион», легкобронированная машина повышенной проходимости. Из верхнего люка, не предназначенного для этой цели, по пояс торчал человек в экипировке бойца полицейского спецназа, с тепловизором на глазах, обеспечивающим ему хоть какую-то видимость в этом тумане. Он прижимал к плечу приклад крупнокалиберного пулемета.

Противопульная броня автомобиля служит слабой защитой при встрече с туманными созданиями – к примеру, как тот паук размером с теленка, кислота которого с легкостью разъедала бетонную поверхность мостовой. Благо в тот момент стрелок успел первым, и крупнокалиберная очередь пулемета в буквальном смысле разорвала тварь пополам.

Сидящие в машине четверо офицеров спецназа выполняли несвойственную для них работу. О созданиях тумана они знали не так уж и много, а опыта столкновения с ними вообще не имели. Просто, посылая их сюда, никто не знал, с чем или с кем им придется столкнуться. Ведь это был первый мощный выброс почти за пять десятилетий, и городские власти просто были не готовы к такому: в их рядах воцарились паника и ступор, противоречащие друг другу бессмысленные приказы и несогласованность в действиях.

Денис был главным в этой группе. Тогда он еще носил фамилию Сонин и позывной Филин. Его команда: Мавр за рулем, Дон за крупнокалиберным пулеметом, контролирующий ситуацию спереди, и Туз на заднем сиденье, выставивший ствол ручного пулемета наружу через выбитое из задней дверцы стекло.

Их задачей было обследовать район в поисках выживших людей. По его личному мнению, глупое задание. На месте выживших он заполз бы в какую-нибудь щель и затаился бы, чтобы его, не дай бог, не нашли. Только идиот будет выбегать из укрытия на дорогу при виде их машины, в которой, кроме них, смогут разместиться еще двое. И именно идиоты им пока еще и не встретились.

Но приказ есть приказ, и он обязан следовать ему. По крайней мере, они в состоянии проредить ряды тварей, которых сейчас предостаточно на улицах города. Как в случае с тем пауком. Ведь он не напал на них не потому, что их не заметил, а потому, что был занят поглощением уже доставшейся ему пищи.

– Эта консервная банка, если что, нас не защитит, – озвучил вслух общую для всех мысль сидящий за рулем Мавр.

С крыши огрызнулся короткой очередью пулемет. Это послужило сигналом для всех остальных. Водитель ударил по тормозам, а Денис, схватившись за автомат, заозирался по сторонам.

– Что там? – напряженно спросил он.

Третий боец из их группы только нижней частью тела был в машине и упирался ногами в не предназначенные для этого задние сиденья.

– Промелькнуло что-то в конце улицы… – донеслось в ответ. – Похоже на алых волков.

– Уверен, что не человек? – уточнил Денис. В этом мареве даже тепловизоры давали сбой и ни в чем нельзя было быть уверенным. А вместо устойчивой связи слышался только шум помех.

– Если только он на четвереньки не встал, – ответили ему снаружи.

– Давай медленно вперед, – велел Денис. Сам же, опустив толстое боковое стекло, выставил ствол своего автомата наружу, контролируя правую сторону. Алые волки, как оказалось, были самыми безобидными из созданий Тумана. Одна только проблема – они ходят только большими стаями. Но их, в отличие от некоторых, довольно легко можно было убить.

«Скорпион» снова двинулся вперед, объезжая брошенный на дороге автомобиль – красный «БМВ» с открытым верхом.

И тут Дениса словно током ударило. «БМВ»… красный… открытый верх! Во всем городе такой автомобиль был только один, и принадлежал он жене брата. Тот специально из Германии заказал это авто в подарок своей жене.

– Всем стоп… К бою! – крикнул он, а сам телепортировался к самой машине. Внутри и рядом никого. Нет следов крови и других следов, указывающих на трагедию. Что могло здесь произойти?

Мелькнувшая тень в тумане. И снова стрелок за пулеметом опередил его. Всего на долю секунду, но раньше. Всего в нескольких шагах от него распростерлась туша алого волка.

– Вряд ли он здесь был один, – заметил стрелок. Он был единственный, кто не покинул салон «скорпиона». Да, если честно, и трудно ему было сделать это через тот откидной люк на крыше автомобиля, из которого он наполовину торчал со своим пулеметом.

– Ты что-то заметил, командир? – держа автомат у плеча, подошел к нему Мавр. Он замер, контролируя противоположную сторону улицы.

С другой стороны с ручным пулеметом замер Туз. Тот контролировал ситуацию с тыла.

– Чья эта машина? – оглянулся он, правильно догадавшись о причине задержки.

– Эта машина жены моего брата… Ее не должно быть здесь, – признался Денис.

– Может быть, ее кто-нибудь угнал и бросил тут? – предположил тот.

– Хотелось, чтобы было именно так, – с сомнением ответил Филин. – Что со связью?

– Глухо… Помехи… – отрицательно мотнул головой Мавр.

Он огляделся. Всего в десяти метрах от машины возвышалось жилое трехэтажное здание, открытый подъезд которого был как раз напротив них. Он бы заметил его раньше, если бы не туман и черный «седан», стоявший между ним и домом. Все двери второй машины открыты – видимо, пассажиры в спешке покинули салон.

– Командир! – неожиданно окликнул его Мавр. Он уже успел обойти красный «БМВ» и находился со стороны капота. – Машину не просто бросили. Кто-то стрелял в нее и прострелил двигатель.

Денис, не сдержавшись, выругался. Ситуация ему нравилась все меньше и меньше.

Если бы жена брата была в своей машине, куда бы она побежала? В дом! Единственное место, где можно попытаться где-то укрыться. На ее месте он бы так и сделал.

Он бросился к подъезду. Около самого входа лежал труп мужчины лет тридцати. Черная кожаная куртка и бритый затылок. Вот только убит он был не созданием Тумана, а выстрелом из пистолета. Удачным выстрелом, учитывая наличие выходного отверстия, в том самом бритом затылке.

Да что здесь происходит?

В подъезд дома он заходил уже держа наготове автомат. С тыла его прикрывал Мавр, не оставивший командира одного. Дон и Туз остались снаружи, у машины. Их огневая мощь была бесполезна внутри замкнутого пространства.

Судя по разбросанным вещам, жильцы дома в спешке покинули свое жилище. Многие квартиры были распахнуты настежь. Но заходить туда они не стали. Еще один труп с двумя огнестрелами лежал на ступеньках лестницы. Судя по следам крови, он скатился к ее подножию с самого верха. Хоть и было понятно, что лежащий уже покойник, Мавр все же присел, прощупал его пульс и отрицательно мотнул головой.

– Уже остыл, – тихо произнес он. – Но не так давно. Примерно за полчаса до нас.

Коротко кивнув, Денис первым ступил на лестницу, уводя ствол к верхнему пролету. Под ногами россыпь стреляных гильз, судя по калибру, из пистолета-пулемета. А вот и сам ствол. Лежит на ступеньке ниже у пролета между этажами. Французский МАТ-49, редкая игрушка для этих мест.

В доме ни звука. Непонятно, остался ли кто-нибудь здесь или уже нет.

На пролете второго этажа Дэн снова увидел следы крови. Но на этот раз они тянулись по лестнице вверх. Снова россыпь гильз. И отпечаток ботинка в крови. Следы тянулись на третий этаж. Но посветив себе фонариком, он увидел такие же следы, уходящие вглубь одной из открытых квартир второго этажа.

Жестом он велел Мавру проверить квартиру, а сам стал забираться выше.

На еще одно тело он натолкнулся уже на площадке третьего этажа, на пороге такой же брошенной квартиры, тоже стоявшей с открытой дверью. Труп лежал на самом проходе. А рядом с ним валялся еще один МАТ-49.

Он осторожно переступил через труп и шагнул в коридор. Снова следы крови. Но теперь их уже больше. Судя по ним, раненый из последних сил полз через коридор и скрылся в одной из комнат.

Дэн осторожно заглянул, осветил комнату и в следующий миг, забыв обо всем, ворвался в комнату. Ведь у окна в своем некогда белом брючном костюме, в луже собственной крови лежала Лариса. В ее боку зияла страшная кровавая рана. Рядом лежал АПС. Он сам когда-то учил ее, вопреки желанию старшего брата, пользоваться им. Видимо, из него и были убиты те трое, тела которых он нашел в доме.

На мгновение он подумал, что она мертва. Но стоило прикоснуться к ней, как он понял, что она еще дышит. Хотя рана ужасная и, насколько он мог судить, смертельная. Непонятно, как она вообще еще жива.

– Лариса, очнись! – чуть ли не с мольбой попросил ее он. В эту секунду он забыл все, чему его учили на уроках оказания первой помощи. Не сразу рванул из разгрузки комплект первой медицинской помощи. Перевязочный материал, шприцы рассыпались по полу. Зажав ее рану, начал бинтовать, шепча:

– Только не умирай, родная! Держись!..

Вколол ей обезболивающее. И в этот момент она пришла в сознание.

– Дэн! – сорвался слабый шепот с ее губ. – Ты здесь!

– Молчи… Я отвезу тебя в безопасное место…

– Юра… – Ее взгляд сместился в сторону пустых коробок. – Защити его…

Денис раскидал коробки, нашел под ними спящего в специальном переносном кресле мальчика. Удивительно было уже то, что несмотря на все потрясения, мальчик просто спал.

– Я доставлю вас обоих в больницу… Саня…

– Они его убили… – послышался затухающий голос Ларисы. – Они убили Сашу…

Александром звали его старшего брата.

– Они… – Ему пришлось наклониться к самым ее губам, чтобы расслышать. – Он приказал нас всех убить…

– Кто он? – настойчиво спросил Денис.

Прозвучавшее имя он с трудом расслышал. Она была слишком слаба, для того, чтобы говорить громко. Глаза молодой женщины снова закрылись.

– Лариса, не закрывай глаза… Ты не можешь умереть… Если тебя не станет, кто позаботится о Юре и Ирине?!

И снова ее губы шевельнулись. Он не мог уже расслышать то, что она сказала. Возможно, она сказала: «Ты…» Или это был ее последний выдох. Но после этого она умерла.

Почти одновременно с этим с улицы донеслись жуткий рев и беспорядочная стрельба.

Сквозь помехи переносного передатчика он расслышал панический вопль Туза:

– Мавр, Филин, уходите оттуда! Волки! Их здесь сотни…

А еще через минуту автоматная стрельба донеслась с лестницы дома.

Алые волки были уже внутри.

Денис запихнул АПС Ларисы в ремешок разгрузки, подхватил с полу свой автомат и ребенка, который от грубого обращения сразу же проснулся и заплакал. А на пороге уже появилась оскаленная пасть волка.

Очередь от бедра, в упор, почти не целясь. Но промахнуться с такого расстояния почти нереально. Однако на месте одного убитого волка появился другой.

Денис дернул за свисающую гранату, оставляя чеку в креплении, бросил ее на пол и в то же мгновение телепортировался из дома на крышу соседнего здания.

Взрыв своей гранаты он видел уже с безопасного расстояния.

Он оглядел улицу. У «скорпиона» все уже закончилось. Двоим спецназовцам просто не под силу остановить стаю алых волков. А их там действительно собралось не меньше сотни.

Он снова телепортировался на соседнюю крышу, оттуда на другую.

– Тихо, Юра… Тихо… – укачивая ребенка, попросил он. – Нам с тобой нельзя умирать…

* * *

– Поначалу у меня и в мыслях не было прятать Юру, – рассказывал Денис. – Думал, когда все закончится, вернусь вместе с ним в дом Малышевых, а уж после решу, как быть дальше. Но тогда я пока оставил его у знакомых, а сам вернулся на базу. Там я узнал подробности гибели брата. Официально он погиб при нападении Гриста – червяка длиной в сорок метров, создания Туманной Зоны, первое упоминание о котором появилось шестнадцать лет назад. Останки Саши были найдены и опознаны… О смерти деда Ирины и Юры я узнал только через пять дней… По возвращении доложил о гибели группы при нападении стаи алых волков. Моей вины в том не было, но внезапно меня арестовали и посадили в карцер. А ночью группа людей попыталась пробраться в карцер и убить меня, но немного нашумели с охраной, и мне повезло выжить. Сам карцер сгорел, со всеми, кто там был. Тогда я и понял, что меня не оставят в покое. Поэтому, инсценировав свою смерть, я затаился… Но сначала вернул адресату головы тех, кто не побоялся прийти за моей головой на охраняемую военную базу морской пехоты, где меня содержали… Пожалуй, с моей стороны это была непростительная глупость. То, что мне удалось тогда, больше повторить не удалось. Мне надо было еще тогда убить эту тварь, а я промедлил и упустил шанс. С тех пор я скрываюсь и могу только из тени помогать Ирине и присматривать за Юркой… – произнес он с сожалением в голосе. – Пацана я спрятал в детском доме, у одной изворотливой особы, которая мне была сильно должна и которой я мог верить.

– А перстень? Ты забрал его у Ларисы? – спросил Вадим, когда Денис замолчал.

– В тот момент я меньше всего о нем думал, – признался Денис. – Видимо, Лариса сама спрятала его в одежде Юрки… Я нашел его уже потом, и первой мыслью было оставить его у себя. Но потом, обдумав все, решил, что правильнее всего, если он будет у парня. Ведь на меня велась охота, и допустить, чтобы перстень попал в их руки, я не мог. А Юрка? Ведь он для всех тоже был мертв, а значит был в полной безопасности.

– А ты у нас, смотрю, стал одиноким мстителем… Хотя с точки зрения закона – массовым убийцей. – По выражению лица брата Айки нельзя было понять, с каким чувством он это произнес. – Скольких же его людей ты убрал за эти годы! Да еще полицию и СИБ втемную использовал, как с теми компроматами, что подкидывал нам… Вот ведь задал ты мне задачку! – впервые за время разговора в голосе Вадима промелькнуло раздражение. – Как прикажешь мне поступить?

– Ну, для начала мог бы сказать спасибо! – вместо жениха ответила ему Юми.

– Я так понял, она тебе все это время помогала? – покосился Берсерк на японку, вольготно развалившуюся в кресле, закинув ногу на ногу.

– Мальчик, – мягко улыбнулась ему она, – мне очень не нравится, когда обо мне говорят, как о собачке… Я ведь тебе могу напомнить о происхождении моих странных прозвищ.

А это уже было похоже на угрозу, но Вадим полностью проигнорировал ее, хотя на всякий случай отодвинулся. Сила Юмико заключалась еще и в том, что она могла «взламывать» и читать воспоминания любого человека. Из-за этого многие в свое время хотели иметь над ней свою власть… Но где они теперь? А она вот, сидит напротив Аланова и улыбается ему.

– Успокойтесь оба, – велел Денис и прямо взглянул на руководителя местного филиала СИБ. – Да, я это сделал… И не собираюсь останавливаться, даже если ты вздумаешь мне помешать.

– Хорошо, я понял тебя… – кивнул на это Вадим. – Чем я могу тебе помочь? – неожиданно спросил он, шокировав обоих своим вопросом.

– Мальчик перегрелся, – прокомментировала услышанное Юмико. Даже она выглядела удивленной. – Может быть, мы на него так дурно влияем?

– Ты понимаешь, что я по сути вне закона? – осторожно уточнил у него Денис.

– Еще я понимаю, что сам готов убить любого, кто пожелает причинить ей вред… Ей и ее семье… – мрачно ответил Аланов. – Так что я могу сделать?

Денис снова переглянулся с Юми.

– Я всегда знала, что ты дурно влияешь на окружающих людей… – опять прокомментировала она. – Мальчик сам предложил, – пожала она плечами. Хоть и разница в их возрасте была не слишком большой, она упорно продолжала называть его мальчиком. – Думаю, стоит ему рассказать…

– Хорошо, – согласился сразу с обоими Денис. – Тогда слушай…

* * *

И снова эта комната и тот же сон. Юра уже начал сомневаться, сон ли это на самом деле.

Та же комната… два кресла, столик между ними, тумбочка и телевизор. И ко всей этой обстановке добавился мягкий ковер на полу.

Старик, занимающий одно из кресел, сидит в расслабленной и непринужденной позе.

При виде Кима он делает приветливый жест и указывает на кресло рядом собой, приглашая занять его. Юра так и делает. Какое-то время оба сидят и молчат. Предыдущие их разговоры как-то не заладились.

– М-да, – наконец произнес старик. – Вот как не погляжу, лиши тебя твоей силы, ты обычный и глупый мальчишка.

– Почему это я глупый? – Юру это даже задело, хотя в целом он был с этим даже согласен.

– Какой-то непрофессиональный ублюдок, который даже в руках оружие толком держать не умеет, чуть тебя не убил… Он даже драться, в отличие от тебя, толком не умеет, а ты устроил возню… Видимо, мои знания без опыта – просто пшик. – Последнюю фразу он произнес так тихо, что Ким не был уверен, что правильно все расслышал. – Спасибо твоей кошечке… Хотя она и тормознутая, но спасла твою жизнь.

– Ласка не тормознутая, – возразил ему Юра, искренне обидевшись за свою любимицу.

– Прости, я неправильно выразился, – примирительно поднял руки старик. – Их логика и манера поведения отличаются от людских. То, что для нас естественно, для них непонятно. Как мы не можем понять, скажем, муравьев, так и они не могут понять нас. Твоя кошечка мыслит другими категориями, поэтому с моей стороны назвать ее тормознутой было верхом грубости… Но вернемся к тебе.

И тут Ким замер.

Он вдруг сообразил, что они вот так запросто обсуждают то, что вроде бы для всех является тайной.

– Откуда ты так много обо мне знаешь? – настороженно спросил он.

– Но я знаю о тебе практически все, – ответил ему старик. – Мне здесь больше нечем заниматься, как только наблюдать за тобой.

– Кто вы? – снова спросил Ким. Он уже начал сомневаться в том, что это сон.

– Кто я? – переспросил тот и задумался. – Ну, можно назвать меня глюком. А что, забавно звучит… Вряд ли я тебе сейчас смогу что-то объяснить. Как я уже сказал, для тебя пользование данными тебе способностями то же самое, что для обычного человека просто уметь дышать. Но стоит тебя их лишить, и твоя особенность пропадает. Я вижу перед собой обычного, рано повзрослевшего, парня. Со всеми, присущими твоему возрасту комплексами.

– Лестная оценка, ничего не скажешь, – усмехнулся Юра. Его эта оценка даже несколько обидела.

– Тебе досталось от меня много ненужных и нужных знаний. Просто ты не умеешь ими пользоваться. Отсюда, кстати, и твои приступы дежавю, – заметил старик. – Это крупицы моих воспоминаний. Например, тот грузин… Он напоминает мне одного человека, под руководством которого я начинал свою службу. Интересный был человек. Я бы сказал, уникальный. Хотя после о нем столько плохого напридумывали те, кто его знать толком не знал… А судили о нем только со слов его недругов. Ну, не важно… Ты не задумывался почему тебе так легко и многое дается? – неожиданно спросил он.

– О чем это вы? – осторожно уточнил Ким. – Не совсем вас понимаю.

– Например, твое обучение рукопашному бою… Тебе не показалось, что тебе оно далось слишком легко?

И снова парень задумался. Действительно, что-то такое было. Ему действительно далось все легко. Стоило начать, а тело словно уже знало, что нужно делать. Даже Отшельник обратил внимание на это. Сказал тогда, что впервые видит настолько быстрый прогресс. Тогда они решили, что все дело в способностях Юры, восприятии окружающего мира и его уникальной памяти.

Видимо, ход этих мыслей отразился на лице Кима, так что старик кивнул.

– Именно так, мальчик мой… Твои знания достались тебе от меня.

– Но кто вы? – снова спросил его Юра. – И как это возможно вообще?

– Мир вообще штука не изученная… А Туман… я думаю, он еще надолго, если не навсегда останется чем-то таинственным и еще не раз преподнесет свои благие сюрпризы этому миру.

– Благие? В каком месте они благие? – нахмурился Ким. – Он появился и убил такое количество людей! Уничтожил целые страны и миллионы людей сделал заложниками своего существования! И это вы назвали благом?

– Именно так… Ты даже представить не можешь, как вашему миру повезло… – Старик остался совершенно спокойным, но показалось, что в его голосе проскользнула печаль. – Уже сто лет ваш мир не знает ужаса войн… Не знает, что такое геноцид одного народа по отношению к другому, когда людей убивают только за то, что их считают недочеловеками. Когда за пять лет разрушительной войны умирают не менее сорока миллионов человек только в одной стране… Когда мир балансирует на грани своего уничтожения… Когда по приказу одного-единственного психа из-за океана может начаться последняя человеческая война, способная уничтожить все. И в этом виноват не Туман, а сами люди и их говенная натура. Да и здесь у вас все беды тоже от людей, а не от Тумана. Люди – это самое большое зло. – И вдруг без перехода он неожиданно спросил, сбив Кима с толку: – Что ты знаешь о ядерной энергии?

– О ней много что говорят… Но, как правило, ее называют благом для людей, – снова с некоторой осторожностью ответил Ким. – Она позволила решить проблемы с энергообеспечением. Да, она может быть опасной и обращение с ней требует осторожности… Был единственный случай аварии на атомной станции на юге Франции двенадцать лет назад, после чего появилось то малочисленное движение за запрет использования атомной энергии.

– Юг Франции… Я даже рад, что это случилось не у нас… – задумчиво так произнес старик. – Мир, не знающий ужаса ядерной угрозы… И всего-навсего нужно было только убрать с карты вирусных игроков, англосаксов.

– О чем вы? – спросил его Юра, пристально глянув на старика.

– Не бери в голову… Так, о своем… О! У нас гостья, – он бросил взгляд за спину Кима.

Юра обернулся, уже зная, кого там увидит. Ласка! В своем опасном воплощении. Собранная, словно пружина перед разжимом. Но впервые он чувствовал ее неуверенность. Словно она боится этого старика, который не сделал ни одного лишнего движения и даже не изменил выражение лица.

– Забавно! Они и так умеют… Успокойся, милая, – заверил он туманную кошечку, – не причиню я ему вреда.

Судя по тому, что она сразу же расслабилась, прекрасно его поняла. Подошла, обнюхала протянутую ладонь и сразу же отступила к Юре. Ткнулась лицом ему в грудь, оттолкнув назад. Потом снова, словно отгоняя юношу от старика. И Ким проснулся.

– И какого лешего все это сейчас было? – вслух произнес Ким. А в следующий момент на него накатило…

* * *

Как трудно понять людей! У них все не так, как у котов. Иногда они ведут себя нелогично и непонятно. Трудно понять, когда они играют, а когда серьезны…

Ласка свернулась комочком, укрылась своим хвостом, словно ватным одеялом. Присматривать за котенком неблагодарное дело. Особенно за таким беспокойным! Ведь додумался только – самостоятельно выбрался за грань! Даже взрослые туманные кошки на это не решаются. А что было бы, если бы он не смог вернуться?..

* * *

Потолок двигался, или просто перед глазами у него все плыло. Место, в котором Ким очнулся, было ему совершенно незнакомо и сильно напоминало больничную палату. Такого количества медицинского оборудования ему еще не доводилось видеть.

Я в больнице… Что произошло? Ах, да… Ренат стрелял в меня… А что было дальше?..

А дальше его суперпамять решила его подвести. Как ни старался, он не смог ничего вспомнить. Яркие ощущения от недавнего сна померкли. И приснится же такое… Расскажи кому, не поверят.

На животе была какая-то тяжесть. Ким скосил взгляд. Ласка устроилась на нем, как на постели. И судя по всему, слезить не собиралась.

Плечо не болело, но было каким-то онемевшим и туго зафиксировано повязками.

– Вижу, очнулся, – услышал он голос у своего изголовья. – Доставил же ты мне проблем…

Антонина Павловна!

– Как ты себя чувствуешь? – наклонилась она к самому его лицу.

– Голова кружится, – признался он, снова закрывая глаза. Так было лучше.

– Это пройдет… Тебя напичкали таким количеством лекарств, что это нормально… – успокоила она его.

– Я в больнице? – спросил.

– Нет…

Дальше он уже не слышал, о чем она говорит. Он снова погрузился в темноту. Но на этот раз в обычный сон.

* * *

Когда Ким снова очнулся, он чувствовал себя уже лучше. Головокружение прошло.

Он огляделся. Ласка оставила его живот, перебралась на стул рядом. Кроме нее в этом месте больше никого не было.

Рука чуть побаливала и ощущалась словно полено. Затекла сильно за время лежки в одном положении.

Теперь, присмотревшись, он отбросил мысль о больничной палате. Несмотря на обилие медицинских штучек, это больше походило на одну из комнат их «общаги». Слишком уж обстановка роскошная. Хотя кто их знает, может быть, у них в больнице и палаты все такие?

Чуть слышно скрипнула дверь. Ким повернул голову, чтобы увидеть вошедшего.

– Чего там стоишь? Заходи уже, – произнес он.

Вике не требовалось второго приглашения. Да ей и первое было без надобности.

– Ну и напугал ты нас всех! – заявила она, прикрывая за собой дверь. Мы сначала выстрел услышали, на улицу выбежали, а там ты лежишь весь в крови… Юлька как завизжит… Прикинь, она, оказывается, настоящей крови боится! – поделилась Вика интересной информацией. – А я чешуйку нашла, – сразу же сменила она тему и продемонстрировала его же чешуйку со спины. Первый раз он смог ее вот так рассмотреть. Она, оказывается, не белая даже, а какая-то переливающаяся, многоцветная, меняющая свой цвет при разных положениях.

Вика вдруг резко успокоилась и уже вполне серьезно произнесла:

– Мы действительно все за тебя испугались… Благо Антонина Павловна не растерялась и велела занести тебя сюда. Она же и занималась твоей раной, никого не пуская… Ким, что произошло на заднем дворе? Кто стрелял в тебя?

– Я бы и сам хотел бы это знать… – признался он почти искренне. – И я не знаю, зачем Ренат хотел меня убить…

– Что за Ренат? – ухватилась она за прозвучавшее имя. – Твой друг?

– В том-то и дело, что я его знать не знаю… Раньше никогда не встречались, да и здесь с ним не общались толком… Не было у него причин меня ненавидеть.

Про их разговор во дворе Ким промолчал. Самому бы осмыслить услышанное. На данный момент ему было ясно только одно: перстень (или нечто похожее на его перстень), что сейчас у него на пальце здоровой руки, зачем-то и кому-то нужен, и он является каким-то ключом. Конечно, если Ренат не ошибся. А Ким склонялся к мысли, что тот все же ошибся. Кроме того, что перстень мог создавать пространственный карман, никаких других особенностей Ким за ним не замечал. Но все же… Некоторые сомнения после того разговора у Кима остались. «Почему ты тогда не умер?» – сказал ему Ренат. Эта фраза, навязчиво крутящаяся у Юры в голове, не давала ему покоя.

– Может быть, ты ему что-нибудь сказал? – настаивала Вика.

– Что же я такого должен был сказать, чтобы человек схватился за пистолет? – возразил на это Ким. – А где я вообще нахожусь?

Не хотелось ему обсуждать тему произошедшего во дворе, поэтому он специально спросил о другом. К тому же был уверен, что его еще будут допрашивать те, кто станет заниматься этим делом. Удивительно, что их до сих пор здесь нет.

– Как где? – даже удивилась она. – Конечно, у нас в доме…

– У нас есть такая комната? – снова обвел взглядом находящееся здесь медоборудование. Здесь были такие приборы, назначение которых ему был неизвестно.

– Есть, только Антонина Павловна сюда никого не пускает обычно… А ты знал, что она дипломированный врач-нейрохирург? – с неприкрытым восторгом во взгляде возбужденно спросила Вика. Видимо, для нее это тоже стало шокирующей новостью.

Если уж она, прожившая здесь несколько лет, это только узнала, то откуда ему было о таком знать? И по какой такой причине бывший нейрохирург сейчас занимается домашним хозяйством, выполняя роль обычной прислуги? Хотя прислугой Антонину Павловну точно назвать трудно. Скорее хозяйкой. Но сути это не меняло.

– Значит, именно она обработала мою рану, – догадался Ким. Теперь ему было понятно, почему он здесь, а не в больнице академии.

– Ага… – подтвердила Вика. – И еще она велела нам помалкивать о произошедшем, еще до того, как это же велел нам злой грузин.

Судя по всему, имелся в виду Лаврентий Павлович Антадзе. А по тому, как передернуло Вику, можно было заключить, что безопаснику удалось произвести на нее незабываемое и не самое приятное впечатление.

– А где он сейчас? – на всякий случай уточнил Ким.

– Расспросив нас всех, он сразу же ушел, – просветила она его.

Ясно, значит, их встреча еще предстоит…

– Ладно, отдыхай, – с сожалением произнесла девушка. – Антонина Павловна запретила нам тебя утомлять.

И вот он снова один. Есть время подумать. Но вместо этого его снова клонит в сон. Видимо, организм после всех этих передряг требовал значительного отдыха.

* * *

Судя по ощущением, спал он недолго.

Его разбудило появление очередного посетителя. На этот раз им оказался Антадзе, собственной персоной. Заметив, что Ким смотрит на него, он кивнул ему в качестве приветствия и, усаживаясь на свободный стул, спросил:

– Как себя чувствуешь?

– Хотите, станцую? – с некоторой иронией спросил его Юрка. – Как, по-вашему, может себя чувствовать человек с дыркой в плече?

– Судя по твоей иронии, вполне сносно. Это хорошо… Умеешь же ты находить приключения на свою задницу! – заметил грузин. – Ты для них как магнит, что ли?

– Это не я их нахожу, это они меня находят, – поправил его Ким. – Говорите так, словно я объявление в газету дал: «Ищу неприятности».

– Не ерничай, – осадил его Лаврентий. – За десять дней ты уже дважды успел вляпаться в эти самые неприятности.

– Еще скажите, что я специально дал в руки этому придурку пистолет и сказал: стреляй в меня, – тон заданного разговора Юрию очень не нравился, из-за этого он начал злиться. – Почему бы вам не найти того парня и не расспросить его?

– Найти-то мы его нашли… Вот только с возможностью расспросить его возникли проблемы. В штате моих сотрудников некроманта нет…

* * *

Он бежал, охваченный настоящим ужасом. Дыхание смерти буквально касалось его затылка, неумолимо преследовало его по пятам.

Туманные коты… Он столько слышал об этих созданиях, что при встрече с одним из них душа буквально ушла в пятки. Он стрелял в кота, но все пули свободно проходили через туман, в который тот обращался, и не причиняли вреда этому созданию.

Он бежал напрямик, не выбирая дороги, лишь бы только убежать от этого серебристого монстра. В охватившем его страхе он бежал, удаляясь от людных мест, где бы мог затеряться среди других людей.

В какой-то момент он на ходу развернулся назад, снова вскинул пистолет, но никого не увидел за спиной. Неужели ему удалось оторваться!?

Он стал снова поворачиваться, и в этот момент увидел в шаге от себя Туманного кота. Последнее, что он увидел в этой жизни – это то, как мелькнула большая лапа с острым когтем. А дальше уже ничего. Даже боли не почувствовал…

Ласка отдернула лапу назад, вытаскивая коготь из пробитого глаза того, кто пытался убить ее подопечного. Всего один коготь, но размером с приличный кинжал. Туманные коты, в отличие от домашних мурлык, умели выпускать то количество когтей, которое им было нужно. Еще до того как лапа коснулась земли, смертоносный коготок скрылся в мягкой лапе, не оставив на земле ни следа. А еще через секунду уже ничто не указывало на присутствие Туманной кошки в этом месте.

Еще через десять минут тело Рената было обнаружено прочесывающей парк группой охранников…

* * *

Конечно, Ким понял, кто расправился с тем парнем. И конечно, ничего об этом говорить не стал.

– Скажи, он был один? – настойчиво расспрашивал его Антадзе. – Он был убит острым изогнутым узким предметом, то ли самодельной заточкой, то ли еще чем-то подобным.

– Я видел только его одного, – сказал Ким. – Если с ним и был кто-то, то я его не видел… Да у вас по всей академии камеры. Так посмотрели бы записи с них… – сказал он и сам испугался. А если они увидят на них Ласку, что тогда?

– Уже изучили, – в голосе Лаврентия прорезался сильный акцент. Видимо, он тоже утратил свое самообладание. – Везде он один… И когда идет к вашему дому, и когда внезапно убегает… Вот только убегает он как-то странно. Складывается ощущение, что его кто-то преследовал, хотя на камерах никого кроме него не было.

Ким испытал заметное облегчение. Значит, они не заметили Ласку. Ну да, если, преследуя Рената, она использовала туманный облик, то, конечно, ее трудно будет заметить.

– Должна же быть причина тому, почему он хотел от тебя избавиться! Вы с ним были знакомы? – допытывался кавказец.

– Мы с ним только раз пересекались… Даже не общались, – ответил Ким уже заметно спокойнее.

– Может быть, ты ему что-то сделал? – «И почему что Айка, что другие начинают именно с этого вопроса? Я что, похож на рецидивиста?» – Ну, может быть сказал что-то? Может быть, увидел что?

Увидел что… Ким задумался. Ну да, кое-что было…

– Ничего я не говорил ему, – сохраняя терпение, ответил он вслух. – Мы столкнулись случайно… Я извинился, подобрал уроненный им медальон с бегущей лошадью и отдал ему в руки… Вот и все наше общение.

– Медальон с бегущей лошадью? – переспросил его без особого интереса Лаврентий. – Что еще за бегущая лошадь? – спросил Антадзе по привычке, оставшейся еще со времени службы в СИБ: их учили обращать внимание на мелкие оговорки.

– Я не присматривался особо… Скачущая лошадь, пентаграмма над ней и надпись на французском: Favorite, – описал медальон Ким.

Его сильно удивила реакция Антадзе. Кавказец вдруг весь подобрался, а взгляд стал прищуренным и холодным. Ким словно увидел перед собой готового к прыжку хищника.

– Ты уверен, что он выглядел именно так? – уточнил он с некоторым возбуждением.

– Именно… – еще раз подтвердил парень. – А что не так? – осторожно уточнил он.

– Ты знаешь, что означает этот знак? – вместо ответа спросил Антадзе.

– Да без понятия! – Юра равнодушно пожал плечами и сразу же поморщился от боли. – Это что-то означает? – снова спросил он, и снова его вопрос был проигнорирован.

– Ладно, поправляйся… Я позже зайду. – Лаврентий встал и, не прощаясь, сразу ушел, оставив парня одного.

И что это было? Ким проводил кавказца задумчиво-недоуменным взглядом. Чего это он вдруг…

* * *

– Да, на связи… – голос человека на том конце был расслаблен и ленив. Видимо, его обладатель меньше всего сейчас думает о своей работе.

– Петрович, занят? – спросил его Вадим. Все же его ведущий следователь был личностью творческой и неординарной, но к своим обязанностям всегда подходил ответственно.

– Ага… У меня чемпионат по баскетболу испорченной бумагой… – с некоторой иронией в голосе ответил тот. – Что там у тебя? – проявил он интерес.

– Ты один? – не спешил переходить к самой сути Аланов.

– Я же твой ставленник и любимчик… Ко мне из коллег даже слухи никто не зайдет обсудить, – ехидно промолвил Петрович, но не похоже было, что его это сильно беспокоило. – Так что там у тебя еще случилось?

– Помнишь человека на фотороботе? – спросил Вадим.

– Воскресший мертвец.? Всю информацию я уничтожил, как ты и просил, – заверил следователь.

– Я сейчас не об этом… Я хочу, чтобы ты с ним встретился в приватной обстановке, – заявил молодой руководитель отделения СИБ.

– Уже интересно… Излагай дальше. – Голос следователя изменился. Расслабленность и лень исчезли, словно их и не было.

– Я хочу, чтобы ты его выслушал и оказал посильную помощь, – попросил князь.

– Вадимка, ты во что меня втравить пытаешься? – голос Петровича стал мягким и обволакивающим. Пожалуй, именно таким тоном он в образе доброго следователя общается со своими «клиентами».

– В противоправные действия, – честно признался тот. – Ты как, в теме?

– Ты меня знаешь… Я не играю втемную, – предупредил Петрович. – Но считай, что я заинтересовался.

– Поэтому я и хочу, чтобы вы встретились и поговорили.

– Отлично… Где и когда? – решился следователь.

– Сегодня. Запоминай адрес… Петрович, это важно! Выслушай его внимательно. – И Аланов отключился.

Князь оглянулся на присутствующих рядом и, опережая возможные вопросы, произнес, чуть пожав плечами:

– Я давно его знаю и вполне ему доверяю… И думаю, он сможет нам помочь.

– Хорошо, – не стал спорить с ним Денис.

– У него бандиты убили жену и сына… Уцелела только дочь. Он тогда был простым следователем в полиции. От случившегося его сорвало. Зная тех, кто стоит за убийством его семьи, он пришел в переполненный ресторан на вечеринку и на глазах у всех пристрелил шестерых. И спокойно остался дожидаться полиции… А я его вытащил и забрал в отдел… И поверь, он ненавидит этих людей поболее твоего. И если эти твари попадут к нему в кабинет, будь уверен, они выложат все, что знают и о чем только догадываются. – Вадим счел все же нужным еще раз объяснить свою позицию в отношении следователя.

– Как, ты сказал, его зовут? – неожиданно заинтересовалась Юмико.

– Я этого не говорил… – заметил полковник, но имя все же назвал: – Рейн Николай Петрович.

– Тогда ему действительно можно верить, – заявила она. – Я слышала о нем.

– Но если вы так говорите, то пообщаюсь. – согласился Отшельник.

– Скажи, – неожиданно спросил Вадим, – Юра знает, чей он брат?

– Нет…

– Ты вообще об этом собираешься ему говорить?

– Несколько раз хотел, но никак не мог подобрать подходящий момент… Но думаю, в ближайшее время поговорю с обоими. Больше нельзя откладывать их встречу.

– Но почему ты раньше не пытался встретиться с племянницей и все ей рассказать? – настойчиво расспрашивал его Аланов.

– Пока она не знает, они ее не тронут. А академия без возможности прибрать ее под себя им не интересна. По этой причине они ищут ключ, который думают найти у меня. Ведь о Юре они даже не догадываются.

Снова напомнивший о себе телефон не дал полковнику СИБ продолжить свой «допрос». Глянув на экран, тот удивленно поднял бровь.

– Обычно ты мне звонишь только если что-то происходит, – произнес он в трубку. – Скажи, что на этот раз ты просто по мне соскучился. Что?.. Да, я слушаю… Когда это произошло?.. Он в порядке?.. Так… Понял… Тело не трогали? Хорошо. Скоро буду…

И он снова отключился. А вот выражение лица было нахмуренным и озабоченным. Глянул на Дениса и мрачно произнес:

– Возможно, твое предположение, что они не знают о Юрке, ошибочно…

– Что случилось? – насторожился Денис.

– Сегодня парня пытались убить, – ошарашил всех новостью Вадим. И сразу успокоил: – Жив, хоть и был ранен в плечо.

– Кто в него стрелял? – странно, но даже в такой ситуации Отшельник сохранил внешне спокойное выражение лица. Вот только взгляд выдавал его напряжение.

– Какой-то парень… Вот только его самого убили, всего метрах в пятиста от места покушения. Со слов Антадзе, узким изогнутым предметом – по крайней мере, так заявили специалисты, которые осматривали тело. Сейчас по всей академии ищут того, кто это мог сделать.

Задумался и Денис. Он догадывался, кто может быть убийцей, но говорить об этом, разумеется, не стал. Да и сейчас его больше беспокоило другое.

– Почему ты думаешь, что это как-то связано с ТЕМ человеком? – поинтересовался Денис.

– Я не уверен, но… В вещах убитого был найден один интересный медальон с известной тебе символикой «Фаворит»… – Подробности были ни к чему. В этой комнате все присутствующие знали об этой преступной организации. – Думаешь, случайное совпадение?

Если прибывший из Японии представитель того человека действительно привез с собой того, кто стоит за тем терактом во Франции, то ничего нельзя исключать.

– Я иду с тобой, – заявил Денис.

– Нет, – решительно возразил Вадим. – Если ты прав и за Ириной действительно наблюдают его люди, появляться тебе там пока нельзя… Хотя я все же надеюсь, что ты ошибаешься. Лаврентий Павлович всегда лично проверяет каждого, кого берет на работу. А тех, кого допускают к ней, проверяют дважды… И все же я не хочу рисковать.

– Мальчик прав, Денис… – поддержала его и Юмико. – Пусть это напоминает паранойю, но лучше действительно не рисковать… Я пойду с ним. – И она пожала плечиками, когда взгляды мужчин сместились на нее. – Меня точно никто не заподозрит… А помочь я смогу как никто другой. Я так поняла, особого шума надобно избежать?

– Об этом инциденте в идеале никто и ничего не должен узнать… Репутация академии будет сильно подпорчена, если правда выйдет наружу, – подтвердил ее предположение Вадим. – Есть многие, кто непременно постарается перевернуть все и подать информацию таким образом, что замучаешься опровергать. Их задача не правда, а шумиха вокруг академии с целью навредить той, кто занимает должность ректора.

– Значит, я действительно буду крайне полезной со своей способностью, – мило улыбнулась Юмико. – А ты, Дениска, решай пока здесь свои проблемы… Только упаси тебя бог вляпаться в очередные неприятности, – предупредила она на всякий случай.

– А то что? – полюбопытствовал он. – Замуж за меня не пойдешь?

– А вот хрен тебе… Никуда тебе от меня теперь не деться, – показала она ему фигу.

– Я упустил что-то интересное? – при слове «замуж» с интересом глянул на обоих Вадим. – Я надеюсь, это была шутка?

– Да нет, – был вынужден разочаровать его Денис. – Все взаправду…

– И куда только катится мир… – с тяжелым вздохом только и произнес Аланов. – Пожалуй, меня это меньше всего удивляет.

– Держите меня в курсе происходящего… – смирился с тем фактом, что ему придется остаться, Денис. – Если что, звоните сразу…

* * *

– Ну и зачем ты это сделала?..

Ким не осуждал, просто интересовался. Все же Ласка спасла ему жизнь. И он за это ей благодарен. Кошечка, демонстративно свернувшись клубком на подоконнике, типа дремала. Но на заданный вопрос он все же услышал мысленный ответ:

– Он враг! Опасен! Я не понимаю людей, я глупая… Но напавший на котенка должен умереть.

Она уже не первый раз называла его так, и он уже привык. Логика белой кошечки все же была не логикой человека.

– Ты не глупая, – возразил Юра. Он действительно так не считал. Просто она была другой. – Ты спасла мою жизнь…

– Я не понимаю людей, – снова повторила она. – Я никак не могу распознать, когда вы серьезно хотите убить друг друга, а когда играете. Поэтому я глупая…

И Ласка замолчала, больше никак не реагируя на его вопросы. Может, действительно задремала на свету.

Ким снова вспомнил тот странный сон. Теперь, спустя часы, он уже и не сомневался в том, что это был сон. Он глянул на кошку. «Может, стоит ее расспросить?» – подумал парень, но все же решил отказаться от этой идеи. В том состоянии, в котором он находился, и не такое может присниться.

Он перевел взгляд на окно. Странное дело, они вроде бы и внутри свернутого пространства, и над ними вместо неба серая мгла, а лучи солнца падают на подоконник. И Ласка спокойно греется в них, хотя обычно избегает солнечных мест, предпочитая тень.

Юра немного неловко поднялся с кровати и пересел на кресло недалеко от окна, что стояло рядом с Лаской. Лежать в постели было больше невмоготу. Да и спать больше не хотелось. Ведь со времени инцидента с Ренатом прошло уже около двадцати часов.

Но долго ему одному быть не пришлось. Его решила навестить Айка. Увидев Кима на ногах, она несколько покраснела и с некоторым осуждением произнесла:

– Зачем ты встал? Если Антонина Павловна увидит, будет ругаться.

Вот было из-за чего так краснеть! Он же все же не голый. Штаны-то на нем есть…

– Я же не на руках стою, – возразил он. – А в ноги мне никто не стрелял… Да и надоело уже лежать, изображая из себя полено.

Он мог добавить, что плечо у него почти не болит, но было как-то забавно наблюдать, как она отводит взгляд, чтобы не задерживать его на его голом торсе. Хотя бинты, которыми он был обмотан, можно было назвать подобием верхней одежды. Еще недавно он стеснялся показывать свою спину, а теперь ему стало как-то совершенно все равно.

– Что слышно в академии? – спросил Ким, чтобы не молчать.

– Ничего… О произошедшем нас попросили молчать… Так что официально ничего не было. Я так поняла, решено было утаить ото всех события вчерашнего дня, чтобы не вызвать паники среди учеников и не испортить репутацию академии.

Судя по тону сказанного, она с этим решением вполне согласна.

– А что насчет того парня? – осторожно уточнил он.

– Не знаю… Его, наверное, отчислят задним числом… А что потом с ним сделают, я не знаю… – Видимо, о том, что тот мертв, кроме Кима никто не знает. Значит, и ему не стоит об этом говорить. – Может быть, именно для этого брат и прибыл сюда. – неожиданно сообщила Айка.

Значит, он даже СИБ для этого дела задействовал… – подумал он о Лаврентии Павловиче.

– Твоего брата тоже позвали, выходит, – задумчиво произнес Ким. Встречаться с полковником у него желания не было.

– Он вместе с какой-то женщиной прибыл… Довольно красивая японка. Стильная дама.

Что такое? Киму показалось, или в ее голосе действительно проскользнула зависть?

– Его дама? – предположил он с некоторой шутливостью.

– Да нет… У брата уже есть та, которую он давно любит, – в голосе девушки послышалась легкая грусть. – У них это еще со школы. А эта… Какие-то странные у них отношения, – пожала она плечами. – Она называет его мальчиком. Брат злится, но почему-то терпит.

– Тогда, скорее всего, сотрудница из отдела, – заключил Юрка. – Чем они сейчас заняты?

– Не знаю, – качнула головой девушка. – Забежал на минуту, спросил, как ты, и ушел.

* * *

– Где этот парень, там обязательно проблемы вылезают, – в сердцах выругался Антадзе. – Понимаю, что он замешан в этом только косвенно, но уже склоняюсь к мысли, что от него надобно избавиться… Да еще та история с теми двумя полицейскими. Понимаю, что он спас твою сестру, но…

– Ты этого парня не тронешь, – решительно перебил его Вадим. – Просто оставь его в покое.

– Даже так! – приподнял бровь Лаврентий. – Есть что-то, что знаешь ты, а не знаю я? Или это твоя такая благодарность ему?

– Забудь о тех полицейских. Сам не хуже моего понимаешь, что у него не было выбора… Если надо, уже завтра появятся десяток свидетелей, которые на Библии поклянутся, что они повздорили между собой и постреляли друг друга… Так что отстань от парня, – снова попросил его князь. – Лучше расскажи, как ты допустил, чтобы на охраняемой тобой территории появился кто-то из той организации?

– Самому бы понять… – раздраженно ответил Лаврентий. – Его проверяли несколько раз… Способный мальчик. Вырос в небогатой семье… Никаких связей с криминалом… Тем более никто из родных и он сам никогда не были во Франции… В академии характеризуется только с положительной стороны.

– Значит, надо еще раз проверить его родителей, – спокойно произнесла Юми. – Этим я сама займусь… сегодня же.

– Сделай милость, – оглянулся на нее Антадзе. – Только одно не пойму, чем он тебя уговорил? – кивнул он на шефа отделения СИБ.

– А меня можно уговорить? – насмешливо глянула на него Юмико. – Тебе лучше знать, что я всегда поступаю по-своему. – Ладно, мальчики, вы здесь только не подеритесь, а мне уже пора… – И, качнув бедрами, она покинула их общество.

– Будь я лет на двадцать помоложе!.. – проводил ее взглядом Лаврентий.

– Тебе бы ничего не светило. У нее есть жених, – обломал его Аланов.

– Ты шутишь? – искренне изумился грузин. – Первый раз слышу! И кто же решился на такую глупость?

– Есть тут один герой… – Берсерк даже перекосился лицом. – Знал бы, ты кто она на самом деле, так бы не говорил… Да бог с ним! Поговорим о деле.

* * *

– Чем заняты остальные? – после минуты молчания спросил Айку Ким. Чуть прикрыв глаза, он с удовольствием разглядывал девушку в обычных потертых джинсах и в белой футболке, так соблазнительно оттянутой на груди. Сегодня редкий случай, когда ее серебряные волосы были распущены и стянуты в хвост резинкой на макушке. Любоваться ею было одно удовольствие. Особенно интересно было наблюдать смену цвета ее глаз.

– Глеб ковыряет отвалившуюся от тебя чешуйку под неусыпным взором Вики, которая задалась целью сделать из нее амулет, – сообщила она. – Даже если пожелаешь вернуть ее обратно, не отдаст.

Они словно специально напрямую не касались темы вчерашнего инцидента.

Заходивший к нему перед Айкой Глеб сказал, что их всех предупредили, чтобы они держали языки за зубами. Для всех одноклассников Ким просто слегка приболел.

– Да, собственно, и не надо, – как-то равнодушно отнесся он к этой новости. Ему было как-то наплевать, что та неугомонная сделает с его чешуйкой. – Как говорится, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не плакало.

– Я ожидала от тебя больше эмоций, – призналась Айка. – Неужели тебе действительно все равно?

– Да как тебе сказать… Пока она была на мне, мне ее было жалко… А сейчас… Обратно мне ее не приклеить. А держать ее у себя… Зачем мне она, если у меня на спине таких же полно?

– Может быть, и мне одну подаришь? – усмехнулась девушка.

– Нет уж, жди теперь, когда отвалится… – отказал Ким.

– А они у тебя когда-нибудь выпадали? – уточнила у него с легкой насмешкой.

– Вчера был первый раз, – признался он, немного подумав.

И все же приятно на нее вот так сидеть и смотреть. Особенно когда она вот так откидывается спиною назад. Жаль, что любование ею – это единственное, что он может себе позволить. Это только в женских популярных романах герой и героиня, принадлежащие к разным слоям общества, могут позволить себе быть вместе. В реальной жизни все немного не так. За эти несколько недель он видел ее разной: гордой и холодной, полностью соответствующей своему прозвищу; веселой и целеустремленной, когда она была чем-то занята или расслаблялась в компании подруг; смелой и решительной, когда они вместе убегали от шина-ка… В такую девушку легко влюбиться. И поэтому он сейчас и испытывал легкое сожаление от того, что не может себе этого позволить.

– Ким! Эй, Ким! Ты меня вообще слушаешь? – вдруг расслышал он ее голос. – О чем ты так сильно задумался?

Только сейчас он сообразил, что уже какое-то время она пристально смотрит на него.

– Прости… Я правда задумался, – спохватился он.

– И о чем, если не секрет? – заинтересовалась Айка.

– Прости, что не смогу тебе и дальше помогать с нашим мероприятием… Как, кстати, там продвигаются дела? – уточнил Юра.

– Идею бала одобрили. С жильем для гостей вопрос тоже решен, – произнесла она и, помолчав, добавила: – По сути, одобрили всю предложенную нами программу на неделю… Дело за малым – организовать все… Конечно, жаль терять такого замечательного помощника, но девочки обещали помочь мне. Да и я решила последовать твоему совету и подключить к этому делу всех классных старост.

– Вот и правильно…

* * *

Район под снос. Уже в руководящих кабинетах было принято решение о перестройке данного места. Было решено возвести здесь новое железнодорожное депо, создать приемлемое жилье для работников и военную базу. Сложность заключалась только в том, что район находился за стеной, и сама по себе перестройка такого места была удовольствием не из дешевых. Скептики, а таких было немало, называли это очередной бредовой идеей, которой не суждено сбыться.

Именно сюда в назначенное время и приехал следователь управления СИБ, Рейн Николай Петрович. Встреча была назначена в одноэтажном старом здании, служащем местом сбора для некоторой сомнительной публики. Публика была хоть и сомнительная, но с криминалом напрямую не связанная. Здесь, как это модно сейчас называть, тусовались наемники-одиночки. И здесь же их нанимали на разовые задания. И здесь они прожигали свои деньги.

У входа стояли двое наемников, при оружии и в полной броне. На появившегося следователя они даже не посмотрели, посторонились, пропустив его внутрь, где он беспрепятственно прошел к барной стойке. За ней стоял здоровенный верзила, меньше всего похожий на бармена, и протирал бокалы.

– У меня назначена встреча с неким Отшельником… – сказал ему Петрович. – Где я могу его найти?

Тот, прервав свое занятие, наградил следователя тяжелым взглядом и пробасил:

– Как звать?

– Петрович… – представился следователь (так как обычно называл его Вадим).

– В третьей кабинке… – буркнул бармен, сразу же теряя интерес к посетителю.

Закрытые кабинки тянулись вдоль всей дальней стены. И насколько он знал, все они были звукоизолированы и защищены от прослушивания и записи. С этим здесь было строго.

Он дошел до третьей кабинки, остановился, постучался и услышал:

– Войдите.

Внутри кабинка была хорошо освещена.

– Так вот ты как выглядишь, оживший мертвец, – произнес Петрович и присел, не здороваясь. – Хотя, может, мне лучше обращаться к вам «господин бывший старший лейтенант Сонин Денис Андреевич, погибший во время пожара на гауптвахте отдельно-штурмовой семнадцатой бригады морской пехоты»?

– Я вижу, вы обо мне многое знаете, главный следователь управления СИБ, майор Рейн Николай Петрович, в узких криминальных кругах известный как Палач… Как видите, я тоже знаю о вас немало, – спокойно произнес Денис.

– Даже спрашивать не стану, от кого… В каких же вы отношениях с Вадимом? – уточнил следователь.

– Если вы смогли узнать, как меня зовут, наверное, и это вам тоже известно, – ответил Денис. – Но я здесь не для того, чтобы играть с вами в увлекательную угадайку.

– Вы правы. Если бы не настоятельная просьба Вадима встретиться с вами, я бы сейчас здесь не был. Поэтому я слушаю… – тоже не стал надолго откладывать начало серьезного разговора следователь. – Надеюсь, ваш рассказ стоит моего потраченного времени.

– Учитывая то, что я о вас знаю, думаю, стоит… – заверил его Денис…

* * *

… – Ну, и что вы скажете? Это стоило вашего потраченного времени? – закончил Денис вводить Рейна в суть своего дела.

Петрович ответил ему не сразу. Какое-то время он молчал, задумчиво стуча пальцами по столу, разделяющему их.

– Допустим, – наконец произнес он, и было непонятно, что он хотел этим сказать. – Свои слова вы можете еще чем-то подтвердить?

Следователь даже в такой обстановке остается следователем. Простого рассказа ему недостаточно.

– Как насчет того, чтобы самому получить эти доказательства? – напрямую спросил Денис, косвенно предлагая ему поработать на него. – Именно для этого вы мне и нужны.

– Допустим, – снова сказал Петрович. – Я вполне допускаю, что все, что ты мне сейчас рассказал, правда… И на моей земле действительно пытается укорениться «Фаворит»… Допустим, им в этом помогает некий известный высокий чин в Японской империи, с которым у тебя свои личные счеты. Но зачем им это надо? В чем их выгода от этого?

– Я могу назвать десяток причин, зачем им это надо, но вряд ли они отразят хоть половину их реальных целей, – спокойно произнес Денис. – Возможно, они просто хотят вернуть эти земли под свой контроль. А возможно, их планы гораздо шире.

– Хаяси Кэтсу… – задумчиво произнес Рейн. – Я слышал об этом человеке… Он торговый представитель клана Хаяси, специализирующемся на скупке всего, что связано с Туманной Зоной. Особо их интересуют артефакты, завязанные на искривление пространства… а неофициально это один из сильнейших кланов при императоре Японии. Что может связывать такой значимый клан с тем человеком, о которым ты упоминал? Зачем им это надо, если у них и так почти неограниченная власть внутри Страны восходящего солнца?

– Посредники… – просто ответил на этот вопрос Денис. – Посредники между двумя императорами. Тем, кто правит народом, и тем, кто всегда в тени… А если проще, между криминалом и теми, кто правит страной… Это и объясняет их высокое положение.

– Откуда такие подробности? – заинтересовался услышанным Петрович.

– Была возможность пообщаться приватно с одним из его людей… Я был очень настойчив. А он был настолько любезен, что ответил на все мои вопросы. – Улыбка на лице Отшельника получилась несколько жестокая.

– Не думаю, что мне хочется знать, как ты его уговаривал, – задумчиво заключил Рейн. Он оценил прямолинейность человека напротив него. – Ты понимаешь, что даже зная о нем такое, по закону нам его не достать? Никто нам не позволит провести допрос, а тем более арест. Для этого должны быть убедительные основания, – заметил он. – А действовать на свой страх и риск… Как ты представляешь себе штурм здания в посольском районе, при условии, что Хаяси сопровождает такое количество охраны, что это будет уже не штурм, а полноценная армейская операция, которую никто не санкционирует? Собственных средств у СИБ на такое не хватит.

– Знаю, поэтому об этом даже заикаться не стану, – кивнул Дэн. – Ваша основная цель – это человек из «Фаворита». А с Хаяси я разберусь сам… Возможно, мне удастся его выманить…

– Хотелось бы знать, каким образом? – прямо глянул на него следователь. – Ведь присутствие такого человека в городе меня тоже беспокоит.

– Есть один план… Правда, он еще пока на уровне идеи, поэтому повременю озвучивать. Но если все удастся, сможем выманить Кэтсу за стену, а уж там… всякое может произойти, – пожал плечами Денис.

* * *

Ирина Малышева хмуро оглядела всех присутствующих в ее кабинете.

– Мы не можем отменить запланированное мероприятие, – решительно заявила она. – Это вызовет ненужные вопросы, в первую очередь среди наших спонсоров. Или у вас есть предложения, как правдоподобно, без ущерба для академии, им все это преподнести? – Она снова обвела взглядом свой кабинет. – Молчите? – продолжила она сыпать вопросами. – А что скажет нам шеф службы безопасности? Не объяснит ли он, как получилось, что один учащийся стреляет в другого, а потом и сам умирает не своей смертью? Хотелось бы знать, чем занимается моя служба безопасности? И как они это допустили?

– Сейчас проводится служебное расследование, – спокойно сказал Лаврентий. – Мои люди работают в усиленном режиме.

– Надеюсь, это не вызовет пересудов среди учеников и подозрений у тех, кто не должен ничего знать? – уточнила она. Лаврентий не стал уверять ее, что у него все под контролем. После недавнего происшествия она ему не поверит. Поэтому ограничился коротким заверением:

– Пока мы смогли взять ситуацию под контроль. Выясняется весь круг общения погибшего ученика… Сейчас снова проверяется вся информация о Ренате Савине.

– Вы это должны были сделать раньше… Как там тот мальчик, в которого стреляли? Расспросили его? – в голосе Ирины слышалось беспокойство.

– Да он вполне нормально все это пережил. Навещал я его. Ведет себя вполне спокойно… Напавшего он ранее не знал. С его слов, они пересекались только однажды… Думаю, всему виной неудачное стечение обстоятельств, – пояснил Антадзе. – При их единственной встрече Савин случайно обронил медальон с символикой «Фаворита». Юрий Ким его увидел… Думаю, Савин запаниковал и решил избавиться от свидетеля.

– А потом покончил жизнь самоубийством? – ехидно уточнила госпожа директор. – У меня по академии бродит убийца, а вы не можете его найти! Вот что я знаю. И это меня сильно беспокоит.

– Возможно, ты зря так беспокоишься, – примирительно положил ладони ей на плечи Вадим. – Если он здесь, никуда ему не деться от нас. Сейчас выясняется весь его круг общения. Они будут проверены первыми.

– Именно поэтому вы притащили сюда ту девицу, Мозголомку? – сказано было с некоторой ревнивой интонацией. Видимо, ее больше беспокоило не то, кем она является, а то, что это оказалась красивая и во всех смыслах эффектная женщина. И то, что она объявилась здесь в его компании.

– С ее помощью мы быстрее управимся с проверкой всех подозрительных лиц. – И, нагнувшись к самому уху, Аланов шепнул: – Она мне неинтересна… и у нее есть жених.

В ответ Ирина повела плечами, скидывая его ладони и награждая любовника недовольным взглядом. Было ясно, что ей не понравилось то, что он так легко ее раскусил.

– Найдите мне этого убийцу… – холодно велела та, которую в школьные годы звали не по имени, а Змеей. – И еще… Я хочу знать, сможете ли вы гарантировать безопасное проведение предстоящего мероприятия…

– Могу, – решительно заявил Лаврентий.

– Смотри, ты обещал, – предостерегла его Ирина. Она словно делала ему последнее китайское предупреждение. – У кого-нибудь есть что еще добавить? – в очередной раз обвела она всех взглядом.

– Да, есть… – решительно заявил Аланов. – Завтра тебе нужно будет с кое с кем встретиться. Желательно утром… Найдешь время в своем графике?.. – И он добавил, заглядывая ей в глаза: – Это действительно важно.

Юмико как-то странно на него глянула, но благоразумно промолчала. Она вообще вела себя как послушная пай-девочка, никак не реагируя на оскорбления, что было для нее не характерно.

Не менее странным, задумчиво-хмурым взглядом глянул на него и грузин. По его взгляду было видно, что ему очень хочется спросить, с кем тот собирается свести его подопечную.

* * *

Сна не было ни в одном глазу, хотя шел уже первый час ночи.

Ким снова был в этой комнате один. И темнота не особо ему мешала. Единственное, чего ему не хватало в этом месте в данный час, это лунного света. Ему нравился вид полной луны на небосводе.

Даже Ласка уснула у него коленях, прикрыв мордочку пушистым хвостом. Он сидел, поглаживая ее по шерстке, думая о своем. Думал о тех событиях, что произошли с ним в последние дни. В кулаке одной руки он сжимал свой перстень, вспоминая слова Рената и его интерес к перстню. Он называл его ключом. Вот только Ким так и не услышал от него, ключом к чему. Но, судя по всему, это как-то связано с его прошлым.

Теперь даже появилось сожаление о том, что Ласка его убила. Было бы неплохо расспросить Рената обо всем, что он знает… Выжать его как лимон, а уж только потом… В этот момент он даже испугался своей кровожадности. Ведь он думал о том, как причинить другому человеку сильные страдания, а потом избавиться от тела. Думал об этом совершенно спокойно. Раньше он такого за собой не наблюдал.

Внезапно большая тень закрыла окно. Ким дернулся, машинально сдавил перстень.

– Нервы у тебя стали ни к черту, – услышал он знакомый голос. – Ну и зачем тебе пистолет?

Юра глянул на АПС в своей другой руке. Покраснел и быстро вернул оружие на место.

– Сам виноват, – огрызнулся он в ответ. – Так внезапно появился… Отшельник, ты вообще сюда как попал?

– Как и все, через главный вход. – В темноте Ким не мог разглядеть его улыбки, но был уверен, что тот в этот момент улыбается. – Как ты? Как твое плечо?

– Даже спрашивать не буду, откуда знаешь, хоть я никому не звонил… Нормально, уже даже не болит, – проворчал Юрка. – Ты же знаешь, что на мне все быстро заживает.

– Твоя регенерация – довольно полезная штука. – Денис отошел от окна и сел напротив. – Я рад, что с тобой все хорошо… Сможешь подняться в свою комнату?

«Он даже знает, где находится моя комната, хотя я ему об этом не говорил… – отметил про себя Ким. – Не слишком ли он осведомлен обо мне?»

– Смогу, конечно, – сказал он.

– Отлично! Тогда поднимайся. Мы тебя там ждем… Только потише. Спят все уже давно…

И он пропал. Телепортировался наверх, в его комнату.

«Мы ждем… Кто это мы?» – снова подумал Ким, вставая с места. Странно, но ему показалось, что Отшельник слишком уж легко ориентируется в этом доме. Словно раньше ему уже доводилось здесь бывать. Не человек, а сплошная загадка.

В коридоре было тусклое освещение от ночных ламп, висевших по всем этажам и на лестнице. Это было удобно тем, что, передвигаясь по коридорам, не надо включать большой свет.

Ким прошел мимо второго этажа и поднялся на третий. Комната Глеба была около самой лестницы. Оттуда не доносилось ни звука. А вот из его комнаты в коридор пробивался свет. Дверь приоткрыта, но в коридоре никого.

Он не стал таиться, заглядывать, а сразу вошел и замер на пороге. Однако в его комнате собралась довольно интересная компания! Кроме Отшельника он узнал еще двоих: брата Айки и Лаврентия Павловича. А вот эффектную японку он видел впервые. По тому, как та прилипла к Денису, Ким резонно заключил, что они друг друга хорошо знают. И знают достаточно близко… Он еще раз глянул на них… Даже очень! А что он вообще знает о личной жизни Отшельника?.. Стало даже любопытно: кто она ему?

– Юра, проходи и присаживайся, – заметил его Отшельник. – Этих людей, я думаю, тебе придставлять не надо… – Он сделал жест в сторону мужчин. – А это Юмико… – этим представлением он и ограничился.

«Юмико, значит… Ну, пусть будет Юмико! – подумал Юра. – И все же странный у него круг общения… Совсем недавно он предостерегал меня по поводу этих двоих, и вдруг такая резкая перемена…» Кто же ты такой, Отшельник? Этот вопрос, наверное, в первый раз посетил голову юноши.

– Хочу, чтобы ты знал… С ними ты можешь быть откровенным… – предупредил его Денис. – Тот парень тебе что-нибудь говорил перед тем, как начал в тебя стрелять? Или он сразу выстрелил?

– Был небольшой разговор.

Ким был спокоен. Если Отшельник говорит, что он может быть откровенным, значит он может быть с ними почти откровенным. Вот если бы он сказал, что доверяет им как самому себе, откровение было бы полным. Но про разговор с Ренатом рассказать он может.

– По его словам, я должен был умереть шестнадцать лет назад. И он выказал мне недовольство тем, что я выжил, – сказал Юра. – Увы, причину этого он мне объяснять не стал. Но ему очень уж хотелось заполучить вот этот перстень. – Ким раскрыл ладонь, показывая простой медный перстень.

Лаврентий подался вперед, разглядывая предмет на ладони мальчика.

– Это то, о чем я думаю? И все это время он был у тебя? – Он поднял взгляд на Кима.

Тот коротко кивнул в ответ.

– Может быть, теперь мне кто-нибудь объяснит, почему он называл его ключом? – Юра обвел всех взглядом, задержав его на Отшельнике. – Я думаю, я здесь один чего-то не понимаю?

– Это и есть ключ… – туманно ответил ему Денис, но все же пояснил: – Ключ от этого места. Один из двух предметов, что может управлять этим свернутым пространством. Если его соединить с кристаллом, для которого и предназначена та выемка в перстне, то этим местом можно будет распоряжаться по своему усмотрению. Например, закрыть существующие порталы. Или открыть их в другом месте. Даже на другом континенте.

– Интересно. – Ким задумчиво глянул на вещь в своей руке, которая оказалась не такой уж и простой. – Тогда почему он у меня?

– Так было нужно… К тому же никого другого он «слушать» не станет, – спокойно ответил Отшельник. – Завтра ты все поймешь… Обещаю…

Ким несколько секунд буквально буравил Дениса взглядом, но все же промолчал. Еще один день он готов был потерпеть.

– Теперь Юми, – Отшельник глянул на женщину рядом собой. – Твоя очередь поделиться тем, что узнала… По лицу твоему вижу, хочешь всех нас удивить…

– Ну, мне действительно есть, что вам показать и сказать… Ну, не буду больше вас томить. – Она выложила на стол три фотографии. – Вот взгляните… – На одном фото мальчик лет четырнадцати. Серьезный такой пацан, вид которого портили веснушки. На двух других мужчина и женщина. – Даже можете не ломать головы… Мальчик, это Ренат Савин. А на других фото его родители… Это настоящие Савины. И думаю, они отличаются от тех фото, что хранятся в личном деле ученика Рената Савина у уважаемого Лаврентия Павловича… Кстати, я тебе советовала уже сменить тех, кто собирает для тебя информацию. Бездари… Могу даже порекомендовать тебе нормальных детективов.

– Тогда кто тот, что напал на Юру? – спросил Денис, глянув на племянника.

– А вот это уже пусть наше доблестное СИБ выясняет, – легкомысленно пожала она плечами. – Я могу только добавить, что настоящие Савины пропали… исчезли два с половиной года назад, а их место заняли подделки. Но так как исчезли они во время переезда на новое место жительства, эту подмену никто не заметил. Новые соседи никогда не видели старых Савиных. Через полгода после поступления их «сына» в академию они снова переехали. И теперь их следы потерялись окончательно.

– М-да… – Вадим задумчиво кивнул. – Действительно, придется поднапрячь своих людей и полицию… Одно хорошо в этой истории: вряд ли покойного будут искать. Тем более никто не станет поднимать шум по этому поводу, – это прозвучало немного жестоко.

А вот Лаврентий Павлович Антадзе был хмур как туча. Судя по выражению его лица, в его службе намечались серьезные перестановки. И еще он как-то странно поглядывал на Кима.

– Я с ними разберусь.

Сказано это было спокойным тоном, а вот ощущение от этих слов было такое, словно скрипнула над головой крышка гроба. В общем, тем, кто проводил для службы безопасности академии сбор информации, можно было только посочувствовать.

– Как насчет того, чтобы взять на себя их работу… С соответствующей оплатой? – глянул грузин на японку.

– И это при условии, что ты теперь знаешь, кто я на самом деле? – мягко улыбнулась ему Юмико. – Сильно рискуешь.

Юрка с интересом глянул на эту женщину. Захотелось узнать, чего такого он о ней не знает, но знают другие.

– Ни капельки… Я собираюсь возложить это действие на две разные конторы. Чтобы они дублировали друг друга, – возразил он.

– Разумно! – одобрила эту идею Юми. – Хорошо, я согласна… Но имей в виду… Мои расценки не поменяются… Постоянным клиентам скидок не делаю.

– Что насчет окружения ректора? – задал Вадим волнующий его вопрос.

– Тут все нормально… Денис зря переживал по этому поводу… Лучше скажите, как прошла встреча с Петровичем? Что решили? – успокоила его Юмико.

Отшельник глянул на Юрку и ласково так сказал:

– Завтра я тебе все объясню… Сейчас возвращайся в ту комнату и отдыхай. – Другими словами: уйди, мальчик, не мешай. Взрослым дяденькам и тетенькам надо потрещать без твоих ушек. Намек более чем понятен.

Уже выходя, снова подумал: «Кто же все же ты такой? И как много у тебя таких странных знакомых?»

Честно, даже уже не знал, как ему к нему относиться. Все в голове перемешалось.

* * *

Утро не принесло ему ничего, кроме новых волнений. Ким чувствовал себя невыспавшимся и раздраженным. Ночью ему так и не удалось отдохнуть как следует. Хотел позвонить сестре, но сдержался. Ночной звонок ее только обеспокоит.

Находиться в этой комнате ему уже было тошно. По этой причине он вышел на завтрак ко всем в общую гостиную.

– А тебе разве уже можно выходить? – спросила, завидев его, Олеся.

– Если нельзя, но очень хочется, то можно, – постарался сказать это с юмором Юра, но получилось как-то натянуто.

– Хреновое настроение? – обратила на это внимание вторая из сестер, Алиса, пристально глянув на него. Надо признать, что за последнее время их отношение к нему поменялось в лучшую сторону.

– Да не могу я уже там больше находиться! – признался он. – Скоро взвою, как собака.

И в следующий миг обнаружил себя в образе большого пса стоящего на задних лапах. Лохматые уши, стильный ошейник и черная пуговка носа.

– Гав!.. Блин… очень смешно… – Он оглянулся и увидел на ступеньках лестницы извечную головную боль учителей и одноклассников. – Ведьма, убирай эту гадость, или я тоже с тобой пошучу! – мрачно предупредил он. Не в настроении он был терпеть ее выходки.

– Фу, плохой песик… – скривила она носик. – А я такого милого лохматика из тебя сделала… Но ты скорее оборотень!

Цвет иллюзионной шкурки поменялся с рыжего на серый, а в зеркальном отражении он увидел злобного монстра с горящими глазами.

– Вот ужас! – заметила Вика, правда, ужаса в ее взгляде Ким не заметил, скорее интерес. – А сделай его полосатым! – предложила она.

Трудно представить, чем бы это все кончилось, не появись Глеб. Его «волшебная» ладонь, упавшая на плечо Юли, развеяла иллюзию. А вот ее дальнейшая реакция уже позабавила самого Кима. Девушка буквально отпрыгнула от него, взъерошилась, словно кошка, и агрессивно огрызнулась:

– Не прикасайся ко мне, полено неотесанное!

Глеб равнодушно скользнул по ней взглядом и прошел мимо к столу, по пути кивнув Юрке и получив ответный, благодарный кивок.

– Как рука? – усаживаясь за стол, спросил он.

Ким пошевелил пальцами, показывая, что все нормально.

– На мне всегда все быстро заживает, – пояснил он.

– Это хорошо… – в гостиную вошла Антонина Павловна. Наградила Кима недовольным взглядом, но ругать и выгонять не стала.

– Тебя хотела видеть госпожа графиня.

Кстати, она всегда называла ректора только либо по имени, либо по титулу. За все время он ни разу не слышал, чтобы она назвала ее ректором или госпожой директором, как делали здесь многие, не только ученики, но и учителя.

– Хорошо…

Он даже не удивился этому. Подумал, что ректор хочет его расспросить о произошедшем. «Надо зайти к себе, перед тем как идти к ней, и вытряхнуть весь пространственный карман, а потом уже можно будет решить, что со всем этим барахлом делать», – подумал он, приступая к завтраку.

После он так и сделал. Главная проблема была в том, куда деть АПС и малогабаритный автомат «Вихрь». Вряд ли они относились к тем вещам, которые можно было свободно хранить в академии. Пока что он запихнул их под матрас. Но на всякий случай разрядил и отдельно спрятал магазины. Остальные вещи он так и оставил лежать у камина, решив разобраться с ними позже.

Когда он спустился вниз, то его уже ждал Лаврентий Павлович. Он довольно мило и вежливо общался с Антониной Павловной. И судя по всему, оба хорошо друг друга знали.

– Готов?.. – Кивок в ответ. – Тогда пойдем.

И снова Кима не удивило его присутствие здесь. Он и ожидал чего-то такого.

Юра ожидал по дороге к дому ректора новую порцию своеобразного допроса от главы службы безопасности. И был несколько удивлен его задумчивым, отрешенным видом. Видимо, в этот момент он всеми мыслями в другом. Ну, что же, у человека хватает своих проблем, помимо него.

У дома ректора Ким заметил охранника, которого здесь не было в прошлый раз. И снова парня это не удивило. На месте Антадзе он поступил бы так же.

Сегодня секретаря на месте не было. Поэтому, оказавшись внутри, Лаврентий Павлович велел Киму идти одному.

– Ты знаешь, где кабинет ректора. Она тебя уже ждет…

Знать-то он знает, вот только подобное заявление немного удивило парня. Он ожидал, что Антадзе будет его сопровождать. Странно как-то… Тот ведет себя не как всегда.

Кабинет ректора своего местоположения не поменял. У двери Ким для приличия постучался и, дождавшись приглашения, вошел.

Сегодня, в качестве исключения, кабинет был хорошо освещен. Графиня Малышева была занята, работала с документами у себя на столе. Оторвав взгляд от бумаг, взглянула на вошедшего. На мгновение на ее лице мелькнуло удивленное выражение.

– Юра? Что-то случилось?.. Ой, прости! – спохватилась она и спросила: – Как твоя рука?

Судя по ее реакции, она его не ждала. Ким даже растерялся. «Что происходит?» – промелькнула мысль.

– Э-э-э… Здравствуйте… Мне сказали… – промямлил он, чувствуя себя довольно глупо.

«И что я здесь делаю?»

За спиной скрипнула дверь. Ким оглянулся, надеясь, что догнавший его Антадзе все объяснит. Но это был не грузин. На пороге стоял Отшельник. А он здесь откуда? И не слишком ли вольготно он себя здесь чувствует?

Теперь Ким вообще ничего не понимал. И только тут обратил внимание, что смотрит Отшельник не на него, а на хозяйку кабинета. И взгляд у него его какой-то виноватый.

– Ну, здравствуй, племянница. Прости, что так долго меня не было… – произнес он.

Да какого?!. Племянница?! Ким снова обернулся уже на графиню. И увидел ее словно после команды «замри»… Ее взгляд прямо впился в мужчину за его спиной. И те эмоции, что он видел на ее лице, можно было охарактеризовать только одним словом: шок!

Даже ее рука, в которой она держала ручку, замерла на весу, без движения. Для нее эта встреча оказалась такой же неожиданностью, как и для него.

Но вот она шевельнулась. Рука с ручкой пришла в движение… и медленно, очень медленно, Ирина Малышева положила ручку. Снова посмотрела на мужчину в дверном проеме. И, больше не отрывая от него взгляда, начала вставать с места. Вот она вышла из-за своего рабочего места и шагнула к ним. Остановилась… Казалось, что она просто не до конца верит в то, кто стоит перед ней.

– Ну да, я изменился, – произнес он, словно догадавшись о ее сомнениях. – Да и тебя уже… Змейкой назвать трудно.

«Это что за мелодрама? Я здесь какого лешего делаю?» – переводя взгляд с графини на Дениса, не мог понять смысл происходящего Юрка. А если спросить? Судя по тому, что он видит, момент для вопросов не совсем подходящий…

– Дэн… – шепнула графиня и в следующее мгновение, преодолев разделяющее их расстояние, повисла на шее Дениса. Глядеть, как плачет ректор на груди Отшельника, стало для Кима невыносимо и он решил по-тихому слинять. Он стал медленно их обходить, но у входа столкнулся с кавказцем и братом Айки. Из-за этого был вынужден задержаться в кабинете.

Очень скоро слезы ректора сменились на гнев. В результате Отшельник получил от госпожи директора пару хлестких пощечин и гневное:

– Почему?.. Где?.. – немного бессвязно зачастила она. – Зачем ты заставил меня все это время думать, что ты мертв? – Малышева отвесила очередную оплеуху, от которой тот и не думал защищаться, а потом снова уткнулась лицом ему в грудь и глухо произнесла: – Я все время думала, что осталась одна… Знаешь, как тяжело мне было?

Денис осторожно обнял ее за плечи и еще раз повторил свое: