Book: Причуды непутевой Артефактницы



Причуды непутевой Артефактницы

Причуды непутевой Артефактницы - 1 история

Глава 1. Начало пути

Глава 1

Начало пути.


"Оптимизм - это недостаток информации."

Фаина Раневская


Я спокойна!

Я совершенно спокойна...

Вдох и выдох. Дышим ровно и ни о чем не думаем.

У меня в голове нет плохих мыслей, нет вообще никаких мыслей...

Я - чистый разум!

Я спокойна!

Еще один медленный выдох - и открываю глаза.

На алтаре, в окружении красных свечей лежит очередной, вурдалаки ведают какой по счету, кристалл. Мыслеузор уже готов. Сто раз его проверила. Он именно такой, как в книге. Я собираюсь с силами - и вплетаю в него свою энергию.

Между пальцев появились язычки теплых потоков. На моих глазах они собрались в единое облако и впитались в кристалл. Тот, на миг сверкнул, нагрелся, потух и... рассыпался! Опять!

Вот... чтоб вас всех...! Да что же я делаю не так? Уже же все перепробовала, а сила внутри не держится, хоть тресни.

Но, мы не сдаемся без боя! Я все-таки зачарую эту заразу. Я буду не я, если не смогу. Встала со своего стула, прошлась по комнате к шкафу, за стеклянными дверцами которого хранились кристаллы-пустышки. Цапнула очередной, вернулась к рабочему месту, застеленному специальным пологом-поглотителем.

Если бы не этот подарок, то каждая моя новая попытка стоила бы не только кристалла, но и мебели. А так, вся магия впитывается пологом, а не прожигает стол с полом. У меня уже спина отваливается, руки гудят, глаза болят от постоянного прищура в полумраке, а этот кристалл все никак не зачаровывается, верфы* его задери!

Водрузила пустышку на подставку и принялась готовить новый ритуал. Все же просто, как пентаграмму вызвать. А я все равно не могу. Уже третью ночь бьюсь! Столько этих стекляшек из горного хрусталя перевела - аж самой страшно. Чует моя чуйка, что скоро все местные эльфы-ремесленники будут работать только на меня.

От обиды даже глаза заслезились, но я тут же взяла себя в руки. Сдаваться нельзя! В готовое зелье смахнула собственную слезинку - а чего добру пропадать? Над ковшиком заклубился серый дымок, а ароматы благовоний перебил чуть резкий запах соли. Благовония эти должны были мне помочь очистить разум, оставив в голове лишь нужный мыслеузор, а на деле только наградили ноющей болью в висках.

Я кинула в варево, еще и щепотку пепла драконьего пламени. Редкая и мощная штука. Получается она, только если пламя попадает на камни кровавика. На Аарде* залежи этого камня только на склонах пары хребтов у Обман-моря. Обычно этот пепел добавляют в самом конце, уже на готовый предмет, но магия не стоит на месте, а потому я, как истинный ученый, буду экспериментировать. И потом, мощь настоящего живого пламени тоже лишней не будет. По всему же видно, что у меня просто силенок не хватает эту пустышку, как следует напитать, вот узор и не держится в материи, а с моей слезой и пеплом, может, получится. Пламя свечей посинело и испуганно стало уменьшаться, а собственная тень повертела пальцем у виска.

- Какие мы умные! - возмутилась я. - Тогда, может, кто-то тут посоветует что-нибудь, а?

В ответ, естественно, тишина. Не станет никто из них со мной говорить. Да и не в той я сейчас плоскости пространства, чтобы их выслушивать.

- Тогда, не лезь под руки с критикой! - рявкнула я, собственному расплывчатому силуэту на стене.

Тень выразительно пожала плечами и отвернулась.

Я только удовлетворенно хмыкнула и потянулась к котелку, на поверхности бурлящей массы уже появилась серебряная пенка, а значит, готово. Щелкнула пальцами, чтобы загасить огонь под маленьким ковшиком, и принялась стряхивать со стола остатки прошлой попытки. Я бережно собрала пыль от кристалла в очередной мешочек, завязала его тесемки потуже и закинула в ящик стола. Тот охотно отодвинулся, но вот обратно задвигаться не собирался. Плотно забитый доверху такими же мешочками с пылью. Шипя и ругаясь, все-таки, кое-как задвинула его на место и уселась в кресло. Краем глаза заметила, что пара язычков пламени старательно слезает с фитилей и пытается смыться по свечам вниз. Ползут синими червячками медленно по восковым столбикам и думают, что я их не вижу, раз занята.

- А ну стоять на месте! - заорала я.

Остальные огоньки вспыхнули ярко и почти не дрожали, всем своим видом выражая, что вот они-то тут работают и сбегать не намерены. Провинившиеся, так и оставшиеся синими, язычки, потрескивая и отбрасывая искорки, вернулись на фитили и выпрямились.

Тень на стене выразительно развела руками, мол, что с них возьмешь? Этот вечный заговор против меня моих же вещей, порядком достал, но я сдержалась, пообещав себе провести внушение всем здесь присутствующим после зачарования.

- Эх вы...! - укоризненно покачала головой. - Вот все свечи, как свечи, а у меня просто сборище лентяек.

Шумно выдохнув, я еще раз вгляделась в энергетическое поле. Запущенное заклятье уже очистило пространство комнаты от ауры прошлой попытки, и теперь можно было работать снова.

С надеждой и раздражением подошла к ковшику с зельем. Провела над ним рукой - и раствор послушно превратился в эфир, покрывая мои ладони собой, как перчатки. Отогнала все плохие мысли, с трудом добилась чистоты самой себя и склонилась над кристаллом. Тот, поспешно, даже жадно впитал эфир. Едва заметная пленка мигом влилась в состав хрусталя и теперь стала основой для моего узора. Вот теперь, точно должно получиться! Я воспряла духом - и отправила узор из собственного сознания к рукам, там он разбился на десять одинаковых потоков и вышел из кончиков пальцев язычками зеленоватого пламени.

Я проверяла снова и снова его рисунок - все было идеально. Энергия уже перешла в облако, стала плавно погружаться в кристалл, и тут я совершила ошибку. Я разозлилась, в голове промелькнула мысль, что у меня опять не выйдет. Все бесполезно! Ну и конечно, я разозлилась на себя, на работу, на тень, да на всех. Это заняло всего мгновение, но его хватило.

Я успела заметить, как изменился цвет энергии, став бордовым с вкраплениями фиолетового. Миг - и узор скрылся в кристалле. Я смотрела на него, но ничего не происходило, потом подняла глаза на стену и вздрогнула.

Моя тень, импульсивная и уверенная в себе, едва ли не больше, чем я сама, в испуге зажала собственный рот обеими руками, посмотрела на меня и рванула из лаборатории.

И это не шутка. Она и впрямь оторвалась от меня, скользнула по стене на пол, потом в щель под дверью. Хотелось выругаться на смеси всех ругательств, которые знала, но тут послышалось странное шипение, тихое, которое быстро перешло во все нарастающий гул, давивший на уши. Я отступила к окну на шаг. Кристалл задрожал. Эти звуки показались знакомыми, но откуда? Догадка пришла в тот момент, когда по прозрачной поверхности хрусталя пошли багровые трещинки.

Мой взмах рукой, чтобы укрыться под щитом, слился с оглушительным БУМ!

Меня, вместе с частью стены и окна, отбросило на десяток шагов от дома. Дым, пепел, щепки, осколки и просто мусор разметало по всей большой поляне перед садом.

Я лежала и пустым взглядом смотрела в небо, пока над головой пролетали обрывки защитных заклятий вперемешку с остатками моих свитков. Краем глаза я заметила, как ветер подхватывает догорающий полог-поглотитель - все, что осталось от моего стола, как я понимаю.

Вокруг тишина, почти свежий воздух и ночь. Я лежу, любуюсь видами и... злюсь! Могучая Астарта, за что ты так со мной?!

- Кхм...кхе...! - тихо прокашляли где-то слева над головой. - Воды или отвар?

- Отвар.

Я устало повернула голову и увидела, как из перемазанной сажей колонны по пояс показался Даремор. Он был, как всегда, в своем темно-сером фраке с небольшой бабочкой под массивным кадыком. И был все так же невозмутим, впрочем, как и всегда. Мертвенно бледное лицо спокойно и непоколебимо, как горные вершины.

Как же это бесит!

Особенно сейчас, когда все громче кричат обитатели дома. Вокруг крики, шум, гам, запускаются оборонительные заклятья, кто-то плачет, наверное, гнома-кухарка, еще полыхает магический огонь со стороны моей комнаты, а этот вамп умиротворен, словно ничего и не случилось.

Бесит!

Он скользнул по мне безразличным взглядом и протянул поднос с глиняным кубком. Я молча села, протянула руку, взяла кубок и выпила предложенный отвар. Он опять был прав: пить хотелось страшно. И откуда он все знает? Появляется всегда в нужный момент и всегда с уже готовым решением. Ведь знал, что я попрошу отвар, но все равно спросил. Зачем, спрашивается? Молча вернула кубок на поднос.

- Госпожа еще что-то желает? - учтиво уточнил вампир.

- Нет! - буркнула я.

- Могу ли я высказать предположение?

- Ну, давай.

- Возможно, госпожа не захочет, чтобы ее волосы оставались такими? - он протянул мне овальное зеркало.

Я посмотрела на себя и с трудом сдержала смех. Мало того, что волосы стояли торчком, как будто я их смолой обмазали и дали застыть, так они еще и переливались всеми цветами заката и слегка дымились.

- Вурдолаков сын! - тихо выругалась я и принялась снимать с волос остатки магических потоков.

Вамп стоял рядом и смотрел куда-то поверх меня. Дождался, пока я закончу, потом убрал зеркало за спину и учтиво, в своей манере, хрипловатым голосом уточнил:

- Позвольте узнать, могу ли я приступать к ремонту дома, госпожа?

- Да, можешь!

- Как вам будет угодно, - он поклонился, что выглядело весьма забавно, учитывая тот факт, что его ноги все еще были внутри колонны, и исчез, растворившись в закопченном мраморе.

Я только вздохнула и огляделась. Н-да, как я и думала, от моей комнаты не осталось и следа. Теперь на первом этаже нашего дома в правом крыле красовалась приличная дыра, а все стены были в разводах мгновенного магического пожара. Печати сдержали силу взрыва, не дали рухнуть всему дому или разнести соседние с моей комнаты, но сила драконьего пламени прилично подпортила сооружение. По ходу моего полета снесло несколько деревьев и кустарников, трава так же не пережила геноцида. Теперь я сидела аккурат посередине выжженной тропы, с десяток шагов шириной и, Боги знают сколько, в длину, на которой только песок и остался. Видимо, волна магии разошлась во все стороны, но, натолкнувшись на защитные печати, развернулась и ушла в одном направлении, как пущенный магом огненный шар. Хорошо еще, что моя комната для работы не находилась в подвале или на чердаке, а именно с краю, иначе бы родовое гнездо рисковало взлететь на воздух.

Я встала и медленно поплелась к крыльцу. Получать разнос. На ступенях меня уже ждали.

- Дедушка, я не хотела! Так получилось! - залепетала я.

- Будь проклят тот день, когда я им стал! - сурово выдал мужчина с седой короткой бородкой по линии скул и подбородка.

Под его пристальным и гневным взглядом я потупилась. Стало почти стыдно.

- Веселина, девочка моя, ты знаешь, я люблю тебя, как любил твоих родителей, но это переходит уже всякие границы! Причем в буквальном смысле! Ты хоть представляешь, что облако от взрыва уже дошло до соседей, там все сторожевые горгульи сейчас стонут, словно стая упырей на равноденствие!

- Дедушка, но у меня почти получилось! Я почти смогла зачаровать артефакт огненной магией.

- А слезу свою ты зачем туда добавила? - почти ласково спросил он, прищуривая вертикальные зрачки, что говорило о бешенстве родителя красноречивее всего, потому как контроль над иллюзией внешности артефактники теряют только от неописуемого гнева.

Я сжала кулаки. Тень, моя поганская тень, чтоб ее...! Она меня сдала!

- Я думала...

- Вот только не надо мне врать! Этого ты точно не делала! Разве ты не знаешь, что нам нельзя вкладывать свою плоть в артефакты, по крайней мере, пока артефактник не научится управлять своей силой настолько, чтобы регулировать ее выброс. А ты не умеешь! Это всякие ведьмы могут зачаровывать своими слезами, потом и волосами. Это некромантам позволительно резать себе руки и капать кровью на пентаграммы! Но, мы на такое права не имеем, и ты прекрасно знаешь почему! - он сорвался на крик, потом шумно выдохнул и, прикрыв глаза, опустился на потрескавшиеся ступени. - Вот скажи мне, ты хоть представляешь, что бы было со всеми нами, если бы здесь не было моих барьеров?

Я кивнула. Постаралась изобразить всем своим видом раскаянье. На самом же деле я точно знала, что ничего бы не случилось. Этот дом и все его обитатели уже столько лет под защитой магии моего дедушки, что даже если он не поставил бы барьеров - все остались бы живы, так же как и сейчас.

- Все! Сил моих больше на тебя нет! Сейчас иди, восстанавливай сад, чтобы к восходу третьей луны парк был, как новенький. Я уже пригласил новых фэйри. Старые сразу после взрыва подали прошение о переезде! Уже девятая семья лесных хранителей отказывается жить в нашем парке! Это просто немыслимо! Так вот, они прибудут к рассвету, так что все вернуть, как было, и даже лучше, поняла?!

- Угу... - я снова кивнула, а что еще делать-то?

- А после этого отправляйся к себе отдыхать. Завтра, как проснешься, собирай вещи!

- Что? Дедушка, пожалуйста, не надо! - испуганно вскинулась я.

- Надо, Весенька, надо! Я сам уже не могу с тобой ничего сделать, поэтому отправляйся туда, где с тобой смогут справиться, может, ты еще не окончательно потеряна для нашего мира.

- Но, дедушка, там же ведьмы, там эти труполовы, там же вампиры и... оборотни!

- Именно! Может общение с другими расами научит тебя уважению и дисциплине! Все! Разговор окончен!

Дедушка растворился в воздухе, а я так и осталась стоять в полном шоке.

Меня всегда пугали этим местом и угрожали, что если я не стану прилежной ученицей, то отправят именно туда.

Я никогда не верила, не думала, что меня могут так наказать. Не предполагала, что этот день настанет.

Но вот он, кажется, настал!

Меня, Веселену Ратри*, последнюю из рода великих артефактников, отправляют в этот приют для особо бездарных - в Северную Видьят. И теперь я, кажется, адепт!



Глава 2. Вступительное приключения

Глава 2

Вступительное приключение.


Вы мне хотели жизнь испортить?

Спасибо, справилась сама!

(Жизненные двустишия)


Как ни прискорбно признавать, но мой дедушка, Элвин Ратри - один из самых известных артефактников нашего мира, по совместительству оказался, еще и самым упертым.

Он не отменил своего решения. И нетрудно понять из-за чего. Новость о моем отъезде из родового поместья Ратри облетела все окрестные семьи быстрее проклятья на равноденствие. Наши благородные соседи, в едином порыве, закатили маленький праздник.

То и дело до ушей доносились звуки музыки. Ребята не скупились - и наняли эльфийские труппы. Служанки судачили, что вино всех мыслимых и немыслимых сортов лилось рекой. Соседи праздновали мой отъезд из Хаса*, как рождение в собственном доме истинного мага первородного дара или заклинателя разума.

Против дедушки никто и никогда не решался открыто выступать, так и оставалось по сей день. Несмотря на то, что он уже пару сотен лет, как ушел на покой. Хотя и это утверждение весьма спорно, но оно было официальным. Все в доме, как и я, были уверены, что мастер Ратри просто играет роль старика, но если потребуется, даст фору любому юнцу.

Вокруг его имени ходило столько слухов, что указать этому магу на непутевость собственной внучки мог бы только самоубийца со склонностью к очень мучительной и долгой кончине.

История моего появления под крылом дедушки покрыта тайнами и мраком. Дело в том, что моих родителей и сестру моего отца убили. Кто и зачем это сделал - лично для меня не имело никогда особого значения, а дедушка не спешил откровенничать сам. Скажу сразу, что я не помню ни своих родителей, ни детства. Все мои воспоминания начинаются примерно лет с девяти, и то все, как в тумане. Так что, что именно со мной случилось, я знаю лишь по редким и обрывочным рассказам деда.

Он нашел меня в приюте для Порченых - месте, куда отвозят детей, у которых с магией полные нелады. В нашем мире, где каждый хоть немного маг или чародей, рождение подобных малышей - неприятная данность. Магия в теле ребенка становится разрушительной и медленно убивает своего носителя. Иногда это можно остановить, а если нет - то разумного отдают в такой приют. Меня и отдали, посчитав обычной сироткой, которых в то время было много.

Дедушка через какое-то время вернулся из своей последней поездки по приказу императора Нолана II. Он рассказывал, что когда узнал о случившемся с моими родителями, сразу бросился на мои поиски, но на них ушло слишком много времени. К тому моменту, когда он все-таки нашел меня, от его внучки мало что осталось.

Оказалось, что дело не в ошибке природы, как решили местные знахари, определяя меня в приют, а в проклятье. Убийцы моих родителей попытались убить и меня, но что-то пошло не так, и проклятье стало убивать меня медленно.

Я всегда была благодарна дедушке за то, что он спас мне жизнь. Хотя сам он всегда опровергал это утверждение. Говорил, что спас меня не он, а его хороший друг, который отдал за это большую плату. Какую именно: он никогда не уточнял, как и не стал называть мне имени спасителя. Чувствуете, что ответов куда меньше, чем вопросов?

Жизнь мне, вроде бы, сохранили, но не сознание - во мне остались жалкие крохи от души, осколки, можно сказать. Поэтому сознание вернулось ко мне окончательно только в возрасте двенадцати, если не тринадцати лет. Дальше последовало долгое лечение зельями и заклятьями, чтобы сделать из ребенка, не способного к обучению, речи и прочему, что составляет полноценную жизнь разумного, более или менее сносную особу.

Как по мне, так его план с треском провалился. За годы меня привели в чувство, хотя в это уже и сам дед не слишком верил. Он даже иногда признавал, что веру в нем поддерживали только письма от того загадочного моего спасителя. Он, по словам мастера Ратри, неизменно оставался единственным, кто верил, что и меня, и мой разум, и мою душу можно спасти.

В конечном итоге я выросла и стала неотличима от прочих девушек. Никто, кроме дедушки, нашего Даремора и меня не знал о странностях начала моего жизненного пути. По каким-то причинам дед всячески скрывал тот период не только от посторонних, но и от меня. Случалось, что я давила на него с расспросами, и он по крохам, крайне неохотно, но выдавал кое-какие сведения. Его историй о том, как я металась в бреду, кричала и буквально выла, пока ко мне не прикасался тот таинственный спаситель и не делился со мной своей силой, мне хватило, чтобы перестать задавать лишние вопросы.

Как выглядели мои родители? Чего хотели убийцы, и с чего вдруг им приспичило убить не только их, но и меня? И еще множество вопросов, которые периодически всплывали в моей голове, так и остались без ответа.

Когда я, наконец, стала тем, что имею сейчас, из моей памяти растворились не только скудные обрывки из прошлого, но и образ друга деда. Мастер Ратри, несмотря на такое положение дел с моей бедной головой, все равно продолжал втолковывать мне, что я обязана этому незнакомцу жизнью, своей бессмертной душой и умением колдовать, а потому должна быть благодарна ему настолько, насколько может быть благодарен любящий ребенок своему отцу.

Годы шли - и его воспитательные беседы дали свои плоды. Я научилась практически боготворить этого незнакомца, а дедушка покровительственно улыбался и обещал, что если Боги позволят, то мы встретимся, и я смогу продемонстрировать этому герою всю свою мощь и таланты рода Ратри.

Обещания обещаниями, но время неумолимо утекало, а таланты рода во мне так и не проснулись.

Точнее магия артефактников во мне бушевала словно океан, который заточили в амфору для масла. Сила буквально распирала меня, а от этого, как вы уже поняли, страдала не только я, но и все поместье, включая постройки, сады и даже землю. Я, несомненно, была дочерью своих родителей и внучкой своего деда, но, сколько бы ни бились со мной учителя, артефактником я так и не стала. Любая моя попытка сотворить что-то путное обращалась не просто провалом, а опасным приключением для всего, что было рядом.

Последняя история с кристаллом добила терпение моего родителя. Заблокировать силы в моей крови он отказался наотрез, хотя ему многие это предлагали не раз и не два. Домашнее обучение не помогало. Я легко могла колдовать на уровне среднего мага, но вот с артефактами у нас была вечная война.

Честно говоря, я понимала мастера Ратри, когда он принял такое решение и велел отправить меня в Видьят, но страх перед этим местом был сильнее любого, даже самого властного голоса разума.

Дело в том, что артефактники - совершенно особенные существа. Их нельзя назвать людьми, эльфами, вампирами или кем-то еще. Совершенно особенный вид созданий, хотя внешне мы похожи на людей. Каждый артефактник - создатель, властитель и покровитель своего уникального пространства. Он черпает свою энергию именно из этого места, хотя я не стала бы называть это место миром или реальностью. Это просто Место, куда имеет доступ только один разумный - его творец. Его принято называть Дэса*.

Мы легко можем колдовать, но любое наше колдовство способно легко разорвать ткань реальности мира, уничтожить все живое. По этой причине среди артефактников и нет тех, кто практикует привороты, пробуждение мертвых и прочие фокусы, которыми развлекаются другие расы. Мы творим своей силой по-настоящему мощное колдовство. Такое, какое переживает эпохи, целые народы, да и миры в целом. Нас с большой натяжкой называют магами, но это смешно. Мы не маги. Мы - те, кто дарует силу магам и колдунам. Артефактники или Артефакторы! Звучит гордо и страшно, если вдуматься.

Но, думать я не люблю, поэтому и не боюсь. Вообще благодаря проклятью, которое все еще висит надо мной, словно стая птиц киа над путником в Бурой Пустыне, я не думаю о прошлом, не стремлюсь в будущее, а существую тут. Вот прям тут, здесь и сейчас. Сейчас я могу жить полной жизнью, но сила дремлющего заклятья в любой момент может наброситься на меня - и тогда, всему наступит конец. Я не слишком отличаюсь от обычных разумных. Только я всегда знаю, помню о том, что каждый мой вздох может стать последним, а это придает моему существованию особую остроту, пряный привкус легкого страха и бесшабашности. Мне нечего терять просто потому, что когда-то я уже все потеряла. Я ничего не приобрету просто потому, что у меня никогда ничего не будет.

Эта мысль может пугать и отталкивать, но только сторонних наблюдателей. Меня же она успокаивает и даже окрыляет. Благодаря этому пряному аромату, моя жизнь обрела совершенно уникальный привкус интереса. Я словно утопающий, которому удалось вырваться из водной пучины и глотнуть воздуха. Каждый миг, час и день для меня, как первый жадный вдох прохладного бриза. Я живу настолько, насколько вообще возможно жить, и это прекрасно!

Но, общение такой артефактницы, которая не контролирует свои силы, с другими расами можно назвать... натянутыми. Оборотни, например, загривком чувствуют во мне силу, и даже самые мелкие щенки пытаются меня убить. Вампиры спят и видят, как поглотят с моей кровью толику моей силы, чтобы стать еще могущественнее, а заодно и уберегут собратьев от мнимой угрозы, которую ощущают их вторые ипостаси.

Для них мой запах сродни запаху свежей выпечки для голодающего - просто невозможно устоять и не откусить кусочек. Для магов я - слабое звено, и, опять же, интересная игрушка для опытов. Артефактники во все времена привлекали магов, ибо каждый втайне мечтал пробраться через нас в наше Место. Ведьмы и колдуны видят во мне предмет зависти. Они чувствуют мою силу, потому что я не могу ее скрыть от посторонних глаз, и сгрызают себе не только ногти, но и руки до локтей в приступе жадности. Ведь мне практически любой их фокус дается так легко, что даже не нужно читать заклинания.

Это суровая реальность моего вида. Артефактники всегда одинокие существа. Многие из нас уходят в горы и леса, прячутся в такие укромные уголки, где нет, не только магии, но и любых разумных. Не проходит и десятка лет, чтобы где-то в нашем мире очередной жаждущий не прибил одного из нас. А теперь вообразите, что будет, если на такую, как я нападут? Силы в моем теле слабо слушаются моих увещеваний, как показал недавний взрыв. Для себя я практически не опасна, а вот для прочих - вполне себе трагедия. К тому же у таких как я есть одна премерзкая черта - мы не можем причинять вред тем, кто живет в нашем мире! Нет, не то чтобы совсем, но убить артефактник не способен. Просто, в самую последнюю секунду у него не поднимется рука добить обидчика.

В довершение ко всему я бы добавила, что я сама то ли от природы, то ли от проклятья крайне самодостаточная девушка. Я люблю быть одна, погружаться в собственный внутренний мир, в книги или природу вокруг. Думаю, не стоит говорить, что у меня нет друзей, и никогда не было. У меня нет даже сносных знакомых.

А Северная Видьят - это не только единственное место в нашем мире, где обучают артефактников, но и просто огромное учебное заведение. Я бы даже сказала, заслуженно коронованная Высшая Школа Колдовства. Вообще-то в Империи их четыре, не считая мелких, совсем слабеньких дарсан*.

Дарсаны никто не считает за учебное заведение до такой степени, что даже в официальных грамотах пишут их имена с маленькой буквы. К примеру: для лечения простуд в деревнях хватит обучения в дарсане, а вот должность в имперской гвардии может получить только тот, кто закончил одну из Видьят. Выше ценится только обучение у темных и светлых эльфов, но у них даже для сородичей слишком жесткие стандарты, что уж говорить о других расах. Так что для нашей Империи, да и для всего мира и парочки соседних, Южная, Восточная, Западная и Северная Видьят по праву считаются лучшими учебными заведениями, которые не только дают наивысшее по качеству образование, но и служат многим политическим, экономическим и культурным целям. Там учатся представители всех рас для того, чтобы укрепить дружбу и понимание между подрастающими поколениями.

В нашей истории были целые кровавые эпохи воин одних с другими. В те времена гибли миллионами только потому, что остроухие ненавидели клыкастых, или, скажем, любители волчьих шкур презирали обычных короткоживущих.

Примерно три тысячи лет назад из-за особо кровавой и продолжительной войны были полностью уничтожены красные эльфы, и на грани уничтожения оказались оборотни с вампирами. Но если вы думаете, что гибель целой расы утихомирила остальных, то совсем наоборот. Этот факт воодушевил оставшихся на еще большие распри. И когда уже казалось, что кровь будет литься вечно, случилось маленькое чудо или большая беда, это как посмотреть. Ткань реальности разорвалась настолько, что наш мир оказался на грани гибели.

Первыми умерли Боги. Три Бога-Стража погибли мучительной смертью, из-за чего в мире появились ядовитые ветры, сильнейшие проклятья, кровожадная почва в некоторых лесах и еще куча всякой пакости, с которой сейчас приходиться мириться, потому как бороться нереально. Появилось такое уникальное явление, как Прорывы. Остальные небожители с трудом удерживали захватчиков, которые стремились поглотить нашу магию, души и силу наших Творцов.

Но, как бывает в самый страшный момент, - появились герои. Ими стали несколько магов и артефактников. Они принесли себя в жертву, но спасли наш мир. После этого ужасающего события четверо магов все-таки выжило. Они-то и основали четыре Видьят в четырех уголках Империи, как самого большого из государств. За что их и прозвали Основателями.

После этого крупных войн не было. И оставшиеся счастливчики, скрипя зубами, принялись налаживать дружеские контакты. Между нами говоря, я уверена, что даже спустя тысячелетия у них не слишком выходит, но так есть и по-другому, наверное, не будет.

Мои немногочисленные попытки общения с разными расами не приводили ни к чему хорошему. Рано или поздно всегда кто-то страдал. Либо я, от разочарования и душевной боли, либо они - от неудавшейся попытки убить меня или победить в каком-нибудь бою, споре, соревновании. Со временем я научилась не искать дружбы или любви от других, а от артефактников мой дед меня, по неизвестным причинам, прятал, как самую большую ценность.

И вот теперь мне предстояло отправиться туда, где вместе пытаются ужиться самые разные существа с историей вражды в крови от сотворения мира. В место, где каждый будет видеть во мне либо соперника, либо сладкий кусок. В место, где мне придется притереться с теми, кому я не могу навредить и кого боюсь. Не думаю, что кто-то бы на моем месте особо сильно радовался переезду.

Я собирала свои пожитки вместе с провинившийся тенью. Эта паразитка пыталась скрыть от меня факт предательства. Надеялась, что я не смогу прочесть ее прошлое. Ссориться со своей тенью - все равно, что ссориться с собой, но у нас с ней такие отношения, что одной ссорой больше, одной меньше - ничего не изменит. Уверена, что если бы она могла сбежать от меня или убить, то: сделала бы это, не слишком долго раздумывая. Нет, обычно артефактники ладят со своим тенями, потому что именно они являются проводниками силы из нашего Дэса в реальный мир, они же и двери в него. Но я, похоже, исключение из всех правил.

После полуночи со сборами помогал Даремор, и его умиротворенное, всегда невозмутимое и надменное лицо успокаивало. За несколько дней плотного общения с этим вампиром я даже стала ловить себя на том, что невольно копирую его манеру говорить, движения и выражение глаз. Он всегда появлялся бесшумно. Вот и в этот раз его появление стало сюрпризом.

Я только закончила упаковывать любимые книги, которые старательно откладывала в отдельную стопку, и рухнула перевести дух в одно из кресел. Тень, распластавшись на ковре, старательно превращалась то в одно ругательное слово на эльфийском, то в другое, чем выводила меня из себя.

Внезапно из потолка, прямо в центре комнаты показался вампир в своем обычном сером костюме: рубашке с белоснежным воротником, камзоле с широкими лацканами и коротком жилете. Он прошелся по потолку, шагнул на стену, прошелся по ней и, наконец, оказался около моего кресла. Мы с тенью молча наблюдали за его передвижениями. И я невольно поразилась его идеальной осанке. Не вампир, а просто скала! Статуя из церейского гранита, а он, как известно, самый прочных из минералов. Его лицо, как всегда, было непроницаемо и совершенно спокойно.

- Прошу простить меня, госпожа! - проговорил он вместо приветствия.

- За что? – тут же брякнула я.

- Я опоздал на четверть часа, - спокойно ответил он. - Сие, конечно, не моя вина, а поварихи, изволившей задержать меня на кухне, но все же с моей стороны - непозволительная дерзость.



Тень превратилась в горизонтальную запятую с двумя точками под изгибом хвостика, что на эльфийском означало: "?!", а на гоблинском: "Что за хрень несет этот придурок?!". Я не выдержала и рассмеялась. Вампир, конечно же, заметил издевку моей тени, но тактично или высокомерно проигнорировал ее шутку. По нему никогда нельзя понять: тактичен он или просто считает всех вокруг себя ниже собственного достоинства. Интуиция подсказывала, что даже в нашем императоре меньше высокомерия, чем в этом дворецком.

- Тень госпожи желает и дальше посмеиваться над моими словами? - совершенно серьезно, без тени сарказма спросил он. - Если так, то я готов продолжить говорить о событиях сегодняшнего дня или рассказать анекдот, чтобы у нее были поводы шутить.

- Эй! - поспешно вмешалась я, пока она не дала согласие на это гнусное предложение. - Ты не обязан выполнять ее приказы. Она же просто клякса на полу!

Тень ответила мне чередой таких выражений на ковре, что я едва не покраснела.

- Тень - слуга моей госпожи, а значит, в определенном смысле, и моя хозяйка, - уверенно ответил Даремор.

- Вот еще! - фыркнула я. - Она, - я ткнула пальцем в ругательства, - всего лишь тень! А я не твоя хозяйка, а только внучка твоего господина!

- Боюсь, я не могу с вами согласиться, госпожа...

- Все! - перебила его я, потому что мы уже столько раз спорили на эту тему, что еще один раз - и меня стошнит.

- Как будет угодно, - тут же едва заметно кивнул он. И предусмотрительно не назвал меня 'госпожой'. - Так же хотел бы сообщить, лура*, вас желает пригласить к себе в кабинет мастер Ратри.

- Да? С чего бы это? - напряглась я.

Дед не желал говорить со своей непутевой внучкой со времени взрыва. Все приказы и мнения передавал вампир.

- Не могу судить о решениях мастера, - уклончиво ответил мне он.

Я пристально всмотрелась в его лицо - и ничего там не обнаружила. С таким же успехом можно было обращаться с вопросами к небесам. Вздохнула и поднялась из кресла. Все мои инстинкты говорили, что ничего хорошего из этой беседы не выйдет. У меня уже не было надежды на то, что я смогу избежать попытки обучения в Видьят.

- Лура Веселина, - вежливо окликнул меня вампир, когда я уже почти вышла за дверь.

- Что-то еще? - обернулась я.

- Ваша тень продолжает сыпать шутками в мой адрес и, похоже, не желает покидать эту комнату, - он говорил совершенно спокойно.

Просто, по мнению этого вампира, тень всегда должна быть при своем хозяине. Кстати, похожее мнение у него было и в отношении своих обязанностей.

Я только махнула рукой. Пусть она сама решает, что ей делать.

После взрыва в поместье пару дней был переполох, а потом наступила тишина. Слуги, словно боясь спугнуть удачу, которая так милосердно погладила своим хвостом моего деда и убедила его отправить меня в далекие края, попрятались. Каждый раз выходя из своих покоев, я не находила ни одного из них. С момента судьбоносного решения мастера моя жизнь словно застыла в вязком киселе, а я превратилась в муху, которая все еще живет, но тиски, застывающие на лапках, этот вопрос не слишком волнует. Я ждала отъезда и чем больше думала об обучении, тем больше понимала, что не продержусь там и года.

Из-за проклятья на мне не было никакой защиты, какая бывает на всех артефактниках. По сути, я не слишком отличаюсь от обычного человека. Если меня захотят убить, когда я не буду к этому готова, скажем: во сне, то фокус будет иметь успех. Я не то чтобы сильно опасалась за свою жизнь. В конце концов, в каждой Школе гибло не больше дюжины учеников в год. На моей стороне была статистика. Но все же...

За годы жизни со спящим проклятьем внутри, я свыклась с мыслью, что умру именно от него. Гибнуть от рук юного оборотня было бы просто несправедливо.

Но, дело не только в том, что я - лакомый кусок для многих, если не для всех в Видьят, а еще и в том, что как бы я ни хорохорилась, а артефактник из меня и правда никакой. Что-то простенькое я соорудить, конечно, смогу. На уровне обычной ведьмы, но для любого из моей расы это даже не уровень малолетнего ребенка, а просто шутка. К артефактникам совсем иные требования и стандарты. Дедушка в этом вопросе совершенно прав. То, что позволительно другим - никак нельзя нам. А в этой школе я встречусь с другими артефактниками, с теми, кто уже сейчас, наверняка, может сотворить какой-нибудь амулет для защиты дома на три сотни лет от всех бед. А что могу я? Милую безделушку для привлечения внимания и страсти в три часа? Уверена, что за такую прелесть знахарки получают прилично с подвыпивших мужей в деревнях, но мне с этого ничего не будет. Заговорить дверь, чтобы она пускала только владельца? Так это может любой столетний рожденный вампиреныш, прячась от матери в кладовой. Нет, и еще раз нет! Для артефактника все это смешно, нелепо и глупо. Я просто стану посмешищем среди своих, причем, совершенно заслуженно. А если дед даст рекомендации, и меня не вышвырнут после первого же серьезного испытания, то я стану еще и самой бездарной выпускницей лучшей из Видьят. Смех сквозь слезы, да и только!

Размышления одолевали меня так сильно, что я забыла и о том, где нахожусь и куда бреду по этим пустым коридорам. Мастер Ратри знал свою внучку прекрасно, поэтому нужная дверь просто выросла передо мной, когда я в очередной раз повернула. Естественно, я врезалась лбом в дубовые доски. Звук получился знатный. Скорее, даже гонг, чем удар или стук, а если учесть и мой стон с тихими ругательствами, то даже призраки в подвале с вином уже были в курсе, что я нашла кабинет дедушки. Дверь открылась только после приказа мастера, и я ввалилась к нему, потирая ушибленный лоб.

- Ты прошла мимо моего кабинета трижды! - укоризненно начал он. - Поэтому я решил, что будет проще просто подвинуть сам вход, чем ждать, когда ты все-таки соизволишь постучать!

- Угу, - жалобно буркнула я. - Я так и поняла! Спасибо! - последнее слово я произнесла со всем сарказмом, на какой была способна, но родитель и бровью не повел.

Он сидел за большим столом с резными ножками в виде лиан и плетений плюща. Выточенные веточки, покрытые лаком, иногда потягивались и заползали на столешницу, желая вырасти еще выше. Лепесточки подрагивали, словно от ветра, и тянулись в сторону двух больших окон, ближе к свету. Около живого стола располагались два низких кресла с высокими спинками. За столом было еще одно кресло, только раза в два больше. На нем и восседал Элвин Ратри. За его спиной располагался высокий книжный шкаф до самого потолка, а по бокам от него шли два больших окна с цветными витражами в виде бескрылых драконов. Вся эта красота располагалась на большом ковре со странным рисунком раскрытой звериной пасти с четырьмя рядами огромных зубов. Уверена, что если потребуется, этот ковер сожрет любого незваного гостя вместе с мебелью и документами, которыми тот гость-неудачник захочет поживиться. Вдоль двух стен располагались многочисленные полки, сундуки, кое-где висело оружие и картины. Была парочка совсем маленьких и незаметных дверей. А рядом с той дверью, которая меня все-таки пустила, была нарисованная углем еще одна, похожая. Имелось несколько круглых столиков на одной ножке в форме стебля с корнями.

Мастер Ратри с самым серьезным видом перебирал какие-то грамоты и бумаги. На столе было раскрыто несколько толстенных книг. На чуть вытянутом лице застыло немного нервное выражение, как будто его что-то беспокоило, но не настолько, чтобы придавать этому слишком уж большое значение. На лбу залегли три глубокие морщины, что превращало дедушку в настоящего старика. На самом деле этот мужчина редко когда походил на мудрого старца, доживающего свои последние десятилетия. В нем еще чувствовалась сила. Высокий, поджарый, с ярко-голубыми миндалевидными глазами. Его когда-то темно-синие волосы уже украсила седина, из-за чего они казались серыми. А короткая ухоженная бородка по линии подбородка - дымчатой.

Мне нравился мой дедушка не только, как прекрасный родитель, но и как мастер, столького достигший и при этом не чокнувшийся. За свою долгую жизнь он видел столько, что имел полное право под старость лет сойти с ума, и никто бы его за это не осудил. Но, он передумал доставлять такую радость многочисленным врагам и завистникам. Точного возраста моего дедушки не знал никто, но уже, несомненно, за полтысячи перевалило. Я знала точно одно - мы с ним последние из рода Великих артефактников Ратри. А учитывая все факты, связанные со мной, то с его уходом из этого мира закончится и целая эпоха по-настоящему сильной магии.

Его тени в кабинете не было. Наверное, опять сбежала по каким-то срочным поручениям. Он мельком глянул на меня. Еще сильнее нахмурился и снова углубился в изучение какого-то документа. Я стояла, не решаясь ступить на смертоносный ковер. Да и будущей беседы опасалась. Может быть, дедушка решил, что ссылка в Школу - слишком мелкое наказание за очередное разрушение родового гнезда.

- Где твоя тень? - наконец спросил он, не поднимая глаз.

- Мы с ней разошлись во мнениях, - дипломатично ответила я. - Она осталась в комнате.

- Сколько раз я тебе говорил, что ты еще слишком молода, чтобы отпускать тень от себя? Она всегда, слышишь меня, всегда должна быть в поле твоего зрения! - его тон с каждым словом становился все строже.

- Деда! - взвыла я. - Она невыносима!

- И что с того? Ты тоже!

- Я могу использовать свой дар и без нее, - буркнула я и тут же об этом пожалела.

Мастер ударил по столу, вскочил на ноги и взревел так, что зазвенели стекла с драконами:

- Нет! Лина, ты никогда не будешь использовать свой дар без посредничества своей тени! Никогда! Иначе проклятье... - он резко умолк, и в глазах его промелькнула такая боль, что у меня сердце сжалось от стыда. - Как ты не понимаешь? - с тоской проговорил он после паузы. - Ты - все, что у меня осталось. Ты - последняя из нашего рода. Я просто не вынесу, если потеряю и тебя! Неужели тебе настолько плевать на себя, на меня, на жизнь?

- Прости меня, пожалуйста! - повинилась я.

- За что? Ты легкомысленна, и не понимаешь, что в твоем случае каждая ошибка может стать роковой, и тогда всему конец!?

- Я все понимаю, я глупость сказала, - я была близка к тому, чтобы просто разреветься от чувства вины.

Он пристально посмотрел на меня и неожиданно ухмыльнулся.

- Что, она опять ругается на эльфийском, а ты не смогла ее переспорить?

- Ты сам все понимаешь! - надулась я. - Она редкостная хамка, а я девушка приличная и не могу позволить себе подобных выражений.

- Так уж и "приличная"? - его глаза сверкнули. - Ладно, с твоей тенью я побеседую еще, а сейчас иди сюда, нам надо серьезно поговорить.

Мое сердце принялось паковать чемоданы с робкой надеждой, что уж ему-то дадут смыться. Когда мой дедушка говорит о серьезности беседы, лучше сразу молиться. Мой дедуля - один из самых непредсказуемых разумных. Никогда нельзя быть полностью уверенной в том, что он скажет или сделает. Он много раз прощал мне шалости и откровенные глупости, но иногда его лицо приобретало странное выражение, и начинались разговоры на 'серьезные' темы. После подобных бесед моя жизнь, как и жизнь прочих счастливчиков, всегда претерпевала разительные изменения. Для сравнения: короткая беседа, после которой я собираю чемоданы - не относилась к серьезным темам.

Я прошла по пугающему ковру и присела в одно из кресел. Ратри устало опустился в свое и взглянул на меня. В глубине его глаз больше не читалась боль, а что-то совсем иное. Если бы я знала своего дедушку чуть меньше, то решила бы, что это страх и сомнения. Мне от такого положения дел стало совсем неуютно, но я не решалась начать разговор первой.

Он глубоко вздохнул и взял в руки документ, который перечитывал, пока я топталась на пороге. Снова посмотрел на меня и, слава музам, я догадалась, что пергамент имеет прямое отношение ко мне.

- Как ты понимаешь, обучение в Видьят для первогодок, уже началось, - начал он, - но мне удалось похлопотать. Я знаю одного танара*. Он преподает там уже не первый век и имеет большой вес. Ему удалось уговорить Главу Школы принять тебя уже после всех испытаний.

- Почему все так сложно? - не поняла я. - Ты же, наверняка, знаешь и Главу, и еще кучу важных персон. Тот же Император может издать специальный указ, если потребуется. Не думаю, что он тебе может отказать в такой мелочи, как протекция.

Дедушка прищурился, и на мгновение его зрачки стали вертикальными, что говорило о вспышке гнева. Впрочем, недовольство в нем прошло так же быстро, как и появилось. Он рассмеялся и откинулся на спинку кресла.

- А ты очень умная девочка, Веся! - заискивающе заметил он. - А еще до крайности избалованная молодая лура. В дни моей молодости юные аристократки всячески стремились скрыть свои связи, старались казаться вежливыми скромницами, а ты уже решила, что раз из известного рода, то и делать ничего не надо...

- Я не это имела в виду! - возмущенно перебила я. - Я просто правда не понимаю, зачем тебе обращаться всего лишь к танару, когда ты мог бы сразу обратиться на самый верх?

- Да, - дед погладил кончиками пальцев короткую бороду, - я мог бы. Но, дело в том, что мне хотелось бы скрыть твое происхождение. Я не уверен, что в Школе так уж безопасно для тебя, как утверждает ее Глава. Он, видишь ли, сообщил мне, что в стенах этого заведения просто не может погибнуть артефактник. Но, я не склонен ему доверять в этом вопросе. Поэтому на учебу ты отправишься под другим именем - никому не известная первая представительница артефактников среди людей.

- Людей?! - ахнула я.

От моего визга ближайший столик с парой фолиантов дрогнул и отшатнулся в сторону.

- А чего ты хотела? В нашем мире рождение каждого сына или дочери в роду артефактников не может пройти незамеченным, даже полукровки наперечет, потому что из них выходят прекрасные маги! Нас слишком мало осталось, чтобы не беречь каждого. Мы должны умирать в войнах и битвах, а в промежутках нас холят, словно фениксов. Так что мы с танаром подумали и решили, что лучше всего будет выдать тебя за человеческую полукровку, но с полноценным даром. По всем грамотам и документам ты теперь человек, но магии тебе от папочки досталось столько, что тебя можно счесть полноценным артефактником. В такое, пусть с трудом, но поверят. А учитывая, как ты работаешь с силой, никто не усомнится в том, что ты человек.

- Ну, спасибо! - обиделась я. Нет, понимаю, что деда на меня обижен, но сравнивать меня с человеком!

- Не злись, - примирительно улыбнулся он. – Но, другого пути просто нет. Если я объявлю, что у меня есть внучка... - он резко помрачнел.

Опять эти его тайны, связанные с моим прошлым и моими родителями! Так и подмывает спросить, но знаю, что он не ответит ни на один вопрос.

- Впрочем, не важно! Главное, что ты должна усвоить, так это то, что ты теперь Веселина Ристит. Жила в восточных землях графства Нуши и потому мало что знаешь о силе настоящих артефактников, но тебя учил неплохой маг из светлых эльфов. Эта версия прекрасно объяснит, почему ты в совершенстве говоришь на эльфийском. И к твоей своенравной тени вопросов тоже не будет. В Империи бытует мнение, что наша сила не уживается с магией эльфов. Отсюда и будут все твои проблемы. Твоя мать была рабыней при одном из придворных. Ее предложили в качестве награды за работу кому-то из заезжих артефактников. Так мир получил тебя. Потом твою мать выкупил маг-эльф, а когда стало понятно, что ты на редкость талантлива, пристроил тебя в Видьят. Мой друг уверен, что вопросов или уточнений у учеников это не вызовет, у танаров тоже.

Я подумала и согласилась с мастером. Действительно, никаких вопросов не будет. Рабство среди людей - нормальное дело. И расплачиваются они с магами за работу не только драгоценностями или имуществом, но и красивыми девушками. Такая история действительно могла случиться в реальной жизни.

- А как же мои воспоминания? - спохватилась я. - Понятное дело, что я могу и соврать, могу придумать с десяток семейных историй. Но как быть с клятвой? Ведь все ученики приносят клятву Видьят, а при этом обряде нужно назвать реальное имя! А если меня опять проклянут или наложат какое-нибудь заклятье на правду или еще какую пакость сотворят? Я же раскрою себя в пять минут!

- Ты, я смотрю, решила, что твой дед совсем ума лишился, - рассмеялся мастер Ратри. - Не волнуйся об этом! Мы сотворим тебе такие воспоминания, что даже я поверю, что ты и правда, человечка! В этом проблемы нет. Тут другое, - он потряс пергаментом, - единственный шанс принять тебя в Видьят и при этом не вызвать вопросов - это испытание твоих способностей.

- Я должна буду при Главе сделать артефакт? - уточнила я, уже злорадно потирая руки.

- Нет, Главе не по статусу обращать внимание на простую ученицу, к тому же полукровку. Ты пройдешь испытание здесь, дома. И если Совет танаров решит, что твоя безделушка и правда сильнее тех глупостей, что творят ведьмаки, то тебя примут в Школу, и ты успеешь прибыть туда еще до обряда принесения клятв.

- Но... - начала я, вжимаясь в спинку своего кресла.

- Никаких возражений и слышать не желаю, Веселина! - сурово произнес мой дед, хотя, несмотря на серьезность, в голосе слышались смешливые нотки.

Он встал, обошел свой стол и подошел ко мне. Я глянула на него самыми несчастными глазами. Он улыбнулся и крепко обнял меня.

- Я понимаю, что ты боишься, - сочувственно прошептал он мне на ухо, - но я верю, что это поможет тебе выжить в нашем мире!

- Хм, родителям это не слишком помогло, - ответила я.

- Да! - кивнул он, выпрямляясь. К моему удивлению, он даже не разозлился от того, что я упомянула родителей. Обычно дед сразу начинал нервничать, стоило мне только вспомнить маму или папу. - Именно поэтому я уверен, что тебе нужен опыт плотного общения с другими расами. Если ты так и не научишься защищать себя, то сможешь вернуться сюда. Ты не совсем обычная девушка - и я это понимаю, - но возможно, учеба откроет в тебе новые черты характера. Поможет обуздать дар. Ты встретишь новых друзей, влюбишься!

Он говорил правильные вещи, пытался меня успокоить, но я чувствовала в его голосе сомнение. Он сам не верил в то, что говорил. Артефактников слишком часто убивают. Врагов слишком у нас много, а нас слишком мало. Когда-то род Ратри был не просто маленькой семьей, а почти кланом. Сейчас же нас осталось двое.

Мы прошли к нарисованной двери. Я последовала за дедушкой молча. Говорить было не о чем. Ситуация не та, чтобы что-то еще обсуждать. Решение принято. Хотя сказать мне хотелось многое, только все по большей степени не совсем цензурное и близкое к тем словечкам, что выводила моя тень.

Дедушка протянул руку к криво нарисованной ручке - и та моментально превратилась в нормальную, латунную. За ней следом и вся дверь стала привычной. Правда, превращение двери всегда сопровождалось выбросом магической пыли. Пока эта мерцающая дрянь кружилась в воздухе, я закашлялась. Частички магии, как песок забили нос и глаза. У меня, похоже, аллергия на этот вид магии. Выразительно чихнула, проходя за мастером в его лабораторию.

- Здорово, болезная! - моментально съехидничал материализовавшийся хранитель лаборатории.

- И тебе не хворать, Сима! - вторила ему я.

Призрак в полупрозрачном саване зашипел. Он терпеть не мог, когда я называла его Симой. Дело в том, что Симануэль Ройгерт был при жизни одним из учеников дедушки, а после смерти стал неприкаянным призраком. Чуток слетел с катушек, как бывает часто среди призраков, и явился пугать мастера видом свои прозрачных ручонок. Ничего у него, конечно, не вышло. Дедушка привязал его к дому и взял клятву служения на ближайшие века. Так что сейчас этот призрак был чем-то вроде второй защиты родительской лаборатории. Если в нее кто-то проникнет, то этот Сима встанет на защиту фамильных секретов.

Ратри подошел к большому столу и принялся оглашать список необходимого для колдовства. Предметы принялись летать по огромному залу. Сам же маг направился к книжным полкам. Он выбрасывал себе за спину фолиант за фолиантом. Те делали пару кульбитов в воздухе и послушно замирали. Несчастный бывший ученик размазанным пятном метнулся к мастеру и, бурча что-то о правах несчастных призраков, принялся относить книгу за книгой на стол. Я же забилась в уголок и постаралась стать незаметной. Еще не хватает, чтобы дедушка что-то забыл и вместо нужного зелья приготовил что-то отравляющее. К тому же с него станется сделать мне такую биографию, что взвоют вурдалаки от жалости. По полу поползли шкурки каких-то змей. Над головой пролетело несколько скелетиков ворон. Мимо меня то и дело прыгали разные склянки и шкатулки. А я, скромненько забившись в уголок, наблюдала за работой настоящего профессионала.

Лаборатория мне нравилась. Она была целиком создана в виде пространственного кармана. У нее не было точных размеров. Она легко могла вытянуться вверх, в длину и ширину. Думаю, что даже сам дедушка не знал точно, что именно хранил в своей лаборатории. К тому же в стены были вмурованы сильнейшие артефакты-поглотители. Любой промах в магии стены этой комнаты поглотят и не заметят. В полу имелись кристаллы подпитки, которые могли позволить работать столько, сколько нужно, не думая о резерве магии. В этом, конечно же, неоспоримый плюс артефактников перед теми же магами, которые, израсходовав себя, просто падали без сознания или даже умирали.

Минут десять вокруг царила суматоха, но когда в пятилитровый котел влили воду из эльфийского источника Чистоты, все как-то резко стихло, и я решила подойти ближе. Под котлом плясал синий разумный огонь. Над котлом парил вечно недовольный страж, а дедушка что-то напряженно выискивал в ящиках стола. Наконец, на свет был выужен приличных размеров сверток из самых разных пергаментов. Тут была и вампирская бумага, и человеческая, и обрядовая для посвящения оборотня в клан. Боги милостивые, да чего здесь только не было!

Я с восхищением, едва не роняя голодную слюну, рассматривала куски чистой бумаги для самых разных целей. Весь диапазон возможностей, который был доступен благодаря таким артефактам, невозможно вообразить. Да любой архимаг удавился бы на поясе от собственной мантии ради того, чтобы иметь доступ к такому сокровищу! А у моего дедушки эти редкости просто валялись в ящике стола! Похоже, некоторая легкомысленность поступков свойственна не только мне, а всему роду Ратри.

Наконец, мастер достал из кипы нужный пергамент. Я крик сдержала, а вот призрак нет.

- Тьма ужасающая, это же... это же...Пергамент Души! - осипшим голосом выдал страж. - Как?!

Действительно, Пергамент Души - это не просто бумага, сделанная из растений или из чьей-нибудь кожи! Эта вещь творилась самими духами рода, Богами, иногда старыми драконами из самой ауры живого существа. Это был не просто слепок энергии, как в обычной магии. Ауры в этой бумаге было так много, что она становилась осязаема. Сколько именно нужно жизней, чтобы создать хотя бы один свиток - не знал никто, даже учебники расходились во мнениях по этому вопросу.

Пергамент походил своей структурой на саван призрака: тоже был прозрачным и слегка светился, только зеленоватым свечением, а не белым. Дедушка аккуратно взял свиток. Кисти его рук тоже стали полупрозрачными и зеленоватыми. Потом он медленно оторвал от пергамента тонкую полоску и протянул оторванный кусок призраку. Страж подлетел, подхватил магическую редкость. Спрятал в ладонях, как прячут птенчика, и легонько дунул в кулак. Через пару секунд в его руках был уже полноценный свиток из ауры, только куда более тонкий и тусклый, чем его старший собрат.

Дедушка спрятал пергамент к остальным и снова засунул весь ворох в стол. Затем щелкнул магический замок на одной из шкатулок, и в воздух поднялось призрачное перо. Нет, перо-то было самое обычное, пока мастер не приказал артефакту стать призрачным. Страж лаборатории без команды забрал его себе и приготовился писать.

Я ошарашенно начала оседать на пол. Одно дело знать, что твой дед - великий артефактник, и совсем другое - видеть этому подтверждения, причем в таком количестве всего за несколько минут. Никогда раньше мастер не показывал мне столько своих профессиональных секретов. Все наше пребывание в его лаборатории ограничивалось простыми проектами, которые я, по его мнению, могла потянуть, а сейчас на моих глазах творилось настоящее искусство.

Я упала бы, если ко мне не успел бы подскочить один из овальных стульев. Я только охнула, а стул, поскрипывая ножками, придвинул меня ближе к столу.

- Деда, а может... - рискнула подать голос я.

- Нет, Лина! - отрезал артефактор. - Мне нужно, чтобы у тебя была не просто ложь, а реальная жизнь! Такая, чтобы ни один маг, вампир или охотник не смог увидеть в тебе истинного артефактника! А это возможно, только если на твоей ауре, на твоем разуме будет печать событий, будет след в твоей крови и запахе кожи. А такое получится, только если применить магию самих Богов, пусть и младших! Не хочу, чтобы твоя жизнь оказалась на волоске только от того, что какой-то вампир тебя кусанет и не распробует в тебе человека!

- Ты думаешь, меня будут кусать?!! - заорала перепуганная я.

- А ты думаешь, нет?! - насмешливо переспросил он.

Вообще-то я и не надеялась, что в Видьят меня никто не тронет. Тронут, конечно, и не раз, и даже не два...

- Артефактор из тебя, как из оборотня нимфа, но вот маг ты приличный, Лина. И пусть ты сейчас меня ненавидишь и не веришь мне, но и воин неплохой. С тобой занимались лучшие, и то, что ты еще ни разу сильно не пострадала от своих экспериментов с артефактами, говорит о том, что у тебя прекрасная реакция и интуиция. Не понимаю, с чего ты в себя не веришь, но я, как твой опекун, обязан позаботиться о любой случайности, - невозмутимо продолжал мастер объяснять мне простые истины и одновременно сыпать в котел порошки и прочие ингредиенты. - Сама понимаешь, что даже хороший морок в сознании легко развеять. Твоя ложь может быть прекрасна, но никто не застрахован от случайностей. Ты можешь быть одурманена, очарована вампиром, пьяна, отравлена, в бреду, в конце концов, и выложишь посторонним то, что сократит твои шансы на выживание. А с Пергаментом Души воспоминания станут реальными для всех, кроме тебя. Ты будешь говорить о них, как о правде, думать, как о правде, и никто не усомнится. У твоей крови будет привкус человека, а полукровка не так привлекательна для вампиров. Оборотни тоже вряд ли заинтересуются человечкой с каплей нашей магии.

Я слушала его молча и понимала, что он прав, но от его предположений, что со мной может случиться в этой забытой Тьмой Школе, мне стало резко нехорошо. Я сама себе уже нафантазировала столько всего, что мутило от предстоящего не хуже, чем от рвотного зелья; но меня успокаивала мысль, что это все страхи молодой и глупой девушки, а когда о том же самом спокойно говорит опытный мастер... В общем, к концу его пламенной речи мне стало казаться, что дед задумал меня прибить, просто на старости лет решил провернуть это дело с размахом и чужими руками!

- Ты чего побледнела? - озаботился мастер Ратри.

- Ничего, - честно призналась я, - просто думаю, что мне пришла полнейшая Мгла!

- Ты вся в бабушку пошла! - отмахнулся он, отходя от стола к небольшому шкафчику с зельями. - Та тоже любила вечно все драматизировать раньше времени! Знаешь, как говорят: не кричи, пока зомби весь из могилы не вылезет! Лучше начинай думать о своем детстве, придумай пару интересных моментов, нелепых историй. И про любовь не забудь! Пусть в тебя влюбится... ну, бастард этого эльфа что ли...

- Деда! - снова возмутилась я.

- Что, деда? Хочешь в Видьят приехать не целованная ни разу?! Дело, конечно, твое, только у многих рас полноценная невинность - редкостный деликатес или трофей.

- Я никогда еще...

- Врешь! - заявил дедушка. - А кто своими ментальными прыжками по чужим разумам довел до нервного срыва всех девушек в округе? Это же кошмар! Приличная девушка, а ведет себя... это же хуже, чем в замочную скважину подсматривать!

- И ничего я такого не делала, - буркнула я, краснея.

Да, было пару раз. Я залезала в головы своих знакомых девушек, местных дворянок. Да, я видела их воспоминания о балах, кавалерах и любовных приключениях. Но видеть и чувствовать чужие воспоминая - это не то же самое, что иметь свои! Похоже, но не то! Это были их поцелуи и их объятия. У меня же еще никогда ничего подобного и ни с кем не было...

- Ладно, - решилась я. - Я придумаю что-нибудь...

- Не 'что-нибудь', - назидательно поднял палец вверх дедушка, - а Первую Любовь!

- А может, я не верю в любовь?! - недовольно прошептала я.

Дедушка как-то долго и печально на меня посмотрел, но ничего не сказал.

Следующие приготовления прошли в молчании. Потом мастер Ратри принялся надиктовывать призраку биографию Веселины Ристит. Я вставляла свои коррективы. Призрак тоже вносил свои советы. Мы спорили и возмущались друг с другом, как торговки на базаре. Через три часа и километры сожженных нервов моя новая жизнь была готова и записана на Пергамент. После чего дедушка забрал себе лист и перо. Внимательно перечитал написанное, внес пару поправок в уже готовую историю жизни. Еще раз прочел с выражением. И мне, и стражу лаборатории понравилась написанная жизнь. Получилось в меру драматично, в меру смешно, в меру обычно и при этом весьма реалистично. Я бы поверила. Пришлось сохранить мне девственность. Призрак верно подметил, что вкус и запах невинности скрыть надолго не получится, поэтому историю про мои любовные приключения пришлось сократить до объятий и поцелуев под луной. Так что полной невинностью я похвастать уже не могла, ибо возжелала мужчину, но и не была еще полноценной женщиной, познавшей все прелести жаркой страсти.

Пергамент отправился в котел, и мы прождали еще примерно час, пока варево не сменило цвет на болотно-зеленоватый. Затем мастер раскрыл обе ладони над котлом, словно грелся у костра. Наступила полная тишина. Лично я как-то резко расхотела дышать. От дедушки исходила такая сила! Не просто магия, а Сила! Сила, способная творить реальности, материю из эфира, эфир из небытия, сущность сущего из безвременья. Совершенно неописуемое ощущение. Ты лишь прикасаешься к чему-то настолько могущественному, что просто не можешь оценить полный масштаб происходящего. Прекрасно, торжествующе и ужасно в одном сладостном бокале.

Содержимое котла изменилось. Святящаяся изнутри жидкость взмыла в воздух, зависла над нашими головами. Потом превратилась в густое облако эфира. К нему можно было прикоснуться, почувствовать чудо, и я с трудом сдержала свои цепкие ручонки. Мгновение - и глаза резанула вспышка света. Эфир превратился в энергию. Вокруг искрящегося зеленого шарика по кругу вращалось еще несколько более мелких светлячков. Они оставляли за собой шлейф из магической ауры, и это было так красиво! Результат многочасовой работы самого опытного из артефактников мог легко уместиться на ладони. Что он и сделал. Шарик спланировал к создателю, замер в паре сантиметров от его правой руки.

- Рот открой! - насмешливо попросил дед.

- А-а…? - не поняла я.

И в этот момент шарик энергии нырнул мне в рот. Это как проглотить крупную пилюлю. Но часть энергии забила мне глаза и нос.

Ощущения были странные. Перед мысленным взором вставали картины никогда не происходящих событий. Я видела, как меня обнимает мать, которой никогда не было, как она успокаивает меня, а я тру мокрые от слез глазки. Вижу, как она же замахивается на меня большой деревянной ложкой, потому что я пытаюсь стащить кусок сырого теста. Сотни самых разных воспоминаний, связанных с женщиной, которой никогда не было, которая никогда не была мне матерью, а я ее дочерью, но все же я любила ее...

Были воспоминания и о благодетеле-эльфе, который строго следил за тем, чтобы я знала все наречия эльфийского, знала этикет общения у эльфов, и даже нанял для меня учителя-дроу, чтобы диалект темных остроухих был для меня, как родной. Он никогда не любил меня, но чувствовал во мне приличный потенциал мага. Считал, что грешно перед Богами не развивать такое дарование. Фактически он вел себя со мной так же, как и со своими бастардами. Мудрый эльф считал, что пусть все его дети и не станут полноценными членами клана и рода, ибо полукровки, но должны получить достойное образование, чтобы иметь шанс на хорошую карьеру в любом месте. Ко мне было похожее, очень похожее отношение. Общение с прочими детьми, как наследниками, так и случайными у меня было паршивейшее. Они презирали меня и всячески унижали. Отчего я и выросла чуток запуганная и скромная.

Когда волна воспоминаний схлынула, и я смогла вернуться к своей реальной сущности последней из рода, Веселина Ристит, девушка-полукровка от человеческой рабыни и чистокровного артефактора с неизвестным именем восемнадцати лет от роду встала передо мной, точнее во мне, в полный рост. Я знала об этой девушке все и в любой момент легко могла решить, что она - это я. Требовалось лишь мимолетное внимание, и я моментально вспоминала другое свое прошлое: другие уроки, другую жизнь. В которой я - Веселина Ратри - последняя из великого рода, наследница мощи и богатств, а еще самая большая мишень среди всех артефактников этого мира. А кто вообще сказал, что жить легко? Зато весело! Смейся Веселина, смейся и готовься к боль-ш-шим неприятностям!

- Ну, как? - первым полюбопытствовал призрак, вертя у меня перед глазами своими прозрачными костяшками, вместо пальцев.

- А ты знал, что в шесть лет я упала в озеро и чуть не утонула? - вместо ответа спросила я. - И теперь я боюсь воды. Не то чтобы очень сильно, но боюсь.

- Этот пункт мы не вносили, - нахмурился страж лаборатории.

- Пергамент Души - не просто какая-то бумажка, Симануэль! - жестко сказал дедушка. - А сила самих Богов. Мы вписали лишь основные события, и он уже сам сотворил остальное, согласно основным параметрам судьбы, - он повернулся ко мне: - Как новая жизнь, милая?

- Если честно, то как-то слезливо, - поморщилась я.

- 'Слезливо'? - переспросил дед, и его брови взлетели к середине лба. - А какая, по-твоему, судьба у ребенка из низшего сословия?!

- Не знаю, но все равно как-то слишком все... - я замялась, не зная, какое слово точнее опишет мою новую судьбу и мое к ней отношение.

- Ты замкнута, Весенька, цинична и больше похожа на злобного котенка, чем на горного льва...

- Это как посмотреть! - перебила я необоснованные обвинения.

- Да, - согласился родитель, - но не стоит забывать о том, что разумные встречают по внешнему виду. А фасад у тебя милой и скромной девушки. Пусть потом все они узнают, что у тебя ядовитые зубки, и характер хуже, чем у огненного архимага, но сначала все увидят тебя милым ребенком и попытаются сожрать! Поэтому я и подумал, что твое прошлое должно соответствовать внешности.

- Отравятся! - убежденно сказала я.

- Это, конечно, само собой! - тепло рассмеялся дед. - А теперь давай сюда свою ручку.

Я недоуменно протянула подошедшему родителю руку. Он цепко ухватил меня за запястье правой рукой, а в левой блеснула тонкая иголка. Миг - и из пальца выкатилось несколько капелек моей крови.

- Ай! - взвизгнула я.

Мастер выпустил мою руку, а сам задумчиво облизал иглу.

- Все отлично! - возместил он через минуту. - Кровь у тебя и правда полукровки. Раскусить наш трюк смогут очень немногие. Например: архивампиры, или мастера темных искусств, но для остальных ты несомненная полукровка. Поздравляю!

- Спасибо!

- Имей в виду, что сила этого воздействия не без погрешностей. Оно может уничтожиться, если будет сильное эмоциональное потрясение или используешь слишком много каналов для нашей силы. Так что маскировка маскировкой, но и про предосторожности не забывай! А теперь ко второму пункту, - он щелкнул пальцами, и на столе появился свиток из Видьят, который он изучал в кабинете. - Для поступления тебе необходимо создать артефакт не ниже шестого уровня сложности, со временем первого износа - десять лет. Создание артефакта должно происходить при записывающих артефактах по классической методике светлых сил. Светлых, понимаешь? То есть никаких увечий, крови и взрывов. Будешь все делать в защитном круге. Если все пройдет хорошо, записывающие кристаллы я отправлю в Совет Видьят. Ответ они пришлют в тот же день. Все понятно?

- А направленность артефакта? - уточнила я с самым серьезным и честным видом.

- Не имеет значения. В Совете есть один артефактник, так вот он сильно сомневается, что нашей крови в тебе достаточно для обучения. Он так и заявил, что лучше сразу перевести тебя на факультет к магам или ведьмакам: мол, целительство и иллюзии с приворотами - вот твой придел! Он даже не стал ограничивать тебя. Можешь сотворить любую безделушку, пусть подавятся.

- Но шестой уровень - это даже не уровень настоящего артефакта! - возмутилась я. - Это практически ярмарочный трюк!

- Да, но для тебя главное попасть в Видьят, а там уже будешь доказывать, кто ты и с чем тебя едят! - сурово пресек, мои попытки повозмущаться, дед.

Мне оставалось только кивнуть.

- Сейчас иди отдыхать, а завтра можешь провести ритуал в третьей гостиной. Даремор уже все приготовил к твоему экзамену, - на последнем слове мастер сделал особый акцент, потому что и сам считал, что это испытание нельзя назвать настоящим. Это издевка. Оскорбление.

Я снова кивнула и, опустив руки, вышла из лаборатории. Больше ни дед, ни его бывший ученик мне ничего не сказали. Видимо, у меня был совсем потерянный вид, а может, и уставший. В конце концов, я подверглась сильнейшему воздействию мифического артефакта. Дверь захлопнулась за моей спиной. Я по стеночке, аккуратно прошла к выходу из кабинета. Этот ковер никогда не перестанет меня пугать!

Из кабинета вышла, слегка подволакивая ослабевшие ноги. Добрела до конца коридора и, не оборачиваясь, завернула за угол. Сделала еще несколько шагов и прислушалась. На этаже никого не было. Это хорошо, что никто не видит меня такой разбитой. Пошла дальше, угнетенная грустными мыслями, и вспоминая новое прошлое. Дошла до центрального холла и ступила на лестницу. Вокруг никого. Я прикрыла веки и запустила поисковое заклятье, в робкой надежде, что и на моем этаже не будет слуг или дворецкого. Так и оказалось. Похоже, в поместье вообще никого не было. В душу закралось подозрение, что все обитатели этого дома удрали праздновать мой отъезд. Я не могла их за это винить, но все равно стало горько.

На глаза навернулись слезы, и я решила, что не пойду в свою комнату, потому что там меня наверняка дожидается моя тень с новой порцией оскорблений на всех языках. Подумала и направилась в сторону зимней оранжереи. Там были мягкие кушетки, и на них можно было вздремнуть.

Примерно с такими мыслями я дошла до развилки коридора, после чего одна я повернула в сторону оранжереи, а вторая, усмехнувшись, поспешила к хранилищу. Теперь, когда мой фантом мирно бредет куда надо, я была уверена, что меня не засекут.

Ха, если кто-то думает, что меня можно сломать простым обрядом и неверием в меня, то все могут идти лесом! Я всем докажу, что могу все! Просто потому что я та, кто я есть!

Око моего горячо любимого деда еще как минимум час будет видеть меня, отдыхающей среди растений. А я к тому моменту уже пройду свое испытание, и этому артефактнику из Совета придется съесть свои нашивки с мантии. Пусть я и должна выдавать себя за другую, но я настоящий артефактор!

В небольшой комнатке, заставленной стеллажами и широкими полками, были все заготовки для будущей магии. Здесь были и простые камни, и статуэтки, и медальоны, и кристаллы, глиняные, мраморные и металлические фигурки. На любой размер, цвет и фасон. Я решила, что нужно сделать вещунью-оберег. Артефакт, который следит за здоровьем и магией новых членов рода. Такие обычно передаются в семьях веками и хранят в себе след ауры многих поколений предков. Такой талисман оберегает ребенка любой расы до его отрочества, покрывает тело и дух мощнейшим куполом от проклятий, ядов и случайных травм. И что самое главное, вещунья - оберег сотого уровня силы! Я не собиралась создавать полноценный артефакт, рассчитанный на века работы, пусть мой проживет не больше полувека. Но я окажусь достойна прочих моих собратьев. И пусть о вступительном испытании никогда не узнают другие адепты, но Совет будет знать о том, что и полукровка может заткнуть за пояс всяких шибко умных чистокровных! Почему-то мне стало особенно важно, чтобы меня, дочь рабыни, оценили и признали!

В самом темном углу коморки нашлась фигурка полной женщины с распущенными волосами. Так обычно и изображали символ плодородия у людей. Она была небольшая и стояла в самой глубине, за другими фигурками. Я просмотрела ее магический фон и лишний раз убедилась, что заготовка действительно пуста. Схватив будущую гордость себя любимой, я поспешила в третью гостиную.

Комната, в которую редко кто заглядывал, была приличных размеров. Рассчитанная на прием пяти гостей, с несколькими столами, диванами и креслами. Отделанные зеленым стены сейчас казались бурыми из-за полумрака. Окна были плотно закрыты тяжелыми портьерами, вся мебель сдвинута к стенам. Ковер вообще куда-то унесли, обнажив черный мрамор пола. На самом полу уже красовалась пентаграмма для работы. Пентаграмм, как и вообще сильных символов, в нашем мире много, думаю, что нет ни одного разумного, который знал бы их все. У каждого народа свои способы усилить магию, выжать из ауры реальности свое или урвать кусок от мощи богов. Это был обычный круг для призыва энергии из Дэса. Подобным могли пользоваться только артефактники. Любой другой ее просто не пробудит. Сейчас белый рисунок на черном был самым обычным, не светился, не изучал магию. Только этот круг был окружен тройной защитой от разрыва и двумя поглотителями. То есть стоит мне ступить в круг, как я окажусь в непроницаемом коконе, и чтобы ни случилось внутри - никто и ничто вокруг не пострадает. С одной стороны я понимала, почему дед поставил столько защит, а с другой... С другой мне было обидно и горько! Я должна была создать всего лишь простенький артефактик, а мой родитель уверен, что без последствий я не смогу сделать и этого! Обе мои личности взбунтовались. Госпожа Ратри шипела от уязвлённой гордости и поруганной чести, а лура Ристит едва сдерживала гнев от незаслуженной обиды.

Пришлось тряхнуть головой и унять ненужные сейчас эмоции, отогнать яростные мысленные порывы. Я еще смогу доказать всем! Но, мгла меня поглоти, как же обидно, когда в тебя никто не верит!

Вокруг ритуального круга стояло несколько кованых столбиков на тонкой винтовой ножке, в каждом едва заметно поблескивал один кристалл памяти. Эти артефакты записывали любое событие, давали не только изображение и звук, но и магические потоки, цвет энергии, который обычным взглядом не рассмотреть.

Я хмыкнула и, решительно вздернув подбородок, вошла в круг. По позвоночнику прошло легкое покалывание, а потом я всей кожей ощутила, как пробуждается магия символов и наложенных заклятий. Сначала засветился круг, сразу за ним вспыхнули и кристаллы, а вот следом окутали пространство и защитные пологи.

Я знала, что как только активируются кристаллы на столбиках - пойдет запись, поэтому мило улыбнулась в один из них. Решила, что представляться не стоит. Совет и так знал, чье вступительное испытание будет просматривать.

Вытянула левую руку и послала приказ. Новое дуновение энергии прошлось по коже. Сила заклубилась вокруг меня, сгущаясь, становясь видимой, а затем и материальной. Потоки энергии тела двигались и дышали. И это было прекрасно! Для любого мага работа с магией - огромное наслаждение, но для артефактников это еще и возможность дышать. Только выпуская из себя потоки, позволяя им слиться с магией пространства вокруг, я чувствовала себя по-настоящему счастливой. Жаль только, что я никогда не смогу колдовать так, как это делают остальные. Упыриное проклятье навсегда лишило меня возможности полноценно наслаждаться!

Я взмахнула рукой, и статуэтка зависла в воздухе на уровне лица. К ней устремились потоки. Образовали что-то вроде постамента. На самом же деле каждый мой поток проникал в структуру камня, уже меняя его и превращая из обычной статуэтки в хранилище. Первым делом я загнала внутрь поле. Тонкая пленка энергии должна будет удерживать призываемую энергию внутри. Тогда я в третий раз проверила энергетическую копию фигурки и приступила к формированию внутреннего пространства. Ни одна магия такой массы не может ужаться до столь маленького размера. Для магии нужен простор. И размер этого самого простора зависит от мощности вложенной силы.

Все прочие расы этому искусству учатся, у нас же оно, скорее, на уровне интуиции. Мы больше художники, чем ученые. Мы не изучаем скрупулезно то, что творим. Мы в этом живем, ощущаем. Можно сравнить с танцами. Для того чтобы научиться танцевать, нужна практика: нужно выучить движения, но когда танец становится проявлением твоего внутреннего состояния, тело не фиксирует движения, а разум не контролирует исполнение. Ты просто танцуешь, не думая ни о чем, так и артефактник работает с магией. Зная, как нужно работать, но при этом, не слишком напрягаясь в деталях. Это сложно описать, надо почувствовать.

Когда все было готово, я призвала силу. Сделала глубокий вдох и открыла канал. Это не было мыслью или желанием, скорее, я просто полностью расслабилась, и в области сердце что-то разжалось. Я ощутила внутри себя безграничное пространство и потянулась к нему. А оно ко мне...

Ощущение приближение силы вызывает дрожь в теле. Дед убеждал меня не раз, что с опытом это пройдет. Но я ему не слишком верю. Это чувство просто не может пройти, потому что к призыву своей магии никогда нельзя привыкнуть. Ощущения каждый раз свежие. Я невольно прикрыла глаза и отказалась от магического зрения.

В этот момент дверь гостиной буквально слетела с петель. Сначала в комнату бросилась моя тень. Темное пятно с моими очертаниями налетело на невидимый купол защиты - и разбилось об него. Следом вбежал вампир. Даремор был с почерневшим лицом и оскаленными клыками. Глаза горели яростью скорой полной трансформации. Он так же налетел на защиту и стал колотить по ней кулаками. Его удары я ощутила, как совсем далекий ветерок, но и он не смог бы разбить защиту деда до конца ритуала.

Я удивилась их странной реакции. Почему столько экспрессии? Почему всегда невозмутимый вампир сейчас что-то кричит? Почему моя тень, которая никогда не принимает формы моего тела, потому что считает меня недостойной такого знака уважения, сейчас так похожа на меня? Почему они такие...? Ответ пришел неожиданно - я вошла в круг без своей тени! Я потянулась к Дэса без проводника силы, без своей тени. А для меня, проклятой, это необходимое условие.

Я не успела подумать, не успела испугаться, как все снова стало неважно. Дэса услужливо предоставил мне силу. И магия, чистая незамутненная магия ринулась через мое тело по каналам в фигурку. Та заискрилась, засверкала. Все мое внимание было направленно на потоки. Удержать магию. Все мои прошлые опыты показывали, что я просто не могу контролировать выбросы своей силы. Я в этом вопросе бездарнее любого мага, любой ведьмы. Канал был стабилен. Магия текла ровно и покойно. Все было под контролем. И страх ошибки отступил. Я начала наслаждаться. Одно дело пользоваться обычной магией - и совсем иное взывать к своему Дэса.

И вдруг я ощутила что-то странное... совсем странное. Призыв магии сродни проколу - маленькая дырочка. Проход, через который течет сила. Но сам Дэса при этом остается далеко, а сейчас я чувствовала. Была уверена, что мое Место ко мне приближается. Стремится, спешит, как нечто живое и разумное!

Последнее, что я увидела - было перекошенное лицо дедушки, застывшего в дверях гостиной.

Я открыла глаза. Вокруг раскинулось бескрайнее поле высокой сиреневой травы. Она доставала мне до пояса и была такой густой, что собственных туфель не рассмотреть. Вокруг не наблюдалось ничего, кроме огромного поля. Ни дерева, ни кустарника, ни строений. Только темное небо, по которому распускается, танцует бордовое сияние, и поле.

Это было красиво!

Очень красиво!

Здесь было спокойно!

Тихий прохладный ветер заставлял траву шуршать, словно море о камни. И вокруг никого, кто мог бы мне объяснить, куда меня занесло.

Нет, то, что я опять напортачила, и так понятно, но исправлять же как-то надо! И я пошла вперед. Не то чтобы у меня была какая-то конкретная цель, скорее, просто надоело стоять. Несмотря на явно темное небо, вокруг было светло, как в летний день. Я шла в абсолютной тишине, где каждый шорох травы о мою юбку разносился эхом, легко перекрывающим шуршание травы от ветра. Мне не было страшно, скорее любопытно. А еще когда вокруг так спокойно и красиво, то разводить панику совсем глупо! Я и не разводила, и не думала. Какое-то время мне было просто хорошо.

Внезапно над травой разнесся плач. Нет, не детский. Так обычно плачут жеребята, отстав от матери. Достаточно громкий звук, наполненный таким отчаянием и болью, таким страхом, что у меня сердце пропустило удар. Я поспешила на звук, благо, тот, кто плакал, не собирался останавливаться. Крики становились все громче, пока я, наконец, не разглядела впереди странный куст. На тонких веточках были большие перламутровые, искрящиеся молодой магией цветы. Ветки куста то и дело пропадали в зарослях травы, потом появлялись вновь. Я поспешила к кустику. Не знаю почему, но с каждым криком неизвестного животного мне становилось все тоскливее.

А когда увидела того, кто так долго плакал и звал неведомую маму, застыла как вкопанная. На маленькой утоптанной полянке лежал, подогнув все четыре ножки, маленький олененок, только не совсем олень. Вместо рожек у него были две большие ветки, которые расходились на множество мелких, усыпанных крупными цветами веточек. Олененок был с густой шерстью. Ножки тонкие и длинные, копытца белые, но сам он был насыщенного перламутрового оттенка. На длинной шее шерсть была длиннее. Глазки большие, глубокие и черные. Увидев меня, он сразу попытался встать на ножки, но получилось далеко не с первой попытки.

Я огляделась в поисках его матери. Олененок явно был новорожденным, но такой же только крупной особи нигде не было. Малыш снова закричал, тоскливо и призывно. У меня на глаза от этого крика навернулись слезы, и я неосознанно протянула к нему руки: хотелось успокоить малыша, дать ему защиту и опору. Он без сомнений и раздумий сделал ко мне несколько шагов и уткнулся мордой в ладони. Я опустилась перед ним на колени и погладила по шее, по морде, по изогнутой теплой спинке. Рожки казались живыми, цветы тоже, поэтому я старалась их не трогать. Я гладила и шептала что-то успокаивающее, пока малыш не затих, а я не разрыдалась. Ростом новорожденный был мне чуть выше колена. Он был таким маленьким и таким беззащитным, что хотелось завыть вместе с ним от безысходности.

Мысленно я решила, что подожду несколько часов, пока малыш не сможет нормально передвигаться, а потом пойду дольше. Мне помнилось, что жеребята быстро вставали на ножки после рождения, а значит, и олени тоже. Хотя это определенно не знакомый мне олень, но все же...

- Он принял тебя, и теперь всегда будет рядом. Не печалься о нем, - спокойно сказал кто-то.

Я вскинулась и увидела, как к нам идет странное существо. Никогда таких не видела, даже когда изучала расы. Он, она, оно... постоянно менялся. Он был похож на сгусток эфира, только куда плотнее и явно материальный. Он постоянно изменялся. У него то было две головы, то одна. То были два глаза, то их было сразу десять. Он был то явным мужчиной, то явной женщиной. Он был похож на морок или призрак, только я была уверена, что он живой и материальный, как все разумные. Его изменения были похожи на изменения метаморфов или оборотней, только все проходило куда быстрее. За минуту, что я его разглядывала, существо сменила столько деталей своего облика, что у меня невольно заболели глаза.

- Кто ты? - спросила я, стараясь смотреть туда, где, как мне казалось, должны быть глаза.

- А это важно? - спросил он.

И я поняла, что он не хочет отвечать.

- А он кто? - я указала на олененка, лижущего мне руки. - Где его мать?

- Мать? - переспросило существо, со странным удивлением. - У него нет ма-те-ри, но, можешь быть, ты хочешь?

Я задумалась на мгновение.

- Хочу!

- Значит, ты его мать, - уверенно решило существо. - А имени у него нет, - ответило оно на первый вопрос. - Хочешь дать ему имя?

- Конечно! - как же можно без имени?

- Тогда дашь, - опять уверенно подытожило существо.

- А что это за место? - снова спросила я.

- Пока неизвестно, - туманно ответили мне.

Я нахмурилась. Разговор выходил совсем уж странным, и существо это меня начало пугать.

- Ты боишься меня? - задумчиво спросило существо, приседая на корточки так, что мое лицо оказалось на уровне его глаз. Сейчас на меня смотрело лицо, больше всего походившее на лицо дракона, только покрытое странной чешуей.

- Есть немного, - пришлось признать мне. Я решительно смотрела на него, зная, что показывать неуверенность в себе нельзя, а хорохориться сейчас глупо.

- Странно, - резюмировало существо. - Зачем тебе бояться меня?

В его вопросе звучал искренний интерес, без издевки. Оно действительно не понимало. Наверно, поэтому я и ответила:

- Ну, потому что ты можешь причинить нам вред.

- Вред, в смысле боль? - уточнило существо.

- Не только. Вред - он разный бывает.

Существо задумалось, отвернулось от меня и через несколько секунд убежденно ответило:

- Нет! Я не могу причинить вам вред.

- Уверен? - почему-то с издевкой спросила я.

- Да. Здесь никто не может причинить тебе вред. А ему, - он указал появившимся раздвоенным когтем на олененка, - потому что он твой, а ты его мать.

- Ты странный, - решила я, кажется, вслух.

Существо опять задумалось, и опять же уверенно:

- Это временно.

- Интересно, а я здесь надолго? - задумчиво протянула я, скорее самой себе, чем своему странному собеседнику.

- А ты хочешь здесь остаться? - спросило существо.

Почему-то остаться очень хотелось. Здесь мне было хорошо. Так хорошо и спокойно, как, наверное, никогда не было. И я уже собиралась ответить 'да', но... дедушка, мой долг перед родом, моя гордость, мое желание чего-то достичь. Это были мои цели, мои желания, и стоит ли это новое настроение и это место того, чтобы отказываться от всех своих прошлых желаний? Я подумала и решила:

- Нет!

- Тогда ты уйдешь отсюда, - спокойно и крайне убежденно ответило существо.

Меня вообще удивляло, с какой непоколебимой уверенностью он отвечал.

- А как? - тут же ухватилась я.

Существо задумалась, и три его глаза сощурились, рассматривая меня.

- Просто уйди, - и столько уверенности в голосе, что уточнять просто расхотелось.

Я попыталась встать и поняла, что это почему-то сложно. Существо легко выпрямилось и подало мне руку. Большую, с тремя серыми когтями, но так аккуратно и бережно, что у меня не возникло страха. Я оперлась на нее, и существо помогло подняться.

- Ты устала? - спросил мой собеседник.

- Наверное, - неуверенно ответила я.

- Тогда уходи сейчас, - решило за меня существо.

Я невольно развернулась, повинуясь его уверенному голосу, но все-таки остановилась и спросила:

- А ты?

Существо наклонило голову на бок и уставилось на меня, уже одним глазом, большим и круглым.

- Ты боишься за меня? - вдруг спросило оно.

Я испытывала по отношению к странному собеседнику легкую тревогу, как за олененка. Не знаю почему, но для меня вдруг стало важно - знать, что с ним все будет хорошо.

- Я хочу, чтобы ты чувствовал себя хорошо и жил долго, - честно и лаконично ответила я.

- Буду, - уверенно ответило мне существо, после короткой паузы, а потом глянуло на малыша, который уже собирался снова заплакать. - Ты возьмешь его с собой?

- Да! - не задумываясь, ответила я.

Существо легко подняло олененка, подошло ко мне и аккуратно передало олененка на руки. К моему удивлению, малыш практически ничего не весил.

- Держи его при себе, пока не уйдешь, - велел собеседник, - сам он уйти не может, только если ты его будешь нести.

Я кивнула, а потом вдруг спросила:

- А мы еще увидимся?

Существо задумалось.

- Не знаю, - просто ответили мне.

Я вздохнула, развернулась и пошла прочь от своего собеседника. С каждым моим шагом в душу заползала тоска. К горлу подступил комок, глаза уже жгли слезы. Уходить не хотелось совершенно, и только мое упорство, мое желание не отказываться от прошлых целей гнало вперед. Я никогда раньше не отказывалась от принятых решений, даже если все были против, и для всех они были глупыми, а сейчас не собиралась начинать! Я вернусь домой и стану достойна своего рода, своего деда. Я стану артефактницей, даже если потом буду жалеть, что ушла из этого места. Пусть дома я для всех, как шип ядовитого плюща в одном месте, я все равно вернусь! Я когда-то решила, что добьюсь от деда восхищения и уважения, я решила, что меня будут уважать и ценить, а значит, надо вернуться и хотя бы попытаться выжить в месте, где я всем приношу одни беды, где я непутевая и глупая, и где у меня нет прошлого, но есть враги.

Малыш затих у меня на руках и уткнулся носом под мышку. Видимо, опасался, что я его брошу. А я упорно продолжала идти, хотя слезы уже лились градом. Мне хотелось обернуться и посмотреть, где мой странный собеседник, хотелось вернуться к нему, но я это не сделала. Я просто шла. Осознавая, что дома у меня, скорее всего, ничего не получится, да и здесь тоже, но тут спокойно и хорошо, а там приходиться огрызаться, там трудно, потому что дома я - бедствие. Вечная ошибка, а здесь есть шанс, что примут, просто потому что здесь практически никого нет. Но я все равно шла и шла, уже рыдая навзрыд от тоски, уткнувшись носом в шею малыша. И только моя вечная гордость гнала вперед.

Именно из-за гордости я хотела вернуться и доделать этот вурдалаков ритуал, и поступить в эту Видьят, мгла ее разорви! Хоть раз за свою непутевую жизнь я должна сделать хоть один нормальный артефакт! Последняя из великого рода - и такая пустышка! Ну, уж нет! Это не про меня, да все предки в гробах перевернутся! Нет уж, я вернусь. Я точно вернусь, потому что я та, кто я есть!

В какой именно момент в глазах потемнело, и когда я перестала чувствовать тело - неизвестно. Просто вдруг все пропало, а через мгновение вернулось. С трудом разлепила тяжелые веки. Я стояла в магически активном кругу. В третьей гостиной своего родового поместья. А вокруг меня скакал олененок, весело и явно намекая на желание поиграть. Я опустилась на колени. Усталость была дикая. Вокруг гудела магия. Ее было так много, что хватило бы на пару архимагов. Я смахнула слезы, утерла рукавом сопливый нос и поднялась. Меня трясло, но нужно было доделать дело. Если я сейчас опять разрушу что-то в доме деда, он наверняка придумает что-то хуже, чем Видьят. А я не хотела знать, что может быть хуже этого!

За потоками уже материальной магии я не видела, что происходит за пределами круга, поэтому просто шикнула на разыгравшегося малыша, который явно чувствовал себя отлично там, где например: обычный человек уже умер бы. Значит, это существо явно магическое, причем сильное. Малыш тряхнул рожками и спрятался за мою спину. Я же смотрела на огромную дыру в пространстве напротив себя. Из нее выливалась до боли знакомая сила. Сила моего Дэса. Каналы, которые вели к фигурке, уже давно перегорели. И сама статуэтка висела в воздухе, поддерживаемая потоками бесконтрольной магии. Не знаю, как все это смотрелось со стороны, но для меня это было ужасающе красиво!

Прорыв пространства был слишком мал, чтобы нанести серьезный вред миру, скорее всего, просто разрушится крыло поместья, и меня прибьет собственная сила. Но... но мне хотелось. Больше всего хотелось справиться с собственной силой самой. Я не впервые сталкиваюсь с таким потоком энергии, но в прошлые разы рядом всегда были либо учителя, либо дед, либо моя тень, которая принимала большую часть воздействия на себя. А сейчас в кругу была только я и непонятный зверь, которого перспектива быть уничтоженным магией совершенно не заботила.

Я создала в голове мыслеузор отмены, как учил дед, как показывал Даремор, как не раз видела в учебниках. Потоки заискрились еще сильнее, но часть подчинилась и заструилась между пальцев, выстраиваясь, как положено. Сколько времени я загоняла силу собственного Дэса в непонятное далеко - мне кажется, что не слишком долго. Я даже не успела толком устать. Магия повиновалась с некоторым возмущением, но слушалась. Сила уходила. А с последними ее искрами пропал и разрыв. Все вокруг хоть и дрожало еще от недавнего всплеска силы, но уже ничего не угрожало разрушить гостиную. Я внимательно осмотрела созданную фигурку. Внутри было много магии, но не это главное. А главное то, что у меня получился идеальный охранный амулет. Сила будет повиноваться заложенному в камень заклятью. Теперь для того, чтобы его активировать, достаточно просто частички рода, чтобы привязать оберег. Может, волоса или крови, и оберег будет беречь молодую поросль.

Я не была уверена, но, на мой взгляд, амулет получился неплохой. Мне хотелось показать его деду, чтобы он точно определил, прошла ли я испытание. Я повела рукой и разорвала круг. Статуэтка упала мне в руки, а в следующее мгновение мир померк.



~~~~~***~~~~~



Мастер Ратри расхаживал по своему кабинету, сжимая и разжимая кулаки. Внучку осмотрели лучшие лекари и уже напоили необходимыми снадобьями. Сейчас она мирно спала у себя в комнате, и ее жизни точно ничто не угрожало, но пару часов назад старый маг проклял все и никак не мог взять себя в руки.

- Элвин, успокойся! - в который уже раз донеслось из самого темного угла кабинета. - С ней все в порядке!

- Ты не представляешь, что я пережил, когда понял, что ее утягивает в разрыв! - прохрипел маг, хватая с полки бутылку и делая очередной жадный глоток. - Я был уверен, что потерял ее!

- Сейчас все хорошо! - уверенно донеслось из угла. - Она жива и здорова!

- Здорово! - зло вскричал дед. - Ты действительно думаешь, что это можно назвать нормальным состоянием для молодой девушки?

- Она будет жить, а это главное!

Артефактник зло усмехнулся и еще выпил.

- Почему ты не убрал защиту?

- Это не я, - уже тише сказал Ратри. - Это сила ее Дэса не дала мне войти. Я пытался, боги милостивые в свидетели, я пытался, но щиты удерживали круг!

- Значит, это она сама так все защитила?

- Не знаю, я ничего не знаю! - почти простонал артефактор. - Я только знаю, что артефактники не возвращаются из своих пространств. Там только энергия, слышишь, там нет материи! Там выжить невозможно!

- Но она вернулась, Элвин! Еще и привела с собой это существо!

- Да, - шепотом признал артефактник. - Шестьсот лет назад в Дэса затянуло моего учителя, и я слышал его хрипы, когда пытался закрыть разрыв. Боюсь вообразить, что пережила девочка!

- А что с этим зверенышем? - решительно перевел тему собеседник.

- Он никого к себе не подпускает и явно разумен. Не могу понять пока, насколько разумен, но разумен.

- И материален, - задумчиво донеслось из угла.

- Да, он живой. Это не дух и не сущность, не призрак, не фантом. Это живая материя, как ты или я. Только какая-то странная, никогда ничего подобного не видел. И от Линочки не отходит дальше, чем на десять метров. Когда ее осматривали, когда я нес ее в комнату, эта тварь так на меня смотрела... Знаешь, словно обещала, что если я или кто-то причинит ей вред, то она убьет.

- Думаешь, хранитель? - уточнил собеседник.

- Нет, - мотнул головой маг, - точно не хранитель и не фамильяр. Не знаю...

- А по-моему, все ты знаешь, Элвин, - с издевкой ответили магу. - Она создала живую материю из энергии, своей энергии. Создала разум, Элвин! И ты прекрасно знаешь, что это значит!

- Знаю, - признал маг, опустившись в свое кресло и обессиленно прикрывая глаза, - но не хочу верить! Просто не хочу верить! Этого просто не может быть...

- Ну, почему же? Легенды именно об этом и твердят, если вдуматься и почитать кое-что между строк, - парировал собеседник, а потом добавил: - С кристаллами я уже поработал, Элвин, не переживай! Совет увидел только то, что нужно и ничего больше!

- Я не хочу отпускать ее в Видьят, - почти шепотом признался старый маг. - У меня сердце не на месте.

- Ты же понимаешь, что у нас просто нет иного выбора, Элвин? За три сотни лет умерло столько артефактников! Мы должны это остановить, иначе... У нас просто нет иного пути!

- Понимаю я все! - зло ответил мастер. - Но я боюсь за свою внучку!

- Она будет под защитой, Ратри! Я клянусь, что никто до нее не доберется!

Старый маг поморщился, но решил не спорить и перевел тему:

- Что будешь делать с оберегом?

В углу хмыкнули.

- Отдам в императорскую семью. Ты же хочешь, чтобы еще тысячу лет наследников оберегала сильнейшая Вещунья?

Артефактник пожал плечами.

- Сейчас мне глубоко плевать на императора, друг мой! Пусть катится к Праху!

- А согласись, сильнейший защитный артефакт мира, который создала Веселина Ратри - это звучит гордо! Теперь все мечтатели о троне уйдут в упыри от злости! Ближайшую тысячу лет смена власти Империи не грозит, даже если ну очень захотим! Я хорошо изучил безделушку, Элвин. Эта фигурка получила псевдо-разум, этакий слепок ценностей твоей малышки, и теперь она будет очень тщательно подбирать преподавателей и друзей для будущих императоров, будет следить не только за их телом, но и духом! И этот артефакт создала наследница рода Ратри! Гордись, Элвин, у тебя прекрасная внучка!

- Знаю, она лучшее, что у меня есть, главное! После гибели Макелла и Тионы, она стала последним, что держит во мне хоть что-то от артефактора!

Оба помолчали.

- Думаешь, есть шанс продлить ей жизнь, хоть еще немного? Я думал, почти смирился с тем, что ее у меня отнимет проклятье, а теперь ее заберет разрыв...

- Нет, Элвин! Она будет жить! Я обещаю. Я позабочусь о ней, защищу!

- Ты не сможешь спасти артефактника от разрыва пространства! - закричал мастер. Он злился не на старого друга, а на ту робкую надежду, что несли его слова. Он не желал верить глупой надежде!

- Посмотрим, Элвин, - тихо, но твердо ответил собеседник. - Присылай ее в Видьят! Она поступила! И да, кстати, имей в виду, что от увиденного у парочки наших престарелых пней случился удар, а у троих нервный тик. Никто не может поверить! Еще один повод для гордости, и все это ее ручками... В Школе ее научат контролю, будет расходовать свою энергию под присмотром. Поверь, разрывов больше не будет! И да, не забудь отправить с ней звереныша, если уж он к ней так привязан. Посмотрим, что будет с этим существом дальше. Если станет опасен - сам его прикончу. А может, и наши 'друзья' выйдут из тени...

- Не хочу сейчас об этом думать! - перебил друга мастер и сделал еще глоток.

Снова повисла тишина. Мастер не выдержал первым:

- Хотелось бы мне тебе поверить, но я знаю, что артефактор, которого призвал собственный Дэса, обречен. Это наша кара за обладание такой силой...

- Не нагнетай! - только отмахнулись из угла. - Ты говорил, что и вернуться нельзя, но она вернулась. Запомни мои слова: она еще не раз всех нас удивит и не станет последней из Ратри! Мне пора, а ты заканчивай с выпивкой. Девочка скоро проснется, и лучше, если ты будешь трезвым, когда станешь ей расписывать, какое чудо она совершила! Буду ждать ее в Видьят, как только поймешь, что с ней все хорошо.

С этим словами собеседник исчез, оставив мастера одного.

- Да, - прошептал мастер, глядя в потолок, - последним, в конечном счете, буду я...

Глава 3. Признание и приказание

Глава 3

Признание и приказание.


О, приключеньями запахло, спускаю жопу с поводка!

(Жизненные двустишия)


Проснулась я в своей комнате. Первым делом прислушалась к себе. Любой в моем положении научился бы простеньким фокусам по поиску у себя травм и прочих неприятностей. Я была здорова, насколько вообще можно быть здоровой после энергетического истощения. Хотелось: есть, пить, а в остальном все было прекрасно. После своей проверки я потянулась и к полю дома.

Первым делом любой артефактник учится читать ауры вокруг себя. Это требует концентрации и знаний, поэтому состояние чтения можно назвать легким трансом. Приходиться отключать большую часть внимания и перебрасывать все силы на внутреннее зрение мага.

С домом, его окрестностями и даже с полем мира все оказалось как нельзя лучше. Никаких следов моего очередного косяка! С одной стороны, это обрадовало, ибо я не успела наломать дров. А с другой, беспокоило, потому, как причин такой кристальной первозданности может быть только две: либо я сама все за собой прибрала после работы над вступительным артом - что вряд ли; либо я так долго была в спасительной отключке, что дедушка успел исправить все мои грехи.

Я села на кровати и осмотрелась. Меня переодели в сорочку, но в остальном я не заметила никаких признаков вмешательства целителей. Не было передвинутой мебели, как если бы ко мне приставили знахаря, чтобы следил за изменениями состояния. Не было присутствия целительной магии, на которую у меня нюх. Не было склянок на столах и прочего, что выдавало бы бурную деятельность по лечению меня непутевой.

Так же в комнате не нашлось и моей тени, что меня не удивило. Сначала хотела позвать Даремора, но остановилась. Несмотря на то, что под магическим зрением все было идеально, я все-таки нашла отличие. Мои ногти на руках и ногах стали черными. Нет, разумеется, любой разумный может легко изменить свою внешность - искусство морока доступно почти всем расам. А там, где недоступно оно - подойдут зелья, порошки и артефакты. Но вот природное изменение структуры тела - совсем другое дело. Черными глазами, ногтями, волосами и кожей исконно обладают темные расы, то есть те обитатели Аарды, что ведут свою историю на крови, смертях и жизнях других. Например: вампиры, темные эльфы, оборотни. Можно заработать изменения в теле, получив статус архимага, когда сама сила меняет плоть под себя. Так многие боевые маги обладают вертикальными зрачками. Но есть одна особенность - у любого изменения есть свои критерии.

У меня были не просто черные ногти. Они стали мерцающе-черными. Цвет был почти живой, дышащий - невероятно красивый цвет Первозданного Мрака. Я такой на нескольких артефактах в хранилище дедушки видела. Если у меня такие ногти, как у... Значит, я...!

Я смотрела на свои руки, вглядывалась в мерцание и искала следы чужой шутки. Но цвет не был иллюзией. Не был фокусом и трюком. Не был следом проклятья или последствием лечения. И как только эта мысль улеглась в сознании - я взвыла. Громко и с чувством!

- Не может быть! Быть не может! - орала я, вскакивая с кровати.

Рядом с окном я давным-давно спрятала большое зеркало за тяжелой портьерой. Дедушка, как, впрочем, и слуги, о нем знал, но никогда не ругал за маленькие шалости с ним. Сейчас я просто оторвала штору и уставилась на себя.

Ну, что сказать? Для начала - к Праху отправились мои волосы. Нет, не то чтобы я совсем облысела, скорее просто прилично укоротилась длина. Примерно до линии подбородка, а на затылке и того короче стали. Цвет сменился на насыщенно-перламутровый. Глаза стали такого ярко-голубого оттенка, какой редко встретишь даже среди драконов. А в центре зрачка появился белоснежный отсвет чистой магии. Я знала, что значит каждый из этих отметок на теле в отдельности. Но вот коктейль из них, к тому же в собственном теле, увидела впервые.

- Что все это значит? - растерянно пробормотала я.

- Ты, правда, хочешь знать? - спросили от двери.

Я резко обернулась на незнакомый голос. На пороге стол высокий стройный юноша, лет семнадцати. С густыми темно-синими волосами, печальной полуулыбкой на тонких губах и явно аристократичными, плавными чертами лица. И такими, до боли, знакомыми глазами.

- Д-де-ду-шка? - не поверила своим глазам.

Он пожал плечами и развел руки в стороны.

- Как видишь, - проговорил он и снова улыбнулся, только в и этот раз улыбка вышла тоскливой.

- Я брежу! - решила я. - Наверное, сильно треснулась головой об пол, когда падала. Или же решила сойти с ума, как все доблестные представители моего рода.

- Ну, не клевещи на предков! Далеко не все они сбрендили, - внес поправку юноша, входя в комнату. - А вообще-то, мне больше всего на свете хотелось бы тебе сказать, что все это - лишь дурной сон. Я сам желал бы проснуться от него. Но это, Линочка, реальная реальность.

Он крепко обнял меня, и я почувствовала знакомый древесный аромат от его волос и одежд.

Я ткнулась носом в его темно-зеленый камзол и некоторое время просто стояла. Надо было все уложить в голове до того, как он скажет то, что я и так уже знаю. Но отказываюсь признавать.

- Расскажи, - наконец, попросила я.

Юноша кивнул и, крепко сжимая мою руку, повел из комнаты. Дед никогда еще на моей памяти не применял иллюзию омоложения к себе. Всегда говорил, что в каждом возрасте есть свои плюсы, и жизнь дается для того, чтобы вкусить каждый ее период. Поэтому от удивления не сразу заметила странность. В доме не было никого. Огромное родовое поместье - и ни одной живой души.

- Где все? - спросила я у того, кто был моим дедушкой, но кого я просто не могла сейчас воспринимать как обычно.

-Нам нужно о многом поговорить, Веселина, - спокойно ответили мне. - И поэтому мы сейчас вдвоем.

Дальше я шла за ним молча. Мы прошли по коридорам и лестницам к его кабинету. Через него - в лабораторию. А вот дальше юнец потащил меня в самую отдаленную ее часть. Там оказалось что-то вроде каминного зала с широкими креслами и столом. Мирно и тихо потрескивал в камине огонь. Дедушка сел в одно из кресел, а мне жестом указал присесть напротив. Я послушалась, уже изрядно напуганная. Мастер Ратри всегда отличался непревзойденной эксцентричностью поступков, но такое поведение переходило все границы.

Юноша упер локти в подлокотники, и некоторое время пристально рассматривал меня, в своей особенной манере. Я не раз наблюдала, через зеркало, как от этого его взгляда терялись самые разные разумные: от наших собратьев до старшин гномьих родов. Меня такие странности отношения гостей поместья к дедушке всегда немного забавляли. Не видела я ничего необычного в этом взгляде, позе, мимике или в голосе родителя.

Вот и сейчас, юноша смотрел так, будто страстно желал что-то во мне прочесть, но у него не выходило.

А я быстро прикинулась «Даремором». На лицо бесстрастную маску, спина прямая, но руки и ноги немного расслаблены. Приему с маской на лице научилась сама, еще в первые годы, как стала полностью себя осознавать разумной. Просто, наблюдая за личным слугой дедушки, заметила, что невозмутимости на лице добиться легко: достаточно просто расслабить все мышцы лица, но не опускать веки, хотя хочется. И вот вам – самое каменное выражение из возможных. Вампир, конечно, за столько лет практики, поднаторел в этом умении, но и моей игры хватало, чтобы дед через несколько секунд прекращал свои попытки напугать меня взглядом.

Сработало и сейчас. Стоило «натянуть на лицо «Даремора», как я про себя обзывала этот прием – и дедушка, в облике весьма красивого юноши, отвел синие глаза от моих. А я начала понимать истинные причины его популярности у дам. Ой, не только в знатном происхождении и деньгах дело было, точно, не только в этом…

Щелкнул пальцами - и на столе оказалась открытая бутылка вина и два бокала. Ратри принялся разливать напиток по бокалам и один пододвинул мне. Второй взял в руки и расслабленно откинулся в кресле.

- Вот теперь я верю, что разговор серьезный, - сказала я и сделала первый глоток.

- Я хочу поговорить с тобой не как твой дед, а как Синий Дракон империи Кирана.

Я едва не подавилась.

- Позвольте представиться, госпожа Веселина Ратри, - улыбнулся мой собеседник, - Первый маг Империи, Главный артефактор при правлении Нолана I, Тайный советник императора Нолана II, Страж Покоя, Рыцарь Боли по прозвищу Синий Дракон, Амиренель-Элвин Ратри.


Я сделала еще пару глотков, пока выслушивала все титулы моего родителя. Дело в том, что в магии своей расы я бездарность, по мнению своих учителей, но вот дурой никогда не была. Я прекрасно понимала, что стоит за каждым титулом. Мой дед был не просто великим магом и великим артефактником, он считался самым важным оружием государства!

Было бы смешно с моей стороны сказать, что я удивлена. Нет, нечто в таком роде я и подозревала. На то, чтобы убить моих родителей, кто-то не пожалел средств и сил, а на это должны быть причины. И, кажется, одна из них, если не главная, сейчас смотрела в мои круглые глаза. Я та, кто я есть, из-за политики. Просто прекрасно!

Какая-то часть меня, всегда надеялась, что все случившееся - просто нелепая случайность. Ведь артефактников всегда убивали. Но если мой дед такое видное лицо, то и за прочими родственниками могли тянуться похожие титулы и статусы. Меня прокляли, а семью убили из-за прошлых грехов моих родственников и деда, в частности.

Месть, желание надавить, запугать - да мало ли... Либо же убили из желания остановить. Моя семья могла влезть куда не стоило, и это обошлось им в цену жизни, а мне - в проблемы.

- Раз уж я представился, Веселина, то прошу называть меня просто Элвин, - снова заговорил Синий Дракон, когда понял, что истерики и охов с моей стороны не будет.

- Так себе из тебя конспиратор, надо признать, Элвин! - сказала я. - Я уже несколько лет предполагала нечто подобное. Хотя и не в таких масштабах.

Артефактник рассмеялся и сделал большой глоток вина.

- Я не хотел тебе лгать, а недоговоры порождают только лишнее любопытство. А оно всегда ведет к работе ума. Я никогда не считал тебя достаточно глупой, чтобы не замечать очевидного.

- Приятно слышать, что в твоих глазах, я не совсем пропащая.

- Раз уж мы закончили с комплиментами, то позволь тебе кое-что рассказать. Ты знаешь, что такое Разрыв Дэса?

Я припомнила все, что когда-либо читала об этом загадочном явлении, и кивнула.

- Тогда я не стану тебе напоминать все аспекты, а просто скажу: тебя утянуло в Разрыв.

Его пытливые глаза смотрели прямо в мои, и только поэтому я не моргнула. Я, в конце концов, внучка такой легендарной личности, не стоит падать в грязь лицом. И без того вожусь там постоянно.

- Так, и что? - спросила я.

Брови Элвина взлетели вверх. Губы сначала дрогнули в усмешке, а потом перешли в довольный оскал.

- А ничего особенного, - наигранно пожал плечами он. - Просто ты совершила невозможное - вернулась из Разрыва.

- Бывает, - отмахнулась я, прикладывая всю силу воли, чтобы не побледнеть, не заорать, не упасть в обморок. - Все это, - я демонстративно развела руками, - только для того, чтобы сообщить мне, что очередная моя ошибка прошла для меня стороной? Зачем так стараться, Элвин?

- Я не склонен к театру ради таких мелочей, - отмахнулся юноша и отпил глоток из своего бокала. - Твои ошибки меня не слишком заботят. Я должен объяснить тебе неприглядную реальность последствий произошедшего.

Внутри все похолодело от ужаса. Я чуть крепче сжала свой бокал, но в остальном осталась такой же уверенной и непринужденной.

Мой дед оказал мне услугу - признал меня, и сейчас, возможно, впервые говорит со мной откровенно. Я просто не имею упасть в его глазах.

- Как сама понимаешь, еще не было ни одного случая возвращения из Дэса живым. Ты первая и, скорее всего, единственная, кому это удалось. Но подобное не прошло для тебя незаметно. Именно благодаря последствиям возвращения ты так важна для дела.

- И каковы эти последствия? - спросила я.

- Ты уже знаешь, - улыбнулся Элвин. - Ты не только первый артефактор вернувшийся из Разрыва, но и первая из нас, с таким даром.

Я посмотрела на свои черные ногти, вздохнула и подняла глаза на Синего Дракона. Боги Милостивые, я смотрю на самого Синего Дракона! Я - его внучка! Меня растил сам... Так, либо я сейчас разревусь на радостях, либо просто свихнусь от переживаний. Медленно выдохнула и поняла, что шквал эмоций все-таки удалось взять под контроль. Я обязательно подумаю обо всем, но только чуть позже!

В руках Элвина материализовался цветок розового пиона. Когда-то Даремор рассказывал, что моя мама очень любила эти цветы, потому он, по приказу моего отца, стал их выращивать с больших количествах. Моих родителей уже нет. Я не помню ничего, что с ними связано, но дворецкий по-прежнему продолжает их выращивать и расставлять в вазах по всему особняку. Артефактор бросил в меня цветок.

Время привычно и знакомо замедлилось. Сначала, я хотела уклониться от цветка. Потом, решила, что стоит его уничтожить заклятьем. И лишь после сообразила, что мой дед никогда и ничего не делает просто так. Если он хочет, чтобы я поймала цветок, то мне стоит его поймать.

Я легко ухватила пион за длинную ножку. Мгновения не прошло, как цветок стал увядать. Еще три удара сердца - и сухая коричнево-серая труха осыпалась мне на подол. Я для этого ни делала ровным счетом ничего. Даже толком сообразить не успела, что происходило с моим телом в момент воздействия. Но глаза в данном случае не обманешь.

- Ты артефактор-некромант! Или первый некромант с даром артефактора. Сама для себя реши, кто ты больше: артефактник или некромант, - самым довольным голосом произнес Элвин.

Я знала это! Знала, как только посмотрела на себя в зеркало, но только после слов дедушки с глаз словно упала пелена. Теперь я отчетливо ощущала в себе, в своей душе, в сердце три вида магии. Темно-серая, почти черная магия некромантов струилась под кожей прохладными ручейками талого снега по весне. Она не ощущалась как темная сила, черная магия. Не давила, не угнетала. Она была приятна мне.

Обычно в теле каждого жителя нашего мирка наблюдалось два вида магии. Энергия самой планеты, Богов, в общем, та ее часть, что клубится вокруг, в воздухе - везде. Та магия, которая питает наш мир, питает и оберегает нас самих, все живое и мертвое. И второй вид сил - дар разумного. Это какая-то отдельная часть магического потока. Есть огненные маги, водные, земные, маги крови, ведьмаки, целители и еще множество видов самых разных возможностей. У каждого его дар развит по-своему. У кого-то он слабый, у кого-то сильный. Например: если два мага огненной магии с сильным даром породят нового, то отпрыск, скорее всего, сможет создавать своей силой пожарища, способные стирать города!

Эта особенность усиления конкретного дара и сделала наше общество таким, какое оно есть сейчас.

Иерархия в родах всех рас основана на чистокровности, то есть на скрещивании и усилении одного дара магии. Чем чище кровь - тем мощнее дар. Чем мощнее дар - тем больше сила мага, и тем выше его положение в роду, клане, собственной расе и стране в целом, да и во всем мире, собственно.

Полукровки, бастарды и прочие, в ком течет не только кровь отдельного дара, но и кровь другой расы, другого вида магии по определению слабее, потому что в разумном может быть только один дар! Это закон бытия, незыблемое правило сохранения энергии. Место в душе и физическом теле есть только для двух видов магии. Так было всегда. Меня так учили.

Например, от союза эльфа с даром земли и человеческого ветряного мага родится разумный только с одним даром из двух или любым другим, но магический потенциал такого мага будет крайне мал. Он просто не сможет стать архимагом, не говоря уж, о чем-то большем. Все из-за того, что два дара в крови входят в конфликт друг с другом и как бы нейтрализуют сами себя. Это одна из главных причин, почему полукровки не приветствуются. Есть риск не только потерять расу с течением времени, но и уникальный вид магии.

Исключения бывают, ведь известны случаи, когда полукровки становились великими воинами или магами в иных областях, но их так мало, что это лишь подтверждает правило. В теле разумного не может быть больше двух полноценных сил. Силу самого мира убрать из уравнения нельзя, а значит, на одного разумного - один магический дар. Все прочие либо отсутствуют, либо так слабы, что приравниваются к магии мира.

Все просто, правда? Только вот это правило не имеет отношения в артефактникам! Наша раса обладает особенной силой. И от этого наше взаимодействие с магией мира сильнее, чем у всех прочих. Каждый артефактник легко может управлять стихиями или другими силами, всем по чуть-чуть. Каждый опытный артефактник по своей мощи может сравниться с архимагом, но по сути, мы не имеем дара, почти никогда не имеем, мы используем либо силу Дэса, либо силу самого мира, в котором живем. Это закон!

И еще один закон: артефактор - созидатель, а не разрушитель! Если в артефактнике, вдруг и проявляться слабый дар, то от светлых сил. Нет в мире артефактников магии крови, например. Их функции взяли на себя архивампиры. Наша сила создает, а не разрушает. Хотя это весьма спорно! Любой из моей расы сможет сотворить артефакт огненной магии, который легко будет убивать. Просто как дар, в самом артефакторе, темная сторона не проявляется. Это тоже закон! И тоже непреложный!

До этого момента...

И вот сижу я, непутевая, и скриплю мозгами от натуги, силясь понять простую истину - во мне три полноценных вида магии! Я чувствовала в себе и связь с Дэса, которая стала, кажется, только крепче, да и само Место ближе. Прекрасно ощущалась и сила мира вокруг меня. Я легко могла сотворить заклятье, использовать зелье, вообще все то, что использовала до этого разговора. Но вместе с каналами этих сил во мне появились и свежие потоки, совсем новые, можно сказать, новорожденные канальца силы некромантов. Темно-серая сила, которая способна выжимать живую энергию, переделывать ее в хаотичную мощь и после заполнять ею мертвую плоть.

Я без всяких проверок знала, что у меня не слабенький дар поднять скелетик вороны, как у моего деда, например. Он мог трансформировать приказом энергию мира в некро-посыл, и таким образом заставлял мертвую плоть восстать, но это не полноценный дар некроманта. Полноценность такой магии и состоит в том, чтобы уметь отнять жизнь, переделать то, что когда-то заставляло цвести во что-то более тяжелое и разрушительное.

Магия жизни - крайне хрупкая вещь. А вот разрушить некромагию куда сложнее. Убить нежить, вурдалака и тому подобных, не имея дара к некромантии, можно лишь огромным выбросом силы других магий. Нужно разорвать все связи магического плетения некромантии для того, чтобы мертвый снова стал мертвым. Проще говоря, нужно уничтожить само тело. Дар некромантии стал редким после множества воин. И им владеют лишь темные расы: дроу, вампиры, династии темных магов, редко оборотни, еще реже драконы.

А у меня в теле был полноценный дар некромантии, и он стремительно развивался во мне, я почти физически чувствовала, как новая магия прокладывает себе каналы под кожей, в моей крови, в костях. Странное, удивительное ощущение рождения магии внутри собственного тела. Обычно дети не запоминают этот период своей жизни. Магия просыпается намного раньше, чем малыш может запомнить ощущения постройки каналов.

Умереть и не восстать, я некромант! Артефактник-некромант! Правда, теперь это мало чем поможет, ведь с моим новым даром я легко восстану из мертвых. С другой стороны, это буду уже не совсем я...

Махом выпила остатки вина и не почувствовала вкуса. Быстро налила себе еще. Руки при этом не дрожали, что не могло не радовать! У меня талант к самоконтролю, когда захочу. Выпила еще и только после этого посмотрела в заинтересованные глаза деда.

- Изменения оттенка кожи и ногтей, - произнесла я совершенно трезвым голосом. Похоже, от шока алкоголь меня не взял. А хотелось бы... - тут все понятно, это признаки Истинной некромантии! А волосы и глаза?

Я требовательно посмотрела на Элвина. Сейчас он не был мне дедом. Он - Синий Дракон, а значит, и я должна вести себя соответственно.

Мужчина развел руками.

- Боюсь, что здесь у меня нет ответов, - сказал он и печально улыбнулся. - Веселина, твои волосы уже стали такими, когда ты вернулась из Дэса. Они сменили цвет на оттенок шкуры того существа, который пришел с тобой. Даремор пытался их постричь, хотя бы челку тебе подровнять, пока ты спала, но ничего не вышло. В течение минуты пряди вернули прежнюю длину. Глаза изменились тогда же. И по каким причинам это случилось - я не знаю. Могу лишь предположить: это так на тебя повлияла магия твоего пространства. Изменила структуру твоего тела.

- И что теперь со мной будет?

Он внимательно на меня посмотрел. И тихо сказал:

- Если бы я знал, Весенька...

Я задумалась на секунду, потом прищурилась, копируя манеру деда.

- Но ведь это далеко не все новости, так? Быть не может, что ты решил раскрыть мне парочку своих тайн только потому, что я теперь могу не опасаться вурдалаков! Что еще, Элвин?

На лице дедушки появилось странное выражение. Если бы я его не знала, то решила бы, что это удивление, если не восхищение.

- А ты умна для своего возраста, - заметил он, и его красивые глаза засверкали, как драгоценные камни на свету.

- Меня растил Рыцарь Боли! - сказала я, испытывая гордость за деда. - И потому, дешевая лесть тебе не поможет. Так что еще ты хотел сообщить?

Первый маг расхохотался, запрокинув голову. В этот момент вокруг меня заклубилась его сила. Мне не обязательно было взывать к магии, чтобы почувствовать - все вокруг пропитано магией моего деда. Лаборатория, наши кресла, стол, сам воздух - все задышало вместе с его эмоциями. В этот момент я поняла: почему моя бабушка, к слову сказать, третья и последняя супруга мастера Ратри, будучи совсем еще юной, влюбилась в уже опытного и известного мага. Если этот юнец вот так же при ней рассмеялся, то все понятно.

Если когда-нибудь я почувствую, как само пространство Вселенной реагирует так на кого-то, я тоже влюблюсь моментально. Стоит только представить, насколько сильный, непоколебимый и волевой должен быть характер у того, кто контролирует столь мощную силу, что аж дух захватывает. А любить такого мужчину - прекрасный подарок небес. Только такие и достойны любви...

Я осеклась, прерывая собственные размышления. Нет, мой дед по совместительству оказался и одним из моих кумиров, но это не повод млеть и терять последние остатки здравомыслия.

- Ты права! - кивнул юноша, запивая остатки смеха вином. - Я бы не стал открывать тебе часть своих титулов только потому, что ты умудрилась стать уникальной. Этого, уж прости, мало для подобного подарка.

Я так и знала, но прозвучало его признание все равно обидно. Да и оговорку Синего про «часть титулов» я услышала.

- Раньше я планировал использовать уникальность влияния проклятья на тебя, но теперь будем использовать еще и это...

Он всмотрелся мне в глаза, будто ждал моей реакции на это признание. Оно меня не слишком удивило.

- Как ты знаешь, артефактники - сильнейшие существа этого мира. Настолько могущественные, что использование нашей магии напрямую может уничтожить мир. Мы можем применять ее лишь через артефакты, задавая точный вектор воздействия. Например: только на защиту, только на разрушение, только на дом, только на одного разумного и так далее...

- Ты мне еще Основы Элементарной Магии с первого тома начни пересказывать, - поддела я.

Элвин, впрочем, не обиделся, только ухмыльнулся.

- Но, при этом, пусть мы и сильнейшие по многим параметрам, нас можно убить, как и любого, - невозмутимо закончил он.

- И…? - нетерпеливо подтолкнула я.

- Ты никогда не задумывалась: для чего мы существуем? Ведь у каждой расы свои таланты. А какие есть у нас, кроме сотворения сильнейших предметов?

Я нахмурилась, понимая, что сейчас прозвучит что-то такое, от чего мой, и без того вздыбленный, разум вывернется наизнанку.

- Артефакторы - первая живая стена силы обороны мира, Веселина. Любой мир окружает множество полей, великое множество стен. За их сохранность отвечают Боги. Это ты знаешь, а что будет, если эти стены разрушат? Кто встанет на защиту жизни в нашем мире, на защиту душ и их перерождений? Первыми встанут артефактники, вместе с Младшими Богами. После поднимутся драконы и сильнейшие магические разумные, и уже потом все прочие. Мы не Боги и никогда ими не станем, но мы созданы творцами, как защита и опора всего живого.

- Красиво и патетично, - отметила я. - А что-нибудь кроме семейных преданий и легенд сегодня есть на повестке дня?

- Это не легенда и не предание, а факт! - жестко припечатал синеволосый. - Мы живем в мире, где совершенно все зависит от магии и от того, кто и как ее использует. Ты никогда не задумывалась, почему столько войн еще не разрушило мир? Ведь в каждом сражении использовались такие проклятья и такая сила, что почва должна была погибнуть, вода стать ядом, а небо потемнеть.

Я задумывалась, и не раз, поэтому стала серьезной.

- Дело в нас, точнее в том, что сила нашей магии медленно восстанавливает баланс сил. На одного психа, решившего обратить реку в отравленное болото, приходится два, а то и три, таких же чокнутых индивида, которые заботятся об этой реке. Это законы природы. Равновесие сил нашего мира. Темные и Светлые всегда буду рядом, хотя и будут уничтожать друг друга. Артефактники стоят над этим делением. Они легко направляют свою силу, как на восстановление, так и на разрушение. Но часть магии, нашей индивидуальной силы при создании любого артефакта всегда выбрасывается в пространство мира. И во время последующего использования артефакта также. Мой отец когда-то привел красивую метафору, чтобы легко и просто раскрыть замысел творцов: "Представь, что все-все вокруг - большое полотно, а магия твоего Дэса что-то вроде заплаты. Она латает дыры в полотне, когда это нужно. Но при этом ты сам - штопальная игла. Ты можешь, как залатать дыру, как и проделать новую, а если когда-нибудь полотно станет совсем тонким и дряхлым, то игла может и порвать его, а не восстановить…" Понимаешь, о чем я?

Я кивнула. Я хорошо понимала, о чем он, потому что не раз чувствовала магию почвы под ногами, магию воздуха и легко могла понять, как моя сила впитывается в энергию мира.

- Нас сотворили для того, чтобы мы не дали полотну стать ветхим, - с какой-то безысходностью произнес Элвин. - А теперь представь, что в мире больше нет силы, способной залатать прорехи, нет «штопальных игл».

Я начала догадываться, куда он клонит.

- Артефактников всегда убивали и использовали, с самого начала времен. Эпохи и цивилизации сменяют друг друга, рождаются новые расы, новые пространства и виды магии, но это остается неизменным. Примерно раз в тысячу лет какая-нибудь ветвь рода сильных магов попадает в поле внимания Богов, и тогда рождается новый род артефактников. Приток новой магии не позволяет нам выродиться как расе. Но...

И я догадалась, на что намекает Синий Дракон. Еще пять тысяч лет назад, когда Империи Кирана еще не существовало, а на материке было множество более мелких государств, на Аарде насчитывалось двадцать семь родов артефактников. А сейчас осталось только тринадцать, если не брать в расчет нас с дедом, как самый маленький род, то двенадцать. Не странно ли, если учесть, что средняя продолжительность жизни артефактника четыре сотни лет, а приличное число представителей расы легко проживают больше тысячи лет?

- Если взять наш род, то только четыре последние ветви погибли за последние три сотни лет, - подтвердил мои подозрения дед. - У меня был брат, но вся его ветвь погибла. Я дал начало трем новым ветвям рода, заключив три брака с разными родами. От всех трех у меня были дети. И у них были дети. Но все три новые ветви погибли.

Я вздрогнула от его голоса. Элвин говорил о гибели своих жен и восьми детей, как о чем-то обыденном. Хотя я знала, как больно ему было. Я помнила его глаза каждый раз, когда он видел портреты своих жен и детей. Всех их он любил, и все они погибли. На глаза навернулись слезы. Я не хотела даже представлять, каково моему дедушке жить, когда за плечами столько горя. И только, когда он потянулся к бутылке с вином, поняла, что он сказал.

"Три новые ветви погибли", - пронеслось эхом в голове, как бы в подтверждение.

Но ведь я его внучка от третьего брака. Моя бабушка прожила мало даже по меркам магов. Всего сто восемьдесят четыре года. На нее напали, когда она возвращалась из земель эльфов, и она ценой своей жизни спасла моих папу и тетю. Они были слишком маленькими, чтобы хоть что-то запомнить, поэтому убийц так и не нашли. Моя тетя по неизвестным причинам отказалась выходить замуж. Мой папа выбрал последнюю представительницу слабейшего из родов на тот момент. Дед долго не принимал ее, уговаривал отца передумать, но папа оказался настырным и настоял. В конечном итоге и тетя, и папа, и мама погибли в один день. Подарить жизнь мои родители успели только одному ребенку, так что с моей ветвью все было ясно. Только я ведь еще жива, нельзя сказать, что третья ветвь рода оборвалась.

Я последняя из третьей молодой ветви рода Ратри. Но слова сказаны, и оговорку моего деда нельзя неправильно понять. Он сам уже считал меня мертвой. У себя в голове он уже все решил. Похоже, для него меня уже нет. Осознание этого вызвало во мне странные эмоции, в которых я не могла легко разобраться.

- Более того, - продолжил Синий Дракон, скорее всего, так и не поняв, что сказал своей внучке, - уничтожаются не только чистокровные представители рода, но и полукровки с бастардами первых двух поколений. Все, в ком может проявиться сильный дар мага, а то и Дэса, теоритически. Роды артефакторов смывают подчистую. Большинство смертей не выглядят странными. Кто-то гибнет от несчастного случая, кто-то от Разрыва, - он глянул на меня и резко отвел взгляд, - кто-то от старости, кто-то от простого разбоя. Но если посмотреть на ситуацию шире, то понимаешь, что уничтожается весь род, без малейшей возможности на возрождение. Выживают лишь те разумные, в чьих жилах так мало крови артефактора, что его уже никто не назовет представителем рода. Полукровки третьего поколения и далее...

- Что требуется от меня? - прервала его объяснения я.

- За последние годы не погиб ни один молодой артефактник, хотя если подумать, то их прикончить проще, чем опытного и сильного мага.

Меня поразил масштаб цинизма деда. Но после его причисления меня к мертвым это оказалось логичным. Я почувствовала, как каменеет лицо, повторяя его высокомерно-ироничную маску. Я уже знала, что сейчас прозвучит, но хотела услышать каждое слово. Я хотела услышать собственными ушами этот приказ собственного дедушки, который так долго прятал меня от всех, утверждая, что я самое дорогое в его жизни!

- Думаешь, готовится большое нападение на молодняк?

- Уверен в этом, - серьезно кивнул он.

- И ты хочешь отправить меня в Видьят, чтобы я проследила за артефактниками? - глухо уточнила я.

- Я хочу, чтобы ты там училась, - поправил он, хотя по глазам было видно, что он ждет другого.

- Я должна защитить их, - скорее констатировала я, чем спросила.

- Если будет такая возможность, - кивнул он. - Убийства в большинстве случаев выглядят естественно. История с твоими родителями - исключение. Обычно эти неизвестные действуют куда тоньше. У нас практически нет зацепок. Исполнители либо пропадают без следа, либо гибнут вместе с жертвами. За всем этим стоит кто-то очень умелый и могущественный. Возможно, если ты будешь в гуще событий, к тому же выглядеть, как простая полукровка, то сможешь заметить что-то, что наведет нас на убийц. Но для начала от тебя требуется просто учиться в Школе. Прикрой будущих артефакторов от нападений, Веселина. Это ведь для тебя не составит особых проблем: ты и так будешь постоянно рядом с потенциальными жертвами и сможешь смешаться с ними.

Я не смогла сдержать смешок.

- Значит, мне предстоит провести расследование и найти заговорщиков, которые все это творят, через убийц, которые, как я понимаю, только марионетки?

Элвин посмотрел на меня, как на полную кретинку.

- Этим занимались и занимаются лучшие представители магов всех рас тайных орденов. В Империи на это тоже брошены лучшие следователи, Веселина. Ты ничего найти не сможешь, но, возможно, заметишь какую-то деталь...что-то, что можно увидеть только изнутри, находясь рядом с жертвой в момент нападения.

Значит, дедушка и те, кто стоит за ним, решили использовать меня как пушечное мясо или же, как наживку. Но ему я это не озвучила. Зачем лишнее ребячество?

- Как долго? - спросила я, после короткой паузы в беседе.

- Пока что-то не найдешь, - беззаботно пожал плечами он. - Уверен, что первогодок захотят прибрать в ближайшее время. Года два, не больше...

«Или пока меня не прикончат! - но и эту мысль я не стала произносить.»

- Я так понимаю, что выбора у меня особо нет?

- Нет, - кивнул Синий Дракон. - Но, разве ты сама не понимаешь, что случится, если за следующие годы еще несколько родов перестанут существовать?

Я понимала. Понимала и то, что будь у меня выбор, я бы бежала как можно дальше. Но выбора у меня, и правда, не было. Теперь точно не было. Я никогда особо за свою жизнь не держалась, а если даже сам Синий Дракон считает меня настолько бесполезной, что готов рискнуть мной и почти честно об этом говорит, то почему нет? В конце концов, несмотря на мечты об успехе и признании, где-то глубоко внутри я знала, что артефактник из меня никакой, так может наживка выйдет приличная? А с даром некроманта я, и правда, смогу чего-то добиться.

- Отлично, когда мне ехать? - я поднялась.

- Твои вещи уже отправлены в Видьят порталом. Деньги получишь от Даремора через час.

- Тогда пойду, приведу себя в порядок, - сказала я и двинулась к выходу. - Надеюсь оказаться полезной, Элвин.

- Я в тебе не сомневаюсь! - уверенно ответил Синий Дракон. - Какая-то польза от тебя при любом раскладе будет.

Я обернулась. Посмотрела в глубокие синие глаза деда и кристально ясно осознала, что в моих ничего не отражается. Дар некроманта мне подходит лучше прочих... Губы исказились в злой усмешке.

- Постарайся не погибнуть сразу, - все тем же голосом моего кумира добавил дед.

Ушла я из кабинета, не оборачиваясь.


~~~~~***~~~~~



Как только за девушкой закрылась дверь, из стены выплыл призрак и укоризненно посмотрел на мастера. Личина юности медленно сползла с артефактора, возвращая привычные черты. Маг повел рукой в воздухе, и пространство вокруг изменилось, оголяя гранит стен. На столике появилась бутылка более крепкого напитка. Мастер Ратри резким движением приложился к горлышку и несколько секунд жадно глотал глоток за глотком.

Призрак пристроился в кресло, на котором сидела девушка, и молча наблюдал за тем, как его учитель напивается.

- Зачем ты так с девочкой?

- Так лучше, Симануэль, так будет лучше, - тихо отозвался маг.

- Кто сказал? Она ведь любит тебя больше жизни, а ты с ней так жестоко. Ты буквально лишил ее единственного родственника. Ты хоть понимаешь, что она сейчас чувствует? Веселина уверена, что ее предали! И в этом виноват только ты! Зачем?

- Ты не понимаешь. Я лучше прочих знаю свою внучку! За любимых она отдаст все, даже жизнь или посмертие, но никогда не станет рисковать чем-то ради тех, кто недостоин уважения. Когда она окажется в Видьят, ее жизни будет ежеминутно что-то угрожать! И клянусь Богами, она никогда не полезет в пекло ради такого деда, каким я стал после этого разговора. Она скорее поможет убийцам, чем станет помогать мне, а значит, будет как можно дальше от всего опасного. Уверен, что теперь она направит все силы на учебу, чтобы после выпуска иметь возможность отречься от нашего имени и жить так далеко от меня, как только возможно!

Призрак недоверчиво покосился в сторону двери.

- Ты уверен, что она решит больше никогда не встречаться с тобой, и не станет помогать в поисках заговора?

- Если и станет, то ничего у нее не выйдет. И потом, в ее глазах я не стою ни малейшего внимания. Не удивлюсь, если она и на мои похороны не придет, когда настанет мое время. Но пока ей нужны деньги и имя, она будет со мной общаться. Она понимает, что мы связаны, поэтому до выпуска не станет разрывать связи с родом. А вот после - обязательно уйдет. Веселина гордая и упрямая. Никогда не станет выполнять приказы того, кто не уважает ее. Слишком ценит себя, а значит, приложит максимум усилий, чтобы добиться успеха. Может, даже выскочит замуж за аристократа, как лура Ристит, лишь бы скрыть свое родство со мной!

У старого призрака было другое мнение. Он хорошо видел глаза девушки, когда та выходила. Он не увидел там боли уязвленного ребенка, а лишь гнев истинного аристократа. С таким выражением на лице бросаются в смертельную атаку и идут эшафот. Веселина зла, причем не похоже, что на своего деда.

- Не хочу ставить под сомнение твою репутацию и опыт, но мне думается, что внучка пошла в дедушку, - неуверенно проговорил призрак.

Мастер не обратил внимание на слова своего бывшего ученика. Он пил, высоко подняв лицо, так, чтобы страж не увидел его слез. Этот разговор, его холодное и надменное отношение к самому дорогому существу на свете дались опытному интригану с огромным трудом. Он не раз виртуозно лгал, но еще никогда нужные слова не давались с такой болью. Мастер Ратри был уверен, что больше у него нет любящей внучки, а есть подчиненная, которая в любой момент сбежит, потому что он фактически послал ее на смерть, а никто не хочет погибать ради призрачной цели. Жизнь дороже красивых слов и метафор.

Он растил свою внучку вдали от семейных тайн, ее не готовили как слугу Императора или Стража воли Богов. А значит, и ее реакция была более чем предсказуема - побег от ненавистного предателя-деда, который поставил ее жизнь намного ниже жизней успешных артефактников. Для нее это была непростительная подлость, и мастер прекрасно понимал, что говорит. Понимал, что разбил сердце любимой девочке, так похожей на его третью супругу. Но пусть лучше она ненавидит его и живет долго, чем с любовью к нему погибнет!


~~~~~***~~~~~



Когда этаж с кабинетом Элвина остался далеко за спиной, пространство вокруг стало плавно меняться. Стены и пол родового поместья словно бы наливались красками, жизнью. Я знала, что если пойду на кухню, то увижу слуг. Знала и то, что Даремор откликнется, если позову. Все обитатели дома были внутри его стен, и жизнь била здесь ключом, только магия деда наложила такой сильный полог, что как бы создала пространство в пространстве.

Я шла к себе в комнату и размышляла. Внутри разливалась боль. За годы, что я пытаюсь овладеть своим Дэса и научиться творить артефакты, я столько раз слышала вердикты о своей бездарности, что привыкла к ним, как к шуму реки, который ты слышишь постоянно, когда открываешь окно. Меня презирали учителя, и после некоторого времени обучения все, как один, советовали деду заблокировать мои силы - и сделать из меня простого мага, а еще лучше просто выдать замуж за любого, кто возьмется за такое бедствие, как я.

Меня часто ругал дед, еще чаще моя тень и Даремор, хотя последний делал это с непередаваемым тактом и почтением. За годы такой жизни я свыклась, что до определенного момента, момента моего триумфа, я была и буду полной бездарностью.

Однако, так я только думала. Откровенное признание деда, - что он уже считает меня ходячим трупом, - выбило почву у меня из-под ног. Я думала, что к боли полного одиночества, когда в тебя никто не верит, но все критикуют, можно привыкнуть, и мне это удалось, но я ошиблась. Признание деда оказалось для меня весомее всех его прочих слов. Годами он делал все, чтобы меня защитить, говорил, что его жизнь остановится, если со мной что-то случится.

И вот оно случилось - меня утянуло в Разрыв. Страшно? О, да! Я была бы в ужасе, если бы не воспоминания о произошедшем. Олененок со странными рожками и мой до крайности уверенный метаморфный собеседник стоили того, чтобы получить расплату за встречу. Я была счастлива, что попала в разрыв. Но именно это, скорее всего, и убедило деда, что я уже мертва, а значит, пока я еще не сложила крылья в последнем пике, меня можно использовать как расходный материал.

Печально и грустно. Горько и больно в очередной раз осознавать свое полное одиночество. Никто не придет и не спасет меня от проклятья и от Разрыва!

Но...

Я не смогла сдержать усмешки. Какое мне, собственно, дело до всей это блажи с любовью?

Ценность жизни - бред! Я должна была умереть вместе с родителями. Меня не ценит дед, не любит так, как мне бы того хотелось? И что с того?! Он - сам Синий Дракон! Он мой кумир! Он мой личный бог и идол!

Как только я научилась читать самостоятельно, именно книги с историями о Синем Драконе и рассказы Даремора стали для меня тем основанием, на котором выросла моя новая личность. Ведь проклятье стерло первоначальный вариант характера Веселины Ратри, а то, что восстало после лечения, уже не совсем было ею: так сказать, улучшенный вариант, по крайней мере, мне приятно так думать про себя. Тридцать лет назад на столицу анклава восточных светлых эльфов напали. Одно общество темных магов смогло устроить цунами такой силы, что вся столица оказалась бы под водой. Синий Дракон оказался там за несколько минут до того, как волна обрушится на город. И ему удалось в одиночку остановить ее, а потом и разрушить заклятье. Эта история лишь часть легендарных совершений Синего Дракона за последние века. Он был героем среди героев, по крайней мере, для меня.

Если Синий Дракон говорит мне пойти и прикрыть артефактников в этой проклятой Школе, то я так и сделаю. Недавний страх перед Видьят куда-то делся. Меня больше не волновали вампиры, оборотни, эльфы, ведьмаки, дроу, маги и прочие гурманы, которые могли возжелать моей плоти, крови и силы. Если быть честной, то на погребальном пепле я их всех видала! Они ничто, по сравнению с моими целями.

А вот цели у меня интересные. Итак, начнем с первого, но не главного: управление силой. Все что известно о разрыве пространства, который вызывает артефактор, можно свести к двум словам - разрушение и смерть. Разрыв убивает артефактника. Это было фактом до меня. И разрыв несет разрешение миру вокруг, мощности этого разрушения варьируются от минимального, до полного конца всему живому. Известно так же и то, что если артефактнику удается избежать попадания в Разрыв, то это ненадолго: рано или поздно, но Разрыв Дэса повторится - и приберет к себе своего создателя. Так было... до меня! Меня же гибель от Разрыва не устраивает, и, похоже, мое Место не желает прикончить меня, что не может не радовать.

Теперь у меня дар некромантии, о котором я знаю только то, что сила поднимать мертвецов и ставить их себе на службу относится к темным. А это значит, что я первый темный артефактор за много веков, если не совсем первый. По крайней мере, мне не встречались истории о артефакторе с темными силами. Парочка со светлыми силами была, но вот темных не было. А из этого вытекает, что ранг моих потенциальных противников вырос. Если раньше меня убивали бы ученики Школы, то теперь захотят прикончить и архивампиры. Лестно, но я не могу себе позволить такой роскоши! Я должна стать сильнее, чтобы иметь возможность хотя бы сбежать от клыкастых. Вот и выходит, что управление своими способностями стоит на первом месте по очередности. Это продлит мне жизнь и усложнит ее же моим врагам.

Дальше: защита артефактников в Видьят. У каждого народа, да и расы в целом, есть свои легенды о значимости их появления в мире. На этом держится вера, подношения в храмах и сила Богов. Так устроен наш мир. Разумным приятно думать о своей незаменимости в глазах создателей. Дед поведал мне одну из легенд артефактников, как факт. Мы тоже любим говорить о своей незаменимости.

У меня не настолько большое эго, чтобы верить в мою нужность Богам. Но что будет, если артефактники полностью исчезнут? В мире станет намного меньше магии, и больше не будет артефактов. Да, но это не все! Как правило, артефакторы являются еще сильнейшими магами и главными защитниками жизни. С гибелью нашей расы миру не настанет конец, как пугал меня дед, но ему будет определенно очень и очень нехорошо. И потом, не углубляясь в понятия высших целей и предназначений, мне просто не нравится идея, что таким-то умникам удается убивать моих соплеменников. Так быть не должно!

Как им в этом деле помешать? Вопрос вопросов, на который мне предстоит найти ответ. И я его найду, несмотря на то, что дед думает, что у меня ничего не получится. Уверена, что это ко мне полезут, а мне нравится знать: кто меня убивает и зачем - а значит, влезем в заговор. Или хотя бы попытаемся.

Еще один момент: представление деда меня потрясло своей эффектностью, но не удивило. Я всегда предполагала, что мой дед сидит или сидел на самом верху власти, но чтобы настолько высоко...

Рыцарь Боли - не простое звание с двойным, если не тройным дном. Орден Боли или, как его еще называют, Орден Последней Кары был тайным. Тайным не в том смысле, что о нем никто не знает, как раз наоборот: все боевые маги, все сильные существа мира в курсе существования этого ордена. Никто особой тайны из него не делает. Просто каждый член это сообщества неизвестен. Никто не знает, кто попадает в него, и как туда можно попасть. Известно лишь, что в Орден принимают самых сильных. Туда попадают сильнейшие из магов Империи, ее основная ее мощь. Кирана не просто так уже тысячелетия удерживает границы как самое большое из государств мира. Для того, чтобы удержать Империю, нужна сила и преданные друзья. Если Синий Дракон - герой из героев для меня, то Орден Боли - элита из элит для всей Империи.

Титул Стража Покоя мне не знаком, но подозреваю, что он так же значителен.

Что до словосочетания Тайный Советник Императора, то тут дело не в секретности, а в делах, которые решает мой дед. Ему наверняка не раз поручали такое, от чего у меня волосы на затылке встанут дыбом. Я далека от политики и ничего не смыслю в законах мироздания, но прекрасно понимаю, что мой дед признанный имперский убийца. Он не убивает по подворотням, но теперь многое становится на свои места.

Элвин не рассказал мне ничего важного и существенного. По большому счету, он вообще ничего не сказал, кроме того, что моя жизнь ничего не стоит. Но даже намеки многое объяснили.

Что означает политические дела и заговоры лично для меня? Я остановилась и потерла виски. А ничего они не означают. Я не стану судить деда и предполагать, сколько преступлений, кроме подвигов, за свою жизнь насовершал Синий Дракон. Мне надо знать лишь то, что я должна защитить учеников Школы. Дед не просто так решил устроить этот спектакль. Он уверен, что нападение на артефактников будут, а значит, будут и новые смерти.

Все оказалось куда проще, если расставить все точки над i. Я не знаю планов своего деда, не знаю, в какую игру меня втягивают. Но знаю, что я всегда буду на стороне семьи и всегда буду против смертей. Поэтому я еду в Видьят и выполняю поручение деда, пока не найду врагов артефакторов, или пока меня не убьют.

Я зашла к себе в комнату и принялась рыться в шкафу в поисках подходящего наряда.

До разговора с Элвином мне хотелось, чтобы дед признал меня. Мне хотелось не осрамить память родителей своей бездарностью. Мне много чего хотелось. Но сейчас не хотелось ничего, кроме как принести хотя бы минимальную пользу. От этого простого факта дышать стало намного проще.

Я нашла коричневое платье со свободными рукавами. Под грудью начинался расшитый цветами корсет с широким поясом для артефактов или зелий. От него шла юбка с большим количеством слоев длиной чуть выше колена. Наряд смотрелся более, чем красиво. Я затянула красные завязки сбоку потуже, чтобы держать спину прямо. На ноги плотные чулки и сапоги на низком каблуке со шнуровкой. Если мне придется драться, я хочу делать это в удобной обуви.

Подошла к зеркалу и еще раз посмотрела на себя. Сейчас ни черные ногти, ни перламутровые волосы, ни яркие пронзительно-голубые глаза не казались мне пугающими. Все так, как и должно быть. Я принимаю себя, а этого вполне достаточно, чтоб быть счастливой. Крутанулась перед зеркалом и поняла, что наряд сидит идеально. Если повезет, то на нем появятся знаки выпускника Видьят, если нет - то я хотя бы пыталась.

Жизнь вообще проста до невозможности, если сама ее упрощаешь.

На столике у изголовья кровати нашелся мой браслет. Широкая лента толстой темно-коричневой кожи была красиво украшена и почти задрапирована несколькими кусочками ткани разных фактур. На самой коже крепились несколько металлических, каменных и деревянных фигурок и просто кругляшков. Каждая такая чушка, размером не больше ногтя на безыменном пальце, укромно пряталась за слоем ткани. От центра браслета шла серебряная цепь, которая крепилась к большому витиеватому кольцу из такой же кожи, ткани и пары заклепок металла. Этот браслет, смотревшийся очень по-девичьи, оказался единственным украшением, которое еще было в комнате. Все прочие я благополучно упаковала. Самодельное и крайне важное украшение заняло свое место на левой руке.

Я шагнула из комнаты не оборачиваясь: вряд ли я сюда вернусь. Пришлось спуститься в центральный холл. В тишине мои шаги разносились эхом, что подчеркивало торжественность момента. И я заулыбалась тонкой иронии судьбы.

- Даремор, - позвала я.

Вампир выплыл из стены в своем сером костюме-тройке.

- Госпожа Ратри, - склонил голову он.

- Лура Ристит! - поправила я.

- Разумеется, - согласился он. - Моя вина.

Он протянул мне сверток из нескольких пергаментов и именной медальон. Их я должна буду по прибытии передать в Видьят и стать учеником. Я растерянно развела руками, намекая, что мне некуда их положить. Вампир понимающе улыбнулся и привычным жестом выудил из-за спины мешок за завязках. Положил туда документы и медальон.

- Внутри так же немного денег, - добавил он, протягивая мне ношу. - Прочие средства будут на счету местного банка через пару дней.

- Нет уж! - запротестовала я. - У дочери рабыни не может быть своего набитого под завязку счета, Даремор! Так и передай мастеру. Денег больше не нужно. Я найду работу и буду обеспечивать себя сама.

Вампир долго смотрел мне в глаза и только потом медленно кивнул.

- Вы можете вызвать меня в любой момент, - напомнил вампир.

Я это и так знала, но ответила честно.

- Не думаю, что в этом будет хоть какая-то необходимость, - покачала головой я.

- Все поручения мастера и новости будут передаваться через вашу тень, лура. Дабы не вызвать лишний подозрений, - продолжил дворецкий. - Вы так же можете через нее связаться с мастером.

Прекрасно! Моя тень одновременно еще и шпион деда.

- Отличная новость, - с улыбкой сказала я. - Так мне будет спокойнее.

- Ваш дедушка весьма печется о вашем благополучии, - заметил вампир. - Я прибуду к вам по первому зову, так же как и он.

- Куда он денется, - протянула я в ответ.

Брови вампира удивленно дрогнули, но он ничего не сказал.

- Дед велел что-то мне передать еще?

- Пожалуй, нет, - отозвался вампир напряженно, будто ждал от меня подвоха. Я еще никогда не видела его таким странным. Обычно этот вампир - сама невозмутимость во плоти.

Я подошла ближе и, прищурившись, заглянула ему в глаза.

- Я тебя напугала? - предположила я.

- Именно так, - кивнул вампир, отводя от меня глаза в пол.

- В том, что случилось, нет твоей вины! - уверенно сказала я. - В разрыве виновата только я: если бы не сунулась в круг без тени, ничего бы не было.

- Не могу с вами согласиться! - вскинулся Даремор. - Мой долг - защищать вас и мастера. И я не справился!

Я махнула рукой.

- Ты никогда не мог со мной согласиться. Все время вежливо и непреклонно споришь. За это я тебя и люблю, - я подошла и крепко обняла вампира.

На мгновение он растерялся и напрягся всем телом. Но потом, видимо, подумал и решил, что в дружеских объятиях не будет нарушения его личного этикета. Мне бы хотелось узнать, как мой дед заполучил в простые слуги такого сильного вампира, но сомневаюсь, что когда-нибудь узнаю. Даремор крепко прижал к себе, и я почувствовала его щеку на своей макушке.

Раньше прикосновение вампира всегда казалось мне прохладным, если не холодным. От него веяло морозной свежестью, ибо уже много веков он был как труп, но сейчас впервые я не почувствовала привычного холода от него. Теперь мы, кажется, были похожи - оба темные.

- Я чувствую вашу силу, юная лура! - прошептал он мне в волосы.

- А я твою, - ответила я ему в камзол. Подняла лицо, улыбнулась и посмотрела в глаза чуть отстранившегося вампира. - Теперь мы похожи, правда?

Его взгляд стал печальным и даже тоскливым.

- Нет, Веселина, боюсь, вы не правы. Вы намного сильнее меня.

Я рассмеялась и отошла от дворецкого на шаг.

- Ты умеешь поддержать, как никто другой. Ладно, давай о наболевшем: где моя тень?

- Здесь, - вампир отошел в сторону и рукой указал на стену.

От тени литых перил отделилась моя тень. Она метнулась чуть выше и превратилась в женский силуэт. Не поприветствовала, ничего не сказала. И, похоже, в отличие от вампира, не страдала приступом обострения чувства вины. Ей как всегда было на меня плевать.

Я внимательно осмотрела тень и убедилась, что произошедшее со мной никак на ней не отразилось. Значит, и правда моей жизни ничего не грозило. Тени умирают вместе с артефакторами и страдают так же.

- А где олененок?

Вампир выразительно покосился на стену. И я все поняла. Женский силуэт расплылся в более широкое пятно. Темнота тени сгустилась, стала непроницаемой, и из нее выпрыгнул олененок с цветущими рожками. Выглядела животинка помято. Шерсть перестала блестеть и свалялась, а цветочки на рожках были поломаны и измяты, будто кто-то, не отрывая, просто смял хрупкие лепестки в кулаке. Малыш бросился ко мне, несколько раз лизнул ладони и обессиленно рухнул на живот. Я опустилась на колени рядом с ним и принялась успокаивать. От моих поглаживаний шерстка снова становилась лоснящийся. Я чувствовала, как шерстинки разглаживаются под пальцами, наливаются жизнью. Чтобы ни случилось в разрыве, это существо зависело от меня. Его жизнь зависит от меня. Олененок ткнулся узкой мордочкой мне в руки, а потом так жалобно заплакал, что на глаза навернулись слезы. Но не от жалости, а от ярости.

Я поняла, что он мог погибнуть, пробудь он еще внутри тени хотя бы день. Он там страдал. И я знала, кто в этом виноват. Ноги сами подняли меня. Я резко развернулась и уставилась на тень. Та почувствовала мое настроение и попыталась бежать, но я больше не Ратри, я рабыня из низшего сословия, а значит этикет мне не подходит по определению рождения.

Сила некроманта устремилась к ладони, я выбросила вперед правую руку, и энергия сумеречного измерения припечатала мою слугу, как бабочку иголка. Тень забилась на стене, меняя форму, перетекая из одного очертания в другое. Я подошла к стене. И с размаху сунула руку в черноту собственной тени. Пересиливая ее желание, ломая ее волю, я оторвала ее от стены и встряхнула.

- Слушай меня внимательно, паразитка мелкая! - прошипела я. Некро-энергия закрыла мне глаза, из-за чего мир я стала видеть черно-белым. Это было ново и неожиданно приятно. - Ты можешь меня ненавидеть, можешь на меня доносить, можешь сбежать, если получится такое провернуть, можешь даже попробовать предать, но еще раз я узнаю, что ты выполнила чужой приказ и навредила мне или кому-то из моих близких, я клянусь всеми Богами, я развею тебя! Ты моя тень! И выполняешь только мои приказы! Если это правило так сложно усвоить, то я тебе помогу...

Магия нового дара устремилась через руку в тело тени, проникая серыми потоками в ее суть, в ее разум. Где-то на задворках моего ума были знания о том, как привязывать призраков. И сейчас я применяла те же правила, только с помощью некромантии к своей тени. Сомневалась, что получится, но желание наказать собственную тень за мучения маленького олененка было куда сильнее сомнений.

- Отныне и впредь ты - призрак среди теней! - мой голос отчего-то стал низким и хриплым, угрожающим. - И пока я не пожелаю обратного, ты останешься такой!

Я брезгливо выдернула руку из своей тени, и та густой каплей сползла на пол. В холле все тени были насыщенными из-за полумрака. Но моя была совсем светлой, будто в предзакатных сумерках.

Насколько я понимала принцип работы своего дара, теперь моя тень стала похожа за поднятого мной зомби. Она не сможет меня предать или не выполнить мой приказ, даже если очень захочет. Это лишение воли. А нет ничего дороже собственного я в этом мире. Тем не менее наказать ее нужно, достали уже мелкие кляузы от существа, которое должно быть мне ближе прочих. Я не планировала оставлять все как есть навсегда. Через месяц или меньше я, конечно, отпущу ее, а пока пусть прочувствует, что значит подчиняться не по собственной воле, а под действием магии.

Я с отвращением встряхнула кистью. К моему удивлению, сила моментально покорно отхлынула в сторону. Возможно, некромант из меня выйдет куда лучше артефактника.

Олененок вертелся под ногами и выглядел почти так, как и должен был. Шерстка переливалась, цветочки на рожках почти все восстановились, а черные глазки затягивали в себя, словно в болото. Красивое существо! И, похоже, питалось оно от меня моей магией. Не уверена, что моих сил хватит на то, чтобы он вырос, но и выбора другого не было.

Вампир смотрел на меня с непроницаемым лицом. Он всегда считал, что хозяин может наказать слугу, поэтому и не вмешивался. Меня его отсутствие эмоций порадовало. Приятно видеть друга таким, каким ты его привык видеть. А то его виноватый вид меня смущал.

Тень заняла свое место у моих ног и покорно приобрела очертания моего тела. По доброй воле она бы этого не сделала никогда, а сейчас без приказа заняла свое место. А в некромантии есть свои плюсы!

Я закинула мешок себе за спину. Погладила довольного олененка и повернулась к ожидающему вампиру.

- Если вопросов больше нет, то открывай портал! - расправив плечи, сказала я.

- Слушаюсь, лура Ристит! - вампир взмахнул левой рукой и, повинуясь его движению, материализовался туннель.

Сверкающая овальная арка с голубоватым свечением внутри. Я глубоко вздохнула и уверено, на выдохе, шагнула в портал, не прощаясь.

Глава 4. Первый день - он сложный самый.

Глава 4

Первый день - он сложный самый.

Я не хотела вас обидеть! Случайно просто повезло.

(Жизненные двустишия)


Порталы - вещь сложная и неоднозначная. Если хорошо подумать, то многое, если не все, в нашем мире сложно. Искусство переноса мага из одной точки в другую требует многих лет обучения. Перенос нескольких силами одного - вообще талант единиц. Поэтому разумные упростили портализацию до минимума и доверили перенос не разумному, с его нестабильным талантом и сложными эмоциями, а законам магии. В каждом более-менее крупном поселении находят точку силы. Такое место в земле, где потоки магии особенно мощны. На это место устанавливается артефакт зова. Обычно закапывают небольшой камень, который по воле артефактора пробивает стабильный постоянный канал. Сверху, над этим местом обычно устанавливают пентаграмму, арку или что-то, что позволяет защитить артефакт. Сейчас же я оказалась в центре круглой пентаграммы. Над ней была белая каменная арка. А вокруг шумел сотнями голосов незнакомый город.

Переходы я не любила и даже не стала пробовать развивать этот вид магии в себе. С моей везучестью первый же опыт прыжка аккуратно разделит меня на две части. Ноги останутся в точке А, а вот глупая голова, перепутавшая последовательность символов в рисунке заклятья, в точке Б. Пару секунд я отходила от воздействия перехода на тело. У кого-то уши закладывает, у кого-то дрожь по рукам и ногам. У меня закружилась голова, а глаза на мгновение перестали видеть. О правую ладонь потерлась знакомая узкая мордочка. Я встряхнулась и вышла из круга, чтобы не мешать прочим страждущим, которые тоже захотели сейчас воспользоваться именно этой точкой.

Каблуки звонко стукнули по каменной кладке мостовой. Этот порт находился у ворот города. Вокруг шумели и гомонили сотни разумных. В трех десятках метров отсюда возвышались огромные ворота, через которые и шел непрерывный поток существ, телег, карет и животных. Прямо напротив гигантских ворот, в которые и пара драконов легко прошла бы, располагалась небольшая площадь, а за ней пристроилось трёхэтажное здание с небольшими окнами и башенкой. Может быть, ратуша, но не уверена. На башне большие старинные часы показывали десять утра.

За беседой с Элвином и переживаниями я как-то упустила из виду время. А вот Даремор и дед предусмотрели, чтобы я прибыла на место пораньше. Мысленно порадовалась, что родителю не пришло в голову отправить меня в Видьят с рассветом. Город уже жил, большой и шумный. И мне это сразу не понравилось.

- Рады приветствовать вас! - сообщили мне.

Я моргнула и уставилась на молодого стражника. Худой парень, не намного старше меня самой. Он оказался человеком, а нашивки на форме сообщили мне, что это маг. На нем не было оружия, и он не выглядел грозно. А значит он просто порталист. Следит за порядком, отмечает прибывших. Если что-то пойдет не так, он просто подаст сигнал тревоги стражникам и заблокирует артефакт портала.

Олененок прижался к моей ноге. Я сняла с плеча мешок и выудила медальон с именем. Протянула его стражнику. Пока тот возился с изучением моей личности, снимая слепок ауры и уже с него считывая всю информацию, я достала из мешка бархатный кошель с монетами. Невольно поморщилась.

Мой дед, конечно, великий маг, легендарная личность, но уж точно не шпион. Он создал мне новую натуру, но не подумал о деталях этой самой личности. Кошелек был из дорогих и качественных. Выдавал меня с головой, как аристократку не хуже таблички с настоящим именем. Хорошо хоть, что кошель оказался без вышитого герба рода. Я сунула его за широкий пояс для зелий. Там имелось что-то вроде маленького пространственного кармана. Кошелек, достаточно увесистый, пропал в нем без проблем. Теперь украсть его можно только вместе с поясом. А пояс только вместе с платьем.

Стражник выпал из легкого транса, вернул мне амулет и снова расплылся в улыбке:

- Желаю легкого обучения, лура! Печально, что вы опоздали. Но в Видьят каждый год такое, так что ничего страшного.

Я улыбнулась в ответ и спрятала именной медальон в одном из многочисленных креплений пояса. Стражник тем временем стал озираться по сторонам. Потом кого-то заметил и громко выкрикнул, замахав рукой:

- Анжей, иди сюда!

Обернулась и увидела молодого мужчину с блестящими на свету золотыми волосами. Ему не нужно было подходить ближе, чтобы я сразу определила в нем светлого эльфа. Он мне еще ничего не сделал, но я всё равно заранее напряглась. Не слишком у меня хорошие отношения со светлыми эльфами. Радовало и успокаивало, что этот явно не из высших: не было татуировки посвящения на лице, а значит с ним есть возможность поговорить мирно.

Он подошел легкой, чуть пружинистой походкой опытного воина. Эльфов всегда выдает пластика, совершенно особенная легкость движений, словно сама почва под ногами пружинит. Он рассмотрел меня и ничего интересного не обнаружил. На лице была вежливо-отстраненная маска. Он поклонился, чуть подав плечи вперед и склонив голову.

Сначала хотела ответить тем же, потом вспомнила, кто я сейчас. Личность Ристит накрыла разум, и я тут же смутилась. Ответила на самом распространенном эльфийском наречии:

- Господин, я не из благородных - низшее сословие, - украдкой посмотрела на эльфа.

Тот не изменился в лице, а ответил на наречии Запертых Островов. Очень небольшое ответвление расы светлых эльфов. Подчиняются они, как и все прочие, высшим эльфам, как самым сильным, но культуру и порядки имеют свои. Обычно во всем остальном мире из этого народа известны только маги разума.

- Вы, нежный бутон, должно быть, не знаете, что в Видьят иные порядки. Вас никто не станет судить по происхождению и чину. Разве что весьма недалекие и лицемерные, но этому не стоит придавать большого значения. Они все лишь сор под легкой поступью идущего в жизни! - он говорил все это вежливо и галантно, как умеют говорить только эльфы. Я кожей ощутила дуновение непроходимых лесов острова. Морской бриз в лицо.

Открыла глаза и улыбнулась. Этот эльф был настоящим магом разума и сейчас чуть показал мне свой дом, память о любимых местах в виде ощущений. Всего на мгновение, но я ощутила себя эльфом среди лесов родной земли. Невероятно приятное приветствие от чистокровного. Особенно если учесть, что я простая рабыня.

- Вы правы! - ответила я на его родном языке. Приложила ладонь к груди, - Музыка сердца у всех одна, а кто ее не слышит - глух, слеп и глуп! Но, в мире слишком много правил, чтобы им не следовать. Слишком много холода для живого сердца, чтобы не опасаться боли. - Я отняла ладонь от себя и следом за пальцами потянулась дымка моей ауры. Она, как кусок тонкой ткани отделилась от основной части моей энергии, затрепетала в пальцах. Я сжала кулак - и искорки осыпались на мостовую. - Носить с собой боль мы все должны от рождения, ибо и земля страдает вместе с нами!

Банальный, весьма распространенный обмен приветствиями у эльфов. И то, что сказал он, и то, что сказала я - цитаты из Песней Мудрецов, пусть и слегка переделанные, но вполне узнаваемые. Известная классика сказаний светлых эльфов. Ее знают все, кто хоть как-то связан в этой расой. Меня тоже учили этим придворным фокусам. Я думала, что просто расположу аристократа к себе, лишний раз покажу, что и рабыню можно неплохо выучить, но реакция стражника меня потрясла.

Он подошел ближе и... поцеловал в линию волос на лбу. Я охнула и застыла, в ужасе смотря на эльфа.

Дело в том, что все эльфы в своих родных землях носят головные украшения: диадемы и прочее. Некоторые из них оплетают лоб достаточно плотно и считаются важными атрибутами статуса. Подпустить кого-то к своему лбу, позволить коснуться украшения сродни высшему комплименту в обществе, где практически каждый убьет тебя так быстро, что не успеешь и пикнуть. Эльфы - искусные воины, слишком искусные. Позволить кому-то возвыситься над головой - значит доверять ему. А самому поцеловать в линию волос, то есть выше украшения на лбу - значит выразить огромное почтение, уважение. Такое возможно только между очень близкими друзьями, любимыми или членами одной семьи.

Я почувствовала, как в волосы зарылись пара искорок золотого света. Еще один комплимент! Добровольно поделиться толикой своей ауры для эльфа все равно что признать другого равным себе. Немыслимо!

- Анжирикинаэлдор Тэ"Нерторгем, третий сын четвертой ветви клана Торгеми, маг разума шестой ступени и ваш, нежный бутон, верный друг!

Я стояла и смотрела в серьезные глаза эльфа, не понимая, чем заслужила такую честь! Я же ничего не сделала, вообще ничего! Наверное, непонимание слишком сильно проступило на лице, потому что мужчина печально улыбнулся и пояснил все так же на своем родном наречии:

- Моя семья пала. Из всей ветви клана выжил лишь я один. Меня вывезли сразу после трагедии с острова Акентрэля. Я больше пятидесяти лет не слышал родной речи, лура! Не видел и жестов доверия, принятых среди моих сородичей. Истинных магов разума в Империи немного, и еще меньше среди них нас, эльфов. Вы принесли мне благо и радость, на которые я уже и не смел надеяться. Мне захотелось отплатить вам тем же!

Заветы чести у эльфов, законы и формы выражения уважения, как и гнева мне были знакомы, но все же многочисленные учителя приучили, что подобное считается очень личным, всё равно что принесение клятв у орков или занятие любовью у людей. Многого стоит. Например, мой мастер по элементарной магии из темных эльфов признался, что удостоился такого жеста доверия только однажды. От светлой эльфийки, с которой до этого пять дней оборонял одну из западных крепостей. Как в светлые земли занесло темного эльфа - отдельная и поучительная история. Я, конечно, не дроу, не настолько враг, но тоже темная... теперь.

- Анжей, - очень тихо позвал подошедший порталист. - Ты чего, а? Впервые вижу, чтобы тебе так девушка понравилась!

Я взглянула в улыбающиеся глаза эльфа. Потом перевела взгляд на довольную физиономию стражника-порталиста. Тот просто лучился мужской солидарностью и иронией.

- Это не симпатия! - твердо поправила я. - Это уважение, господин.

- "Господин", - протянул порталист. - Мало того, что темная, так еще и из простых...

Эльф тут же напрягся и я поняла, что не все в Видьят так радужно, как попытался доказать светлый ушастый. Порталист его взгляда не заметил, а невозмутимо продолжил:

- Н-да, тяжко вам будет, лура...

Я только кивнула и опустила глаза в пол. Олененок задел меня рожками. Захотелось улыбнуться. Этот зверь мое первое, пусть и не совсем обычное достижение, мой первый успех. И поэтому всегда будет вызывать только позитивные эмоции. Но сейчас я лура Ристит, а не Ратри. Меня запугивали, а, учитывая мою судьбу, я должна была покорно склонить голову и приготовиться к большим неприятностям.

Эльф чуть подался вперед. Его лицо снова стало невозмутимым и надменным.

- Я провожу луру...

- Веселина Ристит, - сообщила я. - Но я не думаю, что вам стоит...

Эльф поднял руку в тонкой перчатке.

- Лура, это моя обязанность. Я служу здесь по приказу Главы Видьят. Я должен встречать адептов и учеников. Все мои прочие обязанности по обороне этого города лишь на втором месте.

- Проводи, - кивнул порталист и, повернувшись спиной к нам, через плечо бросил: - Луре следует носить перчатки в городе.

Эльф вскинулся. Сжал опущенные руки в кулаки, но уже через секунду расслабился и указал направление.

Я понимала к чему было сказанное порталистом. Видьят была территорией перемирия, несмотря на мелкие стычки и кровавые драки, но все-таки все учащиеся Школы так или иначе были своим сообществом. Расовая ненависть в ней не приветствовалась и порицалась. Сквозь пальцы смотрели на иерархическое деление. Как бы успешен ни был адепт в учебе, в коллективе, если он из низшего сословия, его имели право травить. Так было и будет. В любом обществе есть свои минусы и плюсы. А уж в обществе, где пытаются ужиться сразу десятки разных рас и культур, тем более.

Но это в самой Школе и среди обучающихся. В Сарласе все было иначе. Город, в котором когда-то основали Видьят, насчитывал долгую трагическую и красивую историю. Он никогда не был столицей Кираны, но по праву считался научным центром. В этом городе было больше источников силы, чем в любом другом месте. Город несколько раз сжигали дотла и восстанавливали вновь. После возведения Видьят в Сарлас влилась жизнь окончательно и бесповоротно. Огромное число адептов, политические интриги, десятки известных танаров в ранге мастера, культурный обмен, сотни задач, которые выполнялись благодаря этой Школе и всему, что с ней связанно, сделали этот город вечно живым. Сюда прибывали торговцы, открывались лучшие лавки, таверны, театры и постоялые дворы. Здесь пробовали свои первые шаги молодые выпускники, которые не получили распределение по Империи. Прекрасный город, который мог терпимо относиться ко всем расам. Имелось только одно НО: это был светлый город. Большинство коренных жителей и властей имели светлый окрас силы, а значит темным здесь было несладко.

Я шла, рядом медленно вышагивал эльф. Олененок пристроился между нами и недовольно задевал эльфа рожками каждые несколько шагов, показывая, кто тут главный.

- Интересный у вас фамильяр, лура! - заметил эльф с улыбкой.

Я спорить не стала. Не нужно знать случайному сопровождающему, что я не просто темная, а некромант. Не стоит ему знать, что олененок не фамильяр и не дух. У меня по виду дара не может быть фамильяра, но замечательно, что зверь похож на фамильяра - не придется выдумывать небылицы.

- Спасибо, - только и сказала я. - Он странно себя ведет. Еще ни к кому не ревновал никогда, - добавила я, чтобы хоть как-то сгладить раздражающее поведение зверя.

- Так это он, - понимающе протянул Анжей. - Тогда я прекрасно понимаю откуда такая неприязнь ко мне. Ведь я проявил повышенный интерес к его чарующей хозяйке. А как зовут того, кто навсегда заполучил место в вашем сердце?

Я открыла рот и покраснела. По крайней мере, мне показалось, что жар на щеках должен привести к румянцу. Я не дала олененку имя. А ведь должна была давно уже это сделать!

- Приношу свои извинения, лура - по-своему понял мое замешательство эльф. - Это и правда личный вопрос, а вы как темная совсем не обязаны отвечать светлому.

- Это вы меня простите, господин Анжей, просто дар пробудился у меня совсем недавно, и этот олененок тоже стал моим буквально на днях. Я еще не дала ему имени.

Эльф понимающе улыбнулся, потом долго рассматривал мое лицо. Перевел взгляд на олененка, присел на корточки и протянул руку к зверю. Тот не отпрянул, но для поглаживания подходил долго и осторожно. Светлый снял перчатку и позволил обнюхать кожу, чуть коснулся длинными пальцами мордочки. Олененок аккуратно подставил рожки. Эльф коснулся и их. Заглянул в черные глазки зверя.

- Какая чистая энергия, ничем не замутненная сила, лура! - выдохнул мой провожатый на родном. - Если бы я не знал обратного, то решил бы, что это светлый дух природы, дух жизни, а не фамильяр.

Анжей удивленно посмотрел на меня.

- Вас выбрал светлый фамильяр?

Я промолчала просто потому, что не знала что сказать, но раз я темная, то могу попытаться не отвечать на некоторые вопросы.

- Милостивая Богиня! - выдохнул эльф, но уже через секунду взял себя в руки. Аристократ, что ни говори и ни делай, всегда останется аристократом. - Скажите, о чем вы думаете, глядя на него, лура?

Я посмотрела на олененка, а тот словно понял речь и повернулся ко мне. Моргнул длинными ресничками. В солнечном свете его перламутр играл очень красочно.

- О красоте. Красивый зверь.

- Хм... о красоте значит... А что если - Келлем-ет? - проговорил эльф. - Истинная красота сути вещей. Та, от которой дух захватывает. Та, что за гранью света и тьмы, лура. В моем народе часто говорили о такой первоначальной красоте всего, она за пределами дуальности: жизни и смерти, любви и ненависти, благородства и предательства.

Я тоже присела на корточки, хотя с юбкой выше колена этого делать не стоило. Зверь подался ко мне и заластился, как кошка. Если бы не мое умение уворачиваться, точно проткнул бы рожками глаза.

- Истинная красота сути вещей, да? - я погладила зверя, насыщая его своей энергией. - Келлем-ет, тебе нравится?

Он посмотрел на меня, потом на эльфа и чихнул. Я рассмеялась и чмокнула его в морду.

Выпрямилась, а олененок позволил-таки себя погладить эльфу. Воспитанный на железных законах чести светлый смотрел на меня слегка потрясенно, но быстро скрыл многочисленные вопросы в глубине глаз - решил, что тактичность важнее любопытства. Мне нечего было ему сказать, даже если бы он решился на вопросы.

Анжей оказался неплохим собеседником. Он говорил мало и учтиво. Сарлас был древним городом, поэтому здесь прекрасно соседствовали и старые развалины бывших крепостных стен, и новые районы. Красивый город. Основная масса строений не превышала трех этажей. Эльф рассказал где в этом городе можно остановиться на ночь, посоветовал пару лавок с недорогой, но вкусной едой. Проходя мимо таверн, быстро характеризовал каждую. Скоро широкие улицы и торговые районы остались позади.

Мы шли по узкой каменной мостовой мимо совсем уж кукольных домиков местных жителей. Эльф принялся сыпать историями про учебу, пытаясь меня убедить, что Видьят не так страшна, как может показаться. Видимо, эльф успел кое-что заметить в моем разуме и сейчас прикладывал все силы, чтобы меня успокоить. Мне это импонировало, но не помогало. Я знала, куда сейчас иду неспешным прогулочным шагом.

Несколько раз на нас обращали внимание и останавливали неприязненный взгляд на мне. Удивленный - на странном звере у моих ног. И крайне неодобрительный - на светлом эльфе в мундире стражи, ведь тот весьма приветливо разговаривал с темной тварью. Меня добила старушка, которая спускалась со ступенек своего дома, но при виде меня остолбенела, побледнела и кинулась обратно. Я проводила старушку долгим оценивающим взглядом и призадумалась. Неужели темный дар во мне так сильно проявлен, что это уже столь хорошо заметно простым вторым зрением?

- Анжей, простите, что спрашиваю, но неужели во мне так ярок дар темной силы?

Эльф покосился в сторону домика и печально вздохнул.

- Лура, поверьте тому, кто уже отучился в этой благословенной Школе, вас не станут унижать только потому, что в вас темный дар! Там весьма большое количество темных, а после пары лет обучения деление на свет и тьму перестает волновать почти всех.

Мысленно пнула образ дочери рабыни. В голове моментально распрямило плечи мое настоящее прошлое. Я дочь рода Ратри, меня растил Синий Дракон. Посмотрела прямо в глаза эльфа, одновременно опуская ментальные щиты. Я не маг разума, но много практиковалась, прыгая по чужим головам, поэтому и защищать собственные мысли умела прилично. Если он захочет, то, конечно, подавит любую защиту. Его именно этому учили, но тогда это будет уже призыв к драке. Наверное, в моих глазах отразилась незнакомая ранее эльфу уверенность. Уверенность, которую вырабатывают в себе все чистокровные, и которой нет у полукровок. Что поделать, в таком перекошенном мире мы живем.

- И все же? - повторила я вопрос.

- Совсем нет, - эльф выпрямился в струнку и сейчас мне прилично приходилось поднимать голову. Я все-таки малявка в сравнении с эльфом. - Я не увидел в вас и намека на темную, лура! Лишь руки выдали, что вы с активным даром. Но, в вас пока нет ничего от темной.

Я посмотрела на свои пальцы.

- Значит, какой именно у меня дар вы тоже определить не можете?

Эльф выразительно посмотрел на меня.

- Я имею в виду с первого взгляда, - тут же поправилась я.

- Нет, но склонен предположить, что это наследственная темная сила. Вы колдунья или ведьма.

Я кивнула его рассуждениям. Припомнила совет порталиста, который, скорее всего, тоже не смог определить направленность дара простым взглядом.

- А где тут у вас можно прикупить перчатки? - если уж пока во мне нет явной червоточины, то имеет смысл скрыть свой дар. Это в любом случае ненадолго, но хоть перестану пугать почтенных дам до икоты.

Эльфу моя идея не понравилась, но он ничего не сказал. Просто проводил до лавки. Пристанище кожевника оказалось совсем маленьким и неприметным. Достаточно далеко от торговых рядов. В обычном жилом доме. Светлый уверил, что местные отовариваются именно здесь.

За старым прилавком сидел пожилой человек. Насколько я знала, люди долго не живут без магического дара - эта раса старела и умирала в кратчайшие сроки. При виде клиентов торговец подскочил. Первым делом поздоровался с эльфом. Тот обозначил легкий кивок головой. Когда кожевник протянул мне руку, я насторожилась. Вспомнить, как здороваются люди, оказалось сложнее, чем приветствие эльфов. Старик не стал целовать протянутую ладонь, а аккуратно ее пожал. Пальцы мастера были все в мозолях и исколоты, что потрясло меня еще больше. Обычно шитье доверяют бытовой магии. Она относится к виду элементарной и доступна всем. Даже тем из нас, кто практически магией не владеет.

Старик понимающе хмыкнул на мой распахнутый от изумления рот:

- Юная лура еще никогда не видела неодаренных?

Я застыла и еще крепче вцепилась в руку кожевника. Старик улыбнулся шире, почти засмеялся. Анжей старательно прятал ухмылку за невозмутимостью.

- Вы без дара?! - сипло выдавила я.

- Никогда им не владел, красавица! Моя мать не отдала меня в приют. Отец решил, что ему такой сын не нужен, и выгнал мать, расторгнув брак. Мы обосновались здесь. Мать стала неплохой швеёй, а я вот по коже больше, - старик тепло улыбнулся.

Магический взор показал, что старик уже не печалится о жизни. Не несет в себе глубоких душевных ран. Здоровье подкачало. Ему осталось не больше десяти лет жизни.

Кожевник провел нас к прилавку и, узнав мои пожелания, принялся вытаскивать из многочисленных стеллажей за спиной ворохи разных перчаток. Я с восхищением рассматривала тонкое кружево, аккуратные орнаменты и прочие украшательства на женских тонких перчатках. На каждую предложенную пару из дорогой кожи или изысканной ткани у мага с бытовыми заклятиями ушла бы уйма времени. Сколько часов, дней, если не недель этот человек потратил, выполняя работу собственными руками?

Кожевник посмеивался над моим вытянутым лицом, а я не знала что сказать. Через полчаса отобрала десять пар на мою ладонь.

- Сколько я вам должна, мастер? - спросила я, когда старик принялся упаковывать выбранные модели.

- Десять монет серебром, - просто ответил тот.

У меня снова отъехала челюсть. За каждую подобную пару аристократы в столице выкладывали золото, уж слишком филигранная и аккуратная работа.

- И больше не возьму! - неожиданно сурово припечатал старик, угадав мои мысли.

Я задумалась, чем можно отплатить мастеру. Полезла за мешочком и с огромным трудом отыскала в нем серебро. То, что Даремор, счел "немного", оказалось весьма приличной суммой в золоте.

Выложила монеты на прилавок. Олененок старательно терся рожками о дерево и отвлекал меня от мыслей. Старик забрал монеты, небрежно закинул их в один из ящиков и протянул мне плотно связанный сверток. Я стала натягивать заранее отложенную пару коричневых перчаток из тонкой ткани с вышивкой.

Приняла из его рук покупку и улыбнулась.

- Вы, лура, необычная девушка, - тихо заметил старик.

Кожевник не имел второго взора, поэтому не мог видеть моей ауры и меток. Я напряглась, но, помня, что я безродная, скромненько потупила глазки и стушевалась.

- С чего вы так решили, мастер? - спросила я, краем глаза заметив, что и эльф застыл, прислушиваясь.

- Вы меня мастером назвали, да не один раз! А я ведь никто, и званий высоких мне никто не присуждал.

Я глянула на олененка, тот чихнул, тряхнул рожками. Я принялась расправлять перчатки на руках. Тонкая ткань с большим трудом тянулась, а нужно было, чтобы она заняла свое место, как вторая кожа. Внимательно посмотрела в умудренные тяжелой жизнью глаза старика.

- А вы знаете, откуда пришел этот титул?

- Да откуда ж мне такое знание взять? Я только начальным знаниям обучен, лура. Мне счет бойко дается, иначе б прогорел, но в истории не силен.

Я незаметно отстегнула от браслета на левой руке маленькую деревянную чурку и зажала между пальцев правой руки.

- В старые времена, очень старые, еще тогда, когда к нам даже Боги не спускались, мастерами не магов называли, а тех, кто достиг большого мастерства в своем ремесле. Это могли быть любые искусники. Если разумный мог создать что-то прекрасное или удивительное, что вызывало в окружающих уважение и восхищение, это называли "мастерством", а разумных "мастерами". Позже так стали называть великих магов, без которых жизнь в этом мире была бы совсем другой. Это слово стало обозначением титула, но изначально это лишь знак уважения к чужим талантам. Вы мастер своего дела, а я не могу не выказывать своего почтения тому, чьих высот никогда не смогла бы достичь! - последнюю фразу произнесла несколько более уверенно, чем следовало рабыне.

Старик смущенно опустил глаза и чуть покраснел. Он больше ничего не сказал, а я, улыбнувшись, поспешила к выходу. Анжей вышел раньше меня, открыл дверь. Олененок чуть перегородил проход и задел цветущими рожками воина. Тот отвлекся на зверя. А я незаметно бросила в щель между тяжелым стеллажом и окном, у самого выхода, свою плату старику. Деревяшка стукнула об пол, но за стуком моих каблуков никто этого не расслышал.

Эльф шел рядом со мной и пока ничего не говорил. Келлем весело скакал вокруг нас. А я довольно улыбалась своему коварству. Мой дед, как истинный политик и теневой, как выяснилось, игрок, всегда учил меня, что для любого разумного нет ничего дороже его личной свободы. Никогда нельзя принуждать другого к чему-либо, ставить его в неудобное положение. На то было несколько причин. Во-первых, потому что тогда уязвленный и разъяренный разумный может стать опасным, ты сам можешь спровоцировать его на месть, на предательство, на любую подлость, ибо он будет всей душей ненавидеть того, кто загнал его в угол. Во-вторых, давлением можно добиться послушания и исполнительности, все-таки страх сильное средство, но никогда не добьешься настоящей преданности. Долг чести и рода, может, и будет формировать поступки любого честного разумного, но это не даст настоящей верности, как дружба или истинная любовь, например.

И поэтому есть множество способов сделать то, что считаешь нужным, не прибегая к агрессии и открытому противостоянию. Я четко увидела - кожевник не желает платы и искренней благодарности за свои труды. На то может быть десяток причин, но для меня все они не важны. Вспомнив совет деда и уловив волну одобрения от олененка, я сняла артефакт. Каждый артефактник держит при себе маленькие носители силы. Они не помогают и не защищают своего создателя, а просто напитываются аурой. Обычно их используют при изготовлении именных артефактов. Я уже много лет носила на своей левой руке широкий браслет со множеством мелких, не больше ногтя, деревянных, каменных и металлических чушек разной формы. Так делают все артефакторы до определенного момента своего развития. Обычно это либо какое-то украшение, либо пояс, к которому крепились будущие заготовки для артов. Даремор как-то говорил, что постоянный контакт с телом крайне важен.

Подержав свою вещь в правой руке, пока рассказывала старику историю слова, я мысленно вложила в дерево простенькое заклятье на очищение пространства и хозяев. Обычно его используют знахарки как обереги. Это даже не совсем настоящая магия, а, скорее, поверье, вложение в элементарный узор силы надежды. Теперь лавка будет постепенно очищаться от груза негативного выброса мыслеформы. Через какое-то время старик начнет себя лучше чувствовать морально в стенах мастерской, приниматься за работу с радостью, а через это и его физическое самочувствие начнет улучшаться. Нет, он не помолодеет. И целительством этот трюк не назвать, но лет пятнадцать он еще легко протянет. А так, даруют Боги, через его хорошее настроение, атмосферу в лавке и торговля пойдет на ура.

Заметив, как мой звереныш с любопытством обнюхивает клумбу перед пекарней, я вспомнила и мыслепосыл эмоций Келлема. Этот олень не просто магический зверь, и не просто питается от моих сил, а еще, похоже, и плотно завязан на излучение моей души, как тень, что очень странно. В нашем мире у многих есть существа-слуги - сущности, которые служат обладателю дара, увеличивая его личную мощь или охраняя. Духи-хранители, фамильяры, тени - все они служили своим хозяевам, то есть магам, ведьмам, колдунам и прочим. У артефактников есть тени, они служат проводником силы; верные слуги, но не слишком способные стражи. Тени имеют сознание схожее с нашим, свой характер и натуру, но как бестелесные сущности не могут говорить, правда, моей тени это не мешает знать чуть ли не больше языков чем я. Свое настроение тень не передает, а демонстрирует, как и все разумные. А вот олененок, похоже, не может говорить, не имеет сознания, схожего со мной, но легко читает мои мысли.

С одной стороны, я была рада тому, что Элвин не стал у меня выяснять, что это за зверь такой, а с другой, я не знаю какие у моего нового питомца еще есть способности. Но интуиция подсказывала, что это животное или существо не желает мне ничего плохого. Он явно воспринимает меня и как старшую сестру, покровителя и друга, и как совсем маленького ребенка. Я хорошо ощутила его отношение ко мне, в котором плотно соседствовали две точки зрения.

Анжей продолжал рассказывать мне о хороших и недорогих лавках, о разных обитателях Видьят, знакомство с которыми мне предстоит и было бы крайне полезно. Я немного расслабилась в его присутствии. За недолгое знакомство четко успела уловить, что дипломированный маг разума несколько раз просматривал мою ауру и понял, что я не только темная, не только полукровка от человека, но и то, что мои способности несколько не развиты. Поймала на себе его изумленный взгляд, когда он наконец догадался, какой поистине огромный резерв во мне, а это возможно только из-за крови артефакторов. Но, несмотря на такой откровенный шпионаж, мне эльф понравился. Он был честен, насколько это вообще возможно для первого знакомства. Открыт, насколько это реально для высокомерных эльфов. Он не желал мне зла и явно не планировал использовать то, что узнал против меня.

Воспитание в поместье сделало меня не просто циничной, а еще и параноидальной. Я пусть и немного, но опасалась всех, а такое признание, как родовое приветствие на родном языке расположило к себе. Я не слишком сильно вслушивалась в рассуждения своего сопровождающего.

За размышлениями я не заметила, как мы вышли к стене, огораживающей Видьят. Светлые монолитные стены, на метр от земли облицованные мелким камнем, уходили вверх на все пять. Я застыла, а мой проводник с понимающей улыбкой объяснил, что стены могут легко подняться и расшириться еще на несколько метров, если это будет нужно. И повел меня вправо по широкой мостовой для экипажей. Справа от нас были маленькие домики, небольшие лавки, харчевни и я даже поймала взглядом пару вывесок таверн с комнатами для ночлега. Слева же возвышалась светлая, почти белая стена. Она буквально сверкала в солнечных лучах.

Разумных вокруг стало намного больше, но из-за близости Школы на стража и меня уже никто не обращал внимания. Пару раз мимо пробегали молодые люди, эльфы и прочие в просторных мантиях. Я проводила задумчивым взглядом тройку подружек, которые шумно спорили по поводу необходимых обновок, сворачивая в один из переулков.

- Господин Анжей, - позвала я. Эльфу явно не понравилось, что я зову его уважительно, как и требует его происхождение, но он постарался это скрыть. Только в глубине больших глаз мелькнула тень легкого раздражения от моей непонятливости.

- Да, лура, - отозвался он. - Я могу вам еще чем-то помочь?

Я опустила глаза, мысленно зарылась поглубже в судьбу Ристит, чтобы прочувствовать всю наглость своего поступка. Дождалась, когда щекам станет жарко от краски, и снова посмотрела на эльфа. Светлый расплылся в отеческой, очень располагающей и ободряющей улыбке.

- Понимаете, я не из богатой семьи, - с трудом начала я.

- И? - едва сдерживая смех, спросил эльф.

- И бастардом меня не признавали, - продолжила я, чувствуя, что голос дрожит, а краснеют даже уши. Сердце в груди от стыда заколотилось быстрее. Мне это очень не понравилось, но я знала, что он слышит мое волнение, а значит так нужно.

- Лура, простите мне мою грубость, но нечто подобное и я предполагал.

Я втянула голову в плечи, зажмурилась для храбрости и спросила:

- Возможно вы не знаете, где здесь можно найти работу на выходные?

- Хм...

Я вскинулась и поспешила добавить:

- Только приличную!

И тут же покраснела еще больше, потому что поняла, как грубо это прозвучало. Но для меня, как для девушки это было важно. Я едва не плевалась, разыгрывая из себя провинциальную девственницу, и мысленно радовалась тому, что сейчас моя тень лишена возможности волеизъявления. Если бы эта заноза могла высказаться, маскировке деда пришло бы полное упокоение.

Я кожей чувствовала, как посмеивается и умиляется мне воин. Я бы тоже посмеивалась, но к сожалению образ требует от меня совершенно определенных действий. Я понимала, как глупо давить на жалость с эльфом, мне от самой себя было тошно потому, что эта гордая раса признает силу и стойкость духа, а не скромность и попрошайничество. Меня учили вести себя совершенно по-другому с представителями этого народа. А на деле вынуждена разыгрывать скромницу и унижать себя...

Анжей аккуратно взял меня за плечи и чуть развернул к себе. А что я? Выразительно вздрогнула и подняла на мага глаза.

- Я никогда бы не подумал предложить что-то способное вас опорочить, лура! - убежденно сказал он. - Прошу вас, успокойтесь. Не стоит так переживать. Вы правы, у меня есть одно место, которое вам может подойти.

Он выпрямился и устремил взгляд куда-то мне за спину, вдаль. Скорее всего, высматривает время на сторожевой башне. Затем снова чуть склонился ко мне, заглядывая в глаза, а я в этот момент задумалась: это как же его жизнь поломала, раз представитель одной из самых гордых рас вот так склоняется для простой человечки, полукровки, к тому же темной?!

- У меня заканчивается смена в пять вечера, лура. Приходите примерно к этому времени к воротам Школы, - он кивком указал на малоприметные ворота шагах в пятидесяти от нас. - Я покажу вам это место. Если все понравится и устроит, то будете работать.

Я обрадованно кивнула и расплылась в счастливой улыбке ребенка, которому купили большую карамель на ярмарке. Мы еще минуту раскланивались, и я направилась к воротам. Этот вход на территорию Видьят не был главным. Поэтому и ворота были рассчитаны только на небольшой экипаж. Я просочилась в приоткрытую калитку одной из створок. За ней шла широкая мощенная дорожка из серого камня. Вдоль нее были разбиты клумбы и росли многочисленные постриженные кустарники. За кустарниками, по обеим сторонам дорожки раскинулись заросли старого милорна. А вот за всем этим великолепием виднелись крыши корпусов.

Я замерла, открыв рот от изумления. Милорн не простое дерево, как дубы или ели. Эти не могут существовать без постоянного магического ухода. А здесь, только на этой тропке больше сотни старых деревьев. Сквозь темно-зеленую листву кое-где пробивались большие фиолетовые бутоны скорого цветения. Кроны шуршали в такт ветру и собственной беседе. Где-то в зарослях кто-то возмущенно пискнул, с другой стороны мужским голосом стали браниться, потому что дерево отвесило пендаля кому-то из учеников. Я стояла и не могла поверить в то, что вижу. Даремор при всей свей любви к растениям смог вырастить только пять милорнов, а новых членов они в свою рощицу не принимали и никого кроме Даремора не подпускали, даже дедушку. А тут, в Школе, их так много и они почти мирно сосуществуют с разумными. Красота!

- Чего застыла, как вкопанная! - донеслось до меня.

Я повернула голову и встретилась с уставшим лицом ученика в мантии. Судя по лучам вокруг герба Школы, он был с четвертого курса. Высокий, явно тренированный, что бросалось в глаза даже через достаточно просторную мантию. Явный человек. Его глаза едва заметно сверкнули, переходя на второе зрение, чтобы рассмотреть, кто же я такая. Чем опытнее становится маг, тем менее заметен этот переход. Правда, к артефактникам это правило не имеет отношения. Мы легко определяем основные параметры каждого, кто находится рядом с нами. Это на уровне инстинкта. Маленький, весьма сомнительный бонус расы. С другой стороны, мы всегда видим, когда читают нас или кого-то еще. Если прочим для этого нужно смотреть в глаза собеседника и иметь, что называется наметанный глаз, то нам ничего из этого не нужно. Мы просто знаем.

- Поступающая? - чуть удивленно спросил он. - Но набор адептов уже закончился.

- Здравствуйте, господин, - поздоровалась я и чуть поклонилась. Судя по манерам, этот парень из людской знати, как ни печально, но только они имеют такое полное отсутствие представлений о приличиях. - Меня уже зачислили.

Я, поспешно и старательно краснея, принялась рыться в мешке. Достала грамоту с печатью и энергослепком, котором уведомили Веселину Ристит о поступлении. Парень весьма бесцеремонно подцепил меня под локоть и отволок чуть в сторону от ворот, ближе к клумбам. Первым моим порывом было сломать ему эту руку. Вторым завизжать, потому что я девушка простая, а тут какой-то мужик руки тянет. Н-да, стала замечать большие минусы от двух личностей в одной голове. Мастер Ратри перестарался, и у нас с этой полукровкой слишком разные подходы ко всему получились.

Внутри меня на поверхности сознания были чувства, мотивы и эмоции луры Ристит. Глубже под ней располагалась уже госпожа Ратри, которую учили гордости и чести, учили этикету и правилам поведения всех рас, потому что артефактор - достояние всеобщее, пусть и подданство у меня имперское, и воевать я буду за нее. Конфликт этих двух позиций превращал меня во что-то странное...

Я послушно отковыляла в уголок, выудила наконец скрученную грамоту, протянула ее смотрителю. Парня, видимо, в наказание поставили бдить за первогодками. Тот вчитался в пергамент и его глаза полезли на лоб. Он совершенно ошалело уставился на меня, несколько секунд пытался что-то сказать, потом потрясенно все-таки выдал:

- Полукровку зачислили на Первый Поток?! Артефактор!?

Я чуть склонила голову, невольно подражая Даремору в его искусном умении слуги, и не нашла ничего лучше, чем просто кивнуть. Смотритель моргнул, потом быстро ринулся наговаривать информацию в маленький кристалл. Артефакт, закрепленный на большой медной броши не был плодом стараний артефактников. Простой кристалл связи на близких расстояниях. Все время, пока он ждал ответа, я скромно смотрела на носки своих сапог.

Дочь рабыни, которой не раз приходилось работать горничной во дворце хозяина матери, лура Ристит, все-таки не была рабой в прямом смысле этого слова, но и поднимать глаза на практически выпускника не посмела. Во время короткой паузы я заметила одну странность: я не думала, как должна себя вести девушка моей биографии и происхождения, а просто делала. Пергамент Души прекрасно выполнял свою работу, и во мне в такие моменты как этот оставалось крайне мало от последней из благородного рода.

Келлем чувствовал торжественность момента и пугливо жался к ногам за моей спиной. А я незаметно, из-под ресниц, оглядывала простор Школы. Вокруг, правда на значительном расстоянии от далеко не парадного входа, сновали разумные в мантиях разного покроя и цвета. Для большинства учеба уже начата и никто не придавал большого значения незаметным вратам и новенькой у них. У меня не было страха перед Видьят. Короткий утренний, но очень результативный разговор с дедом вправил мне мозги. И остатки обиды от его слов пропали, когда я заметила тройку оборотней. У меня не было острого зрения, я скорее их просто почувствовала, как темный темных, но все равно удержалась от дрожи. Если бы мне кто-нибудь сказал, что я не буду дрожать при виде оборотней, я бы не поверила, но я смогла подавить страх. Это оказалось просто, глубинный вбитый в меня ужас сейчас оказался податливым и мягким, управляемым. Нет, я не перестала опасаться представителей этой расы, но сейчас их наличие рядом со мной не вызывало желание броситься прочь с криками, что не могло не радовать. Еще не начала учиться, а уже расту над собой. Так за годы обучения дорасту и до одобрения самого Синего Дракона.

Юноша дождался ответа от кого-то невидимого, все еще шокированный мной, вернул пергамент и достаточно вежливо направил меня прямо к Главе Северной Видьят, мол, тот сильно жаждет меня лицезреть пред своими очами. Смотритель так же сообщил, что приемная Главы располагается в главном корпусе.

Я снова кивнула, активно заливаясь краской смущения и страха, поблагодарила и двинула по самой широкой аллее вдоль милорнов. Время двигалось, и солнце уже припекало. Не смогла сдержать саркастичной усмешки, когда отошла от ворот метров на сто. Смотритель не объяснил мне куда и как идти, не сообщил имени Главы, не дал никакой информации. Если бы я действительно была девушкой из низшего сословия, то случился бы большой конфуз при попытке выведать хоть что-то у этого шибко умного мальчишки.

Однако, морок, пусть и от Пергамента Души, это всего лишь морок, легкий флер обмана. За ним же я Ратри, а с некоторых пор это стало звучать для меня особенно гордо; к тому же я совсем не дура. Всю неделю, что собиралась на обучение, я не только скидывала в чемоданы платья, а изучала и заучивала всю доступную простым смертным информацию о Северной Видьят. Школа хоть и была полузакрытого типа, но не являлась военной, а значит о ней было известно многое. Я легко нашла карты разных времен в библиотеке нашего поместья и выучила расположения корпусов, тренировочных площадок и прочего, потому и местоположение приемного кабинета Главы знала.

Центральный корпус не был ни самым большим, ни самым известным в Видьят, зато был самым старым. Именно с него началось основание Школы. В нем располагались огромные залы, рассчитанные на прием всех студентов сразу, и кабинеты Совета Танаров, и приемные для проведения вступительных экзаменов, даже имелся целый этаж для приезжающих родственников. Ну, и, конечно, все кабинеты Главы Школы, коих, по одним данным было три, по другим - аж шесть, тоже были в центральном корпусе, который находился примерно в пятистах метрах от центральных ворот Школы. Красивый, старинный замок из белого камня, как и стены, окружающие Видьят. Я много видела изображений этого корпуса. Его использовали и в качестве печати на документах, и в большинстве гербов Видьят.

Пока шла, прислушиваясь к перестуку копытцев олененка, припоминала все, что узнала о месте, которое грозило стать мне и домом, и местом будущих сражений, и источником хронического нервного тика.

Итак: стоит сказать, что программа обучения в Видьят не совсем обычная. Здесь все обучающиеся разделены на два потока. Во Второй Поток попадали те, кто ничего или практически ничего не знал о магии. Те, кого необходимо было учить с самых азов, те разумные, в чьих жилах дар проснулся поздно или по каким-то причинам не был развит. Обычно во Второй Поток попади полукровки, бастарды из обедневших родов или слабые чистокровки из низшего и среднего сословия, то есть, проще говоря те, о ком не позаботились и по каким-то причинам не развили их дар, не научили основам. К слову, таких в Империи было большинство. Основная масса родителей всех мастей, происхождения и рас полагала, что ребенка обучат в Видьят. Разумный после поступления, которое к слову, и экзаменом-то не считается, а просто проверкой на дар, становится адептом.

Дело в том, что еще при правления Феральда V, дедушки нынешнего Императора Нолана II, был издан закон, что в Видьят, как и в дарсан, должны принимать любого одаренного, даже с очень слабым, может, неактивным даром и совершенно бесплатно. Такой указ был вызван тем, что одаренные, которых не обучили управлять своей силой, часто сходили с ума или просто погибали от выжигания. Магия не любит, когда к ней относятся с большим попустительством. Если дар пассивен, то он несет угрозу только своему владельцу, а вот огненный маг, не умеющий контролировать стихию внутри себя, опасен для всех. При правлении Феральда в Киране погибло очень много молодежи, что вызвало волнения среди младшей аристократии и слабых родов. А как известно, даже дракона могут загрызть крысы, если их много. Феральд проникся проблемой и перевел все магические Школы и дарсаны на государственную кормушку, обеспечив тем самым стабильный прирост молодых кадров в структуры власти. В те времена еще при обучении вербовались будущие шпионы и каратели.

Со временем все немного исправилось, но правила приема не изменились. Нужно было просто подтвердить у себя наличие хотя бы дремлющего дара. Если его не находилось, стоило попытать счастье на следующий год. Аарда - обласканный Богами мир, в этом нет сомнений, потому что практически каждый здесь обладает пусть и мизерным, но даром, хотя бы в Элементарной магии, а значит, способен закончить дарсан.

Поступивший на Второй Поток разумные, не имеющие знаний и опыта управления своим даром, приобретали статус "адептов" и обучались минимум шесть лет. Каждый год обучения именовался в их кругу "курсом". Закончив шесть курсов, адепт имел право получить диплом о начальном высшего образовании Империи и отправиться работать. Так поступало большинство адептов Второго Потока, ибо к моменту окончания Школы у многих уже были планы на жизнь, ответственность перед семьей, любовные связи и первые бастарды. Для многих в Империи карьера не была столь важна, как возможность создать свою семью и мирно жить. Те же, кто оставался на дальнейшее обучение, переходили под крыло будущих работодателей и настоящих мастеров магии. Обычно это были ученые, военные и целительские направленности магического искусства. Впрочем, все это индивидуально для каждого разумного и зависит от его особенностей, характера и талантов.

Первый же Поток Северной Видьят целиком и полностью состоял из весьма одаренных магическим даром. В него могли попасть только те, кто уже знал о законах магии, умел применять свои силы и имели опыт. Если магический резерв сил у адептов первого курса был рассчитан на одно применение боевого заклятья, после которого разумный падал от потери сознания, то чистокровные и обученные с Первого Потока могли легко выдержать бой друг с другом на протяжении четверти часа, а после отделаться лишь легкой тошнотой. На Первый Поток попадал, что называется, цвет аристократии Империи, будущие наследники ветвей кланов, с большим запасом впечатляющих сил и умений. Отлично обученные, признанные бастарды родов.

И те и другие были военнообязанными перед лицом врага, но разумные всех рас с Первого Потока по окончанию обучения становились руководителями, военачальниками, архимагами и мастерами, тогда как со Второго - лишь их подчиненными. Зачисление на Первый Поток полукровок, конечно же, случалось не раз, но за последние пару сотен лет еще никогда туда не приглашали простую полукровку без имени рода, без рекомендаций от именитого родителя. Именно поэтому был так удивлен тот смотритель. Меня, дочку простой человеческой рабыни, зачислили на Первый Поток. Это было немыслимо! Но все-таки случилось, что, несомненно, усложнит мне жизнь до предела.

Если разумного с неразвитыми способностями именовали "адептом", то их ровесников с Первого Потока принято было называть "учениками". Я стала ученицей. Адепты носили мантии с гербом Школы на груди, ученики же просто нашивку на плече своих обычных нарядов.

Существовало ограничение и по преподавательскому составу. У адептов преподавали танары безусловно уважаемые, но без званий мастера или архимага. У учеников были только известные, уже признанные в Империи наставники. Обучение тоже было разным.

Пока Вторых учили основам, управлению даром, законам заклятий и алхимии, Первых натаскивали на великие свершения, не отвлекаясь на мелочи, ибо учеников уже всему обучили домашние учителя или родители. Зачисление на Первый Поток проходило только через сложное испытание, которое должно было показать знания и умения ученика. Мое испытание обошлось мне в дар некромантии, и я даже думать не хотела, чего оно стоило другим.

Несмотря на то, что после обучения Вторые должны были стать подчиненными Первых, несмотря на то, что они обучались, по сути, на одной территории, их разделяла целая огромная пропасть. Ни танары, ни сами разумные не стремились эту пропасть сократить. Слишком уж были разные это миры. Аристократия, с самого раннего возраста ощущающая свою ответственность и давление рода, клана, долга. И простые, в сущности, еще совсем дети. Сроки обучения на Первом Потоке не исчислялись годами, как на Втором. Если ученик не справлялся за год, то его так и называли "первогодкой", даже если проучился он уже семь лет.

Обучение Первого Потока готовила мастеров, архимагов или кого пострашнее. Глупостью в таком деле было бы спешить, поэтому у них не существовало такого понятия как "курс" и "срок обучения". Можно было пройти всю программу за пару лет, что, собственно, и умудрился сотворить Нолан II, в бытность свою обучающимся. Он закончил не только Северную Видьят на Первом Потоке, но и следом Восточную Школу, уже как боевой маг. Вообще о магическом резерве нашего нынешнего Императора ходили целые легенды, и только лет тридцать назад народ перестал касаться этого вопроса в сплетнях.

Я артефактница, а значит меня в любом случае должны были зачислить на Первый Поток. Слишком уж сильная мы раса и слишком вымирающая, редкая, чтобы со мной поступили иначе, но... Даже зная все аспекты будущей учебы, я до сих пор не представляла, как рабыня уживется с аристократами всех рас. Унижения и многочисленные проверки на стойкость станут нормой. Я снова усмехнулась собственным мыслям, огибая очередное здание.

Слишком хорошо меня подготовили к унижениям нанимаемые дедом мастера, чтобы думать о подначках и подколках чистокровок. Настроение, как ни странно, было самое радужное, насколько это вообще возможно в моем положении, но в душу незаметным змеем проник азарт и никак не хотел уступать место страху и панике. Я, артефактница и некромант, иду по Северной Видьят, а внутри скребется чувство совсем новое, свежее, еще не до конца окрепшее, что у меня все получится, просто потому, что по-другому быть не может.

Наконец, я выбралась к центральному корпусу Школы и с восторгом замерла у большой, просто гигантской лестницы. Замок был прекрасен. Слегка вытянутый, сверкающий, будто ненастоящий, а из отполированного кварца. Шесть острых, устремленных в небеса башен, многочисленные флаги факультетов и отделений на черных шпилях. Солнце как чувствовало момент и выглянуло именно сейчас, чтобы блеснуть и заиграть бликами в разноцветных витражах вытянутых окон. Красота! А если вспомнить, что под этой внешней стариной скрывается одно из самых защищенных мест в Империи, то красота вдвойне!

Маг, который задумал основать Северную Видьят, первым делом озаботился не столько стенами для обучения будущих дарований, сколько их сохранностью. Его руками была созданная целая сеть пещер, лабиринт под землей, чтобы ученики могли легко скрыться в его недрах, если сама Школа когда-нибудь будет-таки разрушена.

Я быстро пробежалась по ступеням и вошла в огромные распахнутые двери. Все выглядело величественно и монументально снаружи, таким же и оказалось внутри. Просторный холл, где даже самые мягкие шаги будут разноситься эхом под сводчатым потолком. Мраморный пол и колоны, по стенам портреты. В обе стороны от холла уходят два широких коридора, а за ними, прямо напротив входа, две широкие лестницы, направленные в оба крыла замка.

Я никогда не была в таких местах. Мастер Ратри за всю жизнь всего несколько раз выпускал меня за территорию поместья, но почему-то такое огромное помещение, явно рассчитанное на сотни ног, не вызвало во мне никаких эмоций. Не было ни удивления, ни радости, ни восхищения, ни смущения и желания спрятаться - ничего. Просто как-то отстраненно я отметила очарование этого места и принялась оглядываться. В каком именно помещении меня должен был ждать сам Глава, я не знала. На стене рядом с дверями обнаружились многочисленные пергаменты, не меньше трех десятков списков самой разной направленности, которые мне ни о чем не говорили. Например: какое мне дело, кто отправится в Ротн - столицу восточного анклава оборотней -волков на практику, или список разумных, которые не сдали дипломные работы?

Я уже хотела отправиться по пустынным коридорам в поисках того, кто укажет глупой первогодке, где искать высокое начальство, но едва слышный шелест платья заставил резко обернуться. От лестницы ко мне шла высокая, очень стройная, даже худосочная девушка. На вид ей было не больше двадцати, но печальные глаза выдавали ее с головой. Этой эльфийке с волосами цвета золота, насыщенного, как солнце в летние месяцы, было не меньше трех сотен лет. Ее кожа чуть светилась с блеском, а закрытое платье в пол, только подчеркивало излишнюю худобу. На ее лице особенно сильно выделялись светло-карие глаза, все остальное казалось незначительным. Строгого покроя платье с юбкой в несколько слоев на ней почему-то смотрелось вызывающе, даже призывно. Я не сразу сообразила, что у этой красавицы дар эмпатии. Она привлекала к себе внимание и заранее располагала к себе.

- Веселина Ристит? - приятным голосом поющей флейты спросила она.

Я склонила голову в легком полупоклоне. Получилось, кстати, быстро и просто, так, словно только этим я и занималась всю жизнь.

- Да, аору, - сказала я тихо, припомнив вежливое обращение у эльфов.

Только после этого выпрямилась и подняла глаза на эльфийку. Та удивилась верному определению ее статуса, ведь она не была связана с кем-то обетом, но была уважаемой и почтенной. Правда, ее почет не имел отношение к возрасту, как, допустим, у людей, а именно к карьерным успехам.

- Я помощница Главы Велизара. Меня зовут Томила. Вас просили проводить, как прибудете, - она одарила меня улыбкой, от которой в душе что-то запело.

Сразу захотелось сделать все, чтобы она еще раз так улыбнулась. Захотелось подойти ближе и погрузиться в ее аромат, ведь эльфы лучшие знатоки эфирных масел. Захотелось дотронуться до ее волос, а потом и чтобы она прикоснулась своей рукой ко мне.

Я сжала челюсти и дернулась. Эта эльфийка применила ко мне свой дар. Применила в легкой форме, но расположила к себе настолько, что я уже готова была назвать ее любимой сестрой. Тут же вспомнились слова мастера Ратри о том, что нет ничего дороже личной свободы для любого разумного, а задача артефактора, как главного защитника мира, хранить всех от сил, способных заменить личность, поработить сознание. Дед не придавал большого значения физической боли, но всегда очень ревностно охранял сознательную часть разумного. Он учил, постоянно повторял, что тело вторично, а внутреннее я - первично.

Вспышка холодной ярости закрыла мне глаза, а через секунду я смотрела на опытную магиану, как на личного врага. Жгучее желание врезать прямо по этому красивому лицу буквально резало ладони. Я понимала, что это не мое желание, просто мой дар стремился защитить своего носителя и исподволь, таким вот образом, советует не мешкать.

Я продолжала смотреть в лицо помощницы Главы, увидела как в ее глазах промелькнула понимание, легкое удивление, а улыбка сползла с лица медленно и неуверенно, будто она не знала, как лучше себя вести.

- Простите, лура, - вежливо сказала она уже обычным голосом, который хоть и был приятен, но уже не вызывал у меня ассоциаций с музыкой. - Мне тоже захотелось проверить вас. Знаю, ребячество, но не смогла удержаться. Мэтр Велизар был весьма заинтригован полукровкой вашей расы. Уже три дня ожидает вас и несколько раз в день спрашивал меня о вашем приезде. Признаю, что и на меня это нетерпение оказало влияние.

Три дня? Я едва не воскликнула. Это же сколько я была в отключке, раз меня ждали в Школе уже три дня? До получения записывающих кристаллов Советом Глава не мог меня ждать, просто не знал обо мне. Дед уверял, что к нему не обращался, а обратился к какому-то танару из Школы, но лукаво умолчал к кому именно, а я, дурында, не поинтересовалась, хотя стоило. Душещипательный диалог с единственным родителем лишил меня последних мозгов. Злость на мастера заслонила все нужные мысли, и перед своим отъездом я не узнала действительно важного. Сейчас остро ощутила себя беспомощной, невольно пришло сравнение со слепым котенком.

На лице осталось невозмутимое выражение. Даремор не зря учил меня: несмотря на множество мыслей и чувств на поверхности я оставила главное - злость за такую проверку. Общеизвестно, что артефактники достаточно устойчивы к магии разума, если захотят. Я и сама неплохо владела эмпатией, как самой слабой разновидностью этой магии, а значит, просто обязана была подавить воздействие эльфийки. Она, как несомненно опытный маг, с первого взгляда определила во мне способности к сопротивлению ее дару, но все равно решилась на проверку. В ее признание я могла бы поверить, если бы не моя паранойя. Эта девушка вызывала меня, сообщала об иерархии, стремилась поставить на место выскочку из полукровок, и ее тон не мог меня обмануть.

Мы несколько секунд смотрели в глаза друг друга и поняли все. Она поняла, что я не поверила ей, а я поняла, что если придется приму вызов и отвечу. Я еще раз склонила голову перед чистокровной, и она, развернувшись, повела меня к одной из лестниц.

Шли мы молча, иногда мимо пробегали маги, но ни на меня, ни на нее внимания никто не обращал. А я пыталась подавить в себе приступ злобы. Уверена, что она чувствовала мою досаду, а я не хотела доставлять помощнице мэтра такую радость.

Замок оказался ухоженным и невероятно красивым. Было видно, что за чистотой и новизной здесь следили тщательно: не было даже намека на пыль. Я не особо рассматривала витражи и убранство. Почему-то мне не было любопытно. Внутри все напряглось. Вспомнилось, что дед уверял, мол, Главе не по статусу принимать экзамен у полукровки, а сейчас меня вели к нему в кабинет. Зачем? Велизар счел меня достойной своего внимания? Не верится!

Наконец мы подошли к узким высоким дверям. Томила открыла одну створку и пропустила меня. Первым, как ни удивительно, в приемную с коврами шмыгнул Келлем. Олененок повел мордочкой, осмотрелся, тряхнул рожками и остановился около низкого дивана с резкой деревянной спинкой.

- Присаживайтесь, лура Ристит, - пригласила эльфийка с улыбкой. - Вас позовут, как только мэтр пожелает вас принять.

Она быстро вышла и прикрыла дверь. Если бы я плохо знала эльфов, то решила бы, что ей неприятно находится со мной в одном помещении, уж слишком поспешно выскользнула в коридор эта девушка. Почему маг выбрал именно ее в помощницы, было понятно без лишних слов. Все-таки эльфы отличаются выносливостью и долгожительством, а значит, она может долго проработать, и не придется готовить нового помощника. Большинство магов привыкают к постоянному окружению и неохотно меняют помощников, учеников и подмастерьев. Дар эмпатии тоже несомненно большое подспорье в работе с самыми разными разумными. Уверена, что одни родители учеников сильно трепят нервы помощнице, в желании пробраться на прием Главы. Я все понимала головой, но на душе было паршиво. У меня было такое чувство, что в сердце, как в проточном ручье, вымыли грязные сапоги.

Келлем, словно чувствуя мое состояние, положил морду мне на колени. Я машинально погладила зверя, зарывшись пальцами в мягкую шерстку на длинной шее. Внутри разливалась обида. Пришлось отвесить себе смачный подзатыльник и напомнить, что я теперь дочь рабыни, а значит, со мной могут обращаться, как захотят и еще не раз будут всячески унижать, а я должна это позволить, потому что иначе вызову слишком много вопросов. Страхи не имеют смысла, нужно помнить только о цели.

Я сюда прибыла не за лучшей долей, не за статусом, не за знаниями. Я здесь, чтобы защищать собратьев! Воспоминание о приказе Элвина придали сил. Почему-то казалось, что короткая беседа состоялась не сегодня, а совсем в другой жизни, словно портал разделил время. Плечи распрямились сами, сделав осанку вышколенной. Взгляд стал слегка затравленным и напряженным, а не злым и разочарованным. Я всего лишь Ристит, и об это не стоит забывать!

Дверь из темного дерева с большой вычурной ручкой приоткрылась, и из кабинета донеслось:

- Лура, прошу вас!

Я встала и зашла. Замерла в двух шагах от двери. Келлем замер за мной. Кабинет оказался явно не главным. Широкий диван, несколько кресел и журнальных столиков. Большой, вычурный камин с резной лепной из малахита. Большое, во всю стену окно, что удивило, без цветного витража, а достаточно простое. Три шкафа с фолиантами. За огромным рабочим столом, который по ширине не уступал комнате, восседал пожилой, очень пожилой мужчина. Невысокий, худощавый, с темными, непонятного цвета глазами. Руки были в возрастных пятнах. Одет он был в простой белый костюм, поверх тонкого пиджака - классический камзол серого оттенка с широкими лацканами. Лицо старика явно человеческой расы было изрезано глубокими морщинами. Он точно любил поднимать в изумлении брови, из-за чего лоб казался еще более преклонных лет, чем все остальное тело. Любил мужчина и хмуриться, поджимая губы в брезгливой гримасе. Из-за мелких морщинок вокруг рта верхняя губа чуть выступала над нижней. Гладко выбритый, очень ухоженный. Если бы я не знала, кто такой Велизар на самом деле, его вид мог бы меня обмануть.

Я испуганно на него посмотрела, только бросила затравленный взгляд и тут же уставилась в пол, как самая прилежная кухарка. Я не ученица первогодка из богатой и знатной семьи. Я всего лишь человеческая полукровка, и кто это так пристально разглядывает меня и Келлема, я не знаю. Не должна знать! Но та часть меня, что осталась от госпожи Ратри, услужливо подсказала все, что знала память о великом, ужасном и могучем маге. В кабинете повисла пауза.

Мэтр Велизар не просто так носил только имя, без рода и титула. Просто титулов и званий у него было слишком много. Его имя уже четыре сотни лет, как стало нарицательным - просто Велизар. Он был человеком по рождению, но магом по дару. Его магический резерв позволил развить самое редкое направление в магии: общей элементалистики. Он прекрасно владел всеми четырьмя стихиями природы и уже к ста годам получил первый титул архимага по всем четырем направлениям, к ста пятидесяти стал мастером магии воды. Участник многочисленных военных компаний, впоследствии дипломат, автор больше десятка учебных пособий для элементалистов. Он был фактически живым кумиром всей человеческой расы, невероятно сильным магом. Я знала все это, и поэтому его немощность меня не могла обмануть. Слишком многое в Северной Видьят было завязано на магический резерв ее Главы, а значит, этот человек либо не является дряхлым стариком, и меня наглым образом дурят; либо он-таки старик, но всем бы быть такими в преклонные годы.

- Лура Веселина Ристит, восемнадцать лет. Мать: Алиана Ристит, человеческая рабыня, без права передвижения без соизволения хозяина. Отец: неизвестен, предположительно чистокровный артефактор. Магический потенциал: пятого порядка. Магический резерв: неизвестен.

От сухого перечисления моих данных я выразительно вздрогнула и подняла глаза на стол. Маг чуть хрипловатым голосом сухо зачитывал строчки из моего личного дела. Он не смотрел на меня, но я чувствовала, что каким-то образом он внимательно следит за моей реакцией на свои слова. Только сейчас заметила, что за его спиной, у самых портьер, можно сказать в их тени, стоит мужчина. При первом осмотре кабинета я его не заметила, а это очень плохо. Это лучше любых слов говорит, что из меня бездарный боевой маг! Сердце послушно бешено заколотилось от страха и смущения. К щекам прилила кровь, стало стыдно от того, как легко и просто этот благородный говорит о моей матери.

Велизар наконец оторвал взгляд от пергамента и посмотрел на меня. Я же поспешно поклонилась. Маг поморщился, ему явно не понравилось такое поведение.

- Все верно?

- Да, мастер, - с трудом промямлила я, чувствуя, что краснею еще больше.

Велизар еще сильнее скривился. Мужчина у окна так и не повернулся, продолжая рассматривать что-то очень интересное на улице.

- Не называйте меня "мастером", юное дарование! - потребовал он. - Я просто почтенный мэтр!

Маг не улыбнулся, ему нравилось принижать себя, точнее играть в принижение, мол, я такой же, как и вы все. Но вот от мужчины за его спиной послышался смешок.

- Как будет угодно, мэтр... - склонила голову я. Неловкая пауза должна была сообщить, что я по глупости забыла имя Главы Северной Видьят, так и вышло.

- Велизар, мэтр Велизар, лура! - почти рассмеялся старый маг.

Повисла пауза. Я старательно пялилась на свои сцепленные в перчатках руки. У ног притих Келлем. Я буквально всей кожей чувствовала, как оба мужчины рассматривают меня. Особенно мэтр. Его взор ощущался, как дуновение горячего, раскаленного солнцем воздуха. Маг просматривал мою ауру, заглядывал в разум. Я прочувствовала, как он просмотрел несколько моих детских воспоминаний. Мои слезы после тренировки с мастером по боевой магии. Тогда пара сыновей моего покровителя - чистокровного светлого эльфа, который и купил мою мать в человеческих землях - меня сильно избили, а дроу невозмутимо сообщил, что у меня ужасная реакция, и если мне когда-нибудь все-таки повезет стать магом, чтобы я не выбирала боевое направление.

Велизар хмыкнул, уловив, как я внутренне фыркнула. Глубоко внутри девочки Ристит сидела госпожа Ратри, и вот ей это воспоминание не нравилось еще во время обсуждения в лаборатории дедушки. Слишком уж пафосно и патетично, будто в глупом романе смотрелось, как я утираю злые слезы обиды и обещаю себе, что стану самой сильной. В жизни так не бывает. Если бы подобное случилось в реальности, то рабская дочка действительно выбрала бы другое направление магии, а дроу боялась как огня. Никогда мне особо не верилось, что пока унижают и всячески пинают разумного, в нем закаляется стальной стержень характера и упорство. Вот сломать, убедить в никчемности такой подход может.

- А какое направление хотите выбрать, юная лура? - внезапно полюбопытствовал мэтр.

Я подняла на него глаза. Воспоминание о дедушке, пусть и мимолетное, пусть и в глубине собственной души, так глубоко, что даже такому сильному магу не удалось проникнуть к госпоже Ратри, вызвали родные чувства долга и благородства. Я та, кто я есть, я здесь, потому что должна, и потому что это приказал Синий Дракон.

Встретилась с ироничным, насмешливым взглядом старого мага. На сотую долю мгновения глубокие морщинки вокруг них стерлись. Взгляд стал молодым, но все таким же мудрым, сильным и жестоким, как у опытного боевого коня. Я могла бы подумать, что мне померещилось, но дед всегда учил, что артефактникам не мерещится - не тот уровень силы, чтобы страдать иллюзиями. А значит, вид Велизара - просто морок. Вспомнилось, как дед сегодня зашел в комнату. Он выглядел молодым, пах по-другому, на ощупь был другим.

Едва сдержалась, чтобы не скривиться. Сначала его помощница меня прощупывала на уровень владения магией и умения, а теперь вот и сам Глава решил поиграть в дряхлеющую старость. Я понимала, зачем все это делалось, но все равно было как-то противно.

Ироничная улыбка слезла с лица мага под моим серьезным взглядом. Я знала, что он не понял кто я и ничего не заподозрил, чувствовала это всем нутром, но он уловил, как мне стало противно здесь сидеть, ибо я раскусила его трюк. Мне хотелось многое ему сказать, например, что завет Богини Астарты гласит: "Каждый артефактор должен долгом своим счесть защиту любого живого, под чьим бы Богом тот ни был. И дышать он должен заветом сим, ибо нет большего проклятья, как не укрывать слабого сильному в преддверье бури." Артефактники жили по заветам Астарты, кто-то больше, кто-то меньше, но верили в богиню все. Правда, и честь у каждого своя. Мой дед растил меня не столько с честью артефактора, не столько с верой в душе, сколько с чувством долга перед родом. А мой род эпохами служил и защищал.

- Я, пусть всего лишь наполовину, но артефактор, мэтр Велизар, - уверенно и четко начала я, чтобы иметь хоть малейший шанс, верное понимание. - Меня учили, что это раса защитников. Я по природе своей боевой маг, если так будет угодно короне.

- Ты имеешь в виду, что все из этой расы военнообязанные и по достижению совершеннолетия приносят клятву верности? - таким же серьезным тоном уточнил старик за столом, чуть облокотившись на локоть и внимательно вглядываясь в мои глаза. - То есть сама ты это направление выбирать не станешь?

Что-то мне упорно подсказывало, что лура Веселина Ристит не доживет до возраста принесения клятвы верности - двадцать пять лет для активных магов, - а вот что касательно Веселины Ратри, так я уже клятву верности Империи принесла. Еще когда сдавала на уровень мага. В случае полномасштабной войны я буду в числе командного состава или групп скрытого продвижения. Даремор в такие моменты любил задумчиво повторять: "Вас кровь обязывает, госпожа!".

Вздохнула, на пару ударов сердца отвела взгляд на напряженного Келлема, потом снова прямо посмотрела на мага:

- Я не хотела бы убивать, не хотела бы карать, мэтр, но если придется, то я буду выполнять приказы короны. Но, насколько мне известно, до полной мобилизации артефакторов не призывают.

Седая бровь приподнялась, к ней присоединялась вторая. Эта мимика так сильно напомнила мне мастера Ратри, когда он слушал мои умозаключения по любому вопросу, что я даже стала подозревать Главу Северной Видьят. Может ли Синий Дракон быть еще и мэтром Велизаром?

- А вы понимаете, что вопрос вашей расовой принадлежности еще открыт, лура Ристит? - спросил маг.

Каким-то двадцатым чувством обостренной интуиции почувствовала, как окаменела до этого расслабленная спина мужчины у окна, но я была так поглощена наблюдением за мэтром, что не обратила на это пристального внимания.

Перед глазами пронеслись постоянные унижения за то, что я полукровка, за то, что моя мать всего лишь купленная рабыня, пусть и сейчас управляющая поместьем, но все равно рабыня, практически без дара и способностей. Мне пророчили судьбу куртизанки, а, скорее всего, чьего-нибудь обеда. Часто пугали тем, как меня сожрет какой-нибудь вампир или оборотень, потому что хозяину моей матери потребуются деньги. В реальности таких историй было много, поэтому я сама настояла на том, чтобы внести эти мои страхи и истории про них в Пергамент Души, но сейчас, просматривая весь ворох кошмаров личности за несколько секунд, почувствовала, как сжимаются пальцы в кулаки на завязках мешка, а на спине вдоль позвоночника выступает холодный пот.

Если я не поступлю в Видьят, то вполне вероятно могут продать вампирам меня или мою мать. Я не была уверена, что покровитель захочет это сделать, но его семья может. Я должна стать полезна эльфу и его роду, тогда я смогу выкупить маму, и мы сможем уехать так далеко, как только сможем, чтобы рядом не было ни чопорных эльфов, ни вампиров, ни оборотней. Может, на земли драконов, но чтобы там выжить, я должна быть действительно умелым магом и сильным артефактором!

- Знаю, - кивнула я, выныривая из собственных страхов и переживаний, - но для себя я уже все решила, мэтр!

Вскинулась, распрямила плечи, чтобы выглядеть гордой и уверенной, но, поймав на себе неожиданно очень сочувственный взгляд мудрых глаз, стушевалась и опять поникла.

- Не волнуйся, - почти по-отечески заговорил Глава, - ты поступила к нам, и теперь ни тебе, ни твоей матери никто ничего сделать не сможет. Вы под защитой Империи, Собрания Карателей, да и самого Императора!

Его голос звучал ласково и успокаивающе. Я не сразу сообразила, что ко мне мэтр применяет какое-то успокоительное заклятье. Что, испугался, что я сейчас у него тут фонтаны слез лить буду? Ха, а из меня вышла неплохая актриса!

Настороженно взглянула на мага, тот чуть печально улыбнулся, уголком рта, давая мне понять, что прочел мои мысли: я боюсь потерять мать и свою, пусть и мнимую, свободу. Прочел ауру, заглянул в разум и воспоминания, но понял все про девочку-рабыню. Понял и сострадает мне совершенно искренне, честно и открыто. Несколько раз перепроверила свои ощущения. Не верилось, что такой, как Велизар способен на сочувствие, но его отношение было искренним.

- Еще Нолан I учредил ряд указов о защите как адептов, так и учеников, Веселина! Я не присутствовал на встрече Совета, когда прибыли кристаллы с твоим вступительным испытанием, - продолжил мэтр спокойно, и на полтона тише, - но я имел честь видеть их после. Так вот, я тебе сообщаю то, что, как мне кажется, тебе не сообщил хозяин твоей матери: ты поступила. Единогласное решение Совета не подлежит обсуждению и пересмотру, а значит, пока ты являешься ученицей или адептом, тебе никто и ничего сделать не сможет.

- Единогласное? - ошеломленно переспросила я, прежде чем успела прикрыть себе рот.

Глава улыбнулся шире и совсем по-мальчишечьи резко кивнул. Нет, он определенно не мой дедушка, но что-то общее у них есть точно.

- Все были потрясены твоей Вещуньей! - он так произнес последнее слово, что у меня проступил румянец. Меня похвалили, я справилась. И это невероятно приятно! - Я бы посоветовал тебе обучаться именно на артефактора, чтобы по окончании обучения получить военный чин. Но, если ты скажешь, я могу перевести тебя на любой факультет прикладной магии.

Я затрясла головой и в испуге даже вскочила на ноги.

- Нет! Вы не можете! Я артефактор!

Сказать, что обе мои личности сковал ужас - значит пошутить и приуменьшить. Меня направили в Школу защищать собратьев. Меня единственный родной и любимый близкий ни во что не ставит, фактически отказался от меня. И сейчас, сразу после того, как похвалили, сразу с небес и мордой в грифовник. Что будет, если из-за моей бездарности к артефактам я стану обучаться на простого мага? А ничего особенного, кроме того, что провалю единственное задание Синего Дракона. Он недвусмысленно дал понять, что я могу погибнуть, но должна защитить более успешных артефакторов, потому что от молодого поколения зависит будущее расы. Но если меня не будет рядом с ними, то я просто не смогу помочь!

Я стояла и чувствовала: меня сейчас просто разорвет. Потрясенно на меня смотрел и глава Видьят. Мои внутренние переживания он не считал, но по ауре увидел, что я в ужасе, панике и отчаянии.

- Я только предложил, - осторожно начал он, и из его голоса стала плавно пропадать старческая хрипотца, - каждый имеет выбор, а у артефакторов он несколько шире, чем у остальных. Судя по твоей ауре ты уже неплохо развита и учиться на универсального мага тебе было бы просто, а среди адептов почти нет деления на полукровок и чистокровных. Но вот на Первом Потоке все это есть с избытком.

Я видела в ауре великого и ужасного Велизара смущение, нотку смятения, желание оправдаться, легкую вину и неподдельное беспокойство. От удивления я захлопнула рот. Чуть прикрыла глаза, втянула воздух через нос и выдохнула:

- Я артефактор, мэтр Велизар! И обучаться должна на него! - прозвучало несколько более уверенно, чем может себе позволить забитая и надломленная лура, но я решила, что все спишется на мои нервы, а отстоять свое право обучение я должна.

Маг внимательно посмотрел мне в глаза, и вдруг у меня в голове раздался его голос:

- Хочешь разыскать отца? - спросил маг на мыслеречи.

Ответила не задумываясь, потому что была слишком потрясена.

- Нет, хочу матери и себе достойное будущее!

Присутствие мага в моей голове пропало, а сам старик, который по моему сознанию прошелся вдоль и поперек, принялся что-то выводить на небольшом тонком желтоватом листке.

- Лура Веселина Ристит, вы зачислены на Первый Поток. Ваша основная специализация: артефактор. Проживать будете вместе со всеми первогодками в общежитии Первого Потока, - официально заговорил он после короткой паузы. - Правила обучения вам известны?

Я молча кивнула.

- Лекции начнутся у вас послезавтра. Я даю вам, как и всем с Первого Потока, допуск на свободный выход с территории Школы.

Я снова кивнула, хотя на такой подарок и не надеялась. Маг закончил что-то писать на клочке пергамента и уставился в написанное. Щелкнул пальцами, и на столе с моей стороны материализовался договор с данными Веселины Ристит. Изучая информацию о Видьят, я знала, что это такое, поэтому не задумываясь подошла ближе к столу и положила на чуть шершавую поверхность пергамента правую ладонь. Зачарованный документ снял параметры моей ауры, засветился слабым свечением.

Мэтр Велизар забрал договор, перевернул к себе. Наклонился и открыл один из ящиков стола. Достал оттуда яшмовую шкатулку и толкнул ее мне. Я открыла ее. Стенки внутри артефакта были обиты черным бархатом, и пространство разделено на несколько десятков ячеек. В каждой лежала одна тонкая пластинка, то ли сплав меди с чем-то, то ли из красного золота. Я знала и эту часть поступления, поэтому не особо раздумывая вытащила одну. Тут же порезала себе подушечку большого пальца, пара капель моей крови моментально впиталась в пластину. Аккуратно закрыла шкатулку, положила окровавленную пластинку на крышку и пододвинула ее обратно владельцу.

Маг уже дописывал третий листок пергамента. Взял один, положил его на пластинку. Пергамент вспыхнул черным пламенем, а сам огонь словно впитался в пластинку. Потом маг сделала легкий пас рукой над договором, и энергокопия написанного так же влилась в пластину.

- Присаживайтесь, лура!

Я присела на стул для посетителей справа от меня.

- Вашу левую руку, - невозмутимо продолжил маг, рассматривая меня.

Я машинально дернула рукав вверх и протянула ему ладонь. Пальцы с увеличенными суставами ухватили за запястье и потянули на себя. Второй рукой он водрузил уже зачарованную пластину размером меньше мизинца мне чуть выше полоски браслета. Я прикрыла глаза. Секунда боли ожога - и от пластины остался лишь белый контур с эмблемой Школы. Сама пластина стала частью моего тела на весь срок обучения.

Маг хмыкнул, видимо, удивившись, что я даже не дернулась от боли. Но теперь мое поступление закреплено и по законам светлой, и по законам темной магии. Мэтр Велизар, убрав шкатулку обратно в ящик стола, щелкнул пальцами, чтобы растворить в неведомых далях и договор. А я сидела, начесывала Келлема за ухом правой рукой и глупо, счастливо улыбалась. Я поступила! Я ученица!

- А теперь давайте обсудим последние новости, лура.

- Что? - не поняла я.

- Танар Гадриэль Дэиваар уже сообщил мне, что у вас открылся дар некромантии, - пояснил Глава.

- Кто, простите? - совсем растерялась я. Это имя я слышала впервые и в очередной раз пожалела, что не задала деду нужные вопросы.

Глава Видьят откинулся на спинку кресла и вопросительно посмотрел на мужчину за спиной. Тот, наконец, оторвался от окна и повернулся. Я сидела на стуле и, возможно, поэтому мужчина показался мне очень высоким. Стройный, с широкими, явно тренированными плечами и грудью. Прямая спина выдавала военную выправку. Тонкие, почти женские ноги были в темных облегающих брюках, а сами брюки аккуратно заправлены в высокие мягкие сапоги. На нем не было камзола, зато был коричневый жилет с эльфийским орнаментом из золотистых нитей. Рукава белой рубашки были сильно помяты, а ворот расстегнут. Складывалось стойкое ощущение, что мужчина был занят физическим трудом за минуту до того, как оказаться на приеме в этом кабинете. Волосы длиной ниже лопаток были завязаны в свободный хвост на затылке черной лентой. Оттенок прядей тоже был странным. Слишком светлые для того, чтобы быть эльфом, но без примеси седины. Платина - вот подходящее определение. Волосы были разделены пробором так, чтобы несколько густых прядей полностью закрывали левый глаз. Только два тонких ремешка над правой бровью и по правой скуле выдавали, что на левом глазу у мужчины повязка. Правый глаз большой, миндалевидной формы, в обрамлении густых черных ресниц. Цвет зрачка тоже казался мне удивительным. Если на молодую листву попадает солнечный свет, а ты лежишь под кроной, то видишь, как зелень становится золотистой, или золото солнца приобретает изумрудные переливы. Красивый оттенок, который, как мне казалось раньше, невозможен у разумных любой расы, а еще в глубине его взгляда был какой-то таинственный и манящий блеск. Нос прямой и тонкий, что в сочетании с гладким лицом делало его весьма привлекательным. Губы пухлые и даже на вид нежные. Не мужские, а женские, какие-то правильные, что ли. У большинства мужчин губы в трещинках и мелких ямочках, а вот у девушек они аккуратные. На вид ему было не больше тридцати, а значит, на деле около ста пятидесяти.

Основной вывод, который напросился в голове после пары секунд рассматривания мужчины - он светлый. В этом не было сомнений. Но вот какой именно у него дар, я так и не сообразила. Рассматривание ауры ничего не дало. Он прекрасно прятался за щитами, прямо как мой дед или Даремор. Из этого вытекал второй вывод - передо мной мастер, очень опытный и сильный маг.

- Как, вы не знакомы? - удивился мэтр Велизар. - Но ведь именно танар Дэиваар дал свои рекомендации лично мне о вашем поступлении.

Я открыла рот, чтобы что-то сказать, и закрыла его. Так вот кем был тот таинственный советчик дедушки. Значит именно этот мастер знает о том, кто я и зачем здесь нахожусь. Что-то внутри упорно твердило: этот знает намного больше чем я. Вспомнилось, что Ратри говорил о том, как его друг уже не первый век читает лекции в Видьят, а значит я снова опростоволосилась, только сейчас уже в определении возраста. Плохо! Мысленно отвесила себе подзатыльник. Мне никогда не стать хорошим магом, если я не научусь верно оценивать обстановку!

- Мы действительно еще не встречались с лурой Ристит, - дипломатично вмешался танар. - Я дружен с эльфийским родом, к которому лура имеет некоторое косвенное отношение, а не с ней конкретно.

Мэтр усмехнулся.

- То есть ты поручился именем за незнакомую одаренную?

Высокий только чуть улыбнулся уголками губ, продолжая рассматривать меня. У меня на лице, наверное, отразился весь ужас от услышанного. Репутация мага зарабатывается всей его жизнью. В среде чистокровных нет и быть не может права на ошибку. А если сам Глава говорит о поручительстве, значит так оно и было. Мой дед заставил своего друга поручиться за непутевую меня, лишь бы пропихнуть в Видьят еще один щит для артефакторов!? На мгновение перед глазами предстала картина того, что бы было, если бы я не справилась. Для уже уважаемого мастера это не стало бы фатальным, но сильно подпортило бы положение при дворе и карьере. Кошмар! Теперь я посмотрела на одноглазого красавца другим взглядом. Мне стало стыдно, потом любопытно - это чем же мой дед заслужил такую преданность друга, раз тот готов поручиться за какого-то только по одной просьбе?

Мужчина чуть нахмурился. Аккуратная бровь гибко изогнулась на ровном и высоком лбу.

- Вам, лура не стоит так переживать! Я был в вас уверен! - он не повысил голоса, но от его тона у меня все похолодело внутри. На меня с такой ледяной яростью не реагировали даже танары-дроу, которые учили сражаться.

Я вздрогнула и опустила голову.

- Гадриэль, не пугай девочку! - припечатали от двери уверенным бархатистым голосом.

Я резко обернулась и увидела, как в кабинет входит... нет, вплывает одна из самых эффектных женщин, каких мне доводилось встречать в жизни. Она была не просто красива, она была элегантно прекрасна. Стройная, но при этом с пышными формами женщина лет тридцати пяти на вид. Бледную кожу оттеняло черное платье. Обычно практикующие магианы Империи предпочитали юбки чуть выше или чуть ниже колена, чтобы в случае схватки та не стесняла движений, но на этой госпоже было длинное платье с несколькими шелестящими нежными юбками. Тугой высокий корсет, расшитый темными нитями и бисером. Изящные руки скрывало кружевное болеро. Ее наряд был более чем скромным и скрывал ее почти полностью, но при этом выглядел невероятно соблазнительно. Двигалась она плавно и совершенно бесшумно, только обратив внимание на ее платье я смогла расслышать тихое шуршание ткани. Длинные черные волосы были собраны в высокую прическу. Темные глаза смотрели уверенно и спокойно, чуть блестящие губы растянулись в ироничной улыбке. Оттенок ее волос мне сразу напомнил цвет собственных ногтей. Живой мерцающий черный. Она была темной, к тому же некромантом. Мне не нужно было смотреть ее ауру, чтобы это понять. Мой дар где-то внутри отозвался на ее присутствие узнаванием. Странное чувство того, что она мне знакома, пришло даже раньше, чем я смогла ее рассмотреть.

Я вскочила со стула и поклонилась. Судя по реакции мужчин, не для одной меня она казалась красивой. Мэтр поднялся со своего места так же стремительно, а высокий быстро шагнул вперед и встал почти рядом со мной.

- Доминика, как прекрасно, что вы уже прибыли! - провозгласил Глава.

- Да, эти порталы выжимают из меня все соки, но я решила, что должна как следует изучить весь новый набор Второго Потока, поэтому прибыла раньше. - Скользнув по мне взглядом, женщина с сомнением спросила: - Я не помешала? Мэтр Велизар, примите мои искренние извинения, но после долгого пути во мне нет ни манер, ни почтения.

- Бросьте эти глупости, Доминика! - отмахнулся маг. - Вы знаете, что вам позволительно все! К тому же вы, непостижимая, как всегда, вовремя! Вот эта милая особа, - я спиной почувствовала, как он указывает на замершую меня, - принята на Первый Поток, но у нее к тому же недавно открылся дар к некромантии. Без вашей консультации, боюсь, не обойтись.

Я напряглась всем телом и опустила испуганный взгляд. Каким-то десятым чувством показалось, что и мастер, замерший рядом, тоже напрягся, но, скорее всего, мне просто показалось. В ауре, позе и мимике мужчины ничего не изменилось.

Сила женщины скользнула по мне, как прохладный шелк, она ощущалась почти физически. В комнате моментально стало тесно от некроэнергии. Магиана была невероятно сильна. Нечто подобное я ощущала сегодня, когда шла вместе с дедом в его лабораторию. Сам воздух менял структуру от мощи этой женщины. Она легко просмотрела и мою ауру, и мои мысли, в которых явно уловила восхищение, даже часть воспоминаний Ристит уловила, но ничего интересно не нашла. Магия отхлынула от меня так же резко, как и поглотила.

- Ничего любопытного, мэтр! - чуть брезгливо ответила она.

Я вскинула голову и увидела на лице мастера Доминики до боли знакомое мне разочарование. Она действительно не заметила во мне ничего интересно для себя, для обладателей дара в целом. В ее глазах я такая же бездарность, как и в глазах мастера Ратри.

- Как? - не поверил Гадриэль. - Мне сообщили, что на днях у луры открылся достаточно сильный активный дар к некромантии, к тому же она артефактор.

- Полукровка, - поморщилась Доминика, проходя в центр кабинета. - Это еще надо доказать, что она артефактор.

Я оказалась почти между двух мастеров, поэтому, чтобы не мешать беседе, шмыгнула в сторону знакомого диванчика у стены. Теперь я была напротив Доминики и могла наблюдать за всеми тремя. Глава разочарованно вздохнул и сел обратно в кресло. Блондин никак не выразил эмоции, но тоже отступил на шаг. Женщина прошла к столу и села на второй стул для просителей, соседний с тем, на котором располагалась я пару минут назад.

- Даже если это милое создание и артефактор высшей пробы, на некро это никак не влияет. Дар в малышке и правда есть, - она не смотрела на меня, уже забыв о моем существовании, - но настолько слабый и несущественный, что я не советовала бы его развивать. Потухнет сам через пару лет. Его поглотят способности артефактора во время обучения. Для меня и моего отделения она бесполезна, уж поверьте специалисту. Или ты, Гадриэль, хочешь оспорить мою оценку? - насмешливо уточнила она.

- Нет, я действительно мало что понимаю в тонкостях развития темных, - проговорил мужчина и вернулся к окну, словно ему хотелось быть подальше от некромантки. Прислонился к тяжелым портьерам и сложил руки на груди. - Просто я думал, что девушке придется обучаться развитию дара.

- Не вижу в этом решительно никакого смысла! - уверенно вынесла вердикт мастер.

У меня же внутри что-то оборвалось и умерло. Я сидела не шевелясь, и даже Келлем, который до этого крутился около меня, прятался за ноги, сейчас незаметно переместился к выходу из кабинета. В душе было холодно и пусто. Где-то я все таки надеялась, что если не артефактник, то некромант из меня получится. Я надеялась, что новый дар поможет мне, но вышло все как всегда. Я непутевая и в этом тоже. Смотрела невидящим взглядом на подол своей юбки и пыталась быстро примириться с реальностью. У меня слабый дар, слабый насколько, что даже при всей редкости сейчас некромантов, мне не стоит его развивать. Смириться оказалось сложно, надежды вообще легко не умирают. Мужчины задавали уточняющие вопросы, решали, что все-таки со мной делать. Доминика отвечала им, но я не вслушивалась в беседу. Мне не было обидно настолько, чтобы вызвать слезы или испытать боль разочарования, но неприятно.

Когда мне удалось смириться с реальностью и поднять глаза от своих сцепленных пальцев, Доминика снова стояла, только теперь у камина, облокотившись на него одним локтем. Почти напротив меня. Оба мужчины что-то оживленно обсуждали на мыслеречи, уткнувшись в свитки. Обо мне, кажется, все забыли. Я уже хотела кашлянуть и попросить разрешений уйти, как вдруг поняла, что Доминика пристально смотрит на меня. После волны разочарования, которую я испытала от нее, это было странно. Зачем так меня рассматривать?

Я попыталась повернуть голову в ее сторону от стола Главы, потому что в этот момент рассматривала мужчин, как меня поглотила тьма. Я не потеряла сознание. Просто сильнейший выброс чистой, направленной только на меня, некромагии затопил разум, унося куда-то, лишая воли и желаний. Я успела только понять, что произошло, но даже подумать не успела, чтобы хоть как-то себя защитить. Это просто случилось.

Разум заработал внезапно и резко. В свое время мастер Ратри приложил немало сил, чтобы научить меня отличать реальность от игр сознания. В мире, где любой орган чувств можно легко обмануть, доверять можно только тренированному сознанию, шепоту интуиции. У каждой расы есть свои достоинства и недостатки, у артефакторов есть талант - развитая интуиция. Ее голос не похож на шепот, как у прочих, это практически громогласный вопль.

Я не слышала ни звука, вокруг была кромешная тьма, но я чувствовала под собой сухую почву, мелкие камушки и пыль под ногами. Интуиция непреклонно утверждала, что я стою на краю обрыва. Я не чувствовала тела, не ощущала одежды на себе, лишь легкое движение воздуха в волосах, но у меня не было сомнений, что вокруг горы, отвесные скалы, и я стою на одном из многочисленных уступов. Если бы меня спросили, с чего я все это решила, я бы не ответила. Я просто знала.

Медленно и неуверенно в тишине я повернулась спиной к обрыву и ощутила, как ко мне устремилась магия. Тугие жгуты силы, послушные чужой воле, рвались ко мне. Они приближались так быстро, как только может приблизиться магия. Но в этом месте у меня не было своей силы, не было ничего. Что можно было бы противопоставить опасности. Страха, как ни странно, у меня тоже не было. Смерть не пугала. Почему-то я была уверена, что здесь и сейчас не испытаю боли. Мне было лишь немного жаль, что прогноз деда оказался неверным. Он говорил, что я принесу хоть какую-то, пусть и минимальную, но пользу. А на деле я не сделаю ничего. Просто перестану существовать.

Чужая воля, рок почти коснулся меня, лизнул по коже, когда земля под ногами содрогнулась. Глубоко вздохнули скалы, и из глубины бездны за моей спиной вверх, к сокрытым небесам взвился поток магии. Он был таким же, как и тот, что желал уничтожить меня, но вместе с тем совершенно иным. Он был моим, я буквально каждой клеточкой своего существа ощутила, что сокрытое в глубине скал создание мое. Оно рождено мной и вместе со мной. В миг, когда я наконец осознала, что эта чудовищная мощь без границ и ограничений - мой дар некромантии, стена магии за спиной разделилась на отдельные потоки, сплелась в жгуты, и подобно нападающим бросилась навстречу врагу. Я для этого не делала ничего. Я только наблюдала, прислушиваясь к собственным ощущениям. Два потока силы ударили друг в друга, отчего земля еще раз вздрогнула. Показалось, что захрипели горы от последствий столкновения, но воля моего дара к жизни оказалась сильнее желания врага прикончить меня.

Нападавшие потоки развеялись, а магия, ласково и нежно окутав меня на прощание, снова скрылась на дне бездны. А в следующий момент я снова перестала существовать.

Сколько меня не было нигде? Не знаю. Я не существовала, а потом просто появилась вместе с воспоминаниями, мыслями, чувствами, эмоциями и фальшивой личностью затравленной скромницы Веселины Ристит. С чего-то именно сейчас ее наличие во мне казалось наиболее странным, глупым и ненужным. Я никогда не думала, что слишком горда, но необходимость краснеть, смущаться и опасаться всех и вся только за один единственный день, за несколько часов заставляла ежиться и сдерживать нарастающее отвращение. Пришлось рявкнуть на саму себя и лишний раз напомнить, зачем все это нужно! Мой дед не тот, кто будет тратить силы на ненужное, если Синий Дракон решил, что лура Ристит - необходимое прикрытие для меня, так тому и быть!

Уняв собственное недовольство жизнью, обратила внимание на себя. Я не чувствовала ни боли, ни каких -либо негативных ощущений. Тело расслабленно, не связано, под спиной жесткий диван. Быстро поняла, что я по-прежнему в кабинете Главы Северной Видьят, и со мной явно все в порядке. Затем пришли звуки и запахи. Трое мужчин и женщина так же рядом со мной о чем-то оживленно спорят, но слова доносятся до меня смутно и глухо, как сквозь вату.

Резко распахнула глаза и села. Голова не кружилась. Доминика смотрела прямо на меня с лицом голодного хищника при виде жертвы. Она смотрела на меня, как настоящий ученый, с легким маниакальным блеском исследователя в глазах и улыбалась самой довольной из улыбок.

- Я в тебе не сомневалась, девочка! - довольно сказала она и подала мне руку.

Я ее приняла не задумываясь, и не потому что доверчивая, а потому что теперь точно знала, что эта некромантка мне ничего плохого не сделает. Я прошла ее главную проверку, а остальное не важно. Она помогла встать. Келлем терся рожками о ее подол и ластился, как большой кот. Свободной рукой женщина почесывала ему спинку. Волна удовлетворения, полного восторга счастливой женщины буквально наполняла комнату. Мне редко когда удавалось видеть такое счастье. Последний раз, когда у кухарки родилась внучка. Некромантку, кажется, совершенно не заботили двое мужчин. А вот у меня было другое мнение.

Я растерянно посмотрела на Главу, который уже не сидел за столом, а стоял в паре шагов от нас. На диване, около того места, где минуту назад лежала я, сидел светловолосый одноглазый красавец. И оба с застывшими, окаменевшими, ничего не выражающими лицами. Первым под моим вопросительным взглядом отмер мэтр Велизар.

- Занятия у артефакторов начинаются послезавтра в девять утра. Сейчас ступайте с танаром Доминикой Отлин. Она расскажет, как и когда вы будете проходить обучение по некромантии, - он протянул мне два небольших листка желтоватого пергамента. - И примите мои поздравления с поступлением!

Я поклонилась и почему-то чуть улыбнулась Гадриэлю. Что-то было в этом мужчине такое, что располагало к себе. Он был защитником. Что-то в нем напоминало главное правило артефакторов - он тоже должен был защищать, как и я, и дед, и вся моя раса, хотя сам артефактором явно не был. Ему просто захотелось улыбнуться, несмотря на то, что я, судя по его гневу в глазах, ему явно не понравилась. Мужчина хоть и увидел мой жест, но никак на него не отреагировал.



~~~~~***~~~~~



Гадриэль уже с десяток секунд неотрывно смотрел на закрывшуюся дверь малого кабинета Главы Северной Видьят и пытался унять гневную дрожь. С языка рвались проклятья и боевые заговоры всех рас мира, но он держался. Повисшее молчание нарушил тихий смех за его спиной. Мастер Обороны резко обернулся и увидел, как веселится маг. Морок старости сменялся прямыми и аккуратными чертами лица. Ссутуленные плечи армейской выправкой, а пятна на внешней стороне ладоней гладкостью кожи.

- И что смешного, позвольте узнать? - прошипел Гадриэль.

- Доминика, как всегда, в своем амплуа, не находишь? Она ведь даже меня убедила, что у девочки нет никакого потенциала. Какая женщина! Просто лед и пламень!

Гадриэль издал невнятный звук, который Глава правильно понял. За столько лет совместной работы он научился понимать друга с полуслова. Гадриэль никогда не перешагивал некую грань субординации, всегда проявлял уважение к своему непосредственному начальству. Между ними не было панибратства, но Велизар считал этого одноглазого мага едва ли не единственным настоящим другом. Хотя, наверное, он никогда не признался бы в этом даже самому себе.

- Да, она использовала запрещенное заклятье, - кивнул Глава. - Но, согласись, это была лучшая проверка девочки. Она не была готова, испугана, и Доминика смогла полностью прощупать возможности малышки.

- А что бы было, если бы резерв у этой полукровки оказался хоть на каплю меньше?! - чуть повысил голос взбешенный одноглазый маг. Гнев сдерживать удавалось с трудом.

- Я доверяю профессионализму Доминики. Она мастер своего дела и одна из лучших некромантов Империи, Гадриэль! - уверил Велизар. - Если она использовала именно Черные Вихри, значит, не сомневалась, что эта Ристит выдержит удар. Так и оказалось.

Гадриэль опустил взгляд и сжал кулаки.

- Девочка могла погибнуть, и никто бы ее не спас! - тихо и глухо напомнил об очевидном он.

- И что? - спросил Глава Видьят, вставая из-за стола и направляясь к стеллажу с последними документами о практике Второго Потока. - Она всего лишь полукровка, Гадриэль, к тому же человеческая рабыня! Ты лучше меня знаешь, что такие "маги" и до сотни редко когда доживают.

Говоря все это Глава Видьят стоял к собеседнику спиной, разыскивая нужные отчеты, поэтому просто не мог видеть, как вспыхнул гневом единственный глаз мага, а зрачок его изумрудно-золотого взгляда на мгновение стал вертикальным. Маг умел контролировать гнев, поэтому сиюминутная вспышка ярости была погашена так же молниеносно.

Когда Глава повернулся к столу с необходимыми документами в руках, маг был уже спокоен и расслаблен.

- Это, конечно, все занятно, но у нас еще море работы с твоими сорванцами с четвертого курса! - заметил он, присаживаясь в свое кресло.



~~~~~***~~~~~



Доминика утянула меня из кабинета. И только когда мы оказались на втором этаже замка, заговорила:

- Понравилось?

- Да! - не задумываясь брякнула я. - Танар Отлин, это было прекрасно и ужасно. Я еще никогда ничего подобного не испытывала.

Женщина понимающе улыбнулась.

- Защита чистого дара - это редкое явление. Обычно разумные пару раз за жизнь испытывают это. Зато в момент чуда понимаешь, как ты важен для магии, правда?

Я только кивнула. Ощущать, как огромная, неописуемая мощь стремится тебя защитить, совершенно невозможно описать словами. Это все равно что увидеть, как тайфун встает по своей воле на твою защиту и четко дает понять, что будет биться за тебя до последнего. Страх, восхищение и благоволение перед собственным даром - вот, что подарила мне эта неподражаемая женщина.

- У тебя невероятно сильный дар, Веселина! - продолжала она. - Можно я буду тебя по имени называть? А ты можешь, если мы вдвоем, называть меня просто Доминикой.

- Но вы же мастер! - выпалила я.

Женщина рассмеялась и подмигнула мне.

- Давно догадалась об уровне моей силы?

Я потупилась и поняла, что опять краснею.

- Почти сразу, как вы вошли в кабинет. У вас очень развитый дар, мастер!

Она остановилась и развернулась ко мне. Дождалась когда я тоже остановлюсь и посмотрю ей в лицо.

- А ты поверишь, если я скажу, что ты сможешь превзойти меня, Веселина? - серьезно спросила она.

Я моргнула и открыла рот. Я никогда не думала, что смогу превзойти мастера в любом деле, а уж в неразвитом даре там более.

Наверное, неверие слишком явно отразилось на лице, потому что танар хмыкнула и снова зашагала по коридору мимо многочисленных дверей.

- А то, что мужчины решили устроить спектакль, ты тоже поняла? - неожиданно спросила она.

Я быстро бросила на Доминику взгляд и убедилась, что она не смотрит на меня, но явно ждет ответа. Недолго думая брякнула то, что рвалось с языка луры Ристит:

- Мама всегда говорила, что мужчины похожи на павлинов - где бы этих птиц не держали, а они всегда перья будут распускать, госпожа.

Бархатный смех стал мне ответом.

- Твоя мама мудрая и наблюдательная женщина, почитай ее за это. Поверь опытному магу, Веселина, это редкие качества в нашем мире. А насчет госпожи ты права и здесь, - она чуть прищурилась на меня, - я и правда из чистокровных людей. Как говорят, "голубая кровь". Видимо, наблюдательность у вас семейное. Но, я уже много лет не позволяю называть себя так. Я мастер, девочка, и это моя заслуга, выстраданная трудом, потом и кровью, причем не всегда моими. Мне приятно слышать, что я мастер. Так что больше не называй меня "госпожой".

Я не успела ничего ответить, как мы дошли до больших темных дверей. На широкой медной табличке на всеобщем значилось: "Ветвь Темных Сил. Кафедра некромантии. Второй Поток." Доминика толкнула дверь, которая была не заперта. Внутри оказался небольшой коридор, который одновременно служил еще и приемной. С одной стороны стояли большой секретарский стол и стеллажи для свитков, а с другой - стулья для ожидающих. Еще было несколько дверных проемов. Сколько именно я не успела понять, потому что танар направилась к ближайшей справа двери, и у меня просто не было возможности рассмотреть остальные таблички и количество кабинетов. Секретаря на месте не было, но, судя по вороху документов на столе, работа уже шла полным ходом.

На черной табличке серебряными буквами значилось: "Декан отделения некромантии Первого и Второго Потоков мастер Доминика Отлин". Охранные чары на двери были достаточно сильными и снимала их мастер с полминуты. Потом быстро вошла и пригласила жестом зайти меня.

Кабинет оказался не совсем кабинетом, а скорее, лабораторией с несколькими широкими длинными столами и стеллажами вдоль стен. Сами столы и несколько узких комодов были буквально завалены разными склянками, фиалами, шкатулками и чугунками. Многочисленные книги и свитки были раскиданы повсюду. Оглядев комнату, я поняла, что дед с его беспорядком в любимой лаборатории, на самом деле просто жуткий аккуратист. Доминика щелкнула пальцами, и светильники засветили ярче, наполняя мрачное пространство теплым дневным сиянием. Несмотря на то, что лаборатория явно была некроманская, жутью от нее не веяло, скорее, выдавало любовь танара Отлин к своему делу. Она быстро прошла к сравнительно небольшому столу в окружении комодов. Единственный стол, за которым пряталось большое кресло с резной спинкой.

Я нерешительно проследовала за ней. Она присела на свое место и устремила на меня свой хищный взгляд. В ее глазах горел азарт и что-то еще, что я не могла распознать. Чувствовалось, что она безмерно мне рада, но причины я не понимала, и это беспокоило.

Два кресла поменьше, которые явно были рассчитаны для посетителей, были завалены какими-то свитками, и присесть я не могла, поэтому осталась стоять, уставившись в пол. Эта женщина была мне глубоко симпатична, вызывала уважение. Она обладала моим даром, и в каком-то смысле мы были родственными души в глазах Богов, но я не считала себя столь наивной, чтобы верить в ее ко мне расположение. Артефакторы, которые доверяют другим разумным, безоговорочно отличаются короткой продолжительностью жизни. С другой стороны, она мой непосредственный руководитель, от нее зависит развитие моего новорожденного дара. А для моей цели развитый дар некромантии необходим.

- Ты мне не доверяешь! - неожиданно припечатала она уверенным голосом.

Я подняла на нее взгляд, снова встретилась с этим пугающим блеском охотника и не нашлась, что сказать.

- Твои опасения мне понятны, - продолжила она, с едва заметной улыбкой. - Ты артефактор, к тому же твое происхождение не обещает тебе легкой доли, Веселина. Но, поверь мне, я одна из немногих, кто точно заинтересован в твоей целостности и здравии. Видят Боги, я меньше всего желаю, чтобы ты пострадала или, что еще хуже, погибла.

Я недоверчиво на нее уставилась, но все мои знания об ауре и интуиция говорили о том, что мастер искренна.

- Ты первый артефактор с активным полноценным даром. Обычно у вашей расы есть только зачатки дара, а то и нескольких. Как ни развивай, как ни упирайся, а дальше среднего предела не продвинешься. К тому же, темный дар вообще уникален в вашей крови. Я полагаю, что это связано с кровью твоей матери. Ведь я правильно понимаю, что о ее родне ты как и об отце ничего не знаешь?

- Нет, вы правы. Маму продали в рабство за долги, еще когда она была ребенком, поэтому и ей мало что известно. В то время в землях людей были междоусобицы, и многие не знали или потеряли свои корни. Ее дар, если он у нее и был, никто не развивал, - сказала я и добавила уже значительно тише: - мне повезло намного больше.

Она кивнула, причем скорее не мне, а каким-то своим мыслям.

- Благословение Богов тебе было даровано и от отца, и от матери, девочка. Но ты должна знать, что это весьма редкое явление. Последний темный артефактор погиб больше пятиста лет назад. Я слышала легенды о некроманте с даром артефактора. Но это уже не факты, а нелепые легенды. Ты бесценная для всего темного сообщества, да и для всего мира в целом. Если тебе удасться развить свой дар достаточно сильно, ты наверняка совершишь немыслимое! Я видела твою силу. Дар подчиняется тебе. Несмотря на недавнее пробуждение, он полностью прижился, признал тебе носительницей и защищает, как полагается. Думаю, ты понимаешь, что в моих интересах, как мастера некромантии, сделать все, чтобы ты не потеряла возможности для развития и становления себя, как некроманта.

Я неуверенно кивнула. Она же только понимающе хмыкнула на мое недоверие.

- Ладно, твое право мне не верить. В конце концов, у тебя будет еще множество возможностей убедиться в моей лояльности. Знай, что я планирую использовать наше знакомство по максимуму. Научные труды, исследования тебя с самых первых твоих шагов в освоении дара, у меня море идей. Я буду вести записи о тебе и прошу тебя вести дневники. Каждый вечер ты должна записывать свои ощущения от работы с даром. Договорились?

Я быстро кивнула.

- Со своей стороны обещаю всяческую помощь и поддержку, - она расплылась в широкой улыбке счастливого дракона. - Для начала давай разберемся: дар у тебя пока грубый и не развитый. Скажу честно, что для обучения на Первом Потоке ты не подходишь совершенно. Как я успела заметить, резерв силы у тебя большой, если он вообще есть. Не удивлюсь, если возможности твоего дара как-то завязаны на потенциале Дэса и вообще не имеют предела. Но об этом потом, сейчас важно решить, как именно мы будем развивать твои способности.

Я затаила дыхание.

- Ты артефактор и это твоя основная специальность. Я понимаю это, поэтому не стану даже заикаться о том, чтобы ты бросила обучение и перешла ко мне. Но ты ведь уже многое знаешь о магии, раз тебя зачислили на Первый Поток?

- Да. У меня были хорошие танары! - закивала я. Перспектива того, что мне придется проходить все основные знания по десятому кругу пугала даже больше будущей встречи с другими артефакторами.

- Тогда предлагаю тебе посещать на Втором Потоке, вместе с первым курсом, поступившим в этом году, лекции и практикумы по развитию дара, но при этом не посещать ту часть занятий, которая отвечает за общее развитие адептов. Думаю, так ты сможешь и у себя учиться, как будущий артефактор, и развивать дар плавно, не калеча каналы и собственное сознание. Экзамены будешь сдавать лично мне. Я постараюсь договориться с твоими танарами и составлять расписание так, чтобы ты смогла учиться. Если вдруг ты не будешь справляться, то... - она задумалась, закусила губу и побарабанила ноготками по столешнице, - то мы, конечно, что-нибудь еще придумаем.

Она вопросительно уставилась на меня. И я, наконец, полностью осознала, что эта женщина видит во мне интересный эксперимент и предвкушает загадку. Она ученый, настоящий, пытливый ум, очень похожий на моего дедушку. Тихий внутренний голос подсказывал, что и мастер Ратри часто выглядел вот так, почти безумно в глазах обычных разумных.

- Я буду очень стараться! - уверила мастера я.

У меня действительно не было выбора. Я должна стать сильнее. Выжать из своего тела и ума все, чтобы выполнить волю родителя.

- Отлично! - воскликнула мастер Доминика, и на чистом листе пергамента перед ней стали проявляться письмена. - Завтра, в девять утра у тебя первая лекция у Второго Потока. Они уже почти месяц учатся, но ты ничего не потеряла. То, что в первые годы дается Второму Потоку, ты уже знаешь.

Я снова кивнула. Я знала, как устроено обучение в Видьят, и прекрасно понимала, что по уровню я выше всех на первых трех курсах Второго Потока. Смешно и то, что я, скорее всего, окажусь самой слабой на Первом Потоке. Непутевая Веселина Ристит, нигде-то ей нет места.

Доминика перестала выводить текст и протянула лист мне.

- Здесь твоя группа, аудитории. Примерное расписание. И список того, что тебе придется прикупить перед занятиями.

Я кивнула и невольно прижала лист к груди. Она же с сомнением посмотрела на меня, а потом неуверенно уточнила:

- У тебя есть средства, чтобы обеспечить необходимое?

Щеки залило краской стыда. Обоим моим личностям стало так противно от этого намека, что челюсти свело.

- Конечно! - затараторила я. - Мастер, я приложу все силы! Я куплю все необходимое и не подведу вас!

Брюнетка еще несколько секунд с сомнением всматривалась в мое пунцовое от стыда лицо, но все же кивнула.

- Хорошо, я понимаю, почему ты так стараешься показаться гордой на новом месте. Это правильный подход, Веселина. Здесь учатся разные адепты и разные ученики. Тебе и с теми, и с другими будет непросто. Но все-таки я хочу, чтобы ты знала, что если тебе нужна будет помощь, то за любой помощью ты можешь обратиться ко мне. Я постараюсь помочь всем, чем смогу. Я все таки мастер, а это, знаешь ли, сильно жизнь упрощает.

Я хихикнула.

- Ладно, гордая человечка, беги уж. У тебя, конечно, имеется свободный выход с территории, но если ты не успеешь вернуться до десяти вечера, то будут проблемы.

Я снова кивнула. Правила распорядка я знала так же хорошо, как и расположение корпусов на территории. Доминика чуть удивленно на меня посмотрела, но ничего не сказала.

- Да, и еще одно, Веселина, - добавила она, когда я уже начала пятиться к выходу, - мы будем с тобой встречаться раз в неделю для проверки твоих успехов и моих экспериментов, хорошо?

Слово "эксперимент" из уст этой красавицы в мой адрес мне очень не понравилось, но я опять быстро закивала, не в силах удержать глупую широкую улыбку на лице. За возможность такого легкого обучения некромантии я готова выдержать все, даже если ей придет в голову меня травить ядами.

Из кабинета мы с олененком вылетели счастливые. Причем оба. Я, потому что и не надеялась получить такую свободу в обучении. А вот мой зверь, судя по всему, хорошо напитался от всплеска моей силы и сейчас выглядел очень довольным. Мы буквально вприпрыжку бросились из центрального замка. Перед походом за покупками стоило разобрать вещи и посмотреть на комнату, в которой мне предстояло прожить пусть и неопределенный, но явно долгий срок.

Келлем все время в замке вел себя более чем спокойно. Вообще я иногда забывала о его присутствии, но стоило нам скатиться по ступеням, как олененок принялся носиться вокруг. Далеко он не отбегал, но исследовал окружающий парк с большим интересом. Я шла медленно и достаточно спокойно, стараясь не привлекать к себе внимания, хотя иногда все таки ловила на себе заинтересованные взгляды. По узким аллеям пробегали редкие адепты.

Дело в том, что обучение в Видьят было построено таким образом, чтобы не собирать всех учащихся одновременно. Адепты Второго Потока с первых трех курсов учились уже почти месяц и сейчас явно слушали лекции. Старшие же курсы были еще на всяческих практиках в разных уголках Кираны. Каждый курс и факультет прибывал в Видьят в свое время и плавно вливался в обучение.

Первый Поток же приступал к занятиям лишь тогда, когда все чистокровные оформят поступление. Как оказалось, первогодки этого года еще не все подали прошения, прошли испытание и прибыли в Школу, поэтому у меня еще была возможность остаться незамеченной. Я хорошо понимала, что скромное удивление, которое имело место сейчас, буквально через пару недель станет неприкрытым любопытством. До этого момента мне следовало привыкнуть к Школе, к своему новому статусу.

Общежитие Первого Потока, где меня величайшей волей Главы было велено поселить, располагалось в пятнадцати минутах пешим ходом от главных ворот Школы. К моему изумлению, большая площадка трех корпусов общежития была пуста. Тихо шуршали кроной старые деревья и подстриженные кустарники. Шумел фонтан в виде пяти танцующих нимф.

Я шла по широкой аллее и во все глаза рассматривала корпуса общежития для чистокровных всех рас. Полукругом стояли три вытянутых четырехэтажных больших здания из светло-коричневого камня. Окна были украшены лепниной, под крышей вырезаны барельефы. Каждый корпус, в свою очередь, имел три крыла, а не привычные два. От центра каждого здания в глубь парка уходило вытянутое крыло. Перед центральными входами располагалось что-то вроде небольшой площади с красивым старинным фонтаном в центре. Вокруг высокого бортика размещались скамейки из черного мрамора. На траве, среди клумб нашлось несколько беседок и столов с лавками.

Сам фонтан меня впечатлил. Резные скульптуры танцующих, веселящихся нимф, изгибающихся в весьма соблазнительных позах, невольно притягивали взгляд. Они вели хоровод, смеялись идеальными улыбками, а тонкие ткани только еще больше подчеркивали точеность их форм. Художник явно старался не один месяц, чтобы сотворить это чудо. Уж слишком реальными выглядели скульптуры. Только вот их размер - под пять метров, внушал не восхищение, а, скорее, легкий страх. Красавицы танцевали в искрящихся брызгах, но почему-то эта пастораль казалась мне обманом. Внутри было странное чувство уверенности, что от этих красоток веет кровью и смертью, несмотря на всю миловидность их невинных мордашек.

Я остановилась около фонтана и еще раз осмотрелась. Мысленно удивилась тому, что так и не встретила ни одного ученика с Первого Потока. Понимаю, что идут лекции, понимаю и то, что обучение на Первом Потоке не тоже самое, что обучение на Втором - более легкое с одной стороны, но при этом невыносимо трудное с другой, но не могут же все разумные быть на лекциях! Неужели никто не опаздывает, никто не болеет? Все три корпуса казались вымершими, а легкий шум от беготни адептов стал совсем далеким и нереальным. Жизнь была где-то далеко, а я как будто находилась в иной реальности. Келлем легонько поддел подол юбки, привлекая к себе внимание. Я вздрогнула, послала зверю воздушный поцелуй и полезла в карман за нужной бумагой. Мэтр Велизар соизволил меня поселить в первом корпусе на первом этаже. Номер комнаты 66 вызвал легкое уныние. Значит, меня поселили почти в самом конце крыла, и мне каждое утро придется пробегать весь этаж под пристальным вниманием учеников.

В то, что чистокровные или хотя бы мои соплеменники меня не тронут, я не верила. Дед взрастил во мне паранойю размером со скальный хребет. Я никому не могу доверять, а напасть могут всегда, везде и сотней разных способов. Но были и плюсы. Вспомнилось, как я разрушила собственную лабораторию неудачным опытом с артефактом. Комната на отшибе имела свои плюсы. Вдохнула, выдохнула и относительно бодро зашагала к лестнице с ажурными перилами.

Стоило войти в большой просторный холл, устланный багряным ковром, как я поняла, что это место жительство чистокровных. Здесь не было излишних украшений, как в центральном замке. Там все было сделано для того, чтобы поразить родителей, удивить будущих учащихся и вообще пустить пыль в глаза. Здесь же все выглядело сравнительно скромно и просто, но при этом дышало дороговизной и статусом. Большие колонны украшены лепниной из тёмного дерева. Пол устлан явно дорогим ковром. Чуть дальше простирался большой коридор, который вел в северное крыло, а рядом с ним находилась лестница из светло-серого мрамора с широкими перилами. За двумя арками с двух сторон от большого пространства холла, судя по всему, были такие же лестницы и коридоры, только уже в западное и восточное крыло. Вдоль стен, чуть ближе ко входу стояли диваны и кресла для посетителей или учеников. Вся мебель добротная, явно ручной работы. И все блестит чистотой так, будто все общежитие отмывают днями и ночами.

И оглушительная тишина. Стало очень неуютно в этом огромном здании, где кроме тебя, как бы и никого. Я, конечно, не верила, что в общежитии одна, но ощущение было полным. Неуютно было мне, а вот моему зверю на ковре понравилось. Он запрыгал по ворсу, обнюхал лепнину колон. Проявил интерес к одной из лестниц и только потом вернулся ко мне. Занял стратегическое место около моей левой ноги и вопросительно поднял морду. Ей богу, в черных глазах читался вопрос: "Чего стоим? Кого ждем?"

Я неуверенно двинулась к лестницам, но не прошла и половины холла, как передо мной материализовался призрак девушки-дроу. Темно-серая кожа эльфийки, украшенная ритуальными шрамами и татуировками чуть просвечивала, а ярко-желтые глаза смотрели высокомерно, почти зло. Она была одета в военную форму, на правом виске у нее была выбита татуировка, что говорило о принадлежности к королевской крови. На правом плече был вырезан ритуальный шрам-метка из нескольких спиралей и рун, что выдавало в ней одну из жриц паучьей праматери. Мне хватило пары секунды понять, что я многое подзабыла про дроу, раз не могу определить, какой именно ветви крови она принадлежит, ее статус как жрицы тоже был для меня загадкой. Если бы Даремор понял, что я забыла такие культурные особенности дроу, не миновать бы мне шестичасовой тренировки на кинжалах.

Я быстро отступила на шаг и почтительно склонила голову. Пусть я не все смогла понять про эту девушку, но то, что при жизни она очень много значила для всей расы и так ясно, а большего для уважительного отношения и не нужно! Дроу не та раса, в которой можно просто радоваться удачи рождения в нужном роду. Там каждый доказывал свое положение умом и силой. Раса воинов и стратегов.

- Весь Первый Поток прибудет завтра к вечеру, лура, - проговорила она с едва слышной хрипотцой в голосе. - Пока же никому не позволено быть здесь.

- Приношу свои извинения! - тут же отозвалась я, не поднимая глаз от ковра. - Я ученица первого года обучения, Веселина Ристит.

Протянула хранителю стен пергамент с указаниями от Главы. Призрак чуть приблизился и наклонился. Девушка рассмотрела внимательно светлый след от вживленной пластинки на моей левой руке. На несколько секунд в холле снова стало тихо. Только едва заметное свечение на ковре говорило о том, что призрак все еще рассматривает мою руку. Я не шевелилась и не дышала.

- Хм... - наконец сказала хранительница. - Занятная ты малышка! - резюмировала она.

Я промолчала. Мне повезло или очень не повезло - это как посмотреть, но я имела честь познакомиться с расой темных эльфов и хорошо знала, как сложно завоевать их расположение после первого разочарования. Эти разумные не прощают промахов ни себе, ни другим, поэтому настроить хранительницу общежития против себя боялась. А то, что это не простой призрак, а именно хранитель стен, я не сомневалась. От этого духа слишком многое зависело в моей будущей жизни, поэтому я прикладывала максимум усилий, чтобы хотя бы не вызвать ее гнев.

- Впрочем, здесь только занятные и учатся, лура Ристит, - продолжила девушка. - Я Мора, можешь так меня и называть. Титулов и званий у меня нет, как и имени. Меня прозвали Мора. Кто-то из учеников пошутил, что я как самая жуткая из войн, несу разруху и горе. Прозвище прижилось. Со временем стало именем.

Я подняла на нее глаза и поняла, что дроу очень довольна таким положением дел. На ее тонких губах играла угрожающая улыбка. Наверное, что-то промелькнуло в моей ауре, потому что дроу кивнула:

- Правильно понимаешь - никто не достоин знать мое имя. И честь рода марать не позволю всяким неоперившимся спесивым неумехам!

Чувствовалось, что хранительница хотела сказать куда более грубое определение учеников, за которыми присматривает, но сдержалась и заменила грубости более приличными оскорблениями.

Я смотрела в ее желтые глаза и думала о судьбе этой воительницы. Сколько всего она совершила во славу рода, клана и расы, сколько пережила, прежде чем, наконец, принять смерть? Насколько сильным должен был быть дух несгибаемой дроу, раз даже сама праматерь не могла удержать свою жрицу - и та стала духом?

Невольно примерила на себя. А смогла бы я устоять после смерти, не переступить порог чертогов милостивой Астарты? Скорее всего, нет. Мне никогда не стать настолько сильно и независимой, чтобы поспорить с самой Богиней. Это невольно вызвало волну благоговения к призраку. Дед всегда учил признавать чужие заслуги и искать для себя лучшие примеры. Не признать силу этой женщины просто не смогла.

Мора склонила голову набок, от чего пряди ее пепельных волос скользнули по плечу, закрывая часть шрамов.

- Занятная, - снова повторила она и развернулась ко мне спиной. - Ну, пойдем, провожу тебя до комнаты.

Моя 66 дверь с маленьким номером над изогнутой ручкой оказалась самой крайней в западном крыле. Я стояла, с интересом рассматривая потрескавшееся дерево со следами магического огня. Справа от меня был большой коридор с тонкой темно-зеленой ковровой дорожкой посередине, а слева большое прямоугольное окно с витражом в виде поляны и уже знакомой танцующей нимфой. Точно такая же была в числе пятерки фонтана. Сейчас она была одна в окружении цветов. Все так же прекрасна, но все равно пугающая. Что картинка на стекле, что скульптура настораживали меня одинаково.

Я взялась за ручку, но та не поддалась.

- Печать приложи, - вздохнула дроу.

Я послушна коснулась кожей левой руки дверной ручки. Дерево вместе с косяком заискрилось, снимая слепок моей ауры. Охранные чары здесь были явно на уровне. Мне хотелось спросить у хранительницы, почему эта дверь единственная выглядит вынесшей сильную магическую атаку, ведь все остальные, мимо которых мы шли, были как новые; но излишнее любопытство было не к месту, а для дроу вообще хуже большинства пороков. Не хотелось оттолкнуть Мору, поэтому сдержалась.

Дверь без скрипа отворилась, но темная эльфийка удержала меня на пороге:

- Послезавтра здесь соберутся все из твоего племени. Вам на все вопросы ответит куратор артефакторов. По пустякам меня не зови. Но если будет крайняя нужда, то просто произнеси имя. Я услышу и приду.

Я кивнула.

- Только в пределах этих стен. Стоит тебе ступить с крыльца, и я не смогу прийти, поняла?

Я снова кивнула, мысленно обещая себе не звать ее, если только меня не будут убивать.

Дроу вздохнула, видимо, понимая, что от первогодки будут проблемы и постоянные просьбы, и, не прощаясь, просто растворилась в воздухе. Келлем шмыгнул в комнату первым, а я за ним, тут же прикрыв дверь.

Прислонилась спиной к теплому от магической охранки дереву и облегченно выдохнула. Одним усилием воли запрятала Ристит в недра собственной души и снова невольно вздохнула. Чужая, чуждая моим суждениям аура полукровки-рабыни давила страхом, безысходностью и постоянной, какой-то почти незаметной обреченностью. Чужие мысли мешали думать, чужая энергия казалась тесной и неприятной. Сейчас же я могла побыть собой.

Первым делом, еще не открывая глаз, активировала свое охранное заклятье. Потом поставила глушилку, чтобы никто из простых учеников или магов не слышал, что я делаю в своей комнате, и только убедившись, что оба заклятья правильные и уже работают, позволила себе осмотреться.

Комната оказалась большой, даже слишком. По размерам примерно как две моих в поместье. На стенах через каждые несколько метров располагались держатели для светильников с простыми магокристаллами из мутного хрусталя. Высокие потолки, светло-бежевый ковер и три узких вытянутых окна без витражей. Сбоку от окон висели тяжелые портьеры с кистью-завязкой. Сразу за дверью, на стене - вешалка, под ней на полу - узкая подставка для обуви.

Прямо передо мной светлело окно, под ним находился низкий широкий подоконник и еще более низкий узкий диван с одним высоким подлокотником, который должен был выполнять функцию спинки. К нему примыкал второй такой диванчик, ближе ко мне стоял узкий комодик. В образованном диванами уголке был низкий овальный столик. Дальше в пространстве между двух окон высился большой шкаф. Его брат-близнец только явно поуже стоял справа от двери. За ним - второе окно, два кресла и прикроватный столик. За окном большая кровать, явно рассчитанная на троих, а не на одного. Шесть подушек, покрывало, два одеяла виднелись из-под отогнутого уголка. Постельное белье уже свежее. Я не обладала нюхом вампира, но все равно чувствовала свежесть недавней стирки.

С другой стороны кровати стоял большой массивный стол и стул, у третьего окна на дальней правой стене размещались несколько полок на металлических тонких цепях. Под ними были мои вещи. Два больших сундука, один деревянный ларец, сравнительно небольшой, и многочисленные большие сумки. Справа от вороха моих вещей виднелась незаметная маленькая дверь. Я быстро осмотрела ванную комнату, облицованную серо-голубым мрамором. Небольшая раковина, два крана, узкая, но с высокими бортиками ванная и уборная. На маленькой тумбе у входа покоились несколько полотенец.

Между дверью в ванную и вторым шкафом разместился большой широкий стол из черного дерева с массивными ножками. Без ящиков и украшений, но пропитанный магией укрепления. Стол для работы - догадалась я. Над ним разместились сразу два магосветильника.

Комната оказалась большой, светлой, просторной, с большим количеством мебели, и при этом в ней легко могли уместиться еще парочка комодов или большой шкаф. Келлем сразу устроился на кровати, свернулся клубком, будто кот, подогнул под себя ножки и принялся дремать, а я все бродила и трогала свои вещи, осматривала свою комнату и никак не могла поверить глазам. Нет, я,конечно, знала, что ученики с Первого Потока получают все необходимое для учебы и комфортной жизни, об этом было написано везде, где упоминалась хоть одна из Видьят, но чтобы настолько! Над одним из диванов спрятались небольшие часы и они недвусмысленно напомнили, что до встречи со светлым эльфом осталось не так много времени, а мне еще лавки обежать нужно.

- Свет! - чуть повысила голос я.

Все кристаллы засияли теплым золотым сиянием. Со временем интенсивность можно будет поменять, но сейчас и этого хватило.

Тень перестала изображать бесформенность в ногах и отлипла от них. Оторвалась от ковра и вытянулась во весь рост. Для того, чтобы сумеречное создание стало объемным и похожим на что-то отдаленно напоминающее призрака, нужно было снять оковы подчинения, но сейчас мне этого хотелось меньше всего. Я удовлетворенно кивнула и быстро направилась к своим вещам.

Всю неделю, пока собирала необходимое, не покидало чувство, что я обязательно забуду в поместье что-то важное, а обращаться к деду после всего сказанного в первый же день не хотелось. Первым делом разобрала и разложила по шкафам вещи, одежду и обувь. Тень, повинуясь приказам, в этом очень помогала. Моя тень никогда особой исполнительностью не отличалась, и я уже успела привыкнуть к мысли, что настоящего помощника, как у деда, например, у меня никогда не будет. Сейчас же она носилась по комнате, раскладывая по полкам и ящикам мои платья, костюмы и корсеты.

Знакомство с новой судьбой и личностью, которую создал мастер Ратри, дало немало пищи для размышлений. Дедушка никогда особо на мне не экономил, пусть и не вывозил на приемы и балы, но воспитывалась я, как настоящая аристократка, поэтому умение подать себя в дорогих тканях и неудобных покроях в меня вбивалось. Я понимала, для чего это делалось, и никогда особо не протестовала. Элвин Ратри потерял слишком много лет моей жизни, пока я страдала последствиями от проклятья, поэтому после исцеления мне давалось все, что преподается мастерами прочим наследникам родов, только в ускоренном темпе. У меня были наряды, стоимостью с приличное боевое снаряжение, были и редкие украшения, но после создания моей легенды стало ясно, что полукровка не должна уметь держаться на высоких каблуках и танцевать в эльфийском шелке, поэтому все подобные вещи, выдававшие во мне аристократку, были безжалостно выброшены Даремором, видимо, еще в то время, пока я мирно спала после разрыва. В моих шмотках остались только дешевые ткани и наряды, соответствующие моему новому происхождению.

Дальше, после разбора тряпок, которым я никогда особого значения не придавала, пришла очередь сундуков. Два из них были большими, высотой мне до бедра и очень широкими. В первом было все необходимое для работы артефактора: всевозможные ингредиенты, в том числе и редкие, заготовки, кристаллы, пологи-поглотители, пара небольших котлов и прочее, без чего мое обучение сильно усложнится. Во втором были уже заготовленные мною основы под будущие артефакты и три пояса деда. Один я успела на себя нацепить перед вызовом портала. Пусть я и непутевая, но не совсем безнадежная, кое-что у меня все же выходило. В том же сундуке нашлись мои книги, причем все, что я выбрала, а так же фиалы с зельями и травы с заготовками для новых порций.

Со счастливой улыбкой и вздохом облегчения я цапнула один фиал с тонизирующим зельем и выпила залпом. Голод и усталость уже давали о себе знать, а впереди еще куча дел. Легкую слабость смыло волной живительной влаги, живот перестало крутить, а жажда отступила. Все-таки проверка Доминики не прошла для меня даром, и некоторые последствия в виде нервозности и легкого дрожания коленей присутствовали. Я на слабость право не имею, поэтому быстро взяла себя в руки.

В третьем, сравнительно небольшом сундуке из простого светлого дерева, нашлись уже готовые мною артефакты, все же не все попытки создать что-то путное у меня проваливались. Нашлись и подарки деда. Мастер Ратри помимо полезных и нужный поясов, подарил в дорогу и три артефакта силы для восстановления резерва, два целительных амулета и один мощный щит. Мне восстановление резерва не нужно, но, возможно, подобные арты помогут завязать нужные знакомства или продать их, если припрет. Маленькие камушки агата, вбитые в крышку сундука для слежки за мной, я нашла сразу. Три камушка следили за тем, что я жива и были завязаны на мою ауру. Полагаю, они были добавлены сюда для того, чтобы дед первым узнал о моей смерти.

Невольно скривилась, но продолжила осмотр. Еще нашлась внушительная шкатулка с драгоценностями. Все были пусты и явно предназначались как пустышки для будущих домашних работ, но у меня на красивые безделушки были другие планы. Не задумываясь, взяла два тонких золотых браслета и спрятала к монетам. Еще нашлось несколько артефактов явно темной энергии, которые мой дед просто не мог создать сам. Дала себе очередное честное слово, что проверю весь сундук, когда будет больше времени, и не стала взламывать печати на шкатулках. На самом дне обнаружились два тонких фолианта, судя по виду обложек - ровесники моего деда, но и на них были охранные чары, а значит, для изучения нужно куда больше времени. Еще нашелся мешочек простых камушков для одноразового вызова деда или Даремора. След их энергии хорошо чувствовался.

Не смогла удержатся и выругалась. Мало того, что в моих вещах полно самых разных следилок и уверена, что я не найду и половины. Мало того, что моя тень будет регулярно докладывать деду про меня, так еще он настолько во мне не уверен, что дал чуть ли не полсотни камней зова. Это он подумал, что я замучаю его жалобами и вопросами, и решил не экономить на связи?! Злость заставила с силой швырнуть мешочек в дальний угол сундука и захлопнуть крышку.

На три сундука были наложены сильнейшие щиты от взлома, но я не поленилась и поставила свои следилки. Только не на сами сундуки или вещи, а на пол вокруг самого дорогого для меня имущества. Поднялась на ноги и рыкнула на тень. Та покорно вернулась на свое место у моих ног и расплылась силуэтом моей фигуры по ковру. Келлем, уловив мое настроение поднял голову и вопросительно уставился.

- Так, ты остаешься здесь. А я быстро сбегаю по делам и вернусь. Понял?

Олененку моя идея не понравилась, он даже спрыгнул с кровати и направился к двери, игнорируя приказ, но вспышка моего негодования заставила зверя испуганно поджать уши и отшатнуться. Я взяла все выданные мне пергаменты. В итоге оставила в руке только список, который написала мастер Доминика для моего обучения некромантии. Остальные кинула в мешок и засунула в шкаф. Пришлось сменить перчатки на более тонкие из светло-коричневого кружева. Я зло шагнула к двери.

- Остаешься дома и охраняешь! - непререкаемым тоном заявила я зверю.

Не уверена, что он мог охранять, но и то, что ко мне проникнут прямо в первый день сильно сомневалась. Отвернулась от испуганной животинки и прикрыла глаза. Унять вспышку обиды на Элвина Ратри оказалось сложнее, чем думалось. С минуту я выковыривала из душевных глубин фальшивое мышление Ристит, потом еще с полминуты ушли на то, чтобы выпустить на волю тесное и чуждое мне излучение ауры полукровки. Играть в человека было сложно и крайне неудобно, все равно что влезть в тесное платье, а потом еще и тесные туфли надеть, но приходилось терпеть.

Мне оставалось только надеяться, что я смогу к этому привыкнуть. И еще стоило взять за правило не снимать личину, а то сама провалю маскировку, просто забыв пробудить чужое сознание в себе. Дед предупреждал, что Веселина Ристит, скорее всего, не раз спасет мне жизнь, а значит, не стоило так пренебрежительно относится к потраченному на меня Пергаменту Души.

Последний раз проверила пульсирующие заклятья на стенах, окнах и вышла в коридор. За спиной щелкнул замок комнаты, а я неуверенно двинулась в сторону выхода, украдкой разглядывая фрески на потолке, ковровую дорожку и лепнину на стенах. Мне же все интересно, я никогда не видела ничего подобного. Как же все тут красиво, странно и удивительно!

И, видят Боги, как меня тошнит изображать из себя вечно пораженную скромницу! Либо я скоро привыкну к этой тупой маске, либо свихнусь от постоянного конфликта двух умов. А ведь говорила деду, что судьбу он мне придумал слишком слезливую и слабую! Говорила, но кто меня, непутевую неудачницу, слушать будет?! Начальству виднее!

С такими невеселыми мыслями я и вышла из своего корпуса. Тихо закипая от негодования на родителя и на себя заодно, двинулась мимо фонтана. Головы не поднимала. Просто старательно излучала удивление и смущение в ауре, как и должно быть у девушки, которую почему-то поселили вместе с аристократами.

Не заметила, как окунулась в чужую ауру и едва не налетела на девушку. Испуганно отпрыгнула, вскинула голову и застыла. Навстречу мне шла пара. Высокий дракон с черными вьющимися волосами и темно-синими глазами. Мне его взгляд сразу напомнил взгляд Элвина Ратри во время беседы. Сильный, властный и уверенный. Мужчина был одет в прекрасный, скроенный по фигуре костюм черного цвета, с вышивками по лацканам длинного сюртука. На идеальном лице мужчины застыло легкое удивление. Рядом с ним шла... чистокровная дриада. Высокая статная девушка была одета в светлый костюм для верховой езды. Живой плющ на голове держал темные волосы в высокой прическе, а красивое лицо с прямыми чертами можно было бы назвать прекрасным, если бы не гримаса отвращения, словно она наступила на гусеницу. Длинный темно-зеленый ноготь указал на меня, немного испуганную.

- Что здесь делает человеческая полукровка?! - вознегодовала она. - Что ты себе позволяешь?!

Я на нее не успела налететь, даже не коснулась, но дриады всегда вспыльчивы и опасны для людей, так что ее поведение понятно. Я нарушила границы личного пространства. Будь я Ратри, голову склонила бы она. Расы природы, тем более светлые, с большим почтением относятся к артефакторам.

Сердце бешено забилось, стремясь к горлу. Я сглотнула и отступила еще на маленький шаг назад. Если нападут оба сразу, то плакала моя маскировка. И это в первый же день! Что скажет дед, узнав о том, что редкий артефакт был загублен почти сразу после передачи мне?!

Девушка повела носом и шагнула ко мне ближе. Я дышала ей аккурат в грудь, так что ей пришлось наклониться, и я уловила от ее кожи легкий аромат лесных трав. Красивое и сильное создание, смертоносное почти для всех рас, как темных, так и светлых. Учитывая пластичность и грацию ее движений, она уже давно опытный маг и наверняка убивала. Плохо, очень плохо!

- Простите, госпожа! - пискнула я, смотря в ее горящие гневом глаза.

- Что ты здесь делаешь, полукровка?! - прошипела она. - Здесь могут находится только ученики!

Я еще раз сглотнула, старательно изображая ужас. Дриады - отходчивые существа, и, если повезет, то она удовлетворится одним моим страхом.

Рука дракона в черной перчатке аккуратно остановила дриаду. Длинные пальцы взяли ее руку чуть выше локтя.

- Фэйна, зачем ты так? - успокаивающе начал он, словно большой мурлыкающий кот. - Девочка из наших, разве не видишь?

Глаза дриады сверкнули, переходя на магический взор и изумленно расширились.

- Артефактор! Но как!? Не может такого быть!

- Фэйна, она от матери-человека и артефактора. Скорее всего, одна из бастардов, а значит, одна из нас, - продолжал своим уверенным, с нотками низкого рычания, голосом дракон, плавно притягивая девушку к себе и заставляя отступить от меня.

Я его жест оценила. Его голос нравился мне, как и глаза. Очень красивый мужчина и сильный. Он явно переключал внимание дриады на себя. Девушка быстро разомлела от близости дракона, от его голоса, и ее лицо чуть расслабилось.

- Пошла вон, мерзавка! - велела она мне, утыкаясь затылком в подбородок дракона и одновременно прижимаясь к нему спиной.

Я быстро кивнула, не смотря больше на парочку. Обогнула их по большой дуге и кинулась прочь. Молодняк аристократов всех рас не слишком сильно отличался от упивающихся своей властью разбойников на тракте. Пройдут годы обучения, прежде чем большая часть разумных научится себя вести с подчиненными - простыми магами и полукровками, а многие так и останутся скотами. Злости у меня на дриаду не было, как и благодарности к дракону. Поймала себя на мысли, что сама бы не отказалась от такого мужчины; но я полукровка, и у меня будет совершенно иной уровень кавалеров, если вообще он будет, этот уровень. Просто красивый этот дракон, и цвет глаз у него, как у дедушки. Невольно будит желание помечтать о любви, защитил опять же, пусть и своеобразно. Юный дракон не посчитал нужным осадить свою пассию открыто, а лишь плавно и незаметно переключил ее внимание на себя. Скорее всего, он был с ней согласен, иначе бы вступился открыто. Драконы защищают свои убеждения до крови, а он не стал, а значит, согласен с дриадой.

Мысленно отвесила себе подзатыльник и напомнила, что если бы не усиленное обучение и не проклятье, я, скорее всего, тоже бы считала себя особенной, главной и имеющей право на унижение других. Артефактники на уровне инстинкта испытают желание защитить слабого, но это не отменяет высокомерия. Вспомнился Даремор с его убеждением, что слуг можно наказывать и даже убивать за провинности. Не просто же так вампир уверен в праве хозяина? Дед наверняка в свое время хорошо разъяснил вампиру кто и как теперь определяет его судьбу.

На мгновение стало тошно, и чувство омерзения быстро оттеснило страх. Пусть на самом деле я и не испугалась гнева дриады, но и играть в ужас так, чтобы ученики поверили, тоже не самое приятное занятие.

- Привыкай! - зло шепнула я себе.

В Видьят никто не должен знать моего истинного характера. Веселина Ристит - скромная, забитая знатью девушка. Немного глупая и наивная, добрая и стеснительная, до зубовного скрежета пугливая. Вместе с тем милая и ранимая. Портрет, прямо скажем, имеет мало общего с Веселиной Ратри, но кого это волнует? Великий Синий Дракон приказал, а мне не положено спорить...

Я мчалась среди редких кучек адептов в разноцветных мантиях. У каждого факультета, а точнее специальности, был свой цвет ткани, на правом рукаве имелась нашивка с эмблемой Северной Видьят - белый замок на заснеженной вершине. Под нашивкой шли косые лучи, как от схематичного изображения солнца, которые говорили о курсе. У Первого Потока мантий в качестве формы не было. Оно и понятно, сама бы отказалась носить единую форму, в которой я лишь безликая тень. Видимо, еще когда-то очень давно аристократы не поддались на уговоры правящей семьи и не приняли идею мантий. Просто на всех наших вещах со временем должны были появиться такие же нашивки, как у адептов, с эмблемой Школы.

Я выскользнула из той же калитки, в которую входила несколько часов назад. Город вовсю бурлил. Вокруг шныряли разумные всех рас, кое-где мелькали мантии и знакомые уже нашивки. Ученики и адепты стремились закончить все дела, кто-то возвращался с отгулов, кто-то с практики, а кто-то как я в последний момент решил вспомнить, что к учебе ничего не куплено. Вообще-то, могла бы и раньше сообразить, но глупость, наверное, моя основная черта.

О самом городе я знала намного меньше, чем о Видьят, но местонахождение квартала лавок для обучающихся запомнила еще в первый день сбора информации. Повертела головой и быстро двинулась за стайкой девушек в зеленых мантиях целительского факультета. Девушки веселились, смеялись и толкались. Обсуждали прошедшие каникулы и радовались встрече. По громким выкрикам одной барышни разобрала, что они собирались за ученическими блокнотами, поэтому тихо последовала за ними. Адептки второго курса должны были знать лучшую лавку в квартале. Так и оказалось.

Минут через десять стайка зашла в большую лавку с красивой вывеской пакса и развернутого пергамента в окружении завитушек. Я расплылась в счастливой улыбке и поспешила следом, легко уворачиваясь от прохожих. Для большинства разумных Империи второе магическое зрение или взор, которое и позволяет видеть магические потоки, ауры и заклинания, все таки является непостоянным. К нему обращаются по необходимости: во время боя, в момент магических практик, из любопытства - существуют тысячи причин активировать взор, но все же это умение не постоянно. Для артефакторов же второй взор - почти часть обычного зрения, и переключение происходит на уровне инстинкта и практически никогда не контролируется самим артефактником. Для себя я была темным артефактором, но для всех прочих я оставалась обычной девушкой. Поэтому прохожие не обращали на меня внимания. Натыкались, пихали и толкали. Я не спорила и с трудом протискивалась к лавке.

Когда-то очень давно, может, больше трех тысяч лет назад, расы писали по пергаментам птичьими перьями и выводили письмена руками. С развитием бытовой и элементарной магии появилось умение выводить письмена просто выжигая верхний слой пергамента. Для этого нужно было четко представлять написанное в голове и переводить желаемое на бумагу. Подобным методом мне и написала список мастер Доминика, но для такого навыка нужен опыт сноровка и концентрация. Далеко не все могут этими качествами похвастаться, поэтому после нескольких веков на смену птичьим перьям пришел пакс.

Это такой занятный инструмент, создаваемый магами земли из сплава нескольких самых распространенных металлов. Размером примерно чуть больше ладони, а толщиной с два пальца. На кончике инструмента крепилось тонкое перо, а внутрь помещался цилиндр с красителем и шарик-поглотитель. Нужно было просто приказать паксу писать, и инструмент сам принимался выводить письмена под диктовку. Шарик-поглотитель, обычно из горного хрусталя или лунного камня, впитывал крохи магического резерва мага и направлял их на вытягивание красителей и левитирование пакса над бумагой. Очень удобный инструмент, которого у меня не было.

Я уже почти пробилась к крыльцу, когда впереди заметила странную девушку. Метрах в тридцати от меня растерянно блуждала человеческая девушка примерно моего возраста. Часть ее волос была выбрита или, скорее, очень коротко подстрижена и покрашена в ярко-розовый цвет. Остальная масса волос была зачесана набок, более длинные пряди прямых волос были раскрашены в насыщенные цвета радуги. Но больше меня поразила не странность прически, а ее манера поведения. Она с явным интересом, но вместе с тем растерянно рассматривала дома, вывески и прохожих. На кого-то таращилась, как на диковинку, словно впервые видит, а от кого-то шарахалась, едва сдерживая крик. Я бы решила, что незнакомка пережила потрясение и находится под действием какого-то заклятья, поэтому теперь видит боги ведают что, но аура у человечки, чистокровной кстати, была чистая, без малейшего магического воздействия.

Интуиция неуверенно шепнула, что с этой девушкой что-то не так. Что-то было странное не только в ее поведении, но и в чистоте светлой ауры. Да, она светлый маг, скорее всего, ведьма, но даже при чистокровности настолько чистой энергии вокруг уже взрослого тела не бывает. Внутренний голос настойчиво сообщал, что скоро что-то будет.

Я мотнула головой. Напомнила себе про приказ деда и попыталась затолкать желание помочь девушке поглубже. Инстинкты инстинктами, но у меня приказ, миссия, в которой я и так проиграю. Незачем усложнять и без того непростую судьбу еще и проблемами странных девиц. Усилием воли заставила себя отвести взгляд от незнакомки и зашла в лавку.

Выбор паксов самой разной направленности здесь был и правда огромный: десятки, если не сотни моделей одного и того же инструмента. Я выбрала себе три простых пакса и два для выведения магических рун материальными частицами силы мага. И пару десятков сменных боксов красителей к ним. Еще десяток простых заточенных углей для рисования пентаграмм. Потом вспомнила про ученические блокноты. Это такие книги в твердых обложках с самыми тонкими пергаментными листами внутри. Их тоже прикупила, сразу десяток разных, чтобы в ближайшее время не вспоминать о том, куда и как записывать лекции танаров. Большой заказ пожилой светлый эльф с одной рукой оценил в десять серебряных монет.

Когда я уже повернулась к двери лавки, краем глаза заметила все ту же странную радужную прическу в дальнем углу лавки, за стеллажом с паксами. Девушка издавала какие-то невнятные звуки и тихо что-то нашептывала. Судя по интонации, была явно потрясена видом обычного пакса, а судя по эмоциональности шепота - ругалась, причем на неизвестном языке. Я говорила на нескольких языках, еще на нескольких могла сносно изъяснятся с акцентом, но подобных слов не слышала никогда.

Видимо, девушка была из такой глубинки, что ее родное наречие мне не преподавалось мастерами, не упоминалась Даремором и дедом, какой-нибудь говор степных орков. Хотя стоп! Я замерла и, не поворачивая головы в сторону радужной, снова прислушалась. Откуда у племен орков в степях люди? И даже если бы они в этой глухомани были, то сама радужная никак не могла быть чистокровной! Версии всплывали в голове с молниеносной скоростью и так же быстро отметались. Любопытство и странное беспокойство за девушку становилось все сильнее.

Внутренний голос уже буквально требовал, чтобы я подошла и заговорила с этой странной девушкой. Но я снова одернула себя. Я темная, а она светлая. Я артефактор, она человечка. Я полукровка, а она аристократка, пусть и из людей. Вспомнился недавний инцидент с дриадой. Нет уж, получать порцию унизительных нападок за неудачное рождение не у тех родителей не хотелось.

Вышла из лавки и быстро наложила на плотный пакет с ручками простенькое заклятье облегчения - все таки такое количество блокнотов и прочих мелочей ощутимо давило на руки. Потом прикупила необходимые книги по списку. Особое внимание уделила большому тому: "Некромантия. Практическое руководство." В лавке гнома-библиомана заинтересовала и книга: "Контроль над активным даром." В лавке с книгами задержалась на час и потратила аж пять золотых и семь серебряных. Зато вышла счастливая и довольная. Потом еще полчаса покупала всякие мелочи, как например: сумка для книг и блокнотов, пара кружек и тарелок.

Наконец, около четырех часов дня из всего списка нужных мне покупок остался только ритуальный клинок. Доминика отдельно отметила, что обычно покупается артефакт, но, коли уж я и так артефактор, то она не станет давать советы. Это была аккуратно выведено в скобках. Честно говоря, я сомневалась, что клинок мне вообще нужен. Артефактники не те существа, которые могут резать пальцы и ладони ради капель крови. Перед глазами встал разрушенный парк и собственная лаборатория, когда я только слезу добавила. Воображение тут же нарисовало стертый с лица Видьят корпус некромантии после моей попытки поднять дохлую мышь. А что со мной сделает мэтр, если я кого-то ненароком покалечу? А мастер Доминика? Меня передернуло, но мастерам виднее. Я решила, что проще будет купить клинок и потом задать все вопросы танару, чем не купить и выяснить, что есть техники, отделяющие меня как артефактника от меня - некроманта.

Идти в артефактную лавку и отдавать большие деньги за зачарованный кинжал не хотелось. Во-первых, потому что хотелось зачаровать его самой. А во-вторых, усиливать своими небольшими деньгами чужой род не позволил червячок гордости. Решила, что найду обычный кинжал в торговых рядах, а не в лавках.

Через четверть часа поняла, что найти кинжал или хотя бы обычный нож без минимального зачарования металла практически нереально. На рынке было много лотков с разной кухонной утварью, но все столовые приборы была зачарованы. Мне не нужно было толкаться в толпе весь остаток дня, чтобы понять - каждый мастер зачаровал свой товар, чтобы повысить его стоимость хоть на медяк. Но уже зачарованный кем-то металл признает только одного владельца, и мне уже зачаровать его не получится. К тому же толкаться между лотками под крики и гам толпы было неприятно и неуютно. Несколько раз ловила на себе пристальное внимание оборотней-волков, которые уловили мой аромат, и это нервировало еще больше.

Наконец я махнула рукой и поспешила обратно к торговому кварталу из этой давки. Как ни прискорбно, но придется купить артефакт. Мысленно я ругалась не хуже собственной тени. Какой-то особенно крупный мужик пихнул меня в сторону, и я едва не налетела на маленький лоток, не больше моего рабочего стола в комнате. В последний момент успела запустить собственный щит, и тот придержал от падения.

Неестественно изогнув спину, я практически легла затылком на прилавок, вытянув руки с покупками, чтобы не задеть чужой товар. На меня сердито уставилась старческое лицо в глубоких морщинах. Я быстро выпрямилась и спешно поклонилась:

- Простите, пожалуйста! - пробормотала я, чувствуя, как лицо заливает краска стыда.

Я низко поклонилась старушке-торговке и натолкнулась взглядом на нож. Между двух стопок глиняных тарелок прятался маленький обычный нож с широким лезвием, которое сужалось только на самом кончике. Рукоятка простая из потрескавшегося дерева. Само лезвие в длину меньше моей ладони. А самое главное: нож был обычным! На нем не было даже следа чужого вмешательства. Нет, может быть, когда-то этот нож и зачаровывали, но было это так давно, что серебристое лезвие с какой-то вставкой по центру красноватого металла уже само забыло, кто и как это делал. Сейчас у ножа, а кинжалом это никак нельзя было назвать, не имелось хозяина.

- Сколько? - тут же выпалила, поспешно ставя покупки себе под ноги и вцепляясь в нож.

- Ась?! - удивилась старушка так громко, что на мгновение перекрыла шум торговли за соседними лотками.

- Сколько, говорю, за нож хотите? - повысила голос я, опасаясь, что старушка глуховата.

- Астарта с тобой, милая! - всплеснула сухими ручонками бабушка. - Ему ж триста лет в обед! Я его для яблок держу. Вот перекусывала и забыла спрятать. Поганый ножик-то!

Я провела ногтем большого пальца по лезвию и тонкая стружка отделилась от ткани перчатки, проделав приличную дыру. Едва заметная царапина осталась и на черном ногте. Я недоуменно уставилась на старушку, но та явно говорила правду, точнее искренне верила, что говорит правду. Я сжала рукоять ножа и поняла, что отдам его разве что только под пытками и то вряд ли.

- Так сколько хотите за нож? - повторила я.

- Да говорю ж тебе, дуреха! Поганый он, прахово отродье! Продам - а ты меня после проклинать станешь!

- Сколько, бабушка? - рассмеялась я.

Старушка прищурилась. Посмотрела на меня, перевела взгляд выцветших глаз на лезвие, которое я прижимала к себе, как любимую игрушку. Цокнула языком и выдала:

- Десять медяшек и не меньше!

Я кивнула и полезла за кошелем в пояс.

- Только с условием продаю, что не вернешь! - грозно предупредила старушка, смахивая монеты в большой карман на подоле старого платья. - Слышишь, твой он теперь, и никакая сила не заставит меня вернуть деньги, поняла?

Я уже во всю смеялась. Она протянула мне ладонь. Я ее пожала. Кожа оказалась сухая и теплая:

- Твой и только твой теперь он! - серьезно сказала старушка.

Я кивнула и снова рассмеялась. Меня бы напугали или хотя бы насторожили слова торговки, если бы в клинке был хотя бы слабый намек на магию. Но металл и рукоять были чистыми, никакое проклятье или дух мне не достанутся с покупкой. Но старушка говорила очень убедительно, словно самого страшного демона из рук в руки передает. И тревога в глазах, и гнев.

- Договорились! - сквозь смех выдавила я.

Старушка неодобрительно качала седой головой, глядя, как я заворачивала лезвие в носовой платок и крепила к поясу. Потом подхватила покупки и поспешила в сторону домов. С рынка выбралась веселая, несмотря на легкую усталость и раздражение на толпу. День радовал маленькими успехами. Необходимые покупки обошлись не так дорого, как я думала поначалу. А значит, есть повод порадоваться.

До встречи с эльфом оставалось чуть больше получаса, следовало поспешить. Впереди внезапно образовалась галдящая на все лады толпа. Небольшой табун породистых скакунов после покупки вели на постоялый двор, но животным что-то не понравилось и все разом начали нервничать и показывать характер. Несколько мужиков пытались успокоить животных, но не выходило: табун перекрыл улицу и, судя по гневным крикам, уже успел переколотить чей-то товар и пару витрин. Мужики нервничали из-за порезов и травм купленных скакунов. Пару минут смотрела на этот бедлам и поняла, что пробиться сквозь эту толпу не выйдет. Пришлось свернуть в небольшой проулок.

Если сейчас прошагать несколько десятков метров и пару поворотов, то я выйду на такую же широкую улицу, которая идет параллельно перекрытой. Но я шла, а узкие улочки и нависающие со всех сторон стены домов не заканчивались. По всем расчетам широкая улица, по которой можно дойти до Видьят, уже должна была начаться, но проулки все продолжали петлять, а я все больше чувствовала себя в лабиринте.

Опаздывать к оговоренному времени не хотелось и я прибавила ходу. Внезапно магического взора коснулся слабый след уже знакомой ауры радужной девушки. Ее магия была такая чистая, что я невольно запомнила ее. Даже не задумываясь, зачем я это делаю. Девушка явно была здесь несколько минут назад.

Сердце кольнуло беспокойство. Я остановилась и зло топнула ногой. Какая мне, собственно, разница, что в этих закоулках и подворотнях делала странная девушка?! Правильно, никакой! Она, может быть, живет в одном из ближайших домов и возвращалась короткой дорогой. А может, где-то здесь спряталась нужная ей лавка. С чего я вообще решила, что радужная не должна быть в переулках?! Злость на собственные эмоции и необоснованные страхи разлилась в груди.

- Просто забудь! - рыкнула я на себя и зашагала дальше.

Но не прошло и минуты, как до меня донеся крик.

- Тень! - тут же заорала я.

Моя подручная метнулась дальше по проулку и вильнула направо за каким-то очередным двухэтажным домом. Я бросила пакеты с покупками и рванула за своей тенью. Она в любом случае двигалась быстрее меня, но так как это существо привязано ко мне и моим желаниям, приказ даже не пришлось формулировать во что-то связное и четкое. Она поняла меня сама.

Как только я с большим трудом вписалась в правый поворот, по глазам ударил большой выброс чистой энергии дара. Без приказа, заклятья или проклятья. Просто выброс, как у плачущего младенца. Женский испуганный визг слился с мужским воплем боли.

Очередной поворот на пределе собственных возможностей, и я успела увидеть, как к скорчившейся у стены девушке метнулась моя тень. Над радужной стоял здоровый плечистый мужик с длинными усами. Перекошенное от боли лицо и занесенный старинный тесак, который я назвала бы скорее коротким мечом, чем кинжалом, пугали. У девушки больше чем на половину был вычерпан резерв. От выброса энергии, от страха и перегрузки явно нетренированных магических каналов ее била крупная дрожь. Она была на грани шока и обморока, поэтому просто не могла видеть, как над ней заносится оружие.

Еще один, такой же здоровяк лежал лицом вниз без сознания, третий привалился бокам в стене дома напротив и пытался устоять на ногах. Время привычно замедлилось, и я четко рассмотрела, как моя тень, наливаясь моей же силой, метнулась между девушкой и занесенным клинком. Нож ударил в тень, как в металл и с грустным лязгом отскочил в сторону. Мужик от неожиданности выпустил оружие. Секунду недоуменно пялился на мою тень, которая сейчас выполняла функцию щита и окутала девушку в небольшой кокон, потом усатый повернулся в мою сторону. Секунду мы пялились друг другу в глаза.

Не знаю о чем думал наемник, а это явно был он. Не элитный, конечно, но явно тот, к кому обращаются за убийством в мирное время. Простая куртка рабочего, широкие штаны, мягкие сапоги. Так мог бы быть одет крестьянин или ремесленник. Все чистое, даже сапоги начищены. Я же думала о том, как плохо, что сегодня мне уже выпадало испытание и пришлось выпить бодрящее зелье. Как плохо, что не прошло и суток моей самостоятельной жизни, а я уже влезла в проблемы. А еще думала о том, что выброс магии радужной должны были уловить стражники или хотя бы Анжей. Значит, мне нужно продержаться против них не больше трех-четырех минут.

Глаза мужика блеснули, переходя на магический взор. Еще секунда удивления - и подо мной вспыхнула круглая пентаграмма боевого заклятья. Три круга крутились внутри основных границ как калейдоскоп, встраивая нужную последовательность рун. Я не успела определить, какое именно заклятье послал в меня наемник, но увидела знаки земли. Что это за магия - гадать не нужно. Не успела я испугаться, как наученное горьким опытом тело сработало само. Я отскочила к стене дома, одновременно запуская свое заклятье. Теперь уже моя сверкающая пентаграмма подбросила тело в воздух. Взмах рукой - и спиной меня знатно приложило о черепичную крышу. Защитный полог привычно смягчил падение. Одновременно с этим магия земли обеспечила приличную дыру в утрамбованной почве. Землю ощутимо тряхнуло. Радужная вскрикнула.

Новая пентаграмма уже над моей головой появилась как раз в тот момент, когда я не слишком эффектно скатывалась вниз и готовилась к приземлению. Руны огня. Я поморщилась, потому что этот полог от огненного града не спасет. Отобразила свою пентаграмму на стене дома напротив. Мои заклятья были проще и срабатывали быстрее. Магия притянула меня к пентаграмме. Три огненных залпа оставили две подпалины в стене и дыру в крыше. Меня не зацепило чудом.

Успела повернуть голову к усатому и бросить заклятье за его спиной как раз в тот момент, как меня ощутимо приложило о землю. Второй наемник запустил свое заклятье - и невидимые когти вспороли мой щит, как старую тряпку. Разбить его магию было не сложно. Щита у меня больше не было, но магические потоки слушались меня идеально, воздух задрожал, когда схлестнулись мое заклятье и его когти.

Едва я выпрямилась, как около уха пролетел метательный кинжал. Встретилась взглядом с глазами пошатывающегося наемника и тот почти сразу рухнул на колени. Я не маг разума, но внушить на пару десятков секунд адскую боль могу. Если противник опытный, то обман раскусит моментально, но эти люди не были сильными магами. Убийцами - возможно, но не профессиональными магами. Усатый закричал что-то, но договорить ругательство не успел. Заклятье за его спиной сработало, и руки с ногами в области локтей и колен перетянуло удавками. Резкий рывок магии к пентаграмме, вскрик мужчины, и второе бесчувственное тело падает кулем рядом с перепуганной девушкой.

Я сплюнула кровь из прокушенной губы. Щелкнула пальцами, и алое пятно вспыхнуло, стирая мои следы. Рукой облокотилась о стену дома. Покосилась на дыру в земле в нескольких шагах от меня, поежилась и невольно отступила ближе к наемникам. Быстро осмотрела себя: платье помято и в пыли, как и руки. Скорее всего, волосы с лицом такие же "чистые", как и одежда, но ни крови, ни травм, даже синяков и царапин нет. Короткий и сумбурный бой, в котором я повела себя крайне глупо. Быстро запустила два заклятья. Одним оттащила тело усатого и того, кого вырубил выброс силы девушки ближе к себе, а вторым скрутила по рукам и ногам всех троих. Они, конечно, не сейчас придут в себя, но рисковать не стоило.

Только убедившись, что наемники не встанут не наградят новыми проблемами, отозвала тень, одновременно запустила заклятье чистки. Оно было одним из самых энергоемких, но хорошо помогало - убирало всю грязь с тела и ткани. Растрепанные волосы причесала пальцами и вопросительно уставилась на радужную незнакомку.

Девушка оказалась на редкость красива. Белая кожа, стройная, чуть угловатая. Нос вздернутый, глаза большие, темно-карие, почти черные. Но удивительно выразительные. Вблизи прическа оказалась еще ярче и необычнее. Никогда раньше подобных не видела, хотя законы моды в Империи весьма разнообразны. В ушах у девушки были странные спиральные серьги. Отдаленно напоминающие родовые амулеты дроу.

Она сидела, сгорбившись, на коленях и потрясенно смотрела на меня. В глазах стояли слезы, а по ауре расползался страх и паника. На левом виске наливался синяк, а под глазом были три тонкие свежие ссадинки от недавнего удара. Видимо, девушку попытались вырубить и оттащить, но в себя она пришла раньше.

Я шагнула к ней ближе и протянула руку. Хотела помочь ей встать, но та шарахнулась от меня и вжалась в стену дома.

- Живая? - спросила я.

- Что?! Что... это? - с трудом выдавила она, уставившись чуть расфокусированным взглядом, как бы сквозь меня.

Я не сразу поняла, о чем говорила незнакомка, поэтому недоуменно нахмурилась.

- Вокруг... и за спиной! Черное... и ледяное! - промямлила она, а страх почти полностью закрыл собой все остальные цвета ее энергии.

Я опустила руку и отошла на шаг. Девушка явно не владела магией и чуть ли не впервые увидела темного в моем лице. Я стояла и смотрела ей в глаза, наблюдала, как страх смешивается с отвращением, если не омерзением.

- Не подходи ко мне! - завизжала она.

Я отступила еще на шаг. Как же противно и больно стало на душе. Ненависть темных и светлых мне была хорошо известна, как и то, что со временем она становится тише, если не пропадает совсем у всех одаренных. Но как же тошно, что за помощь получаешь только ненависть и страх. Ведь я ничего плохого ей не сделала, даже не думала об этом. Но радужную это не волновало.

Разозлилась на себя за жгучее желание помочь этой...! Я ведь неслась на ее крик, забыв обо всем. Даже свою главную защиту - тень отдала ей. А в итоге получила только... Резко отвернулась от девушки, стараясь унять обиду. Артефактор не имеет право на злость. Мы защищаем, а не мстим. С крыши того самого дома, у которого сжалась радужная, бесшумно спрыгнул Анжей. Незнакомка вскрикнула и разрыдалась, закрыв себе лицо руками, а эльф мельком взглянул на девушку и уставился на меня.

Я поклонилась.

- Лура Ристит, - выдохнул эльф. - Прошу простить, если напугал.

Второе извинение от эльфа за день! Прямо на рекорд иду. Я выпрямилась.

- Приветствую, благородный Анжирикинаэлдор Тэ"Нерторгем, - начала я, - снова.

Эльф улыбнулся самой довольной улыбкой. Я ответила ее бледным подобием. Не часто, похоже, он встречает тех, кто может выговорить его имя. Но у меня была обширная практика в произнесении эльфийских имен, так что язык уже не ломается.

- На эту луру напали, - продолжила я. - Мне повезло оказаться рядом, и я вмешалась.

У выхода из проулка столпились гомонящие стражники, но я не повернулась к ним лицом и никак не отреагировала на их появление. Те, явно по жесту командира, как-то сразу умолкли.

Эльф выудил из кармана кожаного жилета маленький камень, подошел ближе. Приложил его к моему лбу, а сам прикрыл глаза. Дар эльфа я ощутила тут же. Маг разума легко проник в голову и, не касаясь мыслей и эмоций, просто просмотрел последовательность последних событий. Картинки он легко вкладывал в камень. Через пару минут эльф отошел, и я заметила в его глазах сочувствие. Успел-таки усмотреть реакцию девушки на меня и понять, как та меня задела.

- Старшина, - позвал эльф, обходя меня.

Один из латников чуть вытянулся и выжидающе уставился на эльфа.

- Лура Ристит - ученица Первого Потока. Она стала свидетелем нападения и остановила нападавших, - легкий кивок в сторону трех связанных тел. - На них наложить сонные чары и в допросную. Все трое живы - лура специально наносила лишь легкие травмы.

- С чего бы? - влез из-за спины начальства кто-то.

Эльф чуть нахмурился, и я ощутила вспышку его гнева.

- Лура Ристит уже сейчас маг средней категории, господа! - еще на полтона повысил голос Анжей. - Я имею все доказательства ее полной невиновности!

Эльф продемонстрировал стражам камень.

- Жертве нужна помощь целителя, - уже спокойнее продолжил маг разума.

Дальнейшие приказы отдавал старшина. Бравые молодцы подхватили наемников. Кто-то окутал их заклятиями, кто-то усыпил чарами. Я только незаметно дернула пальцами, отменяя свои оковы.

- Я могу идти? - спросила я у эльфа, который так и стоял рядом, почему-то не делая даже шага в сторону радужной девушки. Мне казалось, что ее память просмотреть стоило, но может, я не права. Мой вопрос, как и интонация прозвучали слишком устало и даже убито.

Эльф одарил меня еще одним сострадательным взглядом и кивнул.

- Я могу немного опоздать на встречу, лура.

Я открыла рот. Честно говоря, я не ждала, что он придет. Теперь у него будет много работы. Но и разговаривать с эльфом у меня уже просто не было сил. Хотелось забиться в свою норку и забыть обо всем. О собственном провале, ведь сейчас я здесь стою только потому, что у шатающегося плохо было с прицелом. Если бы он чуть лучше владел собой, то его выпад сработал бы. Годы тренировок, обучения самым разным навыкам, а итог - меня чуть не пришпилили как бабочку, и это после трех-четырех простеньких и слабеньких заклятий! И кто я после этого? Правильно, расходный материал! Ох, прав был мой дед, во всем прав! Не могла себе простить и непозволительную реакцию на слова радужной.

Эльф понял мои мысли и неожиданно предложил:

- Веселина, тут не так далеко есть милое место: "Зеленый Туман". Очень вкусная еда и приятная обстановка. Подождите меня там. Вы ведь не ели еще сегодня?

Я мотнула головой.

- Тогда, прошу вас, подождите меня, подкрепитесь, а я буду через час.

Я кивнула и улыбнулась.

- Как я могу отказать? - насмешливо выдала я. - Буду ждать. Но, если все же у вас не найдется времени на меня, то мы еще обязательно встретимся. Не стоит спешить, понимаю, что сейчас у вас много работы и обязанностей.

Мне хотелось показать, что обещание светлый эльф может сдержать и позже, но я знала, что мужчина все равно не услышит меня. Эльфы держат свое слово всегда, а иначе - позор. Эльфу я была благодарна за неожиданное искреннее понимание моего состояния. Вот так и бывает - одна светлая возненавидела, а другой - резко и уверенно вступился. Эльф мог сильно усложнить мне вечер, мне пришлось бы снова и снова рассказывать о событиях, а ментальные артефакты, которые обычно контролируют правдивость показаний, обеспечили бы мне головную боль. А главное, если не заступничество мага, то власти могли бы решить, что я злоупотребила своей силой. Но эльф записал в камень то, что я знала, при этом потратив свои силы. А еще было приятно, что Анжей не стал ковыряться в моей жизни, хотя мог бы.

Его дара все равно мало, чтобы пробить Пергамент Души, но воспитанность и благородство своего нового знакомого я оценила. Настоящий аристократ, не по крови, а по состоянию души, по велению сердца. Поймала себя на этой мысли и скривилась от резкого приступа лиричности. Нет, все таки дед был не прав, создавая мне именно такую маскировку.

Светлая тонкая бровь эльфа удивленно изогнулась. Затем он все же справился с неведомыми для меня эмоциями и снова попросил:

- Прошу, дождитесь меня, Веселина!

Оставалось только кивнуть. Если в конечном итоге этот эльф затребует за помощь артефакт, вызову Даремора и вытрясу из деда нужный. Этот мужчина стоит того, чтобы хорошо отблагодарить за помощь и понимание. Я не слишком верила, что Анжей помогает мне и так ведет себя так тактично только из благородства. Во внезапную симпатию, как к девушке тоже верилось с трудом. Эльфы предпочитают своих девушек. В людях им не нравится грубость, импульсивность, часто и запах тела. Разные расы для любовных союзов. Значит, причина такого хорошего отношения ко мне в моей расе. В возможностях, которые есть только у меня. А почему, собственно, нет? Мог бы и заставить сотворить для него что-то, а он помогает.

На девушку я больше не смотрела. И вообще постаралась забыть ее лицо. Может, нам еще предстоит пересекаться по учебе, но лично я сделаю все, чтобы забыть сегодняшний случай. Пока шла обратно по закоулкам к брошенным пакетам с покупками, тихо мечтала о том, как эльф попросит меня создать повенчанные браслеты. Как расскажет за расслабляющем отваром историю своей любви и попросит создать для него украшения. Хотелось почувствовать чужую радость и привязанность, чтобы затравить в себе холодный комочек отвращения ко всему живому, который почему-то возник внутри после выкрика радужной человечки.

Дошла до брошенных пакетов и быстро убедилась, что ничего не украдено. Прошло не больше десяти минут, а мне казалось, что минула вечность. Мысленно представляя юную светлую эльфийку, для которой буду создавать артефакт, устремилась из этого лабиринта на поиски нужной таверны. Почему я размечталась именно о таком дальнейшем развитии нашего знакомства с магом разума? Я не знала, но скорее всего, это потому, что уж очень хотелось поверить в сказку. Причем обязательно добрую и со счастливым концом.

Вывеска 'Зеленого Тумана' нашлась быстро. К тому моменту, как я добралась до травной, настроение немного улучшилось. К моему удивлению, рекомендованное место встречи не было таверной или корчмой, а очень милой травной. В этом месте не останавливались на ночлег, не подавали большие миски супов и похлебок. Стоило войти, как над дверью переливчато звякнул колокольчик, а в нос ударил приятный свежий аромат выпечки вместе с сушеными ягодами и травами. Большой зал на пару десятков столиков. Сами столы покрыты лаком и ручной резьбой. Стены увешены картинами, на темных балках притаились литые подставки под светильники, которые испускали теплое равномерное сияние. Слева от входа спрятались парочка столиков с креслами и большая стойка. На стеллажах за ней стояло бесчисленное множество коробочек с ароматными травами, ягодами и фруктами, на самой стойке - несколько подставок и вазочек со свежей выпечкой. Потолки высокие, под четыре метра. Стены светлые, с темной поперечной балкой вдоль всего периметра. Пол темный, без ковра. Здесь стояли столики с обычными стульями без подлокотников, на металлических ажурных ножках. Справа, у самых окон было несколько длинных столов с лавками. В глубине зала теснились небольшие овальные столы на одной широкой ножке в окружении мягких кресел, обитых темно-зеленым сукном. На противоположной стене от меня была поразительная в своей детальности фреска с видом ночного озера, большой полной луны, россыпи звезд и клубившегося зеленоватого тумана. Присмотревшись, повнимательнее ахнула. Вода в озере двигалась, по бездонному небу плыли редкие серые облака, а туман клубился и вился над водной гладью по повелению ветра. Такой реальной иллюзии я давно не встречала.

Создавалось стойкая уверенность, что протяни я руку, обязательно коснусь высокой травы на берегу, а то и самого зеленоватого тумана. Невольно залюбовалась такой красотой. Приятное и уютное место, чтобы просто провести время с книгой, выпить редкого отвара из трав и отдохнуть душой. То, что эта травная станет моим любимым местом, я поняла практически сразу.

- Доброго дня и всего ужасающего! - проговорили от стойки.

Я вздрогнула и моргнула. Быстро обернулась на голос и увидела чуть заинтересованный взгляд женщины. По виду весьма крупной дамы во всех отношениях. На вид ей было за тридцать. Человек, но при этом в ближайших поколениях у нее явно проскальзывали орки. Высокая, пышных форм, широкая грудная клетка, впечатляющего объема грудь. Золотистые волосы локонами спускались по плечам. Аккуратный нос, маленькие розовые губы, уверенный опытный взгляд голубых глаз. Что-то мне подсказывало, что если эта весомая женщина решит меня прибить, у нее есть все шансы сделать это с первого же удара.

На ней было одето простое серое платье с кружевными вставками на груди и коричневый, явно не новый корсет. Но сам покрой этого предмета одежды выдавал в хозяйке боевого мага. Только они в свое время носили такие - с большими креплениями, серебряными застежками, но при этом простые. Карманчики для ножей, метательных дротиков и зелий на корсете отсутствовали, поэтому покрой резал взгляд.

Я быстро отвернулась от женщины, отошла от входа и направилась к стойке. Остановилась перед блондинкой и поклонилась.

- И вам всего наилучшего, госпожа! - промямлила я, сразу распознав в ней светлого элементалиста. Возможно, маг земли, но точно светлая.

Быстро вспомнилось и ее приветствие. Значит, и она поняла, что во мне тьма и свет. Хотя артефакторы не светлые, но обыватели упорно уже не один век относят мою расу на сторону света.

Женщина рассмеялась.

- С госпожой, это ты молодец! - отметила она. - Хватит мне тут спину ломать, я тебе не императрица!

Я резко выпрямилась и чуть испуганно уставилась на блондинку. Ее лицо смягчилось, а заинтересованный взгляд сменился чуть виноватым.

- Ну прости, что голос повысила. Просто не то это место, чтобы мне тут юные магианы почести оказывали.

Я неуверенно кивнула.

- Мне сказали, что у вас очень хорошее место. Но я не знала, что здесь настолько уютно и спокойно, - призналась я.

Собеседница чуть прищурилась, а затем расцвела, распознав, что я сказала чистую правду.

- Розалия я, - чуть хрипловато представилась она. Голос словно не из горла шел, а из груди. Приятный голос. - Хозяйка я 'Зеленого Тумана'.

- Лура Веселина Ристит, - еще раз поклонилась я, только теперь отвесив полупоклон. Я буду бывать здесь часто, так что стоит представиться сразу.

Женщина снова улыбнулась и вышла из-за стойки. Жестом указала следовать за ней.

- В тебе свет и тьма, - заметила она, как бы между прочим.

Я решила дать полную справку, а заодно и узнать отношение хозяйки.

- Полукровка. Артефактор, активный дар некромантии.

Она указала на мягкое кресло. Бесцеремонно вырвала у меня из рук покупки и отдала пакеты подскочившей худенькой девчонке лет двенадцати.

- Заберешь, когда соберешься уходить, - сказала хозяйка, совершенно проигнорировав мое невольное возмущение происходящим. - У меня здесь можно вещи оставлять. В комнатке отдельной. Никто не ворует, а расслабиться позволяет.

Хозяйка говорила уверенно, достаточно громко, но малочисленные посетители не обращали на нас никакого внимания. А еще удивляло, что она сразу начала обращаться ко мне, как к старой знакомой. Она улыбнулась, словно прочитав мои мысли.

- Ауру я хорошо читаю. И твое решение чуть ли не жить в моем Тумане распознала, как только ты иллюзию увидела. Ты девушка странная, но характер у тебя явно не из простых. Раз уж решила, что здесь хорошо - будешь приходить. А я не люблю долгие знакомства. Месяцами по капле информацию узнавать, когда можно все за пять минут про разумного понять! И не зови меня больше так. Просто Розалия или Роза. Все зовут - и ты зови. Ни к чему эта скромность, к тому же такой сильной магиане, - она подмигнула.

- А как вы...? - только и выдавила я.

- Говорю же, милая, ауры я читаю, будто книгу. Ты заклятья применяла недавно, а следов истощения на тебе нет. Травм вроде тоже, а целительства на тебе ни следа - значит, в бою выиграла. Сильная магиана, вот и все выводы, - она тихо рассмеялась, глядя как все больше вытягивается мое лицо.

- Тебе кто про травную-то сказал? - неожиданно спросила она.

- Благородный Анжирикинаэлдор Тэ"Нерторгем, маг из стражей города, - не особо задумываясь, выпалила я. - Знаете такого?

Брови хозяйки удивленно взлетели на середину высокого лба, но уже через секунду она расплылась в счастливой улыбке.

- Знаю, знаю! Как не знать, - махнула рукой она так, что я невольно вжалась в спинку кресла. О том, что станет с моей головой, если она меня случайно заденет, не хотелось думать, но энергия доброжелательности и явного расположения от хозяйки исходила такая, что я тоже заулыбалась. - Этот сорванец еще в бытность свою учеником не раз мне помогал. Хороший он и честный, хотя и живет вечно в грязи чужих мыслей. А ты, стало быть, его подруга?

Я замерла. Как ответить на такой простой вопрос не знала, а случайно обмануть Розалию не хотелось.

- Понимаете, мы только сегодня познакомились. Я тоже ученица Видьят. Он сказал мне подождать его здесь, вот и пришла.

- Первого Потока, значит, - задумчиво протянула она, уперев руки в бока.

- Угу, - закивала я. - Первогодка.

- Значит ты еще лучше, чем я о тебе подумала, раз эльфеныш ко мне направил, - словно не слыша меня продолжила рассуждать женщина. Потом перевела на меня чуть задумчивый взгляд и со вздохом любимой деревенской тетушки спросила: - После драки устала небось?

Мне оставалось только смущенно кивнуть. Розалия удалилась за неприметную дверь, а я наконец-то расслабилась в кресле. У меня никогда не было тетушки или бабушки. Но если бы они у меня были, то сильно походили бы на эту невероятно добрую, простую, но все таки загадочную женщину. Она словно окутывала своим теплом. При этом это не была магия, артефакт или зелье. Просто характер у ее такой: теплый и ласковый.

Появилась блондинка минут через десять с большим подносом. Ей под руки лезла все та же девчушка, и Розалии пришлось на нее шикнуть. На подносе оказался заварник на несколько чашек, из носика которого шел такой аромат, что у меня заурчало в животе. Рядом с ним стояла белая чашка без рисунка и три небольшие, но глубокие плошки. В одной были свежие ягоды, в другой - пять пирожных с заварным кремом, а третьей - круглые сдобы, от которых еще шел пар, а на золотистой корочке таяли кусочки масла.

Розалия не стала мешать или задавать еще какие-то вопросы, а, быстро расставив все с подноса, удалилась за стойку. Мимо меня то и дело пробегали две подавальщицы в белоснежных фартуках с подносами. Вокруг переговаривались посетители, а я с нескрываемым наслаждением ела свежайшую выпечку и пила вкуснейший отвар из лесных трав с кусочками яблок.

На меня никто не обращал внимания, и я тоже старалась не особо разглядывать посетителей. Последний мой такой интерес к разумному обошелся мне в швыряние о крышу дома и дыру в земле под ногами. Время пролетело быстро и незаметно. Я мирно попивала уже второй заварник и четвертую чашку отвара, когда из сгущающихся сумерек улицы в 'Зеленый Туман' вбежал взволнованный эльф. Волосы выбились из плетения кос, глаза горели волнением. Он быстро оглядел зал и заметно выдохнул, когда разглядел меня за одним из столиков, сытую и счастливую

Юноша сейчас не был одет в форменный костюм с нашивками стражи на рукавах. На нем был обычный наряд из простого коричневого камзола, жилета в тон и кремовой рубашки без ворота. Плотные брюки были заправлены в сапоги до колен. И, судя по сбившимся завязкам рубашки и расстегнутому камзолу, Анжей бежал сюда. Эльфы следят за собой, и не часто можно заметить, что их прически могут быть неопрятны.

Я подалась вперед и уже хотела узнать, что такого страшного случилось, но эльф меня опередил. Он подлетел ко мне и буквально упал в кресло напротив.

- Как я рад, что вы все же не ушли! - выдохнул он.

Я моргнула.

- Но вы же сами сказали ждать вас здесь, - тихо пробормотала я. - Вот я и жду.

- Меня задержали с допросами и пришлась ждать... впрочем, не важно все это! Я благодарен, что вы все же решили дождаться меня.

Я не стала говорить, что просто забыла о времени и разомлела в этой травной. Уткнулась носом в чашку.

- Вам здесь понравилось? - спросил эльф, стягивая с рук перчатки.

- Очень!

Анжей улыбнулся. Улыбка у него вышла добрая. Но в глубине глаз было что-то... не знаю, возможно, усталость, страх, беспокойство. Что-то моего светлого знакомого за последнее время взволновало настолько, что он растерял всю сдержанность и с трудом сохраняет лицо. Для эльфов, к тому же чистокровных, такое слишком странно.

- Что-то случилось? - решилась спросить я, когда Анжей снова посмотрел на меня, а подавальщица побежала за заказанным.

Легкая растерянность в ауре, секундное размышление - и тяжелый вздох стал мне ответом.

- Вы неглупая девушка, Веселина, и понимаете, что я не могу вам ничего рассказать. А если бы рассказал, то это значило бы только то, что я зря занимаю свою должность.

Я прикусила язык и быстро залилась краской. Могла бы и сама догадаться, что светлый переживает из-за случившегося на службе, а значит не имеет права трепать об этом малознакомым девицам.

- Простите, - пискнула я. - Я понимаю.

Эльф некоторое время смотрел на иллюзию с озером, а потом перевел глаза на меня.

- Я могу лишь предупредить вас, - тихо заговорил он. - Я почти уверен, что в Видьят некоторое время будет не так безопасно, как принято считать. Очень прошу: берегите себя!

Снова моргнула. И едва сдержала рвущийся наружу смех. Наверное, часть эмоций все таки пробились через излучение Пергамента Души. Или от усталости я сама перестала контролировать мимику перепуганного зайца с длинными ресницами, и на моем лице проступило реальное выражение внучки Синего Дракона. В любом случае изумление мага было самым настоящим. Он только открыл рот, чтобы задать парочку вопросов, но я начала первой. Все равно отвечать придется, и говорить стоило правду. Маг разума все равно может уловить ложь.

- Я видела, что эти парни, ну, напавшие - наемники. Была в этом почти уверена. Девушка - чистокровный человек с неразвитым даром. Но кто-то не пожалел денег и времени нанять этих идиотов. Да, это не профессиональные убийцы, но и не простые неудачники. Просто кто-то решил, что имитировать обычную кражу будет проще. Они были магами, господин, но на девушку напали с обычными клинками. На меня они истратили силы, а на нее нет. Почему? А потому что без магии, без следа ауры, заказчика, как и исполнителей не нашли бы, - я сделала глоток отвара и продолжила: - Девушка молодая и неопытная. Ни одного заклятья не знает, при виде меня чуть с ума не сошла от страха, в истерике билась от вида короткой драки. Скорее всего, она адептка первого курса и поступила на днях. Если убить ее до попадания в Школу не получилось - значит, будут пытаться убить в самой Видьят. Насколько мне известно, адептов первых трех курсов выпускают с территории либо на каникулы, либо с разрешения танаров. А найти убийцу, способного незаметно пробраться в Северную Видьят, сложно, и наверняка это должен быть настоящий умелец, который, если придется, пойдет по головам.

- Вы все это поняли просто посидев здесь? - спросил эльф.

Я постучала себя по виску и улыбнулась.

- Такие как я должны быстро соображать. Так что догадалась, что девушка может быть не единственной жертвой, а значит, по Школе скоро будет разгуливать убийца или убийцы.

- И вы не боитесь?

Я не удержалась и прыснула со смеху.

- Сильно сомневаюсь, что Первый и Второй Потоки будут пересекаться в ближайшее время. Нас - учеников и адептов - слишком много, а убийца один. Ну каковы шансы, что мы столкнемся?

Эльф чуть нахмурил брови.

- Большие, юная лура! Вы артефактор и уже столкнулись с жертвой. Я мало знаю вашу расу, но наслышан о некоторых особенностях, - он выразительно посмотрел на меня и умолк.

Вернулась подавальщица с очередным отваром, только не в заварнике, а в большой глиняной кружке, размером с мою голову. Эльф легко поднял тяжелую посудину и жадно выпил несколько глотков. Когда девушка скрылась, он с самым серьезным видом продолжил:

- Я знаю, что артефакторы просто не могут пройти мимо, когда все остальные бегут, - он требовательно, даже с вызовом уставился на меня.

А что я могла? Нет, можно было бы кинуться объяснять эльфу, что я не полная дура - лезть в проблемы, но прошедший день лучше любых слов говорил о моей натуре. Поэтому я просто отвела глаза в сторону.

- Я прошу вас не лезть в это! Понимаю, что мои слова звучат для вас глупо, но я сердцем чувствую, что вы можете оказаться в самой гуще не слишком безопасных событий, Веселина.

Я удивленно уставилась на него. Мысленно быстро проверила, не пропала ли личина Ристит, но все было на месте. Эльф видел только ауру полукровки, мог читать только ее мысли, да и сам явно не догадывался, с кем разговаривает на самом деле. Но предупреждение мага так точно подходило под определение приказа мастера Ратри, что у меня волосы на затылке зашевелились от такой прозорливости.

В глазах моего знакомого читалось напряжение и зарождающийся страх. Я уже открыла рот, чтобы уверить его в собственной осмотрительности. Хотелось пообещать ему, что никуда не влезу. Но... закрыла рот и отвела глаза в пол. Давать слово, которое не сдержу - глупо. Да, я не влезу в заказные убийства человеческой знати, но у меня и свои заговоры имеются...

- Я не могу, - наконец проговорила я. - Если вы и правда что-то знаете о расе моего отца, то должны знать - я просто не смогу не вмешаться, если потребуют этого обстоятельства.

Эльф, внимательно следивший за мной, как-то резко кивнул.

- Мне меньше всего на свете хотелось бы расследовать ваше убийство, - почти шепотом сказал он.

Я рассмеялась, причем совершенно искренне. Вот ведь какой тонкий юмор у Астарты! Родной дед уже уверен, что прибьют. А какой-то незнакомый эльф совершенно открыто переживает, будто я в его жизни что-то значу.

- Полностью разделяю эту мысль с вами! - заверила его я и, поймав его слабую улыбку, перевела тему: - А зачем вы просили меня подождать вас именно здесь?

- Вам же нужна была работа?

- Да, только я смогу работать в выходные.

Анжей рассмеялся.

- Я сам был учеником Первого Потока, лура. Прекрасно знаю порядки Школы.

Он отвернулся к стойке и махнул рукой одной из подавальщиц. Попросил девушку позвать хозяйку. Розалия появилась через минуту и, подмигнув эльфу, одним рывком развернула кресло от соседнего пустующего столика, пристроившись между нами.

- Наговорились, молодежь? - поддела она. - Анжей, последний раз, когда ты так ко мне влетал, тебя чуть не женили против воли на той крикливой истеричке!

Я подавила улыбку, а у эльфа окаменело лицо.

- Ладно, не робей! - улыбнулась хозяйка. - Чего от меня хотели?

- Ты говорила, что тебе нужен эмпат для зачарования трав.

- Нужен, а то Томмин выпустился и укатил к себе на юга. Но эмпатов мало, магов разума и того меньше, а остальные в этом деле ничего не понимают. Одни убытки понесу. Маг средней категории нужен, а то и высшей, но кто у меня работать станет за гроши?

- А артефактора возьмешь? - с самым саркастическим видом спросил эльф.

Розалия перевела на меня горящий взгляд, который тут же напомнил мне лицо мастера Доминики. Еще пара таких экстравагантных женщин - и я начну подозревать, что это вселенский заговор.

- Влиять умеешь? - тут же спросила она.

- А что нужно? - в тон ей спросила я. Магия разума была мне знакома, как и заклятья подчинения.

- Сборы зачаровывать. На хорошее настроение, на влечение, симпатию. В общем, чтобы разумные приходили сюда грустные, а уходили с новыми свежими силами.

Я вспомнила изменение своего настроения после первого же глотка отвара и какой спокойной себя чувствую все это время. Подумала с минуту, в течение которой оба смотрели на меня. Эльф - не скрывая уверенности, а Розалия с жадностью голодного волка.

- Я могу попробовать, - кивнула я. - Заклятья нужны разные.

Розалия кивнула.

- Пять серебряных монет за два дня работы. И месяц испытательного сроку. Если все хорошо, то и плату повышу.

- Согласна! - тут же согласилась я.

Розалия схватила меня за руку и затрясла.

- Ну, вот и прекрасно! А когда сможешь начать?

- Думаю, могу подойти завтра к обеду и часа три поработать. Если вас все устроит, то в выходные.

- Тогда жду! - гаркнула женщина и легко поднялась.

Быстрым и легким движением, словно огромное кресло ничего не весило, вернула его на место и повернулась к эльфу.

- Анжей, век буду благовония подносить Богине за тебя! Ты меня спасаешь не хуже домовых.

Светлый плавно поднялся, отвесил хозяйке полупоклон, ударил пятками друг о друга и поцеловал руку Розалии.

- За твою доброту я должен тебе куда больше, чем эти прекрасные глаза, - он улыбнулся мне.

- Сатир ты, а не эльф! - шутливо погрозила пальцем хозяйка. - Уж сколько девок ревмя ревело из-за тебя! Веселина, ты представь: девять из десяти моих подавальщиц в этого светлого прохвоста влюблены! Как новая ни начнет работать, так этот приходит, глазками стрельнет, ручку поцелует - и все, готово разбитое сердце!

Светлого эльфа слегка перекосило. Он изо всех сил старался держать ауру, чтобы не показать вспышку злости, но при этом забыл о лице. Рассмеялись мы с Розой одновременно.

Мы распрощались с хозяйкой, а эльф направился со мной к уже знакомой калитки. Роза сама вынесла мне пакеты с покупками. А Анжей любезно применил левитацию, чтобы пакеты плыли за нами следом. Мы еще немного поболтали ни о чем. Мои благодарности и признательности он не принял. Сам разговор о создании для себя артефакта так и не начал. Наоборот, когда я сама попыталась намекнуть на подарок с моей стороны за заботу и помощь, эльф разозлился.

К себе в комнату я вернулась, когда за окнами уже стемнело. Теперь в общежитии чувствовалась жизнь. Нет, мне так никто и не встретился, а ученики и адепты, пробегая мимо, не обращали на меня внимания, но все же, проходя по коридору до своей двери, чувствовала, что за некоторыми уже теплится сознание разумных. Корпус словно бы ожил и задышал.

В комнату никто не входил, даже не проявлял интереса и не топтался на пороге. Келлем спал на одном из диванов и при моем появлении только лениво приоткрыл один глаз. Охранные печати на сундуках никто не взламывал, так что первый день в Видьят можно считать удачным.

Я зажгла светильники. Скинула с себя пояс и корсет, следом на пол полетели остальные тряпки, а я с наслаждением вымылась. Нацепила сорочку и рухнула в кровать. Выключила сияние и некоторое время наблюдала, как двигаются тени по потолку и стенам от веток деревьев.

Что-то царапало мое сознание, не давало уснуть и расслабиться. Я снова и снова, раз за разом прокручивала в памяти весь день. Странностей было много, но ни одна из них не могла лишить меня заслуженного отдыха. Догадка заставила резко сесть.

- Свет! - скомандовала я.

Когда светильник над кроватью осветил комнату, я уставилась на собственную тень. Та покорно отлепилась от простыней и замерла в воздухе в ожидании приказа.

- Передай Даремору, что мне нужны досье на всех моих одногодок с факультета. Хотя бы минимальные. К завтрашнему обеду.

Тень кивнула, от чего на мгновение мой силуэт лишился головы. И метнулась к теням от крон на потолке. Пара секунд - и тень пропала в сумеречном измерении.

А я, уже более удовлетворенная, выключила свет и откинулась на подушки. Сладко, со стоном потянулась и прикрыла глаза. Проваливаясь в дрему почувствовала, как на кровать запрыгнуло мое рогатое чудо и попыталось пристроиться рядом. Я обняла зверя. Уткнулась носом в мягкий мех и почему-то по щеке скользнула одинокая слеза. Наверное, это все пыль...

Глава 5. Знакомство с… со многими и многим

Глава 5

Знакомство с… со многими и многим.


Чтоб дело мастера боялось,

он знает много страшных слов.

(Жизненные двустишия).


Проснулась я резко, словно меня кто-то пнул. Распахнула глаза и села. За окнами во всю разливался серый унылый рассвет. Комната была в полумраке, но пять утра на часах я рассмотрела хорошо.

Вздохнула и потянулась. Был в моей жизни период, когда на тренировки меня будили именно в пять утра. Того мастера, который тренировал меня в боевой магии уже нет в моей жизни, но привычки, вбитые им, остались. Если засыпаю в хорошем настроении - просыпаюсь спокойно. А вот если сдают нервы, то вбитая привычка срабатывает - и вскакиваю так, будто через пять минут тренировка.

Келлем дремал в ногах. Тени все еще не было в комнате, поэтому недолго думая, я направилась в маленькую купальню. Привела себя в порядок. Быстро оделась в свежее платье, на рукаве которого уже имелась нашивка Первого Потока. Потом корсет и пояс. На обе руки по браслету с заготовками. Сердце требовательно колотилось и настаивало на тренировке. Все-таки Даремор приучил к постоянной шлифовке навыков, но идти сейчас искать зал с защитным куполом не хотелось. Да и права такого у меня не было. Сначала стоило переговорить с куратором моей группы, и только получив его одобрение, выходить на тренировки.

Раскидала по полкам и ящикам вчерашние покупки. Прицепила нож к поясу, пока на небольшое крепление для фиала. Вряд ли мне кто-то что-то выскажет, но на всякий случай прикрыла нож толстыми красными завязками от пояса. В животе заныло от голода, все-таки вчера я только сладким и перекусила.

Если мне не изменяет моя память, то у Первого Потока имелась весьма неплохая столовая. Я уже собиралась ее посетить, как в комнате появилась моя тень. Я обрадованно потянула к ней руку, чтобы достать так нужные мне анкеты, но соратница протестующе замахала руками.

Не успела я толком на нее наорать за невыполнение приказа, как из стены, прямо на одну из кушеток ступил Даремор. Я так и села на кровать с отрытым ртом.

Северная Видьят считается второй по безопасности Школой в Киране, здесь десятки, если не сотни, охранных артов и амулетов, для того, чтобы даже муха без разрешения не попала на холенные милорны парков. Именно из-за действия охранных заклятий и оборонительных артефактов, амулеты учащихся заменили пластинками и стали вживлять в кожу.

Было слишком много смертельных исходов у адептов Второго Потока, да у Первого случались промашки, когда простые амулетики терялись, а охранная система Школы отправляла юного неудачника в чертоги Богов. И что я вижу сейчас?

Дворецкий моего деда просто пробил себе портальный переход прямо в мою комнату! Вот так просто, раз – и все!

С какой-то затаенной надеждой, прислушалась. Очень захотелось услышать гул активируемых заклятий и топот ног магов, спешащих спасти учащихся от неведомого врага. Но, все было тихо. Общежитие спало, магический фон от появления в комнате вампира даже не дрогнул.

- Счастливого утра и пугающих кошмаров! – поприветствовал меня вампир, как всегда в своем привычном сером костюме. Под мышкой у него была приличной толщины папка. Даремор склонил голову в полупоклоне: - Надеюсь, вы хорошо спали, лура Ристит?

Я внимательно всмотрелась в его лицо - и пришлось признать, что передо мной не иллюзия, а реальный дворецкий поместья Ратри. И лицо, главное, такое… невозмутимое-невозмутимое, как будто он не совершил только что невозможное, а просто шагнул из своего любимого сада в мою лабораторию…

- Да твою ж…! – взорвалась я, и ударила ладонью по кровати. – Даремор, драконий ты плевок, а не вампир, вот ты кто!

- Что, простите? – совершенно спокойным тоном переспросил дворецкий с идеально прямой спиной, спускаясь с кушетки на пол.

- Как ты здесь оказался?! – отчетливо чувствуя, как начинает подергиваться глаз, прошипела я.

- Лура, должно быть, забыла лекции танара Роунгана об умении некоторых вампиров менять структуру собственного тела и преобразовывать ее в портальный канал для перехода, - с каменным лицом заметил Даремор. – Если вам нужны дополнительные лекции по моей расе, то я охотно могу посоветовать вам пару занятных книг. Они, несомненно, найдутся в библиотеке этой Школы.

Я икнула. Открыла рот, закрыла рот и… махнула рукой. Да, дворецкий совершил невозможное. И да, пытается выставить меня полной дурой. И что с того? Он всегда такой.

- Принес? – буркнула я.

- Разумеется, - еще раз склонил голову вампир и протянул мне папку. – Вся информация на семнадцать ваших одногруппников, которую я сумел собрать. Она, разумеется, не полная, но кое-какое первое впечатление о каждом вы составите без труда.

- Отлично! – сказала я, прижав к себе папку. – Большое спасибо, Даремор!

- Благодарности излишни! – сухо отметил вампир.

Ну, конечно! Кто бы сомневался!?

- Мастер интересовался вашим здоровьем, - намекнул он, после короткой паузы.

- Все отлично! – сказала я. – Прошел всего один день. Что за это время могло случиться?

Я впилась глазами в вампира, чтобы понять: видит ли он последствия вчерашней драки. Вот Розалия углядела, но за ночь аура должна была полностью восстановиться. Лицо дворецкого осталось совершенно безэмоциональным.

- Хорошо, - вздохнула я. – Можешь с чистой совестью передать мастеру, что у меня все хорошо. Зачислили на факультативные занятия по некромантии. Так что, похоже, буду учиться на двух Потоках сразу.

Вампир снова склонился.

- Я передам.

После чего, одним плавным движением, не поворачиваясь ко мне спиной, растворился в стене. Правда на этот раз не над диванчиком, а между ним и вешалкой.

Я еще какое-то время смотрела на стену и ждала… но ничего не происходило! Этот вампир что, Бог?! Хотя, если быть честной, то о магах крови я знала крайне мало. Большинство одаренных вообще путали магов крови с некромантами. Как не странно, но я почему-то довольно легко оправилась от очередного чуда, который совершил этот вампир. Мой дед – сам Синий Дракон, и слуги у него такие же уникальные творения Богов.

Любопытно, а мэтра Велизара хватит удар, если ему сообщить что какой-то вампир легко пробивает себе проход в священные стены?

Встала, спрятала принесенные бумаги. Потом быстро покидала в кожаную сумку пакс, пару блокнотов и, пока, пустую флягу. Потом нашла выданные клочки пергамента. Глава Видьят любезно выдал мне два указания: одно для библиотеки, а второе - как раз для столовой. Сначала стоило позавтракать. Келлем не проявил большого интереса к прогулке, поэтому в поисках завтрака отправились только я и тень. В коридоре было тихо, похоже, все еще спали.

Питались Первые и Вторые в разных столовых, как и жили в разных общежитиях. Если здания моего временного пристанища располагалось в окружении парка, недалеко от стены, то столовая была ближе к лекционным корпусам. Столовая Первого Потока оказалась большим широким одноэтажным зданием, рассчитанным чуть ли не на одновременное питание полутра-двух сотен разумных. Напротив входа, параллельно окнам трапезной размещалось с десяток низких лавок без спинок в тени высоких кустарников. Около самих дверей нашлось столько же маленьких фонтанчиков с родниковой водой. Первым делом наполнила себе флягу и только потом зашла внутрь.

Как и предполагала, внутри столовая была разделена на большие трапезные залы. Пол и стены каменные. Единственный коридор широкий с высокими потолками. На стенах через каждые несколько шагов крепления с магокристаллами. Двойные деревянные двери были распахнуты только у ближайшей трапезной. Недолго думая, направилась туда. Внутри обстановка сильно напомнила мне любую таверну. Десятка два больших столов. По обе стороны, от которых лавки на литых металлических ножках. Слева от входа большой прилавок, а за ним проход уже на кухню.

За прилавком суетилось несколько гномов в светло-коричневых рубахах, таких же чепчиках с белыми фартуками. Они громким шепотом что-то обсуждали на гномьем, вынося подносы с выпечкой, и расставляя на длинном прилавке, который в ширину был почти во весь зал, блюда с хлебом и подносы с кувшинами и кубками. Для завтрака было еще слишком рано, но я знала, что один из залов столовой работает в любое время, потому что этого требует внутренний кодекс правил любой Видьят. Все Главы четырех Школ единогласно, в свое время, решили, что любой маг должен иметь возможность получить питание. Связанно это с тем, что учащиеся редко когда придерживаются распорядка, поэтому и аппетит может возникнуть в любое время. Тело мага в идеале должно быть здоровым и сытым, если здоровье Видьят обеспечивала далеко не всегда, то сытость гарантировала.

Справа от меня, за одним с центральных столов расположилось шесть третьегодок. Все ребята были явно подавлены, в мятой и грязной одежде. Ели без интереса и почти не отрывались от собственных тарелок. На полу около них валялись дорожные сумки из толстой кожи. Ученики явно только что вернулись с практики - и их ничего не волновало. А больше в зале никого не было.

Я подошла к стойке и склонила голову. Поварята, явно не слишком почтенные гномы, учитывая отсутствие бород и усов, застыли все, как один. С кухни показалась гнома лет сорока на вид (по летоисчислению неодаренных), в похожей одежде, только куда более дорогой. Ее рубаха и длинная юбка были украшены красными орнаментами.

- Всего славного! – поздоровалась я, как-то по привычке на гномьем.

Гномы, в отличие от всех прочих рас, не имели десятков самостоятельных наречий от одного языка. Все кланы мира говорили на одном гномьем, что сильно упрощало дело. Говорила я не плохо, а вот писать и читать на гномьем не умела совершенно. Наверное, проблема была в том, что слуги-гномы в поместье имелись, а вот сносного танара Ратри найти так и не смог.

Молодежь в белых фартуках еще больше перекосило. Уставились на меня, как на обнаруженную жилу философского камня. Я как-то слишком запоздало сообразила, что в Школе, наверное, слишком мало разумных, которые говорят на гномьем, кроме самих гномов, разумеется.

Почтенная гнома с красиво украшенным пучком на затылке, оценила меня самым пристальным взглядом, а потом тоже склонила голову.

- Здравия, лура! Чего изволите?

Я протянула ей один из листков мэтра, в котором тот указал, что я ученица-артефактор, мою расу и примерное количество нужной мне пиши. Дальше шли руны гномьего языка - и я уже ничего не могла разобрать. На листке не было указано: куда я должна была отнести его. Гнома внимательно вчиталась в лист, потом хмыкнула и попросила показать руку с печатью.

- Меня зовут госпожа Галэя. Я тут всем заправляю. Имейте в виду, что у нас нет четкого распорядка. Только с рассвета и до полудня у нас блюда завтрака. От полудня до пяти дня – обедня. А вот после и до утра – ужин. Если вы хотите оставить себе какое-то блюда, то просто скажите это одному из поварят. Нужно будет представиться - и ваш обед подадут в ужин, или завтрак к обеду. Есть возможность подавать еду в комнату, но только с распоряжения куратора или кого-то из танаров.

Я кивала и старалась приветливо улыбаться.

- Ждите, лура. Сейчас принесу.

Через пару минут из кухни показалась госпожа Галэя с большим подносом. Я поблагодарила и устремилась со своей ношей в самый дальний правый угол трапезной, если смотреть от входа. Так мне будет всех видно, кто заходит в зал. Подкрасться сзади не получится, и при этом я буду привлекать мало внимания. Расположившись спиной к стене. Я положила сумку слева от себя и принялась рассматривать угощение.

Н-да, если все что на подносе мэтр предполагает, как полноценное питание артефактора, то я лопну через месяц.

Маленький кувшин с молоком и глиняная чашка к нему. Большая плошка с тушеными овощами и невероятно ароматной подливой. Пара свежих булок с маслом и медом. Омлет с мелкими кусочками белого мяса какой-то птицы, запеченный в виде аккуратного треугольника. Стеклянный кубок на низкой ножке с каким-то напитком из отваренных ягод. Мне пришлось глотнуть, чтобы сообразить – нектар из яурки, сладких ягод вечнозеленого кустарника. Яурка плодоносила только осенью, несмотря на все старания магов изменить сей факт. Ни ягоды, ни листья и корни этого растения не использовались в алхимии, зельеварении или травничестве. Его выращивали только для сладких заготовок варенья и вот таких компотов. И еще пара яблок.

Яблоки я убрала в сумку. Потом провела рукой над подносом, как бы выбивая, что бы съесть первым, таким странным способом. Ядов, зелий и вообще лишнего воздействия на еду не было, кроме кулинарной магии. Например: овощи тушили на большой протвини при помощи магического огня, а не природного. Овощи, кстати, оказались очень вкусными в отличии от выпечки. Булочки, в сравнении с теми, что подавала у себя Розалия, не смотрелись – какие-то безвкусные и клеклые, будто недопеченные. На омлет меня не хватило.

Я уже собиралась встать и направиться к общежитию Второго Потока, чтобы там получить мантию, как в трапезную вошла четверка… оборотней! Игра в ужас вышла натуральная. Думаю, я и побледнела, и сердце ухнуло в пятки.

Все четверо крупные, широкоплечие, про таких обычно говорят: «Да плуг на них - и в поле, чтоб пользу приносили!». Все в походных костюмах. На плечах потрепанные плащи. Сапоги с застывшим слоем грязи. Лица у всех уставшие, но при этом довольные.

Я бросила на них лишь мимолетный взгляд, и тут же уставилась себе в тарелку. Дальше мне не нужно было смотреть глазами, чтобы знать: что они делают. Все мои чувства, каждая пора ощущали вернувшихся практикантов. Парни сняли плащи и скинули их на ближайшую от входа лавку. Под стол полетели такие же измазанные в саже и земле седельные сумки. На нашивках четко виднелось четыре луча. Четверогодки Первого Потока. Ой, мамочки! Прах и Тлен, что б их всех развоплотило!

Про расу оборотней у меня было свое, очень личное мнение, которое я не могла навязывать, и как артефактор, даже озвучивать. Но, если бы мне дали возможность выбора между болотом дурно пахнущих умертвий и парочкой чистокровных оборотней, я не раздумывая, отправилась бы к милашкам-вурдалакам. Хотя, опять же повторюсь, что это мое мнение…

Стоит отметить, что на Аарде отличают две расы оборотней: волки и львы, то есть одни имели второй ипостасью хищника отдаленно напоминающего демона-волка Инферно. А другие имели в своей крови примесь любимцев Тлена – огромных котов, которых почему-то сам Бог прозвал «львами». Дело в том, что по легендам у каждой расы в нашем мире был Бог-Создатель. Например: у артефакторов – это Милостивая и Дивноликая Астарта, Богиня-Хранительница безграничности жизни.

Волки-оборотни были сотворены по воле Праха, Бога-Отступника и мстительного убийцы. Бога-Извечной Бездны Забвения. Он карает души тех разумных, что не устроили ни одного из Богов и питается их болью, как прочие хвалебнами в храмах. К Праху взывают, когда желают справедливой, но страшной мести обидчику. Его творения вышли такими же неоднозначными, как и он сам. Импульсивные и жестокие, кровожадные безумцы с очень странным кодексом чести, который посторонний чужак не поймет никогда до конца. Оборотнем нужно либо родиться, либо стать из-за сложного ритуала принятия в клан. Волки сильные, выносливые, с отличной регенерацией. Их практически невозможно убить. Жестокие и мстительные, как их Творец, но при этом верные и преданные собственному слову.

С оборотнями существовала одна проблема: их тяга к таким как я. Оборотни, как творения темных Богов, всегда стремятся к увеличению собственной силы. Вторые, звериные натуры этих разумных могут пойти почти на любые действия ради того, чтобы увеличить свою силу. Почему именно кровь и плоть артефакторов могла увеличить мощь второй ипостаси оборотней никто доподлинно, не знал. Существовало слишком много легенд на эту тему, но факт от неизвестности первоисточника не менялся. Моя кровь манила к себе самых сильных оборотней, как нектар. Остальных же представителей расы либо не трогала вовсе, либо отталкивала и пугала, что также вызывало желание убить.

У оборотней существовала сложная иерархия, где вожаками небольших стай становились так навиваемые «альфы», то есть самые сильные особи, самые сильные звери. Остальные подчинялись альфам. Сами альфы объединяли стаи в кланы, под контролем самого сильного альфы и его рода. Для меня угрозу несли только они, остальные могли просто меня и не заметить. Сколько именно альф обучается сейчас в Видьят - я не знала, и надеялась, что еще не скоро пересекусь с кем-то из них. Но, разве мне может так повезти?

Я постаралась слиться с мебелью, следя за тем, как парни направились к стойке и забрали у гномов свои подносы с завтраками. К слову, у них блюда были куда питательнее предложенного мне и с большим количеством жареного мяса.

Двое уже расселись и поглощали жаркое, когда третий поставил поднос и вдруг стремительно выпрямился. Совсем по-звериному резко дернул головой и напряженно застыл, принюхиваясь. Я уже знала, что будет дальше и мысленно постаралась запрятать Ратри поглубже за аурой Ристит. Еще не хватает, чтобы меня раскусили. Высокий мужчина, лет двадцати с хвостиком (по меркам неодаренных. На деле ему могло быть и сто, и сто пятьдесят лет), резко повернул голову, и… уставился круглыми, звериными зрачками прямо на меня.

А мне пришлось признать, что ошиблась – этот мужчина был со Второго Потока, как и его друзья. Просто его зверь в ауре легко перекрывал его не слишком большой резерв, вот и перепутала потенциалы мага-оборотня. Хотя, узнай о таком моем промахе дед – быть мне напоенной дурманом, а после: меня бы еще и на длительную тренировку в горы бы отправили на месяц…

Резкие прямые черты лица только подчеркивались короткой бородкой и ухоженными усами. Темные волосы, почти черные. Кожа чуть загорелая, глаза волчьи, с почерневшими от моего запаха белками. Нос большой, с горбинкой и чуть сдвинутый в бок от неправильной регенерации, но изначально прямой. Жуткое лицо! Прибавим к этому еще сильное, тренированное тело бойца, правильную осанку того, кого учили подавать себя – и получим образ опасного, очень пугающего мужчины.

Я видела его через свою тень, сама при этом, не отрывая взгляда от кружки с молоком. Закусила губу и всем своим видом показывала, что смущена и старательно обдумываю что-то важное. Тень показала, как трапезная наполнилась новыми посетителями. Видимо сработал групповой портал и вернулись сразу несколько групп практикантов. В зал за минуту вошли сразу больше десятка разумных.

Всю эту минуту волк рассматривал меня немигающим взглядом и выразительно принюхивался. Его друзья пытались окликнуть альфу, но мужчина не реагировал. То, что меня заметил именно альфа, я не сомневалась. Любой другой не унюхал бы мой запах так быстро. Сейчас он просто не мог поверить в то, что чувствовал.

А я лихорадочно соображала, что могу противопоставить уже фактический выпускнику Второго Потока? И при этом, не раскрывая своих истинных знаний и возможностей? Н-да… задачка…

За столами в моем ряду, только впереди, расположись парочка нимф и три дриады. Девушки смеялись и шутили, строили глазки и улыбались. Они так шумели, что перекрывали все прочие голоса. Через стол от них расположилась четверка статных светлых эльфов. За другими столами так же пристроилась по несколько разумных. Все гомонили, шутили и переговаривались. Практически все обсуждали практику.

И, кажется, никто кроме меня не замечал, как густеет воздух вокруг оборотня. Он оторвал от меня взгляд, наклонился к своим друзьям и что-то начал им нашептывать. Что именно они обсуждали - я не могла разобрать из-за общего шума, все-таки у меня не такой острый слух, как у оборотней или вампиров, да и возможности моей тени ограничены, но не трудно догадаться. Альфа давал распоряжения. Когда спины всех троих волков за столом распрямились, я поняла, что просто встать и уйти мне уже никто не даст. Вот ведь…!

Мужчина с бородой оторвался от своих товарищей и легкой уверенной походкой направился через зал ко мне. Трое других поднялись со своих мест и двинулись за вожаком. То, что этот не просто альфа, а еще и вожак местной стаи, я не сомневалась. Соревноваться в замкнутом пространстве с четверной чистокровных оборотней – смешно, но у меня и выбора не было. Астарта, ну почему ты никогда не оставляешь мне выбора?

Один из тройки остановился около стола с девушками и, улыбаясь, начал флиртовать, бросив на меня мерзкий взгляд. Таким всегда смотрят мужчины, когда уверены в своей любовной или ратной победе, взгляд победителя, который упивается победой над слабым. Демонстративный взгляд.

Альфа остановился напротив меня так, что его тень закрыла мой поднос. Двое других обогнули мой столик и взяли в клещи, заодно закрывая меня от остальных обителей трапезной.

«Праховы…! Так спокойно, Веселина!»

Я подняла на оборотня удивленный и чуть испуганный взгляд. Тот улыбался белоснежной улыбкой ловеласа.

- Приветствую, милашка! – пророкотал он низким голосом.

- Простите? – пискнула я.

Оборотень хмыкнул.

- Тебе никогда не говорили, что ты просто обворожительно прекрасна?

- Н-нет, - выдавила я.

- Я Марк, - наклоняясь чуть в мою сторону, громким шепотом представился альфа.

- Очень приятно, Веселина, - отозвалась я, ощущая, как его влияние проникает в мою ауру.

Влияние оборотней сродни вампирскому очарованию, только более грубое, животное и древнее. Если на разумном нет ментальных щитов или устойчивости к подобному воздействию, то оборотень легко заставит подчиняться себе. Особенно это касается альф.

- Ты очень красивая девушка, Веселина! Как только тебя увидел, сразу понял, что просто не прощу себе, если не позову на свидание, и не признаюсь: какие сильные чувства ты взбудоражила в моей душе!

Я покраснела, но взгляд отвести не смогла. Так и тонула в глазах этого прекрасного мужчины. А он все еще, поганенько так улыбаясь, продолжил:

- Я просто не могу пройти мимо, когда вижу нуждающеюся в помощи девушку. Ты такая нежная, хрупкая. У тебя такие глаза, которых не должна касаться печаль и тревога. Я могу защитить тебя от всех невзгод этого жестокого мира. И я мог бы посветить этому всю свою жизнь. Ты веришь в любовь с первого взгляда, Веселина?

Пока он говорил своим низким голосом его лицо становилось все ближе и ближе к моему.

- Нет, - честно ответила я.

Марк резко отпрянул от меня. Я вздрогнула и чуть испуганно схватилась за край стола, оставляя на столешнице с внутренней стороны пентаграмму заклятья.

- Что значит – нет? – удивился он.

- Не верю в любовь с первого взгляда, господин Марк, - ответила я.

Парень шокировано замер, но лишь на пару секунд.

- Ты хочешь сказать, что я тебе совсем не симпатичен?

Я смущенно опустила глаза. Потом перевела удивленный взгляд на двух окруживших меня парней.

- А вы всегда девушку на свидание с друзьями приглашаете? – не удержалась я от вопроса.

Парни заулыбались.

- Марк, а малышка пытается хамить! – заметил один. – Крошка, ты хоть понимаешь, что таким как мы не отказывают?

- Почему? – невольно спросила я, разворачиваясь к собеседнику и опуская правую руку на лавку. Стукнула по ней подушечками пальцев и запустила еще одну метку заклятья.

- А потому что мы никогда не бросаем слов на ветер! – убежденно ответили мне за спиной. Второй парень привлек к себе мое внимание.

Я подпрыгнула, краснея уже до бордового оттенка. Резко обернулась к говорившему, и опустила на лавку уже левую руку, тоже пристукнула по дереву пальцами и поставила третью метку заклятья.

- Если Марк говорит, что ты поразила его в самое сердце своей красотой, значит, так оно и есть! – продолжил парень. – Неужели ты хочешь разбить ему сердце, жестокая?

- И в мыслях не было! – поспешила уверить я. – Просто, я не думаю, что достойна внимания господина.

Марк удивленно заломил бровь.

- Так ты из простых, милашка? Тебя смущает мое происхождение?

Я кивнула, опуская взгляд на колени.

Парни понимающе переглянулись. Тот, что стоял слева от меня наклонился и громким, наигранным шепотом прошептал:

- У оборотней все не так, как у других рас. Если зверь выбирает себе женщину, то она становится его супругой, а может и оборотнем. Зверь нашего друга признал тебя, как только увидел. У тебя есть все шансы покорить его!

Я потрясенно ахнула и посмотрела на Марка. Бородатый красавец чуть смутился и почесал затылок.

- Это сложно понять, но выбор зверя не зависит от нас, - вздохнул он. – Я понимаю, что для тебя это все несколько неожиданно, но я ничего не могу с этим сделать. Сейчас мне просто хочется быть рядом, чувствовать твой запах и тонуть в твоих глазах!

- Хм… - только и смогла выдать ошарашенная я.

Марк оперся руками на мой стол и подался ко мне.

- Пожалуйста, я никогда не сделаю тебе ничего плохого. Сама мысль о том, что кто-то может причинить тебе вред вызывает у меня холод в груди и горечь. Я только хочу познакомиться с тобой поближе, чтобы ты узнала меня и поняла, что во мне нет ничего страшного. Несмотря, на такой резкий, и несколько странный способ знакомства. Не отказывайся, прошу!

И глаза такие… горящие надеждой и почти вселенской тоской.

Я закусила губу и помотала головой.

- Простите, но вынуждена отказать! Я сюда учиться приехала, а не…

Марк провел рукой по моим волосам. Скользнул пальцами по щеке и подбородку.

Я инстинктивно отпрянула от него и врезалась в стену, одновременно опираясь в нее раскрытой ладонью. Запустила в камень четвертую метку.

- Не бойся меня! – с болью проговорил Марк. – Я сделаю все, чтобы ты была моей и была счастлива!

- Мне от вас ничего не нужно, господин! – выдохнула я.

Оборотень схватил меня на левую руку. Сам почти перегнулся через стол и притянул меня в себе. Втянул ноздрями аромат моей руки и потянулся к лицу, но не поцеловал, а тоже обнюхал. Я чувствовала запах его тела, пота, использованных на практике зелий и… чужой смерти. Марк потерся о мое плечо и шею, потому что я отвела лицо в сторону. И наконец, лизнул щеку! Меня передернуло, по всему телу выступили мурашки и я дернулась.

А в следующий миг случилось сразу несколько событий.

Сначала активировались и раскрылись пентаграммы всех четырех заклятий. То, что было под столом, облегчило тяжелое дерево так, что от моего легкого пинка тут же приподнялось в воздух. Та пентаграмма, которая была в стене сначала, мощным воздушным потоком подняла стол еще выше, и вместе с оборотнем снесла его через весь зал в сторону стойки. Две пентаграммы под ногами напарников альфы ошеломили волков. Оборотни чистокровные и с сильными ментальными блоками, так что ошеломить их надолго не возможно в прицепе. Но, на десяток секунд двое парней застыли как статуи с открытыми ртами.

Посланный мною альфа, влетел спиной в столы. Девушек, с которыми ворковал четвертый волк, прикрыл щитами кто-то из влюбленных парней-людей в противоположенном крайнем ряду. Я сразу заметила влюбленность и ревность. Слишком сильно фонят эти эмоции. Парень неотрывно следил за флиртом, потому когда Марка стало поднимать в воздух на одних инстинктах прикрыл всех девушек.

А вот остальным в моем ряду не повезло: стол с крупным мужчиной, как снаряд баллисты буквально смел собой и четвертого оборотня, и все столы, и немногих, кто выбрал этот ряд. Остановился только от сильнейшего сверкающего щита светлых эльфов.

Шум, гам, ругань и проклятья! А я, схватив сумку, бросилась со всей возможной прытью к выходу. Как вылетела из столовой и понеслась в сторону общежития Второго Потока - не зафиксировала. Просто все вокруг слилось в один сплошной поток невнятных красок.



~~~~~***~~~~~



Вдруг краем глаза заметила впереди что-то черное, и тянущуюся ко мне руку, чтобы остановить движение. Не раздумывая, отбила руку. Сделала еще шаг уже за спиной неизвестного. На второй шаге развернула тело, а правая нога понеслась вверх, чтобы врезать, как следует, в бок нападавшего.

Но, к счастью, вовремя заметила уже знакомые синие вертикальные зрачки. В первое мгновение подумала, что это дедушка и только после окончательно узнала виденного мною вчера дракона. Мужчина понял, что на него готовится нападение и поэтому зрачки стали вертикальными, но удивленные брови и откровенное недоумение на лице так и осталось. Он, почему-то держал руку чуть выше запястья второй.

Я перевела взгляд на свою, уже занесенную для удара ногу. И едва не рухнула, потеряв равновесие. Мужчина ухватил меня за талию и вернул в вертикальное положение. С явным беспокойством быстро осмотрел и только потом заметил:

- Отличная реакция! – в его тоне не было издевки, а только совершено честное удивление. Как будто сам не верит в то, что говорит.

- Простите! – поспешно извинилась. – Я не узнала вас!

- Да я уже понял, - улыбнулся мужчина. – Куда ты так спешила-то, чуть меня с ног не сбив?

Вместо ответа от столовой Первого Потока послышался гул заклятий. Похоже, светлым эльфам очень сильно не понравилось вмешательство оборотней в трапезу, как и предполагалось. Раздался далекий звон свекла, скорее всего повелители окна в зале.

Дракон повернул туда голову и прищурился. Затем медленно повернулся ко мне, всмотрелся в мои перепуганные глаза.

- Это ты устроила?

- Нет! – тут же брякнула я. – Оборотни…

Лицо дракона стало сначала удивленным, потом понимающим.

- Тебе никто не говорил, что можно питаться в комнате, да? – неожиданно спросил он.

И я все поняла. Артефактники и в Видьят не держатся вместе и не с кем не контактируют из других рас. И почему мне никто про это не сказал? Хотя понятно же. Дед мне несколько раз указал, что я должна научиться общению с разными расами. А с другой стороны: от методов воспитания Синего Дракона мне, как-то не по себе.

- Кто? – снова раздался вопрос дракона.

Я ответила, потому что была слишком погружена в свои мысли.

- Марк, по крайне мере, он так представился, - и тут же осеклась.

Но, к моему немалому удивлению, выражение лица дракона стало сочувствующим, а глаза напряженными.

- Опасный тип, держись от него подальше, - проговорил он после короткой паузы.

Я только грустно усмехнулась. От оборотня невозможно держаться подальше. Понял глупость своего совета и мужчина. Мы помолчали.

- Как тебя зовут? – неожиданно спросил он.

- Веселина Ристит, - очень напряженно ответила я, не понимая к чему вопрос.

- Нирбас, - просто представился он.

Я кивнула и сделала неуверенный шаг, чтобы продолжить путь.

- Слушай, - быстро заговорил он, снимая с правой руки один из кожаных тонких браслетов, - насколько я вижу, на тебе нет защиты рода или сильных артефактов, так?

Я не ответила.

- С этим Марком могут быть проблемы. Без защиты или хотя бы намека на нее тебя могут использовать как кормушку, понимаешь?

Я снова не ответила. Синеглазый дракон, тем временем, снял полоску браслета с руки и внимательно посмотрел на меня. Прикрыл глаза, сжал браслет в руке и решительно выдохнул, как перед прыжком в воду.

- Давай сюда руку!

Я внимательно посмотрела на браслет Вызова Портала. Этот артефакт использовался многими родами не только драконов, но ими чаще других, потому что мог легко пробить канал портала между двумя браслетами. И перенести одного к другому, за счет магического резерва того, кто подарил часть артефакта. На руке дракона таких браслетов было несколько. И мне он сейчас давал возможность вызвать его в случаи опасности.

Защита дракона – это очень много! Слишком много!

- Нет! – решительно сказала я. – Но, все равно спасибо!

После чего развернулась на каблуках и бросилась в ближайшие кусты с каменной дорожки. Не хочу узнавать, во что мне встанет защита синеглазого красавца. А вариантов множество: от изготовления артефакта до замужества. Нет, уж обойдусь я без помощи избалованного аристократа!

Хотя стоит признать, что когда узнала артефакт у него на руке, на секундочку захотелось побыть в роли спасенной счастливицы.

Он – весь такой… герой.

А я – вся такая… благодарная, в его объятьях.

Может из этого что-то и сложилось бы, но потенциальный любовник-дракон меня не устраивал, так же как и потенциальный любовник-волк. А если уж быть до конца честной, то синеглазый красавец мне понравился, и даже очень… Однако, я слишком хорошо понимаю, что любовные связи мне сейчас нужны, как дриаде топор.

Хотя в то, что я приглянулась дракону - не слишком верилось. Я, конечно, люблю помечтать, но украшать свою жизнь светом романтического идиотизма все-таки не приучена. Артефакторы, как не печально, не те существа, которые могут просто понравиться кому-то, без умысла и расчета. Так что предложение дракона удивляло, немного льстило, но уж точно не радовало.

В Видьят, причем в любой из четырех, драки и стычки между магами всех направленностей были обычным делом. В том, что оборотень никому не причинит вреда, кроме мебели я не сомневалась. Ученики Первого Потока, а кроме волков, там были только они - подготовленные к бою разумные. На каждом столько щитов и защитных заклятий, что хоть сейчас в бой, но и желание поставить на место наглых волков не могло задержать Марка надолго. Как не крути, а от него мне не сбежать и проблему нужно решать, пока мы оба целы.

Рассказать об этом мастеру Доминике мне не позволила совесть. Выносить домогательства оборотня на суд Главы и прочих шишек из танаров было просто непринято. Я никогда не приживусь здесь если стану доносить, а значит этот вариант отпадает.

Позвать в гости Даремора и нажаловаться? Конечно, можно, но не желательно все по тем же причинам. Дед настаивал на том, чтобы я попыталась найти общий язык с другими расами. Да и потом, я весьма смутно себе представляла, как смогу посмотреть деду в глаза. Возможно, у меня и получится это сделать, но только после того, как история с заговором против моих собратьев будет в прошлом. Стоит признать, что если бы не слова Элвина, то я, вне всяких сомнений, бросилась бы к нему за защитой, а так…

В общем, без вариантов. Я вляпалась в проблемы, которые вот так просто, наскоком не решишь. Радовало только то, что и сам волк скорее шкуру с себя живьем снимет, чем хоть кому-то расскажет, как его уделала полукровка, подловила и подставила. А значит: наше маленькое противостояние имеет все шансы пройти мимо прочих обучающихся.


~~~~~***~~~~~



Как это не удивительно, а общежитие Второго Потока оказалась на порядок больше моего. Пять корпусов образовывали полукруг, а в центре своеобразной площади так же размещался большой фонтан. Только вместо танцующий в брызгах нимф, здесь переплетались, в замысловатый клубок, три, сверкающих синевой бескрылых дракона. По размеру статуя не уступала скульптуре Первого Потока, но смотрелась куда эффектнее. Скалящиеся огромными клыками твари пугали и восхищали. В главном корпусе общежития, на крыше которого имелся длинный шпиль, на первом этаже было что-то вроде администрации. С апартаментами ответственных танаров и некоторых кураторов.

Адепты в первый год, как и любые новички, больше похожи на слепых котят, только в отличие от милых созданий, адепты в своем незнании опасны, поэтому при общежитии организовали что-то вроде маленького филиала центрального замка. Здесь имелся и постоянный целитель, и сильный маг, и постоянная метка портала. Мне, наверное, никогда не понять такого трепетного отношения к, по сути, уже взрослым разумным, но складывалось ощущение, что в Северной Видьят куда больше волновались за сохранность жизней у Второго Потока.

Я полюбовалась фонтаном и адептами в мантиях. Многие как раз выходили на завтрак, и прошла в сторону отдельного входа, как и написала мне мастер Доминика.

- Доброе утро! – поздоровалась я с дежурным магом, который вчитывался за небольшим столом у входа в какой-то ученический блокнот с лекциями.

- Доброе, доброе! – зло ответили мне, не отрывая взгляда от конспекта. – Слушай, у меня сегодня сдача по алхимии, чего ты лезешь, а? Уже же месяц, как занятия идут, неужели еще не выучила что и где?

Я открыла рот, и закрыла рот. Что сказать, когда собеседник явно ведет беседу с самим собой? Вот и я не знала.

Через несколько секунд парень обреченно вздохнул и все-таки соизволил оторваться от чтения. При виде меня, без мантии, но с нашивками, застыл. Потом побледнел, покраснел и резко, порывисто вскочил на ноги. Стул с грохотом рухнул на каменный пол, тут же привлекая к нам внимание.

- Доброе… добрый день, то есть здравствуйте! Вам что-то нужно? – забубнил он.

Я как-то на секунду растерялась от такого контраста. Вчера меня всячески смешивали с помоями, даже духа-хранителя общежития расположить к себе не удалось. А тут…

Я быстро достала из кармана бумагу, которую выписала мне мастер Доминика.

- Простите, что помешала вашей учебе, но я просто не знаю, как у вас тут все устроено. Мастер дала мне это и сказала, что до лекций я должна буду обязательно получить мантию в общежитии Второго Потока. – я с самой смущенной улыбкой протянула ему распоряжение некромантки на пергаменте.

Парень вчитался в листок и… побелел. Нет, серьезно, мне показалось, что еще секунда - и он рухнет в обморок.

- Подождите, пожалуйста, я сейчас, - выдал мне мальчишка и бросился в правый коридор за своей спиной.

Я, не совсем поняла, зачем ему куда-то было убегать, когда можно было просто направить меня к нужному кабинету. Но, послушно осталась стоять на месте. Холл общежития сильно отличался от холла моего временного пристанища.

Во-первых, здесь на полу не было ковров, а только матовые гранитные плиты. Не было лепнины на колоннах. Да и сами потолки были пониже. На стенах несколько гобеленов с сюжетами легенд и приданий разных рас. Вдоль стен расставлены не мягкие кресла и резные скамьи, а обычные лавки. Ну, и конечно, в этом корпусе было только два крыла, а не три, как в общежитии Первого Потока.

Не прошло и пары минут, как парень вернулся в сопровождении пожилого мужчины в темно-зеленной мантии с золотыми орнаментами. Я мимолетно его осмотрела: человек. Маг-целитель. Явно в ранге архимага.

- Лура, - приветливо кивнули мне. – Я танар Вилен Зимар, сегодня ответственный танар этих малолетних разбойников.

Он улыбнулся тепло, очень по-доброму, так, как могут улыбаться только мудрые разумные, которые понимают, что тепло души стоит дороже всего прочего в жизни. По его ауре разлилось столько расположения и интереса ко мне, что я тоже заулыбалась. Все волнения последнего времени стали какими-то глупыми, а вот просто вот так, хорошо отнестись к кому-то показалось важным.

Я рассмеялась и протянула мужчине руку в приветствии:

- Вы настоящий целитель! – убежденно сказала я.

- Что так? – тут же иронично-ехидно уточнил маг, отвечая на мое рукопожатие.

- Вы прочитали меня и оказали воздействие – а я даже и не заметила! – с неподдельным восхищением ответила я. – Вот когда мэтр Велизар меня успокаивал, я почти сразу его распознала.

- А меня что, не сразу?

- Я бы вас и сейчас не распознала, если бы не знала, какая на самом деле по характеру! - я уже с трудом сдерживала смех. Этот целитель строил такие гримасы, у него была такая живая и открытая мимика, что не ответить на нее тем же было просто невозможно. А еще мне просто было приятно поговорить с кем-то кто не испытывает ко мне ни одной плохой эмоции, а только развлекается.

Танар всплеснул раками и округлил глаза.

- Милое чудное создание, а вы хоть понимаете, что фактически совершили открытие мирового значения?

- В каком смысле?

- Никто не знает: какой он, по крайне мере не может быть до конца уверенным в себе, потому что состояние любого сознания – это движение. А вы, видите ли, знаете какая вы по характеру… Это же открытие достойное легенд. Если напишите трактат на тему сохранности статичного положения мыслительного процесса, то я уверен, легко продадите этот метод, ну хоть в Восточную Видьят. У них вечная проблема – найти достойные техники по тренировки сознания для боевого факультета.

Первым моим желанием было покраснеть и смутиться. Этого требовало сознание луры Ристит, но я только тихо хмыкнула.

- Хорошо, - кивнула я. – Согласна, глупость ляпнула.

- Лура, да будет вам известно! – наставительно поднял палец вверх маг, явно кого-то передразнивая, потому что юношу рядом перекосило от едва сдерживаемого хохота. – Что в глупости, есть истинный смысл молодости. Ладно, а теперь серьезно, - он отдал мне пергамент написанный Доминикой. – Чем я могу помочь юной некромантке?

- Мантия нужна, мэтр, – ответила я.

- Мантия, так мантия, - протянут целитель. – А ну, топай за мной, возмутительница спокойствия.

Шли мы недолго, но как только холл и адепты остались за спиной маг заговорил уже совершенно серьезно:

- На самом деле я руковожу кафедрой исцеления в критической ситуации на Первом Потоке. Здесь только веду курс лекций и иногда подменяю кое-кого. Так, что если потребуется ищи меня в лекарской, и только меня, поняла?

Я тут же насторожилась и сбилась с шага, отстав от мага. Мужчина развернулся, посмотрел мне прямо в глаза, а в голове раздался его тихий, печальный голос:

- Не знаю, что с тобой случилось, девочка! Да и знать не хочу, но ты же понимаешь, что тебе нужно особое лечение. Проклятье Белой Пеленой меняет тело разумного, а мало кто из целителей, да и алхимиков может взяться за исцеление такого больного. Сама, наверное, понимаешь, что любое вмешательство с целью вылечить может спровоцировать Пелену?

Я кивнула.

- Я знаю, мэтр. Но, как вы…?

- Я маг, который умеет притягивать к себе неприятности. И в свое время насмотрелся на… носителей этого недуга. Да и на тех магов, которые пытались развеять его силу тоже, так что для меня узнать твою проблему не составило труда.

Я потрясенно молчала.

- Даже думать боюсь, что такого могла сделать девочка-полукровка, чтобы получить такое в подарок, но я помогу тебе лучше других, просто потому что у меня опыта чуть больше, – мужчина заметил мой шок, и быстро взял за руку, сильные пальцы с широкими фалангами крепко сжали мою руку. – Я обещаю, что никто не узнает! Силой своей клянусь!

Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. И мне было плевать, как я сейчас выглядела со стороны. У меня просто не было слов благодарности для этого мужчины, одни чувства.

- А ну утри слезы! – возмутился маг у меня в голове.

Танар Зимар протянул мне платок.

- Не реви! Ну же, успокойся.

Больше мы не говорили, а молча дошли до обшарпанной двери, за которой, как и ожидалось, оказался склад.

Несколько светильников слабо освещали большое, заставленное ящиками и сундуками пространство. За широким, низким столом восседал гном. При появлении танара он сразу вскочил на ноги и низко поклонился целителю.

- Мэтр Зимар, всего светлого вам! Что привело…?

- Вот этой милой красавице нужна мантия некромантов, - перебил маг с самым приветливым выражением лица.

Украдкой рассматривая этого человека я внезапно поймала себя на мысли, что возможно он вообще не способен на злость к разумным. Может быть именно такое, чистое и открытое отношение ко всем и есть лучшая характеристика для целителя.

Гном глянул на меня опытным взглядом, явно определяя мой размер и рост, после быстро поспешил за один из стеллажей с ящиками.

Предложение мэтра было как нельзя кстати. Об особенностях лечения, таких как я, мне было хорошо известно, как и о том, что до крайности лучше не доводить. В Киране умели поднимать даже уже ушедших за грянь. Многих целителей учили собирать по кусочкам, излечивать почти любые травмы и раны. Но, в случаи со мной далеко не все так умиротворяюще. И то, что в Видьят оказался целитель, знакомый с моим проклятьем, что вообще-то жуткая редкость, можно смело считать подарком небес или…

Я снова покосилась на мага, который расслабленно прислонился к стене и рассматривал бирки на ближайшем к нам сундуке.

Что мы имеем?

Есть танар в ранге мастера, который, не особо раздумывая, поручился за меня репутацией, чтобы я поступила в Школу.

Есть мастер некромантии, которая так обрадовалась моему появлению, что не особо раздумывая приняла меня на свой факультет, пообещав всяческую поддержку и готова даже похлопотать, чтобы изменить расписание занятий для моего удобства.

А теперь еще я, якобы случайно, встречаю целителя, а этот самый целитель так мне симпатизирует, что обещает скрыть мой недуг.

Не слишком ли много приятных случайностей за два дня? Не верю в такие совпадения, может Синий Дракон и тут приложил свою длань? Очень может быть… С какой стороны не глянь в незримой помощи деда, если это все-таки она, нет ничего плохого, но почему-то на душе паршиво. Может от эгоизма? Захотелось молоденькой дурочке самой со всем справиться. А тут лезут всякие помощники. Может и так, я не лишена эгоизма, только все равно был внутри червячок неуверенности. Дело не только в моем эго и юношеском максимализме, которой у меня, без сомнений, зашкаливал.

Гном появился с тремя темно-серыми мантиями, почти черными. Спереди, на капюшоне и рукавах имелась коричневая выточка с замысловатым узором. На груди, конечно же, герб Видьят и один солнечный луч. Ткань имела легкое зачарование от грязи. Одна была чуть плотнее двух других. Оказалось, что всем адептам выдавалась мантия для теплого времени года, мантия зимняя, и мантия походная, которая надевалась только на время поездок куда-либо и была чуть лучше зачарована, чем две другие.

Ту, что полагалось носить в теплое время года, я нацепила на себя сразу. Две другие туго скрутила простеньким бытовым заклятьем и сунула в сумку. Видя, как я легко управилась с бытовой магией, гном присвистнул, а маг задумчиво протянул:

- Уверен, что будет занятно…

- Что именно? – навострила уши я.

- Вы, лура, очень плохо себе представляете, что такое Второй Поток, верно?

Я промолчала, но, как оказалось, мэтр был совершенно прав.

Распрощались мы очень вежливо. Целитель Зимар при посторонних обращался ко мне только уважительно, но не скрывая шутливого тона. Как я заметила: он вообще со всеми так общался.

Полезла за выданным мне документом. Как оказалось, почти все мои лекции по некромантии будут проходить в отдельном корпусе факультета.

Усиленно морща лоб в попытках вспомнить, где корпус некромантии, пошла по одной из аллей. Как не странно, но на некромантов здесь почему-то реагировали спокойно. Никто не шарахался от меня или других учащихся в подобных мантиях. Наоборот, даже пытались строить глазки, улыбаться и подмигивать. Я знала, что среди адептов бытует куда большая раскованность и доверительность, чем среди учеников, но все равно чувствовала себя не уютно. Минут через пятнадцать блужданий, когда прошла уже три, из четырех, корпусов элементалистов, в голову закралось первое подозрение, что я заблудилась.

Присела на лавочку и чуть прикрыла веки. Пришлось уйти в легкий транс, чтобы вытащить из глубин памяти карту Северной Видьят. Карту-то я вспомнила, а вот корпуса некромантии так и не нашла. То ли его просто не было на той, что запоминала я , то ли появился корпус уже позже.

- Эй, с тобой все хорошо? – донесся до меня чей-то чуть встревоженный голосок.

Мысленно выругалась. Это ж надо быть такой дурой, чтобы забыть про все на свете и погрузиться в себя.

Надо мной склонилась девушка в светло-коричневой мантии приятного оттенка каркнельских благовоний или сластей с карамелью. Тоже с первого курса. Мне потребовалась секунда на то, чтобы сообразить, что девушка с факультета универсальной магии, причем светлой. Сначала подумала, что передо мной будущая ведьма – они обычно начинают обучение как универсалы, но рассмотрев лицо, поняла, как жестоко ошиблась.

Светло голубые волосы, точеная фигура, идеальная кремового оттенка кожа, длинные ресницы, лицо с правильными чертами, ну и приятный голос. Сирена. К большому счастью не чистокровная, а полукровка от человека, причем не первого поколения, а второго, если не третьего. Бабушка или прабабушка девушки была сиреной. Не удивительно, что она светлая и то, что на универсальном факультете. Полукровки от таких существ всегда рождаются универсалами, а их второй дар просыпается поздно.

Девушка смотрела на меня своими необычно большими глазами и участливо держала руку на моем плече. Кошмар! Мало того, что не заметила ее приближения, так еще и не почувствовала как она ко мне прикоснулась! Вот кто я после этого?

Вскочила на ноги и поспешно склонила голову.

- Со мной все хорошо, простите!

Девушка рассмеялась.

- А чего прощения просишь, если все хорошо? Просто ты такая бледная, и сидела, задержав дыхание. Я подумала, что может кто-то из наших над тобой пошутил и ошеломил.

- Нет, что вы! Просто… я пыталась вспомнить, где здесь корпус некромантии, ну и задумалась немного больше, чем хотелось бы.

- А-а… новенькая, значит! – девушка еще шире улыбнулась. – Тогда будем знакомы, я Рааина.

Она совсем по-человечески протянула мне руку. Я ее пожала, краснея.

- А некроманты у нас, - она развернулась влево и указала на светло-красную крышу, - вон там обитают. Тебе сейчас надо по этой дорожке потом налево и еще раз налево.

Я кивнула.

- Эй, Рааина! – позвали сирену.

Девушка завертела головой и я вместе с ней. То, что я увидела, мне очень не понравилось. В такой же мантии как на сирене, к нам спешила та самая радужная девица. Меня перекосило.

Девушка с яркой прической подбежала к нам и, рассмотрев меня, тоже замерла с напряженным видом. Я отметила, что следов вчерашнего происшествия на ее лице уже нет. Поймала себя на том, что рада этому факту, и помрачнела еще больше.

- Доброе утро! Знакомься, это будущий некромант… - сирена переливчато рассмеялась, - … э-э… только мы еще не совсем познакомились.

- Веселина Ристит, - представилась я, испытывая жгучее желание сбежать.

- Ой, как чинно, - отметила сирена. – Ладно, тогда я Рааина Торглинс.

Я снова кивнула.

- Марина Клюева, - нехотя и напряженно представилась радужная.

Странное имя рода. Никогда таких еще не слышала.

- И мы – будущие ведьмы! – гордо заявила Рааина, повиснув на плече радужной. – Будем знакомы!

Мне понравилось, что девушка не стала уточнять «светлые» ведьмы. Значит, у этой радужной есть друзья с более цивилизованными взглядами.

- Мне пора, - с вымученной улыбкой сказала я.

Развернулась, чтобы уйти. Но, тут же снова застыла. Даже попятилась назад. Рааина придержала.

- Что случилось?

Из-за ближайшего поворота показался Марк. Он шел свободной походкой разумного, который никуда не спешит и естественно никуда и никогда не опаздывает. За два дня, что я в этой Школе мне еще не встречались учащиеся, которые так вальяжно бы ходили. Только вот этот расслабленный вид меня не обманул. Глаза волка горели злобой и обещали мне море неприятностей. Вот ведь…вурдолачий сын!



~~~~~***~~~~~



Знала, что он найдет меня по запаху, но не так же быстро!

- Веселина! – позвал он.

Я отступила еще на шаг и врезалась спиной в радужную. Девушки как-то разом притихли, но с места не сдвинулись, а во все глаза уставились на мужчину. Волк подошел и ослепительно улыбнулся.

- Ты же не думала, что тебе удастся спрятаться от меня, малышка?

- Не думала, но надеялась, - честно ответила я.

Желания смущаться и излучать в ауре страх куда-то делись. Я знала, что этого от меня требует легенда, но нарастающая на оборотня злость не давала мне возможности придерживаться ее.

- А ребята оказались правы, - заметил Марк. – У моей малышки есть зубки, даром что полукровка, а сколько гнева в глазах. Сделай мордашку попроще, малышка!

- Послушайте, господин Марк, давайте вы просто отстанете от меня…

- А иначе? – насмешливо перебил он.

Я задумалась. А действительно: а что – иначе? Что я могу противопоставить зарвавшемуся магу, к тому же оборотню, да еще и альфе, не разрушая собственную маскировку?

Марк ухватил меня за руку, чуть выше локтя, притянул к себе.

- Пойдем-ка, погуляем, - проговорил он. – Милые луры, простите, но эта прелестница украла мое сердце, а теперь ее у вас украду я, вы же не против?

И не дожидаясь реплики девушек, поволок меня в сторону одного из корпусов элементалистов, подальше от того места, куда нужно было мне.

- Бежать или кричать даже не думай – хуже будет! – прошипел волк, затем уже совсем другим, ласковым голосом и громко продолжил: - Ты же понимаешь, что я всегда и везде найду тебя, моя красавица!

Встречные адепты и адептки понимающе улыбались.

Я, честно говоря, бежать и не думала. Многое нужно было выяснить, прежде чем мы оба перейдем к открытому противостоянию.

- Признаю, ты меня удивила с этим столом! Я и предположить не мог, что на полукровку так плохо действуют комплименты, раз она готова мной вместо снаряда швыряться, - он рассмеялся собственной шутке. – А если бы ты меня покалечила? Впрочем, все к лучшему, я люблю, знаешь ли, девушек с характером. Он у тебя не сладкий, но и такой сойдет…

- Что вам от меня нужно? – тихо спросила я.

- Любовь, милая, только она всем нам нужна! – уверенно ответил волк.

Ага, а я Астарта воплоти!

- Что? – повторила я.

Марк покосился в мою сторону, хмыкнул каким-то своим мыслям, и уточнил:

- За тобой что, еще никогда никто из мужиков не ухаживал?

Вообще-то нет, но мне это не мешает в этих самых мужиках разбираться.

- У меня что, лицо негодяя, раз ты мне совсем не веришь? – спросил он, увлекая меня на узкую тропинку в заросли кустарников. - Отвечай! – рявкнул он, и зыркнул на меня уже измененными зрачками. – Для меня очень важно услышать ответ, - тут же, уже тише и жалобно добавил он.

Я дернулась, так что волку пришлось сжать мою руку. Охнула, сообразила, что останутся синяки. Волк чуть ослабил захват и остановился около небольшой беседки.

- Я не много знаю про оборотней, господин Марк. – очень тихо начала я. – Но, мне известно, что зверь не выбирает пару, а признает ее. Он разрешает, допускает взять человеческой половины на связь с женщиной, если ему та нравится. А если зверь все-таки выбирает пару, то это происходит не за мгновение. Животное весьма ответственно подходит к выбору спутника, потому что если выбирает, то это раз – и на совсем, навсегда. Волк может либо просто признать выбор человека, и тогда спутник признается Признанной Парой. Может избрать сам и на это уже соглашается человеческая половина, но такое всегда происходит спустя долгое знакомство и уже подразумевает некую любовь между разумными…

- А еще оборотень может встретить свою фералаат, - неожиданно добавил волк, усаживая меня на лавку, а сам остался стоять, просто привалился к одной из колонн беседки спиной.

- Да, - пришлось признать мне. – Только это из области легенд, господин Марк. А я не очень верю в легенды.

- С чего ты взяла? – удивился мужчина.

- Потому что из-за Признанной Пары оборотень будет горевать, но со временем найдет замену и будет продолжать жить. Из-за Иpбранной Пары зверь пойдет на убийство, на все что угодно, лишь бы с ней или с ним все было в порядке. Такие союзы убивают обоих, если умирает один. Оборотень просто не может жить без Избранной Пары, погибает от горя и чувства вины. Поэтому такие союзы очень редкие и случаются, как правило, только между чистокровными. Фералаат – это не просто Пара оборотня-мужчины, это его богиня. Зверь такого оборотня подчиняется своей фералаат всегда, во всем, безоговорочно. Будет убивать по ее слову и умрет сам. А тотального подчинения ни один зверь не потерпит. Фералаат – это очень красивая легенда, господин Марк, потому что даже если полюбит и зверь, и человек, то избранница будет Избранной Парой, но никак не центром мира.

Марк с минуту пристально изучал мое лицо, а затем рассмеялся.

- А ты умнее, чем большинство моих фей! – заметил он. – Так к чему весь этот рассказ о моем народе, малышка?

- А к тому, господин Марк, что не вы, не ваш зверь, не могли выбрать меня за пару секунд! – уверенно проговорила я. – Значит: ваши намеки преследовали какую-то иную цель, кроме как убедить меня, что вы вдруг воспылали любовью.

- Странно, - чуть насупился оборотень. – А остальные девушки из людей верили в историю с Избранной.

- Потому что люди вообще не склонны интересоваться другими расами, - фыркнула я. – В мире ходят легенды о верности оборотней избранникам, вот и верят. А то, что у такого признания существуют аспекты и правила, простые девушки даже не пытаются понять. К тому же всегда приятно думать, что ты настолько уникальна, красива, умная, что это заметил даже сам альфа оборотней. Он сильный, красивый и богатый рассмотрел в тебе, какая ты умница-прелестница. И теперь будет всю жизнь на руках носить, защищать и заботиться, как о самом дорогом сокровище. Чем не сказка?

Марк как-то очень странно на меня посмотрел, даже, кажется, чуть отодвинулся, чтобы быть от меня подальше.

- Н-да, а романтики в тебе и правда и капли не наберется! – сказал волк. – Не люблю таких!

Вот тут я бы поспорила. Во мне есть романтичность, и даже лиричность присутствует, только иного толка. А что до «не любви к таким», так еще посмотреть надо: кого выберет зверь этого альфы? Не удивлюсь, если Избранная Пара будет каблуки о его хвост стирать. Любовь, она такая – ломает всех разумных.

- Если я вам интересна не как Пара, тогда зачем весь это фарс с комплиментами и грубым флиртом? – спросила я снова.

Оборотень ухмыльнулся.

- А предположения есть? Коли, ты такая умная, что во внезапную любовь до гроба не веришь.

- Честно говоря, не особо, - вынуждено признала я. – Если бы вы хотели меня сожрать, то уже напали бы. А других предположений у меня нет.

- Ты все-таки не настолько умна, как сама про себя думаешь, - решил Марк. – Я же не полный идиот, чтобы крушить свою карьеру, жизнь и судьбу из-за какой-то полукровки. Нет уж, если я и вырву тебе сердце, то только так, чтобы ни один дознаватель не смог потом на меня выйти!

Логично. Просто и, по-своему, честно.

- Мне нужна твоя кровь, - сказал оборотень, после короткой паузы.

У меня отвисла челюсть. Обе мои личности не знали, как реагировать на подобное заявление.

- Не много, - добавил Марк, ухмыльнувшись. Его глаза по-прежнему были волчьими, но в остальном он себя контролировал. – Может быть, пара чаш в месяц, не более…

Мне это сниться! Да, точно, это просто дурной сон!

- Хотя, с точным количеством мы разберемся после первой чаши. Я, знаешь ли, эстет, и привык к определенному вкусу. Нужно будет понять насколько твой вкус схож со вкусом настоящих артефакторов.

Существует множество причин, почему артефакторов убивали, убивают и будут убивать. Но, основная, естественно - власть. Сила моей расы такова, что она меняет мир, а то и миры, и всегда будут находиться те, кто захочет обладать ею. Дэса не может влиять только на разум артефактника, конечно же, обладание такой мощью меняет и тело. Именно поэтому оборотни и вампиры всегда чувствуют артефактников лучше других. Только если вампиры будут стремиться нас убить из страха, как самого опасного противника, который сможет, если захочет, уничтожить всю расу, то оборотни, а точнее их звериные натуры, будут стремиться просто поглотить плоть артефактора. Сердце, как и прочие органы, и кровь моих собратьев могут даже из самого слабого оборотня, старого и немощного, сотворить настоящего монстра. Я уже видела, как меняется строение звериного тела у волков от крови артефактника.

Только вот, раньше это всегда было на уровне чего-то не совсем разумного. Зверь просто вырывался из-под контроля человеческой части и стремился как можно быстрее разобрать артефактора. Это почти закон природы и жизни. У расы, где омега обречен рано умереть и быть фактически рабом всех прочих каст в клане, зверь будет стремиться увеличить сою силу, чтобы противостоять альфам, бетам, гаммам и дельтам. Альфы в кланах оборотней всегда стремятся к власти и доминировании, нет ни одного альфы, который отказался бы с помощью плоти артефактора увеличить свой резерв, продлить себе жизнь.

Я была готова к тому, что кто-то из оборотней попытается меня убить. Такое уже случалось и не раз. Но, я и предположить не могла, что какой-то оборотень будет себя настолько хорошо контролировать, что просто затребует крови.

- Вы же это не всерьез, - сипло выдавила я из себя. – Не может быть, чтобы…

Догадка озарила сознание. Я вскочила на ноги.

- Вы уже давно питаетесь кровью артефактников! Вы и раньше…!

- Сообразила, наконец, - удовлетворенно кивнул волк. И его лицо приняло какое-то странное, пугающее выражение. Будто с птицей разговаривает перед тем, как начать вырывать ей перья и ломать крылья.

У меня пересохло в горле. Не от страха перед волком, а от осознания. Передо мной сейчас стоял успешный ученик Видьят, сильнейший волк, вожак, наверняка, уважаемый мужчина и любимец женщин. И при этом его самоконтроль настолько силен, что он может сдерживать голод зверя. Казалось бы, лучше и быть не может. Живи и радуйся! Только Марк пошел на преступление, вызвал в себе зависимость от крови моих собратьев и постепенно наращивал, таким образом, силу, становясь сильнейшим среди альф. Как эхом на мои мысли прозвучали его слова:

- А как ты думаешь: обычный дельта мог стать за пять лет сильнейшим альфой волков этой Школы?

Я прикрыла себе рот рукой, боясь, что меня сейчас просто стошнит. Одно дело, когда в разумном просыпаются силы, которые он не может контролировать. Я могу понять: почему меня может попытаться убить вампир – из чудовищного страха за жизнь обращенных младших и невесту. Артефакторы вообще чуть ли не единственные существа в мире, способные вызвать в вампирах насколько всепоглощающий страх. Могу понять: почему меня попытается сожрать оборотень. Зверь внутри разумного точно знает, как возрастет его сила от одного единственного сердца, а тогда и семья оборотня не будет иметь нужды.

Я многое могу понять и понимаю, но не могу уложить в своей голове, как можно пойти на хладнокровное преступление, на использование, на интриги ради власти и при этом потерять себя. То, что подобная зависимость от крови изменила и продолжает менять сознание Марка я не сомневалась.

На Аарде существует десятка два трав, которые вызывают привыкание, временное увеличение силы и прочее, прочее, прочее… И всегда использование таких растений заканчивалось одинокого – смертью безумца, решившего использовать эффекты растений и зелий, несмотря на побочные действия. Но, я никогда не слышала о том, что так же можно использовать и кровь артефактров. Просто никому, похоже, такое в голову не приходило…

- Вы… вы что не понимаете, что будет с вами, если это не прекратить?!

- Только не надо! – поморщился Марк. – Знаю я ваши методы, благодетели! Не надо делать вид, что тебе есть дело до меня и моей жизни. В общем, дело обстоит следующим образом, малышка. Ты можешь не дать мне такую малость, как немного крови – и я превращу твою жизнь здесь в кошмар. Поверь на слово, у меня для этого есть все возможности. В конечном счете, если мы, вдруг, не договоримся, я просто тебя убью. А можешь поступить как умная малышка, и обеспечить мне немного своей бесценной крови. Ты от такого количества не умрешь и даже не ослабнешь. Я не хочу, чтобы ты болела, или, не приведи Тлен, умерла, поэтому и порции крови небольшие. В этом случаи от меня ты получишь честное слово, что я не стану отгрызать от тебя по кусочку. Еще ты получишь мою защиту от любых проблем и посягательств. Имей в виду, что легко здесь живется только тем артефакторам, у которых за спиной сильные покровители. Все прочие получают массу негативных впечатлений. Ну, и наконец, - он провел руками по своей груди, животу и бедрам, - я предлагаю тебе себя. Ты, конечно, редкость – невинная артефактница, и какое-то время я буду этим наслаждаться, но согласись, я для первого опыта подхожу идеально. Ты не только не проигрываешь от нашей сделки, но и кое-что выигрываешь.

Оборотень вышел из беседки и двинулся в сторону аллеи. Остановился, будто что-то вспомнил и с самой доброжелательной улыбкой обернулся к потрясенной мне:

- Да, и кстати, имей в виду, что у меня большой опыт общения с подобными тебе. Я знаю, что и как нужно сделать, чтобы все сказанное сейчас осталось тайной. А еще я знаю, как сделать тебе очень больно, если ты будешь плохой малышкой и хоть кому-то расскажешь о нашей маленькой сделке. Даю тебе времени до вечера подумать о моем предложении.

Волк ушел все той же вальяжной походкой, а я осталась сидеть беседке и думать. Ну, что сказать? Страха у меня от общения с волком не было, хотя именно его я старательно демонстрировала. Колотящееся сердце медленно успокаивалось, а на спине перестал выступать холодный пот. Судя по поведению оборотня, он мне поверил.

Вариантов действий у меня не так много. Можно сказать Даремору, обратиться за помощью к деду, но это означает моментальное подписание смертного приговора для волка. Виновной в чужой смерти мне хотелось быть меньше всего. И потом, дед утверждал, что мне нужно учиться общаться с разумными всех рас. Вот и будем учиться.

Можно было бы использовать артефакты для защиты, подаренные дедом, но это временное решение. Волк - не дурак, и найдет способ меня достать.

Вариант с согласием на его милостивое предложные я даже не рассматривала. И глупо было бы предполагать, что меня можно запугать угрозой физической расправы.

Убить меня у него не получится, а значит и особо опасаться нечего. Хотя сама ситуация беспокоила: в Видьят учатся такие расчетливые убийцы. Печально!

Радовало только одно – этот Марк не имеет никакого отношения к убийству артефактников. Может он кого-то из молодняка и покалечил, но точно по своей инициативе, а не по чужому приказу, не из-за заговора. Последние годы в Видьят никого не убивали, а значит и он не убивал.

Остановившись на этой, крайне позитивной, мысли, я поспешила на лекцию. Если у меня каждое утро будет таким насыщенным, боюсь: не будет времени на учебу, а еще сегодня мой первый рабочий день.



~~~~~***~~~~~



Корпус некромантии оказался таким, каким его рисуют в воображении светлые маги: темный, пугающий и мрачный. В общем, очень красивое место учебы. По коридорам трехэтажного здания прогуливались только адепты в темно-серых мантиях и танары в камзолах и платьях. Около нужной аудитории толпилось пара десятков ребят самых разных рас. Тут нашлись и люди, и тройка дроу, и полукровки от всех возможных союзов. Как я и предполагала, чистокровных в моей группе практически не было, и во всех достаточно сильна новая кровь иной расы. Например: особенно нелепо и странно смотрелся высокий молодой человек с хрупким телосложением светлого эльфа, с яркими серо-голубыми глазами, но при этом с темно-каштановыми волосами, которых у светлых эльфов просто не бывает.

Ребята учились вместе уже достаточно давно, чтобы перезнакомиться и разбиться на небольшие компании. Я пристроилась рядом, но так, чтобы на меня не обращали особого внимания.

У меня не было ни малейшего желания знакомиться с кем-то из них. Рано или поздно это все равно случится, и лучше поздно, чем рано. Артефакторы не те существа, которые стремятся к общению, и я не была исключением из этого правила. Мне всегда больше нравилось просто наблюдать за разумными, чем разделять с ними их увлечения и проблемы.

Некроманты этого года оказались совсем не похожими на обычные представления о темных. В Киране распространенно мнение, что темные – это молчаливые убийцы, с непроницаемыми лицами и холодом в застывших глазах. Под это определение в моей группе подходили разве что дроу. Остальные же были обычными юношами и девушками: улыбчивые, смешливые и очень живые.

- Привет! – выдал тот самый юноша, которого я приметила сразу из-за необычной внешности.

Мне пришлось задрать голову вверх, чтобы увидеть его глаза.

- Приветствую, лурон! – отозвалась я и чуть улыбнулась.

- У тебя что-то случилось? – явно смущаясь, спросил он.

- С чего вы так решили?

- Я за тобой уже несколько минут наблюдаю. Ты просто стоишь и смотришь на нас, но никуда не спешишь, не подходишь познакомиться, ни с кем так и не заговорила. А еще, у тебя глаза очень грустные.

У меня даже рот приоткрылся. Такая честность – с чего бы это?

- Со мной все в полном порядке, лурон, - поспешила заверить я юношу. – Просто сегодня мой первый день учебы и, наверное, я немного побаиваюсь.

Парень удивился.

- Так ты теперь будешь с нами учиться? – скорее констатировал, чем спросил юноша.

Смущенно кивнула и опустила глаза.

- Отлично! Приятно, что в наших темных рядах будет такая красивая девушка! – некромант заулыбался, а я едва сдержалась, чтобы не скривиться. Образ требовал смущения. Вот я и смутилась. Ему моя реакция явно понравилась, он протянул руку: - Я Наиль.

Я пожала жилистую ладонь с длинными тонкими пальцами и призадумалась. Наиль – слишком короткое для эльфа имя. Значит либо его не признали бастардом, либо он из дальних ветвей не самого сильного из родов. «Дарующий победу» - слишком сильное имя, больше похоже на прозвище. Сам себе такое выбрал при поступлении? Очень может быть…

Я хотела было представиться в ответ, но тут по коридорам разнеслась красивая мелодия нескольких флейт.

Все потянулись в аудиторию. Я пристроилась на первом ряду у окна в полной уверенности, что сегодня меня не оставят в покое. Обязательно будут проверять знания или просто издеваться, так что лучше быть ближе к кафедре.

Аудитория оказалась непомерно большой для такого маленького количества адептов. Сразу стало понятно, что когда корпус только строили, некромантов было намного больше, чем сейчас. Деревянные столы и стулья в шесть полос и три ряда. Напротив: доска для черчения магических знаков, особым силовым паксом и кафедра.

Ребята, заметив, что я зашла в аудиторию вместе со всеми и устроилась для учебы, начали перешептываться. Через минуту в аудиторию влетал наш, как я понимаю, танар. Молодой, тренированный дроу. Темно-серая, отдающая в синеву кожа. Белоснежные волосы, заплетенные в несколько кос и уложенные в сложную прическу. Плотные черные брюки, рубаха с высоким воротом, жилет из темной кожи и сапоги без каблука выше колен. Я сразу поняла, что это некромант по ледяной ауре, заполнившей комнату вместе с его шагами. А еще у него были почерневшие белки глаз, и только металлический отсвет в зрачках давал понять, что перед нами не поднятый зомби, а живой разумный.

- Ужасающего! – недовольно буркнул танар. – Должен сообщить, что мое опоздание связанно с танаром Отлин. Мастер только что сообщила мне, что с вами будет обучаться новый особенный адепт. – Предпоследнее слово дроу произнес так, что мне показалось, я услышала, как скрипят его клыки от злости.

Танар оглядел притихших адептов и увидел меня. Его глаза почти незаметно сверкнули.

- Лура, прошу вас подойти и показаться всем присутствующим, так сказать, во всей красе! – с сарказмом приказал темный эльф.

Я покорно встала и подошла к кафедре, развернулась лицом к адептам.

- Это, - указал на меня коротким когтем дроу, - наша новенькая. Ученица Первого Потока бесценные луры и луроны. Прошу любить и жаловать, ибо иного пути у нас с вами - нет! Веселина Ристит, будущая артефактница, которой очень любопытно, что такое некромантия. И мастер Доминика, конечно же, не смогла отказать Первому Потоку и пригласила девушку к нам.

Все застыли. Я ожидала разной реакции на такое ядовитое представление. Ожидала, что меня станут унижать, дразнить, травить, попытаются подружиться, легко примут как темные темную. Но, я никак не могла ожидать, что пара десятков пар глаз уставится на меня, как на явление самого Тлена во плоти и с карающим посохом в руках. А так оно и было, адепты смотрели на меня, как на самую большую диковинку.

- Как… артефактор?! – потрясенно выдал кто-то с задних рядов.

Танар хмыкнул.

- А вот так, адепты! И такое бывает. Артефактору-первогодке очень хочется попробовать себя в некромантии, потому что появилось мнение, что у луры активный дар к этому виду магии.

Я покосилась на танара. Некромант был уверен, что у меня слабые способности или их нет вообще? Очень похоже…

- Адептка Ристит, спешу обрадовать, что я не только танар у вашей группы, но еще и ваш куратор танар Мэкфанорэаль Тар’Декил. Мне недвусмысленно дали понять, что за вашей учебой будут пристально наблюдать, вплоть до сдачи экзаменов и курсовых не мне или другим танарам, а лично мастеру Отлин. Видимо, вы считаете, что можете не слишком стараться раз я не буду проверять ваши знания, но это не так! Чтобы вам не говорили, вы будете сдавать все испытания на ровне с прочими адептами и мне в частности.

Так вот чего дроу так ядом исходит. На его право отбора и обучения посягнули. Усомнились в его способностях, раз появилась адептка, которая не должна подчиняться обычным требованиям. Вполне себе нормальная реакция для чистокровного дроу. Пусть он и выбрав себе направление обучения подрастающего поколения, но воинственность и мстительность расы не спрячешь.

Приложила раскрытую ладонь к сердцу и склонила голову, оставаясь при этом с прямой спиной. В очередной раз мысленно поблагодарила Даремора и его осанку, которой я уже не один год пытаюсь подражать.

- Возможно, танар Тар’Дэкил пожелает лично проверить мои способности?

Дроу сузил свои миндалевидные глаза до узких щелочек. В абсолютной тишине рассматривал меня некоторое время. По реакции адептов сообразила, что такое поведение не типично для танара. И пугает ребят. У меня страха не было по двум причинам: во-первых, у меня большой опыт общения с дроу, несколько даже учили меня; во-вторых, не вижу смысла бояться того чего не понимаю. Я, пока, ничего не знаю о некромантии, так что и заклятья не могут меня напугать последствиями. Иногда все-таки бывают ситуации, когда счастье в неведении.

- Снимите артефакты, лура. Не хочу, чтобы из-за конфликта магических потоков вы оказались у лекарей или на кладбище.

Едва заметно пожала плечами и быстро сняла с рук браслеты с заготовками под арты. Больше на мне артефактов не было. Положила их на кафедру. Не успела повернуться к дроу лицом, как под ногами раскрылась фиолетовая пентаграмма, заключенная в общий круг символов. Тело, приученное реагировать в такие моменты всегда одинаково, попыталась рвануться в сторону. Все-таки вбитые тренировками рефлексы иногда срабатывает раньше разума, поэтому остановила я себя в самый последний момент. Выпрямилась, сжала кулаки и приготовилась к боли.

Но, ее-то как раз и не было. Некро-потоки струились по ногам, ласкали сапоги, как языки пламени. Заклятье явно должно было дать какие-то результаты, но ничего не происходило. Пару секунд выжидала, а потом в голове что-то щелкнуло.

В глазах уже знакомо потемнело, из мира пропали краски. А я ощутила внутри все нарастающих холод темной магии. Встретилась глазами с лицом дроу, а затем резко припала на одно колено и ударила в центр вызванной им пентаграммы.

Откат от разрыва магический потоков заклятья ударил по танару и заставил того покачнуться. А я медленно выпрямилась и расслабила ладони. Молча ждала его решения. Если решит напасть – будет весело. Ощущение приятной успокаивающей прохлады бодрило и стирало все ненужные мысли. Все опасения и страхи, все сомнения. В крови зарождался азарт. Мне или темной стороне моей души хотелось схватки, горячки боя.

Эльф сложил руки на груди и медленно прикрыл веки, признавая проверку пройденной. Мысленно приказала себе успокоиться и по телу прошла легкая дрожь, как от холода в ветряную погоду. Зрение вернулась в норму, а в аудитории вдруг стало слишком жарко. На самом деле мои ощущения были субъективными, просто я еще не привыкла быть темной и от перехода из обычного состояния в магический транс и обратно тело тоже корежит, как и магические каналы.

Молча прошла к себе за стол и раскрыла ученический блокнот. Пакс поднялся в воздух по щелчку пальцев.

- Так, - совершенно спокойным, ровным голосом заговорил танар Тар’Дэкил, становясь за кафедрой и легким взмахом руки, возвращая мне браслеты. – Сегодня мы с вами поговорим об основных законах составления магорисунка в некромантии.

Его пакс оказался раза в два больше обычного для письма на пергаменте. Инструмент взлетел и принялся выводить круги, а в них разные символы и руны и многолучевые звезды и прочие символы.

- Начнем, пожалуй, с маленькой исторической справки, - чуть медленнее заговорил дроу. – Я не историк, поэтому более подробно вам об этом расскажут на лекциях по истории развития магии, моя задача сейчас объяснить вам принципы нашей работы. Итак, общеизвестно, что становление магии в том виде, что нам известно сейчас, началось больше десяти тысяч лет назад. Точно известно, что тогда любая магия строилась на звуковых вибрациях, то есть на прочтении заклятий. Многие древние техники ведьмовства и алхимии до сих пор практикуют именно словестные заклятья. Этот метод работал, но с появлением конфликтов и под давлением жизненных обстоятельств маги древности пришли к выводу, что произносить длинные речи просто невозможно. Мага тех времен просто убивали до того, как он договорит заклятье.

Тогда стали появляться техники мыслеобразов, то есть вместо заунывного прочтения нескольких строчек заклятья маг что-то представлял себе в голове, привязывал к этому образу свой резерв и так запускал заклятье. Но, и на этот метод нашлась управа – обычный ментальный щит. Невозможно убить кого-то мыслеобразом, если он прикрыт ментальным щитом. Со временем, конечно, стало понятно, что и эту защиту можно обойти, но в те времена это стало крахом для многих.

Нужно было простое и легкое решение, которое подошло бы всем расам. И оно нашлось. Достаточно просто запомнить или составить магорисунок пентаграммы, выбрать жертву и запустить. Завязанная на магический резерв пентаграмма запускается и контролирует заклятье сама. Пентаграмма заменила и речевую магию, и мыслеобразы. Теперь не нужно заучивать сложные заклятья, не нужно читать их в нужном ритме. Достаточно запомнить правила составления пентаграмм и довести до автоматизма их исполнение.

Если раньше древний маг знал около сотни заклятий наизусть, а реально мог использовать не больше трех десятков, то с появлением техник пентаграмм и магических кругов все стало куда разнообразнее и опаснее. Теперь средний маг, в отличии от мага древности, легко может применить одновременно до десяти разных заклятий, а знает наизусть больше двух с половиной сотен рисунков пентаграмм.

Вы уже знаете, что любой магический пентакль, как бы не был сложен в исполнении всегда подчиняется одним и тем же законам. Главное правило любого пентакля или пентаграммы – символы должны быть заключены в круг. В остальном же все по-разному и зависит от вида магии, резерва мага, и самого заклятья, которое вы хотите активировать. В основном круге может быть до десяти второстепенных кругов. – Танар указал на первую пентаграмму на доске.

В основном круге была заключенная простая пятиконечная звезда, на ней как бы сверху был еще один круг, внутри которого и должны были быть символы активации определенного заклятья.

- В некромантии всегда три круга, а вот количество лучей у звезд может быть самым разным. Основной круг нужен для того, чтобы удерживать целостность заклятья или проклятья. Второй – для того, чтобы описать задачу, - дроу указал на вторую пентаграмму с трехлучевой звездой внутри, и на второй от внешней границы круг, - сюда вы заносите символы активации и последовательность рун самого заклятья. Какого именно эффекта хотите добиться. Естественно, противоположенные по действию руны и символы в одном пентакле просто не сработают. Нельзя внести во второй круг руны поднятия нежити и знаки упокоения ее же…

С задних мест послышались смешки.

- Вы зря смеетесь! – зло припечатал некромант. – На самом деле именно такие нелепые ошибки в сотворении пентаграмм заклятий и убивают большую часть молодых магов! Каждая секунда в опасной ситуации может стоить жизни, а несработавшее заклятье – почти всегда фатально для разумного. Именно поэтому вы тренируете память по шесть дней в неделю на специальных тренировках по медитации. Именно поэтому вам все шесть лет будут вновь и вновь вдалбливать в головы одни и те же заклятья и проклятья. Сейчас среднестатистический бой между магами длиться не больше пяти минут. И если в Видьят вас почти всегда можно остановить или спасти, то в реальной жизни каждый такой бой может стать последним. Вы – некроманты, и должны это понимать так же ясно, как и боевые маги!

В отличии от тех же элементалистов, дар которых можно применять и в мирной жизни, ваш только для боя, и только с врагами разумных. Ни один восставший труп, лич или призрак не станет ждать когда вы вспомните, где именно и что напутали в рисунке пентакля. Он просто вас убьет. Ваш дар не предназначен для мирной жизни. Еще две тысячи лет назад все некроманты считались только боевыми магами и были военнообязанными. Сейчас все изменилось, но это не значит, что стало безопаснее. Подумайте сами, в Восточной Видьят, где сейчас и готовят боевых магов, приучают работать тройками, квардами или звездами. Там каждый уверен в том, что спину прикроет товарищ. Все обучение там построено таким образом, чтобы сплотить группу на годы вперед, убедить разумного любой расы, что на того, кто рядом можно и нужно рассчитывать как на самого себя. Но, это у них, у некромантов все иначе. Вы будете работать в полном одиночестве ни программа обучения, ни ваш дар, ни общественное мнение не предполагает, что некроманту может потребоваться помощь. Вы, за свою карьеру, не раз можете оказаться в ситуации когда вокруг вас полчища врагов, и никто не придут вам на помощь! – голос дроу наливался силой и буквально вбивал в головы каждое слово. – И светлые и темные уверены, что в вопросе упокоения нежити, изгнания духа, развоплощения призрака или развеивания лича, некромантам помощь не нужна. Светлые будут вас опасаться, а темные если не призирать, то сторониться. Никто не услышит ваших криков о помощи в случаи беды, а если и услышит, то ничем не сможет помочь. Так что, адепты, настоятельно советую, вбить в свои юные умы одну истину: вы можете рассчитывать только на себя, на свой ум и магию, потому что больше у вас ничего нет!

Все потрясенно молчали. Я тоже, и не столько, потому что слова танара Тар’Дэкила произвели на меня такое сильное впечатление, а сколько из-за схожести его слов с наставлениями всех моих учителей, деда и Даремора. Примерно то же самое вкладывали в голову и мне уже очень давно. Возникло странное чувство, что я понимаю: почему у меня вдруг появился именно этот дар. Слишком уж сильно он подходит мне, моей натуре. У нас с некромантией много общего.

Дроу плавно перевел лекцию с простых рассуждений к перечислению знаков смерти. Их было очень много, так что я на время забыла обо всем вокруг и старалась запомнить, что показывал и рассказывал некромант. Лекции в Видьят длились ровно час, так что танар успел изобразить только пятьдесят возможных символов смерти. Все-таки у каждой расы было по несколько мертвых языков, откуда и брались руны для заклятий, а значит, нам еще учит и учить. Темный эльф отпустил всех с многообещающим заявлением, что на следующей лекции будет гонять всех по выданным сегодня рисункам.

- Лура Ристит, задержитесь! – велели мне, когда я убирала в сумку блокнот и пакс.

Я послушно дождалась, когда за последним адептом закроется дверь и подошла к кафедре.

Танар пристально рассматривая меня, протянул лист пергамента.

- Ваше распивание на следующее полугодие. Если будут какие-либо изменения – я сообщу отдельно.

Я поблагодарила и забрала пергамент, спрятала его в сумку.

- Я, верно, понимаю, что с некромантией вы не знакомы? – спросил дроу.

- Совершенно верно, - признала я, чувствуя как от его тона спина сама распрямляется.

Темный эльф задумчиво побарабанил когтями по кафедре.

- Если будут вопросы, то можете обратиться ко мне, - неожиданно проговорил он.

Видя мое потрясенное лицо, эльф ухмыльнулся и пояснил:

- Предполагаю, что нечто подобное вам предложила и мастер Доминика, но глядя на вас, уверен, что к ней вы обратитесь в последнюю очередь. Возможно, я, как советчик, подойду вам больше… - жесткие пугающие глаза смотрели чуть насмешливо, как могут смотреть только дроу. Совершенно неподражаемая, особенная мимика, которая либо сразу покарает, либо вызывает стойкое отвращение раз и навсегда. Меня она в свое время покорила. Общаясь с любым дроу, ты чувствуешь, что над тобой посмеиваются, знаешь, что он уже все про тебя знает, еще до того, как ты открыл рот и что-то сделал, но при этом лучших танаров, чем они для меня просто нет. Дроу умеют объяснить и показать любой материал так, что тот буквально въедается в разум, и запоминается навечно.

- Спасибо! – с искренней признательностью поблагодарила я.

Дроу оскалил клыки и жестом велел убираться.

Двигаясь, по коридору в сторону выхода я снова вернулась к вопросу волка. Хоть опыта общения с разумными у меня было не так много, как хотелось бы, но и полученных во время обучения знаний хватало, чтобы сделать максимально неутешительные выводы – он не отстанет. Силовой способ воздействия на слегка двинутого оборотня я даже не рассматривала. Калечить судьбу альфы только из-за угроз было глупо. Их, альф, рождается и так немного, большое число гибнет в схватках за власть внутри кланов, так зачем увеличивать число неудачников без головы. Нет, если Марк и влипнет в неприятности, то не по моей вине. Интуиция подсказывала, что к смертям артефакторов он не имеет никакого отношения, а значит, и повода для ненависти у меня нет.

То, что он и раньше питался кровью моих собратьев, чтобы вырастить из своего зверя настоящего монстра, говорило только о том, что ему попадали весьма неустойчивые и трусливые представители моей расы. Скорее всего, Марк специально выбирал именно таких. И ко мне он проявил интерес только, потому, что рассмотрел во мне рабыню. Уверена, будь я Ратри, он бы даже головы в мою сторону не повернул. Проблема только в том, что волк просчитался, я - не полукровка.

Все планы, которые выстраивало сознание, так или иначе, приводили к большим проблемам после боя. В том, что этот самый бой между нами будет в ближайшее время - я не сомневалась. Он не просто так дал мне время до вечера на «подумать», оборотень за день соберет обо мне информацию и узнает, что за мной нет силы рода, нет именитых родителей или любовников, которые в случаи агрессии прибьют его хвост к воротам клановой резиденции, а значит со мной можно не церемониться.

- Мы сейчас на занятия по рукопашному бою, ты с нами? – спросил Наиль. Юноша стоял у ступенек, и явно ждал меня.

- Не знаю, - честно ответила я, и полезла в сумку за расписанием.

Оказалось, что куратор внес занятия по рукопашному бою в список необходимых лекций.

- Идем, я с вами! – кивнула я с улыбкой. – А почему ты остался меня ждать?

Наиль смущенно улыбнулся и чуть покраснел.

- Будет большой грубостью с моей стороны сказать, что ты мне понравилась?

- Нет, скорее приятно услышать какое признание.

- Тогда, ты мне и правда понравилась, мне подумалось, что тебе, наверное, и так не просто быть новенькой, да еще когда учеба уже началась, а после такого представления к тебе из наших еще долго никто не подойдет…

- Почему? – невольно вырвалось у меня.

- А потому что никто из наших одногруппников ничего хорошего от Первого Потока еще не видел, а про артефакторов столько слухов, что тебя боятся даже больше, чем о Черной Горгоне.

- Кого? – опять не понимала я.

- Наш декан, такое прозвище у мастера Доминики Отлин, не знала? Она – страшная женщина, причем во всех смыслах. Говорят, ее даже мэтр Велизар боится.

Я бы сказала, что у Главы к некромантке несколько противоположенное отношение. То, что уважаемый маг мечтает затащить красавицу к себе в постель, может не заметить только слепой и глухой, но забавно было слышать такие рассуждения от нового знакомого.

- Она многих, из наших, принимала на испытаниях вначале лета.

- И что с того?

- Да оба Потока до сих пор гудят. Она лично подбила учеников для Первого Потока, говорят, что каждого заставляла упокоевать кладбище.

- Каждого с Первого Потока? – не поверила я. – Это где в Киране столько поднятых кладбищ?

Ниаль рассмеялся и назидательно поднял палец вверх.

- Вот то-то и оно, что таких кладбищ нет. Она лично по империи разъезжала, заходила к каждому будущему ученику. Брала его за шкирвятник и тащила на кладбище. Поднимала его самолично, а после предлога будущему ученику упокоить поднятых зомби. Благо, что не стала вурдалаков или нежить поднимать, а только зомби. Слава Тлену и Мгле вкупе, что ее срочно куда-то вызвали и к вступительным испытаниям Второго Потока наша Отлин опоздала.

Я потрясенно слушала своего будущего коллегу и мысленно возносила самые искренние молитвы Милостивой Астарте, которая уберегла меня от попадания на Первый Поток некро факультета.

- А ты и правда, получается, темная?

Я недоуменно покосилась на полуэльфа.

- А что по моей ауре не видно?

Наиль покраснел. Эльфы, если чистокровные, практически не краснеют. Видимо, юноше досталась эта особенность от человеческой крови.

- Я еще не слишком хорошо владею магическим зрением, - нехотя признался он.

- Подожди, если вы еще не практикуете знание аур, тогда какой рукопашный бой? – спросила я.

Даже в простых драках второй взор необходим, потому что никогда нельзя быть уверенным, что противник не применит какое-нибудь проклятье.

- Увидишь, - многозначительно ответили мне.

Глава 6. Учеба, работа и прочие неприятности.

Глава 6

Учеба, работа и прочие неприятности.


Дела идут пока отлично,

поскольку к ним не приступал.

(Жизненные Двустишия)


Мы достаточно быстро нагнали компашку в темно-серых мантиях. Через пару минут к некромантам присоседились и мантии универсалов. Я до последнего надеялась, что все не так, как выглядит. Но, увидев впереди знакомую радужную прическу, обреченно вздохнула.

Вспомнила, как именно на Втором Потоке искореняют зачатки ненависти между темными и светлыми. Адептов просто заставляют работать вместе с самого первого курса. Такой метод себя оправдывает, потому что к шестому ненависти к окрасу магопотока в теле разумного практически ни у кого не остается.

Две группы толпой дошли до тренировочных площадок. Участок Видьят отведенный под занятия учащихся был разделен на три сегмента. Первый: это несколько открытых арен в окружении трибун. Второй: несколько больших залов с потолками под двадцать метров. В них были небольшие огороженные аренки для тренировок и уроков по магическому бою и, как выяснилось, простому рукопашному. В третьих же были такие же арены как во вторых, только с трибунами. Третьи арены считались только боевыми, а потому сами учащиеся прозвали их «дуэльными». Единственное место в Видьят, где можно было применить практически любое заклятье, и где за смерть разумного убийце ничего не грозило. Достаточно было просто при свидетелях официально вызвать на дуэль. Без вмешательства танаров дуэль двух магов могла легко закончиться смертью. Если за нападение и попытку убийства, скажем, в аудитории, нападавшему грозило от выговора до отчисления и тюрьмы с лишением дара и титула, то на дуэльной арене ему не грозило ничего. По своему очень благородное правило жизни в обществе с весьма сложными законами.

Мы направлялись к закрытым ангарам из белого камня с темными двускатными крышами. Их было много, и я даже не смогла сосчитать - сколько именно, но явно предполагалось, что здесь одновременно могут проходить обучение больше десятка вот таких сдвоенных групп, как наша. Адепты прошли в третий ангар, который внутри оказался просто большой прямоугольной ареной с коричневым песком вместо камня на полу и без ограждений.

Радужная со странным именем рода Клюева, как не старалась, но не смогла припомнить ни одного рода, ни у одной расы, где были подобные или похожие ветви. Очень странная человечка. Так вот, она несколько раз оборачивалась и бросала на меня напряженные и чуть испуганные взгляды.

Меня такое покоробило и вызвало вспышку гнева. Вокруг нее сейчас вышагивает полно темных, а шарахается она от меня, с чего бы? Я ей помогла, а она до сих пор себя так ведет. Горько как-то. Радужная пару раз открывала рот и явно хотела что-то уточнить у своей подружки-сирены, но сама себя одергивала.

Ребята сначала прошли на арену, потом по ее кромке, вдоль стеночки до незаметных дверей на восточной стене. Как оказалось это были раздевалки. Девушки заняли первые две комнатки, парни прошли чуть дальше. Девушки бросились стаскивать с себя мантии и спешно переодеваться в некое подобие дорожных костюмов. Плотные брюки, мягкие ботинки, свободные рубашки с воротом под горло.

Я слышала, что в похожих одеждах, без корсетов и сапог тренируются разным боевым искусствам люди, но еще никогда не видела вживую. Посмотреть было забавно. Я просто сняла с плеча сумку. Потом мантию и аккуратно запрятала нож с пояса в один из карманов в сумке. Прикрыла ношу свернутой мантией, выпрямилась и обернулась. На лицах девушек были написаны самые разные эмоции, но все молчали, открыв ротики, прям маленькие грифонята, а не маги! Хоть иди со снисходительной улыбкой деда, поднимай отвисшие челюсти.

Пристальное внимание, пусть и несколько не такое как предполагалось, было ожидаемо, но все равно нервировало. Не смущало, а именно что раздражало. К моей немалой радости, в этой раздевалке радужной не оказалось. Девушка, видимо из боязни, что я ее загрызу, решила переодеться в другой комнате.

Не придумав ничего умнее кроме, как отвесить адепткам вежливый полупоклон, я так и сделала, после чего поспешно вышла. О чем с ними говорить - я не знала, да и как вообще выстроить свое общение с теми, кого не понимаешь?

К счастью, у южной стены арены уже стали выстраиваться адепты, в основном мужчины. Дроу, как и еще несколько разумных, держались отдельно от остальных. И не трудно догадаться почему – уже подготовленные бойцы. Прочие уже не разделялись на группы и факультеты, а тихо переговаривались, как хорошие знакомые, разбившись на компашки по несколько разумных. Я уже хотела отойти в сторону, но меня перехватил Наиль.

- Ты такая…! – начал он, потрясенным голосом.

Я резко вскинула на него нехороший взгляд.

- Какая? Ну, какая я?

Парень стушевался и промолчал, а я встала в начале цепочки, подальше от знакомых лиц моих одногруппников.

Мысленно, я, конечно же, уже во всю костерила себя последними словами. Общение с Марком и драконом сильно испортили мне настроение. Поведение радужной тоже, почему-то бесило до потемнения в глазах. Почему? Я понять не могла. Артефакторы по определению расы, не те существа, которые могут долго держать на кого-то обиду. Мы быстро отходим и прощаем, так было и со мной. Еще сегодня утром я полагала, то история со странной девушкой для меня забыта, но оказалось - нет. Я все еще была на нее зла! Но, ничего из этого не повод терять голову, а я ее потеряла, позволила гневу прорваться сквозь образ скромной и застенчивой Ристит, а это плохо!

Собравшиеся адепты двух групп и разного оттенка силы как-то резко затихли и вытянулись в струнки. Не военная выправка, но какое-то ее подобие определенно.

От входа в сторону двух неровных шеренг первокурсников шел… орк. Под два с половиной метра роста. Буро-зеленая кожа. Два белых клыка, торчащих из нижней челюсти. В сравнении со всеми присутствующими, настоящий гигант. На плечах тонкая льняная туника без рукавов. На руках многочисленные браслеты. Широкий тяжелый пояс на бедрах. Свободные штаны, заправленные в сапоги без каблука. Если не считать одежды, ибо орки в своих степях воюют с голым торсом, то этот был самым настоящим. На лице мужчины было несколько шрамов, как и на руках. Не удивлюсь, если и на спине, и на груди шрамы от старых ран тоже имеют место.

Меня учили общению с этим племенем, обучали обычаям орков так же, как и обычаям всех прочих народов Аарды, но дед так и не нашел орка, которых согласился бы обучать маленькую меня. Поэтому орков я еще никогда не видела. Страх остальных ребят заполнил всю арену, как тяжелый влажный аромат перед грозой в жаркий день. Все адепты уже хорошо знали своего танара, поэтому и опасались, видимо не только его пугающей внешности. Хотя, если честно, то я ничего страшного в этом орке так и не увидела. У артефакторов вообще странное отношение ко всем живущим в их мире: страх перемешанный на уважении и почтении, и я не исключение из этого правила.

Меня учили опасаться всех, но при этом никогда не предпринимать конкретных действий, пока противник не сделает первых ход. Я глянула на орка, ожидаемо не смогла прочесть его ауру, тихо восхитилась его силой и опустила глаза, чтобы не пялиться. Все-таки девочка из простых не может себе позволить наглые разглядывания.

- Приветствую, адепты! – пророкотал орк таким басом, что где-то в области желудка предательски завибрировало.

Две группы нестройно что-то пискнули. Орк оглядел две шеренги перемешанных ребят и - кто бы сомневался - заметил меня.

- Новенькая? – спросил танар.

Я распрямила плечи и задрала голову.

- Да, Веселина Ристит.

- Темная?

Я скривилась. Как меня все это достало! А ведь только второй день учебы.

- Не всегда, - буркнула я.

Грянул смех, от которого все сделали шаг назад. Я осталась стоять, потому что опять поймала себя на непозволительной злобе. Я снова злилась на этот мир, на адептов, на себя, на…

- А ты с норовом! – заметил орк.

В его высказывании не было ничего оскорбительного, так мог сказать любой орк и про любого кто показывал характер. Я это знала, но мне почему-то в голову пришло сравнение с лошадью. Если с человеческой полукровкой моя гордость еще могла смириться, как и с собственной бездарностью, то сравнение с лошадью – точно нет! Я не нимфа, чтобы радоваться схожестью с животными.

Наверное, да почти наверняка, все это отразилось на моем лице, потому что орк ухмыльнулся, что кстати напугало адептов не хуже его смеха. И почему они не привыкли к нему за месяц учебы? Танар обвел адептов изучающим взглядом.

- Сейчас мы все посмотрим: чего стоит Первый Поток Северной Видьят! Краам - на орену, Ристит - с ним в пару!

Я молча вышла на середину площадки с чуть рыхлым песком и повернулась. Мой противник встал напротив. Это оказался рыжеволосый юноша, почти моего роста, только раза в два шире в плечах. Полукровка от гнома и человека. Он был выше своих сородичей, но широкий костяк и плотно сбитые мышцы хорошо проявились. Я в рукопашном бою, против гнома, пусть и наполовину… Очень хотелось выругаться, но прахова легенда не позволяла. А как бы стали смотреть адепты на хрупкую девушку, которая браниться на драконьем, тролльем и эльфийском сразу?

- Никакой магии! – снова прозвучала команда от орка. – До потери сознания!

Я невольно покосилась на великана - и зауважала его. Тренировать будущих магов можно только в постоянной угрозе для жизни. Меня к этому приучили еще много лет назад. Иначе ничего путного из воспитания не получится. И орк знал это правило прекрасно!

Девушки испуганно заохали и запричитали. Наиль попытался открыть рот, но дроу, каким-то чудом оказавшиеся рядом, быстро затерли его назад. Несколько парней принялись отпускать шуточки. Но, все шепотом.

Я посмотрела на полугнома. Краам посмотрел на меня, пришел к каким-то неутешительным выводам и выпалил, тыча в меня пальцем для наглядности:

- Танар Гароунг, я не стану драться с лурой!

Я недоуменно посмотрела на орка, тот ответил мне звериным оскалом, который должен был обозначать ироничную улыбку.

- У тебя, Краам, как я посмотрю, есть опасения, что ты можешь проиграть некроманту? – почти скромно уточнил орк. – Тогда, коли так, то победу мы присуждаем темным.

- Нет! – тут же откликнулся светлый универсал.

Я не смогла сдержать горькой усмешки. Настоящее благородство как раз и состоит в том, чтобы избежать боя, если такая возможность есть. С точки зрения аристократов, отдать победу в руки хрупкой девушки – самый правильный поступок, красивый и галантный. Но, у этих первокурсников цвет силы затмевает все остальные мысли. Быть сильнее некроманта – вот самое главное! А то, что бой должен быть без магии - уже никому не нужные детали. Любопытно, а все светлые так скоры в суждениях и с чем это связано?

- Не волнуйся, Ристит, я построюсь тебе ничего сломать! – заверил меня универсал, разминая шею.

А я стояла, смотрела на этот балаган, и думала: как лучше поступить? Несколько отстраненно отметила, что снова не чувствую так необходимого мне сейчас страха. Ни в разговоре с Марком, ни сейчас страха не было, и мне, почему-то это виделось неправильным. Страх казался привычным, а его не было, и как будто чего-то не хватало.

Так и не дождавшись от меня реплики, Краам бросился. Гномы хорошие воины, не лучшие, но несомненно хорошие. В большинстве своем лучше людей и многих истинно светлых рас. Любой захват гнома легко ломает кости, а при должном умении, и отрывает головы. У дракона, гном голову не оторвет, но у молодого вампира или светлого эльфа - легко. Что уж говорить обо мне, маленькой.

Молодой маг не мог видеть во мне угрозы, поэтому быстро приблизившись на расстояние удара, занес одну руку с боку, целя в голову. Я отбила предполагаемый удар двумя руками, потому что против силы гнома не могла противопоставить ничего. Краам качнулся от неожиданности вперед. Я тут же ударила основанием ладони ему между глаз. Нос не сломала, но боль должна была быть приличная. Полугном стал отшатываться назад, но я ухватила его за ворот рубахи и дернула на себя. Отпустила и одновременно обвила его пояс правой ногой. Легкое, почти не ощутимое для мышц движение – и гном лежит в песке вместе со мной. Крутанулась, поднимаясь и уперла колено уже левой ноги ему между лопаток. Быстрый удар в основание затылка - и противник обмяк.

Я поднялась. Бой против разных противников по весу и силе настоящая проблема для любого, но если противник примерно равен с тобой в росте, то все несколько проще. Главное самому не бояться. Моя пластичность позволяла проделывать и не такие приемы. Другой вопрос, что в моей жизни, скорее всего, никогда не будет реального рукопашного боя. В мире заклятий, магического резерва и холодного оружия нет места простой схватке на кулаках.

Получив разрешения от танара Гароунга, ушла с арены к стеночке. По приказу орка двое парней отволокли бессознательного универсала все к той же стене, пристроили около меня. После чего бывший воин быстро разбил всех по парам и дал команду на бой. Скорее всего за этот месяц он уже успел показать адептам основные приемы - и теперь они их старательно отрабатывали.

На адептов я старалась не смотреть, и не прислушиваться к их перешептываниям. А судя по-своему, меня запомнили все. Печально. Может, имело смысл проиграть? Может и имело, только я теперь этого уже не узнаю.

- Ристит, - окликнул меня танар. – Техника исполнения хромает, как и у вас всех, только для этих, - он мотнул клыкастой головой себе за спину, где копошились кучки адептов, - ты все равно хороша.

Я молчала.

Орк пристально всматривался в мое лицо.

- Мастера тебе нужно, который и магию, и схватку совместить сумеет, - пророкотал танар.

Нужно, только где я его возьму? Была у меня робкая надежда, что артефактников тоже будут тренировать рукопашному бою, но слабая. Сильно сомневаюсь, что обучение на Первом Потоке в этом вопросе походит на наши с Даремором тренировки.

- Тренируешься каждый день? – неожиданно спросил орк.

Я не смогла сдержать тоскливого вздоха.

- Нет, боюсь, что здесь с занятиями будут проблемы. Я же первого года обучения.

- С твоим куратором я поговорю, - сказал танар Гароунг. – Можешь проходить в пятую парную тренировочную. Возьмешь ключ-кристалл у духа-хранителя сегодня после заката. А теперь иди, Ристит, и больше на мои занятия можешь не приходить в этом году.

Я непонимающе нахмурилась.

Орк только еще раз оскалил свои жуткие клыки.

- Если за пару месяцев танара не найдешь, то могу и я тебя учить. Только для такой хрупкой девушки бой с кинжалами, да лук со стрелами, а не рукопашный нужен.

Я поблагодарила орка, быстро забрала свои вещи и поспешила на выход.

В десятке метров от ангаров с аренами, в тени старых дубов меня уже ждали. Я ожидала оборотней или новых соискателей на мою кровь, но реальность, как всегда поразила. У каменной дорожки, прислонившись к широкому стволу дерева, стоял синеглазый дракон. Я бы его не заметила, если бы не подсказка уже тренированного взора. Как оказалось, его ауру я, так же как и ауру радужной, запомнила мимоходом. А это не есть хорошо! Для любого артефактора это очень опасно. О подобном меня постоянно предупреждал и дед, и вампир. Мне казалось, что я смогу, когда придет время, это контролировать. Была уверена, что смогу себя удержать от необдуманного запоминания, но на деле, похоже, я сотворила эту ошибку, часто фатальную для любого своего собрата, уже дважды. Впрочем, я за последние два дня уже совершила столько ошибок, что остается только завыть, подобно оборотням.

Я глубоко вздохнула и двинулась к дракону. У меня, конечно же, имеется несколько существенных недостатков, но наивность не в их числе. Мне слабо верилось, что этот дракон просто прогуливается у арены, в которой проходит занятие моей группы.

Как только дракон поймал мой взгляд, его губы растянулись в приветливой улыбке, но с каждым моим шагом его лицо все больше суровело. Видимо, сейчас он хорошо распознал, что я ему не очень рада.

Я остановилась в нескольких шагах от мужчины.

- Вам что-то нужно, благородный лорд Нирбас? – спросила я.

Брови дракона чуть дернулись вверх, от чего между ними появилась едва заметная морщинка. Я выругалась про себя из-за того, что примечаю такие мелкие детали, а значит – только поощряю свой интерес к чужому мужчине.

Однако чистокровный крылатый быстро справился с удивлением и пристально посмотрел мне в глаза.

- Ты виделась с этим волком? – спросил он.

Я удивленно открыла рот. Как же быстро в этой Школе разносятся новости!

- Чем я заслужила столько вашего внимания, лорд? – удивилась я.

- Я не хочу, чтобы ты стала личным бурдюком для этого выродка! – честно и гневно признал дракон. В его синих глазах блеснул огонек ярости. – Так ты говорила с ним?

- Да, но я все же не совсем понимаю: почему вас так заботит благополучие незнакомого артефактора?

Нирбас стиснул челюсти, явно сдерживая гнев. В Киране, как, впрочем, и в других государствах, было не принято называть в беседах расу свою или собеседника. Так уж сложилось, что почти всегда это воспринималось, как оскорбление, намек и вообще что-то нежелательное. Только в кругу очень близких друзей упоминание расы считалось нормальным.

- Ты предполагаешь… - медленно начал он, - что я имею какой-то умысел, кроме того, что уже озвучил?

- Мне ничего иного просто не приходило в голову, лорд, - как бы извиняясь, развила руки в стороны. – Я - здесь новый разумный, еще не знаю всех правил и порядков, но уверена, что чистокровный дракон не станет просто так, из заветов милостивых Богов, проявлять столько заботы о ближнем.

Дракон с шумом выдохнул и прикрыл глаза, явно стараясь унять выплеск силы на почве вспышки гнева. Потому какими ярко-оранжевыми бликами заиграла его аура, я догадалась что дракон, еще и огненный маг.

- Я просто хочу предупредить тебя! – опять начал мужчина. – Догадываюсь, что он запугал тебя. Но, пойми, что бы он не говорил, у тебя есть возможности избежать худшего!

- И одна из них – обратиться к вам? – скромно уточнила я.

- В том числе, - кивнул дракон, явно не распознав в моем тоне усмешки. – Я все еще предлагаю тебе взять мой браслет.

Я отвесила аристократу полупоклон.

- Вынуждена отказать, благородный лорд. Простите, но я оставлю вас, - я стала огибать его.

Однако, дракон не привык слышать слово «нет», а потому схватил меня за руку, чуть выше локтя.

- Послушай, глупая, год назад он уже убил артефактора!

Я застыла. Пантеон Всемогущий, неужели я снова ошиблась в своих предположениях и этот оборотень все-таки один из исполнителей заговора!?

- Что!? Как?! – я уперла в дракона требовательный взгляд.

Нирбас чуть притянул к себе и сам подался вперед. Он все еще не перешел некую грянь приличий, и со стороны казалось, что мы просто разговариваем о чем-то, как старые знакомые, но мне очень не нравилось, что кто-то так нагло нарушает границы личного пространства.

Под нашими ногами вспыхнула еле заметная Печать Безмолвия. Простенькое заклятье из арсенала пассивной магии. Теперь, пока один из нас не выйдет за пределы внешнего круга заклятья, наш беседу не услышит никто. На первый взгляд кажется, что это очень удобное заклинание, но на самом деле оно, как и любое заклятье пассивной магии, легко разрушаемое. Стоит только одному из нас захотеть – как одно нежелание, сопротивление сознания разрушит весь эффект тишины. Поэтому его редко когда используют. В той же тайной имперской канцелярии для подобных скрытных бесед призывают куда более мощные заклятья или артефакты. Но, сейчас я хотела услышать все, что мне скажет это синеглазый красавец.

Дракон чуть улыбнулся уголком рта.

- Прошлой весной эта тварь стала ухаживать за одной девушкой из седьмой ветви рода Гантирас. Увез эту дуру в поместье одного из своих скулящих прихвостней, - дракон резко замолчал. – А там девушка упала с утеса! Тело нашли на берегу только через четыре дня и обглоданное морскими гадами.

Он замолчал, уставившись на меня. Я молчала, уставившись в пуговицы на его камзоле невидящим взглядом. Через минуту дракон интерпретировал мое молчание по-своему.

- Если ты думаешь, что все это сплети, то…

- Не думаю, что это сплетни, - задумчиво протянула я. – Марк не производит впечатление волка, который может просто убить, но он легко мог просто наказать свою пассию и заиграться…

Пальцы на моей руке резко разжались. А я вдруг сообразила, что сказала все это вслух и вздрогнула. Дракон смотрел на меня с таким искренним изумлением, что у меня от предвкушения будущих проблем желудок прирос к хребту. Какова вероятность, что этот дракон теперь отстанет?

Нирбас несколько долгих мгновений ошалевшего рассматривал мое лицо, а потом его взгляд сменился с изумления на какую-то догадку, стал понимающим.

- Он уже угрожал тебе, так?

Я пожала плечами.

- Мы поговорили…

- И все равно, ты не хочешь брать у меня браслет!? Только не говори, что в его пристрастии не видишь ничего плохого!

Я снова вздохнула.

- Сие не ваше дело, лорд Нирбас!

Лицо дракона стало презрительным, а глаза сощурились.

- Хорошо, - вкрадчиво проговорил он. – Я больше не стану лезть не в свое дело. В конце концов, кто я такой, чтобы пытаться помочь тем, кто стремиться к Богам.

Я склонила голову в знак благодарности и прощания. Развернулась, и зашагала по тропинке.

- И все же, тебе не первый раз угрожают подобным образом, артефактница… - понеслось мне в спину тихое утверждение.

Я предпочла проигнорировать эту мысль. После тренировки у моих юных некромантов лекция по истории Аарды, а значит я могу с чистой совестью сегодня забыть про некромантию. Направилась к себе в комнату легкой походкой разумного, который принял решение.

Меня не слишком интересовало любопытство этого дракона. Дед приучил меня решать проблемы в порядке их очередности, и стараться не забивать себе голову лишним. Совету я стараюсь следовать, несмотря на то, что не всегда получается. А на первом месте у меня защита моих собратьев.



~~~~~***~~~~~



Даремор вошел в кабинет мастера со всем возможным почтением. Нет, на его лице было все то же отрешенно-вежливое выражение, какое держится при общении с любым разумным любой расы, но внутри почтение и уважение сейчас у него было куда больше, чем могло бы быть к любому. По мнению вампира: никто кроме его мастера не мог, хотя бы сравниться с великим Синим Драконом.

Элвин Ратри сидел за своим большим столом, разбирал несколько последних посланий от императора и скрытой канцелярии зарубежных земель. Он уже больше трех полных лун не появлялся на заседаниях, а потому высокочтимые господа требовали его внимания в посланиях. Для любого, кто мог бы наблюдать, дворецкий появился совершенно незаметно, но мастер не отрывая глаз от ровных строк на пергаменте требовательно проговорил:

- Узнал?

Вампир с учтивым поклоном, водрузил перед мастером бутылку столетнего грана и небольшой бокал с пятью гранями. Он знал, что господин не терпит, когда ему наливают выпивку слуги, поэтому еще в коридоре откупорил сосуд и просто подал на стол. После, выпрямился и замер с прямой спиной.

- Да, мой мастер! – твердо ответил он.

Артефактор резко отшвырнул от себя послание императора. Порывисто налил себе полбокала. Сделал большой глоток, и лишь затем обессиленно откинулся на спинку кресла.

- Я тебя внимательно слушаю, - уже спокойно сказал Синий Дракон.

Вампир чуть склонил голову.

- Девушка была принята на оба факультета и оба Потока, мастер. Ее руководителем назначена Доминика Отлин. Сегодня первые занятия по некромантии.

- Отлин – еще та зараза, - многозначительно, впрочем, беззлобно протянул артефактор. – Проследи, чтобы она не сильно наседала на Лину, но не вмешивайся! Только наблюдение. Все докладывай мне.

- Слушаюсь! – еще раз поклонился дворецкий.

- Дальше, - качнул бокалом в руке мастер.

- Я убежден, что никто из мастеров не распознал подмены.

- Уверен?

- Вне всяких сомнений, мой мастер. У меня были опасения из-за мэтра Велизара, но и он не распознал Пергамента Души.

Элвин Ратри тихо рассмеялся.

- Этот парень еще в годы учебы отличался редкой напыщенностью, так что он будет последним, кто признает в нашей девочке подмену. Слишком испугается за свою репутацию идола.

- Размещена госпожа на Первом Потоке…

- С духом-стражем договорился? – перебил маг.

У вампира чуть дрогнуло веко над левым глазом, а спина стала еще прямее.

- Боюсь это несколько сложнее, мой господин. Дух на уступки идти не желает и в помощи отказала.

- Хм… - только и сказал мастер Ратри, делая еще один глоток.

В кабинете на минуту воцарилась тишина.

- Она что-то просила?

- Да, досье на всех первогодок своего факультета.

- Предоставил.

- Разумеется! Только общие сведенья, без подробностей.

- Отлично!

И снова пауза, только на тот раз немного напряженная. Если бы в кабинете сейчас были сторонние наблюдатели, то они бы, конечно, ничего не заметили. Но, мастер Ратри слишком долго руководил этим вампиром, чтобы не увидеть его напряжения.

- Что? Даремор, ты же знаешь, что я предпочитаю плохие новости получать сразу, без проволочек!

Вампир склонил голову и выудил откуда-то из-за спины папку с толстым пергаментным листом, на котором четко виднелись переливы защитной магии. Такие простенькие заклятья самого низкого порядка ставили на все официальные грамоты и договора в государственных структурах. Они защищали написанное от влаги и износа всего на десять лет. Во всех остальных структурах, например: в торговле, тайных канцеляриях, архивах кланов и прочих, на документы, ради их сохранности, наносились куда более сильные чары, которые сохраняли информацию веками. Только в тюрьмах, городских ратушах, малых архивах и прочих мелких конторах использовали такую слабую магию.

Синий Дракон удивленно вскинулся.

- Согласно отчету младшего мага-дознавателя за вчерашнее число: некто Ристит обезвредила трех нападавших и вступилась за честь и жизнь луры Клюева…

Когда вампир закончил зачитывать отчет, то спрятал бумагу себе за спину привычным и грациозным жестом, снова склоняясь в полупоклоне.

- Кто эта девушка, Даремор?

- Неизвестно, мастер.

- Это, как? – не понял артефактор.

- Лура с таким необычным именем рода явно находится под покровительством мэтра Велизара. Когда ее доставили в городской Бастион и целитель оказал ей минимальную помощь, то дознавателю не удалось провести допрос. Явился Глава Школы и забрал луру. Информации о ней крайне мало, а та, что есть вся, как-то связана с мэтром.

- Прекрасно, - медленно протянул Синий Дракон.

- Я могу лишь с полной уверенностью утверждать, что юная госпожа защитила девушку добровольно, и со всем возможным, в ее положении, рвением…

- Даже так, - снова перебил вампира мастер Ратри. – Значит, не успела Линочка ступить на благословенную землю Видьят, как уже нашла себе Первую связь?

- В этом я уверен, мой мастер! – спокойно резюмировал вампир.

- Тогда, - маг на мгновение замолчал, раздумывая, - очевидно, что нам с тобой нужно знать об этой луре все. Она – уже почти член семьи, поэтому не будем портить себе нервы сомнениями, Даремор. Но, настройся на то, что за подругой твоей госпожи идет охота. Не вмешивайся, однако будь готов к тому, что Веселина обратится к тебе за помощью.

Вампир склонился в поклоне, плавно развернулся и вышел из кабинета через дверь. Ему не нравилось, что юная госпожа допускает установление связи так быстро, но если мастер приказал следить и за первой подругой юной госпожи, он не станет, даже в мыслях, выносить вердикт этому. Приказ мастера – не обсуждается, не вызывает осуждения или иной критики. Он незамедлительно выполняется! Такова его роль, роль настоящего слуги истинного господина.

Синий Дракон, Элвин Ратри, и еще множество самых разных имен, проводил своего дворецкого внимательным взглядом. Он, Элвин, уже не один десяток лет, как старик. Еще совсем немного пройдет этих самых десятков - и его в этой реальности не станет. Его естество уйдет за Грань, к Пантеону Богов-Создателей, чтобы те, кто уже однажды решил подарить ему жизнь, приняли новое решение в отношении него. Впрочем, Элвин никогда не считал жизнь подарком или даром, хотя именно этому постулату учат во всех храмах всех Богов Пантеона. Он считал жизнь поручением, приказом Богом, первым в его нынешней памяти заданием, которое он должен выполнить, исполнить порученное и предстать пред лики Богов, и Милостивой Астарты в частности, либо с поражением, либо с гордостью. Да, он-то сейчас как раз старик, но вот его дворецкий – нет! Даремор будет жить еще очень и очень долго. Как не странно, но подобное не вызывало в сердце артефактора зависти или обиды никогда… до этого самого момента.

Сейчас маг особенно остро ощутил свою усталость. За свои прожитые века он совершал ошибки, любил, мстил, презирал и страдал, радовался и упивался победами. В его судьбе было многое, но именно сейчас маг особенно остро ощущал скоротечность времени. Нельзя было сказать, что мастер не любил своих детей или жен. Но, именно его внучка, его горделивое маленькое чудо показало ему, что такое любовь. Элвин видел себя именно в служении. Он был предан императору и его династии, раскрыл не один заговор и не одно преступление против истинной власти Кираны поэтому-то семья, да и будущее рода не слишком его волновали. Его дети, как и супруги были далеко не глупыми разумными и прекрасно понимали многое из того, что не понимают или не хотят понимать прочие. Все они так или иначе служили империи и пали за нее. Это был смысл и цель его рода, уже не одну тысячу лет. «Верность, Преданность и Честь» не просто слова на гербе Ратри. В его роду знали значение этих слов и растили новое поколение с этим знанием. Мастер с малолетства впитал смысл этих букв.

Но, но и еще раз, но…

Маг вздохнул и еще раз пробежался глазами по аккуратным строчкам доклада магической стражи.

Гибель его рода ради чести и преданности впервые не казалось ему таким уж верным решением. Он тихо презирал себя за то, что стал похож в своих мыслях и страхах на тех, кто бросив подчиненных воинов на поле брани, кидались в бега. Сейчас он и сам хотел бы сбежать и спрятать свой последний цветок, любимую внучку, от всех и вся. Хотел бы, но не сделает этого, потому что сейчас в этом не было смысла. Ситуация в мире такова, что если ничего не сделать, то очень скоро артефактникам будет некуда бежать. Для многих в имперской канцелярии подобные мысли Ратри казались смешными, но он знал историю нескольких рас, которые уже пали. На Аарде нет больше ни красных эльфов, ни белокрылых и прекрасных элманасов, ни болотных драконов, и еще пары десятков разумных рас, которые пришли в мир и канули в его пропитанных кровью и болью землях. И артефактники, несмотря на всю свою силу и власть, несмотря на весь свой ум, наконец, встали у той черты, за которой неизбежен крах.



~~~~~***~~~~~



Стоило вступить на ковер холла общежития, как передо мной из воздуха соткалась Мора. Дроу пронзила меня янтарным блеском прищуренных глаз.

Я склонилась в поклоне.

- Могу ли я вам чем-то помочь? – спросила я.

Темная эльфийка звонко рассмеялась.

- Это я могу тебе помочь, - проговорила она, неизвестно откуда достав сложенный вчетверо листок. – Танар Дэиваар приходил и передал тебе список книг, которые нужно получить в библиотеке. Еще, он велел передать, что завтра после заката ждет тебя на третьей парной тренировочной арене.

Я кивнула, спрятала в карман список книг, потом снова поклонилась.

- Благодарю, Мора, - сказала я.

- Иди, иди, - почти покровительственно ответил мне дух-хранитель.

Добравшись до комнаты, я устроилась на кушетке около окна вместе с принесенной папкой Даремора. Свободной рукой принялась наглаживать Келлема. За пару оставшихся часов до назначенного Розой времени, я мало что успею прочесть, но уже завтра меня ждет встреча с теми, кто, по мнению Синего Дракона, скоро станет жертвами нападения, а значит выучить хотя бы поверхностные данные про своих коллег я просто обязана. Келлем наслаждался, или что было бы точнее, просто питался моей энергией. Я не чувствовала усталости или боли, как бывает при любом виде вампиризма, но знала, что это существо именно питается от меня.

Пока я неспешно двигалась в сторону уже знакомой мне калитки, чтобы уйти с территории Школы пришлось отметить парочку теней в отдалении. Этот оборотень все-таки не отстал. И было бы странно, если бы он не приставил ко мне слежку. Впрочем, кто именно меня сейчас больше беспокоил: оборотень или дракон, сказать было сложно.

К Зеленому Туману я добралась ближе к трем часам дня. Время уже считалось послеобеденным, поэтому зал был практически пуст. На дверной колокольчик никто не отреагировал. И из двери за небольшой колонной к стойке никто не вышел. Я потопталась какое-то время, любуясь кремовыми завитушками на свежей выпечке, выставленной на всеобщее обозрение, а потом просто плюхнулась за ближайший столик.

Розалия появилась минут через пять в компании двух явно заплаканных подавальщиц. Лицо хозяйки травной было искаженно гневом, глаза сверкали, а губы сжаты в тонкую нитку. Увидев меня, она моргнула, словно не узнала, и только потом махнула мне.

- Доброго дня! – все еще немного зло буркнула она, когда я подошла, а она заняла свое место за стойкой.

- И вам, - кивнула я.

- Значит так, сборы зачаровывать будешь по этому списку, - она выудила из-под стойки несколько блокнотных листов. – Прошлый наш зачарователь хорошо поработал с организацией, так что там не сложно разобраться. Имей в виду, что меня все устраивает в идеях прошлого мастера, поэтому все новинки обсуждать только со мной. Твоя задача: приготовить заварочных порций сборов на пять дней, хотя там все написано, поняла?

Я кивнула.

- Тэрну! – прогремела Розалия, куда-то мне за спину.

К нам чуть ли не вприпрыжку подскочила одна из зареванных подавальщиц в фартуке.

- Проводи луру на склад! – велела она.

Девушка быстро поклонилась мне и указала рукой на ту самую, почти незаметную дверку. Мы быстро пошли по небольшому коридору к самой дальней двери.

Как оказалось, склад травной делился на три неравные части. У самой двери, слева от входа стояли два больших стеллажа с широкими полками из старого дерева. Каждая полка стеллажа была разделена на несколько отдельных ячеек, и каждая была аккуратно подписана на человеческом языке. Видимо, хозяйка Зеленого Тумана была уверена в том, что все работники ее заведения просто обязаны знать ее родной язык. В каждой ячейке плотными рядками лежали мешочки с уже отсортированными отвалами. Каждый мешочек был так же аккуратно подписан.

Присмотревшись, я отметила, что под названием отвара шел и вес. Мешочки были разделены на три стопки: для маленьких чайников или больших чаш, средние чайники, и большие порции отвара на шесть и более персон. В нижних ящиках прятались сушеные фрукты и крупные травы, в верхних – самые мелкие и молотые, а на уровне глаз, как я поняла, те, что пользовались особой популярностью.

Девушка ушла молча после моего кивка. Розалия, похоже, хорошо отчитала подчиненных, и это произвело такой эффект, что девушки забыли про все приличия. За стеллажами шла большая комната без окон. Кусочек пространства у двери был отделен от остального деревянной створкой. Сама рабочая комната так же делилась на две. Первая, малая часть, представляла что-то вроде коробки из таких же стеллажей, что и у входа, только ниже и шире. Внутри нее большой стол у самой стены. Над ним к одному из шкафчиков было прикреплено несколько мелких кристаллов-светильников. На столе стояли несколько весов, рядком легкие грузила для выравнивания показателей, ступки с пестиками, керамические и деревянные плошки и с десяток разных ложек и щипчиков. На стене прямо над рабочем местом висело несколько больших свитков, исписанных таблицами для составления сборов к отвалам.

С другой стороны от рабочего стола была тонкая ширма с цветочным орнаментом, а вот за ней прятались большие и маленькие мешки с травами, ящики с сушеными фруктами, прикрытые корзины с ягодами и штабели небольших ящиков с кореньями и растениями, которые невозможно достать в количестве мешка, то есть редкие и очень редкие.

Я прикрыла глаза и потянулась к пространству вокруг. Как оказалась Розалия подошла к своему делу весьма ответственно. Помещение склада было буквально увешано всеми возможными бытовыми заклятьями. Я насчитала три самозаменяемых друг друга заговора от пожала и потопа. Два – от всяких насекомых, грызунов и прочих зверьков, которые могут пробраться к травам. Редко какой торговец тратит такие деньги на охранные заклятья для своих ангаров, а вот моя хозяйка не поскупилась на качественную защиту. Склад не загорится и не потонет, а благодаря бытовой магии здесь всегда будет сухой воздух и одинаковая температура.

Осмотрев чистое и аккуратное пространство вокруг себя, невольно хмыкнула. Прошлый мастер зачарования очень любил свою работу. И теперь понятно, почему Розалия так против перемен в ее травной. Сняла сумку с плеча и закинула ее в самый дальний угол. Прищелкнула пальцами, чтобы тусклый свет стал ярче. Разложила блокнотные листы с рецептами сборов и принялась за работу. По сути записи, выданные мне хозяйкой повторяли более детальные рецепты со стены над столом.

Мне нужно было просто взвешивать на подходящих весах нужное количество трав, корешков, ягод и прочего, потом правильно смешивать все это в отдельной плошке, и после контрольного взвешивания, зачаровывать на определенный результат, то есть усиливать природные качества того или иного сбора. Например: лепестки танга часто использовались для поднятия настроения у детей, и прописывались целителями, как тонизирующие после простуд у малявок. Потому танг в составе сбора мог только тонизировать, а не успокаивать. После зачарования мне полагалось пересыпать сбор по порционным мешочкам. Работа, если это вообще можно было назвать работой, не требовала никакой умственной нагрузки, все очень монотонно, хотя и требовало точности.

Но, светлый эльф был прав - ни одно обычное зачарование не идет ни в какое сравнение с изготовлением самого простенького артефакта. Для зачарования трав мне не требовалось взывать к Дэса, так что уже примерно через полчаса я влилась в монотонность действий. По таблицам на стене я быстро сообразила: какое количество готовых порций от меня требуется.

Мыслей в голове было много, но все они как-то плавно и незаметно растворились в ароматах трав. Через часа три работы я остановилась. Руки немного дрожали от часто повторяемых заклятий, а в глазах слегка плыло. Наверно, будь на моем месте обычный молодой маг, он выдохся бы раньше. Но, меня это не оправдывало. Дед не раз говорил, что задача артефактника выжить там, где все остальные умирают. А раз я так быстро чувствую усталость от напряжения магических потов, то и в этом медяк мне цена, как артефактору.

Я медленно поднялась, подхватила поднос с готовыми мешочками и добралась до выхода со склада. Разложила по стеллажам у двери свою работу, и двинулась в сторону залы со столиками. Мне требовалось вытянуть ноги и выпить пару кружек крепкого и желательно сладкого отвара.

Посетителей под вечер уже было куда больше чем днем, что не удивительно. Я не заметила ни одного адепта или ученика Видьят, что тоже, в общем-то, не удивляло. У стойки Розалия, с покрасневшим лицом и сузившимися от гнева глазами, отчитывала темноволосую подавальщицу. Спора за общем шумом слышно не было. Я глянула в их сторону только один раз, и отвернувшись пристроилась у одного из окон, за меленьким столиком на одной ножке. Ко мне тут же подбежала та самая девушка, которая провожала меня до склада.

- Всеуважаемая лура чего-то желает? – спросила она.

- Да, принесите мне, пожалуйста, самого бодрящего отвара, - проговорила я хриплым, словно со сна голосом. Поморщилась и прокашлялась.

- Есть отвар с чербанкой и горном, еще есть отвар с кармвой и лесными ягодами.

- На ваше усмотрение, - вымучено улыбнулась я. – И пару пирожков с медом, если возможно.

Подавальщица кивнула и умчалась в сторону склада. Я обессиленно откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Руки не дрожали, но мышцы в ногах слегка подергивало. Удивительно, у артефакторов просто нет магического резерва, но и мы можем испытывать признаки его истощения. Связано это было с тем, что тела артефакторов, как и любых других разумных, имели свой лимит прочности и страдали от излишнего использования магических потоков. Мне не раз раньше приходилось испытывать нечто подобное, и каждый раз я радовалась, что мне не ведома будет боль от истощения, как любому магу.

Вялые мысли в измотанной голове снова и снова возвращались к оборотню. С волком нужно было срочно что-то решать. И мне не приходило на ум ничего, кроме силового метода. Первой совершать какие-то действия казалось глупым, а вот ответный ход мог быть только силовым. Мне не хотелось калечить его, но в драке возможно все. Меня с детства учили, что рано или поздно, я хоть и не хочу, и не могу, но стану причиной смерти разумного. Свой список жертв есть у всех артефакторов, и я не стану исключением, если хочу выжить. Но, мне и в голову не могло прийти, что стоит сделать шаг за порог родового домена, как тут же я открою свое личное кладбище первой жертвой.

За невеселыми мыслями о своей судьбе, где-то за этой мутью воспоминаний нашей беседы с волком, то и дело всплывал образ радужной адептки ведьмовского факультета. Марина почему-то вызывала у меня не столько раздражение и обиду, сколько страх. Чутье подсказывало, грызло червячком где-то глубоко внутри, что с этой девушкой не просто что-то не так, с ней все не так. И я еще не раз буду влезать в неприятности из-за нее. А еще я почему-то была уверена в том, что человечке грозит куда большая опасность чем мне. И эта мысль… ранила. Странные, непонятные ощущения, словно эта глупая девица для меня что-то значила, словно она была мне близка. Раньше подобное беспокойство, только куда сильнее, я могла почувствовать только за деда или Даремора.

- А ты хорошо поработала! – донесся до меня голос хозяйки Зеленого Тумана.

Я вздрогнула и открыла глаза.

Напротив расположилась Розалия. Румянец гнева еще играл на ее щеках, но глаза уже не метали молнии.

- Госпожа Розалия, - промямлила я.

Женщина брезгливо поморщилась.

- Я говорила, что в этой травной нет господ! Я тут прогулялась и оценила твою работу. Ты молодец! Раньше травы зачаровывала?

- Нет, просто у меня есть некоторая склонность к эмпатии. Я же артефактор, а это у нас почти у всех врожденное.

- Ну да, ну да, - задумчиво покивала Розалия, рассматривая меня.

Подошла подавальщица с дымящимся отваром и глиняной тарелкой с пирожками. Она молча расставила все на стол и быстро ретировалась.

Я поймала на подавальщице гневный взгляд хозяйки. И повинуясь законам вежливости спросила:

- Что-то случилось?

- Да уж случилось, - зло прошипела Розалия. – У меня на сегодня только две подавальщицы. А одна через час уходит родню с дирижабля встречать. Маменька ее, видите ли, без предупреждения нагрянула. А вторая-дуреха кому-то дорогу перешла…

Пышная блондинка резко замолчала. Я ждала с минуту пока она продолжит.

- Прокляли девку Бурой Плесенью. Она ни к одному отвару прикоснуться не может. Сразу от ее руки любой бурой коркой покрывается. Я ее сейчас к лекарям отправила. Но, она у меня больше не работница! Есть еще две луры, но обе прийти на подмогу сегодня не могут. Вот и выходит, что сегодня весь вечер я буду отвары готовить и разносить тоже я буду. А сколько тогда ждать будут разумные, а? Вот то-то и оно, что пострадает репутация, слухи пойдут из-за этой, что с Бурой Плесенью. Убытки большие, а все из-за чужой дурости и моей мягкотелости.

Я раздумывала пару мгновений.

- Как готовить отвары я не знаю, но, думаю, просто подавальщицей вечер смогу поработать. А что касательно слухов…

Я подмигнула Розалии и прикрыла глаза. Мысленно призвала тень и раскрыла в памяти рисунок самого простого заряжающего контура, которым пользовался дед, чтобы поддерживать слуг в бодром настроении. Обычно мастер Ратри раскрывал его на всю площадь дома. И каждый, кто входил в него ощущался легкий, почти незаметный подъем сил на час или два. В сущности это были мелочи, но утро под таким заклятьем всегда проходило намного легче. Не было смурных и заспанных лиц, а главное разумные чувствовали, что о них заботятся. У дедушки это заклятье не отнимало сил, даже не сбивало дыхания, хотя подпитывались от его воли больше полусотни разумных почти ежедневно. Сейчас в травной было меньше посетителей, но у меня выступила холодная испарина на лбу.

Далеко не все заметили, как на полу развернулся круг заклятья. А те немногие, что заметили и поняли значение светло-голубых символов с довольными и благодарными улыбками зааплодировали Розалии.

- Ну вот! – удовлетворенно сказала я, когда небольшой переполох сошел на нет. – Теперь сплетням о Бурой Плесени просто не поверят. Слишком много свидетелей видели, что здесь устраивают посетителям небольшую энергокормушку, за умеренную плату.

- Поверить не могу! Ты – маг разума?! – ошарашенно выдала хозяйка травной, глядя на меня круглыми глазами.

- Нет! – я покачала головой. – Это заклятье не оказывает влияние на разум. Просто в окружающем пространстве мира создаются такие условия, при которых подсознание любого невольно вспоминает что-то очень приятное. Сознательная часть разумного это не фиксирует, но в тебе создается, на некоторое время, ощущение подъема и радости.

С минуту мы молчали.

- Ну, так как? – не удержалась я. – В подавальщицы возьмете?

Розалия только кивнула.

Работа подавальщицы оказалась не сложной, но тяжкой для ног. К тому времени, как за окном стемнело, в травную набилась целая толпа. Видимо, так происходило каждый вечер. Розалия безвылазно готовила заказы на небольшой кухне, а вот мне проходилось бегать, бегать и еще раз бегать. Как не удивительно, но за несколько часов работы я не увидела для себя ничего нового. Меня не прельщало рассматривание незнакомых лиц, приторная улыбка, которая сковала мышцы на лице, и одни и те же повторения. К моему не малому удивлению, в Зеленом Тумане не нашлось ни одного нового посетителя. Каждый, кто делал заказ, уже знал чего и сколько хочет. Через какое-то время у меня просто отключилась часть сознания и я монотонно и неуклонно просто выполняла одни и те же действия, не раздумывая, не придавая им эмоциональной окраски.

После десяти посетителей почти не осталось и Роза выбралась из кухни и стала проводить время за стойкой. Скоро и последние две парочки ушли. Я как раз собирала посуду с одном из столиков, как в травной появилась странная пара.

Девушка, с густыми вороными прядями с ультрамариновым отблеском. Меня удивила длинна волос, до самой поясницы. Такое богатство вызывало не только восхищение, но и маленький укол женской зависти. С миндалевидными ярко-голубовато-серыми глазами, которые даже в полумраке зала заметно блестели и привлекали внимание. Внешний уголок глаз был чуть приподнят к виску, из-за чего взгляд приобретал таинственную поволоку. Она была стройной, в простой рубашке без рукавов и свободных таких же простых брюках. Волосы затянуты в тугой хвост. Прямой нос, красивые аккуратные губы, чуть бледноватая кожа. При первом взгляде на нее мне подумалось, что она человек, но уже через пару секунд стало ясно, что я ошиблась. Да, эта девушка хоть и походила на красивую человечку, но это было не так. Что-то выдавало в ней иную расу, но что даже я, со всеми своими знаниями, понять не смогла.

Ее спутник без сомнения был вампиром. Высокий, стройный, даже немного худосочный, с резкими прямыми чертами лица и цепким взглядом охотника. И уже до боли знакомой мне невозмутимостью в глазах. Нет, этому вампиру было очень далеко до Даремора. Он был слишком молод и неопытен, чтобы овладеть всеми повадками и чертами нашего дворецкого, но что-то общее у этих мужчин было. Он двигался более плавно, чем черноволосая красавица и с какой-то выверенной аристократичностью что ли. Они рядом совершенно не смотрелись, как могли бы не смотреться рядом деревенская внучка знахарки, никогда не выезжавшая дальше своего уезда и дворцовый щеголь. Они были из разными миров, сословий, образа мысли, представлений о морали, и это так явно бросалось в глаза, что вызывало желание недоуменно открыть рот.

Вампир держался чуть позади девушки, оглядел залу мимолетным, но очень пристальным взглядом. Плюс - сходство с Даремором навело меня на мысль, что этот вампир охраняет девушку. Но, что может заставить явного аристократа, к тому же вампира охранять непонятную девицу моего возраста с поводками простыми, как смена дня и ночи? Подобного охранника могли нанять, но насколько я знала, вампир-аристократ может пойти в слуги только за большие деньги и только добровольно, но кто станет платить за сохранность девушки, в которой явно нет ни капли королевской крови, просто потому что ее явно не учили манерам с шести лет, как всех аристократов империи. Она двигалась свободно и даже развязно, как никогда не стала бы действовать та, кого гоняли с книгами на голове, ради тренировки осанки. Она горбилась, что тоже невозможно, если ее образованием занимались бы в роду. Вот и выходило что-то совсем странное, противоречившее самой логике знакомых мне устоев.

Пара направилась в сторону столиков с большими мягкими креслами. Как я и предполагала, вампир оказался слугой. Он не стал садиться в кресло напротив девушки, а застыл неподвижной статуей у стены. Я прошла с полным подносом грязной посуды мимо них, и скрылась за дверью на кухню.

От внезапной мысли меня передернуло. Вот везет мне на странных разумных. То, девушка с настолько чистой аурой, что глаза слезятся, и что по всем законам мироздания, просто невозможно. То, волк питающийся кровью, а возможно и плотью моих собратьев, что кстати, тоже вроде бы как нереально. Я что, притягиваю к себе все аномалии Кираны?

Прошла на кухню и водрузила тяжелый поднос на большой стол.

- Веселина, - окликнула меня Розалия. – Выброси мусор и иди домой.

- А посуда? – спросила я.

- Сама помою. Поздно уже, а тебе еще завтра учится. Ты уж прости, что загоняла, но твою помощь просто нельзя переоценить. Благодарю от всего сердца!

Она протянула мне две монеты и нетерпеливо оглянулась на дверь. Не нужно быть мастером, чтобы понять – хозяйка знает новых гостей и стремиться выпроводить новенькую.

Пожала плечами, спрятала монетки в кармашек на корсете, потом прошла в закуток с мешками, куда подавальщицы сбрасывали все остатки, объедки и жмых. Прищелкнула пальцами, облегчая два здоровых мешка, чуть ли не с меня ростом, и поспешила ко второму выходу их травной.

На заднем дворе имелся самый настоящий маленький садик. У каменной стены, по которой вились несколько видов плюща была большая яма, в которую и сбрасывались мешки. Так как уничтожали их по разному (то, топили, то жгли, то разлагали) вся почва заднего дворика была так сдобрена полезностями, что здесь прекрасно уживались самые разные кусты и цветы. Полюбовалась видом этой красоты в лунном свете. Свежий ночной воздух будоражил и отгонял усталость. Хорошо!

Я ногой откинула деревяшку, которой прикрывалась яма. Спустила туда мешки. Выпрямилась и уже собиралась запустить огненное заклятье, как вдруг уловила волчий аромат. А в следующий миг от удара по затылку в глазах взорвались звезды.

«Прахов волчара! – с чувством выругалась я про себя, оседая на землю.»

Глава 7. Дружба зарождается по-всякому.

Глава 7

Дружба зарождается по-всякому.

Вчера решил собраться с мыслями

Но, ни одна мысль на собранье не пришла

(Жизненные двустишья)


Впрочем, упасть мне не дали. Сильные руки ухватили за плечи и вздернули вверх. От рывка чуть не прикусила себе язык. Ладно, обморок оставим на потом.

Оборотень одним прыжком перемахнул через яму и протащил меня через кусты к каменной стене сарая. Как оказалась, маленький садик не вплотную примыкал к постройкам. За пышным кустарником и цветами имелся небольшой пяточек. Сама каменная кладка была плотно увита несколькими вьюнами разных пород. Поэтому, когда оборотень развернул меня к себе лицом и с силой приложил о стену боли не было. Только тихий треск веток.

Марк был не один, за его спиной из кустов бесшумно выбрались два его собрата. Этих парней я уже видела в столовой. Я затравленно смотрела на оборотней снизу вверх и старалась вжаться спиной в стену. Вот, грифоны перекормленные! Каждый на две головы выше меня, маленькой и хрупкой.

- Даже не думай устраивать свои фокусы! – зло рыкнул на меня один из тех, кто за спиной.

- Да, дорогая, мой друг прав – не стоит нас злить, - с покровительственной улыбкой поддержал Марк.

- Чт… что вам нужно? – пискнула я.

Марк посмотрел на меня с почти искренним удивлением.

- Я же говорил, что времени тебе до вечера. Ты решила?

Я старательно помотала головой.

- Я… я не могу, - колени дрожали, и я снова начала сползать к земле.

Марк ухватил за шкирку и поставил ровнее.

- Э – неет, - протянул он, - так дело не пойдет!

Кожа на его правой ладони дернулась и превратилась в когтистую лапу. Длинный коготь скользнул по щеке к шее. У меня из глаз покатились слезы, а сердце зашлось в бешенном ритме от страха.

- Ты же не хочешь испортить такую милую мордочку шрамами? – вкрадчиво прошептал он.

Я судорожно всхлипнула и что-то невнятно пробормотала, задыхаясь от слез.

- Что, что? – уточнил улыбающийся волк и наклонился еще ближе.

Подняла голову и потянулась к его уху, чтобы повторить. И от души, со всей возможной силой, пнула носком сапога его по левой ноге, ниже колена, прямо по кости. Даже я, через сапог почувствовала удар. Пальцы мерзко заныли, и кажется, онемели. Оборотень взвыл дурным голосом и стал заваливаться на меня, в инстинктивном желании припасть на ушибленную ногу.

Подвинула корпус право. Рывком ухватила парня за затылок. Пальцы вспыхнули ускоряющим заклятьем. И впечатала лоб бородатого ухажера в стену. Дальше – резко вниз и еще дальше вправо вдоль стены, потому что двое волков уже поняли, что происходит и попытались ухватить меня.

Присела на корточки, закрыла голову руками. Марк завалился на одного. А вот второй, успешно ухватил меня за волосы. Превратившиеся когти царапнули кожу. Я заорала. Волк-неудачник тоже. Всем известно, что бывает если пустить кровь некроманту, если он того не хочет. Приличный такой ожог на пальцах зверю гарантирован.

Волк отпрянул от меня на пару шагов, зажав правую кисть левой. Мне этого пространства между нами хватило, чтобы изменить положение – и когда он, с уже изменившимися зрачками, шагнул ко мне и приподнял ногу для удара, я впечатала подъем сапога во внутреннюю сторону бедра его левой ноги. Противник взвыл и рухнул, как подробленное дерево.

Рокочущие звуки из глоток перекидывающихся волков заполнили пятачок. Марк и его приятель уже вскочили на ноги. У Марка из носа на уложенную бороду двумя струйками стекала яркая кровь. Нас разделяло всего несколько метров, поэтому я ничего не могла сделать, кроме магии. Но, что может ученица-малолетка против почти что выпускников? Правильно, ничего!

Поэтому я приготовилась к боли. Быть не могло, чтобы Марк простил мне такую подлость, а значит, будет мстить и мне это очень не понравится. В миг, когда время привычно замедлилось, давая мне возможность, как артефактору, запустить заклятье и постоять за себя, отчетливо ощутила пять тоненьких ручейков прохладной крови, которые как горные роднички путались в прядях спутанных волос и вот-вот засмеяться по лицу. Это было странное, ведь я привыкла, что кровь горячая, а не холодная, но приятное ощущение. Все равно, что тень в жаркий злой.

Нет, в темной стороне баланса сил есть свои несомненные плюсы!

Так как магию я применять бы все равно не стала, то прикрыла глаза, чтобы не видеть во всех подробностях искаженные яростью лица оборотней. Лапа Марка, уже разрывающая тонкую ткань рукава, почти достала до моей шеи, когда внезапный резкий рывок дернул меня назад. Успела даже удивиться, прежде чем сообразила, что это моя собственная тень. Она отдернула меня назад в самый последний момент, дав с десяток метров для маневра. Меня спиной протащило через кусты краснолистного танга. С трудом одержала равновесие, когда скудные силы тени ослабели – и я стала падать.

Если бы моя тень не была под влиянием подчинения она бы никогда не встала на мою защиту. Скорее, злорадствовала бы. Но, сейчас мой приказ к служению требовал от нее сделать все, чтобы защитить хозяйку. Могла она немного, без моей подпитки или призыва Дэса. Пугающие горловые хрипы, треск ткани и что-то похожее на скулеж доносились из-за кустов секунд пять. Невообразимо много для перепуганного сознания любого разумного. У меня было время решить, что делать. Я была не так далеко от запасного выхода Зеленого Тумана и вполне могла попробовать успеть… Но, стравливать вампира и трех взбешенных оборотней – кто-то точно умрет. К тому же не хотелось подкидывать такой подарочек Розалии. Она мне понравилась, а разрушать ее травную, а потом из своих невеликих закромов оплачивать ремонт – значит, навлечь на свою голову лишнее вопросы. К тому же у меня были планы в отношении Марка. Оборотень не должен расплачиваться головой за ошибку, приведшую его к зависимости. Но, для моей задумки, которая еще не факт, что сработает, волк должен быть относительно цел и в шаговой доступности. А если его за нападение закроют в Твердыне, то ничем я ему уже не помогу. И какой из меня тогда артефактор?

Поэтому я осталась на месте. Из остатков кустов выпрыгнул первый волк, еще на длинных, неестественно изогнутых задних ногах. Едва успела увернуться – волк пролетел дальше, мне за спину и рухнул в открытую яму для мусора. Правая рука нащупала что-то твердое и холодное на поясе. Кинжал! Обрадованно выдернула оружие из крепления. Хоть какое-то оружие…

А дальше случилось то, что, наверное, случалось с каждым из моего племени. Когда из того же закутка на освещенной парой лун пяточек выскочил второй волк, и так же в прыжке попытался достать не клыками, а лапами время замерло. У меня была возможность схватить купленный клинок так, чтобы вогнать его под ребра. Я видела, как можно насадить пасть оборотня на лезвие. Видела, что при минимальном риске можно попробовать полоснуть, уйдя вниз, и по брюху, а учитывая остроту металла, все что под шерстью оказалось бы на мне. Боги Пантеона, Милостивая Астарта, я видела как убить его, но не смогла перехватить рукоять для удара. Каждая частичка меня словно превратилась в камень. Я, как никогда прежде, остро осознала, как умирают артефактники. А вот так и заканчивался, и заканчивается, и еще не раз закончится жизненный путь представителей моей расы.

Нет, я знала, что ни один из нас не может убить напрямую, только апосредовательно. Например: создать артефакт, который превращает живую материю в лед и создать условия, при которых тот пробудиться и убьет врага – так, пожалуйста. Но напрямую, глаза в глаза, тело просто не сможет нанести удар. Я знала это, но еще никогда не чувствовала это на своей шкуре. Примерзапакостное ощущение, надо признать!

Я выставила вперед руку с кинжалом так, чтобы просто полоснуть. Несмотря на скорость волка, мне удалось выиграть и отклониться чуть в сторону, уходя от его лап. Рука ушла в замах - и я полоснула на наглой морде, надеясь, что достала хотя бы до одного глаза. И… ничего!

Прах и Тлен, клянусь я видела, как лезвие достало до морды оборотня, но не причинило ему никакого вреда, вообще никого, так словно это был не кинжал некроманта, а игрушка, какими маленькие девочки разрезают пирожные из цветов для своих кукольных чаепитий!

От удивления с просто не заметила, как волк легко развернул ко мне голову и достал-таки до плеча. Все произошло настолько быстро, что я даже не заметила укуса и филигранной точности исполнения оного. А выполнено было и правда мастерски. Правда об этом я догадалась намного позже. Сейчас же только увидела блеснувшую, в сверкающем свете ночных светил, дугу из капелек моей крови. Волк пролетел еще несколько метров и приземлился на гравий, молниеносно развернулся окровавленной пастью в мою сторону. Я от его маневра чуть качнулась, отошла на шаг назад, а когда снова выпрямила спину, то увидела, как из темноты на оборотня набросилась здоровенная тень. Прищурилась и с трудом опознала в этом монстре волка. Раза в полтора больше двух других. Мощная грудь, широкая шея, длинные лапы и хвост. Пасть размером с голову других оборотней. В этом существе было так мало от волка, что я решила бы – вижу перед собой сошедшую из страшных сказок тварь Бездны…

Но, это был волк, оборотень, Марк. Чудовище легко опрокинуло собрата, как видно члена стаи, и ухватило его за горло. Доставший меня волк жалобно заскулил. Нет, даже не так, он заплакал. Заплакал, как плачут все щенки, котята и прочее детеныши, понимая, что им конец. В этом звуке было столько мольбы, столько страха и столько отчаянья, что у меня волосы на спине встали дыбом.

Я закричала, осознав, что сейчас увижу. Марк, на правах альфы собирался убить одного из волков своей стаи. Боги Всепрощающие, я не хочу на это смотреть! Я хотела отвернуться, провалиться сквозь землю, но я стояла и кричала. Не знаю, может у меня что-то сломалось внутри. А может, где-то очень глубоко в душе я знала, что будет, если я не привлеку альфу к себе.

Монстр сполз со своей жертвы. Оборотень остался лежать, задрав голову и лапы, полностью признавая главенство и, по-моему, даже не дышал, но был, несомненно, жив. Марк медленно развернул ко мне свою чудовищную пасть и показал клыки. В них капала слюна. Глаза горели в темноте, отсвечивали в свете одной из лун, которая решила выглянуть из-за тучки. Я покорно заткнулась и опустила руки. Уже опуская их по швам, почувствовала на поясе рукоять кинжала.

«И когда только успела вернуть его на место?!»

Впрочем, эта мысль ускользнула так же быстро, как и появилась. Я стояла и смотрела в горящие удушающие своей силой глаза и ждала. Волк шел медленно, плавно переставляя лапы, подняв голову и уши. Я ни о чем не думала, хотя раньше, до попадания в эту злосчастную Видьят, была уверена, что всегда буду бороться до конца.

Оказалось, нет!

Бывают в жизни разумного, даже короткой жизни, моменты, когда ты сдашься без боя. Просто опустишь руки и будешь ждать исполнения приговора.

Я не видела того волка из стаи Марка, которому чуть не перегрызли горло. Я не могла позволить себе оторвать взгляд от этого пламени в глазах наступающего чудовища, но я чувствовала этого парня всем своим не слишком сильным эмпатическим нутром. Он был все на том же месте и молился всем богам, чтобы Марк остался доволен мной, иначе его ждет смерть. Я не видела и того оборотня, что сверзился в мусорную яму, но знала, что если не сдамся сейчас и сама, когда он, Марк, мне это позволяет, то после умрет и второй из его стаи. Они оба умрут и потому что нарушили приказ альфы, и потому что видели его проигрыш, и потому что ему нужно будет сорвать на ком-то свой гнев. Поэтому я просто стояла и ждала.

Альфа подошел ко мне, несколько мгновений всматривался мне в глаза, потом оскалил здоровенные клыки и одним ударом лапы в грудь свалил меня. Я не сопротивлялась. Запретила и тени вмешиваться и прикрывать меня щитом, поэтому приложилась о гравий так, что в глазах потемнело. От удара его лапищей из груди вышибло весь воздух, а потому уже лежа на земле, я тихо застонала. Не столько потому что хотела, сколько из-за того что не смогла сдержаться. Звук вышел странным на вдохе, а не на выдохе.

Марк чуть дернул ушами и сделал шаг вперед. Я оказалась полностью под телом этого волка, поэтому даже если бы и захотела вытворить что-то, то не успела бы. Ему этого показалось мало, поэтому он еще положил мне левую лапу на солнечное сплетение. Я дернулась и вскрикнула. Лапа соскользнула ниже, когтями разрывая рубашку, и замерла на корсете с поясом. Зачарованные вещи удерживали на себе основную массу давления, но дышать все равно было трудно. Волк полюбовался моим перекошенным выражением чувств и наклоним морду и самому лицу. Язык, шириной чуть ли не с мою же ладонь, аккуратно слизал слезы. Я застыла и прикрыла глаза. Потом волк слизал и кровь с лица, лба подбородка и шеи. Затем приступил к ране на плече.

Не знаю сколько это продолжалось, но кажется я все-таки отключилась от реальности, потому что пришла в себя от уверенного, чуть с хрипотцой красивого женского тембра.

- А ну, пошли вон, выродки!

Меня удивило, что Марк не зарычал, и только из-за этого я и открыла глаза. Прямо рядом со входом в травную стояла та самая девушка с черными, длинными волосами и удивительным взглядом. Она стояла с какой-то напускной бравадой, сложив руки на груди.

А за ее спиной расположились не меньше дюжины оплаченных в полный пластинчатый доспех, вампиров. Все они недвусмысленно держали руки на рукоятях мечей или корпусах арбалетов. У всех были оскалены клыки. А некоторые даже нетерпеливо переминались с ноги на ногу и разминали пальцы в толстых наручах.

- Слезь с нее! Только очень медленно. И не надо нас злить!

Миг – и альфа убрал свою лапу с меня. Еще несколько мгновений, в которые я пыталась вернуть внутрь себя воздух – и от ауры оборотней остался только туманный след для поисковой магии. Я еще раз повернула голову в сторону незнакомки и странного отряда.

«Откуда здесь столько вампиров?» - только и успела подумать я.

Но, как только эта мысль сформировалась, отряд дрогнул, подобно миражу в пустыне и пропал. На ступеньках крыльца стоял тот вампир-слуга из аристократов и перепуганная девушка, с квадратными от удивления глазами. Она обогнула своего защитника и бросилась ко мне. Ее порывистые движения, напуганное лицо ну никак не вязались с тем уверенных и хамоватым видом, который я видела еще полминуты назад. Но, такого просто не может быть… Все было слишком реально. Вся картина была не просто натуральна, как хороший морок, она была реальна. И я могла бы поклясться в этом кому угодно и чем угодно. Это невозможно…!

Если только…

- Иллюзион! – просипела я, похоже все-таки сорвала голос пока орала.

Девушка опустила около меня на колени и заглянула в глаза. Страх в них плавно уступил место облегчению.

- Живая, слава всем Богам!

- Иллюзион? – снова прошептала я. Мне очень нужно было услышать ответ, чтобы понять: сошла я с ума или еще нет.

Брюнетка как-то странно улыбнулась, то ли печально, то ли смущенно.

- Да, угадала. Триана Монар, будем знакомы.

Я сидела на стуле, локтем облокотившись на стойку, за которой Роза и встречает своих гостей. Как не старалась, но не могла удержаться – разбитая и распухшая губа жутко саднила, а потому приходилось, морщась от резкой боли, ее изредка облизывать. Здоровой рукой я одновременно пыталась удержать разваливающеюся на клочки рубашку и пальцами прижимала к ране на плече смоченную тряпочку с каким-то отваром.

В голове чуть шумело, а во всем теле была какая-то странная усталость. Нет, если сейчас мне велят встать и куда-то пойти, то легко пойду, но все же усталость в ногах и руках присутствовала. И дело было явно не в этой драке. За время тренировок на родовой арене я получала травмы и похуже, чем просто пара шишек на затылке, пара царапин на макушке и не слишком глубокая, рваная рана плеча.

Если кто-то предполагает, что такое может остановить Веселину Ратри – то он жестоко ошибается. Сейчас я точно не страдала рефлексиями от пережитого. Весь день нечто подобного и ждала. Я была в шоке от иного, и волк тут вряд ли мог бы составить конкуренцию, даже если бы оторвал мне руку…

В противоположенной стороне зала шумно, на смеси нескольких языков ругались Розалия и моя новая знакомая Триана. Хотя, наверное, стоило бы называть ее моей спасительницей. О чем именно они там переругивались мне было не интересно. В том смысле, что все и так ясно.

За их спинами, буквально вдавившись в стену стоял вампир. Как выяснилось из короткой беседы – это оберегающий страж Трианы. Наверное, я сильно забегаю вперед. Начну сначала.

Когда девушка соизволила представится. Я сделала тоже самое. Потом она попросила, именно попросила вампира поднять меня с земли и отнести в таверну. Девушка шумно с непередаваемой мимикой обещала мне все блага мира. Мол, сейчас и лекаря найдем и ранка маленькая, и залечим быстро, что аж шрама не останется. И вкусняшек у Розалии море, сейчас меня ими завалят по макушку. И волку этому, и всей его стае за такое хвосты по на отрубаем к Праху! В общем, моя спасительница говорила много и с пылом, а потому просто не замечала, что происходит за ее спиной.

Я видела, точнее сказать, просто знала что обычно происходит с вампирами при виде у меня открытой раны. Наш хранитель гарпий, опытный вампир и приятный собеседник бросился, когда я при нем разодрала себе обе коленки, неудачно спланировав с крыши, при практике левитации. Девушка, еще в детские года хорошо мне объяснил эту особенность расы, потому примерно за пару дней до важных, для любой девушки и женщины, ежелунных событий я пила отвар, чтобы слегка изменить запах крови. И все было хорошо. В нашем доме всегда, до того дня, работали вампиры. Они учили мне по многим дисциплинам и они же были вхожи к нам, как друзья деда. Но, в тот день хранитель зверинца уловил мой настоящий аромат. Приятному во всех отношениях разумному попросту сорвало все запреты, до такой степени, что…

В общем, я с замиранием сердца наблюдала за тем, как лицо вампира исказилось, пошло мелкими судорогами сдерживаемой трансформации, а пальцы стали превращаться в кости, обтянутые тонкой кожицей с длинными острыми когтями. Триана возмущенно обернулась к нему, раздосадованная, что тот еще не бросился исполнять ее приказ. У девушки отвисла челюсть от изумления.

Дрожащий уже всем телом, вампир сипло попросил позволения удалиться. Черноволосая только кивнула – и в тот же миг вампир пропал. Я вздохнула и села. В двух словах пояснила, что артефакторы и вампиры не могут находиться в одном пространстве, если артефактор ранен. Любой вампир не сможет удержать желание поглотить часть силы такого разумного, это просто инстинкт и данность.

Тогда-то и выяснилось, что вампир служит при Триане оберегающим.

Триана понятливо кивала, хотя по глазам было видно, что девушка впервые слышит о таких подробностях расы вампиров. Я представилась и быстро, в минуту, выложила о себе основную информацию, которую уже повторяла за последние два дня раз десять. В пол минуты четко дала понять девушке, что претензий у меня к этом волку нет. Вызывать на его голову боевых магов имперской канцелярии я тоже не собираюсь. Мол, я ей, конечно, очень признательна за помощь, но буду еще более признательна, если она и ее спутник сделают вид, что ничего не видели.

- Но, почему?! – искренне возмутилась она тогда.

В ее глазах было столько непонимания, что мне ничего не оставалось, кроме как попытаться объяснить:

- Я не могу причинить вред разумному, понимаешь?

- Он, значит, тебя здесь чуть не убил – и ему можно! А тебе на его тупую голову власти призвать – нельзя?!

- Нельзя, - устало вздохнула я. – Я просто не могу его бросить. Раз уж дала себе слово, то надо держаться его до конца.

- Бросить? – девушка аж побледнела от собственной догадки. – Ты, что, его любишь?! Ты думаешь, что так придаешь его?!

Я сначала подумала, что она издевается. Но, Триана едва не плакала. Она смотрела так, как могут смотреть только очень сострадающие, сопереживающие существа.

- Ты ничего не знаешь об артефактниках, да? – скорее утвердительно, чем вопросительно спросила я.

Она от такой резкой смены темы растерялась и несколько раз моргнула.

- Ну, нет. Не пойми неправильно, я знала, что вы есть. Знала, что в Северной Школе есть целый ваш факультет… а разве это имеет хоть какое-то значение?

- Имеет, - снова вздохнула я. – Ты, прости, но у меня сейчас не то настроение, чтобы тебе все рассказывать. Об этом мудрые высшие эльфы намного лучше написали, чем я могла бы рассказать. В местной библиотеке, наверника, должно быть хоть что-то о половине моей крови.

Натянула на себя улыбку и попыталась сделать шаг. Едва не рухнула носом в гравий. Триана подскочила и помогла дойти до входа в Зеленый Туман. Розалия уже вовсю варила какое-то месиво из ягод, когда мы вошли. Темпераментная хозяйка отправила нас в зал. Пришла через минуту с двумя кружками отвалов. Бегло осмотрела мою рану. Выдала тряпочку с завернутой в нее кашицей ягод и еще чем-то пропитанной. Весомо припечатала, что собирается быть свидетелем. Триана сообщила хозяйке о моем решении.

Вот где-то с этого момента и начался ор. Розалию до глубины души поразило мое желание оставить данное деяние безнаказанным, и еще больше ее ударило то, что ее знакомая, если не подруга, Триана то есть, поддерживает мое решение. Девушка, быстро приняла мою точку зрения, мое желание, как будто мы были близки. Меня это удивляло, но по ауре было видно, что девушка переживает за меня, как за себя. С чего бы? Но у меня просто не было сил об этом думать.

Стоит отдать должное этой необычной красавице. Триана умела скандалить. Я бы просто не могла так ярко и цветисто отстаивать свою точку зрения. А вот у девушки и словарного запаса хватало, и наглости, и опыта. Дамы так разошлись, что появление вампира, поначалу просто не заметили. Вампир вошел с малого входа с распущенными волосами и в расстегнутом камзоле. Не берусь судить, но и рубашка по-моему, была скорее порвала, чем расстегнула. Вампир решительным шагом подошел к своей хозяйке и склонился в поклоне.

Триана на минуту отвлеклась от спора. Бросила на меня напряженный взгляд, явно опасаясь, что вампир меня напугает. Потом еще более тяжелый на мужчину, уже предполагая, что тот кинется на меня. Похоже, я все-таки запугала ее, хотя приложила все силы, чтобы этого не было. И быстро что-то сказала вампиру. Я не вслушивалась. Вампир после этого и вжался в угол.

Вот в таком необычном, или уже обычном для меня, антураже я и размышляла над невозможным.

Это история, первопричина, которой сейчас орала что-то на эльфийском об упертых магианах с объемистыми формами, началась примерно шесть сотен лет назад. Тогда наш мир впервые сотрясли достижения Януара Младшего. Об этом маге сейчас известно не слишком много. Нельзя даже с полной уверенностью сказать к какой расе он принадлежал и где обучался. Нельзя быть даже с уверенностью сказать о его смерти. Лично я сильно сомневаюсь, что такие могущественные разумные могут умереть. Обычно, такие становятся младшими Богами Пантеона или уходят в иные реальности, будучи уже иными существами, далекими от изначального себя в простом теле из плоти и крови. Да это, в сущности, и не столь важно. А важно, что этот маг был настоящим гением. Одним из тех разумных, после появления которых, можно с полной уверенностью говорить, что в мире началась новая эпоха. Такие рождаются не только среди магов, но и среди поэтов и ученых мужей. Они своими открытиями переворачивают страницу летописи истории и начинают новую главу развития. Януар был именно таким гением.

Но, как и большинство гениев, он был немного не от мира сего, немного не в себе, а попросту говоря – псих. Псих, однако, не с кровавыми или фанатичными задумками в пытливом уме. Его пленила только наука, сам процесс изучения неизведанных глубин магии. Без особого практического применения. Он не планировал, благодаря своему таланту поставить мир на колени или всех уничтожить. Вовсе нет, он изучал и творил.

Последним его творением стали Иллюзионы. Эти существа имеют вполне себе человеческий облик, но людьми не являются. Эти создания умеют творить реальную иллюзию! Любой маг, колдун, ведьмак может сотворить морок. То есть то, во что другой поверит. Качество этого морока зависит только от таланта самого колдующего и его магического резерва. Только у морока существует масса минусов, которые на первый взгляд не видны. Представьте поле боя, идет сражение и тут из-за холма выступает подкрепление одной из сторон. Думаете, что противники, завидев тысячи воинов бегут? Как бы, не так! Они лишь выглядят реально, но стоит любому оборотню принюхаться, а вампиру прислушаться, как становится ясно, что у новых нет запаха пота, их кони не пахнут животными, их сердца не бьются.

Поэтому искусство морока в сражениях практически никогда не использовались. Слишком уж муторно и долго разрабатывать такое заклятье, чтобы обмануть таких же магов, с обостренным слухом и нюхом. Морок – весьма и весьма специфическое искусство, требующие филигранного исполнения и в особенных условиях.

А с творениями Януара Младшего было не так. Его Иллюзионы могли создавать реальный морок, то есть никто не мог определить подмену! Честно говоря, моего скудного воображения не хватит, чтобы представить какая охота началась на каждого разумного, которому не повезло родиться иллюзионом. К тому же их творец с иронией подошел к созданию своих творений.

Он просто запустил заклятье в сам магический фон мира. И, о чудо, Боги приняли его дар! Признали его творение и позволили ему существовать. Таким образом, в любой семье, в любой расе мог родиться иллюзион. И до определенного момента такой ребенок выглядел, как и все его собратья. Но, с возрастом таланты ребенка вырастали в чудеса и истинные возможности. Благодаря этому большинство разумных новой расы доживали до пятнадцать-двадцать лет. А вот дальше…

Логично, что новой расе не позволили развиться. Слишком многие хотели сделать из них оружие. Иллюзионов порабощали, пытали, держали в плену, изучали, что только не делали. С течением времени выяснилось, что Януар Младший приготовил еще одну шутку - от союза двух иллюзионов далеко не всегда мог родиться их соплеменник, как правило рождался человек с высоким магическим резервом, но не иллюзион. Таким образом выращивать их, как скот стало невозможно.

К чему я все это? А к тому, что по уверениям деда, иллюзионов в нашем мире осталось не больше сотни! Сотня на весь мир! О Боги!

И вот меня спасла одна из редчайших, живых, неповторимых чудес! Я просто не могла уложить у себя в голове, что сейчас рядом со мной ругалась представительница не просто малой расы, а уже фактически, уничтоженной легенды! Согласитесь, в сравнении с этим, нападение волка уже не смотрелось, поблекло и забылось.

- А-а, Тлен с вами! Делайте, что хотите! – наконец махнула рукой Розалия. – Сейчас принесу ее вещи и свой плащ.

- А плащ зачем? – не поняла, раскрасневшиеся девушка.

- А что она так и пойдет по улицам? В разорванной рубашке и крови? – с иронией и злобой полюбопытствовала хозяйка Зеленого Тумана.

- Отлично! Спасибо! Не волнуйся, я сама отведу ее к целителям! – кивнула Триана.

Бросила на вампира уничтожающий взгляд и подошла ко мне.

- Пойдем домой? – спросила она, протягивая мне руку.



~~~~~***~~~~~



Из портального перехода на светящийся камень алтарной плиты опустились высокие сапоги. Легкий пристук каблуков с серебряными набойками разнесся по просторному залу, как гром. Танар Гадриэль Дэиваар дождался, когда сверкание перехода потухнет и только после этого позволил себе с силой выдохнуть. Мужчина цепко осмотрел залу. Убедился, что точно один и чувством потянулся, до хруста в суставах.

Пребывание на этих приемах… Да что уж врать! Пребывание на любых приемах вызывало у него зевоту пополам с рвотными позывами. Такое количество лизоблюдов, подхалимов и просто гнилостных натур в одном месте найти очень сложно, если не невозможно. Особенно противно было признавать, что и сам Гадриэль был именно таким лизоблюдом.

Нет, никто и никогда не смог бы сказать, что этот разумный стремится к власти, но он всегда был рядом с ней. Он не подхалимничал и уже многие годы занимал совершенно особенное место в когорте аристократов, но это в глазах самих властей. Те, кто стояли у власти, и даже сам император, признавали, что он верный соратник, но никак не ластящийся к трону подхалим.

Однако, у самого мужчины было иное мнение. Он начинал тихо призирать себя, как только вестник приносил приглашение, а между дипломатичных строк, четкий приказ прибыть и быть, и пить, и слушать, и говорить.

Сегодняшний прием дался ему как-то особенно трудно. С самого утра в голове тревожно ворочалось предвкушение скорых проблем. Его интуиция не раз спасала его голову, но сейчас мужчина не мог понять с чем связанно такое тревожное беспокойство. Дел, как в прочем и всегда, было предостаточно. Собственно, если бы было не так, то сам маг давно ушел бы за грань, а пока востребован, то умирать было как-то не с руки. Но, ни одно из них не могло вызвать такого состояния внутри.

К полудню, когда император недвусмысленно намекнул на мыслеречи, - и это во время занятий с адептами, - что желал бы лицезреть его сегодня в своей летней резиденции, смутная тревога достигла размеров волны и в любой момент грозила снести остатки здравомыслия в голове. Император редко позволял себе такие вольности, как личное обращение, поэтому Гадриэль просто не смог отказать. У него попросту не хватило времени, чтобы придумать достойную причину для отказа. Согласился, конечно. Если еще прошлому императору он мог себе позволить отказать, то этот мальчишка найдет способ усложнить существование так, что придется лечить нервы. И, разумеется, о заключении в какой-нибудь отдаренный Бастион и речи не идет. Нолан знает, что о таком отпуске Гадриэль мечтает последние лет пятьдесят, а потому придумает что-то иное, но, вне всякого сомнения, противное.

А уж после прибытия в опаловый дворец с ним началось... Уже через час ладони стали ледяными, а виски ломило так, что в разум не проникали даже звуки оркестра. Вырвавшись из бальной залы, к одной из беседок маг попытался отыскать, то единственное, что могло остановить процесс разрушения, но этого единственного в карманах парадного мундира не оказалось. Пришлось выполнять свои обязанности, превозмогая и самостоятельно сдерживая патовое состояние. В общем, это были не самые лучшие часы в его жизни, но слава всем Богам, они прошли.

Сейчас он почти дома…

Гадриэль с отвращением и облегчением стянул с себя расшитый камзол и вышел из залы. На улице была уже ночь. Глубокое, необъятное небо с россыпью звезд приветствовало его свободой. Залитые светом лун деревья тихо шуршали листвой, переговариваясь между собой. Танцующие между ними дорожки серебристыми нитями расходились от зала перехода во все стороны территории Школы, словно корни неведомого растения. Корпуса факультетов с редкими огнями горящих окон казались сейчас неприступными темными скалами с вкраплениями драгоценных камней.

Маг несколько раз глубоко вздохнул прохладный, чуть влажный воздух, прикрыв глаза от удовольствия.

- Будет буря, - прошептал он. – Это замечательно!

Спешить больше было незачем, а потому мужчина позволил себе пройти к корпусу, в котором жили самые старые танары Школы, длинной дорогой. Слабый, но стремительно остывающий ветер, облегчил потяжелевшею голову. Даже боль немного отступила. Настроение становилось все лучше и лучше.

Впереди мелькнула странная тень. Через дорожку перебегала фигура в плаще с капюшоном, наверное, из-за него некто и не заметил мага, но подол белой сорочки почти сверкал в ночи. Мужчина улыбнулся - и растворился в воздухе.

Он соткался из воздуха прямо перед носом крадущейся девушки, когда та, уже планировала скрыться в зарослях милорна. От невероятного перепуга девушка шарахнулась в сторону, но не удержалась на ногах - и хряпнулась на пятую точку.

- Лура Кутн, третий курс, бестиарный факультет, - вкрадчиво перечислил маг, буравя единственным глазом перепуганные синие глазенки девицы. – Вам, что, плохо известны правила Школы? После полуночи передвижения по территории только в особых случаях и с разрешения кого-то из танаров. Или я что-то путаю, и у вас есть разрешение на путешествие к мужскому общежитию универсалов?

Девушка икнула и попыталась отползти, от чего подол тонкой сорочки, еще больше задрался, оголяя колени и часть бедер.

- Танар Дэиваар? – спросила она от страха осипшим голосом.

- Очень рад, что вы смогли меня узнать, лура, - самым суровым тоном сказал Гадриэль.

- Я… я… мне… э-э…

- Кутн, запахнитесь хотя бы, - сжалившись, подсказал мужчина.

- Ой, - взвизгнула девушка и спрятала стройные ножки под полами, распахнувшегося при падении, плаща.

С минуту Гадриэль рассматривал, как она елозит по земле, уставившись в траву. Девушка ничего не говорила, не делала - и это жутко, до немоты в костях, бесило!

- А ну встать! – рявкнул маг. – Лура, я вам собственно кто? Любовник или супруг, чтобы вы мне свои коленки показывали? С чего вы взяли, что при встрече с мастером нужно сидеть на земле? Я вам не кавалер, чтобы галантность разводить! И, скажите мне, магиана третьего курса, кто сказал, что при виде противника нужно охать и раскрывать ротик, как при виде самого красивого мальчишки в жизни, а не активировать заклятья и звать на помощь? Я вас этому учил?! – последнюю фразу маг проорал.

Девица в одно мгновенье вскочила на ноги и вытянулась в струнку с бледным от страха лицом.

- Значит так, Кутн, к нашей следующей встрече на тренировочной арене, я хочу видеть в ваших руках работу на двадцать страниц о том, что нужно делать при внезапном нападении и неизвестном противнике.

Девушка посерела.

- Но, мастер, наше занятие будет у вас уже через два дня! Я просто не успею!

- А не стоит бегать ночами по луронам! – наставительно припечатал маг.

Девушка вспыхнула, в глазах появились слезы, но она ничего не сказала.

Маг обошел ее и двинулся прежним маршрутом, но уже через пару шагов ему стало жаль девушку. Да и сорвался он не из-за ее поступка, а потому что… праховы виски так ноют, что, кажется, кости черепа вот-вот треснут.

- Кунт, - обернулся Гадриэль.

Девушка нехотя подняла лицо от ладоней. Он сделал не больше пяти шагов, а она уже разрыдалась. И это третий курс! Прах и Тлен, куда катится мир!?

- Лурон Лорви ждет вас, так что поспешите, - маг улыбнулся уголками губ.

От такого заявления у нарушительницы моментально высохли слезы. Теперь она непонимающе вытаращилась на мастера.

- Танар Дэиваар, а как вы…? – решилась, наконец, она на вопрос. И сама же от него смутилась еще больше.

Гадриэль только улыбнулся чуть шире и указал пальцем на повязку.

Лура распахнула рот. На милом юном лице читалось: «а я, еще и не верила!»

- Идите, Кунт, идите, а то еще простудитесь. А как мне быть потом? Лорви может меня и на дуэль вызвать, если узнает, что из-за меня вы продрогли.

Девушка тихо рассмеялась и кивнула.

- А работу я все равно жду! – добавил маг, поворачиваясь спиной. – И помните: я все про всех знаю!

Маг растворился в воздухе так же, как и появился, оставив луру одну.

Гадриэль появился в метрах ста от девушки, за разлапистым, высоким кустарником. Пронаблюдал, как перепуганная увиденным девушка, опрометью бросилась к мужскому общежитию своего кавалера. Убедившись, что она благополучно скрылась за неприметной дверкой для домовых, от души расхохотался…

Вот из таких историй и творится образ местного то ли чудовища, то ли призрака. Теперь адепты будут шарахаться втрое больше, а ученики наоборот навострят уши и будут шпионить. Новая волна слухов про него точно пойдет.

На самом деле никакой магии для создания такого леденящего душу образа и не требуется. Просто горящие окна комнаты лурона Гадриэль заметил давно, как только повернул на эту дорожку, где можно было рассмотреть общежитие. А про то, что эти двое - пылкие влюбленные, не знают разве что первокурсники, все остальные, так или иначе уже были свидетелями их расставаний и примирений. Кстати, одинакого бурных.

До своих апартаментов, а именно: пяти просторных комнат, подаренных ему еще в годы студенчества нынешнего императора, Гадриэль добрался минут через пять.

И как только за ним захлопнулось охранное заклятье - маг позволил себе расслабиться. Из груди вырвался долгий, тихий стон. На подгибающихся ногах мужчина еле дошел до широкого дивана и буквально упал носом в мягкую ткань. Хотелось сгрызть деревянные подлокотники, чтобы хоть немного унять эту муку.

Несколько долгих минут продолжалась сложная, но уже в чем-то привычная борьба воли и тела. За годы маг свыкся с этой непрекращающийся схваткой, но иногда, редко, в такие моменты, как сейчас Гадриэль задумывался о бессмысленности собственного бытия в мире, о том, что возможно, стоило бы уйти…

Войну прервал бархатистый голос, с низкими нотками:

- Не страдай! Я все принесла.

Гадриэль с трудом смог сфокусировать взгляд. В комнату вплыла призрачная сирена. Точнее когда-то, при жизни, она была сиреной. Хрупкая и гибкая, как волна. С длинными по колено волосами и просто бездонными печальными глазами. Призрак достала из складок собственного полупрозрачного подола небольшую шкатулку размером с мужскую ладонь и высотой с палец. Шкатулка, в отличие от призрака, не была прозрачной, а что ни на есть, материальной.

Она поставила шкатулку на столик около Гадриэля и отлетела к ближайшему креслу, невесомым пером опустившись в него. Маг еще несколько долгих минут не мог себя заставить подняться. Каждая частичка тела была против этого. С каждой нужно было бороться и со всеми вместе.

Наконец, маг смог выпрямиться. Смог протянуть руку и достать из шкатулки несколько красно-черных листьев со странным многоцветным блеском по ободку. Несмотря, на то, что они бы высушенными, но под пальцами не крошились, а легко скручивались в трубочку.

- Может лучше их отварить? – подала голос призрак.

- Нет, Алира. Времени нет ждать правильного приготовления.

- Тогда может, так проглотишь? – спросила привидение.

Гадриэль посмотрел на нее, как на самого выжившего из ума старца или на несмышленого ребенка, что, в сущности, одно и то же.

- Если я это съем – то ближайшую неделю ничего есть точно не смогу, а мне еще занятия вести, не забыла?

Сирена совсем по-живому вздохнула и обреченно кивнула. Дэиваар прикурил от пальца. Закурил, прислонившись к стене затылком и прикрыв глаза. Распад уходил медленно и причинял едва ли меньше мук, чем без этого единственного средства.

Некоторое время в комнате было тихо. Алира молчала и мысленно взывала к Богам, чтобы те помогли ее хозяину. Хотя их отношения нельзя было назвать «хозяин и слуга». Гадриэль не привязывал сирену к себе, не брал с нее клятв и не проводил обрядов. Он вообще ничего не делал. В свое время он просто освободил ее, не дав одной вампирше ее развоплотить, а остаток присвоить. Алира сама не пожелала уходить за грань. На то, у нее свои были причины, они же и остались. Сирена сама дала Гадриэлю слово верности. Сама стала служить, и будет служить, потому что лучшего хозяина она никогда больше не найдет.

- Почему так долго? – прошептал маг.

- Потоки, - почти жалобно призналась сирена. – Гадриэль, волосами клянусь, я часа два только ждала, когда все потоки выстоятся в нужный рисунок, чтобы переместиться в наш мир. Потом еще с полчаса на путь сюда.

- Долго, - так же тихо прошептал маг, выдыхая большую часть дыма через нос.

- Прости, - только и смогла ответить призрак.

Снова повисла пауза. Гадриэль говорить скорее не мог, чем не хотел. А Алира просто не желала мешать. Она знала, что сейчас любое движение может вызвать гнев хозяина.

- Как же я устал, - неожиданно проговорил Дэиваар.

Сирена испуганно замерла, потому что всегда боялась услышать от мага именно эти слова. Мужчина открыл мутные глаза и с жалостью посмотрел на сирену.

- Я тебя пугаю, да?

Призрак уже собиралась кивнуть, как вдруг вскинула и подлетела к самому носу хозяина с широкой улыбкой.

- Нет! Нет, Гадриэль! Теперь все будет хорошо!

Маг улыбнулся.

- Серьезно? С чего бы это?

- А потому что, той девки больше не будет! – гордо выпрямившись, припечатала Алира.

Ей казалось, что хозяин обрадуется. Но, мужчина резко сел. Его лицо, до этого расслабленное и умиротворенное, стало жестким, если не сказать, жестоким. В глазу вспыхнули искры магии.

- Что ты только что сказала?

- Я… я хотела сказать… ну, ты же сам говорил, что…

- Повтори! – прорычал маг.

От его слов призрака замазало по противоположенной стене, словно полотно.

- Я видела эту старую дроу, - дергаясь, призналась сирена. – Она сказала, что на нее напали. Эльфа много крови видела, и эта девка не одна шла. А ты говорил, что она сильная. Если такая сама идти не может – вот, я и подумала, что скоро уйдет и оставит нас в покое…

Девушка хотела еще что-то добавить, но сила распластавшая ее на стене, резко пропала и призрак приняла прежние формы. Сначала ей показалось, что это хозяин от радости убрал силу, но присмотревшись Алира так испугалась, что попервоначалу едва не пропала из этой грани реальности.

Гадриэль стоял на коленях, обхватив лицо руками и склонив голову почти к самому полу. Над изогнутым хребтом мага, уже струился молочный дымок самой страшной из магий. Но, ее хозяин еще как-то сдерживался.

Сирена собрала остатки храбрости и подлетела поближе. Опустилась на колени рядом с хозяином и тихо позвала:

- Гадриэль.

Мужчина вздрогнул. И отстранил лицо от ладоней.

Сколько ужаса и боли, сколько страха! Она живет после смерти достаточно и, ей казалось, что видела многое, но еще никогда ей не доводилось видеть такого невозможного, неописуемого ужаса на побледневшем лице разумного.

- Я должен это видеть! – убежденно прохрипел он в пустоту.

Его фигура подернулась запустившимся заклятьем – и маг стал растворяться в пространстве.

Сирена ухватила его обеими руками за лицо и развернула к себе, стараясь, чтобы его невидящий сейчас ничего взор, все-таки смог рассмотреть ее.

- Тебе нельзя сейчас использовать такую магию! – она кричала, в надежде, что удастся достучаться до помутившегося сознания. – А если она еще жива и ей нужна помощь!?

Последний вопль был услышан. Маг моргнул, отменяя заклятье. Вскочил на ноги и бросился к двери.

Рывком распахнул ее, едва не вырвав с частью стены и, естественно, разорвав защитные заклятья. Уже выскочил в коридор, но потом задержался, и не поворачиваясь проговорил:

- Мы с тобой еще поговорим! И я обещаю, что беседа тебе не понравится. А пока, просто не попадайся мне на глаза! Сейчас я скорее развоплощу тебя, чем смогу выносить твой голос хоть минуту.

Высказавшись, мастер Дэиваар бросился бежать к общежитию. Он боялся даже молить Богов о том, чтобы успеть к ней. Мужчина не знал что страшнее: не успеть, опоздать и все потерять или успеть – и не суметь помочь…

Глава 8. Жаждующие помочь - хуже пожара.

Глава 8

Жаждущие помочь – хуже пожара.

Помогать людям надо так,

чтобы они в благодарность хотя бы не вредили.

(Черный юмор)


Розалия вернулась через минуту. В руках он несла мою сумку и небольшой сверток, а через руку был перекинут короткий плащ. Она накинула его мне на плечи и заглянула в глаза.

- Ты точно уверена, что хочешь оставить нападение без наказания?

Я вымученно улыбнулась. Губы слушались плохо.

- Никто не говорит, что я оставлю. Просто без вмешательства стражей и закона.

Женщина вздохнула.

- Ладно, жизнь твоя - и тебе решать, что с ней делать. Я там, собрала немного пирогов. Знаю, что ты не ела уже давно.

Она резко повернулась и кинула вампиру сумку и сверток. Вампир легко поймал импровизированный снаряд и гневно зыркнул на хозяйку таверны.

- Должна же от тебя быть хоть какая-то польза! – припечатала Розалия.

Она перевела взгляд на Триану. Та, сразу все поняла и подняла руки.

- Уловила и осознала, Роза. Не заводись. Я отведу ее к целителям, я же обещала.

- Смотри у меня! – блондинка погрозила пальцем.

Мы вышли на свежий воздух. В теплом мареве изредка скользил прохладный ветер. Я закуталась в плащ и накинула капюшон. Скривилась от боли в плече, и уставившись на мостовую, двинулась к Школе. Белые стены Видьят сверкали в лунном свете. Лицо обдувал чуть влажный ветерок.

- Будет буря, - неожиданно для самой себя прошептала я, наслаждаясь собственными ощущениями.

- Да, - признала Триана, глядя в небо. – Тучи уже собираются. Стоит поспешить.

- Лэрэсса, вам не стоит меня провожать, - сказала я после короткой паузы.

Ручеек крови уже пропитал и примотанную тряпочку и рукав рубашки. Еще немного – и начну капать кровью на мостовую. А лишать собственную кровь силы сейчас, не хотелось. Дед приучил меня уничтожать любую, даже крохотную каплю собственной крови. Или, если нет возможности уничтожить кровь, то хотя бы лишить ее силы, а точнее привязки к телу. Это достаточно простое действие, у меня уже вошло в привычку, но после укуса я чувствовала себя словно оставшийся от выпитого отвара жмых, и на привычное, уже не было сил. Нужно было срочно добраться до комнаты и выпить еще один фиал. Скоро рассвет, а мне еще идти на учебу.

Сон мне сегодня точно уже не светит, от чего на душе стало особенно тоскливо.

- С чего ты решила, что я "лэрэсса"? – возмутилась Триана.

Я устало на нее посмотрела, потом на вампира, идущего в десяти шагах сзади.

- Вас охраняет сильный вампир и не последний маг. Значит, вы были рождены вампиром. Возможно, из знатного рода, а уже потом превратились в иллюзиона…

- А вот и не угадала, полукровка! - неожиданно зло перебила черноволосая.

В ее глазах была такая ярость, что я невольно сбилась с шага и почувствовала, как краснею.

- Думаешь, я не понимаю, что ты издеваешься надо мной?! – продолжала шипеть сквозь зубы моя новая знакомая. – Смешно тебе, да? «Лэресса», «из знатного рода»! Это твоя плата за спасение, да?! Кто вам дал право меня судить, а?! У самой-то мамашка кто, а папашка? Сама же побирушка! Думаешь, я не поняла: почему обычная полукровка не хочет сообщить о нападении!? Торгуешь, тем, что у тебя есть – вшивеньким даром от одного из родичей, а товар покупателей не устроил?! Или, может собой, а? Если ты не заткнешься, я тебе такое устрою, что оборотни будут вспоминаться приятностью!

Я смотрела на нее квадратными глазами. Если бы не личина Ристит, я бы, наверное, уже активировала какое-нибудь заклятье и отправила эту сумасшедшую в забытье. А так… я просто попятилась со слезами на глазах.

- Лура, простите, я не знаю, что в моих словах вам показалось обидным, но я не…

- А я люблю его, понимаешь? Мне плевать на все, и вас всех, тленных, смердящих завистников! Я просто его люблю!

Она ухватила меня за ворот плаща и притянула к своим горящим глазам.

- Что ты можешь знать? Как ты можешь меня понять, слабая полукровка?! Ты ничего не можешь, но зачем же жрать поедом того, кого просто не в состоянии понять?! Почему вы все просто не отстанете от меня?!

- Лура, я не знаю… - попыталась я высвободиться.

Куда там, девушку понесло. Нет, она не кричала. Она не повышала голоса, но ярости в этом шепоте было столько, что ее можно было резать ножом. Она продолжала бушевать. Применять магию мне почему-то не хотелось, имелся внутренний протест на подобное, а я своей интуиции привыкла верить. А прервать ее у меня не выходило.

Вампир не вмешивался, а просто стоял в отдалении и оглядывал все вокруг, как и должно верному стражу. Думаю, даже если бы его хозяйка начала поединок – он бы не вмешался. По всему было видно, что он, если и не ждал от нее такой вспышки прямо сейчас, то уж точно не удивился ей.

Перебрав в голове все варианты действий, я просто разрыдалась. Это оказалось неожиданно просто. Достаточно было, только припомнить беседу с Синим Драконом, но не с точки зрения последней из рода Ратри, а с позиции луры-полукровки Ристит. Эта хрупкая девушка восприняла бы слова деда, как самую большую трагедию. Слезы хлынули градом, но я плакала беззвучно, ибо девочка, которая служила служанкой умеет плакать без единого звука, да и склонности характера подразумевают приступы меланхолии и жалости к себе.

И с чего вдруг дед был так уверен, что именно такая личность будет лучше всего?

Но, увидев, как заткнулась на полуслове Триана я, кажется, нашла ответ на свой вопрос. Бывают такие создания, словно сотканные из тумана. Их тянет защищать и оберегать, потому что они настолько хрупки, что любая опасность жестоко мира разрушит это тончайшее чудо. Бывают, но лично мне настолько безвольные разумные не встречались. Однако, именно о таких красавицах и слагают легенды, таким посвящают открытия, новые миры, зелья, травы, да все, что угодно.

Как оказалось, женские слезы - ловушка не только для мужчин, но и для девушек. За полминуты гнев в глазах моей новой знакомой растворился, уступив место стыду и раскаянью.

- Лура, - я отступила на шаг, как только она перестала меня трясти за ворот плаща. – Простите меня за непозволительную дерзость.

Я склонилась в быстром полупоклоне и поплелась к Видьят.

Стоило пройти через калитку, как Триана нагнала меня.

- Веселина, прости меня, – сказала она тихо. – Я зря вспылила.

- Вам не за что просить прощения.

- Нет, ты не понимаешь, позволь я объясню, - она ухватила меня за руку и попыталась развернуть к себе лицом.

Я из-за этого обычного действия едва сдержала крик от вспышки боли в плече. Черноволосая, видимо, забыла с какой стороны у меня рана. Красавицам со вспыльчивым нравом хорошая память без надобности, а у меня - искры из глаз.

- Я Триана Монар. Я не знаю своего имени рода. Моя прабабушка была Монар, но она мне не настоящая родительница. Дело в том, что когда меня ей подкинули, то она упросила служительниц Витавии провести обряд принятия крови – и я стала частью ее рода. Когда-то она была одной из сильнейших магиан воды. К моему пятнадцатому кругу и у меня стало выходить колдовать, но…

В глазах девушки заблестели слезы. Она опустила веки, с силой зажмурилась, будто отгоняя воспоминания.

- Все это не так важно. В общем, я стала сиротой. Мне удалось попасть сюда… А потом я встретила его…

- Кого? – рискнула уточнить я, когда поняла, что она не решается продолжить.

Девушка закусила нижнюю губу.

- Мой избранник из влиятельного и древнего вампирского рода, - туманно и уклончиво, проговорила девушка, отводя от меня глаза.

Я открыла рот и… закрыла его. Высокородный вампир и нищая сиротка – союз, который не может понравиться. Он не понравится ни вампирам, равным мужчине, ни таким же бедным и слабородным, как девушка. Сказать тут было совершенно нечего. Черноволосой, и правда, досталось. Теперь я поняла, что вампир здесь не из-за излишних переживаний любимого избранника, а по необходимости. Наверняка, только соперниц у иллюзионы хватает, а уж про «доброжелателей» от родственников, врагов открытых, давних недругов и далее по бесконечному списку и говорить нечего. Зато хотя бы понятно, почему она так разнервничалась. Видать, я потопталась по больному, обратившись к ней, как к вампиру. Уверена, что древний род желает видеть рядом со своим представителем чистокровную вампиршу, а не…

- Я понимаю, - девушка отошла от меня в сторону, видимо истолковав мое молчание по-своему.

Я пожала одним плечом.

- Мне, честно говоря, глубоко плевать на выбор разумных. Я же артефактница.

- И что это значит? – немного недоверчиво уточнила она.

Я устало вздохнула.

- Просто прочтите о моей расе, лура.

Резкая вспышка боли в руке расцвела в голове, погружая вымотанное сознание в темноту. Последнее, что запомнилось – это сильные руки в черных перчатках и коричневой вышивкой орнаментного дракона, сложившего крылья, подобно бутону сказочного цветка.


Пришла в себя от того, что кто-то копался в моей ауре, словно сотня жуков шибуршились своими лапками под кожей. Мерзкое ощущение! Целителей учат работать с чужими энергиями весь период обучения. А сейчас кто-то нагло, грубо пытался влить в меня свою энергию, даже не пытаясь изменить ее излечение под мою магию. Все равно, что кто-то вставил в рот воронку и насильно вливает ледяную воду.

Я дернулась и застонала.

- Пришла в себя? – спросила Триана. – Слава всем светлым Богам! Я уже опасалась, что придется бежать к целителям.

Я открыла глаза и высказалась на смеси нескольких языков. Прямо надо мной плавала маленькая фигурка меня же, через эту магомодель иллюзион и вливала в, как ей показалось, больные места моего тела свою магию.

- Ты что целитель?

Девушка стушевалась и одним, резким движением стерла фигурку.

- Ты себя загнала, - резюмировала она, вместо ответа.

- У артефактников нет магорезерва, - сказала я, и села, держась за голову. Затылок ломило, будто по нему хорошо треснули, и не раз.

- А я и не про него говорю! Кроме магии у нас еще и тело есть! Ты когда нормально спала последний раз, а ела?

Мне вспомнилось, что еще пару – тройку дней назад я валялась в несознанке от вступительного испытания. Сколько же всего случилось за такой короткий срок!

- Ладно, каюсь, сама виновата. А что случилось?

- Насколько я поняла, один дракон имел что тебе сказать, но я подумала, что отдавать тебя, как тряпичную куклу какому-то дракону - не есть хорошо.

Я кивнула.

- Он оказался против, - развела руками Триана.

- И…? – напряглась я.

Она просто указала рукой в сторону. Я посмотрела в указанном направлении. В метрах сорока от нас в рукопашной схватились уже знакомый мне черноволосый Нирбас из чистокровных драконов и вампир-оберегающий моей новой знакомой. Надо признать, и быть честной с собой - вид схватки двух искушенных бойцов завораживал не хуже танца лесных нимф. Они оба не применяли магию, оно и понятно. Стоит только применить бойцовое заклятье на территории Школы, как сюда сбегутся все танары. У обоих при себе не было холодного оружия, поэтому они дрались, полагаясь исключительно на свои силы. Дрались тихо, но со знанием дела.

Периодически оба сливались в единый клубок ударов, а через несколько секунд распадались на две отдельные фигуры и снова сливались. Дракон, похоже, распалялся все больше и больше, поэтому свет его магии, изливающийся из глаз, оставлял за хозяином четкий сверкающий след в пространстве. Вампир ухватил дракона - и швырнул в кусты. Нирбас оставил за собой четкую просеку и врезался в вековой дуб. Тот вздрогнул, но устоял. Послышался горловой рык, близкого к трансформации дракона - и черноволосый с еще большим пылом налетел на вампира.

Мы обе следили за этим танцем бойцов, открыв рты. Чувствовалось, что оба хорошо знают, что такое рукопашный бой, а я невольно ощутила себя слепым грифоненком. Я, несмотря на тренировки с танарами и Даремором, ничего не стоила, а вот эти двое - восторг и трепет. Но, все-таки как же они красивы! Как же прекрасен боец, когда четко управляет своим телом, когда знает, что и в какой момент ему следует сделать!

- Боже мой! – раздалось за нашими спинами.

Мы с Трианой синхронно вздрогнули, сбрасывая оцепенение, и обернулись. Из кустов, по узкой дорожке, к нам на маленькую полянку выбиралась… радужная, та самая Марина, от которой мне весь день хотелось держаться подальше. Девушка держала в руках большой фолиант. Увидев нас, Марина переключила внимание с драки на новые лица.

- Что вы сидите? Они же убьют друг друга!

С этими словами девушка бросила книгу, стоимость которой, наверняка, составляла неплохой домик эльфийской постройки, в траву и бросилась к сражающимся.

И я, и Триана не сразу поверили в то, что это происходит в реальности, на наших глазах, и только поэтому не сразу кинулись за ней. А сначала недоуменно переглянулись.

- Она что…? – спросила, севшим голосом, Триана.

- Очень похоже, - кивнула я.

Осознание накрыло нас одновременно, поэтому вскочили мы с травы разом и, не сговариваясь, поспешили на перехват. Слава всем Богам, но этой дуре не пришло в голову бежать и орать. Она просто бежала. Триана налетела на нее за десяток метров до сцепившихся мужчин. И обе они повались в траву. Триана обняла радужную на пояс и буквально вдавила ее в землю, не давая подняться.

Дракон как раз перекинул вампира через себя. Вампир влетел в клумбу, подняв в воздух цветы, темные стебли и комья земли. Дракон подпрыгнул, намереваясь размозжить череп вампиру, но тот успел отскочить. Поэтому расстояние от упавших девушек до них снова увеличилось.

- Ты что, ума лишилась?! – прорычала брюнетка, отплевываясь травой.

Марина пыталась сбросить с себя иллюзиона всеми силами, но не могла.

- Пустите меня! Что вы делаете?! – заверещала она.

Я неуклюже плюхнулась рядом с ней на колени и прикрыла ей рот рукой.

- А вот, орать не надо! – наставительно прошептала я ей на ухо. – Сейчас ночь, и не стоит знать обитателям Видьят, что тут происходит.

В темных глазах девушки загорелось слабое понимание, что она чего-то не понимает. Она затихла и перестала вырываться. Триана слезла с нее и с ненавистью уставилась на радужную.

- Ты ее знаешь? – спросила она, не поворачиваясь ко мне, а продолжая буравить тяжелым взглядом Марину.

Я обреченно кивнула, прикрывая разорванную одежду плащом. Повязка благополучно сползла - и теперь кровь текла по руке, впитывалась в плащ и обрывки рубашки.

- Знакомься, - обращаться к иллюзиону уважительно-вежливо было уже как-то не с руки, - Марина Клюева – будущая ведьма-универсал.

- Ведьма? – не поверила иллюзион. – Тогда, какого Тлена ты полезла их разнимать! Тебя, вообще, что ли не учили!? Только тот, кто мечтает о чертогах Богов, полезет в схватку вампира и дракона. Они же зашибут - и не заметят!

- Но, они же покалечат друг друга!

- Ты глазки-то протри, ведьма! Они же просто играются! – выпалила Триана.

Марина удивленно посмотрела на меня.

- Посмотри внимательно на их бой, - попыталась объяснить я очевидное. – И вампиры, и драконы обладают быстрой регенерацией. Если бы они и в правду хотели, то уже оторвали бы друг другу головы.

- Но, тогда, я не понимаю зачем?

- Скучно им, - отмахнулась Триана. – Оба сильные бойцы, а противников того же уровня у обоих давно не было, вот и нашли повод. Что тут непонятного, так все делают…

Радужная, скорее всего, ее даже не услышала. Она смотрела на меня. Я же пыталась здоровой рукой нарисовать необходимый знак развоплощения, чтобы стереть все свои следы, то есть кровь. Наконец, в воздухе сформировалась необходимая магическая модель. Я щелкнула пальцами, запуская заклятье. Кровь на одежде, трава вокруг и несколько травинок от того места, где меня «лечила» Триана вспыхнули голубым светом и потухли.

- Ты ранена? - заметила Марина, то ли вопросительно, то ли утвердительно.

Я только собиралась открыть рот и успокоить радужную, но Триана меня опередила:

- Серьезно, да ты просто архимаг!

- С чего, вдруг, столько негатива? – моментально завилась Марина.

«Они точно стоят друг друга, - подумалось мне.»

- Я терпеть не могу дур, а ты, милая, претендуешь на титул королевы этого вида!

- А ну повтори! – угрожающе ласково, начала девушка, приподнимаясь.

- А где твоя книга? – спросила я.

Радужная моментально изменилась в лице, охнула и бросилась к тропинке, у которой бросила магический раритет.

Триана проводила ее долгим взглядом.

- Нет, и бывают же такие недалекие людишки, что оторопь берет!

- Я тоже не думала, что в нашем мире есть те, кто станет вмешиваться в бой двух чистокровных, ну кроме мастеров или мэтра Велизара.

- Странная девица!

- В этой Школе слишком много странных, - сказала я, - еще пара месяцев здесь – и я начну верить, что здесь вообще нет нормальных разумных.

Триана удивленно вскинула брови, а через мгновенье мы уже смеялись.

Не знаю, как Триана, но я впервые искренне смеялась, с момента разговора с дедом. Элвин Ратри своим честным признанием «что-то» надломил внутри. Я отдала бы многое, чтобы по-прежнему чувствовать себя любимой и дорогой, чтобы не знать правды. Теперь я знала, что далеко не вся правда лучше лжи. А вот сейчас, со смехом это «что-то» медленно возвращалось на прежнее место. Задавленная душевная боль отпускала и уходила куда-то далеко. Быстро становясь ненужной и надуманной. Мне словно легче становилось дышать, словно кто-то впустил в глубины сердца свежего воздуха. В мир возвращались краски.

Я далеко не сразу осознала, что значит это состояние для представителей моей расы. Теперь я понимаю, что все началось именно тогда. А в тот момент мне просто было хорошо, хорошо и легко, как никогда прежде. В какой-то момент к нашему смеху присоединилась и Марина. Я смотрела на них, таких разных и похожих сразу. Триана была иллюзионом – почти мифом в нашем мире, а Марина настолько странная девушка, что и не сразу найдутся слова, чтобы объяснить все непонятности. Она была светлой настолько, насколько, по заверениям самих светлых жрецов, быть просто невозможно. Такой чистоты ауры просто не может быть в нашем мире, но вот она стояла рядом со мной, прижимала к груди фолиант шире ее самой, и испускала в мир свой, совсем не аардовский свет. Такая смешная, чумазая и…

- Лура! – нашу идиллию прервал удивленный голос дракона.

Оба парня медленно подходили к нам. Вампир держался за ребра. Несколько крупных ран стремительно затягивались, как и сломанный и вдавленный в лицо нос. Дракон хромал, припадая на правую ногу. С пальцев рук в траву падали крупные темные капли крови. Дракон мог похвастаться почти разорванным ртом, но распоротая щека, его не особо волновала.

Вампир подошел к Триане и, поклонившись, подал ей руку. Она только хмыкнула и вложила свои пальцы в его грязную перчатку.

- Наигрались? – спросила я. Обращаясь к дракону, но ответил мне не он.

К моему немалому удивлению вампир склонил голову, так что выбившиеся из хвоста пряди закрыли, вспыхнувшие магией, глаза.

- Прошу простить, госпожа. Если бы я знал, что этот дракон знаком вам и не замышляет ничего плохого – то, безусловно, не стал бы увечить его.

- Это кто, тут, еще кого искалечил! – возмутился дракон.

- О, как… Орест, я впервые слышу, чтобы ты так учтиво говорил хоть с кем-то из представителей других рас! Что с тобой такое? – тут же удивилась Триана.

Но, вампир проигнорировал и того, и другого. Понятно, почему он предпочел не заметить возмущение своего недавнего противника, но то, что он «не заметил» и вопроса своей хозяйки было странно, мягко говоря…

- Я Орест Тулл, прошу простить мне недавнюю слабость, госпожа, - продолжил вампир, пристально всматриваясь в мои глаза.

Я только отмахнулась.

- Я первый артефактор, с которым вы встретились, да?

- Боюсь, что так, - кивнул вампир, все еще как-то странно на меня смотря.

- Тогда понятно. Не придавайте этому слишком большого значения, лорд Тулл. Просто имейте в виду, что я буду сопротивляться, - на этот раз улыбка вышла куда более искренней.

- Лорд? – удивленно уточнила Триана.

Я перевела на нее не менее удивленный взгляд.

- А ты не знала, что твой оберегающий Младший Лорд вампирской расы?

Триана посмотрела на вампира так, словно увидела впервые.

- Нет, я не знала. Ой, мамочки, я же столько всего… Ой… Орест прости меня, пожалуйста, простите… ох… - Триана прикрыла себе рот рукой и едва не села опять в траву от удивления, стыда и еще куче самых разных эмоций.

Да, конечно, Триана была прикрыта маскировкой ауры, но я уже спешно могла прочесть больше половины ее ауры.

Девушка перевела шокированный взгляд на меня.

- Но, как ты узнала о том, что он лорд?

Я улыбнулась и выразительно указала себе на глаза двумя пальцами.

- Считай, что у меня есть такой маленький талант.

- Хорошо, с тобой я позже разберусь. – девушка повернулась к своему слуге. – А почему ты ее назвал «госпожой», если она полукровка?

- Это не важно! – решительно мотнул головой вампир, все еще не отводя от меня глаз. – Она – темный артефактор, и мой долг, выказывать уважение!

«О, как… темный артефактор! – мысленно поразилась я такой емкой оценке моих возможностей.»

- Все странноватее и чудеватее, - медленно проговорила Триана. – А ты не говорила, что темная.

- А ты не спрашивала, просто лорд Тулл чувствует мою кровь, - пожала плечами я.

- Кхм… - прокашлялась Марина, привлекая к себе внимание. – Я, конечно, понимаю, что у вас тут интересная беседа, но тут девушка кровью истекает. Может кто-нибудь что-нибудь, все-таки сделает!

Дракон тут же оказался радом и одним резким движением распахнул плащ. Несколько секунд рассматривал рану и разорванную одежду, а потом его лицо окаменело и заострилось.

- Веселина, кто это с тобой сделал?!

- Это не ваше дело!

- Я спрашиваю, кто это сделал? – рыча, настаивал дракон.

Его зрачки стали вертикальными, а пальцы удерживающие плащ стали превращаться в длинные изогнутые когти.

- Это он, да? Скажи, это он? Я же предупреждал тебя…!

Почему-то вспышка его гнева заставила желудок предательски сжаться. Что-то не припомню я за собой такой трусливости.

- Я говорил! Я пытался тебя уберечь, но ты не слушала! Какая же ты дура! – явно находясь а грани срыва, выплюну мне в лицо мужчина.

Честно говоря, стыдно признавать, но внутри меня, именно меня, Ратри, от вида перекошенного гневом лица дракона, в опасной близости от лица, шевельнулся настоящий страх. Страх того, что этот мужчина может причинить мне боль, искалечить на всю жизнь или даже убить. Да, это был еще не тот страх, который нельзя сдержать, я его легко контролировала, но он все-таки был.

Какой же я все-таки позор рода, если боюсь простого мужского крика!

Я дернула ткань, пытаясь прикрыть себя, но дракон не разжал пальцев. Когти легко разорвали ткань чужого плаща.

- Клянусь Богами, я убью эту клыкастую тварь! – пророкотал уже совсем не человеческий голос, до трансформации осталось несколько секунд, не более…

Убийство волка в мои планы никак не вписывалась. А я терпеть не могу, когда все складывается не так, как планируешь.

Недолго думая, я врезала здоровой рукой по более здоровой стороне лица дракона. Звук вышел впечатляющий. У него на щеке осталась стремительно краснеющая пятерня, а я, похоже, отбила себе руку. Опасный свет в глазах дракона исчез. Он дернулся, и отпустил мой плащ. Я быстро прикрылась и встала. Злость или труд иллюзиона прибавил сил. От недавней слабости не осталась и следа. Зато злости хоть отбавляй. Личность Ристит кричала о том, что я не должна так делать, но терпение мое кончилось!

Мыслеприказ тени сорвался почти бесконтрольно и легко. Она развернулась перед мысленным взором. В центре ее ментального тела появился маленький канал из Дэса. Еще один приказ – и энергия хлынула в реальность Аарды. Она разделилась на три одинаковых по толщине потока и мгновенно превратилась в вампирскую и драконью ауру. А третий, изменившись под материю мира, принялся восстанавливать разгром после их боя. Мужчины не успели даже моргнуть, как тела, изуродованные недавней схваткой, стали идеальными. На новой коже только разводы крови и грязи остались, но это уже не мои проблемы.

Так же быстро захлопнула канал и отозвала тень. Открыла глаза и уперлась в квадратные от изумления очи дракона. Похоже, тоже никогда раньше не видел взбешенного артефактора.

- Кто ты мне? – вкрадчиво начала я, улыбаясь. – Ты мне брат, отец, может быть друг или любимый? Я даже не знаю имени твоего рода! Мы, в лучшем случаи, пару раз встречались. И ты, почему-то, решил, что я что-то тебе должна!? Так вот, это не так! Слушай меня внимательно, змий-переросток: еще раз попытаешься так со мной заговорить – и поймешь, что у полукровок есть неоспоримые плюсы перед чистокровками. Я некромант, поэтому сообрази, что я могу с тобой сделать, если ты еще раз переступишь грань вежливости!

Злость настолько затопила сознание, что на кончиках пальцев заискрились искорки некромагии.

- Господи, - пискнула Марина, где-то совсем рядом.

Меня отрезвило то, что я раньше никогда не слышала такого странного слова. А уже потом пришло ощущение страха от девушки. Радужная побледнела и попятилась от меня. Триана с места не сдвинулась, но и от нее повеяло тревогой, а вампир шагнул на полшага вперед, готовый в любой момент заслонить хозяйку собой.

Вот ведь…!

Я зло выдохнула, сквозь сжатые зубы и развернулась спиной к дракону. Черноволосая, как будто мысли считала и поняла, что я уже успокоилась. Она быстро встала рядом и поддержала под здоровый локоть.

- Я может и полукровка, - тихо сказала я, - но не ваша рабыня, чтобы вы на меня голос повышали!

Мы двинулись в сторону общежития Первого Потока. Вампир шел следом. Еще через полминуты с другого бока пристроилась радужная, что удивляло больше всего. Ведь я для нее – страшное темное зло! Но, сейчас от девушки исходило смущение, сопереживание и… одобрение. Ей понравилось то, что я сделала. И этот факт почему-то грел меня. Было приятно от того, что есть два существа, которые непритворно поддерживают. Последними кто, так ко мне относился были дед и Даремор.

А вот от поступка дракона стало тошно и мерзко. Он мне никто, я его почти не знаю, но то, что он стал на меня кричать - ранило почти физически. Будто, он для меня… кто-то…

Почему? С чего вдруг? Без понятия! И еще этот странный страх…

- Веселина, кажется, да? – обратилась ко мне радужная.

Мы с иллюзионом удивленно на нее покосились. Ведь все знают, что ошибаться в именах разумных нельзя! Многие расы не прощают такого оскорбления. Орки, например, после ошибки в имени могут тут же броситься. А эльфы потерять всякий интерес к собеседнику на ближайшую сотню лет. А эта легко переспрашивает, словно бы не видит в своей оплошности ничего страшного! Чудаковатая разумная…

- Да, Веселина Ристит, - снова представилась я, старательно скрывая свое удивление.

- Я понимаю, что чего-то не понимаю, - покраснела девушка, - но вам, разве, не нужно к врачу?

- К кому? – не поняла Триана.

Девушка что-то прошептала и поправилась:

- Я хотела сказать: к целителю или лекарю.

А краснеет она тоже мило. В лунном свете у нее даже кончик носа порозовел, что в сочетании с большими глазами смотрелось невинно и трогательно.

- А она права, - встряла иллюзион. – Я бы тоже на этом настояла.

- А как мне объяснить наличие волчьего укуса? – резонно спросила я.

Триана призадумалась на минуту и пожала плечами:

- Ты права. Стоит заартачиться с ответами – и вызовут мага разума. Тогда, точно твоему хвостатику не отвертеться.

- Он не мой! – чуть не заорала я.

- Да-да, ты просто так, от чистого сердца, защищаешь его, - закивала Триана.

Я только рукой махнула.

- Прочти про артефакторов. Сил нет оправдываться.

Мы дошли до общежития.

- А у вас красивый фонтан, - заметила Марина.

- У них вообще все самое-самое, - с легкой завистью заметила брюнетка.

Я тоже осмотрела статуи и клумбы вокруг.

- Да, у них лучшее…

Мы расстались приветливо. Вампир снова склонил голову, что для лорда – невероятно!

Я шла по коридору и запоздало подумала: а что радужная делала ночью в парке и с таким старым, явно не ее фолиантом?


Зашла в темную комнату. Прислонилась спиной к двери.

Щелчок замка стал сигналом – уставшее тело само опустилось на пол. В темноте шерстка Келлема слабо светилась лиловым. Олень подошел и уставился на меня черными бусинами глаз. Я машинально почесала любопытную мордочку грязными от крови пальцами. Зверек благодарно ткнулся носом в ладонь и всхрапнул. Хотелось плакать от усталости. Как-то особенно остро ощутила свое происхождение: если бы я была сейчас дома, то набежали бы лекари и слуги. Обо мне бы позаботились без усилий с моей стороны. Но, я не дома, и по-большому счету уже не Ратри, чтобы вокруг меня носились разумные. Здесь и сейчас всем глубоко чихать на мое состояние.

Видимо, я не настолько сильна, как мне казалось, или точнее, как мне хотелось верить. Всего два дня насыщенных событий – и я уже не стою на ногах.

От самой себя противно, тошно от собственной слабости. Я артефактник, в конце концов! Зверек внимательно проследил за тем, как я поднялась на ноги. Плащ полетел в угол. Повела пальцами в воздухе, чтобы включить свет. Руки не слушались - и получилось лишь в третьей попытки. В золотом свете кристаллов рана на плече выглядела куда непригляднее, чем при лунном сиянии и первом осмотре. Клыки рассекли кожу, и приличный кусок плоти просто повис недооткшуенным. Просто из-за спекшейся крови этого было сразу не рассмотреть. Регенерация у артефакторов, конечно, не такая как у вампиров или оборотней, но все же и не такая малая, как у людей, поэтому хоть кровотечение и имело место, но не лишало подвижности, и не было таким обильным, каким могло бы быть.

Вспыхнувшая обида на оборотня, изуродавшего меня моментально пропала, стоило только вспомнить его скулеж перед возможной смертью от гнева вожака стаи.

Нет, я буду не я, если не изменю ситуацию с Марком!

Уж не знаю, кого благодарить, но на столике у окна оказался кувшин с водой. Выпила его, не задумываясь. Стало намного легче. Нарастающий шум в ушах отступил, а колени перестали трястись. Я не лгала, когда утверждала девушкам со Второго Потока, что не пойду к целителям. Общение с танарами в мои планы никак не вписывались, но помощь мне была нужна. Я далеко не мастер в лекарском деле, поэтому рана будет заживать долго, но все же лучше, чем ничего.

Прошла к сундукам, где хранились склянки с зельями и мази. Синий Дракон позаботился о моем выживании. Расставила с десяток сосудов на столике и уже взялась за очередной тонизирующий фиал, чтобы руки не дрожали, а глаза лучше видели, когда в дверь постучали. Хотя, это не точное определение. В дверь – забарабанили. Я вздрогнула и едва сдержала, рвущийся с языка чисто женский визг.

Мысленно обругала себя за трусость и не сдержанность. Отстраненно пронаблюдала, как Келлем, за пару ударов сердца, буквально ввинтился под кровать от страха. Хмыкнула и пошла открывать.

На пороге стоял танар Дэиваар. Стоило распахнуть дверь, как время замедлилось. Побледневшее лицо разумного в последние минуты перед смертью – вот таким было выражение мужчины. Расстегнутая рубашка. Растрепанные волосы и напрочь лишенные разума глаза, точнее глаз. Увидев меня, он протянул руки и попытался схватить. Будь у меня больше времени, я бы сообразила, что друг деда не станет меня убивать в моей же комнате, а так… я просто совершила очередную ошибку. Непутевая артефактница, которая вечно ошибается.

Даремор, благоденствуй он еще тысячи лет, постоянно повторял, что жизнь любого разумного зависит от действий в один такт сердца. То, что будет сделано всего лишь за один такт: либо продлит жизнь, либо оборвет ее навсегда.

Это повторялось мне так часто, что единственное, что пронеслось в голове, когда мужские руки потянулись в мою сторону, было: «только бы успеть!»

Мыслеприказ тени – и она встала щитом между нами, молниеносно закрыв собой каждую частичку моего тела. Тень, по-большому счету, не щит и не защитник. Так, инструмент, не более того. Но, тень артефактника может быть щитом и выиграть несколько мгновений, на активацию заклятья, например. Я уже подала корпус назад, чтобы увеличить расстояние между нами, как случилось очередное событие, выбившее меня из колеи.

Пальцы мага легко, даже как-то играючи, ухватили мою тень, будто тряпку, и отшвырнули в сторону! Это просто невозможно! Тень артефактора поддается так легко только влиянию хозяина.

Пока моя челюсть от удивления опускалась все ниже и ниже, в голове звучали собственные слова, сказанные иллюзиону: «Еще немного – и я начну думать, что в этой Школе вообще нет нормальных разумных!»

Дело в том, что вот так просто взять и отшвырнуть тень артефактора, когда хозяин ее контролирует и отдает приказ, может разве что очень сильный маг и это будет не управление тенью, а ее разрешение. А маг только что именно управлял моей тенью. Я была уверен