Book: Единственная



Единственная

Sheron Tihtner

Другие. Единственная


Пролог

11 век нашей эры.

Век, когда только началось восхождение вампиров (каменных людей). Когда к власти пришли трое могущественных и жестоких вампиров. Они желали единовластно править миром. Началось повальное уничтожение целых племен оборотней (человеко–зверей) и инакомыслящих вампиров.

В это время старая провидица сделала великое предсказание:

«Ровно 10 веков продлиться правление жестокой троицы в полном спокойствии. Но придут две великие девы. Одна — могучая смесь кровей двух враждующих племен. Другая — одаренная мать.

Только они и только вместе смогут изменить этот мир. Если хотя бы одна из великих выберет сторону тьмы, весь мир будет залит кровью.

Если же они пойдут против природы своей, начнется медленное наступление света. Великие девы свергнут жестоких правителей каменных людей. И истребят большую часть их последователей. И начнется новая эра. Ибо объединят эти девы враждующие племена каменных людей и человеко–зверей.»

Правители испугались, но кровожадно ждали. А их противники ждали этого явления с надеждой в лучшее светлое будущее.

Прошли века.


Глава 1

Начало

21 января 1993 года. США штат Вашингтон.

Поздняя ночь. Обычная улочка с одинаковыми домиками и тихими палисадниками. Жители всех домов давно уже спят. По улице мчится огромная тигрица, а в зубах держит сверток. Она осторожно кладет его на порог одного из домов. Тигрица ткнулась носом в дверной звонок и тут же исчезла.

Тихая улица озарилась громким пронзительным детским криком. Двери нескольких домов открылись. На порог вышла супружеская пара. Внимательно разглядывая, они подняли сверток.

Внутри была девочка недели от роду и записка: Мелания 14.01.1993 г.


17 лет спустя.

Я снова в пути.

Я посмотрела в ночь через стекло, а увидела только свое отражение. Угрюмая, на вид обычная девчонка, в очередной раз меняющая приют. Все окружающие меня побаиваются, называют ведьмой. Может быть, и правильно делают! Я сама не знаю, кто я! Единственное точно, что я не простой человек, если вообще человек.

Мое отражение лишь добавляло вопросов по этому поводу, но, к огромному сожалению, нет ни единого человека, который мог бы мне все объяснить.

Я всегда выглядела довольно странно: безумно бледная кожа, но с румянцем, черные как смола волосы с прядью огненно рыжих. Я не крашусь, они у меня с рождения такие. Сначала думали, что с возрастом пройдет, потом стали считать красивой, особенной, но, в конце концов,… ведьмой. А образ ведьмы завершают ярко зеленые как весенняя трава глаза. Немного удлиненные клыки вообще наводят ужас, некоторые люди даже вампиром обзывали и крестились. Но это все сказки! Клыки длиннее, чем у остальных всего на пару миллиметров, но если присмотреться отчетливо видно. Зато у меня красивые пухлые красные от природы губы, длинные пышные черные ресницы, а ногти твердые и острые как сталь ножа.

Кожа тоже странная: гладкая и твердая. Насколько я помню, я ни разу не порезалась. И не болела никогда. Медицинская карточка абсолютно пустая. Зато с прививками были проблемы. Мою кожу не могла проколоть ни одна игла. У меня даже кровь из пальца не смогли взять. Позже на помощь пришла мама. Она писала отказы от всех прививок. Врачи говорили, что она сумасшедшая, если подвергает своего ребенка такому риску.

Фигурой природа меня тоже не обделила: рост 174 см, осиная талия, длинные мускулистые ноги, твердый пресс. Правда, грудь всего первого размера, но я не считаю это недостатком. Я и с такой внешностью выгляжу вполне эффектно. Парни лежат у моих ног, несмотря ни на что. А я играю ими как кошка с мышкой. В большинстве этих мальчиков нет ничего, ни хорошего, ни плохого. Они какие–то пустые. Вот я и пользуюсь. Поэтому свое сердце пока никому не отдала. Боюсь, долго ждать придется такого безумца.

Но внешность ерунда, по сравнению с моими способностями. Дело в том, что еще в возрасте двух лет я обнаружила, что могу видеть людей в другом цвете и форме.

Кстати, сам факт того, что я это помню, уже уникален. Я помню себя с годовалого возраста. И уже тогда разговаривала, причем абсолютно чисто. Я была предметом родительской гордости и обожания. Я была единственным ребенком в семье и вся семья, включая бабушек и дедушек, меня обожала.

Но вот мне исполнилось два. Мы с мамой пошли выбирать торт, но возле прилавка застали недовольную покупательницу, которая кричала на продавщицу и не давала ей и рта открыть.

— Вы должны были положить эклеры в пластиковый контейнер, а нее завернуть в бумагу! — кричала женщина, тогда не понятные для меня слова, тряся в руках пакет.

— Простите, но контейнеры закончились. А эклеры допускается упаковывать в пищевую бумагу, — оправдывалась продавец. Я смотрела на эту сцену, открыв рот. Мои глаза по неизвестной мне причине давали мне картинку совершенно в других цветах. Продавец предстала в виде овала в сером цвете с синей волнистой гранью. Недовольная женщина же предстала тем же овалом, но в серо–коричневом цвете с фиолетовой зазубренной гранью. Своим детским умом я поняла, что эта женщина плохой человек и с ней не стоит связываться.

Я дернула маму за руку и попросила пойти в другой магазин. Мама удивилась моей просьбе, но в честь дня рожденья простила мой маленький каприз. Мы вышли на улицу и все прохожие в моих глазах были похожими сероватыми овалами. Настроение после такого испортилось и не хотелось ничего, ни торта, ни гостей. Я тогда хотела только одного — домой, подальше от чужих людей. Но мы все–таки купили торт и вернулись домой. Всю дорогу я моргала, пытаясь сморгнуть неправильную картинку с глаз, но ничего не выходило. Только маму я видела как прежде, улыбающуюся мне. Дома я вздохнула с облегчением, когда и папу увидела нормально. Но через несколько часов пришли гости, которые были теми же овалами. Представьте, какой у меня тогда был стресс — вот так ни с того ни с сего начать видеть совершенно по–другому! Тот день рожденья я испортила сама себе. Я раскричалась, что не хочу никого видеть, и убежала от гостей. Конечно, меня ходили, уговаривали, но бесполезно. Вечером, когда гости разошлись, мама села со мной очень серьезно и строго поговорить.

Мама села рядом со мной на кровати, а папа с недовольным видом стоял в дверях. Естественно, они потребовали объяснений такому поведению. А что я могла им сказать? Я максимально описала все, что со мной произошло. Родители мне не поверили, приняв это за богатое воображение. А я еще пару недель только и видела сплошные овалы — кошмар!!! Они мне даже сниться стали. Я даже стала думать, что сошла сума. Мама пришла к тому же выводу и повела меня к психологу.

Психолог долго со мной разговаривал, но пришел к одному возможному выводу — ребенок индиго! Сейчас очень много говорили о таких детях, и появляется их все больше и больше. Поэтому моих родителей удовлетворил такой ответ. Психолог посоветовал заниматься со мной, чтобы научиться контролировать эти необычные способности, чтоб они не свели меня сума. Так мои родители и поступили. Мы долго изучали мою способность и пришли к выводу, что я вижу людей в несколько ином формате.

С тех пор я научилась, как бы включать свое особое зрение в нужный мне момент. Я могу видеть людей как физически, так и духовно (их сущность). Я вижу человека своего рода в инфракрасном свете, причем не плоско, а в объеме и насквозь, определяю его здоровье. Я могу посмотреть как бы другими глазами, тогда человек окрашивается в различные цвета. Я уже научилась точно определять диагноз, если человек болен. Зачастую я говорю о проблемах людям, которые считают себя абсолютно здоровыми.

С сущностью все намного сложнее. Все люди разные, у каждого своя наследственность, судьба, характер, а главное воспитание и выбор. Очень часто от нашего выбора зависит дальнейшая жизнь, в какую сторону она повернется. Вот так в зависимости от ситуаций, в которые попадал человек, его сущность меняется. Хотя и очень редко.

Сущность представляется в виде овала, центр которого представляет собой генетику, то, что человек никогда не сможет изменить. Остальная часть — это то, что все называют характером, нравом и выбором. Именно эта часть меняется от ситуаций, эмоций, решений. Этот круг может состоять из всех оттенков белого, черного и синего и очень редко красного. Синий и красный — это индикатор преодоления препятствий. Если человек опускает руки после случившегося с ним, его сущность приобретает крапинку синего. Если же он вышел из ситуации с высоко поднятой головой, не сломался, а стал лишь сильнее, он обзаводиться красным вкраплением. Так кольцо за кольцом набирается сущность. Чем старше человек, тем она интенсивнее и шире. У новорожденных только небольшой кружок — центр.

Чаще всего люди серые, как бы грустно это не звучало. Явный пример, водитель, который ведет эту машину. Центр его сущности полностью серый. Это не плохо, просто из такого можно слепить как доброго, так и злого. Белых центров я еще не встречала никогда. А вот остальная часть сущности имеет небольшие вкрапления бежевого и более темного серого. Обычный человек, живущий по принципу: работа, семья, друзья. Он хороший семьянин, но немного агрессивен, но это не страшно. Он равномерно сочетает в себе и положительные и отрицательные качества.

Вообще не бывает людей полностью белых, так же как и полностью черных. 90 % людей имеют серый центр, остальные серый с темными вкраплениями. Центр с светлыми вкраплениями я тоже еще не встречала. Эти темные крапинки означают, что человек родился в семье неуравновешенных родителей: преступников, наркоманов или алкоголиков. Чаще всего, в семье убийц. Такие люди способны передать презрение к человеческой жизни по наследству. Все люди с такой наследственностью обязательно становятся преступниками. Они подонками рождены. Но большая часть преступников сами выбирают такой путь.

Однажды в больницу, где я лежала с температурой, мне тогда было всего 8 лет, приходили валантеры. Так вот они выглядели светлыми. Центр, при этом был таким же серым, а остальное белым и бежевым. Это все потому, что они делают добро. Пусть оно не глобальное, а маленькое. Но добро. Они помогают детям и старикам. Это их личный выбор.

Но бывают и другие личности. Приходили к нам в приют два месяца назад супружеская пара. Так вот они были очень похожи между собой: центр серый с фиолетовыми вкраплениями, а окружающее кольцо вообще сине–фиолетовое, и даже два черных пятна. Я знала, что означают эти пятна — убийство.

Когда–то давно, мне тогда было около 10 лет, ради эксперимента мама водила меня в отделение милиции. Там я смотрела на преступников и точно говорила, убил он кого–нибудь или нет. Так же там я узнала, что фиолетовый цвет — это сильный вред здоровью или изнасилование. Поначалу мне не верили, но когда я точно назвала диагноз одного парня, стали прислушиваться.

Я от одного взгляда на эту парочку у меня волосы встали дыбом. Я сказала о своих подозрениях директору. Мы с ней ладили, и она мне верила. Тогда она провела дополнительную проверку, и выяснилось, что они избивают своих приемных детей, используют их как рабов. Мужчина вообще насилует дочь. А женщина одного из детей забила до смерти, но это списали на несчастный случай. После этого мне пришлось уехать. Меня стали еще сильнее сторониться.

Кранные пятна в сущности я видела лишь однажды. Тогда мне было 13 лет. К нам приехала тетя моей мамы. Несколько лет назад у нее в автомобильной аварии погибли муж и единственная дочь. Конечно, у нее был нервный срыв, но прошло время. Она взяла себя в руки: уехала жить в соседний город, освоила новую профессию. А приехала к нам в гости, чтоб пригласить на свадьбу. Я так поняла, что эти красные пятна — признак духовного мужества, борьбы. Она вопреки всему, снова научилась жить, нашла силы жить дальше. Теперь у нее растет сын, и нет машины.

Откуда у меня такая способность я понятия не имею. Управлять ей давно научилась, тем более, что она безвредна для окружающих. А вот вновь открывшиеся мне много проблем принесли, семью мою разрушили.

Это случилось год назад, мне исполнилось 16 лет. Мои родители были на грани развода, ругались почти каждый день. Вообще мама сама в этом виновата.

Моя мама работала в зоопарке и была защитником всего живого, но у нее это дошло до паранойи. В обычное воскресенье мы всей семьей ехали к бабушке в гости, но на дорогу неизвестно откуда выскочила собака. Папа не успел затормозить и сбил ее на смерть. Мама несколько часов причитала над трупом, притом, что мы ее даже похоронили. Вечером она стала нападать на отца, что он ее убил. Так продолжалось несколько месяцев. Другая бы давно забыла, но мама решила извести отца, чего и добилась. Он стал пить, со временем его уволили, что только ухудшило ситуацию. Теперь же она не довольна, что работает одна и продолжает его беднягу пилить день за днем.

Так за своими разборками они совершенно забыли про мой день рожденья. Я уже точно не помню, из–за чего все началось. Я возмутилась, а ответ матери меня разозлил, тогда произошло нечто ужасное.

В одно мгновенье посреди коридора, вместо меня, появилась огромная пантера с лоснящейся черной шерстью. Сначала просто испугалась ее. Она смотрела прямо на меня. Через несколько секунд до меня дошло, что это зеркало. Только по рыжей полоске шерсти вдоль позвоночника и ярко зеленым глазам, в этой кошке я узнала себя. Меня охватила паника. Я тупо стояла и смотрела на свое отражение. Мне стало дурно. Мыслей никаких не было, и быть не могло. Такое явление не подчиняется никаким законам природы.

Отец стоял посреди кухни, смотря на меня такую глазами полными страха, ужаса и омерзения. Мама просто упала в обморок. Это было вполне нормальной реакцией на такое. Я побежала со всех ног. Для меня было неважно куда, лишь бы убежать.

Ощущение было странное. Я не чувствовала ни какого дискомфорта, а даже наоборот. Я бежала на четырех лапах, ощущая шевеление каждой шерстинки. Лапами я ощущала, как асфальт сменяется землей, покрытой снегом. Ветер свистел. Я летела с бешеной скоростью, как только умудрялась все видеть? Даже папа, когда садился за руль пьяным, на такой скорости не гонял.

Через пару минут бега я оказалась в лесополосе на окраине города. Я остановилась, пытаясь немного успокоиться и понять, что же все–таки случилось. Какое–то же разумное объяснение быть должно!

Стоя, посреди деревьев, я поняла, что мой чувства значительно обострились. Я вдохнула полной грудью лесной воздух. Он был наполнен таким количеством ароматов, что голова пошла кругом. Я никогда не думала, что зимний лес может так пахнуть: хвоя, лиственница, снег, перья птиц, шишки и даже листья под снегом. Это лишь немногие из ароматов, которым я нашла названия. Но был один очень приятный, манящий, сладковато–соленый. Я пошла на него и ужаснулась. Так пахла обычная девочка, стоящая возле магазина. Я бросилась назад и в порыве разорвала ворону. Она оказалась вкусной.

Несмотря на ночь, я прекрасно все видела. Мир принял синеватый оттенок, но остался абсолютно четким. Я могла спокойно разглядеть человека, проезжающего в машине по трассе в 400 метрах от меня. Я могла также четко слышать разговор и стерео, играющее в машине.

Такое открытие выбило меня из колеи. Я совершенно не понимала, что случилось, а главное как это исправить. Но пришла к выводу, что это генетическая мутация какая–то, ведь родители у меня нормальные адекватные люди.

Так я просидела в лесу почти всю ночь. Я плакала и не заметила, как вновь приобрела свой человеческий облик. Я сидела на холодном снегу в халате и носках. По дому я всегда хожу без обуви. Сейчас я об этом очень пожалела. Я поняла, что пока была другой, не мерзла. Теперь же продрогла до костей. Идти в носках по холодному тротуару январской ночью было, мягко говоря, неприятно. Все мои ощущения тоже вернулись в норму.

Ранним утром почти не было машин, а те, что проезжали, не останавливались. Наверное, посчитали сумасшедшей или лунатиком. Так я и дошла до дома пешком, промерзнув до костей. Я очень надеялась на поддержку родителей, на их помощь. Мы же всегда находили выход из ситуации!

Оказалось, что убегая, я разнесла пол квартиры. По всему полу остались следы когтей, а входная дверь выбита и разорвана напрочь. Вся мебель, которая попалась мне на пути, была перевернута, зеркало разбито. Когда я успела это натворить? Я же просто убежала!

Родители вызвали полицию. Над ними посмеялись, дали успокоительное и удалились. Просто они и раньше громили квартиру, когда сами ругались и дрались. Я бы на месте отца давно бы ушла от мамы, а он все ждал, когда она перебеситься.

Шок, страх и недоумение читалось в лицах родителей, когда я вошла в дверь. Все можно было бы списать на ночной кошмар или очередную пьяную галлюцинацию отца, если б не весь этот бедлам. Мы, молча, смотрели друг на друга. Я совершенно не знала, что говорить в такой ситуации. Родители тоже не находили слов. Через 10 минут ступора я зашла в ванную. Очень хотелось согреться и помыться. Родители даже с места не двинулись.



Только вечером они собрались со мной поговорить.

— Мела, мы с папой хотели с тобой поговорить, — нарушила тишину мама. Они с папой сидели напротив меня за кухонным столом. У мамы дрожали руки, а папа сжимал кулаки. Разговор будет явно напряженным.

— Мама, папа, я понимаю, что испугались. Я тоже очень испугалась! Я понятия не имею, что это такое было. И объяснений не нахожу.

— Это, скорее всего, у тебя наследственное, поэтому тебя и бросили! — твердо заявил отец. Я не понимала.

— В каком смысле бросили? Кто? Я же ваша дочь!

— Нет! Дело в том, что мы тебя удочерили совсем маленькой, а потом переехали. Поэтому никто и не знал, что ты нам не родная. Тебя подбросили на порог нашего дома, — извиняющимся тоном проговорила мама.

— Я вам не родная? — у меня был шок. Я всю жизнь прожила с чужими мне людьми? Но ведь это неважно! Они меня вырастили и воспитали, значит, именно они мои родители!

— Понимаешь, у нас не может быть своих детей. Поэтому, когда мы нашли тебя, у нас не было сомнений, что с тобой делать! Ты всегда была уникальной девочкой, и какое–то время мы гордились этим, но вот это… уже перебор. Мы не готовы к такому снова! Мы приняли решение отдать тебя в приют для одаренных детей, — приговорил меня отец.

— Там к тебе будет достойный подход! Может быть, они выяснят, что с тобой, — успокаивала меня мама. Но легче не становилось! Мои надежды на поддержку рухнули, как карточный домик.

Возразить было не чего! Родители сильно испугались. И я их прекрасно понимала, но и подопытным кроликом становиться мне не хотелось. Я попросила родителей не говорить правды, придумать какую–нибудь отговорку. Они согласились.

Столько всего на меня свалилось сразу, что голова шла кругом. Мне было больно и страшно. И самое обидное, что мои родные и любимые люди — родители оказались не способны перенести такое и помочь мне. Но я уже взрослая девочка и буду разбираться со всем этим сама!

Так я впервые попала в приют, под предлогом «трудный ребенок». Родители сняли с себя все обязанности, а вскоре даже навещать перестали. Я слышала, что они все–таки развелись.

В течение года я поменяла несколько приютов. Контролировать свои новые способности оказалось не так–то просто, тем более, что они опасны для окружающих. Самое тяжелое оказалось то, что никому я не могла объяснить, что это такое. Меня считали бешенной и даже водили к психологу, полагая, что у меня неконтролируемая агрессия. Кстати, именно это мне и помогло. Оказалось, что мои превращения зависят от моего настроения. Первое превращения так и произошло — я разозлилась. Последующие тоже. Но теперь я могу спокойно контролировать свои эмоции, а, следовательно, и превращения. На это ушел почти год, но это того стоило!

Теперь я могу превращаться в любом настроении, в зависимости от необходимости, а также в любой момент включить нужный мне орган чувств. Например, если мне надо рассмотреть что–то в темноте и на большом расстоянии, я концентрируюсь и смотрю без превращения!

— Девушка! Мы приехали. Вы что оглохли? — кричал водитель.

За всеми воспоминаниями я не заметила, как мы подъехали.


Глава 2

Знакомства

Я вышла из машины. Мои вещи вытащил водитель, оставив на дороге. Меня никто не ждал, но я и не удивлялась. Это был приют «Святого Марка» для детей с ограниченными возможностями. Сюда помещали больных детей.

Здание было совершенно обычным. Кирпичная коробка с немного облупившейся краской непонятного цвета. Больше напоминало цвет детской неожиданности. Вход был вполне себе приличный. В общем, веселенькое место!

На входе меня встретил охранник, который вызвал парнишку, чтоб проводить меня к директору. Вещи он велел оставить у него. Директор должна была определить меня в комнату и, конечно же, объяснить правила. Хотя все они были одинаковы: строгий распорядок дня, никаких опозданий на занятия, никаких шатаний после отбоя, ряд наказаний за порчу имущества.

Ко мне подбежал симпатичный рыжий мальчишка лет 12 и просто махнул рукой. Я спокойно пошла за ним. Странный мальчик, не стал выяснять кто я и откуда! Но и я не стала приставать. Мы прошли несколько метров по коридору и остановились у большой деревянной двери. Он просто тихонько постучал и сделал шаг назад.

— Входите! — раздался женский голос из–за двери. Я толкнула дверь, а мальчишка тут же испарился. Так тихо меня еще нигде не встречали. Не то чтобы я ждала оваций, просто расспросы неотъемлемая часть любого переезда.

— Здравствуйте! Я Мелания Брокчерс, — вежливо представилась я.

— Росмерта Вордек! Директор этого недоразумения! — представилась женщина, сидящая возле окна за простым столом на мягком стуле. Директору на вид было около 40–43 лет. Относительно невысокая сбитая женщина с короткими каштановыми волосами. Она посмотрела на меня исподлобья своими серыми глазами. Видимо она не очень рада занимаемой должностью, и моим прибытием в том числе! Выглядела она очень уставшей, но из–за сегодняшнего дня конкретно, вообще. Я быстренько заглянула в ее сущность. Ничего интересного: трудоголик без семьи и детей. Не удивительно, что ей неприятно воспитывать чужих, когда своих детей нет. Здоровьем она тоже не блистала: прокуренные легкие, слабые сосуды и…бесплодие.

— А я думала это приют! — усмехнулась я.

— Сама все скоро поймешь. За что вас мисс Брокчерс сослали к нам? — поинтересовалась директор.

— Не ужилась! — спокойно ответила я. Все равно мое дело давно к ней пришло. Она ознакомила меня с правилами данного заведения. Ничего принципиально нового. Зато я узнала небольшой перечень местных жильцов: глухие, немые, не ходячие, больные, трудные. Оказалось, что приют разделен на две части: второй этаж — для больных, а третий — для трудных. Но занятия для всех одни, как и столовая. Миссис Вордек сообщила мне номер комнаты и пожелала удачи.

Поскольку в моем деле значилось " трудный подросток», меня поселили на третий этаж. Я прошла к охраннику, который объяснил, как пройти в комнату.

Я стала подниматься по старой лестнице с железными перилами, на которых даже не было поручней. Стены все были в глубоких трещинах и дырах, будто по ним стреляли. Кое–где были надписи не цензурного содержания. Дверь второго этажа была наполовину выломана и заперта с помощью толстой и широкой доски.

Я не успела сделать и двух шагов, как сверху раздались восторженные возгласы. Я подняла голову. На межэтажной площадке стояло три парня. Все трое огромные, под два метра ростом и столько же в плечах. Волосы всех троих были непонятного цвета, потому как свисали грязными сосульками на лица. Лица тоже не блистали: щетина, злобная ухмылка и желтые зубы. У парня посередине даже пары зубов не было.

— Привет, цыпа! Раньше я тебя не видел. Новенькая? — прокаркал парень, стоявший посередине. Скорее всего, он главный.

— Да, я новенькая. Только что приехала, — постаралась спокойно ответить я. А саму мутило от их мерзких физиономий. Точнее я почти не замечала их лиц, за отвратительной сущностью.

Вообще–то редко встречаются люди, злые от рождения. Но сейчас на меня смотрело сразу двое таких, а третий сам выбрал такой путь. Главный представлял собой смесь темно–синего и фиолетового, остальные были синие и темно–синие. Судя по всему, они пока никого не убили, но это дело времени!!! Скорее всего, они избивают более слабых ребят, но это явно не все.

Мне очень захотелось вмазать им всей своей силой. Сколько жизней они еще испортят! Но нельзя. Новые неприятности мне не к чему. Я приняла решение применять свои способности только в крайней ситуации. Сейчас можно обойтись словами. Надо срочно смываться.

— Простите, я спешу. Мне еще вещи разбирать, — я попыталась обойти их.

— Куда ты, детка? — рявкнул главный.

— Мы хотели с тобой познакомиться!

— Позже мальчики! Позже! Я сюда надолго, — проговорила я, даже не надеясь, что эти отморозки от меня отстанут. Но это сработало. Один отступил в сторону и, я прошла на этаж. Они же продолжили свой путь вниз.

Сам третий этаж выглядел еще хуже лестницы. Надписи на стенах были вроде покраски, ни одного свободного места. Разбитые лампочки и рваный линолеум дополняли картину. Обстановочка не обещала ничего хорошего. Я быстро нашла нужную мне комнату.

Внутри было чуть лучше. Комнату не ремонтировали, наверное, лет 10 минимум. Тусклые обои во многих местах прожжены сигаретами, с потолка свисает одна лампочка на проводе, одинокий старый шкаф на ладен дышит. Кровати и старый круглый стол выглядели лучше всех. Стол был завален всяким хламом, им явно не пользуются по назначению. На одной из кроватей сидела довольно странная девушка.

Светлую соломенную паклю на голове девушки волосами назвать, язык не поворачивается. Она сидела в позе лотоса и немного раскачивалась. Густо подведенные черным карандашом глаза смотрели на меня оценивающе. За таким раскрасом я даже не разглядела их цвет. Одета она была в красные длинные гольфы и огромную мужскую футболку непонятного цвета, что–то между болотным и грязно–коричневым. Больше ничего не было. Благодаря ее позе было прекрасно видно, что даже нижнего белья на девушке не было. Мне стало не по себе.

— Привет! — прохрипела она. Ее прокуренный голос прошелся мне по ушам как ножом по стеклу, — Красивая! Соболезную!

— Почему? — удивилась я. Никогда не думала, что красота может быть поводом для соболезнований.

— Сама скоро узнаешь! Я Камра! — интересно, такой ответ я буду слышать отовсюду?

— Мелания! Можно просто Мела!

Камра снова впала в свой транс. Я не стала ее беспокоить. Камра — это прозвище. У трудных подростков всегда есть прозвища. Как ее зовут даже спрашивать не буду. Зачем мне это? Если она сама уже представилась таким образом, значит ее все устраивает или, что скорее всего, у нее нет другого выбора.

Я спокойно подошла к разваливающемуся шкафу и очень осторожно, чтобы не отломать ненароком, открыла дверцу. Что творилось внутри не описать: все вещи перевернуты, даже пара туфель, если это можно так назвать, была завернута, стоячие носки, окурки и в дополнение ко всему вонь. Мне аж плохо стало от этого смрада. Воняло так будто здесь кто–то давным–давно сдох и разложился. Я была не готова к такому запашку прямо из шкафа.

Она что, совсем здесь не убирается? Чуть привыкнув к запаху, я пригляделась немного. Мое зрение очень страдало в таких условиях. В комнате хоть топор вешай. Воздух мало того, что вонял, так еще и видно сквозь него почти ничего не было. На шторах висела паутина, в шкафу тоже. Я не стала портить себе нервы и заглядывать под кровать. Я просто представить не могу, что там может обнаружиться!

Я повертела головой в поисках чего–то похожего на тряпку, но тщетно. Пришлось достать из рюкзака салфетку, которой вытиралась в дороге и протереть несколько полок шкафа. Я честно взяла две полки из четырех возможных.

Пока я складывала свои вещи в шкаф, снизу доносились шум и крики. Обычно я старалась помогать, но потом меня выгоняли за драку и побои. Поэтому я надежно засунула свою совесть в самый дальний ящик и продолжила заниматься своими делами.

Из любопытства я снова заглянула в сущность. Всегда пользуюсь этой способностью. Просто предпочитаю знать, с кем имею дело! Девушка и впрямь оказалась странной. Ее сущность была полностью синей с серым центром. Значит, это полностью отчаявшийся человек, который и бороться не пытался. Не люблю таких!

Никогда не понимала, почему люди отчаиваются. Ну, что могло случиться в жизни этой молоденькой девушки, чтобы она довела себя до такого состояния? Никогда не понимала и, наверное, уже не пойму! Не стала я больше в этом копаться и отвернулась.

Через какое–то время шум стих. Камра встала и просто вышла из комнаты, ничего не говоря. Я осталась одна. Что мне было делать? Высовываться я не собиралась, поэтому снова взяла салфетку, которую таковой уже нельзя было назвать, и стала вытирать свою кровать, шкаф и окно. Я бессовестно воспользовалась своей скоростью и моментально все вытерла, решив завтра продолжить это грязное дело, но уже во влажном виде.

Уже через час Камра вернулась в еще более потрепанном виде, чем была. Не раздеваясь, она упала на кровать и сразу уснула. Я не удержалась и снова заглянула в сущность. Края ее стали еще более заостренными и очень темными, но синими. Что же с ней случилось за этот час? Куда она ходила? Ответы на эти вопросы могла дать только она сама. Надо будет все–таки пообщаться с ней. Соседки как ни как!

Я тоже легла, но долго еще не могла уснуть. Даже не знаю, что именно меня больше мучило: вонь или обстановка. Не создавал приятного впечатления этот приют. Наверное, не зря его директриса не любит! Сама ночь прошла как всегда без сновидений. Я только первое время после превращения мучилась кошмарами. Но со временем все наладилось.

Проснулась я рано утром. Я вышла в коридор в поисках туалетной комнаты. Да, народ здесь не из дружелюбных. Из троих встреченных мною в коридоре подростков двое шарахнулись, а один оценивающе глянул и ухмыльнулся. При свете солнца приют смотрелся еще хуже, чем накануне. В самом конце коридора я все–таки нашла туалет. Видок не из приятных: разбитый кафель как на стенах, так и на полу; баллончиком размалеваны стены и даже потолок; из трех унитазов один разбит, во втором блевотина; с раковинами та же история! Меня саму от такого зрелища чуть не вырвало. Это ж кем надо быть, чтобы так загадить место, в котором живешь? Я выбежала из этого отвратного помещения, затыкая нос руками. Я залетела в комнату, схватила бутылку из–под воды, которую пила в дороге и поплелась обратно. Теперь я знала, что увижу, поэтому сильно по сторонам не смотрела. Я просто налила воды и вышла. Уже в комнате я нашла старый обшарпанный таз, который тщательно вытерла и вылила в него воду. Не самый приятный в моей жизни был процесс умывания. Кстати, умывалась я прямо на подоконнике своей комнаты. Моя соседка все еще спала в позе зародыша и тихо постанывала. Я не стала ее будить. Видимо, к этому она уже давно привыкла. Я оделась и мирно отправилась на занятия.

Сегодня я преодолела лестницу без приключений. Все ребята, которых я видела, были либо молчаливыми, либо орали всякие непристойности на всю округу.

Три здания приюта были объединены просторными коридорами. Первое здание — жилое. Второе — учебный корпус, в котором находилась столовая. Третье — лечебный корпус, который мне без надобности.

Учебный корпус был трех этажным. На первом этаже располагались столовая, администратор, учительская и ряд лабораторий. На остальных этажах были просто учебные классы. Надо отметить, что это здание выглядело намного лучше жилого. Простые окрашенные стены, на которых висели многочисленные стенды о различных болезнях. Ровный слой бледно зеленой краски даже не был поцарапан или исписан. Латаный линолеум в классах и каменный пол в коридорах был роскошью.

— Здравствуйте! — поздоровалась я, войдя в кабинет администратора. Женщина была примерно одного возраста с директрисой и выглядела очень похоже. Женщине на вид было около 40 лет. Невысокая полноватая женщина с короткими крашенными волосами неопределенного цвета, корни темно каштановые, а концы красноватые. Она посмотрела на меня не особо дружелюбно карими глазами. Но ярко накрашенные губы все–таки растянулись в не искренней улыбке. Мурашки прошлись по коже. Чем так улыбаться лучше всегда ходить угрюмой.

— Здравствуйте! Чем могу я помочь?

— Я новенькая, Мелания Брокчерс! Мне бы расписание занятий! — я сочла вполне пристойным подобный ответ, а администратор явно удивилась. Только позже я вспомнила кто здесь учиться. Наверное, при таком контингенте она и не слышала приличной речи! Я усмехнулась собственной мысли. На лице же отразилась улыбка.

— Вот ваше расписание, — вежливо протянула она мне листок. На лице не осталось и следа враждебности, но и улыбки не было. Хотя зачем мне ее улыбка?

Любопытство не порок! Поэтому я вновь глянула в сущность. Женщина оказалась вполне нормальной: серый центр, сероватый цвет преобладал и в остальной части, только края были зубчатыми. Я списала это на не особо приятное место работы, скорее всего, не менее не любимое, чем у директрисы.

— Большое спасибо! До свиданья! — попрощалась я.

— Удачи! — крикнула мне вслед администратор.

Я мирно подняла на второй этаж. Пока шла, я рассматривала учеников, своим особым зрением. Почти все ребята были больны. Просто у одних находились какие–то врожденные заболевания или дефекты, а другие сгубили себя сами. Так, например, посажанная печень, почки и отвратительные легкие признак просто неправильного образа жизни. При этом почти половина ребят имела подобные заболевания, о которых и сами не знали. Среди ребят я заметила рыжего парнишку, и сразу нашла ответ его молчаливости. Он был немой, но в целом здоровый и добрый малый.



Первые два урока прошли нормально. Единственной особенностью этих классов, оказалось то, что все ученики также разделены. На одном ряду «трудные», на другом «больные», а между ними большой проход. Вроде, каст. Причем вторая сильно боится первую. Когда учитель меня представлял и показывал парту, представители первой ухмылялись, а вторые нервно сглатывали. Конечно, меня определили к «трудным», хотя мне это совсем не льстило сидеть с этими ребятами. Я бы с большим удовольствием посидела в другом ряду.

Все трудные ребята были одеты во все черное, но смотрелось это ужасно. Не потому что страшно, а потому, что одежда либо не стиранная давно, либо застиранная и выцветшая. Все парни одарили меня оценивающим взглядом охотника. Сущность их была в основном темно–серая, у некоторых с фиолетовыми вкраплениями.

Девушки же представляли собой смесь темно–синего и насыщенного синего. Они, похоже, потеряли надежду, но на что? Скорее всего, они боялись парней и поступали мерзко не из собственного выбора, а из страха. Так было проще. Кстати, среди них оказалась и моя соседка по комнате. Только сейчас она, не отрываясь, целовалась с одним и троицы. Я не понимала ее, да и не хотелось.

А вот на английском все обстояло немного хуже, хотя и не смертельно. Прибыли оставшиеся двое из троицы отморозков. Ничего хорошего это не предвещало. Я набрала полные легкие воздуха и сделала шаг в направлении своей парты.

— Привет, детка! Садись, пообщаемся! — выговорил главарь, похлопывая себя по ноге. А мне предстояло сесть прямо за ним, а за мной оставшиеся двое. Вот повезло! Сама себе завидую!

— Спасибо за такое лестное предложение, но вынуждена отказаться! — медленно сквозь зубы процедила я. От него еще и воняло ужасно. Неужели им не известно о гигиене? Видимо получилось не очень вежливо!

— Собралась меня отшить?! Так знай, не выйдет! — прорычал парень, вставая передо мной, — Ты, дорогуша, будешь моей сучкой! — он схватил меня за талию, а у меня внутри все сжалось от омерзения, — По–хорошему или по–плохому, — добавил он мне в лицо. Я думала, что меня прямо на него вырвет.

— Попробуй! — прорычала я в ответ и банально ударила между ног. Видимо он такого не ожидал. Парень согнулся и отпустил меня. Окружающие ахнули. Кто от испуга, кто от неожиданности. Я приготовилась к бою. Лица двоих отморозков приняли озлобленно–красный вид.

— Потом… — простонал согнувшийся главарь, — Ты мне за это дорого заплатишь!!!

Все трое быстро вышли из кабинета. Их не было половину урока. Вернулись они довольные. Видимо, гадость какую–то затеяли. Но мне их бояться глупо! Они против меня и минуты не выдержат, но показываться не хотелось.

За несколько минут до звонка учитель задал мне вопрос, и мне пришлось встать. К доске при этом я не подходила. Сев обратно, я почувствовала на стуле что–то жидкое.

Одежду решили мне испортить! Ладно, переживу как–нибудь! На что они еще могут быть способны?

Прозвенел звонок. Встать мне не удалось. Только сейчас я поняла, что на стуле был клей. Моя самоуверенность и погубила меня. Что мне теперь делать?

Трое отморозков тут же выросли передо мной.

— Ну, что детка! Теперь не побрыкаешься! — ухмылялся один из парней.

— Сейчас ты будешь ублажать меня! — прорычал главный, хватаясь за ширинку, — Поцелуй в больное место! — вся троица загоготала.

Вот это было уже сверх моего терпения и выше всех норм. Они решили меня унизить, изнасиловать. Судя по их самодовольным физиономиям, я была не первой. Но я категорически не хочу в этот список. Злость и ненависть разлились по моим венам. В одно мгновенье я превратилась прямо у них на глазах. Один из парней упал от неожиданности, а двое других бросились к двери. Но она оказалась заперта. Они же сами ее и закрыли, чтоб я не могла сбежать. Сами попали в свою ловушку. В панике, как всегда бывает, ключ выдал. Упавший парень, тем временем подполз к двери, одним рывком вскочил на ноги, и они вместе вынесли дверь. Я при этом не сдвинулась с места и на сантиметр. Было очень забавно наблюдать за ними.

Я оглянулась. На моем стуле осталась вся моя одежда, надежно приклеенная к сидению. Что мне оставалось делать? Выбор был не велик: идти по корпусу голой, чего совершенно не хотелось, либо в таком виде быстро пронестись по коридорам. Я знала, что могу передвигаться очень быстро, даже могу остаться незамеченной, пробегая мимо людей. Так я и сделала. В этот раз в своих способностях я не ошиблась: никто меня не заметил. Я спокойно добежала до комнаты. Единственной опасностью могла стать Камра, которая запросто могла не пойти на первые занятия. Прямо перед дверью я перевоплотилась обратно и уже абсолютно голая вошла в комнату. Но мне повезло, комната была пуста. Я быстренько переоделась и побежала в класс.

За опоздание мне влетело, но не сильно как новенькой. Но и это не испортило моего настроения. Оно у меня резко повысилось, после случившегося. Мне так понравились их испуганные лица. Жаль, камеры не было. То–то остальные посмеялись бы!

Под конец урока меня ожидал очередной сюрприз. В кабинет вошла директор с троицей. Все парни как один показали на меня пальцем в прямом смысле слова.

— Что произошло? — удивился учитель.

— Эти молодые люди говорят, что мисс Брокчерс превратилась в огромную кошку прямо на их глазах, — сдерживая смех, проговорила директор.

Ее сдерживаемый смех мог означать только одно — она им не верит и считает их рассказ бреднями. Это уже хорошо. Хотя, если подумать логически, кто бы поверил в такое?

— Это полная чушь! Мисс Брокчерс все время была на занятии, а где они были все это время мне не известно! — твердо заявил учитель.

— Тем не менее, прошу мисс Брокчерс проследовать за мной, а вы живо на свои места! — обратилась директор к парням.

Я быстро собралась и вышла вслед директору. Мы прошли по коридору несколько метров, а затем она резко развернулась. Ее глаза блестели, а лицо озаряла ликующая улыбка. Мне была не понятна такая реакция. Может быть, она сумасшедшая?

— Рассказывай! Как тебе это удалось? — восторгалась она.

— Что это? — искренне не понимала я.

— Так напугать этих отморозков! Они мне столько крови попортили, что уже сил моих нет. Все проблемы в приюте только из–за них. Я даже как–то пыталась сдать их полиции, но никто из детей не дает против них показаний! А ты умудрилась их так напугать! Они буквально влетели ко мне в кабинет, заикаясь и рассказывая что–то невнятное.

— А что они рассказали? — осторожно поинтересовалась я.

— Бред какой–то! — она рассмеялась.

— Может быть, они что–то приняли? У них были явно галлюцинации! Сознаюсь, они меня приклеили к стулу, но ничего не сделали. Просто вдруг начали пятится, один даже упал, а потом вынесли дверь. Я сама ничего не поняла, — бессовестно врала я. Не могла же я подтвердить, что способна на такое!

— Понятно. Иди в класс, но смотри поосторожнее с ними. Они опасны!

Я вернулась в класс, но не успела я дойти до парты, как прозвенел звонок. Все последующие занятия я принимала тихие поздравления в победе и соболезнования. Почти каждый предупреждал меня, что они так это дело не оставят, что мне стоит сильно оберегаться их. А некоторые вообще посоветовали уехать из приюта. Но я не из тех людей, которые бегут от неприятностей. Но видимо они сделали перерыв, потому как весь день обходили меня стороной. Это стало моей первой победой!

На последнем занятии в ряду трудных не было мест, и меня посадили в среднем ряду с симпатичной девушкой с карими глазами. Ее волосы отливали красным под светом ламп, на солнце они выглядят, наверное, еще красивее. Неправильность фигуры заключалась в большом обхвате бедер. Садясь, я заметила, что девушка немного вжалась в стул и рука у нее какая–то странная, как тряпка висит. Она боязливо на меня поглядывала, а я подбирала слова, чтоб познакомиться с ней и дать понять, что меня не надо бояться.

— Привет! — не нашла ничего лучше я чтоб начать разговор, — Меня зовут Мелания, но можно просто Мела! — максимально приветливо улыбалась я.

— Привет, — все еще осторожно проговорила она, хмуря брови.

— Как тебя зовут? Не бойся меня, я хочу с тобой подружиться! — глупая фраза, но все же.

— Кейт. Ты же из этих, — она подбородком показала на соседний ряд.

— В трудные меня записали родители. Просто они разводились и решили избавиться от не нужного приемного ребенка. Хотя я всю жизнь считала их своими родными родителями! — пришлось импровизировать!

— Соболезную, — уже смелее произнесла Кейт, — Можно было просто вернуть! Законом это не запрещено.

— Не запрещено, но очень сложно, если ребенку уже 16 лет, а веских оснований нет. А трудного подростка забирают без проблем и лишней волокиты!

Кейт лишь тяжело вздохнула, а потом спросила — Значит, ты здесь недавно?

— Здесь второй день! А вообще в приютах год! А ты как здесь? — я постаралась умолчать, что из предыдущих меня выгоняли. Иначе она бы никогда не поверила в мои мирные и дружелюбные намерения.

— Я здесь с рождения. Прямо из роддома. Я инвалид по рождению! — одной рукой она приподняла другую, ту, которая показалась мне странной, — моя рука парализована, и одна нога короче другой!

— Ужас, какой! Тяжело тебе, наверное, вот так? — я никогда не знала, что такое болезнь, но прекрасно знала, что такое быть не как все! Мне искренне жаль было эту девушку. Я быстренько заглянула в ее сущность. Она представляла собой белый центр с небесно голубыми крапинками, а вокруг только светлое облако. Я не сдержала невольную улыбку. Несмотря ни на что, эта девочка воплощение доброты.

Я заглянула и в ее здоровье. Ноги у нее были окрашены в светло коричневый цвет, что говорило о банальной недоразвитости мышц. Рука была темно синей, почти черной. Это значило, что она действительно никогда не сможет двигаться. Но в остальном Кейт была абсолютно здорова!

— Я не знаю, каково это — по–другому! Я всегда была такой! — грустно проговорила она. Кейт полностью осмелела и больше не боялась меня. Я была этому несказанно рада!

— А почему ты такой родилась? — задала я глупый вопрос. Разве могла она точно знать, что творила ее мать в беременность?

— Мутация, а чем она вызвана можно только гадать. Знаешь, мне сказали, что она приехала в роддом пьяной, так что может быть все, что угодно! Зачать могли в пьяном состоянии. Ее могли бить на протяжении беременности. Могла принимать лекарства. Много еще всего…

Как вообще земля носит таких родителей??! Разве так можно? Эмоций по этому поводу у меня была куча и все негативные! И пока такие родители будут рожать, будут пополняться ряды таких, как Кейт — инвалидов детства.

Прозвенел звонок, но мы и в коридоре продолжали разговаривать. Походка у нее была ужасной, в то время как мама меня когда–то учила ходить с книгой на голове для идеально ровной осанки.

— А насколько твои ноги отличаются? Ну, в длине? — у меня возникла идея, как помочь ей.

— На полтора сантиметра! А что? — удивилась она.

— Ты ничего не подкладываешь в туфли?

— Нет! Это бесполезно, — тяжело вздохнула Кейт, — мне направо!

— А мне налево. Ну, еще увидимся! Может быть на обеде?

— Пока! — она помахала мне рукой, и я ответила ей тем же.

На обед я мчалась со всех ног. Мне очень понравилась эта милая добрая девушка, и хотелось еще с ней пообщаться.

Я нашла столовую без проблем. Это было огромное помещение, разделенное на три части. По всему помещению стояло девять колонн, приблизительно через шесть метров. Одна часть была отделена прилавком, за которым находилось пространство кухни. Остальное пространство было разделено металлической решеткой, прикрепленной к серединному ряду колонн. Сразу возле входа была часть «трудных», а за решеткой чуть дальше сидели «больные»! Я твердо прошла в дальнюю часть столовой. Все ребята, которые на тот момент уже сидели за своими столиками, испуганно поглядывали на меня, молча провожая. Мне, честно говоря, было не по себе от этого, но я искала Кейт. Но ее нигде не было. Но я не особо огорчалась. Мало ли, что могло у нее случиться? Я выбрала самый дальний столик, за которым никого не было. Ко мне так никто и не присоединился. Весь обед я сильно ждала Кейт, постоянно выглядывая, но она так и не появилась.

Занятий у меня больше не было и я пошла по своим делам. Я нашла мастерскую, где обычно занимаются парни, и выпросила у преподавателя толстый кусок резины. Мужчина, конечно же, не понял, зачем она мне понадобилась, но вручил обрезок толстого плотного куска резины. Я его поблагодарила и рванула в комнату. По дороге я встретила санитарку и вспомнила про затевавшуюся уборку.

— Здравствуйте! — чуть не сбила я ее с ног. Бедная женщина аж подпрыгнула от неожиданности и взвизгнула.

— З–Зд–рав-в–ст–вуй-т-те! — заикаясь, произнесла она.

— Простите меня, пожалуйста! Я совершенно не хотела вас напугать! — извинялась я, а ее бедняжку трясло. Она просто кивнула, а я заглянула в ее сущность и ужаснулась. Что же здесь происходит? Почему даже санитарка здесь отчаявшаяся? Серый центр был окружен огромным полем синевы, а края дребезжали, будто я приставила ей нож к горлу!

— Не бойтесь! — максимально тихо, спокойно и дружелюбно проговорила я.

— Вы что–то хотели? — наконец–то произнесла что–то членораздельное она.

— Дело в том, что я новенькая! И хотела бы вымыть свою комнату. Желательно с хлоркой! Не могли бы вы мне ее дать немного? — я улыбнулась одними губами, не показывая зубов. Женщина сглотнула.

— Ты хочешь кого–то отравить? — ели слышно спросила она. Что ее натолкнуло на такую ужасную мысль?

— Нет, конечно! Вы что! Просто в комнате явно давно не убирались! Вот и все!

Женщина больше ничего не сказала и, молча протянула мне маленький пакет с белым порошком.

— Большое спасибо! — поблагодарила я и продолжила свой путь.

Мне повезло, и Камры не было. Поэтому я решила пока отложить свою затею с резиной до вечера, а пока сходила в туалет за водой. Набрав воды, я начала уборку на своей скорости. Спустя несколько минут окно было вымыто и мне вновь пришлось идти в туалет. Так прошло какое–то время. Я почти все убрала, кроме пола, когда пришла моя «очаровательная» соседка. Скорость обломалась! Мне пришлось мыть пол, как и любой другой человек. И как она может жить в такой грязи? Хотя я и не убирала ее кровать, мыла я везде. Вечером, наведя порядок, я спокойно вырезала из выпрошенного куска подобие стельки нужной толщины.

Кейт восприняла мою затею с уборкой очень даже негативно. Она пренебрежительно посмотрела на меня и завалилась спать. Как так можно жить? Ну, прямо как жаба в сказке «Дюймовочка»: ну, вот поели теперь можно, и поспать; ну, вот поспали теперь можно, и поесть!

Ночью я снова никак не могла уснуть. Я вообще мало сплю, четыре–пять часов для меня очень даже достаточно. А тут… Я решила возобновить свою тактику чтения книг. А чем еще можно заниматься в закрытом приюте ночью?

Утро было не таким мерзким как предыдущее. Я спокойно умылась в комнате, оделась и отправилась на занятия. Даже уроки проходили вполне сносно. Троица отморозков пока еще была под впечатлением, поэтому и не подходила, но это не на вечно! В большей степени я ждала последнего урока. Мои ожидания оправдались. Кейт была на месте. Прямо на уроке я вручила мое изделие Кейт. Ну, не могла я ждать до конца занятия!

— Положи ее в башмак ноги покороче под свою обычную стельку. Так должна компенсироваться разница. Если неудобно, скажи, я переделаю, — прошептала я.

Кейт залезла под парту и быстренько сделала все, что я сказала. Улыбающаяся она поднялась.

— Ну как? — с нетерпением спросила я. Я никогда раньше не делала ничего подобного. Просто очень захотелось ей помочь.

— Замечательно! Будто для меня сделана! — восторженно говорила она, — Спасибо огромное! Но где ты ее взяла?

— Вечером вчера сама сделала. Тебе удобно? Ничего нигде не жмет?

— Что ты, отлично! Ты сделала ее специально для меня?

— Конечно! А то у тебя походка просто ужасная! — сгримасничала я, — Теперь будешь учиться ходить ровно и красиво!

— Ты меня и этому научишь? — Кейт аж запрыгала на стуле.

— Успокойся! А то стул сломаешь. А их делать я точно не умею! — посмеялась я.

Кейт на радостях обняла меня, а весь класс удивленно на нас глядел. Весь оставшийся урок мы тихо прохихикали. После звонка она снова ушла в лечебный корпус. Походка была лучше, но все равно учиться придется многому.

Вернулась она только после обеда. Мы очень о многом разговаривали, не замечая, как летит время. Про книги я, конечно же, забыла. Мы стали подходить к комнатам, но Кейт явно боялась. Оказалось, что эти подонки регулярно громят их этаж, пользуясь тем, что никто не может оказать им сопротивление. Мальчишек они избивают, а симпатичных девушек насилуют, если те сопротивляются. Она предупредила, что такая участь ждет всех новеньких. Это своего рода обряд. И со мной это лишь дело времени! Но я их не боялась.

Когда мы стали подниматься, то услышали шум. Кейт вцепилась в мою руку. Ее аж трясло! Это как надо было запугать девчонку, чтоб ее так трясло только от одной близости к ним? Таких порядков я еще не встречала ни в одном приюте! Это нонсенс! С этим надо что–то делать!

На втором этаже мы увидели уже знакомую компанию. Они ломились в разломанную дверь, а путь им преграждал храбрый паренек с костылями. Они рычали и крыли его всеми известными и не известными мне ругательствами. Во мне все вскипело. Я набрала полные легкие воздуха. Не хватало еще потерять самообладание!

— Мальчики, а не стыдно втроем на одного? — процедила сквозь зубы я, не скрывая угрозу. При этом я показала свои клыки в наилучшем ракурсе, чтоб напомнить им кое–что.

— Ты че… — парень подавился словами, обернувшись и поняв, кто его спрашивал. Двое других испуганно смотрели мне в рот, — Валим!

Троицу как ветром сдуло. Значит, какое–то время я могу жить вполне спокойно! Я спокойно улыбнулась Кейт, которая мертвой хваткой сжимала мне руку и смотрела на меня круглыми глазами. Подмигнув ей, я повернулась к парню. Он все также стоял с костылем в руках, испуганно глядя на меня.

Парень был просто красавчик: каштановые волосы отливали золотом, в синих глазах можно было утонуть, немного не ровная линия губ была лишь изюминкой. Но при этом он был невероятно худым, даже можно сказать дистрофичным.

Мир вокруг рухнул. Голова закружилась. Я утонула в его бездонных глазах и не один спасательный круг не сможет меня вынуть. Это как помутнение. Хлоп, и ты уже сам себе не принадлежишь! Я будто заледенела, не способная сдвинуться с места, произнести слово. Язык онемел, а все слова забылись. Я просто, не отрываясь, смотрела в его глаза, не понимая, что со мной. Да это и не было важно тогда. Мне было хорошо. Какое–то неизвестное мне тепло разливалось по всему телу, поглощая полностью. Дыхание замерло, сердце учащенно забилось, а по коже пробежали мурашки. Я глупо ему улыбнулась, а он стал падать. Совершенно не контролируя себя, я мгновенно его подхватила. Такая скорость была не свойственна человеку, но это уже мелочи! Главное, что он не упал. От прикосновения к нему, по всему телу прошел странный, но очень приятный импульс. Меня аж передернуло.

— Спасибо! — заикаясь, произнес парень. Мне его голос показался пением.

— Ммм… Не за что! — промямлила я, смущаясь.

Я даже не заметила, в какой момент от меня отлепилась Кейт. Я, честно говоря, вообще забыла о ее присутствии. А она уже подняла его костыли. Она точно поставила их ему под руки, и они ушли, больше не сказав ни слова. А я осталась тупо смотреть им вслед. Оказывается, этот парень ходит на костылях, а я подумала, что он ими просто защищался. Сердце сжалось.

Я как во сне поднялась к себе и упала на кровать. Я еще долго не могла заснуть. Перед глазами стоял образ этого парня на костылях. Я даже не смотрела его сущность или здоровье. Я была уверенна, что он такой же добрый как Кейт. А то, что у него со здоровьем плохо было и так видно!


Глава 3

Мучение

Утро я встретила с надеждой познакомиться с ним. Я спустилась на второй этаж и почти до самого звонка ждала, когда он появиться. Ни его, ни Кейт не было. Я немного поникла, но не пала духом, а поплелась на занятия. Первые занятия прошли нормально, грустно. Даже троица меня тщательно обходила. Мне чего–то не хватало. Тянуло куда–то, куда я не знала. Я все ждала и постоянно всматривалась в проходящих мимо парней, искала его костыли, но не замечала.

Я хотела поговорить о нем с Кейт, но ее не было на уроке. Мне стало еще грустнее. Пости без надежды я поплелась в столовую. Но в там мне улыбнулась удача — я увидела его. Сердце екнуло и замерло. Рядом с ним стояла Кейт. Она нежно его обнимала за талию, а он улыбался ей в ответ.

Мне вдруг стало так больно! Захотелось свернуться в клубок. Слезы подступили к глазам. Только здесь и сейчас я поняла, что со мной случилось — я влюбилась. Влюбилась единственный раз в жизни! Влюбилась в неизвестного парня на костылях, чья девушка моя подруга.

Я действительно стала считать Кейт своей подругой. Последний раз у меня была подруга еще, когда я жила с родителями. Ни в одном приюте мне так и не удалось сдружиться. Уж не знаю почему, времени ли не хватало или желания особого не было. Но так получилось! Я полюбила эту добрую наивную девочку.

И что мне теперь делать? Не могу же я отбивать парня у подруги! Это не честно. Они счастливы и я не имею никакого права рушить это, или хоть как–то вмешиваться! Вот почему мне так больно — я ревную!

Как же такое могло случиться? Столько парней было у моих ног и красивых и сильных и главное здоровых! А меня угораздило влюбиться в калеку! Самого очаровательного в мире калеку!

Я буквально вылетела из столовой, не останавливаясь, забежала в свою комнату и рухнула на кровать. Я еще какое–то время просто рыдала, но потом слезы закончились. Надо было думать головой и что–то решать.

Во мне начали борьбу эгоизм и чувство справедливости. Одна сторона твердила, что подруги проверяются годами, а Кейт я знаю всего ничего, что ничего страшного не случиться, если я отобью его у нее. Другая же сторона убеждала, что они подходят друг другу, неизвестно, сколько времени они вместе, и что ему такому будет очень не комфортно находиться рядом с абсолютно здоровой мной.

У лучшей моей стороны оказалось больше аргументов, и я приняла решение. Я не хочу рушить счастье моей подруги. Решение было принято, а сердце ныло.

На следующий день я узнала, что у нас с ним есть общее занятие. Раньше я его не заметила из–за этих отморозков. Только вот я сижу за второй партой первого ряда, а он за пятой третьего. Узнала, что зовут его Зак Хостен. Я долго его рассматривала. Его здоровье было почти полностью окрашено синеватым цветом. Цветом серьезной болезни, но я не знала какой именно.

Он тоже смотрел на меня, но все–таки не так долго как я. Я так к нему и не подошла. Я дала слово и сдержу его, чего бы мне это не стоило! Он парень моей подруги! Точка! Между нами не просто пропасть, а целая бездна: я неизвестно кто, зато здоровая, а он слабый болезненный человек, у которого есть девушка!!!

Как же тяжело было себя сдерживать! Как мне только сил хватало? С Кейт мы продолжали общаться, всячески обходя тему мальчиков. Несколько дней мне удавалось избегать столкновений с ним. Но Кейт все же решила нас познакомить. Мы пришли после занятий на обед. Они с Заком уже сидели за столом. Как можно было не подойти, когда она приветливо махала мне рукой, приглашая присесть? Надо было раньше думать! Что же делать? Что же делать? Дыхание перехватило, сердце бешено стучалось. Я пыталась твердо и уверенно идти к ним навстречу. Уж не знаю, насколько это у меня вышло!

— Ты плохо себя чувствуешь? — поинтересовалась Кейт. А я не отрываясь смотрела на него. Я просто не могла отвести взгляд.

— Нет, все хорошо! Вы уже взяли? — захотелось перевести тему. Только сейчас мне удалось посмотреть на Кейт, вырваться из плена его божественных глаз.

— Мы и тебе взяли, — показывала она на третью порцию на столе. Боже, она даже не дала мне шанса отойти от них и отдышаться. Мне же в таком напряжении кусок в горло не полезет!

— Спасибо! — выдавила я, садясь напротив него. Она решила надо мной поиздеваться?

Вообще–то стульев за столом было как раз три. И все сидели друг напротив друга. Но это сильно осложняло мою задачу не выдавать себя! Хотя по мне уже и так видно. Я никогда ранее не влюблялась и поэтому совершенно не знаю, как скрываются подобные чувства!

— Мела, это Зак! Зак, это Мела! Это она сделала для меня стельку, — представила меня Кейт, параллельно восхищаясь. Я же не считаю, что сделала что–то особенное. Такая мелкая помощь, а столько благодарности! Но сейчас мне было не до этого. Сейчас на меня пристально смотрели небесно голубые глаза Зака. Боже, как мне хотелось сейчас в них утонуть!

— Очень приятно! — проговорил его нежный голос. Мое положение усложнялось его испытующим взглядом. Я не выдержала и опустила глаза. Хотя и это оказалось очень сложно.

— И мне очень приятно!

— Я еще не сказал спасибо за спасение! — говорил он. Я буквально чувствовала его взгляд. О какой еде может идти речь, если мне даже дышать тяжело рядом с ним. Что он со мной делает? Как же живут влюбленные люди?

— Вообще–то уже говорил! Не за что! Я ни вижу в этом ничего героического. Я всегда так поступаю! — пробормотала я, уставившись на свою тарелку. А организм требовал пищи. Но мои руки не слушались меня. Они будто онемели и не желали браться за столовые приборы.

— В нашем приюте это героизм! Я же тебе уже говорила… — начала было Кейт, но я ее перебила. Я знаю, что это не культурно, но никогда не любила таких вещей как долгая благодарность.

— Простого «спасибо» вполне было достаточно! А на их счет я еще подумаю! Но не за столом. Не хочу портить себе, да и вам тоже, аппетит! — у меня была паника. Я, наконец, обрела контроль над своими руками и быстро стала поглощать пищу. Уж, не знаю как это смотрелось со стороны, но мне было просто необходимо занять себя чем–то. Теперь я буду знать, какой подставы ждать от собственного организма.

— А ты проголодалась! — усмехнулась Кейт и последовала моему примеру. Конечно, не с таким остервенением, но все–таки я была ей благодарна. Остаток обеда прошел, если так можно выразиться, спокойно. Мы просто ели. Лично я впихивала в себя всю еду, не разбирая вкуса!

— Вы меня извините, но мне надо к себе! — наврала я, сразу после того, как доела. Просто мне надо было сбежать.

— Да–да, конечно! — удивленно сказала Кейт. Не менее удивленно на меня смотрел Зак. Вот это я дура! Надо же так глупо сбегать! Но мне это нужно!

— Извините, еще раз! Еще увидимся! — попрощалась я. Я пошла достаточно быстро, насколько это вообще можно было назвать шагом с человеческой точки зрения. Сердце уже разбило ребра и было готово выпрыгнуть к нему в руки. То, что я отдала ему свое сердце уже неоспоримо, но то, что со мной происходило, пока он был рядом… это ужас! Я же не могла найти себе места, я не знала, куда мне девать глаза и все остальные части тела.

На следующий день все полностью повторилось. Конечно, я уже предполагала, что они будут вместе, но легче от этого не становилось. Ценой не человеческих усилий я заставляла себя не смотреть на него и не разговаривать. Сердце билось и кололось, создавая вполне ощутимую боль. Я надеялась, что время лечит, но ошиблась. Становилось только хуже. Мы стали видеться каждый день за обедом. Я каждый день проходила эту пытку. Правда есть уже стало легче. Еду больше не приходилось насильно впихивать в себя, а на счет всего остального…

Однажды за столом состоялся такой разговор.

— Мела, у меня к тебе есть просьба… — нерешительно начала Кейт, Зак тоже жался. Что же они могут от меня хотеть?

— Говори! Ты же знаешь, я тебе всегда рада помочь! — воодушевляла я ее, а сама предчувствовала засаду!

— Я даже не знаю, как сказать! — мялась она.

— Да, не надо. Я сам справлюсь! — проговорил Зак. Вот и засада — помощь нужна не Кейт, а Заку! Сердце екнуло. О чем таком Зак стесняется попросить?

— Говори. Я всегда рада помочь! — приободрила я его. А у самой замерло дыхание и к глазам подступили слезы. Я смотрела в его небесные глаза и тонула. Весь мир терял смысл и важность, когда я попадала в плен его прекрасных глаз.

— У меня небольшие проблемы с… — он смотрел на свои руки, но видимо, не знал как мне сказать.

— Я знаю о твоем заболевании. В чем именно тебе нужно помощь?

— Вообще–то, нам обоим нужна твоя помощь! — мне уже начинало действовать на нервы такое поведение.

— Ну, так говорите! Не убить же вы кого–то хотите! — возмутилась я.

— Нет, конечно. Просто у нас проблемы с руками и чертить…

— Понятно! А проблему то создали на пустом месте. Хотите, я вместо вас буду чертить? — я вздохнула с облегчением.

— Нет. Учителя сразу поймут, что чертим не мы. Нам просто нужна твоя помощь!

— Вы не хотите, чтобы я чертила за вас, и не можете сделать это сами. Так чего вы хотите от меня? Я не волшебник и такие вещи не лечу! — я искренне не понимала их просьбы.

— Мы хотим, чтобы ты с нами позанималась, — наконец–то, что–то конкретное сказала Кейт.

— Хорошо! Когда? И кто первый? — я не совсем себе это представляла, но не помочь им я не могла.

— Мне завтра нужно будет сдать свою работу, а она у меня не готова. Так что, если ты не против, прямо сегодня вечером у меня! — проговорила Кейт. Было в ее голосе все еще что–то смущающиеся. И чего они так на это реагируют?

Как и договорились вечером я спустилась на второй этаж. Многие из ребят этого этажа меня уже не боялись (не шарахались как от огня по крайней мере), но тем не менее не общались. Я посчитала, что это делом времени.

Кейт уже ждала меня возле своей комнаты. Раньше я ее только провожала до двери и никогда не была внутри. Теперь мне представился такой шанс. Ее комната находилась в самом конце коридора, на другом его краю от туалета. Так что в этом ей очень повезло — запах минимален! Уже по двери было видно, что здесь живут нормальные девчонки. Прямо на двери были прилеплены несколько вырезанных из простой бумаги цветочков. Что еще могли придумать простые добрые девочки? К слову, Кейт тоже жила не одна, у нее была соседка.

— Привет! — поздоровалась я с девушкой, которая вся вжалась на кровати увидев меня. Комната была в разы лучше моей. Мне же Камра не то, что помогала с уборкой, а наоборот мусорила.

Комната была не просто в лучшем состоянии, сразу видно, что за ней регулярно ухаживают. Старенькие обои выглядят чистенькими и не потеряли свой желтоватый цвет, даже мелкий цветочек вполне различим. Шторки не желтые как у нас, а всего лишь бежевые. Даже кровати и шкаф выглядят намного приличнее и ухоженнее. Стол так вообще загляденье: накрыт простой сразу видно старой тканью, но зато ткань обработана и по краям ручная вязка. Очень красиво. Только самые замечательные люди могли сделать из такой убогости и нищеты конфетку!

— Привет! — заикаясь, поздоровалась девушка.

— Не бойся! Это моя подруга Мела! А это Френ, — познакомила нас Кейт. Мне почему–то стало очень приятно, когда она назвала меня подругой. Нет, у меня и раньше были подруги. Но это было давно и не серьезно. Сейчас же, когда я была вынуждена резко повзрослеть, я оценила в полной мере отсутствие настоящего друга.

— Очень приятно! Давай не будем напрягать Френ. Пока я ей не нравлюсь, — успокаивала я Кейт. Френ же ни на секунду не расслабилась и продолжала смотреть на меня очень настороженно.

— Ты уже все приготовила? — переменила я тему.

Мы прошли к столу и начали занятие. У Кейт действительно были большие проблемы не только с черчением, но и с написанием. Как она умудрилась приспособиться писать, когда одна рука недействующая совсем? Она просто герой! Мы долго приспосабливались друг другу, смеясь над комичностью ситуации. Но спустя некоторое время решили, что я буду отмерять все размеры, передвигать линейки, а она уже своей рукой будет проводить линии. Так мы и выполнили ее работу.

Все это время за своей спиной я ощущала удивленный взгляд. Мои действия явно приводили Френ в замешательство. Но это я рассматривала как хороший признак — так несколько раз посмотрит, что я не такая как другие с моего этажа, и возможно мы и с ней тоже подружимся!

— Расскажи мне о Заке! — оказалось, тяжело произнести его имя, — Чем именно он болен?

— Я не знаю, как точно называется его заболевание. Сама понимаешь, у болезней такие страшные названия, что быстрее язык сломаешь, чем произнесешь.

— Ну, а смысл ты знаешь? — как она не могла знать смысла заболевания своего парня?

— Это очень редкая болезнь. У него постепенно атрофируются мышцы и скоро он буде прикован к инвалидному креслу, а потом вообще не сможет вставать с постели, — горько рассказывала Кейт. Сердце разрывалось от таких новостей, но чем я могла ему помочь? Ни чем!

— И что нет ни единого способа ему помочь? Даже приостановить это? — возмущалась я.

— Такие вещи если и лечатся то, только в очень раннем возрасте. Сейчас уже поздно!

— А почему его не лечили маленьким? — возмущению не было предела.

— Государство не дает деньги на таких как мы! — лицо Кейт искривилось в улыбке отчаяния. Это даже сложно назвать улыбкой, скорее ухмылка. А глаза стали еще грустнее.

— Он тоже здесь с самого рождения? — задала я глупый вопрос. Кейт лишь мельком глянула на меня как на идиотку и ничего не ответила. Да, мне уже и не был нужен ее ответ! Я все поняла сама.

— Ладно. Поздно уже. Я пойду! Если что, зови! Всегда рада помочь! — попрощалась я. После этого разговора вряд ли я была способна еще на что–то! Мне не хотелось ничего: ни есть, ни спать, даже слез не было! Меня охватило чувство, что я была сильно загрязненной кастрюлей, которую только что тщательно вычистили металлической щеткой, ободрав все внутри и оставив после себя только пустоту. Не было ничего.

Я на автопилоте дошла до комнаты и просто рухнула на кровать. В таком бессознательном состоянии Камра видела меня впервые.

— Сломали! Ничего страшного! Скоро привыкнешь! — приободряла меня Камра неизвестно от чего. Только через пару дней я поняла, что она имела в виду. Кейт же рассказывала мне, что эта троица вытворяет с девушками. Вот Камра и подумала, что и меня они уже прибрали к рукам. Не тут–то было! Я им живой не дамся! Могут не надеяться! Тем более, что они пока еще меня обходят стороной.

На следующий вечер была очередь Зака. Я шла к нему с каменным лицом, а внутри бушевал ураган, меня трясло. Я ужасно боялась выдать свои чувства и потерять одновременно и подругу и его. «Спокойно! Ты просто ему поможешь с уроками!» — твердила я себе, подходя к двери. Я даже задержалась на пару минут у двери в нерешительности. Конечно, в силу своей болезни он ждал меня в комнате, а не как Кейт снаружи. Я постучалась.

— Входите! — отозвался бархатный голос Зака. Я набрала полные легкие воздуха и с первым ударом сердца толкнула дверь. Комната не особо отличалась от моей. Только стены были заклеены постерами различных музыкальных групп. Среди них я узнала Rammstein, Rasmus и Nightwish. Мне тоже нравятся эти группы, но я их слушаю только из–за хорошего ритма. Под нее можно свободно побеситься, выпустить пар и побегать. А вот зачем парням с такими заболеваниями слушать такую музыку, для было не понятно!

— Нравиться такого рода музыка? — не удержалась я от любопытства.

— Да! — лаконично ответил Зак, — Тебе что–то нужно?

— В каком смысле? Я задаю лишние вопросы? — удивилась я. Наверное, он почувствовал мои к нему чувства и теперь желает держать дистанцию. Что ж, я его понимаю!

Меня, честно говоря, немного обидел такой его ответ, поэтому я опустила голову. Я не хотела выдать своих чувств.

— Я не про вопросы. Я про занятие. Тебе здесь будет удобно? — он смотрел на меня как–то странно. Я никак не могла понять по его взгляду, что он испытывает в данный момент. Я опустила глаза на пол и стала разглядывать пошарканный рисунок линолеума. Для мальчишек в комнате было довольно чисто и уютно. На столе лежала ткань с такой же обработкой краев, как и у Кейт. Еще бы она сама, наверное, и делала это для него. Я бы для него тоже научилась делать все что угодно! Я тяжело вздохнула, сердце глухо ударилось о ребра, и прошла к столу. Чисто случайно мой взгляд упал на стену по правую руку от стола, ту в которой была входная дверь.

Единственное свободное место на стене, прямо над дверью, было занято книжной полкой. Я немного присмотрелась и поняла, что многие книги о живописи, скульптуре и архитектуре. Зато другая половина полки была занята книгами о автомобилях. Какие из них читал Зак, я не знала. Мне очень хотелось выяснить это, но по всей видимости он не был настроен на разговоры.

В комнате также находился его сосед. Но он не изъявил желания познакомиться, да и я не горела желанием. Не до него мне было. Я и так ели–ели держала себя в руках.

С Заком мы занимались намного меньше, чем с Кейт. Оно и понятно. У Кейт только одна рабочая рука, а у Зака плохо или хорошо, но обе. Он оказался способным учеником. Мы достаточно быстро выполнили его задание.

— А где у тебя циркуль? — спросила я, когда вдруг не обнаружила его на столе. Мне жутко захотелось хотя бы на мгновенье отойти от него и глотнуть свежего воздуха, воздуха, который не пах им! Не удалось!

— Он в верхнем ящике стола с твоей стороны, — абсолютно спокойно ответил Зак. И хотя его голос был спокойным, я кожей чувствовала витающее в воздухе напряжение.

Я не особо радуясь тому, что встать не удалось, открыла ящик. Но не верхний, а средний, конечно, я сделала это специально. Мне ужасно хотелось узнать о нем побольше. Но это не так просто, учитывая, что он парень моей подруги, и сам о себе ничего не рассказывает. Каково было мое удивление, когда я там обнаружила дощечку, распиленную вдоль и поперек, а рядом набор для резьбы по дереву. Меня искренне обрадовало такое открытие. Значит, он талантливый художественный человечек, который несмотря ни на что, двигается вперед.

— Это твое? — восхитилась я.

— Да. Так баловство! — пренебрежительно ответил Зак. Но мне было понятно, что это была лишь попытка скрыть свою безумную скромность!

Понятно было, что он не хочет говорить об этом. Я сразу закрыла этот ящик и все–таки достала циркуль. Мы продолжили занятие.

Кто бы знал, как тяжело мне далось это обучение! Со своими более обостренными чувствами я ощущала буквально все: его тепло, его запах, каждую нотку его голоса, каждое его движение и ерзанье. Его запах просто будоражил мою кровь, заставляя постоянно сглатывать слюну. Я чувствовала маленьким ребенком, перед которым положили конфетку и не дают. Верхом безумия били прикосновения. Чтобы правильно поставить ему руки мне пришлось к нему прикоснуться. Боже, как нежна и тонка его кожа, как упоителен его запах. Голова шла кругом, особенно от приятного тока по рукам.

Все это время мы ни о чем личном не разговаривали, и это немного облегчало мою задачу. Закончив с чертежом, я ушла, ни о чем более не поговорив. Так было лучше и для меня и для него!

Через несколько дней я снова ходила к нему помогать и снова все происходило точно также. Зато с Кейт мы занимались регулярно, но о нем больше никогда не разговаривали. Обедали мы постоянно вместе, что ни чуть не облегчало мое положение. Быть третьей лишней мне не хотелось, но не видеть его вовсе было преступлением! С Кейт не было никаких проблем, а вот сидеть с ним за одним столом, чувствовать тепло его тела, его аромат для меня было пыткой. Но я держалась.

Шли дни. Сердце выскакивало при каждом его появлении. Голос дрожал и постоянно срывался. А когда я видела его с Кейт, в горле вставал ком, к глазам подступали слезы, боль пронзала грудь, беспощадно её разрывая. И хотя я ни разу не видела, чтобы они целовались, легче не становилось. Они всегда держались друг за друга либо руками, либо вообще в обнимку за талию.

Что мне сделать с этим чувством? Я надеялась, что время лечит, но становилось только хуже, только больнее! Видимо, к безответной любви это правило не действует.

В один из дней я решила заглянуть все–таки в библиотеку на перемене и задержалась. В итоге я пришла практически со звонком. То, что я увидела в классе меня, откровенно говоря, взбесило!

— Убери от нее свои грязные руки! — взревела я, увидев, как один из троицы отморозков домогается до Кейт. Этот урод крепко держал ее одной рукой за талию, приподняв над полом так, что ей оставалось только подергивать ногами. Другой рукой он сильно сжимал ее лицо. В таком виде ее было не узнать. Она даже всхлипнуть не могла.

— Что? — ответил он мне своим грозным басом. Меня не то что испугал его рев, он даже не произвел никакого впечатления. Как я сдержалась в тот момент, вообще не представляю. Было желание прямо порвать эту сволочь на мелкие куски и скормить собакам! Лучшей участи для него я не могла придумать!

— Повторяю еще раз! Убери от нее свои мерзкие руки! — рычала я сквозь зубы.

— Тебе какое дело!? — пафосно проговорил он, смотря мне прямо в лицо. Меня это взбесило еще больше. Кейт же смотрела на это из его рук глазами кролика, зажатого между двух удавов. Оно и понятно, еще чуть–чуть и разразиться драка.

— Если ты ее не отпустишь, я откушу тебе голову! — рычала я. Я‑то знала на что способна, а вот он… Я бы не рисковала на его месте! Меня даже начало подташнивать от вони, которая исходила от него.

— Ха–ха! — рассмеялся он, — Ничего ты не сможешь мне сделать!

А вот это уже была провокация! Я «мило» улыбнулась, показав свои оскал, и резким быстрым движением сбила его с ног. От такого удара он сам отпустил Кейт, которая с тяжелым треском упала на край стула, а с него на пол. Ну, не предусмотрела я этого! Все мое внимание было занято этим…парнем. Я очень быстро, незаметно для человеческого взгляда вырастила коротенькие коготки и оцарапала ему руку почти от самого плеча до кисти. Так же быстро я убрала их на место даже прежде, чем он успел отреагировать на боль. Парень взвыл, а я спокойно поднялась.

— Следующий раз это, — я показала на его ободранную правую руку, за которую он хватался, — будет на твоей шее!!! — пригрозила я.

Видимо, царапины дали свой эффект. Парень прямо на спине пополз от меня. По его ошарашенным глазам было видно, что в этот раз он правильно воспринял мои слова.

Я регулярно отбивала Кейт и Зака от троицы мерзавцев. Создалось впечатление, что они меня проверяют. При этом все стычки постоянно происходили на людях. Уж не знаю почему: нравилось ли им всеобщее унижение, или они считали, что именно в это раз им повезет. Но нападения продолжались. Со временем они стали сомневаться в том, что действительно видели мое превращение. Порой стали даже наглеть и снова предпринимать попытки…близкого знакомства! Конечно, я делала все, чтоб этого не допустить. Мне пришлось даже пару раз показать свои удлиненные клыки во всей красе.

Я всегда знала, как лучше повернуться к человеку, чтоб они были максимально заметны, даже с большого расстояния. Это произвело предсказуемое впечатление, чего я собственно и добивалась.

Так прошло несколько недель. Однажды я увидела, как Кейт и Зак общаются с очень странными людьми. Эти люди были бледными как снег, но при этом невероятно красивыми и стройными. Меня этот факт очень удивил, и я заглянула в их сущность. Таких сущностей я еще никогда не видела: центр полностью черный, от которого исходили тонкие прожилки черного. Остальная часть сущности была белоснежной. Такое черное своеобразное солнце. Я была в шоке.

Черный цвет имеют только убийцы, а белоснежный только у священнослужителей, и то не у всех. А тут такое странное сочетание. Я впервые не смогла хотя бы отдаленно понять, что они собой представляют. Тогда я решила посмотреть их здоровье. Оно было идеальным, такого я тоже никогда не встречала. Обычно люди болеют хотя бы простудой, а тут совершенно ничего.

Я, конечно, тоже никогда не болела, но я не человек, по крайней мере, не обычный точно.

Я долго смотрела на них. Они о чем–то договаривались с Заком. Я решила немного послушать.

— Тогда сразу, как только тебе исполниться 18, ты переедешь к нам. Ты уверен, что хочешь? Эта операция очень болезненна, — уточнял мужчина мягким голосом. Высокий стройный светловолосый мужчина. Рядом с ним стояла светло–русая чуть ниже ростом молодая женщина. Она держала его под руку. Видимо жена.

Неужели, они решили забрать его? Но в таком возрасте и с такой болезнью уже никого не забирают! Я откровенно не понимала происходящего. Что этим очень странным людям надо от Зака и Кейт? И при чем здесь какая–то операция? Кейт же сказала, что все уже бесполезно!

— Не важно! Я не хочу быть растением, не хочу всю свою жизнь пролежать на кровати! — твердо отвечал Зак. Он явно все для себя решил. Но что это значит? Он рискнет своей жизнью? Ради чего?

— Но ты больше никогда не увидишь своих близких! Ты готов на это?

Что это за странная операция, после которой нельзя видеться с близкими?

— Да.

Его уверенный ответ прошел по мне вполне осязаемой молнией. Для того чтобы нормально двигаться, он готов бросить всех знакомых?

— Мы готовы на это, если он сможет нормально жить! Простите, но нам пора на занятия, — проговорила Кейт.

Она была готова больше никогда не увидеть его, ради его же блага! А я готова на это? Сердце свернулось и глухо ударило по ребрам. Мне захотелось расплакаться. Кейт с Заком повернулись ко мне лицом, поэтому я была вынуждена удалиться.

Всю дорогу до комнаты я шла как во сне. Для меня эта новость стала ударом. В голове крутилось только одно: «Он уедет, и я больше никогда его не увижу!»

На следующий день меня распирало любопытство, и я решила поинтересоваться, кто это был.

— Привет, Кейт! Как дела? Что это за люди были вчера? — расспрашивала я на занятиях.

— Это люди, которые согласились провести Заку уникальную операцию. Я не знаю подробностей, но они гарантировали, что он будет нормально передвигаться, но я больше его никогда не увижу. Это их условие.

— Странное условие. Не находишь? Что они собираются с ним делать?

— Не знаю, но выбора у нас нет, — очень грустно ответила она. Больше расспрашивать ее я не осмелилась.

Так и провела весь день в раздумьях, но ни к чему не пришла. Тем временем прошло еще две недели, и наступил его день рожденья. Я отсчитывала дни, а потом и часы до этого злосчастного момента. С одной стороны это был мой единственный шанс подарить ему что–то, поздравить с такой знаменательной датой для любого человека. Но в нашем случае эта дата не просто разграничивает его жизнь на детство и молодость, а отнимает его у нас с Кейт. Его восемнадцатилетие разделит его жизнь на «с нами» и «без нас». С каждым последующим мгновеньем становилось только тяжелее на душе. Но мы не разговаривали об этом. Мы с Кейт решили не омрачать последние общие наши дни. Только легче от него не становилось.

Мы с Кейт приготовили подарки, помня о том, что он увлекается разного рода резьбой и книгами о стилях, росписях, архитектуре. Так и решили, что Кейт дарит книгу подобного толка, а я придумаю что–нибудь по резьбе.

За неделю до знаменательной даты я побежала в мастерскую, где уже ранее брала резину для Кейт. Теперь задача была намного сложнее, мне нужна была огромная доска. Конечно, у преподавателя ее не оказалось, зато он вполне спокойно в долг дал мне несколько ровных досок. В придачу к ним я выпросила у него специальный клей и лак. Их он обещал мне достать специально в городе. Мужчина оказался честным и действительно на следующий же день принес мне и клей и лак. Правда, он долго сетовал, что у меня ничего не выйдет, но для меня все его предупреждения были ерундой.

Дело в том, что для склеивания нескольких досок по торцу необходим пресс. Но я прекрасно знала, что он мне не понадобиться. У меня столько силы, что любой пресс переплюну!

Каково же было удивления мастера, когда уже на следующий же день я притащила ему три склеенные доски. Он просто не поверил своим глазам. Естественно, как я этого добилась я не сказала, хотя он очень долго меня расспрашивал. Но выровнять получившуюся поверхность согласился с радостью. Вот так вот у меня появилась огромная доска размером 50 на 80 см.

У Кейт я выпросила пару снимков Зака, с помощью которых изобразила его бегущим. Своими когтями я легко вырезала дерево, сложность состояла в том, чтобы точно перенести рисунок. Но я справилась с этим вполне успешно благодаря прекрасному зрению. В завершение своего подарка я покрыла его изображение лаком.

Утром 5 марта мы с Кейт нагло завалились в его комнату. Он уже не спал и был полностью одет. Кейт вытащила свой подарок из–за спины, а мой пришлось втаскивать в комнату.

— Боже, девчонки! Зачем? Мне не надо было никаких подарков! — воскликнул он, хватаясь за мою доску, — Как же вы ее сюда притащили? Она же, наверное, очень тяжелая. Огромное спасибо! — он потянулся ко мне, но вдруг замялся и просто пожал руку. Так бывало часто, но почему так происходило, я не знала, да и не спрашивала. Мне хватало простого его присутствия и мимолетных взглядов. Его божественные глаза просто затягивали меня как в омут, и выбраться не было возможности, да и желания особого!

— Ну что ты. Ты сегодня именинник. Вступаешь во взрослую жизнь! — торжественно проговорила я, а на душе скребли кошки.

— Потрясающе! Ты сама ее сделала? — не отводил глаз он от доски.

— Главное тебе нравиться! — сейчас я была почти счастлива. Точнее счастлива настолько, насколько это вообще возможно в сложившейся ситуации. Он так смотрел на мой подарок, что хотелось расплакаться. Душа пела, видя, что мои труды принесли ему радость!

— Поздравляю! — проговорила Кейт. Он поднял на нее глаза, в которых стояли слезы. Сердце защемило.

— Это мой подарок. Конечно, он намного скромнее…

— Мне нравиться. Спасибо! Девчонки, вы просто супер! — он положил оба подарка на кровать и стал вставать. С каждым днем его состояние было все хуже и хуже. Теперь ему для того чтобы просто подняться с постели нужна была опора. Эти функции всегда выполняла Кейт, но сегодня и я пригодилась. Мы взяли его поруки и очень нежно и аккуратно поставили на ноги.

— Подержи. Я принесу костыли, — сказала мне Кейт и тут же отпустила его.

Зак оказался очень даже легким, хотя с моими неадекватными способностями сложно судить о таких вещах как простой вес. Я крепко и осторожно держала его под руки. Вдруг ему стало немного неудобно и он стал немного поворачиваться и переставлять ноги, но вместо этого он чуть не выпал у меня. Я быстро его перехватила понадежнее. Сама того не понимая, я обняла его за талию одной рукой, а другой придерживала за локоть. От такого перемещения он заглянул мне в глаза. Его лицо в одно мгновенье оказалось в нескольких сантиметрах от моего. Я вновь окунулась с головой в синеву его глаз. Дыхание прекратилось, сердце замерло в волнительном ожидании, а в горле пересохло. Еще никогда за все время нашего знакомства мы не были так близко. Я даже ощущала его дыхание на своей коже, аромат его зубной пасты. Это было удивительное мгновенье. Я не знаю, сколько это длилось, но это было восхитительно! Но ни что не вечно!

— Наконец–то. Зачем ты их туда положил? — возмущалась Кейт, подставляя Заку под руки костыли.

— Куда я их дел? — хмурился Зак.

— Зачем ты их закинул за кровать? Я их ели вытащила! Сам бы ты точно не смог!

— Майк бы вытащил! И хватит ругаться, — дерзко ответил ей Зак. Я усмехнулась.

— Тебе помочь? — уточнила я прежде чем отпустить его окончательно.

— Нет. Просто будь рядом, чтоб, если что поймать!

«Просто будь рядом» — крутилась в моей голове замечательная фраза.

— Вы не забыли о праздничном обеде? — напомнил нам Зак. Его улыбка блистала лучше всяких звезд. Я была готова смотреть на него вечно. Жаль, что не всем желаниям суждено сбыться!

Занятия прошли очень даже спокойно. Даже отморозки наши не приставали. Прямо удивительно! Но такое спокойствие не с проста. Затишье бывает только перед бурей!

В обед мы, как и договаривались, собрались в столовой. Мы сели, как всегда за самый дальний столик. В честь такого события мы купили пирожных (на большее денег не было). Кейт с Заком как–то странно переглядывались и, наконец, именинник взял слово.

— Я хотел бы сообщить и радостную и грустную новость одновременно, — он сделал паузу, мы внимательно его слушали, — Сегодня у меня день рожденья, а уже завтра рано утром я покину вас. Возможно, мы видимся в последний раз. По договоренности, мне более нельзя будет с вами встречаться. Так что сразу хочу попрощаться. Я люблю вас обеих очень сильно! Помните об этом! — грустно закончил он. А я не поняла последнего. Что значит обеих? Но спрашивать не стала. Не тот момент для выяснения отношений. Я тоже морально прощалась с ним. Мне просто хотелось побыть с ним рядом пусть и в последний раз.

— Ну, ты не прощайся с нами раньше времени! Сегодня мы празднуем! — нарушила я грустное молчание, хотя сама понимала, что полноценного праздника у нас не получиться. Но и Зак и Кейт мне улыбнулись.

— Зак, дорогой ты наш именинник, я желаю тебе всего–всего. Всего на свете, что тебе когда–либо хотелось, хочется или когда–нибудь захочется. Желаю тебе удачи, без нее сейчас никуда. И хотя удача женщина капризная, пусть она будет всегда рядом, всегда с тобой. — желала я, подняв свой бокал с соком.

— Огромное спасибо! — на его глазах навернулись слезы. Это я видела своим отличным зрением. И хотя он их тщательно скрывал от нас, на душе было тяжело. Кошки скребли душу, разрывая на множество частей. Мы выпили за его день рожденья.

— Я тоже поздравляю тебя, Зак, с этой датой! Желаю тебе всего: и счастья, и удачи, и успехов, и везенья, — торжественно произнесла она, предусмотрительно промолчав о здоровье. Ни я, ни Кейт не видели смысла желать здоровья, когда он рискует такой жизнью ради шанса иметь нормальную.

В общем получился довольно грустный праздник.

Мы проводили его до комнаты. Возле порога возникла неловкая заминка. Именинник смотрел в пол, а мы на него. И тут до меня дошло: они должны попрощаться наедине!

— Ну, я пошла на свой этаж! Спокойной ночи! Надеюсь, что завтра еще успеем увидится! — я ели сдерживала слезы. Вдруг он коснулся меня рукой. По коже пробежал слабый электрический импульс, а сердце бешено забилось в груди.

— Прощай! — прошептал Зак. Он быстро убрал руку. Я слегка улыбнулась — выдавила все, что смогла и удалилась. Ноги подкашивались, отказываясь слушаться. Голова кружилась. Я ничего не чувствовала, только пустота.

В эту ночь я долго не могла уснуть, поэтому проспала. Когда я проснулась, солнце было уже очень высоко. Как назло было воскресенье, и никто меня не разбудил. Я натянула первое, что попалось под руку, и быстро спустилась на второй этаж. Комната Зака была уже пуста. На пороге стояла заплаканная Кейт.

Сначала я хотела на нее разозлиться, что она не растормошила меня, лишила последней возможности увидеть его. Но к чему были сейчас ссоры и обиды? Он уехал и этого уже не изменить.

Я подошла к ней в попытке приободрить, но лишь сама разрыдалась. Так мы и стояли на пороге еще какое–то время.

— Ты так сильно его любишь? Согласилась на бессрочную разлуку! — проговорила я.

— Конечно, я его люблю! Я хочу для него всего самого лучшего, но предложить ничего не могу! Надеюсь, что эти люди действительно ему помогут!

— Мне не понравились они! Очень странные. Ты им доверяешь? Почему ты ему такое разрешила? Ведь мы теперь даже не узнаем, что с ним!

— Другого варианта все равно не было! Понимаешь, у него дистрофия мышц всего тела, причем быстро прогрессирующая, а сердце тоже мышца. Я не знала через сколько времени он совсем сляжет, а потом и вовсе… если есть хоть один шанс выжить… Мы должны были воспользоваться этим предложением. Зак очень любит жизнь… и тебя!

— Меня? — шока я даже не скрывала. Столько чувств и эмоций смешалось в одно мгновенье, что и не скажешь, какое именно преобладало: счастье или досада, ликование или гнев.

— Тебя. Разве ты сама не заметила? Ты же тоже любишь его! По–настоящему, сильно. Только вот объясниться вы не решились! — с горечью произнесла Кейт.

— Я вообще ничего не понимаю. Ты же его девушка! Как я могла… — я задохнулась.

— Что? Ты считала меня его девушкой? Он мой брат! Мы двойняшки, только вот дни рождения разные.

Я явно упустила что–то важное. У меня это в голове не укладывалось!

— Не поняла! Как это? — честно призналась я. Тугодумием никогда не страдала, а тут…

— Все очень просто. Мы родились ночью. Он в 23.52, а я через 18 минут в 00.10. так нас и записали разными днями.

«Брат» — это слово тысячу раз пронеслось эхом в моей голове. Я уступала место, которое и так было свободно. Она его сестра, а не девушка! Я упустила свой шанс. Упустила возможность быть с любимым, хотя бы короткий промежуток времени!

Сначала по мне прошла волна ликования, но вскоре сменилась штормом горя. Обида и злость на саму себя сбила меня с ног. Я упала на пол и разрыдалась. Теперь Кейт успокаивала меня, причитая, что надо было сказать мне все это гораздо раньше.

Весь день я проплакала в своей комнате. Никуда не пошла, да никто особо и не переживал. Кейт, конечно, пришла после занятий, но и у нее не вышло меня успокоить. Я ни чувствовала ничего, все вокруг посерело окончательно.

Через пару дней я окончательно выплакалась и пришла на занятия. На занятиях ко мне снова приставали эти трое отморозков, но я их проигнорировала. У меня не было моральных сил на препирательства и споры с ними. Я просто аккуратно прошла мимо них. Но вечером, когда я уже собиралась лечь спать, раздался стук, и дверь распахнулась. Камра подскочила на кровати и вжалась в стену. Глаза наполнились страхом и отчаяньем, она сглотнула. Я спокойно встала с кровати. Мне нечего было бояться.

— Привет, девчонки! Как настроение? — задорно проговорил главарь. Предчувствие меня не подвело: просто так они от меня не отстанут!

— Что вам надо? — достаточно грубо спросила я. Я была не настроена на вежливый разговор, когда они врываются к нам в комнату.

— Джо! Ты ко мне? Не обращай на нее внимание! Она же новенькая! — вдруг оживилась Камра. Девушка встала с кровати и медленно подошла к парням.

— Вот именно! Она слишком долго спокойно живет. Надо бы показать ей что к чему! — парень с силой оттолкнул Камру. Девушка ударилась головой о стенку, и застонала.

— Вы уроды! Что вы делаете? — я подбежала к ней, чтоб помочь, но меня схватили за руку и силой подняли. Я свободно встала на ноги. Гнев и негодование разлилось по венам. Я сжала зубы, чтоб сохранить хоть чуточку самообладания. Если я потеряю контроль, превращение не минуемо.

— Сама разденешься или тебе помочь? Я хочу попробовать эту конфетку, а то она залежится! — проворковал своим прокуренным голосом главарь, в то время пока двое других меня держали, Камра лежала без сознания, а я сама набиралась терпения.

— Ни то и не другое! — прорычала я, сбрасывая цепкие хватки его прихвостней. Главарь зарычал и попытался меня схватить. Я с размаха ударила ему в грудь, сопровождая глухим рыком. Двоих других я быстро отбросила, заехав одному ногой в колено, а другому локтем по ребрам. Оба парня взвыли, а главарь задохнулся. Я испугалась. У меня силы много и в такой момент могла не рассчитать. Неужели, я ему что–то сломала или того хуже? Волна страха окатила меня с головы до ног. У парня глаза выкатились, а рот открылся в попытке схватить воздух. Но уже через несколько секунд он издал странный звук. У меня от сердца отлегло.

Парни быстро оклемались и выскочили за дверь. Я бросилась к Камре. Она была жива, но без сознания. Повреждений сильных не было. Я аккуратно перетащила ее на кровать и сбрызнула водой, приводя ее в чувства. Девушка очнулась и сразу же подскочила, озираясь по сторонам.

— Успокойся! Они ушли. Все в порядке. Голова не кружиться? Может быть, позвать врача? — говорила я, придерживая ее одной рукой. Она постоянно пыталась сесть, чего ей категорически делать нельзя было, тем более резко.

Видимо, я не совсем правильно оценила ее состояние. Она начала нервничать, смеяться истерично. Я испугалась за ее душевное равновесие и повела к врачу. Всю дорогу у нее была истерика. Врач дала ей успокоительное, осмотрела ее голову и велела проводить в комнату. А на утро весь приют уже знал о случившемся. Директриса была в восторге.

После этого случая они сидели тихо и почти не высовывались. Малейшие их поползновения к прошлому пресекались на корню. В приюте наступил мир. Мы заставили их лично отремонтировать весь второй и третий этаж. Оказалось, что они вполне способны не только ломать, но и строить. Меня, конечно же, поставили надзором за ними. Со мной было еще пара ребят, но они сами их боялись. Ремонт, тем не менее, шел полным ходом и достаточно быстро. Уже в первых числах июня мы все закончили. Теперь приют сверкал, как новенький.

Все это время я всеми силами сдерживала слезы днем и давала им волю ночью. Через месяц слезы кончились, осталась только огромная тоска. Даже общение с Кейт не помогало, только тяжелее становилось на душе, хотя я уже не плакала. Теперь я только молюсь за него каждый вечер. Пусть он и ушел к очень странным людям, но он им верил, значит и мне надо верить в лучшее. Буду надеяться, что еще когда–нибудь встретимся.

Так в забвении пролетели три месяца. Учеба закончилась, и надо было разъезжаться, кто по университетам, кто по колледжам. Я поступила в Орезонский университет на медицинский факультет. Со дня на день я должна была покинуть это место, а расставаться, было жаль, как ни как больше полугода прожила здесь. У меня даже ни чего от него не осталось, только воспоминания и то дружеские. Здесь хотя бы стены были явным напоминанием его существования. И Кейт, конечно. Но и она уезжает в штат Масачучес в колледж. Так что вряд ли мы еще когда–нибудь увидимся!


Глава 4

Другой мир

Встала я на рассвете. Мысленно попрощавшись с приютом, я начала собираться. Еще надо успеть умыться и позавтракать. Последний раз проверяя полную комплектность вещей, в старом блокноте я обнаружила нечто прекрасное. Мое сердце чуть не выскочило из груди. Внутри него были две фотографии Зака, с которых я делала его портрет на доске. Как же я могла про них забыть?

Счастье, радость и блаженство разлилось по венам как самый прекрасный в мире наркотик. Такой красивый и улыбающийся он смотрел на меня с фотографии. Я прижала их к сердцу, постояв так несколько минут, а потом и вовсе расцеловала. По щекам потекли тихие непрошенные слезы. Как же мне его не хватало!

Я очень аккуратно, как самую большую драгоценность, положила их в папку со всеми своими документами, засунула ее подальше в сумку и твердо вышла из комнаты. Мне даже не понадобился помощник, сумок у меня было всего одна большая ручная и рюкзак.

В 8 утра я села на самолет и уже через несколько часов осматривала свою новую комнату в общежитии. Первое, что сделала, так это поставила фотографии Зака на прикроватную тумбочку. Для них я специально в аэропорту купила две самые красивые фоторамки.

В этом городе очень красиво: везде зеленые деревья, узорчатый тротуар, газон, солнце. Я вышла на улицу вдохнуть пьянящий аромат этого воздуха. Всего в нескольких километрах океан и воздух доносит запах бриза и цветов. Прямо рай какой–то! А прямо за общежитием начинается прекрасная роща. Мне так захотелось там погулять, что я даже вещи разбирать не стала.

Мои ожидания полностью оправдались. Мягкая листва шуршит под ногами, листья на деревьях слегка качаются и падают от дуновенья ветра, где–то вдали поет птица, а в нескольких метрах от меня пробежал ежик. Будто и нет никакой цивилизации рядом.

Я довольно долго гуляла по роще, пока не вышла на чудесную поляну. Она имела форму почти ровного круга, и трава вся полностью зеленая, несмотря на осень. Такое маленькое чудо! Островок нетронутой природы посреди мегаполиса.

В общежитие я вернулась затемно. Мне было так хорошо на той поляне, что совершенно не хотелось идти назад. Я представила, как бы понравилось на этой поляне Заку. Слезы навернулись на глаза.

Обратная дорога не заняла много времени: я решила опробовать свою скорость в человеческом обличии. Я в несколько минут добралась до цивилизации.

В комнате я познакомилась с очень привлекательной девушкой Калли. Она тараторила весь вечер, пока мирно раскладывала свои вещи. Может быть, это не вежливо с моей стороны, но я совершенно ее не слушала, думая о поляне и представляя Зака на ней.

Утром я встала с твердым намереньем пойти туда снова. Занятия были пока вводными, но уже заинтересовали. Многие перезнакомились, а вечером решили отметить начало обучения и как следствие начало новой жизни. Естественно, что в этот вечер я никуда не попала. Уже на вечеринке выяснилось, что на курс поступил полный состав музыкальной группы.

— И как можно поступать на медицинский с такими талантами? — задалась я вопросом во всеуслышанье.

— А почему нет? Музыка не смысл моей лично жизни, она как хобби! — ответил Энтони. Выглядит он, откровенно говоря, как скелет обтянутый кожей со свисающими длинными темными волосами.

— Да. Согласен! Нужно заниматься в жизни не только тем, что тебе приятно, но и тем, что приносит доход! — рассуждал Марк. А я всегда считала, что парни с его внешностью, тупые как пробка! Просто из всех присутствующих было два откровенных качка, и Марк был одним из них. Я очень удивилась, увидев их, на нашем факультете.

— А как же моральная сторона? Ведь невозможно быть хорошим врачом, если ты не любишь лечить! А вот, например, собираюсь становиться только профессионалом в своем деле или не работать в этой профессии вовсе! — говорила я, ни чуть не лукавя.

— Так об этом никто и не спорит. В медицине не может быть не профессионалов! Но одно другому не мешает, — уверенно заявил Джонни, второй из качков.

— Занятие музыкой может быть перспективным только для Флориш, — засмеялся Мет, намекая на девушку гота. Она была здесь белой вороной.

— Это точно, — загоготали сразу несколько ребят.

— Это еще почему? — возмущалась Флориш.

Так весело и прошел мой первый вечер в университете. Все ребята прикалывались друг над другом, но при этом не обижались. Естественно, что многие перебрали и решили немного поиграть. К всеобщему удивлению самые необходимые инструменты: басгитара, электрогитара и синтезатор оказались при себе. Так у нас получился импровизированный концерт. Стали играть музыку группы Nightwish, где требовался женский вокал. Флориш и Аманда попробовали петь, но это было мягко говоря ужасно. И тут сама не знаю зачем, просто хорошее веселое настроение оказалось заразно, я присоединилась. Так чисто случайно обнаружилось, что у меня хороший голос и присутствует слух. Веселые ребята слово за слово решили создать свою музыкальную группу, в которую автоматически зачислили меня солисткой.

На следующий день после занятий наша группа собралась для более близкого знакомства. Контингент собрался прямо таки… Даже слов нет. Все настолько разные, что неизвестно, сколько времени все эти ребята продержаться вместе!

Выяснилось, что наш клавишник — Энтони любит классическую музыку. Джонни и Марк еще в школе играли в бейсбольной команде. Как еще они могли выглядеть? Конечно, груда мышц под два метра ростом. Самое интересное, что оба они играют на электрогитарах. Братья прямо.

Мет — крупногабаритный парень за ударной установкой. По всей видимости, он будет объектом насмешек. Он действительно почти круглый за счет своего небольшого роста.

Но самой интересной была Флориш. Эта девушка умудрилась уложить свои длинные крашенные черные волосы в ирокез. Проколото было, по–моему, все, что было можно и нельзя. Пирсинг был повсюду: в носу, губах, ушах, подбородке, возле глаза и даже на ключице. Ко всему этому она была одета во все черное с небольшими сиреневыми вставками. Играла она на бас гитаре.

— К какому же течению ты относишься? — посмеиваясь, спросил Марк. Всем было интересно, что заставило симпатичную девушку так вырядиться.

— Я гот! — гордо заявила Флориш. У меня это вызвало лишь улыбку.

После следовало долгое выяснение, чем же, собственно говоря, она отличается от нас, но вдруг она упомянула оборотней. Меня передернуло. С этого момента я стала внимательно слушать. Девушка очень увлеченно рассказывала, а я прикидывала все это на себя. Я же дура так сильно испугалась, что не являюсь человеком, что даже не стала выяснять, кем являюсь на самом деле. Правда была очень существенная неувязочка: оборотень превращается из человека в волка и происходит это только в полнолуние против его воли. А я превращаюсь в огромную кошку и по собственному желанию, хотя все остальное сходилось: сила, скорость, сам факт превращения.

Столько мыслей кружилось после этого разговора в голове, что создалось впечатление, что она сейчас у меня лопнет. Я постаралась отвлечься и отправилась на свою полянку. Уже смеркалось, но я не оставила своей затеи. Через несколько метров по дорожке я прибавила скорость и изменила зрение. Я никогда не врезалась ни во что, но все–таки лучше видеть куда бежишь. В скором времени я уже была на поляне.

Меня обхватило такое спокойствие, что я просто легла на мягкую траву посреди поляны и раскинула руки.

Зачем мне выяснять кто я такая? Я уже привыкла к своим новым особенностям, прекрасно научилась ими управлять. Я спокойно живу среди людей. Но любопытство страшная вещь. Я решила завтра пойти в библиотеку. Там есть компьютеры с интернетом, где я и надеюсь удовлетворить свое любопытство!

Вдруг мимо меня буквально пролетел олень. Это чудо природы чуть не наступил на меня. Я от неожиданности резко поднялась, не задумываясь о скорости. Я смотрела вслед убегающему оленю, не понимая, что могло его так напугать. В этот момент в меня что–то врезалось, да с такой огромной силой, что я не устояла на ногах. Меня накрыло глыбой льда. Вполне естественно, что я с разворота, действуя по инерции, отбросила его в сторону и вскочила на ноги. Все эти действия заняли не больше пары мгновений. Я успела заметить, что напавший на меня был, не только холоден как лед, но и бледен как снег. Он полетел в деревья. Послышался хруст, одно из деревьев наклонилось, но не упало потому, как уперлось в соседнее целое. Существо мгновенно поднялось на ноги и издало низкий рык. В то же время из леса послышалось еще рычание.

Своим особым зрением я увидела приближающихся ко мне людей, но вид у них был, мягко говоря, странный. Двое, только что вышедших из леса, схватили нападавшего. Только сейчас я стала узнавать их. Те двое были супружеской парой, которая договаривалась об операции с Заком. Сердце дрогнуло, а взгляд сам по себе перешел на сопротивляющегося парня. Лучше б я этого никогда не видела!!!

До боли знакомое, и любимое лицо было бледно как снег. Странное выражение лица совмещало в себе злобу, боль и что–то еще. Таким я его никогда не видела. Столь мною любимые каштановые волосы с золотым отливом уже не радовали. На меня уставились темно–красные глаза. Что они выражали, я не знала и знать не хотела! Мне стало дурно. Меня начало подташнивать. Я была готова упасть в обморок! Но мое сознание не покидало меня. Я тупо наблюдала, как эта парочка успокаивает Зака.

Мне захотелось накричать на них. Боль пронзила мою грудь. Все мысли вылетели из головы. Я совершенно не знала, что мне делать. Обычный человек давно бы уже бежал по направлению «подальше», а я окаменела. Тело совершенно не двигалось и не подчинялось. Но вот парень успокоился и посмотрел на меня уже не так злобно. Остальные тоже повернулись ко мне, лица напряжены, глаза прищурены. Их намеренья были ясны: я слишком много видела! Здесь мое тело отошло от шока, и я очень медленно стала отступать назад, вытянув перед собой руки. Зак отвернулся, его загораживали. Через несколько шагов я достигла деревьев, еще немного вглубь, и быстро развернувшись, я бросилась бежать. Те люди больше не двигались и дали мне уйти. Почему я не знала и это уже не важно. Моей единственной целью на тот момент было сбежать.

Почему я не могу жить как все нормальные люди? Почему, как только я посчитала, что моя жизнь стала более спокойной и обычной, в ней обязательно что–то случается? За что мне это?

Вопросы были риторическими! Я не обычный человек и о спокойной жизни мне остается только мечтать!

В общежитии я была уже через несколько минут. Но ничего рассказывать ни кому не стала. Кто мне поверит? Больная фантазия — все, что я могу услышать! Но заснуть я не могла. Как можно спать после такого?

Я долго проматывала воспоминания, сравнивала. Я взяла с тумбочки его фото и долго смотрела. Изменения были очевидны: цвет кожи, глаз, поведение, рычание. Но в целом надо сказать он стал еще красивее. Только не радостно что–то с этой красоты.

Согласна, теперь Зак свободно передвигается и ничем не обременен, но кем он стал? Он же теперь больше не тот Зак, которого я знала, любила! Что они с ним сделали? Теперь понятно, почему они взяли с него слово, что больше никто из его родных не должен его видеть. Так же можно и инфаркт схлопотать!

В этот раз не было ни слез, ни паники. Было возмущение и абсолютное не понимание происходящего! Я даже подумала, что все это было видением. Просто я так сильно хотела его увидеть еще разок хоть одним глазком, что он мне привиделся. Хотя своим глазам я пока доверяю!

Уснула я на рассвете. Проснуться сама не смогла, меня будила Калли. Проснувшись, я поплелась на занятия. Все лекции были лишь фоном, толком речь я не разбирала. Моя голова была занята совсем другими вещами. Так прошло три пары. Я была будто в трансе.

— Сегодня, у меня для вас сюрприз! — говорил довольный преподаватель, — К нам на лекцию пришел гениальный хирург. Не смотря на его не большой опыт, его очень ценят и любят. Все операции, выполненные им, прошли успешно, и никто еще никогда не умер! Прошу встречать доктора Малевана!

В зал вошел мужчина. Меня бросило в жар, потому как это был человек из леса. Он быстро пробежался взглядом по студентам. Конечно, он заметил меня. У меня к горлу подступил ком, все мышцы в теле сильно напряглись. Он спокойно стал что–то рассказывать, не сводя с меня глаз. С каждой минутой мне становилось все хуже и хуже. Я не знала куда мне деться. Во мне поднималась буря эмоций. Если б я могла извергать пламя, это бы уже случилось! Мне даже показалось, что воздух стал искриться. У меня паранойя!

Время тянулось бесконечно долго. Я даже ерзать начала в ожидании звонка. Мужчина этот что–то очень тихо спросил у преподавателя, улыбнулся и снова обратил свой взгляд ко мне. Мне он был неприятен. Я попыталась влиться в толпу студентов выходящих из зала.

— Мелания! Не могли бы мы поговорить? — окликнули меня. Я повернулась и окаменела. Лицом к лицу я стояла с доктором Малеваном. По телу пробежали мурашки.

— О чем? — дерзко спросила я, стараясь привлечь к себе внимание. Не посмеет же он напасть после того, как все окружающие видели нас вместе?

— У вас сейчас ленч? Может быть пройдем в кафе? Там и поговорим, — улыбнулся он. Мне даже она показалась искренней. Я просто развернулась и прошествовала в кафе. Напряжение возрастало. В голове начали возникать миллионы вопросов. Вообще–то я ненавижу, когда кто–то, кто мне не нравиться, идет у меня за спиной, но так вышло и это очень напрягало!

Я вошла в кафе и остановилась.

— Может быть вон тот столик? — вежливо спросил доктор. А меня почему–то начинал бесить этот тон.

— Так о чем вы хотели поговорить со мной за самым дальним столиком? Учтите, все студенты все равно за нами наблюдают! — предупредила его я, когда мы сели.

— Тебе не стоит меня бояться! Есть будешь?

— Нет, спасибо! Кусок в горло не полезет! — я не могла ничего с собой поделать. Грубость вырывалась непроизвольно. Я чувствовала, что от него веет опасностью. Тем более такое дикое сочетание: красивые черты лица, белая кожа, абсолютно черные глаза и черный центр его сущности. А тут еще такой вежливый тон. Мне это не нравилось.

— Ну тогда сразу к делу. Ты вчера была в лесу?

Зачем задавать глупые вопросы, когда он прекрасно меня видел?

— Что вам от меня нужно? Я никому не рассказала и не собираюсь.

— Зак сказал, что вы знакомы.

— Это уже не тот Зак, которого я знала! Я не знаю, что вы с ним сделали, но это уже не он!

— Он проходит реабилитацию! Его поведение вполне нормально для этого периода. Потом он будет совершенно таким же как раньше, только выглядит немного по–другому.

— Это вы называете немного? Кто вы?

— Но ты ведь тоже не обычная девушка?! — это звучало больше как утверждение.

— С чего вы взяли?

— Ни один человек не пережил бы нападение Зака, а ты еще и отбросить его смогла! Я прав?

— Ну и что с этого? — меня раздражало, что он догадался обо мне, а сам так и не сказал кто он.

— Ты оборотень? Из какого клана? — от такого вопроса я подавилась воздухом.

— Не волнуйся ты так! Давай прогуляемся и я тебе все расскажу более подробно? Здесь не совсем подходящее место!

— Я не знаю кто я. И кстати, до сих пор не знаю кто вы!!! — нашла силы я выговорить!

— Выйдем! — он встал и указал рукой на дверь. Сейчас я вспомнила поговорку: любопытство до добра не доведет. Я испытывала смешанные чувства. С одной стороны, этот мужчина явно опасен. С другой стороны, он знает, кто я и может рассказать, что случилось с Заком.

Вопреки здравому смыслу я встала и пошла за ним. Мы прошли до общежития, завернули за угол, где нам открылся прекрасный вид на лес.

— Вы хотите заманить меня в ловушку? Что вам от меня надо? Я честно не знаю кто я! А уж вы тем более! — меня охватила откровенная паника.

— Успокойся! Никто не хочет заманить тебя в ловушку. Я увел тебя от ненужных глаз и ушей! Позволь мне все объяснить! — звучало это вполне убедительно. Я кивнула.

— Хорошо, но в лес я не пойду. Говорите здесь. Вокруг никого нет!

— Даже не знаю с чего начать. Ты действительно не знаешь кто ты? Так не бывает.

— Действительно! Меня бросили в недельном возрасте. Что вам известно? И может быть, сначала расскажите кто вы?

— Да, конечно! Просто это все связано! Я Жозен Малеван — вампир–номенту, — я инстинктивно шарахнулась, — Не пугайся! Я не причиню тебе никакого вреда! Я и моя семья питаемся только кровью животных. Ты должна об этом знать!

— Откуда? Я вообще не знала, что такие существа действительно живут среди людей!

— Я посчитал тебя оборотнем. На вампира ты не похожа. Ты можешь превращаться?

— Да могу.

— Значит, я был прав, но почему тебе ничего не известно? Оборотни не бросают своих детей, даже если родители ребенка погибли. В таких случаях его берет под опеку другая семья или вожак, — в голосе звучало искреннее удивление.

— Значит, я исключение. Меня подбросили на порог к моим приемным родителям, которых до 16 лет я считала родными. И они отказались от меня сразу после первого превращения. Они очень испугались.

— Странно! Значит, тебе придется рассказывать полностью все!

— Я слушаю!

— Вампиры, оборотни и вервольфы были всегда. Людям вервольфы известны, поскольку это люди, превращающиеся в волка по полнолуниям. Вампиры тоже известны, но про нас много сказок сочинили. А вот оборотни всегда жили очень осторожно. Это целые кланы.

— То есть я брошенный оборотень?

— Да. В кого ты превращаешься?

— В огромную дикую кошку.

— Прекрасно! Кошек очень мало осталось.

— В каком смысле?

— Давай все по порядку? Дальше сама все поймешь!

— Молчу! — я даже прикусила губы для наглядности, чем вызвала у него улыбку.

— Это очень долгая история. Изначально землю населяли бессмертные люди. Они могли только погибнуть. Умереть от старости или болезней они не могли. Через полторы тысячи лет земля начала перенаселяться, начались войны и катаклизмы. В результате, все взрослое население истребило само себя, остались лишь подростки и младенцы. Но они стали болеть, стареть и как следствие умирать. Среди людей началась паника, они стали искать любые способы вернуть свое бессмертие.

В результате, из восьми племен, населяющих землю, четыре дали жизнь вампирам, два оборотням и два вервольфам. Парадокс состоял в том, что вампиры появились в солнечных странах: Египет, Китай, Индия, Бразилия.

— Вампиры не могут переносить солнце? — перебила я.

— Не совсем! Это зависит от многих факторов. Вообще–то да, вампир гибнет под прямыми солнечными лучами, но для этого ему надо простоять под ним не менее нескольких часов. А это практически невозможно.

— От чего это зависит?

— От возраста и диеты! Чем вампир старше, тем быстрее он сгорает. Молодой, только что обращенный вампир сгорит за пять часов. Сама понимаешь, это очень много. При нашей силе и скорости, такое количество времени пробыть на солнце нереально! Такие как я, питающиеся животными, вообще не сгорают. Солнце нас парализует, а с наступлением сумерек или тени мы снова отживаем. Но наша кожа на солнце приобретает синий цвет, из–за чего мы никогда не выходим на солнце, нас легко узнать. Еще вопросы или я могу продолжать?

— Я слушаю!

— Поэтому вампиры были вынуждены покинуть свои места и перебраться севернее. Но там они столкнулись с другой не менее опасной проблемой — оборотни. Разные племена поклонялись разным животным: птицам, кошкам, волкам и медведям. Меньше всех просуществовали медведи. Они были вервольфами. Просто первое место куда пошли вампиры было север. А там обитали вервольфы–медведи. Они обладали огромной физической силой и размерами, но человеческий разум у них полностью отсутствовал. Такой мог после превращения растерзать всю свою семью. Поэтому люди тоже нашли способ их убивать. Большая часть рассказов про вервольфов правда. Более совершенными и удачливыми оказались кошки, птицы и волки. Волки пошли по двум направлениям развития, но большая часть стала вервольфами. Птицы вышли из Австралии, которой все битвы практически не коснулись. Они долгое время жили достаточно обособленно и спокойно, никуда не переезжали. Высота- это их очень сильное преимущество перед нами, но со временем люди изобрели оружие способное убить и их. Конечно, оборотни–птицы, как и все оборотни, намного крупнее животного, поэтому и были очень заманчивой добычей. Так их много и погибло!

Кошки же вышли из Африки и очень быстро распространились по всему миру. Но их огромным недостатком является разновидность. Большая часть кошек немного медленнее вампиров, но зато они более гибкие и ловкие. Это зависит от того в какую именно кошку человек превращается. Причем вид кошки не передается по наследству. Чем мельче кошка в жизни, тем слабее оборотень. Самые сильные и редкие: лев, тигр, ягуар.

— То есть, оборотни тоже не равны по силе?

— Нет, конечно. Это все сугубо индивидуально. Но ты все же отличаешься от моих знакомых оборотней–кошек. Они смуглые из–за своего происхождения, а ты белокожая. Ты точно кошка?

— Ну, не птица же! Точно. Я видела себя в зеркале.

— Просто это не обычно. Может быть ты оборотень–волк. Правда, из девяти моих знакомых оборотней–волков, только один волк, остальные гиены, шакалы и койоты. А вервольфов уж столетие назад всех истребили. Да и оборотней осталось мало. Носферату их истребляет в огромных количествах.

— Кто такие Носферату? И почему вы вампир–номенту?

— Это тоже два клана вампиров. Изначально их было четыре. От каждого племени Вентру, Носферату, Инконну и Номенту. Вентру выходцы из Египта. Они умелые политики и интриганы. Предавали за просто так. Носферату выходцы из Китая. они самые сильные и опасные. Инкону вышли из Индии. Они живут в свое удовольствие, кочевники, которые только и делают, что устраивают дебоши. Номенту выходцы из Бразилии. Они изначально питались только кровью животных. Вентру и Носферату всегда боролись за власть. Инквизиция только усугубила это. Начались страшные гонения. Люди сжигали на кострах оборотней и вервольфов. Было решено уйти в подполье и не высовываться. Произошла смена власти.

До этого вампирами правили четыре старейшины кланов, но двое старейшин практически не принимали никакого участия в правлении. Поэтому их убили первыми и тихо. Обнаружили это уже намного позже. Старейшину Носферату с помощью своих интриг убил Тутен, старейшина Вентру. Носферату восстали и переубивали почти всех Вентру. Так Тутен стал править вампирами и стал старейшиной Носферату.

С тех пор люди стали жить намного спокойнее и забывать про нас. Точнее считать глупыми суевериями и сказками. А вампиры продолжали войну с оборотнями. Носферату сжигали целые поселения оборотней.

— Может быть, именно поэтому меня бросили? Не хотели, чтоб я погибла?

— Не знаю, но возможно!

— Так что вам от меня надо?

— Мы ищем соратников. Или создаем, как ты уже могла понять. Зак теперь вампир–номенту. Мы его пока контролируем, чтоб он не сорвался, но вчера не успели. Мы не почувствовали тебя. А когда заметили было поздно. Но твое поведение было странным. Я знаю много оборотней примкнувших к нам.

— И в чем же странность?

— Я понял кто ты почти сразу, но если б ты была одной из нас ты бы не сбежала, а нет напала бы однозначно. Ты не сделала ни того ни другого. В этом странность.

— То есть обычный оборотень нападает на вампира, а соратник нет?

— Конечно! А ты просто сбежала.

— А что я должна была сделать? Я вообще не знала о вас, — возмутилась я. Моя реакция в лесу была вполне нормальна!

— Теперь–то я понимаю, а вчера ты меня очень озадачила. Ну что ты готова вступить в наши ряды?

— В какие еще ряды? — мне не понравилось его предложение.

— В ряды клана Номенту. В него входят и вампиры и оборотни.

— А с какой радости я должна к вам присоединяться? Я и так прекрасно живу и никому не мешаю! Никто кроме вас не знает о моем существовании. Я хочу просто и мирно жить!

— Тебя все равно найдут. А другие вампиры не будут разбираться знаешь ты о нас или нет. Вампиры и оборотни испокон веков враги. Тебя просто убьют.

— Я не настолько слаба, чтоб меня просто убили! И как они смогут меня найти? Вы чисто случайно на меня наткнулись! — возмутилась я.

— Да, случайно. Но дело в том, что у вампиров, как и оборотней, прекрасное обоняние, зрение и слух. Вот чем я пахну для тебя? — он сделал шаг, протягивая ко мне руку.

— Ментолом и мятой, — удивилась я.

— Вот видишь! А как пахнет обычный человек?

Я напряглась в попытке вспомнить, как пахнет обычный человек. Я представила рядом с собой Кейт.

— Смесью соли и сладости.

— Правильно! А как пахнешь ты?

— Как? Я к себе не принюхивалась!

— Ты пахнешь немного странно для оборотня. Это, наверное, из–за твоей молодости и постоянном проживании с людьми.

— Как я пахну? — требовала я.

— Обычно оборотень пахнет солью с горчинкой. Твой же запах мало чем отличается от человеческого. В твоем запахе смесь горчинки кофейных бобов и легкой свежести.

— То есть они могут найти меня по необычному запаху?

— Да. Тебе не выстоять против них.

— Почему это? Вчера я… — только сейчас я вспомнила о Заке. Сердце защемило.

— Ну, допустим, с одним вампиром ты справишься, а если их будет несколько? Вампиры — Номенту уступают обычным вампирам в силе. Оборотень конечно сильнее, но против четырех вампиров ни один оборотень не сможет устоять! А ты и драться то не умеешь, наверное! Давно ты превратилась?

— Полтора года назад, а что?

— Если б ты с самого начала все знала, ты бы уже могла полноценно драться, а так…

— Что так? Хотите сказать, что я ни на что не гожусь? — моему возмущению не было границ.

— Я хочу сказать, что тебе надо обучаться. Знать все слабые места противника. В противном случае ты даже одного уложить не сможешь.

— Я подумаю! Расскажите мне лучше о Заке! Что с ним?

— Я понимаю. Ты пока не готова дать ответ. Тебе надо переварить информацию. Я тебя и не тороплю.

— Что с Заком? Я могу его увидеть? Почему он на меня напал?

— Ухты, сколько вопросов! Не уверен, что ты готова к новой встрече с ним. Он пока тяжело управляем.

— Почему? — что–то заторможено стало мое мышление.

— Это долгая история. Я тебе все подробно расскажу в следующий раз! Сколько тебе нужно времени?

— Не знаю, — честно созналась я. Откуда я могла точно назвать дату, к которой я переварю всю полученную информацию. Тем более, что это еще не все!

— Хорошо! Я каждый день буду приходить сюда в 9 часов. Я буду в тени деревьев!

— Хорошо!

Доктор Малеван скрылся в лесу, а я побрела в общежитие. Все равно последнюю пару уже прогуляла. Я долго не знала чем заняться, но решение пришло само. Точнее в комнату завалились Джонни с Марком, утащив меня на репетицию.

Весь вечер мы дебоширили. Несмотря на то, что все ребята собрались разные, нам было достаточно легко вместе работать. В музыке мы сходились все. Были, конечно, некоторые трения, но это ерунда! Мне рассказали, что сегодня наш тихий Мет подмазался к директору, и теперь мы официальная рок–группа университета. Теперь нам позволено в любое свободное время занимать зал и даже ударную установку для себя он тоже нашел. Мы и не ожидали, что он окажется таким пробивным парнем.

— А давайте сыграем что–то свое! — вдруг предложила Флориш.

— Ну, конечно, не против играть свое, но где взять? Кто–то пишет стихи? — Развел руками Марк.

— Пишет! Аманда пишет стихи. Мы еще со школы дружим, учились вместе. Она пишет обалденно, даже тему можно заказывать, правда дольше будет, но возможно! — как–то странно говорила она.

— Ну, это хорошо. А она нам даст свои стихи? — осторожно спросил Энтони.

— Ты что–то скрываешь, — сказала я, — Колись, давай! Что с ней не так? Денег будет требовать?

— Нет–нет! просто она ужасно скромная и сама не верит в свой талант.

— Ерунда! Мы как пару песен забацаем на ее стихах, у нее сразу пропадут все сомнения! — Заявил Марк.

Так и получилось, что Флориш и Марку с его невероятным мужским обаянием было велино уломать Аманду дать нам стихи! В общем замечательный, плодотворный вечер вышел.

Но все хорошее быстро заканчивается, и пришло время расходиться. Веселье окончено, и вернулась скука и неопределенность. Мысли вернулись к разговору с доктором Малеванном.

Я долго еще не могла заснуть. На следующий день у меня накопилась уйма вопросов, и я с нетерпением ждала вечера, чтоб задать их. А с решением я торопиться не стала.

— Здравствуйте, доктор Малеван! — произнесла я, еще не дойдя до тени деревьев. Но мне это и не нужно было, я и так его прекрасно видела и слышала, как и он меня.

— Здравствуй Мелания! Называй меня просто Жозен! Не люблю официальность.

— Хорошо, Жозен! Тогда я просто Мела! А вы действительно врач? Как вы можете быть врачом, будучи вампиром? — выдала я сразу первую порцию вопросов.

— Большая часть Номенту работает в медицине или науке. Дело в том, что мы всегда хотели помогать людям. Моя жена терапевт. Я нейрохирург. А семья моих друзей, которые сейчас живут в Норвегии, тоже врачи: Питер Турнен хирург, а его жена великолепный педиатр, у их детей тоже есть ученые степени по медицине, но в силу внешнего возраста они вынуждены это скрывать.

— А вам сколько лет?

— Я родился в 1074 году во Франции, — спокойно ответил он. «Ужас» — пронеслось в моей голове. Я быстро прикинула, сколько ему лет и сразу поняла, что те события, которые он мне рассказывал вчера, происходили буквально у него на глазах!

— Теперь ты понимаешь, сколько времени у меня было, чтобы научиться спокойно переносить открытую человеческую кровь.

— Да уж!

— Ты еще не приняла решение? — поинтересовался он так, будто это был не вопрос, а констатация факта.

— Нет пока! Но у меня есть куча вопросов к вам!

— Что еще ты хочешь знать?

— Почему, если он такой жестокий никто против него не восстанет? Почему его не смогли убить Носферату, а позволили править?

— Ты задаешь правильные вопросы. Он обладает уникальным даром. Тутен может одним прикосновением руки прочитать всю твою жизнь, узнать все твои мысли и сомнения, которые когда–либо возникали у тебя. Обмануть его не возможно. Кирма — его жена, она видит недалекое будущее. Как только ты принимаешь какое–либо решение, она его уже видит. Так они сохраняют свой престол. Ты только задумал мятеж, а она уже сказала и отреагировала. Но видит она только то, что касается их самих непосредственно. Ватир — их сын, Тутен его сам создал. Он обладает огромной силой и скоростью. Он сильнее и быстрее любого из нас. Никто не знает, где Тутен его нашел. Ватир их ударная сила. Поэтому никто и не пытается восстать.

— Зачем тогда собирать армию, если этот старейшина…Тутен и его семья такие непобедимые? Или слабое место есть? У вас есть козырь?

— У нас есть легенда! Она гласит, что придут две великие девушки, которые будут способны свергнуть жестоких правителей.

— Вы их уже нашли? Что же в них такого особенного?

— Пока не нашли, — очень грустно проговорил он, — В легенде не сказано, когда именно это случиться, но сидеть сложа руки тоже нельзя. Какими бы великими они ни были и чем бы они ни обладали, вдвоем им их не свергнуть!

— Расскажите мне легенду полностью! — потребовала я.

— " Ровно 10 веков продлиться правление жестокой троицы в полном спокойствии. Но придут две великие девы. Одна — могучая смесь кровей двух враждующих племен. Другая — одаренная мать.

Только они и только вместе смогут изменить этот мир. Если хотя бы одна из великих выберет сторону тьмы, весь мир будет залит кровью.

Если же они пойдут против природы своей, начнется медленное наступление света. Великие девы свергнут жестоких правителей каменных людей. И истребят большую часть их последователей. И начнется новая эра. Ибо объединят эти девы враждующие племена каменных людей и человеко–зверей.»

Настала тишина. Я переваривала легенду и пыталась найти в ней хоть что–нибудь, указывающее на время их появления. А Жозен видимо ждал моей реакции.

— Но ведь вы уже объединили вампиров и оборотней! Зачем тогда вам они?

— Вампиры и оборотни начали объединяться всего 15 лет назад. На нашу сторону первый перешел оборотень совсем мальчик. Сейчас он ищет одну из этих девушек. Только он знает ее имя и больше никто.

— То есть они уже существуют? Их осталось только найти? — воскликнула я.

— Мы на это надеемся. Он ничего нам не рассказал. Сама понимаешь, уши есть везде!

— Я готова к вам присоединиться, но с одним условием.

— Каким? — произнес он довольным тоном. По–моему он был готов на все.

— Зак. Я хочу его видеть. Он же теперь новообращенный вампир?

— Да, он теперь вампир. Вы увидитесь, обещаю! Но ответь мне, только честно. Ты его любишь? — прищурив глаза, спросил Жозен. Ну и вопросики у него!

— Да! Я его люблю, но он об этом ничего не знает!

— Он догадывается, но тебе придется немного потерпеть!

— Почему? Он не хочет меня видеть?

— Нет, что ты! Просто новообращенные не совсем управляемы. Еще несколько месяцев он будет мало адекватен, а для тебя и вовсе опасен. Сейчас он даже разговаривает еще сквозь рычание. Это адаптационный период. Он длиться от 10 до 12 месяцев. Потом он будет таким же как раньше, но пока…

— Я хочу видеть его сейчас! Мне все равно! — требовала я.

— Уверена? Он, скорее всего, снова на тебя нападет! Неосознанно, конечно, это пока инстинкт! — предупредил он.

— Уверена! Ведите меня!

— Здесь не далеко. Превращайся. Я хоть посмотрю, кто ты!

Я на радостях быстро превратилась. Доктор Малеван стоял как вкопанный и смотрел на меня круглыми глазами. Мне это не понравилось!

— Ну, что опять не так–то? — я опять ждала подвоха, а у Жозена только еще больше стали глаза. Я только сейчас поняла, что сделала — я заговорила в образе пантеры. Для меня это было открытием! Видимо, для Жозена тоже!

— Все оборотни могут говорить в зверином обличии, но никто по–человечески. Каждый клан общается по–своему. Ты должна быть великим оборотнем!

— Я одна из легенды? Я же подхожу под описание! — удивилась я его словам.

— Нет! Но ты уникальна — это однозначно и неоспоримо! Я объясню тебе позже. Ты же хотела увидеть Зака!?

— Да, конечно! Но только обязательно расскажите!

И мы помчались в самую гущу леса, вверх по склону холма. Впервые на такой скорости я бежала с кем–то. В то время как я бежала далеко не самым быстрым бегом, Жозен буквально скользил, настолько часто он переставлял ноги. Мимо проносились деревья, показался просвет. Через секунду мы выбежали на большую, светлую, крытую поляну, на которой стоял дом. Дом, это мягко сказано, скорее замок. Сбоку даже имелась башенка. Большие окна, стены, отделанные диким камнем, дорожка из брусчатки. Зрелище завораживающее! Мы остановились, я даже перевоплотиться забыла, засмотревшись на эту красоту. Но тут из дома вышли жена Жозена и …Зак.

Он был прекрасен. От его белоснежной новой кожи у меня аж стало резать глаза. Я перевоплотилась обратно в человека. Только сейчас он меня узнал, а мгновенье спустя я уже стаскивала его с себя, мне в этом помогали Малеваны.

— Зак, Зак! Успокойся! — кричал Жозен — Прости! Я тебя предупреждал. Твой запах мало чем отличается от человеческого, а у него пока это…

— Ничего! Я понимаю! Я чем–нибудь могу помочь? — я не знала, что сделать. Зак вырывался, и они его ели удерживали. В его новых черных глазах нельзя было ничего разобрать, — Ему не больно?

— Нет. Можешь уйти? Только не обижайся. Он пока сильнее любого из нас.

— Давайте я его подержу! Я то сильнее его. Я смогла оттолкнуть его там на поляне!

— Нет, это очень опасно для тебя! Наш яд убивает оборотней. Уходи! Прошу!

Что мне оставалось делать? Конечно, я обернулась и побежала прочь. Бежала всего несколько минут, но душу разрывало от безысходности. Он не может себя контролировать, как ни крути. Время! Ему поможет время. А что поможет мне?

Вообще–то я очень редко плачу, но сейчас было огромное желание просто разреветься! Но слез не было. Я глубоко вздохнула, взяла себя в руки и поплелась в общежитие.

Целый месяц прошел с того случая, я больше не виделась с Заком. Сердце болело и ныло, зная, что он где–то там, недалеко. Но нельзя! На следующий день приходил Жозен и сильно извинялся. Единственным развлечением и отвлечением от этих всех мыслей была группа. Мы прекрасно сыгрались. Даже Аманду уломали на стихи. И Марк прав оказался. После трех наших песен на ее стихи она и сама поняла всю мощь своего таланта, поверила в себя!

Чтоб хоть как–то меня отвлечь, он познакомил меня с оборотнем–волком. Вообще–то Джо был койотом.

— Привет! — настороженно сказал парень, которого привел с собой Жозен. Они появились из леса, как всегда.

— Привет, — грустно ответила я. Когда я заметила две приближающиеся фигуры, сердце чуть не выпрыгнуло из груди в надежде, что это Зак. Но меня постигло разочарование.

— Мела, я хотел тебя познакомить с представителем оборотней. Я подумал, что тебе есть, что у него спросить. Знакомьтесь, это Джо — койот, а это Мела — черная пантера.

Только после этих слов парень выпучил глаза и открыл рот, а Жозен только усмехнулся.

— Да–да! Я это видел собственными глазами. Но рассказать ничего ей не успел. Может быть, ты ей все расскажешь, а то у меня еще дела есть? — лукаво проговорил Жозен. Мне не понравился его тон и бегание глазами.

— Конечно, — пробормотал парень, не сводя с меня глаз. А Жозена уже и след простыл.

— Ну! И что со мной опять не так? Чему ты так удивился? — буквально наехала я на парня.

— Ты, правда, черная пантера?

— Правда. Но не полностью. Не веришь?

— Хотелось бы увидеть! — выдохнул он.

— Пошли, покажу! Здесь недалеко есть чудесная поляна. Там никто из людей нас не увидит. Но я тоже хочу посмотреть на тебя. Я никогда раньше не видела другого оборотня.

Парень просто кивнул и последовал за мной. Я побежала, но он очень быстро отстал, и мне пришлось его дожидаться.

— Ты что так медленно? — спросила я, когда он, наконец, меня нагнал.

— Я не могу бегать на такой скорости в человеческом облике.

— Но ты и не запыхался!

— Конечно, нет! Ни один оборотень не устает от бега.

Мы вышли на поляну. Смеркалось, но все прекрасно видела. Цветов уже не было. Листва пожелтела, деревья уже стояли полностью лысые.

— Давай одновременно! — предложила я. Очень не хотелось, чтобы на меня глазели, как на музейный экспонат. Парень кивнул, закрыл глаза и начал трансформироваться. Мне показалось это так долго. Я перевоплотилась сразу, как только он закрыл глаза. Минуту спустя передо мною стоял серо–коричневый, большой койот. Именно большой, а не огромный. Я была раза в два крупнее него. У него отвисла челюсть в прямом смысле слова. Неужели, его так сильно удивили мои размеры? Главное, чтоб не обиделся. А то сработает пресловутое мужское самолюбие!

— Страшненький ты какой–то. Даже шерсть не блестит! — не удержалась я.

— Я койот. Я должен быть таким! — с вызовом ответил Джо, только что, перевоплотившись обратно в человека. Человеком он был намного симпатичнее: среднего роста, стройный, мускулистый, смугловатый. Медный цвет его отросших волос идеально подходил к цвету кожи и светло–карим глазам. Ровные черты лица были очень даже симпатичными, только нос сломан, но и он не сильно портил его внешность.

Я тоже вернулась в человеческий облик. Джо по–прежнему не сводил с меня удивленный взгляд.

— Рассказывай! Что тебя так шокировало? — потребовала я. Мне уже надоело слышать, что я чем–то отличаюсь. Почему я не могу быть как все, даже оборотни?!!

— Ты… ты…

— Что я? Может быть тебе водички? Ты плохо себя чувствуешь? — а вдруг ему стало плохо, а я тут сразу подумала о своей исключительности! Я испугалась за парня.

— Нет–нет! Со мной все в полном порядке. Просто я впервые такое вижу! — ели проговорил он.

— В каком смысле «такое»? ты не определил мой пол? — возмутилась я.

— Я впервые вижу оборотня таких размеров, да еще и черная пантера! — воскликнул Джо.

— А остальные каких размеров? И что значит «да еще»? ты вообще можешь объясняться членораздельно? — возмущалась я, абсолютно не понимая его реакции. Я читала в инете, что оборотень должен быть огромных размеров, так что же его так удивляет? Или он судит по себе?

— Давай я расскажу все по порядку? Садись, — вздохнул он и указал рукой на сухую траву. Мы уселись друг напротив друга. Как бы я хотела, чтоб на его месте сейчас был Зак! Пусть он теперь изменился, мне все равно. Моя любовь к нему не изменилась, а только стала сильнее. Я сделаю все, чтоб он не потерял себя настоящего, не превратился в монстра.

— Тебе Жозен уже рассказывал, как появились оборотни и сколько видов бывает? — начал Джо.

— Да. Есть три вида оборотней и когда–то были два вида вервольфов.

— Правильно. Я отношусь к самому малочисленному виду волков, а ты к виду кошек.

— Это я и так знаю. Так же знаю, что сила оборотня зависит от того, в кого он превращается. Самые редкие кошки: лев, тигр, ягуар. И что?

— Да, но в основном кошки рыжие! И вообще среди оборотней давно известно, что чем темнее шерсть, тем сильнее ее носитель. А ты полностью черная! — восклицал Джо.

— Ну, не полностью. Вдоль позвоночника у меня рыжая полоска.

— Это, кстати, тоже не совсем обычно. Оборотень выглядит точно также как настоящее животное, только размером больше. А у пантер не бывает полосок. Я даже не знаю, что это может означать. Я заметил, что и в человеческом обличии у тебя эта рыжая прядь, — говорил он, показывая на мои волосы, — но главное — ты пантера!!!

— А что в этом такого? Пантера не входит в число редких кошек!

— Конечно, не входит. За всю историю было не более полутора десятков пантер, а черных только трое. Это были великие оборотни. Ты четвертая! И это за известных три тысячелетия!!! — восхищенно говорил он.

Мне даже нечего было ответить. Я всегда считала себя странной, недавно узнала, что я и не человек вовсе и обрадовалась. Это по крайней мере объясняло мои отличия от людей. А теперь я узнаю, что и среди оборотней я неправильная!!! У меня хоть что–нибудь может быть нормально?

— Понятно! Нормальной мне быть не суждено! — подвела я итог беседы.

— На какое расстояние ты можешь видеть и слышать? — спросил он после небольшой паузы.

— Не знаю. Я не замеряла, — призналась я. Похоже, парень решил искать еще отличия.

— А с какой максимальной скоростью можешь бегать?

— У меня нет спидометра! Я что похожа на машину? — меня уже начинало это изрядно раздражать.

— Извини! — испуганно посмотрел он на меня, — Просто было интересно. Не хочешь проверить? — лукаво спросил он.

— Как?

— У нас в штабе многому учат, измерять показатели тоже умеют. Правда, он в соседнем штате. Туда я вернусь в эти выходные. Не хочешь пробежаться со мной?

— Хочу. Когда и где? — решила я точно узнать все о себе самой.

Мы решили встретиться здесь же в пятницу после моих лекций. На следующий день я только и ждала вечера. Но никто не пришел, а сама идти к ним я сначала не решилась. Я простояла там с час. Волнение становилось сильнее с каждой минутой. А вдруг там что–то случилось? Может быть, им нужна моя помощь, а я тут сижу, сложа руки!

Волнуясь, я и так уже изрядно зашла вглубь леса, а теперь просто обернулась пантерой и помчалась в уже знакомом направлении. Через пару минут я уже была на поляне. Мне навстречу вышел Жозен.

— Мела, здравствуй! — улыбка была какая–то усталая.

— Что–то случилось? Что с вами? Вы не пришли сегодня, — отбросила я всяческие приветствия.

— Зак немного не спокоен! Так что тебе лучше уйти.

— Сколько это будет еще продолжаться?

— Еще не менее трех месяцев. Ты должна набраться терпения… Джо сказал, что в пятницу вы отправляетесь в штаб. Поздравляю!

— Спасибо! — рявкнула я. Как же было тяжело стоять здесь, всего в нескольких метрах от него и не иметь возможности его увидеть, — Он заболел?

— Нет, конечно. Мела, вампиры не болеют. Просто он почуял недалеко отдыхающих студентов.

— Он на них напал? — испугалась я. Мне стало плохо только от одной мысли, что он мог кого–то убить!

— Нет–нет. Мы его остановили, хотя это было и не так просто. Он сопротивляется. Я сообщу тебе, когда вам можно будет увидеться. Как только он станет более или менее адекватен, я сразу скажу тебе. А пока учись. Я уверен, в штабе тебя многому научат, — доброжелательно улыбался Жозен, но мне ни чуточки не становилось от этого легче.

— Поняла. Ухожу!

Я вернулась в общежитие и постаралась настроиться на домашние задания, но мало что из этого вышло. Буквально через полчаса моих стараний явился Джонни с Марком и потащили меня на репетицию, а я и не была против. Просто в данный момент мне очень нужна была разгрузка мозгов. И она прибыла очень кстати!

Вечер прошел как всегда просто замечательно. Только здесь с ребятами я могла хоть на некоторое время забыть о вампирах, оборотнях и своей любви.

Вернувшись в комнату, я долго еще ворочалась, не могла уснуть и мечтала, что мне присниться Зак. Как же я по нему скучаю! Мое желание исполнилось — он мне приснился.

Вокруг пустое пространство непонятного, грязно–коричневого цвета. Напротив не столь далеко стоит Зак. Мой старый добрый Зак, но без костылей. Он улыбался мне, а я ему. Я делаю несколько шагов навстречу ему, но делает то же самое, но лицо искажает гримаса боли. Через несколько шагов я врезаюсь в стену: твердую, прочную, стеклянную. Зак тоже перестал идти, а начал впереди себя ощупывать воздух. Его тоже остановила стена. Я стала искать хоть какую–нибудь лазейку, но стена была цельная, прочная и очень высокая. Так весь сон мы пытались перелезть через эту стену, чтобы хоть на мгновенье дотронуться друг до друга.

После такого сна настроение было, мягко говоря, не очень. Я без особого энтузиазма отсидела лекции, а сразу после них бросилась в лес. Я собрала небольшой походный рюкзак, повесила его на спину и пошла к месту встречи. Джо уже ждал меня.

— Зачем ты взяла рюкзак? Ты что не собираешься трансформироваться? — удивился парень. Сам он был налегке. На нем были только брюки и футболка, даже обуви не было. Я же была одета в соответствии сезону: туфли, узкие джинсы и блуза с ветровкой.

— Собираюсь! Пошли?

Он ничего не сказал, странно на меня посмотрев. Мы зашли в лес, подальше от свидетелей и перевоплотились. Мой рюкзак при этом спокойно скрылся под шкурой, как и вся одежда. Вообще–то так было всегда. Одежда всегда сохранялась в неизменном виде на мне.

Койот удивленно на меня посмотрел, но ничего не сказал. Он побежал вперед, показывая дорогу, а я уж вслед за ним. Даже скучно стало. Я решила немного поболтать.

— Джо, расскажи мне о штабе. Кто там, как там и вообще! — обратилась я к нему.

Вдруг Джо резко остановился, будто прирос к земле, я даже чуть не врезалась в него. Я обошла его стороной, чтоб заглянуть в лицо, то есть морду в этом обличии. Джо тупо смотрел в пространство, но потом все–таки перевел взгляд на меня. Я уж испугалась, что мы встретили кого–то нам в данный момент не нужного. Я принюхалась, прислушалась и осмотрелась, прокрутившись на одном месте, но ничего странного не обнаружила. Пахло нормально — листвой и животными, шуршали и копошились те же животные. Никаких признаков людей или вампиров не было. Может быть, у него нюх острее?

— Что с тобой? Кого–то учуял? Я никого не чувствую, — говорила я, всматриваясь ему в глаза, которые с каждым моим словом становились только круглее. Парень перевоплотился в человека, но продолжал смотреть на меня ошарашенными глазами.

— Ух ты! — сказал Джо.

— Мы уже на месте? Или все–таки что–то не так? — требовала я.

— Ты можешь разговаривать! — воскликнул парень. Я продолжала на него таращиться, ничего не понимая.

— Конечно, могу! Да объясни ты уже, что опять не так–то? — возмущало меня его поведение. Я лично не видела ничего особенного в том, что я могу разговаривать, а вот явно что–то в этом увидел. Осталось выяснить что именно!

— Я еще никогда не встречал… и даже никогда не слышал ни об одном оборотне, который мог бы разговаривать по–человечески в зверином обличье. Каждый вид оборотней способен общаться, но только в своем виде и это, скорее мысли, чем слова. Все оборотни издают звуки только соответствующие его животному.

— То есть и в этом я уникальна?!! — скорее констатировала факт, чем спрашивала я.

— Ты великолепна! — проговорил очарованный Джо. О нет! Этого мне только не хватало! Всеобщее восхищение точно перебор.

— Шевелись! А то мы такими темпами еще сутки будем добираться! — ворчала я.

Парень последовал моему совету и обернулся. Мы вновь побежали. Больше разговаривать я не стала, чтобы лишний раз его не шокировать. А сама думала: «как могло так получиться, что я такая уникальная, а меня бросили?» Логическим способом я пришла только к двум выводам: либо не все так прекрасно и безоблачно и у меня есть, возможно, всего один, но очень весомый изъян; либо мне грозила какая–то опасность, и родители решили меня спрятать, а кто будет искать особенного оборотня в семье людей? От этих предположений мне не стало легче, зато появились сомнения: а стоит ли узнавать все о себе? Может быть, кто–то только этого и ждет? А вдруг у меня изъян, который проявиться в самый неподходящий момент и лучше быть готовой?

За всеми своими размышлениями, я и не заметила, что бегу на автопилоте. Мне пришлось контролировать свою скорость, потому как Джо бегал намного медленнее. Мы бежали по лестной местности, чтобы нас никто не мог заметить. Вилять, конечно же, пришлось много, но это восполняла окружающая нас красота. Со своим зрением я могла видеть все: каждый листочек, каждую капельку на этом листочке, каждого червяка и птицу. Свежий лесной воздух наполнял легкие и придавал еще больше сил, хотелось бежать еще быстрее и визжать от восторга. Я так полюбила скорость!!!


Глава 5

Штаб

Через три часа мы были на месте. Уже смеркалось. Видимо, здесь день только начинается в это время суток. Я вспомнила, что вампиры, которые здесь тоже тренируются, не могут выходить на солнце, а значит в солнечное дневное время.

В лесополосе мы обернулись людьми. К нам навстречу вышли двое, судя по всему, вампир и оборотень.

Штаб находился на частной территории, окруженной густой лесополосой. Открытое пространство по кругу было застроено небольшими домиками, на вид туристическими. Смотрелись эти высокие деревянные домики с красными черепичными крышами очень даже симпатично. Некоторые окна были распахнуты, некоторые прикрыты красивыми тюлевыми занавесками, а некоторые и вовсе закрыты ставнями. Только чуть вдали стоял огромный современный особняк: такая же красная крыша, каменные стены, большие открытые окна, вход с мраморными ступеньками, коваными перилами и выложенной дорожкой.

— Здравствуй Джо! Кого ты нам привел? — спросил мужчина–оборотень.

Это был достаточно крупный, высокий и широкоплечий мужчина. На вид ему было чуть за тридцать. Темные коротко стриженные волосы, карие глаза, полные губы и смуглая кожа. Второй был явно вампиром: высокий, стройный, даже худощавый, черные глаза, белоснежная кожа и длинные черные волосы завязаны в высокий хвост. На вид ему было не больше 27, но сколько ему на самом деле, знает только он сам.

— Здравствуйте Даниэль и Курт! Доктор Малеван нашел уникального оборотня. Но она мало, что знает. Разве он не звонил вам? — поприветствовал их Джо. В голосе было столько почтения, что сразу было понятно — они здесь главные.

— Здравствуйте, девушка! Доктор Малеван сказал, что отправил с Джо новенького оборотня и что ты его очень сильно удивила, но чем именно не сообщил. Он пожелал оставить это в тайне, — улыбаясь, говорил оборотень, — Я Даниэль, руковожу оборотнями в этом заведении, а это Курт, — показывал он рукой на стоящего рядом вампира, — он руководит вампирами. Мы готовим вновь прибывших.

— Здравствуйте! Я Мелания, можно просто Мела!

— Может быть, мы не пройдем и поговорим в доме? — предложил Курт, показывая на трехэтажный дом за его спиной.

— Лучше вы сначала на нее посмотрите! Поверьте, это надо увидеть! — Восклицал Джо. Вдруг затрубил рог. и тут же из всех домиков высыпали люди. Абсолютно все были одеты в шорты и футболки без обуви. В такой толпе быстро можно было отличить, кто есть кто! Все встали в круг, оставив центр свободным. При чем центр оказался чуть приподнятой насыпью. По бокам очень аккуратно вбиты металлические листы, которые и держали форму круга.

— Это вечерняя тренировка. Сейчас все разобьются по парам, и начнется бой, — пояснил мне Джо. Даниэль и Курт прошли в центр круга. Джо взял меня за руку и повел меня вслед за ними, но остановились мы в кольце ребят. Я быстро окинула толпу взглядом. Некоторые ребята посматривали на меня, а большинство были младше меня. Здесь было только треть оборотней, остальные были вампирами.

— Добрый вечер всем! — провозгласил Даниэль, — У меня приятная новость — у нас новенький оборотень. Мелания, иди сюда! — обратился он ко мне, и толпа рядом со мной расступилась. Теперь точно все пялились на меня. Я сглотнула, опустила голову, чтоб не видеть их оценивающие взгляды и подошла к нему, хотя мне лично эта затея совершенно не понравилась. Даниэль положил руку на мое плечо. Его рука оказалась немного горячее моего тела. Удивило это обоих. И как я до сих пор не заметила, что и Джо горячее меня? Даниэль повернулся и пристально, прищурив глаза, посмотрел на меня. Я ответила ему глупой улыбкой. А что я еще могла сделать, когда на меня так смотрит старейшина оборотней и еще пара сотен глаз? Видимо, это его тоже обескуражило, и он вновь обратил взор в толпу.

— Это Мелания. Она только что вступила в наши ряды. Кто хочет быть ее партнером? — вопрос был с явной ухмылкой.

— В каком смысле? Зачем мне партнер? — откровенно испугалась я. Я пока еще не решила выяснять всю правду о себе или нет. А если я буду драться, это и так выплывет наружу!!! Ужас!

— Для спарринга, конечно! Тебе же нужен учитель. Мы как раз и посмотрим на что ты способна и чем ты так сильно удивила Жозена, — посмеивался он. Видимо, его искренне забавлял мой испуг, — Это обычная процедура, ее проходили все. Никто и не ждет от тебя победы. Мы просто посмотрим насколько ты быстрая, ловкая и сильная и решим, что нужно тренировать, а что у тебя от природы отличное! — успокаивал он меня. Вот и попала! Они реально собираются опозорить меня перед всем штабом! Проверить мои способности! Катастрофа!

— Можно мне? — прервал мою панику Джо. Я выпучила на него глаза. Он так мною восхищался, а теперь хочет побить? Ну, спасибо!

— Нет. Нам нужен вампир, — отрезал Даниэль, — Ну, неужели нет желающих? — воскликнул он.

— Я сам проведу с ней битву, — произнес низкий приятный голос за моей спиной. А я совсем и забыла о Курте. Такая перспектива мне не понравилась еще больше, хотя в ней был один плюс — если он побьет меня, вряд ли кто–то посмеет смеяться. Просто вполне логично, что главный и есть самый сильный и опытный. Но все–таки драться с главой вампиров мне не хотелось. А куда деваться?

— Может быть, я сначала посмотрю на других? А то еще пораню ненароком! — с опаской проговорила я. Половина стоящих в кругу сразу же засмеялись, остальные пытались сдержаться. Даже Даниэль и Курт усмехнулись. Только Джо был серьезен как никогда. Видимо, он верил в мои слова, это еще больше настораживало.

— Не волнуйся! Я опытный боец! — говорил Курт. Даниэль отступил назад, оставляя пространство для боя.

— Грета, Гойл. Прошу! Покажите Мелании, как надо драться! — призвал он в круг девушку–вампира и парня–оборотня. Они поклонились друг другу и разошлись в разные концы. Девушка на вид была очень хрупкой, маленькая и худенькая она приняла боевую стойку. Парень быстро обернулся, превратившись в большого серого волка. Начался бой. Я смотрела на это как завороженная.

Волк сделал выпад вперед в направлении ее шеи, девушка подпрыгнула и с разворота прошлась рукой по его позвоночнику. Они оказались на противоположных краях. Толпа молчала. Девушка снова ринулась в бой. Волк тоже бросился вперед, мгновенно выставил лапу вперед и уложил ее на лопатки. Девушка больше не сопротивлялась, а ее голова почти находилась у него во рту.

Даниэль хлопнул в ладоши и бой кончился. Волк быстро оказался рядом с девушкой, которую отпустил, и она встала. Они снова поклонились друг другу и Даниэль у с Куртом и вышли с поля. Ничего не говоря Даниэль показал мне на центр круга. Курт был уже там, спокойно смотрел как я с неохотой встаю напротив. Что мне еще оставалось?

Мы поклонились друг другу и разошлись в противоположные концы поля. Я перевоплотилась. По всему кругу прошлось удивленное «А–а–а». Я быстро пробежала взглядом всех присутствующих. Все были в шоке, кроме улыбающегося Джо. Даже Даниэль стоял, открыв рот.

— Я же говорил, что она необыкновенная! — констатировал Джо.

— Черная пантера! — воскликнули Даниэль и Курт одновременно.

— Черная пантера! — понеслось в толпе. Все зашептались, зашевелились.

— Тихо! — закричал на всю округу Даниэль, — Спокойно! Бой состоится! Посмотрим, на что ты способна!!!

Теперь уже Курт не стоял спокойно и расслабленно, он напрягся, встал в боевую стойку. Вероятно, он не знал чего от меня ожидать. Можно подумать я это знала! Я же никогда ни с кем не дралась, случай в лесу не в счет!

Какое–то время мы с Куртом играли в глазелки. Я не собиралась на него нападать, а он чего–то медлил. Но вот он поднял вверх и отвел руку назад, чтобы замахнуться. Он побежал на меня лоб в лоб. Вид был у него устрашающий. Во мне что–то перевернулось, дернулось и я побежала навстречу, рот открылся самопроизвольно и вырвался жуткий рык. Одним легким движением я вцепилась зубами ему в руку и выбросила в толпу, наблюдая за его красивым полетом. Только сейчас я заметила, что практически оторвала ему руку, и он ее придерживает. Вокруг стояла тишина, точнее это я ничего не слышала и не воспринимала. В реальности же, многие в шоке отступили на несколько шагов назад, закрывая рты руками, некоторые закрывали уши, а сами кричали, но большинство бросилось к Курту! Я наблюдала за всем этим как в тумане, не было ощущения реальности. Кто–то тянул меня за руку. Я обернулась, это был Джо. Он куда–то меня уводил. Зачем? Я еще раз глянула на то место, куда упал Курт, но ничего не увидела. Я поддалась Джо. Он тянул меня в большой дом.

«Меня уводят! Значит, случилось что–то страшное! Боже, неужели, я его убила? Но этого не может быть, я схватила только руку! Он не мог от этого погибнуть! Но что–то все–таки случилось!» — думала я, пока Джо тащил меня как тряпичную куклу.

Мы вошли в дом. Я чисто автоматически оглядела новое для меня пространство. Это была огромная гостиная с двумя колоннами. Колонны были увиты лепниной в виде вьющегося цветка. Стены были увешаны необычайной красоты картинами. Я еще никогда не видела таких картин. Все нарисовано было как настоящее: будто вот–вот зашевелятся листья на деревьях и дерущиеся продолжат бой, будто сейчас повеет ветерком и запахом листвы и животных, будто этот олень с картины сейчас поднимет голову от водопоя и умчится в лес. Я засмотрелась на картины, пока Джо не дернул меня за руку. Я опустила взгляд. На большом диване посреди гостиной сидел Курт, а рядом с ним стоял Даниэль. Испепеляющий взгляд был почти осязаем. Джо слегка меня подтолкнул к ним. Я сглотнула и подошла, но мой взгляд сам перешел на Курта, который держал руку. Не знаю, что мною двигало, но я бросилась к нему.

— Господи, я оторвала вам руку? Я не хотела. Простите меня, пожалуйста, — взмолилась. Как можно просить прощение за оторванную руку я не знала. Это же надо было такое натворить! Как же он теперь без руки?

— Успокойся! Ты испугалась больше меня! Рука через час прирастет и следа не останется. Но удивила ты нас ОЧЕНЬ! — посмеивался над моим поведением Курт.

— Прирастет? Точно? — продолжала я не верить.

— Точно! Главное, что не голову оторвала. С ней было бы значительно плачевнее.

— Это хорошо, а то я так испугалась. Я уж было подумала…

— Что убила меня? — продолжил Курт, — я думаю, что при большом желании могла и с легкостью!

— Не говорите так. Я никого и никогда не убивала. Кости ломала, было, не отрицаю, но никого и никогда не… — я непроизвольно глянула на его руку. Она сама прирастала прямо на глазах, а на стыке создавалось ощущение потрескивания и легкого мерцания. Зрелище было и ужасным и красивым одновременно.

— Ты присядь! — вдруг предложил Даниэль, который до сих пор просто наблюдал за моей паникой, — Нам надо о многом поговорить!

— Я уже поняла, что вас сильно удивил мой звериный облик. Неужели, есть что–то еще? — недоверчиво–возмущающимся тоном спрашивала я.

— Есть! Ты очень быстрая, быстрее любого вампира или оборотня.

— Да! Я успел заметить, что ты собираешься сделать, но отреагировать не успел. Ты двигаешься не просто быстро, а молниеносно. Из какой ты семьи? — восхищался Курт.

— Я не знаю своих генетических родителей. Меня в недельном возрасте подбросили на порог людям. И я 16 лет жила, думая, что я тоже человек и их родная дочь!

— Странно! Оборотни никогда не бросают своих де…

— Знаю я! Но мои вот так поступили! — возмущение буквально извергалось из меня. Я не знала объяснения их действиям и обсуждать это не собиралась.

— Не переживай! Я уверен, что у них были очень веские причины, чтобы сделать такое, — успокаивал меня Курт.

— Кроме скорости, у тебя еще и силы немерено! Так быстро и резко оторвать руку, надо было суметь!! — продолжал рассуждать Дэниел. Мой взгляд вновь вернулся на травмированную руку.

— Вы простите меня, пожалуйста! Я сама не знаю, что на меня нашло! — каялась я. Как можно замолить такой проступок?

— Все уже зажило! — улыбался Курт, вертя приросшей рукой, — У меня есть предложение — повторить бой, но…

— Что? Вы сейчас вообще подумали? После такого вы хотите повторить бой? Вы что ненормальный? — вскочила я с дивана. Я была в шоке от такого предложения. Моему удивлению не было границ. Это же кем надо быть, чтобы снова захотеть биться?

— Я нормальный! Главное — в голову не целься, остальное все прирастет. Я хотел предложить бой между нами тремя. Надеюсь, что нас с Дэниелом ты одолеть не сможешь!

— Ты пока еще не в форме, но идея хорошая! Я хочу попробовать пока один на один! — прищурившись, говорил Дэениел. Я была в шоке. Они, что самоубийцы? Ну, ладно вампир, он бессмертный! Но оборотень–то? Я сама, наверное, уже сошла с ними сума! Это ж надо придумать!

— Слушайте! Вы просто под впечатлением. Уверена, что пройдет пару часов, и вы передумаете! Посмотрите на все это здраво! — я поняла, что спорить с ними в таком состоянии прямо сейчас бесполезно! Я надеялась, что оказалась права, и спустя некоторое время у них пройдет этот детский азарт! Так как я уже все равно стояла, я повернулась к ним спиной, чтобы выйти. Каково было мое удивление, когда я увидела, что за моей спиной стоял Джо и о чем–то усиленно думал.

— Зря ты так категорично! Это хорошая идея. Ты, конечно, великолепна — одолеть Курта одним ударом это…супер, — качал головой Джо, — Но обоих, я думаю, не можешь ни при каких обстоятельствах! Ну, или не так быстро, придется подраться! — посмеивался он.

Как такое может вызывать смех? Я не верила своим глазам. У меня тут же отвисла челюсть, в прямом смысле слова! Ну, ладно у этих появился какой–то больной азарт! Они были до этого непобедимы, самые сильные и так далее. Но этот куда?

У меня не было ни слов, ни эмоций. Просто тупой шок. Все молчали, наблюдая за моей реакцией. А у меня не было ни сил, ни желания продолжать этот бессмысленный спор. Я резко обошла Джо, и хлопнув дверью, вышла на улицу! я абсолютно не удивилась тому, что Джо вылетел следом за мной. За эти несколько дней его присутствия в моей жизни я успела привыкнуть к нему.

— Подожди! — кричал он мне вслед. Несколько секунд и он меня догнал, схватив за руку чуть выше локтя. Я и не собиралась от него убегать. Я развернулась к нему лицом и резко посмотрела на его захват. Нет, он ни сделал мне больно. Просто в тот момент мне показалось это не особо приятным. В моей жизни был совершенно другой парень, прикосновения которого я бы хотела чувствовать на себе! А вот теперь большой вопрос: возможно ли это?

— Извини, — отпустил меня Джо.

— Что тебе? — такой резкости и недовольства давно не было в моем голосе!

— Хотел поговорить! — спокойно ответил он. Джо решил меня успокаивать? Интересно!

— О чем? Опять о бое? — он попытался что–то вставить, но не успел, — Джо, я сама не знаю, на что способна! Я пришла сюда, чтобы узнать это, но не такими способами! И жутко–жутко испугалась там…на ринге! Бывало, я ломала кости, но никогда и никому ничего не отрывала. Ты хоть понимаешь, что я вообще ни разу не дралась в зверином обличье? Не с кем было! А вы хотите это повторить! Я на это не согласна! Неужели, нельзя тренироваться с чем–то не живым? Неужели, нельзя узнать о моих способностях другим способом? Зачем все это? — я отошла от шока и только сейчас весь страх, который я там испытала, дошел до меня в полной мере, накрывая с головой, как лавина. Испуг подкосил меня. Захотелось упасть и разрыдаться, но нельзя! Я бросилась, куда глаза глядят! В лес! Несколько мгновений спустя, я уже сидела на траве, прижавшись к огромному вековому дубу.

Лес. Как же было хорошо в лесу. Мягкая нежная травка была идеальной подстилкой, ничего более подходящего и приятного придумать просто было невозможно. Твердая жесткая кора дерева была прекрасна в качестве опоры. Со своим зрением я видела не только каждую травинку и песчинку в отдельности, но и каждый отблеск росы, каждую лапку жучка и бабочки, летящих куда–то, видела, сколько нектара несет пчела в свой улей! Я слышала каждое шуршание, дребезжание и вздох и округе. В попытке расслабиться я закрыла глаза и вдохнула дивный аромат листвы, хвои и всего их населяющего. Я даже не могу описать это ощущение. Лес как сильное успокоительное укачал меня в своих объятьях.

В лесу мне всегда снились хорошие сны. Вот и сейчас память открыла один из счастливых моментов моей жизни, который я сама почти не помню.

Я купаюсь в речке с родителями. Они еще счастливы, все еще вместе. Мы плескаемся, от души поливая друг друга водой. Как же нам тогда было весело. Мне всего девять лет, а в таком возрасте еще не существует трудностей. Нам хорошо вместе и мы этим наслаждаемся. Вот мама выгоняет нас на берег. А берег песчаный чистый и горячий. Мои лапки жжет песочек, и я весело припрыгивая бегу на покрывало. А прямо за покрывалом начинается изумительная травка. Она высотой всего чуть выше моей ладошки. Сгущаясь, она переходит в плотное зеленое покрывало у корней деревьев. Редко где есть такой удивительный пейзаж: река с чистой водой, песок без единой ракушки и густой лиственный лес. Это было наше любимое место! Мы часто сюда ездили до поры до времени!

Я почувствовала нежное прикосновение к щеке, будто кто–то пальцем водил от виска к уху и до подбородка. Открывать глаза не хотелось. Ощущение было откровенно приятным, и портить его не хотелось. Но вдруг пришло осознание, что этот кто–то может быть кем угодно! Я резко подскочила, оскалившись.

— Тихо, тихо! Я не хотел испугать тебя! Прости! — вопил Джо, подняв руки вверх, будто сдающийся в плен. Выглядел он почему–то очень маленьким и невероятно испуганным. Сердце его колотилось с бешеной скоростью, дыхание почти не было. Он сглотнул.

— Все в порядке! Я не причиню тебе вреда! — говорил он глупости. Как он мог причинить мне вред? Я инстинктивно махнула лапой. СТОП! Какой лапой? Я же спала в человеческом виде! Я не превращалась! Я быстро посмотрела на себя.

— Ух, ты! Когда это я успела? — воскликнула я, обнаружив, что стою сейчас перед Джо пантерой. Еще бы он не испугался! Было тут от чего и в штаны наложить!

— Не знаю! — пролепетал Джо сразу после того, как я снова стала человеком, — Ты лежала такая, — показывал он на меня нынешнюю, — а потом вдруг резко кошка! Знала бы ты, как я испугался! — он схватился за грудь и стал тяжело дышать. Я подошла к нему. Мне стало его даже жалко. Чтобы сделала я в такой ситуации? Интересный вопрос! Но у нас с Джо совершенно разные реакции.

— Вот так подкрадываться к спящим девушкам! — съехидничала я, похлопывая его по плечу. Он как–то натянуто улыбнулся.

— Понял! Больше не буду! С твоей скоростью, ты бы и растерзать меня успела, а я даже не пискнул бы! — все еще шокировано говорил Джо.

— Ты пошути мне! Юморист! — как еще я должна была отреагировать на такое заявление. Меня только перестало трясти после боя, а он…

— Что ты хотел? — успокоилась я, садясь обратно к дереву. Мне так понравилась эта травка, такая мягкая и нежная, а пахнет…закачаешься!

— Я хотел поговорить об обучении здесь, — как–то размыто начал он. Видимо, он уже успел посоветоваться с Дэниелом и Куртом.

— Я слушаю. Присаживайся. Я так полагаю, разговор будет долгим!

— Ты все спрашивала о не живых тренажерах. Так вот таковых здесь нет. только деревья, если тебе их не жалко.

— То есть, каждый новенький, не знающий собственных сил оборотень или вампир должен начинать драться?

— Ну, вампиры сюда приходят уже немного подросшие, если к ним вообще применимо это, — посмеивался Джо. Я же не поняла юмора.

— То есть?

— Ты же уже знаешь, что некоторое время молодые вампиры практически неподконтрольны.

— А ты про это! Ну, да. Жозен сказал, что 10–12 месяцев у них длиться переходное время.

— Ну, так вот они и приходят сюда уже после этого времени. Они уже контролируют свою силу, скорость и что самое главное жажду. Поэтому с ними таких проблем нет. А вот оборотни да. Они сразу попадают на ринг.

— Но зачем? Они ничего не бояться? А если кто–то пострадает?

— Не бояться. Да и на ринге бывает все. Если ты ни разу не чувствовал боль, тебя нельзя выпускать.

— Куда выпускать? Есть еще бои?

— Нет. Пройдя здесь обучение, вампиров и оборотней отпускают в мир. Они могут спокойно жить среди людей.

— А зачем для этого чувствовать боль? — что–то моя голова еще не проснулась, так как отказывалась понимать некоторые вполне очевидные вещи. Джо тяжело вздохнул. Видимо, туплю по страшному.

— Затем, что здесь территорию охраняют. А там тебя не кому будет охранять и оберегать. Если что, тебе придется самому вступать в бой, при чем как ты понимаешь не на жизнь, а на смерть! Там бой остановится только, когда один погибнет! — объяснял мне Джо прописную истину.

— Ладно, поняла. Я просто еще не проснулась, — трясла я своей еще не пришедшей в норму головой.

— Не страшно! Бывает! — посмеивался он, положив руку мне на плечо. Такое просто ни к чему не обязывающее действие было мне не очень приятно. Я, конечно, не стала этого показывать, чтобы не обижать парня. И так уже испугала его!

— Значит, ты изначально знал, что так оно и будет! — подвела я итог.

— Да, — честно ответил он, — Хотя такого я все равно не ожидал. Да и никто не мог этого ожидать. Тебе с твоими данными даже учиться ничему не надо!

— Правда?

— Конечно. Ты прекрасно нападаешь. Мы еще не видели, как ты отреагируешь на нападение, но…

— То есть не видели? Я и не нападала на Курта. Я всего лишь его опередила. Я заметила, как он занес руку для удара и…

— Молниеносно отреагировала. Правильно! Но если это была простая защита, то я не представляю, что будет, когда ты станешь нападать.

— Я не собираюсь ни на кого нападать! — воскликнула я.

— Да это я уже понял. Но придет время войны, и ты никуда не денешься. Драться придется!

— Когда еще оно придет? Пока вы найдете этих великих из легенды, я уже успею состариться.

— Надеюсь, что нет!

— Почему? Ты хочешь драться? Тебе нравиться убивать? — искренне удивилась я. Я и не думала, что такое может нравиться.

— Нет, конечно. Просто чем быстрее они появятся, тем быстрее мы сможем избавиться от вампиров, которые убивают людей. Не будет не нужных жертв.

— А остальные вампиры?

— А что с ними? Они как жили, так и будут жить, пока не сорвутся. Но это будет дело уже будущих поколений!

— Возможно! А как их вообще ищут? Или ждете, что они сами к вам придут? — посмеялась я.

— Конечно, ищем. Но дело в том, что это не так–то просто. Легенда не называет точных имен или хотя бы даров.

— А что за дары? Какой дар у тебя? — перебила я.

— У меня нет никакого дара. У оборотней вообще нет даров. Различные таланты есть у вампиров, и то не у всех. Ими обладают только исключения! — я подавилась собственными словами. Как это у оборотней не бывает даров? А как же я? Или мои способности не в счет? Или я все–таки не оборотень? Я нахмурилась, но ничего не сказала. Зачем мне еще одно отличие? Я решила предусмотрительно умолчать об этом.

— А какими дарами обладают вампиры здесь?

— Ты имеешь в виду, вампиры, которые к нам присоединились? — я просто кивнула, а он продолжил, — Вообще повторяющихся способностей нет, есть похожие, но все равно не одинаковые. Грета, например, телепат. Она по собственному желанию может свободно залезть в мозг человеку. Там она может прочитать его мысли в этот момент и заставить что–то сделать, думая, что он сам это решил.

— Ух, ты! Прикольно! А это на всех распространяется или есть ограничения? — теперь я слушала очень внимательно.

— Нет. Только на тех, кого она лично знает или видела хотя бы раз и помнит. По расстоянию тоже есть какое–то ограничение, но я этого точно не знаю.

— А этот человек не может тоже читать ее мысли? Ведь телепатия — это временное соединение. То есть теоретически не только она, но и он может проделывать это с ней!

— А вот этого я точно не знаю. Интересно, а она сама–то об этом думала? — посмеялся Джо.

— Спроси! Она вроде бы симпатичная девушка! — подмигнула я. У бедного Джо челюсть отвисла. Чего это он так отреагировал?

— Ты это на что намекаешь? — совсем другим тоном спрашивал он.

— А что? Она не в твоем вкусе? — нет, и кто меня за язык тянет?

— Ты совсем что ли? Она же вампир?

— И что? Вы же вместе работаете, учитесь, живете! Что в этом такого? — удивилась я.

— Вампиры и оборотни кровные враги испокон времен! — взревел он. И что так бурно реагировать?

— Но сейчас же вы не враги! Я подумала, что у вас перемирие! Или это затишье перед бурей? — прищурилась я. Лично я не видела в этом ничего такого. И что в том, что Зак вампир, а я оборотень? Мне это не помешает, если Кейт оказалась права, и он действительно отвечает мне взаимностью!

— Нет, мы, конечно, работаем вместе и объединились для общего блага, но не до такой же степени! Никогда! Я никогда не заведу отношения с вампиром, какой бы она не была! — твердо заявил Джо, — И тебе не советую!

— Почему? Я в отличии от тебя не воспитывалась в вечной войне с вампирами. И отношусь к ним не совсем так, как ты!

— То есть ты не брезгуешь мертвецами? — его брови взлетели вверх, а глаза стали абсолютно круглыми.

— А причем здесь мертвецы?

— А притом, что вампиры фактически не живые. Они же бессмертные!

— А как же вы их собираетесь убить, если они бессмертные.

— Ну, убить их можно, а вот своей смертью они никогда не умрут, в отличии нас с тобой.

— Знаешь, я не хочу с тобой спорить. Просто у нас разные на это взгляды.

— Ты просто сама не понимаешь, что говоришь. Со временем ты все поймешь! — грустно сказал Джо. Его явно не устроила моя точка зрения.

— Давай, вернемся к обучению. То есть все обучение состоит из спаррингов? Я правильно поняла? — решила я вернуться к изначальной теме.

— Ну, почти. Вампиры еще тренируют свои способности, у кого они есть. А оборотни спят.

— Пока вампиры учатся, вы спите. Понятно тогда, почему вы до сих пор не победили их! — посмеялась я.

— Да, и поэтому тоже! — вскочил он на ноги, возмущаясь. Зря я затронула больную тему, — А еще мы смертны. И каждому приходиться вновь обучаться в то время, как вампиры накапливают и совершенствуют свой боевой опыт веками. Попробуй победить его, если ему с десяток столетий, а тебе всего 18 лет от роду! — если б он мог пускать пар из ноздрей, то давно уже сделал бы это! По крайней мере, сейчас он выглядел прикольно!

— Ладно–ладно. Не кипятись ты так! Обратно не собираешься? Или тебе еще есть, что мне сказать? — не хотелось мне с ним ругаться и дальше. Ну, что я могу поделать, если мы воспитывались совершенно по–разному?

— Пошли. А то нас еще искать вздумают! — согласился со мной он.

Всю дорогу назад в лагерь мы молчали. Джо правда, мялся будто ему все–таки было что сказать, но он не решался, а я просто ждала реакции на все выше сказанное. Но мое мнение не изменилось и меняться не будет. Все эти войны прошли мимо меня и лично меня не интересуют!

Наступил рассвет. Я быстренько прикинула, что спала почти четыре часа. Понятно, почему я чувствую такой бодрой и выспавшейся!

По возвращению в лагерь нас уже ждали. И Дэниел и Курт уже стояли на границе лесополосы. Мне не понравились их выражения лиц. Они явно что–то затеяли. Неужели, они не отказались от своей бредовой идеи повторить бой?

— Поговорили? — поинтересовался Дэниел с улыбочкой. Ох, что–то не понравилась мне эта улыбочка.

— О чем? — решила уточнить я. Может быть, он поговорил со мной не о том, зачем его посылали? Вдруг Курт немного помотал головой.

— Так, что здесь за секреты? — на этот раз возмутилась я.

— Курт умеет считывать настроение! — пробурчал Джо.

— И что? Что с моим настроением?

— С твоим настроением что–то непонятное, — чесал подбородок Курт.

— Что опять? Когда–нибудь эти отличия закончатся? Может быть, я все–таки не оборотень? — высказала я свои сомнения.

— А кем ты еще можешь быть? Никто кроме оборотней не превращается из человека в зверя! Так что это точно. Просто ты очень сильный оборотень! Ты просто находка! — объяснял Курт.

— Ну, да! Поэтому вы и решили довести меня до инфаркта! — съязвила я.

— Что ты! Мы хотим научить тебя всему, что знаем сами. Ты будешь лучшим бойцом.

— Если все будешь схватывать на лету и не лениться! — добавил Дэниел. Вот кого не устраивало мое звание лучшего бойца. Раньше, поди, он его носил. Так стоп, и чего это я уже примерила звание на себя? Сначала надо долго и упорно тренироваться!

— Я всегда была прилежной ученицей! — спокойно ответила я, полностью уверенная в своих способностях. Я не боялась самого по себе боя, я боялась причинить кому–нибудь боль или увечья. Я всегда спокойно могла пригрозить, напугать, пререкаться, но до драк никогда не доводила. Для меня драка это нечто, после чего неизбежно бывают травмы. Короче, я не сторонник насилия.

— Вот и ладненько! Значит, ты не против боя с нами. Когда ты немного приноровишься, сможешь выбрать себе другого партнера, — говорил мне Дэниел, а сам поглядывал на Джо. Видимо, Джо сам изъявил желание быть моим партнером. Это мне не очень понравилось: он решил покончить с собой?

Я глубоко вздохнула, поняв, что сопротивляться бесполезно, и убежать от их бредовой идеи тоже не получиться. Я просто кивнула, вызвав на их лицах только снисходительные улыбки.

— Не волнуйся! Мы профессионалы, — успокаивал меня Дэниел, когда я уже в этом не нуждалась.

Тихо и спокойно наша четверка прошествовала к рингу. Никого из других ребят мы звать не стали. Да и зачем их звать? Слух у всех отличный — сами сбегутся! Теперь одно из двух: либо ребята, с которыми, кстати, я еще не знакома лично, будут меня бояться, либо восхищаться! А мне, поверьте, ну ни капельки не хотелось ни того ни другого. Но как все мне, видимо, не быть никогда!!!

Джо остался за границей ринга, а мы с Дэниелом и Куртом поднялись наверх. Встали мы напротив друг друга, в углах треугольника так, чтобы каждый видел двух других. Дэниел тут же превратился в большого черного волка! Его шерсть блестела на первых лучах солнца, а оскал очень даже впечатлял.

Так вот кто здесь единственный, черный волк!!! Интересно!

Я не стала превращаться. Если они решили поэкспериментировать, то и я буду!

— Ты не будешь превращаться? — удивился ожидающий Курт. Волк тоже чуть повернул голову, показывая свое удивление. Как же хорошо, что в таком виде он не может разговаривать. Даже посмеяться захотелось, но удержалась. Не прилично как–то!

— А вы ждете превращения? Нет, пока не хочу!

— Но в таком виде ты будешь более уязвима! — давал он мне свои наставления.

— Не бойтесь! Я превращаюсь быстрее вас. Если что, то я успею! — улыбнулась я.

— Ты сильно рискуешь! Мы же случайно и покалечить можем!

— Вы решили отказаться от боя? — подначила я. По ним и так было видно, что мои способности их сильно удивляют, и они очень хотят их испытать. Моя уловка сработала. Курт встал в боевую позу, волк пригнулся, готовясь к прыжку. Интересно, если они соберутся нападать одновременно, успею ли я просто прошмыгнуть между ними? Надо попробовать!

Раздался рык. Мгновенье и в мою сторону грациозно летит волк, и с небольшим опозданием несется Курт. Я чуть пригнулась, проскочив точно под брюхом волка, выпрямилась и слегка, играючи, бедром толкнула Курта. Он быстро развернулся и снова уже целился в меня, точнее в плечо. Я же сделала маневр чуть влево, и Курт пролетел мимо меня по правую руку. А тем временем сзади снова раздалось недовольное рычание. Вот здесь я уже не успела. На полуобороте меня зацепило огромной когтистой лапой. Было больно. Но я терпеливая и не стала обращать на это внимание. Но тут произошло нечто очень странное.

Курт оскалился и издал ужасный низкий звук, от которого мурашки побежали по коже! Его взгляд сильно изменился, он стал злобным. По настоящему злобным, потерялась вся осознанность. Его тело напряглось, сжимаясь в пружину. Он немного пригнулся, смотря на мою ободранную ногу. Я проследила за его взглядом.

Я только сейчас заметила, что царапины были достаточно глубокими, чтобы пошла кровь. Но я быстро восстанавливалась. Все они уже затягивались в шрамы прямо на глазах. Только вот кровь осталась на поверхности кожи. Только сейчас я поняла, что случилось: кровь! Моя кровь его приманила. Он вампир и этим все сказано!

Не буду скрывать, у меня возникла паника! Одно дело бой в качестве обучения и тренировки, и совсем другое настоящий не на жизнь, а насмерть. Если он успеет до меня добраться, мне конец! Я четко помню их же предупреждение: яд вампира убивает оборотня! Дыхание сперло, сознание работало само по себе, а тело вообще на автопилоте.

Не столь далеко от ринга внизу ближе к лесу оборотни на ночь обычно разжигают костер. Именно к нему я и неслась со всех ног. Как я была в этот момент рада, что бегаю намного быстрее вампиров, даже в человеческом обличье. Я сделала единственное, что посчитала возможным в той ситуации: резко сорвав с себя разодранные джинсы, и молниеносным движением стерев кровь с ноги, я бросила их в костер. Прямо возле него остановившись, я перевоплотилась на случай, если не всю кровь успела стереть!

Я развернулась к бегущему за мной Курту мордой и зарычала. Тут случилось именно то, на что я надеялась. Его лицо вновь приобрело нормально выражение и осмысленный вид. Мгновенье и он остановился как вкопанный с испуганным выражением лица, закрывая рот руками. Я была готова поспорить, что он готов разрыдаться. Следом за ним на всех порах мчался волк. Курт резко развернулся и помчался прочь от меня, в направлении большого дома, чуть не столкнувшись с волком.

Тут окончательно поднялось солнце. и передо мною предстала жуткая сцена. Прямо на бегу Курт вдруг посинел. Все окрытые участки кожи резко стали синими. Он сбавил скорость. Теперь я смотрела за всем этим отдаленно, просто как наблюдатель! Волк помчался за ним. Когда волк добежал до дома, он превратился в Дэниела и влетел внутрь. В этот момент ко мне подбежал Джо.

— Что это было? — запыхавшись, спрашивал он.

— Не знаю! Но мне надо переодеться! — я быстро схватила свой рюкзак зубами, который перед началом боя отдала Джо и, резко развернувшись, полетела в лес. Уже в лесу я быстро перевоплотилась и достала из рюкзака другие джинсы. Я даже одеть их успела. Как раз к этому времени подбежал Джо.

— Так ты мне скажешь, что это было?

— Я думаю нам надо поговорить всем вместе! Побежали в большой дом! Я сама толком не поняла, что там случилось!

Больше глупых вопросов Джо не задавал. Мы побежали в дом.

— Ну! Как вы себя чувствуете? — воскликнула я, когда мы вбежали внутрь. На диване, схватившись за голову и прижимая голову к коленкам, сидел Курт. По его внешнему виду можно было сказать только одно: ему плохо! Рядом перед ним на корточках сидел Дэниел.

— Это ты еще спрашиваешь, как я себя чувствую? Ты сама–то поняла, что это было? — закричал Курт, вскакивая на ноги. Дэниел тоже поднялся. Джо смотрел на нас, ничего не понимая. Вот кто действительно не понял, что произошло!

— Я поняла! — уже спокойно ответила я. Испуг отступил. По крайней мере, за себя!

— Нет. Похоже, ты не поняла! Я пытался тебя убить! И не в шутку, а реально! — у него явно была истерика. А я и не знала, что у вампиров такое бывает! Было бы очень весело, если б не было так грустно!

— Я поняла все правильно! Я же изначально знала, кто вы! Поэтому этого можно было ожидать!

— Стоп! Как убить! Как реально? — ворвался в разговор Джо.

— Вот так. В бою Дэниел устроил мне кровопускание. Царапины то зажили на глазах, а несколько капель крови осталось. Вот Курт и напал на меня! — максимально коротко объяснила я.

— Но этого не может быть! — воскликнул Джо. Вот это меня точно удивило.

— Почему? Он же вампир! Это нормально для него!

— Нет. Не нормально! — твердо заявил Дэниел, — Дело в том, что кровь оборотня не привлекает обычно вампиров. А даже наоборот! Именно поэтому мы спокойно устраиваем поединки между вампирами и оборотнями. В другом случае мы никогда бы на это не решились!

— Тогда почему он на меня напал, если моя кровь не должна была его приманить? — теперь и я удивилась.

— Сам не знаю! Твоя кровь совершенно ни на что не похожа. Я за все мои годы, а их было не мало, натренировался так, что теперь спокойно выдерживать открытую человеческую кровь. Но твоя… это что–то!!! Я даже сопротивляться не успел. Ее запах мгновенно завладел мною. Я еще ни разу такого не встречал! Ну, прямо как новообращенный! — говорил и сглатывал Курт.

— Как новообращенный? — переспросила я. Эта тема меня очень даже интересовала. Интересно, а Жозен сказал Джо о моих чувствах к Заку? Но это я как–нибудь осторожненько выясню позже!

— Да! Только новорожденные толком не могут контролировать свою жажду. Запах ими завладевает целиком и полностью. Если новорожденный почуял кровь или даже просто человека остановить его практически невозможно!

— Но ты же остановился!? — вдруг спросил Дэниел.

— Я остановился только потому, что Мела избавилась от крови!

— Это как? Я лично не успел уследить за вами! — удивлялся Дэниел.

— Очень просто! Я вытерла кровь джинсами и сожгла их!

— Ты гений! Как вообще за такой короткий промежуток времени ты успела догадаться, что надо делать? — восклицал Курт.

— На автопилоте! — посмеялась я.

— То есть ты сама не поняла, что сделала? — нахмурился Курт.

— Конечно, нет. Я сразу поняла, что случилось. Просто наилучшим способом избежать жертв, в нашем случае было сжечь кровь! — пожимала я плечами.

— Ты гений! Ты хоть сама понимаешь, какую катастрофу ты предотвратила?

— Свою смерть! Или есть что–то еще? — поинтересовалась я.

— Не столь глобально, но все–таки есть! Кроме твоей смерти, ты предотвратила мое падение!

— В каком смысле? — спросили одновременно я и Джо.

— В таком! Стоит вампиру Номенту сорваться всего один раз, и все его старания, предыдущие годы терпения псу под хвост! Мне бы пришлось заново учиться контролировать себя! А после твоей уникальной крови, вообще неизвестно смог бы я восстановиться!

— Ну, спасибо! Я пока жива! Радуйтесь!

— Ладно. Она молодец. Это мы уже поняли. Но как такое возможно? Почему ее кровь тебя привлекла? — вопрошал Дэниел.

— Не знаю! Ее запах в сто раз аппетитнее человеческого. Такой вампир как я, с таким стажем воздержания, не смог устоять! Нам просто повезло, что рядом не было других студентов. Они бы ее просто порвали. Она бы даже с места сдвинуться не успела! Я теперь даже не знаю, как тебе тренироваться! Тебе нельзя, чтобы поблизости были вампиры. Это уж точно!

— Мы подумаем над этим. А пока, Джо отведи Мелу в ее домик. Ей надо поспать! — скомандовал Дэниел.

— Хорошо! Пятый? — отозвался Джо.

— Стоп! Какой еще домик? Вы о чем? — возмутилась я.

— Обычный. Как и у всех ребят, которые здесь обучаются!

— Я не буду здесь жить! Даже не надейтесь! Я зачем в университет поступала? Я возвращаюсь!

— Тебе сейчас в первую очередь надо научиться драться! С твоей привлекательной кровью особенно тщательно и осторожно! — говорил Дэниел, явно не радуясь такому повороту. А меня не устраивало это место. Нет, здесь красиво и весело, не спорю. Но для меня важнее получить профессию и иметь возможность зарабатывать себе на жизнь, а не готовиться к неизвестно когда начинающейся войне!

— Я возвращаюсь! Когда придумаете, как меня обучать, дайте знать! А здесь кишмя вампиров, которые сойдут сума только от одной капли моей крови. Нет, спасибо! — после сказанного я надела на спину свой рюкзак и стала разворачиваться.

— Ты запомнила дорогу? — заботливо спросил Джо. Я ему мило улыбнулась и кивнула.

— Ты не можешь просто так взять и уйти! — возмутился Дэниел.

— Это еще почему? Я просто прибежала за компанию с Джо, чтобы посмотреть ваш штаб. Как пришла, так и уйду!

— Я думал, что ты к нам присоединилась!

— А я и присоседилась. Просто я никогда не собиралась проживать здесь постоянно. Если будет надо, я буду прибегать сюда каждую пятницу и убегать в ночь на понедельник. Но жить не буду! Ваша война неизвестно когда начнется, а кушать хочется мне и сейчас!

— А при чем здесь это? — не понял Дэниел.

— Притом, что у меня нет родителей, которые могли бы обеспечивать меня! Поэтому мне самой надо получать достойную профессию и работать.

— Понятно! Упрямая же ты! Беги! Только как с тобой связаться?

— Позвоните доктору Малевану. Он мне передаст. Или Джо пришлите! Я буду рада его видеть! — подмигнула я Джо. Чего я такого сказала, я сама не поняла, но парень покраснел.

— Договорились! Беги!

— Осторожно только по дороге. Мало ли на кого ты можешь натолкнуться! — напутствовал Курт.

— Обязательно!

Я со всеми попрощалась и направилась в лесополосу. Там уже меня окликнул Джо.

— Ты решил проводить меня? Я прекрасно помню дорогу! Не волнуйся! — мне была очень приятна его забота.

— Нет. Просто хотел проводить хотя бы до границы штаба. И еще… — замялся парень. Он явно стеснялся, — Ты не забывай нас. Прибегай почаще! — Джо мило улыбнулся и, развернувшись, убежал. Я проводила его взглядом, четко понимая, что совсем не это хотел сказать. Но он не вернулся. Я обернулась пантерой и помчалась назад, в университет.


Глава 6

Обучение

Всю дорогу мои мысли метались в неизвестном направлении. Было ощущение, что голова сама металась от Джо к Заку. Парадоксом был сам факт того, кем эти двое теперь являлись. Я множество раз представляла лицо любимого, того которого я знала еще человеком. Я вспомнила, как он стеснялся, мялся. Только сейчас до меня дошло, что еще недавно я видела тоже самое только в исполнении совсем другого парня. Я даже остановилась на мгновенье от шока. Я даже не предполагала, что я могла понравиться Джо. И как я не допустила такой мысли? Что мне теперь с этим делать? Как же хорошо, что я на неопределенное время вернулась в университет, и Джо меня не увидит. Так будет лучше.

Буквально через час я была на месте. Особой радости от моего появления не было, хотя ребята из группы очень меня ждали.

— Ты где была? Мы тут устраивали вечеринку, а без тебя она была не полноценной! — Вопрошал Марк.

— Скорее всего, я теперь буду регулярно отсутствовать по выходным, — решила я предупредить их.

— И куда же ты ходила? — удивился Энтони.

— А вам все скажи! — посмеялась я, но потом решила как–то отмазаться, — У меня здесь недалеко живет подруга. Вот к ней и буду заваливаться на выходные!

Как ни странно, такой несуразный ответ вполне устроил ребят. Мы еще какое–то время болтали ни о чем. Так и прошел вечер. Мои мысли, тем не менее, были далеко отсюда. Я снова думала о Заке. Чем я к нему ближе, тем чаще думаю о нем, мечтаю, тем тяжелее его не видеть. Знать, что он где–то здесь совсем не далеко, и не иметь возможности увидеться. Целую неделю я провела в раздумьях. Мне даже говорить с Малеванном не хотелось. Я уже заранее знала, что он ответит на мою просьбу.

Но вот наступила пятница. Я все–таки решила пойти к лесу. Мне же нужно было узнать, что надумали Курт и Даниэль. Как ни странно Жозен был уже на месте, как всегда красив и спокоен.

— Привет! Как прошло? — спокойно спросил Жозен.

— А вы еще не знаете? — удивилась я, — Они должны были вам позвонить. Сообщить, как дальше обучать меня.

— Да, они мне звонили. И знаешь, ты меня не перестаешь удивлять.

— Как и себя! Вы думаете, что это все только для вас открытие?

— Да, нет. Я думаю, что для тебя это все должно было быть стрессом, а ты вполне спокойно все воспринимаешь. Курт сказал, что ты не потеряла самообладание, даже когда он на тебя напал! — восхищался Жозен.

— Ну и что? Я спасала свою шкуру!

— Просто большинство бы потерялось в такой момент…

— Ладно. Хватит об этом. Лучше скажите, что они решили! — ну, не хотела я больше говорить о том происшествии.

— Они точно не примут тебя снова на территорию штаба. Скорее всего, кто–то будет приходить сюда к тебе. Только нужно определиться с местом.

— Понятно. Пусть определяются. Вы дадите мне знать?

— Конечно. У тебя нет телефона? А то я здесь целую неделю зря пождал, — тонко намекнул он на мое отсутствие.

— Ох, простите. Мне после этого всего надо было прийти в себя. Простите, пожалуйста!

— Да, все нормально. Просто с телефоном было бы все намного проще.

— У меня пока нет средств для его покупки. Вот устроюсь хоть кем–нибудь работать, тогда и посмотрим.

— Мы можем тебе купить телефон, — сделал Жозен не скромное предложение, но при этом даже не дал времени возмутиться, я только рот успела открыть, как он заговорил вновь, — Он же нужен мне для удобства связи с тобой. Я не собираюсь его тебе дарить, просто дам во временное пользование! Согласна?

— Нет. Я сама все себе куплю! А со связью проблем больше не будет, обещаю. Я буду приходить каждый день! — уверенно заявила я. Мне совершенно не хотелось зависеть от кого–то. Я уже знаю, каково это. Сначала они о тебе заботятся и все такое, а потом оказывается, что я пользовалась их добротой!!! Нет уж! Не хочу больше! Я все сделаю сама.

Так и прошли еще несколько дней. Курт с Даниэлем никак не могли определиться, а меня это уже стало напрягать. Да и Жозена по–моему не сильно устраивало, хотя он этого и старался не показывать. Я каждый день приходила к лесу, но ничего нового Жозен не мог мне сообщить.

Вот настала пятница. Наша группа как всегда собралась на репетицию. Самое интересное, что все ее участники не только нашли общий язык между собой, но и с преподавателями. Из пяти участников группы четверо были круглые отличники, что не мешало им быть веселыми ребятами и отличными друзьями.

— Мы собрались завтра на природу. Ты с нами? — веселились они. Оно и понятно, на улице была прекрасная погода. Солнце осветило все вокруг. Даже воздух стал другим. Последние теплые дни. Конечно, хотелось взять от них все!

— А куда вы собрались? — уточняла я. Чем мне заниматься в комнате общежития, когда большая часть студентов где–то гуляет? Проблем с выполнением заданий у меня никогда не было. Делать их я пока не собиралась.

— В ближайшую рощу. Ты ее видела? — неужели, они собрались на ту полянку? Но это опасно! Но тут же вспомнила о солнце.

— Да! Там так красиво! Недалеко есть лужайка, где можно устроить привал и поиграть, — Говорила Марианна. Эта девушка не была членом нашей группы, но сама по себе влилась в нашу шумную компанию. Не так давно оказалось, что она прекрасно разбирается в акустике и акустической аппаратуре. Так тихо и спокойно она стала звукооператором. Но уже чуть позже она стала и девушкой Джонни. Вообще она была классной девчонкой. Марианна прекрасно могла, как и я, переключаться от серьезного к не совсем. Например, на репетиции она с полным пониманием дела регулировала наш звук, крутя нами, а сразу после вместе гуляла на вечеринке и даже напивалась не чуть не меньше.

— Конечно, с вами. Куда я без вас?! — Я не стала уточнять место положение поляны. Все равно из–за солнца никто из вампиров не выйдет. Так что можно вполне спокойно отправляться в лес.

В договоренные 11 часов утра компания была уже в полном сборе. У каждого по огромной сумке со всем, что нам может понадобиться на природе: покрывало, раскладные стулья, одноразовая посуда и, конечно же, еда и пиво. Мы отправились на отдых.

Поляна оказалась другой, но не менее красивой и приятной. Вроде бы та же травка, те же цветы и деревья, но ощущение все равно создавалось совершенно другое. Не было того ощущения легкости, как на моей полянке. Но здесь было очень мило. Мы аккуратно разместились на мягкой траве. Весь день почти мы играли, веселились, даже нашли пару целебных растений, которые проходили. Эти растения мы даже взяли с собой, решив показать их преподавателю. В общем, день прошел на веселой волне. Но вечер не заставил себя ждать, а вместе с ним и сумерки.

— Может быть, уже пора назад? — стала я призывать ребят вернуться. Я‑то в отличие от них прекрасно понимала, кто скоро выйдет на охоту, если уже не вышел.

— Да, ладно тебе! Смотри как здесь красиво даже в это время суток! — успокаивала меня Марианна. Я очень надеялась, что Малеваны хорошо следят за Заком. Мое сердце было не на месте. Что–то мне не нравилось, но что именно? Я никак не могла понять.

— Ребят, я серьезно! Лучше не находиться в лесу в темное время суток! — я не могла ни объяснить ни понять собственного беспокойства. Но я пыталась уговорить их уйти. Я привыкла доверять своим чувствам и ощущениям. Чтобы хоть как–то понять в чем дело, я включила все свои органы чувств. Я хорошенько принюхалась, но близкое местонахождение людей мне портило нюх. Я могла почуять кого–то другого только в радиусе 500 метров, а это мало. Тогда я подключила зрение. Я стала метр за метром сканировать местность на расстояние до 1,5 км, но и это расстояние со скоростью вампира можно легко преодолеть за доли секунд. Для людей это не будет спасением. За такой короткий промежуток времени только я успею отреагировать, но этого может оказаться мало.

«А кого я выберу в случае нападения?» — вдруг возник вопрос в моей голове. И самое страшное, что однозначного ответа на него я не знала. Это осознание привело меня саму в шок.

Пока я раздумывала, ребята все–таки решили собираться. Через 20 минут мы уже направлялись обратно в общежитие. Но странное чувство меня не покидало. Мы шли в шеренгу по двое, только я была замыкающей. Сама не знаю почему, но я стала на страже ребят. Меня никак не покидало чувство опасности.

Уже подойдя к границе леса, я почувствовала, что мимо нас где–то в паре километров пробежал вампир. Меня этот факт не очень обрадовал. Мне совершенно не хотелось драться за ребят с Заком. Просто я не была уверенна, что смогу причинить ему боль, но и ребят на растерзание я не отдам, это однозначно.

Я развернулась лицом в лес, высматривая потенциального противника. Я спокойно могла идти спиной вперед, не спотыкаясь, чем и воспользовалась сейчас. Но больше я никого не чувствовала. Тем временем мы уже вышли на открытое пространство между лесом и общежитием. Только достигнув порога, я успокоилась.

Весь вечер я не могла найти себе места. Меня так и подмывало пойти к Малеванам. Но было уже поздно. Они могли быть на охоте, а это для меня очень опасно. И как выяснилось недавно намного опаснее, чем для обычного человека. Ну, хоть один недостаток у меня оказался!

Пол ночи я ворочалась, никак не могла уснуть. Но в конце концов, на рассвете я заснула. Уже через два часа я проснулась бодрая и полная сил. К собственному удивлению я обнаружила, что неприятное ощущение наконец–то меня покинуло. Я этому была несказанно рада. Проделав все утренние процедуры, слегка перекусив, я отправилась на занятия. Ребята как и всегда после вечеринок, выглядели не очень. Похмелье — вещь тяжелая! Я же никогда не пьянела, поэтому и похмелья не испытывала. Обидно даже! Но ничего не поделаешь, я не человек и такие вещи мне не присущи!

Ели отсидев занятия, я побежала в лес. Мне срочно надо было узнать, что вчера было. Я твердо решила идти к ним в дом, но мне этого делать не пришлось. Доктор Малеван уже стоял в тени деревьев.

— Здравствуй, Мела! Как дела? — как всегда безупречно вежлив и тонок, был Жозен.

— Здравствуйте! Рассказывайте! Что было вчера? Зак снова был на охоте? — не стала я ходить вокруг да около.

— Да, был. А что–то случилось? Мы за ним смотрели, — удивился моему вопросу и напору Жозен.

— Просто мы с ребятами вчера отдыхали здесь в лесу на поляне, — я показала рукой в ее сторону, — и я…я не знаю, как вам объяснить. Когда наступили сумерки, меня охватил непонятный страх, возникло ощущение опасности. Я, конечно же, сразу уговорила ребят уйти, но оно никуда не делось. А недалеко от кромки леса в паре километров от нас пробежал вампир. Я не могу точно сказать кто, но это однозначно был вампир!

— Он на вас напал? — испугался Жозен. Теперь на его лице был реальный ужас. Но почему?

— Нет. Мы спокойно вышли из леса в полной сохранности.

— Слава богу! — слышать такую фразу от вампира было прикольно.

— Это был не Зак? — очень медленно от удивления произнесла я. Я сама не верила своим словам.

— Нет. Зак был в это время на охоте. Ничего особенного он не делал. Все, как и должно было быть.

— Но кто это был тогда? Я же не псих, я же точно его слышала. Да и по запаху вампира очень сложно с кем–то перепутать.

— Я тебе верю. Не переживай ты так! — говорил Жозен, а сам явно стал раздумывать прохаживаясь туда сюда вдоль кромки леса. В таком состоянии я видела его впервые. Обычно Жозен абсолютно спокоен и уверен в себе, а тут…

— Как это не беспокоиться? На нас с друзьями могли напасть в любой момент, а вы предлагаете мне не беспокоиться? — такой ответ меня искренне удивил, — Кто это был?

— Ты помнишь этого вампира по запаху? — настороженно спросил Жозен, проигнорировав мой вопрос.

— Не знаю даже. Я не пробовала запоминать? — растерялась я.

— Ну, мой запах ты сможешь отличить от запаха другого вампира? — он остановился, пристально на меня глядя.

— Думаю, что смогу. А что? Это так важно?

— Да! Тебя надо учить. И это обязательно. Зря из штаба тебя так быстро отпустили, — рассуждал Жозен, начав снова ходить взад вперед.

— Когда они придумают, как можно продолжить мое обучение, они свяжутся с Вами.

— Это я знаю. Но тебя могут найти раньше…

— Кто найти? Зачем?

— Я же тебе уже рассказывал, что не только мы собираем армию. Найти для них такого сильного от природы оборотня будет для них большим успехом. Только вот, если ты не успеешь до этого времени научиться защищаться, в живых они тебя не оставят!!! Это точно!

— Какая радужная перспектива! — проговорила я. Что еще я могла сказать, если не съязвить?

— Вот именно. Поэтому тебе как можно скорее надо начать обучение. По возрасту ты уже должна быть достаточно обученным оборотнем.

— То есть, вчера это был кто–то из них? Но почему он меня не попытался убить? — удивлялась я. В тот момент до меня самой даже не доходил полный ужас моих же слов!

— Скорее всего, да. Это был кто–то из них. Понимаешь, у них есть, можно сказать, особое подразделение разведчиков. Они регулярно поверяют мирно живущих среди людей вампиров–номенту. Нашу численность, наши занятия. Пока мы делаем вид, что читаем книги и помогаем людям, они вполне спокойно разыскивают великих. И хоть ты не одна из великих, ты очень сильный соперник, а следовательно и опасный враг, но тебе повезло с запахом. Ты пахнешь почти как человек, может быть поэтому он и не обратил на тебя внимание. Это хорошо, что он был не голоден.

— Хорошо! — вздохнула я, но вспомнив предыдущие слова, спросила, — Великих? Зачем?

— В легенде сказано, что если обе великие встанут на нашу сторону мир изменится, а если нет… Ты сама все понимаешь! — грустно вздыхал Жозен. Что–то мне не нравилось его упадническое настроение.

— А почему вы их не ищете? — возмутилась я. Неужели, они думают, что великие сами к ним придут?

— Мы тоже их ищем, но более скрытно. Пойми, того, что сказано в легенде не достаточно для полноценного поиска. Для этого много не состыковок. Например, мать. Вампиры не могут иметь детей, поэтому мы не знаем, что это может значить. А одаренных вампиров тоже предостаточно. Кто из них?

— Та вампирша, которая успела стать матерью, до перерождения! — предложила я свою теорию.

— Мы об этом уже думали. Среди своих мы нашли двоих женщин, которые в прошлой жизни успели стать матерями, но у одной ребенок умер еще до перерождения, а другая не обладает никакими талантами. Да и вообще эта теория очень сомнительна, но пока единственная.

— А что на счет другой великой?

— Под описание другой великой могут попасть множество человек, а точнее дампиров. И хотя дампиров женщин всего восемь, вряд ли это кто–то из них.

— Дампиров? — не сразу поняла я.

— Да. Дампир — это ребенок мужчины вампира и женщины человека. Только они являются смесью кровей, но их много!

— А почему только мужчины вампира? — спросила я сама, мгновенно поняв ответ. Просто вампиры не меняются, а поэтому их женщины и не способны родить! — Ладно, я сама поняла, — тут же призналась я.

— Вот и хорошо! — ответил Жозен, немного смутившись.

— А почему вы сомневаетесь, что это кто–то из них?

— Потому что, они не обладают ни какими особенными способностями. А для великой это должно быть неотъемлемо.

Ответ был четок и понятен. Даже добавить было не чего.

— А почему эти разведчики не убивают потихоньку? Это же было бы разумнее, чем объявлять войну. Вы не подумаете чего, простая логика! — сразу извинилась я, поняв какую глупость сморозила.

— Все нормально. Просто они знают, что мы не смотря ни на что всегда на чеку. Мы всегда на связи, поэтому пропади хоть один из нас, знать об этом будут все. А это уже само собой война! — спокойно объяснял Жозен.

— Но можно же разослать всех имеющихся разведчиков на места, и убить большую часть одним махом. Остальные даже понять не успеют! — высказалась я, понимая насколько это было жестоко.

— Да, ты у нас стратег! — восхитился Жозен. А я не понимала его радости. Видимо, мое недоумение отразилось на лице.

— Просто свежая голова всегда хорошо, а такая умная тем более, — посмеивался он.

— Вы хотите проделать это с ними?

— Нет. С ними это не пройдет. Они в отличие от нас не живут среди людей отдельными семьями. Они существуют целыми сообществами по одному–два на штат. А в каждом сообществе от шести до пятнадцати вампиров. Только Пенсильвании, где живут сами законники, их около тридцати. Вот и посчитай! Как я рад, что эту идею еще никто им не подал! С нами такое проделать намного легче! — грустно смеясь, говорил Малеван.

— Мда! — все, что я смогла на это ответить. Я быстренько прикинула, что минимум их 102 и максимум 390. Разница, конечно же, большая, но лучше чем ничего.

— А сколько наших? — тут же спросила я, чтобы хотя бы приблизительно прикинуть соотношение сил.

— Кого именно? Вампиров или оборотней?

— Всех вместе. Тех, кто будет драться! Кстати, почему нет дампиров? — вдруг возник вопрос.

— Ну, дампиры почти вполовину слабее вампиров, а если учесть, что большая их часть питается только человеческой пищей… В общем, от них мало будет толку, только зря погибнут. Да и не пожелают они вступать в битву. Дампиры люто ненавидят вампиров, в не зависимости от их рациона, если так можно выразиться. Они одинаково готовы убивать как их, так и нас, только сил не хватит ни на тех, ни на других.

— Почему? — удивилась я.

— Потому что мать умирает при рождении дампира. Человеческий организм не способен вынести такое. Некоторые даже до родов не доживают. И никто из этих отцов не забирает детей. В итоге все дампиры воспитываются в детских домах как круглые сироты.

— А как они узнают о том, кем являются на самом деле?

— Этого я пока точно не узнал, но вроде бы по достижении совершеннолетия, их забирают взрослые дампиры.

— У них тоже свое сообщество? — интересовалась я.

— Да, по–моему. Хотя точно не скажу. Я только недавно узнал об их существовании.

— Как это? — удивилась я.

— А вот так. Еще несколько месяцев назад мы вообще не знали, кто может подходить под описание смеси кровей. Теперь же есть хотя бы одна зацепка. Правда, легче от нее не сильно стало, — сетовал Жозен.

— И как же вы о них узнали? — не отставала я. Мне это было очень интересно. Я стала замечать, что мне интересно все, что связанно с этим миром. И хотя вампиры, оборотни и дампиры жили среди людей испокон времен, для меня это был отдельный мир.

— О, это целая история. Я тебе уже говорил, что в Норвегии у меня живет близкий друг. Так вот так вышло, что мы не виделись уже почти два года, зато перезваниваемся регулярно. Так вот один из его сыновей влюбился в девушку человека, а ее отчим оказался дампиром. Так вот у них чуть драка не разразилась.

— Ужас! И что? — я даже не могла себе представить такой драки. Я видела вампиров в деле. Я знаю людей. Они друг другу не соперники, мягко говоря!

— Да, нет. Ничего не случилось. Девушка остановила все на корню. Зато вот таким экстремальным образом мы узнали об их существовании.

— И давно это было? — уже более спокойно интересовалась я. Это же надо! А девушка–то герой, не побоялась встать между такими противниками.

— Два месяца назад. Уж не знаю, что они будут делать дальше, — размышлял вслух Жозен.

— А что не так?

— А как ты себе представляешь такой союз? Габриель, конечно же, молодец. Он оказался очень сильным. Терпеть постоянное нахождение рядом человека. А если Питер сказал мне правду, то они еще и целовались, то вообще не представляю… Ему же безумно тяжело.

— Простите, но я не совсем вас понимаю, — призналась я.

— Ну, как бы тебе объяснить… Вот у тебя есть любимое блюдо?

— Есть. Я люблю бифштекс с кровью, — очень тихо призналась я.

— Интересно. — он немного помедлил, — Так вот представь, что ты влюблена в этот бифштекс. Ты находишься практически в закрытом помещении с ним, а сама голодная до безумия. Что ты сделаешь? И помни, это твой любимый, тебе нельзя его есть, только целовать.

Моя больная фантазия очень красочно нарисовала такую картину. Могу поспорить, что ощущения не из приятных. Мне стало искренне жаль этого парня. Но вдруг…

— Стоп! Но я же тоже пахну почти как человек. А Зак вампир, при чем новообращенный. То есть ему тоже будет также плохо рядом со мной? — возникло желание расплакаться. Ну, почему так должно было случиться?

— Нет. Ему будет еще хуже. Пойми, Габриелю уже не первый десяток лет, он очень хорошо умеет себя контролировать. Он и до этого прекрасно жил среди людей, ходил в школу. Зак же не имеет такой большой практики. В его случае он будет не просто безумно голодным, а практически умирающим от голода, а ты его бифштекс.

Всю жизнь мечтала, чтоб меня сравнивали с едой! Моя фантазия вновь очень любезно нарисовала эту сцену во всех имеющихся красках. Все внутри свернулось от боли. Я даже глаза прикрыла.

— По–моему на сегодня достаточно! Тебе пора. Да и меня уже заждались. Будь осторожна. Хотя разведчик на тебя не напал, он мог заподозрить, что ты не человек! — проговорил Малеван свои последние наставления, и скрылся в лесной чаще.

Я же медленно побрела назад в общежитие. Мысли же мои летали где–то далеко, точнее рядом с Заком. Жозен вполне явственно дал понять, что мне по–прежнему нельзя видеться с ним. Если ему будет при наших встречах так тяжело, как рассказал об этом Малеван, я готова ждать еще. Правда, я и сама не знаю, насколько меня хватит, но я буду очень стараться.

Так в бесконечных раздумьях прошли четыре дня. Даже ребята из группы стали обращать внимание, что я стала нервной. Конечно, они интересовались, что со мной. А что могла им ответить? Сказала что–то невнятное, даже сама не помню!

— Здравствуй, Мела! У меня к тебе серьезный разговор, — начал Жозен сразу, как только я подошла к кромке леса, где мы всегда встречались.

— Говорите. Что–то случилось? — его серьезный настрой меня немного пугал. Я сразу подумала, что Зак что–то натворил. Сердце в пятки ушло.

— Ничего не случилось! В этом–то и дело. Мне надоело ждать решения штаба. Я хочу сам начать тебя учить. Ты готова?

— А как же Зак?

— Я думаю, что Франческа прекрасно с ним справиться. Он уже не настолько буйный, но для тебя по–прежнему опасен!

— Тогда готова! Когда начинаем? — воодушевилась я. Я буду обучаться. Наконец–то!

— Если ты не против, то прямо сейчас! Я не буду обучать тебя бою, но элементарные вещи объясню!

Я была безумно рада начать обучение. Мы проследовали в лес на несколько сотен метров, после чего он остановился. Я последовала его примеру.

— А теперь попробуй расслабиться… — говорил он.

Так в течение нескольких минут я расслаблялась. Первым моим уроком оказалось умение ходить бесшумно. Мне это достаточно успешно удалось через минут пятнадцать. Жозен меня похвалил и продолжил путь. Теперь я бежала так же как и он, бесшумно. Это было достаточно необычно, но интересно.

Мы поднялись на холм, где нам открылась огромная поляна странной формы. Она не была круглой, ее форма больше напоминала грушу. Деревья тоже были страшными: половина накрененных, надломанных, а вместо некоторых торчали пеньки. Вся ее огромная площадь была усыпана опавшими листьями. Шуршащий красно–желто–зеленый ковер украшал эту страшноватую поляну.

— На этой поляне мы охотимся, поэтому она такая, — сразу объяснил Жозен.

В течение почти месяца он учил меня правильно двигаться, рассказывал и показывал уязвимые места вампиров, учил различать запахи и звуки, объяснял тактику передвижения шпионов. Я старалась сразу всему научиться, поэтому прикладывала максимум своих усилий. Мне ужасно хотелось овладеть всем! Хотя если честно, пока у нас были уроки или тренировки, как уж это называлось, выбирайте сами, я просто концентрировалась на получении новой интересно и очень полезной информации, забывая хоть на некоторое время о Заке.

Вот и наступила пора дождей. Теперь почти через день шел дождь, хотя зачастую это и дождем назвать трудно. Это больше похоже на изморось, но тучи висят постоянно. Но при этом холодом погода не обижает.

В одну из таких дождливых пятниц я как всегда прибыла к границе рощи. Естественно, Жозен был уже там.

— Мела, у меня к тебе есть предложение. Ты же учишься на медицинском факультете? — сразу стал спрашивать Малеван. Такое редко бывает.

— Да, на медицинском, а что? Сегодня не будет тренировки? Вы решили меня еще и хирургии поучить? — удивилась я.

— Нет, хотя эта идея! Но сейчас я не об этом.

— Спрашивайте! Я готова ко всему! — твердо заявила я.

— Мела, а ты еще не устроилась на работу, — спрашивал меня Жозен.

— Нет. Все кафе уже заняты, а в магазинах продавцы нужны на полный день, — призналась я.

— На что же ты живешь? — воскликнул Жозен, — Тебе же кушать надо каждый день в отличии от нас!

— Да, и не один раз в день, — заметила я, — Да вы не волнуйтесь. Я детдомовская, а в таких заведениях изысканной пищей не балуют, так что мне вполне хватает стипендии и материальной помощи государства. Только стипендию надо еще заработать, — посмеивалась я, понимая, что хватает мне этих денег только на еду и более того.

— Ужас какой. Знаю я сколько это денег… — он немного помолчал и продолжил, — Тогда мое предложение будет тебе интересно. Дело в том, что в нашу больницу требуется медсестра. Я смогу уговорить главного врача взять тебя, хотя обычно студентов ниже третьего курса мы не берем. Но я тебе покажу все необходимое. Девочка ты способная, думаю, что схватишь на лету и не подведешь меня. Так как? Денег, правда, не много, но зато отличная практика! — подмигивал Жозен. Таких жестов я от него еще не видела, а уж ожидать такой помощи, и не смела.

— Еще спрашиваете! Конечно, согласна! Когда и куда надо прийти? — завизжала я, подпрыгивая от радости, чем вызвала искренний смех у Жозена.

— Я и не думал, что ты так нуждаешься в работе, — смеялся он. А через пару минут, когда и я и он успокоились, добавил, — Завтра суббота, я прейду сюда же, как обычно, но со своим чемоданчиком. Тебе хватит двух дней, чтобы освоить уколы? В понедельник ты должна быть в больнице! — его серьезный тон не предполагал никакого другого ответа, как согласие.

— Конечно! Всегда готова!

Так на весь вечер мне обеспечили отличное настроение, и хотя я еще не получила желанную работу, я уже была безумно рада. Прейдя в комнату, я прочла пару книг по первой медицинской помощи, уколам, перевязкам и всему подобному. Моей радости не было границ!

На следующий день я никак не могла дождаться вечера. А когда наконец–то он наступил, я была на месте раньше времени, чем сильно удивила Жозена.

— Вот так научное рвение! — посмеялся он. Жозен весь вечер объяснял, как смешивать препараты и делать уколы. Я все внимательно слушала и запоминала. Единственным недостатком было отсутствие подопытного. Но я и так все прекрасно поняла. На следующий день это упущение все равно было решено, правда мне оно не очень понравилось. Когда я уже стояла наготове в тени деревьев, ко мне навстречу вышло двое. Нет, это не был Жозен с Заком, это были Жозен с Джо.

— Ну, нам же нужна пробиваемая кожа! — состроив наивную гримасу, проговорил Жозен. Он прекрасно все знал, но привел именно его. И как по его мнению я должна была делать уколы Джо???

— Может быть, будем колоть в руку? Все равно же витамины? — в надежде спросила я.

— Тебе нужна тренировка во всех направлениях. А Джо сам согласился отдать свое тело тебе на растерзание! — посмеивался Жозен. Ему–то было смешно, а вот мне не до смеха!

— То есть во всех направлениях? — испугалась я. Что же он еще задумал делать с бедным Джо?

— Внутримышечно в руку и ягодицу, — после последнего слова Жозен сдерживаемо улыбнулся и опустил взгляд. Надо же, вампиры тоже могут стесняться! Круто!

— Еще и внутривенную инъекцию сделаем! — наивно улыбаясь, добавил он.

Сопротивление было бесполезно. Внутривенный укол и внутримышечный в руку я сделала без проблем, хотя по оборотню судить не стоит. Человек все–таки намного ранимее и чувствительнее. Зато с внутримышечной инъекцией в ягодицу возникли небольшие моральные проблемы.

— Ну, давай! Ты же будущий врач и не должна стесняться! — воодушевлял меня Жозен в то время, как Джо стоял ко мне спиной со спущенными штанами. Сценка еще та!

— Ну, ты и садистка! У него же задница замерзнет! — закричал доктор Малеван, от чего рассмеялись все трое. Но уже полминуты спустя шприц был в нужном месте. А я рано обрадовалась. Жозен заставил меня сделать Джо еще четыре укола в ягодицу, чтобы окончательно отбить у меня желание стесняться. И ему это удалось. Последний шприц я втыкала чисто профессионально.

В общем вечер удался, но смущала меня одна единственная вещь — Джо все время молчал. Он не проронил ни слова, кроме вежливого «Привет»! И хотя как парень он меня не интересовал, меня это как–то задело! Когда они уходили, я включила все свой органы чувств. Теперь я по запаху могла определять направление, в котором двигается нужный мне вампир или оборотень. Правда, сейчас я и так знала куда они направляются. Я на некоторое время осталась на своем месте. Я стояла тихо–тихо, не издавая звуков. Я слушала о чем они говорили. Но ничего интересного я не услышала, зато у меня возникла другая идея. Я осторожно проследовала за ними. Ходить бесшумно меня научили, слышу и вижу я дальше любого вампира или оборотня.

Я остановилась в лесу на достаточном расстоянии от дома Малеванов. Мне ужасно хотелось хотя бы одним глазком увидеть Зака, но его не было. Так до самой поздней ночи я и просидела в лесу. На следующий день я ели удержалась о соблазна повторить вчерашнее, но мне надо было убедиться, что меня никто из жильцов этого дома не заметил. Мои надежды оправдались. Жозен ни разу не заикнулся, что видел или слышал меня.

После занятий я сразу пошла в больницу. Главврач оказался добродушным дядькой. Я быстро и без проблем прошла его испытание с уколами и была благополучно принята на работу. На радостях я даже обняла Жозена, чем откровенно его шокировала. Но он мужчина умный и сразу понял мой порыв! Таким образом, четыре часа во второй половине дня я должна была работать.

— Вы меня извините, конечно, но можно мне и по выходным работать? — решила спросить я.

— Зачем? Юной девушке некуда девать выходные? — удивился главврач. Увидев этого огромного мужчину посреди улицы в обычной одежде, я бы никогда не догадалась кем он работает. Мужчина был под два метра ростом, почти столько же в плечах и с ужасно низким и громким басом. У меня чуть уши не заложило от его «Здравствуйте»!

— Ну, по сути, ДА! Я даже могу работать полный день…в выходной! — проговорила я. Меня уже замучила эта скукота в свободное от учебы и репетиций время.

— Я не имею права взять вас на полный день, но в выходные пожалуйста. Можете работать посменно!

— Двое через двое? — решила уточнить я.

— Да. Вы правы. Вас такой график устраивает?

— Вполне! — твердо заявила я. Довольная собой я отправилась в общежитие. На следующий день я должна была выйти на работу. Так в прекраснейшем настроении я улеглась спать. Соседка по комнате была в шоке от такой дикой радости по поводу трудоустройства!

Следующий день был просто прекрасным. Мало что я впервые вышла на долгожданную и интересную мне работу, так я еще и смогла опробовать свои способности. Всех своих пациентов, которых в отделении оказалось около тридцати, я просматривала своим особым сканирующим зрением.

К моей радости среди пациентов не оказалось ни одного точно отрицательного человека, правда больных оказалось многовато. Так как я работала во взрослом отделении, большая часть людей уже старшего возраста имела достаточную коллекцию заболеваний. Я тихо мирно их просматривала, но ничего и никому не говорила. К моему везению в это же время работал и Жозен. Он неоднократно заходил ко мне и интересовался как у меня получается. Так же он сказал, что сегодня нет нужды встречаться, поэтому я могу спокойно отдыхать. Я же задумала совершенно другое.

После окончания рабочего дня я спустилась в столовую при больнице, где спокойно поужинала. Кушать–то всегда хочется! После чего я направилась не к себе, а к дому Малеванов. Я вновь остановилась на достаточном расстоянии и стала ждать. Спустя минут сорок мои ожидания увенчались успехом. В окне дома показалось бледное любимое лицо. Его каштановые волосы красиво отливали золотом, заставляя мое сердце трепетать. В этот раз он был не просто спокоен, а даже грустный. Мне так захотелось подойти к нему, обнять, успокоить, но нельзя! Теперь я знала насколько тяжело ему будет рядом со мной. Я не собиралась его мучить.

Он был всего несколько минут возле окна, но и этого мне было достаточно после такой долгой разлуки. Почти сразу после его исчезновения из поля видимости, я тоже ушла. В этот раз меня тоже никто не заметил.

Так и прошли еще четыре недели. На улице зима вступила в свои законные права, выпал снег, окрасив все вокруг в белоснежные тона. Было необычайно красиво. Теперь я каждый день работала в больнице, даже нескольким женщинам указала на органы, которые им стоило бы подлечить. Как ни странно они мне поверили. Одна даже прямо при мне стала проходить обследование. Остальные всего лишь посоветовались с лечащими врачами. А почти каждый вечер после работы, свободный от репетиций, я проводила в засаде возле дома Малеванов.

За неделю до рождества нашей группе поручили выступить на рождественском балу. В итоге все вечера я проводила в актовом зале. Ребята очень переживали за выступление, а меня больше гложило, что я уже несколько дней подряд не видела Зака. Как говорят, к хорошему быстро привыкаешь. Так уж получилось. Что по снегу я ни разу к ним и не сходила.

В канун рождества я не выдержала и пробралась к дому Малеванов достаточно близко, чтобы видеть их. Мне ужасно хотелось увидеть Зака. Такая разлука стала тяготить меня. Пока я была на работе и репетировала, я немного отвлекалась, но стоило мне немного отвлечься, как мысли сами летели к нему. Постоянно создавалось ощущение, будто моя собственная голова и сердце мне не принадлежат. С каждым днем, в который я не видела своего любимого мое сердце становилось тяжелее, будто прибавляло в весе пару килограммов. Вот я и решилась на побег прямо за несколько часов до выступления.

Дом выглядел как из сказок. На крыше идеальный снег, гирлянды, шарики, перед домом стоит большая, если не сказать огромная елка вся украшенная, а ее венцом, как и положено, служит звезда. При этом елка украшена традиционными игрушками: шариками, конфетами и, что очень смешно, учитывая, кто жители этого дома, ангелочки. Даже близлежащие деревья были украшены. Такой красоты я еще никогда не видела. Люди или не способны или слишком ленивы для создания такого великолепия.

Вся поляна перед домом, конечно же, была застелена мягким белым снегом. Странным казалось лишь то, что снег оставался нетронутым. Я оглянулась на следы, оставленные мной. Они не были настолько глубокими как у человека, но тем не менее были. Значит, рано или поздно они поймут, что приходила к ним. Плохо!.. Хотя какая разница? Жозен и так знает о моих чувствах к Заку. Я думаю, он меня поймет!

Я несколько минут стояла в тени деревьев вне поля их видимости, но никак не могла увидеть Зака. Ведь сегодня канун рождества!!! Я посмотрела на часы, через два часа у нашей музыкальной группы рождественское представление. Мы должны будем пол бала играть. Ребята, наверное, меня уже потеряли. Мы, конечно, еще вчера все установили и настроили, но они скорее всего уже там, а меня нет. Я здесь, жду своего рождественского подарка. Для меня действительно один единственный взгляд на Зака стал казаться чем–то несбыточным. Я притаилась.

«Наберись терпения. Ты столько времени ждала, что еще несколько минут ничего не решат!» — убеждала я себя, — «У тебя есть еще час!»

Через полчаса ожидания, когда я практически отчаялась и стала замерзать, возле окна появились трое. Я сразу всех узнала. Красивая светло–русая молодая женщина маленького росточка крепко держала Зака за плечи. Сам же Зак был прекрасен, он стал еще красивее в этой ипостаси, хотя очень напряженным. Каштановые волосы очень красиво отливали золотом и были аккуратно зачесаны. Его лицо все было в напряжении, даже жевалки ходили, смотрел он на красивейшую елку, но радости в его почти черных глазах я не заметила. Тем не менее, мое сердце резко похудело и чуть не выпрыгнуло из груди, как только он появился у окна, даже ощущение холода пропало. Ценой неимоверных усилий я заставила себя стоять на месте, хотя все тело сжалось в пружину от напряжения, готовое в любой момент рвануть с места к нему навстречу, но я точно знала, что этого делать нельзя. Он еще не готов.

Но вот пока я наблюдала за Заком, я не заметила, как в мою сторону направлялся ни кто иной, как Жозен. Вид у него был напряженно–внимательный. Он тщательно вглядывался и принюхивался в ближайшую территорию. Черт!

Я рванула с места, но не к Заку, а от него. Я мгновенно поняла, что делает Жозен. Он проверяет территорию на наличие соблазнов, а точнее людей и животных.

Я летела с максимальной для себя скоростью. Я даже не придавала значения, куда собственно говоря бегу. Остановилась я буквально на границе леса. Я, как и предполагалось, прибежала к окраине леса за общежитием. Хорошо, что я не перевоплощалась потому, как прямо через пару секунд из–за здания общежития вылетел Марк.

— Нет, ну где ты ходишь? Мы уже всех подняли на твои поиски! Через сорок минут концерт, а тебя все еще нет! Ты решила нас до инфаркта довести? — возмущался гитарист. Парень был уже полностью готов к выступлению, в то время как я была в нелицеприятном состоянии. Марк продолжал что–то говорить, а тихо плелась за ним. Я воспроизвела в своей памяти напряженное лицо Зака. Я была словно робот. Шла туда, куда меня повели, одела то, что мне сказали. Таким поведением я немало удивила ребят. Но стоило мне подойти к сцене, когда я увидела студентов всего университета, ждущих нас, мое оцепенение как рукой сняло. Я тут же улыбнулась, глянула на себя, оценив свой внешний вид, поняла, что одежду мне выбрала Флориш, но что поделать, сама виновата! Я подмигнула стоявшему рядом и переминающемуся с ноги на ногу Энтони, оглянулась на Флориш, состроила ей гримасу и под звуки аплодисментов сделала шаг на сцену.

Выступление прошло на ура! Все были в восторге. Бал был в полном разгаре. Все время пока я стояла на сцене я не вспоминала Зака, но стоило только мне сделать шаг в зал, как мысли вновь вернулись к нему. Мои глаза как специально наткнулись на несколько целующихся парочек. Конечно же, от такой сцены мое сердце потяжелело на целый пуд и стало захлебываться кровью, слезы подступили к глазам и всхлипывания подступили к горлу. Только сейчас я поняла, что сама сделала себе хуже. После столько недавнего лицезрения любимого пойти на бал к счастливым парам, было верхом мазохизма.

Под всеми этими впечатлениями я решила сбежать с бала, но не тут–то было. Прямо в дверях стоял симпатичный и уверенный в себе парень. Черный смокинг идеально сидел на его подтянутой фигуре и гармонировал со смуглым цветом кожи. Медный отлив его волос игриво поблескивал в цвете софитов, а светло–карие глаза игриво осматривали меня с головы до ног. Это был мой койот — Джо.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, пытаясь унять свои нежданные слезы. Сейчас он был как никогда не кстати!

— Пришел к тебе на бал. Ты против? — прищурившись, проговорил Джо.

— Я думала, что сюда чужих не пускают!

— Пускают, если ты с кем–то из студентов, — тон его голоса изменился. С добродушно–заигрывающего он стал подозрительным, — Что–то случилось? Ты как–то странно выглядишь!

— Давай выйдем? На воздух хочу! — проговорила я, уже направляясь к выходу. Парень покорно последовал за мной, хотя его настроение явно испортилось.

— Рассказывай! Что случилось? — начал он, когда мы достаточно отошли от здания. Точнее мы дошли до его угла, проверив, что никого поблизости нет. На лице Джо ни осталось и следа от былого хорошего игривого настроения.

— Да ничего не случилось. Просто настроение паршивое. Отыграть на сцене я была обязана, а теперь больше не хочу здесь оставаться. Вот и все! — не стала я рассказывать ему истинные причины моего паршивого настроения. Просто у меня уже были подозрения, что Джо не из доброты душевной и искренней дружбы прибежал сюда в смокинге!

— Точно не хочешь? — усомнился Джо. Голос у него был разочарованный. Он, наверное, ожидал диких танцев и драйва, а тут вот такое…

— Точно! Если хочешь, можешь идти, а я не хочу, — я говорила в то время, как сама даже и не смотрела в его сторону, точнее он стоял у меня за спиной. Я смотрела куда–то вдаль. Мне было не важно, что именно находилось перед моими глазами, мои мысли были далеко. Я всеми силами пыталась успокоиться и не воспринимать бал, как личное издевательство. Не выходило!

— Нет, спасибо, — еще более грустно ответил он. Мне даже стало его жаль.

— А как ты сюда попал? В смысле зачем? — наконец–то мои мозги стали работать.

— Как зачем? К тебе на рождество. У тебя же никого нет? — насупился парень. Интересно, говоря, что у меня никого нет, он имел в виду родственников или парня? Хотя если по правде у меня нет ни тех и других! Это я только для себя считаю Зака своим парнем, а в реальности мы даже не можем увидеться. От этих мыслей моя только что затихшая боль вернулась с еще большей силой. Я продолжала молчать.

— Ты не хочешь со мной разговаривать? — спросил Джо. А вот это уже было провокацией.

— Нет, что ты! — воскликнула я, поняв, что обижаю парня, — Просто задумалась. Нет у меня никого. Я сирота, если ты помнишь.

— А-а! — прозвучало нечто не однозначное.

— Джо, ты не обижайся на меня, пожалуйста! Но ты для меня только друг, отличный друг! — я посчитала, что пришло время объясниться. И даже если он никогда не признается, что ему это было нужно, сделать это надо! Парень явно рассчитывал на что–то большее, чем дружба. А морочить ему голову, разрывая его сердце, я не собиралась! Я не хотела быть стервой, но так уж вышло.

— У тебя есть парень? — удивился Джо.

— Нет, парня нет. Но есть любимый! И поверь мне, я сделаю все, чтобы быть с ним! — так все точки над «И» расставлены!

— Понятно! Ну, раз уж мы не пойдем на бал, тогда я пойду к Малеванам, — пробубнил Джо. Я не стала ничего ему отвечать. Грустный парень побрел в сторону леса. Как же мне хотелось пойти за ним. Но нельзя! Я даже закрыла глаза, чтобы не смотреть ему вслед.

Я вернулась в не только пустую комнату, но и пустое общежитие. Сил не было, я просто рухнула на кровать и уснула.

Следующий день прошел вполне нормально, если учесть, что настали каникулы и почти все студенты были в чемоданном настроении. Даже вся группа разъехалась к родителям. Весь день я по очереди провожала своих друзей. Я немного им позавидовала, вздохнула и стала дожидаться обеда. На работе тоже было праздничное настроение, чего не скажешь обо мне.

Через пару часов от начала моего рабочего дня в процедурный кабинет вошел Жозен. Я откровенно сглотнула. Не было не единого сомнения, что он нашел мои следы.

— Привет, шпионка! — усмехнулся он, закрывая за собой дверь.

— Видели следы на снегу! — проговорила я.

— Да! Почему ты не умеешь ходить без следов? — удивленно спрашивал Жозен.

— А что я должна это уметь? — столь же удивленно переспросила я.

— Обычно после первого же превращения оборотни учатся как раз оставлять следы и ходить со звуками, поскольку их природа берет верх. Я же научил тебя ходить бесшумно, почему следы–то остались? Или ты это специально сделала?

— А вы много видели шпионов, которые специально оставляют следы? — иронично переспросила я. Юморист из меня никакой!

— Смешно! И давно ты за нами наблюдаешь? — спокойно спрашивал Жозен. В его тоне не было упрека, зато был жгучий интерес.

— Ну… почти месяц! — призналась я, — Но я ни разу не попала в ваше поле зрение. Зак меня ни разу не увидел и не почувствовал!

— Это я прекрасно знаю! Иначе бы давно тебя обнаружил. Я рад! — улыбнулся он.

— Чему вы рады? — не поняла я.

— Что ты научилась применять на практике мои уроки маскировки. Приходи сегодня на тренировочную поляну, будем убирать твои следы! — посмеивался Жозен, — А в целом ты молодец! Как часто и долго ты была возле нас?

— Когда как. Иногда приходилось просидеть по два часа, чтобы увидеть Зака, а иногда и получаса хватало. А приходила я каждый день, кроме последней недели. Мы с ребятами репетировали каждый вечер.

— Ухты! Молодец! — воскликнул Жозен.

— Чего вы так радуетесь? Я думала, что вы будите ругаться, а вы… — я искренне не понимала его реакции на мой поступок.

— Ругаться? Наверное, следовало бы, но ты все проделала прекрасно. Дело в том, что я уже не первый год живу под постоянным присмотром разведчиков, и обвести меня вокруг пальца как мальчишку… Это надо очень постараться! — доктор Малеван мной восторгался, а я как дурочка стояла и хлопала глазами.

В этот момент в процедурный кабинет вошла старшая медсестра. Естественно, нам пришлось закончить разговор. Женщина удивленно посмотрела сначала на меня, а потом на Жозена.

— Простите, если помешала… — начала извиняться старшая медсестра, но доктор Малеван ее перебил.

— Нет–нет. вы нисколько не помешали. Я уже все сказал мисс Брокчерс, — он повернулся ко мне и подмигнул, — значит, вы меня поняли? В третью палату через полчаса поставите капельницу, — он протянул мне листок. Я взяла его, а доктор вышел.

Я развернула листок. Как ни странно на нем был написан список препаратов с дозировками. Интересно, он реально шел сюда, чтобы дать указания на счет капельницы?

Весь остальной день прошел нормально. Как меня и просил Жозен, я пришла на поляну. Много усилий не понадобилось, чтобы научиться ходить без следов.

— Мела, у меня к тебе есть один вопрос, — как–то нерешительно начал Жозен, когда мы закончили тренировку.

— Спрашивайте! Ближе Вас у меня нет никого, — я ответила ему чистую правду.

— А как же Зак и Джо? — насторожился он.

— Джо хороший парень, но… если честно, он для меня только друг, а вот он ко мне относится немного иначе. Я уже все ему сказала. Я не хочу давать ему пустые надежды. Ему, конечно же, было больно, но лучше раньше!

— Да это я уже знаю. А Зак?

— А что Зак? У него адаптационный период. Мы не можем видеться и мне от этого очень тяжело! Давайте не будем о нем. Обучаясь, я хотя бы немного отключаюсь! — призналась я. Жозен действительно стал мне очень близок. Сама не знаю почему, я стала ему доверять все свои сердечные тайны и переживания. Частенько после тренировки мы садились на землю и долго еще разговаривали о моих родителях. О людях, которые меня воспитали.

— Ты его по–прежнему любишь? Так же сильно? Несмотря на то, кем он стал?

— Я не думаю, что он стал плохим. Просто другим. И очень надеюсь вскоре его увидеть, — я немного помедлила, но все–таки призналась, — Да, люблю! И даже сильнее, чем думала.

— Просто я тут подумал… в общем, если ты сможешь оставаться для Зака незамеченной, то можешь приходить к нам. Так ты сможешь хотя бы видеть его! Если тебе от этого будет хоть как–то легче! — он говорил, опустив вниз голову. Жозен расхаживал туда сюда, смотря себе под ноги.

— Вы разрешаете мне приходить? — переспросила я в удивлении.

— Да, если ты все еще хочешь этого. Но тебе всегда стоит помнить, что он для тебя не менее опасен, чем для человека. Яд вампира убивает оборотня! — предупреждал Жозен меня, хотя я это и так прекрасно знала.

— А как он сам? — решение принято и больше обсуждать это мне не хотелось. Я решила вновь поинтересоваться его самочувствием. Мне хотелось знать о нем все!

— Он молодец. Адаптация почти закончилась. У него скоро истекают 10 месяцев, после окончания 12 мы будем обучать его. Зак уже не агрессивен, ведет себя почти спокойно. Но это касается только нашего присутствия!

— Значит, в скором времени мы сможем нормально увидеться? — воодушевилась я раньше времени.

— Не знаю. Врать не буду. Так рано мы обычно не показываем людей новообращенным, но я подумаю. Только не торопи нас, пожалуйста. Лишний раз рисковать твоей жизнь глупо и неоправданно. Он тоже хочет с тобой увидеться, но…

— Вы ему все обо мне рассказали? — тихо спросила я. Мне, честно говоря, было страшно узнать его реакцию, а уж тем более увидеть.

— Да, — спокойно и очень лаконично ответил Жозен. Я же ждала полного ответа.

— И что он на это сказал? Он еще хочет меня видеть? — не дождавшись, я сама задала столь волнующие меня вопросы.

— Для него это, конечно же, было шоком, но он все понял. Он даже в какой–то степени рад тому, что ты не человек, — от такой новости я нахмурилась, — Если бы ты была человеком, вам точно никогда больше нельзя было встречаться, а единственная встреча с ним для тебя была бы очень чревата! — Жозен многозначительно приподнял брови. Объяснять, чем именно так опасна встреча человека с вампиром, мне не было нужно! Я все знала сама.

У меня вошло в привычку, как только заходить в лес, включать все свои органы чувств. Вот и сейчас они работали на полную мощность. Именно благодаря им, я поняла, что на самой границе моих ощущений ходит ни кто иной, как Джо. Конечно, он меня на таком расстоянии не ощущает, не слышит и не видит, но его присутствие немного напрягало. В этот момент в голове возник странный вопрос.

— А почему Джо может быть с ним рядом, а я нет? Ведь Джо тоже оборотень? — возмутилась я, вспомнив, что, прибегая ко мне, он останавливается у Малеванов. Парадокс: мой любимый и его, так называемый, соперник в одном доме.

— Он пахнет оборотнем, а ты человеком. Вампир на оборотня никогда не нападет для пропитания, а вот на тебя…

— Никогда не нападет? — воскликнула я от удивления, — Но ведь вампиры и оборотни испокон времен ведут войну? а вы говорите, что не нападет!

— Из пропитания никогда! А война идет из моральных соображений. Мы так созданы — два враждующих рода. Одни горячие, другие холодные. Мы даже пахнем друг для друга противно, как мусорный бак для человека.

— Ну, и сравнения у вас! Для меня вы пахнете приятно, как и Джо. Вы, конечно, пахнете по–разному, но не противно! — удивилась я сравнивая свои ощущения. Мне ведь даже вспоминать запахи не потребовалось, вампир прямо передо мной, а где–то вдали оборотень.

— Это тоже одна из твоих личных особенностей! — он немного помолчал, но после недолго раздумья добавил, — Ладно. У меня к тебе было еще одно предложение, — я молчала, — Я вызвал сюда Джо и хотел бы, чтобы вы позанимались. Я не мастер обучения бою, да и он тоже, но тебе нужна тренировка. Штаб все никак не может решиться, а создается впечатление, что они просто тянут время! Осталось понять зачем!

— Ну, так зовите его! Он всего в четырех километрах отсюда, — спокойно ответила я, в у Жозена округлились глаза. Ну, что я опять не так сделала?

— Ты его слышишь? На таком огромном расстоянии? — ели проговорил он.

— Да! Правда, это граница моих возможностей. Почуяла я его еще раньше, — немного грубовато отвечала я. Мне уже порядком надоели все эти «мои личные особенности»! И это они еще не знают, что я людей насквозь вижу! Просто не представляю, что бы с ними было.

— И каковы радиусы действия твоих органов чувств? — изумленно спрашивал Жозен.

— Я точно не знаю. Но слышу я приблизительно на 4 километра от себя, вижу на 1,5–2 в зависимости от времени суток. А на счет всего остального не знаю! Разве вы так не можете? — поинтересовалась я, хотя знала ответ заранее. Он так не может, но вот насколько разница я никогда не интересовалась, а никто из них мне так и не сказал.

— Запах передается по ветру, поэтому здесь нет точного радиуса. Только если судить по штилю. Когда нет ветра вовсе я ощущаю запахи не более двух километров. Вижу я на километр, дальше только в чистом поле. Слышу на два километра, чем больше радиус, тем больше звуков и тем сложнее их отличить друг от друга.

Значит, я почти в два раза лучше вижу и слышу. Эта новость и обрадовала и огорчила одновременно. С одной стороны я сильнее и быстрее их, но с другой — я никогда не желала выделяться, я не просила о чем–то особенном для себя. Скорее наоборот, я всегда хотела быть как все, но у меня ничего не получалось. И хотя раньше меня тяготила новость, что я вовсе не человек, сейчас я этому даже рада. Пусть не сейчас, пусть это случиться намного позже, но я смогу встретиться с Заком, смогу рассказать ему все–все на свете, сказать насколько сильно я его люблю, прикоснуться к нему. Будь я простым человеком, мне бы это было недоступно! Придется смириться с такой уникальной долей!

— Понятно! Зовите Джо, я здесь подожду, — проговорила я усаживаясь на мягкий и нежный снег. Жозен сразу же исчез под покровом леса. Понимание, было самым моим любимым качеством у Жозена. Он всегда будто знал, в какой момент мне надо что–то сказать, а в какой стоит просто сделать то, что я попросила. Вот и сейчас он не стал лезть ко мне в душу, а просто ушел. В принципе Джо мне сейчас тоже был без надобности, но если я буду постоянно думать только о Заке, я сойду сума раньше, чем дождусь нашей встречи.

Пока я успела это все додумать, появился Джо. Рождество не особо подняло ему настроение. Конечно, после вчерашнего разговора я бы на его месте бежала от меня куда глаза глядят, а он вновь здесь, со мной, пришел на помощь. В этот момент я почувствовал себя такой стервой, что самой тошно стало.

— Если тебе не хочется со мной заниматься, я тебя не заставляю, — проговорила я вместо приветствия. Парень поднял на меня глаза со сдвинутыми бровями. Ему не понравилось мое предложение.

— Нет. Все нормально. Драться будем? — гордо поднял он подбородок, а в глазах читалась обида. Оно и понятно. Но все равно считала, что поступила правильно.

— Будем, — твердо ответила я, вставая напротив него. Джо начал свои объяснения.


Глава 7

Признания

Три дня подряд Джо тренировался со мной. Мы больше не разговаривали ни о чем личном, только сухие наставления. Правда, в драке ему все равно не хватало сухости и решимости, я чувствовала это. Джо не мог сделать мне больно, а нужно было. Мне тоже совершенно не хотелось и не моглось с ним драться. Я прикладывала уйму моральных усилий, чтобы отстраниться от наших взаимоотношений. Но мои попытки не всегда были успешными.

После тренировок, когда Джо, уходил я, немного подождав, направлялась к дому Малеванов. Теперь я внимательно отслеживала путь Джо, чтобы на него не наткнуться. Следов на снегу я тоже не оставляла и всегда держалась на расстоянии. Сказочный дом с елкой по–прежнему мигал всеми огнями. Только теперь сразу, как только Джо заходил в дом, в окне появлялся Зак. Он все время куда смотрел, будто что–то искал. Его черные глаза лучились надеждой. Они постоянно бегали из стороны в сторону. На лице ходили жевалки, выдавая его нервозность. А каштановые волосы всегда были аккуратно зачесаны. Я наблюдала за ним до тех пор, пока к нему не подходил Жозен, осторожно отводя. Только тогда я возвращалась в общежитие.

Странным было то, что с каждым таким вечером я становилась только голоднее. Я приходила уже поздно вечером, поэтому с пищей были затруднения. Я не могла найти себе места. Я даже уснуть не смогла. Хорошо, что соседка моя, как и многие другие студенты, уехала к родителям. Мне срочно нужно было успокоиться. Я вышла на улицу, хотя вышла это громко сказано, скорее выпрыгнула из окна второго этажа. Я больше не могла оставаться в закрытом помещении.

На улице было очень красиво, но эта красота меня почему–то больше не радовала. Появилась какая–то ужасная нервозность, которая мне совершенно не нравилась. Неужели, это так на меня влияет общение с вампирами? Но ведь этого не может быть? Их привычки не передаются воздушно–капельным путем. Это точно! Почему же я такая голодная?

Вдруг подул ветер, который донес до меня приятный аромат мяса. Я как зачарованная последовала на манящий запах. Странно, но голова оставалась абсолютно ясной, а разум чистым. Я прошла почти полквартала и наткнулась на Макдоналдс. Вот здесь я не только почувствовала, но и услышала, насколько я могу быть голодной. Живот мгновенно свело, а желудок издал жуткий душераздирающий вопль, будто я уже с неделю не ела, в то время как я сегодня вполне нормально для себя завтракала и даже обедала.

Я практически вбежала в зал. Девушка официантка даже не успела рот открыть, как я уже делала заказ. Она так с открытым от удивления ртом и записывала заказ. Пока ее не было, мой рот наполнился слюной, а пальцы сами по себе барабанили по столу в нетерпении.

Да что же со мной твориться? Никогда раньше такого не было. Хотя…

Нет, было! Но тогда я впервые обратилась и вообще не понимала, что со мной происходит. Я помню, что тогда съела все мясные запасы нашего семейства, причем не только готовые, но и сырые замороженные. Родители тогда не стали меня ни о чем спрашивать, они вообще почти со мной не разговаривали. В сравнении с превращением в огромную черную кошку, странно возросший аппетит был практически не заметен. Потом это сошло на нет, но мясо приходилось употреблять регулярно. Особенной любовью у меня пользовался бифштекс с кровью. Тогда я думала, что все животные едят не жареное мясо, а мне его просто не откуда взять. А что теперь? Что со мной сейчас?

Девушка принесла большой поднос полный еды, внимательно меня оглядывая. Она, наверное, прикидывала, хватит ли мне денег, чтобы расплатиться. Я тоже это быстренько прикинула. На днях я получила первый в своей жизни аванс, никому о нем не сказав и не потратив. Я посчитала, что его должно с лихвой хватить на оплату счета. На этой бодрой мысли я принялась за гамбургеры. Несколько из них пролетели за минуту, но чувство сытости не прибавилось. Странно. Я стала поедать курицу. Результат почти тот же.

Я выбрала не самое удачное время для посещения такого заведения. Макдоналдс был полон, и большая часть посетителей округлившимися глазами наблюдали за скоростью, с которой я потребляла все возможное мясное. Люди даже стали шептаться. А голод все никуда не уходил. Меня это стало раздражать. Когда я почти все доела ко мне вновь подошла официантка.

— Что–нибудь еще желаете? — спросила она странным осторожным тоном. Да, мое поведение было шокирующим для обычных смертных.

— Нет, спасибо! А скажите, здесь есть по близости место, где можно заказать обычное мясо, не котлету, а нормальное мясо? — она и так уже в шоке, зачем лишний раз беречь ее психику? Девушка вновь округлила на меня глаза.

— Нет. Только в соседнем квартале есть ресторан, но он очень дорогой. А за углом есть супермаркет круглосуточный, — промямлила она, протягивая мне счет. Сумма оказалась не такой уж и огромной. Я спокойно заплатила и, ни чего больше не сказав и не спросив, вышла из здания. Идея с супермаркетом мне понравилась. Там точно можно купить мясо.

Боже, да что же со мной твориться? Почему я никак не могу наесться? Ужас какой–то! Съев три гамбургера и курицу запеченную целиком, я даже не заморила червячка. Конечно, желудок больше не выл от голода, но ощущение сытости отсутствовало. С этим странным ощущением и не хорошим предчувствием я направилась на запах продуктов. Через три здания я достигла супермаркета. Войдя в него, я сразу же направилась в мясной отдел. Слюни заполнили мой рот еще до того, как я дошла до мясного прилавка.

Я взяла себя в руки, чтобы не накинуться на прилавок. Теперь я понимала, что правильно все вспомнила. Только раз в жизни я была такая голодная, но тогда все было проще и сложнее одновременно. Я мирно выбрала себе кусок говядины и свинины, облизываясь подошла к кассе и расплатилась. Ну, и слабая же у меня воля! Я буквально зашла за угол здания и, даже не удосужившись проверить нет ли кого рядом, принялась за еду. Только доев все и без остатка, я почувствовала сытость, хотя и не полную.

Если это будет продолжать и дальше…

Интересно, что произойдет раньше: я сойду сума или обанкрочусь? И то и другое не предвещает ничего хорошего. Надо будет как–нибудь поаккуратней все разузнать у Джо. Неужели, он тоже постоянно есть мясо? Причем сырое!

Только полностью наевшись я уснула. К собственному удивлению, это случилось сразу после прикосновения к подушке. Сон мгновенно меня сморил, воспроизводя мои самые страшные предположения.

Я бегу на полной скорости. Я такая же голодная, как сегодня вечером. Я чувствую добычу, я чувствую кровь. Вокруг только лес и тьма, в тишине только слабый шорох листьев от ветра. С первого взгляда ничего и никого вокруг. Но вот уже близко. Я чувствую его. Вот…

Я проснулась в холодном поту. Надо же, я вспотела! Этого со мной уже почти три года не случалось. Я села на кровати, ничего вокруг не замечая. Мои самые ужасные кошмары настигают меня. Я еще с полчаса просто сидела, приходя в себя. Мне уже не раз снились погони, но никогда я никого не настигала. Я никак не могла понять, зачем я бегу, к кому! Но теперь я поняла, что ни к кому я не бежала, я охотилась. Только что в своем сне я убила лошадь. И хотя я так и не поняла как я это сделала, ощущение было не из приятных. Мне было не важно как я его убила. Сам факт…пугал!

Встать меня заставил опять же мой ненасытный желудок. Он заурчал, вновь требуя пищи. Я купила себе пирог с мясом и вернулась в комнату. После обеда я пришла на работу. Выходных у меня не было, да я о них и не просила. Я ели–ели упросила разрешить мне работать каждый день. Правда, я еще просила о полных выходных, но это запрещено законом, а два рабочих выходных мне оплачиваются в двойном размере. В принципе меня деньги не сильно интересовали, просто нужно было занять мозги и тело. Хотя если я буду так много есть, мне еще и полный рабочий день не поможет!

Работа немного меня отвлекла от желудка. Я вновь стала осматривать своих пациентов своим особым зрением. Оказалось, что утром к нам поступил совсем молоденький парень. По документам он был старше меня всего на год. Поступил он с подозрением на пилонифрит (простуда почек), но диагноз пока не подтвердился. Я посмотрела на фамилию лечащего врача и ужаснулась. Этот врач аппендицит от пилонифрита никогда не отличит. Не повезло парню! Зато ему уже были назначены уколы: обезболивающее и два витамина. Можно подумать они ему помогут! Но я всего лишь студентка, человек подневольный. Я набрала шприцы и направилась в палату.

В одной палате с ним лежал еще один мужчина с уже вырезанным аппендицитом. Парень стонал на своей пастели. Он сильно удивился, увидев меня. Как еще при таких болях он умудряется стесняться. Сейчас я вспомнила себя, там в лесу, когда тренировалась на Джо. Я усмехнулась своим воспоминаниям и твердо шагнула к нему навстречу. Симпатичный парнишка весь скукожился на кровати.

— А кто–то другой мне не может сделать укол? — пролепетал он. Я поразилась ему.

— У тебя есть силы на стеснение? Может быть, ты вообще здоров и зря тебя сюда привезли? — иронично спросила я, — И не болит у тебя ничего?

В этот момент я включила свое особое зрение. Я начала его сканировать. Голова в целом в порядке, старая гематома не в счет. Легкие немного хуже, но для курильщика такое состояние вполне нормально, даже еще хорошо! Видимо, не злоупотребляет или курит легкие сигареты. Наконец, я спустилась до почек и печени. По моей коже прошел холодок, я даже дышать перестала. В его почках шевелились черви, хорошо, что только в одной, но и от этого парню легче не будет. А если его от и до, будет лечить только его лечащий врач, то и вовсе не от того вылечат.

Я не знала, что мне делать. Сказать ему — он посчитает меня сумасшедшей. Сказать его врачу — посчитает задавакой, если вообще слушать будет. Сказать Малевану — придется все рассказать! Но и так это оставлять нельзя. Я уж не знаю, где он мог нахвататься этой гадости, но черви съедят его изнутри!!! Я читала об этом. Их можно поймать от домашних животных или с мясом и рыбой. Но главное сейчас не это! Главное, как и кому, это все сказать.

— Девушка, ну, вы будите колоть или нет? — кричал парень, вытаскивая меня из раздумий.

— А вам сказали какой у вас диагноз? — начала я издалека, втыкая ему шприц. Парень взвизгнул немного, но ответил.

— Не знаю точно! Что–то с почками.

Я не нашла слов. Тихо и молча, я вколола все положенные уколы. Умных идей не было. Рассказывать Малевану как–то очень не хотелось, а иначе парню даже не успеют поставить правильный диагноз.

Я глубоко вздохнула, сглотнула и постучалась в ординаторскую.

— Да–да! Заходи Мела! — прозвучал добродушный голос Жозена.

— Здравствуйте! У меня к Вам серьезный разговор, — осторожно начала я. Как все объяснить более плавно и спокойно я не знала.

— Ты присядь. Что–то случилось? — поинтересовался он. Я села на стул напротив него. Мы сидели друг напротив друга, смотря друг другу прямо в глаза. Это не придавало мне уверенности.

— Я на счет работы, — я не знала с чего начать лучше, с моих способностей или с заболевания парня.

— Ты хочешь уволиться? — воскликнул Жозен.

— Нет, что вы. Я наоборот все прошу больше времени, а мне говорят, что это запрещено законом, — сразу стала я разубеждать его.

— Тогда ладно! Рассказывай! — спокойно откинулся на спинку стула Жозен.

— Дело в том, что в третьей палате лежит парень, которому неправильно поставили диагноз. У него не простуда почек, у него в правой почке черви, — Я понадеялась, что пронесет, и решила начать с парня.

— С чего это ты взяла? — вполне предсказуемо удивился Жозен.

— Вы сами его не осматривали? Доктор Вармек сведет его в могилу быстрее, чем вылечит, — твердо заявила я.

— Нет, я его не осматривал, но собирался. Я так всегда делаю с его пациентами. Только очень тихо и чтоб он не знал. Он считает себя гением! И тебе не советую к нему подходить с такими вопросами.

— Так сходите, посмотрите!

— А что это ты так переживаешь за этого парня? — прищурившись, спросил он. Я не сразу поняла про что это он. Но когда поняла, моему возмущению не было границ.

— Вы что? У меня к нему чисто профессиональный интерес. Просто жалко, что он попал не к Вам. Зак единственная любовь в моей жизни! — возмутилась я.

— Да, я пошутил! — посмеивался он, — Сейчас я схожу, посмотрю твоего больного!

— Ну, и шуточки у вас! И он не мой больной! — пробубнила я, вставая, когда он уже направился к двери.

Я какое–то время ждала в процедурном кабинете, пока Жозен пошел на обследование парня. Я ходила взад вперед. Но вот мои ожидания кончились. Я открыла дверь раньше, чем Жозен успел к ней подойти.

— Ну? — воскликнула я.

— Какая ты нетерпеливая, — укоризненно, проговорил доктор Малеван, закрывая за собой дверь.

— В принципе ты можешь оказаться права, но нужны дополнительные анализы. Придется поговорить с Вармеком.

— Зачем? Я Вам точно говорю, что у него там черви. Разве с такими заболеваниями можно медлить? Я читала, что действовать нужно без промедлений!

— Во–первых, он его лечащий врач и обойти его не удастся. Во–вторых, анализы нужны в любом случае. Кстати, почему именно правая почка? С чего ты это взяла? — твердо спросил Жозен. Мда! Признаваться придется.

— Это долгая история, — пробубнила я.

— А я не тороплюсь, — с улыбкой проговорил Жозен, присаживаясь на кушетку.

— Я даже не знаю с чего начать. В общем, я могу видеть людей как бы под рентгеном. Я вижу людей насквозь, поэтому и могу определить, что именно у него болит. Правда, с правильной постановкой диагноза у меня пока не было тренировки, но я учусь здесь и сейчас, опасливо проговорила я. Мне уже было известно, что у оборотней не бывает никаких способностей. Дар превращения в животного уже сам по себе огромная способность, а тут…

Я ждала его реакции. Мгновенье, другое… Жозен молчит. Мое сердце бешено колотится. Я могу только предполагать о чем он думает и к каким выводам придет. Но молчание хуже всего. Всегда легче слышать хоть и неправильную или обидную версию происходящего, чем не слышать вообще версий. Ожидание давило. Жозен хмурился.

— Боюсь, что не совсем тебя понял. Как это под рентгеном? — наконец хоть что–то произнес.

— Вот так. Я точно не знаю, как вам это объяснить. Но я могу просмотреть человека в немного ином цвете. И по этому цвету могу определить насколько серьезно его заболевание. Дело всегда было за малым — точно знать расположение органов, — рассказывала я, а у самой сбивалось дыхание от волнения. Как же я не хотела в очередной раз услышать: «ты уникальна»!

— Теперь ты знаешь, все органы и можешь спокойно определять диагноз? — стал уточнять Жозен. В его глазах светился неподдельный интерес.

— Нет. Я пока не могу точно определить диагноз, только орган и степень его поражения, — призналась я.

— Тогда почему ты так яростно утверждаешь, что у него черви?

— Потому что они движутся и имеют почти черный цвет. Они почти полностью съели его правую почку. Как они туда попали и почему еще не добрались до левой я не знаю, но это сейчас и не настолько важно! Их срочно нужно удалять!

— Ну, хорошо. Пока убедила. Но если это правда, то твои способности надо развивать. Уж этому я точно тебя смогу обучить! А пока я назначу нужные анализы, препараты и поговорю с доктором Вармеком. А ты принимайся за свою работу! — говорил он, поднимаясь. Я просто кивнула ему в знак согласия. Жозен вышел из процедурного кабинета, а я осталась стоять столбом.

Через полтора часа доктор Малеван вернулся ко мне в процедурный. В этот момент на кушетке лежала вновь поступившая женщина под капельницей. Он на нее внимательно посмотрел.

— Какой у нее диагноз? — спросил он тише, чем может услышать человек, зато я спокойно.

— Песок в почках, но доктор Вармек пока проверяет на аппендицит, — так же тихо ответила я. Женщина слегка постанывала, не замечая нашего разговора.

— Можно мне посмотреть ее анализы?

— Они будут только через минут десять. Но вы можете подождать, — предложила я, понимая, что он решил меня проверить. Ну, что ж! Я уверенна, что пройду его без проволочек. В этот момент как раз другая медсестра принесла анализы. Она сразу их отдала доктору, а Жозен очень внимательно стал их изучать.

— Да, ты права! У нее песок в почках. Ей нужно совершенно другое лечение и в другом отделении, — проговорил он, подняв на меня свои черные глаза. Больше он ничего не сказал и просто вышел.

Остальная часть рабочего дня прошла вполне нормально. Я узнала, что доктора поссорились, но Малеван доказал свою правоту. Парню назначили соответствующее лечение, а курировать его стал главврач. Я была рада.

Вечером, после работы я направилась в супермаркет и снова купила три килограмма замороженного мяса. Я, конечно, сегодня не была настолько голодной, но все–таки не стала рисковать. Зачем мне проблемы с желудком во время тренировки или того хуже, когда я буду наблюдать за Заком. Через несколько минут я уже стояла в лесу и жадно поглощала свой ужин. Надо будет как–нибудь аккуратно спросить Джо о своем резко повысившемся аппетите. Не оставив ничего на костях, я направилась на поляну.

Когда я достигла поляны, снегопад только усилился. Человеческими глазами почти ничего не было видно, но это делало ее только красивее. Все деревья оделись в белоснежные шубы. Ровный снежный ковер только рос с каждой минутой. Очень красиво!

Я остановилась на краю поляны, как всегда это делала. Джо обычно появлялся в другой стороны, и в зверином облике. Уж не знаю, зачем он так поступал. Возможно, просто не хотел при мне превращаться, но, скорее всего, не хотел со мной говорить. Ему и так не особо приятны были наши встречи. Я понимала его боль, поэтому и не приставала с расспросами. Сама еще не столь давно была такой же, только вот зря!

Я прождала минуту, но на поляну вместо Джо пришли Жозен и Грета, девушка вампир, которую я видела в штабе. Она–то здесь зачем? И куда делся Джо? Неужели, ему настолько тяжело рядом со мной? А может быть оно и к лучшему, зачем лишний раз мучить парня!

— Здравствуйте, Жозен, — нормы приличия еще никто не отменял, даже для вампиров и оборотней, — А где Джо?

— Он вернулся в штаб. Тебе лучше тренироваться с вампиром, поскольку и драться придется с ними же, — спокойно ответил Жозен. Грета же прищурившись, посматривала на меня, но молчала. Я заглянула в ее сущность. А спрашивается зачем? Ничего нового я не увидела, то же черное солнышко, что и у Малеванов. Только сейчас я поняла, что ни разу за все время не взглянула в новую сущность Зака, хотя и старую не смотрела. Только вот у Греты солнышко было большим и с толстыми лучиками, а это значит, что ей еще далеко до Жозена. Я выключила свое особое зрение в не желании и дальше наблюдать это. Мне больше нравился ее обычный облик.

— Он обиделся! — пробубнила я и, конечно же, это никоим образом не укрылось от Жозена.

— Нет, просто ему тоже нужно осваивать различные приемы. Вместо него будет Грета, она вампир… — начал он представлять нас друг другу.

— Мы уже немного знакомы. Точнее, виделись в штабе, — перебила я. Мне не особо льстило тренироваться с ней, но Жозен прав. Мне нужно тренироваться на вампире, тем более на одаренном. Да и отсутствие между нами каких–либо отношений только облегчит получение ценной информации.

— О, прекрасно! Тогда я думаю, вы поладите, — проговорил он и удалился.

— Привет! — нежным сопрано произнесла девушка. И хотя голос был достаточно приветливый, глаза были настороженными. Мы одновременно стали двигаться по кругу, внимательно наблюдая за движениями друг друга. Несколько секунд мы просто смотрели в глаза, двигаясь в противоположных направлениях. Это больше напоминало странный и страшноватый танец. «Что она задумала?» — вертелось у меня в голове. Девушка чуть пригнулась, занимая боевую стойку, я последовала за ней. Прыжок. Столкновение. Удар, но вместо боли лишь ужасный скрежет. Парадокс — мы обе оказались почти в тех же местах, что и до этого. Теперь уже глаза девушки немного прищурились. Она оскалилась. Еще прыжок. В этот раз я не стала отвечать ей тем же, а просто ушла от удара. Хруст. Грета врезалась в дерево со всего размаху. Бедное дерево чуть накренилось, но не упало. Девушка издала низкий звериный рык. Еще пробежка, и ее руки пролетели мимо моего лица буквально в нескольких сантиметрах. Я же сделала всего шаг в сторону, но на своей скорости, которая ей не подвластна. Еще несколько ухищрений, но все безрезультатно. Я ушла от всех ее инсинуаций.

Мне даже понравилось так с ней играть: ни лишних слов, ни объяснений, ни эмоций. Просто драка. Прикольно! Меня это начало забавлять, я засмеялась.

— Мы так и будем молча драться? — наконец выговорила я, — Даже говорить мне ни чего не будешь?

— Ты и так прекрасно все знаешь. Я испробовала на тебе большую часть наших приемов, но ни разу тебя даже не задела. Ты большая молодец. А нападать ты умеешь? — тоном учителя говорила Грета. С ее сопрано это звучало немного не адекватно. Я ели сдержалась от смеха.

— Я никогда не пробовала. Разве не предполагается, что мы будем защищаться? Штаб решил первым напасть? Разве это рентабельно в отсутствии великих? — выдала я кучу вопросов.

— Никто не собирается нападать первым, тем более в отсутствие великих! С твоими способностями нужно уметь не только защищаться, но и нападать. Или не ты предлагала убивать их тихо? Также как они засылать разведчиков и уничтожать, — мой ответ ее явно сильно интересовал, поскольку ее брови взлетели до самой линии волос. Я усмехнулась и одним резким движением, оказавшись за ее спиной, схватила ее за горло.

— Если мне будет нужно я и это смогу. Просто действовать буду по ситуации, а не по приказу или обучению. Не всегда то, чему учат, может оказаться единственно правильным и верным решением! — проговорила я ей на ухо. Грета же, даже не дышала. Я медленно и очень аккуратно ее отпустила и обошла вокруг.

— Зачем же тогда меня позвали? Ты все уже знаешь! — негодовала Грета.

— Ты меня об этом спрашиваешь? — удивилась я, — Мне это точно не известно. Спрашивай тех, кто тебя ко мне направил.

— Я даже не знаю, чему тебя еще можно учить. Если только сражаться сразу с несколькими, но здесь меня одной само собой недостаточно! — спрашивала она сама себя. Кстати, ее идея была не так плоха. Осталось только найти добровольцев. Сам Курт же сюда не прибежит, ему нельзя!

— Может быть, мне все–таки прибыть в штаб? Там можно будет осуществить твою идею. Ведь, по сути, нам и предстоит драться не один на один, а толпа на толпу. А в таких драках правила индивидуального боя не действуют, — предложила я. Девушка прищурилась.

— Я сообщу в штаб о том, что мне не чему тебя учить и твое предложение тоже, — проговорила она, разворачиваясь ко мне боком. Видимо, она решила, что на сегодня наши тренировки окончены. Но мне было о чем ее спросить, хотя я и сомневалась в ее откровенности со мной, но попробовать стоило.

— Подожди! Я хотела тебя кое о чем спросить, — окликнула я ее. Грета повернулась, чуть наклонив голову в бок. В ее глазах был интерес, смешанный с настороженностью.

— Спрашивай! — проговорила она, снова повернувшись ко мне лицом.

— Я хотела тебя спросить о способностях, которыми обладают вампиры. Ты же телепат, если я не ошибаюсь, — начала я.

— Не ошибаешься. Что ты хочешь знать? — настороженно спрашивала Грета.

— Все. Во–первых, как твоя способность действует, на каком расстоянии и есть ли исключения. Во–вторых, какие способности есть у нас, и какие у наших потенциальных врагов! — максимально коротко выразила я свои интересы.

— Зачем тебе это? — удивилась Грета. Настороженность куда–то исчезла.

— Хочу взвесить наши шансы с точки зрения способностей. У кого их больше по количеству, а у кого по качеству, а главное могут ли быть неподвластные им, — объясняла я. Еще одну причину своего интереса я не стала озвучивать, так как не знала, сказал ли Жозен кому–либо о моих способностях, а в частности ей.

— Логично. Но это не твоя забота. Об этом думают начальство, в частности Курт и Даниэль, сопротивлялась она. Интересно, Грета просто не доверяет мне, или она и сама этого не знает?

— Да, ты сама этого не знаешь, вот и сопротивляешься, — решила я сыграть на ее самолюбии.

— Про наших мне все известно, а вот про других все не известно никому. Ладно я расскажу тебе все, что знаю сама, — согласилась Грета. Мы сели на снег, который никак не желал таять. Зима взяла бразды правления в свои руки и не собиралась их выпускать ни на секундочку. Для меня, как для человека, выросшего в штате, где смена погоды может происходить и трижды на день, такое постоянство было удивительно.

— Ну, и на этом спасибо! Кстати, а можешь попробовать свою телепатию на мне? Интересно просто! — предложила я.

— А ты знаешь, что я могу заставить тебя сделать все, что угодно? Не боишься? — удивилась девушка. Неужели, ей не нравиться пользоваться своими способностями? Такое может быть?

— Нет. Просто я тут подумала, что телепатия — вещь двухсторонняя. А значит, если ты можешь читать и путать мысли других, то и твои жертвы, если будут знать о твоем влиянии смогут этим же воспользоваться. Вопрос будет только в скорости и силе воздействия, — высказала я давно сделанное мной предположение. Девушку это сильно удивило.

— Ты хочешь посоревноваться со мной в силе? — взвизгнула она.

— Я хочу понять твою силу. Просто я пойму принцип ее действия, ее слабые и уязвимые стороны, будет шанс сопротивляться силам врагов. Я уверенна, что большая часть способностей действует по определенной схеме, просто ее надо вычислить и понять ее сильные и слабые стороны, а они есть всегда и у всех. Просто нужно тщательно искать.

— Зачем тебе это? — хмурилась и откровенно не понимала моих мотивов Грета.

— Физической силы может быть недостаточно! Если уж готовиться к отражению атаки и тем более нападению, то всесторонне. Я больше чем уверенна, что у них больше одаренных вампиров, чем у нас. А если учесть, что наших половина оборотней, у которых вообще нет никаких особых даров, то наши силы в этой части боя будут не просто не равны, а практически на нуле. Если мы не будем обучаться сопротивлению этим силам, этот бой будет проигран!

— Но мы не будем вступать в бой раньше, чем появятся великие. Ставка идет в большей степени на них! — негодовала Грета.

— А ты не считаешь, что мы слишком много надежд возлагаем на всего лишь двух девушек? Кстати, еще не факт, что мы успеем найти их первыми! — высказалась я.

— А ты у нас пессимист! — усмехнулась девушка, — Если с твоими силами не верить в лучшее будущее для нас то, что остается нам?

— Вам нужно учиться не только физическому бою, но и мозговому штурму. Неужели, ты надеешься, что они не применят все свои способности на полную мощность? Откуда столько наивности? — удивлялась я.

— Но мы тоже будим применят свои, — не уступала она.

— Но наших меньше! И еще неизвестно какие способности у них. А если у них есть дары, действующие на больших расстояниях или на несколько человек сразу? Что мы тогда будим делать? — напирала я.

— Мда! Больше сказать не чего! — сдалась она. Победа!!!

Девушка немного прищурилась, внимательно смотря мне в глаза. Я же ничего не почувствовала, хотя прекрасно понимала, что она начала свое воздействие. Грета прищурилась еще сильнее, но ничего! Прошло пару минут, и она сдалась.

— Слушай, ты какая–то непробиваемая! Ты хоть что–то почувствовала? Я приложила все свои силы, но так и не смогла проникнуть к тебе в мозги. Что с тобой? Я, конечно, на оборотнях раньше не тренировалась, но не до такой же степени! — возмущалась Грета. Выглядело это вполне забавно.

— Когда прибудешь в штаб, попробуй на оборотнях. Может быть, они вообще не подвластны такому воздействию! Это было бы просто великолепно. У нас возникло бы огромное преимущество! — обрадовалась я.

— Нет. Тамали спокойно может воздействовать и на оборотней, и на людей, — грустно произнесла Грета.

— Тогда почему ты не смогла влезть ко мне в голову? Может быть, у вас разные по действию силы? Чем он обладает? — стала рассуждать я.

— Он может создавать иллюзию. Сейчас совершенствует свои навыки, пробует применять ее на нескольких объектов сразу, — задумчиво проговорила Грета, — Лоренцо может вызывать местную боль, Фабиан оглушает, Виктор осушает мышцы. Но все могут воздействовать на оборотней. Еще никто не устоял.

— А можно поподробнее о каждом из них? Кстати, все они на нашей стороне? — интересовалась я. Такой шанс узнать об уникальных способностях своих соратников. Разве я могла его упустить?

— Да, все они на нашей стороне, но это практически все. Остальные способности не боевые. Зато у наших противников уйма всяких даров. Я даже не смогу тебе все их перечислить. Один Жустов чего стоит.

— А чем обладает он?

— Его дар очень похож на дар Виктора, но намного сильнее. Жустов одним прикосновением осушает твое тело. Конечно, это требует времени, и у тебя будет около двадцати секунд, но этого мало.

— То есть, он высасывает воду из тела, а следовательно убивает? — провела я аналогию.

— Да. Именно так. Ты просто представляешь, скольких он успеет убить? Никто не знает, как вообще можно его уничтожить! — горько восклицала Грета. У нее было такое убитое лицо, что мне вдруг захотелось ее пожалеть, но я сдержалась.

— А как действует Виктор? Насколько он слабее? — мне нужно было знать все. Было бы намного лучше, если б я имела возможность увидеть их в действии. Тогда бы я сама все смогла понять, но в штаб пока меня не пускают.

— Я точно не знаю, но тоже через руки. Он намного слабее. Он не может убить, только на некоторое время остановить. Зато ему для этого не нужно прикасаться к своей жертве, — рассказывала Грета. Только вот голос не был веселым.

— А чего это ты загрустила? Он нисколько не слабее, просто ему нужно работать в паре, а еще лучше в тройке. И он будет не менее эффективен! — пыталась воодушевить я ее. Девушка подняла свои грустные глаза, сдвинув брови. Было видно, что она не совсем поняла мою идею.

— Объясняю! Если он может воздействовать на расстоянии, то это замечательно! Представь, он останавливает одного за одним вампира, а кто–то другой из наших, который ближе к жертве, его просто и беспрепятственно убивает! Сам же Виктор при этом может быть на самых дальних флангах! — в глазах Греты сначала было понимание, но вновь возникло какое–то неизвестное мне разочарование. Теперь я не понимала ее реакции.

— Что–то не так? — решила уточнить я.

— Да. Он не может воздействовать на большом расстоянии и ему тоже нужно время, — грустно улыбаясь, проговорила она.

— Это тоже не сильная проблема. Сколько времени ему для этого нужно? И насколько он натренировал свою способность? Потенциал еще есть? — твердо спрашивала я. Когда у меня появлялась идею, остановить меня было очень сложно. И сейчас не исключение.

— Я не знаю на счет потенциала. Мы в основном тренируемся в непосредственном бою. А времени… — девушка немного задумалась, — секунд десять–пятнадцать это точно. Точнее знает только он.

— А почему вы не тренируете свои способности? Это же глупо! Если бой и так не предполагается равным, то нужно использовать все, что есть в твоем распоряжении, тем более такие вещи как дары! Секунды и мгновенья в бое вампиров могут решить очень многое. И если есть хоть единый шанс выручить эти мгновенья, то надо приложить максимум усилий!

— Ты права! Но мы же подневольные, что нам сказали делать, то мы и выполняем. Может быть, раньше об этом не задумывались? Я расскажу все, что ты тут предложила. Обещаю! — чуть ли не присягала Грета.

— Я тебе верю! Расскажи еще о способностях наших врагов. Предпочитаю знать такие вещи! — предложила я. С чего это я стала ей вдруг так доверять? Интересно!

— У них очень много одаренных. Кроме Жустова у них еще целая армия. Сами «законники» одаренные: Тутен прикосновением прочтет все твои мысли и какие–либо сомнения, он узнает обо всем, что когда–либо с тобой происходило; Кирма видит будущее, поэтому она раньше всех узнает дату восстания или нападения; Ватир самый сильный и быстрый из вампиров. Вот интересно, кто из вас двоих будет сильнее и быстрее? — усмехнулась она.

— Боюсь, что это мы узнаем только там, на поле боя, и никак не раньше! — сетовала я. Равных по скорости и силе мне среди наших нет. Даже не потренироваться нормально! — Кто с чем еще?

— У них есть девушка, нарушающая твой вестибулярный аппарат. Ты сам не будешь знать где ты и куда идешь, а тем более где твои враги. Есть два парня, один из которых управляет потоками воздуха, а другой ослепляет. Есть еще Митзун. Она тоже оглушает, но если после воздействия Фабиана ты ничего не слышишь, то после ее крика у тебя в голове начинает играть сразу несколько оркестров. Правда, действует она не более чем на троих–четрерых одновременно. Есть еще какие–то, но эти самые опасные. О них знают все!

Теперь мне пришлось призадуматься! Потеря ориентации в бою очень опасна. Потоки воздуха тоже могут сбивать тебя с цели и дезориентировать, но этому же могут подвергнуться и его сторонники. Это уже не так страшно! Слепота неприятна, но не смертельна, остается еще отличный слух и обоняние. А вот если они будут одновременно с отсутствием слуха, а точнее громом в голове, это будет равноценно приговору. Плохо наше дело! Плохо!

— А у нас всего четверо одаренных? — воскликнула я. Это не просто перевес в их сторону, это практически их победа, — А если они догадаются работать парами? Каждому по отдельности еще можно хоть как–то сопротивляться, но всем вместе и одновременно ОЧЕНЬ сомневаюсь!

— Почему четверо? Есть еще Джанет. Она может просто внушать мысли, но только по одному и на близком расстоянии. Курт может найти по миру любого знакомого ему вампира, оборотня или человека. Но это далеко не боевой дар. Франческа может напустить туман, но у вампиров прекрасное зрение и это им ни сколько не помешает. Питер может изменять твое настроение, но это тоже не боевой дар! У Жозена формируется очень талантливый вампир… — рассказывала Грета.

— Стоп! В каком смысле формируется? Ты это не про Зака случайно? — воскликнула я, вскочив на ноги. Подо мною осталось мокрое место, потому как я теплая.

— Да. Вы уже знакомы? Он пока точно не уверен, но есть такое подозрение, что Зак может лишать обоняния. А для вампира, привыкшего подчиняться своим инстинктам и главным образом на обоняние, это приговор! Мы очень на него рассчитываем, — довольная она говорила. Что–то мне не понравилось ее выражение лица. Неужели, она к нему что–то испытывает? Ужас! Еще одной соперницы я не переживу!

— А что это ты такая довольная? Он тебе понравился? — возмутилась я. Сдержаться просто не было сил. Эмоции полностью захлестнули меня. Конечно. С ней все будет намного проще. Она не пахнет человеком, она в любой момент может с ним видеться и он на нее не нападет. А я??? ком обиды подступил к горлу, перекрывая дыхание.

— Нет, что ты! У меня есть любимый. Просто Зак может оказаться чуть ли самым эффективным в бою. Только бы он успел познать все свои возможности! Способности тоже надо осваивать, учиться управлять ими, а то можно таких дел натворить! Это тебе не глаза сканер! — усмехалась Грета. Ужас прошел по мне с головы до ног. Жозен все ей рассказал. Но зачем?

— Зачем Жозен тебе все рассказал? — высказала я свое негодование.

— Любой одаренный на особом счету, а ты вообще уникальна! — улыбалась Грета.

— Хватит говорить, что я уникальна! Не могу больше это слышать! — закричала я, затыкая уши руками. Я отбежала от нее почти на другой конец поляны. Но ей не стоило особого труда оказаться вновь рядом. Только теперь она была у меня за спиной.

— Прости, я не хотела тебя ни чем обидеть. Простая констатация фактов. Ты единственный оборотень, который обладает даром, пусть и не боевым. Но все–таки! — успокаивала она меня, положив на плечо руку. Кстати, это начало действовать. Я повернулась к ней лицом.

— Ты не обидела меня этим. Просто с каждым новым отличием от обычного оборотня я все больше начинаю думать, что не принадлежу к ним. Единственное общее у меня и оборотней, так это способность превращаться в зверя. Все остальное отличается! — нет, я ошиблась. Я не стала успокаиваться, у меня зарождалась истерика.

— Ты не можешь быть больше никем. Только оборотнем с уникальными способностями. Это ни так страшно! Ты просто не представляешь как мы были рады, узнав насколько ты сильная и быстрая. Наконец–то появился реальный противник Ватиру! Никто другой даже соревноваться с ним не сможет! Мы возлагаем на тебя огромные надежды! — успокаивала меня Грета.

— Какое воодушевляющее будущее! — съязвила я, криво улыбнувшись. Черные глаза улыбнулись мне в ответ, — А Зак точно тебя не интересует? Ну, как парень? — вспомнила я изначальную причину паники.

— Точно! Зак будет очень талантливым в будущем, но как парень он меня совсем не интересует, — улыбаясь приободряла меня Грета, — У меня есть любимый, но вряд ли у нас что–то возможно, — грустно добавила она. А вот это интересно! Что может заставить красивую вампиршу думать, что у нее и ее любимого ничего не получится?

— Почему? Кто он? Или ты имела неосторожность влюбиться в женатого? — нахмурилась я.

— Ты его видела. Это Гоил. Он оборотень, — говорила девушка, будто признавалась в убийстве. У нее был такой убитый вид, что у меня защемило сердце. Ну, как же так можно? Неужели, это война является таким страшным препятствием для влюбленных? Почему это невозможно? Я вспомнила реакцию Джо на мое предположение, что такой союз возможен.

— И что? Он тоже считает, что ты мертвая? Что за чушь? Разве мертвые могут любить, чувствовать, сопереживать? Эти глупые старинные предрассудки не дают жизни! — возмущалась я.

— Что значит тоже? Ты уже с кем–то об этом говорила? Поверь мне, твоего союза с Заком тоже никто не примет, ни вампиры, ни оборотни. Это неестественно! — она даже всхлипывать начала.

— Вампиры же не могут плакать? — удивилась я.

— Не могут, а иногда так хочется! — проговорила Грета, — Я не знаю, как он к этому относится. Просто это всеобщее негласное правило: вампиры и оборотни, смертные враги, и даже если мы сейчас объединились против одного врага, любовные союзы не принимаются!

— А мне плевать на все эти ваши правила! Я люблю его, и никто и ничто мне этого не запретит! Только он сам может меня отвергнуть! — возмутилась я. Самое интересное, что я сказала истинную правду. Я действительно так считала.

— Ты реально считаешь, что они тебе разрешат такой союз? — ее брови взлетели, а глаза были полны удивления и безнадеги!

— А кто мне запретит? Жозен, например, знает о моих чувствах к его подопечному и пытается помочь. Мы просто ждем, пока он придет в адекватное состояние, — уверенно проговорила я.

— Даниэль уже пытался свести тебя с Джо. Он хороший парень, но ты ему отказала. Я уверяю тебя, что в ближайшее время к тебе подсунут нового знакомого парня, причем обязательно оборотня. А Жозен просто добрый. Он так же как и ты считает, что это все не устаревшие предрассудки. Поэтому он вам и помогает. Это хорошо, что еще Курт с Даниэлем не знают об этом!

— Ну, ты же не расскажешь? Если все так страшно и чревато, как ты говоришь, то Жозену за сводничество влетит по полной! Не сдавай нас! — просила я, а на лице у девушки появилась обиженная гримаса.

— Да, как ты могла такое подумать? Конечно, я им этого не расскажу, сама такая! Желаю тебе удачи! — она горько вздохнула. Мне снова стало ее жаль.

— А ты поговори с ним. Что в этом такого? Не убьет же он тебя, — решила я приободрить ее. Грета же подняла на меня ошалевшие глаза.

— Ты рехнулась? Я не могу. Он точно отвергнет меня. Ты думаешь, что его мнение сильно может отличаться от мнения Джо, с которым он живет в одном домике? Я вот не обладаю такой уверенностью. Он только посмеется надо мной! — на ее лице было столько боли, что я не удержалась и обняла ее за плечи. Она не сопротивлялась, только нос немного скривила. Объяснять мне не нужно было: я пахну вкусно! Я тут же убрала руки.

— Прости. Ты пахнешь очень… — начала она.

— Я знаю. Это ты меня прости. Тебе тяжело рядом со мной! Жозен рассказывал, — перебила я ее.

— Жозен молодец! Он даже предупредил тебя о таком. Ты хоть понимаешь, каково будет Заку рядом с тобой. Готовься! У вас никогда не будет простых отношений. Вы оба будете в напряжении, не секунды расслабления, — продолжала предупреждать Грета.

— Я не ищу простых путей! — твердо заявила я, улыбаясь.

— Ты очень храбрая! Удачи! Кстати, уже за полночь. Ты спать не собираешься?

— Собираюсь! Заболтались мы с тобой! Ты завтра придешь сюда? — спросила я. мне так понравилось спокойно с ней общаться. И хотя этот вечер начался не особо дружественно, у меня появилась надежда на новую подругу!

— Конечно, — улыбнулась она, вставая. Смотря друг другу в глаза, мы стали удаляться. Достигнув границы поляны, я развернулась и побежала в направлении общежития. Я даже не пошла сегодня к дому Малеванов. Мы столько говорили о нем, что было ощущение, будто я его уже видела.

Я вернулась в почти пустое общежитие. К собственному удивлению я очень быстро уснула, но спокойного сна не вышло. Мне приснился сон на основе состоявшегося накануне разговора.

Посреди все той же грушевидной поляны, где я тренируюсь, стояло несколько человек. Я даже сразу не смогла определить кто есть кто, только один парень, который смотрел на меня в упор, был четко виден и понятен. Это был Зак. Его черные глаза горели радостью, а руки сами тянулись ко мне. Но на его ногах были закреплены цепи. Этот факт очень сильно удивил меня. Во мне все воспарило от его неземной улыбки. Я совершенно забыла обо всех остальных туманных личностях, которые тоже были на поляне. Я ощутила настоящее счастье от увиденного, но оно быстро омрачилось. Прямо перед ним выросли две фигуры, теперь мне не составило особого труда, чтобы узнать их. Это были Курт и Даниэль. Они закрывали его от меня, что–то говоря, но я не слышала ни единого слова. Я рвалась к нему, и он сам звал меня, но я не могла к нему прикоснуться. А потом и вовсе меня стали оттаскивать от него. И ни одни мои силы и скорость не могли мне помочь. Я все отдалялась и отдалялась от него. Я кричала…

С этим же самым криком я и проснулась. Я подскочила в кровати, тяжело дыша.

— Боже, кошмар какой! — проговорила я в пустоту. Хорошо, что были каникулы, и в комнате я была одна.

Я немного отдышалась и принялась за свои обычные дела. После обеда я приступила к своим служебным обязанностям, не чувствуя подвоха. Мне сказали, что того парня все–таки перевели в соседнее отделение, где назначили правильное лечение для его настоящего заболевания. Я была рада. И пусть никто не сказал мне спасибо, я была рада помочь хорошему человеку. Но буквально через полчаса от начала рабочего дня ко мне в процедурный кабинет вошел Жозен.

— На сегодня я тебя отпросил! — произнес он, закрывая за собой дверь. В его руках была целая стопка больничных карт. Я моментально посчитала, что их было ровно двенадцать.

«Много же у него пациентов» — подумала я.

— И вам здравствуйте! — произнесла я в шоке. Что он задумал, если даже отпросил меня? Жозен не здоровается, это уже подозрительно!

— Я хочу проверить твои способности. Сегодня мы пройдемся по отделениям, куда поступили новенькие. Вот им ты и должна будешь вынести диагноз. Так я смогу понять насколько ты правильно можешь их поставить, и что именно тебе надо совершенствовать. Твои способности могут быть очень даже полезны, — высказался Жозен. А я продолжала смотреть на него круглыми глазами, глупо хлопая ресницами от неожиданности.

— Готова? — спокойно спросил он, будто это само собой разумеющиеся. Я просто кивнула, — Ну, тогда в путь. Сколько времени тебе нужно смотреть на объект?

Только сейчас до меня дошло, что эти карты не просто его пациенты, а новенькие, которым мне предстоит поставить диагноз. Круто!

— Пару секунд. А что? — все еще шокированная ответила я.

— Отлично! Не надо будет придумывать глупых историй, и объяснять, зачем ты со мной! Пару секунд ты можешь посмотреть и через стекло!

Дело в том, что в дверь каждой палаты было встроено стекло, чтобы любой мимо проходящий врач или медсестра могли увидеть, что происходит внутри. Таким образом, можно было во время оказать помощь, человеку, который, к примеру, лежал один в палате.

Я иногда поражалась спокойствию Жозена. Мы вышли из кабинета и направились по палатам. Сначала он остановил меня возле четвертой палаты нашего хирургического отделения. Я определила увеличенную щитовидную железу, и мы отправились дальше, в соседнее отделение. Так в течении почти часа мы бродили по всей больнице. Жозен спокойно открывал одну карту за другой, подводя меня к очередной палате. Самым интересным было, что через пару палат он не стал показывать мне непосредственный объект. Тогда мне приходилось ставить диагнозы всем присутствующим внутри. Так он понял. Что я вижу всех и сразу. Я никогда раньше столько не пользовалась этим своим зрением. Но я не устала, мне с каждым последующим было все интереснее. Где, как ни в больнице, можно потренировать такого рода способность? Тем более, что Жозен только кивал и улыбался, ничего не объясняя. Но вот мы закончили, и в моем животе раздался такой вопль голода, что мне даже стало стыдно за такие звуки перед Жозеном.

— Прошу прощения! — проговорила я, хватаясь за него в попытке заткнуть, хотя и знала, что это абсолютно бесполезно. Я знала, чего он хотел. Тогда мне и пришла в голову глупая мысль спросить об этом всем Жозена. Спрашивается, откуда о проблемах питания оборотня может знать вампир?

— Ты голодная, — проговорил доктор Малеван, смотря на то, как я загнулась. А мне было не до его заботы.

— Жозен, а оборотни питаются сырым мясом? — это же надо было сморозить такую глупость! Но видимо, от голода мозги отключились.

— Ну, бывает! Наши из штаба охотятся. Это на твой личный вкус! Кому–то нравиться, а кому–то нет. А что? — удивился он.

— Странно просто. Чем больше я пользуюсь силой, тем больше мне хочется есть, причем простой едой не наедаюсь. Мне нужно мясо и желательно сырое. Почему? Это уже не первый раз и мне это совсем не нравиться! — прохрипела я.

— Давай, выйдем! — проговорил он, взяв меня за плечи и направляя к выходу. Я безропотно повиновалась. Минуту спустя мы уже были на территории больницы. От свежего воздуха мне чуточку стало легче. Я, по крайней мере, смогла выпрямиться.

— Мела, это вполне нормально, что используя силу ты тратишь свою энергию, а следовательно хочешь есть. Сходи в лес! — проговорил Жозен заботливым тоном. Но что–то в его фразе мне не понравилось, даже не знаю почему!

— Это нормально? Неужели все оборотни питаются сырым мясом? — удивлялась я в тот момент, когда мой желудок болезненно сжался и начал переваривать позвоночник.

— Многие. Не все, но многие питаются не просто сырым мясом, а сами охотятся за ним, — спокойно проговорил Жозен.

Его спокойствие чуть обдало меня ледяным холодом. Услышав это, я испытала очень смешенные и противоположные эмоции. Сердце от таких слов сжалось в комочек, понимая, что оборотни сами убивают свое «мясо». Я не отношусь к защитникам животных, но мне стало очень жаль зверюшек. Но одновременно мой собственный желудок, будто имея свои отдельные от моих уши, возликовал. Даже слюна начала заполнять рот. Честно говоря, такие выходки моего же организма меня начинали пугать. Создавалось впечатление, что я не цельный единый организм, как это положено в природе, а скорее какой–то очень странный механизм, части которого живут своей отдельной жизнью!

— Тебе нужно поохотиться! Ты когда–нибудь это делала? — его хладнокровный интерес откровенно пугал.

— Нет, и не собираюсь! — вскрикнула я. В тот же миг мой желудок вновь прижался к позвоночнику.

Сил сопротивляться почти не было, но я очень старалась. Что–то в голове щелкнуло, и глаза налились кровью. В одно мгновенье я оказалась рядом с лесополосой, которая так кстати проходила прямо за больницей. Это было сделано для удобства пациентов из профилактических соображений. Таким образом, проектировщики больницы упростили мою задачу. Прямо за первым же деревом я превратилась в огромную голодную кошку. Я понеслась на соблазнительный солоноватый запах. Он пленил все мое самообладание, весь мой разум. Странно! Во всем мире остался только этот прекрасный запах пищи. Я летела на полной скорости около двадцати секунд, а желудок ликовал.

И вот оно, самое желанное в данный момент, близко. Еще шаг, еще прыжок и оно мое!!! Менее секунды и я уже разрываю на части оленя. Моя добыча и понять–то не успела что случилось. Я же только слышала, что от меня разбегаются еще несколько особей. Но мне было не до них. Я была слишком занята. Я вгрызалась в тушу с таким рвением, что боялась подавиться костью. Но ничего подобного не произошло!

Какое же это блаженство, когда свежая кровь и еще теплое мясо наполняют твой рот и изголодавшийся желудок. Просто полет! Воздушное блаженство разливается по всем венам твоего тела, наполняя силой и восторгом.

Несколько секунд спустя, часть оставшейся туши рухнула на землю совершенно обескровленная и обглоданная. Я сделала шаг назад, медленно поднимая голову. Только сейчас одновременно я понимала, что ни разу в жизни не ела ничего вкуснее этого, и что я убийца. Но похоже, голод загнал мою совесть куда–то на закрома моей души, поскольку в данный момент я не испытывала ничего кроме блаженства насыщения и силу. Я реально ощущала, что стала значительно сильнее. Даже омерзение перед зрелищем растерзанной мною же тушей ушло. Я просто смотрела на остатки еще не столь давно живого молодого оленя. И все же отсутствие угрызений совести за сделанное пугало меня саму.

«Неужели, теперь я никогда не смогу питаться нормально? Неужели, мне теперь всегда нужно будет охотиться?» — безумно мучили меня вопросы. Но немного уступили место новой панике.

Прямо напротив меня стоял ошарашенный Жозен. Его глаза были настолько круглыми, что создавалось впечатление, будто еще мгновенье, и они выпадут из глазниц! Приоткрытые губы дополняли картину шока на его лице. Таким странным я его еще никогда не видела, что подвигло меня на новую панику.

— Что это было? — произнесла я глупый вопрос. Жозен продолжал смотреть на меня стеклянными глазами.

— Просто ты потратила много сил. Голод взял над тобой верх, — чуть ли не заикаясь, говорил Жозен. Он все еще не отошел от увиденного. Но что такого особенного теперь он увидел? Ведь, он сам сказал, что большинство оборотней охотятся! Накаркал!!!

— Что–то не так? Почему у вас такое лицо? И не надо врать! Я это увижу! — предупредила я.

— Ты просто великолепна, когда не контролируешь себя! Я ведь прав? — на его лице начинала появляться улыбка, а глаза поднялись на меня. Все время до этого он не сводил глаз с разорванной туши. Я же не понимала его радости.

— И что не так? Знаете, меня больше устраивает контролировать все свои действия. Мне не понравилось произошедшее совершенно! — резко ответила я. С каждым новым вздохом я только больше удостоверялась, что сил прибавилось и в разы. Я ощущала такую мощь в себе, что ели могла стоять под ее тяжестью и легкостью одновременно. Тяготил только один факт прибавления силы в комплекте с убитым мною оленем. Но огромная сила просто окрыляла. Казалось будто еще мгновенье и я взлечу. Но я стояла!

— Ты не поняла меня! Бесконтрольное поведение очень опасно, особенно для вампиров. Именно так мы и ведем себя на охоте. Такое поведение никому не нравиться, но что поделать? А вот ты… — Жозен глубоко вздохнул, будто набирался храбрости.

— Что я? что? — восклицала я от нетерпения. Мне так уже надоели эти медленный подходы. Лучше бы сразу и в лоб! Несколько месяцев назад я поняла, что самое страшное испытание в жизни это ожидание кого–либо или чего–либо! Разница лишь в размере желания получить ожидаемое!

— Ты настолько быстро передвигалась. Что я даже не успел понять что случилось. Я прибежал сюда уже за секунду до того, как ты отпустила тушу и только по следу, — восхищался он.

— Ну, этого и следовало ожидать. Я же никогда еще не бегала на пределе своих возможностей! — вздохнула я, испытав мгновенное облегчение.

— Но ты в человеческом обличье! — посмеивался он.

— И что? Я сама не заметила как перевоплотилась обратно в человека. Нападала я на него кошкой, а отпустила уже человеком. Это превращение прошло где–то далеко от моего сознания, — пожала я плечами. Что еще я могла сказать?

— Да все в порядке! Просто я даже не видел тебя кошкой. Просто не успел, — улыбался Жозен. Его искреннее восхищение меня добивало.

— Ладно, хватит! Скажите мне лучше, как часто обычно охотятся оборотни. Меня лично не прельщает перспектива убивать каждый день или даже неделю! — постаралась я перевести тему.

— Я как–то никогда не интересовался. Но я узнаю это для тебя, — уверенно проговорил он, вновь опустив укоризненный взгляд на тушу, — Остатки забирать будешь? Или здесь оставишь? Волки тебе конечно же, будут благодарны, но это твоя первая добыча. Можешь унести домой и приготовить что–нибудь. Оборотни питаются не только сырым мясом, но и обязательно обычной человеческой пищей, только увеличенной численности! — посмеивался доктор Малеван.

— Нет, пожалуй! Я оставлю остатки волкам, — сказала я, даже не глянув под ноги. Я резко развернулась и побежала вдоль леса. Я четко знала, где будет выход к общежитию. Жозен почему–то не последовал за мной, но это и к лучшему. Мне нужно было время подумать! В комнату я буквально влетела и рухнула со всего размаху на кровать, которая ответила мне звонким треском. Я замерла, боясь в любой момент упасть на пол вместе с ней, но она устояла. Тогда я спустилась на пол и поплелась вниз. Но мои поиски молотка и гвоздей не увенчались успехом. Я решила не спать, мне не устраивала вероятность после этого треска прямо во сне рухнуть. Поэтому я села возле окна, которое выходило на лес.

Я так и просидела всю ночь у окна на стуле, смотря в лес, освещенный лунным светом, который отражался от снега. Было так светло, что даже человек мог все прекрасно разглядеть. Эта зимняя красота успокаивала меня, приводя мои мысли в порядок и раскладывая все по полочкам.

С рассветом я отправилась к дому Малеванов, зная, что они никогда не спят. Странно, но я не чувствовала себя уставшей, сил нисколечко не убавилось.

Возле дома никого не было, но и подойти я не могла, ведь меня мог почувствовать Зак. При первой же мысли о нем мое сердце забилось с бешеной скоростью, выбрасывая все мысли и проблемы из моей головы.

Канун нового года. Елка стояла на своем прежнем месте, все такая же ослепительно красивая. Снег тоже не был тронут, будто и не прошла целая неделя, будто и не живет в этом огромном доме никто. И только «избранные» знают насколько сильно кипит в нем жизнь. Я замечталась, что когда–нибудь я смогу вполне спокойно войти в него, смогу, не опасаясь, поставить ногу на эти мраморные ступени, держась за безупречный кованый бордюр. Смогу без всяких сомнений подняться по лестнице в этой милой башенке, которую я еще ни разу не видела и которая обязательно будет немыслимо красива.

Мой мечтанья прервал вновь появившийся запах. Я сразу его узнала, хотя его обладательница была еще внутри дома. Судя все по тому же запаху, Зак был наверху с Франческой. На пороге под изысканной ковкой на мраморных ступенях показалась Грета. Девушка ничем не отличалась от обычного подростка: красива, мила, немного надменна, но за всем этим тщательно скрывается доброта и нежность. Я это не только чувствовала, но и с моими способностями видела и знала. Она спокойно спустилась и направилась к елке. Грета медленно почти человеческим шагом обошла ее, рассматривая сверху вниз. Она явно о чем–то думала и, конечно же, меня не замечала. Она думала о чем–то приятном или даже мечтала. Хотя, смотря на всю эту красоту, я тоже замечталась.

Я не стала больше там находиться, а вернулась в общежитие. К собственному удивлению я обнаружила приглашение на новогоднюю вечеринку, которую традиционно устраивают для оставшихся студентов. Я подняла из–под двери приглашение и открыла его. Бал был назначен на 22 часа, причем в самом низу была очень интересная пометка «каждый пришедший не кот или кролик будут выгнаны с позором!»

«Маскарад» — подвела я итог. Я посмотрела на пол, заметив под многими дверьми еще не тронутые приглашения. А народу–то будет не так и много! Простояв на пороге собственной комнаты еще пару минут, я все–таки решилась зайти. Закрыв дверь, я сразу подошла к зеркалу. Конечно же, ничего нового я там не увидела. Мои и без того длинные волосы отросли за эти несколько месяцев еще сильнее, теперь они достигали середины ягодиц. Рыжая прядь делила левую часть головы ровно пополам, проходя огненной стрелой в темном небе. Только вот изумрудные глаза ничуть не стали веселее, только боли прибавилось. Раньше меня хотя бы угнетало только отсутствие родителей и правды о моем происхождении. Теперь же большую часть правды я знаю, но легче не стало, только сложностей прибавилось.

— Кот говорите? — проговорила я своему отражению, показывая полный рот острых зубов, — Такой кошечки у них на балу еще не было!!!


Глава 8

Преступление

Я пол дня простояла возле зеркала, экспериментируя со своей внешностью. Я все никак не могла решить, как одеться и выглядеть. Никогда раньше столько времени у меня не уходило на преображение. Вся сложность состояла в том, чтобы вырастить кошачьи усики без превращения или даже шерсти, я уж не говорю об ушках. Их нужно было вырастить не настоящими, а будто накладными для конспирации. Зато с ногтями никаких проблем не было, их выращивать отдельно от всего остального я научилась уже давно.

И вот мои старанья не прошли даром. В зеркале отражалась настоящая хищница. Классические черные лодочки на шпильках изящно выглядывали из–под черного шелкового платья, которое облегало меня почти полностью, сексуально подчеркивая каждый изгиб моего тела. Глубокое декольте только усиливало эффект. В свои цепкие коготочки я взяла простой черный клатч. Моим главным украшением всегда была и будет моя собственная внешность. Зеленые кошачьи глазки озорно поглядывали на меня из зеркала. Пухлые и красные губы от природы искривились в предвкушении, открывая безупречно ровные зубы и слегка удлиненные клыки во всей красе. Мне раньше доставляло особое удовольствие играть парнями. С моей внешностью от них никогда не было отбоя, только если я сама решала их отшить или напугать. Сегодня я решила немного припомнить былые годы. Свою длинную огненную прядь я обернула вокруг головы обручем. Именно этот импровизированный ободок был моим главным украшением, которое бросалось в глаза, после элегантных усиков, конечно!

Я еще раз бросила взгляд на зеркало и вышла из комнаты. Ровно в 22 часа я была возле зала.

Народу оказалось больше, чем я ожидала. Всюду сверкала светомузыка, а толпа смешных студентов, уже зачастую изрядно подвыпивших, визжала у входа. Стеклянные же двери были еще закрыты. Большая часть ребят просто надели маски, но некоторые изловчились и на хвосты. Мой бы хвост смотрелся лучше всех, но в такой тесноте за ним бы надо было смотреть более тщательно, чем хотелось бы! Я сделала глубокий вдох, поскольку уже давненько не проделывала подобное, вследствие чего очень волновалась. Выдох и твердый шаг вперед. К моей удаче прямо передо мною оказалось три парня, которые пропустили своих спутниц чуть вперед себя. Первая пара удивленных глаз. Парень машинально дергает ближайшего к нему человека. И вот уже три пары очарованных глаз пропускают меня вперед. Еще и еще. И вот спустя какую–то минуту, я прохожу по образовавшемуся проходу, провожаемая десятками удивленных студентов и их спутников. Не дойдя буквально пары шагов к дверям подошел наряженный один из лаборантов, чтобы открыть дверь, но увидев меня он встал столбом, как и все остальные. Такого эффекта не ожидала даже я! я слегка улыбнулась и опустила взгляд на дверной замок. Молодой мужчина тут же проследил за моим взглядом.

Уже полминуты спустя двери были распахнуты, но никто не ринулся вперед. Лаборант же по–прежнему стоял посреди прохода, рассматривая меня с головы до ног, но вновь и вновь возвращаясь к моим глазам. Я просто чувствовала, что и все остальные проделывали тоже самое. Я улыбнулась чуть шире, но не открывая зубов, и сделала шаг вперед. Только теперь лаборант отступил в сторону, пропуская меня внутрь. Вот так я оказалась первой на балу!

Зал был очень интересно оборудован, как в принципе и на рождество. Само помещение было прямоугольным, и вход был с одной из коротких его сторон. Возле противоположной стены в одном углу стоял стол ди–джея, а в другом стол с закусками и напитками. При этом это все находилось на небольшом возвышении, чтобы никто из загулявшихся студентов не снес все это ненароком. Колонки же висели по одной большой в углах зала возле входа и по одной на длинных сторонах. Я даже не стала рассматривать, сколько еще было колонок чуть меньшего размера, которые висели повсюду! Сам зал был украшен мишурой и бумажными смешными и не очень фигурками котов и кроликов. Выглядело это очень даже забавно, если учесть, что и все студенты разодеты в котов и кроликов.

«А я не потеряла своего таланта обольщения!» — усмехнулась я про себя.

Несколько минут спустя зал был полон. Несколько молодых людей сразу оказались возле меня, наперебой предлагая напитки и сладости. Так весь вечер я и купалась во внимании разных парней в то время, как их спутницы точили зубки и изрыгали пламя в мою сторону. Главным минусом всей этой ситуации было то, что ни один из присутствующих и уделяющих мне внимание парней не был мне не то что дорог, даже интересен не был. Просто в этот праздник, который обычно семейный и веселый, я осталась ни кому не нужна, абсолютно одна. И хотя я уже привыкла быть зачастую одна, в праздники это начинало особо угнетать. Самое страшное, когда ты никому не нужен! В связи с чем, я и решила пользоваться отнятым мимолетным вниманием.

В этот вечер я была объектом обожания со стороны мужского пола и зависти и ненависти со стороны женского. Все возможные парные танцы я танцевала не просто с разными парнями, а с несколькими за одну песню!

Но вот когда вечер уже близился к завершению, в зал ввалилась изрядно пьяная компания парней. Я абсолютно машинально заглянула в их сущности. Боже, а я‑то наивно думала, что больше не встречусь с подобного рода людьми и парнями в частности. Оказалось, что не тут–то было! Эта замечательная троица в невменяемом состоянии встала в дверях. И кто же их пустил?

Сущности всей троицы были очень похожи между собой, хотя одна все–таки отличалась, причем не в лучшую сторону. Их сиренево–фиолетовые сущности наводили на меня омерзение, даже подташнивать стало. У парня, который стоял в середине, даже черное вкрапление присутствовало. По моей коже пробежался холодок. Что могло понадобиться этим… «людям» на нашем балу?

Их появление произвело на окружающих противоположное от моего. Даже три парня, которые все еще меня опекали, повернулись в сторону двери. Перед этой троицей тоже все замерли и образовали проход, но глаза были не восхищенные, а испуганные. В них читался не просто испуг, а паника, будто они все знали, на что эта троица способна. Я нахмурилась. Мне ужасно не понравилась эта ситуация.

— Ну, и где музыка? — пробормотал центральный, делая шаг вперед. Только сейчас он оказался внутри зала. Двое его прихвостней проследовали за ним. А из моего поля зрения отсутствие музыки улизнуло.

— Ну? Музыку! — вновь заорал парень. Его голос эхом пронесся по залу, в котором все просто замерли.

«М-да! Если люди так реагируют на простого отморозка, чтобы они сделали, если б вдруг узнали о существовании вампиров и оборотней, тем более живущих прямо среди них?» — пронеслась глупая мысль в моей голове.

В этот момент ди–джей очнулся, и музыка вновь разлилась по залу, только вот никто не торопился возобновить веселье. Даже уже изрядно опьяневшие ребята резко протрезвели! Тем временем троица разбрелась по залу и стала выбирать себе жертв. Некоторые девушки завизжали, а парни нерешительно, но все–таки подали голос, заступаясь за своих спутниц.

— Убери от нее свои мерзкие руки, — твердо проговорил один храбрец, за что моментально получил по ноге и кулаком в нос. Потекла кровь. Остальные же только присели, трусливо поджав хвосты. Я откровенно удивлялась такому поведению парней. И хотя сама тоже не сильно горела желанием подраться с ними, но с каждой минутой это желание все росло и росло внутри меня. Я боялась только одного — что не смогу правильно рассчитать силу и что–нибудь сломаю им ненароком. Но наши мальчики умудрились меня еще и добить: я была единственной девушкой, перед которой они встали стеной, защищая от этих мерзавцев. Именно меня, единственную девушку, которая не нуждалась ни в чьей защите, они стали защищать. Видимо, красота сносит мозг весь и надолго.

Тем временем троица выбрала себе по жертве. Раздался визг, выбранных девушек. Нужно было что–то срочно решать. Я поддалась своей глупой мысли!

Пару шагов вперед и я остановилась впереди моих защитников, никем не закрываемая. Естественно, парни сзади меня возмутились, но именно это и привлекло внимание троицы. Все трое открыли рот от удивления. Я все еще производила нужное впечатление. Я слегка ухмыльнулась, пристально смотря на главного. Это и было провокацией с моей стороны. Конечно же, парень тут же бросил выбранную девушку, швырнув ее в толпу как сломанную игрушку, и направился ко мне. За моей спиной пронеслись несколько возмутительных реплик, но они прошли мимо ушей отморозка.

Ко мне направлялся парень довольно больших размеров. Он был почти два метра ростом, полтора в плечах, абсолютно лысый с орлиным носом, видимо не раз сломанным. Рассеченная бровь тоже говорила о его предпочтениях решения проблем и завоевания девушек. Светло–карие глаза так и осматривали меня с головы до ног, раздевая на ходу. Они сверкали огромным предвкушением. Жаль, что мне придется его сильно огорчить в этом смысле!!!

Я вновь криво улыбнулась, но с места не двинулась. За спиной стали шептаться. Я поняла, что именно меня они соберутся защищать сами. Надо что–то делать!

— Привет! — максимально мило постаралась проговорить я. Так я дала понять парням у себя за спиной, что намерена с ними пообщаться!

— Привет, цыпа! — улыбаясь во все свои еще целые зубы, проговорил здоровяк. У него во рту отсутствовало если не половина зубов, то очень близко к этому! Но более интересным было сочетание чистой и выглаженной рубашки, классических брюк и туфлей с его явно бандитской мордой.

— Не хотите прогуляться? А то у меня уже голова начинает болеть от этой музыки! — выдавила я из себя приветливый тон, хотя к горлу подступала тошнота. Возникало желание разорвать его прямо здесь и сейчас, не сходя с этого места, чтоб не повадно было!

— С такой красавицей куда угодно, — прохрипел парень, пытаясь схватить меня за ягодицу. Но я простым легким и ненавязчивым движением увернулась от посягательства. Сделав легкое движение головой, я подозвала к нам оставшихся двух прихвостней, которые мгновенно оправдали мои ожидания, оставив своих девушек. Таким образом из зала мы вышли вчетвером, провожаемые удивленными и испуганными взглядами парней и злобными взглядами девушек. В такой момент мне даже не нужно было уметь читать мысли, все было написано на их лицах. Они жаждали мести за испорченный мною вечер.

Мы вышли под начинающийся снегопад. Все вокруг было таким красивым, что даже почти перехотелось ссориться с ними. Мы прошли всего несколько метров от здания, когда один из парней вытащил из–за пазухи бутылку водки.

— За знакомство? — закричал парень, поднимая эту бутылку над головой.

— А мы же еще не познакомились? — максимально спокойно, тщательно маскируя свое к ним отношение, проговорила я.

— Точно, — закричал третий.

— Так за этим дело не встанет! — глаза главного сверкнули. Я глянула в его сущность. Ее края приобрели мелкие фиолетовые зубчики. Все ясно!

— Я Мела, — представилась я, по очереди посмотрев на каждого из них. Парни тоже переглянулись. Моей задачей было — увести их отсюда подальше. И куда же мне их деть? Я тоже посмотрела по сторонам. Чуть вдалеке, приблизительно в полутора километрах, от нас находился лес, но вести их туда было не только опасно, но и абсолютно бесполезно. Избавиться ведь от них я там не смогу, как и удовлетворить их задумки. Сейчас я понимала какую глупость сделала. Ну, не убивать же мне их? Я просто этого не смогу! Да и не прощу себе этого никогда, если даже ненароком такое случиться!

— Меня зовут Вин, этот, — показывал главарь на парня с бутылкой, — Шон, а этот Майкл. Между прочим Шон и Майкл родные братья, а я их кузен! — довольный собой проговорил Вин. Они еще и родственники! Ну, тогда все понятно.

— Очень приятно! — выдавила я из себя слова, которые даже выплюнуть в них не хотелось. Я и разговаривать с такими, как они не собиралась, да вот совесть моя…

— А как на счет нашей замечательной избушки? Мы уже давно не были в ней! — лукаво выговорил Шон, подходя ко мне с другой стороны. Чего и следовало ожидать!

— А где эта избушка? — спохватилась я. Может быть, моя идея была и так плоха?

— Пойдем, мы тебе все покажем, — заулыбались парни, а в глазах забегали бесенята.

К собственному удивлению, они повели меня именно в лес. С каждым нашим продвижением снегопад только усиливался, а я удивлялась, как при такой видимости они могут идти, хотя как при таком количестве выпитого алкоголя они вообще могли куда–либо идти? Я шла спокойно продвигаясь в гущу леса и не оставляя на снегу следов. Если бы эта троица была трезвой, они бы обязательно заметили отсутствие следов на снегу, но это было не так. Таким образом, у меня созрел план. Парни же всю дорогу пили и горланили дурацкие песни. А я удивлялась, как мне хватает терпения все это не только слышать и видеть, но и чуять!

Мы шли не так–то и долго, точнее не особо далеко, но меня радовало, что направление было противоположным от моего общежития, и главное от дома Малеванов. Парни по–видимому сильно боялись, что я соберусь бежать, поэтому двое были как путеводители, а главный шел позади меня. Я максимально настроилась на спокойствие, хотя вместо частого дыхания, наоборот его задерживала. От них так несло перегаром, что ни один чистый и свежий воздух не мог его перебить, а если учесть, что я шла посредине… В общем аромат, мягко говоря, «не фонтан»! И вот в таком «чудесном» аромате я шла в течение восемнадцати минут.

Как эти парни смогли найти дорогу для меня осталось загадкой. Но через некоторое время мы вышли на небольшую поляну, больше напоминающую помойку, на которой стоял разваливающийся домик. Он был настолько старым и настолько маленьким, что назвать ЭТО домом язык не поворачивался. Несколько шиферных листов с крыши вообще отсутствовали. Нижние бревна были съедены насекомыми, зато дверь была не плохая. При этом всем домик был еще и перекошен на одну сторону. Такое маленькое убожество! Вокруг всего этого валялось такое огромное количество мусора, что было страшно ступить. Я даже вряд ли смогу перечислить все, что там находилось: сломанные торчащие во все стороны бревна и доски, прямо вместе с гвоздями; стекла, рваная ткань и огромное количество разбитых бутылок. На большей части гвоздях висели кусочки ткани, а на некоторых даже чувствовалась засохшая и вымерзшая кровь!

— Мило! — прорычала я, не в силах больше сдерживать себя. Мне не нужно было даже догадываться, что именно они здесь творили в дали от людей. Все было написано на поляне. Нигде ранее я не видела такого разнообразия тканей, кроме специализированного магазина. Здесь развивались на ветру и шелк, и шерсть, и синтетика, и хлопок, и кружева. При чем все они явно были женскими.

Мне стало плохо. Моя больная фантазия услужливо воспроизвела страшные картинки возможных событий, происходящих здесь когда–то.

В этот самый момент Вин схватил меня за ягодицу одной рукой, а в другой у него была бутылка. Я сразу поняла, что это вполне стандартная ситуация. Если девушка собиралась в такой ситуации сопротивляться, бутылка разбивалась о ближайшее бревно, и осколок приставлялся ко всевозможным частям ее тела.

Мое терпение и спокойствие кончилось! Я схватила его за руку, отдернув от себя и вонзив в нее коготки! Парень взвыл. Я оказалась права — мгновенно бутылка была разбита, а парень издал злобное наглое рычание. Такие действия только усилили мою злость! Я обнажила зубы, причем в наилучшем устрашающем ракурсе! Одновременно с этим раздался скрежет — парень заехал осколком бутылки в мое плечо, но вместо ожидаемой глубокой раны и воплей боли с моей стороны, скрежет стекла о стальную кожу! Я лишь улыбнулась еще шире. Как же мне хотелось нарушить все свои моральные правила и убить этого отморозка прямо сейчас вместе с дружками, которые, к слову, стояли чуть в сторонке, ошарашено наблюдая за нашей «дракой».

Я тоже зарычала, желая и напугать их, и выпустить пар самой. В противном случае я могла совершить непоправимое! Чем бы я стала тогда отличаться от них? Мне стало мерзко! Я запустила свои коготки чуть глубже, доставая до самой кости. Снова крик боли. Снова удар осколком и скрежет.

— Сюрприз! — прорычала я с улыбкой. Я откровенно издевалась, понимая, что ни один здравомыслящий человек, даже пьяный никогда не поверит, что кожу невозможно повредить осколком стекла. Теперь в моих глазах должны были забегать бесенята. Я решила не брать на себя функцию бога, а просто припугнуть их. Не отпуская Вина, я глянула на братьев, облизнувшись. Они несомненно увидели мои клыки. Мгновенно протрезвевшие парни явно приняли на себя шкуру своих жертв. Шон даже в обморок упал.

— Храбрец! — не могла же я не съязвить? Удержаться от злобного смеха мне тоже не удалось. В итоге Вин, которого я и не собиралась отпускать стал метаться, вырываясь. Бутылки в руке уже не было. Свободной рукой он наивно пытался вырваться из моей хватки. Выглядело это откровенно забавно!

Для большего эффекта я повернулась к Вину и зарычала. Мой рык эхом пронесся по всей поляне, чем произвел нужный эффект. Майкл даже и не вспомнив о существовании отключившегося брата ринулся бежать. Спотыкаясь, падая и поднимаясь, он поднял кучу мусора и снега в воздух. Вин из всех сил пытался сделать тоже самое!

— Еще раз посмеешь завести девушку куда–либо… я тебя съем! — прорычала я, выдвигая клыки. Брюки парня резко стали намокать, что вызвало во мне истерический хохот. Я выпустила его, продолжая смеяться. Пару секунд спустя на поляне остался только Шон, который был без сознания. Что же мне с ним делать?

Я подошла к нему, при этом мне так дико захотелось его просто пнуть! Как удержалась, сама не знаю!

В итоге моих моральных терзаний я просто потрепала его, так чтобы он очнулся. Парень подскочил на месте, мгновенно оказавшись на ногах. Я максимально широко и опасно улыбнулась, проведя языком по зубам. Глаза парня были готовы вывалиться из глазниц, а на губах застыл немой крик о помощи. Шон просто остолбенел. Чтобы завершить начатое я просто слегка зарычала. Парень тут же понесся прочь. И вот уже менее минуты спустя на поляне я осталась одна. Не долго думая, я развернулась и побежала в направлении общежития.

Всю дорогу я смеялась. Мне так понравилось пугать этих отморозков, что просто ужас какой–то! По прибытии в общежитие. Прямо на его пороге меня осенила одна очень хорошая мысль! Я сначала хотела было сразу пойти ее осуществлять, но вспомнив какой сегодня день решила отложить!

На утро все общежитие еще спало, когда я встала. Вроде бы все началось как всегда, но что–то все–таки было не так! Я просто чувствовала. До самого обеда я проходила с этим ужасным гложущим чувством. Я не знала как и где найти себе место. И ко всему прочему у меня сегодня был выходной в больнице. Но я не выдержала напряжения и пошла туда. К этому времени все студенты уже проснулись и начали бродить по коридорам. Многие ребята прикладывали лед ко лбу.

Стоило мне только подойти к выходу, как я поняла, что вновь мое шестое чувство меня не подвело — что–то действительно случилось!

Прямо на пороге общежития стояла полицейская машина, возле которой рвал и метал шериф. Он был не просто зол, он был в бешенстве. Несколько ребят, которые тоже вышли на порог тут же наперебой стали тыкать в меня пальцами. Из всего набора голосов я смогла разобрать лишь то, что кто–то пропал, и я была с ними.

Больше ничего я не слышала, да и не нуждалась больше в этом. Я все поняла! Пропали эти трое, а я была последней, с кем их видели. Вот подфартило!!!

По коже пробежались мурашки, доводя весь ужас случившегося. Там в лесу с ними могло случиться все что угодно, но главное они могли попасться вампирам. Ладно если они попали в поле зрения Жозена, Франчески или Греты, но вот если Зака… У меня закружилась голова. И я даже не знала из–за чего больше: смерти кого–то из них или срыву Зака? Жаль их, мне не было, но все–таки!

— Где он? Отвечай быстро! — кричал на меня шериф, тряся как тряпичную куклу. Если бы я была простым человеком, он давно бы уже переломал мне все руки. Но к моему счастью это было не так!

— Я не знаю о чем вы, — пробормотала я. От опасной и решительной девушки, которая жестоко игралась с этой троицей, не осталось и следа. Я была готова упасть в обморок. Ведь я, заводя их в лес и пугая, даже предположить не могла, что они не выберутся из него!

— Шериф! Шериф, опустите ее! — кричал мужчина в форме, оттаскивая шерифа от меня. У него действительно был испуганный вид, — Вы же сами ее так убьете!

— Она убила моего сына! — кричал обезумевший шериф. Полицейскому пришли еще трое на помощь, после чего им всем вместе все–таки удалось оттащить его от меня. Шериф хватался за воздух руками.

Мне хватило этого мгновенья, чтобы разложить все по своим полочкам.

Один из этих подонков был его сыном, поэтому и творил все, что ему заблагорассудиться! Никакого наказания не следовало, поэтому и все студенты так боялись сопротивляться их наглости. Могу поспорить, что в случае драки с травмами посадили или оштрафовали именно простых ребят, а эти отморозки оставались посмеиваться.

— Девушка, вы должны проехать с нами в участок для дачи показаний! — уже более спокойным тоном произнес полицейский. Я беспрекословно проследовала к полицейской машине. Только после того как я села в машину, шериф прошел к своей. Один из мужчин просил уступить руль ему, объясняя это тем, что тот не в том состоянии, чтобы вести машину, но шериф отказался в достаточно резкой форме.

Пока мы ехали в участок, я все не могла понять, что случилось ночью, после того как они разбежались. А отвечать на мои вопросы полицейский отказывался. Пришлось ждать допроса. Меня аккуратно проводили в допросную комнату. Выглядела она точно также как в кино: бледно синие стены, в одной из которых было зеркало, но я в отличие от людей могла видеть сквозь него. За стеклом происходила ссора. Сразу четверо сотрудников пытались разубедить шерифа допрашивать меня лично. «Мда! Ничего хорошего мне от такого допроса не светит!» Вдруг в соседнее помещение вошел другой мужчина в форме, и все мгновенно притихли, даже разбушевавшийся шериф.

Я чисто ради интереса заглянула в сущность шерифа. Оказывается и среди полицейских бывают подонки. Его серый центр был окружен сиреневым кольцом характера с множеством синих и фиолетовых крапинок.

— Здравия желаю, товарищ Генерал! — пророкотал шериф, вытянувшись в струнку. Сегодня явно не его день!

— Здравствуйте, шериф! — строгим тоном ответил генерал, — Я собирался к вам несколько позднее, но в силу сложившихся обстоятельств…

— Подозреваемая уже задержана и дожидается в допросной. Но я не думаю, что это дело столь важно… — нахмурившись, проговорил все еще стоящий постойки смирно шериф.

— А я приехал и не по этому делу, но раз уж так вышло… Вы же не будите возражать, если я сам ее допрошу? — спрашивал генерал тоном не терпящим возражений. Шериф же просто кивнул, хотя по нему было видно, что ему эта идея вовсе не нравиться! Но пререкаться с начальством, он явно не смел! Меня это уже радовало! По крайней мере, мне не будут устраивать встряску.

Генерал развернулся и вышел. Шериф же оперся на подоконную доску, пристально смотря на меня гневным взглядом. Создалось впечатление, что он хочет просто сжечь меня до прихода генерала. Это стало интересным. В этот самый момент в комнату вошел генерал.

— Присаживайтесь, девушка! Поговорим? — спокойным тоном предложил он. Я даже, честно говоря, не ожидала такой любезности от бравого военного.

— Конечно, — только и смогла произнести я.

Я обошла стол, стоящий посреди комнаты, и села на один из двух, находящихся друг напротив друга, стульев. Генерал спокойно отодвинул другой стул и сел напротив меня.

— Ну, рассказывайте, что вчера случилось? — начал он.

— Да, я и сама не знаю! А что именно вас интересует? — лукаво начала я, надеясь, что хоть он мне ответит на мои вопросы.

— Меня интересует, куда и зачем ты ходила с Громенами, а главное что произошло дальше!

— Ну, фамилии тех парней я не знаю. Точнее я вообще не знаю кто они такие. Они представились как Вин, Шон и Майкл.

— То есть ты не была с ними знакома? — удивился генерал.

— Нет, конечно! Я с такими типами не общаюсь, — возмутилась я, сразу же пожалев о сказанном.

— Зачем же ты с ними пошла? И с чего это ты сделала о них такой явно негативный вывод, если не была знакома? — чего он добивается?

— Для того чтоб понять кто они много времени не нужно. Они пьяные в хлам ввалились в зал посреди бала и начали приставать к девушкам. А парни настолько их бояться или их отца, — я глянула на шерифа за стеклом. У него глаза налились кровью, а зубы скрежетали. Меня даже передернуло от этого звука. Я вновь повернулась к генералу, — что даже не стали вставать на защиту своих девушек. Неужели я могла просто стоять и смотреть на это? — гневно возмутилась я.

— Если они были тебе так омерзительны, зачем ты позвала их? Ты решила благородно поменяться местами с теми девушками? — ерничал генерал. На чьей он стороне? Шериф его боится, значит, генерал для него опасен. Но допрос он ведет достаточно странно! Или мне это так кажется? Я же не бывала раньше на допросах!

— Я их никуда не звала, они сами ко мне подошли. Я их просто вывела из зала. Вы просто не видели, что там происходило, когда они вошли! Это даже описать невозможно! Я не могла просто так стоять, — возмутилась я.

— Ну, хорошо, допустим! А куда вы направились потом? — его тон снова стал спокойным, интересующимся. Меня стало настораживать такое поведение. Я заглянула в его сущность. И как это я раньше не догадалась этого сделать? Надо это ввести себе в привычку, тогда и проблем лишних не будет.

Темновато–серый центр сущности выдавал его генетическую предрасположенность к преступлениям. Это, конечно же, меня не воодушевляло, но дальше было еще интереснее. Этот центр был, как и у большинства людей, окружен серым цветом, но вот красноватые вкрапления говорили о многом! Я сразу поняла, что этот человек всеми силами сопротивляется своим врожденным качествам, что подняло его в моих глазах как личность сильную!

— Потом они повели меня в лес. Там недалеко есть небольшая отвратительная полянка, на которой стоит избушка, — я предполагала, что последует куча уточняющих вопросов, в чем собственно говоря и не ошиблась. Я максимально спокойно описала ему и поляну, и направление, и саму избушку.

— И что же вы там делали? — уже испуганно интересовался он, — Показать эту поляну сможешь?

— Показать смогу. А на самой поляне они выпили еще одну бутылку спиртного, а потом случилось что–то странное. Они стали махать руками, огрызаться, кричать, драться, от меня открещивались как от черта, а потом и вовсе убежали в разные стороны. А Шон даже в обморок упал, я подошла к нему, хотела помочь, а он подскочил и тоже убежал. Я еще несколько минут простояла на поляне, а потом вернулась в общежитие. Там дорога не сложная, я ее сразу и без проблем запомнила, — рассказывала я, представив это все как их собственные пьяные галлюцинации. А если учесть, что вчера был маскарад, то и вовсе!

— Понятно все с тобой, — задумчиво проговорил генерал.

— А что случилось? Они по–пьяни заблудились? Оно и не мудрено, они же все побежали в разные стороны, при чем во все разные и ни один в направлении дома, — интересовалась я, состроив наивность. Иногда при моей миловидной внешности это проходило, но зачастую принимали за стерву.

— Да, их не могут найти с самого утра. Ты была последней, с кем их видели, поэтому тебе придется здесь задержаться. Мы имеет право задержать тебя на 48 часов до выяснения обстоятельств. Так что… — генерал встал с извиняющимся видом.

В это мимолетное мгновение в моей голове несколько раз успела пролететь его последняя фраза. «Господи, а если они попались все–таки Заку? Малеванов срочно нужно предупредить! Но как?» — начиналась у меня паника. Я поняла, что Малеванам грозит опасность, даже если эти отморозки все живы и здоровы. Поисковые отряды по–любому дойдут до их дома, вот тогда и возникнет тьма вопросов. Надо срочно что–то делать! Но что я могу, пока я здесь?

В голову как назло не приходило ни одной толковой идеи. Сбежать отсюда я могла в любой момент, но это не вариант. После таких поступков мне не только путь сюда будет заказан, но еще и в розыск подадут! А законных вариантов не было, если только парней не найдут. А сама стала сомневаться в каком виде их лучше обнаружить. С одной стороны припугнула я их по полной программе, но они были пьяные и могут списать на пьяные бредни. С другой стороны мне бы не хотелось быть первой подозреваемой в их убийстве, тем более, что я действительно Вину поранила руку, а для шерифа этого будет достаточно, в этом я как–то не сомневаюсь.

В комнату за мной пришел офицер и проводил меня в камеру. Ничего приятного в этом, мягко говоря, не было! Камера оказалась почти полной, причем общей. Здесь сидели и мужчины и женщины. Только один молодой мужчина был трезвым, остальные почти в невменяемом состоянии. Выглядел, кстати, он достаточно прилично: классическая рубашка, брюки, туфли, галстук, только лицо немного разбито. Видимо, за драку. Но разве такое редкость по праздникам? Тем более по всемирным? Он тоже очень внимательно меня осмотрел, но ничего не сказал.

Так прошло несколько часов. Мы сидели тихо, разглядывая друг друга и, по всей видимости, ни тот, ни другой не понимал, за что сюда загремел.

— Кто здесь Мелания Брокчерс? — раздался голос из–за решетки. Я повернулась к офицеру.

— Я! Парней нашли? — воскликнула я. рано радовалась.

— Двоих! В допросную, — достаточно резко пригласил он меня на выход!

— Ты тоже здесь из–за этих уродов? — воскликнул этот молодой мужчина, вскочив на ноги.

— Это не уроды! Это сын и племянники шерифа! А тебе еще за их избиение долго здесь сидеть! — выплюнул в его сторону слова офицер. Я снова заглянула в сущность. Мда! Чего еще можно было ожидать, если он почти весь серо–синий? Я кивнула парню из камеры и вышла. Меня снова привели в допросную, но в этот раз в ней были еще и Шон с Майклом. Оба парня кинулись от меня прочь как от демона. Я ехидно посмеялась внутри себя, а на лице состроила невинность. Сейчас для меня первоочередной задачей было предупреждение Малеванов!

Мое добренькое лицо не обмануло парней, зато генерала, который наблюдал за этой сценой, сильно удивило.

— Ну, вы видите? Они ненормальные! Неужели я такая страшная, что нужно так реагировать? — напущено возмущалась я. Сама же откровенно забавлялась эффектом.

— Мда! Отпустите девушку! — строго проговорил генерал, обращаясь к офицеру, — А этим нужно пригласить психиатра! По–моему они уже допились!

Прямо на пороге генерал меня окликнул. Конечно же, я развернулась к нему лицом. Парни в этот момент тщательно вжимались в два угла. На их лицах был неподдельный испуг, что меня искренне радовало.

— Малания! Вы обещали показать поляну, — спокойно намекнул он, что я все еще не совсем свободна.

— Конечно. Когда вам будет угодно, — спокойно согласилась я, понимая, что в таких ситуациях не отказывают. В душе разгоралась буря. Чем позже я попаду к Малеванам, тем больше вероятность, что поисковый отряд выйдет на них. Но мне не куда было деться. Сначала мне нужно было избавиться от своего преследования, чтоб нечаянно не привести их самой.

— Если вы не против, то прямо сейчас. Только немного подождите! Я сам лично хочу посмотреть эту поляну, — просил генерал. Мне даже показалась эта просьба искренней, но все–таки…

— Хорошо.

Меня тут же вывели. Уже более спокойно меня повели по коридору. В одной из открытых дверей я увидела шерифа. Он буквально лежал на столе, схватившись за голову. На какое–то мимолетное мгновенье мне даже стало жаль его, но это быстро прошло, как только я вспомнила кого он покрывал. И хотя не он совершал все злодеяния, последствия которых я отчетливо видела там, на поляне, он покрывал их, не давал наказанию настигнуть преступника, даже если он сын шерифа!

Возле самого выхода мне выписали пропуск, но настоятельно попросили подождать генерала на скамейке, стоящей прямо за проходной. Я так и поступила. На скамейке кроме меня сидела заплаканная женщина с носовым платочком.

Как же я сейчас пожалела, что отказалась от сотового или хотя бы не взяла их номер. Через полчаса меня уже стала угнетать такая ситуация. На улице уже стемнело, а мы никуда так и не вышли. Как генерал собирается там что–то рассматривать?

В то время, как я задавалась глупыми вопросами, в отделение прибыл психиатр. А буквально через минут десять после влетел полицейский.

— Там в глубине леса первый отряд нашел остатки костра, а третий вышел на дом в лесу. Что делать? — кричал молодой парень, облокотившись на стойку.

— Иди на доклад к генералу. Кстати, а чей это дом? — интересовался дежурный. Меня это тоже очень интересовало, хотя я и так уже поняла чей именно дом они нашли, но надежда еще теплилась.

— Это дом доктора Малевана. Где генерал?

— Я его знаю, это хороший человек. Генерал в допросной, — сказал дежурный, и офицер умчался прочь по коридору. Вся моя надежда рухнула. Они нашли их! Даже голова закружилась.

— Девушка, вам плохо? — испуганным голосом вопрошала женщина, сидящая рядом, — Неужели, не видите, девушке плохо! Дайте ей хотя бы воды? — возмущалась она на дежурного.

— Все нормально! — пробормотала я, возвращаясь в сознание. Еще заботы совершенно чужих мне людей не хватало!

— Изверги! Так замучить ребенка! — продолжала возмущаться женщина, обращаясь к дежурному. Женщина гладила меня по голове и приговаривала, — Тихо, тихо девочка. Тебе нужно поспать!

Возможно она была права. В камере мне было не до сна, а в комнате общежития мне удалось поспать пару часов, хотя обычно этого вполне достаточно! И что со мной твориться? Просто ужас какой–то!

Дежурный подошел со стаканом воды, когда я уже полностью пришла в себя. Но воды я выпила.

— А сколько время? Когда генерал собирается идти в лес? — спросила я. Мне уже так надоело ждать.

— Время уже десятый час. А вот на счет похода в лес ничего не могу сказать! Генерал пока занят, — отвечал дежурный.

— А Вина нашли? Как вообще продвигаются поиски? — стала интересоваться я. Мне не столько было важно узнать судьбу этого отморозка, сколько направление их продвижения вглубь леса. Хотя зачем мне это, если они уже вышли на дом Малеванов. Ну, возможно они проболтаются о количестве проживающих там. Тогда бы я смогла прикинуть нашли они Зака или нет!

— Пока не нашли, но все обвинения с вас генерал снял! Больше я ничего не знаю.

— Стойте! Вин? Это не Вин Громен? — оживилась женщина. В ее глазах загорелась настоящая ненависть. Я даже хотела испугаться такой агрессивной реакции.

— Да, речь о нем. Но вашему сыну это не поможет, — говорил дежурный.

— Так ему и надо! А моего сына все равно отпустят, он ничего противозаконного не совершил, — с явным вызовом проговорила женщина. Я заглянула в ее сущность. Она была невероятно добрым человеком, но сейчас она переживала что–то очень страшное для себя. Чисто случайно я заглянула и в ее здоровье. Мне самой чуть плохо не стало. Ее сердце было настолько изношено и измождено, что могло отказать в любой момент.

— Вы не волнуйтесь так. Вам нельзя! — почти закричала я, вскакивая на ноги, — Не доводите женщину! — возмутилась я на дежурного, который рот открыл от удивления. Еще бы! Еще какие–то пару минут назад мне было плохо, и она защищала, а теперь мы поменялись местами, только вот мне никакая опасность не грозила, а ей…

— Да я и не трогал вас. А сын ее вообще… — негодовал дежурный.

— Мой сын ничего преступного не совершал! — твердо заявила женщина, стоя на ногах, хотя сердце сильно сбило ритм и начало захлебываться. У нее явно начинался криз. Я схватила стакан из рук дежурного, который уже успела ему отдать, и понеслась внутрь. Хорошо, что прямо рядом с входом находилась уборная. Я, не разбирая чья она, влетела в нее даже не обращая внимания вокруг, набрала воды и пустилась обратно на полных парах. Конечно же, я не пролила ни капли и не выронила стакан.

— Пейте! Вам срочно нужно успокоиться! Вы же не хотите, чтоб ваш сын прямо отсюда пошел к вам в больницу? Пейте! — командовала я. женщина под таким давлением быстро выпила стакан и села на скамейку.

— Вам лучше? — наивно спрашивала я, хотя и так видела и слышала, что сердце начинает набирать свой положенный ритм.

— Откуда ты узнала, что мне станет плохо? — удивлялась женщина. А я даже и не обратила внимания, что на момент, когда я прибежала с водой она держалась за сердце.

— Я будущий медик, — максимально лаконично ответила я. видимо ее такой мой ответ не сильно устроил.

— Тогда ты будешь гением! Я обязательно к тебе приду лечиться! — улыбалась она.

— Да! — вставил свое веское слово дежурный.

— Вам желательно прямо сейчас начать лечиться, иначе, когда я доучусь, мне и помочь–то вам будет не чем! — я не хотела ее пугать, но это был лучший способ подвигнуть ее на визит к врачу, — У меня есть знакомый врач, у которого руки просто золотые! Он из вас девочку сделает, еще танцевать с внуками будите!

— Да? Я слышала, что у нас появился хороший доктор, но все никак к нему не соберусь. Некогда мне! Сын у меня в камере, — говорила женщина, чуть ли не со слезами на глазах.

— Ваш сын избил парня! — подал голос дежурный, а и забыла о его присутствии.

— И с каких это пор защита девушки считается преступлением? — возмутилась она.

— Не нервируйте ее, прошу вас! — обратилась с искренней просьбой я к дежурному. Всегда поражалась людям, которые видят, что человеку плохо и продолжают настаивать на своем!

— Ну, вас! Все вы бабы одинаковые! — махнул на нас рукой мужчина и удалился на свое рабочее место. Я села рядом с женщиной на скамейку. Так и прошло около получаса, женщина начала кивать головой, засыпая. Я очень аккуратно положила ее голову на свое плечо. Буквально через минут пять после этого к посту подошел никто иной, как тот молодой мужчина, с которым я сидела в камере.

— Что это значит? — спросил он, подойдя к нам и показывая рукой на спящую женщину на моем плече. Долго думать мне не пришлось. Кого еще могла она ждать из–под ареста, если не его? Он ее сын!

— Она устала, — спокойно ответила я.

— А ты что здесь делаешь? Тебя же уже давно отпустили! Ты должна уже давно сидеть дома и плакаться матери! — как–то странно проговорил он. Тон был не из дружелюбных, но я все–таки заглянула внутрь. Его сущность не сильно отличалась от сущности матери, просто сейчас он был на взводе. Еще бы! Кому понравится просидеть все первое января в камере? В общем, человек был хорошим, даже с обостренным чувством справедливости! Это радовало.

— Меня попросили подождать. Генерал хотел, чтобы я показала путь к поляне! — ответила я. Ну, не чувствовала я от него опасности. И реагировать на его обидные слова тоже не стала.

— Надо ее разбудить. Меня отпустили, и пора домой! — уже более мягко проговорил он, протягивая руки к матери.

— Подождите! А-а… — я не знала, как лучше сказать.

— Что? Что–то случилось, пока меня не было? — испуганным голосом спрашивал он.

— Ну… да! Ей тут стало плохо с сердцем, но все обошлось. Но затягивать ей больше нельзя, сердце сильно изношено и может не выдержать в любой момент, от любого стресса или новости. Ее срочно нужно показать врачу! Слышите? Срочно! Жаль, у меня нет хорошего знакомого кардиохирурга, но в больнице все врачи отличные! — говорила я, а у мужчины челюсть отвисла от удивления.

— Кто ты? С чего такая уверенность и тем более забота? — хмурился он, не понимая меня.

— Я учусь на хирурга и работаю медсестрой в больнице в хирургическом отделении. А на счет заботы… просто у вас отличная мама и вы должны ее беречь. Если бы я знала свою маму, я бы обязательно ее берегла всеми своими силами!

— У тебя нет родителей? — его тон голоса снова изменился. Меня жалели. Что ж, мне не впервой!

— Нет. у меня были приемные родители, но они от меня отказались, да это и не важно сейчас! Отведите ее к врачу в ближайшее время, — как же я сейчас жалела, что не могу еще и лечить людей! Да и Жозен не кардиохирург!

— Джозеф! Спасибо! — он протянул мне руку для пожатия. Я слегка улыбнулась и пожала его большую мужскую руку.

— Мелания! Не за что! — проговорила я и начала очень осторожно будить женщину. Главное было не создать ей новый стресс и не сорвать этим сердце. Я даже не могу описать, что чувствовала в этот момент. С одной стороны я постаралась им помочь насколько могу, а с другой, я ничего и не сделала. Вылечить ее я не могу! Обидно!

Женщина открыла свои серо–голубые глаза и вымученно улыбнулась, увидев перед собой здорового и свободного сына. В этот самый момент к нам подошел генерал.

— Простите, что заставил вас столько ждать, — за его спиной появились еще трое офицеров, одним из которых была женщина. Я тут же заглянула в сущности. За последние двое суток я посмотрела столько сущностей, что голова идет кругом!

Сущности мужчин были средними. Скорее всего, они живут по течению, не идут против других, но и зла не совершают. Таких много. Зато женщина была не сказать, чтобы добрая, скорее строгая, знающая чего хочет. Пробивная такая женщина, хотя по головам ради своей цели не пойдет. Это уже хорошо!

— Все нормально. Но я надеюсь, что вы больше не попросите меня ждать здесь! — строго проговорила я, не намеренная и дальше сидеть в участке, ничего не делая!

— Нет, конечно! Мы идем прямо сейчас! — твердо и беспрекословно ответил генерал.

— Но сейчас полночь, что вы там увидите? И еще это опасно ходить в лес ночью, даже если вы военный генерал! — возмутилась я. и хотя понимала, что это бесполезно, поскольку он уже все решил и не мне его переубеждать, но попробовать стоило!

— У нас есть фонари. И с нами вам не чего бояться! — это еще кто с кем не должен бояться!

— Тогда идем, — скомандовала я. Мне и так уже было понятно, что эта троица тоже с нами. Они же улики собирать будут!

Мы сели в полицейскую машину и доехали до университета, точнее до зала, в котором вчера был бал. Именно оттуда мы вошли в лес. За всю дорогу никто не проронил ни слова. Я точно вела их на поляну. Мое обоняние меня не подвело, через двадцать минут мы были на месте. За сутки здесь ничего не изменилось. Пару минут офицеры были в шоке, осветив все это безобразие фонарем. Видимо, не у одной меня при виде всего этого разыгралась фантазия!

— Ужас! — только и проговорил генерал, — Поехав сюда, я уже знал приблизительно кто эти парни, но это… — видимо, даже он не мог найти подходящих слов!

— Вам еще что–нибудь от меня нужно? — спросила я в надежде сбежать от их пристального наблюдения.

— В принципе нет, но как мы найдем путь назад? Ты уже породи нас и обратно! — просительным тоном говорил генерал, чем сильно меня удивил. Я даже не знала, что ему ответить.

Сбежать не получилось! Так до самого рассвета они ползали по всей поляне, тщательно собирая все малейшие лоскуточки и осколки. Только полностью все собрав, мы отправились в обратный путь. Прямо на кромке леса генерал меня отпустил. Конечно, я сделала вид, что направилась в общежитие, но как только они исчезли поля моего зрения, я бросилась в лес к Малеванам. Я бежала на максимальной для себя в человеческом виде скорости. Уже через минуту я была на месте, но никого в доме не было. Я не слышала ни единого звука. Я осторожно обошла дом кругом, почуяв с другой стороны запахи Греты, Зака и Франчески. Что же случилось в новогоднюю ночь? Что я натворила? Слезы подступили к глазам. Я последовала их следу. Долго бежать не пришлось их след шел прямо к тому месту, где явно был поисковый отряд. Я остановилась, еще раз внимательно проверяя, нет ли их рядом. Но в радиусе трех километров никого не было. Только вот здесь был запах не только вампиров и поискового отряда, но и…Вина и крови. Не просто крови, а крови Вина. Случилось самое худшее!

Даже ноги не смогли меня удержать под тяжестью новости. Я упала прямо на остатки костра. Я точно могла сказать, что в этом пепле горело тело Вина. Я плакала! Конечно, не из–за Вина. Зак сорвался! Зак убил человека. Пусть Вин и был отморозком, но он был человеком!

Я не знаю сколько времени я там просидела, пока не почувствовала приближение. В мою сторону двигался Жозен. Я полтела ему навстречу. Несколько секунд спустя, я вцепилась Жозену в воротник, тряся его и плача.

— Как? Как это могло случиться? — кричала я, а у самой в голове прокручивался весь тот вечер, но главное — момент, когда я запустила свои когти в руку Вину! В тот момент я и не подумала, что такое небольшое количество крови снесет Заку голову!

— Ты уже сама все поняла! — гладил он меня по спине в попытке успокоить. А я буквально повисла на нем.

— Где он? Что с ним? Полиция не нашла его? Больше никто не пострадал? Зачем вы его сожгли? — посыпались из меня вопросы.

— Давай не здесь!

Впервые за все время нашего знакомства с Жозеном я оказалась внутри его дома–замка. Поднявшись по мраморным ступенькам с коваными перилами, моему взору предстала удивительная картина. Резная дубовая дверь открылась, и я вошла в настоящий зал средневековья. Несколько дубовых резных шкафов и стеллажей с различными статуэтками меркли на фоне настоящего персидского ковра начала 15 века, вокруг которого изысканно стояли статуи высотой с человеческий рост. Я даже не сомневалась, что все вещи, статуи и мебель были настоящими! Под всем этим великолепием я даже не обратила внимания на стены, отделанные красным деревом и каменный пол. Потолок был раскрашен под звездное небо, при чем я была готова поверить в то, что стою под открытым звездным небом и рассматриваю все–все созвездия, если бы не огромная кованая и украшенная хрусталем люстра. У меня даже дух перехватило.

— Мела! — окликнул меня Жозен, возвращая в суровую реальность.

— Да? — откликнулась я, — Так что случилось?

— После встречи очередного нового года, мы решили немного прогуляться. Обычно люди в праздники не ходят в лес, тем более ночью, они идут в бары, рестораны, клубы. Поэтому мы даже и подумать не могли, что встретим глубоко в лесу поздно ночью человека. Мы даже ушли–то не так далеко, но вдруг подул ветер и принес его запах. И не просто его запах, а с кровью. Мы сразу поняли, что человек ранен, а Грета и я почувствовали на нем твой запах. Но было поздно. Зак как и следовало ожидать обезумел, почуяв кровь. Я не буду тебе рассказывать, что случилось, ты сама все понимаешь. Мы пытались его оттащить от него, но Зак уже выпил достаточно. Парень все равно бы уже умер от потери крови. Тело мы сожгли, а Женщин и Зака я отправил в Англию. Они должны были пройти водными путями, не встретив людей.

В этот момент рассказ Жозена был прерван телефонным звонком. Я даже подскочила от неожиданности. Жозен лишь прижал указательный палец к губам, призывая к молчанию.

— Жозен Малеван слушает! — поднял он трубку.

— Жозен, мы прибыли благополучно. Людей мы не встречали, — проговорил милый голос в трубке. И хотя сам Жозен стоял в четырех метрах от меня, я прекрасно могла слышать весь его разговор, — Как там дела? Ты нашел Мелу?

— Да. Все нормально. Мела стоит рядом со мной. Как Зак? Успокой его, пожалуйста! Он же убивается из–за случившегося, — отвечал Жозен своей жене. Я узнала ее голос.

— Я постараюсь! Пока милый! Звони, — проговорила она и повесила трубку.

— Ну, вот. Все хорошо. Остались только угрызения совести, но от них никуда не деться. А теперь ты мне расскажи, почему на этом парне был твой запах!


Глава 9

Новая способность

Прошла уже целая неделя с того разговора с Жозеном. Сегодня уже девятое число. У меня начались экзамены, а я не могу думать ни о чем кроме него, кроме Зака. Я просто не могла себе представить, как он мучается, понимая, что убил человека. Это я знаю, кем этот человек был при жизни, а ему это известно только с моих переданных слов. Не думаю, что ему от этого сильно стало легче. Хорошо, хоть Жозен никуда не уехал.

Моей единственной отдушиной была работа. Я прикладывала все свои возможные и не возможные усилия, чтобы отвлечься от мыслей о Заке. Видимо, не сильно получалось, поскольку все, кто меня видел, удивлялись моему убитому виду. На мне действительно лица не было. Как не было и настроения ни разговаривать, ни веселиться, даже группу забросила. Ребята сначала сильно ругались, а потом плюнули.

— Мела, ну тебя просто не узнать! Где наша задорная вокалистка? — спросил как–то Марк.

— Выдохлась ваша вокалистка. Тошно, просто ужас какой–то! — ответила я.

— О-о! Да ты совсем плохая. И кто же этот садист? — посмеивался он.

— Почему садист? — не поняла я.

В последнее время даже юмор доходил до меня с огромным трудом. И это, не говоря о том, что сама я шутить уж пару месяцев как перестала. Сама себя не узнаю! Правильно видно говорят, что любовь меняет все, включая твое собственное мировоззрение. Теперь я понимаю людей, которые ради любимых способны совершать абсолютно безрассудные вещи. Я тоже могу! Только знать бы мне, что такого нужно совершить, чтоб иметь возможность хоть раз с ним увидеться, поговорить, прикоснуться…

— Потому что только настоящий садист может заставлять такую замечательную девушку настолько сильно мучиться, — твердо уверенный в собственной правоте проговорил Марк. Мне не чего было ему ответить, рассказать ему правду я не могла, да и втягивать его в свои проблемы не собиралась!

В этом была еще одна огромная сложность! Я не могла никому из своих друзей ничего рассказать. Возле меня не было никого, с кем бы я могла поделиться своими чувствами, сомнениями и переживаниями. Иногда бывали дни, что вообще не с кем поговорить было.

Вечером я пошла к лесу. И хотя теперь не было надобности нам встречаться здесь, я по привычке приходила. Но сегодня его почему–то не было. Волна ужаса прокатилась по мне с головы до ног.

«Его нет» — только и звучало в моей голове эхом. Сначала меня даже охватил ступор. Но следом возникла паника. Я мгновенно, позабыв о любой тайне, перевоплотилась и бросилась в лес. Я не бежала, я летела к дому Малеванов. Зима. Снег. Голые деревья хлещут по бокам ветвями. Листва шуршит под ногами. Свежий холодный ветер доносит уйму запахов и чувство легкости, свободы и скорости. Весь букет ощущений описать просто невозможно. Это нужно испытать самому!

Перевоплотилась в человека я только на мраморных ступенях. В доме горел свет, как всегда, но что–то все–таки было не так. Я поздно обратила внимание на посторонний запах. Хорошо хоть запах был знаком. Джо!

— Что–то случилось? Привет! — все, что я смогла сказать, влетая в гостиную. Только благодаря быстрой реакции и отличному чувству равновесия я не разбила одну из статуй. Она лишь покачнулась, при этом я даже не задела ее. Легким движение руки статуя стояла на своем положенном месте, как ни в чем не бывало!

— А что должно было случиться? — встал с дубового стула Жозен. И когда это он тут появился? Еще несколько дней назад здесь этого всего не было. В середине комнаты окруженный рядом статуй стоял дубовый резной стол со стульями ручной работы. Ну, да ладно! Это сейчас не столь важно!

— Привет! — немного шокировано поздоровался со мной Джо. Я повернула к нему голову и ощутила себя последней сволочью, заглянув в эти невинные глаза. Какая–то не естественная паника мигом прошла. Я слегка улыбнулась.

— Привет, Джо! Рада тебя видеть! — произнесла я. Джо тоже встал.

— Я тоже рад за вас. Я так понимаю, ты просто переволновалась, и ничего не случилось? — вступил в разговор Жозен, после небольшого молчания. Мы с Джо просто смотрели друг другу в глаза. Между нами что–то проскочило. Всего какое–то мимолетное мгновенье глаза в глаза и в полной тишине, а точно понимаешь, что было что–то! Вопрос остается лишь в том, что именно это было.

— У меня точно ничего не случилось, а у вас? — уже совсем другим тоном и голосом интересовалась я. Видимо, не только я заметила изменение в себе самой! Жозен изящно приподнял бровь, но ничего не сказал.

— Ну, раз уж ты здесь… присаживайтесь! Нам есть о чем поговорить! — очень интеллигентно призвал нас Жозен к беседе. Легким движение руки он указал нам на наши места за столом. Мы молча сели.

— Мела, только прошу, не волнуйся! — только от одной этой просьбы я почуяла неладное. Сердце бешено забилось, а фантазия начала свою мерзкую работу. Еще никогда моя фантазия мне не помогала!

— Я же попросил! Не волнуйся! Ничего не случилось. Просто я хочу быть рядом со своими. Я сегодня уволился, а ночью уезжаю в Англию. Но я буду звонить и позвал тебе Джо.

— Вы сами то подумали? Джо здесь зачем? Чтоб мне не скучно было? Он что вам клоун? — мне вдруг стало так обидно за Джо, который круглыми глазами наблюдал за моей реакцией и возмущением.

— Ну… — протянул Жозен, явно не зная, что мне ответить. А меня просто захлестнули эмоции. Я рванула прочь из дома. В этот раз я даже оборачиваться не стала. Я просто бежала, в никуда! Ноги сами несли меня. Внутри образовалась такая пустота! Как же хотелось ее хоть куда–то выпустить.

Я снова неслась на максимальной скорости, не замечая ничего вокруг. Ноги вынесли меня на тренировочную поляну. Сама не знаю зачем и почему я стала выдергивать и кидать в разные стороны окружающие деревья. Одно дерево полетело на другой край поляны, разбило другое. Дерево треснуло ровно вдоль вертикальной линии. Мгновенье и уже следующее дерево летит на противоположный край поляны. Не помогает!

Сама не заметила, как обернулась и стала бегать по стволам как сломанных, так и еще живых деревьев. Пару кругов и раздался рык! Моя боль начала выходить на волю! Я бегала, ломала деревья и рычала до изнеможения. Мой рык отражался от всего, деревьев, снега. Я выпускала свои эмоции на свободу! Наконец, когда у меня больше не было сил, я добрела до середины поляны и рухнула на снег. Я знала, что никогда не замерзну, кошачья шкура и мех никогда этого не позволят. Я просто лежала. Не было сил даже скулить. Я расслабилась и закрыла глаза. Некоторое время спустя, я поняла, что уже не кошка. Я перевернулась на спину и, раскинув руки в стороны, подняла глаза к небу. В голове сама по себе зазвучала музыка. Я лежала и наслаждалась своим спокойствием. Теперь я точно ни чего не чувствовала. Мне ничего не хотелось!

Безмятежность — это именно то, что я чувствовала в то недолгое время! Можно даже сказать, что мне было хорошо. Вот что такое единение с природой!

— Ты уже успокоилась? — спросил Жозен, который уже давно был здесь. Просто я не хотела его замечать.

— Да, — лаконично ответила я.

— Если ты сядешь, мы сможем встретить рассвет, — усмехнулся Жозен. Я действительно поднялась. Теперь я уже не нуждалась в бешеной скорости оборотня. Я села с человеческой скоростью. Жозен присел рядом.

— Вы простите меня за такое поведение! Я все поняла. Я не имею права задерживать вас здесь. Вы хотя бы звоните, — проговорила я. Вдруг стало так грустно, прямо разрыдаться захотелось. Сколько же мне еще ждать? Сколько еще времени я буду одна?

— Это ты прости меня! Если ты захочешь, я останусь. Я не подумал, что тебе настолько тяжело. У тебя же никого нет, кроме нас, — произнес он, слегка касаясь моей спины, будто стараясь успокоить. Его последняя фраза в комплекте с поглаживаниями сильно удивили меня, хотя он был прав! У меня были только Малеваны и Джо. Больше ни с кем я не могла ничем поделиться!

— Ты мне уже как дочь, хотя ей и не можешь быть. Мы любим тебя! Честно! — говорил он. Я повернулась к нему лицом. Слезы подступили к глазам. Не было ни сил ни желания больше скрывать их, строить из себя сильную волевую девушку. Я обняла его и начала плакать прямо у него на плече. Он же только гладил меня по голове, приговаривая «поплачь, поплачь, может быть станет легче»! Я плакала всего минут пятнадцать, но намочить ему джемпер успела. Я поднялась с плеча и заглянула его бездонные черные как ночь глаза.

— Мы пропустили рассвет! — спокойно проговорил он, будто я и не рыдала тут. Я смахнула рукой последние слезы с щек и слегка улыбнулась. Мне действительно стало легче. И хотя он не совсем похож на отца, он мне реально стал очень близок.

— Сколько еще рассветов будет в нашей жизни! Еще успеем! — уверенно проговорила я, подмигивая ему. Жозен улыбнулся мне во все свои ровные и белые зубы. Мгновенье и мы уже оба хохочем!

— Я смотрю вам очень весело! Может быть, я вам уже и не нужен? — как–то обиженно проговорил Джо. Жаль, что он ничего не видел, поскольку только что подошел.

Мое настроение намного улучшилось. Я подскочила и бросилась к нему обниматься. Джо откровенно опешил. Да и сама я удивилась своей резкой перемене настроения.

— Я рада тебя видеть! Прости за мое поведение, просто столько навалилось… Что же ты так долго не объявлялся? — говорила я, отстраняясь.

— Ты меня не звала. Тем более я думал, что ты на меня обиделась! — понемногу стал он отходить от шока, вновь обретая дар речи. Я усмехнулась его словам.

— Я нисколечко на тебя не обиделась, просто хотела расставить все точки над «И». Но ты все равно остаешься моим любимым и единственным другом из оборотней! — твердо заявила я, отступая еще на пару шагов. Радость радостью, а дистанцию держать все–таки нужно!

— Только из–за того, что я единственный из оборотней? — нахмурился Джо, хотя было видно, что это напущенная обида, не настоящая.

— Глупенький! Таких как ты больше нет, и не будет! Ты уникален! И ты мой друг, а я этим горжусь! — посмеивалась я. Смех был не издевательский, а добрый дружеский.

— Да? — спросил он с выражением лица обиженного ребенка. Я же от этой гримасы только шире улыбнулась. Сама не заметив, а точнее не придав этому значения, я открыла свои чуть удлиненные клыки. Чисто случайно я оказалась повернута к нему в наиболее выгодном положении. Конечно, глаза Джо вновь округлились, неизбежно натолкнувшись на них.

— Мела! У тебя клыки? — воскликнул он. Тут же, неизвестно откуда, прямо рядом с Джо оказался Жозен. Он тоже решил разглядеть мои клыки, так сильно удивившие Джо, но я уже закрыла рот от греха подальше!

— Что это? — снова воскликнул Джо.

— Что? Ну, зубы! Ну и что? — проговорила я, прекрасно понимая, что удлиненных клыков у оборотней нет. Я уже это знала точно, поскольку специально смотрела. Нет, я конечно не заглядывала им в рот и не просила специально открыть его. Просто и при обычном разговоре почти всегда можно заметить, если внимательно смотреть, удлиненны клыки или нет!

— Мела, а не могла бы ты мне показать свои клыки? — очень интеллигентно попросил Жозен. А у меня было какое–то неприятное предчувствие. Я мгновенье не могла понять от чего, но в следующий же миг поняла. Меня охватил откровенный страх!

— Жозен у нас гости! При чем не один и даже не два! Четверо! — тихо и очень осторожно проговорила я.

— Как далеко они? — все, что спросил Жозен. Джо начал превращаться. И вот уже секунду спустя рядом с Жозеном стоял койот, который тщательно принюхивался, но видимо ничего не чувствовал!

— Джо успокойся! Мела чувствует намного дальше как нас, так и вас! — проговорил Жозен, поднимая правую руку в его сторону.

— Километра три–четыре, но они бегут… и, скорее всего не сюда, а к вам Жозен! — проговорила я.

— Кто они? Наши или шпионы? — максимально краткие вопросы, причем на вампирской скорости, так что весь разговор занял буквально пару секунд! Но и этого времени было достаточно! Наши противники приближались!

— НЕ НАШИ! — проговорила я, превращаясь. Я откровенно готовилась к бою. Чего могли хотеть четверо вампиров–номенту? Не дружеский же это визит?

— Мела! О тебе они вообще еще ничего не знают! И идут ко мне в дом, значит явно не для боя, иначе шли бы по следу! Они хотят поговорить и я предполагаю о чем. Вопрос только в том, зачем их столько! — Жозен поднял руки.

— Вы хотите меня скрыть? Я же не тайное оружие, которое нужно тщательно прятать! Тем более вы мне как отец, я никуда не уйду! — возмутилась я. но мы теряли время. Судя по морде Джо, даже он уже их чувствовал. Это плохо!

— Ты должна! Ты пахнешь человеком, не забывай! — продолжал настаивать Жозен, — Ты тоже должен уйти, а лучше вместе, так я хоть буду знать, что вы в полной безопасности, — он снова повернулся ко мне лицом, — Пожалуйста, Мела! — уже умоляющим тоном добавил он.

— Хорошо, только через полчаса мы вновь будем здесь! Этого времени хватит и на разговор и на… — я не стала продолжать, лишь махнула головой Джо. Мы понеслись в противоположном направлении от вампиров, приближающихся к дому Малеванов. Я сомневалась, что поступила правильно, оставив его там одного с четырьмя вампирами, которые по силе явно его сильнее. Что он сможет им противопоставить, если что? Единственное, что я могла сделать в этой ситуации, так это остаться на максимальном расстоянии для своих способностей и хоть как–то отслеживать происходящее. Но я очень боялась, что этого может быть мало! Странное гложущее чувство съедало меня изнутри, не давая хладнокровно мыслить. Это дрянное предчувствие у меня уже было и как помнится, не подвело! Ох, не нравится мне это!!!

Расстояние было достигнуто. Я резко остановилась как вкопанная. Джо же по инерции еще метров пятьсот пролетел дальше, но тут же вернулся. Он встал рядом со мной и стал вновь превращаться.

— Зря! Лучше останься койотом! На всякий пожарный! — твердо проговорила я скорее приказным тоном, чем просительным. Но Джо успел стать человеком.

— Что ты делаешь? — все, что он успел сказать.

— Я буду отслеживать их действия. И если что, мы побежим обратно! Я не позволю им убить Жозена! — почти прорычала я, поскольку они встретились. Я настолько сильно напряглась, что даже слышала их голоса, хоть и не совсем отчетливо, но интонация была вполне понятна. Этого мне вполне хватит!

Джо все понял. Он вновь обратился в зверя и насторожился! Он явно тоже был готов к драке. А у меня мурашки шли по коже. Такого напряжения у меня еще не было! Я чувствовала малейшее изменение их положения в пространстве по запаху и голосу. Видеть на таком расстоянии я не могла. Но и остального мне было достаточно.

Вот они подошли. Скорее всего, пока здороваются, обмениваются любезностями. Вот интонация немного сменилась, как и положение. Теперь эти четверо встали полукругом относительно Жозена. Выбирают наилучшую боевую позицию! Сволочи! У меня больше не было никаких для них определений!

Я превратилась. Джо тоже сильно напрягся. Видимо, он понял мое мнение по поводу их мирного разговора! Он даже чуть пригнулся, готовясь к рывку! У меня же возникло ощущение, что от моего напряжения моя кожа просто–напросто сейчас лопнет! Я постаралась еще сильнее напрячься, а вместо этого произошло нечто странное.

Все мои ощущения перенеслись в пространстве, будто мои глаза, уши и нос оторвались от тела и улетели туда, куда мне надо. Я даже дуновение ветра возле них ощущала. Такого я никак не ожидала. И конечно, вместо того, чтобы слушать и смотреть за происходящими там событиями, я по инерции стала осматривать себя. Странности не закончились. Я себя не видела, но полностью ощущала свое присутствие рядом с ними. Только полностью себя рассмотрев, я подняла на них свои глаза, если в моем положении можно так сказать. Их я видела настолько отчетливо, будто действительно стояла рядом.

Вообще на поляне стояли четверо одновременно и разных и похожих вампиров. Похожи они были, конечно же, своей нечеловеческой красотой, буквально алыми глазами, статностью фигур и важными выражениями лиц, будто они короли. При этом всем все четверо были мужчины и достаточно молодые.

— Жозен! Ну, кто–то же здесь убил парня? — задал один из них риторический вопрос. Он стоял почти напротив него по правой стороне. На вид этому мужчине было не более 33. Его пепельные волосы красиво лежали на плечах, а узкие красные щелки вместо глаз так и ждали от Жозена ошибки. Из присутствующих он был самый высокий, хотя они все были не маленького роста. А во всем теле двигался только рот. В остальном, он был натуральной мраморной статуей, как любая из тех, что стоят в гостиной дома Малеванов. Видимо, он был из них главным.

С края по правую руку от Жозена стоял мужчина лет 28–30, сколько ему было в реальности, можно было только догадываться. Его длинные темно–каштановые волосы ровной гладью свисали по спине почти до самой талии. Сложенные на груди руки не были поводом для боя, но все–таки настораживали. Неужели, он настолько спокоен и силен, что может себе позволить такую позу? Этот был вторым по росту и самым тощим. Вообще смешной вид у него! Но внешность обманчива — этого никогда не стоит забывать!

С другого края стоял самый крупный из вампиров. Его зализанные назад русые волосы нервировали, создавая впечатление смазанной лысины. Зато его крепко сжатые кулаки стирали все сомнения по поводу их появления. Я даже по инерции сделала шаг в его сторону, но вспомнила, что меня фактически здесь и нет. В итоге я стояла посередине!

Последний из них выглядел таким скучающим. Он ни капли не волновался. Ему, по–моему, было абсолютно все равно, что будет дальше! «Хорошо, мы оставим тебя на закуску!» — подумала я. Этот был самого маленького роста, но не размера. Хотя впечатление крутого бойца все равно не создавал!

— Я понятия не имею, кто это мог быть! Разве мало в мире, таких как вы? Вы же в большинстве своем не живете на одном месте… — многозначительно ответил им Жозен. Более корректно намекнуть на кого–то из них просто было невозможно!

— Ты намекаешь, что это мы? — заревел громила, сделав шаг навстречу Жозену. Я интуитивно сделала тоже самое в его сторону. Вдруг…я коснулась кого–то. Я мгновенно повернула голову. Прямо на меня круглыми глазами смотрел Жозен, явно не понимая, с кем столкнулся.

«Мда, девочка! Чуть сама себя не выдала!» — подумала я, отходя немного в сторону.

— Что случилось? Что ты увидел? — грозно спросил главный. Все четыре пары красных глаз злобно уставились на Жозена. Теперь ему действительно не чего было ответить! Теперь и на его лице был написан испуг! Времени думать не было. Даже все мои мурашки пробежали менее чем за долю секунды!

Я глубоко вздохнула, сделала шаг назад и закрыла глаза, готовясь к возвращению в свое тело. Но ничего не произошло. Вся четверка уже пригнулась… вот теперь уже была не просто готовность к бою, а настоящее нападение. Но что же делать? Почему я не возвращаюсь? Моя мгновенная паника вдруг сменилась огромной злостью на себя саму. Это же надо так подвести Жозена!!! Его же сейчас порвут на куски прямо на моих глазах!!!

Грозный низкий рык вырвался из моей груди. Толчок, будто меня резко засосало в ураган. И вот я уже рычу в собственном теле. Не было времени давать Джо команду. Он все и так прекрасно понял, только успеет ли он? Я рванула с места. От момента возвращения в тело и рывка на помощь прошло не более сотой доли секунды. И вот я уже лечу сквозь лес с такой скоростью, что Джо давно потерялся где–то сзади. Пару секунд и я вылетаю на поляну.

На поляне выполняется смертельный танец. Жозен, пригнувшись почти до половины собственного тела, отступал назад как загнанный зверь! Его глаза были полны страха, бегая от одного противника к другому. Четверка же мерзко улыбалась. Точнее нападать стали только двое. «Главный» и «скучающий» остались спокойно стоять в стороне, наблюдая за разворачивающимся шоу!

«То есть вы даже мараться не хотите? Считаете себя выше этого? Ну, так я вам покажу, где раки зимуют!» — говорила я про себя.

Оставшаяся парочка, включая громилу, тоже пригнулась, приняв нападающую позу. Еще менее мгновенья и прямо из леса, спокойного на вид, вылетаю я, мгновенно отрывая голову громиле, которого посчитала наиболее опасным в данной ситуации. Волосатый же не растерялся в отличие от главных и запустил свои достаточно сильные руки мне в ребра. Послышался хруст, небольшая боль и не более! Я схватила его шею хвостом, сворачивая шею! Чуть повернувшись вполоборота, я столкнулась прямо лицом к лицу с главным. Его намерения были просты до безобразия. Он старался меня укусить. В этот момент Жозен сбил его с намеченного пути прямо в воздухе, когда ему до моего тела оставалось всего ничего, пару сантиметров. Вампир упал на землю, но мгновенно поднялся. В его алых глазах четко читалось огромное удивление. Он пару раз переглянулся между нами, собирая данные события воедино.

Сзади раздался рык. Из–за деревьев вылетел койот, сразу бросаясь на «скучающего», но тот оказался не промах. Он отпрыгнул в сторону и Джо врезался в дерево. «Скучающий» крутанулся в воздухе и запрыгнул Джо на спину. Треск. Низкий вампирский рык. Жозен успевает на подмогу, сбивая вампира со спины койота.

Посчитав, что теперь они точно справятся сами, я поворачиваюсь к главному, а его нет. мгновенно поняв, что он трусливо сбегает, меня накрывает волна азарта. «Ну, давай, кто быстрее!» — посмеялась я внутри себя, издавая свой игривый рык. Я прекрасно знала куда он побежал и просто летела по его следу. Надломанные ребра уже успели зажить, поэтому и не мешали бегу, хотя значительно снижали скорость. Но он против меня не бегун!!!

Еще секунда и я его спокойно перепрыгиваю, чтоб заглянуть в его глаза! Смерти надо уметь смотреть в глаза! Я оскалилась в предвкушении. Еще один низкий рык вырвался из моего горла. Он ответил мне тем же. Теперь уже мы начали смертельный танец. Мне вдруг захотелось с ним поиграть.

Я шаг вправо, он три шага влево. Конечно, мои шаги больше его, я же кошка! Надо будет запомнить, чтоб больше так не делала! Я превратилась в человека. Вампир откровенно опешил на какое–то короткое мгновенье, а потом, пробежав по мне оценивающим взглядом с головы до ног, ухмыльнулся.

— Зря, ты девочка это сделала! — промурлыкал он, — В таком виде ты мало, чем отличаешься от простого человека! Или твои учителя и соратники не рассказали маленькой и глупенькой оборотнице этого? — он явно чувствовал свою победу, поскольку даже языком стал водить по верхним зубам. Именно в этот момент я заметила выдвигающиеся клыки. Они были немногим больше моих.

Меня обдало ледяной волной паники. Но этого же не может быть? Я же оборотень!!!

Я выбрала не совсем удачный момент для сомнений о собственной принадлежности! Он мгновенно воспользовался моей не уверенностью. Менее доли секунды и его руки в полусантиметре от моей шеи. Все, что я успела сделать, так это мгновенно вырастить когти и легким взмахом правой руки, отсечь его обе. Вампир взвыл. Отсеченные по самые локти части рук полетели мне за спину. Прямо передо мною в дерево, стоявшее у него за спиной, врезался вампир. Он явно не понимал, что происходит. У меня же просто пропало настроение играть. Насколько быстро оно возникло, настолько же резко и пропало!

Я устало улыбнулась, тоже показывая все свои зубы, а в особенности удлиненные клыки. Его глаза сначала округлились, потом стали багроветь, будто наливаться кровью.

— Не может быть!!! — взревел он, пока его же собственные руки очень медленно подползали к нему. Вампир снова вскочил на ноги, но я оказалась быстрее. Один взмах руки наотмашь и уже обезглавленное тело падает к моим ногам.

А во мне возникло ужасное подозрение. Но я даже подумать, как следует, не успела, как за спиной возник Жозен.

— Ты молодец! Он был самым сильным из всей четверки, хотя и не самым сильным из вампиров, — проговорил Жозен, но голос его был далеко не веселый!

— Что с Джо? Он ранен? — вспомнила я. Ужас! Мое чувство азарта затмило все! Кто я после этого?

Жозен просто кивнул. Мне не нужны были лишние объяснения. Я рванула на поляну, к нему! Изо всех своих сил.


Три дня я сидела у постели Джо в какой–то близлежащей деревне, где нас никто не знал и не мог искать. Ночью, когда мы сюда прибыли, я чуть сума не сошла от голода. Мой звериный голод вновь взял верх. Я боролась с ним насколько могла, пока Джо не уснул. Здесь в глухом лесу я нашла всего пару лис. И хотя желудок еще требовал продолжения банкета, я решила остановиться. С этим вообще надо что–то решать! Я очень сомневаюсь, что остальные оборотни также дико и необузданно требуют сырого мяса!

Жозен все эти три дня заметал следы нашего пребывания. Мне даже сделал на неделю справку о заболевании, чтоб я имела возможность после выздоровления Джо спокойно вернуться к учебе. Но теперь я не совсем была уверенна, что она мне нужна. Когда мои близкие в смертельной опасности, смогу ли я учиться? Ответ был очевиден! Но как об этом сказать Жозену я не знала и пока не стала торопиться.

Жозен считал, что, несмотря на случившееся, я могу продолжать жить здесь, поскольку пахну человеком больше, чем кем–либо другим. О своих вновь вспыхнувших сомнениях я тоже пока умолчала. Главное сейчас для меня было — здоровье Джо!

Джо повезло, что пострадал не позвоночник, но и от этого не легче. Вампир сломал ему почти все ребра и не в одном месте. А некоторыми проткнул печень и легкое. Так что легко отделаться не получилось.

Жозен мне объяснил, что если бы были сломаны только ребра. Выздоровление было бы намного быстрее. Так уж сложилось, что кости у оборотней срастаются быстрее всего, но при этом в последнюю очередь. Поэтому он сначала восстанавливал печень и легкие, которые являются жизненно важными органами, а только потом принялся за кости.

Джо, конечно же, ругался моему присутствию и заботу, но я пропускала все его возмущения мимо ушей. Я варила ему каши, поскольку в таком состоянии ему можно есть только жидкую пищу. Я переворачивала его с бока на бок, чтобы тело не затекало. К концу третьего дня Джо уже поднял на ноги. А буквально через полчаса вернулся Жозен.

— Привет, ребята! Джо, ты уже здоров? Как себя чувствуешь? — весело интересовался Жозен.

— Привет! Да, я уже в полном порядке. Видишь? — проговорил Джо, подпрыгивая.

— Вижу, но я бы на твоем месте этого не делал! Ну, по крайней мере, только на утро, не сейчас! — успокаивал он радостного Джо, — Я смотрю, ты прекрасно его откормила, — посмеивался Жозен.

— Нормально! Жозен, у меня есть к тебе разговор, — решилась я поговорить с ним. Сколько мужества мне для этого потребовалось, только Богу известно.

— Я тебя слушаю! — насторожился он, прищурившись. Ранее я никогда так официально не начинала разговор.

— Я решила уйти из университета. Потом можно будет вернуться, если я заберу документы по собственному желанию. А сейчас есть более важные вещи, — я искоса посмотрела на Джо, который явно не ожидал такого разговора. Жозен же явно был уже готов к такому исходу.

— Я так и думал. Мала, я решаю этот вопрос. Ты же знаешь, что тебе очень опасно жить рядом с вампирами. Дай мне время! — каким–то странным тоном просил Жозен.

— Вы что–то задумали! И не отпирайтесь! Что? — возмутилась я, поняв, что от меня что–то скрывают.

— Завтра, все завтра! — проговорил Жозен и спешно удалился. Мы с Джо переглянулись, пожимая плечами. Ни один из нас не знал чего от него ожидать.

— Да не волнуйся ты так! Жозен плохого не придумает! Просто решил все окончательно решить. Он так всегда. Он даже свои идеи штабу не рассказывает, всегда точно во всем разберется, убедиться, и только потом рассказывает! — принялся защищать его Джо. Я от него такого не ожидала.

— А с каких это пор ты так яростно защищаешь вампира? — высказала я свое удивление. Джо аж в лице переменился.

— Просто он правильный мужик вот и все. Знаешь, некоторые оборотни тоже не ангелы! — злобно высказался он, чем только еще сильнее удивил меня.

— Правильный мужик говоришь? А как же разговоры про неживых и все подобное? — не отставала я. Ох, зря он завел эту тему! Ведь мы оба прекрасно знаем, что у нас противоположные взгляды на отношения оборотней и вампиров.

— Я это говорил о любовных связях между вампирами и оборотнями, а не об отношениях вообще! А на счет обычного общения и принятия решений тем более, я нисколько не против вампиров. Ты думаешь, что все оборотни присоединились к вампирам–номенту? Как бы не так! Много оборотней остались на своих позициях. Так что в этой войне не две стороны, а три! И хотя третья не столь многочисленная, как остальные, она не менее опасна, поскольку теперь убивает не только вампиров всех и без исключения, но и оборотней, присоединившихся к ним! Так что оборотням тоже можно доверять не всем! — яростно рассказывал Джо. В его голосе была явная личная обида. Неужели, кто–то из оборотней противников уже пытался его убить? Неужели…

— Джо, а… такие стычки уже были? Ну, одних оборотней с другими? Ведь эта армия собирается не так давно? — решила более осторожно интересоваться. Мало ли, что у него могло случиться, что он так обижен!

— Да, наша армия собирается не так давно, но уже успела наделать много шума среди оборотней. Мнения как ты понимаешь, разделились. Некоторые перешли целыми кланами, некоторые разделились, но были и те, которые полностью остались при своем мнении!

— А твой клан? — осторожно интересовалась я. Что–то здесь не чисто!

— Я не хочу об этом говорить! Ты прости, но возможно я расскажу тебе это позже!

На этом наш разговор был окончен.

Единственным минусом такого ухода за больным было наличие всего одной комнаты и кухни. Но это дом лесничего, поэтому здесь и не должно быть большего. И хотя я ни разу за эти дни не жаловалась, сегодня было наиболее не комфортно, поскольку теперь Джо свободно передвигался по домику. Мне пришлось дождаться, когда Джо заснет, причем крепко, и только после этого лечь самой.

Утро выдалось отличным! Солнце отражалось от снега и слепило глаза, но это было точно лучше проливного дождя. Прямо с утра к нам вернулся Жозен.

— Доброе утро! Ты готова? — спросил он прямо с порога. Я еще до конца даже проснуться не успела, не было как–то в этом надобности.

— К чему готова? — не поняла я. видимо, что–то важное, раз Жозен сразу перешел к делу.

— Мы еще даже не завтракали! — возмутился Джо.

— Ты знаешь, что он затеял? — усомнилась я.

— Нет! Джо ничего не знает. Да ему и не очень понравиться такая затея! Это точно! — спокойно ответил Жозен.

— Что? Не понравиться? Вы решили снова пустить ее в бой? — вдруг закричал Джо.

— Нет. Ни в коем случае! У вас и так было боевое крещение, которое Мела прошла с полным успехом, а тебе Джо не столь повезло!

— Тогда, что мне может точно не понравиться? — продолжал возмущаться Джо.

— Я не могу тебе этого пока сказать. Это подарок для Мелы! Кстати, с днем рожденья! — как–то лукаво улыбнулся Жозен. Интересно, что может точно не понравиться Джо и совершенно наоборот мне? В голову пришло только одно. Видимо моя догадка отразилась на лице!

— Неужели… — в горле пересохло. Я больше не могла ничего сказать. К глазам подступили слезы. Я смотрела на Жозена и ждала.

— А ты догадливая! Да, Мела. Пойдем! — позвал он меня, подмигнув нахмурившемуся Джо. Естественно, что Джо ничего не понимал. Он же не знал о моих чувствах к новообращенному вампиру!

Без лишних слов и объяснений мы побежали, причем я даже перевоплощаться не стала. Я бежала и почти плакала. Я сама не верила своему счастью! Неужели, я дождалась встречи с ним? Наконец–то, это произойдет! Мне хотелось бежать еще быстрее, но Жозен не мог. Мне приходилось сбавлять скорость, чтобы не прибежать раньше его. И вот Жозен остановился. Я немного пролетела дальше, но тут же вернулась к нему.

— Мела, я должен буду тебя предупредить, что ваша встреча будет только в нашем общем присутствии и на достаточном расстоянии. Мы еще боимся за твою безопасность, хотя и считаем, что Зак уже готов. Ты готова еще немного потерпеть? — заботливо интересовался Жозен, а у меня внутри все горело в предвкушении встречи.

— Сколько? — только и смогла спросить я.

— Вообще посмотрим по его состоянию. Но точно не по часу и не один день уйдет на все это! — теперь тон был явно извиняющимся. А спрашивается за что?

— Все нормально! Я столько времени была от него вдали, что пару недель вытерплю запросто! — мне поскорее хотелось увидеть его. Поговорить можно и позже!

— Ладно–ладно! Вижу тебе не терпеться, но учти все, что я ни скажу говорить беспрекословно! Скажу убегать, побежишь, скажу не дышать, задержишь дыхание! Договорились? — теперь все это было сказано очень даже строго! Я кивнула. Что здесь может быть не понятного?

Мы побежали. Жозен по–прежнему был впереди. А мне казалось, что время будто специально тянется. Вроде бы и бежим мы не медленно, но все–таки!!! Правду говорят, что последние секунды до желаемого самые мучительные и долгие! Вот еще мгновенье и моему взору открывается вид на небольшой каменный дом неизвестно какого века постройки. Вокруг него практически нет места.

— Ты уже его видишь? — спокойно спросил Жозен.

— Зака? Нет! А домик вижу, но там же совсем нет места? — высказала я свое удивление. Нет, я все понимаю. Вампиры плохим зрением не страдают, но встреча в лесу…

— Хорошо. Свободное пространство есть за домом с другой стороны, — довольным тоном ответил мне Жозен.

— Оббегаем? — в нетерпении спрашивала я. Жозен усмехнулся и кивнул. Мы вновь побежали, только теперь я постоянно с правой стороны от себя видела заветный домик. Мне даже показалось, что меня потряхивать начало. Наконец, мы остановились.

Жозен остановился по правую от меня руку. Ровно напротив меня возник Зак. По левую руку от него стояла Франческа. Где–то боковым зрением и чутьем я поняла, что и Грета, где–то здесь не так далеко. Но это было уже не важно. Главное — Зак был здесь. До него было всего пятьсот метров. Черные глаз светились и лучились, смотря на меня с тем же желанием и рвением, что и мои колдовские глаза. Из моих зеленых глаз тихо потекли слезы счастья. Прямо напротив меня стоял мой любимый, и больше мне ничего в жизни не надо было! Его бледное лицо осветила натянутая улыбка. Я знала насколько ему тяжело сейчас, поэтому вся его натянутость меня не обижала, а даже наоборот радовала. Это значило, что он хочет мне улыбнуться, но никак не может, хотя и борется с собой. Большего, я от него и не ожидала.

Вот так мы и стояли друг напротив друга. Я плакала, а он пытался улыбнуться. Я же возвращала ему улыбку в полном формате. Во мне все порхало от счастья, только взлететь не могло. Оковы на крыльях моего счастья никак не падали, но и это было не важно! Как же мне хотелось к нему прикоснуться. Вот всего несколько сотен метров и его нежное и такое любимое лицо в моих руках.

— Мела! — донесся до меня крик Жозена. Я повернула к нему голову. Оказалось, что он удерживает меня обоими руками, хотя мы всего на пару шагов отодвинулись. Только сейчас я поняла, что это не Зак, а я не выдержала такого напряжения. Это я пошла к нему навстречу. В одно мгновенье я взглянула на Зака, но его уже уводила Франческа. Видимо не только мне захотелось прикоснуться!

Я сглотнула ком, застрявший в горле от радости переполнявшей меня и не возможности приблизиться к нему. Жозен стал разворачивать меня. Мне же ужасно не хотелось уходить, но я обещала. Я приложила все свои усилия, чтобы сдвинуться с места и отвести свои заплаканные глаза от домика, в котором только что скрылся мой любимый и долгожданный. Только сейчас я поняла, насколько долгими будут эти дни ожидания и насколько будут короткими встречи и мгновенья счастья!

Мы вновь побежали. Только теперь Жозен бежал позади меня. И я его прекрасно понимала. Что мне мешало развернуться? А он должен был все контролировать.

Каждый новый шаг в сторону от него отдавался у меня в сердце ужасной болью, будто все большее и большее количество острейших ножей втыкалось в него с бешеной скоростью! Хотя и смягчался новым ожиданием встречи. Ведь эта была всего лишь первой, а сколько их еще будет?

Когда боль стала практически не выносимой, я обратилась и полетела с максимальной для себя скоростью! Мне не было важно куда и зачем. Главное бежать! Скорость всегда уносила многие мои печали. Но природа оборотня поступила со мной еще более жестоко. Оказалось, что я бежала по собственному следу, сама того не понимая! В итоге я прибежала назад к избушке, в которой выхаживала Джо. По запаху я точно определила, что он по–прежнему там. Мне не хотелось с ним ни о чем разговаривать. Я просто влетела в комнату и рухнула на кровать. Слезы из меня полились рекой. Остановить их было просто невозможно!

Я просто ревела минут пятнадцать, пока не прибежал Жозен. Он вывел из комнаты Джо, который последние пять минут только и делал, что тряс меня с криками «Мела, что с тобой? Кто тебя обидел?». В его голосе было столько паники, столько заботы, что мне самой тало его жалко. Но я все равно не могла произнести ни слова.

— Джо, оставь нас, пожалуйста! — спокойно попросил Жозен.

— Нет! что вы с ней сделали? Вас не было каких–то полчаса, а она вернулась в таком состоянии! Это что должно было случиться, чтоб довести ее так? — возмущался Джо.

— Джо, я думаю, что если Мела пожелает, она сама тебе все рассказывать. А я не в праве раскрывать ее личные переживания! Просто оставь нас! — спокойно настаивал на своем Жозен. И когда он так просит, отказать ему было просто не возможно! Джо, продолжая возмущаться, покорно вышел за дверь, правда его слух позволял слышать весь наш разговор. Хотя какая, собственно говоря, разница? Все равно придется все ему объяснить. Боюсь, что не только не поймет меня, но и возненавидит!

— Мела, ты можешь успокоиться? Я и не подозревал, что для тебя эта встреча будет тяжелее, чем для Зака. Его мы все–таки готовили. Он знал, что его ожидает! — начал Жозен. Он присел на самый край моей кровати и стал слегка касаясь гладить меня по волосам. Его действия были такими нежными и заботливыми, что вместо того, чтобы прекратить лить слезы, я только сильнее разрыдалась. Все внутри и болело и ликовало одновременно! Я вообще в последнее время перестала понимать, что со мной происходит!

— Мела, ну, хватит уже! Ничего же страшного не случилось. Все прошло даже лучше, чем мы предполагали! — продолжал он. Я глубоко вздохнула в попытке взять себя в руки и села.

— Ну, вот и прекрасно! Как ты себя чувствуешь? — улыбнулся он, пока утирала слезы.

— Паршиво! — ответила я правду.

— Почему? Я думал, что ты только этого и ждала, — удивился Жозен. Видимо, он искренне не понимал моего разбитого состояния.

— Будто маленькому ребенку показали заветную игрушку, покрутили перед носом и снова убрали в коробку, даже не дав подержать в руках! Как я должна чувствовать себя после этого? — задала я риторический вопрос.

— Понимаю, но я не обещал легкого пути! А вообще у меня к тебе есть вопрос и не по поводу Зака. У меня как–то не хватило времени просить об этом раньше! — создалось впечатление, что он обыкновенно стесняется. Но почему?

— Спрашивайте! — твердо сказала я, прямо садясь перед ним, готова к любым каверзным вопросам.

— Знаешь, когда я был там, на поляне с той четверкой, у меня было ощущение, что ты там тоже была, хотя я тебя не видел и не чувствовал, — начал он.

— А-а, понятно! Я действительно там была, хотя и не с самого начала. Но объяснить тебе этого не могу. Просто в один из моментов я будто вылетела из собственного тела. Будто там вместе с вами на поляне была не сама я, а моя душа или сознание! Больше я не знаю, как это можно объяснить!

— Но я почувствовал столкновение с тобой! — хмурился Жозен.

— Вы почувствовали меня именно в этот момент или и до этого тоже? По вам не было видно! — начала расспрашивать я.

— Только в этот! А ты была и раньше? — удивлялся он.

— Да! В этот момент я чисто машинально вместе с вами сдвинулась с места. А потом и вовсе вернулась в тело, хотя и получилось у меня это не с первого раза! Но мне очень надо было! — рассказывала я.

— Значит, ты сама вернулась? Ты контролировала этот процесс? — не отставал он.

— Если это можно назвать контролем, то да! Скорее у меня была паника. В том состоянии я не могла вам никак помочь, даже Джо дать сигнал не могла! Вы же были в непосредственной опасности и по большей части из–за меня!

— Из–за тебя? Что за ерунда? Ты ни в чем не виновата, а вот твоим новым способностям можно найти очень полезное применение! — мечтательно произнес Жозен. Мне и нравился подобный его тон и не нравился одновременно! С одной стороны, он отличный стратег и ничего плохого не придумает, а с другой, опять новые УНИКАЛЬНЫЕ способности! Как же мне это надоело!

— Возможно, но любые способности нужно уметь контролировать! А как мне это сделать?

— Кажется, и на этот счет у меня есть идея! Но не сегодня! — лукаво улыбнулся Жозен. Только сейчас я поняла, что Джо куда–то уходил и уже вернулся. Да и не с пустыми руками!

— О Боже, у него торт! — произнесла я вслух, — Зачем?

— Ну, а как же? У тебя день рожденья! И не просто, а 18 лет! Не каждый же день человеку исполняется 18! — посмеивался Жозен, — Джо входи!

В комнату вошел Джо, в руках которого был огромный торт с взбитыми сливками и восемнадцатью свечами. Парень улыбался. Не улыбнуться ему в ответ было просто невозможно! И вдруг Жозен начал петь мне поздравительную песню. Голос потрясающий! Не заслушаться нельзя!

Целый час все шло просто замечательно. Мы с Джо уплетали торт, который сам Жозен еще вчера заказал специально для меня! На нем было, кстати, написано: «САМАЯ УНИКАЛЬНАЯ ДЕВУШКА». Я, конечно же, не могла не раскритиковать надпись, но они уже знали чего ожидать, поэтому и не обижались! Но вот разговор снова зашел о моих способностях!

— Кстати, я требую рассказать мне вашу задумку! — строго проговорила я.

— Я думаю, что сейчас время! Тебе сначала стоит поговорить с Джо! — совсем не тонко намекнул Жозен. Хотя и не поняла, как это может быть связано.

— Ладно, ребята, мне пора! К вечеру вернусь! Не хулиганьте! — посмеивался Жозен. Он вышел, а меня ждал любопытнейший допрос.

— Ну, и о чем нам нужно поговорить? — выдал Джо. А я даже не знала с чего и как начать, а главное стоит ли!!!

— Джо, боюсь, что для тебя лично этот разговор будет очень даже неприятным! Ты уверен? — осторожно предупредила я.

— Готов! Не знаю, что у вас за секреты, но я хочу их знать! — решительно ответил он.

— Ну, сам напросился! Только выслушай меня с самого начала и до конца не перебивая! — попросила я. Джо кивнул, и я начала свой рассказ. Я посчитала, что намного понятнее, правильнее и честнее будет рассказать ему все: от нашего знакомства с Заком до сегодняшнего дня. Именно это я и стала делать. Я рассказала ему о том как попала в приют, как познакомилась с Кейт и ее братом Заком. Правда не перебивать у Джо не получилось!

— Это не тот Зак, которого воспитывает Жозен? — испуганным голосом спросил он.

— Да, именно он, только тогда он был еще человеком, причем очень больным! — спокойно ответила я, продолжая рассказ. Я рассказала, как впервые увидела Жозена и Франческу, как они мне не понравились и как я не хотела, чтобы они его забирали. В конце этого рассказа я произнесла ключевую фразу!

— Я полюбила Зака так, как никогда и никого еще раньше не любила!

После этих слов я ждала всего чего угодно, но они должны были прозвучать, без этого никак! Я ждала криков, истерики, упреков, но только не этого. Джо сжал кулаки и закрыл глаза, по его коже пробежали мурашки. Их я прекрасно видела. Только вот чего мне ждать теперь?

— То есть, ты хочешь сказать, что любишь вампира? Новообращенного вампира? — голос Джо срывался, будто парень сдерживал слезы. Сердце защемило. Я ели сдержалась.

— Да! Я люблю новообращенного вампира. Только полюбила я его еще когда он был человеком. И теперь мне уже не важно кто он сейчас. Этого уже не изменить! — призналась я. Боже, как же тяжело мне дались эти слова!

— Это к нему Жозен тебя сегодня водил? — сглотнув, спросил Джо, безжизненным тоном. Это уже пугало!

— Да!

— Почему ты плакала? Он не ответил тебе взаимностью? — тем же сдавленным тоном спрашивал Джо.

— Нет. Здесь все намного сложнее! Мы даже не разговаривали. Ему пока тяжело. Я же пахну человеком. Просто нахлынули чувства, я столько ждала этого, что просто не сдержалась! — максимально спокойно отвечала я, хотя у самой в голове вновь пролетела вся наша встреча, все мои чувства и желания.

— То есть вы будете вместе, только это дело времени? — в его глазах заблестели слезы, даже моргать он стал чаще. Теперь уже не просто голос дрожал и срывался. Теперь все лицо вибрировало в порывах меняющихся эмоций!

— Да! — только и смогла ответить я. Зачем лишние слова, когда ему и так плохо? Джо вновь закрыл глаза, а уже в следующее мгновенье летел через всю комнату к выходу. Я не стала его догонять, хотя и боялась за его безопасность. Но я искренне считала, что ему просто необходимо побыть одному и все очень тщательно обдумать! Я отпустила его, хотя и села ждать возле окна, включив все свои способности.

Я прекрасно видела, куда он побежал и как обернулся. Но через какое–то время он все–таки исчез из моего поля зрения. уже начало смеркаться. И вот здесь я поняла, что хотел Жозен. Он понял, что мне нужны очень сильные эмоции и чувства, чтобы попасть в то состояние. он хотел, чтобы я попала к Джо или… или Заку! Ведь так исключался риск нападения. Он не мог чувствовать мой запах, зато я могла бы и слышать его, и чувствовать, и видеть, и даже прикасаться. Тогда и он будет знать, что я рядом!

Сколько же различных чувств прошло по мне в это чудесное мгновенье! Я могу оказаться рядом с ним, если очень этого захочу и постараюсь! Но достаточно ли только моего желания? Тогда в лесу у меня было не просто желание! Жозен был в смертельной опасности, и от меня зависело, выживет он или нет! Сейчас же такого нет?

Внутри появилось какое–то тревожное чувство! Что–то было не так! Но что?

Я посмотрела по всем сторонам от себя на максимальных расстояниях, но все было спокойно! Значит опасность не здесь! А где?

Душа ушла в пятки, когда мозг выдал ответ: Джо! А я ведь даже не знала где он! Сколько же нужно времени, чтобы оббежать лес?

Новые способности! Я должна использовать их! Но как? Я постаралась вспомнить ту ночь, все чувства, которые мною овладели, когда я перенеслась! Минута. Ничего. Я по–прежнему в своем теле и избушке. Что же делать? Еще попытка. Ничего. Еще! Все по старому! Я воспроизвела в своей памяти образ Джо в полном объеме: внешность, запах и даже голос! Еще раз сконцентрировалась и…

Я второй раз в жизни полетела сквозь пространство, причем, совершенно не замечая дороги, просто в следующее мгновенье я оказалась рядом с Джо. Он бежал вверх по холму. Я почувствовала запах пресной воды. Я тоже помчалась вперед. Благо моя уникальная скорость была при мне. Конечно же, я прибежала раньше Джо, но то, что я там увидела, поразило меня насквозь!

На этом холме было небольшое озеро, буквально с километр в радиусе, а на противоположном берегу несколько домиков. А возле них тренировалось несколько вампиров, точнее настоящих вампиров, с алым цветом глаз. Их было всего пятеро, но все ли это вампиры, которые здесь есть?

Весь ужас происходящего прошел по мне молнией. Джо бежит сюда! Джо бежит в руки вампиров! Что же мне делать?

Я развернулась и со всех ног пустилась навстречу Джо! Мне любым путем нужно его остановить! Если Жозен тогда на поляне почувствовал столкновение со мной, то и Джо должен будет остановиться! Мгновенье. Навстречу мне бежит койот. Я изо всех сил кинулась на него, чтобы мгновенно остановить! И вот удар. Койот отлетел чуть назад. Он тряхнул головой, не понимая, что случилось. Поднялся на ноги, осмотрелся и, никого не заметив, вновь побежал вперед.

Не вышло! Что же делать? Как его остановить или хотя бы свернуть с пути? Еще мгновенье и он уже впереди меня. Я его догоняю и резко хватаю за задние лапы, со всей силы потянув назад. Конечно же, он упал и ничего не понял. Он никого не видел. Койот зарычал и оскалился, высматривая, нападавшего. Но рычание и негодование стало сменяться удивлением. А у меня все больше нарастала паника. Неужели, они его услышали? Неужели, они бегут сюда? Ужас!

Вот, что такое не везет!

Койот по–прежнему смотрел по сторонам, никуда не двигаясь. Это было сейчас не к месту. Ему нужно было бежать и срочно!!! А он стоит тут как пень! У меня зла не хватало, а уж насколько не хватало фантазии.

— Беги!!! — громко закричала я, уничтоженная собственным бессилием. Странно, но койот округлил глаза на меня, фыркнул и сел. Вот идиот! Сказано же, беги!

— Беги! Спасайся! Вампиры! — закричала я еще сильнее. Теперь койот подскочил на ноги и рванул в противоположном направлении. Я вздохнула с облегчением, хотя мучительное чувство опасности так и не покидало меня! Я осталась на месте. Мне не было надобности бежать. Но буквально через минуту мимо меня пробежали три вампира. Вот тебе и раз!!!

«Господи, да что же это такое? За что?» — взмолилась я.

Прибавить Джо скорости я не могу! Что же мне сделать? Ответ пришел сам.

Я глубоко вздохнула и снова полет. В одно мгновенье я вернулась в тело. Мне не потребовалось и сотой доли секунды, чтобы обернуться кошкой и из последних сил броситься на помощь. А в голове было только одно: только бы успеть!

Я не замечала ничего вокруг, даже не понимала куда, собственно говоря, бегу. Я приблизительно знала, что Джо рванул к избушке. Значит, сначала я встречу его, а только потом их. Это был план минимум. Десять секунд спустя я пролетела мимо Джо. Я не остановилась и даже не притормозила. У меня теперь была другая задача — остановить вампиров. Надеюсь, что больше к ним никто не присоединился! С троицей я попробую справиться!

Еще несколько секунд и вампиры попали в поле моего зрения. Одновременно тс этим, я почувствовала погоню. Что за глупый оборотень! Ему предыдущей травмы мало? Он еще от нее не отошел!!! Зачем же он мчится за мной?

Менять курс было уже поздно! Я постаралась прибавить скорости и со всей силой столкнулась. Одному из парней, который был посередине, я сразу откусила голову. Вряд ли он хоть что–то успел понять, а вот с остальными так просто не вышло. Один из этих мудрецов схватил меня за заднюю лапу, другой запрыгнул на загривок. Но парой движений туловищем я спокойно его скинула с себя, а вот другой поранил мне лодыжку. Выступили пара капель крови. А вот после началось нечто странное и страшное одновременно.

Оба вампира мгновенно кинулись на мою лодыжку. Я даже глазом моргнуть не успела. Все, что я смогла, это отдернуть ногу. Из–за резкого движения выступившие капли полетели на вампиров, а вновь просочившаяся наконец–то закупорила ранку. Я же наблюдала самую страшную сцену в своей жизни. Я и не думала, что меня можно еще хоть чем–то так сильно удивить! Оказалось, что можно. Я не двигалась, не разговаривала, просто смотрела, как вампиры сталкиваются лбами в погоне за каплей моей крови, раздается ужасный гром и скрежет от столкновения. Я уже не говорю о безумном рычании, которое издавали сами вампиры. Набор этих звуков не сравниться ни с одним проливным дождем с градом, громом и молнией, даже в комплекте с ураганом. С каждой долей секунды рычание только увеличивалось, становясь все страшнее и опаснее. В итоге алая капля крови угодила прямо на губы вампиров. Одному на нижнюю, другому на верхнюю. Конечно же, они мгновенно ее облизнули, так что и следа не осталось.

Только сейчас я поняла, что на моей лодыжке есть еще одна заветная капля, которая еще даже подсохнуть не успела, поскольку это длилось всего каких–то пару секунд. К собственному шоку я поняла еще, что и превратилась в человека, не поняв этого! Легче мне не становилось. Я пользуясь своей быстрой и молниеносной реакцией правой рукой стираю последнюю каплю соблазна и сама ее слизываю. Ничего особенного я не почувствовала, кровь как кровь. Вкуснее, конечно, оленьей или лисьей, но не до такой же степени!

Самое странное и страшное началась сейчас. Оба вампира упали на землю и начали не просто рычать, а выть, будто они терпят невыносимую боль. Они сами собственными руками стали хвататься за свое горло, проводя по нему до самого желудка, срывая кожу.

Я откровенно не понимала, что происходит. Они не нападают на меня за следующей порцией, а сами себя убивают!

Но буквально минуту спустя, их кожа засветилась, причем начиная со рта, продолжаясь по горлу и разливаясь по всему телу. Вампиры выгнулись и закричали так истошно, что кровь застыла в жилах.

Я даже с места двинуться не могла. Я не могла ничего, не двинуться, ни закрыть глаза и уши, не могла убежать, только смотреть на весь этот ужас. Все тело сковало уж, чем не знаю! От такого яркого света стало даже слепить глаза.

Этим светом наполнилось все их тела, и в одно мгновенье буквально лопнул один, а затем и другой. Они будто взорвались, только легкий пепел полетел по воздуху.

Я еще некоторое время не могла отойти от этого, но потом подняла глаза вперед. Оказалось, что в таком же шоке прямо передо мною стоит койот. Что я могла ему сказать? Ничего! У меня началась паника! Теперь я точно знала, что не являюсь оборотнем! Но кто же я тогда? Какой же я монстр, который может убить вампира одной лишь каплей своей крови, перед запахом которой он устоять просто не способен. В этот момент мне вспомнился случай с Куртом в штабе! Понимание того, что я сама предотвратила, прошел по мне лавиной страха и отвращения к себе самой!

Я бросилась бежать со всех ног, мгновенно превратившись в огромную черную кошку. Мне ничего не хотелось, не разговаривать, не думать. Просто тупо бежать, куда глаза глядят! Так мерзко я себя ощущала, только два года назад. Ну, почему все самые мерзкие события в моей жизни должны происходить в мой день рожденья? Что за свинство?

Только моя жизнь стала налаживаться, появилась хоть какая–то надежда на счастье, а тут опять полный крах! Сколько еще дней рождений нужно, чтобы я окончательно разобралась со своей принадлежностью?

Сначала я 16 лет считала себя простым человеком, потом каким–то неизвестным монстром, который может превращаться в животное, затем оборотнем, а кто я теперь?

— Кто я? — в отчаянии крикнула я в пустоту. Я ведь даже не знала куда бегу! Никуда!


Глава 10

Кто я?

Я долго бежала в неизвестность. Время и пространство потеряло для меня всякий смысл. Через некоторое время я прибежала к берегу. Я остановилась. Волны сурово бились о скалистый берег, только в некоторых местах был песок. Я стояла на небольшом выступе скалы, под ногами только волны и воздух. Жаль, что высота маленькая, да и не получится ничего!

Прошло ровно два года после первого моего превращения, после первого моего желания покончить с собой. А теперь расскажите мне, что собственно сильно изменилось? Я по–прежнему не знаю, кто я! Я вновь стою на краю обрыва и думаю о своей жизни!

Я села на скалу и стала просто смотреть на волны. Даже глубокая ночь не мешала мне наслаждаться красотой природы. И как один и тот же создатель такой красоты мог создать таких существ как вампиры, оборотни и Я??? Кто я?

Так на этой скале я просидела почти до рассвета. Странно, но на этом берегу почти не было снега. Хотя сейчас меня это не особенно волновало. Вдруг резко поднялся ветер. И хотя я уже давно привыкла контролировать температуру собственного тела, ветер был не очень приятен. Веточка, сломанная ветром, упала мне прямо в руки. С минуту я смотрела к себе в руки.

Решение моей проблемы пришло само собой. Я немного спустилась, оказавшись на песчаном берегу, и уселась прямо на мокрый песок. Я вытянула ноги поперек берега, взяла веточку в правую руку и начала рисовать на песке. С одной стороны от себя я написала прописную букву «О», символизирующую оборотня. С другой стороны букву «В», обозначающую вампира. Так как я уже давно заметила, что у меня странным образом есть качества, как вампира, так и оборотня, теперь я наконец–то решила сравнить их! Сколько у меня их, и к какому роду они относятся!

Таким образом, начнем с самого легкого — внешности и свойств тела. У меня бледная прочная кожа, как у вампира. Но при этом любая ранка на ней мгновенно затягивается, то есть регенерирует как у оборотней. Я расту, взрослею и изменяюсь как оборотень. Глаза у меня не черные и не красные, а зеленые, то есть ничьи. Хотя у оборотней цвет глаз не является признаком, он может быть любым. Значит это тоже свойство оборотня. Пахну я вообще человеком. Значит нужно добавить еще одну колонку с буквой «Ч».

От человека у меня только запах и температура тела. Ах, да! У меня еще есть кровь, в отличие от вампира. Но кровь есть и у человека, и у оборотня! Запишем пока в обе графы. Так постепенно я стала заполнять импровизированную таблицу на песке.

А кровь моя сама по себе вообще яд для вампиров, своего яда у меня нет! Это к чему может относиться? С одной стороны яд есть только у вампиров, но он им нужен для размножения, для создания себе подобных. А мой яд убивает вампиров, то есть имеет совершенно противоположное действие. А уж как эффектно происходит такое убийство, лучше и не вспоминать! С другой стороны, убивать вампиров, призваны именно оборотни! В какую же графу записать мою ядовитую кровь?

Я немного подумала и записала ее в обе колонки со знаком вопроса!

Дальше я стала перечислять все свои качества. Я могу надолго задерживать дыхание, даже ни разу не дождалась момента, когда мне не хватит воздуха. Что это значит? Без воздуха могут обходиться вампиры! Я не могу разбиться или пораниться обычными предметами, как вампир. Кстати, сам факт превращения в животное приближает меня к оборотням. Но в то же время у меня есть клыки, как у вампира.

«А могу ли я пить кровь?» — возник в моей голове вопрос. Как же это можно узнать? Но и здесь мой организм ответил сам. Желудок вновь свернулся до микроскопических размеров, требуя пищи!

Да что же это такое? Я бросила палочку на песок и рванула в лес, мгновенно почуяв лису. Пара секунд и я ее схватила. Обычно я действовала инстинктивно, но сейчас мне точно нужно было понять, чего я от нее хочу мяса или крови? Лиса тем временем бешено билась в моих руках в обреченных попытках сбежать. Оказалось, что осознанно, запоминая каждое свое действие убить беззащитное животное очень и очень сложно. Мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов и закрыть глаза, прежде чем коснуться губами ее горла. Только сейчас я поняла, что самопроизвольно потянулась к горлу. Мне стало так противно! Нет, не из–за вкуса. Лиса была вкусной, даже лучше чем олень, хотя и меньше. Просто на душе стало тошно.

Я отбросила тело лисы и открыла глаза. Сначала я решила убежать, но поняла, что лиса уже мертва. Холодок страшной догадки пробежался по мне. Я присмотрелась, хотя и не хотела смотреть на убитое мною же животное. На шее лисы были только следы от моих зубов, причем две ранки от клыков были намного глубже, и из них сочилась капля крови. Само же тело выглядело белым, будто животное погибло не пару минут назад, а пару дней.

«Я выпила ее кровь!» — только и звучало у меня в голове, когда я возвращалась на берег. Я упала на колени прямо перед своей табличкой и со слезами на глазах стала медленно вычерчивать еще одну черточку в графе вампир. Дорисовав ее, я полностью легла на песок, раскинув руки и ноги в стороны. Теперь я задавалась другим вопросом: на кой черт мне нужно знать кто я? Зачем мне надо было писать эти свойства?

Солнце давно уже встало, а просто бездумно лежала на берегу. Даже глаза стало слепить. Точно! Вампиры же замедляются на солнечном свету и меняют цвет кожи! Жозен сказал, что кожа становится синей. А у меня такого нет! Я снова воспряла духом!

Зато я быстрее и сильнее любого оборотня и вампира! У меня намного больше радиус действия зрения, слуха, обоняния. А так же у меня есть способность видеть сущность, здоровье людей, вылетать из тела. А способностями обладают только вампиры. Но я спокойно могу контролировать температуру тела, не замерзаю зимой на снегу, теперь еще и не потею в жару. Такие свойства присущи только оборотням. Могу по собственному желанию выращивать отдельные части своего звериного тела. Но это, скорее всего, уже предполагается в превращении! Кстати, забыла написать, что я и пью и ем обычную человеческую пищу, только в больших объемах, то есть как оборотень.

Ну, вот и все! Таким образом, в графе свойств человека всего три пункта, а в графах вампира и оборотня по восемь пунктов. А следовательно одинаково. Ну, и какой вывод? Кто я?

Я еще насколько часов, почти до самого заката тупо смотрела на получившуюся табличку:


Оборотень Человек Вампир
Регенерация тела Запах Цвет кожи
Изменение, рост Температура тела Прочность кожи
Цвет глаз Наличие крови Ядовитая кровь???
Ядовитая кровь??? Не нужен воздух
Превращение в кошку Неуязвимость
Не боюсь солнечного света Клыки
Саморегуляция тела Пью кровь
Питание Способности

В конце концов, у меня просто началась истерика, когда мой мозг выдал самый ужасный для меня ответ. В мою больную голову пришла самая страшная мысль, что я нечто среднее между вампиром и оборотнем! Я смесь вампира и оборотня!!!

На все последующие возникающие автоматически с этим вопросы мозг тоже выдавал ответы абсолютно самостоятельно, будто работал отдельно от меня!

Как такое могло случиться? А как я влюбилась в вампира? Сначала он был человеком, а уже потом ничего не изменишь!!!

Как тогда меня вообще могли зачать? А как вампир может иметь детей от хрупкого человека? Как появляются дампиры? Значит, мой отец вампир, а мать оборотень? Кошмар!!! Теперь понятно, почему меня бросили в младенчестве! Ведь вампиры, только и ждут великих, чтобы убить. Им нужно сохранить свое превосходство, поэтому они уже много лет скитаются по всему миру в поисках младенцев! Только вот не нашли!

Я сама задавала и отвечала на свои же вопросы. И понимала, что все ответы у меня уже давным–давно были, просто нужно было хорошенько подумать и прикинуть! Я сидела, понимала все это и плакала. Тихо слезы текли по щекам, смешиваясь с вечерним бризом.

Но где же тогда мои настоящие родители? А вот это мне еще предстоит узнать, только надо действовать тихо и осторожно!!!

Почему тогда у меня температура тела как у человека? потому что у вампиров она ниже человеческой на градус, а у оборотня выше на градус. А я в середине, точно так же как и человек! То же и с запахом. Вампир и оборотень отвратительно пахнут друг для друга, но я ни тот и не другой, я их кровная смесь, поэтому и не могла унаследовать запах только одного из них. Вот почему я толком не пахну как оборотень или вампир, да и от человека отличаюсь! Именно поэтому ни вампиры, ни оборотни не смогли меня найти. Вот спасибо!

Но если я как оборотень взрослею, тогда что во мне исключительно от вампира? Способности!

Где мое бессмертие? Это был единственный вопрос, на который я не смогла точно ответить, хотя предположение возникло. Может быть, мне нужно достигнуть определенного возраста, и я перестану взрослеть? Это я могу проверить только несколько лет спустя!!!

Теперь все встало на свои места. Я полукровка между вампиром и оборотнем. Я смесь кровей двух враждующих кланов! Я одна из двух великих! Значит, и вторая где–то уже есть! Ведь мы не могли родиться в разное время? Это просто не логично!

От этих всех мыслей у меня голова пошла кругом. Паники больше не было, просто не могло быть! Слезы навернулись на глаза. Как такое может быть? Как девушка, которая всю жизнь стремилась к тому, чтобы не выделяться, оказалась одной из «Великих», на которых вампиры и оборотни всего мира возлагают огромные надежды??? Как же так?

У меня не хватало ни слов, ни эмоций на такое открытие. Но главное, что я не знала, как мне поступить! Что мне делать?

Я и до этого–то момента, боялась лишний раз показать свои способности, отличающиеся от других, а что теперь? Как теперь мне себя вести? Продолжать возмущаться, что я ничем не лучше их, просто не честно! Теперь–то я знаю, кто я! Но признаваться в этом совершенно нет никакого желания!

До самого рассвета я валялась на песчаном берегу моря, размышляя. Пришла я только к одному решению — не рассказывать никому и ничего, пока не найдем вторую «Великую» или кто–то не догадается сам! Правда, это будет не очень приятно, но все–таки! А пока я буду очень осторожно выяснять где мои родители. Ведь не могло же случиться так, что вампир и оборотень завели роман, родили ребенка, и никто об этом не знает? Обязательно должен быть кто–то, кто скрывает эту тайну!

Так у меня появилась своя личная тайна и новая цель!

Встретив рассвет, я встала, отряхнулась и поспешила обратно. Наверняка, меня уже ищут!

Я бежала в человеческом облике и улыбалась! Теперь я бежала не в панике или истерике, теперь меня окрыляло знание. Я даже и не думала, что знать, кто ты есть на самом деле так приятно!


Глава 11

Воссоединение

Я даже добежать до избушки не успела. Мне навстречу на всех порах летел Жозен.

— Мела, где же ты была? Мы тебя обыскались! Мы уж подумали, что на тебя напали! Разве так можно? Меня бы уже инфаркт хватил, если б мог! — и смеялся и ругался одновременно Жозен, — Мы так рады, что ты в порядке!

Жозен на радостях меня обнял. Видимо, действительно переволновался! А мы относилось еще и к Джо, который в виде койота, только–только подбегал. Интересно, как он меня почувствовал?

— Мела, вот ты зараза! Ты знаешь, сколько времени я за тобой бежал, даже когда след потерял! Ты знаешь, как я волновался! — возмущался Джо прямо во время превращения. Это было откровенно прикольно!

— Да, что со мной могло случиться? Я жива и здорова! — я прокрутилась вокруг своей оси, подняв вверх руки, показывая, что на мне нет не единой царапины. Хотя они прекрасно знают, что если бы они и были, то давно уже бы все зажили! А после открывшейся мне правды, я вообще сомневаюсь, что меня можно укокошить!

— Мы видим и очень этому рады! Только обещай нам больше так не поступать! — говорил Жозен, показывая мне рукой в сторону домика. Было без слов понятно, что он больше не намерен прямо здесь разговаривать!

— Я подумаю над этим! — посмеялась я. теперь мне было намного спокойнее. Точнее у меня появилась надежда найти своих настоящих родителей. Только теперь я поняла, почему меня подбросили людям! Мои настоящие родители поняли, кто у них родился, и знали, какая опасность мне грозит. Я бы тоже отдала своего ребенка на воспитание чужим людям, если бы с ними он был в большей безопасности, чем со мной!

Мы спокойно вернулись в нашу избушку. Оказалось, что за это время, пока меня здесь не было, прошел дождь и смыл весь пушистый и белоснежный снег, который мне так нравился. Теперь вокруг были только остатки луж и мокрая липкая листва. Мы вошли. Жозен тут же закрыл дверь. Такое поведение мне не очень понравилось.

— Что–то случилось? Рассказывайте! — тут же заявила я, заподозрив неладное. Сердце сразу екнуло и упало в пятки. Все мои мысли от родителей вновь вернулись к нему, к моему единственному и любимому вампирчику, моему Заку!

— Это ты рассказывай, что у вас случилось здесь, пока меня не было. Разговор можешь опустить. Эту часть истории мне уже рассказал Джо, правда, не без претензий, но уже все выяснили! — Жозен многозначительно посмотрел на Джо, который просто кивнул в знак согласия. — Мне интересно узнать все события, которые произошли после побега Джо и до твоего побега соответственно. И в подробностях, пожалуйста! — довольно строго проговорил Жозен. А стоит ли ему рассказывать все? Я стала сомневаться. Ведь обычно со стороны виднее и может уже подозревать. А мне нужно время. Не хочу, чтобы во всеуслышанье сказали, что одна из «Великих» уже нашлась! Тогда же никакого покоя не будет! Что же можно рассказывать? Зря этого не обдумала раньше, вот дура!

— Мы ждем! — укоризненно произнес Джо. Я выпучила на него глаза. Неужели, он не понял, что было? И как тогда он себе все это объяснил? Мда!

— Я даже не знаю, как вам это объяснить! — начала я отнекиваться, пытаясь протянуть время!

— А ты рассказывай как есть, а мы уж сами сделаем выводы! — спокойно ответил Жозен, продолжая стоять у двери. Интересно, он боится, что я снова сбегу, или просто забыл отойти от нее? Хотя разве вампир может что–то забыть? Не заметить или не придать значения, да! Но забыть? Вряд ли! Я глубоко вздохнула, сильно пожалев, что толком не научилась врать. Не договаривать я могу, но это сразу видно, а уж врать и вовсе не умею! Вот засада!

— Просто я очень волновалась за Джо. После последнего столкновения и его ран, мне было не по себе, когда он убежал. И хотя я знала, что ему просто необходимо побыть одному, я не смогла оставить его. Я сделала все, чтобы использовать свою новую способность. Так я попала к Джо. Но тревожное предчувствие меня не оставляло, поэтому я побежала вперед него. А там оказалось озеро, на берегу которого тренировались вампиры. Настоящие вампиры! С алыми глазами! Я ужасно испугалась за Джо, ведь он бежал именно туда. Я постаралась остановить его, столкнувшись с ним, но он ничего не понял и продолжил путь. Тогда я повторила попытку, но он зарычал, чем привлек их внимание! И хотя Джо все–таки поменял направление, теперь они гнались за ним. Что мне оставалось делать? Их было трое, а он один и, не обижайся, не самый сильный из оборотней! Конечно, я вернулась в свое тело и побежала им навстречу изо всех оставшихся сил! Все! Остальное видел Джо! — решила я не рассказывать о каплях крови. Мне было очень интересно послушать версию Джо!

— Мда! Джо, тебе однозначно повезло с защитницей! — посмеивался Жозен. Зря он это! Джо мог и обидеться на такие слова.

— Я и сам бы справился! — проворчал Джо. Ну, вот, а я что говорила!

— А что дальше? — продолжал расспрос Жозен, — И с подробностями!

— А какие вам нужны подробности? Все происходило настолько быстро, что я сама не совсем понимала, что делала! Драку, например, я вообще не помню! — возмутилась я, — Пусть Джо расскажет! Он погнался за мной!

— Что? Конечно, погнался. Ты же летела как сумасшедшая, даже не остановилась, хотя меня чуть не сшибла! — возмущался Джо. Сейчас он был похож на обиженного ребенка.

— Это у тебя реакция плохая. Я не виновата! — ерничала я. Больше ничего рассказывать я была не намеренна!

— У меня реакция плохая? Ты просто слишком быстрая! Первый раз такое вижу! Даже мой отец в разы медленнее тебя! — закричал он. Отец! Точно, а ведь у Джо тоже должны быть родители! А я даже не знаю кто они и где сейчас! Вот тебе и раз!

— Хватит вам! — закричал, обычно спокойный как удав, Жозен. Мы оба повернулись к нему, округлив глаза. Видимо, не только меня удивил подобный тон!

— Он прав. Это не у него плохая реакция, просто ты быстрее и сильнее любого вампира или оборотня! Джо сказал, что видел тебя там. Ты кричала! — нервно говорил Жозен.

— Видел? Что, значит, видел? — взвизгнула я. Моему удивлению не было границ. Даже поняв про себя всю правду, я продолжаю удивляться своим способностям.

— Да, видел. Правда, как–то странно. Я и голос слышал как–то прерывисто, а уж видел и подавно! — говорил Джо, немного успокоившись.

— Как именно ты меня видел? — жестко спросила я. Мне были нужны все подробности!

— Ты мерцала. Я слышал крик и видел блики твоего лица и плеч. Большего не было. Но выглядело это страшновато, особенно, если учесть, что сама по себе ты была напуганной. У тебя была паника! — посмеивался Джо.

— Еще бы! Прямо по твоему следу бежало сразу трое вампиров, которым ты неровня! А я не могла заставить тебя свернуть к избушке. Я не знала, как еще тебе можно помочь! Я даже не надеялась, что ты сможешь меня услышать, просто была в отчаянии! — каялась я. И почему у меня был такой тон? Я ему жизнь спасла, а говорила, будто признавалась в убийстве! Странно!

— То есть такого ты не предполагала? — уточнял Жозен. Он стал почесывать подбородок. Мы с Джо молчали, пока он вновь не заговорил.

— В тебе скрыт такой огромный потенциал… — проговорил он, — Не хочешь потренировать? — лукаво спросил он, будто я могла отказаться!

— А у меня есть выбор? — посмеялась я. Даже Джо улыбнулся!

— Конечно, есть! — немного обиженно ответил Жозен.

— Только давайте сначала поедим! — проговорила я, услышав начинающиеся волнения в изголодавшемся желудке Джо, хотя и сама бы не отказалась. Видимо, я нуждаюсь в обоих видах пищи. Только пока не поняла когда и какой точно мне нужен.

Так после вполне доброго и мирного разговора мы стали решать, чем бы пообедать, когда никто ничего не готовил, да и продуктов–то толком нет! В итоге Жозен сам побежал за едой в ближайшее кафе.

— И пока меня не будет, желательно обойтись без приключений! — посмеивался он, говоря при этом строго! Мы и сами понимали, что в ближайшие дни уже давно побили все рекорды! Кто как ни я мог найти столько приключений на свою пятую точку?! Жозен вылетел за дверь.

— А где твои родители? Я даже ни разу не спросила тебя про них, прости! — заполнила я образовавшуюся тишину.

— Я не хочу об этом говорить! Эта не очень приятная история. Я же тебе обещал, что расскажу позже, когда буду готов! Я свое слово держу! Просто не сейчас! — убитым тоном говорил он. Видимо, это действительно что–то очень личное и страшное!

Больше я не стала задавать вопросов. Мы просто молчали. Жозен вернулся, и мы спокойно поели. После этого Жозен предложил мне потренироваться в своей новой способности. Конечно, я согласилась.

— Только я не знаю, как она действует, — проговорила я, предупреждая, что задуманное может не получиться.

— Я предполагаю, что тебе нужны очень сильные эмоции. Такие как смертельная опасность или отчаяние. У тебя должна быть цель. Конечно, ради этого я не буду никого подвергать смертельной опасности. Я думаю, что тебе хватит и желания повидать Зака! Ты со мной согласна? — мило улыбался Жозен, смотря мне прямо в глаза. А он знает мои слабости!

— Хорошо, я попробую! Но я ничего не обещаю!

— А это нужно не только мне! Ты же хочешь поговорить с ним без постоянного ощущения опасности? — продолжал он. Если бы он только знал, что теперь ни он мне, а я ему более опасна, чем он может себе представить. И что мне теперь с этим делать? Это, конечно, не жажда, которая может приманить в любой момент, но все–таки не очень приятно знать, что ты опасна своему любимому!!!

— Значит, к нему? — решила уточнить я.

— Действуй! — приободрил меня Жозен.

Я сконцентрировалась, но ничего не вышло. Видимо, этого все–таки было не достаточно! Я попробовала еще раз. Ничего! Я постаралась представить, что ему грозит опасность. Внутри произошел, чуть ли не ядерный взрыв. Мгновенье, и я уже вне своего тела.

Я стою рядом с креслом, в котором напряженно сидит Зак, а напротив него стоит Франческа. Не то ли разговор был неприятным, не то ли ему было плохо. Я на всякий случай очень аккуратно обошла кресло, заглянув ему в лицо. У Зака на лице были явные муки. Я сглотнул ком в горле. Мне так захотелось к нему прикоснуться. Так близко он еще никогда ко мне не был. Я даже протянула руку, но во время остановилась. Сколько же сил мне для этого понадобилось!!!

— Зак, я представляю насколько тебе тяжело, но не могу тебе ничем помочь. Ты же сам знаешь какую опасность для нее представляешь. Неужели, ты хочешь подвергнуть ее этой опасности? — умоляющим тоном говорила Франческа. Что–то екнуло у меня внутри. Все говорило о том, что разговор был обо мне. На глаза даже слезы навернулись.

— Я все понимаю. Но без нее так тяжело, просто невыносимо. Я ели выстоял там на поляне. А каково мне было вчера, когда Жозен сказал, что она пропала и они с Джо не могут ее найти!!! — чуть ли не плакал он. По щеке потекла слеза. Я впервые в жизни слышала почти признание в любви. И хотя это и не было признанием, приятно было до невозможности. Я не выдержала и прикоснулась к нему. Зак подпрыгнул от неожиданности. Зак мгновенно оказался на ногах. Одновременно с этим зазвонил телефон. Франческа подняла трубку.

— Да! — проговорила она в трубку. На том конце провода ответил вполне спокойный голос Жозена.

— Франческа, у нее получилось! Она в трансе, значит, где–то рядом с вами. Возможно, что прямо сейчас она нас слышит. Попроси ее прикоснуться к кому–нибудь из вас, — говорил он, а глаза Франчески округлялись, а губы растягивались в улыбки!

— Я поняла, — произнесла она. В этот момент я подошла к ней и слегка коснулась руки, которой она держала трубку. Франческа вздрогнула.

— Мела, это ты? — испуганно спросила она. Странно, но я ни разу не задалась вопросом как отвечать им. Я попробовала сказать, но не издала ни единого звука. Тогда мне пришла в голову идея. На столе возле кресла, на котором еще недавно сидел Зак, стояла декоративная вазочка с множеством разноцветных камней. Хотя я и не разбиралась в камнях, могла точно сказать, что эти камушки были собраны далеко не берегу моря. Могу поспорить, что большинство из них драгоценные. Я взяла гроздь камней из вазочки и высыпала на столик. Это, кстати, не потребовало особого труда. Значит, к любым материальным предметам, в том числе и живым я могу спокойно прикасаться! Это интересно! Из этих камушков я аккуратно выложила букву «Y».

Пока я их выкладывала, глаза Зака засверкали. Он очень внимательно наблюдал за этим процессом. А когда я закончила, закрыл рот руками. Это действие меня огорчило, но Жозен меня хорошо изучил.

— Передай, Заку, что в таком виде вы абсолютно безопасны друг для друга. Я как раз хочу выяснить, что она еще может делать в таком виде, — говорил Жозен с того конца провода. Услышав это, Зак убрал руки. Его глаза забегали по всей комнате. Он искал меня! А у меня даже голова закружилась от счастья! Я сделала шаг в его сторону и взяла за руку. Вот теперь я плакала по полной. Слезы хлынули рекой. Остановить их было невозможно, да и зачем? Не так уж и часто я плачу от счастья! Теперь он хотя бы приблизительно знал мое расположение в комнате. Если бы его черные как ночь глаза могли плакать, он бы уже последовал моему примеру.

— Франческа, оставь их. Сейчас они в безопасности! — услышала я краем уха фразу из трубки. Она ему ничего не ответила, а просто и без лишних слов повесила трубку и вышла. Если б я могла взлететь, уже бы парила над городом!

— Мела, я так рад! И хотя я тебя не вижу, я безумно рад, что ты здесь! Я точно тебе сейчас не опасен? — голос его срывался, но заплакать он не мог. Я не стала больше ничего выкладывать из камушков. Я просто провела рукой по его щеке, ощущая, как моя кожа воспламеняется от прикосновения к нему. Зак прикрыл глаза и улыбнулся. Он был так красив, что не притронуться к нему было просто невозможно, тем более, когда ни один из нас не угрожает другому!!!

Я просто ринулась к нему в объятья. Я почувствовала настолько слабой, что даже упасть захотелось. Ноги подкосились, а тело обмякло. Моя голова оказалась на его плече. Мне даже сопротивляться своим порывам не хотелось. Пусть я буду бесстыжей девушкой, которая при первой же встрече кидается парню на шею. Я так долго его ждала, что больше терпеть не было сил. Я прижалась к нему всем своим «телом». Теперь и Зак ответил мне тем же. Его правая рука оказалась в моих волосах, левая на талии. Он крепко и нежно прижимал меня к себе.

— Я люблю тебя Мелания Брокчерс! Безумно люблю! Прости меня! Я причинил тебе столько боли! Прости! — он зарылся лицом ко мне в волосы. Конечно, со стороны это выглядело странно, ведь меня не было видно. Но нам тогда было наплевать! Главное мы были рядом и знали о чувствах друг друга!

— Ты глупый мальчишка! Я всегда буду ждать тебя столько сколько понадобиться! Я люблю тебя! — говорила я ему на ухо, даже не надеясь, что он меня услышит. Ведь в прошлый раз я заговорила, когда Джо был в опасности!

— Мела! — воскликнул он, отстраняясь. Его глаза четко смотрели на меня. Он осмотрел меня всю и снова вернулся к глазам. Я же не сводила с него глаз. Я уже и забыла, что Джо меня видел.

— Ты прекрасна! И я люблю самую замечательную девушку в мире! — говорил он, точно смотря мне в глаза. Я даже не стала возражать и осматривать себя. Я просто вновь прильнула к нему. Но вдруг что–то случилось, и я поняла, что покидаю его! Было ощущение скольжения. Будто я оказалась на очень скользком льду. Я буквально выскользнула у него из рук.

— Зак. — закричала я на всю избушку, вернувшись в тело. Такой недолгий и прекрасный сон закончился. И я даже поняла почему! Мой желудок издал ужасающие звуки. Я была голодной! И хотя рядом сидел Жозен, а возле двери стоял чуть ли не плачущий Джо, у меня случилась истерика. Я начала бить собственный живот.

— За что? — кричала я. Почему на моем пути к Заку постоянно должно что–то стоять? Сначала моя ошибка, его болезнь, потом его перерождение, теперь мой прожорливый желудок!!! Ну, за что мне это?

— Мела, ты просто молодец! Не бывает все сразу, — успокаивал меня Жозен. Хлопнула дверь. Джо не выдержал! От этого мне стало только тяжелее.

— Я им причиняю только боль!!! Почему? — закричала я, схватив Жозена за грудки. Я даже пару раз тряхнула его. Даже потеря родителей и новость о удочерении была для меня менее болезненной!

— Время все расставит на свои места. В этом может помочь только оно. Мела, не всегда в жизни все гладко, тем более у таких как мы! Но ты сама выбрала такой путь! Мы вам поможем насколько сможем, но ведь это не все и тебе это известно. Грета тебе говорила, что такой союз никто не примет, — извиняющимся тоном проговорил Жозен. Тоже мне, успокоил!

— А вот чужое мнение меня лично волнует меньше всего! Чихать я на них хотела! Я не росла в вечной неприязни к вампирам или оборотням! Да и могла! И нечего с меня требовать то, чего я не могу им дать! Я такая, какая есть. Ни больше ни меньше! И другой никогда не стану! — возмущалась я, — Меня больше волнует, что из–за меня мучаются два замечательных парня.

— Ну, Зак допустим, мучается не больше твоего. Я уверен, что он был безумно рад твоему присутствию, — подмигнул он мне.

— Да, — улыбнулась я, вспоминая эти прекрасные мгновенья, — Сколько времени меня не было?

— Двадцать одну минуту! Ты умничка! — хвалил меня жозен. Из его уст это было действительно приятно. Но у меня был и больший приз — свидание с любимым. Я наконец–то смогла сказать ему о своих чувствах, а он мне. Больше нам ничего не нужно было! Но все–таки мало!

— Мы разговаривали! Он видел меня, обнимал, — я даже закрыла глаза, окунаясь в воспоминания.

— Что? Ты даже это смогла? Ты просто гений! — воскликнул он, — я даже не надеялся, что у тебя это сразу получиться!

— Я не специально. Так получилось, но я… — у меня не хватило слов, чтобы описать свои чувства. Так уж странно вышло, что Жозену я могла рассказать все свои ощущения. Поэтому моя новая тайна меня стала тяготить, но я должна выдержать. Теперь у меня есть что делать!

Мой организм тем временем требовал крови. Поняла я это только сейчас. Ведь эта способность вампирское свойство, поэтому и пищи требует вампирской. Значит, перед следующим сеансом нужно будет, как следует поесть. Только вот как это сделать под бдительными взглядами Жозена и Джо?

— По–моему тебе нужно срочно поесть! Ты по–прежнему нуждаешься в сыром мясе? — подозрительно сузив глаза, спросил Жозен. Но у меня сейчас мозги совсем не работали. В моей ситуации было намного разумнее просто молчать! Что я и сделала. Я банально кивнула и кинулась к выходу! Я чуть не сшибла с ног Джо, но все–таки не остановилась. Как только я вылетела из домика, ветер донес до меня изумительный запах. Я помчалась по следу, но за мной была слежка. Я перевоплотилась прямо на бегу. Запах сам вел меня к его обладателю. Мне не нужно было смотреть под ноги или вперед. Я даже с закрытыми глазами спокойно бы нашла это бедное животное.

Свою добычу я нагнала с легкостью, только вот что делать с трупом? Они же сразу поймут, что не все здесь так просто! — думала я, пока сочная и тягучая вкуснейшая жидкость втекала мне в рот. Я тянула ее, как ребенок, любимый сок через трубочку! Тем временем я чувствовала приближение Жозена. Интересно, почему он за мной следит? Неужели, подозрения уже такие сильные?

Решение пришло само собой. Как же я раньше не вызвала подозрений? Я съедала всю тушу. Так я и сделала. Оказалось, правда, что настигнув добычу, я вернула свой истинный облик. Не могла же я пить кровь, будучи огромной кошкой? Мне пришлось мгновенно перевоплотиться и разодрать тушу. Я даже забыла посмотреть, кто это был. Я ели впихнула в себя остатки. Куда только влезло?

— Аппетит у тебя отменный! — как раз к раздаче прибыл Жозен, посмеиваясь. Я повернулась к нему. И хотя на мне не было ни единой капли крови, такое пристальное внимание с его стороны мне было не приятно.

— А можно за мной не следить? Мне не очень нравиться это делать, да еще и под таким бдительным контролем! — возмутилась я.

— Хорошо, больше не буду! Ты все? — он даже руки поднял к верху.

— Все, или тут есть еще что–то? — Я посмотрела по сторонам в поисках остатков, но ничего не обнаружила.

Жозен засмеялся и не ответил. Мы просто вернулись назад. И так уже была глубокая ночь. он пожелал нам доброй ночи, велел не хулиганить и удалился. Правильно, ему–то не нужно спать!

Следующее утро я встретила в чудесном настроении. Пока Джо спал, сгоняла в ближайший городок за продуктами, а вернувшись увидела всклокоченного и мечущегося по всему дому Джо.

— Ты где была? — закричал он. Я мило улыбнулась и подняла вверх сумку с продуктами, — Можно было меня и разбудить! Я тут перепугался не на шутку, а она издевается! — возмущался он. У меня же это вызывало только смех.

— Джо, я же пообещала больше никуда не пропадать! Чего тогда волноваться? Надеюсь, ты Жозена не переполошил? — ухмылялась я.

— Конечно, я ему уже позвонил! — с вызовом проговорил он. Именно в этот момент я почувствовала его запах. Жозен бежал к нам.

— Я ходила в магазин! — закричала я Жозену, даже не дав ему рта открыть!

— Разве так… — начал было он.

— Да, хватит вам! Я не маленькая! Я вам, что? Зверушка ручная? Я, кажется, уже пообещала больше никуда не пропадать! А я свои обещания сдерживаю всегда! Так зачем же такая утомительная опека? — теперь была моя очередь возмущаться, — вы скоро и в туалет со мной ходить будите! Не думаете, что именно от такого я и сбегу?

— Ну. Извини. Мы же беспокоимся! — проговорил Жозен.

— Я все знаю и понимаю, но такая гиперопека утомляет!

Все друг перед другом стали извиняться, обниматься и обещать, больше так не поступать! После чего мы спокойно позавтракали. Жозен предложил мне передумать на счет университета, но я настояла на своем. Тогда он пригрозил мне, что я буду жить в этой избушке. Я была только рада, чем немного удивила Жозена. Только Джо был кислым. К обеду Жозен ушел. Я принялась вновь готовить, поскольку мы с Джо отличались отменным аппетитом.

— Джо, ты прости меня. Я понимаю, что тебе больно, но… — у меня не было слов.

— Мела, я все прекрасно понял. Вы любите друг друга. Мне этого не изменить, но если вдруг случиться такое, что вы расстанетесь, знай, что я всегда рядом. Да я и так всегда буду рядом. Помогу всегда и во всем! Только зови! — говорил Джо. Мне захотелось его обнять. Как друга, конечно, но я сдержалась. Причинять ему еще большую боль мне совершенно не хотелось!

— Значит, друзья? — выговорила я.

— Да! А сейчас можно я покину тебя? Моя помощь тебе не нужна, а мне нужно в штаб! — вид у него был убитый.

— Они тебя вызвали или ты сам? — уточнила я. Ведь если он сам, то ему слишком тяжело рядом со мной, тем более теперь, когда я нашла безопасный способ ходить на свидания!

— М-м! — промычал он. Видно было, что врать он не хотел, а правду говорить было больно!

— Беги койот! Беги Джо. Кстати, Джо как у тебя фамилия? Я ведь даже этого не знаю! — посмеялась я.

— Джозеф Вассерман! — улыбнулся он и вышел.

— Удачи, Джозеф Вассерман! — проговорила я, точно зная, что он меня слышит, пока превращается. Но вот прошло несколько секунд, и я услышала только легкий звук его быстрых лап. Так Джо убежал от меня, и я осталась одна!

К обеду вернулся Жозен. Конечно, он был удивлен отсутствием Джо, но все понял! Мы еще долго разговаривали о том, как мне лучше попасть в университет. Жозен хотел побежать со мной, но я его убедила, что со мной ничего страшного не случиться, что ни в какие очередные передряги я влипать не собираюсь. Было решено сегодня не пытаться перемещаться к Заку, а встретиться лично. Как же быстро летит время, когда о чем–то споришь, что–то решаешь. А сейчас действительно решалось очень многое!

Так после ужина, мы направились в дом Малеванов. Ничего не изменилось с прошлого раза. Я по–прежнему жутко волновалась. Никогда еще я не дышала настолько часто при обычном беге. Мелкие мурашки начали бегать под кожей, когда домик показался в моем поле зрения. Теперь я вообще затаила дыхание. После вчерашних признаний и объятий сегодняшнее свидание будет еще тяжелее! Несколько мгновений и рядом с входом выросли две фигуры. Франческа была как всегда настороженна и красива. Она стояла за правым плечом Зака, контролируя каждое его движение. Зак был как всегда божественно прекрасен! Его черные глаза радостно сверкали, но стоило мне подойти буквально на двадцать метров ближе, чем в прошлый раз, как его лицо тут же напряглось, дыхание остановилось. Меня обдало будто ледяной водой из водопада. Я ели сдержалась от слез. Ради его же блага я отошла на несколько метров. Пару секунд спустя лицо Зака чуть разгладилось, я вздохнула с облегчением. Не совсем комфортно было видеться с ним на таком расстоянии и при свидетелях, но это было необходимо.

Я стала рассказывать ему все, что смогла вспомнить о прошедших событиях моей жизни. Я рассказала ему все об университете, группе, которую давно уже забросила. Ребята несколько раз ко мне приходили, звали меня на репетиции, но мне было не до песен. Единственное, что мне ужасно хотелось ему рассказать, но я ничего не знала, так это о его сестре Кейт. именно в этот момент я решила, что во чтобы–то ни стало должна найти ее и никогда более не теряться! Пусть ему нельзя общаться с ней, и она это знала, но мне–то можно! Я же могу ему рассказывать о сестре!

На самом деле я писала ей по электронной и обычной почте тоже. Но либо письма не были прочитаны, либо доставлены. В общем это требовало сил и терпения с моей стороны, а у меня не было их. Теперь у меня есть повод искать ее!

Вот такая односторонняя встреча и получилась. Я прекрасно понимала, что он не может со мной говорить, все свои силы он тратит на преодоление жажды. Но в принципе наши встречи именно на это преодоление и направлены! Если на каждой встрече мы будем сокращать расстояние между нами хотя бы на десять метров как сегодня, то уже через каких–то 50 дней я смогу спокойно стоять рядом с ним ничего не боясь!

Я улыбнулась собственной мысли, но именно в этот момент легкий ветерок подул мне в спину. Мгновенье, и Зак переменился в лице полностью. В глазах блеснул зловещий огонек. Я четко понимала, что происходит, но не могла даже пошевелиться. Сердце защемило. Дыхание остановилось. Защищаться от любимого я просто не могла. Видимо, Жозен предполагал что–то подобное, поскольку сам стал меня оттаскивать. Франческа одновременно с этим вцепилась мертвой хваткой в Зака. Сам он издал жуткий низкий рык. По коже пробежали мурашки, но не от страха за себя!!! Я знала, что такое может случиться, но никогда не представляла этого. Видеть Зака в таком состоянии для меня было невыносимо больно! Да еще вдобавок ко всему я теперь знала насколько я ему опаснее, чем он может себе представить!

Жозен не мог меня оттащить, поскольку у меня было намного больше силы. Я просто смотрела, как Зак вырывается в руках Франчески. Эта страшная картина продолжалась несколько секунд. На помощь ей пришел Жозен, который успел понять, что он против меня бессилен. Только теперь они вместе смогли затащить его в домик, а я начала оттаивать. Было ощущение, что на меня взвалили огромный валун, который стал постепенно придавливать меня к земле. Именно такой тяжестью оказалось для меня произошедшее. Мне вдруг захотелось просто упасть на землю и расплакаться, но нельзя было. Я отчетливо понимала, что Жозен с Франческой по–прежнему борются с Заком. И насколько их сил хватит, я понятия не имею!

Из последних моральных сил я бросилась прочь! Я бежала по собственному следу, выполняя обещание больше никуда не пропадать. Я неслась на полной скорости в человеческом обличии. Замерзшие веточки хлестали мое тело вдоль и поперек, но это было легким касанием. Сильнейший удар в сердце я получила несколько секунд назад. Парой минут позже я была в избушке. Я рухнула на кровать, но слез не было. Хотелось плакать, но слез не было! Странно!

Полчаса спустя ко мне пришел Жозен. Мы мирно поговорили. Я объяснила свою реакцию и предупредила, что если такое повториться меня трогать не нужно, лучше помогать жене. Он со мной согласился. Жозен рассказал, что Зак успокоился и теперь очень переживает о случившемся! Мне стало так больно и обидно, что нам приходится все это проходить!!! Я закрыла глаза, чтобы упокоиться, но вместо этого вылетела из тела.

Я снова оказалась в той же комнате. В прошлый раз я даже не стала ее рассматривать. Теперь я хоть мельком посмотрела по сторонам. Я стояла в небольшой, но уютной комнате, которой из мебели были только столик с вазой, кресло–качалка, пара стульев достаточно старых и стенной шкаф. На полу лежал небольшой пушистый коврик. Стены все абсолютно были из деревянного бруса покрытого несколькими слоями лака. На них висели две картины, которые явно были написаны тем же художником, что и в предыдущем доме. Этот дом был намного скромнее по всем параметрам, но в уюте нисколько не уступал. Видимо, хозяйка этого дома эстет!

В этот раз Зак сидел на коврике. Франческа сидела рядом, нежно обнимая. Сердце вновь защемило при виде этой парочки. Франческа была очень красивой женщиной, на вид ей было всего года двадцать два. Только знание того, что она жена Жозена и безумно его любит, а о Заке заботиться как о сыне, не причинило мне боли. Я уже давно узнала, что такое ревность и насколько сильно она может съедать тебя изнутри, так что вторично испытать этого мне не хотелось!

— Зак, не убивайся ты так. С ней все в полном порядке, ты не причинил ей вреда! — говорила Франческа, поглаживая его по спине. Сам же Зак сидел свернувшись на коврике.

— Но мог! Я даже не понял, в какой момент так получилось! Просто еще мгновенье назад я любовался ее красотой, ее голосом, но вот раз… и уже все мысли вылетели из головы, оставляя только непреодолимое жажда! Почему так? Я же столько времени тренировался и все в пустую! — всхлипывал он. Мне стало его, так жаль, что захотелось плакать. Конечно, слез не было.

— Твои главные тренировки начались именно сейчас. Воздержание еще не все! Главное преодолеть жажду вблизи человека, вблизи заветного запаха! Тем более ты не так давно попробовал человеческой крови! Пусть она была твоей единственной, но все–таки! Всегда легче сопротивляться соблазну, когда ты его не пробовал раньше. Это как с конфетами. Если ребенку никогда не давали конфет, то он и желает их попробовать намного меньше, чем ребенок, которому регулярно их давали и вдруг лишили этого лакомства! Также и здесь. Теперь ты знаешь, этот вкус, поэтому тебе еще тяжелее! — объясняла Франческа. А у меня в голове витала только одна мысль: если бы я не поранила того парня, моему Заку было бы намного легче сопротивляться своей жажде! И, возможно, сейчас мы уже были бы вместе!!! Я сама разрушаю свое счастье!

— Не легче, — проговорил Зак. Я не выдержала и коснулась его. Он вздрогнул и повернулся на меня.

— Мела? — воскликнул он. Понятно, сейчас он меня не видит. Что делать?

Я нежно провела рукой по его щеке, давая понять о своем присутствии. Его напряженное до этого лицо мгновенно разгладилось, и появилась вымученная улыбка.

— Ты здесь! Ты пришла! Мела, с тобой все в порядке? Я так волновался! — заголосил он. Франческа тут же испарилась. И за это я была ей несказанно благодарна.

Я присела рядом с Заком, крепко и нежно обнимая. Мне нужно было дать ему понять, что я на него не сержусь. В реальности же я сердилась больше на себя. Если, не дай Бог, подобное повториться, мой ступор может плачевно закончиться. Надо брать себя в руки.

Зак отвечал мне взаимными объятьями. Большего мне и надо!

— Ты прости меня! Я не смог ничего сделать. Даже сопротивляться не успел. Просто как волной накрыло! Мне так жаль, что тебе пришлось такое увидеть и пережить! Я столько времени не разрешал Жозену устраивать наши свидания, боясь за тебя, а тут такое! Я считал, что готов ко встрече с тобой, но я ошибся! — каялся он. У меня внутри все переворачивалось. Сначала я искала, как бы его успокоить, остановить нескончаемый поток извинений, но потом… я просто не могла поверить своим ушам! Он сам запрещал наши свидания. От этой новости мне захотелось начать сильно возмущаться, но нежность его заботы обо мне смыла все негативные эмоции.

Он по–прежнему меня не видел. А еще я так и не знала, как именно он ощущает мои прикосновения. Понимает ли он, чем именно я к нему прикасаюсь. Я не стала сопротивляться собственному вдруг возникшему порыву. Я чуть приподнялась и слегка коснулась его губ своими губами. Нежнейший ток прошел через мои губы, распространяя по всему телу блаженное тепло. Отстраняться совершенно не хотелось, но нормы приличия и воспитание не позволяло мне поцеловать его так как мне этого хотелось. А если учесть, что он меня вообще не видит, то с его стороны это выглядит еще более прикольно и обидно.

Я отстранилась и нехотя открыла глаза. Мне нужно было удостовериться, что он понял все правильно. Он должен был понять, что я коснулась его губ не рукой и даже не щекой.

Мои надежды оправдались целиком и полностью. Его широкие черные сверкающие глаза прекрасно говорили об этом! Я улыбнулась, жаль, что он этого не видел.

— А можно еще? — умоляющим голосом проговорил он. Пределу моему счастью не было! Вот теперь я плевать хотела на все нормы приличия! Я буквально накинулась на него. Страстно взяв его лицо в свои руки, я прильнула к его губам. Глаза закрыть я не успела, поэтому четко видела, как мои руки стали вырисовываться в пространстве! Меня это сильно порадовало. Обе руки Зака быстро оказались у меня на талии, после чего одна из них скользнула по спине. И только после этого я закрыла глаза и выпустила всю накопившуюся страсть на волю. Одна моя рука скользнула в шелковые волосы, другая опустилась на талию. Жадно впиваясь в его губы, я не могла насытиться! Такого никогда еще не было в моей жизни! Было чувство, что мы стали сливаться воедино.

Ну, почему что–то хорошее и приятное не может длиться вечно? Где–то рядом кашлянула Франческа! Нам пришлось отлепиться. Оказалось, что в процессе я залезла к нему на колени.

— Простите, что помешала. Просто Жозен звонил, волновался, что ты перестала ему отвечать! — говорила она, винясь будто в преступлении.

— У нас все нормально, — проговорила я Франческе и повернулась к Заку, лукаво улыбнувшись, — Я завтра вернусь! Готовься, я буду лично!

Договорив, я сконцентрировалась, очень отчетливо представив свою избушку. Мгновенье и я снова в своем родном теле. Зато насколько довольная я вернулась!!!

— У меня все отлично! Завтра к обеду ждите меня лично, а сейчас мне пора в университет. Я постараюсь все успеть во время! — на радостях я даже не дала открыть рот Жозену и чмокнула его в кончик носа! Конечно, он сильно удивился моим действиям, но придираться не стал! Я вскочила, а секунду спустя уже бежала по дороге к берегу!


Глава 12

И снова срыв!

Прошло почти полтора месяца. Последний месяц был лучшим в моей жизни.

Я спокойно забрала свои документы из университета. Конечно, меня спросили, в чем дело, ведь я была одной из лучших студенток. Я озвучила самую распространенную версию: заболела и не имею возможности полноценно посещать занятия, а отчисления за неуспеваемость мне не хочется! Такие объяснения вполне устроили деканат. Больше всех расстроились ребята из группы.

— Такой вокалистки нам больше не найти, — грустно произнес Марк, когда провожал меня. Мне даже пришлось для конспирации лететь на настоящем самолете, поскольку просто так отпустить меня отказались! Так что прибыла я в Англию как любой простой человек.

Я по–прежнему живу в своей избушке, но теперь наши с Заком встречи стали намного длительнее. Зак оказался гораздо сильнее, чем мы могли подумать. Буквально после того случая расстояние на личных встречах стало неумолимо сокращаться. Правда, на ста метрах мы все–таки остановились и стали выдерживать время. Через три недели постоянных встреч Жозен с Франческой решили, что мы готовы. С тех пор я стала практически жителем их дома. Сразу после завтрака я приходила к ним и только под вечер на закате уходила.

Больше я практически не нуждалась в своей способности покидать тело. Теперь я могла быть рядом с ним лично, и душой, и телом! Зато эта способность была теперь на высоте! Я спокойно могла и по часу находиться достаточно далеко от своего тела. Жозен считает, что эта способность может быть очень полезна. Ведь шпионить без тела намного удобнее!

Наши первые встречи в основном говорила только я, он же просто кивал. Но со временем стал разговаривать и он. Вот тогда мы поменялись местами. Теперь он рассказывал мне все, что его тревожило эти месяцы без меня. Объяснял мне каждую мелочь новообращенного. Я хотела знать все, чтобы хоть как–то понять, что он чувствовал. Но все–таки большую часть времени мы просто обнимались, касались друг друга. Конечно, нам хотелось целоваться, но так рисковать никто не собирался.

Единственным минусом было то, что я так и не смогла ничего узнать о Кейт. Зак спрашивал меня о ней, а ничего не могла ему ответить. Сначала хотела наврать, сказать, что у нее все отлично. Но не могла же я врать постоянно, тем более, что у меня это плохо выходит.

— Зак, ты прости меня, пожалуйста! Но я ничего не знаю о Кейт. после того, как я переехала в университет, мне не особо хотелось с кем–либо общаться. И прости, но с Кейт тем более. Я ведь думала, что никогда больше тебя не увижу, а она была самым главным и болезненным напоминанием о тебе. Я собиралась жить дальше, а для этого мне нужно было пережить твой уход. Так я посчитала, что без нее это будет легче сделать! — каялась я. Мне безумно стыдно признаваться в этом, но так было нужно!

— То есть ты перестала с ней общаться? А она? Она тоже не писала тебе? — удивленно спрашивал Зак. Я не совсем поняла его реакцию. Неужели, в нашей разлуке он стал винить не меня, а ее? Этого просто не может быть!

— Ты чего? Ты считаешь, что она тоже решила со мной не общаться? — я даже подняла на него глаза. До этого я смотрела на свои руки, которыми теребила свою кофту!

— Я просто спросил, — как–то странно ответил он.

— Нет, не просто! Это я потеряла с ней связь! И не смей ее ни в чем обвинять! — возмущалась я.

— Я ни в чем ее не обвиняю! На тебя очень многое свалилось. Ты даже физически могла не успевать общаться с ней!

— Нет, могла! Я потом и стала ее искать, но не получала никаких ответов. Ни электронная, ни простая почта не отвечала. А больше никак с ней связаться я не могу! Только если… — в голову пришла самая простая идея!

— Что если?

— Если просто сбегать к ней в колледж, ведь я знаю, куда она поступила! Скорости мне не занимать, за сутки обернусь точно! — проговорила я.

— Ты сума сошла! Тебя могут заметить! В США штат Масачучес нужно не только бежать, но еще и плыть! Это очень далеко, не говоря о том, что безумно опасно! Я тебя не отпускаю! — Зак вскочил на ноги. По нему было видно, что перечить ему сейчас не стоит!

— Хорошо–хорошо! Закрыли тему! — сдалась я. Он просто кивнул.

На этом разговор был действительно закончен, но я решила найти способ сбегать туда. Я просто обязана это сделать! Я не отступлюсь!

— Зак, а скажи честно Жозен тебе рассказывал как я выгляжу… Ну ты меня понял! — спросила я через какое–то время молчания. Меня как и любую девушку этот факт интересовал чисто с эстетической точки зрения!

— Говорил, что выглядишь ты спящей. Больше ничего! А что? — посмеивался Зак.

— Ничего смешного! Должна же я знать! Вот бы самой увидеть! — проговорила я.

— Так в чем проблема? Посмотри! Или ты можешь переместиться только далеко? — в его присутствии я глупею. Как я раньше не догадалась? Это же проще простого!

Больше ничего говорить я не стала. Чуть–чуть концентрации и я по–прежнему рядом с Заком, который держит мое тело на руках. Я действительно смотрелась как спящая, хотя скорее без сознания. Я ничего не говорила и не двигалась, в общем, не подавала никаких признаков жизни.

— Мела, вернись! Мне тяжело! — прохрипел Зак. И хотя я не совсем поняла, к чему это он, сделала, как он просил!

— Что случилось? — прошептала я, заглядывая в глаза. Зак только отодвинулся подальше. Меня это насторожило!

— Мне уйти или ты справишься? — уточняла я. Зак даже закрыл глаза и задержал дыхание. Это не говорило ни о чем хорошем. Не дожидаясь ответа, я вылетела из комнаты.

— Что случилось? — мгновенно отреагировал Жозен на мое появление в гостиной.

— Заку, стало плохо! Я вышла, — уже более спокойно сообщила я. Жозен бросился к нему. Я проследила за ним взглядом.

— Не волнуйся! Зак справиться и Жозен ему поможет! — успокаивала меня Франческа.

— Да–да! — согласилась я. И хотя Франческа не была похожа на маму, где–то глубоко внутри она воспринималась именно так. Но надежда найти настоящих родителей никуда не делась, просто затаилась на неопределенный срок!

— Садись ужинать! — проговорила она. Ей доставляло столько удовольствия для меня готовить, что я просто не могла ей отказать! И надо сказать, что готовила она превосходно! Могу поспорить, что лучшие повара мира с ней не сравняться!

На закате я как всегда ушла. Сытая и почти довольная я легла спать, но мысль о Кейт еще долго меня не покидала! Но при этом проснулась я уже на рассвете. Мне так захотелось к Заку, что сил не было. Я решила вспомнить свою способность вылетать из тела. Немного концентрации и воображения и вот я уже в его комнате. За последнее время я ни раз задавалась вопросом: почему он так любит сидеть на полу? Но никак не могла понять, а почему до сих пор напрямую не спросила, сама не знаю!

Вот и сейчас он сидел на своем любимом коврике возле кресла. Я спокойно села к нему на колени.

— Доброе утро, любимая! С чего это ты сегодня в таком виде? — посмеялся он. У него, видимо, ночь прошла хорошо. Настроение отличное.

— Безумно хочу тебя поцеловать, а в теле нельзя этого делать! — спокойно призналась я. Между нами не было секретов, кроме одного! Но этого ни знал никто!

— Так чего ты ждешь? — усмехнулся он и, не дав произнести ни слова, сам жадно впился в мои губы. Нежнейший трепет через пару мгновений сменился обжигающим пламенем страсти, только сил остановиться не было! Я столько времени уже не приходила к нему в таком виде, столько времени не целовала его, не прикасалась настолько открыто и безбоязненно, что желание остановиться отсутствовало полностью. Я должна была насытиться им до следующего раза. Руки запутались в волосах друг друга, шарили по спине, бедрам. Куда же нас несет? Вдруг Зак схватил меня еще крепче и легким движением уложил на пол. Я оказалась на лопатках, но мне это нравилось. На мгновенье он отстранился, заглядывая мне в глаза. В его же глазах плясали озорные огоньки. Я широко улыбнулась, ни капли ни протестуя такой ситуации.

Мгновенье. И вот он вновь прильнул к моим губам. Разве могло быть что–то прекраснее этого момента? Нет! Я полностью растворилась в его крепких и нежных объятьях.

Вдруг из окна повеяло ветерком. Я не придала этому значения, хотя и почувствовала какой–то запах. Зря я так сильно расслабилась!

Тело Зака окаменело. Я не поняла, что случилась, поэтому немного отстранилась, насколько это было возможно в моей ситуации. Черные глаза были безжизненные, на лице расплывалась блаженная улыбка, но совершенно другая. Не та, которой он встречает меня. Она была с каким–то злобным подтекстом. Я глубоко вздохнула, втянув воздух. Только сейчас я поняла, какой именно запах принес ветер! КРОВЬ! Вот я дура!

Я даже сообразить не успела, как его уже не было сверху меня. Места для паники не было! Нужно было действовать!

— КРОВЬ! — закричала я на весь дом, давая знак Жозену и Франческе. Сама же я уже через мгновенье была в своем теле в постели, из которой так и не встала. Прямо в ночной сорочке я выбежала на улицу и превратилась в черную пантеру! Я бежала изо всех сил. Лес проносился мимо с такой скоростью, что даже при моем отменном зрении их силуэты сливались в единое пятно. Я должна была успеть! Я не имела права не успеть!!!

Вот пару секунд спустя я увидела бегущего Зака, за мной Жозен и Франческа. Они точно не успевали. Им просто не хватит скорости! Но мне тоже до него было еще километра четыре, а ему до домика, из которого исходил этот манящий запах всего метров пятьсот! А из этого домика доносился не только запах крови, но ужасные душераздирающие крики. Даже у меня сердце сжалось при этих звуках. И голос был женский! Теперь его случайной жертвой могла стать ни в чем не повинная девушка!

Этого не должно случиться! Я этого не позволю иначе, какая я «Великая», если прямо у меня под носом простой вампир может убить человека? Я не успею! Нет, я должна! Последнее усилие и я в домике!

Хотя все мое внимание занимал Зак, такого ужаса я не ожидала. Другими словами то, что творилось внутри домика описать не возможно!

На старой маленькой железной кровати с тонким матрацем извивалась девушка. Да не просто девушка, а рожающая девушка. Все ее тело было буквально залито кровью. Из рваной раны на животе было высунуто крохотное тельце. Ребенок родился не весь, но был жив. Девушка истошно кричала, захлебываясь кровью и разрывая прямо руками собственный живот. Что с ней могло быть? У несчастной кровь шла отовсюду: изо рта, ушей, носа, даже глаза были залиты кровью. Могу поспорить, что она совершенно ничего не видела. Целыми были только конечности!

Я откровенно не поняла, что я увидела! Но времени на раздумья не было. Моей целью было спасти эту несчастную!

Выбора особого не было! Я схватила его прямо зубами за руку и вышвырнула из дома. Силы свои я не рассчитала, поэтому он улетел почти до Малеванов. Конечно, он ринулся обратно. Я выбежала ему навстречу, одновременно превращаясь. В этот же момент его схватили Малеваны, но он вырывался, издавая низкий животный рык. И в таком виде он кинулся на меня.

ОЙ! — только и успело пронестись в моей голове.

Удар! Меня немного относит в сторону, не сильно и не далеко, но ему этого хватает! Я тут же догоняю его и хватаю за руку. Моей силе он не сможет сопротивляться! Это мы уже проверяли! Но у него было одно очень плохое свойство — кусаться! В мгновенье ока Зак меня укусил. Я успела лишь по инерции отдернуть руку, но два красивых полукруглых шрама остались. Я знала, чем это может грозить оборотню, чем вампиру, а вот чем это обернется для меня, я не знала и не могла знать!

На одну единственную секундочку у меня помутнело в глазах, и я его отпустила. Но он был по–прежнему рядом, видимо, Малеваны все–таки смогли с ним совладать. Где–то на фоне я слышала рычание Зака, крики какой–то девушки, возгласы Жозена и Франчески. Дальше только темнота!

Какая глупая смерть! — промелькнуло у меня в голове!


Эпилог

Странное ощущение, будто всю спину отлежала. Разве так умирают? Странно!

Из любопытства я прислушалась. Вокруг меня кто–то был. И не один. Но я никак не могу разобрать слова! Почему? В уши, будто ваты наложили! Что это такое? Где я?

— Смотрите, она хмуриться! — закричал приятный и до боли знакомый мужской голос.

Надо еще немного напрячься! Кто это? Зак — мозг выдал ответ, и сердце взорвалось от восторга! Теперь я знаю, что не умерла! Я НЕ МЕРТВА! ХА! Гены вампира победили!

— Мела, милая, ты нас слышишь? Мела? — узнаю этот милый заботливый голос Франчески.

— Мела, любимая, дай нам хоть какой–нибудь знак! Мела, не бросай меня! Я люблю тебя! — хныкал Зак. Я снова заставила его волноваться и переживать за меня! Сердце тоже стало ныть. Я собрала все силы в кулак.

— И я тебя люблю! — прошептала я, стараясь открыть глаза. Не успела. Крепкие руки заключили меня в свои объятья!

— Прости меня, ели можешь! Прости! — шептал он мне на ухо, — Я так рад, что ты жива!

— Ты все–таки завершишь начатое, если не отпустишь меня! — прохрипела я.

— Зак, ты ее задушишь! — проговорил Жозен. Силы возвращались ко мне с бешеной скоростью. Наконец–то я смогла открыть глаза. На меня смотрели три пары любящих глаз. Что еще нужно в жизни? Я не сдержалась и заплакала.

— У тебя что–то болит? — тут же запаниковал Зак.

— Нет, просто рада вас видеть! Я вас так люблю! Всех! — проговорила я, распахнув руки. Франческа тут же правильно расценила мой жест, но немного помедлив и Жозен присоединился. Несколько секунд мы просто обнимались, как самая настоящая семья!

— Ой, ты, наверное, хочешь кушать! — воскликнула Франческа, отстраняясь от нас.

— Ты не исправима! — пробормотала я, улыбаясь.

— Она права! Мы не знаем, что с тобой было, — очень серьезно проговорил Жозен.

— Сколько времени я в таком состоянии? — твердо спросила я. Раз уж серьезно, так серьезно!

— Около трех часов, — спокойно отвечал Жозен, хотя в голосе чувствовались нотки тревоги, да и подозрительность присутствовала!

— Что с девушкой и ребенком? — спрашивала я, усаживаясь. Зак тихо помогал мне как серьезно больной! Я не стала сопротивляться.

— С ребенком все нормально. Франческа уже вызвала нужные службы. Ребенка скоро заберут, — говорил Жозен, а в глазах была нескрываемая грусть.

— Что с девушкой? Она жива? — требовала ответа я. На лице Зака была такая боль. Его аж передернуло от моих слов. Жозен тоже смотрел в пол. А Франческа замерла на месте с тарелкой в руках. Такого напряжения в этой семье я еще никогда не видела.

— Говорите! Что с ней? — закричала я.

— Она жива, но больше не человек! — со вселенской болью в голосе произнес Жозен. Больше ничего не надо было. Все было и так понятно.

— Теперь она вампир? — спросила я, уже зная ответ. Все трое одновременно кивнули.


home | my bookshelf | | Единственная |     цвет текста   цвет фона   размер шрифта   сохранить книгу

Текст книги загружен, загружаются изображения



Оцените эту книгу