Book: ОбрАДно в СССР



ОбрАДно в СССР

Троицкий С. Е. 

ОбрАДно в СССР

WARNING!

                                        

ОбрАДно в СССР

Для цензуры и читателей: все тексты и сюжеты данного драматического произведения не имеют никакого отношения к реальным людям, названиям, брендам и действиям.

В сюжетах не содержится призывов и руководств к незаконным действиям или восхваления «нетолерантных» поступков.

Все, о чем рассказано и показано, вымышлено и является сатирой, поэтической аллегорией и рок-эпатажем!

Книга запрещена для продажи и прочтения -несовершеннолетним и малограмотным.

СЛОВО АВТОРА

Привед всем! Как бодрость духа? Я дико рад, что вы держите в руках очередную мою книжку «Обрадно в СССР», надеюсь она вас развеселит, а также вы почерпнёте массу любопытной информации о другом мире — жизни в СССР.

Книга представляет собой подборку моих воспоминаний и мемуаров, написанных в разное время и охватывает события с детских лет и до рока на баррикадах во время ГКЧП, что привело к развалу СССР. Естественно, оббьем книги не позволяет изложить все угарные истории происходившие со мной или все впечатления и мысли, которые я переживал будучи ребёнком или тинэйджером металистом. Может также сложитца мнение, что я всю жизнь только бухал, бренчал на гитаре и бегал за тёлками, это не так. Естественно я дико трудился и переживал массу трудностей, но писать о страданиях, не самое лучше дело, так как их и так полно вокруг.

Отправляясь в эту поездку, хочу предупредить, что для поколения 2000-х, она может показатца средневековым ужасом, но для олдовых людей, станет увлекательной экскурсией по старым забытым местам, в любимые дворики вашего

Юный человек устроен таким образом, что даже на войне или в Антарктиде, он может придумать себе такие приколы и веселье, что в дальнейшем тяжёлые времена, будут восприниматца им, только через призму это первородного веселья или скажем — первой любви. Вы же не можете, держать в памяти состояние голода или болезни, а вот первый поцелуй, первая пирушка или поход на футбол с папой, навсегда запечатлятца в вашем сознание как прекрасные времена. Я надеюсь, что в процессе чтения, строки написанные мною, станут своеобразным РАЗОРХИВАТОРОМ, они вскроют глубинные папки, заброшенные на архивные антресоли вашего сознания. В миг оживут поблёкшие краски, послышутца родные голоса, весёлая музыка, а неповторимый вкус ДЮШЕСА или Советского шампанского всколыхнёт пережитые романтические триллеры и родительскую заботу...

В нынешние временя правительство РФ и множеством передач в СМИ, всячески муссируется тему СССР, представляя её как рай для большой семьи дружных народов и грандиозных свершений. Естественно, внешние и внутренние технические успехи СССР были ошеломляющие. Но стоить вспомнить какой ценой, были оплачены флаги над Рейстагом, железные дороги на Варкуту и путь Беломорконала. Костями сотен миллионов людей, был вымощен этот путь, кровь жертв репрессий и ГУЛАГОВ заполняла эти берега, чтобы мог плыть ледокол Ленин, оглушая мир ацкими сиренами — перекованных из церковных колоколов — на встречу мифическому КОММУНИЗМУ!

Естественно история и мир людей, устроен так, что если каму-то делают плохо, то другим станет хорошо, но даже в этом, ЗЛОВЕЩИЙ КОММУНИЗМ пошёл наперекор правилу. Четыре поколения и сотни миллионов людей, чистосердечно, с дикими энтузиазмом вкалывали и творили, чтобы СССР добился этих успехов. Они это делали с глубочайшей верой в идеи коммунизма, верой в силу ВЛАСТИ и мудрости её руководства. Были и миллионы таких, кто понимал абсурдность коммунистических идей и тупость их догм, но как русские люди, они наивно верили, да и не могли не верить, в то что постепенно КРАСНАЯ ИМПЕРИЯ переделается в ИМПЕРИЮ ДОБРА, поэтому участвовали в общем деля, отдавая борьбе и труду полностью всего себя! Совершая подвиги и взбираясь на непостижимые высоты, они думали, что вот, вот — ВЛАСТЬ повернётца к ЛЮДЯМ, встанет Сталин с бокалом и скажет:

— «...Я пью Советское шампанское, за наш Русский народ! Давайте же вместе начнём творить новую историю, построим такую страну, где уже с завтрашнего дня каждый будет счастливым! Пусть будет империя для народа, а не народ для империи! Давайте с помощью счастливых людей, построим такое мощное государство, которое как гранитная скала возвысится над всем миром и подаст пример всему человечеству!..»

К сожалению безпрецидентые усилия и труд Советских людей был напрасен, а самопожертвование ничего не спасло и не изменило!

Если Германский Рейх рухнул, в романтической борьбе против МИРОВОГО ЗЛА, под тяжестью града Союзнических бомб и ударов Сталинской кувалды, то Вавилонская башня СССР бездарно развалилась, сама по себе, сгнив изнутри! Она рухнула, погребая под собой, невинных людей, которых ВЛАСТЬ ЗЛА вовлекла в эту безжалостную и ПРЕСТУПНУЮ историю. Самою ужасную и БЕЗДАРНУЮ историю, перед прошлым и будущем поколении РОССИИ!

Бездарность, кровожадность, тупость, злоба, нищенство и прожектёрство — вот истинное лицо СССР, а не Гагарин и Курчатов! Если Гагарин и полетел первый в КОСМОС, то заслуги коммунистов здесь никакой нет, а есть заслуга русских учёных, которые как рабы, днями и ночами корпели в ШАРАШКАХ — над чертежами ракет, самолётов и пароходов. Это заслуга простых тружеников, которые за краюху хлеба, в седьмом поту беспрестанно стояли за станками и сеялками. Это заслуга простого парня из Тамбова, который заживо сгорел в Т-34, на Курской полосе.

Когда Фюрер беседовал с Фон Браууном, о производстве ракет ФУ-3 с целью бомбёжки Лондона, он постоянно уточнял, что ни одна ракета не должна попасть в дом Герберта Уэлса. Гитлер мечтал, о полётах на Луну, на Марс и Сатурн, а на Венере он планировать построить сказочный город ЛЮБВИ, с античными барельефами, утопающими в райских цветах и садах, под шелест горных водопадов и пения чудесных

Ни о чём подобном Советское руководство даже и не помышляло, а всё представление Хрущёва о любви, сводилось лишь к тому: у каво КУКУРУЗа больше, тот и порит Маню!

Если им, и нужен был Гагарин с его ракетами, то лишь для того, чтоб Американцы не смогли из космоса стрельнуть по Кремлю, чтоб не смогли разбомбить их погонную власть! Бездуховную, ханжескую, лицемерную и лживую — ВЛАСТь ЗЛА!

Почему рухнула Российская Империя, почему рухнул СССР, почему может ацки рухнуть РФ, погребя под собой остатки Русской цивилизации и таким дисбалансом — ввергнуть всё человечество в катастрофический хаус и Апокалипсис? Почему Сталинская Власть была такая зверская? Ответ простой, вся верхушка — была цунаровская и растовщическая, а если кто и был из русских, то от сахи или из казармы. Ожидать от таких людей, чего-нибудь хорошего для России

Но тогда, как же быть с Царской Россией, там были все русские? Всё правильно -Империя ради Империи, при власти тупых чиновников и безвольного царя. Царские маразматики, были не лучше Брежневского маразма. Все свои деяния они очковтирательски оправдывали Великорусским шовинизмом и квасным ПАТРИОТИЗМОМ, под которым не было никакой почвы, и они эту почву даже и не пытались возделать. Им было всё мало территорий, им зачем-то была нужна Польша, война с Японией с Германией. Они лицемерно полагали, что простой Калужский крестьянин, будет охуенно рад до усрачки — ломитца под Японские пулемёты. Безногий и безрукий, он будет охуенно рад тому, что фабрикант жирно обогатился на поставках гнилой керзы, генерал получил от царя орден, а поп осветил ПАТРИОТИЧЕСКУЮ идиллию божественным кадилом! За своё очковтирательство поплатились все, начиная от дворян, генералов, попов и самого царя. Жуткая кончина царской семьи, должна стать уроком тупым правителям — мистическая кара неменуема...

СССР мутил дела по всему миру, спонсируя негров, помогая арабам и вьетнамцам, при этом не замечая у себя под носом Тульские электрички за колбасой в Москву! Не замечая, как спивается нищая Русская деревня, как мучается от тоски интеллигенция, как рабочий класс от опостылевший жизни — гонит брак и лажу! Как молодёжь затыкает уши, чтобы не слышать мерзкий вой Пугачёвой и Леонтьева, а тёлки становятся ИНТЕРПРОСТИТУТКАМИ, чтобы всю жизнь не щеголять в телогрейках и резиновых галошах.

В наши дни, под похоронные марши Пугачихи, мы видим тоже самое, вместо того, чтобы построить РУССКИЙ рай в Псковской губернии и тем самым, создать несгибаемую опору государства, правительство спонсирует КАВКАЗ и шоу со звёздами в Грозном. Единая Россия, ради Единой России, не спасёт русских людей. Мало того, такая гос политика, несёт открытую угрозу Русскому миру, её народам и безопасности человека в отдельности, как это было недавно в Крымске.

Лично я никогда не желал развала СССР, не желал развала государства, но 19 августа 1991 особо горевать не стал, слишком много было лишнего балласта и шлейфа зла. С 1987 года группа Коррозия Металла, где я играю и по сей день, объехала с концертами все республики СССР и многие страны Варшавского блока. Я был сильно удивлён, что во всех республиках, нас Русских и Москвичей дико ненавидят и считают виновниками всех бед! Самое гадкое, что синонимом слова БОЛЬШИВИК стал РУССКИЙ и МОСКВИЧ!

Даже евреи по шкале ЗЛА, занимали в тех местах тринадцатое место, место после цыган, инопланетян, монголоф, негроф и вампироф. Вот какую славу нам уготовили Сталинские палачи и Брежневские тупые маразматики. Теперь, ещё хуже делают правители РФ, наводняя страну толпами цунароф и госторбайтеров. Если в 1991 году, когда Коррозия рубила в Польше на метал фестивале, нас просто ненавидели и называли курвой, то теперь самый последний госторбайтер, не только — ненавидит нас, но ещё и презирает! Людей, которые в самой большой и богатой стране мира, позволяют чиновникам ебать их в жопу и полностью обкрадывать...

Кто мы теперь на самом деле?! Приемники вселенского ЗЛА — СССР, дети гнезда Петровской России, Ивана Грозного, Киевской Руси или может Руси изначальной — языческой, Псковской и Новгородской?! Откуда нам взять точку нового отчёта, какой выбрать путь, чтобы лихие дьявольские лошади, снова не занесли нас — ОБРАДНо в АД СССР!

ДЕТСТВО ПАУКА. 1970-1977

ВОЩЕМТА, НАПРИМЕР

Если верить советскому паспорту, я родился 29 мая 1966 года в городе-герое Москве. В 1983 году окончил среднюю школу и поступил в типографию «Красный Пролетарий», а потом — в редакцию международной газеты «Московские Новости». На факультет журналистики в МГУ меня не приняли по идеологическим соображениям, поэтому пришлось дико рубить металл. Вскоре я образовал группу «Коррозия Металла», где и рублю на бас-гитаре по сей день...

Мой папаша, Евгений Троицкий, — известный ученый, академик, занимающийся изучением русской нации. Мамаша — зубной врач, с помощью клещей и бора пытала генералов и полковников МО. Мой предок, от которого род Троицких ведет родословную, был звонарем во времена Куликовской битвы, собирал и подговаривал народ на войну. Прадед — нижегородский священник (застрелен большевиками в 1937 году), дед — врач, награжденный орденом Ленина. В списках больных, спасенных моим дедом от малярии в Горьковской области в 1942 году, есть имя Савенко. Так случилось, что дедуся спас от смерти мать Лимонова (Савенко). Когда Иоанн Кронштадтский дарил икону моему прадеду, вряд ли он предполагал, что я буду петь детям про Люцифера, а общество знакомить с фашистским творчеством и орать «Бей Чертей — Спасай Россию!», а может, и предвидел...



СЕВАСТОПОЛЬСКИЙ ПРОСПЕКТ

Моё детство прошло на московской улице Севастопольский проспект, и, по всей видимости, это название сразу запрограммировало мой мозг на дикое котирование Крымских васюков и тамошних напитков.

В то время мой папаша работал в институте МЛ при ЦК КПСС и занимался анализом развития азиатских стран, сбросивших так называемые оковы империализма или вставших на просоветский путь. В те времена выпускники МГИМО не имели права в рабочее время изучать философские доктрины Бердяева и Соловьёва, но могли пользоваться громадной

В общем, у папаши и мамаши были комнаты, они разменяли их на двушку, так мы и оказались в пятиэтажной хрущёвской новостройке: две комнаты, совмещённый дабл и мелкий балкон. По всей улице стояли такие же одинаковые дома, 90 процентов публики составляла рабоче-крестьянская масса. Ужасающая бедность, шпана и алкоголизм.

Двери в квартиры по деревенским традициям, как правило никто не закрывал: считалось, что это по-еврейски. В любую минуту к вам могли припереться соседи или сосед с бутылкой. Во дворе было посажено множество кустов и лип, осенью там росли свинушки, каждый житель мог смело рассчитывать на пару сковородок вкусных грибов.

Центровыми местами двора были: мелкое футбольное поле для подростков, песочница для мам и малышей, а также доминошный стол для мужиков. Для оголтелых ведьм и старух, которые zaebli до смерти своих дедков, предназначались скамейки около подъездов, там сидели только одни бабки.

ОБЫЧНЫЙ ВЕЧЕР

«ДОМИНОШНЫЙ СТОЛ» был самым злачным местом двора, он был чем-то средним между английским пабом и американским бинго для престарелых. Мужики целыми днями резались в карты и домино, гоняли телеги, распивали водку и глушили трёхлитровые банки с пивом. А что было ещё делать? По черно-белому телеку показывали только Брежнева, «Сельский час», «Спокойный ночи, малыши» и разбор шахматных поединков. В кино и театрах шла всякая хер-ня, совершенно неинтересные для работяг драмы — по типу «Горя от Ума» или «Беспреданницы». Ебать было некого и негде, даже дрочить было нельзя. Конечно, кто ездил на поездах или в электричках, тот мог купить у «мафии слепых» чёрнобелые фотки голых тёток, переснятые с дореволюционных литографий. А кто ходил пешком на завод, мог только дрочить на Брежнева или на одноглазую Тётю Валю из «Спокойной ночи». В общем, никакого досуга и интертейнмента.

Высшие заправилы СССР всё это прекрасно осознавали, но не намерены были улучшать ситуацию. Если б они открыли людям «другую жизнь», вряд ли бы массы стали мириться с таким положением и задарма вкалывать на заводах по производству галош и пустых кастрюль.

Поэтому советский двор жил своей жизнью, сам ставил свои спектакли и бесчисленные драмы. Адские бухловые разборки, матерная брань, вопли и проклятья ежедневно были слышны даже на пятом этаже:

— Сука! Кто спиздил мой козырь?!

— Рыба! Да я тебя в рот ебал!

— Пошёл ты нах! Я тебя щас сам уебу!

— Бля! Толян всю воблу сожрал!

— А ты в тот раз водяру в одно ебло выжрал! Забыл что ли?

— Не пизди! Ты сам гондон!

— Это кто гондон? Получай в ебало!

И понеслось, начинался дикий махач, в разные стороны летели тузы, валеты, посуда и доминошки. Тётки вываливали на балконы и орали:

— Перестаньте! Толик, домой! Сволочи, опять нажрались! Я тебе дома щас такую РЫБУ устрою, ты у меня посмотришь!!! — И всё в таком духе, но самое шоу было впереди...

Отпизженный Васёк ломился в подъезд, из форточки доносились вопли жены Васька и мышиная возня. Драка тут же прекращалась и все мужики начинали гадать:

— За молотком, наверно, побежал!

— Да какое там за молотком — наверно, за топором!

— Пацаны, я вам говорю, он щас с тесаком прибежит, всех резать будет!

Но они не угадали! Васёк выкинул кульбит, который мог бы затмить все хиты на «Ютубе»!

— Мужики, у него ПУШКА!!! — Они бросились хватать дубьё, кирпичи и выламывать скамейки. Но не пушка была в руке у Васька, а моднейшая карбидовая бомба, пушка торчала за поясом.

— Получай! — Васёк метнул в толпу бомбу, раздался комичный хлопок и взрыв дыма. Половина толпы рухнула на землю, некоторые горели и вопили, кто-то пытался убежать, но не тут-то было! Как в ковбойском фильме, ВАСЁК вытащил сразу два пугача, нашпигованных шариками из подшипников, и тут же ебанул из первого ствола. Град шрапнели скосил сразу пять или семь рыл, остальные ринулись на врага с дубьём и скамейками. Васёк хотел повторить трюк, по-ковбойски перекинул пугачи, но выстрелить сразу не успел. Безногий дядя Коля-САМОВАР ловко метнул кирпич, прямо в ебло Ваську. Когда тот падал навзничь, палец самопроизвольно нажал на курок, пугач взорвался и оторвал Ваську кисть, а дяде Семёну —ухо.

— Суй кишки обратно! Надо зелёнкой мазать!

— Да какой зелёнкой! Ему водки надо!

— Да уже поздно! Его Коля-Самовар вырубил!

По асфальту ползали окровавленные дымящиеся люди, все стонали и вопили. Группа умельцев пыталась засунуть кишки дяде Вове — с этой целью его положили на доминошный стол. Когда практически все кишки уже затолкали, прибежал местный бродячий пёс Бобик. Он принял кишки за сардельки, схватил их и ломанулся прочь. Раздался дикий вопль, КИШКИ оторвались, а дядя Вова ебанулся со стола. С балкона пятого этажа я видел, как счастливый Бобик с гирляндой «КОЛБАС» мчался в сторону подвала. Была тут же организована погоня во главе с Колей-Самоваром. Коля мчался на своей тележке, но врезался в бордюр, улетел в цветник и треснулся башкой об дерево.

Вопли и ажиотаж продолжались ещё с полчаса, пока тётки не разобрали своих в жопу раненных мужиков. Около стола оставалась только бодрая троица: они пили водку, комментировали триллер и наливали Коле-Самовару.

— А Колян его мастерски подрезал! Точняк кирпичём в ебало!

— Да наливай по полной!

— Пацаны, слушай меня! Там под Минском! Я гранатой прямо в люк танка попал!

— Колян, ну не пизди! Как ты мог тигру в люк попасть, тебя бы пулемётом скосили!

— А вот Ваську ты в ебло знатно засветил! Это мы видели и подтверждаем!

Они бухали до полного отруба, потом хватали Самовара и кидали его в открытое окно первого этажа, вдогонку бросали его тележку. Забрасывание тела в окно происходило еженедельно. Иногда окно было открыто, а иногда закрыто — тогда раздавался дикий грохот разбитого стекла и тупой удар башки об подоконник...

В общем, во время таких ОБЫЧНЫХ ВЕЧЕРОВ не вызывали скорую помощь или милицию, а разбирались сами. На следующий день как ни в чём не бывало вся забинтованная и загипсованная дворовая кодла сидела за одним столом, резалась в домино и пила водку. И Васёк сидел без руки, и Самовар сидел, резались все в карты и бухали.

КОЛЯ-САМОВАР

Как всем известно, в начале 50-х всех калек — слепых, безногих и безруких — в один миг изловили на улице, покидали в товарные вагоны и вывезли за 101-й км от Москвы. Большую часть тут же расстреляли и сожгли на торфяных болотах. Под раздачу попало десятки тысяч фронтовиков, Героев Советского Союза, кавалеров Орденов Славы и Трудовой Доблести. Ветераны войны, которые прошли путь от Сталинграда до Берлина, которые не щадя своей жизни геройски спасали Советскую власть от краха и разгрома. Вместо благ и уважения коммунистическая власть одарила фронтовиков почетным АУТОДАФЕ на торфяных кострах Икшинского уезда.

В сознании простого обывателя война — это как в фильме: просто убитые и раненые. Например, девушка приходит в госпиталь, там её возлюбленный, он просто ранен в руку или в голову, потом раны заживают и он ломится снова на фронт. В реальности всё по другому. Когда разрывается в цепи снаряд, там сразу всем отрывает бошки, руки и ноги. В полевых условиях существует только одно реальное лекарство — ПИЛА АМПУТАТОРА. От этой участи были не застрахованы ни только простые бойцы, но и любые генералы, попавшие под бомбёжку или обстрел.

После войны улицы страны были наводнены ужасающей миллионной массой калек всех мастей. Советская власть пыталась навести лоск и показать, что «жить стало лучше и веселее», но тут наметилась «Холодная война». Сталин и Берия боялись, что американцы сбросят атомную бомбу, наймут генералов Вермахта, и те снова попрут на Совок, со всей Восточной Европой, которая уже успела возненавидеть новый советский порядок. Чтобы мобилизовать молодежь на новую войну, нужна была романтика, как в кино о «ГЕРОЙСКИ ПАВШЕМ БОЙЦЕ». Вид бомжеватого калеки с орденами — не мог служить романтическим имиджем для будущей тотальной войны, поэтому их слили как использованный материал.

Дядя Коля был опытным фронтовиком, проехал на Т-34 от Воронежского фронта и да самой Варшавы в чине лейтенанта, имел кипу орденов и медалей за самые невероятные подвиги. Во время форсирования Вислы под Варшавой, в понтонный мост угодил 500-килограммовый снаряд немецкой пушки «Доро». Две роты отправились на очную ставку к Нептуну, а Коле ПРОСТО оторвало ноги.

В госпитале его подлечили, выдали медали и модную тачку на подшипниках, а также лыжные палки. Всех безногих тачаночников называли «самоварами», так и получился «Коля-Самовар».

Во время «шухера» его изловили в пивняке, бросили в товарняк и повезли на Икшу. Во время разгрузки из грузовиков, ему чудом удалось ускользнуть и спрятаться в лесу, пока его не подобрала сердобольная тётка, которая выдала ему самогону и еды. Ног у него не было, но зато был болт. Во время Хрущёвской «оттепели» ему удалось реабилитироваться и вернуться в Москву.

Коле-Самовару постоянно наливали водки и всячески стебались над нам, а потом всем двором пропивали его фронтовую пенсию. У нас, у местных детей, он одновременно вызывал шокирующий ужас, трепет, жалость и дикий интерес.

В общем, мужики его всерьез не воспринимали, а мы осторожно подкрадывались и слушали его. Как-то раз он сидел с двумя мужиками, чинно бухал с селёдочкой и огурцами и прогонял свои телеги. Вот примерно, что он говорил:

«...— Значится так! Послали нас в бой, всю бригаду, надо было прорвать оборону фрицев — а там открытое поле! Пехота десять раз в атаку ходила, два полка на поле и полегло. Три раза окопы их брали, но эсесовцы их выбили. В общем, посадили остатки на броню и поехали, а по нам как взялись лупить, так полбригады сразу и пожгли, а наш танк врезался в подбитый — это и спасло. Ну, а кода ещё бригада подошла, мы им врезали и погнали. Всё поле в трупах, гусеницы в кусках людей, а черепа хрустели, будто арбузы...»

После слов — «куски людей и черепа хрустели» — вся детвора застыла в ужасе и словно окаменела. Увидев краем глаза, что у него появились БЛАГОДАРНЫЕ СЛУШАТЕЛИ, дядя Коля-Самовар вошёл в раж и продолжил свой рассказ.

«...— Отогнали, значит, мы фрица верст на десять и заняли круговую оборону около погорелой деревушки. Из полета танков осталось два всего, а тут мимо генерал проезжает. Ага, говорит, вот, значит, где у нас тринадцатая бригада прячется! За то что сразу не прорвали фронт, в качестве наряда вне очереди — отправляйтесь в могильщики!..»

Во время войны немцы всегда копали аккуратные могилы, ставили берёзовые кресты и надевали сверху каски. Советских солдат немцы хоронили в общей могиле, а офицеров с почестями в отдельных. Они полагали, что противник поступит так же, если им не повезёт остаться живыми. Когда же наступали советские войска, местных тёток и пленных заставляли раскапывать могилы и разбрасывать трупы. Осквернению подвергались не только немецкие кладбища, но и погосты советских солдат, так как их хоронили при помощи фашистов.

«...— Значится так, Витюха! Слушай сюда! Иногда покойничков, было дело, даже скармливали полковым свиньям! Я сам видал раз, как во-от такая ЖИРНАЯ СВИНЬЯ глодала свежевскопанную мертвечину и рылом своим ЧМОКАЛА! Её, свинью-то эту, потом на седьмое ноября вся рота мотопехоты ЖРАЛА!..» 

В этот момент от страха один малыш описался, а девочка стала плакать. Видя благодарную реакцию, Самовар продолжил дальше.

«...— Как-то раз уселся я на экскаватор и принялся общую могилу разрывать. Занёс ковш — как копну, да ка-ак брошу, как копну, да как опять брошу. Один раз так копнул, что дохлый фриц из ковша вдруг как полетит, да как грохнется на меня — прямо будто придушить меня задумал. Только я вовремя руку поставил. Фриц-то этот уже, считай, сгнил, изо рта вонища, зубы как у волчары, а из глаз ДВЕ ЗМЕИ БОЛОТНЫЕ ТОРЧАТ И ЯДОМ ЖАЛЯТ! —Он театрально повернулся к детям, вытянул громадные кулачища с грязными ногтями и дико заорал:

— А когти у него длинные, как сабли! ЧТОБЫ ВСЕХ ВАС РВАТЬ! Аааа!!!—... »

— Аааа! — Дети бешено заорали, попадали в обморок и тут же обоссались. Я тоже до смерти испугался, мои волосы встали дыбом, и я чуть не лишился чувств. Мне показалось, что сам дьявол вселился в Самовара, и он безжалостно разорвёт меня и Лёху Сухарева на части, а потом съест живьём... От обмороков и обоссывания нас спас мужик Витёк:

— Самовар, хорош тормозить, давай-ка ещё по третьей наливай!

Самовар ехидно улыбнулся и самодовольно разлил водяру. Выпил, закусил огурцом, после чего продолжил свою телегу.

«...— Когда меня под Варшавой «Дора» шандарахнула, тот фриц каждую ночь в госпитале во сне являться стал, душить меня приходил. Сперва вцепится когтями в горло, а потом давай змеями череп сверлить. А потом МОЗГИ ПИЛ И ДУШИЛ!-...» Коля картинно обернулся ко мне и Аёхе, вытянул громадные лапы, схватил себя за шею и бешено в алкоголическом угаре заорал:

«—...Вцепится когтями в горло, а потом МОЗГИ ПИЛ И ДУШИЛ! Вот, смотрите, шрамы до сих пор остались! Вот они, смотрите, засранцы! ШРАМЫ от его КОГТЕЙ!-...»

Я снова до смерти испугался, мои волосы опять встали дыбом, и я чуть не грохнулся в обморок. На этот раз от обморока и обыссывания нас спасло чудо.

— Вот! Вот, смотрите! Вцепился когтями в горло, а потом МОЗГИ ПИА и ДУШИА! Он вошёл в бешеную истерику, пена полезла изо рта, он нелепо дёрнулся и ебанулся со скамейки. Удар башки об землю вывел нас из оцепенения, и мы бросились в подъезд.

Мы неслись, словно ошпаренные скипидаром, сердце выскакивало из груди, голова кружилась, а ноги налились свинцом. Я долбанул незапертую дверь и мы рухнули в коридор, а потом бросились закрывать дверь на все цепочки и щеколды. Нам слышались шаги, нам казалось, что адский Самовар ломится за нами и скоро будет крушить дверь! Не знаю, сколько прошло времени, пока мы не пришли в себя, но вот со двора снова донеслись голоса мужиков и Самовара.

— Самовар, харэ тормозить, давай ещё водяры треснем!

В первую секунду мы хотели броситься к балкону, закрыть все форточки и окна и включить Брежнева по телевизору — лишь бы не слышать зловещие вопли Самовара.

— Вот! Вот, смотрите! Вцепился когтями в горло, а потом МОЗГИ ПИЛ и ДУШИЛ! А из глаз его ЗМЕИ ТОРЧАЛИ!!!

Вместо того, чтобы дико забаррикадироваться и заглушить уличный шум, нами словно овладел «БЕС противоречия». Мы хотели узнать, что было дальше! Мы осторожно легли на пол балкона и стали смотреть в щель. Но чудо не произошло: не видя перед собой благодарной публики, Самовар больше ничего не отчебучил.

— Самовар, а чё дальше было?

— Да ничего! Я каждую ночь в госпитале орал, мне кляп совали, а иногда и табуретом хуярили, чтоб сон нормальный был. Потом прошло само собой... Давай-ка ещё пивка треснем!

— Да какое там пивка! Смотрите, цыгане опять ломятся, пойдём их пиздить!

ЦЫГАНЕ

Сталин был не только крутейшим грузинским вором в законе, но и обычным оголтелым грузинским националистом. Этот национализм был совсем другого типа, чем во всем мире. Суть его: ВСЕ КОЗЛЫ, и не более. Русская революция, ад и муть гражданской войны, ленинская партия — для него были лишь средством на пути к тотальной власти.

Если Троцкий был мастером изящных многоходовок, то Сталин — мастером вероломного коварства, это обычная черта всех цунароф. Уже с тридцатых годов ему дико надоел коммунизм, отовсюду исходили угрозы и заговоры бывших революционеров, всё время приходилось мутить адские репрессии и зачистки. Сталин дико завидовал Фюреру, который просто отправил в духовку всех евреев и цыган, и мог спокойно спать и заниматься творческим креативом — устраивать модные парады, разговаривать со Шпеером об античных городах, а также мечтать с Фон Брауном и Г.Уэлсом о полётах

Сталин врубился, что управлять НАЦИОНАЛ-СОЦИАЛИСТИЧЕСКИМ государством гораздо проще: евреи — враги, все остальные свои. Ну никто же не станет помогать евреям против Сталина или Гитлера, а вот троцкисту или бу-харинцу могут, поэтому ему приходилось делать адские репрессии и отправлять в ГУЛАГ 90 процентов невинных людей, которые могли бы быть полезны государству.



На всякий случай, он с 1937 году начал серию новых репрессий против евреев-большевиков, а также запретил цыганам, кроме артисток театра «Ромен», появляться вблизи населённых пунктов и в полосе железных дорог и магистралей. Попрошайничество и тунеядство было запрещено, а цыганам отвели изгойские места, где они жили диким табором. Там царило полное средневековье и антисанитария.

Мой дед и бабуся были коренные нижегородцы, им пришлось принять Советскую власть и как-то жить для будущего России. Мой дед был доктор медицины, а бабка заслуженная учительница, у всех были дворянские замашки, полностью Русское мировоззрение и типично дореволюционные традиции — начиная от чаепития и до исполнения на рояле вальсов Штрауса. Там в Нижнем сохранялся мелкий дореволюционный оазис, большинство старой творческой и технической элиты были выходцы из купеческо-дворянской среды. Они не хватали звёзд с неба и в результате этого, в большинстве избежали тотальных репрессий.

Я приезжал в Нижний и неделями жил у дедуси и бабуси, каждый день мы ходили на волжский откос, слушали симфонический оркестр. В саду напротив кафе «Чайка» мы ели мороженное и зырили на Волгу, моему взору открывались бескрайние просторы России, удивительные пейзажи, проплывающие прекрасные пароходы и корабли. Рядом прогуливались и сидели на скамейках маститые пенсионеры, порой их беседы превращалось в фантасмагорию.

— А вы помните? Когда Император прибыл на Нижегородскую выставку, мы с папа приехали на золотой кибитке.

— Мария Владимировна! Я это вижу перед собой как сейчас!

— Так вот, голубчик, тот паренёк, что бегал на посылках у купца Замятина, — отец нынешнего секретаря Горьковского горкома!

В семь лет я не разбирался в императорах и горкомах, но цыган увидел воочию. В один из летних дней 1972 года, кода мне было 6 лет, с дедом и бабусей мы отправились в экскурсию по Волге на корабле «Ласточка» (где Михалков снимал «Жестокий Романс»). Где мы плавали, я уже не помню, но вскоре корабль причалил к раздолбанной пристани одного из волжских островов. Публика вывалила на причал, по периметру стояло несколько милиционеров. Я протиснулся чеНа берегу расположилось какое-то кочевое сборище, горели костры, бегали лошади и свиньи, толпы грязных детей что-то орали и вопили. Страшные размалёванные тётки, обвешанные бусами и яркими тряпками, махали руками, а позади на пригорке, воровато оглядываясь, стояли кудряво-бородатые страшные мужики. Задний фон кочевья заполняли бесчисленные хибары, полусгнившие бараки и монгольские юрты. Дико воняло испражнениями и дымом. В этот момент тётка-экскурсовод вышла вперёд и прогнала телегу в духе «12 стульев» и «Золотого телёнка»:

— Итак, товарищи, наша экскурсия продолжается. Сейчас мы находимся напротив цыганского табора. Вы видите уникальное кочевье, как в Средневековье. До революции цыганам приходилось постоянно скитаться и вести ужасный праздно-кочевой образ жизни. Чтобы не умереть с голоду им приходилось красть лошадей, детей, гадать на картах и обманывать людей. По статистике 1913 года, каждый цыган крал ежегодно не менее десяти раз, а цыганки — каждый день. Советская власть освободила их от вечного скитания и поселила табором в живописном месте на берегу Волги. Теперь их никто не гонит, и они сколько угодно могут петь свои песни. Товарищи, кто хочет сфотографировать цыган, может подойти ближе или спуститься на берег...

Цыгане были очень страшные и одновременно гипнотически манили меня, я хотел их получше рассмотреть, но не тут-то было. В дело вмешалась бабуся — заслуженная учительница СССР. Она протиснулось через толпу и строгим го— Ты в своём уме, ребёнку такую гадость показывать?!

— Бабушка! Давай посмотрим! Дедушка говорил, что это папуасы из «Робинзона Крузо»!

— Серёженька! Дедушка немного пошутил! Вся разница в том, что папуасы едят гусениц и червяков, а здесь червяки едят всех! Цыгане воруют детей и сажают их в чёрные чуланы, где в непроглядной тьме кишат гусеницы, червяки и ужасные сороконожки с клешнями размером с палец!

— Ну да, СОРОКОНЕЖКИ — как те, что в японской книге сказок обглодали до костей заснувшего солдата-самурая!

— До костей?! Он что, стал СКЕЛЕТОМ?!

— Да, именно скелетом! Который ты видел в дедушкином медицинском институте! Пожалуйста, если ты хочешь поселиться в чулане с сороконожками, мы можем тебя оставить на этом цыганском острове!

— НЕТ!!! — Я в ужасе залез под лавку, вцепился в ногу бабки и не вылезал оттуда до тех пор, пока корабль не отчалил от берега.

Так вот, в начале 70-х сталинские установки постепенно стали саботироваться, чечены возвратились в Грозный, а цыгане — в города, чтоб дурить и обкрадывать горожан.

Самой ходовой наёбкой был МЁД и КРАШЕНЫЕ ПЛАТКИ. Схема грабежа и наебалова была проста. Вначале появлялся старьёвщик с громадной телегой и бил в рельсу, тётки вылезали на балкон, он им предлагал за копьё выкупить любой старый хлам. Предлагалось любое дерьмо от старой калоши до дырявого корыта. Тупые бабы тут же соглашались, и старьевщик ходил по квартирам и сканировал, где — что лежит. После этого появлялся цыганский табор и сразу ломился во все незапертые двери:

— МЁД! МЁД! МЁД! А ПЛАТКИ! А ПЛАТКИ! Товай ПОКУПАЙ! Будешь МЁД есть и в ПЛАТКЕ ХОДИТЬ! МУЖ БУДЕТ ЛЮБИТЬ! Очень сильно любить будет!

В эпоху тотального дефицита мёд и дешёвые цветастые платки дико волновали тёток из рабоче-крестьянских районов. У них не было ничего! Ни модных трусов, ни прозрачных лифчиков, ни губной помады, ни даже шампуня. Все вещи были самого грубого качества и самого варварского покроя! Большинство тёток мужики вообще не пороли, а только бухали и резались в домино...

— Самовар, а чё дальше было?

— Да ничего! Я каждую ночь в госпитале орал, мне кляп совали, а иногда и табуретом хуярили, чтоб сон нормальный был. Потом прошло само собой. Давай-ка ещё пивка треснем!

— Да какое там пивка! Смотрите, цыгане опять ломятся!

Мы с Лёхой поднялись над перилами балкона и увидели толпу цыган, растекавшуюся по подъездам.

— Товай ПОКУПАЙ! Будешь МЁД есть и в ПААТКЕ ХОДИТЬ! МУЖ БУДЕТ АЮБИТЬ! Очень сильно любить будет! Рубль дай, погадаю и приворожу!

Привораживать они ох как умеют! Пока одна вертела платками, вторая шарила по комодам, а третья выносила тюки. Они стремительно появлялись и так же стремительно исчезали, словно их и вообще не было. Пять минут затишья перед бурей, и началось. Со всех окон и балконов неслись дикие вопли и проклятья:

— Ограбили! Всю зарплату украли! Часы вынесли!

— Серёжки и кольца украли! Милиция! Милиция! Звоните в милицию!

— Где моя шуба? Где телевизор?! Колбасу украли! Люстру! Люстру срезали! — В общем, всё в таком духе, сплошное горе, вопли отчаянья, плач, слёзы и проклятья. Литровая банка подкрашенного сахара и накрахмаленные бумажные платки обошлись тупым дурам в десятки месяцев ишачинья на фабриках и заводах...

На этот раз цыганкам не повезло, на больничном были Витюха и Самсон, тут же тусовался Самовар. Витюха и Самсон стали хуярить цыган дубьём, а Самовар забросал кирпичами. С дикой бранью ТАБОР УШЁЛ в НЕБО!

Самое удивительное, что этот трюк с мёдом и платками обычно повторялся по несколько раз в год, и тупые бабы снова и снова наступали на «медовые» грабли! Напрашивается нехорошая аналогия: не потому ли разводил пчёл и мёд наш ЛУЖОК? Как все великие, он таким способом посылал незримый МЕССАДЖ. А кто не врубился в его ПОСЫЛ, тот, значит, ЛОХ и ДЕБИЛ!

ЭТО ОН-ЭДИЧКА

Вдогонку Нижегородской темы, сообщу об одном интересном факте, как благодаря моему деду-доктору и лётчику Люфтваффе на свет появился известный писатель и революционер Эдуард Лимоноф.

Мой дедушка был доктор медицинских наук и всю жизнь боролся против ацких эпидемий по типу халеры, тифа и малярии. По заказу Министерства здровохранения, он выпустил несколько популярных брошюр с картинками: каким образом и в прикладном смысле, надо боротца с эпидеями...

Мая двоюродная тётя Мура в 1942г пела в Нижегородской опере, ей было тогда 19 лет, она исполняла партии Жи-зель, Кармэн и Летучую Мышь. В то время, в связи с войной, модных прикидоф не продавали и зачастую артистки после репетиций возвращались домой в костюме баронессы или графини Монсоро.

Естественно все артистки и модные тёлки, зачастую не разбираютца в технических васюках и когда началась воздушная тревога, она не стала ломитца в бомбоубежище, а просто пошла дальше. Она полагала, что Юнкерсы, которые бомбили Горьковский автозавод, были не настоящие, а по типу театрального реквизита. Когда «Ю-87» порожняком возвращались обратно, лётчики увидели, что из оперы идёт моднейшая графиня, которая им сразу дико приглянулась. Они как стая коршуноф, стали кружить вокруг неё, а потом её забросали целым ящиком СМС: шоколадка с портретом фюрера + записка: Ганс Рудэль — 9-ая Воздушная армия (как в фильме Михалкова—предстояние-1).

Немцы думали, что если Нижний Новгород падёт, то они смогут от тёти Муры, получить контрамарки в ВИП ложу Нижегородского оперного театра, куда могли попасть только бюрократы НСДП, генералы или гауляйтеры...

Тётя Мура схватила шоколадки, пока их не расхватали беспризорники и калеки, и быстро поломалась домой.

Когда дед увидел горы шоколадок с фюрером, у него чуть не случился инфаркт. Он подумал, что Муру завербовали немцы и их всю семью, возможно, скоро накроет СМЕРШ. Когда всё выяснилось, он сказал ей, что надо говорить на допросе:

— Типа, это мой прадед священник, застреленный большевиками в 1937 послал с неба манну небесную!...

Вскоре деда срочно вызвали в город Дзержинск, там начала свирепствовать эпидемия малярии. С собой он захватил, несколько шоколадок ФЮРЭРА. В один из дней к нему пришла мать Эдуарда Лимонова, она заболела малярией, а к тому же была беременна. Местные тупые тётки уговаривали её сделать аборт.

Но мой дед её пожалел, дал модные лекарства и хинин, а также запретил делать аборт. Женщина была очень рада и сразу поломилась принимать лекарства. На прощание он подарил ей шоколадку ФЮРЕРА, которую она тут же слопала и подкрепила свои силы перед родами. Вскоре она родила сына — Эдуард Лимонова. Получаетца так, что ещё в утробе матери он питался шоколадом Фюрера и соответственно впитал в себя любовь к портному дизайну и литературе, а также создал НБП...

СТАЛИНСКИЙ ДИРЕКТОР И КОТЛЕТЫ ИЗ КАЛЛ

В один из августовских дней 1973 года я был снова в Нижнем Новгороде. Мы играли в шахматы с моим дедом. Я был весь под впечатлением очередной японской сказки. У дедуси была громадная библиотека дореволюционных книг с картинками и подписями. Разница и отличие между русско-европейскими и азиатскими сказками были грандиозным, не только по форме и содержанию, но и описанию всевозможных деталей.

Я пытался примерить японское кимоно, на «Спящую красавицу»: солдата-самурая соблазнила ведьма в образе гейши, человек-жаба вырвал сердце и съел на его глазах. А если бы ведьма не только усыпила красавицу, но и сожрала бы её сердце, проснулась бы она, от летаргического сна, когда к стеклянному гробу подошёл богатырь?

Ход моих мыслей и намечающийся Турецкий гамбит нарушил звонок в дверь. Из Москвы приехал папаша.

— Собирайся, Сергей. Поедем в Москву, через три дня в школу.

Я одел мышиного цвета форму, взял портфель, учебники и тетрадки и попёрся на первый звонок. Около типовой школы образца 50-х годов собралась толпа родителей, а также ровные ряды детей. С речью выступил директор школы, полностью оголтелый большевик с военной выправкой.

По всей видимости, он долгое время работал в системе ГУААГ, а на фронте был в боевых частях НКВД. Наградой за адские труды стало «тёплое» место в Московской школе «проблемного района», где каждый третий был шпаной и будущим клиентом зоны для малолеток. В школе была строгая дисциплина, железная вертикаль власти: ученики — пионеры — комсомольцы — учителя — завуч — директор, всё чет­ко и по уставу.

После второго урока нас повезли на завтрак, который состоял из какао и ломтя хлеба с котлетой. В этот момент появился СТАЛИНСКИЙ ДИРЕКТОР школы, он громогласно заявил, что поедание КОТЛЕТ было обязательным. Дети и учителя от страха задрожали как осиновые листы, стали да­виться и есть.

При одном виде этого «завтрака» меня чуть не стошнило. Напиток я подарил Сухарёву, а котлету сунул в карман. Через несколько дней их накопилось целая куча, они протухли и стали вонять. Я стал думать, куда их деть. В этот момент нарисовался Бобик, который сожрал кишки дяди Вовы. Весь тухляк я отсыпал псу, после чего решил так действовать и впредь. Но осуществить этот план мне не удалось. Бобик отравился школьными котлетами и сдох в подвале на тепловой трубе — в ПОЗЕ УДИВЛЕНИЯ. Крысы сожрали все его внутренности, а шкуру не тронули. Вскоре он высох и превратился в мумию. Часто с пацанами мы спускались в гости к Бобику, смотрели на него, трогали палкой и рассуждали на тему: смогла бы старуха превратиться в мумию, если её посадить на тепловую трубу?

Эту историю я рассказал маме, она полностью запретила мне питаться в школе. Действительно, в те времена начался рассвет эры брежневского маразма и ТУХЛЯКА. Хотя некоторых продуктов было достаточно, но качество товара в основном было самое омерзительное. Самый популярный продукт — это варёная колбаса, но её быстро сметали. Ветчина была хорошая, но она была дорогая. Мясо шло по блату, оставались кости и котлеты. У соседки был знакомый мясник, мамаша через неё, по спекулятивной цене доставала вырезку и кур, все деньги уходили на нормальное питание.

Котлет было завались, они продавались везде. Их изготавливали строго по гостам Блокадного Ленинграда, разработанным начальством местечковых мясокомбинатов. Состав был такой: 05% мяса, 15% хрящей и жира, 25% бумажной стружки, 20% крахмала, 15% муки, 10% сои, 02% лука, 08% красных опарышей.

Не надеясь на Брежнева, население дико преуспело в изготовлении аналоговых чудо-продуктов, высокого качества. Во многих квартирах штабелями стояли банки с вареньем, яблочным компотом, маринованными грибами и огурцами, различные засолы из перца и аджики. На каждой кухне стояла трёхлитровка с ГРИБОМ!!! Гриб меня дико чаровал, он напоминал квас и однопроцентную бражку, делался из чая и сахара. Выглядело это так: трёх литровка наполненная чайного цвета жидкостью, а сверху плавала толстая медуза! Это медуза как раз и была мифическим Грибом! Интересно, в ресторане «Ёлки-палки» продаётся такой напиток?

Один раз со шпаной мы отправились на «ЧЁРНУЮ ГОРУ» (промзона на берегу оврага), там был патронный завод. Забор был весь дырявый, его никто не охранял. Там лежали горы патронов и снарядов всех калибров. Мы набили целые сумки этого дерьма, а потом спустились к речке НЕГОДЯЕВКЕ, чтобы наловить мотыля для рыбок, а также развести костёр. Шнырей отправили ловить червяков, а сами решили жарить сухари на костре. В то время был всего один вид чипсов — сушёная картошка. Однако зачастую она была дефицитом, поэтому верхом крутизны были ТОСТЫ, приго­товленные на костре.

Около кострища было насрано, валялась сковородка и пакет муки. Я высказал мнение, что школьные котлеты пекут именно здесь. Этот креатив понравился шпане, они разожгли костёр, накидали дерьмо в сковородку, обваляли мукой по типу котлет и стали дожидаться шнырей. Тем временем мы с Данильчевым отправились на местную голубятню зазы-рить, как устроен нагул, а когда вернулись ВСЁ УЖЕ ПРОИЗОШЛО. Шпана каталось с хохоту, а шныри не понимали в чём дело, им очень понравились «тосты с котлетами», вощем никакой разницы...

ЛЕТИТЕ, ГОЛУБИ

После одного из посещений «Чёрной Горы» мы отправились на хату к Лёхе Сухарёву. В этот момент его брат — лидер местной шпаны — мастерил на кухне очередной пугач. Сооружение однозарядного ЧУДО-ОРУЖИЯ происходило при помощи паяльника, тисков, напильника и молотка. Стволом была хромированная трубка, а затвором —шпингалет от оконной рамы. Конец шпингалета был заострён, с другой стороны стояла пружина. Крюк поднимал ручку шпингалета, пружина его толкала, и он ударял по капсюлю патрона. Мы высыпали патроны на пол, брат Сухарева выдал обрезки трубы и поручил нам подобрать подходящий калибр. Из всей кучи подошло не менее 20 патронов.

Вскоре обрез был готов, необходимо было произвести испытание, с этой целью мы отправились на балкон. И тут случилось чудо, я увидел целую клетку голубей. Я тут же забыл про всё на свете — и про патроны, и про пугач, и даже про мультик «КОРАБЛЬ-ПРИЗРАК», который в моём хит-параде занимал первое место. Голуби о чём-то ворковали и с интересом зырили по сторонам. Сухарь солидно опёрся на перила балкона и произнёс:

— Вчера на Профсоюзной будку подрезали — моя доля!

— Продать за филки! Бантастые по 1 руб. 20 коп., монаха за 80 коп., а почтарей обоих за пятерик!

Я дико очумел! Ещё секунду назад я думал, что Сухарь ни за что на свете не расстанется с голубями, а теперь они могут быть моими! Я одел кеды и, не дождавшись испытаний пугача, пулей выскочил на лестницу и бросился к своему подъезду. Мой мозг ежесекундно только и повторял:

— Голуби! Бантастые! 1 руб. 20 коп.! Бантастые! 1 руб. 20

Я как угорелый взбежал на пятый этаж и стал бешено долбить в дверь, вскоре её открыла мамаша:

— ГОЛУБИ! 1 руб. 20 коп.! Бантастые! 1 руб. 20 коп.! Монах — 80 коп.! Почтовики — пятёрка! — я повторил это как робот сто или двести раз. Но моей мечте не суждено было сразу исполниться, зарплата мамаши была только через неделю. Я рыдал весь вечер и постоянно звонил Сухарю-младшему:

— Скажи ему! Пусть только никому не продаёт!!! Нико­му!!!

Даже ночью я вскакивал и бредил сквозь сон:

— Бантастые! 1 руб. 20 коп.! Монах — 80 коп.! Почтови­ки — пятёрка!

Мамаша не выдержала такого помешательства и одолжила у соседки 3 руб.: 2 руб. 40 коп. на бантастых и 60 коп. на корм.

— Ну хорошо, давай купим бантастых! Только куда ты посадишь птичек, у тебя же нет голубятни?

Меня словно ошпарили скипидаром, а мозг дико закипел. Я выскочил из квартиры и тут же побежал в дальний подъезд, к дяде Витьку, который ебашил цыган. У него на балконе тоже раньше была голубятня:

— Дядя Витя! Можно я посмотрю, как у вас сделана голубятня?! ГОЛУБИ! Бантастые! 1 руб. 20 коп.! Монах — 80 коп.!

— Дядя Витя! У Сухарева! Бантастые! 1 руб. 20 коп.! Монах — 80 коп.! Почтовики — пятёрка!

— Хе-хе! Нашёл у кого покупать! Они будку на Профсоюзной грабанули, а сегодня его мужики вычислили и пизды дали! Он в них из пугача ебанул, а они ему руки и ноги поломали и череп пробили. Его сейчас в больничку отправили...

Но эти телеги я уже не слышал, а ломился по лестнице к продуктовому магазу. Там я спиздил три деревянных ящика и быстро притащил домой. Мамаша сказала, что придёт папаша и сколотит голубятню, но я ни на секунду не хотел откладывать такой важный и многообещающий проект.

Первая голубятня была сооружена из авоськи и двух ящиков при помощи молотка, клещей и гвоздей формата «сотка». Получилось сюрреалистическое авангардное сооружение, годное лишь для экспозиции у ГЕЛЬМАНА на ВИНЗАВОДЕ. При первом же порыве ветра её дико сдуло, она полетела вниз и упала на мерзкую бабку, проломило ей череп. Бабка полетела в открытый люк подвала и грохнулась на тепловую трубу рядом с Бобиком и померла в ПОЗЕ УДИВЛЕНИЯ. Крысы сожрали все её внутренности, а шкуру не тронули. Вскоре она высохла и превратился в мумию. Часто с пацанами мы спускались в гости к Бобику и Бабке, смотрели на них, трогали палкой и рассуждали на тему: если кот зацепится за когти бабки, он превратится в мумию или отгрызёт себе хвост, как крысы?! Мама сжалилась надо мной и попросила соседа дядю Колю помочь смастерить будку. Я нарисовал чертёж и придирчиво следил за ходом работ. Чтобы голубям было весело, я приклеил внутрь нагула свой рисунок под названием «Бобик и Бабуся». Вначале «Б&Б» просто сидели на тепловой трубе в кромешной тьме, но потом я решил улучшить картину. Белой гуашью я подрисовал целую ораву СОРОКОНОЖЕК и ЖУКОВ, получилось ломовейше! Голубятня была готова, осталось насыпать корЯ взял 2 р. 40 коп. и торжественно проследовал в подъезд к Сухарю. Сначала я хотел сразу вломиться, отдать деньги и схватить голубей. Но потом решил немного посмаковать момент, постоял у двери, а потом постучал. Дверь через цепоч­ку открыл мелкий Сухарь:

— Брательник в больнице, его оглушили! Голубей НЕТ!!!

— Голубей НЕТ!!! Голубей НЕТ!!! Голубей НЕТ!!! — эхом отозвалось у меня. Я думал, что сейчас умру! — Бантастые! 1 руб. 20 коп.! Монах — 80 коп.! Почтовики — 5руб.

Я словно в бреду попёрся вниз и через каждую ступень— Бантастые! 1 руб. 20 коп.! Монах — 80 коп.! Почтови­ки — пятёрка!!

На улице меня даже чуть не сбила машина, но мне было уже всё равно! Крах мечты и всех идеалов! Я не мог удержать слёз: боль, обида, разочарование — всё смешалось в одну кучу, и ничего светлого больше не было. Мне хотелось бежать на Чёрную гору и оттуда броситься в Негодяевку, утонуть в мутной пучине вместе с красным мотылём и бычками. Больше никогда не видеть весь этот белый свет, «Бобика и Бабусю», «Корабль-призрак», моих оловянных солдатиков, засушенную гуппи, которую я перекусил клещами, дедушкины японские шахматы и самурая, которому человек-жаба вырвал его храброе сердце! Но БОГ сжалился надо мной и ПОДАЛ СВОЙ ГЛАС через уста дяди Вити:

— Хе-хе! Ну чего ты хнычешь! Я же тебе говорил, Сухарь будку на Профсоюзной грабанул, а его мужики вычислили и пизды дали! Собери пацанов и дуйте на Птичий рынок, там этих голубей целые тучи! На трёшку тебе целый мешок чиграшей навалят!!!!

Я дико офигел!

—  На трёшку??? ЦЕЛЫЙ МЕШОК?

— Считай, целая стая! Как на будке у седьмого дома!

Я пулей помчался к корешу Даниле, он жил в соседнем доме. Его родители наотрез запретили разводить на балконе голубей. Я вбежал к нему в хату и вывалил шквал ада:

— На трёшку — целый мешок! Целая стая чиграшей! Целые тучи голубей! Всё небо в голубях! Белые, монахи, бантастые, почтовики! ЦЕЛЫЙ МЕШОК! ЦЕЛЫЙ МЕШОК!

В СССР в школу ходили и по субботам, каждый урок тянулся вечностью и я отмерял каждую минуту. Наконец — последней звонок, сбрасываю учебники под парту, пулей вылетаю на улицу, нас 5 рыл: три из первого класса и два из третьего.

Вряд ли бы кто-нибудь из современных родителей в 2010 году осмелится отпустить ребёнка из первого класса дальше границы двора: педофилы, маньяки, извращенцы, мафия по пересадке органов — ужас 21 века...

Ломимся на автобус, на Пролетарке пересаживаемся на трамвай и вот мы уже в раю! Я очутился словно в сказке: целые тучи голубей! Всё небо в голубях! Белые, монахи, банта-стые, почтовики! ЦЕЛЫЙ МЕШОК! ЦЕЛЫЙ МЕШОК!

Нас обступили барыги, на перебой предлагая и втюхивая свой товар. Не успел я опомниться, как трёшка перекочевала в неизвестные руки, а портфель и рукава школьного пиджака были забиты тучей разномастных голубей. ВОТ И ВСЁ! Я даже не понял, как это произошло. По дороге домой мы с Данилой доставали голубей, рассматривали их и сразу пытались придумать прозвища, нам казалось, что весь трамвай смотрит на нас и завидует.

— Смотрите! Это очень крутые ребята! У них целая туча голубей!

Дома уже все было приготовлено: в кормушку насыпана еда, поилка наполнена водой. Мы выпустили их в нагул и стали ждать, что они будут делать. Голуби ошалело зырили по сторонам и вскоре обнаружили КОРМ, они тут же набросились на него и в миг всё смяли. Довольные и сытые, они стали урчать и осваиваться. Первым освоился жирный монах, он подошёл к рисунку «Б&Б», сначала клюнул в глаз Бабусю, а потом пытался отковырять сороконожку и жука. Усталый и счастливый, я вырубился в сон...

Прошло два года, я учился в третьем классе и стал маститым голубеводом. Целыми днями мы лазили по крышам, бегали по оврагам и везде запускали наших голубей, потом мы построили будку у нас на чердаке, где оборудовали целую штаб-квартиру. Вскоре вернулся Сухарь. Он стал матёрой шпаной и творил сущий беспредел на ровном месте. В один из дней он даже обчистил нашу голубятню и продал птицу на Птичке, три голубя вернулись, а потом ещё два...

Через некоторое время Сухарь(8 класс), что-то отчебучил, его повинтила ментовка, а суд приговорил к колонии. Но перед отправкой на ЗОНУ его должен был судить ТОВАРИЩЕСКИЙ СУД!!! Вернее не товарищеский, а просто в стиле 1937 года от прокурора Вышинского! В один из дней всю школу собрали в актовом зале, и начался процесс века. На сцене была установлена трибуна, реальная клетка и длинный стол, за которым восседала комиссия из детской комнаты милиции во главе со СТАЛИНСКИМ ДИРЕКТОРОМ! В клетке сидел наголо забритый Сухарь, а рядом два мента. Бэкграунд был в виде страшных самодельных агитплакатов: «СУХАРЕВ —ПОЗОР МОСКВЫ!», «ТАКИМ ЗДЕСЬ НЕ МЕСТО!», «СУХАРЕВ — ПРЕДАТЕЛЬ и ПОДЛЕЦ!» и так далее.

Всё было очень серьёзно и зловеще, это было суперсудилище! Открыла заседание завуч, она огласила приговор. Потом с осуждением выступили комсомольцы и пионеры. Потом женщина из «ДКМ» потребовала, чтоб Сухарь рассказал в деталях обо всех своих преступлениях, это было унизительно и ужасно. Подсудимый что-то мямлил и бурчал, и это окончательно вывело из себя Сталинского директора. Тот буквально вмиг взорвался, вмиг себя раскачал и просто БЕШЕНОЙ ЛАВОЙ обрушился на Сухаря!

Наверно, что-то помутилось в его сознании, ему показалось, что он находится не в школе, а в лагере ГУЛАГа или на фронте в составе «тройки» перед приготовленными к расстрелу дезертирами. Директор выскочил к трибуне и громовым голосом стал бешено орать. Казалось, что от его голоса содрогнётся всё школа и рухнет в АД:

— Ну, что ты мямлишь, СОБАКА! Рассказывай чётко и громко о своих злодеяниях! Да что с тобой говорить?! Подонок, шпана, мерзость, собака, тварь! Да ты опозорил не только всю школу и своих товарищей! ВСЮ МОСКВУ! Подонок, шпана, мерзость, собака, гадина, тварь! Встань на колени! НА КОЛЕНИ ВСТАНЬ, ТВАРЬ! Я тебе говорю! Тебе приказываю, тварь шакалья! — Сухарь в ужасе рухнул на пол, от адского страха он реально обдаблился, струя мочи потекла по деревянному настилу сцены.

Одна из пожилых училок схватилось за сердце, ей стало дурно, её повели в коридор, многие школьники побледнели. Даже менты испуганно стали озираться по сторонам, даже им стало не по себе!

— Именем! ИМЕНЕМ!.. — директор сделал театральную паузу, и в зале воцарилась гробовая тишина. Краем глаза я успел схватить, что на наш чердак приземлился чужой монах, это на миг смогло отвлечь меня от состояния адского шока. — ИМЕНЕМ СССР! СУХАРЕВ ПРИГОВАРИВАЕТСЯ К РАСТРЕЛУ!

Директор дико треснул кулаком по трибуне, а весь зал свалился в обморок, как на гипнотическом сеансе Кашпировского! Раздались дикие вопли, удары сотен черепов об стулья, падали в обморок училки и даже громадные бугаи-шпана из 10 класса! Меня спас «Бантастый», он подлетел к чужому монаху и стал заманивать в наш нагул. Я пропустил слово «к расстрелу», но на всякий случай тоже притворился, что упал в обморок...

Когда «СУД» закончился, мы уныло побрели домой, а когда подошли к дому, то увидели как из 1 подъезда вытащили маленький гроб и погрузили в грузовик, рядом стоял ВИТЮХА:

— ФРИЦ всё таки ЗАДУШИЛ— САМОВАРА! Ночью пришёл и ЗАДУШИЛ! — в этот момент, что то грохнуло и со всех крыш и балконов взметнулись стаи белых голубей! Их было ЦЕЛОЕ НЕБО! Почтовики, Немцы, Монахи, Красные и Бонтастые....

В 1977 году мы переехали в новый район с современными многоэтажками. В дом, где жили работники ЦК и Западной группы войск....


ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ. 1980

ПИОНЕРСКИЙ ЛАГЕРЬ «СОЛНЕЧНЫЙ»

41540, Московская область, Солнечногорский район, г.п. Поварово, мкрн. Поваровка, ул. 8-го Марта (51 км. Ленин­градского шоссе).

Когда в 70х годах я учился в школе, мне дико не повез­ло — дачи у нас пока ещё не было, а бабка с дедом из Ниж­него Новгорода все умерли к 1977году. Так, что летом, мне ехать было абсолютно некуда! Тогда мой папаша, предложил мне отправитца в пионер лагерь «СОЛНЕЧНЫЙ», что на­ходился около станции ПОВОРОВО по Ленинградской же­лезной дороге. Слово пионер, комсомолец и коммунист уже с детских лет у меня вызывали подозрения — чего-то нехо­рошего, но темнименее, я согласился посмотреть, что это та­кое — ПИОНЕР лагерь?! Сразу скажу, что он мне дико всё по­нравился, и я ездил туда, до 9 класса.

Теперь это уже не пионер лагерь, а загородный учебно-оздоровительный комплекс «Солнечный» — структурное под­разделение РАГС, в 2011 году ему исполнилось 65 лет.

Пионер лагерь «Солнечный» располагался в живопис­ном, экологически чистом уголке Подмосковья — Солнечно­горского района. Удобное расположение, отсутствие в окре­стностях промышленных предприятий, мягкий климат, кра­сивая природа — липовые аллеи, хвойный лес открывали великолепные возможности для оздоровительного отдыха. Общая площадь лагеря составляет 24 га, часть которой заня­та хвойным лесом, к которому примыкает озеро с целебными родниковыми источниками. Летом можно искупаться в его водах и позагорать на пляже, а зимой — окунуться в прорубь, чтобы забыть о всяческой простуде. Первое, что я ощутил, приехав в «Солнечный», это удивительно чистый воздух. Не случайно эти места для отдыха и творчества в свое время вы­брали И. Левитан и П.Чайковский.

В 1946 году, в послевоенное время Советское правитель­ство пыталось активно решать задачу организации общест­венного отдыха, а попросту — СВОДНИЧЕСТВА. С целью затусовки молодых герлов, с бывшими молодыми фронтови­ками, а к тому времени активными деятелями Коммунисти­ческой партии. Старые тёки от 30 лет, у которых погибли му­жья на войне, Берию уже не интересовали...

С этой целью в лесу, неподалеку от поселка Поварово, на берегу живописного озера были построены деревянные кор­пуса базы отдыха Высшей партийной школы (ВПШ) при ЦК КПСС и для института МАРКСИЗМА ЛЕНИНИЗМА. Здесь отдыхало не только партийное руководство, профессорско-преподавательский состав ВПШ, но и их дети.

Комплекс первоначально назывался «Загородным хо­зяйством», строили его пленные австрийцы из арьергардно­го состава СС дивизии «ВИКИНГ», а также из 11-ого и 42 ар­мейских корпусоф ВЕРМАХТА, которые не успели вырватца из Корсуньского котла в ночь с 16 на 17 февраля 1944 года.

Лагерь был великолепный и чётко построенный, по Ав­стрийской системе, для массово и общественного отдыха. Всё было геометрично и пропорционально. Главный корпус (сто­ловая, кино, администрация) и аллеи с бараками. Каждый корпус-барак имел локальную котельную, а также делился на женскую и мужскую территорию, имел высокий цоколь и тре­угольной чердак. Слева от левых алей находились три корпу­са, пожарный пруд и спорт стадион. Справа от правых алей, находились постройки, которые использовались для различ­ных кружков. Между аллей, располагалось юбилейное место, для проведения торжественных советских ритуалоф, по типу поднятия флага СССР и прогона телег с трибуны. Около КПП лагеря находились амбулатория и администрация, остальные 70% территории заполняли лесные массивы и поляны.

В 1986 г. вместо деревянных АВСТРИЙСКИХ корпу­сов были построены тупые кирпичные здания. Со временем ВПШ объединилась с Академией общественных наук (АОН) и была преобразована в Академию общественных наук при ЦК КПСС. На базе академии была создана Российская акаде­мия управления, а затем Российская академия государствен­ной службы при Президенте РФ (РАГС). Сегодня «Солнеч­ный» — одно из структурных подразделений РАГС.

Кроме «Солнечного» в Поворово, также располагался пионер лагерь «Большевик», «РАКЕТА» и «Орлёнок» имени Клары Цеткин, где отдыхали дети военных и работяг.

ГРЕКО-РИМСКИЙ КЛУБ

Итак после 7 класса, я снова отправился на Миусскую площадь (что около м. Новослободская), с целью проследо­вать на модных ИКАРУСАХ в пионер лагерь «СОЛНЕЧЬ-НЫЙ». Каждый год, часть людей, оставались прежними, и вскоре у нас образовалась неплохая компания, вернее не­большой ГРЕКО-РИМСКИЙ клуб. Вернее шайка из трёх рыл: Я, Олег и Данила.

До 8 класса меня интересовали только три вещи: голуби, хоккей и греко-римские васюки. Естественно в нашей тусов­ке всегда были девицы, но так как мы не знали, что с ними де­лать, то им отводилась роль ШНЫРЕЙ:

— Сходи за сигаретами! Спизди гвоздей! Постой на шухере!

Так как в лагере голубей не было, а летом в хоккей не играют, то мы целыми днями рубились в нашем «ГРЕКО — РИМСКом клубе». То есть постоянно читали толстенные талмуды о древней ГРЕЦИИ и РИМСКОЙ ИМПЕРИИ. Ме­сяцами изнуряли от жары в песках Месопатании с МАКЕ­ДОНСКИМ, где состоялось грандиозная битва при Гавгамелах, отбивались от конницы ГАНИБАЛА при КАНАХ, офигивали от страшного холода в походах императора Трояна в Дакию, тонули в битве галер около РОДОСА и первые вры­вались на крепостную стену КАРФАГЕНА!

Если б меня разбудили даже ночью, я мог с точностью ска­зать: сколько было у Афинян галер, сколько битв выиграл Це­зарь, какая — точная штатная численность РИМСКОГО ле­гиона, была перед битвой за Александрию — Клеопатры и тд. Наверно мы прочитали все книги, которые, когда либо, издава­лись в СССР на эту тему. Теперь эти знания упакованы в глуби­нах памяти и завалены тонными гигабайтоф житейской инфы, но образы Античных богоф всегда витают рядом со мной....

Кроме чтения у нас был реконструкторский клуб. Это щас, можно за 1000 уе, приблизительно экипироваться в бойца вафен СС «ДАС РЕЙХ», а тогда приходилось делать — всё своими руками.

Мне очень нравилось то, что все наши поделки могли быть как одновременно прикидом РИМСКОГО легионера, так и одновременно хоккейной формой «СПАРТАК», то есть всесезонными. Например, хоккейную каску можно было быст­ро переделать в римский шлем — покрасить в стальной цвет и приделать ИРОКЕЗ. Железный бронежилет, напульсники и наножники, тоже использовались в хоккее, как средство защи­ты от травм. Кроме этого у нас были короткие мечи, разные копья, лук и стрелы, дротики, крюки, топорики и верёвки.

Когда весь лагерь гонял мяч на футбол поле, мы промыш­ляли в лесу: строили канатные дороги между сосен, на высоте 4х этажного дома, рыли зинданы, строили ловушки и другие васюки в силе РЭМБО.

Один раз я обнаружил у папаши дореволюционную кни­гу «РИМСКИЙ ЛЕГИОН — последний поход в ДАКИЮ» с сотнями полностью ЧЁТКИХ гравюр. Особо сильно нас за­интересовал раздел — «ЗАСАДЫ и ЛОВУШКИ против ВАРВАРОФ». Там были десятки каллиграфических рисунков раз­ных приспособлений, они нам все дико нравились, мы хотели построить, что-нибудь подобное, тем более на уроках ТРУ­ДА, кое-чему научились.

Самый простой, и быстрый проект был рисунок «ПРО­ТИВОПЕХОТНАЯ КАТАПУЛЬТА» и «ЯМА ЛОВУШКА для конницы ВАРВАРОВ». Чтобы замутить такой многообещаю­щий проект, мы перелезли через забор и отправились на раз­ведку местных васюков. Ходить долго не пришлось. Через сто метров закончился лес, и началось поле с озером, где мирно паслись колхозные коровы и дурацкие козы, которые нелепо блеяли и постоянно срали:

—  Так вот значит, где пряталась конница АТИЛЫ?!!!

—  Вторжение варваров, неизбежно! Но их опередим! На­кроем шквалом града!

Коровы мирно жевали клевер и не представляли себе, КАКОЙ УЖАС надвигается на них: АРТЕЛЕРИСТКОЕ НА­СТУПЛЕНИЕ дивизиона ПРОТИВОПЕХОТНЫХ КАТА­ПУЛЬТ!

У меня созрел грандиозный план, который я тут-же с эн­тузиазмом и жаром озвучил парням. Весь день и ночь прошли в лихорадочных приготовлениях: было «организовано» (то есть спизженно) три пожарные лопаты, вёдра, багор, пак­ля с крыши, а также пластмассовые расчёски у всего пионер­ского отряда — необходимые для создания дымовых бомб. Также мы «организовали» все цветочные горшки и все боль­шие куски угля из кательной, весь ОРГАНИЗОВАННЫЙ стаф, был складирован в кружке «УМЕЛЫЕ РУКИ», который кроме нас не пользовался особой популярностью среди раз­балованных пионеров — детей ЦК КПСС.

Вощем, мне дико не терпелось, уже завтра начать рекон­струкцию битвы «КРОВАВый ЛУГ» в Венгрии, я усиленно ду­мал об упрощение конструкции, но тут случилось непредви­денное. Педагог «кружка умелые руки», отравился грибами и засрал зелёным поносом все толчки, после этого его положи­ли в амбулаторию. Мы пришли его навестить, принесли по­дарки — конфеты, персики и дефицитную «японскую жевач­ку», в надежде получить ключи от столярной мастерской. Но он только срал и блевал...

Соответственно взятка персиками не прохиляла, а под­готовка к битве на «КРОВАВОМ ЛУГУ» откладывалось на неопределённое время, чем мог воспользоватца АТИЛЛ — то есть, нанести ЖЕЛЕЗНОМУ ЛЕГИОНУ неожиданный и коварный удар.

Ночь прошла в диких раздумьях, утром мне пришёл гени­альный план: взломать дверь в столярку, а вожатым сказать, что это сделали деревенские. Так мы и поступили, вернее мы разбили окно веранды и засунули туда Толика по прозвищу «ХУДОЙ» (за гонорар в виде пачки ЯПОНСКОЙ жвачки), он изнутри открыл замок и впустил нас.

Работа быстро закипела и вскоре катапульта была го­това, но при первом, же испытание её постиг полный крах. В то время не было модных инструментов от ЛЕРЭМЭРУА, всяких там шуроповёртов и уголков, все приходилось изго­товлять дореволюционным способом. Но, у нас был токар­ный станок, лобзик, тиски и массу всяких инструментов. Вто­рую модель мы приделали к крышке пожарного контейнера, а саму крышку прибили к тележке для перевозки воды. Пер­вые испытания не увенчались успехом, получилась полней­шая лажа — тележка перевернулась, а пружины вырвало.

Нам пришлось дико изощерятца и изобретать десятки ин­женерных способов: как заставить катапульту — бросать дерьмо на 100 метроф. Таким образом, прошло 5 дней. Вернее они прошли за одну секунду, мы были как маньяки! В один из вечероф, к нам припёрся Гришка «Косой» из старшего отряда:

—  Пацаны! Такая тема! Сегодня в бане будут мытца дев­ки из старшего отряда, айда зырить! Мы оторвали пару до­сок! Можно посмотреть!

Но его послали в Канны! Нам эти ВЗРОСЛЫЕ ДЕВКИ были по барабану — у нас была «ПРОТИВОПЕХОТНАЯ КА­ТАПУЛЬТА», самая лучшая вещь в мире. Конечно, если бы мы пошли и сняли «РЭТРО» на киноплёнку, то сейчас я бы смог продать эту запись ДЕПУТАТАМ ПЕДАФИЛАМ и вы­ручить кушь для изготовления десятка мобильных катапульт(2-ого механизированного легиона Трояна) на заводе Хрунечева. Но тогда, мы ещё не врубались в ЭРОТИКУ и не понимали, как её можно использовать!

Вскоре мы зашли в тупик, у нас ничего не получалось! Я пошёл бродить по аллеям, а потом в сотый раз взял доре­волюционную книгу, с закладкой на 76 странице — «ПРОТИ­ВОПЕХОТНАЯ КАТАПУЛЬТА»:

—  Ну, что ж! Мы в аду! Начнём всё с начала!

Я в 1000 раз, стал проверять всё с самого начало и тут меня ОСЕНИЛО!!! Я, наконец, врубился, как нам нужно сде­лать оттягивающий рычаг и как приспособить дверные пру­жины и канат. Мы проебались весь день и следующие утро. Но первое, же испытание стало ТРИУМФОМ ВОЛИ и УПОР­СТВА!

Кусок угля, пущенный с катапульты, пролетел 200 мет­ров и заебенил в печную трубу 3-ого корпуса. Удар был такой силы, что труба разбилась и с грохотом ебанулась на желез­ную кровлю крышу! Мая душа ЛИКОВАЛА, а ЗЕВС праздно­вал ТРИУМФ!

Но при перезарядке случилась лажа: сорвало узел креп­ления троса. Я еще раз посмотрел рисунок из книги и пред­ложил ВСЁ переделать заново. Мы срочно изготовили мо­дель МАРК № 7. У НАС ВСЁ ПОЛУЧИЛОСЬ! Счастливые и уставшие мы закончили всё к ужину и решили провести ис­пытания сразу после еды.

Во время ужина, наш вожатый объявил, что в 20-00 состоитца товарищеский футбольный матч, между пионерла­герем СОЛНЕЧНЫЙ и БОЛЬШЕВИК. Вощем, все повали на стадион, а мы в столярку. Вскоре мы выкатили КАТАПУЛЬ­ТУ и стали ей дико лубоватца, она была превосходна. Уве­рен, если б Марк Антоний её увидел, он обязательно нас по­хвалил, и даже бы разрешил первыми начать битву с королём персоф ДАРИЕМ-8. Метнуть горсть смертельных камней, в верблюжьею кавалерию Асмана Паши! Ход моих мечтаний был нарушен Олегом Сергеевым:

—  Ну и где мы будем её испытывать?

—  Да, где? Где?! — Я хотел сказать про коровий луг, но, в этот момент со стадиона раздался вопль толпы, а также при­бежал «ХУДОЙ»:

—  Пацаны! «Большевик» снова забил гол «СОЛНЕЧНО­МУ», чё делать будем?

У меня тут же созрел креатив:

—   Мы будем испытывать катапульту на стадионе! Име­нем римского императора приказываю! Срочно ломитца в корпус, ОРГАНИЗОВАТЬ целлофановые и бумажные паке­ты, а также в пожарный бак налить тонну дерьма...

Через пять минут, мы уже вёдрами черпали дерьмо из лагерной канализации и сливали кал в громадный железный бак. Вонища — была страшная. Через 20 минут «ПРОТИВО­ПЕХОТНАЯ КАТАПУЛЬТА», была незаметно расположе­на в березовой роще напротив ворот команды «БОЛЬШЕ­ВИК». Пока мы тащили бочку с калом, я стал прикидывать в уме: какая может быть скорострельность нашей катапульты, если снаряды у нас жидкие и будет проблема с подготовкой каждого бомбо метания?! Нам нахватало ещё две пары рук. Пришлось вербовать Лёшу «ТОЛСТЯКА» за жёванную же­вачку и Витю «ШУСТРого» за шарики для тенниса. Тем вре­менем «Большевик» дико наседал, а «Солнечный» проебывал со счётом 3:1. До конца матча оставалось 15 мин, положение было катастрофическое!

Мы разлили кал по пакетам и зарядили первую порцию ОРУЖИЯ ВОЗМЕЗДИЯ. Леха «ТОЛСТЯК» был назначен корректировщиком огня, он должен был приблизитца к три­бунам и знаками указывать про НЕДОЛЁТ и ПЕРЕЛЁТ.

—  ОГОНЬ!

ПЕРЕЛЁТ! «Кал пакет» пролетел над полем и лопнул об сосну, его никто даже и ни заметил. «ТОЛСТЯК» безумно ма­хал руками, он хотел побыстрее получить Японскую жеванную жевачку. Мы оттащили катапульту на двадцать метров и ебанули во второй раз.

НЕДОЛЁТ! Толстяк обезумел и залез на самый верх три­бун. Мы подтащили катапульту ближе на 5 метроф и чуть правее, зарядили кал пакет и ебанули. «ТОЛСТЯК» отвлёк­ся на футбол и снова стал махать руками, лишь в тот момент,когда снаряд был уже в полёте.

Всё произошло ужасающе быстро. Пакет с дерьмом ле­тел по орбите, а потом колом пошёл вниз. «ТОЛСТЯК» по­нял, что на него надвигается, что-то СТРАШНОЕ, лишь в по­следнюю миле-секунду. Он дико заорал, но это его не спасло:

—  МААААМА!

Пакет с дерьмом, уебал ему прямо в ебло и снес толстяка со скамейки. С дикими воплями, он покатился вниз с трибу­ны, весь в саках и говне! Модные девицы из старшего отряда брезгливо затыкали носы, морщились и орали на беднягу!

—  Смотрите ТОЛСТЯК обосрался!

—  Девчонки! Да он ещё и обосался! Такой вонизм дикий!

—  Вали отсюдова ванючка!

—  Да он весь в говне!

—  Да он весь из говна состоит!

—  Он жрёт тону кала и срёт сразу тонну дерьма!

—  Эй ты, бочка с говном! Вали отсюда!

—   Не мешай футбол зырить! Из за таких ЗАЗРАНЦЕВ,мы всё проигрываем и проигрываем!— и всё в таком оскор­бительном духе....

От ржачки мыть чуть не умерли со смеху, а тем временем нашим забили ещё один гол, медлить уже было больше нель­зя, тем более у нас осталось всего 7 кало-пакетоф. Мы пере­тащили катапульту на три метра назад и сделали ещё один залп. Он был великолепный!

Бумажный пакет разорвался в тот момент, когда защи­та «БОЛЬШЕВИКА» сгрудилась недалеко от взброса мячика.Вначале некоторые врубились, что это дождь, автоматически стали растирать и стряхивать влагу, но когда некоторые уви­дели, что на бошках их товарищах оказались какашки, им ста­ло не до смеха. Второй залп был ещё боле удачный, пакет ебанулся об створку ворот и окатил четыре рыла из Большевика. В пылу игры, они пока ещё не понимали, откуда берётца это дерьмо, но, что они уже все в дерьме, они чётко осознавали.

Они делали вид, что внимательно следят за матчем, ак­тивно участвуют, но каждую секунду постоянно отвлекались: чтоб отряхнуть от дерьма волосы и очистить майки. Вратарь был тоже весь в дерьме, он испуганно воровато озирался, зы рил по сторонам и не понимал, откуда взялись саки и какаш­ки?! ОТКУДА?!

Большевик атаковал, а вратарь озирался. В этот момент попиленный пакет MONTANA уебал по перекладине, лоп­нул и накрыл шквалом калом вратаря! Мы тут-же захуярили еще один «ПРЕВЕД», на этот раз его постигла участь ТОЛ­СТЯКА. Когда вратарь вставал весь в дерьме с травы, то тут-же получил по ебалу трёх литровым пакетом говна и сак. Его словно снесло МОЛОТОМ ТОРА, а Толян просто долбанул навесной, и мяч влетел в пустые ворота! 4:2

До финального свистка осталось 5 минут, а у нас два вы­стрела. Но уже даже без этого у «Большевика» был полный хаос, они постоянно оглядывались, зырили в небо и отряхива­лись от говна. Они постоянно потскальзовались на дерьме. Ко­нечно, они могли бы выразить протест и остановить матч, но кто из парней станет орать, когда на трибунах сидят девчонки:

—  Остановите игру! Нас обосрали и обасали!....

Я решил, не мелочится, и зарядил сразу два кало-пакета. Бомбардировка была ужасная. Они уже чувствовали, что на них надвигается, что-то ОЧЕНЬ СТРАШНОЕ — уже из­начально. «Кало-пакеты» еще не долетели, а они уже грох­нулись на землю. Тем временем Жора «Каратист» вырвался вперёд и забил гол в пустые ворота 4:3.

Взброс, с середины поля. Я хватаю нож вырезаю кусок земли, и мы её метаем, как тока МУЛЯЖ показалась в небе, наши забили ещё один гол 4:4! Осталась одна минута. Я под­бегаю к катапульте срываю с Олега кепку и говорю Витьку:

—  СРИ!

—  КУДА?

—  Да сюда в кепку сри!

— Я не хочу срать! Я не могу!

Мы начинаем пиздить Витька и хуярить его Римскими мечами. Витёк соглашается срать, ему охота Японской жевач­ки. Он пыжитца, весь покраснел, идёт последняя минута. На­конец кусок кала показался из его жопы. Идут последние се­кунду. Какашка медленно ползёт:

—  Да сри ты быстрее!

—  Не могу!

—  Пойми нам НУЖНА ПОБЕДА!

—  НЕ МОГУ!

—  СРИ БЫСТРЕЕ! ИЛИ мы тебя порубим РИМСКИМИ МЕЧАМИ!

Раздаётся дикий пердёж и куча кала наполняет кепку, еще секунда и ДЕРЬМО взлетает в небо. Они уже чувство­вали, что на них надвигается, что-то СТРАШНОЕ уже из­начально. Они сразу бросились в расыпную. Бугай Андрюха КОСОЙ охуенно красиво, загоняет в угол штанги мячик! ГОЛ! 5:4! Свисток, последняя секунда, матч закончен, МЫ ПОБЕДИЛИ!

—  Видишь ВИТЁК! А ты не хотел срать! Дай я тебя расце­лую! Ты же спас честь СОЛНЕЧНОГО! СЛАВА ВИКИНГАМ! СЛАВА ПОБЕДЕ!

КАТЯ — ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ:

Первая любовь случилась, когда мне было тогда четыр­надцать лет. Дело происходило летом 1981 года....

И вот, сразу после школьных экзаменов 8 класса, я в по­следний раз — ломлюсь в СОЛНЕЧНЫЙ, в предкушение угарных приключений и встречи со старыми кентами. Хочу сказать сразу, что наш «Г-Р клуб» обычно не общался в тече­ние года, и нам доставляло кайф общения именно на ЭТОЙ ТЕРРИТОРИИ! За год у всех происходило масса всяких ню­ансов, которые можно было между делом обсуждать в тече­ние летнего месяца. Так вот, мы были приятно удивленны, что все в 8 классе дико зафанатели от рока, поэтому нынеш­ний хит парад выглядел так: РОК, ГИТРА и ФУЗ, контр куль­тура — ХИПППИ и ВВС, а уже потом следовали — голуби, хоккей и греко-римские васюки. Естественно в нашей тусов­ки всегда были девицы, но так как мы не знали, что с ними де­лать, то им отводилась роль ШНЫРЕЙ:

— Сходи к диджею и закажи «Ай кен Гетноу»! Сходи купи ЯВУ-100! Укради из пионерской комнаты — барабан!

Все представления о тусовке с девками, сводились к про­вожанию из школы или романтическая прогулка из кино пешком. Но, к сожалению, я скоро обнаружил, что наши од­ноклассницы больше интересовались старшеклассниками, то есть парнями, которые старше меня на 2-3 года. Конкуриро­вать с такими ребятами, было дело геморройное и трудоём­кое, поэтому я решил пока не предпринимать никаких знако­мест, ведь не буду же я бегать за пятиклашкой?!

Помнится, в то время образ девушки, призрак женской любви почти никогда не возникал определенными очерта­ниями в моем уме; но во многом, что я думал и ощущал, таи­лось полуосознаное, предчувствие чего-то нового, несказан­но сладкого, женского. Это предчувствие, это ожидание по­степенно проникало в меня: я дышал им, оно катилось по жилам в моей крови... ему было суждено скоро сбыться...

Вощем, кода мы приехали в лагерь, то первым делом ста­ли взахлёб обсуждать рок музыку и в частности ЗАПАД­НУЮ.

—   Как ты думаешь, а БИТЛЗ были в СССР?! Алес КУ­ПЕР — знает, что под Москвой есть такой лагерь — СОЛ­НЕЧНЫЙ?!

Одним из самых клевых наших досугоф, была расшиф­ровка текстов песен — королей рока. Мы дико хотели, что­бы БЛЭК САБТН или СВИТ, что-нибудь спели на русском. После дикого прослушивания альбомов СЛЕЙД выяснилось, что некоторые фразы поютца на русском, вернее нам в это дико хотелось верить:

—      ГДЕ ебутца ВОЛКИ(слейд)! ВАРВАРА ЖАРИТ КУКР(бониэм)!Сожрали кекс(асдс)!

По вечерам, обычно никто не стеснял нашей свободы, и мы делали что хотели. Погода стояла чудесная, мы бродили по окрестностям лагеря с РИМСКИМИ арбалетами и карау­лили ворон. Конечно, нам проще их было подстрелить из ро­гатки, но это был удел не джентльмена, поэтому мы хотели их уничтожать с помощью серьёзного ОРУЖИЯ ВОЗМЕЗДИЯ.

Вообще к воронам, к этим осторожным, хищным и лу­кавым птицам, я издавна чувствовал недовольство, особен­но когда они заклевали моего подраненного голубя — КРЕСТОВого МОНАХа. Все драма происходила на моих глазах, на территории радарного комплекса — среди мачтовых ан­тен, куда его загнали вороны. Они его атаковали 50 раз, а ко­гда он упал на землю, они его разорвали на части...

В день, о котором зашла речь, мы напрасно исходили все аллеи, вороны ещё издали признавали нас, отрывисто карка­ли и тут же улетали в лес. Нам удалось подстрелить, толь­ко громадного МЕГА — ЕЖА, которого потом на верёвке, мы поволокли в корпус.

Мы случайно проходили мимо женской части корпуса старшего отряда и вдруг мне послышались голоса; я взгля­нул и окаменел. В нескольких шагах от меня на поляне, ме­жду кустами красноватой малины, стояла высокая стройная девушка в полосатом розовом платье и с белым платочком на голове. Она разговаривала с парнями из старшего отряда и с незнакомыми вожатами. У неё было что-то такое очаро­вательное, повелительное, ласкающее, насмешливое и милое, что я чуть не вскрикнул от удивления и, кажется, тут же бы отдал все на свете, чтобы поговорить с нею.

Мой арбалет соскользнуло на траву, я все забыл, я пожи­рал взором этот стройный стан, и шею, и красивые руки, и слегка растрепанные чёрные волосы...

В это самое мгновение и девушка обернулась ко мне... Я увидал огромные серые глаза на подвижном, оживленном лице, и все это лицо вдруг задрожало, засмеялось, белые зубы сверкнули на нем, брови как-то забавно поднялись... Я вспых­нул, схватил с земли арбалет и, преследуемый звонким, но не злым хохотом, потащил МЕГА ЕЖА в сторону нашей веран­ды. Сердце во мне так и прыгало; я чувствовал небывалое волнение.

«Как бы с нею затусить?» — было первою моею мыслью, как только я проснулся поутру. Я прошелся несколько раз пе­ред окнами её корпуса и стал осторожно зырить. Мне почуди­лось за занавеской ее лицо, и я с испугом поскорее удалился.

«Однако надо же познакомиться, но как? Вот в чем во­прос». — Думал я, беспорядочно расхаживая по аллее. Я при­поминал малейшие подробности вчерашней встречи: мне по­чему-то особенно ясно представлялось, как это она посмея­лась надо мною... Но, пока я волновался и строил различные планы, судьба уже порадела обо мне.

В это мгновенье занавеска распахнулась, и в окне появи­лась девушка, которую я видел накануне в саду. Она подняла руку, и на лице ее мелькнула усмешка.

— Ну и где же ваш ЕЖ?

—  А? Это, ну?....

—  Ну, дрессированный ёж, на верёвочке? — девушка про­должала глядеть на меня с прежней усмешкой, слегка щурясь и склонив голову немного набок.

Я дико очумел, и не знал, что сказать, все мысли перепу­тались, но нужно было действовать:

—  Ты что иностранец? Be аю фром?

—  Да нет! Я Сергей из Москвы. Я, например, просто ду­мал про ежа, вернее про тебя! — получился нелепый калам­бур, нужно было спасать положение:

—  Знаете, мы вчера были на охоте в лесу, на волков. Так вот, лось дико задавил ежа, мы его притащили вылечить!

—  Какие ещё волки?

—  Да очень простые. Они в лесу целыми стаями рыщут! В прошлом году, они Лёху Толстяка сожрали!

—  Не может такого быть! Как сожрали?!

—  Да очень просто! Рвали и жрали, от него даже скеле­та не осталось!

—  Скелета?!!!

—  Вернее только череп остался, мы его в катальне спря­тали. — Наобум сказал я.

—    В катальне? Давай посмотрим! Меня Катя зовут — Дальше произошло то, чего я не ожидал. Она вскочила на подоконник и сиганула вниз. Мне пришлось вести её в кательню, дорога занимала 30 секунд. Я стал соображать — как быть с Черепом Лёхи? Там действительно лежал череп, но не человеческий, а сатанинский — коровий. Я быстро придумал гениальный план:

—  Катя. Вы минутку подождите меня здесь, а я пока от­копаю из угля череп. Там могут быть крысы, мыши и ГРО­МАДНЫЕ Выдры я их немного распугаю.

—  ГРОМАДНЫЕ выдры? — глаза Кати в ужасе вылезли из орбит?

—  Да! Они очень злые! Очень!

Я быстрее метнулся в подвал, выкрутил лампочку и вы­игрышно, на груде угля, расположил коровий череп. Потом я позвал Катю. Как только она спустилась во мрак, то тут-же ухватила меня за руку. От счастья ПРИКОСНОВЕНИЯ, я чуть не умер! Мы двигались в кромешной тьме, пока не достигли угольной кучи, я нащупал коробок и зажёг спичку.

Мистический огонь тускло освятил, страшное и мистическое помещение, я почувствовал, что рука и тело КАТИ в ужасе за­дрожало.

—   Выдра! МААААААма! — она бешено заорала и вце­пилась в меня, в последнем луче гаснущей спички, я увидел мышь «Люсю» (которую мы кормили зубным порошком), она ползала по САТАНИНСКОМУ черепу. Мы пулей вылетели наверх и тут-же стали ржать, Потом она сказала:

—   Послушайте, Сергей! Вы меня еще не знаете; я пре­странная: я хочу, чтоб мне всегда правду говорили. Вам, я слышала, четырнадцать лет, а мне уже скоро будет шестна­дцать, вернее семнадцать: я гораздо старше вас, и потому вы всегда должны мне говорить правду... и слушаться меня, — прибавила она. — Глядите на меня — отчего вы на меня не смотрите?

Я несколько смутился, однако поднял на нее глаза. Она улыбнулась, только не прежней, а другой, одобрительной улыбкой.

—   Ну, я вам Катя, сразу и сказал — там злые выдры и крысы!

—  Во, первых вы сказали так, как будто шутили.

— Катя, какие там могут быть шутки с КРЫСАМИ, ВОЛ­КАМИ и ВЫДРаМИ!

—  Глядите на меня, — промолвила она, ласково понижая голос. — Мне ваше лицо нравится; я предчувствую, что мы будем друзьями. А я вам нравлюсь? — прибавила она лукаво.

—  Екатерина! Ну, я например, обалдел, это...

—  Во-первых, называйте меня просто КЭТ, а во-вторых, что это за привычка у детей (она поправилась) — у молодых людей, не говорить прямо то, что они чувствуют? Это хоро­шо для взрослых. Ведь я вам нравлюсь?

Хотя мне очень было приятно, что она так откровенно со мной говорила, однако я немного разозлился. Я хотел пока­зать ей, что она имеет дело не с мальчиком, и, приняв по воз­можности развязный и серьезный вид, сказал так:

—  Конечно, вы очень мне нравитесь, КЭТ; я не хочу это скрывать. Вы очень красивая!

Она с расстановкой покачала головой. Я воспользовался тем, что она не поднимала глаз, и принялся ее рассматривать, сперва украдкой, потом все смелее и смелее. Лицо ее показалось мне еще прелестнее, чем накануне: так все в нем было тонко, умно и мило. Она сидела спиной к здоровеному кусту; солнечный луч, пробиваясь сквозь листья, обливал мягким светом ее пушистые чёрные волосы, ее невинную шею, пока­тые плечи и нежную, спокойную грудь. Я глядел на нее и как дорога и близка, становилась она мне! Мне сдавалось, что и давно-то я ее знаю и ничего не знал и не жил до нее. А теперь я сижу перед ней, и познакомился... какое счастье, боже мой! Мне было хорошо, как бычку в пожарном пруде, и я бы век, не покинул бы этого места. Ее веки тихо поднялись, и опять ласково засияли передо мною ее светлые глаза, она опять ус­мехнулась.

— Как вы на меня смотрите?! — медленно проговорила она и погрозила мне пальцем.

Я покраснел... «Она все понимает, она все видит, — мельк­нуло у меня в голове. — И как ей всего не понимать и не ви­деть!». В этот момент горн возвестил, об утреннем построе­ние на пионерскую линейку.

После завтрака отряд Кати уехал на прополку картофе­ля, а наше звено оставили на уборку корпуса и территории. Я взял метлу, но тут-же закинул её на крышу, взял томик Кай­данова и отправился на пожарный пруд. Напрасно мелькали передо мною разгонистые строчки и страницы знаменитого учебника. Десять раз сряду, я прочел слова: «Юлий Цезарь отличался воинской отвагой», но не понял ничего и бросил книгу...

Во время СУБОТНЕГО обеда, вожатый известил, что ве­чером старшие отряды — походным порядком отправляются на танцы в соседний уреловский лагерь «Большевик». У меня тут-же созрел гениальный план...

ЛАХАРАДКА СУБОТНИХ ПИОНЕРОФ

В 19-30 наш отряд, девятиклассники и туса вожатых вы­ступили из КПП лагеря в сторону станции Поворово. Эту до­рогу я хорошо знал, и как только мы повернули направо, в ко­лоне стало на три рыла меньше. В компании с бугаём Андрюхой «КОСЫМ» и Жорой «Каратистом», мы спрыгнули в кусты и прятались там, до тех пор, пока хвост колоны не исчез в сосновой аллеи лагеря «Большевик». Потом мы вышли на доро­гу и воровато оглядываясь, двинулись на ЖД станцию.

И вот мы в деревенском сельпо, там было всё, что было необходимо начинающему ТИНЕЙДЖЕРУ! Но как это при­обрести? Детям до 16 многое было запрещено. Мы стали мятца и менживатца. Тётка продавщица, старая и лукавая проблять, сразу врубилась в наши траблы и взяла инициати­ву на себя. За ЧАЕВЫЕ, она с радостью согласилась обслу­жить нашу компанию, причём часть товароф было продано ИЗ ПОД ПОЛЫ (то есть за спекулятивный прайс).

Как щас помню, мы приобрели: три пачки сигарет «КОС­МОС», пачку ароматизированного «ЗОЛОТОЕ РУНО», пач­ку длинных «ЯВА-100», пачку АМЕРИКАНСКОГО МАЛЬБРО (перед Олимпиадой они везде продавались!!!!) КУБИН­СКУЮ СИГАРУ (в СССР они свободно продавались за Юкоп!!!!!!!), четыре бутылки ЯБЛОЧНОГО ВИНА (с раритет­ными сталинскими этикетками), бутылку пива «ЖЕГУЛЁВСКОЕ», 12 мелких стеклянных батлоф БАЙКАЛА и ТАРХУ­НА + всяких там шоколадок. Всё это дело мы складировали в два припасённых пакетов «MONTANA»(c тёлкой на мотике) и тут-же двинулись обратно. Но естественно, не выдержа­ли характера и решили сразу забухать. До этого я пил не бо­лее бокала шампанского, на домашних праздниках и не знал СИЛУ ЯБЛОЧНОЙ БАРМОТУХИ!

Мы махнули примерно по пол стакана, нас ТУТ ЖЕ ДИКО НАКРЫЛО! Нас НАКРЫЛО ПЕРВОРОДНЫМ КАЙ­ФОМ, как будто мы ПОКУРИЛИ чистейшую аналоговую траву из ЧУЙСКОЙ ДОЛИНЫ! Мы ржали, орали и были на СЕДЬМОМ НЕБЕ! Здесь нас понесло, я солидно закурил КУ­БИНСКУЮ СИГАРУ, а парни МАЛЬБРО, мы понтярно вы­шли на дорогу и ОЧЕНЬ КРУТО поломились в «БОЛЬШЕ­ВИК». Наш МОСКАЛЬСКий ПАФОС не остался без вни­мания, впереди нарисовалась ГОП компания из 8 местных УРЕЛОФ. Мы были надменны, очень круты и беспечны, за что частично и поплатились:

—  Эй, пацаны! А покурить ненайдёца?

—  Кури свою махорку! — и понеслось...

Здоровенный болван наварил мне в табло, я отлетел к кустам и выронил «MONTANy», я сцепился с ним, подсёк ему ногу и толкнул в канаву. На меня налетел конопатый, офигенный знаток дзюдо, мы стали с ним бодаца, но ему не повезло, подоспел бугай Андрюхой «КОСой» и Жора «Кара­тист», которые уже разметали остальных. Только в этот мо­мент, я краем взгляда увидел, что какой-то мудачёк схватил «MONTANy» и бросился наутёк. «КОСМОС», «ЗОЛОТОЕ РУНО», «ЯВА-100», ЯБЛОЧНОё вино, 9 мелких стеклянных батлоф БАЙКАЛА и ТАРХУНА утекали в ад. Но этот проще­лыга не знал, что я не только чемпион лагеря по шахматам, но и по БЕГУ. Я мчался как молодой олень, и вскоре сократил дистанцию.

Толстячёк пытался вилять зигзагами, вскоре он дернул­ся, ручка пакета оторвалась, пакет покатился в кусты, я схва­тил его за шиворот, наткнулся на его ногу и ебанулся на ас­фальт — ДИКО БОЛЬНО! Колено было разбито в кровь и дико взвыло, не успел я перевести дух, как армяшка-винипух навалился на меня, ПОДЛО укусил за палец и стал ебашить меня по носу. Я был просто взбешён и долбанул ему ке­дом по ебалу, он отлетел в канаву, где его отметелили и заста­вили жрать землю — подоспевшие «КОСой» и «Каратист». С пачкой ПЕНДАЛЕЙ винипух улетел к пчёлам, а мы приня­лись за осмотр «MONTANbi». Бутылка ЯБЛОЧНого и 3 Тар­хуна были разбиты. Мы вытащили оставшиеся товары и дви­нулись вперёд — ГОРДЫЕ и НЕПОБЕЖДЁННЫЕ.

Я был весь в кровяги, из носа хуярила кровь и сопли, бе­лые партки были все в крови и в грязи. Мы остановились око­ло водопроводной колонки и 15 минут пытались отмыца, но это успеха не принесло. Сразу было видно, что мы с кем-то попиздились, поэтому решили подождать до сумрака, а по­том сигануть через забор.

Мы допивали первый батл «Яблочного», под отзвуки «Дэнсэн Квин» — АББА и медляка МАШИНЫ ВРЕМЕНИ «Солнечный остроф», здесь мы не выдержали характера и поломились на угар, рискуя быть запаленными лагерной ад­министрацией.

Отодрали доски от забора и двинули на дискотеку, там было всё уже в полном разгаре. Нас поджидали РАЗГНЕВАН­НЫЕ ДОЛЬЩИКИ МММ!

— Вы, чё ОФИГЕЛИ! ВЫ где были?! ВАС за СМЕРТЬЮ посылать! Где мои сигареты? — вощем всё в таком духе, мас­са проклятий и претензий!

—  Парни! Не надо пороть фигни! На нас напали деревен­ские! 20 РЫЛ! Был дикий махач!

—  Дервенские?!

—  Вас отпиздили?

—  20 рыл?

—  С этого момента по подробней!!!

Батл ЯБЛОЧНОГО вина и КОСМОС пошёл по кругу. Я в самых диких подробностях, и в самых ЖИРНЫХ и СМАЧ­НЫХ красках рассказывал ДРАМАТИЧЕСКИЙ ход трилле­ра. А «КОСой» и «Каратист» подтверждали это всё в деталях подсечек, заламований, ударах в ебало и в потдых. Чуваки с открытыми ртами как завороженные слушали наш рассказ, 2 батла и пачка сигарет ушатались в миг. Так ещё пролетело полчаса, уже темнело...

Мы двинулись МОСКАЛЬСКОЙ оравой навстречу при­ключениям, музыки и танцам. Мы солидно курили КОС­МОС, и у каждого в руках был батл МОДНОГО БАЙКАЛА!

На дискотеке плясал не только СОЛНЕЧНЫЙ и БОЛЬ­ШЕВИК, но и РАКЕТА и ОРЛЁНОК имени Клары Цеткин, на­роду была тьма...

Мы сразу стали королями танцпола, девицы табунами зырили на нас:

—  Смотрите! Это очень крутые парни! У них есть БАЙ­КАЛ и ТАРХУН!

ПОЦЕЛУЙ ПЕРВОЙ ЛЮБВИ:

Мы неистово отплясывали под «НОВЫЙ ПОВОРОТ» и под «Сани бонсавчу-Ай ловью», но кода врубили БЕЛЫЙ та­нец под медляк ТЕЧИН «Эври ТАЙМ», я стал выискивать в толпе КАТЮ. Но её нигде не было. Вначале я периодиче­ски мониторил тусу, но вскоре мне передалось необъяснимое волнение, в пылу ЯБЛОЧНОГО НЕКТАРА я стал её маньякально искать везде. Во время танцев, я передвигался через всю тусовку, ходил кругами, но КАТИ нигде не было. И толь­ко на 13 круг, я увидел частично вдалеке на веранде группу парней и двух девушек — там была КАТЯ!!! Во мне всё буд­то вскипело, я как маньяк ломанулся вперед, но когда подбе­жал, то отступил в изумлении. Посреди веранды на скамейке стояла КАТЯ и держала перед собой кепку; вокруг неё тол­пились пятеро урелкоф из старших отрядов, в том числе два вожатых студента из РАКЕТЫ и БОЛЬШЕВИКА. Они ста­рались запустить руки в кепку, а она поднимала ее кверху и сильно встряхивала ею. Увидев меня, она вскрикнула:

—  Постойте, постойте! Новый гость, надо и ему дать би­лет, — и, легко соскочив со скамейки, взяла меня за окровав­ленную майку «СПАРТАК».

—  Пойдем,— сказала она, — что ты стоишь?

—  Ааа???

—   Итак, давайте я вас буду знакомить: это Сергей Тро­ицкий, он мне сегодня показал череп и крыс. А это, — при­бавила она, обращаясь ко мне и указывая поочередно на чу­ваков — Антон, Вадим, Сергей, Даша и вожатые — МИТЯ и Янис.

Я частично сконфузился, мне эта ситуация, была дико не комфортна, что даже не с кем не поздоровался.

—   Товарищ вожатый! — продолжала КАТЯ, — напиши­те Сергею билет.

—  Это несправедливо, — возразил с легким прибалтий­ским акцентом Янис, красивый и по фирме прикинутый брю­нет, с выразительными карими глазами, узким белым но­сиком и тонкими усиками над крошечным ртом. — Он же с нами не играл!

—  Катя! Что за подстава! Он тут не причём!

—   Пишите билет, говорят вам, — повторила КАТЯ. — Это что за бунт? Сергей с нами только сейчас, и поэтому для него закон не писан. Нечего ворчать, пишите, я так хочу.

Янис пожал плечами, но наклонил покорно голову, взял карандаш в руку, оторвал клочок бумаги и стал писать на нем.

—    По крайней мере, надо объяснить Серёже, в чем дело, — начала насмешливым голосом вожатая Даша, — а то он совсем растерялся. Видите ли, товарищ комсомолец, мы играли в фанты; КАТЯ подверглась штрафу, и тот, кому вы­нется счастливый билет, будет иметь право поцеловать её в губы. Понятно, что я вам сказала?

Я только взглянул на неё и продолжал стоять как оту­маненный, а Катя снова вскочила на стул и снова принялась встряхивать кепкой. Все к ней потянулись, и я за другими.

—  Антон, — обратилась Катя к высокому парню с худо­щавым лицом, маленькими слепыми глазками и чрезвычайно длинными черными волосами, — Вы, как поэт, должны быть великодушны и уступить ваш билет Сергею, так, чтобы у него было два шанса вместо одного.

Но Антон отрицательно покачал головой и взмахнул во­лосами. Я после всех опустил руку в шляпу, взял и развернул билет... Господи! что сталось со мною, когда я увидел на нем слово: ПОЦЕЛУЙ!

—  Поцелуй! — вскрикнул я невольно.

—  Круто! Он выиграл, — подхватила Катя. — Как я рада!

Она сошла со стула и так ясно и сладко заглянула мне в глаза, что у меня сердце покатилось. Она спросила:

—  А вы рады?

—  Я?.. — пролепетал я.

—  Продайте мне свой билет, — брякнул вдруг над самым моим ухом еврей Вадим. — Я тебе десять рублей дам.

Я отвечал жидку таким негодующим взором, что Катя за­хлопала в ладоши, а Янис воскликнул: молодец!

Катя стала передо мной, наклонила немного голову на­бок, как бы для того, чтобы лучше рассмотреть меня, и с важ­ностью протянула мне губы. У меня помутилось в глазах; я хо­тел было её сразу поцеловать, но так неловко прикоснулся к её губами, что слегка оцарапал себе губу об её острые зубки!

—  УАУ! — закричала тусовка и игра в фанты продолжа­лась...

Я сел рядом с Катей. Каких тока она ни придумывала она штрафов! Ей пришлось, между прочим, представлять «ста­тую» и она в пьедестал себя выбрала безобразного Вадима, велела ему лечь ничком, да еще уткнуть лицо в грудь. Хохот не умолкал ни на мгновение. Мне, уединенно и трезво вос­питанному парню, выросшему в профессорском доме, весь этот шум и гам, эта бесцеремонная, почти буйная веселость, эти небывалые сношения с незнакомыми людьми так и бро­сились в голову. Я просто опьянел, круче чем от Яблочного вина. Я стал хохотать и болтать громче других. Я чувствовал себя до такой степени счастливым, что, как говорится, в ус не дул и в грош не ставил ничьих насмешек и ничьих косых взглядов. Катя продолжала оказывать мне предпочтение и не отпускала меня от себя. В одном штрафе мне довелось сидеть с ней рядом, накрывшись одним и тем же шелковым плат­ком: я должен был сказать ей свой секрет. Помню я, как наши обе головы вдруг очутились в душной, полупрозрачной, па­хучей мгле, как в этой мгле близко и мягко светились ее глаза и горячо дышали раскрытые губы, и зубы виднелись, и кон­цы ее волос меня щекотали и жгли. Я молчал. Она улыбалась таинственно и лукаво, и наконец, шепнула мне: «Ну что же?», а я только краснел, смеялся, отворачивался, и едва перево­дил дух.

Фанты наскучили нам, мы стали играть в веревочку. Боже мой! какой я почувствовал восторг, когда, зазевавшись, получил от ней резкий удар по пальцам, и как потом я нароч­но старался показывать вид, что зазевываюсь, а она дразни­ла меня и не трогала подставляемых рук! Я вошёл в полный РАЖ и сказал, что у меня в нычке БУТЫЛКА Пива, Яблочно­го и сигареты МАЛББРО!

—  ПИВО?!

—  МАЛББРО!

—  Да! Это всё у меня есть! Пожалуйста, угощайтесь!

—  Вот этот Серёжа — крутой парень!

— Я верила в тебя Сержик!

—   Кода мы шли к нычки, она незаметно для всех меня поцеловала в щёку, я был на седьмом небе....

Мы выпили вина и покурили сигарет, да и, что мы еще не проделывали в течение этого вечера! Мы и на пианино лобали, и пели, и танцевали, и представляли цыганский табор. Всем было дико весело, особенно мне. Конечно, я вёл себя слишком дебильно и открыто, но я абсолютно не замечал ни­кого кроме КАТИ. Всё шоу, делалось лишь для неё одной. Один раз, когда я пошёл во тьму в дабл, я увидел лицо — сту­дента МИТИ. Он все больше держался в углу, нахмуренный и сердитый. Иногда глаза его наливались кровью, он весь крас­нел, и казалось, что вот-вот он сейчас ринется на всех нас и расшвыряет, как щепки, во все стороны. Катя переодически грозила ему пальцем и он снова забивался в свой угол.

'Потом он кудато убежал, принёс вино, но бутылка, была какая-то странная: темная, с раздутым горлышком, и вино в ней отдавало розовой краской: впрочем, его никто особо не пил. Потом смолкла музыка, прибежал «КОСОЙ» и сооб­щил, что всех собирают ломитца гоу хом.

Усталый и счастливый до изнеможения, я топал с отря­дом в кромешной тьме в сторону «Солнечного» и держал за руку КАТЮ. Звёздная и волшебная ночь, вскоре тяжело и сыро пахнула нам в разгоряченные лица; казалось, готови­лась гроза; черные тучи росли и ползли по небу, видимо ме­няя свои дымные очертания. Ветерок беспокойно содрогал­ся в темных деревьях, и где-то далеко за небосклоном, слов­но про себя, ворчал гром сердито и глухо. Отряды ускорили шаг и разделившись надвое, через заднее крыльцо метнулись в свои корпуса. После небольшого оживления, многие отру­бились спать, кто-то ещё с жаром обсуждал танец с девуш­кой из лагеря имени КЛАРЫ ЦЕТКИН. Но я ещё не раздел­ся и не лег.

Я присел на стул и долго сидел как очарованный. То, что я ощущал, было так ново и так сладко... Я сидел, чуть-чуть озираясь и не шевелясь, медленно дышал и только по вре­менам то молча смеялся, вспоминая, то внутренне холодел при мысли, что я влюблен, что вот она, вот эта любовь. Лицо Кати тихо плыло передо мною во мраке, плыло и не проплы­вало; губы ее все так же загадочно улыбались, глаза глядели на меня немного сбоку, вопросительно, задумчиво и нежно... как в то мгновение, когда я расстался с ней. Наконец я встал, на цыпочках подошел к своей постели и осторожно, не раз­деваясь, положил голову на подушку, как бы страшась резким движением потревожить то, чем я был переполнен...

Я лег, но даже глаз не закрыл. Скоро я заметил, как в ком­нату беспрестанно западали какие-то слабые отсветы. Я при­поднялся и глянул в окно. Переплет его четко отделялся от таинственно и смутно белевших стекол. «Гроза», — поду­мал я, — и точно была гроза, но она проходила очень дале­ко, так что и грома не было слышно; только на небе непре­рывно вспыхивали неяркие, длинные, словно разветвленные молнии: они не столько вспыхивали, сколько трепетали и по­дергивались, как крыло умирающей птицы. Я встал, подошел к окну и простоял там до утра... Молнии не прекращались ни на мгновение. Я глядел на пожарный пруд, на темную массу сада, на желтоватые фасады далеких корпусоф, тоже как буд­то вздрагивавших при каждой слабой вспышке...

Я глядел и не мог оторваться; эти немые молнии, эти сдержанные блистания, казалось, отвечали тем немым и тайным порывам, которые вспыхивали также во мне. Утро стало заниматься; алыми пятнами выступила заря. С приближени­ем солнца все бледнели и сокращались молнии: они вздраги­вали все реже и реже и исчезли, наконец, затопленные светом возникавшего дня...

И во мне исчезли мои молнии. Я почувствовал большую усталость и тишину... но образ Кати продолжал носиться, тор­жествуя, над моею душой. Только он сам, этот образ, казался успокоенным: как полетевший лебедь от болотных трав, от­делился он от окружавших его других неблаговидных фигур, и я, засыпая, в последний раз припал к нему с прощальным и доверчивым обожанием...

МОЯ СТРАСТЬ, ЕЖ, ВОРОНЫ И ПОЧЁТНАЯ КРЕМАЦИЯ КОТА

Моя «страсть» началась именно с утра нового дня. Я, пом­нится, почувствовал тогда нечто подобное тому, что должен почувствовать человек, поступивший на службу: я уже пе­рестал быть просто парнем; я был влюбленный. Я уже ска­зал, что с того дня началась моя страсть; я бы мог ещё при­бавить, что и страдания мои начались с того же самого дня. Я изнывал в отсутствие Кати: ничего мне на ум не шло, все из рук валилось, я по целым дням напряженно думал о ней... Я изнывал... но в ее присутствии мне не становилось легче. Я ревновал, я сознавал свои нелепые поступки, я глупо дулся и зачастую потворствовал всей этой глупости, и все-таки не­преодолимая сила влекла меня к ней, и я всякий раз с неволь­ной дрожью счастья переступал порог ее корпуса.

Катерина тотчас же догадалась, что я в нее влюбился, да я и не думал это скрывать; она потешалась над моей стра­стью, дурачила, баловала и мучила меня. Впрочем, не я один влюбился в нее: несколько парней из тусы, были от ней без ума и она их всех держала на привязи, у своих ног. Ее забав­ляло возбуждать в них — то надежды, то опасения, вертеть ими по своей прихоти, а они и не думали сопротивляться и охотно покорялись ей. Во всем ее существе, живучем и краси­вом, была какая-то особенно обаятельная смесь хитрости и беспечности, искусственности и простоты, тишины и резвости; над всем, что она делала, говорила, над каждым ее дви­жением носилась тонкая, легкая прелесть, во всем сказыва­лась своеобразная, играющая сила. И лицо ее беспрестанно менялось, играло тоже: оно выражало, почти в одно и то же время, насмешливость, задумчивость и страстность. Разно­образнейшие чувства, легкие, быстрые, как тени облаков в солнечный ветреный день, перебегали то и дело по ее глазам и губам.

Каждый из ее поклонников был ей зачем-то нужен и она их всячески использовала, поэтому мне приходилось выдер­жать идиотскую конкуренцию, на что в прошлом и будущем я не согласился бы никогда — Играть на чужом поле.

Хуже всего я понимал отношения, существовавшие ме­жду Катей и Вадимом. Что-то сомнительное и фальшивое чудилось в нем даже мне, четырнадцатилетнему парню, и я дивился тому, что КАТЯ этого не замечает. А может быть, она и замечала эту фальшь и не гнушалась ею. Неправиль­ное воспитание, странные знакомства и привычки, все, начи­ная с самой свободы, которую пользовалась молодая девуш­ка, с сознания ее превосходства над окружавшими ее людь­ми, развило в ней какую-то полупрезрительную небрежность и невзыскательность.

Она постоянно играла со мной, как кошка с мышью. Она, то кокетничала со мной, и я волновался и таял, то она вдруг меня отталкивала, и я не смел, приблизиться к ней, не смел даже взглянуть на нее.

Как-то раз вечером, в пасмурный день мы сидели с Ка­тей, как голубки на перилах веранды и гоняли разные телеги. Я люблю поговорить на разные темы, но с Катей мне всегда было говорить очень трудно:

— Я не понимаю КЭТ, а что тебе за охота — гулять с жид­ком Вадиком?

—  Да не думаешь ли, что я его люблю?! Да и как я, могла бы его любить, если я смотрю на него сверху вниз. Мне надоб­но такого, который сам бы меня сломил... Да я на такого и не наткнусь, наверное! — сказала она задумчиво, и её взор устре­мился куда-то вдаль, в сторону рощи за пожарным прудом.

—  Стало быть, ты никогда ни кого и не полюбишь?

—  А тебя-то Сержик? Разве я не люблю? — сказала она и ехидно подмигнула мне. Она ацки потешалась надо мною. Но я этого не заметил, а заметил, как вороны подлетели к МЁРТ­ВОМУ ЕЖУ! Она мне ещё, что-то говорила, но я словно был заворожён. Её слово просто каким-то эхом, приходили мимо меня отдалённым бэкграундом, я словно СНОВА ВОЗВРА­ТИЛСЯ САМ в СЕБЯ! Из влюблённого в «ГР клуб».

ВОРОНЫ ЖРАЛИ ЕЖА!

— А можешь, прочитать мне какие-нибудь стихи? — про­молвила вполголоса Катя и оперлась на локоть.

—  ВОРОНЫ КЛЕВАЛИ ЕЖА! А ЦАПЛЯ сожрала УЖА!

—  Какого ещё ужа?

—  Да вон того! Посмотри!

ВОРОНЫ осторожно ковыряли ЕЖА клювом и били крылом, чтоб он перевернулся. После смерти ЕЖ полностью одеревенел и был тупой как полено!

—  Я люблю, когда ты Сержик читаешь мне стихи роман­тические, а не про ЕЖЕЙ. Прочти мне «На холмах Грузии». Только садись здесь сперва! — она томно указала на место рядом с собой, и по всей видимости полагала, что я буду сча­стлив до усрачки. Но в этот момент, я был полностью в сво­ей стихии!

ВОРОНЫ ЖРАЛИ ЕЖА! В эту секунду, я конкретно осознал, зачем нам был нужен ЁЖ! ЁЖ был нам послан в виде мистической ЗАМАНУХи для ВОРОН, которых мы теперь могли, чисто спортивно и по модному расстрелять!

—.... не любить оно не может», — повторила Катя. — Вот чем поэзия хороша: она говорит нам то, чего нет и что не толь­ко лучше того, что есть, но даже больше похоже на правду...

ВОРОНЫ ЖРАЛИ ЕЖА! Их собралась целая стая, дру­гова случая не приставитца! Я спрыгнул с перил и уже хотел метнуца за арбалетом.

—   ...Что не любить оно не может — и хотело бы, да не может! Сержик! АЛЁ! Ты где? — она была в лёгкой непонятке. Вместо того, чтобы ВНИМАТЬ её устам — ОРАКУЛА, я пя­лился непонятно куда. Она тоже повернулась в сторону во­рон, которые устроили, целую пляску смерти вокруг мёртво­го МЕрА-ЕЖА, возвышавшегося на пожарной куче песка.

—  Ну, так, ты прочитаешь мне стихи Есенина?

ВОРОНЫ ЖРАЛИ ЕЖА!

—   Пошли в ад эти стихи! — она чуть не упала с перил. Я осёкся и сказал:

—     Извини Кэт! Я там о своём заморочился, ВОРО­НЫ жрут ЕЖА! Мне надо сбегать за арбалетом! — в тот мо­мент, когда я метнулся за арбалетом, у неё в глазах на секун­ду вспыхнула ИСКРА НЕНАВИСТИ: ТЫ ЧЁ ОБАЛДЕЛ? КА­КОЙ АРБАЛЕТ?! Я тебе говорила — ПРИСЯДЬ здесь справа! Но видя НЕОТВРАТИМЫЙ бег в сторону пожарного пруда, она тут же ПЕРЕИГРАЛА ситуацию и вдогонку томно крик­нула:

—   Сержик! Удачной охоты! Я хочу видеть тёмные силы, поверженные твоим копьём!

Я оголтело нырнул за ограду пожарного пруда, где дисло­цировался «ГР клуб» и его новые кандидаты из пятого и шес­того класса.

—   Тревога! ВОРОНЫ ЖРут ЕЖА! — больше объяснять, было не нужно. — все тут же бросили удочки и бешено, как молодые олени понеслись в сторону чердака. Мы были как в безумие, мы были как роботы:

—    СТРЕЛЫ, ДРОТИКИ, ЛУК и АРБАЛЕТ! СТРЕЛЫ, ДРОТИКИ, ЛУК и АРБАЛЕТ!

—    СТРЕЛЫ, ДРОТИКИ, ЛУК и АРБАЛЕТ! СТРЕЛЫ, ДРОТИКИ, ЛУК и АРБАЛЕТ!

Буквально через минуту взвод 1-го механизированно­го легиона имени Цезаря, полз по траве в сторону пожар­ной кучи песка, где творилась сущий САДИЗМ над МЁРТ­ВЫМ ЕЖОМ! Но как тока, мы взвели ТЕТЕВУ, вороны бе­шено взметнулись и полетели в небо. Мы выпустили шквал стрел и дротиков, но всё было мимо. Они зловеще, кружи­лись на таком расстояние, которое было недосягаемо для на­ших стрел. Катя делала вид, что эта сцена доставляет ей мас­су удовольствия:

—  Сержик, вы распугали всю нечисть! Браво! Я тебе да­рую право поцеловать мой мизинец!

Но этой белиберды, я уже не слышал, в моём мозгу, чека­нились только три слова: ВОРОНЫ ЖРАЛИ ЕЖА!

Мы отступили назад и затаились, в надежде, что воро­ны снова прилетят рвать ежа, но как только мы подползали на исходные позиции, вороны тут-же взмывали в небо. Так было несколько раз.

Между делом, чтоб обратить на себя внимания, Катя вставляла какие-то реплики, что-то комментировала, но я словно был в забытье. Даже кода пришёл ВАДИМ, мне было всё пох, и я не обратил никакого внимания на её сто кратно повторённую реплику, по всей видимости, она была в него­дование:

—    Ну так значит, мы пойдём, прогуляемся с ВАДИ­МОМ?!

—  Ну, да, да! Отлично!

—  Тогда мы прогуляемся с ВАДИМОМ в дальний лес?!

—  Ага, ага!

—  Тогда мы прогуляемся с ВАДИМОМ в САМЫЙ даль­ний лес?!

—  Ну, да, да! Отлично! Остерегайтесь волков, они Лёху ТОЛСТЯКА полностью сожрали...

—  Ну, так значит, мы уже уходим...

—  Ага, ага! Ломитесь!

Я этого, уже не слышал, а думал только — ВОРОНЫ ЖРАЛИ ЕЖА! Мы замутили десяток попыток, но так и не подстрели ни одной вороны! Я был в ярости. Я бросился в подвал, в нашу лабораторию имени доктора МЕНГЕЛЯ, где проходили бесчеловечные опыты над мышами. Мы обиль­но кормили их жратвой из столовки, но с разными добавка­ми. Например, котлета с зубным или стиральным порошком. Сардельки в солидоле или со смолой. Каша с крысиным ядом или с масленой краской. Бутерброд с лаковой или ПВА на­чинкой. Бычки из пруда в жидком фосфоре или со ртутью. Мы внимательно следили за их поведением, после каждого приёма ТАКОЙ ВКУСНАТИЩИ. Мы хотели добитца их му­тации, вырастить громадных фосфорных крыс, целую армию, и с их помощью захватить ВЛАСТЬ над миром.

Вощем, три фосфорных мыши, были задолблены молот­ками и брошены в качестве приманки к воронам. Они уст­роили сущий ХИЧКОК ад, они очень хотели попробовать геномодифицированный продукт. Но всё испортил СО­КОЛ, он как штурмовик ХЕ-111— колом выскочил из-за тучи, схватил 2 мышей и был таков. Вороны дико недоволь­но каркали на соседних соснах. Молодежь сделала предложе­ние, на время КИНОШКИ в клубе, заминировать ежа. Так и поступили. Для этого мы использовали самопальную бомбу «ШАХИД-3», с диким количеством шарикоф из подшипника, шурупов и гвоздей. По нашему плану, такая бомба, могла как шрапнель — скосить целую стаю ворон.

Когда фильм закончился, мы вышли из клуба и стали ду­мать, чё будем делать? В этот момент заорал Андрюха косой:

—   Смотрите СОТНИ ТЫСяч ВОРОН! — действитель­но сумеречное небо, словно почернело от тысяч ворон! На­верно их что взбаламутило. Мы бросились бежать к пожар­ной кучи, но не успели. Впереди за корпусом раздался ацкий взрыв, вороны бешено взмыли в небо и молнией скрылись в сосновом лесу.

Когда мы подбежали, к пожарной куче, то чуть не раз­рыдались от горя! Бомба «ШАХИД-3» взорвала Имперского кота ВАСЬКу и двух случайных воробьёв. Коту оторвало го­лову и хвост, когда мы её нашли, в зубах ВАСЬКА сжимал му­тированную мышь ЛЮСЮ.

Сначала мы его хотели похоронить варварским христи­анским способом в земле, но потом решили сделать всё в ИМПЕРСКИХ ТРАДИЦИЯХ. Собрали всю мертвечину и по­ломились в кательню, там с жаром горела железная печь. Мы подбросили угля, а потом туда затолкали останки кота, во­робьёв и ежа. Еж дико не пролезал в печную створку, при­шлось его долбить ломом и кувалдой. Вскоре, он тоже ока­зался в духовке и тут-же ярко вспыхнул. Первую секунду мы дико любовались горящим котом, ежом и мутированной Лю­сей, которая горела ОРАНЖЕВЫМ фосфорным огнём. Но уже через мгновение вся котельная наполнилась ЯДОВИ­ТОЙ ВОНЬЮ от животных, заткнув носы мы пулей выско­чили на воздух. Мы ржали 15 мин, но вскоре перестали, вонь вместе с едким дымом стала валить из трубы. Мы отправи­лись на лагерную дискотеку, но и там скоро началась дикая вонища. Один из вожатых стал озиратца по сторонам, чтобы определить, откуда идёт вонища:

—  Просто какой-то БУХЕНВАЛЬД, а не СОЛНЕЧНЫЙ!

Мы сжалились над пионерами, взяли из военного кружка противогазы и отправились в кательню. Кот и Люся сгорели дотла, а ёж горел как ВОЛШЕБНЫЙ УГОЛЁК. Мы вытащи­ли его мясным крюком и поручили «молодым» утопить ежа в пожарном пруду, куда его тут же поволокли. Я решил вни­мательно осмотреть печку. На ней стояло заводское клеймо и год выпуска, которое частично были сбито стамеской. Мы очистили печь и прочитали: «КРУП сталь. 1924.». Так вот зна­чит, откуда печки?! Их просто демонтировали в 1946 году из учебного лагеря дивизии вафен СС «ВИКИНГ», располагав­шегося в ЗЕНХАЙМе, что в Верхней Силезии. Коту очень по­везло, быть кремированным в такой печи!.......................

ТЕРЗАНИЯ ЛЮБВИ

После этого инцидента с ЕЖОМ, КЭТ стала меня дико игнорировать, не разговаривала или проходила мимо. Она несколько дней была очень холодна со мною.

Настоящие мои терзания начались с того мгновения. Я ломал себе голову, раздумывал, передумывал и неотступ­но, хотя по мере возможности скрытно, наблюдал за КЭТ. В ней произошла перемена, это было очевидно. Она уходи­ла гулять одна и гуляла долго. Иногда она не показывалась по целым часам, или сидела у себя в комнате. Прежде этого за ней не водилось. Я вдруг сделался или мне показалось, что я стал чрезвычайно проницателен, подозрительным и ревни­вым. Мне казалось, что она затусовалось с кем-то из своего окружения.

«Не он ли? « — спрашивал я самого себя, тревожно пе­ребегая мыслью от одного ее поклонника к другому. Моя на­блюдательность не видала дальше своего носа, и моя скрыт­ность, вероятно, никого не обманула; по крайней мере, ВА­ДИМ скоро меня раскусил. Впрочем, и он изменился в последнее время: он похудел, смеялся так же часто, но как-то глуше, злее и короче. Невольная, нервическая раздражитель­ность сменила в нем прежнюю легкую иронию и напущенный цинизм. Вскоре дошли слухи, что КЭТ несколько раз по но­чам покидала корпус и её даже видели в окрестностях пожар­ного пруда. Я был в ярости и одновременно в обломе! С таки­ми дикими мыслями я шёл в сторону стадиона, как вдруг на лужайке за кустами смородины я увидел КЭТ.

Подпершись обеими руками, она сидела на траве и не шевелилась. Я хотел было осторожно удалиться, но она вне­запно подняла голову и сделала мне повелительный знак. Я замер на месте: я не понял ее с первого раза, она повто­рила свой знак. Я перескочил через куст и радостно подбе­жал к ней; но она остановила меня взглядом и указала на до­рожку в двух шагах от нее. В негодование и раздражение, не зная, что делать, я стал рядом. Она до того была бледна, такая горькая печаль, такая глубокая усталость сказывалась в ка­ждой ее черте, что сердце у меня сжалось, и я невольно про­бормотал:

—  Кэт, что с тобой?

Она протянула руку, сорвала смородинку, укусила и сплюнула ее прочь, подальше.

—  Сержик! Ты меня очень любишь? Да? — спросила она, наконец.

Я ничего не отвечал, и уже подозревал, что мутитца ка­кая-то заготовка. Она продолжила свой монолог, по-прежне­му глядя на меня:

—  Да. Это так. Такие же глаза! — прибавила она, задума­лась, закрыла лицо руками и прошептала:

—  Все мне опротивело!.. Ах, мне тяжело... боже мой, как тяжело!

—  Отчего, всё так плохо КЭТ? Через 10 дней конец сме­ны, поедем в Москву. Там Олимпиада будет. Клёвые тусов­ки будут!

КЭТ мне не отвечала и только пожала плечами. Я про­должал стоять и с глубоким унынием глядел на нее. Каждое ее слово так и врезалось мне в сердце. В это мгновенье я, ка­жется, охотно бы отдал жизнь свою, лишь бы она не горевала. Она положила мне руку на голову и, внезапно ухватив меня за волосы, начала крутить их.

—  Больно... — проговорил я наконец.

—  А! больно! а мне не больно? не больно? — повторила она.

Она осторожно расправила вырванные волосы, обмота­ла их вокруг пальца и свернула их в колечко.

—  Я твои волосы к себе в медальон положу и носить их буду, — сказала она, а у самой на глазах все блестели слезы. — Это тебя, быть может, утешит немного!

Слезы КЭТ меня совершенно сбили с толку и я реши­тельно не знал, на какой мысли остановиться? Я и сам готов был плакать: я все-таки был школьником.

Я глядел на нее и, все-таки не понимая, отчего ей было тяжело, живо воображал себе, как она вдруг, в припадке не­удержимой печали, ушла в сад и упала на землю, как подко­шенная. Я хотел, ради неё совершить, какой-нибудь даже ду­рацкий подвиг!

Воображение мое заиграло и я начал представлять себе разные мифические триллеры, как я буду спасать ее из рук не­приятелей, как я, весь облитый кровью, исторгну ее из тем­ницы, как умру, у ее ног. Я вспомнил картину, висевшую у нас в гостиной: Малек-Аделя, уносящего Матильду или сцену из КАПИТАНСКОЙ ДОЧКИ Пушкина! Незаметно мой воспа­ленный разум переключился на окружающую действитель­ность, и я узрел большого пестрого дятла, который хлопотли­во поднимался по тонкому стволу березы и с беспокойством выглядывал из-за нее, то направо, то налево, точно музыкант из-за шейки контрабаса.

Кругом было и светло и зелено; ветер шелестел в листьях деревьев, изредка качая длинную ветку малины над головой КЭТ. Где-то ворковали голуби и пчелы жужжали, низко про­летали по редкой траве. Сверху ласково синело небо, а мне было так грустно.

И вдруг меня осенило её спросить:

— А в кого ты влюблена?

Мои глаза и её глаза встретились. Она опустила их и слег­ка покраснела. Я увидал, что она покраснела, и похолодел от испуга. Я уже прежде ревновал к ней, но только в это мгнове­ние мысль о том, что она полюбила другова парня, сверкнула у меня в голове: «Боже мой! она полюбила!» КЭТ торопливо пожала мне руку и побежала вперед....

Кровь во мне загорелась и расходилась. Ночью мы ре­шили замутить излюбленный пионерский ТРЮК — измазать ЗУБНОЙ пастой спящих герлов, то есть я хотел влезть в окно к КАТИ и измазать именно её!

.... Я проснулся среди ночи, проворно оделся, как сам-

набула и лунатик сиганул в окно, а потом поломился в сторо­ну её корпуса. Ночь была темна, деревья чуть шептали; с неба падал тихий холодок, от огорода тянуло запахом укропа. Я пе­решёл аллею; легкий звук моих шагов, смущал и бодрил меня. Я останавливался, ждал и слушал, как стукало мое сердце — крупно и скоро. Наконец я приблизился к её корпусу и спря­тало! за скамейкой. Вдруг мне почудилось, в нескольких ша­гах от меня промелькнула женская фигура... Я усиленно уст­ремил взор в темноту, я притаил дыхание. Что это? Шаги ли мне слышатся, или это опять стучит мое сердце?

—  Кто здесь? — пролепетал я едва внятно. Что это опять? Подавленный ли смех?., или шорох в листьях... или вздох над самым ухом? Мне стало страшно...

—  Кто здесь? — повторил я еще тише.

Воздух заструился на мгновение; по небу сверкнула ог­ненная полоска; звезда покатилась.

—  «КАТЯ?» — хотел спросить я, но звук замер у меня на губах, а тюбик с пастой шлёпнулся в траву. И вдруг все ста­ло глубоко безмолвно кругом, как это часто бывает в средине ночи... Даже кузнечики перестали трещать в деревьях, только окошко где-то звякнуло. Я постоял, постоял и вернулся в свой корпус, к своей простывшей постели. Я чувствовал странное волнение: точно я ходил на свидание, и остался одиноким и прошел мимо своего или чужого счастья.

ВЫСОКИЙ ОМУТ ЛЮБВИ

На утро, у меня снова поехала крыша. Я сидел, глядел, слушал и наполнялся весь каким-то безумным ощущением, в котором было все: и грусть, и радость, и предчувствие бу­дущего, и желание, и страх жизни. Но я тогда ничего этого не понимал и ничего бы не сумел назвать изо всего того, что во мне бродило, или бы назвал это все одним именем — име­нем КАТЯ.

Я терялся в соображениях и все искал уединенных мест. Особенно полюбил я чердак нашего корпуса, где мы стали оборудовать нашу штаб квартиру и рок клуб. Мы постави­ли старый проигрыватель и допотопный РИЖСКИЙ приём­ник, с дико длинной антенной. Целыми днями мы пытались поймать западные радиостанции, с целью прослушивания рок музыки. На стенах чердака были нарисованы самодель­ные рисунки — АББА, KISS, ЭЛИС КУПЕРА, а также чб фот­ки БИТЛЗ и ДОРС. Кроме этого на чердаке складировался весь наш «ГР стаф» и размещалась мини мастерская.

Взберусь, бывало, на чердак, сяду и сижу там таким не­счастным, одиноким и грустным юношей, что мне самому становится себя жалко, и так мне были отрадны эти горест­ные ощущения, так упивался я ими!..

Вот однажды сижу я на чердаке, гляжу вдаль и слушаю ГОЛОС АМЕРИКИ. Вдруг что-то пробежало по мне, ветерок не ветерок и не дрожь, а словно дуновение, словно ощущение чьей-то близости. Я опустил глаза. Внизу, по аллеи, в легком сереньком платье, с розовым зонтиком на плече, поспешно шла КЭТ. Она увидела меня, остановилась и, откинув край соломенной шляпы, подняла на меня свои бархатные глаза.

—  Что это вы опять, мутите на чердаке? — спросила она меня с какой-то странной улыбкой.

_ А....????

—   Вот, ты все уверяешь, что любишь меня! Ну, тогда спрыгни ко мне на дорогу! Если ты конечно — действитель­но любишь меня!

Не успела КЭТ произнести эти слова, как я уже ле­тел вниз, точно, кто подтолкнул меня сзади. Чердак был на уровне чуть ниже третьего этажа. Я ударился об землю но­гами, толчок был так силен, что я не мог удержаться, упал и на мгновенье лишился сознанья. Когда я пришел в себя, я, не раскрывая глаз, почувствовал возле себя КЭТ.

—    Милый мой мальчик, — говорила она, наклоняясь надо мною, и в голосе ее звучала встревоженная нежность, — как мог ты это сделать, как мог ты послушаться... Ведь я люб­лю тебя... встань.

Ее грудь дышала возле моей, ее руки прикасались моей головы, и вдруг, что сталось со мной тогда! Её мягкие, свежие губы начали покрывать все мое лицо поцелуями, они косну­лись моих губ. Но тут Катерина, вероятно, догадалась, по вы­ражению моего лица, что я уже пришел в себя, хотя глаз я не раскрывал. Быстро приподнявшись, она сказала:

—  Ну, вставайте, безумный; зачем лежать в пыли и сре­ди лягушек?

Я поднялся.

—  Да не смотри на меня так... что за глупости? Ты не сло­мал ноги? Говорю тебе, не смотри на меня. Вообщем, на вся­кий случай сходи в амбулаторию, а я пойду по своим делам. Тодько не смей идти за мной, а то я рассержусь, и уже боль­ше никогда...

Она не договорила своей речи и проворно удалилась, а я присел на дорогу, ноги меня не держали. Крапива обожг­ла мне руки, спина ныла, и голова кружилась, но чувство блаженства, которое я испытал тогда, уже не повторилось в моей жизни. Оно стояло сладкой боли во всех моих членах и раз­решилось, наконец, восторженными прыжками и восклица­ниями. Точно: я был еще ребенок.

Я так был весел и горд весь этот день, я так живо сохра­нял на моем лице ощущение Катиных поцелуев, я с таким со­дроганием восторга вспоминал каждое ее слово, я так лелеял свое неожиданное счастье, что мне становилось даже страш­но, не хотелось даже увидеть ее, виновницу этих новый ощу­щений. Мне казалось, что уже больше ничего нельзя требо­вать от судьбы, что теперь бы следовало «взять, вздохнуть хорошенько в последний раз, да и умереть»....

На следующий день, отправляясь в корпус к КЭТ, я чувст­вовал большое смущение, которое напрасно старался скрыть под личиною развязности, нормального парня, желающе­му дать знать, что он умеет сохранить тайну. КЭТ встрети­ла меня очень просто, без всякого волнения, только погрози­ла мне пальцем и спросила: нет ли у меня синякоф? Вся моя скромная развязность и таинственность исчезли мгновенно, а вместе с ними и смущение мое. Конечно, я ничего не ожи­дал особенного, но спокойствие КЭТ меня точно холодной водой окатило. Я понял, что я дитя в ее глазах, и мне стало очень тяжело! КЭТ всякий раз быстро улыбалась, как только взглядывала на меня; но мысли ее были далеко, я это ясно ви­дел и пытался думать как быть?:

—«Заговорить самому о вчерашнем ДЕЛЕ? Куда она так спешила, чтобы узнать окончательно?!», — но я только мах­нул рукой, как нас позвали на ужин. По дороге ко мне при­клеился ВАДИМ:

— Серёга, скажу тебе как пацан пацану! Кэт нас всех ки­нула, она по ночам встречается с вожатыми из Большевика с Янисом и тем другим!!! Советую тебе не спать по ночам и на­блюдать, наблюдать из всех сил. Вощем, ночью, у пожарного пруда, вот где надо караулить. Ты мне спасибо ещё скажешь!

Вадим засмеялся и повернулся ко мне спиной. Он, ве­роятно, не придавал особенного значенья тому, что сказал мне; он имел репутацию отличного мистификатора и славил­ся своим умением дурачить людей на маскарадах, чему весь­ма способствовала та почти бессознательная лживость, кото­рою было проникнуто все его существо...

Он хотел только подразнить меня; но каждое его слово протекло ядом по всем моим жилам. Кровь бросилась мне в голову. Меня словно окотило ушатом ледяной воды и одно­временно поразило током! Я остолбенел и думал, что ацкая сила разорвет меня на части или я провалюсь в АД!

«А! вот что! — сказал я самому себе, — добро! Стало быть, мои вчерашние предчувствия были справедливы! Ста­ло быть, меня недаром тянуло к пруду! Так не бывать же это­му!» — воскликнул я громко и ударил кулаком себя в грудь, хотя я, собственно, и не знал — чему не бывать?

Я не знаю, как я пережил последующие два часа. По­сле всех раздумий и импульсивных решений, я взял себя в руки. Я всё выложил как на духу парням из ГР клуба, они по­нуро и молча, слушали мои откровения. Вернее я разговари­вал сам с собой. А, что они мне могли сказать или посовето­вать? Мстить? Доказать всему свету и ей, изменнице, что я умею мстить! Пытаца каким-то неимоверными УСИЛИЯМИ её привязать к себЕ? Это был провальный проект!

Сутки я находился на грани помешательства и во мгле ада. За это время я в ЮООраз все перекрутил по кругу. Прини­мал и отменял решения, убить ёё, пасть к её ногам, броситца под тепловоз или в пожарный пруд. Я представлял себе, как она может рыдать надо мною, а в толпе будут говорить:

— Этот Серёжа, он её ОЧЕНЬ ЛЮБИЛ!

При этой мысли я рыдал как дитя, рыдал в умиление над этой мыслью...

ЭТО Я-КАТЯ

Нарыдавшись вдоволь, я вдруг поймал себя на мысли, что мне стало как-то легко. И даже показалось, что я вернул­ся САМ в СЕБЯ. Я посмотрел по сторонам, я брёл мимо пру­да, где молодые бойцы из ГР клуба рассматривали, как раки пожирают сгоревшего ЕЖА! Мне тут же пришёл невьебенный креатив. Для связи по лагерю, вместо мобильных теле­фонов мы использовали — короткий Римский горн или боц­манский свисток. Три длинных гудка, возвестили мобу, что намечается СЕРЬЁЗНОЕ ДЕЛО!

И вот мы уже на чердаке, а перед нами дорогостоящая и иллюстрированная дореволюционная книга «СПОСОБЫ ПОИМКИ ВОРОВ»! Нас заинтересовала ловушка «МОЛОТ ТОРА», «ОГНЕНЫЙ ДУШ», «МАТРАС ЁГА» и ещё несколь­ко других ХИТОФ. «МТ» был сопровожден рисунком: вор за­лезает в форточку, а сверху на голову, ему падает 16 пудовая гиря. Вор заходит в дверь, на него выливается кипящее мас­ло, а в лицо ударяет ДОСКА ЁГА, то есть ДУБИНА утыкан­ная гвоздями. Мы не стали мастерить ТАКОЕ ЗВЕРСТВО, а сделали ЛАЙТ ОБГРЭЙТ.

Естественно, что могу сказать — мною не двигало жажда мщения, к более удачливым любовникам (тем более им было по 21году), а просто было навалом свободного времени, и хо­телось проверить КАК РАБОТАюТ дореволюционные приспо­собления. Тем более был интригующий и практичный повод.

Мы нашли лаз, откуда вожатые из «Большевика» проле­зают на нашу территорию, разместили ловушки и подтянули «ПРОТИВОПЕХОТНУЮ КАТОПУЛЬТУ». На десерт, мы по­строили УЖАСНОЕ ПРИВЕДЕНИЕ, которому вместо голо­вы приделали обглоданного раками ЕЖА...

В первую ночь ОНИ не пришли, мы стали ждать сле­дующую.

После отбоя я, достал из тумбочки швецарский ножик, пощупал острие лезвия и, нахмурив брови, с холодной и со­средоточенной решительностью сунул его себе в карман, точ­но мне такие дела делать было не в диво и не впервой. Сердце во мне злобно приподнялось и окаменело; я до самой ночи не раздвинул бровей и не разжал губ и то и дело похаживал взад и вперед, стискивая рукою в кармане разогревшийся нож и заранее приготовляясь к чему-то страшному. Эти новые, не­бывалые ощущения до того занимали и даже веселили меня, что собственно о КЭТ я мало думал. Мне всё мерещились:

— О Янис, молодой прибалт — «Куда, красавец моло­дой? — Лежи...», а потом: «Ты весь обрызган кровью!.. О, что ты сделал?..» — «Ничего!» С какой жестокой улыбкой я по­вторил бы это: НИЧЕГО!

Как только вожатые заснули, мы незаметно покинули корпус и встретились в условленном месте, а потом заняли свои посты. Я уже заранее выбрал всем места, где караулить.

Парням это предприятие доставляло массу прикола и удо­вольствия...

Но НОЧЬ ТЯНУЛУСЬ СЛОВНО РЕЗИНА!

Стоя на чердаке, я мог хорошо видеть, насколько позволя­ла темнота, что происходило вокруг. Рядом вилась таинственая дорожка, которая змеей проползала под забором, носив­шим в этом месте следы перелезавших ног, и вела к круглой беседке из сплошных акаций в стороне от пожарного пруда, а потом уходила куда-то в мрак. Ночь стояла такая же тихая, как и накануне; но на небе было меньше туч и очертанья кустов, даже высоких цветов, виднелись очень ясно. Первые мгнове­нья ожидания были томительны, почти страшны...

Но прошло полчаса, прошел час; кровь моя утихала, хо­лодела; сознание, что я напрасно все это делаю, что я даже несколько смешон, что ВАДИМ подшутил надо мною, нача­ло прокрадываться мне в душу. Я покинул мою засаду и обо­шел периметр позиции. Как нарочно, нигде не было слышно даже малейшего шума — все покоилось. Даже лагерная соба­ка спала, свернувшись в клубочек у калитки. Я снова взобрал­ся на крышу чердака, увидел пред собою далекое поле, вспом­нил встречу с КЭТ и задумался...

Я вздрогнул... Мне почудился скрип отворявшейся две­ри, потом легкий треск переломанного сучка. Я в два прыж­ка спустился с чердачной лестницы и замер на месте. Быст­рые, легкие, но осторожные шаги явственно раздавались где-то рядом. Они приближались ко мне.

— «Вот он... Вот он, наконец!» — промчалось у меня по сердцу. Я судорожно выдернул нож из кармана, судорожно раскрыл его, какие-то красные искры закрутились у меня в глазах, от страха и злости на голове зашевелились волосы. Шаги направлялись прямо на меня, а я тянулся им навстре­чу... Показался человек... боже мой! Это был Янис!

Я тотчас узнал его, хотя он весь закутался в рыболов­ный плащ и капюшон, брёл по асфальтовой дороге и озирал­ся по сторонам. Одно мгновение и он скрылся в зелени, кото­рая примыкала к забору С дальних дозороф, я увидел азбуку морзе КОРМАННЫх ФОНАРЕЙ — «молодые» сигнализи­ровали — ОНИ ИДУТ! Вскоре фонарик замаячил от пруда, а потом фонарик Олега известил, что расчёт «ПК» готоф к бомбометанию. Я послал пару сигналов и бросился по лест­нице вниз, а потом в сторону «ПК» и рычагов ловушек.

В первые секунды, я так зашифровался, что кажется, сравнялся с самою землею. Ревнивый, готовый на убийство Отелло, я внезапно снова превратился в школьника. Я до того испугался неожиданного скрипа досок в заборе, что даже на первых порах не заметил, откуда кто он шел и куда исчезал. Со страху я уронил нож в траву, но даже искать его не стал. Но тут, я разом отрезвился и стал, словно как робот:

—  Орудие! Огонь!

Первый пакет кала улетел в сторону лип и акаций, в туже секунду оттуда вылетел первый урелок и стал воровато оглядоватца. На его фоне, снова отварилась заборная доска и вскоре появилась рожа Яниса. Фокус вожатого МИти видел только самого ЯНИСА, но когда на него упало целое корыто дерьма, он дико остолбенел!!! Он, было, метнулся на помощь товарищу, но в этот момент ему нелепо долбануло в ебало — ДОСКА ЙОГА! Вместо гвоздей, там была жевана китайская жвачка (первый эксперимент Китая). После ацкого удара, ку­валда прилипла к его волосам, щекам и носу. Чем больше он её отрывал тем больше она к нему прилипала. Он сделал ещё одно движение к Янису, и тут-же споткнулся на растяж­ке ТРОЯНА: ушат дерьма обрушился на него с дерева, а на голове оделось ведро с оленьими рогами! Это всё сопровож­далось громкими ночными звуками, они были в шоке, дико нервничали и орали!:

—  Бля! Янис! Ты кажись в каком-то гавне!

—  Да ты сам в говне!

—  Что это за вонючее дерьмо! Откуда оно взялось?

—  Меня, чёто липкое ебануло!

—  Не липкое, а дерьмо!

При свете яркой луны, они пытались разобратца, что произошло? Они пытались хорохорится, что это всё мел­кая неувязка, что она исчезнет, как случайный миг прерван­ного ГУДКОМ тепловоза — СНА! Они хотели верить, что это чисто пожарник неправильно перекрыл канализацию, и они ЧИСТО случайно немного врезались в поносное дерь­мо, и если есть рядом пожарный пруд, то ОНИ быстро отмоютца. Но ВАНЮЧИЙ КОШМАР их не покидал! Кал — есть КАЛ!:....

—  Янис пойдём к пруду! — они двинулись к пруду, кото­рый располагался в 100 метрах от них.

—  Орудие! Огонь!

Второй пакет кала улетел в сторону вишен, разбился об ветки и оросил их дерьмом.

—  А, А, АААА! Опять дерьмо! Откуда оно прилетает?!

—  Вроде дождя нету, а гавно падает!

Они стали метаца и воровато оглядываясь двигались в сторону пруда, уже везде им грозила опасность. Зиндан ждал ИХ. Один неправильный шаг, рухнула тонкая перегородка и с ДИКИМИ ВОПЛЯМИ они провалились в болотную жижу:

—  Орудие! Огонь!

Третий пакет кала улетел в сторону пристреленного зиндана, за миг до падения ОН РАЗОРВАЛСЯ, последовали ди­кие вопли...

-АААА!

—  НОГА!

-УХИ!

—  БОШКА!

—  Слезь с моей ШЕИ!

—  Орудие! Огонь!

Четвёртый и пятый пакет кала улетел в сторону пристре­ленного зиндана, за миг до падения они НЕ РАЗОРВАЛиСь, а ебанулись, о что-то упругое, последовали дикие вопли...

Они вылезли из ямы и с ацкими проклятьями ломану­лись к пруду, но здесь ожидала НЕПРИЯТНАЯ ВСТРЕЧА — ФОСФОРНОе чучело ВЕНЕРЫ с элементами ЕЖА и горящи­ми лампочками, вместо глаз. Венера зловеще водила руками магические ПАССЫ, а на груди у неё красовалась табличка: «ЭТО Я — КАТЯ!»

От ужаса Янис спотыкнулся и со всей силой ебанулся об скамейку, они развернулись и побежали обратно к забору. В эту секунду, на берегу пруда, через дырку в сетке рабица — появился силуэт КАТИ:

—  Ребята вы куда? Подождите! « ЭТО Я — КАТЯ»!

Но они уже перелезали через забор:

—  Пошла ты нахер КАТЯ! Мы тебе это ещё припомним!

—  За такое дерьмо, даже бабам ебало надо бить!

—  Что вы говорите! Я же вас люблю! Подождите! « ЭТО Я — КАТЯ»

—  Да иди ты на хуй КАТЯ!

— Целка ебанная! — послышался отдаленный крик и убе­гающий топот по тропинке из гальки. Разбуженный воплями кретинов, проснулся лагерный пёс, он тут-же бросился в по­гоню за гавночистами. Во мгле ещё долго раздавался озвере­лый лай ТУЗИКА и вопли урелкоф, вероятно он гнал их до самого Большевика. Катя вся в слезах и недовольстве, мол­нией метнулась за рабицу и скрылась в темноте.

Усталые и счастливые мы вернулись в корпус, и с гор­достью за выполненную миссию тут-же захрапели здоровым сном.

Я встал поутру с вначале радостно, но потом радость за­менилась тяжелым недоумением и какою-то еще небывалою грустью, точно во мне что-то умирало.

Я пришел бы в большое затруднение, если бы меня за­ставили рассказать подробно, что происходило со мною в те­чение трёх дней, после ночной заварухи. Эта было странное, лихорадочное время, хаос какой-то, в котором самые проти­воположные чувства, мысли, подозренья, надежды, радости и страданья кружились сплошным вихрем. Я страшился за­глянуть в себя, если только четырнадцатилетний пацан мог в себя заглянуть, страшился отдать себе отчет в чем бы то ни было; я просто спешил прожить день до вечера. Зато ночью я спал хорошо... детское легкомыслие мне помогало.

Эта шиза, вероятно, долго бы ещё продолжалась... но громовой удар разом все прекратил и перебросил меня в но­вую колею. За Катей приехали родители и увезли её в Москву. До конца смены оставалось ещё четыре дня...

ПОСТКУРОРТНЫЙ РОМАН

Вскоре мы тоже вернулись в Москву. Сердечная рана моя — медленно заживала. Но я не сразу я отделался от про­шедшего, не скоро принялся за свои привычные дела.. Уже на подъезде к дому, я планировал ей сразу позвонить и набитца на свидание.

Как только я вошёл в квартиру, то сразу набрал её номер, но тут-же бросил. Я поймал себя на мысли, что не знаю — О ЧЁМ буду ГОВОРИТЬ! Я решил подготовица к звонку, но каждая тема для разговора через некоторое время казалось ТУПЕЕ и ЕЩЁ ГЛУПЕЕ. Я постоянно откладывал ЭТОТ ЗВО­НОК и решился сделать это, только через неделю. В трубке отвечал раздрожённый голос, по всей видимости её бабуси:

—  Кати нет! Она уехала до канца лето в ЭСТОНИЮ!....

Я словно остолбенел и наверно несколько минут слушал мерзкие гудки брошенной трубки. Первой мыслью я хотел перезвонить, узнать — в какое именно место. А потом поломитца на край земли! Ведь не буду же я бегать по всей ЭС­ТОНИИ и спрашивать: «А вы не видели КАТЮ в соломен­ной шляпке?!»

Но потом, я решил, что это даже лучше, так как не знал О ЧЁМ С НЕЙ ГОВОРИТЬ? А к сентябрю, я что-нибудь при­думаю...

Вскоре я уехал на дачу к моему школьному френду -голу­бятнику, чтобы 3 недели гонять на велике, слушать оголтелый рок и ловить рыбу на речке.

В первый же вечер, он спросил меня:

—  А ты влюблён?

—  Да дико!

—  И я тоже!

Мы до самого рассвета пропиздили о СВОИХ ИСТОРИ­ЯХ ПЕРПВОЙ ЛЮБВИ и легли спать только в семь утра, это при том, что мы тогда практически не бухали!!! Потом на ры­балке или во время скитаний по лесам, в ЮООраз рассказыва­ли друг другу самые мельчайшие подробности НАШИХ РО­МАНОВ и ПЕРИЖИТЫХ ЧУВСТВ. Мы обсуждали каждый мельчайший момент и пытались его проанализировать и най­ти смысл. Но на многие вопросы мы так и не получили отве­та и в конечном счёте имели только домыслы.

Лето пролетело в миг, и вот я уже топаю в 9 класс, а по­том бешено ломлюсь в местный ДОМ ПИОНЕРОВ, где ста­ла репетировать наша РОК ГРУППА. У меня созрел гениаль­ный план — пригласить КЭТ на репетицию, после которой я смогу дико поднятца в её рейтинге. Надо было разучить пес­ни, на это ушёл месяц и я позвонил ей лишь в конце сентября. Она обрадовалась, и я пригласил её в кино. Мне казалось, что мы будем сидеть обнявшись, так же как на киносеансах в ла­герном клубе, а в открытых окнах будут стрекотать сверчки и проносится летучие мыши.

Но всё получилось натянуто и официально, я сам стес­нялся себя, мне казались мои истории совершенно глупы и в конечном итоге, я не знал о чём с ней можно говорить. Катя была ВСЯ на ФИРМЕ и в ЗАПАДНЫХ моднейших шмотках, я не понимал, откуда она их достала.

Я даже был рад, что когда мы дошли до её подъезда, на­чался дикий ливень, и у нас возникла возможность быстро распрощаться...

Прошло ещё с полгода, я усиленно репетировал и со­бирал коллекцию пластинок и вскоре моя любовь, со всеми своими волнениями и страданиями, показалась мне самому чем-то таким детским, и мизерным перед тем другим, НО­ВЫМ которое ждало меня впереди...

ПРОШЛО 4 ГОДА

Прошло четыре года, я закончил школу, во всю хиповал и занимался всякими контркультурными делами. Один раз я отправился к книжному магазину, что находился напротив парка кинотеатра АРКТИКА, в надежде впарить барыгам не­сколько книг, для последующей покупки пластинки АСДС «Во вёс эбаут ту рок». Но барыг, особо не заинтересовал мой товар, пришлось его впарить за бесценок. Я понуро побрёл в сторону автобусной обстановке, рассуждая, где ещё наскре­сти чирик и тут на другой стороне дороге увидел КАТЮ. Она была разодетая, вся на ФИРМЕ как ПУТАНА! Рядом стоял шустрый еврейчик, что то говорил, она смеялась, они пойма­ли такси и мигом укатили...

На секунду во мне всплыли очертания ЛЕТА-1981, про­неслись нотки ностальгии и грусти. На следующий день, я вспомнил про вчерашний эпизод и решил ей позвонить, про­сто так, без всякой цели. Она по прежнему проживала по тому же адресу, а может, была наездом. Разговор начался так:

—  Привед Кэт! Это Серёга из пионерского лагеря СОЛ­НЕЧНЫЙ!

—  А....? Э....? Какой пионер, что за брэд?

—  Ты, что меня не помнишь?

—  Непомнююююююю? — она была очень недовольно и, по вероятно не хотела иметь дел с детским садом из прошлого, тем более это мог быть какой-нибудь ебанутый «поклон­ник — прилипало»!

—  Кэт! Не волнуйся, я позвонил просто так!

—  Аааа?! Лагерь СОЛНЕЧНЫЙ?

—    Ну, помнишь я тебе в кательной показывал череп ЛЁХИ! И мы ещё в печке ЕЖА поджарили, а потом я спрыг­нул с крыши к твоим ногам, а ты мне оторвала волосы и спря­тала их к себе медальон, а ещё я выиграл в ФАНТЫ и ТЫ МЕНЯ ПОЦЕЛОВАЛА!

В телефоне возникла Пауза, потом она радостно закри­чала!

—  А сержик привед! Ты, что попрежнему меня любишь?!

Я хотел сказать: ЧТО УЖЕ НЕТ, но это было бы не кор­ректно по отношение к девушке, поэтому сказал так:

—   В своих грёзах, я буду любить тебя вечно! Как АТЭНЕЙ греческую принцессу ЕЛЕНУ!

—   Здорова! Сколько лет прошло...она задумалась и на всякий случай добавила:

—  А я, на следующей недели — выхожу замуж! Мой же­них работает в МИДе, мы скоро уезжаем в Венгрию!

—  Ух, ты! Как тебе повезло! Кэт у меня к тебе есть прось­ба! А можешь мне из Венгрии привести пластинки металла, я у тебя их куплю!...

ПРОШЛО ЕЩЁ и ЛЕТ

Прошло ещё 7 лет, я уже дико рубил в группе КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА, уже плотно засветился в телеке и в СМИ и имел сотни романоф. Перед фестивалем ЖЕЛЕЗНЫЙ МАРШ-4, мы отправились дать концерт в БУДАПЕШТ. Там уже це­лый год жили наши стриптизёрши из первого состава «СЕКС ШОУ КОРРОЗИИ» Они согласились нам показать венгер­скую столицу, а также поселили нас за мелкий прайс в гости­ничном особняке в предгорьях Будапешта.

В первую ночь я дико порол стриптизёршу Лену, а Ящер Олю, в которого она была влюблена. В то время, я имел сла­бое представление о ТРАФИКЕ ДЕВОЧЕК в ЕВРОПУ и АРАБСКИЕ СТРАНЫ, но меня дико удивило как СОВЕТ­СКИЕ СТУДЕНТКИ потусовавшись месяц с КОРРОЗИЕЙ, тут же свалили зарубеж. Я даже вспомнил тот день, когда на концерт заявился некий ЕВРЕЙЧИК и что впаривал девицам. Наши девицы говорили, что всеми русскими стриптизёрша­ми заведует некая фирма «ЧИЧАЛИНА&КЭТ»...

Так я близнец, то одновременно люблю противополож­ности, как тусовки, так и аскетическое одиночество. В один из дней, я выбрал одиночество, хорошенько курнул МАРОКАНСКОЙ (подгон от гитариста рок группы ПИРАМИШ), вышел из СТРИПТИЗ отеля и отправился через весь город на «КРО­ВАВЫЙ ЛУГ». В этот день там собирались ветераны «ОБО­РОНЫ БУДАПЕШТА 1944/45», шла торговля антиквариатом и «копаниной». За мелкий прайс, мне удалось приобрести фа­шистский значок боевой группы студенческого отряда САЛАШИ и новоделы — ботинки на шнуровке от вафен СС.

Также я заглянул на местную толкучку, где приобрёл не­сколько пиратских LP и CD. В офигенном и приподнятом на­строение я потопал обратно к себе!

ЭТО Я — КАТЯ-2

Около входа в отель находилась английская телефонная будка, краем глаза я заметил, что там стояла модная брюнет­ка и типа «звонила» (мобил тогда не было). Я хотел её рас­смотреть, но словно одержимый «бесом противоречия» по­вернулся в другую сторону и уже было собирался пройти мимо. Но тут сзади раздался до боли знакомый голос, а мо­жет и не знакомый, а просто из фильма или «ЧТО БЫЛО НЕ СО МНОЙ»:

— А кое — кто, обещался купить у меня пластинки!

Я чутка остолбенел. Этого я, признаюсь, никак не ожи­дал. Первой моей мыслью было, что это глюк после укурки, но когда я повернулся, то был приятно удивлён. Вся на фирме и в ОБГРЕЙДЕ СТОЯЛА она — КЭТ!

—  ЭТО Я КАТЯ!

—  НИФЕГА СЕБЕ! КЭТ это ТЫ?!!!

Я был АБСОЛЮТНО СПОКОЕН и заговорил с ней, как будто мы с ней виделись только вчера. Она игриво опиралась на будку и мотала телефонной трубочкой:

—  Ну и что же вы — не звоните девушке? Или вы боль­ше меня не любите? А? Сергей Троицкий из группы КОРРО­ЗИЯ МЕТАЛЛА, он же из 2отряда пионерского лагеря СОЛ­НЕЧНЫЙ! ОН же ГРОЗА ВОРОН и начальник РИМСКИХ КАТАПУЛЬТ!

—  Да всё так и есть! Я люблю вас и сейчас так же силь­но, как и в тот день, когда мы сожгли в печке АЦКОГО ЕЖА и МИСТИЧЕСКОГО КОТА!

Мы стали ржать, трава дала «импульсивный ПРИХОД». Не прошло и пяти минут, как мы уже сидели в баре, а когда была выпита бутылка ТОКАЙСКОГО, мы каким-то макаром оказались в НОМЕРЕ! Раскурили козью ножку МОРОКАНСКОЙ жёлтой травы и валялись на диване! Меня про­сто офигенно накрыло! Я включил музыку, а КЭТ стала тан­цевать на манер «Девять с половиной недель».

На ней было белое платье и сама она, ее лицо, плечи, руки были бледны до белизны.

И, боже мой! С какой новой силой разгорелась во мне любовь! Может даже не любовь, а её ФЛЭШБЭК, дикая СТРАСТЬ — вызванная из глубины сознания НАРКОТИЧЕ­СКИМ дурманом! В миг на ней не оказалось одежды, и мы бросились в омут СТРАСТИ и ЛЮБВИ...

Не знаю, сколько прошло времени, сколько часов, но мы бесконечно поролись, курили и пили... Я хотел её постоянно, она была самой изысканной и развращённой шлюхой. Мы по­ролись во всех числовых комбинациях и на всех территориях НОМЕРА, на столе, под столом, на палу, в ванной, в шкафу, в креслах, на диване и даже в СТИЛЕ ЖЕСТЬ в общем коридо­ре гостиницы. Экстремальное порево в общественном месте, вызывало особый ажиотаж и волнения...

Но любая сказка скоро кончается и вот уже золушка сно­ва тусит среди своих бобоф.

Мы лежали голые и пялились в потолок, я врубился, что 4 пора разбегатца. При этой мысли, я вошёл в ступор и мною снова завладел «бес противоречия». Я лежал рядом, с полно­стью голой КЭТ, я её дико отпорол. Я ЕЁ ЛЮБИЛ и НЕ ЛЮ­БИЛ ОДНОВРЕМЕННО! ХЕ! ХЕ! Кто бы мог подумать, что всё так произойдёт! Потом я поймал себя на мысли — ЧТО НАМ НЕОЧЁМ больше говорить. Перед РАЗБЕГОМ, нужно было что-то сказать: «ПРИХОДИ на КОНЦЕРТ», «ОБМЕНЯ­ЕМСЯ ТЕЛЕФОНАМИ», но я сказал дикий бред:

—  Значит, ты любила ЯНИСА и МИТЮ?

—   Боже упаси мой мальчик любить таких. Папа Яниса был зам начальника ПВО Эстонии, он пиздил у него карты с радарами и ракетами, и за поцелуи передавал мне. А я их, че­рез венгров — продавала рыжему англичанину. Рыжий англи­чанин был крашенным венгром, за разрушение БУДАПЕШТА в 1945 он поклялся разрушить СССР. Он добился своего, а я тоже своего...

—  Вот это да! Так значит, ты была шпионка?

—   Да я ТАКАЯ! — она игриво опёрлась на стульчик и изобразила фотку МЕРЛИН МАНРО.

Она была ЧУДОВИЩНО СОБЛАЗНИТЕЛЬНА со своим бритым сипом (до 1990года в СССР девушки обычно не бри­ли СИП) я её безжалостно отпорол в крайний раз, а потом вырубился в забытье. Кода я проснулся, её уже не было, а на журнальном столике стояла дорогущая бутылка Мадьярско­го вина и её визитка, посредине было написано: «ЧИЧАЛИ— НА&КЭТ» — girls for you love...

Вот и вся первая любовь.

ПС:

....Уже в поезде, когда мы ехали обратно, из Будапешта в Москву, я снова вспомнил про ЯНИСА. Ведь получается так, что я всю жизнь был яростным антисоветчиком, коммуняки гнобили наш ансамбль, запрещали концерты. Хотя по боль­шому счёту, они обязаны были мне выдать медаль, за то, что мы забросали калом изменников СССР — ЯНИСА и урелка МИТЬКА!...

ПОСЛЕДНИЙ РАЗ В 10-й КЛАСС, КЛЮШКИ, ГИТАРЫ И ОТ ХИППИ ДО МЕТАЛЛИСТА. 1980-1985

РОДНЫЕ ПЛАСТЫ И АККОРД ЗА 99 РУБ

Любовь творит чудеса, роман с Катей из пионерского ла­геря СОЛНЕЧНЫЙ, сподвиг меня к свершениям, упорному труду и улучшению меня самого, что мне пригодилось в буду­щей конкурентной борьбе за сердца девушек и души фанатов группы КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА...

Первым делом я решил улучшить музыку, старый ужас­ный моно-проигрыватель «раскладушка-чемодан», который пилил пласты, был сброшен с балкона 5ого этажа и разлетелся вдребезги. Отступать некуда, теперь надо достать современ­ный вертак, который стоял практически целую зарплату ря­дового Советского служащего — от 99 руб. Представьте себе, как ваш сын вымогает в 2012 г. — 30 000 руб на покупку банду­ры, откуда будет играть дурацкий тинэйджеркой музон...

Мой папа, уже в то время был доктором философских наук и получал зарплату — 400 руб. Кроме философии, кос­мизма и Широкова мировоззрения, он прививал мне также прагматичные основы и навыки, которые мне, как непрак­тичному творческому человеку дико пригодились в буду­щем — хотя бы иногда заниматца деньгами!

За хорошие оценки папа выдавал мне 4 или 5 руб, особо не напрягаясь, я, мог иметь до 20 руб в неделю, особенно по гуманитарным предметам. После длительных переговоров, я получил у папы, необеспеченный банковский кредит в разме­ре 100 руб, естественно без всяких растовщических оговорок в виде мелкого текста в конце контракта...

Получив заветную сумму, я маниакально, метнулся мол­нией в местный магазин «Радиотовары», с трепетом отчитал 99руб в кассу, и вскоре получил знаменитую Советскую вер­тушку под названием «Аккорд». Оставшийся ОДИН рубль, я по пижонски истратил на такси, с шиком парканувшись око­ло подъезда, на зависть местным урелкам и детям ЗГВ.

В то время я уже имел, советские лицензии АВВА, Вопеу М, сорокопятки и миньёны БИТЛЗ, разные венгерские и бол­гарские сборники, но для солидного меломана были необхо­димы «РОДНЫЕ ПЛАСТЫ», но они стоили денег!

Первую тяжелую пластинку я купил на толкучке, за 40 рублей (примерно 45 у. е.) — это был двойной альбом «Physical Graffiti», группы LED ZEPPELIN, вернее в пакете был толь­ко первый пласт, а второй отсутствовал. Я был дико поражен тяжестью и лирикой этого альбома и в моих мечтах, появи­лась позиция — сколотить рок-банду и рубить также круто как Лед Зепелин!

Городская толкучка Московских меломанов, располага­лась в фойе магазине Мелодия, что в начале Ленинского про­спекта. В тёплые времена года, особенно по субботам, ТОЛ­КУЧКА перемещалась, на другую сторону проспекта, к пер­вой Градской больнице, где собиралась громадная толпа БАРЫГ и меломанов. Часто случались облавы и вентилово в ментовку. Зачастую менты действовали в сговоре с барыга­ми, то есть 50 на 50. Фраер покупает пласт у барыги, их вин­тят и конфискуют пласты. Потом мент отдаёт пласт барыги, гот снова его продаёт, снова винтилово и конфискат, и так 100 раз по кругу!

Я дико подналёг на учёбу, быстро погасил ПАПАШИН кредит и к началу зимы приобрёл польский пиратский КВИН, РОЛИНГСТОНс, сборник «HAVEA METAL» и «ДИСКО СТАР», венгерский ПИРАМИШ, гэдээровский ПУДИС в стиле РАМШТЕЙН, а также попиленный английский ПИНК ФЛОЙД «Дак сайд оф зе мун»...

Я был дико счастлив, что теперь мог не тока устраивать школьные дискотеки, но и приглашать девушек по типу воз­любленной КАТИ — на прослушивание новейших дисков! Первым делом, в эти сети попалась случайная герла из мет­ро, она была частично похожа на еврейку и сама подошла ко мне. Это не случайность, что еврейские бабы уже в 13 лет становятца любвеобильными и проявляют в этом вопросе ини­циативу. Так устроена их СИОНИСТКАЯ система размноже­ния, что национальность определяетца по матери. Суть сис­темы простая: еврейская герла с 13 лет поритца со всеми, а в 36 становитца страшная как смерть! Если обычный славянин или нордический германец, до старости может сохранять правильные черты лица и осанку, то зачастую растовщики и цунары (за исключением может быть чеченоф), после 30 лет, превращаютца в комичных и карикатурных персонажей, с невьебеными носами и перекошенным ебалом. Когда злой Рим­ский Император, за деньги принял Христианство, то он сразу позвал верующих и художников, а потом сказал так:

—  Ок! Хорошо! В Риме, за деньги, мы внедрим ваше мис­тическое христианство! Мне до вашего еврея Исуса, по херу! Мне щас необходимы ТОЛЬКО деньги, чтобы оплачивать ле­гионы, которые будут защищать нашу Империю! Естествен­но, ВСЕХ ОСТАЛЬНЫХ мы представим как языческих вар­варов и исчадием ада! Но как быть с дьяволом?! Каков его портрет?! Как он должен выглядеть в нашей пиар компа­нии?! — в зале воцарилась гробовая тишина и каждый боялся вымолвить неправильное, боялся показатца выскочкой и со­ответственно быть назначенным АЦКИМ ГЛОДИАТОРОМ, в матче со СЛОНАМИ! Пауза продолжалась ЦЕЛУЮ ВЕЧ­НОСТЬ, вскоре поднял руку один из художников, который с утра уже был в угаре и его мучил бадун:

—   Да, что тут думать?! Спишите портрет дьявола с ЕВ­РЕЕВ, вернее с Исуса в старости! У них такие рожи и нос, что лучшей натуры вам и не найти! Ещё можно подрисовать рога и копыта!

Нерон тут же приказал отловить на улице случайных прохожих: евреев и Римлян с прямыми носами. Их поста­вили в один ряд у стены, а рядом клетку с маньяком. Потом привели случайных прохожих — женщин. Слово взял всё тот же НЕРОН:

—   Итак уважаемый сенат и Римские женщины! Как вы знаете, на прошлой неделе, вот этот маньяк, который сидит в клетке, совершил страшное злодеяниями, ацки отпорол, а потом расчленил дочь патриция! Кто, по вашему мнению, мог подговорить его совершить этот ужас?! — Все случайные женщины, как одна указали на людей с ужасающими носами, животами, пейсами и лысиной, которую прикрывали чёрные тюбетейки! — в этот момент вошли художники с мольберта­ми и НЕРОН огласил:

— ПОРТРЕТ ДЬЯВОЛА РИСОВАТЬ с ЭТИХ ЛЮДЕЙ, на которых указали простые РИМСКИЕ ЖЕНЫЦИНЫ! Именно такие, являются в сознание народа, воплощением ужаса и ко­варства!

В этой истории, возможно есть личная месть НЕРО­НА еврейскому народу, за то, что ему пришлось совершить СДЕЛКУ с СОВЕСТЬЮ — предать АНТИЧНЫЙ МИР за ДЕНЬГИ, ради сохранения государственной империи. В этом мире приходитца платить за всё! Конечно же, служба кол­лекторов и судебных приставов может выселить человека из квартиры, но за такое, должник может предать образ этих людей в самое страшное обличие. Такова жизнь!

Когда я затусовался с Катей, ПОХОЖЕЙ на еврейку, она сразу согласилась поехать слушать модные сборники и РОД­НЫЕ ПЛАСТЫ. На последние деньги, я купил маленький батёл вермута «БУКЕТ МОЛДАВИИ» и вот мы уже дома! «И вот мы уже дома» — было в районе 17-00, то есть за 2 часа, до прихода родителей! Зимой темнеет рано, красный фонарь, медленный танец и вот мы уже целуемся! Хе! Хе! На этом дело ограничивалось и заканчивалось. Вскоре такой формате мне наскучил, и для будущих посиделок, я привлёк моего кореша Андрея Лунёва, а от Кати я потребовал привести свою под­ругу! Я тогда не знал, что у тёлок — НЕТ СВОИХ ПОДРУГ! Даже с 13 лет не важно, кто она русская или еврейка — У ТЁ­ЛОК НЕТ СВОИХ ПОДРУГ!

Если Фюрер и Гимлер, занимались изучением выживания видоф, в мировом и национальном аспекте, то герлы этим занимаютца, только в индивидуальном направление, без вся­кого мирового масштаба. Каждая другая герла, это её конку­рент и враг номер ОДИН! Казалось, что может быть проще, как поддержать угарную компанию?! Но 95% герлоф, всегда приедут на тусовку в крутом одиночестве без всяких — СВО­ИХ ПОДРУГ! Я ацки наехал на Катю, которой уже исполни­лась 14 лет, чтоб она привезла подругу. Она выбрала самую уродливую из своего класса. Мы с Лунёвом были в бешенст­ве, и послали их гореть в АДУ на целый 2 года! За это время многое изменилось! Я купил ещё целую кучу пластов, один из которых стоил мне понижением в комсомольской карьере!

В один из дней я с «ЧЕРТВЕТАКОМ ЛЕНИНА» отпрвился в ГУМ, чтобы приобрести, что-нибудь интересное. Там около отдела пластинок, всегда ошивались тёмные личности — БАРЫГИ, которые торговали Советским дефицитом и РОДНЫМИ ПЛАСТАМИ! За красный «ЧЕРТВЕТАК с ЛЕНИНым», Я планировал приобрести венгерскую лицензию — Британской сцены! Вскоре я договорился, о приобретение за 10 руб двойного альбома «Мамас энд Папас» с хитом «Калифорния Дримс», а также за 15 руб лицензионный СМОКИ «Иглез энд Пилс». Для совершения сделки, мы проследовали в мрачную подворотню, в 300м от Кремля, где нас тут же арестовал наряд переодетых ментов из школы КГБ! Два часа ареста и телега в школу, я тогда уже был в 10 классе и провёл кучу дискотек. В конце уроков, классная училка, собрала всех ученикоф и зачитала телегу из ментовки:

— Товарищи комсомольцы! У нас случилось страшное! Комсомолец Троицкий купил у БАРЫГ запрещённые пластинки группы КИСС и альбом группы «Мамас энд Папас» с хитом «Калифорния Дримс»!

— В этот момент свой голос вставила наглая герла по имени Ольга Корницкая, ныне именитый зубной врач:

— Ну и что в этом плохого?! И как же, тогда по вашему Серёга будет устраивать нам дискотеки, под «что», мы будем тогда танцевать?! А?!

— Как под «что», танцевать?! И вы все так считаете?! — в этот момент вступили и другие тёлки из нашего класса — произошёл БАБИЙ БУНТ. У них уже стали появлятца сиськи, и училку они позиционировали, как тупую взрослую конкурентку. С той разницой, что её ОЧКАСТУЮ никто не порит, а за ними СКОРА будут ухаживать и пороть, САМЫЕ ЛУЧШИЕ ПАЦАНЫ и самые богатые ЕВРЕИ МОСКВЫ! От таких ответов, учительница, красная как рак вылетела пулей из класса и долго рыдала в учительской! По всей видимости, она вошла в какое-то своё двойственное чувство, а может эта сцена ей, что то это напомнило. Одним словом, эти телеги, она восприняла ни как тинэйджеркий экстремизм, а как ЖЕНСКОЕ!

Что мне запомнил ось, это важная поддержка от этой Оли . Если в начале, я предполагал всеобщие комсомольское предательство и очковтирательство, то здесь произошёл реальный БУНТ на КОРАБЛЕ против СИСТЕМЫ!

Вдогонку пластинкам фирмы МЕЛОДИЯ и РОДНЫМ ПЛАСТАМ расскажу мелкую байку, которая ходила по Мо­скве в начале 80х.

Умирающий Брежнев завет помощника:

—   Хочу перед смертью БИТЛОВ послушать! — тот ре­шил исполнить предсмертную волю Леонида Ильича и сразу поломился на толкучку к БАРЫГАМ. С трудом нашёл ЕЛОУ СУМБАРИН и быстро побежал в Кремль, чтоб успеть до смерти ГЕНСЕКА. Прибегает, а Ильич, уже на последнем ды­хание:

—  Ну, что, принёс?!

—  Да БИТЛЫ НУЛЕВЫЕ! Иголка не еблась!

—  Ставь же быстрей! — поставил помощник пластинку, а там вместо БИТЛОВ заиграла ПУГАЧЁВа!

—  Всё таки, она меня доконала! — с этим словами он тут же умер! А помошник и говорит:

—  Эта ведьма, всех нас ещё переживёт!...

Анекдот стал пророческим, Пугачёва пережила Брежне­ва, Андропова, Черненко, Горбачёва, Ельцина, Медведова и Путинга!

Что касаемо БИТЛОВ, то все действительно верили вэти мифические ПЕРЕКЛИИНЫЕ ЯБЛОКИ и когда покупали пластинки у БАРЫГ, в тёмном порадняке, очень боялись, что им вместо БИТЛОФ всучат ПУГАЧЕВУ. Что, для меломана стало-бы ИНФАРКТОМ и МОМЕНТАЛЬНОЙ СМЕРТЬЮ от ГОРЯ!

Теперь о фирме МЕЛОДИЯ, которая была одним из главных монополистов на рынке долгоиграющих пластинок. Фирма имела несколько своих крупных заводов и самую от­лаженную дистрибьюционную систему в МИРЕ! Она прода­вала сотни миллионов пластинок в год и практически ни­кому за это не платила! Естественно, что 90% её продукции был совковый кал. Если бы у власти находились нормаль­ные люди, а не коммунистические маразматики, они бы на­оборот должны были организовать, так, чтоб фирма Мело­дия выпускала самые лучшие отечественные и западные рок группы. Такая система сразу бы убила всяческую спекуляцию и ненужный ажиотаж вокруг западной и соврепенной музы­ки! Сделав музыку общедоступной, власти, смогли бы вывес­ти её из поля антисоветской пропаганды, лишив её апонентов мощных козырей. Но Брежневско -Андроповский застойный режим, был не способен к какому либо творческому подходу.

Мы к счастью успели прыгнуть в последний уходящий вагон, за 7 месяцев до развала СССР, группа КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА выпустила на фирме СИНТЕЗ рекорде — свой альбом Каннибал. В день релиза — весной 1991г очередь за КАННИБАЛАМИ в магазине «Давай Давай», достигала по­лукилометра и проходила вдоль Садового кольца и далее в переход, мимо Пугачёвского кинотеатра ФОРУМ...

Через сеть МЕЛОДИИ на территории СССР, было про­дано 1 670 000 пластинок! Особенно порадовала география, даже на краю севера или в самом диком Чеченском ауле, на прилавке местного сельпо обязательно присутствовал — ацкий КАННИБАЛ от группы КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА! Мы дико обогатились!

«ФУТБОЛ —ХОКЕЙ» 1977—1981

Начиная с 6 класса, в дождь, зной, холод и мороз, вместо того, что бы отоспатца в воскресное утро, я просыпался в 05 утра и, проклиная комуняк топал к местному ларьку, чтобы занять очередь. И вот долгожданные шесть утра. Недоволь­ный и заспанный торговец открывает «СОЮЗ-ПЕЧАТЬ», в очереди оживление и волнение: А хватит ли всем «ФХ»? От­даю 6 коп и получаю заветную еженедельную газету «Хоккей-Футбол»...

Уже в кромешной тьме пытаюсь её прочитать, ищу завет­ные слова «СПАРТАК», «Якушев», «Шалимов» и тд. К сожа­лению, в годы моего помешательства на хоккейном «СПАР­ТАКЕ», команда не занимала высоких позиций, постоянно проигрывала Динамо и ЦСКА. Даже 12 летним пацаном, не знаю откуда, я чувствовал, что со стороны Советских вла­стей, против СПАРТАКА творитца какая-то несправедли­вость! Уже само такое название, в Советской действительно­сти, могло трактоватца как АНТИСИСТЕМНОЕ! СПАРТАК, который поднимает рабов на отчаянную борьбу против ВЛА­СТИ ЗЛА! Даже мне школьнику было видно, что масса хок­кеистов, чтоб не служить в АРМИИ предпочитали играть, за спортивные клубы Армии и ДИНАМО! Я тогда не понимал, что это такое? Карьеризм, или наоборот мудрые спортивные менеджеры, таким образом спасали перспективных игроков, от тупой керзы и вшей в Сталинских казармах!

Естестествено, в те времена команды представляли из себя некий монолит, без всяких негров, пришлых и контракт­ников, как секта или рок группа, которая исповедуют опре­делённую философию и её адепты преданы общему делу всю жизнь. Ведь, если мы во дворе организовали банду и ограби­ли ларёк стеклотары, то переход в другую группировку, како­го либо боевика, означал бы предательство и соответствен­ное проклятье со стороны бывших товарищей....

В этот момент когда я писал рукопись и пошёл поку­рить, то ктр кот добавил следующий текст:(х-=589.102251244142444444888/**********************************************************......................../////////

///////////////888888//////////////////////////////+66666666666666669„„„„„„„яч7ннннннннн)

..... То есть самай главный позор! Поэтому нынешние футбол команды лично для меня не позиционируют, как бан­да товарищей, объединённая какой-либо идеей!

Скажу так, чем хуже были позиции «С», тем больше я любил мою команду, тем круче был мой экстаз и восторг, ко­гда Якушев всаживал скупые голы в ворота ЦСКА и Динамо, то есть милитаристам и ментам.

Если в разные десятилетия, мейнстримом был хевиметал, любера, ЛАСКОВЫЙ МАЙ или РЭП, то в начале 80-х было время ТОТАЛЬНОГО ХОКЕЙНО-ФУТБОЛЬНОГО мейнстрима, все должны были быть фанатами какой-нибудь коман­ды. Даже в школу парни и девки ходили в клубных розах. И в метро все были в розах! Так как я болел за хоккейный «Спар­так», то соответственно и у себя во дворе организовал дворо­вый Спартак. Я был вратарём, большая часть амуниции была мною сделана собственноручно, с помощью примитивных инструментов и дореволюционной машинки «ЗИНГЕР». Ещё одна тупость Советского режима, приучение к труду — НЕ­ИНТЕРЕСНЫМИ УРОКАМИ ТРУДА. Так вот на этих уро­ках, мы изготовляли с помощью напильника и сверлильно­го станка — никому ненужные железки, от которых всех тошнило. Никого творческого подхода и креатива. Естественно, если б на уроках труда мы могли бы изготовлять хоккейные щитки или например ГИЛЬЯТИНУ дЛЯ училки по химии, то даже бы еврей БЛЯХМАН, наверняка стал токарем первого разряда. Представьте на миг:

— Дети! Сегодня мы начнём изготовлять ацкую ГИЛЬЯТИНУ и ЖЕЛЕЗНУЮ ДЕВУ с ГВОЗДЯМИ для химички, которая вам постоянно ставит двойки! — уверен, равнодушные к тому проекту вряд ли бы нашлись! Или ещё:

— У вас какие предложения?!

— Изготовить виселицу для ДИНАМО!

— Лучше цистерну, переделать в мясорубку дЛЯ КОНЕЙ!

— Про сверлить дыру в детской комнате милиции!

— Приделать моторчик к сетям и изловить всю рыбу в Джингаровском пруду! ...

— Нее! Лучше замутить духовку дЛЯ ХОМЯКОВ из класса БОТАНИКИ!

Хочу отметить, что всё-таки кое, что продавалось в Советских спортивных магазинах. Это шайбы, клюшки, коньки, хоккейные каски, пластмассовые щитки и самое главное вратарские маски ДЖЕЙСОНА по 1 руб 20 коп! У меня было целых три ЗЛОВЕЩИХ маски ДЖЕЙСОНА, которые я доработал, украсив свастиками и лей баками — »С»!

Тем временем фанатизм нарастал. Многие съе ... Вали из дома, ездили на выезда, пропадали на недели и участвовали в махачах. Около трёх лет, я ездил практически на все МСК матчи «С», но вскоре школьников без родителей перестали пускать на стадионы.

Если этикет ФУТБОЛЬНОГО ХУЛИГАНИЗМА, распространялся только на дНИ ДЕРБИ и Выездоф в окрестностях стадиона, то ДЕРБИ в спальных районах стали повседневностью и переросли в нелепый уреловский хулиганизм и безпридел.

Идёт 10 рыл, навстречу один прохожий:

— Слышь ты?! А ты за каво болеешь?! — чё сказать непонятно, если на чуваках нет опознавательных знакоф! Тоже самое как в Сталинские времена:

— А ты с какой улицы?!

— Я с малой Арновудской!

 — Тебе не повезло! Мы с Дирибасовской! Вощем КУПИ КИРПИЧ и получай по щам!

Под видом фанатов, действовали обычные грабители и бесприделыцики. Это явилось толчком, действий МУРа про­тив неформальных футбольных группировок города Москвы, которые были безобидны по отношению к обывателям. Если следовать законам конспирологического заговора, то дефи­цит пластинок МЕЛОДИИ, засилье ПУГАЧЁВОЙ и ограбле­ние обывателей со стороны мифических ФАНАТОВ, прямая организоваггая и подрывная деятельность со стороны КГБ-ФСБ, способствующая недовольству разных слоев общества с последующим переворотом и воцарению Горбачеёва — Ель­цина — Путина!...

После трагического обвала трибун кажись в 1980, в «Луж­никах», во время матча, менты стали полностью гасить всё хулиганское движение. Из нашей школы двоих спартаков­ских фанатов посадили в тюрьму. На уроках запретили си­деть в шарфах и шапках, в метро за цвета забирали в ментов­ку. Наверно, к 1983 году, всё футбольное — тусовочное дви­жение было полностью подавлено, на улице уже нельзя было встретить каких либо цветов клубов, шарфов и шапок....

РОК ГИТАРЫ-КОРРОЗИИ МЕТАЛЛА. 1980-1982

Уже в 8 классе, меня дико захлестнула волна рока и тогдашней поп музыки, по типу АБББА, ЧИНГИЗХАН, БИТЛЗ и СМОУКИ! Постепенно приоритет от «ФХ», перешёл в сторону иллюстрированного журнала РОВЕСНИК, который издавался в капиталистическом стиле строго по подписке, то есть по предоплате. В начале журнала, рассказывалось как молодёжь дико врубаетца в Брежнего, а также в — МИР, ДРУЖБУ и ЖЕВАЧКУ, в конце были завуалированные статьи с картинками о современной культуре, в том числе и об роке! Через идеологическую дым завесу и между строк, мы пытались распознать и узнать всё о наших кумирах и свободном «ЗАПАДНОМ МИРЕ». По всей видимости, игра «в РАЗПОЗ-НАЙ между СТРОК» создало определённое поколение «особо думающих обывателей», то есть массовку против ГКЧП!

Естественно, когда под воздействием первой любви, я решил научитца игре на гитаре и сколотить рок группу. Состав долго искать не пришлось, я просто предложил корешам по хоккейной команде, вступить в мою рок группу! Ни кто из нас, вообще не умел играть на музыкальных инструментах, как СЕКС ПИСТОЛС в начале своего пути, поэтому мы с энтузиазмом стали сразу дико рубить!

Вообщем, Андрюха «Боб» и Вадик «Морг» (с кем я играл в дворовой хоккейной команде и местном «Локомотиве») согласились поменять клюшки на гитары. Весной 80го фотки хоккейных чемпионов, клюшки, щитки, турнирные таблицы и шайбы были складированы на антресолях, а юбилейное место заняла дурацкая ленинградская гитара и поганый звукосниматель за 4 руб!

По моей рекомендации, барабаньшик Морг спи...ил из школы два пионерских барабана. Вместо тарелок, мы использовали отрихтованные банки из под селедки, а вместо бочек — дореволюционные кожаные чемоданы, доставшиеся в наследство от моего дедушки. Мы вообще наглухо не умели играть, но, тем не менее, сразу приступили к репетициям, напоминавшим аццкие панковские какофонии. Все репы, проходили у меня дома, в качествем усилков, я использовал проигрыватель АКОРД и кассетный мафон ЭЛНЕКТРОНИКА.

Один раз к нам на репетицию пришли два взрослых парня с седьмого этажа, они притащили несколько бутылок портвейна, а также пьяную девку. Мы сыграли им концерт. Девка выжрала батл портвейна, разделась догола, стала дико плясать и орать в микрофон.

Я тогда уже понял, что делают девушки под рок и бухло, истинное счастье телки — быть голой и плясать. Затем ее отвели в ванную, я был в 8 классе и с ней.....

Соседи от наших репетиций дошли до ручки, они были совершенно безвкусные люди, не способные оценить наши таланты. Они стали дико звонить в дверь и стучать молотком по батареям, пришлось временно переместиться в квартиру Морга, где вскоре довели до ручки и его 80-летнюю бабку. Она не выдержала аццкого металла, дико окочурилась и отправилась на очную ставку с Люцифером, репетиции тут же продолжились!..

В сентябре 1980 года я устроился в местный Дворец пионеров в художественную студию и в класс классической гитары, а уже через год мы внедрились в пионерский вокально-инструментальный ансамбль. Попасть в ансамбль было очень трудно, был большой конкурс, руководителю кружка я подарил болгарский «РОЛЛИНГ СТОУНС» и ««ЧЕТВЕРТАК с ЛЕНИНЫМ»(25руб). Нас заставили разучивать репертуар «Битлз» и еще какую-то совковую дрянь. Но я не жалею, что получил первый опыт, и особенно благодарен товарищу Клепикову, который научил совместной инструментальной игре. Один раз мы поперлись, на подпольный концерт хард рок группы «Круиз» — Гаина — Монин. Подпольная тусовка проходила в Доме Культуры на Белорусской, где ныне распо-логаетца бывшее казино ГОЛДЭН ПЭЛЭС. Я прорубился на двух концертах и дико зафонател от музыки КРУИЗА, на концертах они рубили очень тяжело. Вдохновленные, мы круто взялись за дело. Вскоре мы выгнали двух му...ков и клавишника и в октябре 1982 года приступили к созданию металл-программы.

Первое выступление «аццкого трэша» состоялось на новогодней дискотеке, где собрались куча местных бабушкин-ских урелков и девок. Я дико волновался и устроил жуткое шоу, мы сыграли четыре композиции, чем полностью парализовали весь зал. Следующее представление состоялось на центральной дискотеке Бабушкинского района в фойе здоровенного билдинга около метро «Алексеевская». Мы играли в качестве разогрева главной «домпионеровской» группы. Публике понравились наши песни, но не комсомольским лидерам — нам запретили использовать композиции с текстами собственного сочинения, а руководителя кружка чуть не уволили с работы. Я еще больше возненавидел комсомольских му...ков и карьеристов, которые запрещают рок и заставляют стричься. Некоторые девицы оценили наш концерт, произошли знакомства. Обратно с дискотеки я перся с Машей, мы с ней периодически поролись...

Так вот, после этой тусы я был очень злой, меня не прикалывала перспектива рубить песни советских композиторов. Я стал придумывать дикое название, которое сразу могло определить наш стиль и отношение к коммунизму. Как-то раз я готовился к экзаменам по говенной химии, я наткнулся на билет № 22, где черным по белому было написано: «Коррозия металла — разъедает станки и гайки, мешает строительству КОММУНИЗМА». «Клево, — подумал я, — это же настоящее зае...тельское название, которое станет пощечиной тухлому совковому общественному вкусу...»

— Мешает строительству КОММУНИЗМА!

ЗА КОММУНИЗМ

В 1983 году я планировал закончить школу, в которой мне дико раздражали советские порядки и бессмысленность. Последние два года, я вообще забил на неё и появлялся, только ко второму или третьему уроку. Учебники по негуманитарным предметам, я тупо сдал в макулатуру...

Чтобы после школы, сразу поступить на журфак МГУ, я устроился внештатным корреспондентом в Мытищенскую газету «За Коммунизм», а также поступил на подготовительные курсы универа. Занятия проходили в здание напротив манежа, при диком скопление моднейшей и золотой молодёжи.

Мой папа организовал звонок, своему знакомому политическому обозревателю, а тот в деревенскую Мытищинскую газету, где меня согласились взять внештатным кором. На станции Лось, я сел в электричку и стартанул в область, через три остановки нарисовался раздолбаный вокзал Мытищ, вокруг сновала беднота и подозрительные урела. Я вышел на улицу Ленина, и воровато оглядываясь по сторонам, попёрся в поисках редакции. Там меня недоверчиво принял, уставший от жизни редактор, он, вероятно, полагал, что пришёл папенькин оболтус по протеже.

Но он трагически ошибся. Я ему с жаром рассказал, что хочу стать моднейшим репортёром, по типу Марк Твена, делая зубодробильные репортажи о самых ужасных и кровавых преступлениях Мытищенского района. Фотки РАСЧЛЕНЁНЫХ ЖЕРТВ по моему предложению, необходимо было выносить на первую полосу. Меня понесло дальше:

— Смотрите?! Ну кому нужен ваш «КОММУНИЗМ»! Если кто его и покупает, только, лишь из за того, что с туалетной бумагой дефицит! Представьте себе на миг, если ГОСПЛАН, обеспечит всех трудящихся мягкой туалетной бумагой, что тогда будет с вашей редакцией?! Вы прогорите, а райком КППСС вас уволит. Я знаю способ, как МЫТИЩЕН-СКИЙ «ЗА КУМУНИЗМ», вывести в лидеры отечественных СМИ и добитца бешенных тиражей! Вощем, я предлагаю издавать отдельное приложение, чисто об криминале, мистике, эротике и РОК-МЕТАЛЛЕ, а также публиковать распечатки передач СЕВЫ НОВГОРОДЦЕВА из ВВС.

Услышав слова «ВВС» и, что «фотки РАСЧЛЕНЁНЫХ ЖЕРТВ» надо выносить на первую полосу газеты «За Коммунизм», главному редактору стало дурно. Он схватился за сердце и вырубился с инфарктом. Приехала «скорая помощь», больше я его не видел. Мне пришлось вернутца в Москву и целую неделю бомбить редакцию упорными звонками. Наконец, я их достал и они вынуждены были, снова принять меня. Я решил, что пока не буду досаждать их АЦКИМИ УБИЙСТВАМИ и ВВС, а просто скажу, что хочу выполнять их задания, то есть писать статьи в скучном формате Совковой многотиражки. Потом же, когда я внедрюсь в коллектив, то примусь за старое, агитировать за публикации на первой полосе РАСПИЛЕННЫХ БЕНЗОПИЛОЙ ТРУПОФ и лучших НЕВЕСТ МЫТИЩ!

Меня приняли неохотно, и дали ужасное порочение, чтоб от его тошноты я больше никогда не взялся за перо и не звонил в редакцию. Мне предстояло замутить скучнейший очерк и интервью об Перловском ателье, директором которой была молодая симпатичная женщина —передовик труда. Первый час, я думал так, хорошо, я буду такой же как все, не буду выёбоватца и сделаю всё по советской системе:

1. Скажите, как вы выполняете решения 25 съезда

2. Какие новые технологии, по решению партии внедряются в портновском деле?

3. Как вы считаете, какие машинки лучше — дореволюционные «Зингер» или Советские?

4. Сколько из ваших портних перевыполняют план и что их на это вдохновляет?

5. Чем Советская одежда, лучше крикливой западной одежды?!

6. Как должны одеватца Советские люди.

7. Какие сюрпризы ждут Перловских девушек в сезоне 1982-83?!

8. Расскажите, как вы тюнингуете телогрейки, превращая их в модный клоуз?

— и всё в таком духе. Силы характера хватило на 10 минут и дальше меня понесло...

Я опадал на один час, дамы нарядились в официальные и строгие советские платья, они предполагали, чта, из газеты «ЗА КОММУНИЗМ», приедет строгий и чёрствый старпёр или карьерист комсомолец. Какое же их было удивление, когда на пороге ателье нарисовался тинэйджер, в зайичей шапке, солдатской телаге и в модных Остап Бендоровских ботинках с острыми носами и на скошенном каблуке.

Дамы сели, строго в иерархии. Минут пять царило нелепое напряжение и неловкость. Портнихи офигевали, каким образом необходимо говорить с тинэйджером в заячей шапке с дурацким фотоаппаратом ФЭД-2, без вспышки?! Но с другой стороны они понимали, что это репортёр от партийной газеты ЗА КОММУНИЗМ и им неотвратимо, надо продолжать официозный ритуал! Я очень волновался, даже проклинал себя, что вовлёк невинных людей в ужасный перформанс. Но бог это увидел, развёл руками, и случилось чудо. Начиная с третьей позиции, вопросы сами по себе приняли

— Как вы считаете, какие машинки лучше шьют — дореволюционные «Зингер» или Советские? И вообще, бытует мнение, что Советская школьная форма ужасна! Я подпустил ещё пару провокаций в таком же духе...

От такого поворота событий, тётки дико офигели, сначале они переглядовались, а потом их понесло:

— Нас заставляют шить телогрейки! Нам присылают ликала, по которым можно только шить платье бабы ЯГИ! Все мытищинские девушки хотят носить открытые платья, а нам запрещают такие шить. — и всё в таком духе....

Когда я принёс разгромную статью, инфаркт уже словил зам главного редактора, мне пришлось, ацки редактировать статью и вскоре она вышла. Вскоре мне позванила портниха, дико поблагодарила за статью, а также пообещала бесплатно перешить телагрейку, к качестве гонорара я получил 8руб20 коп. Вскоре я накропал ещё десяток статей об ужасах деревенской жизни и о местных Домах культуры, а также про передовиков производства, ткачих и поварих. Я рассекал по Мытищам, встречался с людьми, беседовал, брал интервью. Посещение производств и местных очагов культуры произвело на меня самое удручающее впечатление. Полный развал, ад и бе-зысходка, я старался максимально правдивее описывать ситуации, за это главному редактору дали по шапке, и он сказал, чтобы я писал только о хорошем. Я долго искал, что хорошего есть в Мытищах, но, кроме стрельбища «ДИНАМО» и природы, ничего стоящего не нашел, наверно, я был слепой.

За систематические прогулы, меня не хотели пускать на школьные экзамены, пришёл папа и показал мои публикации о передовиках производства. Директриса школы вынуждена была капитулировать, против «КОММУНИЗМА» не попрёш.

К 70-летию образования СССР, по требования главного кредитора-папы, я написал комическую поэму, посвященную дружбе народов (кусок опубликовали в «Московском Комсомольце»).

Я подал заяву в МГУ на жур фак, как и в 2012 г, весь звл наполнялся модными герлами и продвинутым пиплом. Мне попался билет про Павла Корчагина. Я накатал смелую телегу. Литература-4, русский— кол! Всё правильно. Как любой писатель или художник, вначале ищет композицию, образы, а потом производит обгрейт рукописи. Но в СССР тупые ин-ституцкие преподаватели пытались соединить в одно — технические ошибки букв и мысли.....

ХИППАРСКИЙ ПАЦИФИК СССР И ШВЕЙНАЯ МАШИНКА ЗИНГЕР

В 1982 г. я познакомился с бывшими системными хиппарями, все они были антисоветчиками, у них были ксерокс-ные книги и масса музыки — целые стопки РОДНЫХ ПЛАСТОФ! От них я узнал много нового о рок-металле и вообще о мире людей. Парни-хиппари вели антисоветский образ жизни, то есть работали ночными сторожами, дворниками или в котельных как Виктор Цой, то есть практически не контактируя с системой. Они имели массу свободного времени,, читали книжки и слушали рок-музыку. Устраивались вечеринки с травкой и танцами, они считали, что в советской системе у них нет перспектив, они не хотели стать тупыми обывателями и всю жизнь порожняком горбатиться на Брежнева за пайку жрачки, под деревенские притопы Пугачевой и Леонтьева...

Мне дико повезло, я познакомился с бывшими хипарями, которые в данный момент работали в сфере искусства, то есть в театре, кино и на телевиденье, где было меньше коммунистического гнёта и подхода к труду.

Я их целыми днями терзал вопросами, об идеологии КОНТРКУЛЬТУРЫ и ЗАПАДНОГО РОКа, поралельно знакомясь с азами интертеймента. Один раз экс-хиппи Гарик пригласил меня в театр, где он работал световиком. Я его доставал целый вечер, о том как достигаются театральные световые эффекты, как это работает и включаетца и как такого можно достичь примитивным способом. В процессе общения, я стал поинтересовался, где он берёт модную джинсовую одежду? Выяснилось, что Гарик всё это шьёт сам! Я проклял себя — какой же я дубина! Сам ездил в ателье, а про бабушкину машинку ЗИНГЕР совершенно забыл. Приехав поздно и не дожидаясь утра, я вытащил из чулана «3» и тут же стал шить. Я вообще не имел понятия, как это работает, как заряжается пуля и каким стежком надо шить, всё делал интуитв-но. Мне хотелось прямо сейчас сшить моднейшую хипарскую жилетку, круче чем у Гарика. Я промучился до утра и вырубился спать не снимая одежды. На следующий день, я метнулся в Перловское ателье и взял мастер класс у маститой портнихе. Мне хотелось постигнуть портновское искусство за один день:

— Поймите молодой человек, этому искусству надо специально обучатца! Это целая наука! Лекала, выкройки, стежки, примерка и тд...

— Прошу вас обучите меня всему за один день. В субботу, то есть 1 июня в день ЗАЩИТЫ ДЕТЕЙ будет подпольная хипарская сходка в ЦАРИЦИНО, мне необходимо блеснуть моднейшими КОНТРКУЛЬТУРНЫМИ ПРИКИДАМИ!

— Вы в своём уме?! Я могу вас чему-то обучить — минимум за один год!

— Пожалуйста обучите меня, например, за ОДИН ДЕНЬ!

— АААА!!!! — вобщем я довёл тётку до белого коленья, всё законспектировал в блокнот и с последней электричкой отбыл во свояси ...

На следующий день я изготовил мега прибомбас — ХИП-Парский ксивник с ПАЦИФИКом СССР! Многие советские люди, поколения 70х и 80х, вообще никогда не носили с собой паспорт и обычно хранили его в шкафу, вместе со свидетельством о рождение. Паспорт был лишь необходим для получения почтовых переводов и устройства на работу. Но футбольным фанатам и людям контркультуры паспорт нужен был всегда. Например, если после махача на футболе, весь моб свинтили в ментовку, то у каво есть паспорт — его тут же допрашивают и пинком выгоняют на улицу. У каво паспорта нет, то тот кукует несколько часов, пока его данные не пробьют, через примитивную ЦАБ.

Вообщем, я изготовил хипарский ксивник, который представлял из себя мини барсетку на веревочке. Ксивник всегда весел на шее, даже если вы проснулись полностью голыми, то на шее всегда остаётца паспорт, ключи, деньги, сигареты, а также проездной на метро.

Когда ксивник был готов, я расшил его бусами, украсил бахромой, а потом вышил угарные лейбаки и надписи. В центре располагался уникальный ХИППарский ПАЦИФИК СССР! Отечественные хиппи приделали к кружку с голубиной лапкой — маленький крест. То есть Русские Православные Пацифисты, практически Толстовцы. Несмотря на всеобщее подражание Западной моде, даже Латыши и Чучки делали себе татухи в виде ХИППарского ПАЦИФИКа СССР, наверно Толстовство и понимание ОСОБОВА пути РОССИИ, лежало у всех на генном и подсознательном уровне!

Когда с ПАЦИФИКом СССР, было покончено, внизу я вышил «666» и «ХЕВИ МЕТАЛ»! Я повесил его на шею и вместе с Рунёвым отправился в ЦАРИЦИНО на подпольную сходку хипарей. С первой же секунды мая ксива произвела тотальный ФУРОР, у хиппи просто съехала крыша — как может ПАЦИФИК СССР уживатца с «666» и агресивным металом? Долго уживатца им не пришлось, не успели мы сделать пару фоток у Царицинских развалин, как всех загребла БЕРЁЗА. Пол часа в ментовке, вот и весь праздник ЗАЩИТЫ ДЕТЕЙ!

В ментовке, сотрудники КГБ первым делом стали рассматривать мой ксивник, они его сфоткали на фотоаппарат СМЕНА со вспышкой, а потом пришёл старший. Он посмотрел на ксивник и сказал:

—»666» и «ХЕВИ МЕТАЛ»?! Как быстро это докатилось до нас! Абрамов, всех металистов ставьте на отдельный учёт!

— Есть! Только у меня вопрос. В какую категорию отнести человека, если у него ПАЦИФИК СССР и одновременно — «666» с «ХЕВИ МЕТАЛом»?!

— К фашистам!...

Так, с лёгкой руки ответственного сотрудника, я стал фашистом.

Вообще, молодёжное движение ХИППИ в СССР, было не просто неформальным мейнстримом, а антисоветской системой. Системой против СИСТЕМЫ ЗЛА. Перед ОЛИМПИАДОЙ-80, КГБ наконец решило покончить с тусовкой ДЕТЕЙ — ЦВЕТОВ, повсеместно были проведены аресты хипарей, с последующей высылкой за 101км, в тюрягу и психушку-крезу.

Репрессии даже наоборот укрепили СИСТЕМУ, внедрив повсеместный шифр, по типу как у русских революционеров накануне 1905года. Ежегодно совершенствовался слэнг и так как существовало поверие, что все телефоны прослушиваются, то вскоре простейший разговор, был вообще непонятен случайным людям:

— Привед мэн!(Привет парень) Стрелка(встреча) по КУПЕРУ (алис купер -сыкситн) на ушах(памятник Крупской), поломимся на флет(пойдём на квартиру) к олдовому(автори-тетному от слова олд) чуваку, у него есть корабль, (то есть спичичный коробок травки) Хаера не палить!(то есть волосы спрятать под рубашку).

Основное количество так называемых хиппи, имело отдаленное представление о заветах ДЖОНА ЛЕННОна из «Битлз», людям просто было в кайф носить хаер, слушать музыку и тусоваться. Тем не менее образец созданной тогда СИСТЕМЫ существует и по сей день, в дальнейшем по такой же схеме развивалось движение люберов, металлистов и скинхедов.

Например, если человек имел отношение к этим направлениям и знал место сбора тусовок, пароли и явки, то мог ездить без денег по городам, иметь еду, ночлег, а также укрыться от преследования милиции. В наше время, когда есть Интернет и мобильники, это совсем просто, тогда же человек перся в неизвестность...

В моем доме была каптерка для вахтера, там старшие парни чинили гоночные велосипеды, но вскоре их забрали в армию. Педали, болты, гайки, шины и рули мы сдали в макку-латуру, а на стенах нарисовали БИТЛЗ, свастики и пацифики, а также установили диван, радиолу и чайник с плиткой. Часто мне звонили неизвестные люди с просьбой «ВПИСАТЦА на НАЙТ», приезжал различный моб, иногда по 10 рыл: Рига, Минск, Питер, Вильнюс, Таллин, Харьков, Нижний Новгород. География была самая обширная, с некоторыми мы знакомились и общались. Каждый раз я узнавал массу нового, чем и как живут люди в разных уголках СССР. Если в Москве, Питере или Прибалтике, можно было тусоватца с хаером и в дореволюционной рубище ИХ, то в других городах, за такое можно было получить по ебалу не отходя от кассы. Озлобленные от херовой жизни, урела ненавидили не только тех людей, которые жируют на Совестской системе, но всех АН-ТИСИСТЕМНЫХ, кто кладёт болт на эту СИСТЕМУ!

Одним словом, к нам в коптёрку ежедневно вписывались на найт незнакомые люди, вечером их впускали, утром выпускали и больше никогда не виделись. Все было безвозмездно и на доверии. Мало того, хозяин «вписки» считал своим долгом снабдить парней чаем и сигаретами. Когда я занимался политикой в конце 90-х и 2000-х годов, такая же система существовала у странствующих скинхедов. Под ночь в офис приезжал бритый моб, ребятам давали сардельки — КТР, кетчуп, 200 г хлеба, деревянную скамейку для сна и кассеты ВП-музыки. Некоторые зависали в Москве, другие больше так и не появлялись...

ШТИРЛИЦ, ПУТИН, МОДНЫЕ ТЕЛОГРЕЙКИ И ОКУЛЬТНЫЙ РЕЙХ

Кроме увлечения античной и языческой истории, втором моим направлением была гражданская война в России и Вторая Мировая война. Если какой-то балбес и представляет её, как нападение злой Германии на хороший СССР, то для меня она всегда была продолжением гражданской войны.

Антибольшевиком, я был с детских пеленок, и всегда ка-тировал Антисоветский имидж: одежду белогвардейцев, С С со свастиками, хиппи, металиста или моду ВП. Дикая ротация фильмов: «Семнадцать мгновений весны», «Адъютант его превосходительства», «Служили два товарища», «Бег» и т. д. сделали меня фанатом этих направлений. ИМИДЖевоя борьба против СОВКА, было главным и самым простым для школьника, не отягощенного семейными узами, кредитами и положениями.

Когда в советских фильмах показывали партизан в овечьих тулупах и валенках, они ничем не отличались от современных тупых урелов и быдляка от начала 80х. У немцев все было модное: каски, свастики, кожаные плащи, автоматы и красивые танки. Штирлиц целыми годами ходил в модном прикиды СС, курил хорошие сигареты и ездил на «мерсе»...

Я помню забавную моду 1980 г., которую наверняка внедрил какой-то прикольный пиарщик, — ходить в телогрейках, как на зоне (наверно, чтоб люди не роптали из-за шмо-точного дефицита)! В телогрейках ходили все. Я дико упросил мамашу (главного зубного врача Кантемировской танковой дивизии) притащить мне солдатскую телагу. И вот я самый модный парень на деревне: солдатская телага, свитер, чехословацкая шапка-ушанка, джинсы а-ля попиленные и оранжевые «казаки» — полуботинки на каблуке. Этот прикид сразил не тока Машу и Наташу, но и массу других школьниц...

Так вот про Штирлица и Путина. Для аристократии Советского ГБ и армии, Штирлиц был тайным воплощением идеального образа — Русского военного или разведчика, С помощью образа Штирлица элита русского ГБ и МО мечтательно моделировала — каким должен быть серьёзный русский офицер. Который по своему характеру, качествам, образованию и кругозору, явно тянул на дворянское происхождение голубых корней. То есть «русские соглошенцы» которым Сталин дал погоны и работавшие на ацкий режим, успокаивали свою совесть так: Да мы могли бы отправитца в ГУЛАГ, но мы хитрым путём постепенно устроим Русский национал социализм, мы создадим внутреннего Штирлица, который потом станет президентом России. С этой целью группа высокопоставленных заговорщиков, постоянно мониторила и проводила кастинги молодых людей пришедших служить в КГБ. Их негласно опекали, направляли в определённое русло и постепенно вводили в ближние орбиты.

Если обычным сотрудникам поручалась рутинная работа на задворках империи, то элитных отправляли в ГДР, где им поручалась самая опасная и в тоже время романтическая работа. С целью не только воспитать железных и ответственных людей, но и приобщить их к модныму Европейскому дизайну. Так на свет появился Владимир Путин. Не знаю на сколько он оправдал своими делами, его создателей, это все видят и вскоре история поставит окончательный вердикт.

Естественно нам школьникам Штирлиц дико нравился, но куски фильма где появлялся Фюрер и его верхушка, конечно котировались больше. Для простых Советских людей, вообще было непонятно чем занимаетца в фильме Штирлиц, для многих нас, он просто служил в СС, на благо Фюреру. И многие отдали бы всё, чтобы находитца в такой клёвой тусовке, чтоб стоят в карауле со шмайсером, и трепетно охуевать когда мимо проходит Фюрер по какимто важным делам!

Второе знакомство с Фюрером произошло после выхода кино эпопеи «Победа» — серия «Битва за Берлин», где смачно и жирно показаны последние дни рейха и его Фюрера. Я так полагаю, что консультировали режиссера те же са-

Третья тема была такая. В СССР все книги были запрещены, а антисоветские тем более. С развитием техники, то есть примерно в 1980г в различные министерства СССР, прибыли первые партии допотопных КСЕРОКСОВ. Некоторые сотрудники — подпольные антисоветчики, считали своим долгом тайным образом отксерить книги Солженицына или

В один из дней, на полном ШИФРЕ мне позвонил олдовый хиппи и антисоветчик НИКОДИМ. Мы забили стрелку на Чистых Прудах, после чего шмыгнули в первый попавшийся породняк. Никодим достал прямоугольный свёрток, завёрнутый в тряпицы и передал его мне, я с ужасом спросил:

— ЧТО ЭТО? — даже не получив ответа, я сразу почувствовал леденящий холод застенкоф ГБ!

— ОКУЛЬТНЫЙ РЕЙХ и ЕГО ФЮРЕР!

Таким образом лично Я!!!! Стал первым — счастливым обладателем книги Прусакова, перепечатанной на тех самых «пресловутых ксероксах».

Я озирался и соблюдал конспирацию не более двух станций, потом не выдержал характера, вытащил фолиант и развернул тряпицу:

ОКУЛЬТНЫЙ РЕЙХ и ЕГО ФЮРЕР!!!

Ещё миг и я не заметил, как домчался до станции Бабушкинская. Когда я очнулся от голоса тётки робота, то к своему ужасу обнаружил, что через мои плечи этот труд читают ещё пять человек!!!! СССР была самая читающая страна в мире.

На перроне меня догнало несколько тёток и мужикоф:

— Молодой человек, вот мой телефончик! Просите чего хотите, только дайте почитать! Ну пожалуйста! Я вам ковёр без очереди могу организовать! Я могу джинсы! А я живачку! Пожалуйста только дайте почитать, как ГИТЛЕР стал МАГОМ!

— Бля вот и запалился! -пронеслось у меня в голове........

ПОСЛЕДНИЙ РАЗ В ДЕСЯТЫЙ КЛАСС И ФИНСКИЙ АТЕСТАТ ЗРЕЛОСТИ

По всей видимости, 23 июня 1983г, я в последний раз отправился в школу, чтобы на торжественном собрании получить путёвку в жизнь — аттестат о среднем образование. Мая мама, как ей казалось — купила мне модный Советский костюм, а папа подарил часы, галстук и рубашку. Они полагали, что в этом прикиде я скоро попрусь на экзамены в МГУ и стану хорошим мальчиком.

И вот я на сцене, директриса школы вручают мне аттестат, сердце вдруг стиснула неведомая грусть и тревога! Неужели школа закончилась? Неужели целая и бесконечная вечность — имеет свой предел? Словно высшая сила, ацким топором отрубила полоску моей жизни, а директриса в этой повести поставила точку, в виде своего автографа на аттестате. Пока классная давала мне последнее напутствие, перед моими глазами в миг прокрутилась обратная киноплёнка, ускоренная в тысячу раз: Длинный хаер превращаетца в короткий, орёт училка химии, экзамены, последний звонок, мой роман с Лили, концерт Круиза, репетиции в доме пионеров, я с хиппи, я с Наташей, Машей, пластинка Лед Зепе-лин, арест в ментовку, проигрыватель Акорд, Первая любовь к Кате, пионерский лагерь, хоккей, Спартак, Римские легионы и 300 спартанцев, мы таскаем вещи в новую многоэтажку, Целые стаи голубей, Целые тучи голубей, которые застилают всё небо, птичий рынок, дядя Коля Самовар, Горький — Дедуся и Бабуся, цыгане, Волга, мороженное, сушёный компот, Сталинский директор и вот я первоклассник. 1 сентября, я в толпе первоклашек перед старой Советской пятиэтажной школой. Всё торжественно и строго, рядом в толпе папа и мама. Я чувствую, что стою на пороге неизведанной, новой и удивительной истории, в которую мне предстоит сыграть самого себя! ...

Я очнулся когда училка замолкла, я схватил аттестат и направился в зал, вольготно расположившись со своими кен— Всё правильно «Новой и удивительной истории, в которую мне предстоит сыграть самого себя!» И когда этот угар начнётца?! Этот кайф начнётца завтра! УАУ! Да, что там завтра! Сегодня ночью! Когда закончитца выпускная ДИСКОТЕКА! ВПЕРЁД и я сделаю первый шаг за порог школы!..

Торжественная церемония завершена, вот мы и на улице, первая ментоловая сигаретка и вот мы все стали, какими-то другими. Вроде одноклассники и уже как бы по себе, на некотором пафосе, от своих тайных головокружительных планах. И каждому казалось, чта у него-та эти перспективы круче всех! Мы разбежались до Балла, а в 20-00 я снова облачился, в пиджачные обновки и в этом роскошестве, ступил за порог родного дома, в другую, взрослую жизнь!

На лестничной клетке меня уже поджидали пацаны: БОБ, МОРГ, Жабин-пожарник, Рунёв и чувак из параллельного класса. Когда я припёрся, мне сразу накатили целый стаканище, настоящего «Арбатского — красного». Как прекрасно пошёл этот стакан — не знает даже сам Бог! Настолько был чудесен этот первый глоток свободной жизни! Новой жизни без учителей и всякого детского дерьма. Полные оптимизма и уверенные в себе, мы вышли на улицу и осмотрелись по сторонам. Всё как будто было по-прежнему, но и как

— Я СВОБОДЭЭЭН! Словно птица в облаках! ХеХе!

— Вперёд ребята! Один за всех и все за одного! УРА!

— Да! УРА!

Мы подошли к местному ларьку, там к нам присоединилось ещё несколько парней, мы купили из под полы самых дорогих Американских сигарет — КЕНТ, МАЛЬБРО, СААЕМ для девиц, а МОРГ кубинские ПОРТОГАЗ за 10 коп. На него тут же обрушились проклятья и насмешки. Все ПОРТОГАЗ-ные люди, индифицировались как враги складчины! К примеру если у всех кончились сигареты, то весь моб будет курить ваши. Спрашивается, если кончились сигареты, кто будет курить ТЕРМОЯДЕРНЫЙ КУБИНСКИЙ ПОРТОГАЗ?!..

Настебавшись над МОРГОМ, мы отправились в Советскую БУЛОЧНУЮ, где приобрели целую кучу НЕПОПУЛЯРНЫХ ТОВАРОВ у СОВКОВ! НАСТОЯЩюю клюквенную ФИНЛЯНДИю( Зр20коп — 4 уе, ныне 25уе ) и Венгерского Токайского вина(2р70коп). Хочу заметить это были РЕАЛЬНЫЕ ЭКСПОРТНЫЕ поставки, без всякого демидрола и Южно — Осетинского спирта). Вощем, часть товара сразу пошло в употребление, остальное заныкали рядом со школой . Как же хорошо пошла эта ФИНЛЯНДИЯ! В юбилейном состояние и в приятных разговорах, мы неизвестно как вскоре оказались у нашей школы №763!

Вокруг стояло кучка одноклассниц и их родителей :

— Ну да, да, да! Всё бюдет хорошо, вы идите !

— Мама, я уже взрослая, я всё понимаю !

— Пап, да у нас из ребят практически никто не пьёт !

— Мам, пойми, мне этот малолетний сабантуй и даром не нужен. Ну так, чисто для памяти потусю, а к двенадцати я к Марине поломлюсь, у ней и заночую .

Начались танцы, выпивка в дабле и все остальные приколы выпускного вечера. Кульминацией вечера стало выступление школьного состава группы КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА! Мы ацки исполнили три песни: «Люцифер», «Дети Дракона» и «С дырками в кармане»! Все были в восторге, даже учителя и директриса, они были заворожены МАГИЕЙ ЗАПРЕЩЁННОГО ХАРД РОКА! Всем нравилось, кроме бальзаковской училки по ХИМИИ! Увидев угар, она источала АД МЕДУЗЫ ГАРГОНЫ! Я ликовал!...

— Опять этот Троицкий! Кто им позволил ацкой какофонией испортить ВЫПУСКНОЙ БАЛ?!...

В старые времена простые люди сказали бы так:

— Да её никто не ебёт, поэтому злая как собака и доёбывает учиников ацкими формулами и всем херачит колы! — действительно её двойки и колы были самые смачные в дневнике. На разворотах моего дневника, зачастую было очень много двоек, но если все остальные были математическим мерилом моего ответов на школьные догмы по Советским учебникам, то двойки по ХИМИИ это был целый перформанс и галимый пиар! Эти её оточенные цифры, не, сколько обозначали степень ответа, сколько включали в себя код ненависти и злорадства! Я бы сказал ЗЛАРАДСТВА фурии! В нынешнее время её могли осудить за побуждение к педофилии:

— Да она специально ставит колы и двойки симпатичным паренькам и от этого кончает, видя их страдания и огорчения. По всей видимости, она таким образом хочет их склонить к дополнительным занятием, у себя дома и там устроить оргию Маркиза де Сада, по типу, когда старый прокурор и Боронэсса хотели развратить непорочную 14 летнею Жюстин и её садомировали 13 раз в групповом насилие и даже с животными!

ВЫПУСКНОЙ БАЛ НА ЛЕНИНСКИХ ГОРАХ

— Опять этот Троицкий! Кто им позволил ацкой какофонией испортить ВЫПУСКНОЙ БАА?!.. — донеслось до меня, через аплодисменты одноклассников. Чтоб ещё более испортить «её бал», на бис мы сыграла песню Алис Купера «СКУЛ сей АУТ» «Школа ЗАКОНЧЕНА», в панковской обработке и с моим произвольным переводом. Данный текст в дальнейшем был переработан в КОРРОЗИЙНУЮ песню «Он не любил учителей» ...

Вскоре дискотека завершилось, и поделившись на небольшие тусы, мы побрели кто куда. В нашей толпе было 15 рыл, мы оглашали дикими криками предрассветную Москву и были ДИКО СЧАСТЛИВЫЕ! Вскоре нам повстречалась подобная куча из соседней школы, появилось предложение метнутца на Ленинские горы:

— УаУ! Клёва! Ё! Довайте ломитца! — всей оравой мы вышли на дорогу и стали ловить транспорт. Вначале планировалось езда на тачках, 4 рыла по 1 р 20 коп с носу, чисто всё по щёчику. Но нам фортануло, из автобасы на Джингаровке, вырулил допотопный автобус, направлявшийся в центр. Я как опытный тусовщие, метнулся к дороге и остановил водилу:

— Дяденька! У нас горе, школьный автобус сломался!

— Отлично! С каждого по рублю или просто за «ЧЕТВЕРТАК с Лениным»!

Бля! Какой это кайф, фигарить в 04-00 по утренней Москве, с оравой в 25 рыл, курить в автобусе, дико орать, ржать, обнимать девиц, пить ФИНЛЯНДИЮ и ТОКАЙСКОЕ! Автобус мчитца мимо ВДНХ, по проспекту Мира, слева и справа пролетает отель КОСМОС, КОЛХОЗНИЦА и КРЕСТЬЯНКА. Алексеевская, Проспект Мира, поворачиваем направо на содовое кольцо(Зего колца тогда небыло). Пролетаем Маяковку, высотку на Барикадной, Американское посольство и после м. Парк Культуры поворачиваем, в сторону Лужников и Ленинских гор. На Московских улицах не души, рассвет и только мы одни с этим рассветом начинаем свою НОВый и НЕИЗВЕДАННЫЙ трип, где сами будем актёрами и персонажами! ...

На Ленинских уже тусили громадные толпы народа, там мы Рунёвым познакомились с несколькими отщепенцами по типу нас, двое выпускников были хипарями, а один футбол-фанат-металист. Брожения и угар был дикий!...

На смотровой площадке, мы допили остатки бухла, насладились великолепным видом утренней Москвы и нырнули в первый электропоезд на станции Воробьёвы горы. Всю дорогу мы горлопанили песни, курили в метро и уже в 06-15 были в Медведковских васюках, где вообще со всеми распрощались навсегда! СКУЛ СЕЙ АУТ! ..

УТРО ВЫПУСКНОГО БАЛА

Вместе с Рунёвым мы побрели в сторону наших многоэтажен, по дороге с жаром обсуждая знакомство с новыми герлами на Ленинских горах, а также новейший альбом

СКОРПИОНС — «БЛЭК АУТ». Мы уже хотели было разбежатца, но мне в голову пришёл креатив метнутца на плотину Джингаровского пруда и замутить мелкий театральный ритуал прощания с Советской школой.

Так вот, на другой стороне мистического пруда, находилось еврейское кладбище (я тогда в этом не разбирался). Там всегда тусила целая куча бомжей и алкашей-пролетариев, а также имелись громадные кучи могильного кала. Почему-то в совковые времена, во время запрещенной православной Пасхи там происходили массовые поминовения евреев. С конца Сталинских времён и до Горбачёвских, еврейский государственный сионизм всячески подвергался гноблению. Между тем, не смотря на это, евреям удавалось удерживать позиции во втором или теневом эшелоне. Возможно, таким способом, как участие в посещении могил в дни Провослав-ной пасхи, они хотели закумуфлировать целое ЕВРЕЙСКОЕ кладбище в пределах столицы!!!

Вощем, в те дни все районные урела и алкаши ломились на «это» кладбище пиз...ть конфетки и тухлые яйца, а также допивать рюмахи. У многих школьников, после длинной перемены раздувались карманы, от самых изысканных шоколадных конфет. Нет, я их не осуждал, да и многие делали вид, что этого не замечают. Если в наше время, к примеру в семье алкашей, может перемежатца голод и денатурат, а потом водка Русский Стандарт с ветчиной и сервелатом, то в СССР насколько, я помню таких кутежей себе никто не позволял. Даже в самой адовой семье экономия, была на первом месте. Признаки расслоения общества, я стал замечать примерно в 9 классе, особенной крутизной со стороны ЗГВ: была мебельная стенка, ковры, Чешская хрустальная люстра, ряды макулатурных книг, цветной телек, цветомузыка как в фильме про загоревшийся самолёт, тахта, кресла и идеальная чистота, без признаков жизни...

Кстати Джингаровский пруд отличался х...вой славой: летом там постоянно тонули — пачками пьяные урела и случайные люди, каждую неделю, из года в год, наверно из-за этого погоста! Хуже проклятого пруда и не найти, в дурацкой луже, тонуло в год по 50рыл! В тёплое время, в среднем через день!

Вощем, на краю дамбы мы устроили ритуальное сожжение МОДНОЙ телаги и школной формы, облили ее бензином и подожгли. Когда кончились сигареты, мы поперлись домой уже было 8 утра. Дома я обнаружил полпачки «Явы» и четверть батла клюквенной настойки «Finlandia». Я налил эту красную жидкость в кружку, закурил и поперся на балкон, там у меня жила целая стая белых голубей, которым я зеленкой рисовал свастики на крыльях, чтобы отличать от «чужих». Из нагула я достал ширококрылого пермяка, зажал его между колен и фломастером написал на крыльях, на одном:

— «SCHOL’s» — а на другом — «Out!» — потом открыл нагул, шуганул стаю и выпустил ПЕРМЯКА. Они взвились над мачтами радиолокационной станции, а потом высоко в облака, где даже бог мог уже разборчиво прочитать надпись:

— SCHOL’s OUT!

ВЫПУСКНОЙ ПЛЯЖ И ТАНЦЫ ПО ВЗРОСЛОМУ

Я проснулся около часа дня от массы звонков, к телефону я не подошёл, а просто валялся в прекрасной тенейджеровской неге. У меня было так прекрасно на душе, что если бы в дверь квартиры, позвонил незнакомец и попросил РОДНОЙ ПЛАСТ, я бы не задумываясь, на радостях, мог подарить свой любимый пласт БЭД КОМПАНИ, даже ТАКОМУ — херу с горы.

Вощем, я подошёл, к 7 звонку, по городскому телефону, говорил возбуждённый голос ОДНОКЛАСНИЦЫ:

—  Троицкий! Харэ спать! ВЫПУСКНОЙ БАЛ продолжаетца! Мы ломимся на пляж Пироговского водохранилища!

—  Какой пляж?

—  Пляж с песком! — обрыв связи..

Только я снова лёг понежитца в преддверии новой жизни, как снова раздались звонки, уже от другой одноклассницы:

—   Слышишь Троицкий! Действуем тайно, чтоб за нами дурачки не увязалось. Будем танцевать по взрослому!

—   Танцевать по взрослому?! Вот это фартанулуло мне! Надо будет запомнить эту фишку и естественно замутить та­кое! А где такие модные танцы будут проходить?

— Где, где в КАРАГАНДЕ! На пироговку ломися! Ты глав­ное не забудь, что стрелка, забита около магазина ПРОДУК­ТОВ в 14-30!

Я положил трубку и уже было хотел, вернутца на свой ду­бимый диван, но не тут то было.

Из ПОЛУТОРОГОДИЧНОГОГ АДА позвонила КАТЯ похожая на еврейку. Она стала с фанатизмом уверять, что у неё есть офигенная подруга, которой 17 лет и что они хотят с нами угареть!

—  Отлично! Значит, если подруге исполнилось «17», то получается, что вы хотите ТАНЦЕВАТЬ по взрослому?! А?!

—  Это как по ВЗРОСЛОМУ?! БРЭК ДЭНС, что ли?

— Даа НЕЕТ! Это в стиле БУДУ! Вообщем, я даю вам ров­но 1час 15 мин, чтобы из Ясенева телепартироватца к мага­зину ПРОДУКТы! — потом я позвонил Рунёву, чтоб он тоже подтягивался и зацепил с собой солидного спонсора — спе­кулянта ТОЛМАЧА.

Оравой, в 20 рыл мы отправились на пляж, где купались, угарали и прекрасно правили время, начав выпивать в 16-00. Кроме кадров отснятых на мой фотоаппарат ФЭД-2, я вооб­ще не помню, какая там была драматургия и тусовка. Вооб­щем, в радостном настроение, примерно в 20-35, мы вылез­ли из 316 автобуса, недалеко от нашей улицы. Намечался раз­бег. У меня созрел план по отношению к офигенной Наташе из Ясенево, а Рунёв активно клеился до Кати похожей на ев­рейку.

Как я уже говорил, что ещё с 7 класса, врубился, что уст­раивать романы с Одноклассницами, самое тупое и бредовое дело, поэтому относился к таковым, чисто по дружески. Ес­тественно, нормальный парень, всегда должен говорить де­вушкам комплементы и за ними ухаживать, даже если она и в не планах! И я это делал, чисто по доброте, ради поднятия их внутреннего рейтинга. Самое смешное, чта, некоторые ПАРОЛЕЛЬНО и ОДНОКЛАСНИЦЫ, воспринимали это не по, дружески, а реально:

—  Ты знаешь Серж?! Я сейчас встречаюсь с Вовой авто­слесарем!

—  Ну и отлично! Давай дальше встречайся! Это твой вы­бор, я то тут причём?!

—  Как так, ни причём? Ты же меня провожал — три раза и рассказывал мне про адцкую бабку, у которой живет 666 во­нючих котов? — лицо её налилось краской. Она была возму­щена, что Вова автослесарь, не произвёл на меня впечатле­ния...

—  Всё правильно! Шёл дождь, у меня был зонт, а у тебя его не было! Я шёл домой, твой дом по дороге ко мне! Мне не составляет труда, нести зонт над нами, по дороге ко мне до­мой, где меня ждал новый винил АСДС — «Лет ит би РОК»

—  А если б я жила на стороне еврейского кладбища?! А?! Ты, что, не стал бы меня провожать?!

—  Да, я бы тебя лучше в кино, на фильм АББА пригла­сил!

— ЭЭЭ!!! Ну вощем, я тебе хочу сказать, что меня, уже трое парней приглашали в кино! На самые лучшие сеансы! Кстати сегодня, я с Толиком из Лосинки, иду на фильм — «Москва слезам не ВЕРИТ». Так, что с тобой в кино не пойду!

—   Жаль я буду горевать и ЛИТЬ СЛЁЗЫ! — в этот мо­мент, она оживилась, изображала театральную сцену добро­ты по взрослому:

—   Сержик! Ну, ты меня прости! Не плачь! Ну, я просто люблю взрослых парней, а ты же ОДНОКЛАССНИК!

—  Да пожалуйста! Я, что против?!

—  Как не против?!!!!

—  УАУ?! Знаешь у меня дико болит зуб! Всё пока, я побе­жал ПЛАКАТЬ!       

—Куда ты? Почему не против?! — уже в лифте, я стал под­водить калькуляцию, на опрометчивую шутку:

—  « Да, я бы тебя лучше в кино, на фильм АББА пригласшу!» — Два билета на вечерний сеанс — 80 коп, пирожные в стиле ЗОЩЕНКО 6 шт-по 40 коп, игра в МОРСКОЙ БОЙ -1р. Итого 5 руб, а то и более, это практически стоимость билета, на подпольный концерт группы АВТОГРАФ! Слава богу, что она выбрала Вову слесаря, а не АББУ в Австралии!..

Вообщем, как тока, мы сошли с 316 автобуса, я сразу хо­тел избавитца от ОДНОКЛАСНИКОВ и провести вечер в компании Ясеневских герлов, но не тут было. Как только ПАРОЛЕЛЬНО и ОДНОКЛАСНИЦЫ, запалили наш движ с Ясеневскими герлами, тут же включился женская программа «беса противоречия»:

—  Троицкий?! А Троицкий?! Значит, что мы будем разбегатца или танцевать?!

—  Девушки! Конечно, танцевать было бы лучше, и я хо­тел вас пригласить! Но, вы же наверняка уже забили стрел­ку с Вовой слесарем и Витюхой из Лосинки, а также не люби­те танцевать под металл?! — они эту телегу приняли за чис­тую монету!

—  Какой Вова слесарь?

—  Какой Витюха из Лосинки?!

—  Мы их давно послали на хер!

—  Мы очень любим танцевать под металл! — в этот мо­мент, я вспомнил утреннюю фишку, и она определила весь алгоритм предстоящей вечеринки:

—  Так, значит, вы не хотите ТАНЦЕВАТЬ по ВЗРОСЛО­МУ под металл?!

—  Мы хотим танцевать по ВЗРОСЛОМУ, под РОК и МЕ­ТАЛЛ!

—   АЛЛА?! Ну если по ВЗРОСЛОМУ, то нам с вами по пути, тем более мой дом прямо! — вобщем, мы сбросили не­нужный человеческий балласт, зашли в БУЛОЧНУЮ, где до 21-00 продавалось непопулярное бухло среди Советских лю­дей: Ром кубинский — 6 руб (буе), Токайское вино, Вермут Чинзано, Букет Молдавии, сухое Грузинское вино и Совет­ское шампанское. Ещё пять минут и вскоре 10 рыл располо­жились у меня на хате: я, Рунёв, спекулянт Толмач, Катя и блондинка «17» + 5 ПАРОЛЕЛЬНО и ОДНОКЛАСНИЦ. На­чалось соперничество между женской Ясеневской и Медведсковской группировкой. Так как мы с Рунёвым, были отпетые Антисоветчики и идейные контркультурщики, то сразу это заметили и замутили самую высшую провокационную план­ку. Нам особо изголятца не пришлось, Ясеневские сами дико хотели уделать нос Медведкимским герлам, поэтому выпол­няй все наши требования и пожелания!..

ТАНЦы по ВЗРОСЛОМУ начались. Вино, музыка, вино, сигареты на балконе, вино, медленная музыка с целованиями и обниманиями, вино, сигареты на балконе и обнимания. Це­лования на балконе, снимания одежды с Ясеневских герлоф, вино. Медленная музыка с целованиями, обнимания с Ясеневскими без их одежды. Вино. Вино. Лёгкий весёлый косичёк. Ещё один косячёк и вот все барьеры сняты.

Толмач танцует с ОДНОКЛАСНИЦЕЙ, а я с полностью голой подругой КАТИ, Рунёв также с КАТЕЙ! Вино, музы­ка, вино, уже многие полуголые курят сигареты на балконе. И тут меня осеняет — ХВАТИТ МЕДЛЯКОВ! АЦКИЙ залп и рубит метал:

АС ДС — «Пут он ё фингер», вино и все дико пляшут. Айрон Майдэн — «сикс, сикс — ве намбер оф ве бист», все дико трясутца, махают как СЛЕЙЕР хаирами и начинают скиды­вать одежду. СКОРПИОНС — «Кент лиф фиф аутью» — все в экстазе скидывают последние остатки одежды! КИСС — «Ай вонт лов фо ю бейби» — языческая оргия в стиле МТВ, с модными малолетками! Алис Купир «СИКСИТИНС» — медляки на троих со всяческим ТРЕНИЕМ! СЛЕЙД «Ноубудис ФУЛ» — непорочная мажорная радость и ацкий угар под СВИТ «БАЛРУМ БЛИЦ»...

Что было дальше история умалчивает. Но если разобратца, как же это могли СОВЕТСКИЕ школьницы услышав ме­тал, сразу танцевать полностью голыми в языческом экста­зе?! Слово «стриптиз», тогда даже никто и ни знал. Знал толь­ко бог, который заложил программу по созданию людей-

ПС: Если сказать, что порева никакого не было?!

—   «Какой бред и что в этом интересного? — скажет не­довольный читатель», — но это было чисто началом с про­должением....

СОЦИАЛЬНО-ЭРОТИЧЕСКАЯ ТЕЛЕФОННАЯ СЕТЬ

В СССР не было интернэта и соответственно социаль­ных сетей по типу Контакта или Однокласников, но зато была СОЦИАЛЬНО ЭРОТИЧЕСКАЯ ТЕЛЕФОННАЯ СЕТЬ. Сис­тема работала так, с городского телефона необходимо было набрать 6661300, через несколько секунд пользователь попа­дал в ЧЁРНУЮ ТЕЛЕФОННУЮ ДЫРУ. Далее необходимо было орать или записывать в блакноте:

— Алё я Марина из Бирюлёва, мой телефон такой....

— Я Света с ВДНХ, я блондинка, хочу поротца...

—   Я Гоша с Беляево, хучу бухать с тёлкой, мой телефон такой...

—   Я Наташа из Свиблово, хочу пойти с парнем в кино, мой телефон...

Вощем, чтоб тебя услышали надо было дико орать, чтоб перекричать других людей или просто записывать телефоны тёлок, а потом им тупо звонить.

На этой СОЦИАЛЬНО ЭРОТИЧЕСКОЙ ТЕЛЕФОННОЙ СЕТи, помешалась вся Москва, в летнее время, когда открыты окна, это было особо комично. Представляете — вы идёте по тихой ночной Москве, а из всех домов исходит АЦКИЙ ОР:

—  Слышите! Слышите! Это я — ГРИША!

—  Меня зовут Алёна! Я ебусь как зверь! Мой телефон 131313666...

Вообщем целую ночь одна смехопонорами...

РАЗГОВОР С ТРАНКВИЛИЗАТОРНЫМ ДЬЯВОЛОМ

В один из летних вечеров 1983г, мне было необходимо было посмотреть на девицу из СОЦИАЛЬНО ЭРОТИЧЕ­СКОЙ ТЕЛЕФОННОЙ СЕТи с которой созвонился Рунёв, а также встретитца со своим кентом и сделать «ченьж на послушить», то есть обменятца пластинками на пару недель. В замен Слейд «Ноободис Фул», АЙРОН МЕЙДЕН «Кил­лере» и ПИНК ФЛОЙД «Атом Харт Мазер», я планировал запулучить СЛЕЙД — 80, ПОЛИС, МЕДНЕС и СЕКС ПИСТОЛС «Анархия ин Юкей».

Я пришёл на остановку и стал остервенело ждать авто­бус. Долго скучать и маятца мне не пришлось, рядом тусили две клёвые герлы в диком угаре, от них несло перегаром, весельем и сексом. ПЕРЕГАРОМ — 80х, который уже трудно встретить в нынешней бомондной или арт тусовки Москвы. Обычно модные герлы не пьют или пьют мало, держат свою марку для продаж. Зачастую такие дамы не представляют ин­тереса, не только для РОКЕРОВ, но и для пьющих алигархов или полуалигархоф жаждущих общения в угаре.

Кто этот ПЕРЕГАР знает, сможет подтвердить, что нет ничего прекраснее, как целоватца и трахать незнакомую сим­патичную герлу, от которой несёт ЭТИМ ДИКИМ бухловым перегаром, со всякими весёлыми и радостными приколами...

Вообщем, я замутил пару заготовок, и вот мы тут же по­знакомились. Девушки были очень симпатичные и разврат­ные, ещё пару заготовок и у меня в блокноте появляются их телефоны — Лена и Света. Девушки были заинтригова­ны, возможностью попасть на репетицию запрещённой рок-группы, поэтому на следующий день сами позвонили мне и напросились на репу.

Они были явно не девочки и такое предположение, бу­доражило во мне самые смелые желания и трепетные мечты. Через два дня когда мои «паренты» отлучились, девушки тут-же были приглашены на репетицию, а потом на вечеринку.

Мы закупили ящик пива, вдарили по гитарам, после чего Света и Лена сразу стали танцевать забойные ПА. Девушкам, чтобы раскачаться и начать танцы по взрослому, нужно са­мую малость: пара угарных аккордов на гитаре, удар по бара­бану и каплю алкоголя...

После пивной репетиции, мы закупили бутылку коньяка и шампанского, три пачки сигарет «Космос», а потом отпра­вились ко мне. Кроме этого у Рунева имелась упаковка транквилизаторных колес — «Циклодол» и «Реланиум», которые он спер у своей полоумной бабуси.

До этого дня, я вообще даже не курил травки, а тем более никогда не употреблял колёса и об их «ДЕЙСТВИИ» знал, только лишь по наслышке от хипарей. В то время кокаин, ге­роин и ЛСД, были загадочными названиями из капитали­стической жизни Западного общества, а в среде СССР, осо­бенно после хиппи и Афганской войны циркулировали такие модные брэнды, как ЧУЙКА, АВГАНСКИЙ ГЕРОИН и ПЛАСТЕЛИН, а также красный ПИНК ФЛОЙДОВСКИЙ мак. Все продукты были натурального происхождения и если че­ловек, был не конченым мудаком и наркоманом, то эти мод­ные препараты и в БОГЕМНОЙ обстановки, имели офиген­ный эффект и ошеломляющие воздействие.

Так как бабла в 1982 у нас были сущие крохи, а знакомст­ва с деловыми ВЗРОСЛыми парнями ещё не нарулились, то мы запланировали изучить воздействие, доступных средств, то есть транквилизаторов. Вернее мы постоянно откладыва­ли это изучение, но научная практика пришла сама собой...

В довершение, хочу заметить, что антисоветчики утвер­ждали, что якобы транквилизаторы, были придуманы, не столько для успокоения Советских психически больных, но и как средство для превращения антисоветчиков в психов — сульфазин + циклодал = помешательство. Также рост наркомании в СССР был напрямую связан с войной в Авганистанеи сухим законом...

Вощем, в этот вечер, мы мило пили шампанское, слушали«Лондон таун» от Пола Макартни, а потом целовались и об­нимались. Незаметно за танцами и шутками, пролетели тричаса, а также опустела бутылка шампанского и половинка Ар­мянского коньяка — Ззвёздочки.

Несмотря на час ночи девушки, были ни в одном глазу,мы как тинэйджеры очень боялись, что они уйдут домой, таккак уже было поздно. Но тут произошёл БЛИЦКРИГ — Рунева, он достал циклодол и похвастал, что это самый модней­ший наркотик контркультуры, а также о том, как хиппи с по­мощью ЛСД попадают в другие миры! Ацкие таблетки тут-же были высыпаны на дореволюционную тарелочку, а Ленаи Света стали их с интересом рассматривать. Они хотели вы­глядеть продвинутами, поэтому к пространным телегам «оДРУГИХ и ПОРАЛЕЛЬНЫХ мирах» отнеслись с активным фанатизмом:

—  Рунёв! И где же ты взял такую круть?

—  У меня дядя, каждый месяц в Америку летает, на за­седания ссессии ООН по Авганскому вопросу! Вощем, там и купил, по большому блату в аптеке нью-йоркского аэропор­та!!!

—  В АМЕРИКУ?!!! В нью-йорке?! — это слово свалило их наповал, как ситечко О.Бендера — Элу Людоедку.

—  Да в Америку! Он там знает олдовых хипанов из Вудстока, у них этого ЛСД, завались! А, у рок группы ДОРС, ваще тоны ЛСД!!!

—  Везёт же людям! А разве в аптеках ЛСД продается?!

—  Это же не совок, а Америка!

—  Клёва! Значит, что они с ним делают?

—  Что?! Что?! Закинутца и под музыку шаманют!

—  Ага и ещё, разговаривают с духами, а также, напримерс ЛЮЦИФЕРОМ!

—  С Духами и ЛЮЦИФЕРОМ?! — у девиц от удивлениявылезли глаза из орбит? Они жадно вращали глазами вер­тя тарелку с таблетками. Мне уже не терпелось перейти кДЕЛУ:

—  Ну что тут рассусоливатца. Давайте тоже пошоманими поговорим с духами!

Я достал заныканную бутылку пива и мамин НЗ — пу­затую бутылочку чистейшего медицинского спирта, кото­рую она приносила с работы домой на хронение. Мы отпили немного пива, долили туда спиртяги, а потом атомный кок­тейль, пустили по кругу. Все закинулись по два разных ко­леса, и запили их ацким напитком. Мы немного подождали, пытаясь распознать в себе признаки изменения сознания, но кроме мелкого прихода от коктейля, ничего не происходило. Чтобы не томитца ожиданием разговора с ДЬВОЛОМ, я при­гласил на танец Лену, а Рунёв Свету.

На втором танце я заметил, как Лена немного обмякла и не сопротивлялась, когда я расстегнул кнопку её лифчика. ТРИНАДЦАТЫЙ пошёл! Да всё правильно, ТРИНАДЦА­ТЫЙ лифчик, который я расстегнул на спине герлы. Скажу так, что это целое искусство, ловко расстегнуть лифчик. Сто­ит вам замешкотца, герла может встрепенутца и бодание нач­нётца занова. Без лифчика, герла уже ни куда не ломитца, бе­рёт в голову и поритца, а в лифчике сразу может убежать. Некоторые герлы, чтоб сконфузить парня, специально выби­рают, самые сложные застёжки с секретом, которые можно только порвать. За всю жизнь, таких секретов пришлось ра­зорвать целый мешок. Другой способ — поднять чашки, чтоб батоны просто торчали из под них...

Мы решили закинутца, ещё по одному колесу, а Лена сра­зу два. Я и не заметил, как через полчаса у нас частично по­ехала крыша. Периодически я проваливался в какую-то вату, движения были слишком заторможенными или слишком рез­кими. Наступали приходы и озарения. Иногда мне казалось, что пластинка заела, что она крутитца очень медленно. Я по­ставил её на 78 скорость и СЕКС ПИСТОЛС превратился в дьявольскую лесопилку. От этой САТОНинской музыки, я почувствовал первый приход УЖАСА. Меня всего передёр­нуло, словно ударило током, неприятным колючим током...

Вскоре Рунев со своей подружкой куда-то испарились, а я остался наедине с Леной. Непонятно как она стала голой, и мы слились в диком экстазе любви... Она все устроила сама, у нее был большой опыт и я суперски отпорол Лену. Сразу по­сле сладостного оргазма — АД ПРИШЁЛ ко МНЕ! Начались глюки!

Лена изменилась в лице: вместо головы у нее был оска­ленный череп, и она стала летать в гробу, по всей комнате, как в книге Булгакова! Превозмогая ужас, я хотел изловить проклятый гроб и вытащить Лену, но он вылетел в раскры­тую дверь балкона и улетел в ночь. Когда я выбежал на бал­кон и посмотрел в небо, то к своему удивлению обнаружил, что край гроба торчал с крыши соседней 16этажки, а рядом на краю пропасти стояла голая Лена и корчила мне рожи. Я стал её звать и требовать немедленно спустица вниз на лифте. Мне показалось, что я орал целый час, а потом понял, что голая Лена неврубаетца как слесть с крыши. С этой целью я стал искать туристический топорик, чтобы разбить замок, от дверей на чердак и освободить Лену.

В тот момент, когда я уже собрался покинуть дом, гроб вихрем пронёсса над моей головой и врезался в мебельную стенку, откуда с грохотом рухнали сервизы и прочая утварь. Вначале я зажмурился, а когда открыл глаза, то обнаружил, что гроб вверх дном, прилип к потолку, а вмести сним по­синевшая Лена. Я в бешенстве схватил стул, и что есть силы ебанул по грубу. Лена завизжала и рухнула на пол. Хрусталь­ный гроб, разлетелся на мелкие куски, а его оскольки, тутже превратились в капли ртути, слились в единое целое, а потом моментально испорились в щелях паркета!

Из соседней комнаты, привлеченный ацким шумом, вы­скочил Рунев. От страха его волосы стояли дыбом, а в руках была вилка. Голая Лены была вся в ссадинах, а на её фейсе красовался здоровенный фингал. Она билась в истерике, ут­верждая, что это вовсе не она, а я летал в гробу, а также, что вместо пальцев у меня были согнутые вилки, которыми я её хватал и царапал...

К нам как будто пришло прозрение и теперь мы стали осознать, что нас посетили РЕАЛЬНЫЕ глюки! Главная же фишка психотропных средств, что там нет грани перехода от яви к помешательству!

Мы врубились, что глюковый приход завершён, что мы всё осознаём, поэтому решили освежиться и вышли но двор. Только в лифте я обнаружил, что на мне были только кеды и шорты, Рунев был завернут в простыню, а Лена была совер­шенно голой в туфлях. Мы бродили по улице с факелом из га­зет, пытались стрельнуть покурить, но все прохожие почему-то в ужасе шарахались от нас. При свете уличного фонаря, я увидел на спине у Лены длинный след от когтей Фреди Крюгера с запёкшейся кровью. Это возбудило во мне, самые жи­вотные чувства. Вместе с Руневым мы отпороли Лену, прямо на скамейке перед домом. Было лето и очень тепло...

Лена пошла в туалет и провалилась в котлован для ук­ладки труб. Мы видели, что она реально провалилась в кот­лован, но не сдвинулись с места, а продолжали тупить, так как под действием циклодола характерны замедленные ре­акции.

Через пять минут мы решили ее достать, а может, и че­рез час, к сожалению, голого тела там не оказалось. До са­мой зари, расстроенные и замороченные, мы искали Лену по всем котлованам и местным дворам, но так и не нашли. Вско­ре в зомбированном состоянии мы разошлись по своим до­мам. В лифте начался очередной приход, в стиле клоустрофобии. Мне казалось, что я поднимаюсь на 666 этаж и лифт будет ехать вечность, по дороге мне казалось, что сейчас правалитца пол и я полечу в шахту АДА! Я забился в угол и пы­тался соображать, как можно сгрупироватца , чтоб удержатца в лифте беспола. Вскоре я обратил внимание на понэль управления, и до меня дошло, что я должен посоветоваца с ТЁТКОЙ РОБОТОМ из МЧС! Я уже было хотел придвинутца и нажать кнопку тревожного вызова, то меня тутже слов­но пробило током:

—  Вот она ЛОВУШКА САТОНЫ! КАК тока я сдвинусь с места, пол СРАЗУ провалитца и я полечу в АД! — я застыл в страшном оципинение и сколько оно продолжалось я не по­нимал. Наконец, я отважилс на разговор с дьяволом и окаме­невшей рукой нажал SOS! Ответили мне не сразу, в динамике был какойто хрип похожий на сатанинское свинное урчание с небольшим делеем:

—  Откройте ЛИФТ! — сказал я, а потом стал думать, что говорить дальше. Мне показалось, что я должен произнести, какое нибудь заклинание, мантру или матемотический алго­ритм, я стал говорить всё подряд, вернее читать. На понэли открылась сенсорное окно, по которой двигалась бегущая строка:

"""13***666!

В эту же секунду, я получил страшный удар по лбу, в гла­зах всё почернело, а голова была словно разрублена топо­ром...Через какоето время, я почувствовал, что лежу на чём-то гладком, а когда открыл глаза, то увидел свой паркет, в ще­лях которого блестели полоски ртути!

Я с трудом встал, закрыл дверь на все замки, после чего подпёр её тяжёлым чемоданом, на который я посавил санки. После этого я взял веник и попытался выковорить ртуть, но она всячески ускользала и не хотела залезать в совок. В этот момент мне показалось, что глюки отступили и вернулось яс­ное сознание, которое мне посоветовало оставить мистиче­скую ртуть в покое и попытаца заснуть. Но вскоре флэшбэки ада возвратились снова!

Дверь в комнату, я тоже подпер столами и стульями, а на кровати рядом с собой положил молоток и два кухонных ножа. На секунду я проваливался в сон, но тут же вскакивал в холодном поту, и никак не мог уснуть. Каждая капля воды упавшая из крана или пробежавший таракан, в искажённом сознании вызывали бурю шугняка и страха. Каждый шорох и комариный писк утрировался в болезненном воображении, как шаги САТАНЫ, покойника или мужика с топором.

Вскоре стало совсем светло, зачирикали птичьки, а также послышались шумы большого города, я кое-как немного за­дремал — беспокойным нервным сном. Вернее это был даже не сон, а какое-то забытьё, при котором сознание постоянно работало, в виде потока шизофренических мыслей.

Наверно я проспал около двух часов, а может и чуть меньше. Вдруг я резко проснулся, холодный и страшный ужас прорезал все мое тело: в дверь кто-то постучал, а потом стал отодвигать столы и стулья. Из последних сил, я вскочил с кровати и запулил молотком в створку двери. Раздался оглу­шительный звон бьющегося стекла и дикий бабий крик!

Вначале он показался мне криком девушки СВЕТЫ, а по­том оказался криком медузы ГАРГОНА! Мне почудилось, что адский хрустальный гроб, снова ломитца ко мне! В этот мо­мент, случилось самое СТРАШНОЕ, я услышал голос. Он был такой дружелюбный и успокаивающий, что с первого мига распологал к доверию и повиновению. Это был САМЫЙ до­брый, мудрый и сочуствоющий голос на земле:

—   Что ты ждешь и медлишь? Неужели, ты надеешься, что хрустальный гроб оставит тебя в покое? Ещё два удара и дверь рухнет, а крышки гроба, словно пасть крокодила пе­рекусит тебя пополам. Твои кости будут хрустеть, как сушё­ный картофель, а кровавый кал разольётца по паркету, через который будет блистеть серебряная ртуть! — я понимал, что слушаю этот неведомый голос не ушами, а самим сердцем. С каждым новой фразой, я чувствовал к этому мягкому ба­ритону, всё новое и новое безграничное доверие. Каждая его фраза раскладывалась по полкам, анализировалась по всем параметрам и в конечном итоге, давала ПОЛНОСТЬЮ ПО­ЛОЖИТЕЛЬНОМ подтверждение:

—  Теперь ты должен сделать свой выбор и я помогу тебе в этом. Дрожать от ужаса когда хрустальная пасть разорвёт тебя на части или же свободно и легко воспарить в обла­ках! — в пространстве развернулась квадро система и вокруг заиграл музыка группы УРА ХИП «ФРИ энд ИЗИ». Я слушал и ощущал, всё вмести и одновременно раздельно: впереди ба­рабаны, справа клавиши и бас, слева комбик гитариста, вокал надо мной, а бэк вокал, гдето взади. Было слышно любую ме­лочь и даже вздох Хенсли...Потом музыканты испарились и под их музыку, я увидел авангардные видео клипы.

Сначала в кадре появились четыре Ю-87 Руделя, они ле­тели над каким то сказочным морем. Съемка велась с десятка камер и была сделана в ЗД стиле.

Четвёрка парит над облаками, врывается в них, сквозь просветы мелькают морские волны, резкое снижение и вот уже кадр из кабины пилота, который мчитца поролельно морю на высоте не более метра над волнами. Камера сколь­зит по приборам, выхватывает золотые часы «Герман Ге­ринг», фотку любимой девушки, прилепленную пластырем справа от панэли управления и крест прицела направленно­го вперёд...

Вспышка и вместо четырех Ю-87 Руделя, я вижу белые крылья голубей с зелёными свастиками. Я встал на колени и стал рыдать, это была мая стая голубей, которая сгорела во время пожара на чердаке. Я стал просить у них прощения, за то, что когда утром пошёл за ФХ, а потом решил ещё немного поспать, поленившись их выпустить из нагула. Когда я про­снулся и поднялся на чердак, то встретил почерневших пожарных. Вокруг были лужи пены и куча обгорелового кала, средь которого я увидел тушки моих голубей:

— Крепись пацан! Твои птички улетели в небо навсегда!

Я распластался по паркету и стал рыдать, но вместо слёз из моих глаз струилась серебрянаая ртуть. Теперь, я уже больше этому не удивлялся... Вспышка, белые крылья голу­бей с зелёными свастиками сначала облетают наши 16этажки, поворот на РАДИОЛОКАЦИОННУЮ станцию, один го­луб падает вниз и стремительно пролетает над армейским ра­дио офисом. В каждом окне творятца свои дела. В первом и втором окне солдаты с серьёзными лицами, крутят какие то кнопки, всюду горят какието приборы и пульсируют эликтрические датчики и стрелки. В следующем окне видны до­потопные экраны телеков, на которых крутятца непонятные порабулы и синусойды. В последнем окне на дорогом столе разложены различные папки. Во главе стола серьёзный воен­ный при погонах, перед ним бумага:

СПИСОК РАДИО ВОЛН для ПОСТОЯННОГО и ДВОЙ­НОГО ГЛУШЕНИЯ:

1. Голос АМЕРИКИ

2.  НЕМЕЦКАЯ волна

3.  Радио СВОБОДА

4.  ВВС — Сева НОВГОРОДЦЕВ — двойное глушение.

Стая с зелёными свастиками, поварачивает на лево и ломитца в сторону Джингаровского пруда. Съемка ведётца с де­сятка камер и сделана в ЗД стиле.

Четырнадцать пар крыльев парит над облаками, врыва­ется в них, сквозь просветы мелькают рябь воды, резкое сни­жение и вот уже кадр из под птичек, которые мчитца поролельно пруду на высоте не более метра над волнами. Каме­ра скользит по прижатым лапкам, выхватываются оловянные кольца «Герман Геринг — 1981 или 1989», а также нацеленные вперёд клювы. Они летели так красиво и трепетно, и что из-за меня эта красота сгорела в нелепом пожаре, я вообще заполз под диван и бесконечно рыдал! И вдруг вспышка и вместо чистого неба и озера, мой голубь(камеры в его глазах) видит на гаризонте ужасные чёрныфе клубы дыма. Рядом раздают­ся взрывы, вода пеной поднимается на пять этажей, вместе с кусками дохлой рыбы и раками. Глаза МОНАХА поварачиваются в сторону, в замедленно сьёмке его голубке пулей отрывают голову, она колом падает вниз, он делает резкий пово­рот и врезается в почтовика, которого тут же на части разры­вает стальной осколок. Зелёные свастики покрывают капли крови, которые тут же сдувает ветер, а потом волна водянного взрыва накрывает его. Монах колом вместе со столбом воды рушитца вниз, ещё метр и какаято незримая сила хвата­ет его за хвост, два трепыхания крыльев, и он выруливает за сантиметр от воды и взмывает в небо...

Вспышка и вместо четырнадцати крыльев с зелёными свастиками, я вижу четыре пары крыльев с крестами ВЕР­МАХТА, резкое снижение и вот уже кадр из кабины пилота, который мчитца поролельно морю на высоте не более метра над волнами. Камера скользит по приборам, выхватывает зо­лотые часы «Герман Геринг», фотку любимой девушки, при­лепленную пластырем справа от панэли управления крест прицела направленного вперёд...

И вдруг вспышка! Вместо чистого морского горизонта, впереди ужасные чёрные клубы дыма, а также взрывы. Вода пеной поднимается на пять этажей, вместе с кусками дохлой рыбы и раками, а в радио связи звучит ахтунг:

— АХТУНГ! АХТУНГ! КРЕЙСЕР МАРАТ! — далее всё происходит как в замедленном фильме. Глаза лётчика поварачиваются в сторону, как в замедленно съемке, снарядом зе­нитки «МАРАТа» сначала разрывает на куски правую маши­ну, потом левую, а когда они бросаются на него в пике, снаряд зенитки пробивает стеклянный курол и на части разрывает слекдующуюю машину.

Белые свастики покрывают капли крови, которые тут же сдувает ветер, а потом волна водянного взрыва от «МАРА­ТА» накрывает и его. Рудэль колом вместе со столбом воды рушитца вниз, ещё метр и какая то незримая сила хватает его за хвост! Два трепыхания крыльев, он сбрасывает 500килограмовую бомбу, она лет ровно в пороховой отсек коробля-монстра, оглушительный взрыв, а Ю-87 за сантиметр от воды, взмывает в небо...

Синие небо, солнце и на краю облака с распростерты­ми объятьями стоит сам господь БОГ с ангелами, а внизу на море в мазутном огненном аду сгорает разломленный корпус МОНСТРА с надписью «МАРАТ» — ЗЛО ПОБЕЖДЕНО!

—  Вот видишь! Я показал тебе как «СВОБОДНО и ЛЕГ­КО можно БОРОТЦА со ЗЛОМ!» Воспари и и тебе сразу ста­нет свободно и легко!

Со слезами на глазах, я вылез из под дивана, чтобы отправитца на балкон и сигануть с ПЯТОГО ЭТАЖА! Стать птицей!

После третьего шага меня словно тряхануло током и я стал неудержимо рыдать. Мало того, каждый новый шаг ста­новился всё труднее и труднее, как будто, кто то держал меня крючком за спину. В одну секунду перед моими глазами на УБЫЛЬ поплыли фотки сестры, мамаши, папаши, Рунёва, Морга, а потом древних родственников по типу бабуси и де­дуси. Чудесный голос продолжал вещать:

—  Они очень ждут и страдают без тебя, а ты страдаешь без них — в одиночку пытаясь противостоять ХРУСТАЛЬ­НОМУ ГРОБУ! ГОЛУБИ ждут тебя и подхватят тебя на своих волшебных крыльях в РАЙ! — С каждой секундой слайд шоу набирало скорость и последующая длительность кадра была не больше 1/25 от секунды, а потом и все 1/50. Я уже взобрал­ся на край балкона и уже собирался сигануть вниз, как вдруг какой-то яд или антияд, проник в мое сердце. Мне показа­лось, что последние слова МИФИЧЕСКОГО ГОЛОСА были слишком притворными:

—  ХРУСТАЛЬНОМУ ГРОБУ! ГОЛУБИ ждут тебя и под­хватят на своих волшебных крыльях в РАЙ!

—   Почему в РАЙ? Почему за меня кто то решил, что я должен отправлятца именно на эту станцию?! Или насколь­ко ЭТОТ РАЙ является реальным соответствием качеств — места и названию станции? — голос ещё, что то говорил, но его уже не слушал. С каждым мигом он становился неразбор­чивым, возбуждённым и злее:

—  ДЕЙСТВУЙ БЫСТРЕЙ! Ты же СОЛДАТ 4ого РЕЙХА! ОТВАЖНОСТЬ и РЕШИТЕЛЬНОСТЬ — синоним ВИКИН­ГА и БЕРСЕРКА! ПРЫГАЙ и ни о чём не думай! Меня убило «СОЛДАТ 4ого РЕЙХА»... — я в последний раз оглянулся на свою комнату, и тут случилось ЧУДО! Они ожили!

У меня на пианино стояла икона, которую нам подарил патриарх ТИХОН, а также мая картина «БОЛЬШЕВИКИ ве­дут на казнь — ИСУСА ХРИСТА»


ВСПЫШКА! И вот я в Иерусалиме! Толпы большевиков, урелов, колхозников, коммунистов и мудаков, дико радуют­ся как сотрудники КГБ в имеджевой форме от 1943 г, ведут на казнь ИХ. Справа и слева за цепями ОМОНА и АВТОЗЕКА располагаются недовольные: хиппи, скины, панки, лимоновцы и антисоветчики. Они ничего не могут сделать! И вдруг икона ТИХОНА оживает! Её лик перемещаетца и трансфор­мируется в ЗД изображения в ИХ!

ВСПЫШКА! УЖАС и АД!

Я ПОЛНОСТЬЮ ГОЛЫЙ вместе с ПОЛНОСТЬЮ ГО­ЛОЙ СВЕТОЙ, стоим на краю балкона. Дуновение ветра, и Света накренилась в зелёную пропасть навстречу инвалид­ности! Всё в миг разложилось по полкам — ИЛИ Я или ОНА! Я схватился за потолок балкона, а она за палку сидушки для голубей. Тонкая палка прибитая двумя 2 сантиметровоми гвоздями. Я почувствовал, очередную горечь. Из-за мое­го эгоизма — ебать всех живых — погибнет, нивчем неповин­ная и случайная девушка СВЕТА!...

Охуительное летние утро, которое для любого нормаль­ного человека, вселяет 1000000 надежд, для меня не вселяло ни одной. Я не верил, что тонкая палка прибитая 2х см гвоз­дями — выдержит ПОЛНОСТЬЮ ГОЛУЮ СВЕТУ?!

Хе, хе, хе! Вот теперь то, я как раз осознавал ясность соз­нания и ПОЛНОСТЬЮ понимал, что со мной бархатным го­лосом разговаривал — САМ ДЬЯВОЛ!.......................

По краю балкона и упираясь руками в потолок, я осто­рожно отправился на помощь СВЕТе, которая раскачивалась от каждого дуновения ветерка, на тонкой палке прибитой двумя гвоздями. Мало того, каждый новый шаг по краю бал­кона становился всё труднее и труднее, как будто, кто то дер­жал меня крючком за спину и я балансировал как эквилиб­рист в цирке...

Если до ПРЫЖКА в ЗЕЛЁНКУ меня наверно балансиро­вали силы патриарха ТИХОНА, то теперь противоположные структуры тянули в АД. Лишь в самый последний момент, я дотянулся до палки «ШУГНЯКА ГОЛУБЕЙ», долбанул её Свету и мы рухнули на кафельный пол балкона.

Света тут же стала блевать, она блевала и плакала, мне ее стало жалко. Я перевязал ей раны и промыл спиртом, потом мы вместе сидели на кровати и голые прижавшись к друг дру­гу, постоянно дрожали от страха...

На улице раздавались шумы большого города, а мы об­нимались и дрожали от страха. Я в который раз обнаружил в холодильнике батл «Жигулевского» пива, его мы тоже выпи­ли. Мне стало хорошо, а Света снова стала блевать, мне снова ее стало жалко, от жалости я почему-то возбудился и дико ее отпорол. Когда я ее порол, она плакала, это было очень здо­рово, флеш бэк отступил...

В догонку хочу сказать еще: если вдруг вам подсыпят транквилизаторов, то лучше всего выпить много чая, проблеваться и находиться дома. Сбить остаточные действия тран­квилизаторов можно алкоголем, желательно пиво или вино. Но употреблять алкоголь можно только через три или четы­ре часа после колес, когда вы уверены, что завершилось их активное действие, иначе будет АД.

СОВЕТСКИЕ КОМПОЗИТОРЫ ОТ ЧЕРНЕНКО И АНДРОПОВА

После окончания школы, наш певец и басист ушли в ар­мию, мы остались вдвоем с барабанщиком Моргом. Я остал­ся один в большом городе и не понимал, что теперь делать с музыкой....

Вообще, 1984 год был самым х...вым, так как Черненко запретил весь рок и посадил в тюрьму многих деятелей этого направления. Тогда в СССР творилась черненковско-андроповская очковтирательская вакханалия за укрепление боль­шевистской системы и против рок-музыки. Вместо того что­бы поднять экономику путем внедрения прогрессивных тех­нологий и улучшения комфорта жизни, совковые чиновники обрушили на граждан СССР тупейшие репрессии в виде аре­стов на дневных сеансах в кино, а также отловы работяг, слу­чайно опоздавших на фабрики по производству кала, вени­ков, валенок и модных телогреек из ваты.

В качестве бонуса — урелам и совкам подогнали деше­вую водку «андроповка», что было дешевле брежневской на целых 45 коп., в результате чего 50% СССР спилось. Совет­ским людям было не в кайф усердно работать как неграм за 150 руб. в месяц, без всяких перспектив и элитных развлече­ний. Даже совки возненавидели коммунистов и прокляли их идола — Ленина, а также мифическую дружбу народов. За это совдеповские чиновники устроили охоту на ведьм, а именно на прогрессивных деятелей культуры, ученых, бизнесменов, а также закрыли диско-бары и трибуны для футбольных фа­натов. Повсеместно за этим произволом стояли конкретные люди: по типу мафии Пугачёвой и «Советских композито­ров». Так как молодежь не врубалась в их фуфло, а предпочи­тала рок-музыку, «мафиози от композиторов» залечили ком­муняк: «Рок — это зло, и его надо запретить!»

Секс, Интернет, Булгаков, джинсы, мобильные телефо­ны, спартаковские шарфы и фильмы ужасов также были за­прещены! Многих рок-музыкантов, артистов, писателей и фанатов футбола посадили в тюрьму и психушку. Модных безобидных фарцовщиков, скупавших у иностранцев джин­сы и жвачку для нужд граждан СССР, а также стриптизерш тоже отправили в «пионерские» лагеря. Отряды комсомоль­цев из подразделение КГБ «БЕРЁЗА» прямо на улицах аре­стовывали любителей рока, школьниц в коротких юбках, а также громили студенческие рок-концерты, выставки худож­ников, сборища футбольных фанатов и меломанов.

Маразм, который устроили лапотные коммуняки и их подручные — комсомольцы-карьеристы, возможно, был ча­стью спланированной акции по окончательной дискредита­ции жизни в искусственно построенном большевистском го­сударстве СССР, с целью его последующего развала и ацкого ограбления.

С 1984 года всех рок-музыкантов, обязали петь 80% ре­пертуара советских композиторов и лицемерные песни о Ленине. Эти произведения в основном были жутким дерь­мом — удобоваримым лишь для бомжей и задроченных со­ветской властью урелов, обывателей и быдляка. За эфиры в СМИ «Мафия композиторов» получала неплохой куш, часть из которого шла в виде взяток людям из КПСС и силовых ве­домств.

Весь советский радиоэфир и телик заполнили бесконеч­ные ротации уреловских песен Пугачевой, Ротару, «Песняров», «Самоцветов», Паулса, Леонтьева, Гнатюка и проче­го дерьма. Особой популярность пользовался юмор, а также смехопанорамы с участием осточертевшего Райкина и съез­дов КПСС.

Многие интеллигентные люди, молодежь, а также те, кто пьет водку, вынуждены были покупать в аптеке беруши и черные очки, чтобы не слышать и не видеть весь этот бред. Советская система деградировала до такой степени, что сов­деповские чиновники уже не отличали хорошего от плохого и были озабочены лишь собственным выживанием в смеш­ном застойном болоте Империи Зла. В запрещенных книгах и музыке «Пинк Флойд», «Битлз», «Доре», «Секс Пистоле», «Кисс», «Айрон Мейден» и «АС/ДС» мы пыталась найти свою правду, развлечения и духовные ценности, отличные от официальной омерзительной пропаганды. Многие парни от­казывалась ехать на безмазовую войну в Афганистане, люди шли на улицы, вливаясь в неформальные движения — утю­гов, хиппарей, металлистов и люберов. Таким образом они протестовали против системы — серой и скотской жизни, а своим поведением и диким самодельным прикидом бросали вызов обществу послушных совковых людей-рабов — винти­ков дремучих механизмов.

УЖАСЫ ЗИГМУНДА ФРЕЙДА

...Так вот, Москва 1983 года была полностью зачищена от футбольного фанатизма и хиппи, тусовочного народа было крайне мало, тем не менее мы постоянно тусили в местах сбора так называемой неформальной молодёжи.

Таких мест было несколько, парк перед метро «Чистые пруды», памятник Крупской — метро «Тургеневская», Пуш­ка, чайная напротив «Интуриста» на Тверской, Гоголь на Ар­бате. В этих местах мы периодически находили новых инте­ресных людей, но при этом всегда рисковали попасть в лапы БЕРЁЗЫ. В период 1983 по 1985, меня арестовывали 13 раз. Странствуя по старой Москве, мы настолько изучили город, что могли с закрытыми глазами дойти до любой улицы и пе­реулка...

Мы ездили в основном на «Чистые пруды» и «Тургенев­скую», с нами всегда был наш спонсор — ТОЛМАЧ. Этот па­рень занимался фарцовкой, спекуляцией книг и ростовщичеством, он был прирожденным барыгой. В свободное от биз­неса время он хотел экзотики, философского и вдумчивого общения, посещения подпольных рок-концертов, выста­вок, курения травки и прослушивания Pink Floyd. Нам нуж­ны были деньги на представительские расходы, на посеще­ние модного кафе «Космос», на такси, на запрещенные книги и пластинки. «Наша Экзотика» в виде приключений, трилле­ров и мистических происшествий свернули башню бизнесме­на, и в конце концов он стал отшельником-монахом.

Один раз на Цветном бульваре мы встретили аццкого хиппаря по кличке Столяр. На вид ему было около соро­ка лет, у него был длинный сальный хаер, дурацкие роговые очки и придурошный мятый прикид. Он был полностью бе­зумен, агресивен и загадочный — это было хорошо, я любил поржать. Столяр в течение трех часов нес полную околесицу, про черную магию, сатанизм, а также рассказывал о каких-то секретных экстрасенсах из КГБ, которые влияют на ина­комыслящих. Мы, как завороженные кролики, слушали аццкий бред до самого закрытия метро, а на утро только говори­ли о нём.

Скажу сразу, хиппи не любили Столяра, и в один голос утверждали, что он агент КГБ, сатонист, и что от него надо держаться подальше. Один дурачок, даже говорил, что Сто­ляр может всех заколдовать. Колдовство, сатанизм и КГБ — все это было очень прикольно и экзотично, поэтому мы часа­ми бродили по ночной Москве и с превеликим удовольстви­ем, слушали Столерские бредни.

В один из дней на «УШАХ»(памятник КРУПСКОЙ) хип­пари затянули очередную бодягу об Иисусе Христе и галлю­цинациях. На их астральный зов появился сам лично страш­ный и ужасный Столяр. Он без лишних разговоров начал ме­сить пацифистов: одной хипарке он треснул по башке, другой дал под дых, а остальным навалял пендалей, после чего мис­тически исчез...

Хиппари и пацифисты были очень недовольны, тем что их дико отмутузили, поэтому они стали наезжать на нас, за лояльность к Столяру, а также оплакивать труп хипаря Пат­рика...

Время было около полуночи, нас было человек десять, и больше ни души во всем сквере. Я точно помню пустую и ярко освещенную аллею. Когда я на секунду отвернулся, пе­ред нами уже стоял солидный человек в черном дорогом кос­тюме.

—  Вы знаете, кто такой Воланд и Зигмунд Фрейд?! — ска­зал костюм гробовым голосом. Скажу честно, меня это вве­ло в замешательство, если ВОЛОНДА я знал по известной книжке, то ЗФ был мне не представлен! Хиппи решили вы­ставить себя умниками:

—   Воланда то знаем! Мы у него на флэту, на Маяковке постоянно тусим!

—  А я такова не знаю! — на всякий случай сказал я и Тол­мач.

—  Так сейчас узнаете... — зловеще произнес черный кос­тюм. Он сделал знак рукой, и откуда ни возьмись выскочи­ли два жирных черных ротвейлера (в то время диковинные в Москве)...

От страха у меня похолодела спина, а длинный хаер стал дыбом. Черный мужик произнес какое-то заклинание. Соба­ки перепрыгнули через чугунную ограду бульвара, прямо на узкую дорогу, по которой со стороны Тургеневской, на всей скорости мчалась машина с мигалкой. Водитель хотел увер­нуться от псов, дал вправо и со всей силой врезался в угол дома. Раздался дикий взрыв и через стену деревьев, на нас полетели обломки автомобиля. В эту же секунду мужик в черном, словно испарился, а мы в диком страхе бросились бежать как зайцы.

Бульварами добежав до Пушкинскую, мы остановились перекурить, хиппари в один голос стали вопить:

—  «Это все натворил СТОЛЯР! Это он вызвал дух Сата­ны»!.. Чтобы не умереть от смеха, мы спустились в метро и на последней электричке поехали домой. Когда я поднимался на лифте, ко мне вернулся микро-флэшбэк. Мне казалось, что когда откроются двери, то там будет стоять зловещий мужик в черном. Мне повезло его там не было, я лблегчённо вздох­нул...

Утром ко мне припёрся спекулянт Толмач, он был дико возбужден и полон энтузиазма: ему очень понравилась вче­рашняя тусовка. Он уже где-то прикупил книжку «Мастер и Маргарита», «Учебник психиатра» и дореволюционные кни­ги Зигмунда Фрейда. Толмач прочитал несколько случайно попавшихся страниц и тут же принялся горячо объяснять не­лепую связь ВОЛАНДА и ЗИГМУНДА ФРЕЙДА. К вечеру когда мы брели от Китай города в сторону Красной площади, он ушел еще дальше, стал говорить об оккультизме, религии и прочих прибамбасах, а также размахивал раритетным фалиантом — «Тибетская книга мертвых»...

Мы с опаской наблюдали, как дикие телеги Столяра и случай с собаками, изменил мировозрение человека, кото­рый месяц назад знал всего два слова «КУПИ — ПРОДАЙ»!

На следующий день мне позвонил знакомый хиппи, он сообщил последние сплетни: Столяр зарубил топором ста­руху из бухгалтерии ГОСПЛАНА и его отправили в крезуху. В центрах на месте тусовок — облава, ищут свидетелей кру­шения автомобиля, в котором ехал инженер конструкторско­го бюро БУРАН.

Мы с Рунёвым решили — пока все не успокоится, шифрануться, уехав на Истринское водохранилище, в поход с па­латками.

УЖАСЫ НЛО

Пока собирались, забивали стрелки, успели тока на по­следнюю СОБАКУ до Истры. Тинейджерский моб состоял из десяти рыл: два хиппаря, Хэнк из группы «ЧЮ», футбольный фанат Петя Космонавт, я, Рунев (его папа работал диплома­том в Афганистане), три телки и Слава Толмач. До станции мы добрались только в первом часу ночи. Последний автобус мы упустили. Толмач за чирик нанял грузовик, но шоферюга довез нас только до поворота на водохранилище и даже отка­зался от денег. Это дико возмутило Толмача! Он не понимал, почему водила не захотел заработать. Почему деньги сейчас не играли никакой роли?!

Вообщем, нам предстояло протопать 5-7 км и мы тут-же отправились в сторону лесной дороги. Так как топать при­шлось с диким количеством баулов, мы вскоре дико зае­лись, легли на траву и молча стали зырить в небо.

Ночь стояла совершенно звездная и весь космос был почти как на ладони. Волшебная луна висела над тёмным го­ризонтом, освещая грунтовку и превращая всё вокруг в мистическую сказку. Это было дико по кайфу, как вдруг вдалеке на дорогу стали падать звезды. Сначала это заметил Хэнк, а потом Петя Космонавт.

—  Опана! Звёзды падают!

—  Да это не звёзды, а летучие мыши!

—   Какие мыши! Сам посмотри! — мы встрепенулись и увидели целый звездопад. Я загадал желание: поймать гро­мадного леща и отпороть девушку Люду, которая поехала с нами.

Не успели мы опомниться от падающих звезд, как вдруг из-за леса вылетел громадный светящийся шар и завис ров­но над нами. Шлейф его полёта, серебрился микроскопиче­скими пылинками и постепенно изчезал и появлялся снова, словно новогодняя автоматическая герлянда.

Мы дико остолбенели, и от ужаса никто не мог двигатца и произнести даже слово. Я повернулся к Толмачу, он смот­рел на шар с открытым ртом! Шар зависал 15 — 20 секунд, а потом стремительно улетел в космос. Звезды перестали па­дать, а небо вмиг почернело от туч, непонятно откуда взяв­шиеся! Вся тусовка стала дико орать, прыгать и бесноваться, только Толмача словно парализовало. Мы были очень рады, что увидели НЛО, что оно существует и реально висело над нами. Это придало нам дикие силы, и мы на бодряке быстро дошагали до берега водохранилища.

Вскоре мы добрели до нашей полянке на берегу водохра­нилища, развели костры и разбили палатки, а потом соору­дили импровизированную поляну и разложили на ней закусь и бухло. Как же это было прекрасно, в хорошей компании и с клёвыми герлами, сидеть около мистического костра, вы­пивать и общатца. Естественно все наши разговоры, крути­лись вокруг звездопада и серебряном шаре, каждый выдал весь запас знаний о космических пришельцах, НЛО и Бер­мудском треугольнике. Тем временем Толмач был не толь­ко не обрадован происшествием, а, наоборот, погрузился в мрачняк и депрессию. С ним что-то произошло, он стал вес­ти себя очень странно. Через некоторое время его ужалил «Бес-противоречия». Не стого, ниссего, он с яростью обру­шился на всю тусовку, сказав, что мы все козлы и что главное в жизни — это деньги. Мы с Рунёвым были удивлены такому повороту событий, ещё вчера он восторгался всякой чертовщиной, а теперь снова принялся за «КУПИ-ПРОДАЙ». Her много поразмыслив, я решил, что это ловкая «ЗАГОТОВКА БИЗНЕСМЕНА», представить тусовку в дурном свете, чтобы в ней тусоватца и одновременно не спансировать!

Я пологал, что он обозначит свою позиции, а потом замолкнит и останетца в тени, но он не унимался, продолжая гнать левые телеги против контркультуры . К тому врепени портвейн сделал своё дело, Толмач нас взбесил, ему дали по еблу и выгнали из лагеря. Деньги деньгами, а идеалы главнее. Он скрылся в бурелом леса, когда ещё было темно. Сожалеть мы не стали и тут-же продолжили пирушку.

Через неделю, когда мы вернулись в Москву, то сразу ре­шили навестить Толмача, посмотреть, какие песни, поёт он теперь.

Дверь в хату, открыла заплаканная старшая сестра Тол­мача. На миг, я подумал, что СЛУЧИЛОСЬ СТРАШНОЕ — Толмач умер. Но случилось ещё более СТРАШНОЕ, он про­сто сошел с ума.

В начале мы решили, что хату ограбили. На кухне сиде­ли понурые родственники. Ковры, мебель, аппаратура, сер­визы, золото и люстры — все это куда-то исчезло. Везде го­рели свечи, лампады, висели иконки, а на тонкой соломен­ной циновке лежал Слава Толмач и читал дореволюционную БИБЛИЮ...

БОРОВ, САКС, КВАРТИРА НА СРЕТЕНКЕ

Весной 1984 года я собрал первый официальный состав группы «КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА». С парнями я познакомил­ся на новом месте сбора неформальной молодежи, что око­ло нижнего входа м.Китай город(бывшая площадь Ногина). В середине 90-х, когда в этом сквере установили памятник Кириллу и Мефодию, здесь стали проходить политические сборища, в которых я принимал участие на стороне нацио­нал-патриотических Светлых Сил...

В один из дней после мощного угара я решил прошвыр­нуться по центрам, от Пушки до Ноги. В то время не было ни­каких ночных клубов и дискотек, поэтому единственным раз­влечением было прогуляться пешком. В сквере на Китай-городе всегда было темно и шумно, тусила масса людей, там я и познакомился с БОРОВОМ и САКСОМ — будущими участ­никами группы «Коррозия Металла». Боров сидел с магнито­фоном «Электроника» и слушал экстремальную металличе­скую группу Scorpions, а наглый тип Saks играл на саксофоне AC/DC. Мы разговорились. Оказалось, что Боров и Сакс так­же как и я, дико врубаются в металл, а самое главное — игра­ют на гитарах, Сакс на басу, а Бороф на соляке. У нас состо­ялся нешуточный разговор, который тут же обмыли батлом портвенюги, купленный у таксиста-барыги. Через несколь­ко часов, душевного разговора, я предложил им войти в мою рок группу «Коррозия Металла».

Что значит «войти в мою рок группу Коррозия Метал­ла», многие не понимают до сих пор, но всего навсего обо­значает мой бренд, с моей идеологией, песнями, администра­тивной поддержкой и самое главное, вся ответственность ложитца тоже на меня. При этом во всех составах КМ, я всегда поддерживал инициативу, ибо только коллективное творче­ство и коллективный энтузиазм может свернуть горы и рас­колоть гранит!

В то время у меня не было своей электро гитары и я стал усиленно копить на неё деньги продал все свои любимые пла­каты, РОДНЫЕ ПЛАСТЫ, напульсник и даже ремень с тре­угольными клёпками. Верх моих мечтаний была ГДРовская копия «Gibson Les Paul» — «МУЗИМА DeLux « за 240руб. Вскоре этот инструмент был приобретён в знаменитом му­зыкальном магазине на Неглинке, где также действовала под­польная толкуча импортными инструментами. Трепещущи­ми руками, я схватил гитару и стрелой помчался домой. Путь на метро, от Кузнецкого моста до Медведкова, показался мне наверно самым длинным в мире...

Как только я ворвался в квартиру, сразу врубил её в касетник Электроника, а его закомутировал в проигрыватель АКОРД за 99руб. Электроника служила своеобразным фузом, которая пропуская через себя сигнал и одновремен­но перегружала его. Через час музицирования был сочинён риф для песни «Дьявол здесь», а ещё через два часа припев и текст песни. Я хотел замутить композицию в стиле БЛЭК САБАТ — «Хевэн анд Хэл», но так, как медведь наступил мне на ухо, получился лишь банальный хард рок. Тем не менее, я интуитивно чувствовал, что это будет мега хит и посторался его облачить в мистическую упаковку! Готовую композиция, я несколько раз отрепетировал перед зеркалом, заставляя содрогатца весь дом от ацкого рева гитары. Счастливый и уста­лый я лёг спать.

Сотрудники редакции продвинутой газеты «Московские Новости», где я работал, по этому случаю разрешили мне вы­пустить пробную партию нелегальных плакатов «Коррозия Металла» на местном ксероксе. В Елисеевском магазине на Пушке, мы закупили несколько батлов португальского порт­вейна «Old Frendis» и отметили покупку гитары с двумя клевы­ми машинистками-комсомолками. «Отмечалово» закончилось поревом на столе заместителя главного редактора газеты....

Вскоре вместе с Саксом и Боровом мы наконец присту­пили к репетициям. На барабанах играл МОРГ. Когда было подготовлено несколько композиций, к нам присоединился кореш Сакса — вокалист Саша Шизофреник, который вру­бался в AC/DC и пел, как Бон Скотт. Этот тип постоянно на­ходился в имидже, поэтому с ним постоянно творилась вся­кая беда.

Мы периодически репетировали дома и судорожно иска­ли хоть какую-нибудь репетиционную базу, но совки отовсю­ду гнали нас метлой. Одно время Сакс устроился в ресторан, мы там играли несколько раз, но директор ресторана был фа­натом «блатняка», поэтому мы с ним не спелись. Я думал: «Че делать?» и искал разные варианты. Вскоре я придумал хит­роумный план: несколько знакомых олдовых хиппарей про­мышляли дворницким делом на Сретенке (метро «Тургенев­ская» — «Сухаревская», район в центре Москвы), у них были «служебные» квартиры в заброшенных домах (по типу совре­менных сквотов). В ЖЭКе (жилищно-эксплуатационная кон­тора) был красный уголок — там можно было репетировать.

С помощью мега -хиппи Никодима, я решил внедрить гитриста Борова в дворницкую мафию, чтобы в будущем про­лезть в красный уголок. Борову выдали флэт из восьми ком­нат, где водилась куча страшных привидений, а Никодим по­дарил мне книгу «Оккультный Рейх», отпечатанную на ксе­роксе, и познакомил с девушками из Лондона. Несколько дней мы расчищали страшную квартиру от гор мусора и вся­кой дряни, и вскоре привели ее в нормальный вид. Вы не мо-жете представить себе счастье тинейджера, который имеет в своём распоряжение 8комнатную квартиру в центре Москвы!

Кроме нас в этом доме жильцов вообще не было, кроме одной древней бабули. Обычно я уезжал ночевать домой, но один раз задержался и решил перекантоваться у Борова.

Когда я задремал, в дальней комнате обнаружилось све­чение и словно какая-то натянутая сетка, за которой ходи­ли привидения и души умерших людей, живших в этой квар­тире. Мне стало жутко, я перекрестился и произнес: «Сгинь, нечистая!» С тех пор я научился при помощи зрения иногда расщеплять пространство и видеть потусторонний астраль­ный мир. Позже я выяснил, что в этом доме в XVIII веке жила всемирно известная барыня САЛТЫЧИХА!

САЛТЫЧИХА

В 25 лет она стала вдовой, ее муж оставил ей громадное богатство, три деревни, особняк на Сретенке и кучу крепо­стных крестьян. Салтычиха была связана с городской мафи­ей и мэром города Москва, с его женой она устраивала лес­бийские садомазооргии. В оргиях участвовали крепостные девушки, Салтычиха насиловала их с помощью страпона, за­ставляла часами делать куннилингус и другие извращения. Девушки, которые плохо исполняли приказы, подвергались диким наказаниям и пыткам. С помощью подручных людей и конюхов девушек избивали палками, обливали кипятком, вырывали волосы и голыми бросали на мороз. Утром с по­мощью щипцов для завивки волос им отрывали уши и ноз­дри, а потом вызывали священника. Жертву заставляли го­ворить типа «она сама случайно упала с крыльца». Попы и врачи подписывали бумаги о естественной смерти, трупы от­возили в село Троицкое (в районе Теплого Стана), где и хо­ронили.

Часто, еще живых девушек Салтычиха варила в громад­ных котлах, а потом вместе с полицмейстером и помощни­ком губернатора ела человеческое мясо. Ресторанное выра­жение «телячьи отбивные» появилось в те времена. Чтобы мясо телок лучше отделялось от костей, девушек лупили ба­тогами по 20—40 часов. Всего было убито около 150 человек, вся Москва это знала, но все боялись связей Салтычихи, все боялись быть поджаренными живьем...

Погубила Салтычиху ее крутизна: один раз на балу она ляпнула, «что и царица у нее отлижет», сплетня дошла до Пе­тербурга. Екатерина зарубилась от этой низости и приказала молодому бедному следователю разобраться в аццком кан­нибализме и разворотить московское болото... Следователь произвел тотальную зачистку Сретенки (по типу как в Чеч­не), в операции участвовало около 1000 жандармов, они оце­пили весь район и три дня никого не выпускали... Салтычиху приговорили к позорному столбу и отправили в монастырь, а ее подручных — на каторгу, ей не отрубили голову потому, что она была дворянкой. Жестокость в отношении крепо­стных происходила повсеместно, Россию сотрясали восста­ния — Разина и Пугачева, а в 1917 г. беднота отомстила хо­зяевам жизни. Большевики этим воспользовались, развяза­ли красный террор, они дали народу возможность выпустить пар, накопленное веками недовольство. Рабочие и крестьяне устроили резню помещиков, дворян, буржуев и попов. Потом народ опять прикрутили Новые Красные Господа.

Почему русские в основном побеждали в войнах?! Пото­му что только на войне крепостной человек становился сво­бодным, он мог убивать! Убивать людей! Ему не надо было унижаться и думать о пропитании, тащить за собой, как бур­лаку, ораву детей и телку. Война — это охота, забава для пар­ня. Враг был не опасен, его можно было убить, а вот началь­ника или барина убить нельзя! Бесполезно, придет другой, свои схватят и убьют...

Как тока Боров получил 8-комнатный флэт, он стал почи­вать на лаврах, вел праздный образ жизни, курил пых и читал философские книги, а также солидно философствовал. Мне пришлось самому внедряться в дворницкую мафию.

ТАТАРСКАЯ ДВОРНИЦКАЯ МАФИЯ

Ранней весной 1985, с помощью протекции аналогова православного хипаря Никодима, я устроился в ЖЭК № 2 дворником — по совместительству! В СССР было разреше­но, кроме основной работы иметь прироботок — работу по совместительству. Чтоб такое замутить, необходимо было собрать кучу справок.

И вот справки готовы, я пришёл в ЖЭК№2 и подписал необходимые бумаги. Перед этим, мне пришлось коррумпи­ровать директора ЖЭКа, который занимался очковтиратель­ством и отжимом гос бабла. За бутылку коньяка и японский перекидной календарь с голыми японками(спизженый из ка­бинета г.р. «МН») мне выдали модную трехкомнатную квар­тиру с частичным евроремонтом, где я устроил подпольный ночной клуб. Вскоре я получил ключи от красного уголка, для устройства досуга молодёжи, а попросту для репетиций рок-группы «Коррозия Металла».

Естественно, половину дворницкой зарплаты я отда­вал начальнику ЖЭКа — руководителю татарской дворниц­кой мафии. И такое отчинялово делали все дворники. Про­извольную зарплату устанавливала подручная бухгалтерия и один раз в мае 1985г, мне выдали СУПЕР КУШ -960руб, поло­вину из которого я тут же отчинил начальнику жэка!!!!!!!!

Мой участок был в Рыбниковом переулке (где ныне элдэпээровский штаб). Уборкой участка занимались подручные люди или другие дворники за батл «АНДРОПОВКИ».

Любой тинейджер мечтает уйти из дома и я тоже чувст­вовал, что готов для удивительных странствий и самостоя­тельной жизни. Согласитесь, круто в 19 лет иметь офигенный трехкомнатный флэт в старинном особняке, большие просто­рные комнаты, трехметровые потолки с лепниной, здоровен­ную двухместную чугунную ванну дореволюционного произ­водства и телефон. Еще у меня была гитара, пластинки, ко­суха, эластичные штаны, как у Брюса Дикенсона, и комплект напульсников, с таким багажом можно было начинать новую, светлую и радостную жизнь.

Была удивительная весна, я просыпался в 10.00, ехал на Пушку в «Московские Новости», а в обед возвращался к себе в особняк. Целой тусой мы перлись в индийский ресто­ран «Ганг» у «Чистых прудов», там продавалось супер-кофе на разных травах. Летняя площадка ресторана размещалась на берегу прудика, плавали лебеди и утки. В «Ганге» собира­лась интеллектуальная молодежь и мажорные металлисты — отпрыски жирных родителей.

Один раз мы загудели в Питере, когда я вернулся, мне истерически стали звонить англичанки — ученицы между­народного института Пушкина — дочери сотрудников по­сольства Великобритании. Я забил с ними стрелку на «Су­харевской», телки приперлись в ультрамодных прикидах по последним фишкам Лондона (смесь панка и мегагламура), на каждой было напялено примерно 5000 фунтов. Обыватели и водители чуть не поломали шеи, когда мы перлись по Сре­тенке. Вскоре мы прошли и мой участок, который был весь в горах мусора и кала (дворник-алкаш не выполнил обещание по уборке на выходных), мне стало стыдно за город. Хотя тогда это было в порядке вещей, никто уже давно не обра­щал внимания на кал и грязь в общественных местах.

В районе 2.00 должен был подъехать мой френд Лунев с травкой и бухлом. Девушки очень хотели: дринк, смок-марихуана, дэнс и фак, лонг, лонг тайм (в Москве не было клу­бов). Я сказал О'КЕЙ, но сначала вы должны помочь мне уб­рать улицу, иначе может прийти ПОЛИС и обломать — смок энд ФАК. Они не хотели, «чтоб обломать смок энд фак», по­ругались «шитами и мазерами», я выдал им метлы, лопаты и рукавицы, а сам надел дворницкий халат и кепку для шиф­ра хаера...

...Рыжие, конопатые англичанки так и поперлись в своих диких лондонских прикидах. Дело оказалось для них привыч­ное (за употребление марихуаны в Лондоне их привлекали к общественно-исправительным работам после футбольных матчей и погромов между «ВЕСТ ХЭМ» и «МИЛЛУОЛЛ»). Была ночь, вчетвером дело быстро спорилось, за 15 минут мы разделались с переулком и подобрались к маленькому пя­тачку непосредственно на Сретенке. Улица была безлюдна, машины практически не ездили, но не прошло и двух минут, как к нам подрулила черная жирная «Волга» с кагэбэшны­ми МОСковскими номерами (Сретенка — ближайшая улица от здания КГБ СССР), тонированные стекла дружно опусти­лись, я шуганулся, что нас ща винтанут. Там сидели реальные КГБэшники, в отличие от партийных деятелей, люди из этой конторы имели правильные черты лица, армейскую выправ­ку и дорогие костюмы.

— Е...т-копат! — послышался серьезный голос из маши­ны. — Это с каких-то времен у нас артистки Большого театра дворничихами промышляют?!

Я подошел к «Волге» и сказал:

—  Ваше превосходительство, это не артистки, а шлюш­ки из РИГИ! Начальник отделения милиции на обществен­ные работы направил, под моим руководством!

Дяди не поняли юмора, стали думать — «где нае...ка?». Их лица зловеще перекосило, воцарилась убийственная пау­за, потом молвил старший:

—  Ну так передай начальнику, чтоб сперва главным док­ладывал. Мы ему объясним, куда таких в первую очередь присылать на трудоработы надо.

Я тоже не понял юмора, тачка дала по газам, а потом сда­ла обратно, открылось окно, оттуда высунулась веселая фи­зиономия младшего по званию.

—   Назначаем тебя старшим, проверь там все, ну чтоб лажи не было, а потом расскажешь!

Я инстинктивно сказал:

—  Есть!

—  Во, сразу видно, наш человек! — тачка врезала по га­зам в сторону проспекта Мира...

Телки спросили: кто это был? Я сказал, что это КГБ:

—  Они передали вам, чтоб вы слушались меня и испол­няли все мои приказы! Иначе вас могут отправить в концла­герь в Магадан или на урановые рудники в Салехард.

Мы вернулись в особняк, бабы все втроем сразу полезли в дореволюционную чугунную ванну, вскоре приперся мой френд, у него было два «корабля». Всю ночь мы курили, ржа­ли и пороли рыжих-конопатых. Они выполняли все мои при­казы, я все проверил, англичанки очень боялись КГБ...

В общем, скоро мы стали подпольно репетировать в под­вале ЖЭКа № 2. Концерты по-прежнему запрещали, и на тол­кучке устраивали облавы на меломанов, знаменитое винтилово произошло на станции «Новоподрезково» (в операции участвовало около 1500 ментов), всех задержанных потом доставляли в отделение на «Речной вокзал». В прессе перио­дически появлялись идиотские статьи против рок-музыки.

Единственной отдушиной того времени были переда­чи о рок-музыке Севы Новгородцева из Лондона, на волнах «ВВС». У меня был громадный старый приемник, антенну я приделал к батарее, но все равно музыку глушили, сигнал ка­ждые две минуты частично пропадал. Именно тогда вся страна узнала о таких группах, как «АС/ДС», «Айрон Мейден», «Блэк Саббат», «Металлика», «Дио», «Эксепт», и вообще о металлической революции в рок-музыке. Своей веселой са­тирой Сева Новгородцев устроил массу проблем прогнив­шей советской идеологии. Пропагандистская машина пыта­лась оказать отпор влиянию рок-металла и Севы Новгородцева на умы советской молодежи, но эти попытки были вялые, и вся критика хеви-метал имела обратный эффект. В журна­ле «Ровесник» напечатали статью, «какой СЕВА гад», но это лишь добавило пиара его передачам, даже те, кто не слушал, теперь стали искать его в эфире. У коммуняк не было ниче­го, что можно было противопоставить современной контр­культуре. Я, как и многие рок-музыканты, был не за развал государства, а против ИМПЕРИИ ЗЛА, за свободу творчест­ва и угарного рок-металла, за достойную Жизнь, за безопас­ность и комфорт, свободу передвижения и бизнес, за свобод­ный и творческий труд, за перспективы, за русского челове­ка в общем-то...

МОИХ ЛЮДЕЙ — ОШТРАФОВАЛИ ЗА ФАШИЗМ — 9 РУБ.

Как-то раз на 09 мая 1985, мы устроили очередную угар­ную вечеринку, танцы, травка и бухло, акция проходила в дворницкой квартире на Сретенке. Мы клёва повеселились и решили развеетца, сходить на вечерни гуляния посвящённые «ДНю ПОБЕДЫ», взяли музыку и пошли. Идти от Сретинки до Красной площади — 10 минут, по дороге вырубили бух­ла — шампанского, успели как раз вовремя к салюту.

К тому времени, вся толпа естественно была уже в уга­ре, в колокольчиках звучали омерзительные советские пес­ни, тусило масса клевых девок, махровых урелоф, колхозни­ков, обывателей —семьями и комсюкоф. Встречались або­ригены с гармонями и те кто отплясывал гопака. Салют был обычный — сиротский, без всяких изысков и дизайна, тол­па дико орала. После «грома победы», мы смешались с обы­вателями и поломились в сторону Пушкинской, у нас с со­бой был невьебенный нигерский мафон «SONY»(больше чем в клипе у МАДОНЫ, его привезли из Афгана) и ещё совковая «Электроника». Вощем, как тока мы вышли на Тверскую(тогда ул.Горькова) то сразу врубили на двух мафонах — песню ДЖУДАСТ ПРИСТ — «Брэкин зе лоу», удалось дойти только до Центрального телеграфа. К нам тутже пристрои­лась угарная молодежь и мы частично перемешались в тол­пе. Во время соляка я обнимал девку, а кода повернул голову, то заметил, что весь моб кудато испарился: нет Борова, Мор­га и тд. Часть музыки тоже кудато, изчезло. Рядом тока шёл Заяц и Андрон с Электроникой. Меня оглушал соседний мафон и тока около мери, я врубился, что мы все-таки потеря­лись. Мы вылезли из толпы, потусили у памятника Долгору­кова, а потом на Пушке, но основного моба так и не встрети­ли. Мобил, пейджеров и емейл, тогда не существовало, тока телефонные будки за 2 коп, из которых можно было звонить на домашний, в ментовку или в космос. Около полуночи мы сняли ещё двух клевых герлов и по бульварам поломились на Сретинку...

На утро позванил МОРГ, он рассказал, что их всех лов­ко свинтили из толпы, отвезли в ментовку(109ом), а потом в ночной суд, где тут же осудили и оштрафовали за «ФА­ШИЗМ» — прослушивание хеви метал» на 9 руб. ШТРАФ за ФАШИЗМ — 9 РУБ(2 батла водки)!!!Утром я порол сразу двух тёлок, а кода припёрлась толпа так называемых «фашистов», чуть не умер от смеха. Особо понравились квитки(размер а-5), на которых было написано короткое обвинение и сумма штрафа. Квиток давал право в этот день, не выходить на ра­боту.

Как же «они» глядели в КОРЕНЬ! Мы же тогда, даже в мыслях о «какомлибо мифическом фашизме» небыли....

МИФ ИЛИ РЕАЛЬНОСТЬ!

ФАШИСТКИЙ ПУТЧ НА ПУШКИНСКОЙ В 1979 г.

Эту «телегу» мне рассказал одноклассник — оголтелый Спартаковский фанат по кличке ФИЛАТ, он уже с 1979 ездил на матчи и выезды, был ДИКИМ ХУЛИГАНОМ и сорвиго­ловой. С шестого класса Филат состоял на учёте в «детской комнате милиции», его постоянно «принимали» и оставля­ли на «второй год в школе». В один из дней 1980го года, его «приняли» с группой спартавковских фанатов во время вы­езда на «собаке», по слухам была драка с ментами. Вощем его доставили кам бэк ин моску и обязали ходить в школу. Слух, что «Филат вернулся» моментально облетел все классы и вот на четвёртой длинной перемене, мы вышли за угол, где уже кучковалось несколько парней в красно-белых розах. Филат курил «Яву» и что то солидно втирал, когда я подошёл он уже рассказал часть истории, по которой дело было так:

В 1979 г, примерно 50 рыл, девок и парней, из семей пар­тийной элиты и ГБ — устроили фашистский митинг. Они были одеты в каричневые галифе, в сапоги, белые рубашки с галстуком, повязки со свастиками и прически — бойска­ут. Акция проходила 20 апреля 1979года, на День рожденье Гитлера, то есть на 90 ЮБИЛЕЙ. Продолжительность флэш моба 5-10мин. Они вышли неожиданно из дворика театра Станиславского и колонной по три человека, проследовали через переход до памятника Пушкина. У них были факелы и партийное НС знамя со свастикой(из —за этого Пушкин стал рообразом фильма БАКЕНБАРДЫ).

Финал истории был путанный, типа подъехал автобус и они просто уехали, так как менты обосрались винтить ДЕТЕЙ ПРАВИТЕЛЬСТВА СССР, второй вариант, что их всё таки свинтили и увезли не в 109ом, а сразу в ГБ на ЛУБЯНКУ.

Почему Филат рассказал сразу именно «ОБ ЭТОМ», а не о подробностях «Трипа в Электричке», я не врубился...

В последствие я расспрашивал об этом у олдовых хиппи, которые активно тусили на Пушке в период 1977-80года, они рассказали примерно тоже самое, но никто САМоЛИЧНО — ЭТО не видел! Даже Макаревич из Машины Времени об этом говорил, но сам тоже не видел. История наполнялась сказоч­ными подробностями и вскоре стала каким-то СЮРИАЛИСТИЧЕСКИМ МИФОМ.

Хочу также отметить, что в преддверии «0лимпиады80» и последующие годы, на хиппи было масса нападений со сто­роны злобных урелов, которых подговаривали менты. Из­биения сопровождались криками «Бей Фашистов». Непо­нятно какая визуальная связь между «Волосатыми пацефистами — Детьми Цветов» и «Бойскаутами со свастиками», врядли простые урела, могли себе такое придумать. Вероят­но, всего их научили «ТАК» менты, и любой кто не был похож на совкового урела и своим прикидом бунтовал ПРОТИВ СИСТЕМЫ — приравнивался к «ФАШИСТу». Хотя возмож­но и то, что «миф» получил тайную народную огласку и уре­ла по своей инициативе ездили мочить непонятных «волоса­тиков», которые позорят «МИфЕСКИХ ОТЦОВ и ДЕДОФ». Вся урла участвующая в нападениях была в основном— лимитой из рабочих окраин и общаг.

ВСЕ моССквичи ГАДЫ И ФАШИСТЫ

Хочу также добавить, что в стране присутствовало ди­кое уреловское озлобление ПРОТИВ МОСКВИЧЕЙ! Зачас­тую Москвичам было опасно, где либо появлятца за предела­ми МКАДА в вечернее время. Даже если вас будет 10 рыл и вы мирно ломитись по своим делам, местные тут-же собира­ли ораву в пять раз больше. Было делом принципа — ДАТЬ ПИЗДЫ МОСКВИЧАМ!

Это было не только из-за пресловутых «КОЛБАСНЫХ ЭЛЕКТРИЧЕК», а из общего НАРОДНОГО СОЗНАНИЯ. Самых БЕСОВСКИХ КОМУНЯК и ПОДЛЫХ КАРЬЕРИ­СТОВ совок селил и брал на работу в Москву, а честный и скромный работяга — влачил жалкое существование — ра­бочей лошадью на МЕСТНОМ УЕБАНСКОМ заводе, по вы­пуску РЕЗИНОВЫХ ГОЛОШ и ВАТНЫХ ТЕЛОГРЕЕК.

Конечно дети «Рабочих лошадок» не имели понятия о СКРЫТЫХ МЕХАНИЗМАХ жизни СССР, но с материнским молоком они впитывали подсознательную НЕНАВИСТЬ к МОДНЫМ ГАДАМ МОСКВИЧАМ. Когда вместе с перентами, они приезжали в унизительные «Колбасные Рейды», они видели модных мск парней и ненавидели их! За то, что ИМ ВСЁ — А НАМ НИЧЕГО!

ПИВНАЯ «ЛАДЬЯ», КОСТЫЛЬ И ПЕРВЫЕ МЕТАЛЛИСТЫ

Зимой-весной 1985 года по субботам вся НОВАЯ метал­лическая тусовка собиралась в пивном подвале «Ладья», что напротив памятника Юрию Долгорукому в Столешниковском переулке. В пивнушке за небольшой прайс можно было напиться частично разбавленным пивом с креветками, узнать все металлические новости и встретить всех нужных людей.

Обычно к шести часам все дико обжирались и, как в Мюнхене, размахивая пивными кружками, начинали орать припевы группы AC/DC и Accept.

«Хай ди Хай до Хайда» — был явный хит народного хо­рового пения, было очень круто, когда поет большая толпа парней. Урела, праздные люди и алкаши старались не посе­щать пивняк в «эти дни», поэтому своих собиралось по 100— 200 человек, дико проклепанных, бритых и волосатых.

В районе 20.00 вся туса доходила до нужной кондиции, после учебы подтягивался свежий контингент, угар начи­нался по новому кругу. В 22.00 вся орава вываливала из «Ла­дьи» и Бешеным Мобом с музыкой и речевками шла по цен­трам, громить автобусные остановки и атрибуты большеви­стской идеологии. В металлическую тусовку обычно входили мажоры (дети дипломатов), выходцы из хиппарской, панков­ской и футбольно-фанатской среды. Каждый вносил свои приколы, но, безусловно, это было настоящее братство сво­бодных от большевистской заразы людей. Мажоры были по типу «футбольных кэшлз», они были затянуты в фирменную английскую кожу, родные ТИШКИ и американские джинсы, у них было бабло, горы пластинок и журналы «Металл Хамер». В Москве все эти шмотки и пласты купить было нере­ально, даже за бешеные бабки. Возглавляла «кэшлз» купчи­ха Натэла, ее мама была финской подданной. Часть металли­стов были выходцами из футбольной среды, они были наголо бритые, крепкие, в основном фанатели от ЭКСЕПТ, АС/ДС, КИСС и РАНИНГ ВАЙЛД. Было много фанатов по типу ДИСТРАКШН, они приходили в куртках, заклепанных гвоздями и пулеметными лентами. Выходцы из ХИППИ-ТУСЫ в ос­новном рубились от BLACK METAL и мрачного металла по типу VENOM, MERCIFUL FATE, BLACK SABBATH и т.д. Сер­гей Окуляр снабжал всю тусовку напульсниками и клепками.

Часто после посещения «Ладьи» происходили дикие дра­ки, объектами нападения банды металлистов обычно были: сборище голубых у Большого театра (то есть Плешки), цунварефы около кафе «Космос» и утюги-брейкеры на Ноге (ныне Китай-город). Я участвовал в организации подобных смешных акций, один раз шеренгой по четыре мы нарисовались на НОГЕ. Брейкеры и рэперы с криками «Спасайся! Фашисты идут!» бросились в разные стороны, их догнали и помутузили, махачи проходили без дерьма.

Самыми заядлыми драчунами были РУС, ЭКСЕПТ и ЭДИК РАТНИКОВ (руководитель фирмы «ТСІ» — устрои­тель всех жирных западных рок-металл-концертов в Москве: MOTORHEAD, RAMSHTEIN и т. д.). Эдуард был реальный боец, о его бойцовских способностях музобщественность уз­нала на фестивале «НАШЕСТВИЕ-2005», когда он круто помохался с продюсером Дмитрием Гройсманом («ЧАЙФ»)...

С неформальными молодежными тусовками в то вре­мя пытался бороться так называемый отдел «Береза», кото­рый постоянно устраивал облавы на хиппарей, металлистов и футбольных фанатов. Тем не менее именно игра в «казаков-разбойников» еще больше воодушевляла молодежь на борьбу с омерзительной большевистской идеологической системой.

Один раз в «Ладье» на очередном подпольном шаба­ше я познакомился с трехметровым гитаристом Костылем и звукооператором Серегой Лысым. У Костыля был длин­ный рыжий хаер и напульсники из чемоданных клепок, кто-то из парней сказал, что это люди из подпольной metal-груп­пы. Под музыку «Эксепт» мы выпили пива, и я предложил им мутить совместные дела, а для начала отправиться на флэт к Борову и все обмозговать.

Костыль сначала стремался, но когда вместе с его другом скотиной Слейдом немного накачался, то согласился отпра­виться пешком к Борову на дворницкий флэт.

После закрытия пивной озверелая заклепанная толпа, как обычно, отправилась шастать по улицам, наводить ужас на совков, а также крушить культы совковой системы. У меня сегодня были другие планы, надо было мутить дела.

По дороге выяснилось, что они называются «Прокатный Стан» и играют в стиле AC/DC и у них нет вокалиста. Мы за­купили еще разного бухла и выпили все это у Борова. Вскоре мы сосватали им вокалиста Мороза (парня из металл-тусовки фаната Пола Диано), они разучили небольшую програм­му. Я предложил устроить подпольный концерт на их базе в школе.

В день сейшена, часов в семь вечера мы подошли к шко­ле, в фойе нас арестовали дружинники и переписали паспор­та, причем Саша Шизофреник спрятался в сугробе и быст­ренько сбежал. Нам приказали идти наверх. В зале собралось человек тридцать народу. Первым выступил «Прокатный Стан», дав мощного угара. Я не знал, что делать с вокалом, ба­рабанщик Морг вызвался петь и сделал это достойно, в сти­ле Карабаса-Барабаса и «Блэк Саббат». Вскоре пришли ком­сомольцы и прикрыли локальный угар.

Говорит гитарист КОСТЫЛЬ (журнал Железный Марш):

«...Я тогда недавно вернулся из психиатрической лечеб­ницы, отлежав там второй срок. Затем меня направили в Ин­ститут психиатрии на Каширке, в армию я уже соответствен­но не пошел, а потому с чистой совестью играл на гитаре в группе «Прокатный Стан». У нас была репетиционная база в Раменках — в гигантском актовом зале на пятом этаже УПК. С нами тусовался еще Серега Лысый, который был учащим­ся Московского государственного университета. Он был та­ким пай-мальчиком — тихушей, но уже любил приложиться к рюмочке.

Была лютая зима — начало января 1985 года. С моим приятелем Мишей — барабанщиком «Прокатного Стана» — и Серегой Лысым мы отправились в «Ладью», где, по слухам, собирались отбросы общества: металлисты и футбольные фанаты. Первый наш поход в «Ладью» (еще до Нового года) не увенчался успехом, потому что в тот день умер какой-то маршал и все было закрыто. Потом мы пошли еще раз. Мой прикид в тот день состоял из черного свитера «Олимпиада-80» и напульсника из синего кожзаменителя. Каждый имел с собой по три рубля, сэкономленных за неделю, в то время на три рубля можно было нормально обделаться в любом мес­те, а в «Ладье» и подавно. Пока мы стояли в очереди за кре­ветками и осматривали местность и присутствующих, боль­ше всего наше внимание привлек к себе Боров. Он стоял к нам спиной, где-то в центре зала, и казалось, что у него воло­сы по пояс. Это привело нас в шок. (Хотя на самом деле во­лосы у него были обычной длины. Да и у меня у самого воло­сы были ничуть не короче...) Заняв место за столиком, мы на­чали распитие пива. Первым, кто к нам подошел, был некий персонаж по прозвищу Круглый (пару лет назад он скончался от передозировки героином). Он задал какой-то наводящий вопрос, а я ответил, что уважаю AC/DC. Он решил проверить меня на «гнилого» и спросил, какие песни я знаю. Песни я знал все. Причем неважно, из какого альбома и с какого мес­та я их слышал. Он тут же проникся к нам доверием и сооб­щил: «Сейчас Паук должен прийти». Ожидая Паука, мы про­должили распитие пива, подливая в него сухое вино.

Вскоре появился Паук в длинном кожаном плаще, шап­ке, как у членов правительства (типа «пирожок»), майке «Iron Maiden», напульсниках и ремне, проклепанных пылесосными клепками. По тем временам казалось, что он просто весь в клепках! Пауку доложили о том, что в «Ладье» присутству­ют такие мощные люди, как мы, и минут через 10 он подошел к нам и сообщил, что он из группы «Коррозия Металла». За­тем он высказал идею-пожелание о сотрудничестве: «Давай­те зарядим убойный концерт». Мы вроде как согласились, и Паук с Боровом пригласили нас потусоваться на подпольный флэт и обсудить предстоящий концерт. У нас с Мишей это сразу вызвало неадекватную реакцию («Смотри, какие типы. А не стремно? Они не заманят нас в какой-нибудь притон?»), но в конце концов мы решили, что в случае чего отобьемся, и поехали. Лысого с собой не взяли.

По дороге приобрели чекушку водки, бутылку «амбар­ной-имбирной» и пару сухого. Так как все были уже в угаре, то, по общим подсчетам, этого должно было хватить. При­шли на дворнический флэт, который был закрыт на несколь­ко ломов и в котором было дикое количество комнат, а на кухне горел газ. Присутствующие уселись за круглый стол. Ими оказались Боров, Slade (этот тип должен мне 300 руб. с 87-го года, кстати, сейчас он работает с «Арией»), Натаха (се­стра Паука), сам Паук и я с Мишей. Только было начали рас­пивать спиртные напитки, как я предложил это все сварить. (Это была первая наша варка. Затем они продолжались по­стоянно.) Мы залили все в кастрюлю и вскипятили. Каждому досталось по две чашки, после чего у всех начали дико запле­таться языки. Боров предложил разрисовывать стены, чем все и занялись в диком угаре...

Наступил день намеченного сейшена. Идея концерта со­стояла в том, что в определенный день к нам («Прокатному Стану») на базу приедет «Коррозия» и еще несколько чело­век. Все должно было проходить в обстановке глубокой кон­спирации, но многим сейчас этого не понять... И вот в день концерта в семь часов я с гитарой оказался у входа в УПК, где уже тусовалась толпа непонятных подростков. Зайдя в УПК, мы обнаружили, что у самого входа стоит стол, за которым сидит участковый, а рядом — еще двое в штатском. Участко­вый спросил: «Вы куда направляетесь, молодые люди?» Мы ответили: «На репетицию». Он говорит: «Отлично, хотя что-то вас много. Как ваши фамилии?» Мы назвали свои фами­лии, участковый записал их. Затем мы поднялись в зал, под­ключили убогую аппаратуру, и сейшен начался выступлением группы «Прокатный Стан». Мы отыграли несколько вещей, среди которых была и «Дьявол в Полете».

В зале находилось человек 20, в том числе и «Коррозия Металла», а также в дверном проеме периодически мелька­ли фигуры участкового и двух типов в штатском. Затем на сцену была приглашена «Коррозия Металла». Морг — за ба­рабанами. Паук — на гитаре. Боров — на гитаре и Сакс — на басу. Они начали исполнять композиции в духе ранних Black Sabbath, причем пел барабанщик, и таким рычащим голо­сом, что это на всех произвело жуткое впечатление. По тем временам за такое и расстрелять могли... После исполнения двух композиций концерт, как обычно, был прерван участко­вым, который в ужасе вбежал и приказал прекратить «репе­тицию». Но все обошлось без особых потерь, если не считать, что директора УПК исключили из КПСС и выгнали с работы, а мы лишились репетиционной базы. На этом существование группы «Прокатный Стан» закончилось, а я по приглашению Паука перешел в «Коррозию». Вскоре мы дали концерт в под­вале ЖЭКа № 2 и записывали первое демо в ДК «Серп и Мо­лот». Лысого в очередной раз исключили из МГУ, и он по на­шим многочисленным просьбам лег в «Кащенко».

(Записано Архангелом. Журнал «Железный Марш», 1994.)

Говорит гитарист БОРОВ журнал Железный Марш):

«Когда я закончил школу, мы с Саксом одно время иг­рали на улице, причем я — на акустической гитаре, а Сакс — на саксофоне (за что и получил свое прозвище). И однаж­ды в 1984 году, тусуясь на площади Ногина, мы увидели дикое количество металлистов и хиппарей. Мы сидели в сквере на лавочке, у меня был магнитофон, слушали старые записи Scorpions. Один из этой толпы подошел к нам и сказал: «Мож­но я тоже послушаю?» Мы познакомились. Это был как раз Паук. У нас оказались общие музыкальные интересы и общие проблемы. У Паука был свой проект — «Коррозия Металла», и ему требовались музыканты. У Паука уже был барабанщик Морг, мы с Саксом к ним присоединились и после первых ре­петиций поняли, что у нас что-то получится. Таким образом я попал в группу «Коррозия Металла». Мы репетировали раз в неделю в различных ДК и подвалах, которые нам предостав­ляли по 5 руб. за репетицию. И мы как-то сразу организовали свою тусовку. А затем в таком месте, как «Яма», где происхо­дили зимние тусовки металлистов, распивая пиво, мы позна­комились с Костылем, который играл тогда в группе «Про­катный Стан». В тот же вечер мы отправились ко мне в двор­ницкую, где устроили мощнейший угар».

ПЕРВЫЙ КОНЦЕРТ ГРУППЫ «КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА» И ФЕСТИВАЛЬ МОЛОДЁЖИ-85

КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА

Когда тебе 18, чтобы быть счастливым, достаточно иметь гитару, автомат Калашникова или, в крайнем случае, желез­ные кулаки, не важно где и в каком месте. Мне дико повезло, я купил хорошую гитару, когда мне было 18. Я дико врубался в рок-музыку и HEAVY METAL, поэтому организовал группу металлического рока «КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА».

Посредством гитары я планировал оглушить пипл аццким грохотом, а также заявить о себе и частично изменить МИР к лучшему! Во многом это удалось, миллионы людей уз­нали о моем существовании, говорят на КТР-СЛЕНГЕ, слу­шают песни «КОРРОЗИИ» про АД, СКИНХЕДОВ и ЧАД КУТЕЖА. Сотни тысяч парней купили наши альбомы, про­голосовав своим трудовым рублем, тем самым одобрив нашу музыку и НАШ СВЕТЛЫЙ МИР, а правительство стало вы­полнять программы КТР        

С самого начала у участников группы «КОРРОЗИЯ МЕ­ТАЛЛА» не было ни малейших обязательств перед большевистско-коммунистическим образом жизни. Поэтому в сво­ем творчестве и музыке мы несли не только модные металл-приколы, но и разрушали брежневский маразм прогнившего совкового мира в той форме, в которой могли себе позво­лить. Есть хлам, который не нужно реставрировать, а просто сломать или сжечь, а на его месте возвести новые античные города, праздничные проспекты, белые божественные храмы науки, культуры и любви!

На моей бас-гитаре всего три струны, иногда две или одна, люди с консерваторским образованием этим очень не­довольны, но для концертов группы «КОРРОЗИЯ МЕТАЛ­ЛА» и сочинения песен этого вполне достаточно. Когда я играю, я угараю и играю так, чтоб угарели все. Если город угарит, он будет повержен, и к нашим ногам упадут фишки казино, клевые девки, бухло и бешеный драйв ночного чада, а также душевные разговоры и первые лучи солнца. Ночь и раннее утро, когда нет людей, когда мы одни в пустом городе мчимся на черном BMW по пустым трассам, когда зима сме­няет лето, а лето сменяет миллениум и новый век.

«КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА» за все существование не отме­нила ни одного концерта, даже когда он был в материальный минус. Желание выступать для своих людей — это главный стержень для жизни ансамбля. Один раз в Таганроге у нас ук­рали аппаратуру и мы дали пресс-конференцию на три часа, порой мне казалось, что парням больше в кайф просто едине­ние.... Мы предложили вернуть деньги за купленные билеты, но никто почему-то не сдал ни одного билета.

Я искренне рад, что для десятков тысяч людей угарная атмосфера «КОРРОЗИИ МЕТАЛЛА» и КТР стала частью или неотъемлемой частью жизни, и осознание глобального от­клика сотен тысяч сердец наполняет жизнь реальным смыс­лом. Если измерять жизнь в РУБ и УЕ, то по сравнению с Рок­феллером мы потерпели крах, а если измерять в наших ФАНАТах и тиражах альбомов «КОРРОЗИИ», радостном угаре и бодрости духа, то я АЛИГАРХ и это зашибись.

Два века я выхожу из дома и иду к очередному BMW, под­валивает толпа детей: они справляются о здоровье, «КОМЕДИ КЛАВ» и «РАНЕТКАХ», просят автографы и товары КТР. Мно­гим из них 7—12 лет, я им выдаю дорогие DVD-диски, посте­ры, бесплатные билеты и CD, я инвестирую сам себя, когда они подрастут, они купят товаров КТР не менее чем на 50 ЕВРО, а также их внуки... Дети тонко чувствуют истинные ценности...

За 26 лет группа «КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА» выпустила 16 альбомов и 7 угарных видеофильмов, была масса концертов и клевых тусовок, сменились музыканты и тусовщики, мно­гие из которых внесли солидный вклад в общее дело. К сожа­лению, объем книги не позволяет сделать обзор всего, но на­деюсь, это будет в следующий раз.

ИСТОРИЧЕСКИЙ КОНЦЕРТ В ПОДВАЛЕ ЖЭКА № 2

После получения ключей от КРАСНОГО УГОЛКА ЖЭКа № 2 «Коррозия Металла» начала мощнейшие репетиции, с миру по нитке мы насобирали немного аппаратуры, раздол­банные барабаны и дурацкий микрофон. Папа бас-гитариста Вадика Сакса был аппаратурный магнат (ныне жирный ма­газин «СААМИ» на Маяковской), самый крутой барыга по подпольной торговле звуком. Их квартира была полностью забита колонками, усилителями и динамиками, папа постав­лял аппаратуру во все лучшие рестораны Москвы, Салтыков­ку и СССР. Купцы валили толпами. Мы попросили немного аппаратуры в лизинг, нам предложили оплатить сразу кэшом, денег таких не было... Вскоре Сакс уехал на заработки в рес­торан г. Ялты, лабать блатняк и шизгару.

Я предложил Роме Костылю стать нашим гитаристом, а Борова перевели на бас. Мы рубили каждый вечер, и я пред­ложил замутить акцию:

—  А давайте замутим клевую вечеринку, суперподполь­ный концерт! Зал есть, сцена есть, аппарат есть!

Все участники проекта были не против, мы обзвонили ОСНОВУ металл-тусовки, а также предложили выступить группе «Шах», но они в последний момент шуганулись.

28 июня 1985 года стал историческим днем в нашей жиз­ни. Субботнее утро, день как день, я сделал последние звонки и отправился на Сухаревскую. Около двухэтажного здания уже собрался небольшой моб из нашей тусовки, они сидели на траве, пили пиво и п...дили. В связи с летом, как и пред­полагалось, начальство ЖЭКа, естественно, отсутствовало. Я как ни в чем не бывало поломился в приемную, там сиде­ла дежурная и мерзкий техник-смотритель ТОЛИК-ТБИЛИСИ (за батл водки или 3 руб. он периодически убирал мой участок, а когда тетя Глаша стала убирать за 2 руб., он был недоволен). Я попросил ключи от красного уголка, они все­гда мирно висели на стене, тетка хотела их дать, но их там не оказалось.

Я попросил поискать, тетка все обшарила, но не нашла. Я стал немного ох...вать и тут выступил Тбилиси:

—  А че вы ых ищят, я поменэл зямок! Ключи аатдал начальнэк, он заабыд их повесэд на стэн. Слушай, наверн, случайн закрыл в габинЭтЭ! В понэдэлник придет началник, откроед вам.

—  Б...я, ты че, о...ел! Нах нужно было менять замок, мы тока вчера вечером репетировали, замок работал зае...сь! Кто тебя, нах... об этом просил?! — Я был в дикой ярости и не­годовании, я хотел сразу уе...ть ему графином по фейсу, но я сдержался ради дела, а зря...

—  Так подумэл! Можэт, новий зямок лучш бу! А то у ваз там аппаратур-батур, — Тбилиси выпулил очередную заго­товку, при этом он кривлялся, словно в фильме «Мимино» и как Сталин.

Я судорожно думал, че делать. Я решил спилить замок нах, но надо было не подавать виду, что это мне нужно...

—  Е...тить, Толян, я совсем забыл! Никодим заходил, но­вые ключи взял, они у него. Ща он придет, нам нужно к вы­пускному вечеру готовиться! Будем в школе на дискотеке иг­рать! Ответственное партийное мероприятие, из РОНО и ГОРКОМА сегодня приедут слушать.

—    РАНО-МАНО! ГАРКОМА Х...МА! Слющай, я че — претэв, а?! Я, чьито, не чэловэк, а?

—  Нет, ты ГОНДОН!

—  ГОНДООН?!!

—  ДА. ТЫ ГОНДОН! ТО ЕСТЬ, например, ГИБОН! — я совсем запутался. — Так по Дарвину в Англии самых солид­ных людей называют! — я чуть не упал от ржачки... — В об­щем, Толян! Расклад такой, мы будем ждать Никодима, а для тебя есть работа! Хочешь два чирика заработать как делать не х...? А?!

—   Тавай, кавари. Аэ дэнги покажи, а? — мрачно озира­ясь, произнес цунарок, он был чем-то недоволен...

—   В общем, смотри, вот два чирика, они твои, на, бери! Видишь, вон кирпич на улице валяется, из куска гранита! По­езжай прямо щас на станцию БИРЮЛЕВО-ТОВАРНАЯ. Там тебя будет ждать барыга — Коля Великан. Отдай кирпич — получишь пять чириков, по рукам...

—  По рукам, — цунар мрачно и уныло побрел вниз, та­щить гранитную глыбу. — А мож, на такси даш ДЭНЕГ?! А?

—   На метро быстрее! Там прохладнее, а то вдруг в ава­рию попадешь! ВЕЛИКАН не любит, когда опаздывают та­кие...

Костыль приехал на велике, Лысый сгонял в особняк и привез инструмент. В одну секунду мы спилили замок и за­шли в красный уголок, одной телке я выдал 1 руб. 20 коп. и послал в хозяйственный магазин, купить такой же замок.

Времени оставалось в самый обрез, стали настраивать аппа­рат, дым-машину, красный свет и бутафорию. На белой про­стыне барабанщик Вадик Морг нарисовал надпись «КОРРО­ЗИЯ», ЧЕРЕП, перевернутый КРЕСТ и слово «МОРГ».

В 19.00 стал подтягиваться пипл, многие принесли вы­пивку, в зале мы расставили стулья и скамейки, все были ра­достно возбуждены присутствием на секретном астральном таинстве. Народу было около 100 рыл. Было два фотографа, один из них ИГОРЬ — он ездил на все тусовки и всегда щед­ро выдавал большие пачки суперкачественных фоток. Бумага и пленка стоили денег, зачем такая щедрость, я не понимал. У Игоря были очень жирные архивы и даже секс. Когда зашли последние, мы заперли дверь ломом и начали концерт.

...Включился красный свет, заработала дым-машина, в штанах, как у Брюса Дикенсона, я выскочил на сцену и зару­бил соляк, потом выбежали Костыль, Боров, Морг и Шизоф­реник. Публика в экстазе замахала РУКАМИ, на многих ли­цах были улыбки неподдельного счастья и радости. В первый раз в жизни они услышали рев металлических гитар и беше­ное рубилово аццких барабанов. Сначала мы зарубили «Дети Дракона», «Власть Зла», «Дьявол здесь», а потом «Черный корабль».

Все дико радовались и кидали коз, особенно конопатые девушки из Англии и ветеран блэк-металла Дима Саббат, Окуляр тоже че-то орал, и купчиха Натэла. Некоторые уже были на репетиции и подпевали нам:

Железный король

Из страны огней,

Помилуй несчастных землян,

Ты пеплом окутал

Планету людей,

Безжалостной злобы хан.

Безумной ордой

Устремилась лавина,

Сжигая в кострах всех людей.

Мясные рулеты

Готовит машина

Из трупов холодных детей.

Припев:

Власть зла, власть тьмы,

Власть смерти и черной мглы.

Возмездье и жесть

Восстали из АДА,

И станут твоим палачом.

Никто не спасется

В печах Преисподней,

Зажаренный аццким огнем.

Взрывается градом

Свинцовое небо,

Железные птицы летят,

И ломятся люди

Обратно в пещеры,

Лишь бога о смерти молят.

Припев:

Власть зла, власть тьмы,

Власть смерти и черной мглы.

Железный король,

Я тебе присягаю,

Чтоб править огнем и мечом,

Все будут распяты,

Мир будет повержен,

Растоптан стальным сапогом.

Мне нравятся трупы

И вопли кретинов,

Их пепел в печах сатаны,

Мы мир золотой

На руинах построим,

Власть СМЕРТИ и Черной Мглы!

...Но потом свет вырубился, и наступила кромешная тем­нота, пипл, как в кино, стал долбить ногами и орать: «Меха­ника на мыло», «Даешь электричество». Кто-то по наивно­сти бросился к входу, чтобы на втором этаже перебросить рубильники пробок. Лом вытащили, воцарилась гробовая тишина, с улицы раздался голос из мегафона:

— Вы окружены! Концерт закончен! Немедленно по од­ному выйти на улицу!

В эту секунду свет врубился, в зал ворвалась милиция и люди в штатском. Громадный жирный мент вышел вперед и заорал:

—  Кто здесь главный?

Из-за его спины, как Иуда, вылез ТОЛИК ТБИЛИСИ:

-      Вон он! ТРОЦКЭЙ! ЕГО ХВАТАТ, А?!

Менты набросились на меня и прямо в концертных при­кидах повели на улицу.

Я поднялся наверх и ох...л: все здание окружали ментов­ские «бобики» и черные «Волги», они дальним светом осве­щали подъезд ЖЭКа, вокруг тусили толпы обывателей и зе­вак. Пипл грузили в автобусы и «бобики», а затем увозили в ночь. Была очень жирная картинка по типу как в программе Бовина «Международная панорама»: волнения в Ольстере.

Нас привезли в местную ментовку, все были возбужде­ны, было весело. Потом заперли в обезьяннике, там уже си­дело около 30 рыл, которых повинтили на подступах к ЖЭКу, а народ все прибывал. Парней отделили от девок, спектакль стал затягиваться, стало душно. Затем начались первые про­вокации (классические заготовки, я о них слышал от олдовых системных хиппарей) — Диме Саббату подбросили нар­котики. Чувак всю жизнь бухал и никогда не курил, его жир­но заломали и повели на допрос. Вскоре повели меня и еще пару людей, мы поднялись на третий этаж. Посередине ши­рокой комнаты стояли три стола и сидели три следака, сбо­ку с каменным лицом сидел дядя-наблюдатель (по всей види­мости, из ГБ).

Начался стандартный допрос:

Имя, фамилия, откуда появился, че там делал и т. д.

Ответ:

Фамилия такая, рубил на гитаре, не знаю никого, позна­комился тока щас в кутузке.

Потом: покажите вещи, ксиву и т. д.

У меня был с собой рюкзак, после сейшена мы планиро­вали ломиться на дачу к Руневу.

Я вытащил вещи, их стали внимательно осматривать, я потребовал, чтобы они показали руки, и доставал сам по од­ной вещи, чтобы не подбросили наркоту. Последнее, что я вытащил, были шорты, воцарилась гробовая тишина. Следак лазит в карманы — все пусто, а затем в маленький карман­чик, и тут БАЦ!!!

—  Наркотики! КОНОПЛЯ! — следак бросает на стол ко­зью ножку, откудова вываливается горка конопли!

Я в АДУ! Б...Я! КАК ОНИ УМУДРИЛИСЬ ПОДБРО­СИТЬ?! КАКАЯ ЛОВКОСТЬ РУК!

Человек в штатском оживился, бегает глазами.

Начинается новый допрос, протокол, понятые — Толик Тбилиси и тетя Глаша. Двух металлистов в ужасе уводят вниз, они сообщают всем: ПАУКА тоже загребли с НАРКОТОЙ! Моя сестра Натаха офигевает.

Я штурмую мозг, че делать, говорить — «не мое», особо не спасает. Нужно что-нибудь эффектное, я ору:

—   Товарищ из КГБ, у меня папа в ИНСТИТУТЕ МАР­КСИЗМА работает при ЦК КПСС, у него попугай в клетке живет, просил корму купить, а то от голоду умереть может. Сегодня как раз на птичке был, у барыги прикупил за 50 коп., три свидетеля есть: дядя Жора — алкаш, Вася Сидоров — он хомяками торгует, одноглазый Витек с Пролетарской, а так­же Морг и Шизофреник — честнейшие люди...

У ГЭБЭ искажается мина, он брезгливо покидает поме­щение, за ним следаки. Менты возвращаются, говорят — сво­боден. Пронесло.

Спускаюсь вниз, жду, когда вернут ксиву, там разворачи­вается очередная комедия. Около окна допрашивают англи­чанок.

—  Как ваши фамилии?

—  Я Анэт Джонсонс, Барбара, Сюзи! — На концерт телки вырядились, как в стриптиз, на них прикидов на 7000 евро на каждой. Вернее, одежды практически очень мало, но все дорогущее...

—  Да не клички, а реальные фамилии! — в фойе собира­ются наглые менты, им всем в кайф позырить на шлюх. По­является жирная харя начальника ментуры, он в барском на­строении:

—  Опа-на! А вот и проститутки из Риги нарисовались (он тока прибыл с дачи, на задержании отсутствовал).

—  Мы нетс из РИГ, виа ГРЕЙТ БРИТЕН! Немедленн отпусть нас и наш френдс Спайдер энд Рюнев!

— А может, ты, Рыжая, из РИО-ДЕ-ЖАНЕЙРО?! А?! Мама, я сейчас заплачу! — Главный мент театрально сует им свою рожу, остальные менты ржут и поддакивают начальнику.

—  Ю Кен РИНГ май фаза и звонить мой МАМА в амбасада! — Она называет номер посольства, диспетчер автома­тически набирает.

—  МАМЕ?! МАМЕ звони, я очень хочу говорить с тво­ей МАМОЙ (на сленге это хозяйка проституток). — Все мен­ты ржут, главный мент продолжает театральный гламур, из окошка диспетчера ему передают трубку.

—  Мама?! У нас тут ваша ДОЧУРКА! БАРБАРА, она же БАРБОСИК! Мамусь, ты щас быстренько приезжай и еще та­ких дочурок привези. БАБАНЬ! Адресок запиши: отделение милиции № X, в район Сретенки...

Барбара вырывает трубку и быстро выпаливает шквал телег: маза, хелп ми, ай эм ин полис, ай воз ин концерт, ай эм ин Сретенка и т. д... Диспетчер разъединяет их...

Главный мент сует им два пальца, по типу как в филь­ме «Джентльмены удачи» — «У-ТЮ-ТЮ, моргалы выколю», телки отчебучивают дикий пируэт.

Одна кусает босса за палец, другая бьет по яйцам, тре­тья царапает рожу, менты бросаются на них, начинается ад­ский визг, бешеные вопли, ор! У начальника хлещет кровища, весь пол в крови, он сам орет, мочилово, возня. Их растаски­вают по камерам, у одной англичанки падает сумочка, отту­да вылетает ксива...

На бешеные крики выходит седой мент с усами, он безу­частно смотрит на все, поднимает ксиву и ох...вает: РЕАЛЬ­НЫЙ ГРЕЙТ БРИТЕН. Он сует ее в рожу начальнику, тот бледнеет, даже бледнеет кровь, у него плохо с сердцем, ему вызывают «Скорую помощь». Начинается аццкий перепо­лох... Приезжает КГБ, машины ДИПКОРПУСА, все извиня­ются, всех выгоняют нах, кроме Саббата... Небольшим мобом бредем в сторону особняка.

Около особняка жирно стоит «Бентли», оттуда выска­кивают рыжие-конопатые, бросаются к нам, мы обнимаем­ся, целуемся и орем УРА! Близится рассвет. Маза и фазер на английском посылаются в Ад, поднимаемся ко мне на ФЛЭТ: пьем, курим травку, танцуем и т. д...

КГБ И РОК-ЛАБОРАТОРИЯ

Утром мы покатили на дачу с англичанками, ох...вшие, ехали в электричке с урелами в концертных и лондонских прикидах, в тамбуре курили ПЫХ, чуть не подрались с уре­лами.

Бродили по берегу громадного озера и жгли костер, жа­рили шашлык, выпили всего одну бутылку «Whisky». Девуш­ки читали Шекспира на русском языке, а я — тексты Iron Mauiden на английском. Все было очень романтично, жирная партийная дача, банька, камин и большие кровати. Англичан­ки интересовались, когда из командировки приедет папа Рунева...

Через два дня я приехал в Москву, первым делом мы ре­шили эвакуировать аппаратуру, менты повесили тот замок, который купила телка, один ключ был у меня. Сорвали печа­ти и зашли в помещение, быстро погрузили аппаратуру в так­си, но далеко уехать не смогли. Толик Тбилиси позвонил в ментуру, нас снова приняли. В ментовке мы встретили Саббата, его, наверно, пытали, он выглядел не очень, мы дали ему пачку «Явы». Через три часа нас всех вместе с Саббатом от­пустили, я решил двинуться в особняк, но было уже поздно. Там вовсю шел обыск, из окон вылетали матрасы, подушки и пластинки металла. Мы позырили со стороны, покурили, было немного грустно, и разбежались по домам...

Дома все было пока тихо, родители были не в курсах. Се­стре я сказал, чтобы она не подзывала меня к телефону, два раза звонил стремный голос. Я собрал вещи и отправился в бега, впрочем, это было не очень далеко. Моя подружка зави­сала на квартире тети, в 10 минутах езды, я отправился туда и неплохо провел время — двое суток. Потом я устал от нее и вернулся «гоу хоум».

Вскоре позвонили, я забыл про шифр и взял трубку, зво­нили ОТТУДА! Сказали, чтоб я завтра приперся на Лубян­ку, в КГБ.

Сестра погладила мне рубашку, а мама галстук, я оделся и пошел, папа выдал папку с коммунистическими газетами, где я писал статьи о плохой жизни в СССР. По дороге я думал: если меня отправят в концлагерь, Сева Новгородцев из «ВВС» расскажет об этом или нет?

От Китай-города прошелся пешком, в приемной меня уже ждали двое людей в дорогих пиджаках с правильными чертами лица. Они были очень вежливые и корректные, го­ворили не спеша, тихо и вежливо.

Началась стандартная процедура:

Имя, фамилия, откуда появился, че там делал, зачем спи­лил замок и т. д.

Ответ такой: — Фамилия такая, замок упал сам, рубил на гитаре, не знаю никого, познакомился на концерте.

Вопрос: — Есть сведения, что вы со всеми теми постоян­но бухали в «Ладье»!

Ответ такой: — Возможно! Я хожу в разные пивнуш­ки, это законом не запрещено. Люди бухают, ведут шутей­ные разговоры, паспорта не спрашивают, после водки хер че вспомнишь — кажись, про рыбалку говорили и как от пацана телка ушла Маруся.

Вопрос: — Маруся с Дерибасовской или с Арнаутской?

Ответ такой: — Ее, наверно, не Маруся зовут, а может, Надя. Я вообще-то музыку люблю и рок играть на гитаре...

Вопрос: — Вы исполняете песню фашисткой группы KISS «Ай воз борн, фо ловин ю, бейби»?

Ответ: — В фашизме я не разбираюсь и песен таких не исполняю. У нас свой репертуар.

Вопрос: — Сколько у вас песен советских композиторов?

Ответ: — У нас только русские песни. Я — русский!

Вопрос: — И по паспорту и в душе?

Ответ: — ДА! Я РУССКИЙ!

—   Ага, отлично! Распишитесь. — Формальности закон­чились.

Заходит старший, солидный мужчина, интеллигентный, современный:

—  А как поживают актрисы из Риги?

—  В Юрмалу уехали, на конкурс молодых талантов. Рай­монд Паулс им песню сочинил, в джазовой обработке: «Под­московные вечера...»

—   Ну, если в следующий раз вам вздумается привлечь дочь посла США к уборке улиц в центре Москвы, пожалуй­ста, проинформируйте. А хотя лучше из ваших «Московских Новостей» репортеров позовите, пусть репортаж сделают: «Свободный труд на благо МИРА!»

—  Хорошо. Только Амалия — внучка бедного фермера из Техаса!

—  Вот и я говорю, дочка нефтяного магната! Амалия! Ка­кое романтическое имя!

—  Магната???

—  Ну вы общайтесь. До свидания, Сергей Евгеньевич.

Молодой разрешил мне закурить, мы разговорились на

абстрактные темы, он спросил:

—  Почему молодежь не любит советский строй?

—  Коммуняки рок запрещают, а Пугачиху слишком мно­го крутят! А кому такая понравится? Только толстым теткам из буфета, которых никто не е...д.

—  А София Ротару? Или Валерия?

—   Она грустная. Если ее трое парней, например, будут пороть, она наверняка станет плакать, а кому нужны такие — печаль и слезы?

Следователь аккуратно все записал.

В конце разговора я спросил:

—  И что нам теперь делать?

—  Да без проблем! Рубите себе на здоровье. Залигуйте тексты, вступите в РОК-ЛАБОРАТОРИЮ и — полный впе­ред!

—  В РОК-ЛАБОРАТОРИЮ??? А что это такое???

—  Вот вам телефон. Ответственный сотрудник там все и расскажет. Он специалист в этом деле. Да здесь и недалеко, на другой стороне площади, рядом с ГУМом. — Он каллигра­фическим почерком начертал:

«БУЛАТ ТУРСУНОВИЧ. ЕДИНЫЙ МЕТОДИЧЕСКИЙ ЦЕНТР. Тел 95Х-ХХ-ХХ».

—  А аппаратуру забрать можно?

—   Да сейчас прямо и забирайте, а то украсть могут и какому-нибудь барыге продадут, например, из ресторана в САЛТЫКОВКЕ!

—  В Салтыковке???

Когда я уже уходил, он догнал меня в коридоре и сказал:

—  Сергей! Только не пытайтесь искать Толика.

—  Почему?

Следователь помялся и сказал:

— Он уехал в ТИФЛИС!..

P.S. Анет, Барбара, Сюзи — оказались молодыми стаже­рами английской разведки МИ-6, их выдворили из СССР в начале июля 1985 г., в преддверии Московского международ­ного фестиваля молодежи и студентов.

Папа Рунева — оказался тайным сотрудником МИД и агентом ГРУ в Афганистане (1977—1989).

Директор ЖЭКа № 2 товарищ Ежов вернул мне все день­ги, которые я ему отчинял в течение полугода, а также аппа­ратуру.

Начальника отделения милиции на Сретенке отправили с понижением в Салехард.

Булат Турсунович — залитовал все тексты песен «Корро­зия Металла», принял в РОК-ЛАБОРАТОРИЮ и разрешил играть концерты.

Отец Никодим так и остался вечным мистическим ГУРУ бесконечного и мрачного московского андеграунда.

Сергей Окуляр — стал самым крутым музыкальным ви­деопиратом.

Дима Саббат — умер от бухла.

Очкастая Амалия — влюбилась в меня по уши, предлага­ла уехать в Америку, она рыдала на даче у Никодима, но по­сле литовки текстов я решил остаться здесь. Тогда я еще не разбирался в нефти.

Столяр — как и Порфирий Иванов, был заколот в крезухе галопередолом и вскоре умер.

Сева Новгородцев — много раз приезжал в Россию, про­должает делать музыкальные передачи на ВВС и по сей день.

Пугачева — пляшет до сих пор на телеканалах и руково­дит всем шоу-бизнесом.

ФЕСТИВАЛЬ МОЛОДЁЖИ. МОСКВА. 1985. ИЮЛЬ

В связи с невозможностью репетировать и давать кон­церты, я решил остаток лета провести в тусовках и путеше­ствиях. Первой позицией в моих планах был — Фестиваль Молодёжи. Как и вся модная тусовка Москвы — 1985года, с этим фестивалем мы связывали большие надежды. Фестиваль был организован и продавлен силами мутившими Пе­рестройку, то есть « КГБ — ЦРУ», целью которого, было по­казать большевистской молодёжи как можно жирно жить и отдыхать. Заложить в их идеалистическом молодёжном соз­нание стремление к свободе и модному западному стилю, че­рез крушение СССР, а потом всех неебад. Если ЦРУ хотели просто напросто частично развалить СССР и не испытывать тотальной угрозы от амбициозного монгольского медведя, то хитрицы из ГБ строили другие планы. Неоновые картинки, жвачка, джинсы, ларьки и Черкизон — это для народа, а заво­ды, земля, нефть, казино, топ модели и газ-труба, чтобы при­надлежала им, такой план, который мутился 25 лет со всяки­ми тактическими ухищрениями. Конечно, этот план изначала задумывался как бы на благо России, что типа всё будет нахо­дится в надёжных руках и по чёткой схеме, но обстоятельст­ва и человеческий фактор, изменяет ход истории.

Так вот, с начала весны 1985г в Москве развели частич­ную жуть, начались постоянные облавы на неформальную молодежь, диссидентов и деклассированный элемент. Людей пачками отправляли в отпуска и за 101 километр. КПСС дей­ствовало по схеме ФМ -1956г — тотальная зачистка Москвы от «всех нетаких» и от жителей. Но, в этот раз, всё было по-другому, по Брежневской очковтирательской схеме. Все ре­прессии в основном были поверхностны, чисто для ГАЛОЧ­КИ, полностью абсурдными или имели обратный эффект: — был СОВЕТСКИМ стал АНТИСОВЕТСКИМ. Чем больше нас винтили в ментуру, тем абсурднее становился СССР и тем больше нам хотелось слушать Севу Новгородцева, жевать жевачку, слушать метал и сразу ломитца к иностранцам.

МОДНЫЕ БЕЛОГОЛУБЫЕ БОМБЕРЫ

Вощем за весну и лето 1985 г, массу народу посадили в психушку, другие срулили на время ФМ-85 в КРЫМ, а мы ре­шили остаца, а перед этим шифровались. Пару недель мы за­висали у тёлок, не ездили в центра или тока в лес. Вскоре вы­яснилось, что молодёжной агентуре КГБ — «Берёза» и комсюкам, будут выдавать модные «белоголубые бомберы» и спортивные портки. В портках шастать было не в кайф, а вот «бб» мы тутже приобрели у спекулянтов за дикий прайс. Тем временем комуняги, нагнали в столицу целую кучу провинци­ального быдла и комсюков, которые дико офигивали от сто­личных приколоф и ваще не врубались. С помощью «ББ» или Метал прикида, наебать их было проще простого. Например, тупо идёшь на кино фестиваль или на футбол в Лужники, в кармане джинсовой жилетки — пачка «MARLBORO», майка «IRON MAIDEN», чёрные очки и прочий рок стаф, в момент прохода без акцента пересказываешь кенту песню АСДС — «щиз гат ту джек». На входе менты и лимита моб:

— Бля смотри! Битлы Идут! Точно иностранцы!

От страха и благовения они даже проходки не спрашиваюд. Вощем на «ФМ-1985» мы повеселились на славу! От­пороли целую кучу американ гёрлс, наутюжили массу жирно­го стафа и винила, а также прорубились на рок угаре. Не буду грузить про все мероприятия и концерты, а тока про концерт в театре ЭСТРАДЫ(напротив КРЕМЛЯ справа, где знамени­тый Дом на Набережной)!

ПАНКИ В ГОРОДЕ

Когда мы там нарисовались с тремя Амирикосовскими тёлками, там было уже семь кордонов Ментов и «БЕРЁ­ЗЫ» (молодёжное крыло ГБ, по типу «НАШИ»). Чудом просо­чились, и вот мы уже в зале, я даже представить себе не мог, что нас ждёт впереди. Я был в шоке, практически как папуас на пироге, при встрече с Линкором ТИРПИЦ! Когда открыл­ся занавес, на нас обрушился шквал панкрок металла! Рубила убойная финская панк группа «Ля Мурдер». Я впервые услы­шал Европейский звук и увидел свободное поведение на сце­не! Всё было супер — аналоговая деревянная аппаратура — супер гормкий звук, дикое рубилово и угар. Весь зал вскочил с бархатных кресел, рубился у сцены и слемовал. Комсюки в виду обилия иностранцев, боялись помешать процессу уга­ра и в стороне бросали злобные взгляды. Я знал их подлую тактику «Винт авто Пати», поэтому мы забились с девками у метро, а сами поломились в дабл. Мы вылезли в окно на ули­цу и через задний двор растворились в темноте.

После этого концерта, РОК стал для меня неотемлемой частью жизни! Мы были под глубочайшим впечатлением и продолжили вечер в ресторане «Прага», куда нас любезно пригласили Американ Гёрлз. Выпили и закусили на славу, в изысканной обстановке.

ГУДБАЙ АМЕРИКА

Две недели «ФМ» кайфа, пролетели в одном вихре и в одну секунду. В одно утро я проснулся с дикой тоской и по­нял, что РАЙ кончился навсегда, Фестиваля больше нету. Нет клевых тусовок, концертов и кино примьер, стало груст­но. Вскоре выяснилось, что наши щедрые американки, тоже сваливаюд через неделю в Штаты. Несколько последних дней мы с ними зависали у Никодима на даче, варили цветочный чай, курили пых, пили Грузинское вино, поролись и слушали музыку. Последняя ночь была душераздирающая, одна деви­ца была дико в меня влюблена, она постоянно рыдала и гна­ла телеги:

—  Спайда! Поехать с нами в Америка! Камон. Я теб про­сить! Пожалайста! Плиз! Я сделать все докьюмент, я всё для теб делать...

—  Прости меня бейби! Но нас ждёт РОК РЕВОЛЮЦИЯ в СССР! Рев наших гитар поднимет молодежь! Мы сметём их ИМПЕРИЮ ЗЛА!

—  Тебья посадьють в тюрьм, надо бежать! Теперь! И мы би фридом! Толь виа тугева!

—  Ну подумай, андестенд ми? Ну куда я их брошу — Ни­кодима, Борова, Костыля, сестру Натаху, Лунева. Я парням обещал, что мы сделаем настоящую рок группу! Они все надеютца, и что я их теперь кину, дам обратку? Типа, как тока первый концерт обломали, так он сразу соскочил... — вощем, я отнёся беспечно к предложению американки и поступил в стиле тенейджерского самоуверенного экстремизма.

МАКУЛАТУРА И ПУТЕШЕСТВИЕ В КРЫМ. ЛЕТО В ГУРЗУФЕ. 1985

ВОЛШЕБНЫЙ ТРЕУГОЛЬНИК

Через несколько дней, когда уехали американки, ста­ло совсем мрачно, мы стали чесать репу, что делать дальше. И тут звонит Лунёв, он сообщил, что все хиппи давно уже тусят в Алуште на море и что надо ломитца немедленно туда. Я не представлял себе, где эта Алушта и на каком континете, решил провести маркетинг, стал собирать сведенья и слу­хи. Позвонил Саксу, он рубил в ресторане гостиницы «Ялта» и должен был быть в курсах. Сакс сказал, что Додик якобы уверяет, что надо ломитца в Гурзуф, он рядом с Алуштой и что именно там вся туса. Я обзванил ещё 20рыл, после разговороф выяснилось, что всё вертитца в треугольнике: Кактебель — Алушта — Гурзуф.

БОМБИ ОБЫВАТЕЛЕЙ!

В один вечер мы собрались на Китай городе, купили портвенюги и короб пыха. Покурили, выпили и стали решать как быть, куда ломитца и как угарно провести остаток лета. Мы уже были пару лет в тусовке и имели представления, что из себя представления панк-хиппи лагеря.

Палаточный городок, например в лесу, около реки, око­ло моря или на горе около моря. Плюсы: Масса людей со все­го СССР, Романтика, Угар, Ночной угар и Ночная Романти­ка, Природа, Песни под гитару, Костры, Бухло, Пых, Нудизм и Свободная Любовь, БЕСПЛАТНО — место для палатки и Дикорастущий МАК.

Минусы: Жара или Дождь, ноль питьевой воды, анти­санитария, ШИРЯЛОВО, ОБДОЛБАННЫЕ ЛЮДИ, ЛЮДИ у которых — НОЛЬ РУБ И КОП, НОЛЬ ЕДЫ и БУХЛА, воровство, МЕНТОВСКОЕ ВЕНТИЛОВО, Свободная Любовь с дико поюзанными и возможно заражёнными девками, ста­рые хипарки, набеги УРЕЛОФ-антифа, ВШИ, Мандовошки или чесотка, подозрительные люди и тд.

Борову очень понравились такие позиции как: БЕС­ПЛАТНО — место для палатки и Дикорастущий МАК, ШИРЯЛОВО, Песни под гитару, старые хипарки, Костры и Пых.

Разгорелся дикий спор и порожняковые дебаты, больше всего орал САКС:

—  Бля Боров ну и ломись к своим хипарям, нюхай клей до усрачки и еби старых хипарок, а мы лучше в Гурзуфе потусим! Снимим хату и на пляже будем угорать с портвенюгой! — Туса дико разделилась, мне пришлось вмешатца:

—  Ок! Мы поедим все вместе, а там частично растусуемся, а потом будем приезжать к Борову в гости или он к нам и будет всё заебись! Вернёмся тоже все вмести...

Я тоже больше склонялся к частично «обывательско­му» варианту, сьём хаты — ДИКАРЁМ, а потом любые дикие променады с возвращением на базу. Если есть весёлая компа­ния и угарная цель, то можно хоть по шпалам идти или спать под открытым небом, пить росу и грызть сухари. С друзьями я готов поделитца всем, кроме МОИХ СИГАРЕТ и МОЕГО КОФЕ, которые являютца личным стратегическим запасом каждого путника. Но в лагере хипарей, это всё тут же спиздят или растреляюд халявщики и паразиты.

«Бомбми ОБЫВАТЕЛЕЙ и бери у КОНФОРМИСТОВ!», а не у своих — эту тему всегда проповедовал НИКОДИМ, за это его не любили антисоветчики и хипари, но я его в этом полностью поддерживал. Мы тусили на полулигальном по­ложение, собирались в заброшенных домах и было бы непро­стительной роскошью, еслиб кто то паразитировал на теле тусовки. Каждый человек должен был внести свою лепту: принести бухла, сигарет, печенье к чаю, новые винилы, по­догнать девок, пыха, еды или хотябы свежий анекдот. Конеч­но, у каждого человека могут быть временные обстоятельст­ва, когда у него НЕТ НИЧЕГО и он даже не может выйдти на стрит, чтоб собрать бутылки, так как его могут арестовать. Но если некий СИРОТА превращает халяву в систему и даже ленитца сходить за бесплатными дровами в ЛЕС для общего костра, то такие ХАЛЯВЩКИ-ПАРАЗИТЫ всегда безжало­стно изгонялись в ад.

Поэтому лагерь «хиппи-панкоф» отпал сам собой. По­нятно, что в Америке каждый хиппи или панк ездил на ВУДСТОК ФЕСТ с золотой МАСТЕР КАРД, тогда это было мод­но. К 1985г после Андроповских репрессий в тусе оставалось мало интересных людей и в основном отпетые бродяги-маргинылы. Металическая тусовка, тока набирала обороты и имела лишь местную связь...

Вощем в конце концов мы решили ломитца в Гурзуф, а там осмотретца и разобратца как быть. Народу подписалось ехать — моб в 12 рыл, все дикие фанаты металла и против­ники совка. Ещё раз хочу сказать, я не представлял что такое ГУРЗУФ?! Где ЭТО? Как там? Что там и тд?

ЛОМБАРД «БУКИНИСТ» И МУКУЛАТУРНАЯ МАФИЯ

Ехать в путешествие без денег, мне абсолютно не хоте­лось, а денег взять было негде. Из супер дворникоф меня уво­лили, чад кутежа на ФМ извёл все накопления и заначки. Ка­кие либо многоходовки или «утюженье фирмы», требовало времени и неоправданного риска. Как я уже говорил в про­шлой книге «наш финансист» — Толмач, полностью спятил и оголтело ударился в религию. Так, что вариантов для под­нятия КУША — необходимого для беспечного Чада Кутежа было ни так много, а всего один — продать личные вещи:

Так как золота и бриллиантов у меня не было, я отнёс в БУКИНИСТ несколько дореволюционных книг из Дедушки­ной Библиотеки. «Несколько» — потому, что на большее не поднялась рука. А ещё десяток книг Советского производст­ва были впарины барыге перекупщику около магазина на По­лярной.

В Советские времена магазины «БУКИНИСТ», были по типу ЛАМБАРДА! Принимали тутже ЗА КЭШ, любые книги с титульным листом и без печатей на 14!!! странице(это значит, что она не спизжена из библиотеки). Во всех отделах приём­ки, сидели пронырливые ушлые ростовщики, они смотрели каталог, где напротив каждого издания стояла цена приём­ки. У них всё было точно учтено, даже редкие малотиражные издания от 1801 или 1901года все были там! Мне сказочно повезло, я срубил МЕГА КУШ! Томик ГЁТЕ с жирными гра­вюрами Мефистофеля и Сульфиды, от 1897г ушёл за 127руб! Плюс ещё пару раритетоф на палтос. Итого сразу целая зар­плата Советского инженера. Вдогонку хочу сказать, что люди из «БУКИНИСТИЧЕСКОЙ МАФИИ» поднимали солидные куши, это была элитная групировка. Обычно на работе они ходили в страшных обносках, в роговых очках перемотанных пластырь-лентой, а вечером разъезжали на новых жигулях, на золотых печатках, джинсе и вельвет клоузе. По всей ви­димости, часть книг, приобреталось на свои, а потом за бе­шенное бабло перепродавалось солидным коллекционерам из ВЛАСТЬ ИМУЩИх, ТОРГОШАМ и жирной СОВ ИНТЕЛЕГЕНЦИИ.

Другая, менее продвинутая, но более массовая, была — «МУКУЛАТУРНАЯ МАФИЯ», которая охватывала своим влияниям простые народные массы, торгашей из гастроно­мов, чиновников и барыг среднего звена. Вокруг так называе­мых «макулатурных изданий» стоял ПРОСТО НЕВЬЕБЕННЫЙ АЖИОТАЖ И ПИЗДАНУТАЯ ИСТЕРИЯ! Схема в об­щих чертах была такова:

САМАЯ ЧИАЮЩАЯ СТРАНА В МИРЕ

Советский человек ОЧЕНЬ ЛЮБИЛ ЧИТАТЬ! У НАС БЫЛА САМАЯ ЧИАЮЩАЯ СТРАНА В МИРЕ! Почему так? Дело в том, что в Совке совершенно нечем было себя занять. Никакова Интертеймента и досуга. В телеке шло четыре программы: по одной шёл вечный балет с педиками -»Лебединое Озеро», по другой «Спокойной ночи малыши» с одноглазой тётей Валей, по третей показывали успехи КОМБАЙНЁРОВ и гаечников, по четвёртой проводился многочасовой разбор остросюжетного шахматного поединка между ХАРЧЕВЫМ и КАРПОВИЧЕМ. По праздникам показывали ЦИРК ШОПИТО, беснование ПУГАЧИХИ и хор Бабкиной в сопровождение ЛЫМАРЕЙ и ЛОЖКАРЕЙ! Единственной отрадой были ежегодные трансляции «17 мгновений весны» со свастиками, а также хоккей с канадцами. Поэтому, чтобы чемто себя занять после работы, половина населения спивалось и резалось в домино на лавках у подезда, а остальные читали всё подряд.

Дефицит с обычными или простейшими книгами в СССР, был КРУЧЕ КОЛБАСЫ и являедся ПАМЯТНИКОМ АБСУРДА! В магазине продавались лишь сказки «ПРО КОЛОБКА», «Малая Земля — Брежнего», Ленин, Карло Маркс и Федя энгелс, «Научный КОММУНИЗМ» или скучные обезличенные мемуары ветеранов ВОВ. Кроме детского «КОЛОБКА» эти книги, вообще НИКТО НЕ ПОКУПАЛ! В каждом книжном, был особый отдел, где продавалось 5-10 супер бестеле-роф: Графиня Монсоро, Три Мушкетёра, Пикуль, 20 лет спустя, Граф Монтекристо, Робинзон Крузо и например Дети Капитана Гранта. Но чтобы прикупить эти книги, необходимо было предъявить соответствующие марки достоинством в 20 кг сданной макулатуры.

Чтобы получить марки достоинством в 20 кг, обывателю было необходимо отволочь на сборный пункт -20кг макулатуры, получить марки, купить открытку, потом поломит-ца в книжный и записатца в очередь на определённую книгу. Примерно через 5-7 месяцев, вам приходила ОТКРЫТКА СЧАСТЬЯ, нужно было сразу ломитца в магаз, купить книгу и СЧАСТЛИВОЙ рожей БЫСТРЕЙ ломитца домой. В автобусе или метро, считалось дико круто читать такой экзэмпляр, все вокруг завидовали. Ещё один момент: 50% населения покупали эти книги чисто для «мебели», они их никогда не читали, а просто красиво роставляли в «МЕБЕЛЬНЫХ СТЕНКАХ». Это было знаком престижа!!!

Вокруг этой темы существовал невьебенный и трудноконтролируемый спекулятивный бизнес: издательство, сотрудники магазов, мукулатурщики и уличные спекулянты. В магазе книга стояла З руб, с рук -10 руб, марки по 1 руб. Новинки разлетались сотнями тысяч, в лёт по 10 руб! Бедняки сдавали макулатуру, средний обыватель и мясники из гастрономоф покупали с рук по 10 руб. Даже школьников вовлекли в этот преступный бизнес. Каждый пионер и комсомолец обязан был таскать в школу не менее 1 кг макулатуры — ежемесячно, куда она потом девалась и так понятно. Мой папа, был сотрудником высшего Института Марксизма-ленинизма, курировал вопрос по странам Азии и Африки. По служебным делам нам по почте приходили кипы Совковой прессы и толстых журналоф про Научный Коммунизм. Обычно весь этот кал, я тут же здавал в школу, но тут выяснилось, что вышел новый альбом группы Black Sabbath «Haven&Hall», который на толчке у Мелодии весил -70 руб(пол зарплаты инженера).

С подачи Толмача, у меня родился грандиозный план, сдать 300 кг макулатуры, закупить «Графиню Монсоро» и втюхать её оптом, чистая прибыль должна быть 80 руб. Но я придумал БОЛЕЕ КРУЧЕ! Чтобы не морочитца со сбором и накоплением макулатуры, я планировал сдавать на ПРИЁМНЫЙ ПУНКТ — ГАНТЕЛИ и КИРПИЧИ завёрнутые в ворох газет. Проект был многообещающим и сулил НЕВЕРОЯТНЫЕ ПРЕСПЕКТИВЫ. Сначала я хотел это держать в тайне, но не смог удержатца и выдал Толмачу всё наухао, как на духу. Толмач решил присоеденитца к моему предприятию, и проверить «КАК ЭТО РАБОТАЕТ».

КРОВАЙ ШТУРМ ВТОРСЫРЬЯ ИЛИ СОВЕТСКИЙ «HAVEN&HALL»

Вместе с толмачём мы отправились на улицу Стартовую д 31, на сборный пункт втор сырья, там кучковалась небольшая толпа народа. Мы выяснили, что надо приходить в 05утра и занимать очередь. После этого мы отправились ко мне в дом — УПАКОВЫВАТЬ ГИРИ и КИРПИЧИ! За две бутылки пива, мы арендовали каптёрку вахтёра, которой заведовали два велосипедиста — Валера и Вова. Вся комната была завалена различным инструментом, шинами, колесами, тесками и рулями. Мы притащили макулатуру, кирпичи и бечевку, а потом приступили к вдумчевой упаковке с помощью весов и бизмена. Вначале мы хотели бодяжить 50/50, но через полчаса заеблись и решили мутить по крупному: 300%кирпи-чей и 05%бумаги. В завершение мы также упаковали Валерину — 16 килограмовую гирю, новые верстачные тески, а также целый мешок велосипедных балтов и гаек.

Ночью я не мог заснуть и провалился в беспокойный сон лишь к 01ночи, но постоянно вскакивал и зырил на часы, которые как будто стали идти в два раза медленнее. Наконец прозвенел будильник, я вскочил как ошпаренный и поломил-ся вниз, там уже поджидал Толмач. Готовые макулатурные брикеты мы погрузили на сдвоенные санки и как «бурлаки на волге» потащили их в сторону вторсырья. Была зима, было морозно и вот мы уже на месте. Впервую же секунду, я испытал ШОК и КРАХ ИДЕАЛОВ, там уже стояло примерно 300 РЫЛ!!!!!!!!! Black Sabbath улетал в ад, а все труды были напрасны. На помощь пришёл маститый спекуль Толмач, он быстро всё оценил и сказал тихим голосом:

— Не волнуйся Серёж, трёшку дадим и пролезем!

Я тут же взял себя в руки и твёрдо решил, стоять до конца! Мы протиснулись в толпу, записались в список, и вот на наших ладонях красуютца — №276 и №277. Мы заняли место в очереди, за нами нарисовался громадный «Детина» с тремя мощнейшими тюками. Мы скооперировались с ним и по очереди ходили гретца в подьезд. Время тянулось очень медленно и вот час «X» настал, ровно в 08 приехал грузовик и работники втор сырья: один полукавказец + «двое из ларца» или по типу из фильма «Двенадцать Стульев». В толпе произошло дикое оживление и ажиотаж, теперь я стал рассматривать массовку. Это был целый СОВЕТСКИЙ ПАНОПТИКУМ, самых чудных и уморных персонажей того времени: урела, вздорные бабы, пришибленные мужички с детьми, бабушки одуванчики, трамвайные хамы, интилегты в очках, ебанутые ветераны ВОВ, общественники и истерические тётки. Первые два часа — «ПРИЁМА», ещё было видимость порядка, но ближе к обеду стали надвигатца тучи, за всё время прошло не более 50 рыл, каждый начанал врубатца, что СЕГОДНЯ НЕ УСПЕЕМ! Толпа беспорядочно стало наседать на ступеньки и вход в контору, чтобы выйти обратно нужно было лесть по головам или прыгать с двух метрового крыльца. Потом стало ещё хуже, начались склоки, ругань и брань, а также мелкие по-тосовки и пихалово. Со стороны могло показатца, что «этот ажиотаж» связан с бесплатной раздачей квартир в «Доме на Набережной» или акций ГАЗПРОМА. Толмач стал проявлять нервность, в такой ситуации «ЕГО СИСТЕМА НЕ РАБОТАЛА», дать на лапу и просочитца было невозможно. Прошёл ещё час, началось сущее бешенство, точку в этом проэкте поставил еврейчик и грузин. Они подьехали на жигулях, вытащили тюки и полезли сквозь толпу, я не врубался как это возможно?! Разразились бешенные вопли и проклятия, НО ЭТИ ДАЖЕ через жопу смогли пролесть! Нижние стали обвинять верхних, которые пропустили этих двух, верхние огрызались, началась бешенная перебранка. И тут они вылезли из дверей, соло взял громадный «Детина — гаечник», который стоял за нами, его поддержала вся толпа:

— Жиды проклятые! Посмотрите, они уже затарились талонами!

— Мы тут с 04 утра мёрзним! А это сволота, уже без оче­реди пролезла!

Они уже миновали половину верхних, но вдруг одна бабака кинулась в грузина мелким тюком и попала ему в ебло, он высвободил руку и хуйнул обратно, но попал в бешенную тётку! Та захуярила свой тюк, который ёбнул по башке еврейчика и срикашетил в ветерана ВОВ, ветеран вытащил клюку и бросил в нижнюю толпу, а еврейчик сорвал ушанку ВОВоца и кинулся в ГРОМАДНОГО ДЕТИНУ. И тут понеслось:

— Ты в каво кидаешь?! Бей Жидоф! Спасай Рассею! — Детина поднял громадный тюк и ебанул в верхнюю толпу, его примеру последовали все остальные, шквал тюков обрушился на верхних. Вопли, крики, АД! Мне всё это дико понрави­лось и я заорал детине:

— Бери наши тюки и кидай тоже!

«Детина» как катапульта стал хаярить тюками с гирями и кирпичями, быквально через несколько секунд приступок к двери превратился в кровавое бумажное месиво. Груда человечиских тел простиралась на несколько метроф вокруг. Многим пробили черепа, сломали в давки руки, ноги и рёбра. Дико не повезло ветерану, его схавтил приступ, еврейчику сломали шею, а грузина рвала и избивала озверелая толпа примерно из 40 тёток и мужикоф. На бешенные вопли из конторы высунулись — начальник полукавказец и его два подручных, я посмотрел на санки, там стоял последний тюк с 16 килограммовой гирей. Я окликнул «ДЕТИНУ» и указал на тюк, не долго думая он схватил снаряд, поднял над головой и с дикой силой ебанул в сторону двери, откуда торчали бошки служащих. Одним ударом он уебал всех троих! Как тока полукавказец и «двое из ларца» были вырублены, «СОЛО» СЫГРАЛ Толмач! Он быстро взбежал по телам и юркнул в проломленную дверь конторы. Он всё успел за считанные секунды, я всё понял по его фейсу, мы тут же сиганули прочь.

Прибежав в коптёрку, Толмач достал целую кипу МАРОЧНЫХ ЛИСТОВ, там было несколько ДЕСЯТКов ТЫСЯЧИ КГ, мы их тут же поделили и отправились в книжный. Купили чемодан книг, тут же его втюхали и разбежались по своим делам. На октябрьскую я успел в самый притык, спекулянты планировали разбежатца, достал 70 руб, взял винил и был такоф. В тотже вечер «Haven&Hall» был поставлен на иглу.

ПОДМОСКОВНАЯ ТОЛКУЧКА МЕАОМАНОФ

Вощем после реализации книг у меня собралось около 270 руб, но на всякий случай я хотел большего. Ещё один мо­мент: у Борова как всегда не было бабла, надо было его частич­но проспонсировать. Стал шарить глазами по стенам и стен­кам, мой взор привлекли: постеры, винилы и немецкие потрё­панные журналы «METAL HAMER». Винилы это была самая жесть! С ними я не хотел растоваца даже на миг, но судьба го­ворила «ПРОДАЙ частично ИХ!». После долгой перетусовки я выбрал 15 шт, потом отсел ещё десять, осталось пять. Я хо­тел так и решить, но когда утром я трезво взглянул на вещи, то сразу врубился, что за этот стаф не получу и САНТИМА! Пришлось выставить на продажу не только любимые посте­ры «IRON MAIDEN», но и мешок с клёпками, а также топывые винилы по типу: ACDC, ROLLING STONSS, AEROPLAN JEFERSON, двойник MAMAS&PAPAS и GIRLS CHOOL!

Рано утром, примерно в 12-00 мы с Лунёвым встретились и поехали на Рижскую, где сели на СОБАКУ и отправились в НОВОПДРЕЗКОВо. В начале всё было заебись, меломаноф и металлистов собралось около 2000рыл, все были радо­стные и в лёгком угаре. Постоянно подъезжали новые элек­трички. Я торговец плохой, за постеры, клёпки и АСДС уда­лось получить сущие копьё не более 25 руб. У меня осталось сумка с винилами и горстка самопальных значков «1М»(сделана из ФМ фурнитуры). Но тут случилось страшное, НА­ГРЯНУЛИ МЕНТЫ! Причём самое интересное, что «ВИНТ» происходил в виде «ВОЙСКОВОЙ ОПЕРАЦИИ»!!! Они поя­вились длинной цепью из-за железнодорожного полотна, по­слышались дикие вопли «ОБЛАВА!», «ТИКАЕМ» и «СПА­САЙСЯ кто МОЖЕТ»! Мы с Лунёвым сиганули как молодые олени с этикетки старорежимного немецкого пива «Васер бир», путь лежал через громадное картофельное поле, кото­рое три дня подряд молотил ацкий ливень. Когда я оглядел­ся, впереди и сбоку бежали тысячи людей, все они утопали в грязи, в грязи утопали модные винилы и свежие «METAL HAMERbi». Многие в панике бросали свою поклажу и тыся­чи советских ботинков втаптывали в русскую землю нетлен­ные труды — Ричи Блэкмора, Тома Айоми, Джеймс Хетфильда и Харриса из Айрон Мейден! Мы все бежали, от ментоф, такая была игра. Бежать — спасать себя и Музыку ПРОТИВ СИСТЕМЫ!

Подмосковная глина очень липкая, у меня засосало ADIDAS, сначала я хотел ломитца в одном шузе, но трезво оценил ситуацию и вернулся назад. Менты уже достигли се­редины паля. Я с трудом нашёл свой ботинок и стал в спешки завязывать шнурки, менты надвигались. Шнурки АЦКИ НЕ ЗАВЯЗЫВАЛИСЬ! Это всегда КОГДА НЕРВЯК! Я взял себя в рку и дал установку: ОНИ БУДУТ не раньше 2 минут, ВОЗЬ­МИ и завяжи ШНУРКИ! Я сделал ЭТО и завязал шнурки, пе­редо мной валялось куча дорогих винилоф, постероф «Твистер Систер» и куча значков «Мотли Кру». Я не спеша упа­ковал брошенный товар в свою торбу, а когда кроем глаза увидел приближающихся ментоф помчался в сторону дерев­ни. Всё произошло в считанные секунды, и вот я уже с толпой снова ломлюсь через поле. Пред нами жидкий забор, Тётка с культяпкой возделывает огород, нас примерно 50 рыл, один прыжок и забора НЕТУ! Тётка в обмороке в грязи и в АДУ, мы ломимчся в ДОМ, где набиваетца 100 рыл, дом рушитца, выбиваем окна, падает крыша, я успел выпрыгнуть. Кто ус­пел, тот не опоздал, примерно 30 рыл были искалечены и сго­рели от возникшего пожара. Мы ломися на дорогу, по дороге сносим пару САДОВОДЧИСТКИХ забороф. Мы СВОБОД­НЫ! Ото всюду вылезают меломаны, дикая радость и ожив­ление. Справа падает ТУБЗИК, туда забилось 10 рыл, не­сколько человек проваливаютца в КАЛ ЯМУ! Многие пере­мазались в дерьме. Вот и всё! В этот момент наступаед КРАХ ИДЕАЛОФ!

На просёлочную дорогу с той и с другой стороны выез­жают десятки БОБИКОФ, а справа и слева наступают кур­санты. Мы в ловушке! Пипл бросает свои винили и заокеанский стаф. Сдаёмся! Меня винтили тыщу раз, сценарий из­вестен. Пока всех принимали, я не спеша собираю жирные винилы, попалось несколько КИСОВ и АСДС — они прирав­нены к фашизму, ну чтож пусть будет так. Подходят менты, ок, мы сдаёмся. Всех погрузили в автобусы и отправили в ОМ на Речной Вокзал, кода мы туда прибыли там уже тусило око­ло 500 рыл. Всех собрали во дворе районного РУВД.

Через 20 минут всем стало весело, нашлось даже бухло. Первым разрядил обстановку видео пират Окуляр и Эдик Ратникоф(ТСІ) они предложили продолжить торги. Я тут же впарил оптом половину «Брошенного товара» и был в при­поднятом настроение. Теперь самое важное было одним из первых подвергнутца допросу и спокойно ломитца го ухом.

Я протиснулся к проходу, куда уже начали дёргать людей. Вскоре наступила моя очередь. Следак переписал паспорт­ные данные и содержимое баула:

—   Что вы делали в Новоподрезково и чем спекулиро­вали?

—  Я приехал к своей тёлке, чтоб помочь её бабушке вско­пать огород. Когда я шёл к её домику, прибежала куча мужи­ков и стали разбрасывать пластинки и значки. Я дико обра­довался и стал их тут же собирать. После этого появились сотрудники милиции и без объяснения причин, задержали меня и доставили сюда.

—   Не врите! Вы приехали спекулировать антисоветски­ми фашистскими грампластинками и теперь выкручиваетесь как уш!

—    Ещё раз повторяю: Я приехал к девушке Любе. По­тратил на электричку 40коп. Все винилы, которые подобрал с земли — МОИ! Так как люди их бросившие, сделали ЭТО по своей доброй воле, и теперь я являюсь их собственником. Соответственно их никому не отдам! Что касаемо фашизма, то в этом я не разбираюсь!

Следак дико напрягся, дал мне подписать — «С моих слов записано, верно...», а потом заорал:

—  Сержант! Этого Троцкого отсюдова в зашей!

Сержант проводил меня до выхода, к этому времени дождь кончился и я вышел на улицу, рядом с метро «Речной вокзал». Я посчитал выручку, было примерно 130 руб — ЖИР­НЫЙ КУШ! Я подошёл к ларьку купил блок сигарет «КОСМОС», вернулся к ментуре и перебросил через забор — пар­ням курева. Из-за стены раздались крики одобрения и хвала БОГУ! После этого я поймал такси и поломился ГОУХОМ.

ПО ДОРОГЕ В МОРЕ

На следующий день мы встретились в кассах ЖДтрансагенства в районе метро 1905 года и взяли плацкартные би­леты до Симферополя, каждый тикет стоил примерно 4 руб, что было меньше батла водки.

Вместе с Лунёвым мы солидно экипировались и даже в складчину прикупили кассетный магнитофон «ЭЛЕКТРО­НИКА», а также примерно 20 дорогостоящих японских кас­сет «SONY». Прибыли на вокзал и сели в поезд, тут же на­чался немереный чад кутежа, к нам также присоединились ещё несколько студентов. Утро было печальное, мы просну­лись в районе ЛОЗОВОЙ и тут же обнаружили массу про­паж. Были украдены: кассеты, Электроника, рюкзак Додика, ласты САКСа, майки и джинсовки, но и самое главное БоТИНКИ — металлиста ВИЛЛИ!!! Несмотря на потерю ЭЛЕКТРОННИКИ и модных ЛАСТ мы с САКСОМ ржали целый час — Как ВИЛИ поломитца босиком? В этот момент у меня попёр креатив, я решил смастерить для ВИЛЛИ —модные ботинки. Для создания шузоф, я использовал: пластырь, га­зеты, пакеты из под молока, а также куриные кости для ди­зайна. Когда Вилли одел модные КУРИНЫЕ шузы, мы ржали примерно два часа, даже Боров и Слейд ржали! В таком при­ятном времяпровождение, мы добрались до Симферополя, где было 01 часа НОЧИ!

Нас было 12 рыл: Я, Лунёв, Лысый(ДИВ), Боров, Сакс, Додик, Слейд, Ганс, Баярский + 3 угрюмых металлиста, в их чис­ле ВИЛЛИ. Кода мы вышли на перрон, то снова чуть не умер­ли от смеха над ВИЛЛИ, но скора, стало не до смеха. Подбе­жал какой-то СИСТЕМНЫЙ ПАНК и сообщил, что лагерь в Алуште повинтили МЕНТЫ, всех винтят и НАДО СКИПАТЬ в Одессу! Заебись, спасибо не надо, мы самонадеянно поло­мились на привокзальную площадь, где нас тут же и приняли! Местные менты были более агрессивные, но провинциалы, их можно было вмиг развести, так и случилось. У нас всех тут же изъяли ксивы и уже хотели конвоировать в отделение, но тут подъехал полностью набитый автобус «ИЗ АЛУШТЫ». Там сидела целая орава панков, хипарей и металлистов — как се­лёдки в бочке. Тогда я впервые в жизни увидел ХИРУРГА, он солидно тусил в этом автобусе вместе с ЧЕГЕВАРОЙ и Его­ром Зайцевым(сын модельера Зайцева). Из автобуса доноси­лись песни, крики и угар, я так понял, что менты сами не зна­ди, что с ними делать? Поэтому я тут-же взял слово:

—  Товарищ лейтенант! Тут дело такое, мы Москвичи, род­ственники солидных чиновников ЦК КППС, наши СОВЕТ­СКИЕ родители отправили нас отдыхать! К тому же у нас сын известного актёра БОЯРСКОГО, а у ДОДИКА папа из КГБ с Лубянки —работант полачём. Что мы им скажем, если вы нас, например арестуете? Мы едим в санаторий, по путёвке Министерства Обороны, где будем тише травы — ниже воды, тем более дальний родственник ВИЛЛИ — Михаил Сергее­вич Горбачёв, он объявил перестройку, которую мы несём!

Мент посмотрел на ШУЗЫ ВИЛЛИ и на прописки в пас­портах — ВСЕ МОСКВИЧИ! Целый ворох мыслей, неверно пронёсся в его мозгах и наверно закончился вердиктом — В ПИЗДУ ЭТИХ эбанных МОСКВИЧЕЙ:

—  Свободны! Тока в АЛУШТУ ненагой!

—  Есть! — Я взял кипу паспортов и раздал парням.

ПТИЧИЙ ПАРК

Первый автобус в сторону Ялты стартовал в 4 утра, нужно было как-то убить время, на другой стороне привокзальной площади находился «ПТИЧИЙ ПАРК». Мы решили просле­довать туда, где и расположились на скамейках. Некоторых людей стало дико морить в сон, но мне хотелось продолже­ние банкета, вместе с Саксом, Додиком и Лунёвым мы отпра­вились на поиски бухла.

Мы примерно 30 мин скитались по тёмным улицам, пока не напоролись на таксиста. За 5 руб он отвёз нас в таксопарк, где впарил три батла портвенюги и одну водку. Когда мы приехали обратно, то вся тусовка дико дрыхла на скамейках. Я был в ярости, у них могли украсть наши вещи, но тут-же простил, так как чуть не умер от смеха! Они все были ОБОСРАНЫ! Дело в том, что в Птичьем Парке, на деревьях тусило десятки тысяч различного типа пернатых, которые по­стоянно срали. Как тока туса угомонилась и заснула на ска­мейках, птицы принялись за свой привычное дело — галдеть, поротца и срать с веток. Больше всего был ОБОСРАН — ВИЛЛИ, ОН был весь СЕДОЙ от ПТИЧЬЕГО ПОМЁТА! Мы пили портвенюгу и ржали, а потом забыли им сказать. В 04 вся туса попёрлись на БАССТЕЙШН, туристы дико офегивали над ОБОСРАННЫМИ людьми, а мы дико ржали! В авто­бусе я почти сразу дико уснул.

УТРО В ГУРЗУФЕ

Не знаю, как долго мы ехали, кто-то растолкал меня, я очнулся, на автомате схватил баул и вышел из автобуса, кото­рый тут-же уехал в сторону Ялты. Мы остались в кромешной тьме и гробовой тишине, всюду стрекотали сверчки — сли­ваясь в бесконечное сверчковое эхо. Периодически чёрный мрак пронизывали зловещие вопли филина и горного шака­ла, от которых становилось не по себе. Все молча, закурили свои сигареты, каждый хотел, но боялся спросить — «ГДЕ МЫ?». Действительно, я тоже не понимал, хотя бы прибли­зительно, что это за местность? Горы, лес, овраг или дорога через неведаное поле Чудес. Чтобы разрядить обстановку я обратился к Лунёву, чтобы он достал фонарик, кстати у Боро­ва тоже нашёлся фонарь. Начал угар Сакс, он вырвал фонарь у Борова и посветил на ВИЛЛИ:

—   Смотрите! Чижи и канарейки обосрали Вили! Он те­перь будет работать приведением! — Мы все посмотрели на Вили, он стоял в курином шузе и с ног до головы был обосран белым птичьим помётом. Мы ржали минут десять, пока из темноты не появилось реальное приведенье, которое с ка­ждой секундой надвигалось всё ближе и ближе! На миг все в ужасе застыли и окаменели, мы направили фонари и тогда оно заговорило — хорошо поставленным оперным голосом:

—  Матильда! Я ждал этой встречи с тобой! — это был из­вестный Гурзуфский тусовщик Гарик Прайс, который завёр­нутый в простынь шёл пешком из Ялты. Он был выпиши из­рядно. Когда он врубился, что перед ним стоит волосатый моб из Москвы, он тут же громовым голосом запел песню Лед Зепелин с первого альбома, спел куплет и побрёл дальше в ночь, мне пришлось его окликнуть:

—  Чувак! А где Гурзуф? Куда ломитца?

—  К морю! Идёмте к морю!

Мы тут же схватили пожитки и поломились за просты­ней. Через пол минуты я понял, что мы начали спуск с каковата пригорка, слева были деревья, мы их огибаем и ТУТ ПРО­ИСХОДИТ ЧУДО! Первый проблеск солнца изза Медведь Горы озарил убойную панораму! Мы Находились ВЫСОКО в горах, а перед нами на десятки километров простиралось море! Это был поистине шок, такой картинки я просто не ожидал увидеть! Мы оказались, словно на другой планете, в чудесной стране из книжек Киплинга или на краю вселенной! Светало прямо на глазах, и каждую секунду нашему взору от­крывались невероятные подробности волшебных очерта­ний Крымской природы! Все дико оболдели и были в неопи­суемом восторге, мы спускались около 30 минут, по дороге к модному пансионату Спутник (международный молодёжный лагерь), а когда добрались до набережной было уже абсолют­но светло: так вот значит, КАКОЕ — ОНО МОРЕ?!

Мы тут же очутились на гальке и бросились в МОРЕ, ПОИСТИНЕ оно БЫЛО ПРЕКРАСНО! Я как заново родил­ся и 5 минут дико барахтался в теплейшей воде, тем време­нем Сакс, Додик и Боярский схватили Вилли и потащили на волнорез, под общее одобрение и улюлюканье его сбросили в море и он тут же пошёл ко дню. Сакс дико орал:

—   Отмойся от птичьего кала, тока смотри, чтоб чайки тебя снова не обосрали! — когда Вилли пытался подплыть к волнорезу Сакс и Додик стали на него сверху даблитца, не­сколько смачных струй прошлись по его башке:

—  Смотри Вилли! Нептун дико недоволен тобой и посы­лает тебе ЗОЛОТОЙ ДУШ!

Все дико ржали, а потом я вспомнил, что у нас осталась заныканная бутылка водки, каждый сделал пару глотков ВО СЛАВУ НЕПТУНА! Тут же наступила быстрая водочная эй­фория, стало настолько в кайф, словно БОГ ПОСЛАЛ МАН­НУ НЕБЕСНУЮ! Но кайф был не так вечен, вскоре подня­лось солнце, спирт испарился в утренней свежости и первые ручейки обывателей стали подтягиватца на пляж. Нужно было подумать о «ТОЧКЕ Базирования», поэтому мы собра­лись и двинулись в сторону МИФИЧЕСКОГО ПЯТАКА.

КВАРТИРНЫЙ ВОПРОС.

ЗДРАВСТВУЙ, КРАСНОКАМЕНКА!

Вскоре мы пришли на «пятак», там уже тусили мерзкие бабки и несколько конкуретов-ДИКАРЕЙ, они тоже хотели снять жильё. В первичном маркетинге, мелких переговорах пролетел час, время было уже — 09, а мы так и не сдвинулись с места. Прошло ещё пару часов, а мы так ничего и не сняли, все от нас шарахались! Бабки и рээлтиры дико от нас шара­хались и ни какие уговоры не имели эффекта. Ещё бы: 12 — ОГОЛТЕЛЫХ ТЕНЕЙДЖЕРОФ, ну кто такую ораву возьмёт к себе? Наверно нас могла поселить, тока служба по «СНОСУ ВЕТХОВА ЖИЛЬЯ»!

Время уже был полдень, началась жара, толпы людей уже пять раз побывали на пляже, а мы всё сидим с баулами. Мно­гие впали в самое мрачное уныние, возникли даже мелкие распри и обвинения: «НАДО БЫЛО ЛОМИТЦА под АЛУШ­ТУ», «Нахер мы послушались Паука» и всё в таком классиче­ском духе, пришлось навести порядок:

—  Пожалуйста, кто хочет может ломитца под Алушту — МЕНТОВСКАЯ ОБЛАВА ЖДЁТ своих героев! Вам будет предоставлен комфортабельный «ЧУМОВОЗ» до Симферо­поля или до Джанкоя, где вас отпиздят местные урела, а по­том отведут на экскурсию в ПТИЧиЙ ПАРК! А мы как раз с Лунёвым и Лысюком, щас прекрасно устроимся, вон у той бабки и уже через пару часов, будем бухать и пороть тёлок из Харькова! — в этот момент соло взял Лунёв:

—  Паук, я согласен! А чё? Мы в троём, щас в миг впишимся на флет, а эти пораженцы пусть ломятца в Джанкой — за­горать на Севаше!

В лагере «Дисидентов», тут же возникло замешатель­ство:

—   Да ладно, мы это так! Уж вместе приехали, давайте вместе и тусить....

—  Хорошо, но прощаю в последний раз! Кстати, мне, на­пример, Вилли, за куриные 1ПУЗЫ должен 2 рубля.. Вощем, щас, быстро сьебитесь отсюдова, спрачьте свои хаера и май­ки с черепами: — туса угрюмо собрала баулы и спряталась за углом. В этот момент, подкатил битком набитый -ацкий ав­тобус Лиаз(1956года выпуска), он был весь разьёбан и непо­нятно как ездил по горам. На его борту красовалась табличка с надписью — «КРСАНОКАМИНКА». Мы тут же выяснили, что «Краснокаменка» — ЭТО рядом, поэтому сразу подбежа­ли к автобусу.

Я тут же вычислил местного мужика, и мы с Лунёвым в два рыла принялись его грузить. Мы говорили без перерыва — 10 минут, мужик дико охуел и был словно загипнотизирован, я сделал отмашку, моб залетел в автобус и вот мы уже едем. Мы поднялись снова на трассу и ехали ещё примерно 5 ми­нут и вскоре оказались в горах, там и располагалась деревня Краснокаменка. Мы поселились в прекрасном персиковом саду, вся туса в доме, а мы с Лунёвым выбрали мелкую будку -сарай с двумя койками. Настроение тут же улучшилось, по­слали ганца в местный магаз за едой и бухлом, вообщем все были довольны!

ДЕНЬ В АРТЭКЕ, ПОД МЕДВЕДЬ-ГОРОЙ

Воощем около часа, решили ломитца на море, мы часто действовали автономно, поэтому и в этот раз вышли из дома и просто тупо всей оравой пошли в сторону моря, куда гля­дят глаза. Дойдя до трассы, мы были приятно удивлены. Пе­ред нами стоял невьебенный столб с громадными буквами — АРТЭК и башка Ленина!!!

—   Значит, вот где ЭТОТ АРТЕК! А мы думали, что он только в кино про КВАКИНА!

Тутже началось глумление и ХУЛИГАНИЗМ. Додик за­лез на стэлу и стал ссать на бошку Ленина. К надписи «Всесо­юзный Лагерь — Пионеров и Школьников», была углём сде­лана дописка «.. и ПЕДАфилоф» и тд.... На вопрос куда ло­мится в Гурзуф или в Артэк? Все единогласно проголосовали за АРТЭК, уж так дико хотелось поглумитца над «Пионера­ми и Педофилами»...

Дорога к морю постоянно петляла и вскоре нас заебла, мы решили ломитца прямиком к Артэковским пляжам, взя­ли, перелезли через забор и поломились через бурелом. Ещё десят минут и мы уже в гуще Артэковских жилых корпусов, началось глумление:

—   Мальчик дай мне пионерский галстук, а я тебе дам жвачку? Ага, спасибо!

—  А где жвачка?

—  Иди на хуй! У Додика попроси, он тебе в рот насыт!

—  Эй, мужик! А где пляж и море?

—  Вам туда! А вы, из какова отряда?

—   Мы из строительного! Будем памятник Ленина сно­сить, его Горбачёв проклял!

—   Эй вожатая — пизда помятая! Покажи сиськи, а то портвенюги не дадим!

Вощем всё в таком стиле, и вот вскоре мы добрели до Артэковской столовки. У нас половина тусовки, была пиздить — мастера. Вощем с наглыми рожами заходим, берём подносы и ломимся на раздачу, естественно обед уже закончился:

—  Эй, повар! Давай жрать!

—Обед уже кончился, а вы, из какого отряда?

—  Ты чё охуел? Мы из строительного отряда, весь день в каменоломнях памятник Ленину высекали, а старый завтра ДИНАМИТОМ будем взрывать?

—  Как взрывать? — повар охуело вылупился на «СТРОИ­ТЕЛЬНЫЙ ОТРЯД», который больше походил на УГОЛОВ­НОЕ ХУЛИГАНЬЁ! Он что то мучительно соображал...

—  Да мы вчера только из Москвы приехали, из МГИМО! Вот сын артиста Боярского, вот родственник Горбачёва, а это Додик — у него папа ПАЛАЧом — работает в КГБ! Вощем — МОСКОВСКАЯ ЭЛИТА, давай, что там у нас на ужин гото­вишь?!

—  Из Мооо-сквы???

—  Из Москвы! Чё невидно?! Давай котлеты, компот, там всякие салаты и полдник тоже давай! Кстати весь полдник — 2иЗ отряда, давай тоже нам, они ушли в горы, в поход на три дня. Еда им не нужна, они там будут лягушек ловить и на пио­нерском костре поджаривать...

—  Ну щас у меня осталось ещё пюре, рыба и немного кот­лет, остальное ещё не готово!....

—  Ты чё охуел? Как не готово? Нам, что? Начальника ла­геря позвать или лучше ПАПЕ ДОДИКА позвонить?! Ацкому ПОЛАЧУ!

—   А???? Подождите, не звоните папе! Я щас всё приго­товлю!

—  Ну вот, так бы и сразу! Давай наваливай! И побольше!

Под общую ржачку, Баярский перемахнул через перего­родку, отобрал халат и колпак у дежурного пионера и стал изображать «ПОВАРИХУ на РАЗДАЧЕ». Вощем, мы навали­ли себе кучу всего подрят и стали дико жрать, бутылки с ке­фиром и пачьки печенья «ЮБИЛЕЙНЫЕ» засунули в рюкза­ки и еле вылезли из за стола. Последний спуск к морю, был менее насыщен ацким глумлением, так как после еды всех стало прибевать ко сну. Мы нагло доползли до пляжа, иску­пались и тут же уснули на лежаках. Но поспали всего час.

ЧАЙКА-1

Я проснулся от диких воплей пионеров и оголтелых де­тей. Тихий час закончился — айда купатца. Краем глаза через кепку, я увидел несколько вожатых которые косились в нашу сторону и о чём то бубнили. Я прикинул, что они хотят вы­звать ментуру, поэтому опередил события:

—    Здравствуйте! Мы из комсомольско-строительного отряда МГИМО, приехали бетонировать памятник Ленина и скалу Шаляпина, а потом дадим шевский рок концерт.

—  Концерт??? РОК???

—  Естественно РОК! У нас же играет брать Андрея Макаревича — вон он! — я показал палцем на спящего Сакса, у ко­торого была нигерская шевелюра как у Макара.

—   Макаревич из Машины Времени??! — у них отвисли челюсти

—  Да собственной персоной, верней его брат — родной. Это он, кстати, все песни сочинил — «Новый поворот», Скач­ки, Марионетки и тд...

—  А «Битву с Дураками», он тоже сочинил?

—  Нет! Вот битву, как раз её сочинил Андрей, а нашего зовут ВАДИК!

Вожатые были в ахуе, я им рассказал ещё пару МСК баек и вскоре один из них с радостью поехал на велосипеде за бух­лом. Когда гонец вернулся, вдалеке нарисовался повар и двое ментов с пограничником, мы предложили вожатым «вечер встречь» перенести на дикий пляжь подальше от детей. Нам удалось свалить вовремя...

На диком пляже, под Медведь горой отдыхала туса из Москвы, мы скорешились и стали вместе бухать, ловить мидей и крабов. Вскоре все прилично обажрались и Додик стал ТВОРИТЬ ЧУДЕСА. В один из заныров со скалы, он умуд­рился столкнутца с чайкой и оглоушил её, вторую он паймал под водой. Я в этот момент плавал с тёлкой на матрасе и подробностей не видел. Когда мы приплыли, дичь была уже мертва, Сакс продолжал глумитца над Вилли:

— Вилли, харе тунеядствовать! Ощипывай дичь, тебе щас Паук будет новые кеды мутить — модные ГАГАРЫ!

Все ржали, а заглумлённый Вилли покорно пошёл ощи­пывать «Уток». Вощем мы угарали на скалах и бухали до 21-00, потом поломились обратно в кромешной тьме. Ночь в Южном побережье опускаетца молниеносно. Самое труд­ное, было впереди — ЕБАШИТЬ ТРИ КИЛОМЕТРА в ГОРЫ! Полностью охуевшие мы припёрлись домой в 12 часу ночи и тутже отрубились в сон. Мы проспали до трёх дня, я про­снулся первый, пошёл в тубзик, по дороге я обнаружил двух «МЁРТВЫХ УТОК», на жаре они частично протухли и ваняли бензином. Я положил их в пакет и засунул в маразилку, где они пролежали некоторое время....

ПОВАРИХИ ИЗ КАФЕ ЧАЙКА

Вся туса дико обгорела на солнце, а Сакс и Лунёв — ожо­гами первой степени. Мы закупили сметаны, подсолнечного масла, обмазылись и так ходили. Потом сварили макароны и тушёнку, поели, но все были в печальном ужасающем состоя­ние, пришлось сходить за бухлом. Выпили, развеселились, мрачные металлисты стали угрюмо резатца в карты, а мы ста­ли вспоминать и ржать. Потом выпили ещё, случилась оклематизация, нас снова смарило в сон, проспали до следующе­го утра. К полудню практически всем составом и на бодряке были в Гурзуфе. После трат на снаряжение, дорожный угар и аренду жилья — денег осталось не так много. Мы с Лунёвым решили основную массу оставить на вечерний угар, а днём по возможности выдержать ЭКОНОМ класс. Для этого мы от­правились отмониторить местный общепит. Модных кафе и ресторанчиков, тогда не существовало, а были тока мерзкие столовки, где стояли тысячные очереди и тухлая еда по типу из «ЧАЕК».

Небольшой тусой мы жирно вошли в столовку, мы были на Хаерах, модном МСК клоузе и в Бритишёвых IRON MAIDEN & KISS майках. Мы нагло проломились без очереди и скора оказались у «раздачи», где стояли три студентки по­варихи из Мариуполя. Как тока они нас увидели у них отвис­ли рты и выпали половники. Мы их в миг нагрузили дикими телегами и тут же забили стрелку на вечер. Мы так их забол­тали, что кассирша забыла пробить КАССУ! Когда мы сели за столик, я тут же обратился к Додику:

— Значит так Додик! Над этими тёлками особо не глумитца, лучше их пригласить на танцы, а потом дико отпо­роть! По крайней мере с голоду не умрём!

На сэкономленные деньги, тут же купили бухла и поло­мились на пляж. По дороге нам встретились пару людей по­хожих на металлистов — потёртые джине жилетки, с нашив­ками и клёпками. Они опасливо позырили на нас и скрылись в толпе. Наши в городе — заебись!

Когда мы припёрлись на пляж, ловить там уже было не­чего! Как известно из Советских кинофильмов, днём на пля­же был аншлаг и даже происходили ужасные драки за место под солнцем. Нам дико повезло, срулила большая компания, мы тутже заняли их место, рядом с двумя клевыми герлами, с которыми тут же и затусили. Мы приятно провели весь день, а на вечер забили с этими девушками стрелку.

КРАСИВЫХ НЕ ОБМАНЫВАЮД!

Около 19-00 приехали в Краснокаменку на ацком автобу­се, переоделись и собрались на танцы. Вышли на улицу в крамешной тьме, пиздюхали до набережной — 5 километроф с гор. Я люблю ходить пешком и мне было дико в кайф, тем более по экзотической обстановке. Мы опаздали на 40 минут, девок уже небыло, тогда пошли на стрелку к ПОВАРИХАМ, они тоже наверно ушли. Тогда мы решили завглянуть в магаз и вот тебе встреча, ПОВАРИХИ как раз уже были около кас­сы, они дико обрадывались:

—  А мы думали, что вы нас обманули?!

—    Да вы что?! Ктож таких красивых будет обманы­вать?! — девушки радостно переглянулись. И действительно, к вечеру они стали лучше и уже небыли похожи на потных поварих. Они нацепили самое лючшее, помылись, накраси­ли губы и глаза. Мы закупили тенейджер набор: пять буты­лок шампанского и три батла ТОКАЙСКОГО вина, взяли и пошли на набережную. Кокакола, коктейли ЯГУАР, инергетик РЕД ДЕВИЛ, Мочевое Клинское ПИВО т в СССР были запрещены.

Мы спустились на пляж, что напротив дискотеки КЛЕТ­КА, откупорили бухло, стали медитировать на звёзды и гнать телеги. Я затусил с поварихой Мариной, я обнимал её, а по­том даже поцеловал. Но в этот момент припёрся Додик и Сакс с портвенюгой, мы его тоже выпили и решили идти на дискотеку, чисто на абум!

ВЬЕТНАМСКИЙ КОКТЕЙЛЬ — «ЭДЖИНОРАНЖ»

Вощем, мы были в лёгком угаре и припёрлись на самую УРЕЛОВСКУЮ диско, непонятно почему нам сразу не дали пизды? Вход стоил 1руб20коп, я заплатил за всех девок, мы все прошли, начались танцы, по дороге ещё выпивали. В баре продовался какойто ХИМИЧЕСКИЙ КОКТЕЙЛ — «ЭЖЕН ОРАНЖ», по типу — экстрат рябины, водки, деабитического сахара, апельсина и стирального порошка. Вкус был ужас­ный и его по всей видимости использовали во Вьетнаме, для удобрения партизан-коммунистов. Вообщем такие кок­тейли продовались по всей стране! В КРЫМУ — СТОЛИЦЕ ВИНОДЕЛИЯ — ПРОДОВАЛСЯ только ЭТОТ МЕРЗОСТ­НЫЙ коктейл. По всей видимости, действовала партийная коктейлевая мафия. Например, чтоб открыть БАР необходи­мо было согласовать с КОМСОМОЛЬСКИМ руководством, оно же выпустило ИНСТРУКЦИЮ, что в молодёжных барах должны продоватца — ТОКА КОКТЕЙЛИ. Если в Москве их было несколько по 3 руб, то в провинции — только «ЭЖЕН ОРАНЖ». Экстрат «ЭО» распределяла мафия, а также прово­дила сборы и напровляло средства Московским воротилам.

Вощем после Шампанского, Токайского, Портвенюги и ЭО, моему тенейджер организму стало дурно, я с трудом от­плясал МЕДЛЯК и стрелой помчался в дабл. Я ломился стре­лой и хотел сразу, как тока отварю кабинку сразу блевануть в унитаз, так я и сделал. Я рванул дверцу и сразу блеванул! Раздался дикий вопль! Лишь когда ХАРЧ УЖЕ БЫЛ в ПО­ЛЁТЕ, я врубился, что на толчке сидит и срёт жирный цунар или цыган! От неожиданности он открыл рот и тут же захлебнулся в ПЕРВОЙ ВОЛНЕ ХИМИЧЕСКОГО ХАРЧА — «ЭЖЕН ОРАНЖ». Я САМ ОХУЕЛ и от страха ТУТ ЖЕ НАБЛЮВАЛ НА него ВТОРОЙ РАЗ. По всей видимости ХАРЧ влетел к нему на ВЗДОХЕ, ПОЙЛО попало ему в дыхатель­но горло и чтоб не задохнутца, он инстинктивно упал в бок, ТО ЕСТЬ В СВОЙ СОБСТВЕННЫЙ КАЛ!!! Мне было не до шуток и одновременно как человеку из Интелегентной семьи было стыдны блевать как УРЛОГАНУ — на глазах у всех и в раковину! Поэтому я засунул пальцы в горло, чтоб побыстрей ОТБЛЕВАТЦА и ЗАЧИСТИЦА, я закрыл глаза и стал снова блевать НА ЦУНАРА, который задыхался в кале! Я БЛЕВАЛ на него пять или семь РАЗ, в том числе и ГАРНИРОМ из сто­ловой! А что мне ещё оставалась делать? Ведь я же не панк, чтоб гадить в общественной уборной в раковину!!!

НЕВЬЕБЕННЫЙ МАХАЧ!

В полном безумие я выскочил из отсека и сразу засунул бошку под кран. За время школьных тенейджер пирушек, я уже имел навык как блевать — не морая одежду, поэтому вскоре быстро отмылся и пришёл в себя. Я даже закурил, мне очень захотелось крепкова чаю, но где его тут взять, КРОМЕ «ЭЖЕН ОРАНЖа» сдесь небыло ничего!!! При этой мысли, меня чуть снова не накрыла второй позыв! Я вышел из дабла и оказался примерно рядом со входом, в эту секунду пока­залась повариха МАРИНА, она неслась с НАДУТЫМИ ЩЕ­КАМИ! Я тут же врубился — ОН ЩАС БЛЕВАНЁТ! Я тут же подхватил её под руку и потащил её прочь во мрак. Не успели мы выскочить на ступеньки, как она тут же блеванула. В этот момент кончилась песня и я краем глаза увидел как из дабла выбежал ЖИРНЫЙ ЦУНАР весь в дерьме и блювотене, он размахивал ножом и дико орал:

—  КТО НА МЭНЭ БАЭВАД! ЗАРЕЖУ ВСЕ!

Марина подумала, что будут мочить её, а я подумал про себя. Мы пулей бросились по ступенькам вниз и тутже спря­тались в густой Крым-растительности. Марина снова стала блевать, а я позырил на верх в сторону дискотеки. Музыка не­ожиданно стихла, послышались крики и вопли, там явно, что то происходило! Через миг, там стали летать скамейки, ста­каны и столы, толпы с дикими воплями поломились вниз по лестнице. Начался всеобщий МАХАЧ! Все пиздились ТУПО с ДРУГ с ДРУГОМ! Потом я услышал крики САКСА:

—  Додик! Вали Всех! Москвичей БЬЮД!

Я увидел как наша туса пробивается к дороге, Додик мо­чил всех стулом, вскоре они уже были у дороги, я поспешил к ним на помощь. В этот момент подбежала небольшая код­ла: я подумал нам пиздец! На хзуя было ОРАТЬ ПРО МОСК­ВИЧЕЙ?!

—  Где тут НАШИХ ПИЗДЯТ?!

Слава Нептуну! СВОИ— МОСКОВСКИЕ!!!

—  Парни мы из Москвы! Держите КРАБА!

Чуваки тутже ломанулись вверх, круша всех подрят. Мы решили ретироватца, но стали дико ржать, ржали до тех пор, пока изза кустов не вылезла Марина. Мы потащили её к морю, где у нас была занычка — 2 батла Шампуся! Вместе с Мариной, мы сразу отправились купатца при ЛУНЕ.

SEX VMORE!

Через пять мин, мне было уже совсем хорошо и Марине тоже! Поистине Чудо Природа! Ёд и Соль — изцеляет момен­тально, мы даже выпили ещё и целый час поролись и целова­лись под шелест прибоя и эхо с дискотеки.

Вскоре припёрся Баярский, с ними были две девки и батл Сухова вина. Выпили, он рассказал подробности махача.

Когда Цунар стал ОРАТЬ и РАЗМАХИВАТЬ руками, с него полетели куски кала и блевоты, один кусок дерьма уго­дил на стол к парням из ЗАПОРОЖЬЯ! Они просто охуели от такой наглости, взяли скамейку и тут же уебали цунарка. В по­лёте скамейка задела чуваков из Нокузнецка, те подумали, что Запорожские быкуюд и прыгнали на них. Рядом сидели пар­ни из Казани, на них упал первый Новокузнецкий и разлил все коктейли «ЭЖЕН ОРАНЖ», которые они тока, что купили для своих герлоф. Они прыгнули на НовокузнецкиХ, а тем на помощь ломанулись Томские и понеслось, куча мала и СУПЕР МАХАЧ в стиле кино «Волга-Волга», все пиздят-всех....

Около полуночи мы отправились в обратный путь, В СВОЮ КРАСНОКАМЕНКУ! Ни такси, ни автобусов — не хера не было! Пришлось топать на своих двоих! Мы несколь­ко раз делали привалы и молча зырили на звёзды. В конце пути девки просто заеблись и их пришлось тащить.

SEX ВТРОЁМ!

Но вскоре все тяготы были преодалены, вот родная веренада и коптёрка с железной-пружинной койкой. Наконец то я смог с Мариной выпить МОЕГО ЧАЯ и МОЕГО КОФЕ! Мы сидели на веранде втроём, я Марина и её подруга повари­ха Света, ели хозяйские персики и пили чай. Света изначаль­но предназначалась для Лунёва, но он не пошёл тусить, так как весь в сметане охуевал от СОЛНЕЧНЫХ ожогов-1степени. Возникла неловкая ситуация, если я буду спать с Мари­ной, то где будет спать Света, если Лунёв уже спит? Или как её можно туда подложить????!!!!

СВЕТА Могла дико зарубитца, на зло упорно сидеть на веранде до утра, её подруга Марина тоже начнёт кипешовать, а потом ещё требовать, чтоб ИХ ПРОВОДИЛИ, ЧЕРЕЗ НОЧ­НОЙ МРАК ОБРАТНО В ГУРЗУФ!!!! СЕМЬ КИЛОМЕТРОФ ТУДА и в ГОРУ СЕМЬ ОБРАТНО! Этот трип, я не мог себе и представить и в самом кошмарном сне! Пришлось пойти на АЦКИЙ МОЗГОВОЙ ШТУРМ, ДИЧАЙШИЕ УХЕЩРЕНИЯ и разбазаривание ПАРТИЙНОЙ АПТЕЧКИ!

Во времена СССР таких вещей как: «Экстези», «СПИД», «LCD», Калёса Мерседэса или ацкий БИРБИТУРАТ не существовали. 90% населения, даже не подозревали о сущест­вование мака или даже конопли. Я достал упаковку табле­ток ЛЁГКОВА — ЭЛЕНИУМА(который прописывали Лунёвской бабки или сотрудникам КПСС после запоев) и вкратце рассказал о том, что это самый модный МОСКОВСКИЙ ВАСЮК! После слов «МОДНЫЙ» и «МОСКВА» у них тут же загорелись глаза и они сразу ебанули по два колеса, а потом ещё по одному. Я добил остатки портвенюги. Я словно был ими загипнотезирован. Колёса легли на бухло, девушки по­степенно поплыли, они улыбались и были совершенно сча­стливы, это состояние передалось и мне. Не знаю как, но мы оказались в сарайчике, я даже поймал себя на мысле, что я тоже ебанул РЕЛАХИ!

Мы включили свет, сидели на моей железной койке и зырили на спящего Лунёва! Потом выкурили по сигарете и я об­нял Марину. Потом я тупо пересодил Свету на койку к Лу­нёву,она была полностью покорна. Потом повалил Марину и раздел ее до состояния «ПОЛНУСТЬЮ ГОЛАЯ МАРИНА». Вероятно всего, я тоже сьел одно КОЛЕСО и потому долго зырил на МАРИНУ!

Она лежала ПОЛНОСТЬЮ ГОЛАЯ, в форме «ПО СТОЙ­КЕ СМИРНО», как и полагалось всем Советским девушкам. Было какоето сверх божественное успокоение, у неё было всё юное и частично не порочное. Я взял и отпорол её. По всей видимости она ещё мало поролось, она была «НЕ РАЗРОБОТАНа!».

Потом я выключил свет и стал довать ей В ГОЛОВУ Всё было первородно. Мы были в НЕРВАНЕ, но ТУТ РАЗДАЛСЯ бешенный ВОПЛЬ ЛУНЁВА!

— НЕТ!!!! НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ!ААААА!!!!

Я думал, что СВЕТА ЗАРЕЗАЛА ЛУНЁВА! И когда вклю­чал свет, планировал увидить реки крови и вырезанное Чин­гиз ханом — дымящиеся СЕРДЦЕ! Оказалось всё проще, она случайно дотронулась до Солнечного ОЖОГА-1 СТЕПЕНИ!

Я быстро вскочил, всех утихомирил и переложил Све­ту на нашу ЖЕЛЕЗНУЮ КРОВАТЬ, а потом закурил Болгар­скую сигарету «OPAL»....

ПОЛНОСТЬЮ ГОЛая СВЕТА лежала рядом с ПОЛНО­СТЬЮ ГОЛОЙ МАРИНОЙ, в формах «ПО СТОЙКЕ СМИР­НО», как и полагалось всем Советским девушкам. Было какоето сверх божественное успокоение, у них было всё юное и частично не порочное, без всякова глянцевова разврата. Я на глазах у Марины, взял и отпорол Свету, а потом снова Мари­ну. По всей видимости Свету пороли больше, чем МАРИНу, она была более лучше «РАЗРОБОТАНа!», чем МАРИНА. Ко­гда я снова порол Марину, Света лежала рядом с ПОЛНО­СТЬЮ ГОЛОЙ МАРИНОЙ, в формах «ПО СТОЙКЕ СМИР­НО», как и полагалось всем Советским девушкам. Мне хоте­лось пороть Марину и одновременно целоватца со Светой, но Советская скромность не позволяла сделать ЭТО. Так как в те СССР времена, мы не знали КАК ТАКой разврат МОЖ­НО творить?! Вощем, можно было тока с каждой девкой по отдельности!

КРЫМСКАЯ СМЕТАНА.

Я проснулся в обед, когда никаво уже не было, все ушли на пляж! Даже Лунёва с Солнечными ОЖОГАми — 1 СТЕПЕНИ, тоже не было. Я сорвал хозяйский жирный персик, вскопятил чай, достал банку сметаны и небольшую булку, вот и весь зав­трак. Зачастую в таком же комплекте был обед и ужин, имен­но в таком. Крымская сметана была самая лучшая в СССР и была первородным аналоговым продуктом. Крымские коро­вы жрали сено пропитанное СОЛЬЮ и ЙёОДом, дышали чис­тым воздухом и круглогодично паслись на Лавандывах полях, где их постоянно пороли МЕСТНЫЙ БЫК. Так как у коров было клевое настроение, а еда была пропитана полезными минералами, то их молоко было самое насыщенное и живо­творящие. Три банки СМЕТАНЫ, давали значительное коли­чество калорий и энегрии, необходимых для утоления голо­да и порева трёх разных тёлок: всех сразу или по отдельности, например — после завтрака, обеда и ужина...

Теперь такую сметану можно лишь найти в частных хо­зяйствах, международные сетьевые монополисты ЗОГ, дела­ют всё возможное, чтоб обезличить продукты питания, сде­лать бизнес ОРИГИНАЛЬНЫХ производств невыгодным и тем самым контролировать всю розничную торговлю.

Вощем, через час я уже был на набережной, в «ЧАЙКУ», мне было дико не в кайф заходить, так как представил себе дико помятых ПОВАРИХ, после бессонной ночи и дико пот­ных. Поэтому сразу отправился на поиски тусы, искать долго не пришлось. Ещё издали я заметил оголтелую толпу в жилет­ках и напульсниках, которая стояла около пьяной алеии...

ПЬЯНАЯ АЛЕЯ

Пьяная алея была культовым местом сбора и туе всей Гурзуфской общественности. «ПА» удачно находилась в де­сяти метрах от центрального пляжа и в 50 метрах от диско­теки «КЛЕТКА», вообщем была дико удобным местом, для забивания стрелок и праздного досуга. Во главе двух алей, обсаженных модной Крым растительностью, располагалась стандартная советская стекляшка — пивнушка, с механиче­скими агрегатами для розлива пива в свою тару. Отдыхаю­щие затаривались пивом, располагались на бордюре и тут же начинали свой Крымский угар. Особо закипевшие могли сра­зу прыгнуть в море, после чего снова вернутца к продолже­нию банкета.

На протяжение многих лет это место притягивало к себе толпы людей, которые там пропадали от зари идо зари. Мно­гие там даже жили, а в сьёмной хате появлись лишь во вре­мя приезда и отъезда. Тысячи людей там горели в аду и ВОСТОВАЛИ из АДА, там шла жизнь неведомая обычным граж­данам СССР....

Особый ажиотаж в «ПА», наблюдался в период начала Сухова закона, то есть в 1985-1987, пока эту лавочку совсем прикрыли.

Теперь от Пяной Алей, практически не осталось и следа, всё застроено порожниковыми кафешками, а вместе «КЛЕТ­КИ» торчит нелепая новостройка.

МИНСКИЕ МЕТАЛИСТЫ

...Как я уже говорил, мы с детсва катировали и фанатели от НС фишек, чб фильмов про Штрилица и запрещённые ксероксные книги «Окультный Рейх»... Но теперь мне при­шлось сталкнутца с обратным эффектом. На бордюре ПА, угрюмо сидели Минские металлисты, а напротив мск моб, они о чёмто тёрли...

Когда я подошёл, разговор принял самый мрачнейший оттенок: «Москали — проклятые большевики», «Гитлер — дал нам свободу, а Москали рабство», «Москали и ЖИДЫ— одно и тоже», «Где пройдёт ЖИД и МОСКАЛЬ, то Белорусу ловит нечего», «Вы ответите за убийство Машерова», «Мо­сква — гори в аду, русские тоните в омуте! Слава БЕЛОРУСССИИ!» и всё в таком духе...

Я почувствовал, что у футбол фаната ЭКСЕПТА закипа­ет кровь, и он взглядом ищет чугунную урну, чтоб начать кру­шить черепа и ёбла....

Мне пришлось изыскать всё дипломатическое искусст­во, дабы избежать пизделовки, во всё разобратца и сохранить металическре братство.

—   Пацаны! Одумайтесь! Мы ваши белые братья по ме­таллу, а вы какето хуетень про Москалей гоните! Вы чё бля в натуре Польской пропаганды наслушались! Да среди нас по­ловина ветеранов нового НС-метал движения! Один САКС чего стоит! Его два раза за ФАШИЗМ судили!

—  Да ты брешешь! — не втему вставил один бульбаш в майке «SCORPIONS».

—   Парни! Смотрите у них тут НЕВЕРУЮЩИЙ ФОМА затисался! Эй САКС! А ну как свитани судебную справку.

Сакс солидно залез в боковой карман шорт, достал ксивник, а от туда РАРИТЕТНУЮ СПРАВКУ выданную в суде от Юмая 1985г, после наших похождений по Тверской. Я взял справку и засветил Белорусам, они меня обступили и нача­ли читать.

Москва. 10 мая 1985г. Пресненский суд.

Суд постановил:

Признать Ми....... Вадима по кличке «Сакс», барабаньщика «Морга», «СЛЕЙДА» и.............

Виновными, в преднамеренной организации фашисткой демонстрации, путём выкрикивания лозунгов и прослушива­нию запрещенных фашистких групп КИСС и АСДС, во вре­мя народных гуляний посвящённых Дню Победы....

Суд пригоривает гражданина........ к штрафу — 9 руб.

Чувак в майке «METALIKA» прочитал ещё раз:

—   «...организации нацисткой демонстрации, путём вы­крикивания лозунгов и прослушиванию запрещенных фашистких групп КИСС и АСДС....», — в этот момент слово взял НЕВЕРУЮЩИЙ ФОМА:

— Дайте я сам прочитаю! «...Признать ....в преднамерен­ной организации фашисткой демонстрации,...»! — Минские люди дико охуэли и словно остолбенели, потом их старший толкнул ФОМУ:

—  Парни ошибка вышла, мы сразу просто не врубились! Ща всё быстро исправим!

Он пулей слетал к стекляшке и вот уже две трёх литровки стоят перед нами, началось братание и распите на брундершафт. Был недоволен только «ЭКСЕПТ», по дороге в Краснокаменку он постоянно бурчал:

—  Паук всё испортил! Ты не мог подойти на 10 минут поз­же и тогда нас мирить. Я хотел их всех УРНОЙ СНЕСТИ! — все дико ржали....

МЫ НЕ ЕЛИ ТРИ ДНЯ

Мы тусили ещё 8 дней в Гурзуфе, было масса угарных приколов, романтических встречь и убойных триллеров, НО ВСЁ — ВСЕГДА, когда либо завершается. Мы бросили манетки в море и поломились на вокзал в Симферополь.

Когда сели в поезд, то выяснилось, что у всех «0» РУБ, «0» КОП и практически «0» сигарет, еды и «0» чая. Когда мы проснулись после Харькова, то вообще все позиции вста­ли по ГОЛИМЫМ НУЛЯМ!

Вокруг в плацкарде ехали Советские обыватели, у них имелась еда, денег, сигарет и выпивки. Я, Лунёв, Додик и Сакс собрали совет и стали думать, ГДЕ НАМУТИТЬ ХАВ­КИ И ВЫПИВКИ! Лунёв предложил, что-нибудь продать, но кроме моего фотоаппарата ФЭД-2 ничего путного не на­шлось. ДОДИК предложил ОГРАБИТЬ ВАГОН-РЕСТОРАН, он даже стал с пеной на губах озвучивать головокружитель­ный план, но днём ресторан был полон народа и этот вари­ант отпал. Сакс предложил ПРОСТО спиздить еду у попутчиков. В этот момент меня осенил КРЕАТИВ, чтоб люди нам сами понесли ДАРЫ!

—  Слышь САКС! А мне ВИЛЛИ за куриные шузы трёш­ку должен и пятерик за портвейн, кода он на ПА с Житомир­ской тёлкой кутил. Насколько я помню, он тебе тоже РУБЛЬ должен?!

Сакс быстро смикнул, что мутитца какаето заготовка и тут же подиграл:

—  Да какой РУБЛЬ?! Он мне чирик должен! Я ему довал в долг, когда он в жопу пьяный в КЛЕТКУ залез!

—  Чё ты пиздишь! Я у тебя не брал чирик!

—  Всё правильно! Ты был в жопу, поэтому нихера не пом­нишь!

Воощем в один миг, ВИЛЛИ задолжал всем крупную сум­му. Я ему предложил СПИСАТЬ ВСЕ ДОЛГИ, если он озву­чит НАШ КРЕАТИВ, но ВИЛЛИ стал упиратца:

—  Я ПАНК по ЖИЗНИ! Но подояние просить не буду! — в этот момент соло взял ДОДИК и ЭКСЕПТ, меткими уда­рами они завалили ВИЛЛИ и утащили в тамбур «ПОГОВО­РИТЬ». Оттуда он вернулся другим человеком и с энтузиаз­мом принялся исполнять свою роль.

Мы легли с печальными лицами на свои места и стали тупо зырить в потолок, в этот момент ВИЛЛИ начал отраба­тывать свой долг:

—   Как плохо, что нас ОГРАБИЛИ ЦИГАНИ! МЫ УЖЕ ТРИ ДНЯ НЕ ЕЛИ!

—  Громче говори!

—   Как плохо, что нас ОГРАБИЛИ ЦИГАНИ! МЫ УЖЕ ТРИ ДНЯ НЕ ЕЛИ!

—  Да какой там три дня! Мы пять дней не ели!

—   Как плохо, что нас ОГРАБИЛИ ЦИГАНИ! МЫ УЖЕ ТРИ ДНЯ НЕ ЕЛИ!

—  Смотрите! Додик щас от голоду умрёт!

—   Как плохо, что нас ОГРАБИЛИ ЦИГАНИ! МЫ УЖЕ ТРИ ДНЯ НЕ ЕЛИ!

—  Это вы три дня не еле, я Додик 8 дней не ел!

—   Как плохо, что нас ОГРАБИЛИ ЦИГАНИ! МЫ УЖЕ ТРИ ДНЯ НЕ ЕЛИ!

—   Как плохо, что нас ОГРАБИЛИ ЦИГАНИ! МЫ УЖЕ ТРИ ДНЯ НЕ ЕЛИ!

—  Как плохо, что нас ОГРАБИЛИ ЦИГАНИ! МЫ УЖЕ ТРИ ДНЯ НЕ ЕЛИ!

—  Как плохо, что нас ОГРАБИЛИ ЦИГАНИ! МЫ УЖЕ ТРИ ДНЯ НЕ ЕЛИ!

После того, как ВИЛИ в 200сотый раз сказал «ТРИ ДНЯ НЕ ЕЛИ!», все посажиры вскочили со своих мест и бросились к нам со своей едой, бухлом и сигаретами:

—  Пожалуйста! Скажите ему, чтоб он больше про ЦИ­ГАН, ночего не говорил! Уже нет сил, ЭТО СЛУШАТЬ!

В миг наш стол наполнился ЦЕЛОЙ ГОРОЙ ФРУКТОВ, ОВОЩЕЙ, КУРИЦЕЙ и варёным КАРТОФЕЛЕМ, а также початым батлом водки.

В этот момент припёрлась добрейшая старушка и при­несла пирожки с капустой:

—   Ребята! Только Додику не довайте, если он не ел 8 дней, то у него может начатца ПОНОС!

Мы дико ржали.............................................

ПЕРВЫЙ ДЕМО и КОРОЛЬ ТУСОВКИ ВЛАД ПЕРВЫЙ. 1985.

ВЛАСТЬ ЗЛА

В ноябре 1985 г. я решил, что группе «Коррозии Метал­ла» необходимо сделать демо-запись, чтобы начать популя­ризацию нашей ансамбля среди метал общественности. Да и как может существовать ансамбль, если у них нет альбома или хотябы дэмо. Вообщем, я хотел увидеть нашу музыку со стороны, услышать критику и мнения, чтобы понять как двигатца дальше. С помощью гитариста Костыля, я нашел под­польную студию в ДК «Серп и Молот», где писались многие запрещенные группы.

Студия представляла собой большую комнату, где тряп­ками были завешены барабаны «Amati», стояли два магни­тофона «STM», какие-то дурацкие «вермоновские» комбы, а также ленточный реверс и пульт «Электроника». О лучшем в те времена мы и не мечтали, и такая студия казалась верхом совершенства. Записываться предполагалось следующим об­разом: сначала на один магнитофон записываются ритм-гитара, бас и барабаны, а потом под записанную фонограмму должен петь певец и играться соло. Если кто-то хоть раз оши­бался, приходилось переписывать все заново. Каждая четы­рехчасовая смена стоила 16 рублей, что было не такой уж большой суммой для обывателей, но для нас это было реаль­ными деньгами; в итоге мы отдали 64 рубля. Из за этих про­клятых денег состоялся целый скандал, в результате чего мне пришлось оплатить всю запись самому!

В записи приняли участие барабанщик Морг, вокалист Киса, бас — Вадик Сакс, соло гитара — Костыль и я на ритмухе. За два дня мы записали больше шести композиций и были несколько разочарованы — они звучали совсем не так мощ­но, как на репетициях: какой-то слабый хард-рок. Больше всего я был зол на оператора, который доканывал нас, чтобы мы громко не включали комбики, а без этого не было ника­кого угара. Естественно никакого мастеринга или динамиче­ской обработки на этой студии не существовало.

После очередной смены мы шли по заснеженной улице к метро, лично у меня происходил некий надлом.

Как всегда ворчал гитарист Костыль: «На хуй мы отда­ли такие деньги, зачем мы вообще все это пишем?!» Сакс как всегда прикалывался:

—  «Лучше бы портвенюш купили и в подъезде выжрали, я ебал все в рот, ни хуя денег не дам!» — вокалист Киса пере­живал больше всех:

—   «Да ладно, ребята. Все будет нормально! Это толь­ко начало, следующий раз будет лучше» — я подозревал, что Сакс и Костыль хотят свалить из группы, под видом осужде­ния неоправданного проэкта. Это обычная черта постсовет­ских людей, бегать по ансамблям и занимать самую парази­тирующую позицию, без всякой ответственности. Через не­сколько лет, эти люди сами обрывали мой телефон, чтоб я их взял обратно в КМ...

На следующий день мы начали записывать вокал, но то, что Киса обладал оригинальной внешностью, ничего не го­ворило о его вокальных возможностях. Он постоянно пел мимо, и каждую вещь приходилось по сто раз переписывать заново. Особенно охуел Костыль, так как из за Кисы ему при­ходилось быть постоянно на стреме и заново переигрывать запоротые вокалом соляки. Я как мог морально поддерживал Кису, и мы с горем пополам записали четыре песни: «Дьявол Здесь», «Дети Дракона», «Люцифер» и «Власть Зла».

Мы пытались записать песню «Троглодит», но Киса окончательно разбился, и эта вещь осталась в инструмен­тальном виде. Мы выжрали батл водки и Сакс с первого дуб­ля спел костылевский блюз «Дьявол в полете», В конце пес­ни все ошалели, начали бренчать на пианино и орать всякую хуйню. Вощем, мы решили, что альбом будет завершать пол­ный угар, но звукооператор в страхе, что его заберут в ми­лицию, тайно от нас стер этот кусок, оставив всего два ку­плета. Гад шуганный!!!.. Но делать было нечего, запись могла быть такой, как есть. Я чудом раздобыл 20 руб, а также взял на прокат примитивный компресор и предложил звукачу пе­резаписать пару трэкоф, но тот наотрез отказался:

—  Спасибо, я не хочу сидеть в тюряге и быть соучастни­ком вашей антисоветчины! Тексты сначала придумайте нор­мальные, а не ВЛАСТЬ ЗЛА! Бля, какой же я мудак, что стал записывать эту проклятую «ВЛАСТЬ ЗЛА»!

Удивительная судьба сложилась у этой песни. Из всех композиций 1985 г, она была самая лучшая по драйву и ка­нонам фирмы, да и сам текст имел не только мистику, но и политическую подоплёку. Коррозия Металла исполняла её в разных составах до мая 1987, то есть до прихода в группу ба­рабанщика Ящера. К тому времени, я сочинил кучу новых хи­тов, на разучивание которых и был сделан основной упор, а про ВЗ напрочь забыли. В годы Путинских репрессий(2002-2008г), когда запрещали концерты, а на меня завели уголов­ное дело, песня получила второе рождение. Журналист Игорь Москвичёв, позвонил и сказал так:

—  Сергей пора бы с антресолей достать скелета и ожи­вить его. ВЛАСТЬ ЗЛА форева!

В 2008г мы заново переписали эту песню и она вошла в альбом «Война Мироф».

Вот текст «ВЛАСТЬ ЗЛА»:

КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА «ВЛАСТЬ ЗЛА»

Железный король

Из страны огней

Помилуй несчастных землян

Ты пеплом окутал

Планету людей

Безжалостной злобы хан

Безумной ордой

Устремилась лавина

Сжигая в кострах всех людей

Мясные рулеты

Готовит машина

Из трупов холодных детей

Припев:

Власть зла, власть тьмы

Власть смерти и чёрной мглы

Возмездье и жесть

Восстало из АДА

И станут твоим палачом

Никто не спасётся

В печах Преисподней

Зажаренный адцким огнём

Взрывается градом

Свинцовое небо

Железные птицы летят

И ломятца люди

Обратно в пещеры

Лишь бога о смерти молят

Припев:

Власть зла, власть тьмы

Власть смерти и чёрной мглы

Железный король

Я тебе присягаю

Чтоб править огнём и мечом

Все будут распяты

Мир будет повержен

Растоптан стальным сапогом

Мне нравится трупы

И вопли кретинов

Их пепел в печах сатаны

Мы мир золотой

На руинах построим

Власть СМЕРТИ и Чёрной Мглы!

ПЕТРОВСКИЙ КОРНОВАЛ И ПУСИ РАЙТ!:

Тонкий момент! Наш новый вокалист Киса, имел дикий имидж в стиле «Мотли Крю», он был хорошим человеком, но при этом обладал херовыми вокальными данными — мерз­ким голосом как практически у меня.

Часто я дико мучился, что лучше: чувак из филармонии по типу Кипелова, который не врубаетца в эстетику метал­ла, но хорошо поёт или средневековый рыцарь — КИСА?!

Я очень врубался в КИСУ, который был истинный металист от мозга и до костей! Именно он первый в СССР замутил эс­тетику глэм рока, используя в своих прикидах приколы «МК» и «Твистер Систер». За такие наряды, в нынешнее время, его могли назвать даже гомосеком, а в 1986 году просто отпиздить прямо на улице около дома. Херовое пение КИСЫ, я оправдывал его мужеством, перед обывательской системой СССР, которая заставляла одеватца людей в самое СЕРОЕ или ЧЁРНОЕ!...

Тема — наряжательства, была не особо популярно в СССР и ограничивалось лишь карнавалами в детском саду! Но я чувствовал, что даже самые консервативные люди скло­ны к МАСКОРАДУ и КАРНОВААУ, когда об этом им гово­рит сам бох! На моей даче ПАУКОВКА-1, есть целый склад разнообразной экзотической одежды и этот гардероб стано­вища главным предметом разграбления, когда необходимо ночью ломитца за бухлом. В три часа ночи ломитца за бух­лом на МЕРСЕДЭСе, в прикиде СС, рыцаря с факелом, диковенных зверей или Фреди Крюгера! Самое удивительное, что в подобных ряженых вылазках, первым делом фанатич­но вызывались участвовать — банкиры, сотрудники Силовых Структур, гос чиновники или священно служители. По всей видимости род ихней деятельности не предполагал фриволь­ного поведения, а душа просила радостного угара!

Как то раз из трансляции радио МАЯК, я узнал о том как проходили пирушки ПЕТРА-1 и его знаменитые маскарады. Вот как описал маскарад ПЕТРА-1, парижский корреспон­дент газеты «Ю манитэ» от 18 века:

—...» В полночь центральную часть Петербурга, огласи­ли языческие звуки — охотничьих дудок сделанных из ро­гов оленей и козлов, а также африканские сатанинские бубны племени ВУДУ. Перед дворцом стояло около сотни саней и экипажей, в самом причудливом дизайне, возглавляла коло­ну римская галера украшенная голыми нимфами и психеями. В павозке были запряжены не только лошади, но и самые раз­нообразные животные: буйволы, быки, ишаки, пони, верблю­ды, слоны и даже жираф. Одновременно с салютом, из дворца выбежал Пётр-1, с сотнями подручных людей и стали впря­гать в несколько саней проштрафихшися бояр. Не смотря на зиму толстые бояре были полностью голыми, а на их головы одели конские морды....

Когда вся тусовка погрузилась на сани, ночной Петер­бург огласила дьявольская какофония, потому как каждый участник мероприятия, лупил по струнам, дул в дуду или лу­пил по шаманскому барабану!

Все высшие государственные деятели начиная от пала­ча и кончая министрами МВД, были прикинуты в костюмы менестрелей, чертей, Римского папу, античных императоров, змея Горыныча и даже ЧИНГИЗ ХАНА! Кортеж возглавляла тусовка свиных голов, которая врывалась в Исаакиевский со­бор и венчала при помощи САТОНЫ — первую попавшеюся тётку с министром финансов, у которого была маска хряка!..

Пётр-1, прекрасно понимал, что без всенародного языческо — корнавального угара, не возможно сплотить нацию и сотворить КРУПНЫЕ ПРОЭКТЫ. Он был не только тира­ном и трудоголиком, но и живым человеком. Эта ЖИВОСТЬ, в купе с модными современными тенденциями помогла ему сотворить чудо — создать Российскую Империю!

Непонятно почему, если РПЦ не осудила выкидоны ПЕТРА-01, то теперь не может благодушно простить женскую панк рок группу «ПУСИ РАЙТ»?! Дело дошло до того, что ПР стали поддерживать именитые западные группы и этот ком будет нарастать, в результате чего ситуацию будет очень трудно замять.

Конечно МАСКАРАДА происходит и в Путинской Рос­сии, но он не имеет ничего общего с Петровскими модным угаром, а представляет собой омерзительное шоу попсовых извращенцев с центральных каналоф, десятилетиям засирающих эфир дьявольским кривлянием.

ВЛАСТЬ ЗЛА-2, ПРЕДПАТИ

У нас в России и в СССР, люди любят отмечать или обмы­вать самые незначительные события, и я тоже решил после­довать этому, тем более повод была значительный — запись ПЕРВОГО дэмо альбома группы КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА!

Предпати я решил замутить в четверг у себя дома, на Ба­бушкинской, а основной угар в субботу — на хате у короля тусовки ВЛАДА-1.

Я закупил десяток бутылок «Токайского», а также муска­та и водки, а сестра Натаха приготовила закуски. Народу со­бралось примерно 20 человек и каждый принес с собой по батлу вермута или шампанского. Каждую вечеринку мы с Рунёвым чётко следили, за тем, чтобы гости приносили своё бухло, так как действовал сухой закон и в случае если пой­ло заканчивалось его негде было взять. Рунёв зырил в глазок и если у посетителя отсутствовала в руках бутылка, то ему просто не открывали дверь. Советский человек образца 80х был воспитан в духе халявы, тунеядства и неорганизованно­сти, поэтому таким способом мы дисциплинировали особо похуистических персонажей. Конечно, гораздо легче ничего не делать и волятца на родительском диване без копья де­нег, а потом на шару отправитца на угарную вечеринку, где до хера жратвы и бухла...

Вскоре начался дикий угар и торжественное прослуши­вание нашей записи. Некоторое количество народу, под влия­нием С и К, не врубилось в голос Кисы и стали его тролить!

—   Нууу?! Мы думали, что сейчас будет, что-то навроде «Iron Maiden» или хотябы «VENOM», а тут какой-то хард рок с писклявым вокалом!

—  Бросайте это дело и идите в дворники!

—  Да уш! Кисе явно слон на ухо наступил, лучше бы не в колготках шастал, а научился вокалу! Позор!

Я был несколько огорчён, реакцией части публики, ко­торая не врубились в важность самого факта, появления в СССР, первой антисоветской записи хеви металла. Неко­торые, говорили фигню, даже из завести, что теперь мы из обычных парней превратились в металл группу, у которой есть какой, никакой но свой альбом!

Естественно в моей голове, вся эта музыка звучала по другому, но из-за нашей неопытности и дурацкой аппара­туры, лучшего не могло и получитца. Тем не менее, из это­го дэмо, я извлёк массу полезного опыта, — необходимость упорного труда, постоянного совершенствования, а также пристального изучения современной музыки и технологий. Чем больше было критики в адрес записи, тем, это сильнее распаляло меня продолжать свершения.

Конечно нашлись и такие, кто поддержал меня, дав по­лезные советы, как и что можно улучшить или отчего надо отказатца. Вскоре вся структура разложилась по полкам, мне пришлось выставить счёт Кисе, я ему дал ровно один год, на то, чтобы он форсированным темпом научился петь.

Вообщем, вечеринка продолжилась и друзья поздрав­ляя нас, поднимали полные бокалы за «Коррозию» и long life heavy metal. Вскоре появился наш старый друган -хипарь Лео, он подогнал корабль пыха, который был забит в 12 штакетов и пущен по кругу. Я поставил пластинку Led Zeppelin — «Physical Graflity» и мы отрубились в сладких грезах песни «Кашмир».

Я очнулся от того, что кто-то дергал меня за рукав и кри­чал; «Сергей, очнись, пришла милиция!!!». Я открыл глаза, сладкий дым, словно туман, застилал комнату, окутывая пеле­ной 30 пустых бутлоф па праздничном столе. Все были в отру­бе. Рунев помог вытащить бутылки на балкон, пака я возился с дверью. Когда участковый (частично цунареф) вошел в ком­нату и включил свет, картина ошаления предстала перед ним: 20 человек, как школьники сидели, протирая глаза, а но сто­ле стояла единственная бутылка вина... Пришлось всем разъ­ехаться по домам. Следующая часть презентации наметилась на квартире у нашего друга — короля тусовки Влада-1.

СОВЕТСКИЙ ПСИХИАТРИЧЕСКИЙ МАЖОР — КАРОЛЬ ТУСОВКИ ВЛAД-1

Флэт ВЛАДА-1, находился рядом со МКАДОМ в рай­оне Бусиново и напоминал нечто среднее между клубами Sexton FoZDoT83г, дискотекой, рюмочной и притоном. Это был центр домашней тусовки металлической элиты Москвы. В то время не было никаких клубов, за исключением одиноч­ных дискотек в Олимпийской деревне и гостинице Молодёж­ная, вход куда был заказан простому Москвичу. В Молодёжке у Владика была маза и иногда, нам удавалась посетить это за­ведение. На день рождение Бон Скота из АСДС, мы завалили туда мобом в 50 рыл, устроив дикий угар и танцы под металл. Больше туда заклёпынных людей не пускали....

То, что начал делать Андропов и Чирненко под видом борьбы с антисоветизмом — закрыли 90% молодёжных баров и дискотек, доделал Горбачёв своим антиалкогольным проектом. Угар и общение переместилось на флеты, в сквоты, чердаки и подвалы. Если раньше в среде обитания «другова СССР» находилась только неформальная тусовка, то теперь в неё влилось куча простой молодёжи, с приятным удивлени­ем узнав о потустороннем досуге Москвы. Ещё раз хочу от­метить, что рост неформальной культуры и наркомании был напрямую связан с тупой антиалкогольной политикой и за­претом молодёжного искусства.

Влад-1, был сыном директора Химкинской психиатриче­ской больницы, что автоматом гарантировало ему титул Со­ветского мальчика мажора. Директорское кресло в психуш­ке, было одним из самых хлебных мест в СССР. Крезуха нахо­дилась в основном в ведение КГБ, там находились не только психи и маньяки, но и инакомыслящие, которых туда упекали за антисоветские высказывания. И тех и других, Советская психиатрия постепенно превращала в тихо помешанных. Им назначали ацкий голопередольный курс инжекций, с посто­янными добавками различных психотропных транквилиза­торов. Через некоторое время, человек прошедший такое ле­чение становился тихим овощем.

Вообщем, психиатры выполняли самую грязную работу от КГБ и за это им давали возможность — мутить свой мел­кий огород. Этот огород хотя был мелкий, но прибыль давал, как целая плантация с неграми.

Времена всеобщего дефицита, давали возможность ацкого обогащения тем людям, кто сидел на распределении этого дефицита, то есть банальным мясникам, директорам магази­нов и баз снабжения. Весь товар с солидной наценкой уходил налево или с чёрного входа, аферы проворачивались колос­сальные, а на прилавки выбрасывались лишь кости и ливер­ная колбаса из целлюлозы.

Во время ротаций, партийное руководство инициирова­ло проверки ОБХСС, с тем самым, чтоб засадить в тюрягу старых директоров, а на их место подтянуть своих людей из глубинки. Сроки за спекуляцию были нешуточные, поэтому, все банальные мясники, имели спрятанный Неприкосновен­ный Запас и в случае чего, могли оплатить работу психиатра, по признанию его психически больным. Если антисоветчи­ков докановали до конца, то мясники никаго не интересова­ли. Они могли год проволятца в больничке, а потом каким-то макаром выйти из неё. Психиатры все друг друга знали и име­ли свою сетевую систему. Одним из видов обогащения была Афганская война, богатенькие родаки за деньги превращали своих отпрысков в психов и тех не забирали в армию.

Кроме этого психом мог признан быть любой человек, который громко смеялся или любого странного поведения. В основном в Советской Армии была ацкая дедовщина, если солдаты были рабы МО, то молодые становились рабами дембелей. Система была выстроена таким образом, что при­зывник должен покорно сносить унижения, а потом сам дол­жен чмарить молодых.

В МО дико опасались внештатных ситуаций, когда какой-нибудь НЕПОКРНЫЙ, вдруг схватит автомат и пере­стреляет всю казарму, а ещё хуже, если этот непокорный бу­дет антисоветчик, например, угонит танк и расстреляет из него местный ГОРКОМ КПСС! Такой внештатный САЛЮТ, мог стоить сотню пар пагон, начиная от служащих призывно­го пункта и до пагон командующего военного округа!...

Соответственно Влад имел постоянно бабло, нигде не ра­ботали даже в институт вместо него ходил его двойник. Так как В-1 постоянно тусил в Молодёжке, то имел целую кучу го­родских телефонов угарных и эротических герлов, что всем было дико по кайфу!

Один раз «В-1» угораздило дико влюбитца, в модней­шую модельную блондинку по имени — Алёна. Она была су­щая блять, то есть богиня красоты и секс притяжения. Она была умна и весела, распутна и хозяйственная, очень добрая и приятный собеседник. Все на неё западали сразу, особен­но мальчики мажоры! В-1 был ревнивцем, а соответственно в отношении Алёны, был ревнивцем в десятерне.

К примеру если к вашей девушке на пляже в день подой­дут два парня, она скажет им, что замужем, но если к ней обратятца сразу 50 рыл то произойдёт ротация. В результате этой ротации может попастца такой, который нажмёт на её тайную кнопку и она не устоит! Ещё раз хочу отметить, что бляди могут подавать себя очень круто, не может отказать многим...

Один раз В-1 нанял мента, который выследил Алёну, ко­торая отправилась поротца к своему тайному любовнику. В-1 захотел им преподнести сюрприз, вламитца в спальню, через окно с топором за поясом. Хата любовников находилась на четвёртом этаже, поэтому он сначала забрался на козырёк подъезда, оттуда на балкон 2 этажа, а затем полез по водо­сточной трубе, которая проходила в пол метра от открытого окна спальни. Когда он уже было зацепился за подоконник, труба переломилась и он полетел в ад. В результате падения он сломал обе ноги и ходил 2 года с костылями. За это вре­мя его руки так накачались, что одной левой он мог прижать к полу сразу три рыла...

Тем не менее В-1 был душевным и мечтательным парнем, добродушным хозяином, гулякой и интеллектуалом, а также диким фанатом хеви метал. На этой почве мы с ним и спе­лись.

В-1 мы нарекли КОРОЛЁМ ТУСОВКИ и дали титул ВЛАД-ПЕРВЫЙ! Во время пирушек мы его короновали, в са­мом угарном и театральном стиле, по сути это были арт перформансы. Всю драмутргию придумывал я сам, а Влад бошлял за бухло и выписывал угарных тёлок. Я требовал, чтоб все люди обращались к нему с полным перечислением титу­лов, которыми я его нарек:

— Здравствуйте КОРОЛь ТУСОВКИ ВЛАД-ПЕРВЫЙ! Хрустальный герцог Бусинова! Повелитель нимф! Главный фанат в СССР группы КИСС! Лучший ТАНЦОР ДИСКО в Молодёжке! И тд...

Владу очень нравились его титулы, которые возвышали его над всей тусой, поэтому мероприятия ПАУКа в его при­тоне, имели самый главный приоритет.

Когда я ему сообщил, о том, что хочу провести грандиоз­ную вечеринку в честь демо альбома ВЛАСТЬ ЗЛА, он сразу согласился, причём организацию выпивки и закуски подпи­сался взять на себя!

ХРУСТАЛЬНЫЙ ГЕРЦОГ БУСИНОВА

Перед тем как перейти к описанию пирушки, хочу немно­го пояснить в чём смысл фишки — Хрустальный герцог Бу­синова! Дело в том, что в СССР того времени, действовало всего несколько НАСТОЯЩИХ проектов, которые улучшали жизнь Советских ЛЮДЕЙ! Один из них, была операция «ХРУСТАЛЬ».

Раз в неделю на каждую улицу приезжал грузовик, из ко­торого выгружали стопки ящиков и стол приёмщика. Со всех домоф, к нему тут-же ломились целые кучи разного пипла, с баулами наполненными пустыми батлами.

Приёмщик принимал у населения пустые бутылки. За батлы из под пива давали Юкоп, за водочные 12коп, за вин­ные 15 коп, а из под Шампанского отваливали по целых 20. Обычные люди пустые бутылки не выбрасывали, а склади­ровали их на балконе или в чулане. На эту тему ходила це­лая тысяча анекдотов, каждый из которых заканчивался ацким обогащением пьяницы, который всю жизнь собирал бат­лы. Некоторые люди вообще не работали, а только искали и здавали батлы. Помню в нашем классе был комичный случай, когда учительница спросила, кто наши родители, одна девоч­ка сказала так:

— Мая мама, сказала, что мой папа — работает в опера­ции «ХРУСТАЛЬ»! — услышав это взрослая тёка рухнула под стол и уползла из класса.

В нашей семье операция ХРАСТАЛЬ, было строго в моем ведомстве, я сам распоряжался батлами и соответственно вы­рученным кэшем. Хрусталь очень часто выручал меня в кри­тические дни, которые наступали сразу после приобретая до­рогих РОДНЫХ ПЛАСТОВ.

Помню тот день, когда я приобрёл новейший диск МОТОРХЭД «Ейс ов спейс», выйдя из автобуса и направляясь к дому я обнаружил, что у меня ни копья денег, даже на ПРИ­МУ не было и тут происходит чудо. Приехали ЯЩИКИ! Я тут же вспомнил, чта от двух вечеринок на моём балконе красуютца с пол сотни винных батлоф!

Через 15 мин от хитроватого мужика с грязнущими рука­ми, я получаю 6 руб 50 коп! Еще через 15 мин на моём дорево­люционном поповском столике красуетца бутылочка Токай­ского, бутылочка лимонада «Дюшес», пачка сигарет «Космос» и ментоловые сигареты «SALEM» для герлы с соседней ули­цы, я ей делаю звонок. Проходит 15 мин, а вот и сама симпа­тичная девушка, которая любит курить сигареты «SALEM», пить Токайское и трахатца под музыку МОТОРХЭД!...

Один раз, когда мы у Влада отмечали три дня подрят 8 марта, у нас скопились горы батлоф, а деньги подтаяли, я предложил ВЛАДУ произвести операцию ХРУСТАЛЬ! Мы побили рекорд БУСИНОВА, сдав за один раз ЗЗЗ батла! На вырученные прайсы, мы тут же закупили модной выпивки и продолжили кутёж с тремя великолепными польскими герлами из Молодёжки. В честь такого рекорда, я наградил Вла­да титулом — Хрустальный герцог Бусинова! Он даже про­слезился от счастья. В этот момент случайно нарисовалась супер Алёна, которая дико возбуждала меня. У них уже были другие отношения, но тем не менее в тусе к ней никто не кле­ился, так как это была герла ВЛАДА и все знали, что из за неё В-1 стал КОСМОНАФТОМ.

Я не выдержал характера, затащил её в ванну и дал ей в голову! Когда я выходил оттуда, я представлял себе, что щас произойдёт разборка, скандал и махач. Но вместо неистовст­ва и безумия ревности, я увидел счастливое умиление! Влад до сих пор не мог придти в себя от счастья и втирал поль­ским герлам:

— Поймите ПАНИ Бронска, Ядвига и Хелена! Я не толь­ко Король ТУСОВКИ ВЛАД-ПЕРВЫЙ! Да и я в молодёжке дверь нагой открываю! Для меня диджеи, как главному фа­нату группы КИСС, ставят целые альбомы! Нимфы передо мною падают штабелями!

А на районе, я вообще первый пацан — Хрустальный гер­цог Бусинова! — последняя фраза, чуть меня не убила, я ду­мал, что умру от смеха и уполз на лестницу!

Любовь и ревность, в миг может померкнуть перед ма­нией самоВЕЛИЧия, тем более, перед таким солидным титу­лом как — Хрустальный герцог Бусинова!

ВЛАСТЬ ЗЛА В АЦКОМ УГАРЕ У ВЛАДА ПЕРВОГО!

В течение пятницы, мы двадцать раз созванивались с В-1 и уточняли детали презентации, я учёл все огрехи предпати, поэтому подошёл к этой акции с размахом и креативом. Задачей, которого было добитца успеха, и как говоритца на блатном языке — с помощью ПОСТАНОВЫ! Я врубился, что не стоит мучить гостей всем материалом, а выдать только часть в экстраординарном виде. Я не стал посвящать Косты­ля и Сакса в мои планы, но согласовал всё это с КИСОЙ. Вер­нее я вылил на него ацкую жесть, чуть не доведя рыцаря ме­талла до самоубийства, а потом дал свет в конце тунэля. Уто­пающий схватился за соломинку и неимоверными усилиями, раздобыл усилок ТЕСЛА с двумя колонками, а также англий­ский микрофон ШУР! Всю пятницу и субботу, десяток людей пахали как папа -КАРЛО! И вот оно началось, в Бусиновской однушке собралось 30 рыл из которых было 17 моднейших герлоф из Молодёжки!

Когда вся орава собралась, то многие были удивленны таинственной перестановкой мебели, а также куда делся гро­моздкий шкаф?! Вместо него стояли непонятные предметы, покрытые простынкой, и ещё две домашние фермы со цвето­музыкой, а также на полу разогревалась плитка?!

Пока собирались гости, играл лёгкий ПОЛИС, ДОРС и КРИДЕНС мы разливали всем Токайское, а когда все собра­лись стали разливать КРЫМСКИЙ ПОРТВЕЙН, после чего и начался сам перформанс.

Я был одет в моднейшие оранжевые эластичные порт­ки как у Брюс Дикенсона, в майку АЙРОН МЭЙДЕН — «ве намбер оф ве бист», красовки АДИДАС, напульсники и ре­мень из ромбовидных клёпок. Сверху я одел самопальный са­танинский плащ и хоккейную маску ДЖЕЙСОНА! Эффект прикида получился невьебенным! Рунёв включил фуги Баха, а я выключил свет и врубил красные фонари! Такова пред­ставления никто не ожидал, а 17 герлов одновременно кон­чили!

Я взял микрофон, который был подключён к спрятан­ным под простынкой комплекту «Теслы» и с двойным дилэем стал вещать:

— Дамы и Господа! Дорогая металлическая обществен­ность! Хочу поздравить вас с выходом мощнейшего альбо­ма группы КОРРОЗИЯ МЕТАЛЛА — «ВЛАСТЬ ЗЛА»! Хочу заметить, что это первый металлический проект в истории СССР! Он не однозначен, и в дальнейшем наши песни будут дико улучшены благодаря ЛЮЦИФЕРУ! ЛЮЦИФЕРУ! ЦИФЕРУ! ЕРУ! — продолжал творить чудеса эфект дилея! Со­ветские девушки, понятия не имевшие о звуковых эфектах, тут же сразу кончили, причём все 17 одновременно!

Я подговорил Рунёва, чтоб он постепенно прибавлял звук фуг БАХА и частоту повтора комбика ТЕСЛА! Я стал нести мистический вздор, битца в истерике, лупить в шаман­ский барабан и бешено орать в микрофон с дилэеем! Все в ужасе застыли, что будет дальше?! В самый дикий момент, я бросился на пол, а в колонках раздался ацкий взрыва! В ком­нате воцарпила гробовая тишина, каждый боялся шелохнутца и затаил дыхание!

Я словно восставший из ада, приподнялся с пола и за­орал в микрофон, а из коридора выбежал КИСА в прикиде средневекового рыцари, с факелом в руке и застыл в окаме­нение:

Как только я завершил стихотворенье, на всю катушку врубилась фонограмма ВЛАСТЬ ЗЛА, под простынкой за­рубил на барабанной установке — Морг, я схватил гитару с фузом, а КИССА микрафон. С плитки повалили клубы дыма расплавленного нитреглицирина, а цветомузыка мистиче­ским светом украсила всю эту дымовую мистерию!

Мы начали рубить вместе с фонограммой, это было не­ожиданно для всех, тем более в дымовых лучах нитроглицирина! 17 герлоф кончили одновременно, а КИСА всё пел:

Власть Зла!

Власть Тьмы!

Власть царства и вечной лжи!

Власть Зла!

Власть Тьмы!

Власть царства и вечной лжи!

Когда мы закончили 27 рук дико рукоплескали нам, кро­ме К и С. Они переглядывались и болтали между собой, об очередной Пауковской заготовке! На меня тут же навалились минимум 13 герлов и наша тусовка!:

—  Охуительно! Заебись!

—  Да вообще Айронд МЕйден отдыхает! А «Мотли Крю» сосёт!

—  КИСА супер певец!

—  Он милашка!

—  Он самый красивый!

—  Да он самый обаятельный!

—  ОН рыцарь! — и всё в таком духе! Вот, что значит сила искусства и татральные ПОСТАНОВЫ!

На коду, при помощи всей громкости колонок ТЕСЛА мы исполнили хит «Дьявол Сдесь» и раскланялись публике! Она рукоплескала!

На последок, у нас было запланировано торжественное появление — Хрустального герцога Бусинова! Рунёв включил свадебный «марш Мендельсона», и из коридора вырулил ко­роль тусовки ВЛАД-1, в царском обличие, с короной и в ок­ружение четырёх нимф в пляжном прикиде МТВ ! Мне при­шлось взять соло:

—  Дамы и господа! Перед вами король ТУСОВКИ ВЛАД-ПЕРВЫЙ! Хрустальный герцог Бусинова! Повелитель нимф! Главный фанат в СССР группы КИСС! Лучший ТАНЦОР ДИСКО в Молодёжке, а также хозяин этого флета, где мы сегодня мутим угарную вечеринку! — В-1, сказал ответную речь, в микрофон с ревером и дилэем, когда его голос зву­чал бархатным баритоном как у ТРАНКВИЛИЗАТОРНОГО ДЬЯВОЛДА! 17 ГЕРЛОФ кончили сразу! Далее понеслось....

Тосты за процветание «Коррозии» сменялись тостами в честь отца тусовки Влада. Он выпил одним махом двухлит­ровый коктейль (токайское, вермут, коньяк) и начались тан­цы. Несколько девок тут же разделись до гола и стали фото­графироваться на память. Их тут же увели в ванную, где по доброй воле совершили райскую любовь. Танцы на полную мощь проходили часа два, пока все не вдохнули полный экс­таз — корабля ЛЕО!

В этот вечер, собенно популярны были «AC/DC», «Accept», «Judas Priest» и любимая группа Влада — «Kiss». Все это дело снимал на фотоаппарат фотограф Игорь. Многие го­ворили, что он агент КГБ, но фотки были отличные. Если бы сохранились архивы в полном объеме, то можно было бы из­дать целую книгу. Чтобы сделать исторические снимки «Кор­розии», мы вышли в подъезд. Мы взяли с собой трёх деву­шек, с которыми познакомились, сразу после речи В-1. Киса притащил два батла «Токайского» и их тут же раздавили. Де­вушки стали тут же приставать, почувствовав, что мы мощ­ные рок-звезды. Вместе с Галей я спустился на нижний этаж, где она полностью разделась, и отперевшись на бак мусоро­провода, подставила свою задницу на растерзание. Когда я её отпорол и стал курить, то из двери вышел мужик выкинуть мусор. Увидев веселую картину, он изъявил желание тоже по­участвовать в тусовке с ГАЛЕЙ. Она была под впечатлени­ем двойного порева от меня и Рунёва, а также от ацкого перформанса сопровождаемого КТР коктейлями из разных ингридиэнтоф! На вопрос, согласна ли она поротца с мужиком, за 1 руб З0 коп, она только помахала головой! Вобщем мужи­ку из подъезда, мы разрешили отпороть Галю за 10 руб. Он был счастлив, а Галя получила — 1 руб 30 коп! Самое удиви­тельное, что эти деньги она взяла с таким видом, что если бы они были заплачены за её работу в ателье. Никакой тени со­мнения и угрызений совести!

Мужик долго не мог кончить, так как нервно охуевал от секса с молодой ТОП МОДЕЛБЮ! Его жирная жена, забес­покоившись, что долго нет мужа, выскочила на лестницу и в ярости железным половником стала избивать Галю и подле­ца-мужа. Через несколько минут в окно с 16 этажа мы уви­дели, как милиционеры сажали в машину голую Галю, окро­вавленного мужика и жирную бабищу. Потом этого типа мы встретили через два месяца. Он сказал, что такого кайфа не испытывал 1З лет...

В полночь, по разработанному мной сценарию, происхо­дила ритуальная коронация Влада. Владу-1 одели мистиче­скую корону, сделанную из моей шапки и посадили на трон, установленный на перевернутый шкаф, а голые девушки, за­вернутые в простыни, ходили вокруг со свечами. Всё шоу происходило в лучах мистического дыма! Потом ему под­носили Кубок Вельзевула (примерно 1,5 литра адской смеси водки, токайского, пунша, вермута и портвенюги). Одним ма­хом Влад осушил его и становился одержимым, как зверь. На растерзание королю преподносилась пара голых девок, кото­рых Влад тут же лишал невинности. А потом Влад начинал всех гасить и буянить! При помощи бти здоровых металлюг, мы набросились на него и усадили обратно на трон, а потом связывали СКОТЧЕМ! Оргия затихла только к утру.

Тем не менее, я увлёк очередную девушку и она стала брать в голову в районе холодильника. Пока она «она брала в голову», я заглянул в холодильник и не увидел там ничего!

Я предложил Рунёву устроить шоу в стиле МТВ! Примерно 12 полностью голых тёлок, без всякой одежды стали подни­мать громадный холодильник с целью выброса из окна!

—   Раз! Два! ТРИ! Бросайте! — Примерно 12 полностью голых тёлок, без всякой одежды, ебанули холодильник, кото­рый в дребизги разбился о козырёк подъезда. Но на этом мы не успокоились, а продолжили Римскую оргию дальше!

Советские девушки вошли в неописуемый экстаз, что из квартиры можно выбрасывать всё подрят! Мало того, неко­торые герлы, абсолютноо голые стали даблитца вниз на го­ловы Советских прохожих. Чем этот шабаш мог закончился, было непонятно...

Ситуацию спас папа В-1, директор химкинской психи­атрической личебницы, который неожиданно вломился на хату.... Пока из за холодильника, папа разбирался с сыном, мы с Рунёвым умудрились отпороть АЛЁНУ и её подругу!

Мы им предложили отправвитца в наши васюки, они со­гласились. Пока папа орал:

—   Как можно быть таким идиомом, чтобы сбрасывать холодильник на бошку зятя начальника УВД?! — мы упархнули в лифт прихватив с собой случайную герлу!

Когда в районе 12 часов, дня я позвонил ВЛАДУ, то он сообщил, чта оставшиеся в живых, планируют сдать ХРУ­СТАЛЬ и продолжить угар.

Перед Новым Годом 1986, Сакс и Костыль свалили из на­шей группы...

ПСКОВСКАЯ миссия

СКОРА ПОЕЗД ОТОЙДЁТ ОТ ОПУШКИ ЛЕСА

После угарной зимы и весны, у короля тусовки — ВЛА­ДА-1, наступило лето, положение было как всегда катастрофи­ческим, ноль работы, ноль денег и каких либо рок перспектив. Но я не унывал и понимал, что не смотря на то, что я временно потерял ряд моднейших рок музыкантов, то обрёл некоторую модную тусу и движуху, которая сама по себе все расставит по своим местам. В один из дней мая, мне позвонил старый хип­пи из Архитектурного института и сказал следующее:

—  Привед Паук! Как ты смотришь на то, чтоб проломитца в Псковские края?!

—   Я уже там был, когда мы из Талина автостопом ломи­лись. Завтракали в местной столовке, потом многие дристали пять дней, кроме меня — я тока хлеба съел! Город по виду беднейший, всё сиротское, поэтому врядли, я отважусь туда ломитца второй раз — автостопом!

—  Да нет, никакого гоп-автостопа! Просто в местных ок­рестностях, будет лагерь нашего института, всякие там ар­хеологические раскопки, жизнь на природе и прочие васюки.

—  А студентки будут?

—   Там будут куча студенток! Вощем, это типа нелегаль­ной тусы, когда со всей страны сьезжаютца всякие художни­ки, геологи, архитекторы — днем чёто роят, а вечером у кост­ра можно гнать любые телеги!

—  Ух ты клёва! Ну если студентки будут и батарейки для ЭЛЕКТРОНИКИ я согласен! Пойми у меня записей рока до фига, а батареек и билета на поезд нету!

—   Билет мы тебе возьмём, у нас один чувак из золотой молодёжи, непонятный сын — Матвиенко, едет с родителя­ми на остров Мальта. Вощем ты можешь, под его фамили­ей проломитца с нами! Кстати, забыл тебе сказать, я буду за­ведовать культурной программой и вся аппаратура институ­та приедет туда!

—    Восемь колонок «РОДИНА» и половина комбика «ТЕСЛА»?!

—  Не только шесть комбиков «ТЕСЛА», но ещё пульт — «Электроника», микрофоны, коммутация, барабаны и две мощные колонки ДИНАКОРД, понятно тебе?!

—  Вот теперь мне понятно! Значит, мы можем замутить рок угар!

—  Запроста! Целый опен айр!

Когда я повесил трубку, мне было «не совсем — Вот те­перь мне понятно», я как дурак, ещё в чем то сомневался, хо­тел позвонить и отказатца, хотел просто лежать на диване и охуевать какой я несчастный! Слава богу, под руку попалась книга Сократа, там было, что про решительность. Вощем, в преддверии «приключения», я наскрёб немного денег, собрал все модные кассеты и пожитки, а также произвёл запасы в духе СССР: — пять блоков сигарет «КОСМОС», несколько упаковок КУБИНСКИХ сигар, два блока папирос «БЕЛОМОР КАНАЛ» и 10 банок настоящей тушёнки. По дороге на Рижский вокзал, я ещё купил пять батлов Сливовой настой­ки, распихал её в папашин туристический рюкзак и вот я на вокзале за минуту до отправления.

Скорый поезд, с давних времён — имеет магическое воз­действие на человека! Вот, например, вы Москаль, делови­то ломитесь на тачке или в метро, в голове тысяча траблов и многоходовок. Один шаг на перон, одной нагой в поезд и тутже попадаешь в другое измерение! Кажетца, что весь мир сразу начинает вертетца вокруг одного единственного тебя. Все траблы отправляются в ад и как бы отделяются непре­одолимой стеной, начинаетца всякая лирика, и вы мчитесь на встречу — удивительным приключениям. Невольно на ум приходит прекрасная песня Глинки — «Веселитца и Ликует весь народ — всё быстрее дико мчитца, мчитца паровоз...Веселитцааа и ЛИКУУУУЕТ!... Веселитцааа и ЛИКУУУУЕТ!....»

КАЙФОВЫЙ АФГАНСКИЙ ПЛАЦКАРД

Не помню, как я вошёл в плацкард, за несколько секунд до отправления, но там уже были накрыты все столы, вокруг которых кучьковалось по 6-8 рыл. Я отыскал своё «ПЛАЦКАРДНОЕ-КУПЭ» и присоединился к корешу Хиппи и его компании. Через два или три тоста, вся эта компания стала моими друзьями и моей тусовкой на целых два месяца жар­кого лета. Через пять тостов начался угар и песни всем сту­денческим вагоном:

Мы едим, едим вместе

В чудесные края

Весёлая компания

Хорошие друзья

Мы выпивали, закусывали и постоянно ломились в там­бур на перекур, там то я встретил и «увлёкся» одной из сту­денток. Она была в «теме» МЕТАЛЛА и ХИПИРСКОЙ суб­культуры, вощем, всячески содействовала нашему разгово­ру. Моё путешествие сразу приобрело дикий романтический смысл. Девушку звали Лили, она была воплощением ангела и одновременно верхом аристократичной утонченности, к тому же она была очень похожа на моих любимых Греческих богинь, с вздёрнутым носиком и чуточку прикудрявлинными серебристыми волосами.

К тому же, она свободно говорила об «Айрон Мейден», «Ван Хален» и «Дистракшен». Что касаемо литературы или искусства, она была ходячей энциклопедией и цитатником из любого места. Вощем, я и не заметил, как и пролетели вся эта дорога. Вернее был один удручающий инцидент и ещё один факт, о котором я забыл сообщить. У меня был с собой «ко­рабль» — реально весёлой «чуйки». Это не химическое дерь­мо — «gashish 2012», а реальный кайф с ржачкой, и музыкой в стиле КВАДРО.

Я про «корабль» вспомнил около 03 ночи, и чтоб понтанутца перед Лили и «новыми френдами», предложил всем его коллективно «употребить». Мы вставили батарейки в магни­тофон «ЭЛЕКТОРНИКа», врубили «СУПЕР МАКС», забили две беломорины и пустили «паровоз» по кругу. Все были в восторге, и казалось, что мы летаем на седьмом небе!

Приход был дичайшим. Офигевая от утренней НИРВА­НЫ, все размазались по стенам тамбура, словно слившись с музыкой «Пинк Флойд — Дарк Сайд оф зе мун». Я ЦЕЛО­ВАЛСЯ и обнимался с ЛИЛИ, о чём ей шептал, или она мне...

Кто-то подпевал Пинк Флойду, кто-то медленно пил Жегулёвское, спасаясь от сушняка или просто тупил в окно. Вощем, всем было так здорова, что так долго это продолжатца и не могло!

Случился ацкий ОБЛОМ КАЙФА! Из соседнего тамбу­ра, нарисовались два урелка — «АФГАНЦЫ», которые после войнухи, возвращались в свои дремучие васюки. ДЕМБИЛЯ были одеты в нелепую Советскую форму — увешанную всякими Комсомольскими значками, юбилейными лентами и смешными аксельбантами. Они были в ЖОПИТО и с батлами Жигулёвского пива. Намечались левейшие телеги, безмазовые тёрки и возможно махач, из-за ерунды, в котором, наши шансы были 50 на 50.

По всей видимости, их заинтересовали наши герлы. Вна­чале они вломились борзо, планируя встретить только одних девок, но к своему неудовольствию увидели толпу волосатых и непонятных людей. Находясь в ацком и беспредельном пост­военном алкогольном угаре, они попытались произвести вы­пады «НАЕЗДА», но всё обошлось без особого кипеша.

Возможно, урелки нас и ненавидели — модных моска­лей, но такая куча всех необычных и «неформальных» их на­верно как-то сломила морально. Бывает так, что например, едешь по своим делам, в ацкой пробке, с кучей рутинных за­бот, а тут висит баннер: «СЛЕЙЕР в Москве»! Смотришь на даты, а концерт, уже был 2 дня назад. Вся борзота и деловой настрой, в миг рушитца, и возникает такое грустное ощуще­ние, что чёто проебал в своей жизни!...

Ситуацию спасла Лили. Она прогнала им дикую высоко­мерную телегу, от которой дембеля просто сгорели заживо, а потом в качестве «отходной» предложила им курнуть!

— Ну что лохи вылупились, давайте дунем! — Мы дико офигели... С одной стороны, за такую телегу, можно было по­лучить сразу по ебалу, но она сказала, этот таким тоном, что они сразу осеклись. По всей видимости, они почувствовали себя, вступившими на чужую неведомую территорию, а так­же, что проебали — чёто в своей жизни!      

Скажу честно, как бы я херово, к «таким» не относил­ся, но мне их как-то стало жалко. Я прекрасно понимал, ка­ких мук — они натерпелись ТАМ — ЗА ЗРЯ и вот теперь едут ГОУ ХОМ в никуда. Причём, они где-то в подсознание явно понимали, что всем было по херу: как и зачем ОНИ ТАМ УМИРАЛИ!...

В обществе МСК обывателей, обладающими связями со Столичной верхушкой СССР, негласно считалось, что толь­ко «лузер», «колхозник» или «лох», может отправить своего сына в Авган, или он сам должен как-то отмазатца и закосить. Для этого во всех ВУЗах создали военные кафедры и туда по­падали в основном по блату или кто отслужил в армии...

Если мы были против АВГАНА с чисто прагматических, политических и пацифистках позиций, то обывательское об­щество чисто из-за презрения к бедолагам и неудачникам. Старшему поколению, было хорошо известно, что означа­ет — «СТАЛИНСКОЕ мясо в руках опытных ГЕНАРАЛОФ», и какой ценой достались ПОБЕДЫ в геополитических прихо­тях Большевистской верхушки!...

Несмотря на ацкий приход, я решил сгладить ситуацию, немного поговорить с парнями, чисто по доброму. За пол часа они выложили всю душу, а также рассказали в каком по­бывали АДУ. Они неистово рвали тельники и по кругу, твер­дили одно и тоже:

—  Да за наших парней! Я парву, каво хочешь! Сам на ам­бразура лягу! — и тд, в таком духе. И действительно, какое ещё можно было придумать успокоение, кроме как — «я вое­вал за своих парней»!

Ведь не будете, же вы себя успокаивать, тем, что воева­ли за «мудрое» решение товарища Брежнева «помочь охуенному Афганскому народу -установить самую лучшую в мире Советскую власть, без всякого там шариата и многожёнства»! На эту уловку, вощем, и полагалось Советское руково­дство! Ведь, никто же не станет ходить по улице и лить кро­кодиловых слёз:

—  Блин! За чё я выевал — НЕПОНЯТНО?! — и тогда все будут смеятца над бедолагой, а так действительна «за своих парней», как в фильме «9ая РОТА»....

—  А что?! Ну и пусть погибнут 200 ООО русских парней! Зато их лучшие друзья бородачи — маджохеды и цунары ста­нут модно жить! Да и пусть весь русский народ погибнет, ведь Айзеры, Чехи, Чурбыны и Цунары, такие прекрасные люди, что им не солидно жить в аулах, а подобает чисто обитать на Арбате и пороть толстых Москвичек! Всё бабло Че­хам, а Туле хуй...

Вощем, лайтового расхода не получилось, в угаре, они прилипли как банные листы. Пришлось говорить не о «сво­ём», о чём хочетца поговорить, а слушать пьяный бред. Это всё привело не к добру, так, как жалость к несчастным и по­такание шизе, всегда ведёт к лаже...

В вагоне из неоткуда, материализовались три цунара, ко­торые ломились, в поисках выпивки. Я не понимал, откуда они взялись в ПСКОВСКОМ поезде?!!! Такое в СССР было дичайшей редкостью! Ходило негласное правило, по которо­му простым смертным Цунарам, было запрещено передвигатца по СССР. Они были в угаре, а когда проходили мимо подьебнули панк герлу «ЛЮСИ ин ве СКАЙ», она им резко парировала, а те в ответ:

— Я твою маму эбал! — Это им стоило многова! Авганцы, искали приключений! Они тут же их индифицировали как «Духоф» и бешено прыгнули на них. Нача­лась просто ацкая пиздиловка, в которую не было невозмож­но влезть, чтобы разнять апонентоф! Прибежали проводни­ки, но и это не помогло, весь вагон ходил ходуном. Но самое страшное было впереди!...

Когда мускулистые «цунары» были практически смяты, блеснул тесак. Один из Авганцев был ранен, тогда второй ис­пользовал подручное «дерьмо» в виде батлов. Нам пришлось, тоже вписатца в бучу, далее был полный ужас!

Один из цунарков, как в боевике сиганул в открытую дверь тамбура и улетел в КУВЕЙТ. Авганец схватил вторе тело и выбросил его на рельсы, а когда бросал третьего, то тот вцепился в него и утащил с собой в ад, на полной скоро­сти! У меня до сих пор, стоит перед глазами душераздираю­щая сцена: ужасающие падение и брызги тела            

Его подраненный кореш, весь в крови и в парадном мун­дире — увешанный всякими значками, юбилейными лента­ми и смешными аксельбантами, пытался сигануть за своим боевым товарищем. Мы его ели удержали, чтобы он тоже, не «превратился в месиво»!..

Кто-то дёрнул СТОП КРАН, поезд трясонуло и на нас об­рушились чемоданы с верхних полок. Особо дико пострадав­ших небыло...

Сколько мы стояли в поле не помню! Весь поезд спрыг­нул на рельсы, многие были в ушибах и зырили вдаль, где на­чальник поезда и ответственные сотрудники, над чем-то ко­пошились. Вскоре показалась милиция и скорая помощь, дабы не далеко, находилась узловая станция. Поезд тронул­ся, набирая дикую скорость, чтобы компенсировать отстава­ние в графике....

ИЮНЬСКОЕ УТРО

Мы вышли, на какой-то левейшей станции в окрестно­стях Псковской губернии, где продавалось — НОЛЬ ЕДЫ, НОЛЬ БУХЛА, НОЛЬ СИГАРЕТ! Но так, как у нас были запа­сы, мы ощущали себя крутыми и заносчивыми! Нас ожидали три мелких раздолбаных автобуса, мы загрузились и поломи­лись в преддверии нового дня....

Было прекрасное июньское утро, один из тех дней, кото­рые случаются только тогда, когда погода установилась на­долго. С самого раннего утра небо было ясно; утренняя заря не пылала пожаром и разливалась только кротким румянцем.

Солнце было не огнистое, не раскаленное, как во время знойной засухи в 2010, не тускло-багровое, как перед бурей, а светлое и приветно лучезарное. Оно мирно всплывало под узкой и длинной тучкой, свежо сияло и тутже грузилось в её лиловый туман. Верхний край растянутого впереди облачка, вскоре засверкал змейками кованого серебра и тут же опять хлынули играющие лучи солнца, весело и величаво...

Лили до сих пор трясло, от жутчайшего происшествия, я сразу открыл бател «СЛИВовОЙ» и она ушатала не менее трети бутылки, а остальное я и ХИППИ. Второй батл пусти­ли по автобусному кругу. Полировка «ПРИХОДОВ» — СЛИ­ВОВОЙ, пришлась самым лучшим образом. Вскоре ужасы ночного трипа сгладились, наш разговор иссяк и мы просто молчали, глядя в окно на разбросанные облака по бесконеч­но разлившейся синеве неба.

В этот миг, не смотря на произошедший «ад ПЛАЦКАРДА», я почему-то ощутил счастье. Вернее, оно как то вли­лось в меня постепенно — каплями, как будто незримый бог, его осторожно вливал в душу человека. Как в компьютерной игре, когда на экране начисляетца счётчик «ЖИЗНИ»!...

Под звуки последнего альбома Роберта Планта из «Лед Зепелин», я обнимал Лили и смотрел в окно: облака почти не трогались с места и теснили синеву, насквозь проникнутую светом и теплотой. И это счастье, я испытывал каждую се­кунду! И вдруг она сказала:

—  А Ты любишь меня?! Меня?!

—  То есть тебя?! — меня словно ударило током и всего искорежило, мне показалось, что я проваливаюсь в какое-то прошлое! Как будто, это я уже где-то слышал!....

Я подумал, что это глюк, пытался сообразить, что мне надо сказать, если это был не глюк, я посмотрел на Лили и она вдруг снова повторила:

—  А Ты любишь меня?! — Что я мог сказать, догодатца не трудно?!!...

....Меня стало дико рубить, когда я проснулся от качки, то цвет небосклона, легкий и бледно-лиловый, не изменил­ся и до сих пор. Лишь немного кое-где протянулись голубо­ватые полосы, где, по всей видимости, сеялся едва заметный дождь.

Мы приехали на край Советской «образцово — показа­тельной деревни», в какой-то барачный комплекс, где в по­мещениях были расставлены — неподъемные чугунные кро­вати с решёткой и матрасами, дореволюционного производ­ства. И как бы я теперь «не ЛЮБИЛ бы ЛИЛИ..», но тут, же вырубился на первой попавшейся койке в удачном — распо­ложение у окна...

ЛАГЕРЬ АНТИСОВЕТЧИКОФ

Я пробудился около 19-00, во сне словив несколько, «флэш-бэковых приходоф» — КВАДРО и СТРЕРЕО, потом меня разбудила ЛИЛИ:

— «Сержик! Мой новый друг! ПРОСЫПАЙСЯ, уже ПОРА!...» — она, по всей видимости, где-то умудрилась кур­нуть «нежной», и её на «что-то пробило»: — Я был смущён таким поворотом. Изначально, я как бы принял ЛИЛИ, как нечто святое, без всякого секса, чисто тока для целования и обнимания, а тут мы одни в целом бараке. Она была вся такая лучезарная, вся такая полностью податливая и одурманиная.

Меня спас ХИППИ, он оживлённо заламился в барак, ко­гда Лили уже была готова ко всему:

—    Паук! Ну, хватит уже свободной любви! Приехали Пермские! Пойдём гнать антисоветские телеги!

—  О! Меня хлебом не корми, например! Только дай по­участвовать в АНТИСОВЕТИЗМЕ!

Я умылся бесподобной ключевой водой и вышел на ули­цу, где уже горело несколько костров. Я посмотрел на небо и убедился, что к вечеру облака практически исчезли, а по­следние из них, черноватые и неопределенные, как дым, ло­жились розовыми клубами напротив заходящего солнца! На месте, где оно закатывалось, виделось алое сиянье над потем­невшей землей, и, тихо мигая, как бережно несомая свечка, затеплится в нем первая вечерняя звезда...

Я выпил своё чай и кофе, а потом с батлом Сливовой дви­нулся в сторону главной веранды. Там уже во всю, готови­лась студенческая пирушка и все активно участвовали в этом деле. Когда, всё было завершено, все расселись на импрови­зированных скамейках, а кто-то просто на траве, потом сло­во взял преподаватель архитектурки, добрейший художник и массовик затейник.

Так началась первая антисоветская лекция — диспут.

Формат ежевечернего мероприятия был такой: каждый человек предлагал основную тему лекции-диспута, он гото­вил её, а потом другие люди кто в этой теме «шарил» дела­ли пространные ремарки. После докладоф, начиналось все­общее обсуждение. Медиратором дискуссии была «интел­лектуальная банда — олдовых антисоветских архитектороф, художников и писателей», которые направляли дискуссию в «своё определённое» русло, а также наполняли её энцикло­педическими данными. Кроме этого, они постоянно подли­вали масла в огонь, в виде ремарок антисоветской пропаган­ды. Когда это всё началось, я сразу почувствовал зловещие дуновение от «Лубянковских холодильников»! Ну чтож, чему быть, тому не миновать!

Вощем, архитектор в кратце рассказал о целях экспеди­ции, а также представил олдовых людей из разных городов — специалистов по древнеславянской письменности, археологов и искусствоведов. На импровизированной классной дос­ке и развешенных картах, они обрисовали план раскопок и предполагаемые маршруты. По их словам, именно в этих местах находились уникальные языческие тусовки — древ­них Русичей и варягов. Потом он сказал, что для успеха «этой миссии» очень важно понимание истории «местных васюкоф», в контексте всемирной истории, эволюции общества, национального самопознания и философских тенденций.

Мы говорили не только об истории и высших материях, а и о самых низменом, то есть о сортирах и о коммунисти­ческих колхозах Псковской области. Примерная последова­тельность, смысл докладоф и обсуждений был такой:

ЛЕКЦИЯ О СОВЕТСКОЙ ДЕРЕВНЕ

(в общее поток повествования включены ремарки, реплики и сухой остаток мнений)

...Сразу после Октябрьской Революции в этих Псковских местах начался ацкий поджог и разгром барских имений, со­провождавшийся массовыми убийствами не только самих дворян, но и их детей, а также служащих. Почему Больше­вистские комиссары и озверелая солдатня поджигала име­ния? Ведь имения, как и на юге США где было рабовладение, представляли собой не только модный особняк для балоф и маскарадоф, но и целые агрокомплексы, то есть высокоуро­жайные фермы, с отлаженным хозяйственным механизмом. Даже бы еслиб крестьяне, всё лето пьянствовали, они все­гда могли попросить в долг у барина еды или работу, то есть не умерли с голода... Тем не менее, если народ мстил госпо­дам, за вековые унижения, то Большевикам казалась, что их власть не на долго, досталось случайно, поэтому надо унич­тожить всё то, что было связано с дореволюциоными хозяе­вами жизни... Так, как во время Гражданской войны, хлебные места были отрезаны беляками, то естественно Питер кор­мился, в основном с помощью набегов продотрядов на близ­лежащие области в том числе и на Псковскую область. Те­перь уже раскулачиванию подвергались, не сгоревшие име­ния, а сами крестьяне. За укрывательство миски картошки, людей тут же расстреливали или подвергали ацким пыткам.

Многие крестьяне толпами пытались сбежать в Прибалтику, в том числе и священнослужители.Сразу после гражданской войны, целые годы в деревнях царил полуголод. Чтобы не ра­ботать на бесполезной работе, так как урожай не было смыс­ла собирать, вся молодежь подалась в Красную армию, где их бесплатно кормили, а также учили азбуке. Когда Сталин за­мутил всеобщую коллективизацию и индустриализацию, ему позарез были необходимы деньги. Средства для СССР добы­вались, в основном из продаж реквизированного имущества богачей, в том числе и после реализации национальных цен­ностей искусства. Всё это добро приобреталась еврейскими ростовщиками в США, друзьями и кредиторами Троцкого.

Ещё одним из пунктов дохода Большевистской власти стала реализация церковного имущества. Попов расстрели­вали, отправляли на «соловки», а чудотворные иконы и дра­гоценные утварь, продавали за копейки в США. К примеру, старинная икона стоимостью 100 ОООуе, обменивалась на 5 тракторов(без запчастей) рыночная стоимость которых не превышала и 15000уе. Прибыль в 700% оседала у заокеанских ростовщиков и на тайных счетах Большевистских бонз.

Кроме этого, началось раскулачивание. Всех работящих крестьян отправляли в ГУЛАг, а их имущество передавали в колхоз, как «якобы взнос государства». За два — три го­да, было невозможно восстановить прежнюю хозяйственную систему, а после ликвидации НЭПА в стране вообще начался лютый голод, особенно в Поволжье и на Украине. Советская пропаганда пыталась это объяснить тем, что малосознатель­ное крестьянство плохо и неумело трудитца в колхозах. От­части это было верно, так как всех работящих и смыслящих в сельхоз-хозяйстве отправили на каторгу, а вся американская техника и имущество кулаков, тут же ломалось или расхища­лось люмпенами.

На самом же деле коммунистическая верхушка, готови­ла дикий геноцид Русского и Украинского народа, с целью ацкого обогащения, а также вытравливанию из народной памя­ти всяческого представления об прошлой трудовой жизни. С помощью продотрядов и специальному попустительству, во многих Губерниях запас еды был доведён до НУЛЯ, а в дру­гих до 10% как в Блокадном Ленинграде. Причем немецкий вермахт, не имел никакого отношения к голоду в Ленинграде, так как снабжение жратвой это дело местного правительства, которое было избрано самим народом и соответственно ему полностью доверявшие свою жизнь и обеспечение.

Так вот, в начале 30-х годоф, во многих областях происхо­дил массовый мор и каннибализм. Причём по границам ГО­ЛОДАЮЩИХ губерний стояли рабоче-крестьянские войска урелов, которые препятствовали подвозу продовольствия и миграции населения в южные области, по типу ТАШКЕНТ— ГОРОД ХЛЕБНЫЙ!

Фотографии людей того времени, никак не отличался от еврейских узников Бухенвальда. Если Гитлер осуществлял геноцид, чуждого немцам еврейского народа, то Советские Большевики осуществляли геноцид собственного Русского и Украинского народа. В результате голода погибло около 9 000 000 миллионов людей. Всё отличие происходящего в СССР и Германии заключалось лишь в том, что в Германии 95% насе­ления жило припеваючи, а остальные «не арийцы» подверга­лись насильственной смерти. В СССР 70% населения ухуевали от ада, а 29% просто умирали сами по себе, в ацких муче­ниях от ГОЛОДА или в ГУЛАГЕ! Как то просто сами по себе! Они просто любили питаца во Французских ресторанах, по­этому не питались древесной корой или жуками...

Как тока массовая голодомор-истерия достигла апогея, Сталин тут же открыл фирменные магазины по продаже еды, с одним лишь дополнением! В качестве платёжного средст­ва за хлеб и картофель принимались только золото и брилли­анты, причём по цене лома. Так к примеру золотое яйцо Фаберже(рыночная стоимость 10 000 уе) приравнялось к трём буханкам хлеба и ведру картофеля. В период 1930 -1935 года таким макаром, у населения за бесценок были изъяты все ка­кие-либо личные ценные вещи, превратив советских людей в полностью нищих бомжей. Пункты приёма «золотого лома» не чем не отличались от картинки в фильме «список Шиндлера», когда после массового сожжения евреев, сотни сорти­ровщиков фасуют горы золота и разной утвари...

На вырученные средства Сталин производил мифиче­скую индустриализацию, путём приобретения по ацки завы­шенным ценам станков и лицензии на производство техники. Причём на стройках все работали бесплатно, чисто за балан­ду и кусок невкусного хлеба...

В середине ЗОх годов коллективизация коснулась и Псковской области. На всю округу было построено несколь­ко образцовых коммунистических деревень, а в остальных оставили всё как есть. Местные большевистские чиновники, чтобы показать начальству их усердие и то, что « образцо­вые коммунистические колхозы» перевыполняют план», вся­чески обирали другие деревни и их урожай приписовали «об­разцовым колхозам».

В 1937 году, чтоб показать своё усердие ХОЗЯИНУ, Псковское руководство начало репрессии против колхозов, которые не выполняют план. Так как некоторые практич­ные руководители понимали, что если отправить в ГУЛАГ или расстреливать мужиков, то вообще некому будет рабо­тать, поэтому заводили дела на стариков и детей. По стати­стике НКВД только в Псковской области было репрессиро­вано 42 000 человек. Из них 24 000 свыше б0 лет и 9 000 млад­ше -10 лет.

Вся это вакханалия продолжалась до 1939, пока не слу­чился супер казус. В деревни Ключи и Бор, было расстреля­на банда вредителей: старик 93 года, две бабки 67 и 81г и пя­теро детей!!!!!!!!! Им приписали вредительство в составе орга­низованной преступной группе, с целью поломки колхозного трактора.

Самое страшное, что детей расстреляли вместе со ста­риками, тутже не отходя от кассы. Через пять дней выясни­лось, что трое детей оказались детьми комдива Советской армии, которые приехали погостить в деревню! Начальник НКВД города Великие Луки, тут же застрелился, а его зам, чтобы отбелитца, тут же расстрелял всю семью своего быв­шего начальника. Но его это не спасло, так как по личному ходатайству комдива Сталину, все сотрудники города Вели­кие Луки тут-же были растрелены, жёны направлены в Гулаг, а отпрыски в детдома. В 1941 году этот комдив, проебал не­мецкий танк «Т-2», который прямой наводкой с холма рас­стрелял целый аэродром самолётов, выстроенных как на па­раде и полностью заправленных горючим. За этот «проёб» комдива и всех его замов, тоже расстреляли. Вообщем такая была жизнь в СССР, одни ебашили других, потом те этих и так всё по кругу...

ГРУШИНСКАЯ РОМАНТИКА В СТИЛЕ ХИППИ И РОК-УГАРА!

Когда лекторы замолкли, показывая своим видом, что лекция окончена, в аудитории возникла гробовая тишина. Многие были ошеломлены и обескуражены, казалось, что весь СОВЕТСКИЙ мир перевернулся. Было такое впечатле­ние, что это какая-то фантастика, что такова не может быть!

И действительно — « о таком» не писали в учебниках и не показывали в Советских фильмах. Конечно, многое, я уже слышал уже по радио «ББС» и «ГОЛОС АМЕРИКИ», но та­кой простой и конкретной раскладки, я сам не ожидал. Те­перь всё стало понятнее, откуда возникло Советское быдло, урела и комсюки, откуда их корни и что их породило.

Вскоре, начальство врубилось, что ОБУХОМ по ГОЛОВЕ не самое лучшие для начала летнего сезона, поэтому, они сра­зу замяли тему и перешли к радостному. Тем не менее, червячина АНТИСОВЕТИЗМА, сразу овладела многими умами и дала импульс всего направления, на последующие дни и не­дели.

— Товарищи студенты не волнуйтесь, это уже в прошлом! По воле Господа Совок сгнил, а Михаил Сергеевич Горбачёв и Авганистан, станет его могильщиком! Хе, хе! Впереди у нас радостная жизнь, мы должны к ней тщательно подготовитца и отдохнуть. Толпа с облегчением вздохнула, повалив в ла­герную столовку под открытом небом, построенную в мини варианте «аля как» в цветных кинохрониках, про летний ла­герь вафэн СС и Гитлер Югента.

На столах уже всё стояло, дежурные наваливали «горя­чие», начался дружеский ужин, тосты и распитие бухла. Ко­гда всё насытились и раздухарились, начался «Грушинский фестиваль» под гитары, а также дискотека и угар, под кассет­ный магнитофон...

Вся эта «олдовая публика» делилась на десидентов и поч­венников, мы несколько часов, провели в прекрасных спо­рах и разговорах. Было всё чудесно! Я как бы уже и забыл про ЛИЛИ, но тут архитектор из Питера заиграл на гитаре, а она с другими девицами стала танцевать и петь. Я на секунду перевёл на неё взгляд и тут, меня словно пробило током — сего­дня пятница! 24-00! В эфире Сева Новгородцев!

Я бешено ломанулся в сторону избы-барака и сразу вру­бил допотопный Рижский приёмник, на заранее приготов­ленной волне ВВС. Сквозь ацкие помехи, послышался ста­рушечий хор: СЕВА, СЕВА — НОВГОРОДЦЕВ, город ЛОН­ДОН БИБИСИ! В барак тут же влетели Хиппи, панк герла, геолог Сергей и байкер Заяц. Словно заворожённые мы при­пали к аналоговому динамику и внимали радио вещанию — словно маньяки. Во время трансляции музыки, происходили всяческие коменты.

Пока шла вступительная часть программы, я случайно нащупал корабль с остатками травы, радость была дикая!

Товара хватило, на пять «Беломорин», мы коллективно забили косяки, четыре я заныкал, а пятый пустили по кругу..

ПОСЕВЫ

5 июня: Британский список (U2, Whitney Houston, Tom Jones, Wet Wet Wet, Pepsi & Shirley, Donna Allen, Erasure, Johnny Hates Jazz, Starship)

«... Добрый вечер, друзья! Наша сегодняшняя программа посвящена популярным одиночным пластинкам недели. «И все?» — скажет тут дотошный слушатель. «А вот две недели назад говорил о какой-то ностальгической поездке в Рим — так что же, об этом и сказать нечего?» Ну что ж, извольте. Посетил места, покинутые десять лет назад — пляжный городок Остию под Римом, где снимали квартиру и где, помнится, я проводил упоительные часы в окрестных рощах, ремонтируя свой старый «Жучок». Машина эта была Volkswagen, купленная на римской Площади Испании у каких-то голландских студентов за 180 долларов. «Лети ласточкой, Жучок» — бывало говорил я машине, и она, хоть и немка, русский язык понимала. А знойными вечерами под роскошными пиниями на обочинах автострад разжигались огромные костры, на фоне пламени «девы ночи» стояли в томных позах, зазывая на ласку. «No», — говорил я им в открытое окно, «нет» по-итальянски, — «руссо туристо, облико морале». А сам древний город — «фонтаны пьяцца, мраморы палаццо, сыры на пиццах», как сказал баснописец, «ну как тут было не напиться/» Вспомнил, что знавал места, где литр вина стоил дешевле бензина, но при этом на всю страну, на всю Италию — ни единого вытрезвителя. Сло­вом, друзья, Рим неповторим.

Но вот, посетив заветные места и покончив с ностальгией, отправились дальше в Грецию, и там среди руин еще более древних на каком-нибудь острове Делос, в центре античного мира, в сухой жаре над прозрачными водами Среди­земноморья я ходил и бормотал:

Благодарю судьбу, что я рожден не греком,

что я рожден советским человеком,

прибыв сюда, подданый Короны,

из Рима, где я кушал макароны...

Упомянутые десять лет на фоне вечных руин — это, сами понимаете, мгновенье. Но в рамках рок-н-ролла, жанра молодого, это чуть ли не треть всей его истории. Истории, обновляемой почти ежедневно, что особенно хорошо видно на примере отчественного рока. Однако заглянем в исторические события этой недели, полистав страницы рок-хроники.

7 июня. В этот день в Миннеаполисе в 1960 году родился американский певец Принс, урожденный Нельсон Роджерс.

В этот же день в 1963 году Rolling Stones впервые выступили по английскому телевидению.........

9 июня. В эти военные дни в 1941 году — Англия, как вы знаете, вступила в войну почти на год раньше, в английском городе Лестере родился Джон Лорд из группы Deep Purple.

10 июня. Год назад было объявлено, что Боб Гелдоф за свои заслуги в организации кампании «Band Aid» получил титул Кавалера Британской Империи.

12 июня. В 1941 году в Манчестере в этот день родил­ся Рой Харпер.

И наконец, 12 июня 1965 года участинки Beatles были награждены Орденами Британской Империи...»

Началась музыка:

— Нифега себе Ордена Британской Империи!!! Представляешь ПАУК, а еслиб Горбачёв тебе орден дал — за создание песни ЛЮЦИФЕР?! — в этот момент был докурен вто­рой косяк.

— Или за «Дьявол Сдесь»! — началась ацкая ржачка, все ползали по полу и умирали от смеха....

«... 11 июня в Англии всеобщие выборы, вот в этой предвыборной борьбе не отстают и английские панки. На этой неделе в свет выходит сборная пластинка, на которой представлены семь английских панк групп. Альбом называется «Maggie, Maggie, Maggie, out, out,out!», то есть «Долой Мэгги» или «Маргарет Тэтчер», а сама премьер-министр изображена на обложке пластинки в нацистской форме со всеми знаками отличия. Но на защиту консерваторов встала группа профессиональных студийных музыкантов под названием Paradox, она выпускает песню 60-х годов под названием «We Can't Let Maggie Go» («Нельзя позволить Мэгги уйти»)...»

Началась музыка:

— Ага! Или «Нельзя позволить Ленину уйти»! А чё?! Пусть не тока в мавзолее в гробу лежит, а ещё просто на съез­дах партии тупо сидит!

— Ему можно даже моторчики приделать, чтоб он шеве­лился!

— Нет! Лучше, пусть просто ПУКАЕТ! — началась ацкая ржачка, все ползали по полу и умирали от смеха....

«...Ранее мы неоднократно говорили о пластинке Пола Саймона «Graceland» и самых разных разногласиях и кривотолках, которые она вызвала, о том, что Саймона, в частности, обвиняли в нарушении культурного бойкота Южной Африки, поскольку он пригласил на запись своей пластинки несколько негритянских ансамблей из ЮАР. И вот на прошлой неделе в Лондоне сам президент Африканского Национального Конгресса Оливер Тамбо признал, что «в нашей нынешней политике бойкота есть темные места. Мы должны принять во внимание — сказал он — изменения, произошедшие в последнее время в Южной Африке. Появилась новая народная культура, выражающая глубочайшие чаяния нашего борющегося народа. Настал момент обратить внимание на то новое, что наш народ создал в жертвах и борьбе. Не только это нельзя бойкотировать, — сказал Тамбо, — но более того, это необходимо поддерживать.»

Началась музыка:

— Бля, какая херня! Слава апортэиду! Негроф в ад!

— Не понимаю, почему в «МЕЖДУНАРОДНОЙ ПОНАРАММЕ» Ботвинник, постоянно вписываетца за негроф и проклинает Буров, а также боевиков РОДЭЗИИ?! Ему, что за это ОРДЕН ЛЕНИНА дадут?!

— Да хуIXи, тут непонятного?! Просто этого толстяка нигеры из Патриса Лумумбы порят в очко! Его не одна баба не выдержит!

— А он сколько весит?

— Да наверно 500 кг! — в этот момент панк герла задумалась и под укуркой, выдала первый бред:

— А меня толстяк порол! Но он весил наверно, меньше! Всего 300кг! — началась ацкая ржачка, все представили, как похудевший БОТ в 300 кг, порит панк герлу с ирокезом!  Мы валялись на полу и чтобы, не умереть от смеха выползли на газон.....

« Музыкальные газеты пишут, что солист американской группы Beastie Boys (что-то вроде «Зверские ребята») был арестован в конце прошлой недели по окончании последнего концерта британских гастролей в Ливерпуле. В понедельник утром он предстал перед городским судом по обвинению в непредумышленном нанесении тяжелых телесных повреждений. На концерте произошло следующее. Из глубины зала местная шпана стала кидать на сцену банки из-под пива и бутылки, и через десять минут после появления Beastie Boys на сцене началась страшная буча. На балконе хулиганы стали выламывать стулья из пола и кидать их вниз в партер. Певец группы Адам Хоровиц по прозвищу Ad Rock поначалу парировал летящие предметы бейсбольной битой, как бы играя с аудиторией в опасную лапту, но потом якобы не выдержал и сам кинул в зал полную банку с пивом. Банка, описав траекторию, приземлилась в зале на голову одной девушке. Прибывшей полиции ничего не оставалось делать, как очистить зал, бросив туда слезоточивую бомбу. Хоровиц был арестован, его продержали десять часов в участке, но в конце концов отпустили под залог, залог в десять тысяч фунтов, поскольку группа едет на гастроли в Японию. Но Хоровицу придется приехать на суд, который назначен на 21 июля. Газета «Melody Maker» пишет, что группа Beastie Boys стала в каком-то смысле жертвой собственной рекламной кампании в сенсационной прессе, со смаком описывавшей все антиобщественные выходки участников группы. Это, пословам Melody Maker, и привлекло на концерт местных хулиганов.»

Началась музыка:

— Не хера себе « полную банку с пивом «! Да за такую банку в этой деревне убить могут!

— Ебтить «ГИНЭС»! Да его даже днём с огнём, в БЕРЁЗ­КЕ хер найдёшь!

— А у них на каждом углу такие банки продаютца!

— «И сам кинул в зал полную банку с пивом»?! Он что сумасшедший, таким моднейшим пивом разбрасыватца?! — в этот момент панк герла выдала очередной креатив:

— Пусть бы кидался просто «ЖИГУЛЁВСКОЙ мачёй»! — потом она подумала и сказала:

— Неее, тогда его запишут в КОМУНИСТЫ! — Мы валялись на полу и чтобы в очередной раз, чтобы не умереть от смеха выползли на газон.....

«...Журнал «The Face» («Лицо»), журнал иллюстрированный и модный, в июньском выпуске поместил большую статью с массой цветных фотографий, посвященную советскому року. Статья называется «Children Of The Revolution» («Дemu революции»), в ней рассказывается о новых культурных веяниях в стране, в частности, о фильме «Легко ли быть молодым», и напечатаны разные фотографии, например, рижских металлистов группы «Август», поп-группы «Рондо», панк-трио из Таллина, а также фотографии московских брейкеров, нововолнистов и прочия...»

Началась музыка:

— Не хера себе! «Нововолнистов и прочия....»! Да их то за что?! Они же все «утюги — фарсовщики»! — заиграла совковая система против наживы, которая, если «заработать не можешь — то осуждаешь»!

— «Легко ли быть молодым»— офигенное кино!

— ВСЁ ПРАВИЛЬНО — это начало! Пусть пока будет «Легко ли быть молодым»! А потом дальше!

— ОКОВЫ ЗЛА ПАДУТ! И на обломках дерьмовластья....— но договорить геологу не удалось, «панк герла», выдала очередной кретив:

— «АВГУСТ» — ГАМОСЕКИ! Они бывшие «ЗЕМЛЯНИ» и «РОНДО» тоже! — Мы валялись на полу и чтобы в очередной раз, чтобы не умереть от смеха выползли на газон.....

«....На десятом месте песня «Goodbye Stranger» («Прощай, незнакомец») в исполнении дуэта девушек Pepsi & Shirley. В смысле цветовой гаммы Pepsi & Shirley представляют собой кофе и сливки или, если угодно, молочный шоколад и сахар. Свою профессиональную известность получили, подпевая популярной английской группе «Wham!», распавшейся в прошлом году. И те, чья музыкальная память удерживает звуки годичной давности, без труда узнают в новом дуэте звуковую рецептуру их бывших запевал...»

Началась музыка:

— Если бы распалась София Ротару, то песню»Прощай, незнакомец», наверно исполнил бы Валерий Леонтьев!

— А он что?! Тоже гамосек?!

— ГалимыЙ! Он постоянно в цирковом трико выступает! Наверно тусит на «ПЛЕШКЕ»! — в этот момент «панк герла» серьёзно задумалась и выдала очередной креатив:

— А если бы распалась ПУГАЧЁВА?! — Мы снова упали на пол и чтобы, чтобы не умереть от смеха выползли на газон. Дальнейшее было слышно смутно......

« ... Люди постарше, должно быть, помнят английского певца Тома Джонса. Собственно, английский он лишь для тех, кто не знаком с тонкостями нашей внутренней географии. Том Джонс из Уэльса, сын валлийского шахтера и сам где-то тоже немного шахтер. В Уэльсе любят петь хором, поэтому хороший голос, особенно мужской — дело обычное. Том Джонс стал известным в 1965 году, пел он, надо сказать, с большим чувством внутренней секреции, что тогда, в эпоху чуйственного подъема, пришлось очень кстати. Потом он записал массу популярнейших пластинок, но с годами отошел на второй план, напоминая о себе время от времени мировыми телевизионными концертами. Внешне Том Джонс по-прежнему подтянут, моложав, в глазах все также прыгают чертики. Но вот недавно я увидел его фотографию с каким-то усатым дядькой; оказалось, что дядька этот — его сын. И подумалось — не стареют душой ветераны. По-видимому, такие же не стареющие душой купили его пластинку, которая в лучшую свою неделю поднялась до второго места, но на этой неделе она опустилась до девятого. Песня называется «А Boy From Nowhere» («Парень ниоткуда»), запевает наш валлийский Лещенко по имени Том Джонс.......»

РАСКОПКИ СЛИЛИ!

Я уже больше не мог «умирать от смеха», поэтому решил срочно отыскать ЛИЛИ. Мы уединились на берег озера, хотя, несмотря на час ночи, было довольно таки светло, как вече­ром в Москве. Потом пили портвейн «777», а потом водку, прыгали через костры, купались в ночном мистическом озе­ре и бесконечно говорили...

В полумраке я катался с Лили на лодке, она читала прон­зительные стихи, была такая водная гладь, что мы скользи­ли, словно по волшебному зеркалу из чудесной сказки. Под­нимающийся туман усиливал мистические и восторженные впечатления!

Нас встретило быстрое чудесное летнее утро, с лёгкой туманной дымкой, после чего мы счастливые разбрелись по своим баракам...

На следующий день, начались раскопки, поездки и стран­ствия по местным васюкам. Лили была всегда в нашей компа­нии, я за ней с удовольствием ухаживал или держал за руку. Как я уже говорил, она была для меня чисто эстетическим персонажем и мне хотелось наслаждатца только эстетиче­ской частью этого образа, без всякого оголтелого секса. Да и вообще мне было, как-то неловко представлять себя — «в сексе с Лили»! Она была такая умная и неземная, что я иногда дико смущался своего невежества или, например своей мате­риальной бедности...

Да, да! Именно о бедности в материальном положение! Ведь мне было, всего 21 год, но уже тогда я стал задумаватца о том, что если ОНА богиня, то её парень должен дать ей, что-то большее! Я уже тогда ощущал ответственность перед любимой девушкой! Если, я в этом состояние, не мог дать ей материальное, значит, я должен обозначить ей всё моё духовное! Если я её люблю, и это не наваждение, то получаетца, чта я должен весь свой мирр бросить к её ногам и сказать:

— О БОГИНя! Возьми меня!....

Но весь свой мир, я не мог бросить к её ногам, так, уже был по уши завязан в своих ПРОЭКТАХ, а соответственно и не мог ей посвятить свою жизнь! Поэтому, в моём представ­ление, я не мог полностью ею обладать или претендовать, на обладание ею полностью!!!...

ФОСФОРНЫЙ АРТ-ЛОСЬ

В один из дней мы в очередной раз прогуливались с Лили, шли по какой-то длинной и бесконечно-извилистой тропин­ке, по холмистым полям и пригоркам, и постоянно говори­ли. Вокруг всё утопало в зелени, по обочинам дороги сюр­реалистически торчали фиолетовые пики цветов — люпинов, а взор мог улетать на несколько км вперёд. Вот мы подня­лись на пригорок, внизу лужок, далее холмик, на нём дубок, за пригорком поле, за ним более высокий холм с берёзками, за ним луг, потом ещё больший пригорок на нём избушка и лесок, потом низина и снова дремучий лес! Чистое 3D изо­бражение, к которому приплюсовывалось 3D HEБO, с пятислойными облаками, которые ежесекундно меняютца, слов­но под циклической программой ФОТОШОПА.

На своей арт даче в 5 км от МКАДА, я провожу 50% сво­его времени, но к сожалению с моей нехолмистой веранды, я вижу лишь верхушку Челобитьевского леса и особняки со­седей, конечно тоже заебись, но ни 3D леса и 3D HEБa там не проматриваетца.

Итак, за день до этого, как мы с ЛиЛи топали мимо фио­летовых пик «люпинов», по всей округе пролетел ацкий ура­ган с градом, в местной деревне улетела целая куча крыш, а старые деревья дико завило и покосило. Некоторые заросли по обеим сторонам тропинки, были одновременно смешные и зловеще пробуравлены, словно через них промчалось ста­до боевых слонов армии Ганнибала!

Мы вошли в мелкий лесок и вскоре услышали странные вопли и животный хрип. На всякий случай я приготовил граб­ли, так как в этих местах было целая тьма диких кобаноф. Но грабли не понадобились, ацки хрипел молодой ЛОСЬ, кото­рого придавило деревом во время урагана. Он весь запутал­ся в сучьях, никак не мог поднятца и вырватца из объятий дуба.

Когда мы подошли, он тупо и жалобно вращал глазами и что-то шептал, пришлось сбегать за подмогой. Несколько взмахов топора и проходоф пилы, после чего лосёнок был свободен и мог ломитца на все четыре стороны. Он пару раз пытался вскочить, но тут, же падал на землю, по всей види­мости, он повредил лапы. Мы погрузили его на телегу и при­везли в лагерь.

Масса сердобольных студентоф, сразу принялись его ле­чить, всячески ухаживать и кормить. Через пару дней он на­чал ходить, а через три дня оголтело ломитца по всему лаге­рю. Он, почему то сразу одомашнился, а соответственно тутже перенял все классические привычки домашних котов и псов: лежать не в загоне, а на веранде, причём таким обра­зом, чтоб через него надо было переступать. Сидеть со все­ми за обеденным столом и постоянно воровать еду, пытатца отхлебнуть водки во время тостов, бурчать во время лекций, пытаца залезть в автобус, а также забегать в спальные бараки, лежать на дореволюционной койке и поедать прессу.

Вообщем, он у нас прижился. Как — то раз мы занима­лись коллективным рисованием с натуры, в этот день мы с Хиппи прямо с утра «дунули паровоза». Вскоре мне надоело рисовать лужайку, и я переключился на ЛОСЯ, а также под­рубил в это дело ХИППИ и панк герлу «ЛЮСИ ин ве Скай». Один час усердной работы и наш ЛОСЬ полностью преоб­разился. Он стал АРТ-ЛОСЁМ. Когда мы на него глянули со стороны, то тут же чуть не умерли от ржачки...

С одной стороны модный АРТ-ЛОСЬ был покрашен в зебру, а с другой стороны в камуфляж. Ему приделали аван­гардное седло из старого таза, рога покрасили фосфорной краской и приделали бубенцы, а также массу всяких фенечек, сделанных из консервных банок и кусков ткани. Из старого пальто, которое валялось в сарае, я соорудил ему зловещего «всадника без головы» и посадил в таз.

Кроме этого на его крупе располагалась масса антисовет­ских лозунгов по типу «панк нот дэд», «ай лов пис», «АСДС — не подходи убьёт», «вы вил рокю» и тд.

Вся тусовка была в восторге и ржала целый час, единст­венно кто был недоволен — это местный кот и пёс, при виде ацкого чудища — пёс стал на него лаять, а кот дико шипеть и изгибать спину дугой.

Я хотел, всячески усовершенствовать APTЛОСЯ, но нам было необходимо срочно проделать ряд хозяйственных трудо-дел.........................

СЕЛЬПО ТРИП С МЕСТНЫМИ УРЕЛКАМИ

.... Вообщем, первому звену предстояло организовать ужин, а мне с Хиппи наладить аппаратуру и сцену на веранде барака, намечалась угарная совместная вечеринка с Ленин­градскими студентами. Кроме всего прочего нам поручили, сделать особые закупки в местном СЕЛЬПО. Куда мы и от­правились с Хиппи и «ЛЮСИ» на полном шифре и шугняке. То есть с запрятанными хаерами и ирокезами, а также в майках без черепов. В отличие от нынешних вымерших дере­вень, советские деревни, кишили местными злобными урелами, половина из которых ещё с «антикулацких времён» дико нелюбила городских, а тем более понтярщиков из МСК. Лю­бая встреча, грозила махачем или нудными телегами:

— Пацаны давай бухнём, а? А чё вы там в Москве все кру­тые, а ?! А чё такой хаер? А чё вы тут копаете? Идите поле ко­пайте и тд...

Мы решили отправитца в «опасный ПУТЬ», до обеда, пока аборигены ещё не набухались и не раздухарились. Но случилось самое худшие — мы рассчитали обед по МСК вре­мени, а не по деревенскому! По дороге, нас атаковала стадо гусей и чуть не сбил пьяный тракторист, а когда мы подошли к магазу, то обнаружили, что на пороге СЕЛЬПА сидела на «кортах» и грызла семечки — орава урелов в кепарях, кото­рые пытались сообразить «днюху местного Витька».

Площадь перед шопом — была пустынная и нас сразу за­палили. Поворачивать обратно с тележкой — было без мазы, и мы в ужасе, как кролики поломились в пасть к удаву. Нас спасло чудо! Неожиданно в клубах пыли, бешено подрулил старый «ГАЗ» начальника местного колхоза. Он стал орать на урелов, и обвинять их, что они сломали сеялку:

—   Всех осенью отправлю в армию! Вот тогда вы научи­тесь у меня дисциплине! Мать вашу! Сразу запляшете подругому! Там в Кандагаре, вы у меня узнаете, как любить родной колхоз! — и всё в таком духе. Урела с наглыми харями, зырили на колхозника, с полным ехидством!

Когда мы поравнялись с ними, сам бог словно заговорил моими устами, и я как робот на автомате — выпалил море спасительных заготовок:

—   Товарищ председатель колхоза?! Где тут у вас — ме­стный васюковский клуб?! — урела удивлённо и с интересом сгрудились вокруг нас.

—  Я не председатель, а старший агроном!

—  Тем лучше! Одним словом, вы наверно знаете, что мы прибыли студенческим лагерем в полосу вашего хозяйства? Перед отъездом, товарищ Ельцин из Московского горкома комсомола попросил у вас в посёлке организовать культур­ный досуг — рок концерт и дискотеку в деревенском клубе! Кстати худ рук, щас на месте?!

—  Товарищ Ельцин?! Из Московского горкома комсомо­ла?!

—  И товарищ Горбачёв на майском пленуме комсомола, например — убедительно просил об этом!

—  И товарищ Горбачёв?! — он инстинктивно вытянулся по струнке, отряхивая пыль с потёртого безобразного пид­жака — фабрики «Трёхгорная мануфактура».

—  Причём лично!

—  Лично! Мать твою! Вот это новость! — он тут же осёк­ся и набросился на урелов:

—   Вот видите, сам товарищ Горбачёв заботитца о вас! Культурный досуг хочет организовать, а вы ослы — только срать и ломать сеялки умеете! Да я бы не месте Ельцина, ни досуг вам устроил, а просто расстрелял! — я заговорщицки его увлёк в сторону и прогнал такую телегу:

—   Степан Петрович! Вощем расклад такой, скажу вам чисто по секрету! Сегодня с Питерскими студентами к нам в лагерь, приедет проверяющий ревизор КГБ по Ленинград­ской области, у него там внучка в студентках. Он собутыль­ник Андропова и лютый как зверь. У него на уме одно: всех вешать и расстреливать. Вообщем, всех таких ненадёжных, кто там ломает сеялки или пьяных, лучше всего на десять дней запереть в амбаре, а по периметру озера поставить дру­жинников, чтоб кто нибудь из местных, там чего-то не учу­дил. Одним словом мы с ним водочки выпьем, может он и не пойдёт тогда проверять ваш совхоз! Но только сами пони­маете, вы уж нам помогите стол организовать, там солений всяких и курочек с поросенком зажарить!

Петрович тревожно ловил каждое слово и дико офигевал, а потом выпалил:

—  Товарищ Евгеньеч, не переживайте! Организуем в са­мом лучшем виде! А он, какой по внешнему виду?!

—  Он очень страшный и будет инкогнито! Но вам я ска­жу его приметы! — я тут, же обрисовал портрет зловещего археолога — каратиста из Рязани. Ему было около 50лет, бри­тая ужасная рожа и он был похож на мента, но в сущности до­брейший человек.

—  Вощем, срочно ломитись к участковому, худ руку и на­чальнику колхоза, всех предупредите, а яства везите лично мне!

—  Есть, слушаюсь! — он бросился к толпе и стал снова на них орать, я подошёл к ним.

—   Значит так, в следующую субботу дискотека и рок концерт. Передовикам производства и призывникам — вход бесплатный, только надо в клубе навести порядок! — урела одобрительно закивали головами! — Ещё такой вопрос к пар­ням?! Как вы думаете?! Из соседней деревни, будем каво пус­кать или только девиц с выпивкой?! А?! — урела тут-же дико оживились:

—  Да пошли они хер, никаво пускать не будем! Ебала им сразу расхуярим! А бабы пусть приходят! И самогонки пусть больше несут! — перспектива кутить с бабами из соседней деревни — дико понравилась местным урелам, они дико оживились и уже представляли себя с кучей тёлок и вкусны­ми напитками, на мопедах «УРАЛ». Но долго помечтать им не удалось, в эту секунду подбежал какой-то мужик с окро­вавленной рожей, и обратился к одному из урелов:

—  Витюха! Твой батяня «белку» словил! Всех подрят ко­лом мудохает! — я воспользовался ситуацией и тут-же обра­тился к Степаночу:

—  Вот видите, неприятности уже начинаютца! — Степаныч, быстро усадил урелов в ГАЗ и помчался утихомиривать БЕЛКУ, мы тут-же шмыгнули в сельпо! Конечно, я представ­лял себе нищенскую скудность, но она превзошла все мои ожидания. После долгого изучения кало-продуктов, мы вы­брали относительно безопасные яства. Тяжелее обстояло с бухлом, его вообще небыло, в виду Горбачёвского Сухова за­кона. ЧЕТВЕРТАК с ЛЕНИНЫМ открыл тайные закрома и нам удалось из под полы, кое-что приобрести:

1. Макароны — 8 пачек

2.  Гречка — 5 пачек

3.  Сахарный песок — 4 пакета

4.  Сайра — 20 банок

5.  Латвийские шпроты — 12 банок

6.  Сок «Краснодарский» — 5 стеклянных банок по 3 литра

7.  Тушёнка с коровой — 10 банок

8.  Черный и серый хлеб — 20 батоноф

9.  Мармелад развесной «плитовой» — 2 кг.

10.  Вино Молдавское «Улыбка» — 15 батлоф

11.  Коньяк «Грузинский» — 3 батла

12.  Водка «Пшеничная» — 10 батлоф

13.  Чай грузинский — 5 пачек

14.  Цикорий -3 пачки

15.  Масло сливочное -2 кг

16.  Маргарин -3 кг

17.  Сигареты «ЯВА-100» и «Ява красная» — 2 блока

18.  Сушёный компот — 3 кг

19.  Портвейн уреловский «777» -7 батлоф

20.  Пиво — 6 батлоф

21.  Зелёный горошек в стекле -5 банок

Вощем, после нашей «оптовой» закупки в сельпо оста­лась тока маргарин и тухлая ливерная колбаса. В дальней­шем, продовщица магазина за ЧЕТВЕРТАК с ЛЕНИНЫМ тайно привозила бухлопрямо в ЛАГЕРЬ АНТИСОВЕТЧИКОФ....

Коньяк и «Улыбка» — случайно завалявшиеся с доисто­рических времен, все были в пыли и покоились в наших рюк­заках. Мы стали это быстро запаковывать и грузить на теле­гу, чтоб побыстрей смытца во свояси. В эту секунду в поме­щение «сельпо» вбежал громадный местный урел — Андрюха по кличке «Бочка»:

—  Пацаны, а что за рок будут лобать?! А?! — я ему тут-же загнал телегу:

—  Ну, сначала выступит Коррозия Металла, а потом бу­дет джем сейшен и лобатца ковера: Битлз, Слейд, Дип Пёрпл и АСДС!

—  А Блэк Сабат, будет?!

—    Конечно все хиты — «Айрон Мэн», «Моб Рулес», «Щиз ГОН» и «Хэвен энд Хэл»: — урел дико заорал и кинул­ся ко мне пытаясь подбросить в воздух, отчего, я чуть не про­бил башкой потолок шопа!

—  Пацаны! Охуеть! Это бля праздник! Это пиздец! Блэк Сабат! — Бочка оказался уникальным деревенским фанатом рока и был на седьмом небе! Я сразу решил его завербовать в нашу тусовку, угостил пивом и тут же пообещал подарить ему самопальный значок «БС», а также польский винил груп­пы «КВИН» — по котировки толкучки в Новоподрезково в 9 руб.

Пока мы тащили тачку в сторону лагеря, Бочка был ря­дом с нами, распугивал гусей и псов, а также с жадностью расспрашивал о рок угаре в Москве. После того, как я пообе­щал ему бесплатный билет на Гаиновский Круиз, он стал пры­гать, орать и повисать на ветках дуба! Он был самым счастли­вым человеком на свете. Вскоре мы поравнялись с последни­ми домами. Я распрощался с Бочкой и пригласил его придти в 21-00 на студенческую вечеринку для торжественного вру­чения самопального значка «БС». С дикими радостными кри­ками он бешено помчался в сторону «БЕЛКИ»!

СЕКС СО ЗМЕЁЙ

Когда мы дошли до крайнего дома, и уже было собрались спокойно перекурить, нам снова помешали местные. Из ка­литки, порывисто выбежала клевая герла, примерно девятна­дцати трёх лет, с рассыпанными по обнаженным плечам бе­лыми кудрями и протянутыми вперед обнаженными руками. Увидев нас, она тотчас бросилась навстречу и схватив меня за руку, бешено потащила за собой. Она дико визжала и орала:

— Змея! Змея! Скорей, скорей, сюда, спасите! Она укусит всех детей! АААААА!!!!!

Не из нежелания повиноваться, а просто от избыт­ка изумления, я не тотчас последовал за девушкой, а как бы уперся на месте: и даже сказал бы так, что в жизни мало ви­дал подобной красавицы. Она обернулась ко мне с таким от­чаянием в голосе и во взгляде, что я дико очумел:

—  Да идите же, идите!» — и мы тотчас, ринулись за нею в раскрытую калитку, на ходу вооружившись лопатой и граблями, а затем вбежали в просторную хату — советского образца от 1947 года.

Руководитель экспедиции проинструктировал нас, как нужно было боротца с ползучими тварями, и одну из них мы уже завалили! Опыт уже имелся, и теперь нам лишь остава­лась — насладитца спортивным садизмом.

В комнату, куда мы вбежали вслед за девушкой, на старо­модном диване из конского волоса лежал, весь белый — бе­лый, с желтоватыми отливами, как воск или как древний мра­мор, мальчик четырёх — пяти лет. Он был поразительно по­хож на девушку и очевидно, был ее братом или сыном. Рядом на железной кровати бешено вопили — трое малолетних де­тей, а на полу ползала длиннющая змея и дико шипела.

Глаза мальчика были закрыты, тень от черных густых во­лос падала пятном на словно окаменелый лоб и на недвиж­ные тонкие брови. Из-под посиневших губ виднелись его стиснутые зубы. Казалось, он не дышал; одна рука опусти­лась на пол, другую он закинул за голову. Мальчик был одет и застегнут, в тесный пионерский галстук, который сжимал его шею.

Девушка с воплем бросилась к нему.

— Он умер, он умер! Змея его укусила! — вскричала она, — он только что, прямо сейчас, сидел и говорил со мною!....

Я стал хуярить по змее граблями, а когда пригвоздил к полу, Хиппи раскаленной кочергой отрезал её бошку от тела! Дети тут-же бросились к мамаше, они дико вопили и рыдали. Я приделал к граблям бошку змеи и поднёс к детям:

—  Да, не бойтесь! Она уже больше не кусаетца! — одна девочка тут же упала в обморок, а мальчик поднял голову и заговорил:

—  Я специально претворился мёртвым, чтоб змея меня не укусила! — но он тут же разрыдался и обкакался! — В это мгновенье лицо девушки преобразилось, её брови приподня­лись, а глаза стали большими и засияли радостью...

Пришлось использовать стратегические запасы. Кусок мармелада — привёл детей в чувство, а полбутылки пива их «клевую маму — сестру».

«Мама» налила им манной каши и включила мультики на ЧБ телевизоре, а я отрезал ещё бонусный шматок мармела­да, а затем с барского Москальского плеча — метнул шепот­ку сосальных конфет. Дети сразу забыли про змею, пялились в телек и уплетали десерт.

Вместе с Наташей, мы отправились в садик, открыли батёл «777» и закурили «Яву -100». Наташа постоянно хватала меня за руку, в пятый раз описывала «змеиный ужас» и дока­зывала, что мы её спасители. Она двигалась ко мне всё бли­же и ближе, и я сразу почувствовал, что щас, что-то должно произойти. В очередной «разлив», я обнял её, но она не про­тивилась и всё причитала про змею. Она даже положила мне голову на плечо, и я стал её желать, гладить её волосы, а она всё плакала. Я сделал знак Хиппи, и он под видом починки те­лежки, тут же удалился к воротам. И вот мы одни!

Не долго думая, я поцеловал её в губы, расстегнул пуго­вицы на её блузке, а потом поволок в сарай. На куче с дро­вами, произошёл «быстрый животный секс», он был велико­лепный. Я обещал к ней заглянуть в полночь и сразу двинулся прочь. Но, не успев взяться и за ручку уличной калитки, как Наташа догнала меня и сразу остановила.

—   Ты уходишь?! — начала она, ласково заглядывая мне в лицо, — Я вас не удерживаю! Но вы должны непременно прийти к нам сегодня вечером, Сергей, мы вам так обязаны! Вы мне спасли брата: мы хотим поблагодарить вас и все мои подруги! Вы должны сказать нам, кто вы?! Вы должны пора­доваться вместе с нами!...

—  Но сегодня, у нас будет мероприятие, в студенческом лагере! — заикнулся, было, я, перебирая в голове многохо­довку, какая может возникнуть, если Наташа неожиданно припрётца на вечеринку?!!!

—  Вы еще успеете! — с живостью возразила девушка. — Придите к нам через час, на чашку кофе. Вы обещаете? А мне нужно опять к нему! Вы придете?

Что мне оставалось делать?

—   Приду, но только в полночь, например! Такова жизнь студента! — ответил я.

Красавица быстро пожала мне руку, выпорхнула вон, и я тут же очутился на улице.

ДИМ ДИМЫЧ ИЗ ОБЩЕСТВА «ПАМЯТЬ»

Пока мы тащили тачку к лагерю, целая куча разрознен­ных мыслей пролетала и не укладывалась у меня в голове: куча детей, кто ОНИ, кто эти люди которые хотят благода­рить? А вдруг это урела? А вдруг Наташа проболтаетца, что я её выебал?! Начнутца нудные разборки и тд?! Но ход моих мыслей был нарушен появлением СУПЕР ПЕРСОНАЖА — «Дим Димыча» Васильева из общества «ПАМЯТЬ»! Не пом­ню — было тогда уже такое общество — «ПАМЯТЬ», но он сам точно был?!

В ситцевой рубахе из конопли, с вышитыми свастиками и языческими узорами, Васильев важно разгуливал по веран­де Олега Игоревича и озирал окрестности. На шее у него ви­сел дорогущий заграничный фотоаппарат «НИКОН», а рука­ми он опирался, на раритетный «мечь — кладинец»!

Мы стопанули телегу, около летней кухни, а потом я ре­шил заглянуть к себе в барак, заныкать ряд товаров народно­го потребления. Когда я уложил в свою тумбочку несколько батлов, купленных на мои деньги, то Васильев уже был здесь. Он сразу засёк ксероксное издание «Оккультный Рейх», ко­торое лежало на подоконнике, подошёл, полистал книгу и сказал так:

—  Некоторые Сионисты утверждают, что Гитлер сам был евреем?! Но книга хорошая, раскрывает массу всего!

—   Знаете, я в евреях не разбираюсь?! Мне, её Никодим подарил, и мне эта книга такую глубину несёт! Даже больше чем, все Греческие войны! Здесь всё такое неизведанное! Как будто, это было в нереальном мире и могло быть с нами!

—  Ну, ну! А где Олег Игоревич?! Я тут приехал! А двери на замок! — я почему-то сразу проникся уважением к Васильеву, не зная — кто он такой и откудова. Вощем, я предложил ему отпить чаю с мармеладом, с целью увлекательной беседы.

—   Вы не волнуйтесь! Все уехали на раскопки предпола­гаемой грибницы «3-его слона» от викингоф и варягов, кото­рые этого слона захватили! Одним словом, все вернутца к 19-00, а потом будет лекции и пирушка!...

Мы прошли на летнюю НС кухню, поставили чайник и достали бутылку «Улыбки». Вначале разговор не клеился и был сумбурным, но потом стал насыщенным и интересным! Потом он сказал несколько солидных заготовок, и я в полном доверии, практически выложился перед ним как на духу — рассказал обо всех впечатлениях — от уреловской сельской жизни, бедности и невежественности аборигенов!

—  В бога не верят! Поэтому и горят в аду!

—  А знаете, у меня в роду 13 попов?! Мой прадед был Ни­жегородский священник. В 1937 ему прихожанин сообщил, что НКВД желает его репрессировать, и он свалил в Вязем­ский монастырь к родственникам. Там их всех и накрыли. Просто расстреляли прямо на паперти!

—  Хе, хе! Классическая дурость — прятаца у родственни­ков! Арест и расстрел неминуемо!

—  В каком смысле?!

—  Да в прямом! У следака, всегда есть тока адреса род­ственников и кентов, которые забиты в базу! Он их и отраба­тывает! А адреса тайных друзей ему неведомы, и соответст­венно он жопу рвать не будет, если конечно, это не покуше­ние на Горбачёва!

—  Он же хороший! За демократию!

—  Да какой, там за демократию?! Просто слабый по жиз­ни, и пляшет под дудку американского КГБ, а также Грузин­ского Массада!

—  Он же Генеральный Секретарь КПСС?! Какой ещё Из­раильский массад?! ААААА????

—  Израильский?!...

Я посмотрел на дедушкины часы, время было около 18-00:

—   Товарищ Васильев! У нас завтра пробная вечеринка, необходимо срочно закомутировать аппаратуру, вы тут сами дальше хозяйничайте — вот чай, вот цикорий!

—  А?! Большевицкий кофе?

—   К сожалению, для общественности есть тока такое! В этот момент вернулось руководство лагеря.

Дим Димыч, стал сними здоровотца и обниматца в пра­вославном стиле:

— А мы тут с Пауком, читали «Оккультный Рейх» и пили «Большевицкий кофе»! Так, что можете его взять с собой, на раскопки танка «ТИГР»! — я дико офигел:

—  Танк «ТИГР — 4»?! Настоящий?!

—  Дим Димыч шутит! Просто целый «Т-2» — дивизии «МЁРТВАЯ ГОЛОВА»!

— Дивизии «МЁРТВАЯ ГОЛОВА»?! Это как у Штирлица с черепом?! Я готов прямо щас, тока за лопатой сбегаю!

— Да там целый экскаватор понадобитца! — все ржали, а потом пошли на очередную Антисоветскую лекцию...

ПСКОВСКАЯ ПРОВОСЛАВНАЯ МИССИЯ

часть 1

В этот день в лагере антисоветчиков, намечалась очеред­ная тяжеловесная лекция, я ещё не знал её содержания, но ко­гда пришёл на поляну перед резной верандой — то сразу дико офигел от аншлага! Среди руководства экспедиции, немно­го сбоку сидел тот скромный и интеллигентный Ленинград­ский КГБэщник — Владимир Веньяминович. Он изящно пил кофе из чашки дорогостоящего сервиза и курил Американ­ское МАЛЬБРО из «Берёзки», а также отмахивался от кома­ров, веткой «Берёзы».

Знаете, я так заметил, что и насекомых то вокруг него, даже и не летало, комары и те чувствовали СИЛУ КГБ, ста­раясь пить кровь, чисто у народа. Первым вводное слово ска­зал Старший по студенческому лагерю, а потом и понеслось. Каждый по очереди вставал из-за дубового языческого стола, гнал свою телегу, а также периодически читал цитаты. Неко­торые фрагменты разыгрывались по ролям. Представленный материал сделан в общем потоке:

«...— Как вы знаете, в СССР, 22 июня — День памяти и скорби, в тот день произошло нападение Германии на СССР. Но в нашем мире, зачастую добро и зло — смешаны, так на­пример, 22 июня 1941г положил начало уникальному миссио­нерскому проекту Русской Церкви — Псковской Православ­ной миссии, действовавшей на захваченной фашистами территории Балтии и Северо-запада России в 1941—1945 годах, то есть, где мы щас и находимся.

В нашей стране до сих пор стараются не вспоминать о том, что во время войны Церковь действовала по обе линии фронта. Естественно, советские историки, пишут о «Псков­ской миссии» как о предательстве. О ней и до сих пор идут споры, и о ней мало кто знает, но интерес к этому событию вследствие ПЕРЕСТРОЙКИ дико возрастает. — Старший умолк, сел, а слово взял неизвестный пожилой человек с те­атральным голосом:

«... Во Христе возлюбленные братья и сестры!

Карающий меч Божественного правосудия обрушился на советскую власть, на ее приспешников и единомышлен­ников. Христолюбивый Вождь — германского народа при­звал свое победоносное войско к новой борьбе, к той борьбе, которой мы давно жаждали — к освященной борьбе против богоборцев, палачей и насильников, засевших в Московском Кремле: — так 22 июня 1941 года, начал своё воззвание к па­стве — Архиепископ Постдамский Серафим:

— Воистину начался новый крестовый поход во имя спа­сения народов от антихристовой силы... Наконец-то наша вера оправдана!... Поэтому, как первоиерарх Православной Церкви в Германии, я обращаюсь к вам с призывом. Будьте участниками в новой борьбе, ибо эта борьба и ваша борьба; это — продолжение той борьбы, которая была начата еще в 1917 г., — но, увы! Окончилась трагически, главным образом, вследствие предательства лжесоюзников, то есть Англии и США, которые в наши дни подняли оружие против герман­ского народа. Каждый из вас сможет найти свое место на новом антибольшевицком фронте. «Спасение всех», о кото­ром Адольф Гитлер говорил в своем обращении к германско­му народу, есть и ваше спасение, — исполнение ваших долго­летних стремлений и надежд. Настал последний решитель­ный бой. Да благословит Господь новый ратный подвиг всех антибольшевицких бойцов и даст им на врагов победу и одо­ление. Аминь!....»

Установленный факт, что Гитлер знал через разведку, что советское правительство готовят вторжение в Европу, и его он ожидал в ближайшие недели. Американские финан­совые круги были заинтересованы в уничтожение Европейских национальных элит, с тем самым, чтобы впоследствии, установить свой МИРОВОЙ порядок, то есть рулить всеми финансовыми делами и политикой. Но, чтобы этого добитца, необходимо было Советское вторжение, с временным ус­тановлением ГУЛАГо-комунистическим режима. Англия и США всячески подговаривали Советы начать войну, обещая щедрую техническую помощь и беспроцентные кредиты.

Начало советской операции по вторжению в Европу «Гро­за», был назначен на 6 — 10 июля 1941 когда, должно было состоятца — полное сосредоточение Советских войск вто­рого стратегического эшелона вблизи западных границ. Гер­манские войска часто отвлекались на проведение второсте­пенных компаний, а начало упреждающей операции «Грозе», постоянно откладывалось. И вот, наконец, 22 июня 1941 года операция началась. Во всей Германии и Европе, где прожи­вали миллионы Русских Эмигрантов, не принявших Больше­вистский режим Ленина — Сталина, происходила неодно­значная реакция. Упёртые Деникинцы, каво вобщемто и под­ставила АНТАНТА, выражали «ФУ», а тусовка Распутинцев и генерала КРАСНОВА дико поддержала Фюрера, аплодис­ментами и колокольным звоном большинства Европейских церквей! За несколько месяцев Германский вермахт, захватил Украину, Белоруссию, Крым, Прибалтику, а также половину центральной России. В немецкий плен попало более 3000000 красноармейцев, а также несметное количество трафеев.

Архимандрит Германии Иоанн (Шаховский), который в 1937 был духовным руководителем добровольческой русской роты, в армии Франко во время гражданской войны в Испа­нии.

БЛИЗОК ЧАС:

В крови и грязи пришедшее, уйдет в крови и грязи. Че­ловеконенавистническая доктрина Маркса, вошедшая в мир войной — войной исходит. «Я тебя породил, я тебя и убью!» кричит сейчас война большевизму.

До каких дней желанных, и подсоветской, и Зарубеж­ной России довелось дожить. Не сегодня-завтра откроют­ся пути свободных слов о Боге. Пред своей кончиной в Мо­скве, в начале большевизма, Афонский старец, праведный о. Аристоклий сказал такие слова: «Спасение России при­дет, когда немцы возьмутся за оружие». И еще пророчествовал: «Надо будет русскому народу пройти через мно­гие еще унижения, но в конце он будет светильником веры для всего Мира». Кровь, начавшая проливаться на русских полях 22 июня 1941 г., есть кровь, льющаяся вместо крови многих тысяч русских людей, которые будут скоро выпуще­ны из всех тюрем, застенков и концлагерей Советской Рос­сии. Одно это уже исполняет сердце радостью. Лучшие рус­ские люди будут скоро отданы России. Лучшие пастыри бу­дут отданы Церкви, лучшие ученые — русской науке, лучшие писатели — народу, отцы — детям своим, и дети — роди­телям, к женам вернутся с далекого севера любимые мужья; сколько друзей разосланных вновь соединяться-

Закрепощенные по лагерям, заводам и колхозам рус­ские люди были бессильны подняться против международ­ной атеистической силы, засевшей в Кремле. Понадобилась железно-точная рука германской армии. Ей ныне поручено сбить красные звезды со стен русского Кремля, если русские люди не собьют их сами. Эта армия, прошедшая своими по­бедами по всей Европе, сейчас сильна не только мощью сво­его вооружения и принципов, но и тем послушанием высшему зову, Провидением на нее наложенному сверх всяких полити­ческих и экономических расчётов. Сверх всего человеческого действует меч Господень. Новая страница русской истории открылась 22 июня, в день празднования русской церковью памяти «Всех святых, в земле русской просиявших». Это знамение того, что событиями руководить Высшая Воля. В этот чисто русский праздник, соединенный с днем воскре­сения, началось исчезновение демонских криков «Интерна­ционала» с земли русской. Это будет «Пасха среди лета», о которой 100 лет тому назад, в прозрении радостного духа пророчествовал великий святой Русской земли преподобный Серафим. Лето пришло. Близка русская Пасха...

22 июня 1941 года Гитлер сорвал сталинский план вой­ны, но конечно, не мог остановить оголтелый натиск мирово­го коммунизма, питаемый сионистами США, но осадил, за­держал и ослабил его. Но не только в Германии Православная церковь выступила в поддержку акции «БАРБОРОСЫ», а во многих странах мира. Вот с каким посланием, в эти дни обра­тился «Русско-Американский Комитет», за подписями архиепископа Виталия, Бориса Сергиевского и Бориса Бразоля к американскому президенту Рузвельту по поводу начала вой­ны Германии с СССР:

Господину Президенту Американских Соединенных Штатов Франклину Делано Рузвельту, Белый Дом, Вашингтон.

Господин Президент!

С возникновением военных действий между Германией и Советской Россией мировая история подошла к поворотно­му пункту, который, окажется в высшей мере знаменатель­ным для человечества в целом. Германия вторглась в Совет­скую Россию, и в иных кругах высказывается мнение, что Америка без промедления должна придти на помощь СССР. Мы расцениваем события на Востоке, через призму двойно­го критерия: мы усматриваем центр тяжести создавшего­ся положения не столько в военных операциях, хотя они и развиваются в гигантском масштабе, сколько в катаклизмическом столкновении двух коренных начал — христиан­ского начала духовной терпимости и социально-политиче­ской свободы, с одной стороны, и анти-христианского нача­ла узкой нетерпимости и политического гнета — с другой. В этом историческом конфликте русский народ стоит пе­ред трагической дилеммой: либо использовать нападение Германии на Сталина для своего освобождения от советско­го ига, либо, подчинившись Сталину, навсегда отказать­ся от надежды стряхнуть с себя оковы коммунистического рабства. Если бы русский народ избрал вторую часть озна­ченной дилеммы, Европа неизбежно сделается коммунисти­ческой и Америка также может пасть жертвой Коминтер­на. Наш Комитет, представляющий лояльных американ­цев русского происхождения, с большою тревогою и глубоким прискорбием констатирует явно обозначающееся стремле­ние отдельных чинов Администрации к оказанию Америкой помощи не России, не русским, а красной диктатуре в лице Сталина. Мы полагаем, что было бы фатальной ошибкой для Соединенных Штатов выступать на защиту советов по следующим основаниям:

Во-первых, современная Россия — СССР находится под властью гнусной клики международных заговорщиков, из­вестной под именем Коминтерна, стремящейся путем розлагательной пропаганды или же насилием ниспровергнуть законные правительства во всем мире.

Во-вторых, недавние официальные расследования без­ошибочно доказали, что местные коммунисты, при финан­совой поддержке Москвы, лихорадочно ведут в самых разно­образных направлениях подрывную работу против Соеди­ненных Штатов.

В-третьих, среди бесчисленных преступлений против цивилизации совершенных коммунистическими угнетате­лями, засевшими в Кремле, едва ли не самым гнусным яв­ляется их бунт против религии, их варварское обращение со священнослужителями. Фактически, за время своего су­ществования, красная власть разрушила или закрыла до 50,000русских православных храмов и физически истребила несколько десятков тысяч священников. Равным образом, мы просим помнить, что советская власть обошлась русскому народу до 50,000,000 жизней, в каковой итог входят умершие с голоду и от эпидемий во время великих голодух 1921-1922 и 1931-32 гг., а также замученные позорным ГПУ....

Дадим ли мы Коминтерну оружие, которое он употре­бит против нас же? Помогая красному Интернационалу, отвергнем ли мы те идеалы, за которые в прошлом амери­канцы отдавали свои жизни, и которые мы, под присягою, клялись защищать?Более того, американская помощь Ста­лину и его приспешникам будет истолкована угнетенным и порабощенным русским народом, как большая несправед­ливость! Для тех десятков миллионов крестьян, у кото­рых были отняты земли и жилища, и которые пулеметами были загнаны в колхозы; для тех рабочих масс, которые при­креплены к государственным заводам; для тех бесчисленных страдальцев, которых мучают в концентрационных лаге­рях; для всех этих обездоленных и голодных советских рабов, коммунистическая власть является символом бездарности, подкупности и жестокости. Каждый американский доллар, внесенный в казну Коминтерна, был бы расценен русскими в качестве попытки этой страны продлить агонию их горе­стного существования под красным игом. В заключение, мы хотим отчетливо указать, что принципиально и безогово­рочно мы противимся всякой попытке захвата русской тер­ритории...Мы полагаем, однако, что задача охранения цело­сти России является долгом самих русских, и, далее, что как только придет к власти компетентное русское националь­ное правительство, оно сумеет разрешить все территори­альные проблемы без вмешательства какого либо иностран­ного правительства.»!!!!

Как известно уже с начала ЗОх годов, в США и Англии, было создано множество правых организаций, которые со­чувствовали идеям национал социализма Германии и пыта­лись замутить такое же. Духовный и материальный кризис, вызванный бесполезной Первой мировой войной, Великая Депрессия, победа в России зловещего Большевизма, застав­ляли общество искать новые пути и системы общественного бытия. Национальная элита и ярые Британские Империали­сты реально понимали, что Большевизм это крах их колони­альной империи, конец жирной жизни. Призрак коммунизма восстал над Европой!

Тем не менее, мировой финансовой мафии РОКФЕАЕРА, в реальности угрожал, не Сталин, а Гитлер. Сталин отнимал бабло у национальных элит и ссылал их в Сибирь, а Гитлер наоборот выступал за национальные элиты, а у паразитов — ростовщиков отнимал деньги и сжигал их в духовках. Рокфелер очень боялся духовок и не доверял Шиндлеру, поэтому он вынудил правительство США и Англии начать войну про­тив национал социализма, причём руками Большевистского СССР и её послушных народоф. В начале 1939г, тайные аген­ты ЗОГ, уверили мафию Сталина, что если Красная армия раз­громит Германию и оккупирует пол-Европы, то они будут «не против», а даже наоборот будут помогать, с помощью Лендлиза. Большевицкой верхушке, эта идея очень понравилась, Молотов срочно метнулся в Берлин, предложив заключить пресловутый пакт «Молотова — Риббентропа», по которому Германия и СССР — пилит Польшу, а также СССР имеет пра­во оккупировать Прибалтику, Буковину и Западную Украину. Если Германия возвращала свои исконные территории (уте­рянные в 1918г), то Красная армия оккупировала независи­мые демократические государства, которые не имели ника­кого отношения к СССР!

Первый заход империалистического СТАЛИНА — БЕЗ­ДАРНАЯ война против ФИНЛЯНДИИ, в которой были оп­робованы схемы по будущей компании против Германии! Сталин репрессировал 90% командного состава армии, мощ­ных и опытных командиров, которых он дико опасался. Ес­тественно в такой ситуации, он не мог конкурировать с мод­нейшими доктринами военной науки, в частности Германии, где основой было само военное искусство — стратегия, на­тиск, тактика, манёвр с использованием современной техни­ки, при минимальных потерях. Поэтому всему этому цивили­зованному искусству, он противопоставил простейшую МЯСОБОЙНЮ.

Стоят Финские доты, вырубленные в скалах, берёшь 100 танков и 10 000 урелов комсомольцев — коммунистов и го­нишь их на пулемёты. Толпа ломитца, им нужно спасать свои жизни, кто-нибудь добежит и подорвёт хотя-бы один дот. Завтра снова, берёшь 100 танков, 10 000 урелов комсомоль­цев-коммунистов и гонишь их на Финские пулемёты под пря­мую наводку. На пятый день образуютца моднейшие ледяные горы из мертвецов и металлолома, теперь могут подъехать другие танки, и, прячась за кучи скульптурных компози­ций — расстреливать доты в упор! Линию Монэргейма не могли прорвать 6 месяцев! Пока дед Мороз, создавал при­чудливый дизайн из сотен тысяч мертвецов: Будённый тан­цевал ГОПАКА, Берия порол актрис и голый плясал «ЛЕЗ­ГИНКУ», Хрущёв — «тыж меня подманула», МЕХЛИС — 7-40, а Сталин солидно потягивал «Кидзмароуни» и охфигевал, от невероятной ситуации! Как всё обстряпано! Ни КАКОГО ПРОТЕСТА со стороны урелов и коммунистов, они как коро­вы — послушно шли на СТАЛИНСКУ МЯСОБОЙНЮ! Ста­лин пыхтя трубкой солидно втирал Мехлису:

—  Видишь Меха! Мы с тобой военных академий не кон­чали, а командовать и побеждать умеем!

—  Товарищ Сталин! Вы гений! Вы открыли мне глаза, на то, как надо воевать!

В результате маленькой Финской войны, потери СССР составили 317 000 убитыми и 820 000 раненых, а Фины поте­ряли 32 000 убитых и 129 000 раненых!

Ещё маленький ньюанс, который продолжил СТАЛИН­СКУ МЯСОБОЙНЮ в годы 2ой-ВОВ! Это авиация! Сталин решил замутить моднейшую бомбардировку Хельсинки, по типу как Франко Мадрид. Так как высший командный авиа — состав, был репрессирован, то в полёт отправилась зелёная молодёжь и колхозники. Тактика авиа-налётов, была полно­стью скопирована со штурма линии Маннергейма. Вместо массированного налёта с участием 500 машин, самолёты от­правляли мелкими волнами, с которыми вполне справлялась жидкая зенитная артиллерия.

Первую волну самолётов полностью смял заградитель­ный огонь Финской противовоздушной обороны, инструкто­рами которой были офицеры Вермахта и Люфтваффе. Затем это произошло, со второй и пятой волной. Результаты бомбо­метания были незначительны — мелкие пожары в городском доме престарелых и общежитие негроф — госторбайтероф. Естественно лётчики, были гораздо умнее деревенщины из пехоты, и не хотели быть пушечным мясом 88милитровых зе­ниток, в дико непродуманных налётах. Они полагали, что это вредительство, поэтому в групповом заговоре стали сбрасы­вать бомбы на лосей и ёлки, а также накручивали счётчик км-налёта, порхая над болотами.

Это факт, стал известен Сталину, поэтому он проклял авиацию и пользовался только МАСОРУБКОЙ, которую можно проконтролировать! Вы же не можете посадить на облака ЗАГРАДИТЕЛЬНЫЕ ОТРЯДЫ?! НКВДэшники и по­литруки дико боялись летать, а если их и посадить в кабину штурмовика вместо пулемётчика, то они сами, первые будут подговаривать пилота бросать бомбы на лосей и ёлки...

Теперь о помощи ЗАПАДНЫХ держав демократиче­ской ФИНЛЯНДИИ — её не было. Всё что получила Фин­ляндия, это 5000 добровольцев, которые за СВОИ ДЕНЬГИ и НЕЛЕГАЛЬНО съехались со всей Европы. 50% процентов, были бывшие Белогвардейцы и интернациональные участни­ки войны в Испании, а также инструкторы из Германии. Доб­ровольцев могло быть в 20 раз больше, но полиция западных стран, арестовывало всех молодых мужчин, которые собира­лись в Финляндию по туристической визе! Истинное лицо Рокфелеровской ДЕМОКРАТИИ!!!     

Когда немцы напали на Польшу, Англия им сразу объя­вила войну и начала ацкую компанию в СМИ, а то, что Ста­лин оккупировал её вторую половину и Прибалтику, как будто этого факта и не существовало. Прибалтийская диаспора забрасывала правительства стран Антанты «Криками о по­мощи», все их петиции игнорировались, а «Прошения» вы­брасывались в помойку! Мало того, послы прибалтийских го­сударств были арестованы «Скот ланд Ярдом» и посажены в тюрьму вместе с Ирландскими сепаратистами, чтоб меньше открывали рот...

Вместе с частями Красной армии, в Прибалтику въехали сотни Американских ростовщиков, которые вместе с НКВД, рыскали в поисках ценностей. Все богатства конфискова­лись, делились между красными, а большая их часть за бес­ценок продавались ростовщикам. Бывших хозяев сразу рас­стреливали или отправляли в ад ГУЛАГА. Теперь в сознание прибалтийских народов, захоронился стереотип, что винов­никами всех их БЕД — являются РУССКИЕ! Но это не так! Большевики — интернационалисты, в купэ с мировым сио­низмом, а не русские!

Вообщем, по случаю такого ФАРТА, на даче у Сталина была устроена невьебенная пирушка: Будёный танцевал ГО­ПАКА, Берия ебал балерин и голый плясал «ЛЕЗГИНКУ», Хрущёв — «тыж меня подманула», а МЕХЛИС — 7-40. Сталин солидно потягивал «Кидзмароуни» и офигевал, от невероят­ного везенья! Как всё обстряпано?! Ни КАКОГО ПРОТЕСТА со стороны ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ государств, по факту на­падения на ДЕМОКРАТИЧЕСКие ГОСУДАРСТВа!...»

— Ну на этом пока ВСЁ! Завтра продолжим: — в первую минуту возникла гробовая тишина....

РАСКОПКИ КОРОВЬЕВА ДЕРЬМА

На следующий день, совместно с патриотическим клу­бом ДОСАФ, мы отправились на раскопки мифического «ТИГРА» и утонувших в местном озере — целой бригады Т-34!!! Наша задача состояла в выявление предполагаемых мест, калькуляция артефактов, а ДОСАФ занимались перезахоро­нением советских бойцов.

Мы действовали по системе, понятной только одному Ивану Гавриловичу. Уезжали на несколько или более трёх де­сятков километров, потом сворачивали с просёлочных дорог, углублялись в поля или буреломы. Затем он доставал блок­нот и карты, выставлял геодезические треножники, зырил в них, а мы бегали с палками и по его указанию втыкали в зем­лю. Потом, с помощью землемера и верёвок, разбивали всю местность на квадраты, а уже потом прочёсывали металлоискателями и рыли ямы...

Первые пол дня, вся эта работа, показалось мне ужас­но нудной и трудоёмкой. Кто, когда-нибудь копал засохшую землю, летом на жаре и в поле, поймёт меня, какой это дико утомительный и непродуктивный труд, а тем более под ацкими атаками комаров и слепней. Вощем, первый день, нам пришлось 80% времени отмахиватца от слепней, чем капать. Один раз когда, я отпугивал стаю тварей облепивших меня с ног до головы, то случайно уебал лопатой «ХИППИ», он получил ацкое сотрясение мозга и его на тракторе увезли в больничку. Да и меня и самого, надо было туда же класть, так как открытые места тела, состояли из сплошного нарыва от укусов любимых Пушкинских насекомых.

Единственное, что меня взбодрило и заставило забыть все ацкие невзгоды, это дикая находка — разбомбленное не­мецкое 88 миллиметровое орудие!!! Мы капали как бешен­ные, а когда нашли первые снаряды, то просто кидали их ло­патами. Нам казалось, что если они и взорвутца, то например у ДОСАФ, а не у нас...

Вощем усталые, обкусанные и счастливые, мы вернулись в лагерь. Ни о каком сексе, роке и угаре, я и ни хотел думать и уже было хотел вырубитца на железной кровати Но вдруг заявился местный фанат металла — «Бочка». Он был в вос­торге от альбома Джудас Прист — «Бритиш стайл», который я ему дал послушать. Он взахлёб восторгался соляками и пе­нием Халфорда. Но мне щас было не довосторгоф, и я его спросил прямо:

—   Бочка! Как ты думаешь?! А, когда немцы в ваших кра­ях, сидели в окопах — они как со слепнями и комарами бо­ролись?

—  Да, чё тут думать?! В консервных банках — жгли коро­вье дерьмо, перемешанное с сеном, травой и мылом!

—  Вот это да! А чё ты, мне про это сразу не сказал?!

— Я привык, а ты и не спрашивал!

—  Значит так Бочка! Я тут по случаю, могу взять у Питер­ского пацана — редкий концерт МОНОВАРа. Но ему за это, надо подогнать три ведра коровьего дерьма!

—   А сено — обосранное коровьем дерьмом не подой­дёт?!

—   Такое сено подойдёт! Тока его надо, целую телегу! И дерьма хотя бы ведро!

—  Это я щас мигом устрою! — глаза Бочки горели ацким огнём! Он уже кроме МОНОВАР ничего не воспринимал. Он тупо стал вращать руками, в надежде, уже прямо щас заполу­чить кассету.

—  Ну и?!

—  А кассету давай!

—  Я же сказал! Срочно ломись за дерьмом, а я пока одол­жу эту кассету! Только одна нога там, а другая здесь. Иначе Питерские уедут на грузовике и МОНОВАР накроетца мед­ным тазом. Кстати захвати кулёк с САМОСАДОМ твоим авганским!— Бочка с дикими воплями, выскочил во двор и беше­но помчался в сторону деревни....

Когда БОЧКА припёр море коровьего дерьма, я тут же стал экспериментировать, как это можно применить в реаль­ных и полевых условиях. Вообщем, скоро была изобретено устройство «КАПСУЛА-1» и «КАПСУЛА-2». Первый проект состоял из прогнившего Совкового ведра, внизу располага­лись угли, бумага и берестяная кора, потом щепки, сено и пе­ремешанная трава с коровьими лепёшками...

Снизу ведра проделывалась дыра, через которую под­жигалась кора и бумага, далее ведро, просто коптило дымом. Я сразу сообразил, что таких вёдер надо много, чтоб как на войне делать сплошную АНТИКОМАРИННУЮ дым-завесу. Второй проект был этому подобный, только его платформа со­стояла из громадных селёдочных банок, к которым приделы­вались ручки из проволоки. Мне нужно было массовое произ­водство этих устройств, и в качестве мастера, я привлёк панк герлу «Люси Ин Be Скай». За право пользования КТР бухлом, пыхом, музыки и сигаретами, она согласилась ежедневно из­готовлять 20 моделей обоего типа. Многие над нами посмеи­вались, но вскоре прибегали на ПоКЛОН, с целью приобрете­ния наших ЧУДО АГРЕГАТОФ в полной сборке за 1 руб!

НОВАЯ ПОДРУГА ЛИЛИ — ВИКА

Тем временем, мы отправились с Хиппи в сарай и стали выгружать «РОДИНУ» и «Теслу», а потом коммутировать всё это хозяйство. Необходимо было замутить обещанную вече­ринку. Через пару часов, всё работало и громыхало. Я вру­бил гитару в «тесловский» комбик и пытался нарулить звук. В этот момент ко мне кто-то подкрался и прекрасные деви­чью ручки — сжали мои глаза!

—  А кто тут без меня гулял, например энское дней на­зад?! А?!

—  А ЭТО?!!! НУ я это?!!! — я на секунду попал в полное замешательство! В то время, я ещё был не отпетый преступ­ник, во «всех облостяз», поэтому сразу частично запалился!

В «ту» первую секунду я не угадал, чьи это ладони — Лили или какай-то другой девицы, так как был увлечён «ТЕСЛОЙ»?! Лили?! Панк гердла — ЛИВС?! Может это На­таша?! Которую, я сегодня отпорол в сарае с дровами?! Мне пришлось выкручиватца, самым неимоверным способом — ЗМЕЁЙ!

Когда я вывернулся из прелестных ладоней и обернулся, то увидел перед собой Лили и несказанно красивую девуш­ку, с чёрными волосами и грациозной талией, словно у принцесы — из 12 ночей Шахиризады! Наверно она была смесью русского и Ташкентской узбечки!

—  Лили! Ну, с кем я могу гулять кроме тебя?! Разве с та­лией ГИТАРЫ?! — девушки рассмеялись....

—  Познакомся! Эта мая новая подруга Вика! Она из Пи­тера, учитца на журфаке, и очень любит танцевать под рок!

—   Вот это да?! Нам как раз сегодня, дико необходимо, чтоб девушки танцевали РОК!

—  Да! Я умею танцевать рок! А когда будут танцы?! Пря­мо сейчас?! — она игриво повертела талией, а её сиськи, игри­во колыхнулись под модной футболкой!

Я словно покурил «КВАДРО — Чуйской» и провалил­ся на мгновение в нирвану! Я сразу захотел «viebat» ВИКУ? и что самое главное ЛИЛИ! Я сразу отпугнул эту мысль — «viebat — ЛИЛИ», но в таком контексте «бес противоречия» заработал самым страшным образом....

—   Так значит когда, начнутца эти РОК — ТАНЦЫ? — Вика продолжала крутить талией и сиськами...

—  Ну, это?! Щас будет небольшая лекция и ужин, а потом, там танцы и мы будем рубить метал!

—  Вы будете играть хардрок на гитаре?! — это был мой ЗВЁЗДНЫЙ ЧАС!

—  Да вот так! — Я тут же врубил ручку громкости и из­дал пару акордоф ЛЮЦИФЕРА! Девицы были в шоке! Рёв ацкого фуза действовал на них также, как латы рыцаря на гра­финю, с бледным лицом во время турнира Королевы — БРИТАНии! Они уже по всей видимости «konchali»!

В этот момент, подъехал ещё один автобус — ЛИАЗ, ко­торые припарковались на берегу хрустального озера, откудова вывалило около 30 рыл — разного Питерского пипла!.................

ЛЕКЦИЯ: НЕМЦЫ В ГОРОДЕ И СОВЕТСКИЕ САРТИРЫ

После ужина, началась очередная лекция, которую вёл начальник лагеря архитектороф и его олдовая банда — ста­рых антисоветчиков. Некоторые её куски, разыгрывались ими как в театре, по ролям и с якобы импровизированными репликами:

....Итак «наша деревня» находитца недалеко от Демьянского котла, где целый год вела ожесточённые бои — диви­зия вафен СС «Мёртвая Голова». Ещё летом 1941 г солдаты СС, были дико удивлены, что в этих местах любые модней­шие овощи вырастают буквально за 10 дней, а Брюссельская капуста вообще например за пять дней. Поэтому Зеп Дитрих, начальник боевых групп СС, первым делом приказал восста­новить Советские колхозы, и при этом платить селянам по честному и в твёрдой Европейской валюте. 20% урожая кол­хозники имели право оставлять себе.

Когда сапёрные и тыловые подразделения СС поломи­лись в деревни, то они дико охуели от того, что колхозники жили в убогих хижинах, а вместо электричества жгли лучину и питались берестяной корой. Но больше всего они охуели от убогих мерзостных сортиров, в которых держали свиней. То­гда военный комендант вызвал на допрос местного председа­теля колхоза:

—  Почему Советские люди срут в ацких сортирах и там держат свиней?! — председатель ответил так:

—  Хороший сортир это буржуазная роскошь и может от­бить пролетарское сознание! Что касаемо свиней, то да, мы их зачастую кормим дерьмом — а зачем добру пропадать?!

—  И куда таких свиней поставляли? Сами ели?

—  Да известно куда! Местному партийному руководству и НКВД!

—  За этот «подвиг» мы вам дадим грамоту — почётный вредитель большевизма! А за то, что вы мучили крестьян и содействовали раскулачиванию — повесим!

После этого немцы собрали весь местный народ и при скопление общественности, председатель колхоза был тор­жественно повешен на бузине, а труп скормлен свиньям. Кол­хозники этому дико обрадовались и сразу стали пахать зем­лю на Харьковских тягачах, которые бросили при отступле­ние Советские войска. Любой Советский военнопленный, который хотел вступить в НС колхоз и женитца на местной девушке, сразу отпускался из неволи, а также получал солдат­скую книжку и модную нашивку «ХИВИ». К концу сентября 1941г в этих местах был собран невиданный до сего време­ни урожай, который был аккуратно складирован в новые ам­бары. Колхозники дико обогатились, а также выполнили все поставки перед Вермахтом.

Так как вокруг, была целая тьма леса, то Зеп Дитрих при­казал основать столярные цеха для производства разбор­ных блиндажей и окопной опалубки. Часть досок и цилиндрованых брёвен, выделялось в местный бюджет, из которых строились новые дома для колхозников, казармы гарнизон­ных служб, а также для восстанавления местных церквей.

Сталин был в ярости, от того, что на Псковщине никто не боритца с Гитлером, а также не поджигает церкви! Поэтому с лета 1942г, Большевики стали подсылать в Псковские дерев­ни диверсантов — провокаторов, набранных из бывших уго­ловников или сотрудников НКВД, у которых были взяты в заложники их семьи и дети. Эти преступные группы дейст­вовали по такой схеме: они переодевались в форму СС, вры­вались в деревни, убивали стариков и детей, насиловали баб, а потом пускали красного петуха. Таким образом, они хоте­ли побудить народ мстить оккупантам и захватчикам, а также бесплатно воевать за Сталинский режим. Практически во всех акциях подобного зверства,, принимали участие репор­тёры — Ильи Оренбурга, которые через Советские СМИ пы­тались навести ужас на Советских людей — «о зверствах фа­шизма в оккупации». Естественно, что подобные провокации имели некоторый успех и неодыкватную реакцию со стороны Вермахта, в результате чего местное население подвергалось двойному страданию, ибо партизанская война самая варвар­ская и бесчеловечная для обоих сторон!

Когда дивизия «Викинг» и «Мёртвая голова» отступи­ли в Польшу, то все оставшиеся запасы еды были конфиско­ваны в пользу войск НКВД и СМЕРША, а модные особня­ки разобраны на блиндажи для Советских армейских штабов и передвижных хат — полковых жён генералоф. Начальство «НКВД» требывало, от своих людей, чтоб всё взрослое на­селение на освобождённых территориях, сразу должно было быть мобилизовано и брошено в бой в качестве массовки — штрафных батальонов.

Коррупционные расценки сотрудникам НКВД, тех дней были такие: вторая волна нашествия на фашистские доты с вилами или топором — корзина яиц и бутылка самогона. Пя­тая волна нашествия на фашистские доты с винтовкой и гра­натой — 3 корзины яиц, поросенок, немецкие часы, дорево­люционная 2литровая бутылка самогона. Отмаз от атаки — 5 корзины яиц, 2 поросенка, золотые немецкие часы, фальши­вые Советские деньги (изготовленные Гитлером), громадная Махновская бутылка самогона + три голых герлы. В послед­нем случае, в ряды наступающих, запихивали любую бабу или пенсионера, случайно попавшегося под руку, так как под­счет, шёл точно по головам! Далее в дело вступали регуляр­ные части и производили мощнейшие Советские наступле­ния, по горам трупов, которые застилали обзор пулемётных команд Вермахта и РОА!

После войны поля, обработанные по системе — нацио­нал социализма, продолжали приносить солидные урожаи. Советская власть решила эти достижения присвоить себе, и в тех местах стали строить образцово показательные Потём­кинские деревни, но при этом совдепы не выделяли досок на строительство сортиров и они остались прежними, по стан­дартам 1937 года.

После крушения СССР и торжества Тёмных Сил Зог, в России полностью вымерло 74000 деревень и 57 000 тоталь­но обезлюдели. Подавляющие количество таких селений находитца в радиусе 500км от Москвы, там прекрасный воздух и всё дико растёт. Например, корову или коня вообще ненуж­но кормить, так как трава вырастает в человеческий рост. Де­ревья можно пилить хоть гектарами, а из громадных камней можно строить целые рыцарские замки, как во Франции.

Тем не менее правительство Путина продолжает вкла­дывать деньги только в Чечню, надеясь, что чечены, не ста­нут предавать Путина евреям, и именно они смогут усмирить опозиционероф и якутов, в случае метяжа... 

СЕКС С ВИКОЙ

Когда диспут и лекция завершились, мы провели свой первый пробный «ОПЭН АИР». Наш ансамбль, представлял из себя разношёрстную тусу, а музыкальный стиль — не пре­давался форматированию.

Выступление на открытом воздухе получилось замеча­тельное, Вика и Лили, всю дорогу отплясывали и угарали, а деревенский фананат хардрока «Бочка» был на седьмом небе!

В 22-00 по Советским законам, мы вырубили музыку и отправились через 200 метроф к «хрустальному озеру», запа­лив очередные языческие костры.

Как сейчас помню — темное и чистое небо, торжествен­но висело над нами, со всем своим таинственным великоле­пием, сладостно стесняло грудь, томительным и свежим за­пахом Русской летней ночи. Было всё так прекрасно и парой казалось, что мы стоим на каком-то мистическом пороге, ка­кой-то новой истории, неизведанной радостной и удивитель­ной жизни, и даже не личной истории, а какой-то глобальной мировой миссии.

Волшебство ночи было просто одурманившие! Сначала я обнимался с ЛИЛИ, мы смотрели на громадный костёр, на его завораживающую пляску огня и мы тонули в этом огне! Вначале, мы даже не слышали никакого шума...

Лишь изредка в озере плеснет большая рыба и прибреж­ный тростник слабо зашумит, едва поколебленный набежав­шей волной... Только одни мы, только одни огоньки и угли, тихонько потрескивали в костре...

Но тут хлопнула пробка шампанского, пробка от вы­дернутого штопором бутылки вина, заработал магнитофон «Электроника». Звуки угара сразу заполнили всё вокруг. За­звучал Пол Маккартни «Лондон Таун», кто-то подпевал, кто-то гнал телеги, кто-то наливал вино и раскуривал косяк. Это было чудесно! Мы сидели с ЛИЛИ на каком-то пне, передо­вая по кругу «ПАРОВОЗ», мы молчали! И в этом молчание был самый кайф, когда было можно просто молчать, обниматца и пялитца на костёр. Но идиллия продолжилась недол­го! Откуда-то из космоса, прозвучал сладкий голос:

—  А кто-то обещал играть мне всю ночь на ФУЗЕ?! — я обернулся и увидел черноволосую и длинноногую ВИКУ! От неё пахло сексом, даже дым костра, не перебивал этот запах. Со мной случилось, что-то необычное! Эту длинную, я хотел прямо щас дико отпороть! Бешенная страсть, в одну секунду вскипела, и я словно одержимый мгновенно бросился в этот порочный омут    

—  Уан минитс ЛИЛИ! Сбегаю в барак за косяком и сразу вернусь! — но «Уан минитс» растянулся на три часа...

Когда я выходил из зоны костроф, я незаметно хлопнул по руке ВИКИ, она последовала за мной, она шла примерно в 30 метрах за мной и соблюдала конспирацию перед ЛИЛИ. Вся «эта конспирация» просто бешено заводила меня — са­мым диким адреналином. Я её ВСЮ ощущал, я слышал каж­дый её шаг и каждое дыхание. Мне казалось, что «200 МЕТРОФ» будут длитца ВЕЧНО!....

Как тока мы подрулили к освещённому бараку со ШКОЛЬНОЙ доской и картами, я тут же схватил её за руку и уволок, на «тёмную сторону ЛУНЫ» в стиле ПИНКФЛОЙД. Вернее просто во мрак, за задний фасад барака. Уговаривать и убеждать мне её не пришлось, мы сами оба «этого» хоте­ли. Я тут же её схватил, прижал к брёвнам и сразу дико от­порол, без всяких дурацких предохранений. Я поймал себя на мысли, что хотел бы, чтоб Лили застукала нас здесь и всё это видела...

Секс был быстрым и оголтелый. Ещё мгновение, я мет­нулся в барак, взял одеяло и батл «СЛИВОВОЙ НАСТОЙ­КИ». Ещё мгновение и мы с вёдрами коровьего дерьма и се­ном, ломимся на другую сторону озера!

Хе, Хе! Можем ли представить себе, как современная парочка влюблённых из моднейшего клуба «СОЛЯНКА», в ЭКСТАЗЕК ломитца с ведрами набитых КАЛОМ! Потом, его деловито поджигает, и поритца в летней Московской цен­тровой подворотни! Бред?!....

Как тока вёдра запылали, а одеяло упало на мокрую росу, тут же начался второй оголтелый и быстрый секс, за ним по­следовал, третий и наверно тринадцатый. Приходилось всё время поджигать берёзовую кору и дымную траву, в пере­мешку с коровьем калом! Мы были в буре неистового экста­за и ацкой анархии чувств, под музыку СКОРПИОНС «КЕНТ ЛИВ ФИВ АУТ Ю», которая раздавалась с другой стороны озера. Сколько «ЭТО» продолжалось я не помню, после оче­редного «раза» мы словно провалились в забытьё, под прият­ное благоухание СВЯЩЕННЫХ ИНДИЙСКИХ коров!...

Когда мы очнулись в проступающем леденящем рассве­те, то на другом берегу, уже давно стихли какие либо голо­са, звуки и музыка, а языки костров лишь иногда вспыхива­ли и тут-же гасли. Полностью голая Вика, дико прижималась ко мне, она явно дрожала от утренней прохлады. Чем боль­ше она дрожала, тем сильнее чувства вскипали во мне. В пер­вый миг, я пытался прижать её как можно сильнее и согреть в своих объятьях, но меня самого, тут-же поразил «бес -холода и ДРОЖАНИЯ»...

Еще нигде не румянилась заря, но вскоре, в один миг она уже забелела на востоке. Стало стремительно светать, и мы были видны как на ладони. Да! Все стало видно, хотя и смут­но кругом. Бледно-серое небо светлело, холодело, синело; звезды то мигали слабым светом, то исчезали; отсырела зем­ля, запотели листья, кое-где стали раздаваться звуки приро­ды, голоса, и жидкий, ранний ветерок уже пошел бродить и порхать над землею. Мое тело отвечало ему легкой и весе­лой дрожью, я уже хотел было в стать, но Вика неожиданно меня притянула к себе и дико поцеловала. Этот трёх секунд­ный поцелуй — спас наши кости и черепа!

Буквально в миллиметрах над нашими телами, бешено промчался целый табун громадных лосей, когда я вскочил над измятой травой, то увидел, что за лосями во весь опор гонитца ФОСФОРНЫЙ ЛОСЬ с «ВСАДНИКОМ без ГОЛО­ВЫ»! По всей видимости, лоси пришли на водопой, ФОС­ФОРНЫЙ ЛОСЬ их увидел, он дико обрадовался, и сразу ломанулся к своим сородичам. При виде ацкого монстра, с жутким «ВСАДНИКОМ без ГОЛОВЫ», рогатые пересрали и тут же бросились обратно в лес! Когда ФОСФОРНЫЙ ЛОСЬ проносился мимо нас, то в его обескураженных глазах, я уви­дел море слёз и отчаянья! Вероятно, он по своей доброте хо­тел их позвать — в лагерь АНТИСОВЕТЧИКОВ: отведать мармелада и халвы, но вместо благодарности они его преизрели и панически ломанулись бегством!...

Вика нагнулась, чтоб подобрать свою пачку сигарет, я и в миг забыл про всех лосей. Она была без трусов, они улетели куда-то в траву, она продолжала в такой-же позе их высмат­ривать и у неё был небритый СИП... Я отпорол её в четырна­дцатый раз. Да и чёрт с этим рассветом и бегающими лося­ми — слонами! В конце концов, мне сейчас так в кайф!...

Наверно, это был самый лучший — ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ УТРЕНИЙ СЕКС!....

Самое удивительное, когда мы в исступление рухнули на одеяло, я, почему то стал думать о Лили. Я отпугнул эту мысль, потом ещё и ещё раз, но какое-то смятенье овладело мною, и тут я реально осознал, что теперь желаю с ней само­го ацкого секса и любви.......................................

СЕКС С НАТАШЕЙ И СВЕТОЙ НА ЗЕМЛЯНИЧНОЙ ПОЛЯНЕ

........... Я проснулся, от того, что меня кто-то дико трёс. Я подумал, что это ФОСФОРНЫЙ ЛОСЬ, хочет халвы. Я уже хотел вскочить и уебать ему по ушам, заранее приготовленной палкой, но когда открыл глаза, то увидел, что это ХИППи:

— Хелоу! Тебя ждут модные деревенские герлы, а меня дико кумарит! Есть «чего»?! — при одной мысли о женских прелестях и прочем угаре мне стало дурно! После проведён­ной ночи с Викой, ни о каких девицах, сексе, танцах и бухле, я даже и не хотел слушать, но тут произошла неотвратимая си­туация-

Конечно, я вначале дико наорал на ХИППИ, за то, что он вызвался меня будить и ПАЛИТЬ, что — Я В БАРАКЕ! Но по­том раздобрел и отсыпал ему щепотку кропалей. После чего включил чайник и украдкой выглянул в окно, где тут же уви­дел двух моднейших деревенских герлов — НАТАШУ (кото­рую порол на дровах) и её подругу Свету. Она была крупная девушка с супер громаднейшими батонами! Как известно в 21 год похмелья не бывает, я стрелой бросился в озеро, мах­нул чай и кофе, и вот я уже перед Наташей и Светой. Они были с плетёнными лукошками и в модных резиновых ботах, которые производили на зонах в СССР ГУЛАГАХ:

—  А кто-то, обещал придти в полночь?! А?!

—   Всё правильно! Но у нас лекция до утра затянулась! Преподаватели очень любят долго говорить!

—  Теперь понятно! А мы кстати, собрались по грибы, да и по ягоды! — она грациозна сдвинула с корзины полотен­це расшитое солнцеворотами и непонятными узорами, где я сразу заметил варённые яйца, молодые огурцы, молодые по­мидорчики и головку «ПШЕНИЧНОЙ водки»...

После травы и бухла, у меня резко ебанул прилив голо­да. Мне представилось сковородка с поджаренными гриба­ми, а также варёный кортофан, посыпанный измельченный петрушкой и луком, с рюмочкой водки!

—  Наташа, я мигом! Ждите меня здесь и никуда не ухо­дите! — Я быстро метнулся в барак, засунул в карманы пачку «ЯВЫ -100», батл «УЛЫБКИ», ножик, две банки шпрот, а так­же грабли на случай встречи со змеёй!

Не прошло и 10 минут, как мы уже топали по лесной тро­пинке, с тележкой «КАПСУЛА-1» и «КАПСУЛА-2», а потом углубились в лес в поисках мистических грибоф и ягод. Мы постоянно жгли дерьмо с травой!

За полчаса мы набрали три ведра самых моднейших гри­боф и вскоре переключились на ягоды! На одной из прога­лин мы с Наташей обнаружили целую земляничную поляну, радовались как дети, ползали на карачках, всё это ели и со­бирали в стеклянные трёхлитровые банки. В один момент, когда я ползал по чернике, мы стукнулись лбами со Светой! Я воровато оглянулся — а где НАТАША?! Хе, хе, но её рядом не было. Я расстегнул ковбойскую рубаху Светы, раздавил горсть ягод о её грудь, а потом размазал по громадным ба­тонам и поцеловал их. Она вся встрепенулась! После этого, я раздел её до гола, поставил к сосне и дико отпорол. Когда, нас охватил экстаз, и я повис на мощном крупе Светы, меня вы­вел из «облачности» шлепок по спине:

—  Комары! Они так могут — выпить всю твою кровь! — когда я обернулся, передо мною стояла Наташа! Выражение ее лица было так сильно и ярко, что казалось, вот сейчас либо слезы у нее брызнут, либо вырвется хохот с проклятьями. Но она вдруг стала лукавой и довольной, словно из видео-магнитфоного фильма «99W». Даже, как бы одобряла, то, что сейчас произошло!:

—  А я тут нашла полянку! Самое здоровское место для пикника!

— Полянку?! — Я перевёл дух, так как предполагал ацкую разборку, ситуация складывалась самая интригующая.

—  Давайте! Быстрее ломитца в это райское место и сра­зу выпьем!

—  А у нас и водочка имеетца!

Полянка была действительно шикарной! Я запалил мел­кий костёр, а девицы организовали одеяло и закусь. Когда костёр разгорелся, я стал расставлять селёдочные банки по периметру нашего пикника. Когда, тотальная ДЫМ — ЗА­ВЕСА, была завершена, я присел на одеяло и стал разливать бухло.

Когда мы выпили по рюмочки, на меня взошла словно божья благодать! Самое лучшие в мире — начинать бухать в 14-00! После второй рюмочки, я полез в шорты за сигарета­ми и нарыл вчерашний косяк, который мы так и не искурили! Соблазн был велик — угореть в 14-00, на солнечной поляне с двумя герлами!

«Паровоз» пустили по кругу и включили музыку на раздолбаной «электронике»! Через 10 минут, мы как хиппи пол­зали голыми по всей поляне, дико ржали, а потом полирнули «Улыбкой». Наташа славила дикий кайф и вскоре навалилась на меня. Вначале я её просто обнимал, а потом мы стали дико поротца. Кстати, Света просто лежала рядом голая и ком­ментировала наш угар!

В СССР времена «порнофильмоф» — не было, любые тусовки максимум сводились к групповому с сексу, никакой женской «садами» и одновременного секса втроём. Поэто­му, я полагал, чта Света просто ждёт своей очереди, но дур­ман завёл всех нас — слишком далеко. Мы выпили всё бухло, раздавили все ягоды и поролись до семи вечера, при этом не испытывая какой — либо опасности или угрозы, со стороны вэб камер или левых людей...

Конечно, в СССР того времени существовала преступ­ность, но она была не этническая, а скорее мелко-хулиганская, случайная или в виде МЕГА МАНЬЯКОФ по типу Чика­тило. Теперь же ацкий гасторбайтер, полагает, что у каждого Москаля находитца с собой АЙПОД, дорогущий смартфон или кредиткарты. Клёвые тёлки в запоздалом автобусе, мо­гут подвергатца не только глупым приставаниям со сторо­ны подвыпивших парней, а и тёмной агрессии со стороны непредсказуемых отверженных гасторбайтероф и ацких цунароф с Кавказа. Даже собаки стали дико опасными! Еже­дневно по телеку сообщают о новых фактах агрессии со сто­роны псов. В начале 90х, когда по замыслу КГБ и Тёмных сил, милиция как бы «само-устранилась», то в стране стал творитца бандитский беспредел. Не надо путать «беспредел — беспределыциков» и разборки «коммерческих банд группи­ровок», это разные вещи. Народ был в ужасе, каждый стре­мился в своей квартире — первым делом поставить стальную дверь, обзавестись газ-оружием и здоровенной псиной. За­частую, таким обзаводились, даже те, кому и нечего было ох­ранять, а тока из подражания идиотизму!

95% держателей псов это тупые совковые урела, и чем ту­пее урел или мудачок, тем зловещее и громаднее была и по­ныне — его псина. Эти тупые страшные люди, которые не могли даже разобратца с собой или в семье, держали ужасаю­щих псин, которые видели всё это уродство и в своём пове­дение копировали полностью самих хозяев. Эти твари стали появлятца во всех подъездах и домах, где ютились в крохот­ных хрущёвках, оглашая постоянным лаем все этажи случай­ного следования.

Собак надо водить гулять, часто это поручалась старым бабкам или детям мудачкоф, которых псы «ни вошто» не ста­вили. У нас тоже были две собаки стефаширский терьер и афганская борзая. Мне приходилось с ними гулять, тока по но­чам, так как у очередной тётки или ребёнка всегда срывался пёс и тогда начиналась ацкая грызня. Теперь это все переко­чёвывает в Подмосковье, от всяких мудакоф ежегодно убега­ют самые невообразимые породы, которых никогда не ста­нет заводить ответственный мужик или кулак хозяйствен­ник. Самое интересное, что вторая волна собочатничества, напрямую связана с ацким нашествием гасторбайтероф и цунароф. Таким образом дачник или подмосковный землевла­делец, хочет застраховать себя от воров-гасторбайтеров, по­тому как для них любой товар стоимость от ЮООруб имеет ценность и может быть веским мотивом, для преступления. Вся очковтирательская компания Путинского правительст­ва свелась лишь к тому, чтоб все цунары были зарегистриро­ваны, а их работодатели платили мифические налоги. Какая разница, между вором-цунаром с регистрацией или без реги­страции, в обеих случаях этот тип зверей будет представлять одинаковою опасность и тревогу, для всех тех, кто прожива­ет вне Кремля и Рублёвки!....

Вещем, когда мы поролись с Наташей и с Катей, нам не очём было беспокитца, так система СССР прописки, не да­вала возможность хаотическому расселению чючмеков! В се­рого волка, в медведя шатуна, бабу ягу и ацких маньяков мы ещё не верили...

Всё было так прекрасно, чирикали птички, жужжали пчё­лы и стрекозы, где-то недалеко ухала кукушка и долбил своё дупло дятел. Если бы не проклятые комары и оводы, мы на­верно бы вечно лежали на цветастом одеяле, зырили на про­летающие облака, а девушки постоянно сосали...

Вскоре пых и бухло на время «отпустило», я в секунду вырвался из чар порока и резко стал думать, о том, что надо бы занятца каким-то полезными делом, а не только «досугом и угаром». По всей видимости, мая перемена состояния тут же передалось Свете, но она наверно хотела ещё блаженство­вать бесконечно. Я уже хотел было в стать и высвободитца из объятий амазонок, но Света неожиданно притянула меня к себе, скатилась ниже и тут же снова взяла в голову. В миг я за­был про «все дела» и снова в 14 раз погрузился в мир сладо­стного порока. Да и чёрт с этими делами, в конце концов, они не лоси и в лес не убегут! Я тысячу раз пожалел, что вспом­нил про лосей, что сам их и накликал, а также чуть не полу­чил ацкой травмы!

—   АААААА!!!! — неожиданно заорала страшным голо­сом Наташа, в этот миг я врубился, что на поляну ворвалась стая волков и кабанов каннибалоф! Света и я, инстинктивно дернулись, причём таким нелепым образом, что она чуть не откусила — половину моего болта! Не чувствуя ацкой боли, я прыгнул к туристическому топорику, валявшегося рядом с костром, но тут же рухнул и чуть не умер от смеха.

Пока мы ацки поролись и валялись в грёзах дурмана, ФОСФОРНЫЙ ЛОСЬ без «ВСАДНИКа» забрёл на нашу по­лянку. К своей радости он обнаружил целых три ведра грибоф, которые стал с аппетитом уплетать, тихо причмокивая! Обкуренную Наташу пробил «шугняк» и она приняла «APT объект», за МОНСТРА из АДа. По всей видимости, утрен­ние лоси, тоже, как и Наташа, до этого — нажрались волшеб­ных мухоморов!

Пару удароф граблями по ушам, по хребту и по жопе, и вот уже «APT объект» ломитца во весь опор — сметая буре­лом и ёлки. Я только сейчас заметил, что мои ноги были все в крови, а на болте царапины. Остатки водки пошли на дезин­фекцию, плюс к этому, Света организовала примочки из це­лебных трав и растений, в которых дико разбиралась. Мне сразу стало хорошо...

Мы распрощались недалеко от лагеря и счастливые раз­брелись в разные стороны...

—  Вот это деньки! — я присел на курительную скамейку, достал сигареты OPAL и тут же задымил. Под воздействием тобака, вернулся «флэш бэк прихода».

Я снова зазырил небо и обнаружил, что все его краски дико смягчены; светлы и не ярки. Такое впечатление, что на всем лежит какая-то печать трогательной кротости. В такие дни жар так силен и так «ацки парит», но вот дунул ветерок и его как-бы сразу нету. Раздвигается накопившийся зной, и вихри-круговороты высокими белыми столбами гуляют по дорогам через всю пашню. В сухом и чистом воздухе пахнет полынью, сжатой рожью, гречихой и даже за час до полуночи я не чувствовал никакой сырости...

ПСКОВСКАЯ ПРОВОСЛАВНАЯ МИССИЯ

Часть 2

Как только войска Вермахта вступили на территорию СССР, сотрудниками НКВД, начался массовый отстрел дей­ствующих и катакомбных священников, а также сочувст­вующие иосифлянскому движу. Пагубность такого курса на уничтожение религии, особо зримо проявилась в первые же месяцы Великой Отечественной войны. Под раздачу попали, также мусульманские муфтии и буддисты, которые находи­лись в 5000 км от театра военных действия. Злой участи из­бежали, лишь особо приближённые к протодиакону Иакову Абакумову — родному брату начальника СМЕРШа! Иллю­зии об успешном и повсеместном «преодолении» религии, победа «безбожного движения» рассеивалась, уступали ме­сто правде жизни — миллионы верующих, уставшие от адми­нистративного диктата, надеялись, что уж сейчас-то их внут­ренние убеждения оставят в покое, дадут возможность мо­литься и верить так, как жаждет их душа, измученная горем и бедой. Тем самым в условиях войны резко обострилось про­тиворечие между возросшей потребностью в удовлетворе­нии религиозных чувств и возможностями для этого.

С первых дней вторжения Немцы откровенно готовились обратить Церковь против советов. У себя дома фюрер не жа­ловал католических священников, и приравнивал их к пара­зитам и мошенникам. Но, на захваченных землях России, он по тактическим соображениям приказал религиозные чувст­ва верующих не оскорблять. Сами гитлеровцы храмов не от­крывали, но когда в Управы с такой просьбой обращались ве­рующие, разрешения давались немедленно. В Харькове при Областной Управе оккупанты создали даже Комиссию по де­лам религии, дико благосклонную к русскому православно­му духовенству. В Пскове начала действовать «Псковская Православная Миссия», которая открывала церкви, печатала богослужебные книги и вела религиозное обучение детей. На Украине, в захваченных русских областях число вновь откры­тых храмов исчислялось сотнями. Нашлись готовые служить священники, а вскоре обнаружились и архиереи.

Именно благодаря вторжению немцев в Россию, мы обя­заны значительными послаблениями, предоставленными большевиками Церкви — фактически, восстановлением цер­ковной структуры Московского Патриархата. Главная при­чина была в том, что гитлеровцы открывали на оккупиро­ванных территориях закрытые большевиками храмы. Увы, советский Савл не стал Павлом, и безбожники остались без­божниками: Церковь им была нужна лишь как пропагандист­ский инструмент, мобилизующий русских людей на борьбу с мифическими оккупантами и создающий у союзников иллю­зию восстановления гражданских свобод в СССР.

В первые дни вторжения группа прибалтийских архиере­ев, во главе с митрополитом Литовским Сергием Воскресен­ским — прибалтийского экзарха Московской Патриархии, который в 1940 году приехал из Москвы, тут же послала при­ветственную телеграмму Гитлеру. Фюрер его тут же наделил полномочиями и разрешил открывать любые церкви, в том числе и ацкова БУДУ

Митрополит Сергий (в миру — Дмитрий Николаевич Вос­кресенский) родился 26 октября 1897 г. В 1907—1917 гг. учил­ся в Московском Духовном училище, окончил Духовную семи­нарию и Духовную академию. В 1923 г. учился в Московском университете, но был исключен как «чуждый элемент» и аре­стован за антисоветскую пропаганду. В 1925 г. принял монаше­ство. С 1933 г. он епископ Коломенский, с марта 1941 г. — ми­трополит Виленский и Литовский.

Так как во время войны, вся религия находилась в веде­нии не тылового, а военного немецкого командования, кото­рое не занималось проведением Розенберговской политики по отношению к населению, то в середине августа 1941 г. эк­зарху Сергию удалось установить контакт с командованием группы армий «Север». Вскоре он получил разрешение на­править православных миссионеров в занятые российские области для создания «Православной Миссии в освобожден­ных областях России». Организация миссионерской работы на Северо-западе России стала теперь главной заботой ми­трополита Сергия. Центром миссии стал Псков. Вскоре на оккупированную немцами Псковщину, прибыла целая мис­сия из 15 священников-эмигрантов из Прибалтики и выпуск­ники парижского «евлогианского» Богословского института. Миссию возглавляли поочередно проторей Сергий Ефи­мов, затем прот. Николай Коливерский и прот. Кирилл Зайц. Хотя все храмы на этой территории были ранее закрыты или разрушены большевиками, религиозный подъем народа был столь огромным и неожиданным для Парижских эмигрантов, что один из них сохранил такое впечатление о первом бого­служении:

— «...Нам показалось, что не священники приехали ук­реплять народ, а народ укрепляет священников»...

Владыка Сергий также взял на себя окормление право­славного населения областей, прилегавших к его экзархату и занятых немцами, которые относились к юрисдикции Лиенинградского митрополита. Это было законно с точки зрения канонического права, так как митрополит Ленинградский Алексий (Симанский) оказался в блокированном Ленингра­де. В итоге, Псковская миссия охватила Псковскую, Новго­родскою, отчасти Ленинградскую и Тверскую область — то есть, те территории, откуда шла — «РУСЬ ИЗНАЧАЛЬНАЯ и ЯЗЫЧЕСКАЯ».

Первый храм открытый Псковской миссией в Ленин­градской области, состоялся 19 сентября 1941 г. в посёлке Тайцы, в местной церкви святого Алексия. Храм был закрыт в 1939 г. и превращен в клуб, а уже в сентябре 1941 г. мест­ные жители добились разрешения германской администра­ции открыть любимую церковь. Вскоре рядом с ней запы­лал огромный костер — прихожане выносили из храма под­шивки советских газет, портреты Ленина, Сталина и т. п. и бросали все это в огонь. Военнослужащие Вермахта находив­шихся в Тайцах, помогли побелить стены храма и изготовить для него кресты. Из соседней Александро-Невской церкви в Алексеевскую были перенесены чудом сохранившиеся там иконостас и утварь. На первую службу вместе с местными жителями пришли немецкие солдаты, а церковный хор часто приглашали для выступления в германский санаторий, раз­местившийся в бывшей усадьбе Демидова.

Интересный случай был в Вырице, которая в годы вой­ны, стала крупнейшим церковным центром Гатчинского бла­гочиния, Ленинградской епархии, на которой действовали пять храмов и два монастыря. Накануне войны все вырицкие церкви были закрыты, и первые богослужения возобновились в конце августа 1941 г. в храме Казанской иконы Божией Матери. Эта высокая деревянная церковь чуть не погибла при отступлении советских войск. Была послана специаль­ная команда для ее подрыва, как возможной цели для навод­ки немецкой артиллерии, но офицера, которому было пору­чено руководство акцией, войдя в церковь, ударило молнией, он умер, а солдаты в панике разбежались. Успех миссии пре­взошел все ожидания. Во всей Псковской области после бо­гоборческого режима советской власти к 1941 году из 1200 осталось всего 2 действующих храма и церковная жизнь фак­тически умерла. За время существования миссии в огромной области, было открыто больше 400 приходов. Кроме чисто религиозной деятельности, велась просветительная и соци­альная благотворительная работа, которая является основой для продвижения миссионерской работы. В конечном итоге на оккупированных территориях СССР фашисты открыли 10 тысяч церквей, 99% которых, были закрыты наступившей Со­ветской армии.

Тайное правительство Рокфелера реально осознава­ло, что у Советов возникла серьезная опасность, что Гитлер сделает мученичество Русской Православной Церкви своим политическим козырем — то была сильная карта! Поэтому, чтоб отнять эти козыри и успокоить западную обществен­ность, что типа «Антанта помогает антихристам», союзники потребовали обеспечить свободу религии в СССР.

Осенью 1941-го, оставшись один на один с германской военной мощью, Сталин дико метался и не знал, что делать. Требовалось время, чтобы перестроить промышленность на военные рельсы. Жизненно важно было получить помощь от Штатов и Англии. Президент Рузвельт готов был эту помощь оказать, но общественность Америки помнила предательст­во Сталина по отношению к европейским демократиям, его массовый политический террор внутри страны и удушение церкви. Президент США получил сотни писем от католиче­ских и православных приходов Америки, которые предос­терегали его от помощи безбожной России. Когда в августе 1941 года США и Англия подписали первый союзнический документ, так называемую Атлантическую хартию, амери­канские изоляционисты резко критиковали ее за то, что до­кумент этот предусматривал защиту только трех свобод и не принимал в расчет четвертой: свободы религии. Сторонни­ки изоляционистов заявили, что Рузвельт и Черчилль капи­тулируют перед безбожной страной большевиков. Рузвельт не скрыл от Сталина своих трудностей. В демократической стране власти не могут притворяться глухими, если боль­шая группа населения выражает неудовольствие государст­венной политикой. Прибывший в Москву в конце сентября 1941 года личный секретарь президента — А.Гарриман, ска­зал Сталину, что общественность США обеспокоена судьбой Церкви в СССР. Сталин сделал вид, что этому вопросу серь­езного значения не придает, но телега Гарримана его насторо­жило. Не такие были у СССР тогда дела, чтобы плевать на об­щественное мнение США.

Таким образом с двух сторон — из Европы и Америки — напирала на Сталина проблема российского православия. На­пирала тогда, когда сам он совсем еще не готов был потакать церковникам и благодетельствовать верующим, тем более, когда в октябре 1941 года немцы подошли к окраинам Моск­вы и возникла реальная опасность падения столицы. В вер­хах НКВД врубились, что глава православных — митрополит Сергий, может оказаться для гитлеровцев жирным трофеем. По логике Сталина, в таких случаях предполагаемый «враже­ский трофей» надо либо уничтожить, либо вывезти. Расстре­лять было проще, но тогда могли поднять вой западные со­юзники.

Митрополит Сергий (Страгородский) — патриарший ме­стоблюститель, впоследствии ставший с разрешения Стали­на Патриархом, одна из самых одиозных фигур Православ­ной церкви, которого одни восхваляют за спосение церкви, а другие призирают, за то, что он — НЕ ПРИЗВАЛ ВЕРУЮ­ЩИХ на борьбу с Большевистскими антихристами! Белые эмигранты и воевавшие в составе частей РОЛ, особо вменя­ют ему лживую книгу «Религия в СССР», которую он напи­сал под диктовку Сталинского Гебельса — Ильи Эренбурга и Декларации 1927 года, в которой утверждалось, что «... мы, церковные деятели, не с врагами нашего Советского государ­ства и не с безумными орудиями их интриг, а с нашим наро­дом и Советским Правительством».

В 1930 году он, в интервью иностранным СМИ, он утверждатл, что Русская Церковь имеет около 30 тысяч приходов и 163 епископа, а закрытие храмов объясняется распростра­нением атеизма!!! В реальности, как свидетельствуют исто­рики, если к 1928 году Русская Православная Церковь и име­ла более 30 тысяч приходов, то в 1928 году закрыто было 534 церкви, а в 1929 — уже 1119 храмов. В 1930 году упразднение православных общин продолжалось с нарастающим темпом. В Москве из 500 храмов, к 1 января 1930 года оставалось 224, а через два года — только 87, в Рязанской епархии в 1929 году было закрыто 192 прихода, в Орле в 1930 году не осталось ни одной православной церкви!

Как говорят адвокаты Сергия, все подобные заявления делались под давлением безбожного режима и ради сохране­ния тех крупиц церковной жизни, которые еще теплились в стране. Подобной риторики от митрополита Сергия требо­вали и в связи с началом Великой Отечественной войны, и снова на весь мир прозвучали не соответствовавшие дейст­вительности слова о том, что в СССР религия не притесня­ется, а фашисты, якобы, на занятой территории разрушают Церковь, уничтожают православные святыни и преследуют верующих. Но если предыдущие сообщения такого рода вы­зывали громкие возражения лишь в среде эмигрантов и чад Зарубежной Церкви, то теперь весь мир увидел, что это лож, так как немцы снимали на чб-камеры репортажи об открытие церквей Псковской Миссией!...

Вообщем, когда Вермахт подошёл к МСК, Сергия реши­ли срочно вывозить. В НКВД изготовили официальную бу­магу — распоряжение Московского городского Совета депу­татов трудящихся N 3/331 от 7 октября 1941 года, в которой митрополиту Сергию и его патриархии предписывалось по­кинуть Москву и направиться на жительство в город Орен­бург. В дороге Сергий разболелся и товарный вагон, в кото­ром он ехал, повернули на Ульяновск, родину Ильича — Ле­нина!

...Вопрос «О РЕЛИГИИ» снова всплыл в декабре 1941 года, когда Президент составлял проект декларации «Объединившихся держав» (будущих объединенных Наций). В Америке и Англии документу этому придавали большое значение. Каждый пункт обсуждался со всех сторон. В декаб­ре 1941г, в Белом Доме за обедом Рузвельта с Литвиновым, президент США сказал так:

—  Вы получите очередную помощь, только тогда, когда включите в декларацию Атлантической хартии — упомина­ния о свободе религии.

—  Мы можем согласиться лишь с одной фразой «свобо­да совести»!

—  Ок! Свобода совести — это хорошо! Но слово «рели­гия» — лучше! Поймите, ЭТО всего лишь декларация на бу­маге! У нас в США провозглашается четыре свободы и одна из них — религия. Кстати! Наш традиционный джефферсоновский принцип свободы религии, имеет столь широко де­мократический характер, что включает право не придержи­ваться вовсе никакой религии!

Вскоре Советы подписались под словом «РЕЛИГИЯ», а также замутили несколько пиар акций для западных кор­респондентов: облёт икон на кукурузниках вокруг Москвы, а также молебен в Елоховском соборе, на котором, Протодиа­кон Иаков Абакумов (родной брат начальника СМЕРШа) до­бавил молитву за «первоверховного вождя Иосифа». Хотя до этого печального дня — «первоверховными» православная церковь именовала только апостолов Петра и Павла....

Как только Рузвельт увидел фотки с кукурузниками и распечатки речи брат начальника СМЕРШа, то сразу распо­рядился выдать Советскому Союзу беспроцентный заем на сумму в десять миллиард долларов для закупки вооружения и сырья. Прагматик и циник из Кремля знал: в этом мире за все надо платить. В конце концов Берлин стоил ЦЕРКОВ­НОЙ обедни! В последствие, пиар акция с кукурузниками, стало представлятца — как ЧУДО спасшие Москву от захва­та немцами...

Важно отметить, что никаких дополнительных инструк­ций или требований о сотрудничестве от Вермахта Псков­ская Миссия не когда не получала. Один из участников мис­сии, архимандрит Кирилл, рассказывал в интервью газете «Вера»:

«—... Если говорить честно, я с немцами почти и не ви­делся: Служили в храмах. Как сто лет назад служили, так и сейчас служим. В оккупации были такие же русские люди, как и по другую сторону фронта, — и кому-то надо причащать живых, отпевать мертвых. Если были нужны дровами, то об­ращались к муниципальной администрации. Она хоть и подчинялась германской власти, но состояла из местных — ла­тышей и русских. Все эти годы мы не имели прописки, так что и продуктовых карточек не получали. Немцев я не видел и не слышал».

Вот как проходила первая служба во Пскове после изгна­ния коммунистов: «Мы прибыли в Псков к вечеру 18 авгу­ста 1941 года, в канун праздника Преображения. В Троицком соборе только что окончилась служба; ее совершал, на неде­лю раньше нас приехавший из Латвии протоиерей. Народ, переполнявший громадный храм, молча, уже в полной тем­ноте (все светильники гаснут от порывов ветра в разбитые окна собора) подходит к амвону...Подошли к амвону и мы... Светлый праздник Преображения встречали мы уже на Рус­ской Земле, на родине своих отцов и прадедов, но в темноте... В этом было что-то символическое. Катакомбы все еще ос­тавались катакомбами. Троицкий собор — вчера еще антире­лигиозный музей, как бы мог сразу преобразиться, «прийти в себя», просветиться. Такие контрасты! Вчера — насмешки, хула и поругание. Сегодня — чудные церковные песнопения, веками звучавшие в этих стенах. Лики святых — предмет вче­рашних иронических замечаний руководителей антирелиги­озных экскурсий, а сегодня перед ними благоговейно сто­ит коленопреклоненная толпа. Кто видел оскверненные хра­мы, тот знает, как трудно сразу "войти в себя", забыть то, что было, сосредоточиться. На следующий день — Божественная литургия. «Опять многотысячная толпа наполняла Свято-Троицкий собор, но сейчас он весь залит солнечным светом. Праздник Преображения — радостный праздник, и все лица молящихся просветленные. Первая встреча с русским наро­дом. И эта встреча — в храме. Перед Богом, Который всё ви­дит, всё знает и может многое простить!»

Если в самом начале войны Сталин делал церковный ПИАР, только для Западных СМИ в виде полётоф КУКУРУЗНИКОФ, то к концу 1942, он реально осознал, что с ЭТИМ ПИАРОМ допустил МАХУ. ПИАР нужно было делать, не для Запада, а для Совка. В это время генерал Власов, уже попал в очередной плен и стал организовывать Русскую Освободи­тельную Армию против Краснопёрых. Сталин дико боялся, что РОА обьединитца с церковниками, поднимет весь верую­щий народ, а Коменский из Брянска завербует прогрессивную националистическую молодёжь, и вся это орава попрёт на его сатанинскую ВЛАСТЬ ЗЛА!

На заседаниях ПАРТИЗАНСКИХ движений выясни­лось, что в Брянской и Псковской области, вообще отсутст­вуют какие-либо серьёзные формирования Вермахта. Вместе с тем, сами местные жители всячески препятствуют парти­занскому движению и не хотят воевать против модных сил Вермахта, а наоборот записываются в Хиви, РОА, а некото­рые даже в СС.

По предложению Ильи Эренбурга в эти и другие области были отправлены крупные десанты провокаторов — сотруд­ников НКВД и Уголовников. Практика была токова: после ацких пыток некоторых лидеров криминального мира, а за тем и за блага, вынуждали формировать моб палачей из беспредельщиков, который совместно с сотрудниками НКВД забра­сывались в тыл немцев. Эти банды переодевались в немец­кую форму, врывались в деревни, после чего всех убивали, грабили и жгли. Не убивали, только мужчин. Таким образом, НКВД пыталось побудить людей к мщению, то есть за дорма служить САТАНИНСКОМУ режиму!

Вскоре, эта тема вскрылась, народ был оповещён, а груп­па армии СЕВЕР, выпустила директиву о создании совмест­ных комендатур Вермахта и местной самообороны. Жесто­кости происходили, с той и другой стороны, а особенно они ужасающи, когда идёт Гражданская война, смешанная с пар­тизанской. В один из налётов на крупное Псковское село — КАПОТНЮ, переодетые в немецкую форму сотрудники НКВД и уголовники расстреляли 57 пенсионеров, 11 женщин и 25 детей. На этом они не успокоились и принялись заниматца грабежами. С крупной добычей нищенских ценностей и конфискованным самагоном, они вскоре отправились от­дыхать в деревню Вышняки, где сразу стали дико кутить с ме­стными бабами, которые работали плечевыми шлюхами у не­мецких дальнобойщиков трассы М-9(Москва-Рига). Один па­цан, у которого убили мать, выследил убийц в лесу, распознал их, что это русские и сразу доложил Копотевскому старос­те. Местные мужики захватили комендатуру немцев, связали их, конфисковали два допотопных чешский бронетранспор­тёра и одно орудие, после чего отправились в Вишняки. Сто­ить заметить, что в деревнях Псковской области, было полно бывших красноармейцев, которых освободила Псковская Миссия. Им было дико в кайф трудитца, в новых кулацких хозяйствах без всякого гнёта и унижения! Когда бабы развя­зали немцев, те позвонили в рай-центр и вызвали подмогу. Охранная рота прибывшая в Вишняки, уже издалека почуяла запах жаренного человеческого МЯСА. Копотневкие, согна­ли всех местных (кроме детей) с пьяными НКВДЭшНИКАМИ и шлюхами в коровник и ацки зажарила всех живьём, с помощью бензина из Чешского бронетранспортёра. В ацком аду, даже сгорел высокопоставленный представитель Совет­ской ставки, случайно заночевавший в Вишняках. Когда его обливали Румынским бензином, он предлагал мужикам 1500 Американских долларов, но так как они в валюте не разби­рались, а ближайший обменник был в Берлине, то его заби­ли вилами, а потом ацки запалили. Всех Вышняковских де­тей разобрали в семьи, а партизанщина в этих краях прекра­тилась до наступления Красной армии...

Сенсационные допросы немецкими генералами — Я. И. Джугашвили, сына И. В. Сталина, вскоре стали известны и самому ХОЗЯИНУ! Докладную записку генерала В.Штрик-Штрикфельда, выкрал Штирлиц и передал в МСК:

«Сталин, по мнению Якова Джугашвили, сына Стали­на, боится русского национального движения. Создание оп­позиционного Сталину национального русского правитель­ства могло бы подготовить путь к победе — такова была основная мысль доклада, который фельдмаршал фон Бок пе­реслал в ставку фюрера».

Вскоре генерал Штрик-Штрикфельд выдвинул проект о создании РОА («Русской Освободительной Армии») из во­еннопленных добровольцев: к апрелю 1942 г. планировалось сформировать 200-тысячную русскую армию...

Естественно Сталин узнал об этом и приказал немед­ленно, а именно с 1 января 1943 года ввести царские погоны, а для офицеров и генералов — золотые. 17 января — новые мундиры для армии. 5 сентября — мундиры для чиновников железнодорожного ведомства. 25 — для юристов. 9 октяб­ря — для дипломатической службы. Люди старшего поколе­ния вспомнили о давно забытом: двенадцать разрядов стат­ских и военных чинов. Не к тому ли идет? Другим пришла на память старая гимназия: на улицах появились школьники в форменных кителях и школьницы в одинаковых корич­невых платьях. 1 сентября 1943 года, как известила пресса, началось раздельное обучение мальчиков и девочек. На год раньше был возвращен к жизни некогда прославленный ор­ден Александра Невского. По вечерам — еще одна дань ушед­шей эпохе — артиллерийские салюты. К пушечному гулу до­бавился вскоре другой, тоже изрядно забытый в России звук. 8 сентября малиновый колокольный звон оповестил жителей столицы об избрании Патриарха всея Руси.

Как мы уже говорили, с началом войны немецкие оккупа­ционные власти после захвата новых территорий не препят­ствовали открытию на них православных храмов, чем вызва­ли определенные симпатии местного населения. Этот факт вынудил Сталина, пойти также на открытие храмов в пропагандистско-политических целях. Учитывая религиозный подъем русского народа во время войны и понимая, что он будет способствовать победе над врагом, Сталин решил ру­лить верующими, с помощью «карманной» Московской пат­риархии «Обновленцев». В процессе перехода от политики интернациональной, к национально шовинистической, Цер­ковь, по замыслу Сталина, должна играть роль катализато­ра и цементирующего компонента, фасад которого, должны были выполнить — «обновленцы» из консервативной Мос­ковской Патриархии.

Кроме этого, Сталин, находясь в мании ВЕЛИЧИЯ и МЕССИАНСТВА, ощущал неудовлетворенность от «пре­сных» славословий его личности — партаппаратчиками и со­ветско-государственными чиновниками. Для полноценно­го прославления «некоронованному императору» не хвата­ло «кадильного фимиама», той самой Православной Церкви, которая в течение 16 веков давала Божественную Санкцию, сакральное помазание православным императорам, — сна­чала византийским, а затем и Российским; не хватало Церк­ви, которая и прославлению Сталина, дала бы авторитетную санкцию!

Поэтому 4 сентября Сталин пригласил к себе на дачу Л.П.Берию, Г.М.Маленкова и Г.Г.Карпова, работника НКВД. Последний в течение ряда лет занимался «церковными во­просами», то есть репрессиями попов, а потому был реко­мендован на место посредника между правительством и церковью. Сталин предложил, самым срочным образом занятца церковным вопросом. Карпов тут же позвонил митрополиту Сергию в Ульяновск. Поздно вечером митрополиты Сергий, Алексий и Николай прибыли в Кремль, где и были приняты Сталиным, в компании Молотова и Карпова.

«...Когда митрополит Сергий высказал предположение, что собор может быть созван через месяц, Сталин спросил: «А нельзя ли проявить большевистские темпы?» После обме­на мнениями сошлись на том, что заседание собора откроет­ся 8 сентября, где Сергия — товарищ Берия назначил Патри­архом. Некоторые наивные люди полагают, что сразу после этого события, все попы восстали из Сталинского ада, ста­ли махать кадилом и торговать свечками. Это было совсем не так. Наоборот, именно в этот период, лишились жизни множество наиболее алдовых деятелей Русской Православ­ной Церкви. Сталину не нужны были церковники с дорево­люционными ценностями, которые могли симпатизировать РОА и Каменскому, поэтому их стали нещадно истреблять, а на НОВЫЕ ОБНОВЛЕЧЕНСКИЕ ЦЕРКОВНЫЕ курсы стали отправлять сотрудников НКВД, особенно тех, кто особенно усердствовал в пытках!

До войны в Ленинграде активно действовали тайные иосифлянские общины. В период блокады они расценивались как вражеские, активно выявлялись и уничтожались органа­ми НКВД. В справке Управления НКВД по Ленинградской области от 1 октября 1942 г. указывалось, что в городе с на­чала войны вскрыто и ликвидировано 625 контрреволюцион­ных групп, из них 7 церковно-сектантских. «Истинно-право­славных» власти называли сектантами. В 1942 г. в пригороде Ленинграда вскрыта и ликвидирована антисоветская органи­зация церковников. В состав этой организации входили быв­шие кулаки, церковники, монахини, лица без определенных занятий, приверженцы так называемого иосифлянского цер­ковного течения... Показаниями арестованных установлено, что Савинский и его активные сообщники, создав в местеч­ке Коломяги нелегальную церковь, на протяжении ряда лет совершали тайные религиозные обряды, привлекали через обряды к церковной деятельности чуждые и антисоветские элементы, молодежь и вели среди них антисоветскую агита­цию... «. Аресты членов общины продолжались с 17 июня по 14 июля 1942 г. Всего по делу проходило 18 человек. 3 авгу­ста Военный Трибунал войск НКВД Ленинградского окру­га приговорил 3 человек — архимандрита Клавдия, монахи­ню Евдокию (Дешкину) и А.Ф. Чистякова к смертной казни, а остальных 15 к различным срокам заключения. Хотя страш­ная блокадная зима 1941-1942 гг. и массовая эвакуация мно­гократно сократили иосифлянскую паству в Ленинграде, из­вестны случаи разгрома тайных общин в городе и после ок­тября 1942 г. Так, известный стрельнинский протоиерей Михаил Рождественский, освободившись из Беломорбалтлага, в 1938 г. нелегально поселился в Ленинграде, скрывал­ся у знакомых и служил по ночам. Арестован он был только 19 января 1943 г. на Крещение Господне во время Божествен­ной литургии вместе с другими членами тайной общины. 13 марта Военный Трибунал войск НКВД Ленинградского окру­га приговорил о. Михаила к 10 годам лагерей...

А вот как происходил арест и убийства из группы под­московных «катакомбных» священников и их последовате­лей весной 1943г. Из воспоминаний В.Я. Василевской о Се­рафиме:

—   «Домик, где жил батюшка, выглядел заброшенным и необитаемым. Внутри же он был полон людей, собравших­ся встретить светлый праздник, как прежде встречали его в храме. Батюшка был занят устройством алтаря и иконостаса. Маленькая комната должна была превратиться в храм. Я не знала никого из присутствующих ... Батюшка позвал меня к себе:

«Чувствуйте себя как среди самых близких людей», — и я почувствовала вскоре, что все эти люди, приехавшие сюда в эту пасхальную ночь, действительно являются близкими мне людьми, с которыми связывают меня самые глубокие, еще не совсем понятные мне нити. Прежде чем начать богослужение, батюшка послал меня убедиться в том, что пение не слыш­но на улице. Началась пасхальная заутреня и маленький до­мик превратился в светлый храм, в котором всех соединяло одно, ни с чем несравнимое чувство — радость Воскресения! Крестный ход совершался внутри дома, в сенях и коридоре.

—  «Здесь катакомбы, — говорил о.Серафим, — я здесь не потому, что желаю кому-нибудь делать зло или хочу с кем-то бороться. Я здесь только для того, чтобы сохранить чистоту православия». ...Батюшка говорил, что война эта не случайно началась в день всех русских святых и значение ее в истории России будет очень велико! — Через два часа, после начала таинства, к дому подъехал грузовик НКВД, я успела выпрыг­нуть из окна и скрыться во мгле. Оттуда я видела, что проис­ходило дальше. Под руководством человека похожего на ев­рея, из дома вынесли все иконы, сложили кучу и зажгли кос­тёр. Потом всех, кто не убежал, толкали в костёр, люди дико орали от страшных ожогов. Потом, человек похожий на ев­рея, ударил лопатой о. Серафима, после чего бросили в кос­тёр. Я не могла больше смотреть на этот АД и убежала в сто­рону станции Марфино. Несмотря на дикие вопли, ни в од­ном соседнем доме не загорелись окна, и никто не вышел!..............................................................................

6 ноября в Москве состоятся арест о.Иеракса (Бочарова). Он был пострижеником Троице-Сергиевой Лавры, духов­ным чадом известного московского чудотворца старца схиархимандрита Зосимы, в Лавре исполнял послушание реген­та. Отец Иеракс после закрытия Лавры до 1932 года служил в церкви Кира и Иоанна на Солянке (Сербское подворье). С 1932 года после закрытия храма жил на нелегальном поло­жении у своей духовной дочери Нины Владимировны Трапани у станции Лосиноостровская под Москвой. Наконец его выследили. Дело прошло очень тщательную и долгую аген­турную подготовку. В круг знакомых о. Иеракса, была вне­дрена женщина, которую вывезли из Ленинграда, и где у неё осталось двое детей. Женщине пригрозили, что если она не внедритца в секту ЦЕРКОВНИКОВ, то её детей отдадут на съедение Ленинградским каннибалам. Полученные сведения она передавала в органы госбезопасности. И вот, наконец о. Иеракса арестовали, а саму Ленинградскую женщину убили при аресте. Под пытками, Иеромонах Иеракс признал себя виновным и, что интересно, его ответы на предъявленное об­винение являлся слово в слово точным повторением обвине­ния в формулировке следователя. Воистину следователь не перегружал себя необходимостью разнообразить протокол, где ответы были написаны им самим. Вместе с иеромонахом Иераксом была арестована его духовная дочь Нина Владими­ровна Трапани, которую избивали и насиловали 13 дней подрят. В обвинение указывалось, что она была "активной уча­стницей антисоветского подполья церковников, не признаёт легально существующую церковь, в связи с тем, что легаль­ная церковь заняла в Отечественной войне патриотическую позицию". Это были особенности новой фазы отношений ме­жду властью и церковью. Усугубление раскола и искусствен­ное противопоставление легальной церкви и тайных цер­ковных групп — признак изменившейся ситуации. Она об­винялась за укрывание «крупного нелегала иеросхимонаха Иеракса. Обвинение также было предъявлено и Ксении Ива­новне Гришановой, "укрывавшей крупного нелегала архиман­дрита Серафима". При аресте 6 ноября 1943 года, сотрудники органов безопасности обнаружили в подполе дома гроб с те­лом умершего в 1942 году архимандрита Серафима (Битюкова). В деле сохранились фотографии рослых молодых и жиз­нерадостных чекистов с папиросками во рту, весело вытас­кивающих гроб с телом архимандрита из деревянного дома. Ксения призналась в том, что 10 лет укрывала у себя архи­мандрита Серафима.

Ещё один неоднозначный факт против «ОБНОВЛЕН­ЦЕВ», это пляска под дудку пропаганды СТАЛИНА — Ильи ЭРиНБУРГА! У меня на даче висят часы, из редакции газеты «ПРАВДА» с чекухой — 1936год. Когда я их вешал, как ра­ритет на фасад дачи, то за задней стенкой обнаружил пачку машинописных рукописей для речей «ОБНОВЛЕНЦЕВ», ис­правленных и за подписью ОРИНБУРГА. Если Гебельс, был гением ПИАРА, то Эринбург лишь умелым компелятором идей СТАЛИНА-РОКФЕЛЕРА, в модной журналисткой об­работке. Если его статьи, для Американских газет, и пред­ставляли какой либо формат, то заготовки для церковников, даже наоборот, служили против Сталина, формируя потен­циальных сторонников Каминского из числа прогрессивной молодёжи:

«...Вместо храмов в несть Христа им хочется воздви­гать алтари более близким им по духу древним языческим национальным героям Зигфриду и Вотану. Они... не хотят уже больше верить во Христа, что хотят быть «христами» сами. Это уже самообожествление нацистов, нечто вроде древних римских цезарей. Отсюда идет прямая доро­га к тому, чтобы венчать Гитлера в заместители Христу, чтобы объявить его «сверхчеловеком» Ницше.

«...Вместо Христа — фюрер! Вместо креста — языче­ская свастика; вместо вечной книги жизни Библии — фаши­стская книжонка «Моя борьба»; вместо воскресенья — ве­чер субботы; вместо священников -лектораы; вместо кре­щения и причащения, покаяния, венчания — произнесение фашистской клятвы с прикосновением правой руки к мечу и т.п. С такими новыми обрядами фашисты и вознамерились создать в Германии новую национальную церковь, которая должна, по их замыслам, служить только одной доктрине: «Народ и раса»...Германский же фашизм хочет насильно, пу­тем террора, навязать миру языческое богопочитание, нра­воучение, обряды и нацистскую идеологию...»

Особенно меня посмешила телега про генерала Людендорфа:

«...Глубоко ошибаются те, кто думает, что тепереш­ний враг не касается наших святынь и ничьей веры не тро­гает. Известный немецкий полководец Людендорф, посы­лавший своих солдат на смерть сотнями тысяч, с летами пришел к убеждению, что для завоевателя христианст­во не годится. Оно своим учением о любви ко врагам, неиз­бежно расслабляет животную жестокость, которую Лю­дендорф признавал в человеке за естественное качество. По убеждению этого зоологического генерала, для борьбы за су­ществование жестокость необходима, прежде всего, только она и побеждает. Поэтому генерал призывает своих герман­цев бросить Христа и кланяться лучше древне-германскому идолу — Вотану, которому он со своей супругой, устраи­вал поклонение. Не подумайте, что Людендорф от самомне­ния и гордости, под старость сошел с ума и начал чудить. Нет, это безумие распространено среди фашистов и они даже стремится заразить другие народы, попадающие под германское влияние или владычество. В свое время германцы в Латвии организовали общину язычников, поклоняющихся древне-латышским идолам. Ученый проповедник этой новой, совсем неученой религии... Соблазнил даже одного православ­ного священника(намёк на Воскресенского). Тот долго коле­бался, не рискнуть ли ему своим будущим, променяв право­славный приход на языческую общину. И, кажется, рискнул и теперь ушел от нас...

29 апреля 1944 года, лидера Псковской Миссии — Ми­трополита Сергия Воскресенского ждали в Ковно(Вильнюс), владыка задерживался. Представитель русского населения в Литве А. Ставровский выехал ему навстречу в район, где ору­довали партизаны. Там он обнаружил автомобиль Экзарха с четырьмя расстрелянными людьми: это были сам митропо­лит Сергий, его шофер из советских военнопленных — Ге­рой Советского Союза майор Кулаков (которого он спас из концлагеря), и протодиакон Иннокентий Ридикюльцев с суп­ругой. Недалеко от машины нашли убитую девушку и ребён­ка — случайных свидетелей преступления. В последствие выяснилось, что убийцами Сергия были сотрудники НКВД переодетые в немецкую форму. Псковская Миссия просуще­ствовала до апреля 1944 г., открыв около 400 храмов, в кото­рых служили примерно 274 священников. Многим из них, ос­тавшимся в СССР, пришлось за это заплатить лагерями, а то и жизнью...

В заключение лектор примерно сказал так:

—   Существуют разные мифы и сказки, что особый отдел Вермахта содействовал именно Псковскойй Миссии! Даже только по чисто военным и Геополитическим мотивам, а ещё по каким-то другим соображениям. Было бы здорова, еслиб в течение нашей экспедиции, вы более тесно общались с мест­ным населением — о разном фольклоре, о колдунах ведьмах или типо того. А в конце экспидиции, каждый может сделать, какой-нибудь доклад, если обнаружит, что-либо необычное и заслуживающие нашего внимания!: — из аудитории посыпа­лись смешки:

—  Колдуны, ведьмы?! Ой, как смешно!

—  Интервью с русалками надо сделать!

—   И со Змей Горынычем! — но в этот момент соло взял местный рок фанат «Бочка»:

—   А чё вы ржёте! У нас в каждой деревне своя ведьма имеетца!

—  Да все бабы ведьмы! — лектор заулыбался

—  Нет! Нет! У нас я не вижу никаких ведьм! Все студент­ки хорошие! А вот «Бочка» говорит правду, это было всегда у нас на Руси! — послышались новые коменты:

—  Как так?! А церковь? А православие?

—  Дубина, у нас инквизиции не было, а только МРАКО­БЕСИЕ. — я тут же вскочил, чтоб прекратить подьёбки в сто­рону «Бочки»:

—  Тащемта, я лично верю «Бочки» и готов завтра отправитца с ним хоть на разговор с Дьяволом!

—   Отлично! Троицкий назначаетца старшим куратором по «Бочкинским ведьмам»!

—   А у него уже есть, две такие — местная Света и Ната­ша! — все дико ржали, краем глаза я увидел как Лили, частич­но передёрнуло. Я успокоил себя, что её просто укусил комар. Но она неожиданно вскочила и тут же ломаналусь прочь. Все были в изумление и пялились на Лили...за ней побежал Хадорковский...

АФГАНСКИЙ ТРИП

Я лежал на железной койке и с помощью словаря пытал­ся прочитать итальянский «МЕТАЛ ХАМЕР», в этот момент завалили Хиппи, Лили и панк герла «Люси ин ве екай», а так­же пару бородачей Археологов. Начала Люси:

—   Паук?! Там «Бочка» привёз тону Дерьма! Что делать будем?!

—  Дерьма коровьего или в плане покурить? — от слова «покурить» все дико оживились.

—  Да пусть отваливает! Это экологический чистый про­дукт! А кстати, зовите его сюда!

—  А где он их взял?

—  Зовите! Щас разбирёмся, например, тащемта!

Мне почему-то, захотелось провести ночь именно в ба­раке, при старой, розовой — дореволюционной ламп, в кру­гу друзей, без всякого оголтелого секса и ночного скитания, чисто по душам. Когда «Бочка» вошёл в барак, он сразу испу­ганно спросил:

—  А где кассета МОНОВАР?!

Лили по моему знаку, открыла тумбочку и метнула ему кассету концертнитка МОНОВАР, а на другой стороне 45 ми­нут — ВОЙВУД.

—  Бочка! Садись на койку и давай поговорим серьёзно и нормально!

Я дал указание Лили, и она тут-же разлила «Сливовой настойки», а «ХИППи» достал заныканый косяк....

Да! Действительно всё правильно! Мы сидели в страш­ном и неотесанном бараке, но у нас играла музыка, светила розовая — дореволюционная лампа, а после «ПОРОВОЗА», все стали добрыми и умиротворенными! Началась ацкая гро­за, ЗЕВС метал молнии, а потом пошёл дождь, который рав­номерно барабанил по железной крыше! И так стало прият­но, от того, что угли потрескивают в печке, дождь стучит па крыше, дореволюционная оранжевая лампа светит, а в мафоне играет Пинк Флойд «Энималс» !!!!

Мы когда курнули, то нам казалось, что все эти звуки природы — это наши Псковские и дождь будет барабанить вечно! И такая теплота разгорелась в этом бараке, с этим до­ждём и лампой, что хоть перед всем миром кайся за свои все грехи! И всех дико люби!

—   Слышь БОЧКа?! А как ты например, полюбил метал или рок по твоему? Конечно, если это тащемта, связано с ад­скими переживаньями можешь не говорить. Но нам это очень важно, например! Так как, мы сидим в одном бараке и под одной лампой ! Мне сказали, что ты был в АВГАНЕ?! Какой мотив, у тебя тусить с нами, с антисоветчиками, если вокруг тебя окружаю