home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава первая

Обреченный корабль

Пятнадцать минут до старта. Космический корабль «Атлас», озаренный светом Земли, отполированно сиял на фоне ночного лунного неба. Обтекаемый нос корабля, казалось, был нацелен в пучины космоса. Бесплотный вакуум леденил его обшивку, а вокруг, до самого горизонта, одна лишь мертвая пемза лежала в лунной пыли. В отсеках «Атласа» царило безмолвие. На борту корабля не было ни души.


– Скоро ли, Гэс? – спросил доктор Гектор Конвей, Главный Научный Советник.

Советнику было неуютно в лунном кабинете. На Земле, сидя на верхнем этаже Башни Науки – исполинской иглы из бетона и стали – он привык к другому виду: окна башни выходили на Интернейшенел Сити.

Здесь же, на Луне, в окна были встроены искусственные земные пейзажи. Освещение за стеклом постоянно менялось, имитируя рассвет, полдень и вечер; потом картинки тускнели и в комнаты вливались сумерки.

Однако для настоящего землянина подделка была заметна. Конвей чувствовал, что, вскрыв окно, он упрется в нарисованную миниатюру, а за ней – стена или даже лунный грунт.

Доктор Аугустус Генри, к которому обратился Конвей, взглянул на наручные часы и, пустив колечко дыма из трубки, произнес:

– Еще пятнадцать минут. Для беспокойства нет повода – «Атлас» в отличном состоянии. Я сам вчера проверял.

– Да, да. Конечно.

Белоснежно седой Конвей выглядел старше худощавого, стройного Генри, хотя они и были ровесниками.

– Меня беспокоит Лакки,– после некоторой паузы произнес Советник.

– Лакки?

Конвей смущенно улыбнулся.

– Боюсь, это уже привычка. Я говорю о Дэвиде. Просто все кругом зовут его Лакки. Неужели ты не слышал этого прозвища?

– Значит, Лакки Старр? Счастливчик Старр? Что ж, кличка ему подходит. Кстати, что вы думаете о нем? В конце концов все это его затея.

– Вот именно. Точнее, очередная из обычных его затей. Надеюсь, что аферу с Сирианским консульством здесь, на Луне ему придется отложить до лучших времен.

– Гм, гм, посмотрим…

– Не иронизируй, а то мне уже кажется – это ты его подначиваешь на авантюры. Откровенно говоря, я прибыл сюда приглядеть за Старром.

– Если это так, Гектор, то сейчас ты просто отлыниваешь от работы.

– Не могу же я вечно таскаться за ним, словно курица за цыпленком! Ну, ничего – с ним Бигмен. Я пообещал малышу спустить с него шкуру, если Лакки вломится в посольство.

Генри усмехнулся.

– Хуже всего, – проворчал Конвей, – что все опять сойдет ему с рук.

– Это точно.

– Вот увидите – однажды он зарвется и свернет себе шею. Будет обидно потерять такого парня, черт возьми!


Бигмен шел по цементному коридору, балансируя пивной кружкой. За пределы города псевдогравитация не распространялась, поэтому здесь, в космическом порту, каждый приспосабливался к ходьбе, как умел. По счастью, Джон Бигмен Джонс родился на Марсе, где гравитация всего две пятых от нормы, так что быстро привык к лунным прогулкам. Сейчас он весил двадцать фунтов. На Марсе – весил бы пятьдесят, а на Земле – сто двадцать.

Увлеченно следя за кружкой, он чуть не налетел на часового в форме Лунной национальной гвардии. Бигмен поднял глаза и, хитро подмигнув часовому, проскрипел:

– Ликуй, приятель! Я тебе пива принес. Гвардеец, уже давно наблюдавший бигменовские маневры, слегка опешил.

– При исполнении не положено. Спасибо, конечно.

– Вольному воля. А то – и сам справлюсь. Я – Джон Бигмен Джонс! Зови меня просто – Бигмен.

Бигмен, хотя и был на голову ниже невысокого часового, снисходительно протянул тому руку, словно общался с коротышкой.

– А я – Берт Вильсон. Ты с Марса?

Сержант выразительно посмотрел на красные стоптанные сапоги Бигмена. Только марсианскому провинциалу могло взбрести в голову шляться по космосу, как по своему ранчо.

Бигмен поймал взгляд собеседника и ухмыльнулся.

– Ты угадал. Я торчу здесь уже неделю. Ну и кирпич же, я тебе скажу, эта ваша Луна! Неужели никто из вас, ребята, не вылезает на поверхность?

– Очень редко и только по служебной надобности. Там же приткнуться негде.

– А я бы хотел пройтись, Ненавижу сидеть взаперти!

– Вон там есть шлюз для выхода наружу.

Бигмен повернул голову в направлении сержантского пальца. Плохо освещенный коридор заканчивался темной нишей.

– Все равно у меня нет скафандра.

– А хоть бы и был. Сегодня без специального пропуска наверх никому хода нет.

– А что так?

– Там корабль на старте. И взлетит он, – часовой взглянул на запястье,– ровно через двенадцать минут. Может, потом ограничение снимут. Я не в курсе.

Остатки пива исчезли в пасти Бигмена. Вильсон дернул кадыком и, отвернувшись, спросил:

– Слушай, а в портовом баре много народу?

– Пусто. Есть одно предложение, приятель. Мне все равно делать нечего. Чтобы смотаться туда-обратно пропустить по маленькой у тебя уйдет секунд пятнадцать. А здесь, так уж и быть, я тебя подменю.

Сержант тоскливо посмотрел в сторону бара.

– Опасное дело.

– Ну, как хочешь.

Одинокая фигура метнулась за их спинами и юркнула в нишу.

Вильсон сделал было нерешительный шаг к притягательной точке, но, потоптавшись, тут же вернулся, бормоча:

– Нет. Опасное дело.


Десять минут до старта.


Действительно, затея принадлежала Лакки Старру. Он гостил у Конвея, когда пришло страшное известие – земной корабль «Велтом Захари» разграблен, груз исчез, трупы офицеров выкинуты в открытый космос, рядовые захвачены в плен. Пираты сняли двигатели, управление, словом – все, что можно было унести. Сам корабль изуродован настолько, что стал годен лишь в металлолом.

Лакки сказал тогда:

– Этот пояс астероидов набит мерзавцами. Сто тысяч камней!

– Даже больше. – Конвей выплюнул сигарету. – А что мы можем сделать? Земная империя не справляется с ними. Мы снаряжаем карательные экспедиции, разоряем их гнезда, но всех до одного выкурить невозможно. Двадцать пять лет назад.

Внезапно седой советник прикусил язык. Двадцать пять лет назад родители Старра были убиты в схватке с пиратами, а сам Дэвид, еще мальчишка, брошен на произвол судьбы.

Карие глаза Лакки были непроницаемы.

– Знать хотя бы точное число астероидов, вычислить бы их координаты… – процедил он.

– Ну, на это потребуются сотни лет, тысячи кораблей. Но далее когда мы засечем все камни пояса, все равно Юпитер своим притяжением спутает их орбиты и весь труд пойдет насмарку.

– Пиратам это знать не обязательно. Если пустить слух, что мы начинаем картографические исследования – они запаникуют, и корабль, посланный нами якобы для этой цели, непременно будет атакован.

– И что это нам дает?

– Это будет автоматический корабль, с полным снаряжением, но без экипажа.

– Дорогостоящая штука. И все же, к чему такие хлопоты?

– Не все сразу. Предположим, что спасательные шлюпки покинут корабль автоматически, как только приборы зафиксируют приближающийся гиператомный источник энергии. Каковы будут действия пиратов?

– Разнесут шлюпки в пыль, корабль возьмут на абордаж и уведут на свою базу.

– Или на одну из баз. Правильно. Расстреляв шлюпки, они не удивятся, не найдя на борту экипажа. Вполне естественно, что невооруженная команда попыталась удрать с исследовательского корабля.

– Допустим. И что мы этим добьемся?

– Если заминировать корабль и снабдить его взрывателем, срабатывающим на повышение температуры на двадцать, скажем, градусов, то кое-кому можно преподнести неприятный сюрприз. Взрыв произойдет в пиратском ангаре.

– Ого, мина-ловушка?!

– Причем гигантская. Она развалит астероид на куски. Она уничтожит десятки пиратских кораблей. И кроме того, наши обсерватории на Церере, Весте, Джуно и Палладе зарегистрируют вспышку. А тогда мы, выловив уцелевших негодяев, получим от них ценнейшую информацию.

– Да, эффектная комбинация. Просто и остроумно.

И работы на «Атласе» начались.


Неизвестный, проникнув в нишу, действовал уверенно и бесшумно. Взрезав пломбу шлюзового управления игловым лучом, он откинул защитный диск и запустил внутрь руку в черной перчатке. Вскоре диск вернулся на место и пломба была ловко приварена лучом из того же орудия.

Вход был свободен. Створки шлюза разошлись. Сигнал тревоги не прозвенел – электрические цепи были умело разомкнуты минуту назад. Человек шагнул в камеру и створки сомкнулись. Вынув из пакета пластиковый костюм, он аккуратно, но быстро натянул его, одел шлем и привернул шланг кислородного баллончика. Это был облегченный скафандр для коротких перебежек в безвоздушной среде, жизнь при работе в вакууме долее получаса он не гарантировал.

Неизвестный открыл вторую дверь и вышел на поверхность Луны.


Берт Вильсон, встрепенувшись, закрутил головой.

– Ты слышал?

Бигмен сделал невинные глаза.

– Что я мог слышать, приятель?

– Даю голову на отсечение, только что стукнула дверь шлюза. Странно, что нет сигнала тревоги.

– Разве должен быть сигнал?

– Обязательно. Звонок показывает, что одна из дверей открыта. Иначе любой дурень, отворив обе двери, способен выпустить весь воздух из порта.

– Значит, все в порядке. Нет сигнала – двери целы.

– Не уверен.

Тремя плавными прыжками сержант приблизился к заветной нише. По пути он ловко задел тумблер на стене, и в коридор ударили снопы света от четырех рядов мощных ламп. Бигмен еле поспевал за ним, зависая под потолком и рискуя спланировать носом в пол.

Переложив бластер в левую руку, Вильсон подергал дверь и пожал плечами.

– Значит, ты ничего не слышал?

– Ничего. Зря волнуешься, дружище.


Пять минут до старта.

Пемза фонтаном брызгала из-под ног неизвестного. В вакууме свет не рассеивался и каменная гряда, окружавшая порт, отбрасывала абсолютно черную тень. Следуя вдоль гряды, человек подобрался почти к самому кораблю. Один затяжной прыжок – и он уже в тени «Атласа». Подтягиваясь то одной, то другой рукой за поручни трапа и перескакивая сразу через десять ступеней, человек мгновенно взлетел к воздушному шлюзу корабля. Секундная манипуляция с игло-пистолетом – и он внутри.

Теперь на «Атласе» был экипаж!


Сержант все еще ковырялся у шлюза, с сомнением разглядывая защитный диск, а Бигмен скрипел без умолку:

– Я ж и говорю – торчу уже неделю. Секретное задание, чтоб его! Представляешь, приятель, я должен следить за своим паршивым родственником, чтобы он не влип в какую-нибудь историю. Ничего себе работка для ковбоя, а? И ни одного шанса смыться…

Сбитый с толку гвардеец промямлил:

– Передохни, малыш. Ты славный парнишка и все такое, но давай-ка отложим разговор. – Сержант потрогал контрольную пломбу. – Очень странно…

Бигмен набычился и угрожающе выпятил нижнюю челюсть. Развернув за локоть часового и едва не упав при этом, он зашипел тому в подбородок:

– Дружище, ты кого это назвал малышом?!

– Послушай, проваливай откуда пришел. За родственником следи.

– Нет, минутку! Сейчас мы кое-что выясним. Думаешь, если я не вымахал с телескоп, как некоторые, то меня позволено величать парнишкой? Становись сюда. Давай! Подымай кулаки или я размажу тебе нос по всей сковородке!!!

И он изобразил что-то вроде боксерской стойки. Вильсон глядел на него с изумлением.

– С чего ты взбесился? Брось валять дурака.

– Ага, испугался!

– Не могу же я драться на посту! А кроме того, у меня и в мыслях не было задевать тебя. Мне вообще сейчас не до тебя, надо в деле разобраться.

Бигмен вдруг прекратил скакать и размахивать кулаками.

– Эй, а ведь, кажется, корабль стартует.

Звука, конечно, не было слышно из-за вакуумной прослойки, но весь коридор вибрировал от близких ударов ракетных двигателей, отрывающих «Атлас» от планеты.

– Видимо, и вправду померещилось. – Сержант поскреб пятерней затылок, – Думаю, нет смысла сочинять рапорт. В любом случае – уже поздно.

И контрольная пломба была забыта.


Старт!

Облицованная керамической плиткой пусковая шахта торжественно разверзлась и первые струи пламени сотрясли ее глубины. «Атлас» дрогнул и медленно пополз вверх. Скорость нарастала. И вот, распоров ночное небо, величественный корабль обернулся блуждающей звездой, съежился в точку и пропал.


Доктор Генри, который раз взглянув на часы, произнес:

– Время истекло. «Атлас» должен быть в небе. – Он постучал черенком трубки по циферблату.

Конвей оживился.

– Отлично! Надо свериться с властями порта. Спустя пять секунд они вперились в изображение стартовой площадки на видеоэкране. Пусковая шахта была раскрыта и еще дымилась. Корабля не было.

Конвей покачал головой.

– Да. Это была прекрасная машина.

– Пока еще есть.

– Не стоит заблуждаться. Через несколько дней «Атлас» превратится в расплавленный дождь. Обреченный корабль.

Аугустус Генри хмуро кивнул.

Дверь скрипнула и оба как по команде обернулись. Вошел всего лишь Бигмен. Физиономию его прямо-таки распирала широкая улыбка.

– Здорово-то как вернуться в Луна Сити! Наконец чувствуешь себя человеком, а не мотыльком. Глядите-ка!– Он топнул сапогом об пол и подпрыгнул.– Да попытайся я сделать что-нибудь в этом роде там, где я только что был, – улетел бы на Меркурий, а скорее всего – впаялся бы в потолок!

– Где Лакки? – оборвал его Конвей.

– О, ничего нет проще. Я совершенно точно могу вам сказать. – Бигмен посмотрел на ученых ясными глазами. – Говорят, «Атлас» только что стартовал…

– Какая неожиданность, – съязвил советник. – Где Лакки?

– На «Атласе», конечно. Где ж ему еще быть?


Айзек Азимов Лакки Старр и пираты с астероидов | Лакки Старр и пираты с астероидов | Глава вторая Космический сброд