home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



ШКАТУЛКА МУДРЕЦОВ

Улле так дорожил своим зубом, который ему выдернул Лассе, точно это был золотой зуб, а не молочный. Он носил его в спичечном коробке и все время на него любовался.

Потом начал качаться зуб у Боссе. Раньше он сразу же вырвал бы его, но теперь потребовал, чтобы Лассе и ему вырвал зуб во сне. Перед сном он привязал к зубу длинную нитку, а конец этой нитки Лассе привязал к двери. Утром Агда пришла будить мальчиков, отворила дверь и выдернула Боссе зуб. Боссе тут же проснулся, его даже будить не пришлось.

— А мы и не знали, как надо вырывать зубы! — сказал он по дороге в школу.

Он тоже положил зуб в коробок, и они с Улле без конца сравнивали свои зубы и хвалились ими.

Лассе стало завидно, и тогда он вспомнил, что у него где-то спрятан коренной зуб, который ему в прошлом году вырвал зубной врач.

Вечером Лассе перерыл весь комод и нашел множество ценных вещей, которые считал пропавшими навсегда. В сигарной коробке лежали несколько каштанов, стреляные гильзы от охотничьего ружья, сломанная свистулька, пять сломанных оловянных солдатиков, сломанное вечное перо, сломанные часы, сломанный карманный фонарик и его коренной зуб! Зуб тоже был сломан, иначе бы Лассе его не выдернули.

Лассе посмотрел на свои сокровища и сказал, что он все их починит, когда у него будет время. Кроме зуба, конечно. Зуб он положил отдельно в спичечный коробок.

Весь вечер Лассе, Боссе и Улле гремели своими спичечными коробками и так заважничали, что даже не захотели играть с нами в лапту. Мы с Анной и Бриттой прыгали в классики и не обращали на них никакого внимания.

— Они мне уже надоели со своими зубами, — сказала Бритта. — Подумаешь сокровище, как будто у нас нет зубов!

Мальчишки подошли к нам. Они успели посекретничать в комнате у Лассе и Боссе и выглядели как заговорщики.

— Только девчонкам не говорите, что у нас есть! — предложил Лассе.

— Этого еще не хватало! — возмутился Боссе.

— Ни за что в жизни! — сказал Улле.

Мы чуть не лопнули от любопытства, но сделали вид, что нам это ни капельки не интересно.

— Анна, твоя очередь, — сказала я, и мы продолжали прыгать в классики.

Лассе, Боссе и Улле сидели на обочине и посматривали в нашу сторону.

— Ты ее надежно спрятал? — спросил Боссе.

— Можешь не сомневаться, — ответил Лассе. — Шкатулку Мудрецов прячут только в надежное место.

— Само собой, а то девчонки найдут, и тогда все пропало, — сказал Улле.

Лассе изобразил на лице ужас.

— Ты меня не пугай! — сказал он Улле. В записке об этом ничего не сказано.

Лассе немного смутился и ответил:

— Клады всегда зарывают в жестяных банках.

И мальчики стали купаться, а мы отправились на поиски.

— Я им еще припомню эту жестяную банку! — сказала Бритта.

Посреди острова есть каменная россыпь. Сверху на ней лежали несколько новых камней. Мы сразу догадались, зачем их туда положили. Под ними была спрятана ржавая жестяная банка. Мы открыли ее. В ней была записка:

«Ха-ха-ха! Девчонки — дуры, верят любой чепухе! Живший тут в прежние времена.»

Вы помните, что на этом острове пасся баран Ульрик, который чуть не забодал нас? После него на острове осталось множество твердых черных орешков. Мы взяли несколько орешков, положили их в банку и написали новую записку:

«Вот вам настоящие жемчужины! Берегите их, потому что их оставил живший тут в прежние времена!»

Потом мы спрятали банку под камни, вернулись к мальчишкам и сказали, что никак не можем найти клад.

— Теперь вы его поищите, а мы искупаемся! — сказала Бритта.

Сперва они не хотели искать без нас, но потом все-таки пошли. Наверно, решили перепрятать банку, чтобы ее было легче найти. Мы поползли вслед за ними, как настоящие индейцы.

Мальчишки подошли к россыпи, и Лассе вытащил из-под камней банку.

— Вот дурехи! Ведь она на виду лежит, — сказал он и помахал банкой.

— Там что-то гремит! — сказал Боссе.

Лассе открыл крышку и прочел вслух нашу записку. Потом он зашвырнул жестянку подальше и воскликнул:

— За это им надо отомстить!

Тогда мы с хохотом выскочили из кустов и, перебивая друг друга, стали рассказывать, что сразу догадались, что это проделки Лассе. Но Лассе сказал, что они тоже сразу догадались, что мы догадались, что это его проделки. Конечно, он врал, но мы на всякий случай сказали, что мы догадались, что они догадались, что мы догадались, что это проделки Лассе. И тогда мальчишки сказали...

Не знаю, сколько раз мы произнесли слово «догадались», но у меня закружилась голова, и больше я уже ничего не слышала.

Потом мы купались возле нашего камня и брызгали друг в друга водой.

После купания Лассе предложил играть в разбойников. Мы устроили разбойничье логово на старом сеновале, где Лассе спасался от Ульрика. Предводителем был, разумеется, Лассе. Он сказал, что он Робин Гуд. Боссе был его помощником, его звали Ринальдо Ринальди. Лассе сказал, что мы должны грабить богатых и отдавать награбленное бедным. Мы задумались, но оказалось, что мы не знаем ни одного богатого. Бедных мы тоже не знали, разве что Кристин.

По приказанию Лассе мы по очереди влезали на сосну, которая росла рядом с сеновалом, и следили, чтобы к острову не подошел вражеский флот. Чтобы влезть на сосну, сперва надо было забраться на дырявую крышу сеновала. Сосна была такая высоченная, что мы с Бриттой и Анной не решались залезть на самую верхушку. А Лассе, Боссе и Улле ничего не боялись.

Но даже с самой вершины сосны не было видно никакого вражеского флота.

Когда подошло время обеда, Лассе приказал нам с Анной переплыть на материк и награбить еды.

— Помните, грабить можно только богатых! — сказал он на прощание, и мы поплыли.

Но мы так и не знали, кого же нам грабить. Поэтому я пошла к маме и попросила разрешения награбить в кладовке разной еды, так как мы с Лассе и Боссе к обеду не вернемся. Мама, конечно, разрешила. Я взяла, ветчины, колбасы и вареной картошки. И много бутербродов с сыром. А мама дала мне горячих плюшек и большую бутылку молока.

Я побежала к Анне. Она тоже набрала полную корзину еды.

Когда мы вернулись в разбойничье логово и выложили свою добычу, Лассе похвалил нас.

— Прекрасно! — сказал он. — Надеюсь, вам пришлось грабить с опасностью для жизни?

Мы с Анной не были уверены, что нашей жизни угрожала опасность, но на всякий случай сказали, что небольшая опасность нам, конечно, угрожала.

— Прекрасно! — повторил Лассе.

Мы разложили еду на плоском камне и ели, лежа на животах. В разгар пира Боссе сказал:

— Эй, Робин Гуд! Ты же говорил, что мы должны все отдавать бедным, а сам только набиваешь себе брюхо!

— А я и есть бедный! — ответил Лассе, беря еще кусок ветчины.

Бутылка с молоком ходила по кругу, и каждый пил сколько хотел.

День выдался на славу. Мы много купались, лазили по деревьям и воевали, разделившись на две шайки. Мы с Анной и Бриттой были в одной шайке, а мальчишки — в другой. Наша шайка заняла сеновал и охраняла его от мальчишек. Бритта стояла на страже в дверях. Анна выглядывала в окно. А мой наблюдательный пост был на дырявой крыше. Но мне было трудно долго сидеть на крыше, я спустилась вниз и заняла пост рядом с Анной. Мальчишки, конечно, воспользовались этим, залезли по задней стене сеновала на крышу и оттуда спрыгнули вниз. Они взяли нас в плен и хотели расстрелять, но не успели. Лассе крикнул:

— Вражеский флот подходит к берегу!

Это был Оскар, которого мама послала за нами на остров. Он сказал, что уже девять часов, и спросил, неужели мы такие глупые, что сами не знаем, когда нужно возвращаться домой.

— Неужели вам даже есть не захотелось? — сердито спросил он.

И мы почувствовали, что нам действительно хочется есть. Папа и мама уже давно поужинали, но нас в кухне ждали молоко, бутерброды и яйца.


А МЫ И САМИ НЕ ЗНАЕМ, ЧТО МЫ ДЕЛАЕМ | Мы все из Бюллербю | ИВАНОВ ДЕНЬ