home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



57. Низинные таглиосские территории. Воскрешение

До сих пор таглиосская провинция имела общие религии с остальными таглиосскими территориями, где большинство составляли гунниты. Местный язык был близок к тому, на котором говорят в окрестностях Деджагора. После небольшой практики Дрема сумела его освоить.

То, что я называл поместьем, в действительности больше напоминало деревню, полностью находящуюся внутри единого здания. Главным строительным материалом для него послужил необожженный кирпич. Сложенные из него стены тщательно оштукатурили, чтобы их не размыло дождями. Внутри здания расположена открытая центральная площадь — как с цистернами для воды, так и с хорошим колодцем. По всему периметру на площадь выходят конюшни и мастерские. Остальную часть здания занимает лабиринт коридоров и комнат, где люди, очевидно, жили, работали и торговали, словно огромное здание и в самом деле было чем-то вроде городка.

— Вылитый термитник, — сказал мне Мурген.

— Князь и его сестричка почувствуют здесь себя совсем как дома. Он такой же кошмарный, как и дворец в Таглиосе. Только размером поменьше.

— Хотел бы я знать, чем они тут питались. Запах просто ошеломляющий. — Ароматы специй плотным облаком наполняли каждый коридор. Но это характерно для любого таглиосского поселения или города.

Нас отыскал Тай Дэй. Он и в самом деле оставил Мургена на несколько минут без присмотра. Тоже, наверное, стареет. Он передал сообщение:

— Тобо велел передать, что Дрема решила рискнуть и разбудить Ревуна.

 Вот теперь я точно мог сказать, что Тай Дэй встревожен, потому что столь длинные фразы он произносил лишь несколько раз в жизни.

Дрема решила оформить пробуждение с полной помпой, церемонией и драмой. После ужина мы собрались там, где прежде был храмовый зал, — когда все отдохнули, хорошо поели и предположительно расслабились. Зал был плохо освещен и обильно уставлен по углам многоголовыми и многорукими идолами, что далеко не придавало мне благодушия.

Никто из этих идолов не изображал Хади, но все гуннитские идолы производят на меня неприятное впечатление.

Я и сам выступал в роли полубога, появившись в ужасающих доспехах чудовищного Жизнедава. Удовольствия мне эта роль не доставляла.

Однако моя дражайшая супруга просто обожает любой повод принять обличье Вдоводела. Тогда она может на несколько часов облачиться в уродливые доспехи и сделать вид, будто еще не кончились старые добрые деньки, когда она была куда большей злодейкой, чем Вдоводелу предполагается быть сейчас.

Роль наша на этом представлении была скромной — сидеть в темном углу и излучать ауру мрачного колдовства. Короче, производить впечатление, пока другие делают настоящую работу.

Тобо пришел просто как Тобо. Он даже не удосужился переодеться в чистые штаны и рубашку. Зато привел своих учеников-Ворошков.

Остальные зрители состояли из старших офицеров и провинциальных аристократов, пришедших в основном для знакомства с Прабриндрахом Драхом, а заодно и разнюхать, что им нужно сделать, чтобы избавиться от нашего присутствия.

Завоеватели приходят и уходят.

Зал был переполнен. Толпа источала немало тепла. А я прел в доспехах, неподвижно сидя у стеночки на стуле и держа в правой руке копье Одноглазого. Большего, собственно, от меня и не требовалось.

Главное — не хлопнуться в обморок у всех на глазах.

Дрема прекрасно подготовила сцену — как тусклым освещением, так и заранее пущенными слухами, чтобы зрители поняли: Ревун безумен, как бешеная собака, и одновременно чародей, чье могущество не уступает могуществу Протектора.

Бедный Ревун. Несмотря на его участие в войне с Хозяевами Теней, нынче о нем почти позабыли.

Ворошки, как я заметил, уселись в переднем ряду. Тобо обращался с ними, как с хорошими друзьями — особенно с пухленькой и веснушчатой блондиночкой. Он болтал с ней до тех пор, пока Дрема на него не рявкнула и не велела начинать.

Даже меня процедура пробуждения слегка разочаровала. Тобо обошелся без шаманства и разных мумбо-юмбо. Очевидно, он считал свою задачу не более интересной, чем работа в конюшне.

Но для вдумчивого ума его усилия были куда более впечатляющими. Лишь немногие — возможно, только избранные — поняли, что Тобо настолько хорош, что может даже такую нелегкую задачу подать как нечто обыденное.

Я подумал, что поведение парня многое говорит и о его характере. Его эго не нуждается в сильной подпитке.

Я заметил, что трое из четырех наших Ворошков поняли это сразу. Громовол тоже это понял, но он страдал эго-болезнью.

Тобо освободил Ревуна от долгого транса всего за несколько минут.

Я не знаю всей его истории. Когда речь идет о таких, как он, это практически невозможно. Но я знаю, что Ревун на несколько веков старше даже Госпожи. Он был одним из тех, кто помог ее мужу Властелину построить империю, которая рухнула в северную пыль примерно в то время, когда первоначальный Черный Отряд вышел из Хатовара. Боли и уродства Ревуна — наследие тех времен. Равно как и образ мышления, заставивший Душелова объявить себя Протектором.

Но у этой женщины нет той одержимой сосредоточенности и упорства, необходимых для создания точной копии той древней империи тьмы.

Я никогда не видел Ревуна без его многослойных лохмотьев, которые он не менял так долго, что между кожей Ревуна и внешним миром развилась целая экология. Она включает многочисленных беспозвоночных, плесень и разнообразнейшие зеленые растеньица.

Росточком Ревун ниже, чем Гоблин или Одноглазый, но Госпожа настаивает, что так было не всегда.

Когда Тобо закончил, почти бесформенный комок тряпок втянул воздух в длинном вдохе и испустил один из тех воплей, в честь которых его и назвали. В нем в равной степени послышались мука и отчаяние. Я вздрогнул, несмотря на жару. Давненько я не слышал этих воплей. И согласен не слышать их еще дольше.

Колдун-карлик сел.

Звякнули извлекаемые мечи. Опустились наконечники копий. Полдюжины новеньких, недавно изготовленных Госпожой пускателей огненных шаров нацелились на Ревуна.

Но тот больше ничего не сделал. Потому что был дезориентирован, в точности как и мы, когда проснулись.

Тобо подал знак. Вперед вышел человек с кувшином воды. Ревун сейчас испытывает безумную жажду. В ближайшие несколько дней он будет пить ровно столько, сколько ему позволят. Первые из нас, кто проснулся четыре года назад, выпивали столько воды, что их начинало рвать.

И мы научились дозировать воду.

Ревун тоже хотел пить воду галлонами.

Но не получил столько.

Он открыл рот. Оттуда вырвался жуткий рев. Это кошмарную привычку он не мог контролировать.

Когда к колдуну стал возвращаться рассудок, он огляделся, и ситуация ему не понравилась. Он никого не смог узнать сразу. Он спросил: «Сколько времени прошло?» Заговорил он на одном из северных языков, но настолько древнем, что его поняла только Госпожа. Она и перевела его вопрос на язык Хсиена, добавив:

— Сейчас он думает, что воскрес в совершенно новую эпоху.

— Разбей ему сердце, и побыстрее, — посоветовал я. — У нас мало времени, чтобы терять его зря.

Ревун снова принялся задавать вопросы на различных языках, пытаясь добиться понятного ответа.

Я наблюдал, как он никнет, начиная понимать, что, вероятно, проспал так долго, что даже народы времен его молодости полностью забыты. Но все же полным тупицей он не стал, потому что узнал доспехи — мои и Госпожи, хотя они и несколько отличались от оригинала. И вспомнил, кому эти доспехи принадлежали, потому что обратился к Вдоводелу, но уже на том языке, на котором он в свое время общался с Госпожой. Когда-то я умел на этом языке читать, но о смысле произнесенных вслух слов мог лишь догадываться.

И едва все начали понемногу расслабляться, как он испустил еще один душераздирающий вопль.

— Общую ситуацию Ревун понял, — объявила Госпожа. — Когда ему объяснят немного больше, то, думаю, он согласится и на союз.

Для ответа ей я выбрал язык Хсиена:

— Почти всю мою жизнь Ревун был ее частью. И все это время он был одним из тех, кто пытался меня убить. И вряд ли я стану чувствовать себя спокойно, даже если он окажется на нашей стороне.

— Что за глупости? Мы ведь не обязаны ему доверять, дорогой. Неизвестные Тени позаботятся о том, чтобы он был верным союзником.

Разумеется.

— И еще ты помнишь его истинное имя. И сообщишь его Тобо.

— Если придется.

Я кивнул, подумав, что это весьма удачная идея — назвать его имя Тобо прямо сейчас. Поскольку Ревун не из боязливых и не ждет, когда опасность исчезнет сама собой.

Ревун издал очередной жуткий крик.

Дрема начала закипать, потому что не понимала, что происходит.

Госпожа принялась объяснять Ревуну ситуацию, а я стал вводить Капитана в курс произошедшего.

Ревун завыл, и в этом вопле слышалась тоска. Ситуация ему совершенно не понравилась. Но он уже попадал в похожие переделки, а моя дорогая откровенно дала ему понять, что кроме союзничества есть только один иной выход.

Одна из причин, почему Ревун стал тем, кто он есть, — его мощное отвращение к собственной смерти. Не имел он и причин любить Душелова, похоронившую его в надежде, что это навсегда. И она же в прошлом несколько раз обращалась с ним весьма жестоко.

Колдун-карлик снова завыл.

Я спросил на языке Хсиена:

— Тобо, как думаешь, Шевитья сумеет излечить это мелкое дерьмо от привычки вопить? — Иногда его вопли весьма отвлекают.

— Возможно, — пожал плечами Тобо. — Могу узнать. — На вопли он почти не обращал внимания, потому что пытался расслышать, что Рекоход шепчет Дреме. Пару минут назад Рекохода вызвали из зала. Теперь он вернулся с Суврином и офицером-кавалеристом по имени Ти Нанг. Отряд Нанга сегодня был назначен в пикет, поэтому я предположил, что произошло нечто важное.

Дрема кивнула, сказала что-то утвердительное. Рекоход, Суврин и Ти Нанг вышли. Дрема крикнула им что-то вдогонку, но опоздала — они ее уже не услышали. Тогда Дрема переключила внимание на происходящее, однако я заметил, что прежней сосредоточенности в ней уже нет. Она сидела, ерзала, а потом ее озарило.

Она наклонилась к Сари и что-то ей прошептала. Сари вздрогнула, но тут же заулыбалась и приняла заговорщицкий вид. Быть может, даже вызывающий.

Капитан заметно смутилась.

Госпожа кашлянула, намекая, что настала очередь Жизнедава заговорить с нашим лидером. И я сказал:

— Капитан, Ревуну будет оказана честь связать свою судьбу с Черным Отрядом. Он сделает для нас ковры-самолеты и поможет с нашей программой вооружения. Однако я не стану верить ему ни на грош. И еще его надо держать подальше от Ворошков. — Все это было сказано на языке Хсиена, чтобы Ревун ничего не понял.

Молодежь сидела угрюмой кучкой, пытаясь понять. Но веселая малышка Шукрат уже достаточно хорошо понимала таглиосский и сообщила соплеменникам то, что было сказано на этом языке.

Вернулись Рекоход и Суврин. С ними пришел высокий красивый мужчина — весь в пыли и предельно усталый, но бдительный. Он обвел присутствующих внимательным взглядом и, кажется, кое-кого узнал. Он даже слегка поклонился Радише.

Дрема встала, приветствуя его. В ее поведении чувствовалась уважительность, которую я поначалу не заметил, настолько трудно уловимая, что таилась на границе воображения. Очевидно, она этого мужчину знала, но не потрудилась его представить. Пожав гостю руку, она выскользнула с ним из зала, прихватив с собой Сари, Рекохода и еще нескольких, включая Ради шу.

Я немедленно стал гадать, уж не совершили ли они глупость, приведя этого человека в переполненный зал, если общаться с ним следовало наедине. Однако, глянув в зал, увидел, что перешептываться никто не стал. За исключением тех, кто был с Дремой в подполье в Таглиосе.

Может, к нам пришел брат из Отряда, которого мы там оставили? Или какой-то союзник из прошлого?

Оглянувшись по сторонам, я обнаружил, что все гуннитские идолы явно зашевелились. И это начало отвлекать внимание публики. Тобо работал, сосредоточенно нахмурясь. Его невидимые союзники тоже упорно работали.

Этот симпатичный парень еще станет выдающейся личностью.

Секунду спустя Жизнедав впервые за все время пошевелился и внезапно встал. Наконечник его копья резко опустился и проколол покрывавшие тельце Ревуна лохмотья — тот ухитрился подавить рвущиеся из глотки вопли и уже собирался потихоньку смыться.

Через мгновение опустился и огромный черный меч Вдоводела и неподвижно повис перед глазами Ревуна.


56.  Низинные таглиосские территории. Поместье Гархавнес | Хроники черного отряда. Книги мертвых | 58.  Гархавнес. Генерал-предатель