home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



26

Красться босиком по собственной квартире в сторону прихожей – не самый увлекательный вид спорта, чреватый нарушением пределов самообороны, поскольку этот крадущийся, несмотря на смертельную бледность, твёрдо намеревается изничтожить любое живое существо, встреченное на пути.

Ни одного живого существа в прихожей не обнаруживается.

Звук раздаётся из продуктовой сумки, в которой Турбанов принёс домой одежду и личные вещи Хмурого да так и оставил под вешалкой – на потом. Между чёрными складками пальто моргает и дёргается оживший телефон.

«Говорите, я слушаю!» – повторяет автоответчик, прежде чем дать слово человеку, который в телефонных контактах Хмурого обозначен двумя понятными словами: RODINA BABLO.

Абонент RODINA BABLO говорит тягучим сладким голосом, похожим на повидло:

«Сергей Терентьевич, добрый вечерочек! Звоню напомнить – завтра у нас всё как обычно. В этот раз Витюша привезёт. Мальчик новенький, но послушный, раньше генералитет возил. Передавайте от меня боссу нижайший привет! Ну, в смысле, поклон. До свиданьица!»


Турбанов держит руку с телефоном немного на отлёте, будто это взрывное устройство или ядовитый паук. Он испытывает потребность выбросить этот телефон, зашвырнуть куда-нибудь подальше. Но не зашвыривает, а насаживает его на магнитную вешалку для зарядки.

«Какой сегодня день?»

«Воскресенье», – отвечает Агата.

Стало быть, завтра понедельник. Первый понедельник месяца.

Ребус не нуждается в разгадке. «Завтра всё как обычно» – это значит, что к концу обеденного перерыва, без пятнадцати час, на стоянку мэрии подъедет лазоревый «Бентли Экстра Континенталь» – таких машин только две на весь город, и обе принадлежат сети супермаркетов «Родина». Подъедет и будет ждать, пока из-за колонн на крыльце не появится человек с тяжёлым, мрачным лицом и не приблизится к машине буквально на пару секунд. И благодаря этим почти невидимым движениям на целый огромный миллиметр сдвинется некое зубчатое колесо, сдобренное жирной смазкой, и весь громоздкий, косный механизм продолжит свой ход.

Если бы Турбанова не уволили с работы и он всё ещё ходил обедать в Кулинарию № 1, то эта ежемесячная сцена до сих пор имела бы немого, безучастного, но преданного зрителя.

Если бы Агата не застрелила Хмурого, то расклад ролей в этой сцене оставался бы таким же простым и бесспорным, как трижды три – девять, хоть ты умри. Теперь же, думал Турбанов, у трижды трёх появился шанс на какой-то другой результат.

«Хочешь, я тоже завтра пойду? Просто послежу и прикрою тебя».

Нет, говорит он, даже не думай. Он пойдёт один.

Между прочим, Агата не спрашивает, зачем ему нужно туда идти, и он ей благодарен за это. А если бы и спросила, он вряд ли сразу нашёл бы точный ответ. Потом, немного поразмыслив, он всё же признался бы в сильном желании увидеть всю картину в другом ракурсе – как минимум с противоположной стороны запылённого окна той пресловутой пирожковой. Не говоря уже о молчаливой несчастливости окружающего пространства, которое только и ждёт, чтобы ты сделал выбор – чтобы ты решился и, в конце концов, выбрал если не судьбу, то хотя бы новую точку зрения и тем самым надиктовал план действий: куда ему, безглазому пространству, двигаться или расти.


предыдущая глава | Свобода по умолчанию (сборник) | Часть вторая. По ту сторону стекла