home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



XII

Стоишь снаружи и смотришь внутрь

Через некоторое время после празднования Дня благодарения я спросила у Мориса, как он обычно отмечает Рождество.

– Никак, – равнодушно ответил он и пожал плечами.

– То есть как? Вообще не отмечаешь?

– Не, вообще никак.

Я не отставала от него, и Морис объяснил, что обычно его семья не делала на Рождество ничего особенного. Он помнил, как пару раз его мать готовила что-то вкусное, но последнее Рождество он встретил в Армии Спасения. Там его бесплатно покормили, а потом один из сотрудников подвел его к коробке с игрушками для детей из бедных семей и предложил выбрать себе подарок. Морис выбрал плюшевого мишку.

Ребята вроде меня, конечно, знают, что такое Рождество. Мы по телевизору видели. Но мы как бы стоим снаружи и смотрим внутрь на чей-то чужой праздник.

Как я поняла, этот плюшевый мишка был единственным подарком, который Морис получил на Рождество. Я спросила его о том, хочет ли он встретить Рождество со мной и моей семьей. Он моментально сказал «да» и широко улыбнулся.

В субботу перед Рождеством мы с Морисом пошли покупать елку. Мы выбрали хорошую елочку у продавца на улице и принесли ее домой. Я достала украшения: «серебряный дождь», игрушечные яблоки и гирлянды. Потом я поставила пластинку с рождественскими песнями, мы выпили горячего шоколада и полюбовались на рождественское дерево.

Потом мы поужинали и испекли печенье с шоколадной крошкой.

Я достала лист бумаги и попросила Мориса написать мне, что он хочет получить в подарок от Санта-Клауса.

– Но ведь Санта-Клауса не существует, – сказал Морис с улыбкой.

– Может быть, и не существует, – ответила я. – Но это не мешает тебе написать, что ты бы хотел получить в подарок.

Морис написал на бумаге несколько фраз. Первым номером в его списке шла «гоночная машина с дистанционным управлением».

Потом Морис попросил меня выключить в квартире свет, чтобы посидеть и полюбоваться украшенной и зажженной елкой. Я выключила свет, рождественские песнопения продолжались, а мы уселись на диване. Так мы просидели достаточно долго. Наконец Морис заговорил:

– Спасибо за красивую елку. Ребята вроде меня, конечно, знают, что такое Рождество. Мы по телевизору видели. Но мы как бы стоим снаружи и смотрим внутрь на чей-то чужой праздник. Мы понимаем, что такой праздник у кого-то есть, но он не для нас. Поэтому мы просто про него не думаем.

Я задумалась о том, что Морис умен не по годам. Он был еще ребенком, но у него было четко сформировавшееся мнение о жизни, которое он составил на основе собственного опыта. Он прекрасно понимал свое место в обществе. Он не умел сморкаться, но он понимал гораздо больше о жизни, чем понимают дети его возраста.


Через несколько дней, в канун Рождества, Морис пришел ко мне. Моя сестра Нэнси жила недалеко от меня и тоже пришла. Они были с Морисом знакомы, и ей очень нравилось проводить с ним время. Войдя в квартиру, Морис заметил, что под елкой лежат завернутые подарки. Его глаза округлились. Он понял, что часть из этих подарков наверняка предназначена для него. Мы поели и потом послушали рождественские песни. После этого я разрешила Морису открыть подарки. Я знала, что Морису нужно очень многое: майки, нижнее белье, перчатки, шапка и зимняя куртка. За все время нашего знакомства я старалась не вести себя как богатая леди, которая покупает ему вещи. Но Морис никогда в жизни не справлял Рождества, поэтому я решила устроить ему настоящий праздник. Я купила ему много разной одежды и то, что он мечтал получить.

Он аккуратно развернул подарки. Открыв один из них, он издал радостный крик. Это была гоночная машина с дистанционным управлением. Вместе с Нэнси они собрали вместе все детали, и Морис спросил меня, может ли он взять машину с собой, когда мы поедем к Аннет, чтобы поиграть в нее вместе с Дереком.

На следующее утро Нэнси и Морис пришли ко мне, и мы вместе отправились к Аннет. Когда мы к ней приехали, он не поверил своим глазам – елка в доме Аннет была раза в два больше моей. Под елкой лежала масса подарков в блестящей упаковке. Аннет любила украшать свой дом на праздники венками, «серебряным дождем» и белой омелой. Морис, словно в трансе, ходил по дому. Потом мы собрались около елки и стали открывать подарки. Каждый из членов моей семьи, включая племянников, сделал Морису подарок. Морис получил в подарок массу вещей: майки, нижнее белье, перчатки, шапку, зимнюю куртку и даже дизайнерскую майку, которая ему очень понравилась. Ему подарили баскетбольный мяч, кеды и много другой мелочи. Морис просто не верил, что получил так много подарков.

Потом Морис показал Дереку полученную от меня гоночную машину, и они начали гонять ее по комнатам. Мне кажется, что я никогда в жизни не видела, чтобы ребенок получал такую огромную радость от подарков. После этого мы собрались в гостиной вокруг большого стола, который так понравился Морису. Мы взялись за руки и прочитали молитву. После ужина Аннет раздала всем тексты рождественских песен, и мы вместе пели их под аккомпанемент игравшего на органе Стивена. Может быть потому, что я была с Морисом, мне то Рождество показалось самым теплым и приятным семейным праздником, который я помнила за последние десять лет.

Было уже поздно. Мы собрали свои подарки, попрощались со всеми и поехали назад в город. Морис попросил у меня разрешения оставить гоночную машину и другие игрушки у меня в квартире. Он сказал, что хочет играть в них, когда будет приходить ко мне в гости. Но я понимала, что на самом деле он боится, что у него в приюте они просто бесследно исчезнут. В тот вечер он взял с собой новую куртку и одежду. Я дала ему пакет с ношеной одеждой, чтобы он мог отдать ее своим сестрам, и еду, которую передала для его семьи Аннет. Морис впервые в жизни отметил Рождество и хотел поделиться со своими сестрами вкусностями, которые попробовал сам.

Когда он ушел, я посмотрела на диван, на котором лежал оставленный Морисом подарок. Он подошел ко мне и смущенно пробормотал: «С Рождеством, мисс Лора». Я подошла к дивану и взяла в руки его подарок. Это была единственная игрушка, которая у него была, – белый плюшевый мишка, которого он получил в Армии Спасения на прошлое Рождество.

Я села на диван и задумалась, какое значение Рождество имеет для меня и какое значение этот праздник имеет для Мориса. Он провел этот день с чужой семьей, что было, конечно, грустно, но это были люди, которые любили его и о нем заботились. Ему не пришлось встречать праздник одному в Армии Спасения. Я подумала, что Морис считает жизнь моей сестры сказкой. Когда мы с Аннет были маленькими, мы неоднократно говорили, какие у нас будут семьи, в каких домах нам хотелось бы жить, чем будут заниматься наши мужья и в какие спортивные секции будут ходить наши дети. Мы с Аннет мечтали об этом не просто как девочки, которые размышляют о своем будущем. Для нас это был инстинкт выживания. Мы видели в детстве много неприятного, поэтому хотели, чтобы в наших будущих семьях все было совсем по-другому, чем у нас самих. Сестра и я не просто хотели иметь счастливые семьи, они были нам необходимы.

Аннет удалось осуществить свою мечту. Я подумала о своем собственном желании иметь счастливую семью, прекрасных детей и большой дом в пригороде. Мне было тогда уже тридцать шесть лет, и я была одинока. Почему же не сбылась моя собственная мечта? Почему я сама не стала женой и матерью? Я делала все, что могла, чтобы моя мечта осуществилась.

В начале нашей дружбы Морис спросил, есть ли у меня дети. Я ответила, что нет. Действительно, у меня не было детей. Но я не рассказывала всего Морису, как и недоговаривала большинству моих друзей и знакомых.

Дело в том, что раньше я была замужем.


Я встретила Кевина на железнодорожной станции, когда мне было двадцать лет и когда я все еще жила с родителями. Кевин – это его псевдоним. Я не буду упоминать настоящего имени, чтобы не беспокоить его и не напоминать о прошлом. В то время я работала в авиакомпании «Айслэндик». Ожидая поезд, я неоднократно встречала его. Он был очень красивым, с каштановыми волосами и глубоко посаженными карими глазами. Он излучал уверенность, которую я нахожу в мужчинах очень привлекательной. Мы посматривали друг на друга и несколько раз здоровались. Однажды поезд задержался, и мы сели на скамейку и заговорили.

Мне он очень нравился. Я узнала, что он живет с родителями в престижном районе на Лонг-Айленде в получасе езды от Хантингтон-Стейшен. У его отца был свой бизнес, и Кевин там работал. Через некоторое время после того разговора на платформе Кевин пригласил меня на свидание в ресторан на Манхэттене. Я пошла на это свидание с одним желанием – я хотела понять, много ли он пьет. Мы с Аннет и Нэнси договорились, что никогда не будем связываться с сильно пьющими мужчинами. Если бы тогда Кевин выпил слишком много, я бы просто встала и ушла.

Но наше первое свидание прошло замечательно. Мне он нравился все больше и больше. Кевин пригласил меня к родителям, и я была поражена их теплотой и дружелюбием. Они показались мне такими спокойными, цельными и уверенными. Они были довольно богаты, но отнеслись ко мне очень хорошо. Помню, как отец Кевина собирался идти гулять с собакой. Он надел на веймаранера поводок. Для меня это сказало очень многое – он был очень привязан к собаке, она была частью семьи, которая оберегала и заботилась о собаке. Мне кажется, что после того, как я побывала у них в гостях, я окончательно влюбилась в Кевина.

Мы поженились. Откровенно говоря, я практически ничего не помню о нашей свадьбе. Мне запомнилось только, что я посчитала свою мечту о собственной счастливой семье осуществленной. После свадьбы Кевин сказал, что хочет уйти из отцовской компании и заняться своим делом. Я его поддержала и даже помогла ему сходить на одно собеседование. Кевин решил стать консультантом – человеком, которого нанимают компании для того, чтобы он оценил определенную ситуацию или проблему и предложил решение. Кевин был очень умным, и дела у него пошли хорошо. Он начал нормально зарабатывать. Я тоже неплохо зарабатывала, и мы сняли квартиру в нью-йоркском районе Квинс. Единственным недостатком работы Кевина было то, что он уезжал из дома с понедельника по пятницу. Для любой молодой семьи это, конечно, ситуация не идеальная, но Кевину нравилась его работа. Я решила, что ради будущего можно пойти на определенные жертвы. Я сказала ему, что буду заниматься домом, и после встречи в аэропорту в пятницу мы можем все время до конца выходных проводить вместе.

Приблизительно через год после того, как Кевин начал работать консультантом, он начал сотрудничать с одной компанией в Южной Калифорнии. Я надеялась, что его клиентом станет какая-нибудь компания поближе, а не на другом побережье, но выбора у меня не было. Я хотела забеременеть и родить, но понимала, что тогда Кевину надо найти работу поближе к дому. В любом случае я не волновалась и говорила себе, что все будет в порядке.

Однажды, когда я в пятницу встретила его в аэропорту, я обратила внимание, что Кевин не смотрит мне в глаза. У меня появилось ощущение, что что-то идет не так, как надо. Я спросила его:

– В чем дело? Почему ты на меня не смотришь?

– Перестань! Чем я тебе не угодил? – ответил он.

После этого я почувствовала, что Кевин все больше закрывается и удаляется от меня. Наши разговоры по телефону стали короче, и в них появились неловкие паузы. Он все меньше интересовался сексом, а потом вообще перестал заниматься со мной любовью. Однажды мы пошли с ним на пляж, и я обратила внимание, что на его пальце нет кольца. Он сказал, что оно слетело с пальца, когда он купался в океане. Я была очень удивлена, что он отнесся к этому так спокойно.

Мы были женаты чуть более двух лет и решили провести отпуск вместе на карибском острове Аруба. В первый вечер в отеле он на ужин принес книжку. Я очень этому удивилась. Ему было интереснее почитать книгу, а не пообщаться со мной?

– Ты надо мной смеешься? – спросила его я. – Мы неделю не виделись, и ты решил почитать книжку?

Наши отношения становились все холоднее и холоднее. Я знала, что что-то совсем не так, но не понимала, в чем проблема. Однажды вечером он позвонил мне домой из Южной Калифорнии.

– Я что-то совсем ничего не понимаю, – сказал он. – Я попал в странную ситуацию.

– В чем дело? – спросила я его.

– Не знаю, – ответил он. – Мне нужно время, чтобы собраться с мыслями.

– Кевин, – сказала я, – приезжай на выходные домой. Я чувствую, что что-то не так, поэтому давай с этим вместе разберемся.

– Мне нужно время, чтобы подумать, – повторил он. – В эти выходные я останусь здесь.

Вот так он взял и не приехал на выходные из Калифорнии.

Было ужасно, что Кевин не приехал, и я не знала причины. В субботу я позвонила в его отель, и мне сообщили, что Кевин уехал. Все это происходило до появления мобильных телефонов, поэтому найти его было невозможно. Мне оставалось только сидеть и ждать от него новостей.

Мне было двадцать три года, и казалось, что жизнь окончена.

Кевин позвонил мне вечером в воскресенье.

– Ты очень красивая и молодая. У тебя прекрасный характер, – сказал он. – Но я тебя не люблю и хочу развестись.

Вот так по телефону Кевин закончил наши отношения.

У меня началась истерика. Я не понимала, почему все это происходит. Моим мечтам не суждено было сбыться, и отношения с любимым человеком закончились. Я все еще надеялась, что ситуацию можно исправить. Кевин не оставил телефона, по которому я могла бы с ним связаться, а через некоторое время вообще перестал мне звонить. Его родители позвонили мне и сказали, что он просит отправить ему его одежду, книги и клюшки для гольфа. Больше ему от меня ничего не было нужно. Кажется, я пробыла в прострации целый месяц. Я стала часто встречаться с матерью и спрашивала ее, что я делала в отношениях с Кевином неправильно. Мать не смогла убедительно ответить на мой вопрос. Она тоже не понимала, почему Кевин меня бросил.

Любопытно, что я ни на секунду не предполагала, что он мог встретить другую женщину.

Через три дня после нашего с ним последнего разговора я упаковала все наши вещи, отправила их в хранилище, а сама переехала назад к родителям. Все мои подруги советовали незамедлительно связаться с адвокатом, занимающимся разводами. Я приехала в офис к адвокату, который внимательно выслушал мою историю, посмотрел мне в глаза и произнес:

– Миссис Шрофф, я понимаю, что вам сейчас непросто, и мне не хочется вас еще больше расстраивать, но у вашего мужа наверняка есть другая женщина.

– Нет, что вы, – отвечала ему я. – Это просто невозможно. Кевин бы себе такого никогда не позволил.

– Поверьте, я уже давно разводами занимаюсь, – ответил адвокат, – у него наверняка кто-то есть.

Я отказывалась верить, но адвокат убедил меня нанять частного детектива. У меня была только одна точная информация о Кевине в Калифорнии – я знала номер его абонентского почтового ящика. Я наняла детектива, и тот вскоре прислал мне фотографию, доказывающую, что у Кевина появилась другая женщина. В общем, мне нашли замену. Если телефонный звонок с просьбой о разводе был ужасным, но то, что у него есть другая, было просто убийственной новостью. Я была потрясена до глубины души. Мне казалось, что во мне что-то раз и навсегда умерло.

Мой развод разбил мою веру в людей и в любовь.

Я долго пребывала в самом печальном настроении. Ведь я не просто хотела семью, а думала, что моя новая семья сможет меня спасти. Я хотела окончательно позабыть о жестоком к себе отношении отца. Я хотела быть счастливой, потому что не чувствовала себя такой, когда была ребенком. И Кевин отнял у меня возможность быть счастливой. Мне было двадцать три года, и казалось, что жизнь окончена.

Мать отправила меня к нашему священнику – милому и доброму старичку, который сообщил мне, что брак можно аннулировать. Он объяснил мне, что после этого я смогу спокойно жить дальше и потом снова выйти замуж по католическому обряду. Я с ним не согласилась.

– Вы предлагаете мне вести себя так, будто я никогда не была замужем? – спросила я священника. – Вы считаете, что мне нужно делать вид, будто ничего не произошло?

Я и так полжизни убила на то, чтобы убедить себя, что нервные срывы отца не существуют. Что мой отец не бьет мать и не терроризирует моего бедного брата Фрэнка. Больше я уже не могла притворяться.

– Простите, святой отец, я не могу делать вид, будто ничего не произошло.

Через адвоката, который с пониманием ко мне относился и осуждал Кевина, я подала документы на развод. Адвокат обещал, что заставит Кевина и его семью дорого заплатить. Меня не очень интересовала финансовая сторона этого вопроса, потому что совместных средств у нас с Кевином было мало. Через некоторое время я по телефону подняла с Кевином вопрос о его новой пассии. Это был один из самых ужасных разговоров за всю мою жизнь. После этого разговора я повесила трубку и страдала недели, месяцы и даже годы.

Трезво оценивая все, что произошло, я могу сказать, что воспринимала замужество слишком наивно. Я быстро вышла замуж и любила не реального человека, а скорее свое идеализированное представление о нем. Кроме любви с моей стороны было и кое-что другое. Наверное, я настолько хотела уйти из своей семьи и избежать влияния отца, что поспешила с браком. Кевин действительно не лучшим образом со мной обошелся. Но он был человеком, для которого наш брак был, увы, всего лишь одним из жизненных решений, которое он принимает. При этом я должна признать, что и сама привнесла в наши отношения долю отчаяния, с которым пыталась покончить, нагрузила их проблемами свой собственной семьи, и это наверняка повлияло на нас с Кевином.

Как бы там ни было, мне тогда было всего двадцать три года, и я могла еще стать счастливой, могла превратить мою мечту в реальность. Можно было проще отнестись к расставанию с Кевином, если бы в то же время не произошло другое трагическое событие.

Мой развод разбил мою веру в людей и в любовь.

А другое прискорбное событие разбило мое сердце.


XI Пропущенный визит к врачу | Невидимая нить. Встреча, которая изменила все | XIII Горько-сладкая радость чуда