home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add



ГЛАВА 14

Полезные знакомства, или Оговорочки по Фрейду

Если я решила ничего не делать, меня никому не остановить.

NN

Существует ли в жизни что-нибудь более позорное, чем показаться на глаза некогда посрамленной сопернице, когда у самой на душе кошки скребут? В этот момент я была уверена, что — нет, не существует. Но выступить в роли неудачницы, лузерши, не сумевшей добиться цели? Нет уж! Как учит нас дамский глянец, главное, поверить, что ты победительница, и удача не заставит себя долго ждать. Ну или постараться, чтобы в это поверили другие. Или сделать жизнь этих самых других еще невыносимее, чем твоя. Да уж, Дарья Ивановна, то ли обстоятельства на вас так влияют, то ли биологические ритмы вашего трепетного организма, только становитесь вы, госпожа моя хорошая, записной стервой. Той самой, которую словарь великорусского языка за тысяча восемьсот затертый год определяет как труп околевшего животного, падаль, мертвечину, дохлятину и упадь. И плевать, госпожа вы моя Кузнецова, что в современном вам мире этим противным словечком изволит величать себя всякая особа, испортившая жизнь хотя бы одному представителю противоположного пола и достигшая пятнадцати лет.

«Экий у меня давеча внутренний голос сладкоглаголевый», — аутентично подумала я и толкнула дверь своей комнаты.

Лицо мое лучилось радостью, а широкая улыбка держалась на таком пределе лицевых мышц, что я на полном серьезе опасалась треснуть от напряжения.

— А вот и я!

Триумфально войти не получилось, тугая дверная пружина отжималась с трудом, поэтому я как мышка юркнула в образовавшуюся щель, прищемила полу куртки, отпрыгнула и затормозила шагах в трех от середины комнаты.

— Нагулялась? — Джоконда говорила равнодушно, обернувшись от зеркала, в котором рассматривала свою неземную фейскую красоту. — Добилась, чего хотела? Господин Зимы назначил тебя предводительницей гарема?

Я пожала плечами и плюхнулась на свою постель.

— Да он весь свой гарем разогнал, как только меня на пороге увидел, а уж когда я заговорила…

— Ты лжешь, — зашипела блондинка. — На высших не действует очарование голосом.

— Конечно, конечно, — миролюбиво кивнула я. — Можешь и дальше так думать.

— И у Господина Зимы нет гарема! — Джоконда заводилась ну просто с полоборота.

— Конечно, если тебя туда не приглашали, вполне логично предположить, что его нет вовсе. Ведь правда?

В этот момент мне показалось, что она меня ударит. Блондинка гневно раздувала ноздри и так многозначительно сжимала кулаки, что суставы пальцев похрустывали.

— Ты пожалеешь!

— О чем? — изобразила я недоумение. — О том, что ты намекала мне только что на мужскую несостоятельность господина темных фейри?

— Я ничего такого не говорила! — завизжала сирена и бросилась на меня.

— А кто же тогда? — Огромная подушка, вовремя подвернувшаяся под руку, надежно прикрывала меня от когтистых пальчиков взбешенной блондинки. — Ты сказала, у него нет гарема, из чего каждый может сделать вывод, что раз нет, то он ему не нужен, а не нужен, потому что… Ну ты сама логическую цепочку продолжи.

— Ах ты!..

Наверное, действие гламора-переводчика ослабевало, потому что из торопливых тирад Джоконды я понимала уже меньше половины. Но витиеватые ругательства звучали красиво, я просто заслушалась. И пропустила пинок в голень. Острый носок туфельки чудом не пропорол мою ногу насквозь. Я отбросила подушку и вцепилась сирене в волосы. Ее диадема полетела в угол, следом отправился мой проволочный венец. В физической подготовке Джоконда опережала меня на корпус. Дело осложнялось еще и тем, что я была внизу, придавленная к кровати пусть и не очень массивной, но, видимо, опытной в драках блондинкой.

«Не следовало вам, Дарья Ивановна, полуфею сию срамить, — поучительно завел мой посконный внутренний голос. — Порождать в ней мысли непотребные, на деяния противозаконные подталкивать».

Джоконда вцепилась зубами мне в плечо, я дернулась и больно стукнулась затылком о раму кровати. Внутренний голос заткнулся. Надеюсь, навсегда.

— Если вы сейчас же не прекратите, я вызову стражу!

Непорочная Руби стояла в дверях, укоризненно глядя на нас.

— Да пошла ты… — легко ответила Джоконда и, обхватив пальцами мою шею, принялась душить.

«Пака на тебя нет, сквернословка», — подумала я, стараясь вдохнуть побольше воздуха и нанося равномерные удары по вражеской печени. Но то ли печень у сирены была в другом месте, то ли дерусь я, как девчонка, но толку от моих трепыханий было мало. Зато Руби действовала на редкость четко и уверенно. Я не заметила, как она подошла к нам от двери. Не до того, знаете ли, когда перед глазами канонически проносится вся жизнь и разгорается свет в конце туннеля, а я шествую туда к нему, вся такая невесомая и полупрозрачная. Свет потух, когда Джоконда рывком отделилась от меня и полетела в тот же угол, где до этого приземлились наши многострадальные венцы. Я, кашляя, хватала ртом воздух, в глазах рябило.

— Сама пошла, — прошипела Руби сирене, и мне пришлось приложить некоторые усилия, чтобы вспомнить, на какую тираду последовал этот искрометный ответ.

— Будь вежлива со мной, кошка драная, иначе…

Джоконда пружинисто вскочила, отбросила на спину копну растрепанных волос и пригнулась, готовясь к прыжку. Ну все, можно передохнуть, пока более тренированные бойцы будут друг друга на татами укладывать. Голубые глаза сирены метали молнии, лица Руби видно не было — фея стояла ко мне вполоборота.

Вдруг что-то изменилось. Наступившая тишина стала звенящей и многозначительной. «Тихий ангел пролетел», — говорила моя бабуля в такие минуты.

— Прошу прощения, госпожа, я вас не узнала, — проворковала Джоконда. — Не ожидала встретить альву Дома Лета в зимних пределах. Я могу быть вам чем-то полезной, госпожа?

Я заскрипела зубами. Гламурно-глянцевую мудрость про лимон и лимонад моя соперница иллюстрировала сейчас на «отлично». Уж в ком в ком, а в Руби чародейский голос сирены может найти отклик. Хотя почему — может? Я в этом уверена. Свое неженское начало жрица Янтарной Леди мне уже демонстрировала. Напряженная спина феи расслабилась, она плавно повела плечами, будто готовясь заключить слегка помятую блондинку в объятия.

— О владычица снов моих, — продолжала Джоконда, подпустив в голос фирменной сладости. — Слава о вас ширится в этом мире и далеко за его пределами!

Сирена закатила глаза и часто задышала, убивая тем самым сразу двух зайцев. Во-первых, демонстрировала свое восхищение местной аристократкой, во-вторых, подкрепляла чары видом своей полуобнаженной груди. Золотистое платье, которое я так удачно (как мне раньше казалось) разодрала на ней в пылу борьбы чуть не до пупа, грозило в любой момент окончательно соскользнуть со своей обладательницы. Черт! Лучше бы я волос с ее головы побольше надергала, чем за текстиль цепляться! Теперь придется чужие шуры-муры под боком терпеть. А если они, спевшись, против меня пойдут? Катастрофа!

Аккуратненько, стараясь производить как можно меньше шума, я сползла с кровати. Решение разыскать Ларса и просить у него временного убежища крепло во мне с каждой секундой. Тем более что в воздухе явственно запахло феромонами. Да, черт, я знаю, что они неощутимы, но пахло именно ими, и точка.

— Попробуешь сбежать — я позову стражу, — строго произнесла Руби, не глядя в мою сторону. — Сядь и подожди. Мне нужно серьезно с тобой поговорить.

Джоконда оживилась.

— Я могу помочь вам, госпожа!

Фея подошла к ней вплотную.

— Тогда постереги в коридоре, пока я с твоей соседкой разберусь.

— Но… — Блондинка несмело протянула руку и коснулась феи. — Может, сделаем наоборот? Пусть Дария выйдет…

Руби чуть повернула голову, взгляд изумрудных глаз остановился на мне. Я замерла. С феей явно что-то было не в порядке. На ее прекрасном лице вместо ожидаемого возбуждения читалась брезгливость. А потом… Потом Руби мне задорно подмигнула. Я не знала, что и подумать, поэтому не думала. Ладонь сирены пришла в движение, бледные пальцы, как гусеницы, ползли по темной ткани комбинезона.

— Нет. — Фея отстранилась. — Мы сделаем так, как хочу я. А ты отправишься погулять. Может, во время долгой прогулки тебе встретится некто, согласный утолить твое желание.

Джоконда покраснела и молча вышла.

— Вот ведь шаланда! — сказала Руби вслед хлопнувшей двери.

— Баба Нюра? — ахнула я и приготовилась грохнуться в обморок. — У меня галлюцинации!

— Это еще почему? — надвигались на меня изумрудные очи. — Значит, кровососущие фейки, Господин Зимы, Ларс твой заморенный — реальны, а я, значит, галлюцинация? По-твоему, если я старуха, то и чародейство всякое не для меня? Эх, Дашка, я о тебе лучше думала.

— Я не хотела вас обидеть, — падать в обморок почему-то расхотелось, — просто…

Я заннулась и задала проверочный вопрос:

— Как зовут кошек?

Если Руби зачем-то решила поиграть со мной в извращенную игру с переселением душ, сейчас она начнет увиливать. И обязательно вопрос задаст — каких? Я строго на нее смотрела, не желая упустить ни единого жеста, ни одной гримаски.

— Василий, — неуверенно начала допрашиваемая. — Его я еще котенком из пруда выловила…

Я кивнула, пока все было верно. Прямо в мешке и выловила. А потом еще с этим же мешком за прежним котовладельцем гонялась, собиралась ему мокрую грязную тряпку на голову надеть. Мужик после этого забега по пересеченной местности из нашего дома съехал. Но не сразу. Если мне не изменяет память, реалити-шоу «Как достать соседа» продолжалось около года. Васька как раз успел подрасти, потерять в дворовых баталиях ухо и найти любовь всей своей жизни не менее трех раз, наводнив округу наглыми рыжими котятами.

— Аделаида Сергеевна, — продолжала фея. — Пушок и самая молоденькая — Дашка. Между прочим, в твою честь назвала. Такая же недотепа.

— Баба Нюра! — заревела я и бросилась на шею. — Я так боялась, что вас паладины убили-и-и…

Прижиматься к рослой мускулистой женщине было для меня абсолютно новым опытом.

— Ничего, ничего, — гладила меня по волосам старушка. — Я тоже переживала, чтобы тебе эти обалдуи чего поганого не сделали.

Да полноте, какая старуха? Того, что в теле великолепной Руби поселился новый постоялец, со стороны заметно не было. И если бы не эта «шаланда», которой баба Нюра кидалась направо и налево, я бы тоже подмены не распознала.

— И как вам это удалось? — шмыгнула я носом и чуть отстранилась, чтобы заглянуть в невыразимо прекрасное лицо.

— А я знаю? Сначала, когда эта фейка драная в меня медальоном тыкать принялась, показалось, кто-то всю душу вынуть пытается. Ну я поднатужилась, на себя потянула…

— И что? — поторопила я, раздраженная, что рассказ прервался на самом интересном месте.

Баба Нюра отпустила мои плечи и задумчиво прошлась по комнате.

— А потом он меня признал, медальон то есть. Вроде как сотрудничать пригласил. Мы потом уже с ним подробно поговорили…

— Как поговорили? Когда?

— Ну, уже после того, как ты меня жезлом с молниями чуть не пришибла. Времени-то у меня уйма была, пока Эсмеральд регенерировался, пока принц нас нашел. Да и не разговор это в обычном понимании, артефакт мне картинки в основном показывает или что чувствует в данный момент передает. Руби ему давно уже не нравилась. У них не равноправные отношения были, а что-то вроде рабства. Она управляла, он подчинялся. Знаешь, сколько он по ее указке душ загубил, и фейских и человеческих? К тому же у него насчет невинности пунктик. Короче, он быстренько нас телами поменял и велел как можно дальше из твоей квартиры уходить. Опасался, что жрица в себя быстро придет и все обратно поменяет.

— Баба Нюра! — удивленно всплеснула я руками. — Вы, значит, того… непорочнее непорочной Руби оказались?

— Ну, уж с девками точно не блудила! — Мраморные щеки феи покраснели. — Срам-то какой!

— А с противоположным полом? — почему-то не желалось мне спрыгивать с темы.

— Время раньше другое было, — отрезала бабка. — С любимым не получилось, а раз не с ним, то ни с кем.

— Понятно. — В этот момент я ощутила ее безграничное одиночество. — А с возлюбленным вашим что случилось?

Баба Нюра резко отвернулась к зеркалу.

— Потом как-нибудь расскажу.

Изумрудные глаза как-то подозрительно блестели, и я решила не настаивать на ответе.

Лже-Руби, повеселев, вертелась перед зеркалом, время от времени приподнимая груди и проходясь ладонями по тонкой талии. В расстегнутом вороте комбинезона виднелся кругляш душеуловительного медальона.

— Ниче так! Мне нравится, — наконец проговорила бабка. — Хорошее тело.

— А что же все-таки случилось с его хозяйкой?

— Что, что? — хитро улыбнулась старушка моему отражению в зеркале. — Теперь эта шаланда мое старое тело будет носить, пока не сносит. В нашем с тобой мире магии нет, вот пусть и мучается, кошка драная.

— А когда умрет?

В местных догмах я не очень разобралась, но почему-то мне казалось, что душа просто так никуда исчезнуть не может.

— Она ведь может попытаться опять свое тело занять?

— Попробовать-то она попробует, только кто ж ей это богатство даст. — Многозначительный взгляд на полукружия пятого размера. — Облезет! Я к тому времени так в этом теле окопаюсь, что не подкопаешься.

— Баб Нюр, — задумчиво протянула я. — А если она естественной смерти ждать не будет, если руки на себя наложит? Может, она уже…

— Ха, — тряхнула золотистыми локонами бабка. — Ты, Дашка, вроде девка ученая, а того не понимаешь, что самоубийство по нашим законам смертный грех. Ты в церкви когда последний раз была? Вот и видно, что никогда. Если эта выдра себя жизни лишить попробует, в фейские пределы уже не попадет. Знаешь, что по христианской религии за такие штуки положено? То-то! Так что будет она жить-доживать и добра наживать на пенсию мою, льготную да повышенную.

Я припомнила прошлую бабу Нюру — жилистую старушонку, которая, несмотря на преклонный возраст, умудрялась пахать на двух работах и держать в ежовых рукавицах наш среднестатистический двор в не самом благополучном энском районе. Припомнила, как бойко она гоняла по улицам нетрезвых гопников, пробежки ее утренние в синем спортивном костюме и прикинула, что десяток лет в запасе у бабы Нюры имеется. Для того чтоб научиться, как от настоящей непорочной Руби отбиться.

— Так что все здорово! — Соседка наконец отлипла от зеркала и уселась на стул. — Я здесь, живая и здоровая, она — там, старая и больная. Единственное, из-за чего переживаю, — как там питомцы мои, не уморит ли она их?

Я недоверчиво хмыкнула. Боевитость бабкиных кошек признавалась у нас во дворе даже владельцами питбулей и бульдогов.

— Заканчивай мне «выкать» и бабой Нюрой называть, — задорно блеснули зеленые глаза. — Всю маскировку нам порушишь.

— А как мне к вам… к тебе обращаться?

— Можешь Анной, у Руби второе имя созвучное, так что…

— С тобой, Анна, этой ценной информацией артефакт делится? — Новая манера общения далась мне без труда.

— А кто ж еще? Я без него пропала бы. Поначалу вообще как кутенок слепой тыкалась. Больше всего боялась, что остальные паладины заметят, что я колдовать не умею. Хотела сразу к твоему Ларсу присоединиться, чтобы он меня в цитадель отвел. Уже рот открыла, чтоб переговоры начать, тут мне грудь огнем и обожгло. Не фигурально выражаясь, а по-настоящему. Это артефакт так мое внимание привлекал. Потом, в спокойной обстановке, пообщались и решили, что с вами заявиться — подозрительно получится, надо своим ходом. Медальон вывел меня к заброшенному парому, которым уже сто лет никто не пользовался. Я эти обломки кое-как на воду столкнула, а медальон колданул так, что мы в полчаса до места домчались.

— А Эмбер тебя не удерживал?

— Нет. Он вообще слегка пришибленный появился. Не иначе, ты на него неизгладимое впечатление произвела.

— Было дело. — Я вспомнила, каким послушным стал принц Дома Лета во время нашего эпохального разговора, и улыбнулась.

— Думаю, он сейчас к матушке жаловаться на тебя побежал, — испортила мне настроение Анна. — Все виски тер и приговаривал: «Это не сирена, нужно сообщить Янтарной Леди». Дашка, почему ты не сирена?

Мне стало обидно.

— Потому что ни один мужик не признается, что его какая-то полукровка в два счета вокруг пальца обвела.

— Ну, может быть, — недоверчиво протянула соседка. — Мы с бабушкой твоей покойной на сто процентов были уверены…

— Ты знала?

— Ну да. Тебя как родители в Энск привезли, я сразу заметила, что с тобой что-то не так, еще до первого предсказания. Светлая ты была, необычная. Фейков мелких опять же развелось. Они, пакостники, завсегда к таким, как ты, прибиваются. Запах, что ли, привлекает?

— А почему я тогда их раньше не замечала?

— Так про них точно знать надо, чтобы заметить, и знать, куда смотреть. Это же гении маскировки.

— Подожди, — пыталась я осмыслить обилие полученной информации. — Получается, ты всегда знала и о феях, и о Фейриленде?

— Ну да.

— Ты ведьма?

— Нет, — рассмеялась Анна. — Хотя с некоторыми знакома. Я обычный человек.

В дверь постучали. Видимо, Джоконде надоело слоняться по коридорам без дела. Руби вскочила:

— Чего тебе?

В комнату вошел Ларс. Если бы я была скульптором и какой-нибудь спонсор заказал мне статую, символизирующую безграничное удивление, о модели я бы даже не задумалась.

— Я вижу, ты не скучаешь.

— Ей некогда, — любезно ответила Анна.

— Я помешал?

Мою соседку блондин игнорировал.

— Нет, что ты, — покраснела я. — Присаживайся.

Мне пришло в голову, что, зная о страсти непорочной Руби к своему полу, Ларс мог решить, что развлечения мои в ее обществе носят сексуальный характер.

Ларс присел на краешек моей постели и замолчал. Я тоже молчала, не зная, можно ли посвящать охотника в магический обмен душами. А Анна, насвистывая себе под нос, вернулась к зеркалу. Видимо, любоваться на свое новое тело ей пока не надоело.

— Пак с тобой? — тихо спросил блондин. — По цитадели в поисках какого-то пикси рыщут отряды ледяной стражи.

— Смылся, — ответила я. — У нас нехорошая история с Господином Зимы произошла, и мы решили, что моему подопечному лучше побыть в эмиграции. Ты, кстати, особо не распространяйся, что он как бы мой раб. Кто знает ваши законы, может, меня за его преступления наказывать положено.

Ларс рассеянно кивнул.

— Ты познакомилась с Джокондой?

Я скривилась:

— Да. Знаешь, она действительно сирена.

— Жаль… Черт! — раздраженно крикнул блондин. — Руби, ты не могла бы меня оставить наедине с моей девушкой?

Девушкой? Мое сердце забилось со скоростью света. Девушкой!

Фея приблизилась и грациозно склонилась к Ларсу. Я хорошенько не поняла, то ли она его нюхала, то ли пыталась что-то высмотреть в глубине морозных серых глаз.

— Знаешь, Дашка, а ведь у него к тебе чувства.

Мой сердечный ритм перешел на сверхсветовую.

— Я слышала когда-то о том, что волшебные существа не умеют любить. Зато если у них это получается, то на всю жизнь. А жизнь у них долгая, — задумчиво продолжала соседка. — Ну хорошо, герой-любовник, ты меня убедил, берем тебя в компанию.

Я раньше никогда не видела блондина испуганным. Даже и сейчас это был не страх, а некое преддверие его. Прохладная ладонь Ларса рефлекторно нашла мою и сжала.

— Может быть, кто-нибудь объяснит мне, что происходит?

— Конечно, объяснит, — тряхнула волосами Лже-Руби. — И расскажет, и покажет.

Медальон на ее груди весело мерцал.


ГЛАВА 13 Скромное обаяние аристократии, или Все могут короли | Леди Сирин Энского уезда | ГЛАВА 15 Три мудреца в одном тазу, или Совет в Филях