home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



5. Русские мыслители о ходе исторического процесса

Кроме уже упоминавшегося Н. Я. Данилевского к вопросам философии истории проявляли интерес многие русские мыслители. Некоторым из них, как например, П. Я. Чаадаеву (1794–1856), А. С. Хомякову (1804–1860), Н. Г. Чернышевскому (1828–1889) принадлежат оригинальные суждения по мировой и отечественной истории, другим, к числу которых можно отнести А. И. Герцена (1812–1870), В. С. Соловьева (1853–1900), П. И. Новгородцева (1866–1924), характерна попытка разработать систему взглядов на историю человечества.

Отличительной особенностью взглядов русских мыслителей на ход исторического процесса является заметная роль в ней православия. В этом нет ничего удивительного, поскольку в истории России, как, впрочем, и в жизни многих других государств, религии принадлежит основополагающая роль в государственном строительстве и формировании национального самосознания. Помимо этого, в критические моменты существования российского государства, православие выступало организующей и национально-ориентирующей силой в деле защиты независимости и самобытности русской цивилизации. Совсем неслучайно уже упоминавшийся граф С. С. Уваров при определении основополагающих принципов, составляющих фундамент российской государственности, на первое место поставил православие.

Для знакомства с взглядами русских мыслителей мы остановимся на творчестве Л. П. Карсавина (1882–1952), идеи которого, как представляется, отражают основные тенденции в отечественной немарксистской философии, отличительной чертой которой является христианизация, а если точнее, то православизация человеческой истории.

Прежде чем анализировать идеи Карсавина о философии истории, необходимо хотя бы вкратце охарактеризовать суть его философских воззрений, без понимания которых могут возникнуть затруднения в уяснении его взглядов по этой проблеме.

Философская концепция Карсавина в значительной степени опирается на религиозные постулаты, в основе которых находится идея абсолюта как всеединства. С большой степенью условности и с целью более доступного изложения его взглядов абсолютное как всеединство следует рассматривать как явление Бога во всех его ипостасях и все, что им создано в потустороннем мире.

Содержание понятия истинной абсолютности трактуется им как совершенное всеединство, абсолютность – Бога, Творца, Искупителя и Усовершителя – с «иным», которое им создается из ничего. Под «иным» подразумевается сотворенное бытие (составной частью которого являются человек, человеческая история), которое, включая в себя время и пространство, может достигнуть степени абсолютности и стать совершенным всеединством, поскольку является продуктом истинной абсолютности, которая, в свою очередь, полностью воплощается в созданных ею творениях.

Уточняя сказанное, следует отметить, что Карсавин выделяет четыре степени или качества всеединства. Самое совершенное абсолютное всеединство – это Божество. Второе – представляет собой усовершенствованное или обожествленное (абсолютизированное) тварное (на уровне явлений, вещей) всеединство, отличное от Бога тем, что когда оно есть, Бога нет, а оно само есть ставшее Богом «ничто». Третье – это завершенное или стяженное тварное всеединство, стремящееся к своему усовершенствованию как идеалу, абсолютному заданию и через него к слиянию с Богом – к становлению Богом и гибели в Боге. Четвертым – выступает незавершенное тварное всеединство, т. е. относительное многоединство, всеединство, становящееся совершенным через свое завершение, или момент всеединства в его ограниченности.

Существенным в понимании религиозной части философии Карсавина является и то, что, в отличие от известной традиционной концепции философов-богословов, он не считает, что сотворение мира из ничего не означает, что Бог сотворил что-либо, отличное от самого себя. Карсавин утверждает, что помимо Бога и без Бога нет «меня» и абсолютно не может быть. Сам по себе и в самом себе я не существую. Но поскольку думаю и обладаю волей, я существую, т. е. поскольку я чувствую в Боге и становлюсь Богом, я стою лицом с ним как другой субстрат его божественного содержания, настолько неотделим от него, что без него, помимо него, в моей собственной алчности, я – ничто, я не существую. И далее он утверждает, что сотворение меня Богом из ничего вместе с тем есть и мое собственное свободное самопорождение.

Философию истории Карсавин анализирует, опираясь на фундаментальные идеи своей общефилософской концепции. По его мнению, высочайшей задачей историко-философского анализа является осмысление всего космоса, всего сотворенного всеединства как развивающегося субъекта. В этом ракурсе история являет собой «развитие человечества как единого всепространственного и всевременного субъекта».

Карсавин широко использует понятия развития и становления, сущность которых он толкует своеобразно. Под развитием он подразумевает такое состояние, в процессе которого некоторое целое, например, социальное явление, психическая жизнь постоянно изменяются, становятся качественно различными, видоизмененными. Развитие субъекта, явления – это переход от одного состояния в другое, которое происходит не под воздействием каких-либо сил извне, а в силу присущей им диалектической природы.

Становление характеризуется изменениями, происходящими изнутри, из самого себя, а не через заполнения чем-то извне.

Человеческая история, или, по Карсавину, историческое бытие не испытывает на себе внешние воздействия. К их числу он относит и причинность, являющуюся своеобразной формой внешнего воздействия. По его мнению, всякий исторический субъект (личность, семья, нация и т. п.) является сам по себе самодостаточным целым, выступающим в одном из своих единственных аспектов. Если же случается, что два субъекта, например, две нации или два народа воздействуют друг на друга в процессе своего развития, то это происходит в силу того, что они выступают в качестве частей или, по Красавину, аспектов высшего субъекта (культура, человечество, космос), которые интегрируют их в себя.

Анализируя статус природы по отношению к историческому бытию, Карсавин не рассматривает ее как высший фактор, а считает, что природа, как и все материальные элементы существования, такие, например, как одежда, земельные участки, географические условия, оказывает влияние на исторический процесс в силу того, что она отражена в сознании и интегрирована в социально-психический элемент. Подобное включение природы в историческое бытие осуществляется благодаря тому, что она, как и все человечество, индивидуализирует высший субъект – макрокосмос, и благодаря этому, она входит составной частью в интеллект человека, а следовательно, и в его социальную деятельность.

Нетрудно заметить, что, согласно Карсавину, человеческая история состоит из субъектов, развивающихся свободно, независимо друг от друга, поскольку в каждом из них все сущее содержится в зародышевой форме.

Появление нового в историческом бытии русский мыслитель объясняет тем, что «все новое в историческом процессе всегда возникает из небытия, иначе оно не было бы новым». Из сказанного ясно, что новое не является продуктом предшествующего развития, или каких-либо комбинаций социальных явлений. Нетрудно сделать вывод, что исторический процесс интерпретируется как божественно-человеческий, в котором божественному отводится решающая роль.

Касаясь вопроса нарушенной последовательности (не закономерности) социальных явлений, Карсавин допускает среди них определенный иерархический порядок, который он представляет так: индивидуум, семья, нация, цивилизация (индийская, греческая, римская, европейская и т. п.), человечество, мир. В целом в развитии любой исторической индивидуальности, социального субъекта он допускает следующие четыре стадии: 1) потенциальное всеединство исторической личности – «переход от небытия к бытию»; 2) изначально дифференцированное единство, предполагающее деление на элементы, хотя и не очень резкое, поскольку элементы легко переходят один в другой и взаимно заменяются; 3) органическое единство, предполагающее функциональные ограничения и относительную стабильность индивидуальных черт; 4) перерастание органического единства в систематическое единство, а затем его разрушение через дезинтеграцию.[34]

Целью человеческой истории, исторического бытия является воплощение в эмпирическом мире космического всеединства явления как абсолютной индивидуальности. Возникающие в обществе социальные конфликты Карсавин объясняет противоречиями, имманентно присущими историческому бытию, стремящемуся к совершенству.

Изложение взглядов Карсавина об историческом процессе закончим его оценкой места и роли русского народа в истории.

Этой проблеме он посвящает ряд работ, наиболее заметной из которых является брошюра «Восток, Запад и Русская идея». Под русским народом он подразумевает проживающие в России единые во множестве народы, ведомые великорусской нацией. Русские люди велики в том, что они уже сделали, – в государственном устройстве, духовной культуре, церкви, науке, искусстве.

Еще более великими они станут в будущем. В этой связи основной задачей русского народа, русской культуры на ближайшее время является принятие, усвоение «актуализированных» Западом идей христианства и наполнение их началами, основами, содержащимися в православной вере. Одновременно он указывает, что русскому православию присуща пассивность и бездеятельность, а многое из того в нем, что могло бы позитивно воздействовать на человеческое бытие, являет собой лишь «тенденцию к развитию».

Русские всегда стремятся действовать во имя абсолюта или хотя бы подняться до уровня абсолюта. Если же возникает сомнение в абсолютном идеале, то русские люди могут впасть в безразличие, социальную апатию и «перейти от невероятного законопослушания к самому необузданному бунту».

В заключение можно сказать, что, по мере развития мировой цивилизации, изменения природной и социально-экономической среды, можно предложить появление новых гипотез, концепций об общественном развитии и философии истории, которые учтут происходящие в мире и обществе изменения.

Контрольные вопросы

1. Философские концепции о происхождении общества (Ж. Ж. Руссо, К. Маркс и Ф. Энгельс, М. Вебер, П. Сорокин).

2. Гегелевская концепция общественного развития.

3. Марксистская концепция общественного развития.

4. Цивилизационный подход к объяснению происхождения и развития общества (Н. Я. Данилевский, К. Н. Леонтьев, О. Шпенглер, А. Тойнби).

5. Идеи Л. П. Карсавина об историческом бытии.

6. Общественный прогресс, эволюция и революция как способы развития общества.


4.  Марксистская концепция общественного развития | Философия: конспект лекций | 1.  Идеи о происхождении человека