home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

Loading...


Глава 12

Утро началось с пронзительного крика. Моего.

— Что там еще? — сонно проворчала Нира, просовывая взлохмаченную голову в дверь. Огляделась. Но никого, посягающего на безопасность негласно вверенной ее заботам льеры, не обнаружила, и перевела полный вопросов взгляд на меня.

Только мне было не до разъяснений.

— Ариадна? — когда натянувшееся между нами почти осязаемой нитью молчание стало слишком долгим, магиня просочилась внутрь спальни и тронула меня за локоть. — Что не так?

Еще как не так! Я глубоко вдохнула, успокаивая прыгающие нервы.

— Мои волосы…

Несмотря на звучащую в голосе панику, магиня досадливо фыркнула, даже хохотнула.

— Ох уж мне эти высокородные барышни! Ада, утром на голове иногда творится безобразие. Даже у меня, что и говорить про твои косы! Но немного работы расческой, и все снова будет в порядке, — голос огневицы звучал наигранно участливо. А последующий вопрос меня и вовсе добил: — Сама справишься или пойти Виду сыскать?

Руки мгновенно схватили щетку. Нашла тоже барышню! Между прочим, до переезда на Север я со всем справлялась исключительно собственными усилиями. Еще и сестрам помогала, потому что о камеристках или личных служанках мы дома не могли себе позволить даже мечтать.

Но высказывать все это вслух я не стала, воспитание не позволило.

— Их цвет, — как можно более сдержанно пояснила свою уже схлынувшую панику. — Он каштановый.

Зато блеск вернулся, и волосы больше не были жесткими, как солома. Но почему-то это не радовало.

— И что? — Нира на всякий случай прищурилась, но спросонья никак не могла сообразить, где подвох.

— А всю жизнь был черный, — устало закончила я, неспешно водя щеткой по гладким прядям.

Нира почти осязаемо ощупала меня взглядом. На смуглом лице (надо же, столько времени в Джаанде, а загар даже не поблек!) явственно пропечаталось удивление.

— Травки твои не помогут? — неуверенно уточнила девушка.

Я предпочла промолчать, слишком велик был соблазн ответить что-нибудь грубое. Какие травки?! Меня поутру чуть удар не хватил! Перемены во внешности, пусть и не слишком разительные, внутреннего одобрения не вызывали. Будто волосы на солнцепеке выгорели.

От пережитого стресса, наверное, в голове копошились разные мысли. Уж не связано ли это с тем случаем у драконов, когда Арл меня целовал? А с тем, что я заморозила рану, остановив кровь? После таких предположений стало как-то неуютно.

Страхи требовали выхода. Срочно! Может Нира и не лучший советчик, но она хотя бы девушка, в отличие от Арла с Этом, и романов с представителями Дома не крутит, в отличие от Виды. Так что я, пока одевалась, рассказала огневичке все в общих чертах. Та долго молчала, задумчиво морщилась, но одно дельное замечание все же выдавила:

— Сила — не зараза, через поцелуи не передается. И через все остальное тоже, иначе я бы уже мэтриссой была.

От упоминания о Лурдене, пусть даже такого завуалированного, меня передернуло.

— Не было остального, — брякнула только потому, что хотелось срочно увести разговор в сторону. Вижу ведь, как ей больно вспоминать мерзавца, хотя Нира ни за что не признается в слабости.

Золотисто-карие глаза зажглись интересом.

— Точно?

— Да!

Щеки полыхнули смущением, и я тут же обругала неразумную себя. Я теперь кто? Льера, без нескольких дней северянка. Пора уже учиться держать лицо. А заодно и эмоции под контролем.

— А почему? — уж кто-кто, а огневичка смущаться не собиралась.

Я пожала плечами и поправила и без того идеально сидящую на плечах меховую накидку.

— Так получилось, — отвечала я все-таки честно, уж не знаю, почему. — Мне плохо стало, когда мы… целовались. Как будто внутри все заледенело. Больно…

До сих пор одно воспоминание о произошедшем (и не произошедшем тоже) заставляло болезненно ежиться. В сердце прочно засела игла сомнений, но хорошенько прислушаться к себе у меня пока не было времени. Или просто смелости не хватило?

— Арлит хороший, — и в этот раз прервали мои раздумья на заданную тему. В голосе Ниры угадывались хрипловатые нотки. — Не обижай его, ладно? И… прости меня за вчерашнее.

Не дожидаясь ответа, магиня крепко обняла меня за плечи. И я, конечно же, простила, потому что говорила она искренне. И тогда, и сейчас. Нагло, прямолинейно, иногда жестоко, но всегда искренне. Глаза ощутимо покалывало от подступивших слез. Я уткнулась лицом в плечо обнимающей меня девушки, почти не прикрытое маленькой кофточкой, и тихо вздохнула. На душе стало легче.

Еще бы с льерами разобраться, и гармонию можно будет назвать полной.

— Ну чего стоишь? — Нира выпустила меня из объятий и отвернулась к окну, так, чтобы я не могла видеть ее лицо. — Иди уже к пациенту. Как раз Виду сменишь, ее Эт на ночь к оборотню приставил.

И правда, что это я? Поспешно поправила накидку и растрепавшуюся косу, прихватила ларец с лекарствами и отправилась навещать спасенного.

Вошла в комнату и глазам не поверила. Пришлось бороться с желанием больно ущипнуть себя за что-нибудь, дабы разогнать наваждение. Оборотень, подложив под спину подушку, полусидел в кровати и развлекал молоденькую служанку шутками. Судя по раскрасневшимся щекам северянки, большая часть из них были не очень пристойными.

— Куда девалась Вида? — вопрос нужен был, чтобы меня заметили.

— Льера Ариадна! — девушку как ветром сдуло с края кровати. Она поспешно поклонилась и стала пятиться к двери. — Ее льер Хранитель позвал.

И правильно сделал, если женщина ему действительно дорога. Потому что некоторые умирающие тут такие улыбки расточают и мурчат всякое, в общем, я бы на месте Ривела тоже ревновала.

— Ты тоже можешь идти, — бросила холодно, после чего благополучно забыла о разочарованно вздыхающей девчонке.

Некоторое время мы с барсом заинтересованно присматривались друг к другу. Не знаю, что там думал кошак, но лично я изо всех сил направляла интерес от его внешности к состоянию. Вне всяких сомнений, за минувшую ночь оно значительно улучшилось. Спал жар, окончательно прекратилось кровотечение, и чья-то заботливая рука сменила повязку на чистую. Вид у оборотня все еще был бледный, зато на губах нарисовалась обаятельная улыбка. А нахальства и открытого соблазна в ней столько, что даже я к нему симпатией прониклась, хотя никогда не любила самоуверенных красавчиков, а нелюдей вообще опасалась.

— Значит, Ариадна, — прервал молчаливое изучение друг друга барс. — Занятно.

Чувство неловкости неприятно заворочалось внутри. Пришлось срочно напомнить себе, что я здесь на правах хозяйки, а он гость, к тому же, жизнью обязанный мне. Ох, что-то многовато таких развелось…

— Имя как имя, — пожала плечами и пододвинула себе стул, тем самым сразу очерчивая границы. — Можно просто Ада. А ты?…

— Элиан, — склонил взъерошенную голову мужчина. — Прости, там, в лесу, мне отчего-то показалось, что ты не из местных.

— Я с Юга, — открыла страшную тайну и с удовольствием наблюдала, как вытягивается точеное лицо.

Послышалось почти звериное фырканье, после чего гость встряхнулся и все же взял себя в руки.

— А имя наше. Почему так?

Интересно, все нелюди такие любопытные или это у него кошачье? Вроде бы, невинное замечание отозвалось глухим раздражением. Откуда я знаю?!

— Лучше расскажи, как тебя в чужие владения занесло.

Чтобы не сидеть истуканом, я водрузила рядом с Элианом ларец с лекарствами и осторожно размотала повязку. Рана теперь выглядела куда лучше. И почему я не удивляюсь? Края почти срослись, хотя при неосторожном касании и выступали редкие капельки крови, но опасаться за жизнь одного мурлыкающего субъекта причин больше не было. Пару дней — и останется всего лишь красноватый рубец. На память.

— Слышала про заварушку между воинами Князя и повстанцами? — уточнил Элиан и забавно сдул со лба пепельную челку.

Ох, бедные мои девушки, что-то мне им уже посочувствовать хочется. Стоит барсу встать, коридоры замка заполнятся звоном бьющихся сердец.

— Барсы участвовали? — хоть в том и не было особой необходимости, я снова проделала все манипуляции с раной, прежде чем наложить новую повязку. А поглощенный вялотекущим разговором кошак даже не фыркнул. — Там тебя приласкали?

Породистое лицо посетило недовольное выражение.

— Кто-то участвовал, я остался в стороне. За то и огреб.

— Справедливо хоть? — я мало что в таких делах понимала, потому решила прояснить этот момент, надеясь на честный ответ.

Элиан долго не говорил ничего, только морщил нос и тихонько порыкивал. Почти наяву представлялось, как дергаются усы серебристого хищника. Наконец бархатистый голос произнес:

— Кто знает? Будем считать, что да.

Развивать тему не хотелось. В конце концов, это его личное дело, не мне вмешиваться. С чувством полного морального удовлетворения (приятно все же знать, что сохранила чью-то жизнь) разгладила повязку, мельком касаясь бледной прохладной кожи. И с еще большим довольством отметила, что мое собственное сердце в безопасности. Во всяком случае, со стороны нового знакомого ему уж точно ничто не угрожает.

— Дня два отлежишься и можешь вычеркивать из памяти случавшееся.

Ларец с легким стуком схлопнулся.

— Спасибо, — муркнул снежный барс опасно низким голосом и, стоило мне водрузить свою ношу на столик рядом с кроватью, цепко перехватил мою руку.

— Эй, ты чего?!

Единственной реакцией был ступор, даже когда чуткие пальцы скользнули вверх по руке, поглаживая нежную кожу на запястье, пробрались под манжет…

— Неужели не нравлюсь? — зеленые глаза недоверчиво сузились.

Вот нахал, а! Я даже восхитилась.

И живо вспомнила некоторые трюки, которые первое время использовала в Школе. Пока любители острых ощущений не отстали.

— Ну что ты, — плавно обернулась, слегка прижимаясь к обнаженной груди, — очень даже нравишься…

Легко коснулась его плеч и тут же почувствовала, как расслабился оборотень. Ловкие руки заскользили по моему довольно закрытому платью. Совершенно не удивляюсь, что его ранили, чувство элементарного самосохранения там даже не зимовало!

Одно «неловкое» движение, и мой локоть ощутимо впечатался в повязку. Предвкушающее урчание тут же сменилось обиженным шипением. А я подавила желание почесать кошака за ушком.

— Надеюсь, недопонимания между нами не осталось, — вкрадчиво сообщила Элиану, прежде чем встать и направиться к двери.

Тот пропыхтел что-то… вроде бы, утвердительное.

— Сбегаешь?

Но заразу эту я все-таки зауважала. Немножко. В глубине души.

— Пойду раздобуду тебе штаны.


Но далеко не ушла. Почти у самой двери меня отловил Арлит, притянул к себе, мягко коснулся губами виска. В этом они похожи… Мысль отрезвила не хуже порыва стылого ветра, заставив меня отстраниться.

Льер все понял. Слабая улыбка промелькнула на тонких губах.

— Пройдемся? — в голосе жениха привычно звучали льдинки.

Вручила ему ларец со своим добром и кивнула. Что бы там ни было, а наследник за эти недели стал мне действительно дорог. И я соскучилась.

— Ты в порядке? — положила руку ему на локоть и придвинулась ближе, хотя идти так было не очень-то удобно.

— Насколько это вообще возможно. Нам стало невыносимо тесно в одной оболочке. И… он сильнее.

Скоро ларец с лекарствами перекочевал в руки попавшегося нам на пути дворецкого, с приказом доставить его в покои льеры. Мы же прошли в зал с декоративными голубыми елями.

— Дело во мне? — я вдохнула прохладный запах хвои, запрокинула голову и легко коснулась кончиками пальцев узора над его бровью.

Арл не ответил. Замер, прикрыл глаза и стоял так несколько мгновений, пока мои пальцы обводили замысловатые линии, а разум силился прочитать его мысли. Увы, но потемки чужой души даже лучшим из магов недоступны, куда уж мне, травнице. Сердце неприятно царапнули кристаллики льда.

Ну почему все так, а? Зачем столько сложностей? Беспросветная, вроде бы, ситуация обернулась снежной сказкой. Жених по указке стал самым близким из мужчин за всю мою жизнь. Так почему эта история не могла обойтись без третьего лишнего?

И главное, кто он, этот лишний?

— Брат просил передать тебе, чтобы от барса держалась подальше, иначе следующим утром не найдешь его в замке, — ровно произнес Арл и светло улыбнулся.

Спины коснулся страх. Не от шутливой угрозы, просто странно было принять то, что у меня может быть что-то общее с человеком, способным на… разное. А Эвин способен на все, в этом сомнений не возникало.

— Ревнивцы, — я натянуто засмеялась, пытаясь поддержать шутку. — Хоть в чем-то поладили.

Попытка разлетелась, словно ударившийся о спину снежок.

— Мы вообще неплохо ладим, — серьезно заметил льер и с крайне заинтересованным видом извлек из моей косы колючку. — Во всем, что не касается тебя, Ада.

Это был удар под дых. Дыхание заняло. Я попыталась рассмеяться, чтобы скрыть свое истинное состояние, но вместо этого только закашлялась. А придя в себя, отстранилась от наследника и стала бродить среди рукотворных зарослей.

— Хочешь об этом поговорить? — голос прозвучал неожиданно близко.

Северянин отыскался прямо за моей спиной.

— Ревнуешь? — это была еще одна неудачная попытка отшутиться.

Но заиндевелое лицо сохранило непроницаемое выражение.

— Ненужное чувство, — и снова тонкая, будто смущенная полуулыбка на бледных губах. — Мое от меня никуда не денется, а чужого мне не надо. Если твоим сердцем уже завладел Этельвин, все мои попытки что-то изменить только причинят боль нам троим. Так что я просто хочу мира в Доме.

Обиду в сердце я задавила. Приятно, конечно, знать, что за тебя соперничают такие мужчины… Скажу честно, мое тщеславие за последние недели разрослось и растолстело, так что нам двоим, как Эту с Арлитом, скоро станет тесно в одном теле. Значит, пора с этим завязывать.

Что бы я делала без снежной выдержки жениха?

— Я тоже хочу мира, — признала чуть слышно.

Ладонь сжали тонкие пальцы, отчего по телу распространилось приятное тепло.

— Не сомневаюсь. Итак, Ариадна? Я жду ответа.

Опустила веки и сосчитала до десяти. В голове тучами крутились ненужные оправдания. Нет смысла их озвучивать, он давно все понял и сейчас сделал уверенный шаг навстречу, если не мне, то брату.

— Я не знаю, — лед в глазах напротив вспыхнул и начал стремительно плавиться. Пришлось срочно пояснять: — Слишком тонка грань между вами.

Молчание длилось недолго.

— Возможно, ты и права… В любом случае все решится через пару дней.

Он это серьезно? Неужели нашли подходящее тело? И способ разделиться? А почему я ничего не знаю?!

Впрочем, объяснять мне что-либо даже сейчас никто не торопился.

— Не мучай себя, Ариадна. И давай обойдемся без жертв.

Как у него все просто… Я прямо заразилась. Может быть, мое «завтра» и правда вариантно? Тогда есть над чем подумать. И можно наконец себе позволить сделать это, не боясь настроить лишних иллюзий.

Но если я все же найду в своем сердце Арлита, отступит ли Эт так же легко, как готов это сделать его брат?

— Арл?

— М?

— А что мы сейчас обсуждаем? Как же договор и наши обязательства?

Льер хитро сузил глаза.

— Мы обсуждаем наше будущее, Ариадна. По возможности, счастливое. И оно не должно зависеть от чужой воли. Эвин поговорит с Князем, они друзья, там проблем быть не должно. А если возникнут, я имею полное право возмутиться тем фактом, что невеста при ближайшем рассмотрении оказалась несколько не того происхождения, да и травница — не совсем то, на что рассчитывал Дом.

Лурден будет просто счастлив! Впрочем, надеюсь, до этого не дойдет.


— И что теперь делать?

Я чувствовала себя идиоткой. Валяюсь прямо в платье поверх застеленной кровати и с надеждой смотрю на огневицу, которая, вдохновленная предстоящим балом, с любопытством и редкими восхищенными вздохами исследует небольшой ларчик с немногочисленными пока драгоценностями. Уроки танцев и этикета мы уже начали, но вопрос ее внешнего вида по-прежнему оставался открыт.

Неодобрительные взгляды, коими Вида периодически награждала нас, безжалостно игнорировались. А вслух камеристка не высказывалась, здраво рассудив, что чем быстрее управится со своими обязанностями, тем быстрее сможет вернуться к Ривелу. И до самого завтрашнего утра ее никто не побеспокоит.

А ведь еще совсем недавно я и предположить не могла, что у этих двоих все настолько серьезно…

— Почему ты до сих пор прислуживаешь? — пропустила мимо ушей мой вопрос Нира и впилась золотистым взглядом в женщину, раскладывающую чистые вещи по сундукам.

— Нира! — желание швырнуть в нее подушкой было сильным, но я сдержалась.

Странно, что она не понимает. Относительно отношений камеристки невесты наследника и Хранителя Дома даже у наивной в таких вещах меня вопросов не возникло.

— Потому что женой мне не стать никогда, а положение любовницы трудно назвать завидным, — Вида почти дословно озвучила мои мысли.

Однако в карих глазах понимания не прибавилось. Брезгливо скривившееся лицо лучше всяких слов говорило, что магиня думает о принципах моей дамы. Но в этот раз у нее хватило ума (не такта, таких иллюзий даже я не питала) оставить свое резкое мнение при себе.

— Завидую я вам, — выдохнула беглянка, и ее глаза в теплом свете камина засияли, подобно камешкам авантюрина. — Жизнь такие возможности подкинула, а вы носами крутите. Уж я бы ни одной не упустила!

И улыбка на губах мечтательная-мечтательная! Так и хочется подглядеть, кто там стоит перед мысленным взором огневицы.

— Потому судьба тебя стороной и обходит, — спустила девушку с небес на землю моя дама, захлопывая последний сундук, — ждет, пока зубы пообломаешь.

Некоторое время они обменивались шпильками, а я просто улыбалась. Это вместо того, чтобы разозлиться на огненную нахалку! Но ее прямолинейность подкупала и, хоть это и странно, внушала что-то сродни доверию.

— Будут и у тебя шансы, — с полной уверенностью предрекла я, когда Вида исчезла, а в комнатах снова наступила тишина, прерываемая разве что потрескиванием огня в камине. — Судьба тебе еще за Лурдена задолжала.

— Посмотрим, — повела костлявыми плечами магиня. — А ты правда в двух братьях запуталась?

Осуждения в ее голосе не было, так, легкое любопытство. Поэтому я несмело кивнула.

— Самой стыдно.

Нира оставила в покое драгоценности, так и не подобрав ничего для себя, и забралась ко мне в кровать.

— Помнишь их легенду про Погибшую Розу?

Еще бы! До сих пор почти ежедневно прихожу к ледяной статуе.

— Причем здесь она?

— История повторяется. Выберешь наследника, Этельвин вам жизни не даст. У него власти много, только свободы пока нет.

Я непроизвольно поежилась. А ведь она права… Внутри словно ледяные тиски сжались.

— Зачем ты меня пугаешь? — вырвался почти всхлип.

Лицо самопровозглашенной телохранительницы неожиданно стало жестким. Как есть, боевой маг. Ни за что не скажешь, что только что эта девушка рассматривала мои платья и примеряла украшения.

— Не пугаю, а учу осторожности. Запоминай, пока я рядом.

Такой Ниры я, признаться, опасалась, а все равно обратилась в слух.

— Ты усилила Этельвина. Так? — Киваю. — В то время как с Арлитом мы пока наблюдаем полную несовместимость.

— Хочешь сказать, моя судьба — Эт? — в такую сентиментальную чушь я бы и пять лет назад не поверила, не то, что сейчас.

А Нира не спешила убеждать.

— Я не верю в судьбу. Просто пытаюсь сказать, что тебя наверняка позовут участвовать в ритуале. Так что решай быстрее! Выберешь Арлита, я подскажу, в каком месте можно будет ошибиться, чтобы второй брат долгое время был занят обживанием нового тела и не лез в дела Дома.

Обжигающе холодная волна, прокатившаяся внутри, почти заставила меня вскрикнуть.

— Никогда!

— Смотри, Аришка, этот Эт прожует тебя и выплюнет. Такие, как он, не умеют чувствовать по-настоящему.

С этими словами магиня легко, даже как-то покровительственно, погладила меня по волосам, коротко пожелала спокойной ночи и покинула спальню. Только какой уж теперь покой!

— И такие, как ты, тоже, — вдруг пришло осознание.


Сон предсказуемо не шел.

Некоторое время я упрямо ворочалась с боку на бок, но добилась лишь того, что в висках заныло. Только головной боли мне еще и не хватало! Я откинула одеяло. На цыпочках ступая по мягкому ковру, тихонько приподняла крышку ларца с запасами трав и лекарств и сделала небольшой глоток прямо из флакона. Это поможет расслабиться и снимет неприятные ощущения.

Возвращаться в постель не хотелось. С удовольствием бы посидела с книгой, но идти за ней в библиотеку или чей-нибудь кабинет не решилась. Без лишних встреч там не обойдется, а мне сейчас новые поводы к размышлению ни к чему.

Пришлось искать иные способы расслабиться. Я разворошила угли в камине, заставив их снова запылать, подбросила в огонь поленьев и скрылась в уборной. До сих пор мне не выпадало возможности понежиться в пенной ванне, вечно приходилось спешить то на занятия к Таррине, то еще куда. Но сейчас я была полна решимости наверстать упущенное.

Тяжелый бронзовый подсвечник с толстой свечой водрузила на небольшой столик, в обжигающе-горячую воду плеснула немного расслабляющего настоя из трав и добавила пены, только после этого с шипением нырнула. Горячо! Скоро тело заполнила приятная тяжесть. Тепло проникало в каждую клеточку, расслабляло, заставляло мысли путаться, а веки слипаться. Понятно, значит, обдумать сложившуюся ситуацию не удастся. Да и сама атмосфера темной ванной, сверкающей в свете золотого лепестка редкими искорками, мало способствовала самокопанию. Здесь хотелось наслаждаться жизнью, мечтать или просто дурашливо сдувать мыльные пузыри с ладоней.

Не поддаться соблазну было сложно. А я и не старалась!

Скоро по погруженной в полумрак комнате кружило с десяток мерцающих шариков. Напряжение последних дней сошло на нет, уступив место улыбке. Она прочно обосновалась на губах и в ближайшем будущем деваться никуда не собиралась.

Глаза закрылись сами собой…

— Сваришься, — просветил меня относительно грядущих перспектив обманчиво ласковый голос. По плечу, и вниз, к груди, скользнула чуть шероховатая ладонь, немного царапая кожу.

Вот нахал когтистый! Неужто я недоходчиво объяснила?!

— Утоплю! — сама не ожидала услышать в своем голосе столько… даже не возмущения, злости.

В макушку удовлетворенно хмыкнули, и наглая конечность мгновенно ретировалась.

— Молодец, Ариша, так его, — за спиной тихонько посмеивался Эт. Заглядывать в глаза необходимости не было, Арлиту воспитание бы не позволило ввалиться в мою ванную. Хм. И, думаю, заявиться среди ночи в покои, без стука и позволения, тоже.

А этот!.. У, зла на него нет!

— Льера Ариадна изволит дурачиться? — он потерся носом о мое ухо, отодвигая выбившуюся из-под заколки прядь. Пузырьки все еще кружили в воздухе, стало быть, отключиться я не успела.

Первым порывом было завизжать и перебудить весь замок. Но в горле пересохло, поэтому я просто опасливо оглянулась на него через плечо, глубже зарываясь в гору белоснежной пены.

Мужчина казался уставшим, наверняка еще даже не заглядывал к себе. Или это отблески свечи положили ему под глаза тени? Пару прядок отделилось от обычно безупречной прически, рубашка не первой свежести, две пуговицы вверху расстегнуты, а рукава закатаны по локоть. Он опустился на колени, прямо на пол за моей спиной, и склонился, чтобы вдохнуть мягкий аромат трав.

Ссориться не хотелось.

— Уходи, пожалуйста. Я чувствую себя неловко.

На мгновение красивое лицо напряглось, но Эвин быстро вернул власть над эмоциями. Выполнить мою просьбу он даже не подумал, но хотя бы отодвинулся, и на том спасибо.

— В свое оправдание могу сказать, что совершенно не планировал вламываться в твое личное пространство.

Снова в его чертах сквозила усталость. И говорил северянин спокойно, не дразнил, не подначивал и не соблазнял. Мои губы тронула невольная улыбка. Как редко он бывает таким…

— Просто ошибся покоями? — съязвила я.

Отсутствие защиты в виде одежды здорово нервировало, горячая вода и щекотная пена расслабляли, но этого позволять себе сейчас нельзя. За моей спиной притаился опасный хищник. И пускай сейчас он спрятал когти и пытается притвориться мягким и домашним, но я-то знаю!

Впрочем, Этельвину удалось в очередной раз исказить образ, который я себе старательно придумывала.

— Я пришел пожелать тебе спокойной ночи. Как вчера. И несколькими вечерами ранее. И…

Нарушая собственный запрет, я вывернула шею, чтобы снова посмотреть на него. Северянин не шутит. И не лжет. Одно интересно, Нира правда не догадывается о ночных визитах? Или специально мне ничего не говорила?

— Зачем? — голос звучал тихо-тихо.

Эт сонно прищурился, повернулся ко мне спиной, ею же привалился к теплому боку ванны и опустил голову на каменную кромку, прижавшись щекой к моей щеке. Поначалу я напряглась, но льер больше никаких действий не предпринимал, а теперь еще и пенного кружева, скрывающего от его глаз все самое-самое, не видел. Стало быть, можно вздохнуть свободнее.

— Хочу, чтобы мой день, каким бы он ни был, всегда заканчивался тобой.

Внутри разлилось сладкое тепло. Как же хочется верить… Раствориться в его словах и собственных ощущениях.

— Не знала, что ты романтик, — я упорно пыталась не поддаться его внезапному обаянию.

— А может, просто не хотела замечать?

Возражения потонули во всплеске возмущения. Нахальная рука нырнула в ванну, но прежде, чем я успела издать хотя бы звук, поймала мою ладонь и прижала к горячей шее. Прямо мокрую и в мыле!

Я чувствовала его размеренное дыхание…

— Тебе там удобно? Тепло?

Надо же, какая забота!

— Если это попытка присоединиться, то я категорически против! — щеки тут же полыхнули румянцем.

Только бы не стал напирать, я же и сдаться могу! И без того чувствую себя странно комфортно ночью в одном помещении с мужчиной, от которого неизвестно, чего ожидать, при полном отсутствии одежды с моей стороны. И как это я пропустила тот момент, когда логика удалилась, хлопнув дверью?!

— Ариш, по-моему, сегодня провоцируешь ты…

С трудом верится, но Эвин вел себя идеально. Никаких колючих слов, откровенных прикосновений, попыток поцеловать. Несколько тягучих мгновений мы сидели в молчании, после чего блондин выпустил мою руку, встал и долго возился с камином. Сама я не стала его разжигать, но мужчина почему-то решил, что источников тепла в спальне и гостиной мне недостаточно.

— Арлит говорил со мной… о нас… — призналась тихо. Такой, он почему-то вызывал во мне доверие. А еще желание прижаться к широкой груди и предоставить все решения тому, кто действительно с ними справится.

Вот только вечерний разговор с Нирой до сих пор звучал в ушах.

— Мудрое решение, — безопасник, казалось, не удивился.

Огонь разгорелся, затрещал, осыпал пол и стены золотистыми всполохами.

Эт с кривой усмешкой приблизился ко мне. Начинается… Выходит, я переоценила благородство этого северянина? Спина импульсивно вжалась в твердую поверхность ванны. Но ничего не произошло. Льер прошел мимо, только оскалился еще более насмешливо и, макнув палец в пену, измазал мне нос. Затем взял огромное полотенце и отнес его к камину, чтобы согреть.

Вставший в горле ком удалось проглотить с неимоверным трудом. А мой благородный мучитель, казалось, только этого и ждал.

— Теперь дело за тобой.

— Ты о чем?

Раздался нетерпеливый вздох, но голос звучал по-прежнему спокойно.

— Сразу после ритуала ты объясняешься с Арлитом, и мы уезжаем в столицу.

От такого заявления я онемела. А Эт, будто бы не заметив произведенного эффекта, неспешно двинулся к ванне с развернутым полотенцем в руках.

— И ты всю оставшуюся жизнь будешь решать за меня, — невесело обозначила грядущие перспективы, затрудняясь определиться с отношением к ним.

Мужчина раздраженно тряхнул головой, отчего волосы окончательно растрепались, пробормотал что-то насчет короткой стрижки…

— Не буду. И сейчас не решаю, просто предлагаю наиболее безболезненный выход.

— То есть, ты примешь и другое мое решение? — должна же я понимать, насколько широки границы моей свободы!

Спросила — и почти почувствовала, как вокруг меня материализуются прутья ледяной клетки. Или это просто вода остывает?

— Ариииша, — голос зазвенел льдинками. — Хорошенько подумай… Ты ведь не хочешь, чтобы шаткий мир между братьями растаял? Из-за одной маленькой южанки. А я ни перед чем не остановлюсь, чтобы получить то, что уже считаю своим…

Сволочь! Внутри все похолодело, а глазам наоборот стало жарко.

Права была Нира!

— Ты там застыла? — видимо, безопасник истолковал молчание как согласие, поэтому угрозы временно иссякли. — Вылезай.

Что? Он же это не серьезно?…

— Ни за что!

Он, конечно, и прежде присутствием манер не отличался, но это было уже как-то слишком. Однако, вместо того, чтобы выпустить коготки, при виде заботливо расправленного и согретого у огня полотенца злость свернулась уютным клубочком где-то в животе, только что не замурлыкала.

Сволочь он, конечно. Но такая родная…

— Лучше сделай это сама. Я ведь и достать могу! Только тогда мягкого полотенца и сказки на ночь уже не будет…

А что будет, я решила не выяснять. Интуиция подсказывала, что и без этого знания мне неплохо живется. В мыслях обзывая себя падшим существом, а его и вовсе последними словами, все же вынырнула из пенного укрытия и насколько могла быстро вцепилась в полотенце.

— Я сама…

Кого бы еще волновало мнение сгорающей со стыда южанки. Хорошо, издеваться не стал! Без слов Эт оттолкнул мои руки, и по телу заскользило мягкое полотенце, растирая, массируя, убаюкивая. Кажется, я ругалась. Кажется, вслух. А он, зараза такая, смеялся!

Разум ненадолго вернулся, когда меня втиснули в ночнушку и куда-то понесли.

— Ну и где моя сказка? — уточнила капризно, когда сильные руки опустили свою ношу на кровать и принялись укутывать ее в одеяло. Учитывая, что за окном уже брезжила синеватая дымка рассвета, а безопасник имел вид бледный и усталый, это можно было засчитать как месть.

Чуть теплые губы всего на мгновение прижались к моим.

— Вот уедем в город, и будет у нас своя собственная сказка.


Бледным кругом солнца утро заглядывало в окно.

— Попробуй сказать, что ничего не знала! — в моем голосе звучали обвинения.

Но Нира серьезностью момента не прониклась.

— О том, что у призрачного брата взыграли чувства к чужой невесте? Если не станешь вести себя осторожнее, об этом не только я — весь Дом узнает.

В этот раз внутреннее смятение не отразилось на внешнем облике. Аккуратная коса скреплена заколками-снежинками, платье простое, но милое, светло-серое, без всяких украшений, в мочках ушей поблескивают маленькие серебряные сережки. Лицо оставалось невозмутимым, ни тени румянца не проглянуло на побледневшей от недостатка солнца коже. И руки, все еще втыкающие в прическу шпильки с кружевами снежинок, не дрогнули. Контролировать себя я умела. Со всеми, кроме Этельвина.

— О его ночных визитах.

Снова внутри всколыхнулось раздражение. Допляшется у меня эта заноза рыжая! Сошлю из замка с каким-нибудь «очень важным» поручением, пусть тогда скрывается от Лурдена на окраине владений Дрэгонов.

— А тебе сильно полегчало от этого знания? — фыркнула Нира, нависая надо мной. Вернее, над шкатулкой, в которой заприметила еще одни серьги. Приложила украшения к не проколотым ушам, вздохнула разочарованно и вернула приглянувшиеся вещицы на место. — Хитрый змей видит, что ты дурында романтичная, вот и прикидывается очарованным-околдованным. А как желаемое получит, даже имени не вспомнит.

— Злая ты, — вздохнула Вида, которая как раз заправляла кровать. — Может он правда полюбил?

— И именно Ариадну. Какое совпадение! А то, что Ариша наша уже является невестой Арлита, который получил семью, тело, наследство и свободу, — все, о чем и мечтать не мог его брат, это же мелочи, да? — огневица почти шипела.

Меня снова раздирали сомнения. Разум говорил, что эта мегера права, а вот сердце… сердце сладко заходилось, стоило вернуться воспоминаниями в вечер накануне. Глупое!

— Ривел говорит, мальчики нормально уживаются, — выдала часть секретной информации камеристка. — С появлением Ады Эвин ни разу не причинил боли брату, а у Арлита только единожды случился неконтролируемый выплеск силы.

И то по пьяни.

Ну вот, выходит, я не только камень преткновения!

— Это сейчас, потому что у Этельвина руки связаны. После ритуала тут такое начнется…

Да. Эт угрожает сильно усложнить жизнь брату, если я не соглашусь разорвать договор. И он может! Насколько я ориентировалась в местных реалиях, Эвин имеет власти не намного меньше, чем сам Великий Князь. А еще он хитрый, жесткий, злопамятный. Что он придумает? Интриги против Дома? Убьет Арла и увезет меня?

Нееет, последнее точно плод измученного воображения! Или все-таки…

— Поторопитесь, а то без вас все раскупят!

Шутливое замечание Виды стало отличным поводом отшвырнуть подальше разъедающие душу мысли. Я взяла кожаный мешочек с монетами и поднялась, махнула Нире. Магиня порой раздражает, но уходить далеко из замка без нее я остерегалась. В Джаанде все еще неспокойно, это даже далекий от борьбы за власть Арлит признает, а я пока еще даже не льера. Не стоит рисковать.

— Иногда я просто ненавижу Север, — проворчала Нира, застегивая теплый плащ. Помедлила миг и, плюнув на красоту, обвязала шею большим цветастым платком. В ее случае тепло было дороже. — Нет, не просто… Люто!

Я улыбнулась.

— А по-моему здесь красиво…

Но огневичка упорно продолжала видеть в жизни исключительно темные тона. Насупилась, ссутулилась, будто бы это могло помочь согреться, и тихо буркнула:

— Тебе хорошо, у тебя жених есть. И шуба!

Улыбка трансформировалась в звонкий смех.

— Хочешь, и тебе подберем? — я подхватила эту буку под руку и вытащила в коридор.

— Шубу? — недоверчиво сморщила нос девушка.

Ишь какая корыстная!

— Вообще-то, я про жениха, но что-нибудь теплое тоже посмотрим.

Переговариваясь, мы зашли за Элианом и такой компанией двинулись к торговым рядам. Сегодня там устраивали ярмарку.

Ни Этельвин, ни Арлит не нашли времени сопроводить туда общую невесту (как ни двусмысленно звучит, а наша реальность сейчас такова), но наследник утром передал мне туго набитый кошель с рекомендацией ни в чем себе не отказывать. Через Виду, потому что сама бы я ни за что не взяла. Хоть и хотела, и понимала, что нужные в северном быту вещи придется купить, а совесть все равно тихонько ворчала. Слишком неопределенные у нас отношения, чтобы я могла спокойно принимать заботу кого-то из братьев.

Зато Нира сомнений не знала. Подпрыгивала от возбуждения, жадно оглядывалась по сторонам, как ребенок, которого впервые вывели в большой город, и даже втянула на время свои колючки. Только от холода временами шипела, а ведь мы еще и от замка толком не отошли…

— Ариш… — очень тихо, словно чего-то боясь, окликнула меня магиня. — А ты правда возьмешь меня с собой в столицу? И на бал?

Я заулыбалась. Вот же… Теперь верю, что она ненамного старше меня.

— Конечно! Вот очаруешь там какого-нибудь льера, и Лурден станет больше не страшен. Можно будет о нем забыть.

Вспоминала мерзавца так часто я не зря. Формально огневичка до сих пор являлась собственностью Школы, наверняка ее ищут, и, если найдут, серьезно накажут. Наверное, если всплывет правда, нас заставят вернуть беглянку на Юг… Хм. А вот интересно, Арлита могут заставить это сделать? А Этельвина? Надо будет прояснить на досуге этот вопрос.

И да, в свете всего этого я прекрасно осознавала, насколько опасно тащить ее с собой во дворец Великого Князя. Но тихо надеялась, что руки у мэтра не настолько длинны, да и не станут искать пропажу на самом видном месте.

— А я не хочу забывать, — тихо, но твердо произнесла девушка. — Я хочу отплатить.

С ответом я потерялась. Признаться, покидая Шантоккар, я клялась себе вернуться, но сейчас… Жажда жестокой справедливости не разъедала душу. Прошедшее как-то отодвинулось на второй план, оставшись лишь смазанным воспоминанием. Где-то светлым, мелькали и мрачные пятна. Волновало же больше всего будущее. Каким оно будет? И с кем?

— Тогда тебе нужен не льер, а я, — весело сообщил барс и тут же потянул руки к нахохлившейся магине с явным намерением приобнять. Но Нира так на него глянула, что кошак отпрянул, а через миг затряс обожженной ладонью. — Эй, ты чего печешься?!

В карих глазах не осталось и намека на знакомые мне золотые искорки. Теперь взгляд девушки напоминал выжженную степь.

— А ты куда лапы тянешь?

— Я же по дружески! — пошел на попятный оборотень.

— За зад?! Видела я уже такую дружбу! — огневица почти рычала, не хуже, чем у хищника получилось.

Атмосфера сгустилась, внутри подрагивала тонкая ниточка напряжения. Не хватало еще, чтобы эти двое сцепились!

— Прекратите оба! — прикрикнула я и на всякий случай вклинилась между спутниками. — Нира, пока я рядом, никто не причинит тебе вреда. А ты… еще раз распустишь свое обаяние, сородичам сдам!

О как. Сегодня мы грозные. Но барс впечатлился, даже запыхтел пристыженно. А вот магиня наградила меня таким взглядом… смесь благодарности и снисхождения. Мол, хороша защитница, мышь безобидная, а все равно спасибо.

Так до торговых рядов и дошли.

Местная ярмарка сильно отличалась от виденных мной дома, и от тех, которые устраивали близ Школы. Не пестрели здесь разные цвета, не валялись на прилавках разбросанные товары, не было видно компаний, явившихся больше посплетничать, нежели что-то купить. Но главное, над торжищем царила почти полная тишина. Ни тебе перекрикивающих друг друга зазывал, ни спорящих купцов, даже не торговался никто.

Поначалу я опешила, даже остановилась, не решаясь приблизиться. Вдруг сделаю что-то не так? Вряд ли кто-то осмелится хотя бы намекнуть мне на просчет, но за спиной такого наговорят… Рядом застыла, вцепившись в мою руку, Нира. Видимо, магиню снедали те же сомнения.

А вот барс ощущал себя вполне спокойно. Даром, что местный.

— Чего застыли? — прошипел он мне в ухо. — Так мы только лишнее внимание привлекаем. Видишь, вон те две тетки уже пожирают глазами новую льеру.

Я судорожно вздохнула и покорно побрела вслед за оборотнем, огибая первый ряд. С оружием и прочими железяками.

— А кто они?

— Понятия не имею. Там, за лесом, деревня есть, тоже, кстати, Дому принадлежит. Из нее, наверное.

Оценив беглым взглядом их простые платья и огромные теплые платки вместо верхней одежды, я кивнула. А потом вздернула подбородок, расправила плечи и даже чуточку улыбнулась. Пусть смотрят, жалко мне разве?

Шепотом Элиан объяснил нам простые местные правила. Не торговаться, здесь подобное считается признаком жадности. Не трогать никаких товаров. Если понравилось что-то, торговца спросить, он все расскажет и покажет. Ну и в проходах без толку не толпиться, чтобы другим не мешать.

Стоило усвоить сию нехитрую науку, и остаток дня прошел, в общем-то, неплохо. Первой нарядили меня. Неловкость, признаться, все еще царапалась где-то в недрах груди, но собственный рационализм помноженный на огненный энтузиазм Ниры оказался сильнее. Очень скоро я стала счастливой обладательницей вязаной в виде прикрепляющихся друг к дружке снежинок шали, нескольких отрезов тканей для будущих нарядов, теплых домашних тапочек с забавными помпонами, при виде которых магиня демонстративно скривила нос, и прочих девичьих мелочей.

Но особенно порадовал небольшой столик с травами, притулившийся в некотором отдалении от основных прилавков. Дородная дама вмиг признала коллегу и просияла улыбкой. И после недолгого, но оживленного разговора я заполучила несколько мешочков с местной растительностью, короткую инструкцию к каждому из них, пополнила запасы южных трав (вечная мерзлота, как же я боялась не найти их здесь!) и приобрела несколько книг. Счастье!

Следующей на очереди была Нира.

— Это точно не для мага, — с легким разочарованием заключила огневица, выныривая из мохнатой шубы.

— В конце концов, мы собираемся на бал, а не турнир боевиков, — я все же попыталась воззвать к ее чувству прекрасного.

Но девушка не то скромничала, не то действительно намеревалась защищать меня невесть от чего. В итоге вместо шубы появилась короткая и не сковывающая движений жилетка. С платьем тоже все оказалось непросто. Фигура у моей подруги была своеобразная, и все, что нам обеим хоть сколько-нибудь нравилось, либо некрасиво обвисало в местах выпуклостей, по причине отсутствия таковых, либо оказывалось чересчур коротким. Пришлось снова покупать ткань. А потом туфли. А потом ленты, заколки, украшения… В общем, к тому времени, как мы закончили, магиня уже не походила на настороженного ежика.

Жаль, что такое состояние у нее долго не продлится.

Пока огневичка отвлекала оборотня возле серебряных ножей, с явным удовольствием пересказывая тому средства убиения нечисти, коей Элиан по мнению наших учителей являлся, я незаметно купила еще ткани. Раз уж урчащее счастье свалилось на меня, надо и его в приличный вид привести. И не важно, что одна гордая морда думает по данному поводу! А будет отбрыкиваться, точно к сородичам сплавлю. Это я от Этельвина научилась за других решать, больше не от кого.

Уже на выходе в глаза бросился южный пейзаж с зеленеющими деревьями и тихонько журчащим ручьем, заключенный в стеклянный круг. А если встряхнуть, будто солнечные лучи рассыпаются и переливаются всеми красками. Глаза кольнули подступившие слезы…


Глава 11 | Северная невеста (СИ) | Глава 13







Loading...