home | login | register | DMCA | contacts | help | donate |      

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add

реклама - advertisement



29 апреля, день Васильева Василиса, Великопольская волость

На заднем сиденье машины беспрерывно щебетала Ира. Василиса старалась не прислушиваться — ее это сильно напрягало. По всему телу навалилось тяжелая, тянущая усталость, над бровями все налилось тупой болью. И стоило только чуть резко шевельнуть головой, как боль усиливалась многократно, отдаваясь в голове ударами пульса.

Несмотря на то, что Василиса опять почти не спала всю ночь, в сон сейчас ее почти не клонило. Веки просто налились тяжестью, и состояние было будто некоторой заторможенности. Постепенно Василису болтовня позади начала раздражать все сильнее, и вдруг опомнившись, она включила музыку. Ира не замолчала. Василиса сделала музыку громче. Громче стал и голос Иры.

Вздохнув, девушка открыла окно наполовину и, наклонившись, подставила лицо под поток холодного воздуха. Стало чуть легче. Вдруг Василиса резко дернулась и нажала на педаль тормоза — машины впереди движение замедлили. В голову тут же отдало болью от резкого движения, и девушка поморщилась.

— Что они творят то? — раздраженно произнесла она.

— Что? — открыла глаза дремавшая рядом Ольга, мгновенно проснувшись.

— Смотри, — показала Василиса на вереницу машин, уходящих в сторону по второстепенной дороге.

— Куда они поехали? — нахмурилась Ольга.

Василиса между тем объехала микроавтобус, из окна которого ей призывно рукой махнули. Выехав на встречную полосу, она поравнялась с черным фургоном.

— Куда это они? — уже громче повторила вопрос Ольга, глядя в окно на сидящего за рулем микроавтобуса белобрысого.

— По служебной необходимости, — произнес Владимир, — вы за мной двигайтесь.

— Володь, мы же на дачу, да? — спросила у него Ольга.

— Да, да, на дачу, — подтвердил беловолосый и, кивнув девушке, тронулся с места.

Василиса, бросив последний взгляд на удаляющуюся в сторону внушительную колонну, поехала следом. Теперь по дороге ехало всего три машины — один УАЗ-хантер, черный микроавтобус с Владимиром за рулем и кашкай последним.

Голова у Василисы болела все сильнее, и она морщилась от боли, когда машину потряхивало на многочисленных выбоинах.

— Что с тобой? — заметила мучения девушки Ольга.

— Голова болит, — негромко произнесла Василиса.

— Нервное, — сходу вынесла диагноз Ольга, — на, таблетку съешь.

— Не помогает, — покачала головой Василиса, — рано утром съела уже одну.

— Съешь две, — достала из сумочки упаковку таблеток Ольга и протянула два зеленых кругляшка девушке.

Василиса, утомившаяся от головной боли, послушно проглотила таблетки, запив их невкусной, выдохшейся минералкой. Минут десять еще голова болела по-прежнему, но вскоре боль начала отступать. Не уходить, но приглушаться. И усиливалось состояние тупой усталости — ей казалось, будто на плечах ноша тяжелая появилась, которая давила все сильнее и сильнее.

Вдруг двигавшийся впереди микроавтобус затормозил и, замедлив ход до самого минимума начал разворачиваться в несколько приемов. И после того как фургон развернулся, Василиса увидела впереди ровную гладь воды, закрывающую дорогу насколько хватало глаз.

— Разворачивайтесь, объедем! — выбежал растерянный Владимир из микроавтобуса и побежал к уазику, который тоже уже стоял поперек дороги. Пока Василиса быстро крутила руль, светловолосый поговорил о чем-то с водителем хантера и также бегом вернулся в фургон.

— Давай поведу, — вдруг предложила Ольга, видя, что Василиса уже совсем себя неважно чувствует. Василиса отказываться не стала, и девушки быстро поменялись местами.

Теперь двигались быстрее — надвигающаяся вода пугала.

— Оль, мы куда едем то вообще? — поинтересовалась Василиса, морщась от отголосков головной боли, которая начала возвращаться сквозь тяжелое чувство отупения.

— Тебе отец не сказал? — коротко глянула на девушку Ольга.

— Сказал, что в безопасное место.

— Ясно. На дачу к нему едем, здесь уже недалеко поселок коттеджный должен быть. Сейчас объезжаем, наверное.

— Ты знаешь, где этот поселок? — спросив, Василиса поежилась — ей тут же Тихая Заводь вспомнилась.

— Нет, — покачала головой Ольга, — Володя знает.

Гонки с водой между тем продолжались. Несколько раз идущий первым хантер останавливался на перекрестках и к нему подбегали Владимир с еще несколькими мужчинами, и быстро они все вместе что-то обсуждали, глядя в карту.

Василиса, примостившись на сиденье, начала потихоньку проваливаться то ли в дрему, то ли в беспамятство, лишь изредка открывая глаза и наблюдая движущийся впереди уазик. Вдруг девушку дернуло, и она лишь в последний момент успела выставить руку вперед, в торпеду уперевшись. От резкого движения в голову вновь ударило болью, да так что Василиса тихий стон не удержала.

Поморщившись и выругавшись негромко, она глянула вперед, и сразу перестала обращать внимание на боль. Дорога, спускаясь с холма, плавно подводила к мосту к которому машины подъехали. И после моста сразу же выгибалась, обнимая следующий холм. Но между холмами самого моста видно не было — его уже вода покрывала.

Черная, почти неподвижная гладь, по поверхности которой шло еще не исчезнувшее под водой ограждение, обозначая контуры моста. И двумя мачтами торчали дорожные знаки. Закрыв лицо руками, Василиса надавила ладонями на глаза, пытаясь вдавить боль внутрь. Дохнуло холодным воздухом, хлопнула дверь, но Василиса руки от лица не отняла. Лишь когда стало чуть полегче, она подняла голову, всматриваясь вперед. А там уже рядом с уазиком стояло несколько человек, совещались. Так как все они были одеты во все черное, то подошедшая к ним в своей светлой куртке Ольга выглядела белым лебедем.

Говорили недолго, и решили, по всей видимости — Ольга бегом вернулась в машину. Когда она сильно хлопнула дверью, Василиса поморщилась — ей по ушам ударило. Несколько мужчин, в том числе и Владимир, остались стоять у кромки воды.

— Ну что? — не обращая внимания на возвращающуюся боль, спросила Василиса.

— Мост этот переехать если, то мы почти на месте, — произнесла Ольга, вглядываясь вперед, где уазик уже медленно, рыкнув мотором, поехал в сторону почти скрывшегося под водой моста.

Василиса тоже посмотрела. Тихая, но угрожающая своей тишиной картина — молчаливые холмы, почти неподвижная гладь реки и медленно въезжающий в воду уазик. Почувствовав на себе чужое дыхание, девушка обернулась и увидела Иру и Надю, которые прильнули к передним сиденьям, напряженно вглядываясь вперед.

Уазик между тем уже почти въехал на мост — колеса его мягко вошли в черную поверхность, и вот уже шины скрылись под водой. Еще несколько секунд и теперь уже сами колеса больше половины не видны. Когда вода дошла машине до бампера, водитель, который рулил, сильно высунувшись в окно, снизил скорость.

По черной поверхности пошли волны — хантер как будто катер разрезал воду. Василиса с волнением следила за машиной — половина моста позади, и вот уже уазик напротив второго знака, обозначающего границу моста.

— Нормально все, — успел крикнуть водитель, и как раз в этот момент уазик дернулся, начав заваливаться набок. И медленно-медленно, как показалось, ушел капотом вперед. В воздухе мелькнули задние колеса, с которых тягуче ринулись вниз потоки воды, а после перед ошарашенными зрителями на мгновенье мелькнуло мокрое днище машины. Хотя время в тот момент, когда уазик уходил под воду, тянулось для Василисы непередаваемо медленно, прошло не более нескольких секунд.

В кашкае раздался слитный выдох испуга, а сидящая на водительском месте Ольга даже лицо руками закрыла. Лицо, но не глаза. Вдруг неподалеку от того места, где скрылся под водой УАЗ, река забурлила поднявшимся из глубины воздухом.

Но больше на поверхности ничего не появилось. И никого.

— Что вы стоите? — закричала вдруг Василиса и выпрыгнула из машины, подбегая к стоящим у кромки воды мужчинам, — сделайте хоть что-нибудь!

Черная гладь воды в том месте, где скрылся под водой уазик, уже успокоилась. И все также неторопливо река несла свои холодные, тягучие воды.

— Да что вы стоите? — со слезами на глазах закричала Василиса, — вы что?!

— Мы им ничем не поможем, — покачал головой сохранявший спокойствие Владимир, — если сами сейчас не выберутся…

Никто так и не выбрался. Василису, которая продолжала что-то кричать, подошла и обняла Ольга.

— Успокойся, успокойся, — зашептала она девушке, обняв ее, — им уже ничем не поможешь. Ошарашенная Василиса высвободилась из объятий и подошла к кромке воды, глядя на темную поверхность не в силах поверить, что вот сейчас так буднично несколько человек скрылись под водой.

— Куда теперь? — бросив короткий взгляд на Василису, поинтересовалась у Владимира Ольга.

— Еще левее и выше забираем сейчас, — он достал карту из кармана и показал то место, где они сейчас были: — Мы здесь. Проедем вот тут, и через Севастьяново проскочим.

— Володь, нам нежелательно через Севастьяново, — покачала головой Ольга, — проблемы могут быть.

— По поводу? — поинтересовался тот.

— Машина у нас приметная, запомнить могли. Мы там с местными немного…

— С местными? — покачал головой Владимир, — Ольга Юрьевна, не волнуйтесь. Нас четверо с оружием, — показал он на микроавтобус, — какие проблемы могут быть? К тому же другого пути сейчас все равно нет. Хотите, к нам в машину пересядьте, а я своих в вашу посажу?

— Да не, не надо, — посмотрела Ольга на спутников Владимира. Действительно, в черной форме и с оружием за плечами выглядели они внушительно.

— Оль, а что у вас в Севастьяново с местными было? — спросила слышавшая разговор Василиса, когда девушки сели в машину.

Ольга не отвечала — разворачивалась на узкой дороге.

— Мы там в мотеле ночевали, — проговорила вдруг Ира с заднего сиденья, — а когда завтракали, до нас местное быдло докопалось. Хорошо Дима и Стас в кафешке были, здорово они тех обезьян уделали.

— Так вы там с ними познакомились? — поинтересовалась Василиса, сев вполоборота, поглядывая и на Ольгу и на Иру. На Иру смотреть было неудобно — она сидела за Василисой.

— Ну, нормально познакомились мы с ними только вечером, — чуть улыбнулась Ира и посмотрела на Ольгу. А та вдруг обернулась и жестким взглядом посмотрела на нее.

— Да я что, я ничего, — улыбнувшись, развела руки в стороны Ира, тряхнув волосами.

У Василисы опять начинала болеть голова, и она расспрашивать дальше не стала. Устроилась поудобнее на сиденье и попробовала задремать. Но опомнилась, открыла глаза и пристегнулась. Дальше ехали в молчании — после зрелища утонувшей за какие-то мгновения вместе с людьми машины даже Ира перестала щебетать. Василиса понемногу задремала — все же несколько бессонных ночей давали о себе знать. Даже не задремала, а провалилась будто в тяжелое беспамятство.

Проснулась она вся мокрая от пота. Не открывая глаз, Василиса немного пошевелилась, чтобы мокрая ткань одежды не так неприятно к телу липла и вдруг почувствовала, что головная боль ушла. С облегчением Василиса открыла глаза и тут же насторожилась — машина стояла на месте.

Девушка приподнялась немного и огляделась — вокруг были дома частного сектора, впереди стоял микроавтобус и рядом с окном водителя находился человек в кожаной куртке и камуфляжных штанах, что-то расспрашивая у водителя. Чуть поодаль стояло еще несколько похожих по стилю одежды человек. Василиса перевела взгляд на Ольгу — та напряженно всматривалась вперед, кусая губы.

— В Севастьяново приехали, — произнесла та в ответ на вопросительный взгляд, — пост на въезде.

Василиса, заразившись волнением, поерзала на сиденье. Но вроде водитель микроавтобуса с караульным на посту договорился и фургон тронулся. Ольга немного нервно нажала на газ, и кашкай рыкнул двигателем, ускоряясь. И тут же резко затормозив — микроавтобус поехал не быстро и Ольга в него чуть не врезалась.

Караульные на посту проводили кашкай взглядами, не никто ничего не сказал и остановить машину не пробовал. Друг за другом черный микроавтобус и ниссан медленно ехали по улицам пустынного города. Василиса, чувствующая себя гораздо лучше, чем раньше, несмотря на оставшееся состояние тяжести в голове, осматривалась по сторонам.

— Почему тут так пустынно? — спросила она, не оборачиваясь и глядя в окно.

— Уехали многие уже видимо, — ответила ей Ольга, — мы пока сюда ехали, несколько раз по воде проезжали. Да вон, смотри, — вдруг показала налево Ольга.

Василиса обернулась и, присмотревшись, заметила на одной из боковых улиц воду. Совсем немного, она едва покрывала дорожное покрытие. Но все равно было неуютно. Зябко передернув плечами, девушка продолжила внимательно осматриваться по сторонам. Город ей не нравился — серый, неряшливый. Снег почти везде подтаял, обнажив грязь рядом с тротуарами, на которой почти не было заметно травы. Дома частного сектора сменились двухэтажной кирпичной застройкой серого кирпича, который в более темный цвет окрашивали потеки воды таявшего снега на крышах. Солнце в этот момент скрылось за облаками и стало совсем мрачно.

Вдруг ниссан с микроавтобусом по встречной полосе быстро обогнала зеленая нива, и ее пассажир через открытое стекло призывно замахал рукой, требуя остановиться.

— Твою мать, — неожиданно выдохнула Ольга, притормаживая вслед за фургоном. И добавила еще несколько грязных ругательств.

Василиса тоже напряглась — вышедший из Нивы здоровый парень в резиновых сапогах подошел к двери микроавтобуса и о чем-то сейчас говорил с водителем. Второй пассажир Нивы, морщась от проникающей в ботинки воды, быстрым шагом подошел к кашкаю, присмотрелся, а потом обошел машину. Глянув на задний бампер, он сразу пошел в сторону Нивы. Сунулся в салон, сказал что-то водителю и тот сразу в телефон начал говорить. Или в рацию?

— Черт, тот урод номер посмотрел! — взволнованно произнесла Ольга. Василиса заметила, что та вцепилась в руль так, что костяшки на ее пальцах побелели.

Между тем здоровый парень, который подошел к микроавтобусу, сделал повелительный жест, указывая следовать за собой.

— Может ну его, сваливать пора? — напряженно спросила Василиса.

Ольга с тревогой посмотрела на микроавтобус, потом на нее: — Володя же сказал, что все нормально будет.

— Угу, — кивнул Василиса, и повторила очень похоже, будто голосом белобрысого, — мы им сейчас ничем не поможем. Если сами не выберутся.

Между тем к перекрестку, на котором машины стояли, подъехал еще один автомобиль — когда-то белая семерка. Надсадно завывая двигателем, побитая машина — в пулевых отметинах и без половины стекол, заползла на газон — на узкой дороге места было уже мало. Из семерки сразу вышли несколько человек, недвусмысленно направляя оружие на микроавтобус.

Бугай из нивы залез в машину, и еще раз показал водителю микроавтобуса следовать за собой. После он негромко сказал что-то водителю семерки, который сразу после этого прыгнул в машину. Нива проехала немного и, скрипнув тормозами, остановилась рядом с кашкаем.

— За ними рули, — осклабившись, показал здоровый на семерку, водитель которой сразу же помахал Ольге рукой.

— Хорошо, — кивнула она, посмотрев на бугая, и медленно тронула машину с места. Водитель семерки, увидев это, нажал на газ и его машина, выбрасывая из-под колес комья грязи вперемежку с водой, развернулась и поехала в сторону противоположную той, куда уезжали Нива с микроавтобусом.

— Хорошо, хорошо, — повторила Ольга, кусая губы и поглядывая по зеркалам. Когда Нива и микроавтобус скрылись за поворотом, Ольга еще некоторое время ехала за медленно двигающейся семеркой, а потом вдруг резко закрутила руль, нажимая на газ. Кашкай повело на покрытой слоем воды дороге, хрустнуло заднее крыло от встречи с небольшим деревом, но машина быстро развернулась и буквально полетела по узким улочкам.

Василиса с трудом держалась на месте, вцепившись в ручки двери, сзади периодически вскрикивали Ира и Надя. Ольга вела машину быстро и резко, совершенно не заботясь о сохранности — несколько раз они проезжали по тротуарам, а один раз в заносе чиркнули по рекламному щиту, который сразу расцвел брызгами стекла.

Вдруг город как-то сразу кончился — потянулся деревянные дома. Ехать мгновенно стало тяжелее — асфальтовая дорога сменилась проселочной с глубокой колеей. Оскальзываясь на грязи и выплевывая из-под колес фонтаны брызг, кашкай все удалялся от центра города. Наконец показался край частной застройки — впереди виднелось белое покрывало поля, изъеденное грязью проглядывающей из-под снега земли. Ольга надавила на тормоз, и кашкай заскользил по грязи — поворот впереди был довольно крутой.

— Быстрее, быстрей! — крикнула сзади Ира, — они за нами едут!

Василиса оглянулась — действительно, белая семерка виднелась вдалеке, поднимая шлейфы воды, проезжая по глубоким лужам.

— Черт! — закричала Ольга и вместо того чтобы повернуть налево, свернула направо, на совсем неприметную дорогу по полю.

— Ты что? — вскинулась Василиса, но тут же увидела что слева дорогу перегораживает небольшой грузовик.

Двигатель кашкая судорожно заревел, преодолевая грязевую преграду дороги. Василиса обернулась и увидела, что от перегородившего дорогу грузовика наперерез по полю бегут несколько человек.

— Давай-давай-давай! — нажимая на газ повторяла Ольга сквозь сжатые зубы, пока ниссан, завывая двигателем, пробирался по проселочной дороге. Прорывался сквозь грязь кашкай не зря — впереди уже виднелась насыпь по которой проходила нормальная дорога, ведущая в сторону от города.

Несколько раз боком проехавшись по колее, кашкай буквально вгрызся в небольшой подъемчик и едва не выпрыгнул на дорогу.

— Да! — не удержалась от радостного вскрика Василиса, но тут вокруг глухо застучало, а после воздух вокруг хрустально взорвался мириадами осколков. Под испуганные крики Иры с заднего сиденья кашкай, все же выпрыгнув на асфальтовую дорогу, переехал ее и начал мягко съезжать в канаву на противоположной стороне.

— Нет, нет! — закричала Василиса, оборачиваясь к Ольге. Кашкай в этот момент дернуло — капот машины ударился в землю, и Ольга упала грудью на руль. Василиса в ужасе увидела потеки крови на ее белой куртке. Девушка дернулась, но ее не пустил ремень. Выругавшись, Василиса судорожно его отстегнула и наклонилась в раненой.

— Ольга! Оль, ты в порядке?! — только сейчас, услышав свой голос, Василиса поняла, что на заднем сиденье только что истошный крик слышался, который вдруг сейчас оборвался. Обернувшись, она увидела, как Ира наклоняется к зажмурившейся от боли Наде, рукой держащейся за окровавленное плечо.

Глухо застонав от бессильной ярости, Василиса обернулась к Ольге. Крови на той становилось все больше — крупные ее капли стекали и падали вниз по безжизненно свесившейся руке.

Вдруг в разбитом окне появилось щербатое лицо. Подошедший направлял в сторону машины оружие, вглядываясь в салон.

— Жива? — послышался хриплый голос, и девушка увидела еще одно лицо в окне.

— Да хер знает, — проговорил щербатый и дернул на себя водительскую дверь. Широко открыв ее с силой, так что петли хрустнули, он схватил Ольгу за куртку и резко дернул на себя. Девушка кулем выпала из машины, и сразу же послышался ее глухой стон.

— Вы что делаете! — вылетела из машины Василиса. По грязи, в которой оскальзывались ноги, девушка оббежала машину и бросилась к Ольге, лежащей на земле.

— Жива, — удовлетворенно произнес щербатый и обернулся, наблюдая как по дороге к ним ползет тентованный грузовичок, который до этого дорогу перекрывал.

Второй между тем говорил что-то в рацию, но Василиса не слышала — она склонилась над Ольгой и с облегчением поняла, что та живая.

— Ух ты! — раздался вдруг голос щербатого, который распахнул заднюю дверь и смотрел в салон, — да тут целый курвовоз!

— Угу, только ты их уполовинил, — хмыкнул второй.

— А что делать было — ушли бы, — покачал головой щербатый, и добавил, — к тому же я хирургически сработал, все живы!

Довольный своей шуткой, он хохотнул, а второй его поддержал.

— Ну че, сучки, вылазьте! — наклонился щербатый снова в салон.

Грузовичок, между тем завывая двигателем, выбрасывая из-под спаренных задних колес комья крупной грязи, выбрался с проселка на дорогу.

— Вылазь, епта! — рявкнул вдруг щербатый на Надю, которая сидела не шевелясь, зажимая руками окровавленное плечо. Девушка глянула на него непонимающе, а он схватил ее за волосы и резко дернул на себя.

Послышался многоголосый вскрик — Надя закричала от боли, Ира от страха, а Василиса от злости.

— Да вы что делаете-то, нелюди! — взвилась она с места.

— Хайло завали, а! — вытащив из машины кричащую от боли девушку, обернулся щербатый к Василисе. Встретившись с яростным взглядом, он замахнулся резко, но его нога на скользком склоне поехала, и этот урод едва не упал.

— Ах ты мразина! — зло закричал он и восстановив равновесие, бросился вперед.

Василиса попыталась отпрыгнуть, но стоящий рядом второй мужик схватил ее за куртку и сразу же щербатый ударил девушку в лицо кулаком. Василиса на миг потеряла сознание от удара, но тут же пришла в себя, упав ничком на грязную дорогу. И тут же девушку подбросило — кто-то ударил ее ногой в живот.

— Епть, говорливые какие! — сквозь пелену боли услышала Василиса, и тут же голову ее ожгло болью — девушку подняли за волосы и грубо толкнули в сторону грузовичка. Снова удар, снова боль и ее буквально зашвырнуло в кузов. Василиса покатилась по неровной поверхности фургона и попыталась приподняться на руках. Дыхание у нее перехватило еще в тот момент, когда ее лежащую ударили, и сейчас она широко открывала рот, пытаясь вздохнуть.

Глаза слезились и, завалившись набок, Василиса в полутьме кузова едва различила, как следом грубо закинули Иру и Надю. Кто-то из девушек плакал навзрыд, но Василиса не могла понять кто — не видела почти ничего. А может и обе плакали.

Ольгу не кинули — положили более-менее аккуратно. Как тюк.

— Не сдохнет? — поинтересовался кто-то снаружи.

— Хер знает, — Василиса сквозь слезы увидела, как силуэт на светлом фоне покачал плечами, — может и сдохнет. Посмотрим.

Сразу же борт грузовика со скрежетом закрылся, через него в кузов запрыгнул один из схвативших их, но не щербатый. Почти сразу же хлопнули двери и машина поехала. Василиса, превозмогая боль, на четвереньках подползла к Ольге и встретилась с ней взглядом. Лицо ее под слоем грязи и крови было бледным как полотно. Но глаза открыты, и Ольга пыталась что-то шептать.

Василиса понемногу начинала видеть все лучше и лучше и, скосив глаза, заметила как Надя присела, спиной облокотившись к борту, а ее поддерживает Ира. Отведя взгляд, Василиса снова посмотрела на Ольгу и, всхлипнув от бессилия, расстегнула на ней куртку и чуть перевернула раненую набок. Одна пуля попала Ольге в плечо сзади, а еще одна прошла по ребрам. Эта рана была самая кровавая. Чуть погодя Василиса заметила, что у Ольги еще и в ногу ранена — третья пуля попала ей в бедро. Пока машина ехала, единственное, что Василиса могла сделать, это снять с себя джемпер и попробовать наложить повязки. Оторвав один рукав, девушка перевязала Ольге ногу, а оставшееся от джемпера она просто приложила к ранам на боку.

Когда Василиса, оставшаяся в одной майке, запахнула на Ольге куртку, прижимая ткань к ранам, ей вдруг стало очень холодно. Василису забила крупная дрожь, даже зубы начали дробь выбивать. Наклонившись за своей сброшенной курточкой, едва не упав, Василиса с трудом одела ее. Теплее не стало, наоборот — только сейчас девушка поняла, что куртка почти насквозь мокрая — когда щербатый ее ударил, она ведь упала прямо в жидкую грязь.

Постепенно начав более-менее ощущать себя, Василиса с отвращением чувствовала прикосновение мокрой и грязной ткани к коже. Она содрогнулась, у нее неожиданно перехватило дыхание, но тут девушка почувствовала, что кто-то взял ее за руку. Вскинувшись, Василиса встретилась с Ольгой взглядом и не удержалась — беззвучно заплакав, она сжалась на коленях рядом с лежащей девушкой, истекающей кровью.


29 апреля, утро. Изразцов Евгений, окрестности города Красный Бор | Дикий мир. Гиены | 29 апреля, день. Старцев Александр, деревня Тапицы