home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Тайны подземелья и старый етти

Минут десятьдвенадцать все дружно приводили Саньку в чувство: аккуратно хлопали по щекам, тихонько и настойчиво растирали уши, осторожно массировали маленькие ступни её ног…

– Что со мной? – наконец, Александра очнулась и совершенно круглыми и испуганными глазами уставилась на мужа. – Егора, что это было? Я медленно схожу с ума? Да?

– Ничего похожего, милая, обычная истерика! – он успокаивающе улыбнулся и льняной тряпочкой тщательно стёр пузырьки зеленоватой пены, выступившие в уголках карминных губ жены, ласково погладил её по щеке. – Только очень сильная. На фоне недавнего переохлаждения организма и накопившейся общей усталости. Вот…. Давай, ты сейчас попьёшь свежего травяного чайку, а потом ляжешь спать, а? Я в чай ещё добавлю мелко нарубленного корня валерианы. Ладно? Поспать тебе, родная моя, надо хорошенько, часов десятьдвенадцать, не меньше. Прошу, не спорь сейчас со мной…

– А я и не спорю. Только, Егорушка, не надо мне сейчас никакого чая, Бог с ним…. Просто отнеси меня в спальню, очень уж спать хочется – до полной невозможности, глаза слипаются – словно сами по себе…

Вернувшись из спальни, Егор хмуро уселся на прежнее место, в два глотка допил компот, с громким стуком вернул пустую кружку на стол – словно бы круглую печать поставил на секретном документе особой важности.

– Ладно, на сто пятьдесят процентов права Санька: теперь и жизнь у нас общая, камрады, и беды так же…. Поэтому предлагаю забыть напрочь: кто в прежней жизни – в какой секретной и подлой конторе – трудился…. Не до этого сейчас, надо думать о сегодняшних печальных реалиях. Принимается такое простейшее предложение? Чего тупо молчите и старательно прячете глаза? Стесняетесь, наверное, соплеменники? Уписаться можно – ровно пятьдесят раз в один и тот же подгузник! Прожжённые рыцари плаща и кинжала стесняться, видите ли, изволят! Ладно, можете не отвечать, просто головами чутьчуть покивайте – если согласны с моими убийственными аргументами…. Вот, молодцы! А ты, Вера Попова, чего не киваешь? Кивнула, а я, невнимательный такой, и не заметил? Что ж, извини своего непутёвого славянского вождя, не досмотрел…. Ладно, перехожу непосредственно к делу. Если я всё правильно помню, друг Симон, то данную пещеру нашёл именно ты? Ага, точно. А потом именно ты начал и по стенкам стучать в дальнем тупике. Ведь так? Молодец, парень! Ведь как учил нас бессмертный классик? Правду говорить – оно легко и приятно, одно сплошное удовольствие…. Продолжаю, – Егор буквальнотаки впился взглядом в стеснительные глаза Брауна и спросил – одновременно проникновенно и требовательно: – Что спрятано за той стенкой, родимый?

Сеня мимолётно и тревожно переглянулся со своей женой, по его скулам начали резво перекатываться упругие и крупные желваки, на лбу выступили мелкие капельки пота.

«Вот он и наступил – решающий момент!» – взволнованно и нетерпеливо зашептал внутренний голос. – «Или сейчас Симон расколется – как подгнивший грецкий орех. Или, уже никогда…».

– Чего уж тут, – очень тихо зашептала Вера, многозначительно подмигивая и строя странные гримасы – с намёком на повышенную осторожность. – Давай, Симон, расскажи командиру всё. Действительно, очень похоже, что нас всех пошло подставили, и грубо использовали – как последних дешёвых шлюх…. Ну, давай…

Покорно вздохнув, Сеня решительно поднялся с толстого ольхового чурбака, прошёл в дальний угол столового помещения, неуловимым движением вынул из стены пещеры небольшой камушек, ногтем мизинца поддел какойто предмет, спрятанный в открывшемся отверстии, потянул, вытащил и продемонстрировал всем присутствующим маленький чёрный цилиндрик, звонко щёлкнул невидимым тумблером, смущённо и тихо произнёс:

– Вот, теперь он отключён, можно говорить совершенно спокойно, не опасаясь чутких чужих ушей…

– Дистанционный американский микрофон на долгоиграющих батарейках? – со знанием дела, многозначительно ухмыльнувшись, спросил Генка Федонин.

– Он самый…. Сейчас я вам, соплеменники, всё расскажу. Дело было так…. У нас с Верой в Барселоне было зарегистрировано небольшое агентство по торговле недвижимостью, ещё одна маленькая туристическая фирмочка с ерундовым оборотом…

– Не стоит сейчас всё это нам рассказывать, время тратить попустому! – Егор непреклонно и жёстко перебил Брауна. – По целому ряду причин – не стоит. Кто конкретно вербовал, да что конкретно обещал, чем конкретно угрожал…. Это совершенно лишнее, потому как запросто может оказаться полной и откровенной лажой: под надводной частью айсберга чего только не скрывается…. Я вот, к примеру, уже тоже не уверен, что работаю именно на ФСБ. По крайней мере, совершенно не удивлюсь, если самое главное руководство Службы не ознакомлено с этим важным фактом. А руководители средних звеньев, они могут трудиться и на нескольких богатеньких хозяев сразу…. Такая вот нехитрая прописная истина! Причём, добросовестно трудиться, тщательно маскируя истинные цели и задачи операции…. Поэтому, Семён, не грузи нас лишней информацией. Коротко и доходчиво доложи только о сути вашего с Верой задания. Именно, о сути…

– Есть доложить! – подчёркнуто браво козырнул Сеня и широко улыбнулся, – сразу стало ясно, что такой подход – с пропуском названий, имён, фамилий, званий и дат – его более чем устраивал. – Суть задания следующая: в начале лета, в июнеиюле, показать вам эту прекрасную пещеру, а после начала всяких разных природных катаклизмов – уговорить переселиться в неё на зимовку, в заранее намеченных точках установить, тщательно замаскировать и запустить в работу микрофоны, которые были уже заранее спрятаны в пещере. Вот и всё, если совсем коротко…. А мне даже уговаривать никого не пришлось: тебе, командир, и самому пещера приглянулась…. Нам с Верой клятвенно пообещали, что в сентябре следующего года нас вытащат – в обязательном порядке – на Большую Землю. Заплатили сразу, ещё в Барселоне, очень хороший аванс…

– Полмиллиона долларов? – всезнающе улыбаясь, уточнил Егор.

– Так точно! Что находится за той стеной, я не знаю. Честное благородное слово! Просто имею однозначные и строгие инструкции – тщательно оберегать её, никого не подпускать даже близко. Скорее всего, там установлен мощный автономный передатчик: микрофоны передают звук на передатчик, он, в свою очередь, транслирует все разговоры на какойнибудь там специальный секретный спутник, ну, и так далее…

– Сколько всего в пещере установлено микрофонов?

– Кроме этого ещё два: снаружи, рядом с входной дверью, и в банном помещении…. Могу показать и отключить прямо сейчас!

Только через несколько минут Егор прервал установившуюся чуткую тишину:

– Ладно, на сегодня хватит признаний и откровений! Тёмная ночь уже на дворе…. Значится так, славяне! Завтра, как проснётесь, сразу же выньте из стен все микрофоны и уничтожьте. Как? Да самым безжалостным образом, без малейших сомнений и колебаний. На мелкие части раздробите, а образовавшуюся пыль развейте по ветру…. Нечего церемонится с нашими неизвестными и жутко таинственными «исследователями» и «экспериментаторами». Пусть знают, засранцы, что мы совершенно не настроены – покорно и безропотно вылизывать их хитрые задницы…. А я – на нежном и трепетном рассвете – прогуляюсь к логову красных койотов. Отработка числится за ними. Вот и хочу дать нашим лохматым друзьям одно маленькое, но очень ответственное поручение…. С этой тайной стенкой потом разберёмся, без спешки и суеты. На этом всё, славяне. По базе славного племени объявляется – «Отбой!». Спокойной ночи, дорогие товарищи, спите крепко и спокойно!

Хорошо бежалось, что называется, в охотку: лыжи скользили на удивление плавно и мягко, по всему телу разливалась приятная лёгкость, мышцы – и всякие прочие мускулы – откровенно радовались этой необременительной физической нагрузке. В низких зимних кустах, густо покрытых светлосиреневым инеем, беззаботно и легкомысленно перекликались мелкие озябшие пичуги, розовоморозный краюшек солнца робко и ненавязчиво поднимался над неровной, густочёрной линией горизонта.

«Русская зима, всё же, великое дело!» – весело подумал Егор. – «Для тех, кто, конечно, понимает…».

Первых койотов он увидел в двух с половиной километрах от логова: три тёмных фигурки неподвижно застыли на вершине невысокого холма, внимательно и вдумчиво осматривая окрестности.

Завидев одинокого путника, южноамериканские степные волки сперва насторожились, беспорядочно и суетливо забегали тудасюда, но уже через тридцатьсорок секунд, видимо, узнав, принялись тоненько скулить и звонко повизгивать, демонстрируя свою искреннюю радость и полное уважение. Один из койотов со всех ног, намного опережая Егора, отчаянно рванул по направлению к логову, двое других дисциплинированно остались на своём сторожевом посту.

Савелий предусмотрительно ждал его у самого входа в горную тупиковую расщелину, где совсем ещё недавно и состоялось то памятное сражение со странными и злобными медведямишатунами: стоял на плоской макушке высокого гранитного валуна, тяжело опираясь на массивную рогатину и низко склонив огненнорыжую голову к заснеженной земле…

– Привет тебе, Вожак! – не доходя метров двенадцать – по причине острого и нестерпимого звериного запаха – до приметного камня, Егор остановился и сдёрнул с головы бобровый треух. – Что, смотрю, ты слегка приболел? Неможется? Устал?

– Да так, ерунда. Общее недомогание…, – Савелий неопределённо пожал широкими, густоволосатыми плечами. – Поясницу с вечера ломит. Колени дрожат. Холодная испарина донимает. Боковые клыки режутся. Дёсны опухли. Переходный период, наверное…. Да Бог с ним, пройдёт. Я на это не обращаю внимания. Почти не обращаю…. Других забот много. Всяких. Очень – много…. Какими судьбами, Вождь? Чем обязаны? Или, помощь нужна?

– Хочу вот поздравить тебя, друг, с наступающим Новым годом. Пожелать всякого, чего сам считаешь нужным – пожелать себе…. Вот, мой скромный подарок, – Егор медленно положил на ближайший берёзовый пенёк, торчащий из приземистого сугроба, старенькую тэтэшку, кратко пояснил: – Там полная обойма. Это чтобы тебе было чем отбиваться от коварных и подлых медведей, если они, понятное дело, снова пожалуют в гости…. Полезная вещь. Не «Калашников», конечно же, но всётаки…

– Спасибо большое! Чем могу отслужить? Прямо, прошу, говори. Я ведь тебе ни молоденькая девицаскромница…. Не ходи вокруг да около. Говори, Вождь!

– Да, понимаешь, какойто Снежный Человек неожиданно объявился в наших благословенных краях. Ходит, сволочь такая, бродит, зайцев ворует из петель, куропаток и рябчиков таскает из силков…. Нехорошо это, неправильно. Да и вообще, не люблю я такие загадочные непонятки…. Мне, если совсем честно, и своих проблем хватает – по самое не могу, выше любого местного сугроба. Целое племя, как никак, сидит на загривке, прибавления вот ждём в скором времени…. А тут, понимаешь, непонятное чудище бродит гдето рядом. Ничего не знаешь про этого вороватого етти?

Убогий (или – юродивый?) задумчиво и громко почесал свою рыжую волосатую щёку, утробно икнул:

– Видел я его следы. Даже нюхал. И мои койоты нюхали. Это не зверь. Нет, точно, не зверь. Скорее всего – обыкновенный человек…. И опасности от него нет никакой. Моей стае он неинтересен. Но если тебе, Вождь, надо, то мы найдём его…. Найдём и убьем…

– Нетнет! – торопливо возразил Егор. – Раз он не опасен, то не надо его убивать. Просто…, – он немного помялся, не зная как правильно объяснить. – Просто, передай ему, пожалуйста, если увидишь, конечно, что я приглашаю в гости…. Понимаешь?

– Понимаю. Отработаем. В лучшем виде отработаем…

Наступило долгожданное и тихое, предпраздничное утро тридцать первого декабря, канун Нового 2020 года.

– Предлагаю следующую оригинальную повестку сегодняшнего дня, – торжественно и пафосно объявил Егор во время раннего утреннего завтрака: – Наши женщины, без всякой нездоровой суеты и нервной спешки, занимаются обычными приготовлениями к предстоящему празднику: нашу пещеру тщательно подметают, намывают и украшают всякими красивостями, пыль протирают, ёлку наряжают, готовят разные вкусности и напитки…. А что такого? Печь уже растоплена, золу из топки и поддувала я выгреб ещё с вечера, сухих колотых дров в достатке, отличная ёлка уже срублена…. Так что мужская помощь, на мой скромный взгляд, и не требуется. Тем более что наши женщины – ни какието там обычные, современные и изнеженные тётки, а самые натуральные славянки: выносливые, сильные, жилистые, закалённые в разных боях и передрягах…. Мужчины же сегодня займутся единственным достойным настоящих мужчин делом. А именно, поиском разнообразных приключений и неприятностей на свои крепкие, на совесть продубленные задницы…. Попрошу не возражать, товарищи подчинённые! Мы почти семь месяцев жили исключительно разумной и рациональной жизнью: делали только то, что требовали конкретные жизненные ситуации, выверяли и просчитывали каждый шаг и шажок, соразмеряли свои желания с реальными возможностями…. А сегодняшний день, он насквозь особенный! Вы, любезные мои, конечно, знаете знаменитую русскую пословицу: – «Как новый год встретишь – так его и проведёшь»? Так вот, я настроен провести весь следующий год исключительно бодро и весело: в различных бесшабашных приключениях и разнообразных авантюрах…. Очень серьёзно, причём, настроен! Поэтому сейчас все мужчины племени дружно отправляются ломать эту непонятную стену и тщательно обследовать спрятанные за ней подземные помещения и тайники…. Абсолютно все споры и вопросы – на неопределённое время – отменяются. Взяли, отважные конкистадоры, три масляных светильника, десяток сосновых факелов, топоры и лом. Попрошу доблестных идальго неукоснительно следовать за мной! Шпаги и рапиры – обнажить! Нас ждут великие и удивительные дела, полные неожиданных открытий и…

– Остановись, дорогой! – решительно прервала его Санька, чтото усердно толкущая каменной ступкой в глубокой деревянной миске. – Вопервых, спасибо большое, что назвал нас «натуральными славянками, выносливыми, жилистыми и сильными». Вовторых, никто с тобой и не думает спорить…. Зачем же нам, «натуральным славянкам», спорить со своими законными мужьями? Если они (мужья), конечно же, являются «натуральными мужиками», сильными, благородными и любящими? Вы все, безусловно, являетесь таковыми! Правда ведь? – мимолётно и улыбчиво переглянулась со своими подружками. – Так что, парни, идите со спокойными сердцами, крушите – в полную и окончательную труху – данную секретную стену, ищите за ней свои увлекательные приключения. А также сюрпризы, неприятности, несметные сокровища, далее – строго по длинному списку…. Но есть и, втретьих. А именно. Приключения – приключениями, а здоровье – здоровьем…. С этим беспокойным калейдоскопом событий, мы с вами совсем забыли про такую теоретическую зимнюю неприятность – как цинга. Понятно я излагаю? Что, Сеня напрасно тогда у урода Петрова выпрашивал семенную картошку? Кстати, Симон. Про картофель это тебе кураторы подсказали? Ну, те, которые из неизвестной зарубежной секретной спецслужбы? Да, не обижайся ты, ради Бога! Тоже мне, недотрога импортная, хрустальная…. Это я так шучу. Перетёрли же всё уже. Вера, успокой своего нервного супружника! О чём это я, то бишь? Так вот, славяне. С сегодняшнего дня начинаем картофельной кашицей регулярно протирать дёсна! Повторяю для недалёких и непонятливых индивидуумов, то есть – для мужчин: сырую картошку есть не надо, зачерпнули по ложке данной массы, забросили в рот и в течение десяти минут указательным пальцем тщательно втираем её в дёсны. Палец устал? Поменяйте на другой! Всё понятно? Прошу отнестись к этому мероприятию со всей серьёзностью! Сачков и бессовестных лентяев ждут абсолютно нешуточные супружеские санкции и штрафы, не подлежащие амнистии…

Егор ещё раз тщательно обстучал подозрительную стену, подобрал маленький отколовшийся кусочек, лизнул, скривился и сплюнул в сторону, со значением посмотрел на Генку и Симона, хитро подмигнул:

– Ладно, приступайте, братцы! Выбиваем – вот здесь и здесь – некое подобие двери: пол метра на полтора. В том смысле, что вы выбиваете её – со всем своим старанием – а я вас трепетно страхую с «Калашниковым» в руках. На случай всяких непредвиденных и паскудных сюрпризов…. Поехали, благословясь!

Только через полтора часа (очень уж крепкой оказалась искусственная кладка!), удалось пробить отверстие заказанных размеров.

– Полезли, славяне! – веско и коротко скомандовал Егор, и первым – с горящим факелом в правой руке, держа указательный палец левой на спусковом курке автомата – мягко проскользнул в «дверной проём»…

Тишина – вязкая, таинственная, пахнущая заплесневелой древностью и вековыми страшными тайнами. Чёрный вечный мрак с нескрываемой неохотой медленно отступал в стороны – под воздействием яркого света от двух активно горящих факелов и одного самодельного светильника, работающего на топлёном барсучьем жиру – желтоватом и вонючем сверх всякой меры…

– Командир, посмотри направо. Бред полный, патентованный, – жарко зашептал ему в ухо Федонин. – Что это такое, а? Хрень какаято, право слово…

В указанном направлении скупо и ненавязчиво мелькали зелёные и красные огоньки, слышалось какоето подозрительное потрескивание, лёгкое ворчание и мягкое шипение…

– Может, пальнуть туда – чисто на всякий случай? – предложил рассудительный Симон, недвусмысленно щёлкнув предохранителем.

– Отставить! Быстро отщёлкнул обратно! Медленно подходим, похоже, это просто какойто безобидный прибор, только очень большой…

Агрегат откровенно впечатлял: длинной – метра три, высотой – метра полтора, многочисленные, беспрестанно мигающие цветные лампочки, квадратные и прямоугольные сероскучные экраны дисплеев, на верхней плоскости неизвестного прибора величественно и медленно вращалась вогнутая тёмнозелёная сетка…

– Радар какойто? – не очень уверенно предположил Егор, тыкая пальцем во вращающуюся сетку.

– Нет, друзья мои боевые, мне эта неуклюжая бандура напоминает совсем даже другое…. Насквозь противоположное! – озабоченно и опасливо покачал головой Генка. – Скорее всего – гадом буду – данная машинка имеет однозначно двойное предназначение. Вот та низенькая часть – явный передатчик. А эта, скорее всего, излучатель какихто необычных волн.…Уж ято понимаю во всяческих физических салатах и огрызках!

– Излучатель?! Так эти умники – ко всему прочему – на нас постоянно направляют всякие сволочные волны? Мать их козлов! – от души возмутился Егор. – Ято, по своей наивности, думал, что облучение всей округи произошло во время взрывов, когда «грибы» поднялись над тем химическим военным объектом…. Да, какие коварные гниды…. На редкость коварные!

Сеня Браун задумчиво почесал в затылке и абсолютно логично предложил:

– Так что, командир, разнесём этот ящик на отдельные детальки?

– Обязательно разнесём! – тут же согласился Егор. – Только – максимально соблюдая осторожность, чтобы не рвануло чего…

– Внимание! Внимание! Внимание! – неожиданно раздался противный механический голос. – В случае попытки вывести установку из строя, или причинить ей значимый вред, незамедлительно будут активированы взрывные устройства! Повторяю, незамедлительно будут активированы взрывные устройства, установленные во всех помещениях подземелья! Взрывы произойдут ровно через две минуты после начала активации! Повторяю, ровно через две минуты!

– Может, блефуют, засранцы гнилые и дешёвые? – нервно предположил недоверчивый Федонин, вопросительно посмотрев на спутников.

Словно отвечая Генке, приятным яркозелёным светом уверенно загорелся большой квадратный экран, бывший до этого момента безнадёжно серым. На зелёном фоне тревожно и угрожающе замигали чёрные цифры: – «120».

– Внимание! Внимание! Внимание! – снова настойчиво загундосил насмешливый механический голос. – Немедленно отойдите от установки на десять метров! Немедленно отойдите от установки на десять метров! Повторяю – в соответствии с полученными Инструкциями – последний раз: взрывы будут осуществлены через две минуты после начала активации! Ровно через две минуты! Повторяю…

– Ладно, уговорили! – Егор небрежно махнул рукой. – Отходим, соплеменники! Ну, их – этих нервных господ – куда подальше…. Пусть успокоятся немного…

Ещё через пятнадцатьсемнадцать секунд яркозелёный экран успокаивающе подмигнул и послушно, зашипев безвредным ужом, медленно погас.

– Да, в отменносерьёзное дерьмо мы вляпались! – печально подытожил Генка. – В очень вонючее и скользкое…. Что теперь будем делать, командир?

Егор флегматично пожал плечами:

– Что тут поделаешь, мать его? Если похорошему, так надо срочно уносить ноги из этой заминированной пещеры, и прямо завтра переселяться в Алёховщину, к Пугачёвым…. Только вот, взрослая зима стоит на пороге, и, если прикинуть внимательно, то в двух избах нам будет слегка тесновато…. А может, всё же, разместимся какнибудь? Постепенно перетащим в Алёховщину все наши припасы, одежду и прочие бытовые вещи, дров впрок заготовим заново – в текущем режиме…. А, братьяславяне? Надо всё тщательно взвесить, крепко обмозговать. В тесноте да не в обиде, как говорится…. И без этого непонятного облучения…. Намто ладно. Мы своё уже и так, без всяких сомнений, получили, а вот дети – у матерей в животах? Имто всё это безобразие совершенно ни к чему, я думаю…

– Можно до поздней весны и тут совершенно спокойно пересидеть. А как сойдут серьёзные снега, так сразу же в окрестностях Алёховщины найдём подходящие сухие площадки, выкопаем просторные и надёжные землянки. Вот тогда и переселимся – без суеты и лишней спешки, – невозмутимо предложил Сеня Браун и совершенно логично поинтересовался: – Сейчасто что, Егор Петрович? Обратно вернёмся – от греха подальше? Типа, сдёргиваем к родным пенатам?

– Предлагаю: остаться здесь ещё на парутройку часов, и продолжить нашу экскурсионную прогулку! – отважно вмешался Генка. – Может, найдём другой выход на земную поверхность…. А что? Вентиляциято явно присутствует. Причём, совсем даже и не слабая! Значит, и выход на свежий воздух должен обязательно отыскаться…

Обойдя, соблюдая разумную осторожность, передатчикоблучатель стороной, они медленно и неторопливо пошли по подземелью, высоко подняв над головами сосновые факелы и внимательно осматриваясь по сторонам.

– Похоже, что это очень большое помещение! – минуты через три с половиной удивился Егор. – Площадью в несколько десятков тысяч квадратных метров…. Ага, вот и противоположная стена, похоже. На этом всё, тупик…

– Нет, командир! – обрадовано сообщил Генка, шедший первым. – Смотри сам, тут же большая дырка в полу, грубые ступени вырублены в камне…. Спускаемся?

– Почему бы и нет? Давай посмотрим – что же там, на самом деле…. Только прошу быть настороже. Пальцы неукоснительно держать на спусковых курках!

Каменная лестница, ведущая вниз, оказалась достаточно длинной.

– Я насчитал ровно сто семьдесят семь ступеней! – дисциплинированно доложил внимательный Симон. – Они вырублены явно вручную, оченьочень давно, с использованием самых грубых и примитивных орудий…

Этот подземный зал, пожалуй, был не меньше первого, верхнего. Пройдя вперёд метров двести пятьдесят, они ожидаемо упёрлись в неровную ребристую стену, поверхность которой была – тут и там – покрыта узкими и широкими прямоугольными отверстиями.

– Это называется – горные штреки и штольни! – важно изрёк Федонин. – Я в этом деле всё понимаю. В Ленинградском Горном Институте учился, по специальности РТ: техника и технология проведения разведывательных работ…. Круче этого заведения – только обратная сторона Луны. Или Юпитера, к примеру….

– Всёто он знает, всёто он понимает! – незлобиво проворчал себе под нос Егор. – Да сколько же здесь этих горных выработок и ходов? И не сосчитать…. Попробуй, определи, какая из них твоя, в смысле – нужная, полезная и спасительная…

Через пятьшесть минут Генка мудро и вдумчиво предложил:

– Смотритека, братцы мои: все штреки имеют прямоугольные сечения, только вот у этого вертикальной проекцией является правильная, яковыраженная призма…. Что скажите? Думаю, что данный ход и надо тщательно облазить, осмотреть…

– Сходим, посмотрим, – легко согласился Егор. – Только попрошу – без излишнего и глупого фанатизма! Не стоит чрезмерно увлекаться, нам сейчас только заблудиться и не хватает – для полного и окончательного счастья. Генка, освещая дорогу, идёт первым. Сеня – с автоматом в руках – следует вторым. Я замыкаю походную колонну, не отрывая левой ладони от стены: учили когдато, что это единственноверный способ, не дающий окончательно заблудиться в предательском и хитром лабиринте…

Через семьдесятвосемьдесят метров подземный ход коварно и неожиданно разделился на два.

– Идём по левому! – подумав секунд пятнадцать, приказал Егор.

Последующие сорок пять минут он отдавал аналогичную команду ещё четыре раза – сугубо, чтобы случайно не заплутать.

– У этого дурацкого подземелья – никакого конца и края не наблюдается! – не выдержав, нудно заныл Симон. – Егор Петрович! Давай обратно выбираться…. К дому, к девчонкам! Чем скорее, тем лучше…. Неуютно здесь както, потолок давит, и вообще…. Очень жарко стало. Я уже весь пропотел насквозь. А тут сквозняк очень сильный…. Так и простудится недолго, даже и серьёзное воспаление лёгких подхватить, пневмонию, научно выражаясь….

Действительно, температура окружающего воздуха заметно поднялась, визуально – по ощущениям – преодолев плюсовую пятнадцатиградусную отметку. Пришлось в срочном порядке сбросить кожухи и расстегнуть все имеющиеся в наличие пуговицы.

– Предлагаю идти дальше! – в очередной раз продемонстрировал природное поволжское упрямство Федонин. – Надо хоть чтонибудь полезное отыскать. Всё равно что…. Нельзя возвращаться без трофеев – это очень плохая примета. Честное благородное слово! Мне не верите? Тогда у Одиссея спросите! Очень уж нехорошая примета…

Егор решил пока не встревать в этот бестолковый спор, решив про себя, что полчаса у них, как минимум, ещё есть. Да и про плохую конкретную примету Генка не врал, была такая…

Неожиданно очередной левый коридор вывел путников в просторный, идеально круглый зал – диаметром метров шестьсотсемьсот – в котором царил неяркий, но очень приятный человеческому глазу свет.

– Ничего себе картинка маслом! Я в полном шоке! Прямо как в фантастических американских фильмах! – совершенно подетски обрадовался Генка, медленно подходя к вогнутой стене, густо изрезанной прожилками неизвестной жёлтозелёной горной породы. Именно от этих странных прожилков и исходило мягкое свечение, однозначно и непреложно побеждая всесильную подземную тьму.

– Ребята! А здесь на стене картинки нарисованы какието! – громко и радостно известил Сеня Браун. – Идите скорее сюда!

На широких базальтовых полосах, размещённых между святящимися прожилками, явственно просматривались непритязательные рисунки, выполненные, как в первый момент показалось Егору, маленьким ребёнком.

Крохотные человеческие фигурки с копьями в руках, лоси, олени, медведи, рыси, лошади, собаки, гуси, утки.… Впрочем, местами встречались весьма даже экзотические и одиозные персонажи: гигантские мамонты и крохотные мамонтята, динозавры и огнедышащие драконы с узорчатыми крыльями за спиной, тигры с гигантскими заострёнными клыками, длинные и толстые змеи с двумя головами…

– Ведь это, если хорошенько вдуматься, художественное творчество настоящих пещерных людей…. Которые – не нам чета! – неожиданно загрустил Генка.

По середине подземного зала громоздились разнокалиберные деревянные ящики и ящички, сундуки и сундучки, плотно чемто набитые кожаные мешки и мешочки…. Сеня Браун ловко и сноровисто – с помощью толстого бронзового тесака – вскрыл самый большой и объёмистый ящик, после чего разочарованно присвистнул:

– Какието непонятные прямоугольные и квадратные плиты, командир! Вернее, очень странная жёлторозовая мозаика…. Вообщето, красиво, конечно…

Федонин был куда более эмоционален:

– Увалень ты, Симон, заграничный, вот ты кто! Чмо иностранное, совсем даже необразованное! Это же знаменитая и легендарная Янтарная комната! Понимаешь, дурилка картонная? Это же всё стоит – миллионы и миллионы долларов! Это же….

– А нам с того какая польза? – недоверчиво поморщился приземлённый Сеня.

– Да как – какая?! – Генка от нешуточного возмущения даже высоко подпрыгнул на месте. – Выбираемся на поверхность, дожидаемся, когда в прямой видимости появляется беспилотник, и доходчиво сообщаем о нашей находке…. Об эпохальной и сенсационной находке! Это же событие мирового, планетарного значения, блин! Выдвигаем скромные, но одновременно и завлекательные требования: Янтарная комната – в обмен на нашу полную и абсолютную свободу…. А, командир, как думаешь? Прокатит?

– Может, и прокатит, а может, и нет, – меланхолично ответил Егор, медленно и лениво перебирая содержимое одного из средних по размеру сундуков. – По крайней мере, можно будет попробовать: в любом, даже самом пиковом случае, мы совершенно ничего не потеряем…. Кстати, тут кроме Янтарной комнаты хватает и прочего занимательного барахла: золотых украшений с брильянтами и прочими самоцветами, жемчугов всяких и разных, прочих – дублонов, соверенов и ефимок…

– Ух, ты, мать моя женщина! – заворожено воскликнул Сеня, заглянув через Егорово плечо. – Диадемы, короны, браслеты, медальоны, кольца, серьги, монеты…. Да как много! Вот барышнито наши обрадуются! Вот же запрыгают и бросятся в пляс….

– Лишь бы не передрались только, деля эти блестящие побрякушки, – ехидно усмехнулся Егор. – Готовьте, господа, вещмешки и рюкзаки. Будем загружать в них законную богатую добычу…. Ген, взгляника, а что понапихано вон в те пузатые кожаные мешки?

– Иконы, сэр! – через пару минут непринуждённо доложил Федонин. – Большие и маленькие, по виду – очень даже старинные, тоже все щедро усыпанные, как и полагается, жемчугами, самоцветами и всем прочим…

– Прихвати с собой парочку, которые полегче!

Они уже тронулись в обратный путь, сгибаясь под тяжестью военных новогодних трофеев, когда из совершенно неприметного бокового коридорчика раздалось громкое, пронзительножалобное мяуканье.

– Кыскыскыс! – Генка Федонин моментально сбросил на каменный пол – со страшным грохотом – свой неподъёмный рюкзак, и торопливо опустился на колени перед входом в штрек, высоко подняв факел над головой: – Иди сюда, бродяга, не бойся, я же тебя не съем. Шагай ко мне…. Кыскыскыс!

Через минуту из подземного хода показался крошечный белочёрный котёнок: худющий, дрожащий, симпатичный, до смерти испуганный.

– Жрать, небось, очень хочешь? – озабоченно поинтересовался рассудительный Сеня Браун, доставая из кармана штанов копчёное утиное бедро, завёрнутое в чистую холстину. – На, малыш! Подкрепись немного…

Котёнок, жадно и громко урча, не заставил просить себя дважды и незамедлительно впился острыми белоснежными зубами в утиную конечность, с благодарностью и обожанием поглядывая на своих новых знакомых.

– Гена! – строго велел Егор. – Пометь какнибудь этот штрек! Только поприметней…. Котярато, явно, сюда пришёл из обитаемых мест. Надо будет потом обязательно пройтись по этому ходу, серьёзно осмотреть всё. Должен же быть другой выход. Обязательно – должен! Ведь какимто макаром те новгородские – ныне покойные – деятели обошли все минные поля и военные посты. Скорее всего, они под землёй и прошли. Не вижу я чтото других достоверных и разумных вариантов…

Федонин долго думать не стал, достал из рюкзака тяжёлый золотой браслет, щедро украшенный кровавокрасными рубинами и нежнозелёными изумрудами, и небрежно повесил его на длинный и уродливый каменный нарост, расположенный рядом с входом в «кошачий» коридор…

Женская половина славянского племени встретила своих мужчиндобытчиков оглушительным и радостным визгом. Причём, было совершенно непонятно, чему непредсказуемые девчонки обрадовались больше: многочисленным и тяжёлым золотым украшениям и драгоценностям, или крохотному живому существу, умеющему ласково мяукать и нежно урчать….

Естественно, тут же и сразу загорелся жаркий и бестолковый спор – относительно имени нового пещерного жителя. Было предложено несколько десятков различных вариантов, не отличающихся, впрочем, особой оригинальностью: Барсик, Пушок, Васька, Матроскин, Мурзик, Мефодий, ну, и так далее…. Кот же не обращал никакого внимания на весь этот шум: плотно и вдумчиво поел, он сразу же завалился спать – на толстой войлочной кошме, постеленной около горячего бока печи, на совесть натопленной ещё с самого утра.

– Пускай наш счастливый найдёныш сам выберет себе имя! – высказался в свою очередь Егор. – Давайте по очереди, не перебивая друг друга, громко и чётко звать его. На каком имени котёнок проснётся и приподнимет голову, значит, так ему и называться…

Предложение было встречено с горячим энтузиазмом, снова в пещере зазвучали самые разнообразные имена и клички:

– Барсик! Пушок! Васька! Матроскин! Мурзик…

Но добрых пять минут ничего, ровным счётом, не происходило. И только когда Сашенция громко воскликнула: – «Аркашка!», котёнок неожиданно проснулся, грациозно потянулся всем своим худеньким тельцем, повернул голову в сторону Саньки и промяукал в ответ чтото приветственное.

– Ура! – дружным хором заголосили остальные славяне. – Добро пожаловать в наши славные ряды, друг Аркаша!

Солнце уже торопливо и неряшливо готовилось к крепкому сну, успешно завершая этот последний день уходящего года, когда они – весёлой и беззаботной компанией – выбрались на свежий зимний воздух. Славянские барышни украсили себя – с головы до пят – различными драгоценными изделиями, каменья которых нестерпимо сверкали в лучах вечернего заходящего солнца, мужчины же скромно ограничились автоматами и пистолетами.…

На снег перед пещерой Егор осторожно выложил две старинные иконы, найденные на втором этаже подземелья, Генка и Сеня аккуратно пристроили рядом тяжёлую янтарную плиту, прихваченную с собой.

– А где же наш Аркаша? – слегка заволновалась Вера Попова. – Его что же, заперли в душной пещере? Почему? Маленькому ведь тоже хочется погулять…

– Тихо, – зашипел Егор злым шёпотом. – Тихо. Незачем всему миру рассказывать об этой усатой находке. Наши «экспериментаторы» могут насторожиться, подумают ещё, что мы нашли под землёй путь к свободе…, – продолжил уже обычным голосом: – Давай, Гена, излагай суть нашего оригинального предложения! Вон он, беспилотник! Висит, родной, на своём обычном месте, чуть правее Чёрного озера…

Федонин, сделав несколько шагов вперёд, задрал голову к небу, картинно воздел руки над головой и заговорил – громко, размеренно и значимо:

– Уважаемые господа, мистеры, сеньоры, товарищи и олигархи! Я обращаюсь ко всем, кто меня слышит. Нам удалось отыскать в одном из залов обширного подземелья знаменитую Янтарную комнату. Дада, ту самую, господа, без всяких сомнений! Вот на снегу лежит один из её фрагментов, можете полюбоваться вволю…. Здесь не обманывают, уважаемые сеньоры! Кроме того, там же нами было обнаружено несколько больших сундуков, доверху наполненных золотыми украшениями, содержащими значимое количество драгоценных камней…. Больших сундуков? Нет, дорогие мои: гигантских сундуков! Обратите внимание на женскую часть нашего славного коллектива! Впечатляет? Да, сейчас вы можете лицезреть и бриллианты, и изумруды, и сапфиры, и рубины…. Про жемчуга я просто молчу, как о пошлой мелочи, не заслуживающей вашего драгоценного внимания.… А ещё там очень много старинных золотых монет! – лёгким и небрежным движением Генка достал из кармана штанов увесистую пригоршню дублонов и ефимок, презрительно бросил на сиреневый снег: – Всего, по моим очень скромным оценкам, только всё найденное нами золото весит несколько тонн…. Ещё наличествуют порядка двух с половиной тысяч старинных и уникальных икон, очень древних и дорогущих…. Мы предлагаем вам, кем бы вы ни были, очень выгодную сделку: обмен всех этих бесценных драгоценностей на нашу свободу. Что, вас это не интересует, господа? Советую ещё раз тщательно подумать! Мы готовы безжалостно уничтожить все наши бесценные находки…. Я совершенно не шучу! – Генка, не торопясь, подошёл к янтарной плите и сильно ударил по ней прикладом «Калашникова», плита тут же покладисто треснула и послушно раскололась на несколько составных частей…

– Эйэй! – искренне возмутился Егор. – Чего это ты творишь, морда невежливая, поволжская? А? Мы с тобой так не договаривались!

– Извини, командир, увлёкся немного! – покаянно и виновато улыбнулся Федонин. – А, с другой стороны, как ещё разговаривать с этими погаными уродами?

– Господа! У нас, кажется, намечаются незваные гости, – голосом светской львицы оповестила Санька, не отрывая глаз от немецкого бинокля.

Егор внимательно посмотрел в том же направлении: со стороны Алёховщины к пещере приближалось несколько тёмных точек.

– И кто это будут такие? – обеспокоено поинтересовался он у жены.

Сашенция загадочно улыбнулась и царственным жестом протянула ему бинокль:

– Очень похоже, милый, что это просто красные койоты конвоируют к нам несчастного Снежного Человека…. Ты же просил об этом Савелия?


Смелые версии и неприятные разговоры | Двойник Светлейшего. Гексалогия | Старый етти по имени Платон и новогодний праздник