home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Пролог

 

Затишье у нас, значит можно вздохнуть посвободнее. Судя по сводкам, что утром зачитывал замполит дивизиона, наши дерут фрицев в хвост и в гриву где-то в Донбассе, а мы так, прохлаждаемся. А что, заслужили передышку после закончившегося три недели назад наступления. Может, кому эти отбитые тридцать километров покажутся мелочью… А вот приезжайте к нам, если так кажется.

Командир полка, майор Потифоров, говорят, примеряет к погонам ещё одну звёздочку. Пусть, нам-то что? Главное, что он умудрился где-то выцыганить на два дня передвижной банно-прачечный пункт. Успеем помыться, постираться, да заодно повыведем шестиногих фашистских диверсантов - чего уж скрывать, встречаются. Немного и не часто, но бывают. Правда, как говорит товарищ капитан Алымов, они на нас от голода дохнут. Шутит, конечно, дивизионный - с прорывом блокады со снабжением стало получше, отъелись мы чуток, округлились, и теперь даже вошке есть за что зацепиться. Ничего, уничтожим и эту гадину.

А ещё прибытие бани - верная примета к наградам. Летом перед вручением гвардейского знамени приезжала, и вот сейчас. "За отвагу" непременно очистится, не иначе, вот нутром чую. Мне и Мишке. Вот наводчику, тому не меньше "Красной звезды" - батарейная аристократия, им без орденов вообще никак.

- Паша, ну ты идёшь? - боевой товарищ заглядывает в землянку и хитро подмигивает одним глазом. Второй вчера прямой наводкой подбили соседи-самоходчики.

Вот всем хорош Мишка, но, по-старорежимному выражаясь, пагубная страсть к трофеям его когда-нибудь погубит. Зачем нужно было тот брезент экспроприировать? Приди к ихним ремонтникам с полной фляжкой, так сами отдадут. Нет же, обязательно попятить и никак иначе. Ну и заработал в рыло, заполучив вместе с фингалом почётное прозвище.

- А, Кутузов, заходи!

Я в землянке один - законопатили чуть ли не под арест по причине болезни. За полтора года ни единой царапины, а тут свалился с обыкновенной простудой. Так, ерундовина пустяковая, но горло перехватило, и в левом виске будто черти горох молотят. Ангина, как фельдшерица сказала.

- Опять бредишь? - Варзин обиделся за Кутузова. - Тут как к человеку, а он…

Смешно. Когда Мишка обижается, то становится похожим на немца с плакатов Кукрыниксов. Не знаю чем, но похож. Да он и так на вид истинный ариец - наверняка в пехоту не взяли из-за того, что свои могут перепутать и шлёпнуть под горячую руку. Не даром же особист косится. Долю с трофейного шнапса берёт, но всё равно косится.

- Да ладно, чего ты, Михаил Илларионович! - смеяться больно, а не смеяться нельзя.

- Одевайся, меня старшина прислал. Наши все помылись, только заразных в последнюю очередь запускают, - Варзин многозначительно покрутил перед носом свёртком с чистым бельём. - Горячей воды литров сорок осталось, будем как их сиятельства буржуйские графы отмокать.

- И откуда у тебя, товарищ коммунист, такая тяга к роскошной жизни?

Мишка не смущается:

- Смотри! Фрицевское пойло! Генеральское, не меньше.

Разматывает приготовленные в баню подштанники и показывает пузатую бутылку с золотой каймой по краю этикетки и синими буквами названия.

- Дай-ка сюда… - приходится вставать и поворачиваться к свету. - Ага, точно генеральское. "Мартель Кордон Блю" тридцать второго года. Виноградники Бордери.

- Не знал, что ты по-немецки сечёшь.

- Да там на французском.

- Это всё из тех снов, Паш? - в глазах у Варзина любопытство и предвкушение. Если скажет, что опять брежу - дам во второй глаз.

 

Сны… почти две недели ночных кошмаров, заканчивающихся всегда одинаково - я просыпаюсь от собственного сдавленного хрипения, хватаю воздух саднящим горлом, и сижу потом до утра, боясь заснуть. И неважно где, в окопе ли, в землянке, или просто привалившись спиной к колесу "катюши" - стоит задремать, и они приходят. И меня опять убивают, задушив каким-то разноцветным шарфом.

Мишке о шарфе не рассказываю - в лучшем случае сочтёт сумасшедшим, в худшем же… А вот об остальном можно. Он сначала не поверил, решил что разыгрываю, но потом как-то разом перестал смотреть с жалостью, будто на деревенского дурачка, и увлёкся. И требует всё новых и новых историй. После войны, говорит, книжку нужно написать, как товарищ Толстой. Ну, это, конечно загнул… где я, а где Алексей Николаевич? Да и интересного не очень-то много - дворцы видел, кареты, войска в старинном обмундировании, похожие на оловянных солдатиков, баб в пышных платьях с почти голыми титьками… Прям так и есть - тряхнуть чуть-чуть, и выпрыгнут из низкого выреза точно в руки. Ещё с королём французским разговаривал у него же дома. Король не понравился. Королева, кстати, тоже. Не так, чтобы совсем страшная, а не легла душа, и всё тут.

Каждую ночь в голове кино крутится, и каждый раз новые фильмы показывает. Хорошие такие, цветные… Жаль только, заканчиваются одинаково - бьют чем-то тяжёлым и душат шарфом. Не к добру это. Убьют меня скоро, чувствую.

- Так ты мыться пойдёшь? - Мишка обрывает неприятные воспоминания тычком в бок и забирает бутылку с коньяком. - А то я один. И потом тоже…

Этот может и в одиночку, такая вот натура вологодская - что водку пить, что фрицев бить… везде поспеет.

- Погоди, Миш, сейчас иду. Внутри что-то… ну понимаешь.

- Очень понимаю! - Варзин ухмыльнулся и зачастил, окая так, что даже мне, волгарю, завидно стало. - Чего не понять-то? Когда меня с колхозу по спине мешалкой погонили, оно тоже в грудях аж стеснение выходило.

- А это здесь с какого сбоку припёка? Хотя постой, тебя разве раскулачивали?

- Зачем? - удивился Мишка.

- Ну, не знаю…

- Не знаешь, так не говори! С председателем добром договорился - он выгоняет по-хорошему, а я в область уезжаю и к его жене больше ни ногой. Да, а чо… ноги ведь там не главное.

- И что, больше ни-ни?

- Как сказать… Погодь, заболтал, Пал Петрович, совсем. Об этом начинали-то?

- О чём же?

- О понимании, Паш, исключительно о понимании! - Варзин махнул рукой и достал спрятанную было бутылку. - Вот ей, родимой, только и спасался от внутреннего угнетения. Потом уж попустило, когда женился, а так бы совсем беда. Давай что ли?

- Прямо так?

- А чо такого?

Я поискал взглядом крышку от котелка, помню же, что на столе должна быть. Ага, вот и она, на самом краешке… Взять не успел - тяжело вздрогнула земля, ударила по ногам и ушла из-под них, будто живая, а её вскрик от страшной раны утонул в грохоте разорвавшегося снаряда.

- Гаубица! - определил Мишка, отряхивая с волос сыпанувший с наката мусор. - Давеча рама кружила… гнида.

Новый близкий взрыв заставил плотнее вжаться в прикрытый брезентом пол.

- Не дрейфь, Романов! Говорят, что своей пули или снаряда услышать нельзя!

Он оказался прав - мы и не услышали.

 

Документ 3

 

"Уведомясь, что английское правительство в нарушение общих народных прав, дозволило себе насильственным образом обидеть датский флаг заарестованием купеческих их кораблей, шедших под прикрытием датского военного фрегата; таковое покушение приемля Мы в виде оскорбления, самим нам сделанного, и обеспечивая собственную нашу торговлю от подобных сему наглостей, повелеваем: все суда, английской державе принадлежащие, во всех портах Нашей империи арестовать и на все конторы английские и на все капиталы, англичанам принадлежащие, наложить запрещение; а каким образом в сем поступить, имейте снестись с президентом коммерц-коллегии князем Гагариным".

 

"…чтобы со стороны коммерц-коллегии приняты были меры, дабы пенька, от российских портов ни под каким видом и ни через какую нацию не была отпускаема и переводима в Англию, а потому и должно принять предосторожность, чтобы комиссии, даваемые от англичан по сей части купечеству и конторам других наций, не имели никакого действия; российскому же купечеству объявить, что ежели таковой перевод, под каким бы то предлогом ни было, открыт будет, то все количество сего товара будет описано и конфисковано в казну без всякого им платежа".

 

"по существующей между сими державами теснейшей связи, не на Пруссию сие обращается, но есть общая мера, принятая правительством, к пресечению вывоза товаров в Англию", причем это запрещение "распространяется повсеместно на все Балтийские и прочие порты к единственному пресечению видов, англичанами принятых".

 


Штрафбат Его Императорского Величества. «Попаданец» на престоле | Штрафбат Его Императорского Величества. «Попаданец» на престоле | Глава 1