home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 12

 

Как уже упоминалось, технология абордажа была отработана раз и навсегда, и имперские десантники не собирались от нее отступать. Дело было даже не в том, что так было прописано в уставе — что для землян уставы, писанные для худосочных коренных жителей империи? Дело было в том, что отработанная технология была действительно хороша, а раз так, то незачем изобретать что-то новое. Лучшее — враг хорошего, улучшайте нюансы применительно к конкретной ситуации, но сохраните основу. И все у вас получится.

Земляне достаточно хорошо понимали это, и потому вломились во вражеский корабль решительно, быстро и по всем правилам. И то, что на сей раз ни одного супера среди штурмующих не было, ничего не меняло — восьми штурмовых групп землян было достаточно для того, чтобы завоевать планету средней величины. Во всяком случае, так всерьез считали идущие на штурм десантники, и, возможно, они были правы. Имперские гвардейцы, лучшие воины новой империи, они готовы были уничтожить любого врага. Что им хилые ящеры?

Ну, может, они и ошибались, но вряд ли намного. В конце концов, им уже приходилось выбивать из адеров пыль — так почему в этот раз что-нибудь должно было сложиться иначе? И суперы действительно были ни при чем — когда-то давно один известный писатель[36] сказал, что землянина всегда можно отличить от любого другого гуманоида по количеству навешенного на него оружия. Он был прав, и идущие на абордаж десантники исключением не были. Ходячие арсеналы, иначе и не скажешь. И любой имел за плечами боевой опыт, а значит, мастерски умел этим оружием владеть и пиетета перед такой единственной и неповторимой жизнью не испытывал. Особенно перед жизнью врага. Другой писатель, еще более известный,[37] сказал по этому поводу, что человек — наиболее преуспевающие хищник в известной части вселенной. И он тоже был прав.

Это только в мозгу, воспаленном от просмотра «ящика», в котором распинаются такие же, как он, придурки, интеллигента (не зря, ох, не зря родилось определение «гнилая интеллигенция») может возникнуть мысль о плодотворном сотрудничестве между цивилизациями. На самом деле все в этом худшем из миров намного проще и жестче. Каждая цивилизация борется за свое, и только свое существование. Конечно, потребности у разных цивилизаций, как правило, несколько отличаются, но, как бы далеко они друг от друга не отстояли, рано или поздно интересы двух территориально соприкасающихся видов приходят в противоречие. Простейший пример — одним планета нужна для того, чтобы ее заселить, другим — чтобы беспрепятственно разрабатывать ее недра без оглядки на экологию. И все — пошла потеха. Частенько удается договориться — как правило, в случае, если одна из цивилизаций заметно сильнее другой. Но и войны возникают не менее часто и, случается, по совершенно ничтожным поводам. Вся история взаимоотношения различных рас — это история непрерывных войн просто за свое будущее, за выживание вида в целом. Дружба или, точнее, долговременное (понятие «долго» каждый при этом понимает по-своему) сотрудничество возможно, как правило, только когда двое объединяются, чтобы сообща навалять кому-то третьему. Ну а когда наваляют, очень часто начинают грызться между собой, что вполне закономерно.

Конфликт с адерами, таким образом, был абсолютно неизбежен. Они могли уклониться от войны с людьми раньше, просто не влезая на их территорию, но коли уж влезли, то процесс пошел. И что бы там ни вопили правозащитники (а эти, оказываются, встречаются не только на Земле) о ценности любой жизни, война уже шла и результат ее был известен заранее — или одна из сторон будет уничтожена, или ее потенциал будет ослаблен настолько, что после поражения вопрос об уничтожении упирался лишь во время. Ковалев на полном серьезе надеялся, что успеет вбомбить ящеров в каменный век раньше, чем они напакостят ему всерьез. Так что участь экипажа корабля, который сейчас штурмовали десантники, была однозначной — смертный приговор тем, кто не попадет в плен, уже подписан, а тем, кто попадет… Ну, скорее всего, тоже, только в действие он будет приведен чуть попозже. И что по этому поводу думают пораженные либерастией идиоты, адмирала не волновало совершенно. Если говорить честно, интеллигентов он откровенно презирал, считая их никчемностями, способными только кичиться своими якобы умом и якобы знаниями в кухонных разговорах на тему «вот если бы нам дали» (давать вам жены будут, придурки), да разваливать все, до чего дотянутся своими слабыми и неловкими ручонками.[38] Ничтожества, одно слово.

Мнение адмирала большая часть его людей разделяла полностью, поэтому сейчас никто не задумывался, будет ли его осуждать какой-нибудь Вася Пупкин с тремя дипломами и пятью учеными степенями по ненужным наукам.[39] Куда большее, если не сказать основное, внимание уделялось состоянию оружия или настройкам боевых киберов. Имперская гвардия намерена была оторвать кое-кому головы, и это было правильно — силу понимают все. Ну а интеллигентов среди них никогда не было. Да и вообще, во всей эскадре интеллигенты встречались разве что в научной группе — ну что поделаешь, распространено среди яйцеголовых такое заболевание. Ничего удивительного, кстати — вечно они с какой-нибудь дрянью возятся, с вирусами всякими, бактериями, вот и подхватывают иногда всякие нехорошие болезни. Ну и еще корабельный палач считался интеллигентом и эстетом, но раз уж это не шло во вред основной работе — пусть его. Тем более что надо же как-то расслабляться человеку, пускай он хоть сто раз трудоголик.

Ну и, соответственно, стрельбы началась почти сразу после того, как десантники проникли на вражеский корабль. Точнее, сразу же после того, как адеры попытались оказать сопротивление. Именно попытались — на поврежденном, практически лишенном энергии и потерявшем и ход, и вооружение корабле это было лишь жестом отчаяния. Хотя, надо отдать ящерам должное, бойцами они оказались не самыми худшими, и умереть за свою Родину не боялись.

Правда, ситуация малость осложнялась тем, что на потерявшем ход корабле отключились генераторы искусственной гравитации и теперь во всех отсеках царила невесомость. Данный факт удобства не добавлял, хотя имперский десант обучен работать в любых условиях. В смысле, их натаскивали воевать и при нормальной гравитации, и при повышенной, и при пониженной, и вообще в невесомости. Проще сказать, на что их не натаскивали, но ощущать под ногами опору все-таки как-то привычнее, да и от кинетического оружия приходилось отказаться — любой выстрел из чего-нибудь более менее мощного просто отбрасывал стрелка назад. Вдобавок, корабли адеров были построены, в основном, из титана и его сплавов, поэтому магниты на обуви скафандров были здесь абсолютно бесполезны. Ну да что поделаешь — как говорится, за неимением гербовой будем писать на клозетной.

На этот раз штурмовым группам противостояли не обычные «морячки», а вполне прилично подготовленные десантные группы, тоже в боевых доспехах. По этому принципу, кстати, их и отличали от обычных матросов и офицеров — те были в обычных мягких скафандрах, предназначенных, очевидно, для выхода в открытый космос. Предосторожность, кстати, совершенно не лишняя — хотя отсеки и сохранили герметичность, никто не мог поручиться, что такое положение сохранится вечно, особенно когда внутри корабля начнется стрельба. И, кстати, это защитило адеров от пущенного десантниками усыпляющего газа, разработанного, а точнее, адаптированного к метаболизму ящеров на основании исследований ранее попавших к имперцам тел. Увы, в первом же помещении выяснилось, что ящеры не просто надели скафандры, но и наглухо их задраили, так что газ оказался абсолютно бесполезен. Десантников, впрочем, это не обескуражило, и они применили шоковые гранаты — те самые светозвуковые игрушки, которыми так любят забавляться земные спецслужбы. Вот это оружие против адеров оказалось вполне действенным — видели ящеры несколько в другом диапазоне, чем люди, но вспышки изрядно слепили и их, а вот слух у них, по сравнению с человеческим, был гораздо более тонким. В результате звуковая волна действовала на них просто убойно. Десантники адеров, правда, не пострадали — все-таки на них тоже были боевые доспехи, пусть и уступающие имперским, но все равно обеспечивающие определенную защиту от многих поражающих факторов, а вот простые члены экипажа после взрыва шоковой гранаты теряли сознание или, как минимум, ориентацию в пространстве. Таким образом, и пленных удавалось взять, и снизить плотность огня противника в разы — своего десанта у адеров на борту было все-таки немного.

И все равно схватка получилась жаркой. Хотя адеры и не были очень уж крутыми воинами, но дрались они умело и отчаянно, на всю катушку используя отличное знание корабля и первоначальное численное преимущество. Зато на стороне людей были большая сила и скорость, лучшие доспехи и более мощное оружие. Ну и еще, если адеры сражались с отчаянием обреченных, прекрасно зная, что, даже если они и сумеют каким-то чудом выбить имперских десантников со своего корабля, конец для них все равно будет один и не десантники с лучеметами — так огонь корабельных орудий все равно отправит их на тот свет, то люди воевали куда как более аккуратно, а значит, и более грамотно. И постепенно оставшихся в живых и в сознании адеров оттеснили к периферийным отсекам корабля. Рубка была, кстати, захвачена почти сразу — имея представление о том, какова планировка вражеского корабля, земляне нанесли основной удар именно по ней, стремясь захватить компьютеры неповрежденными. И это им удалось.

Адеры посопротивлялись еще некоторое время, но это была уже агония. Их даже не стали пытаться взять в плен — пленных-то как раз и так было в избытке. Просто загерметизировали отсеки, в которых адеры укрепились, а потом легкие орудия линкора проделали в том месте несколько дыр в обшивке. Оставалось только подождать немного, а потом зайти и выбросить в космос трупы — запасы кислорода в скафандрах адеров были не так уж и велики.

Десантникам тоже досталось. Убитых, правда, не было, зато раненых оказалось почти три десятка. В ближнем бою силовые рапиры адеров оказались довольно опасным оружием и, хотя земные десантники тоже неплохо умели им владеть, но одно дело — тренировки, и совсем другое — реальный бой. Как раз опыта применения силовых рапир в рукопашном бою у землян явно не хватало, а вот у адеров он, похоже, был. Рубились они, во всяком случае, здорово и, хотя и уступали землянам в скорости, достать успели многих, благо скафандр против силовой рапиры надежной защитой не являлся. К счастью, никого до смерти не зарезали и не застрелили, а с ранениями любой степени тяжести корабельные регенераторы справлялись без проблем. И, в любом случае, это была победа!

Однако, как оказалось, бой был еще не окончен. Не успели еще гордые своей победой десантники залезть под душ, а раненых еще не всех разместили в реаниматорах, не успел палач закончить прием и размещение пленных, а швартовые команды состыковать имперский линкор с трофейным кораблем, как эскадра подверглась атаке. И проблемой тут был даже не еще один бой, а то, что имперцы привыкли атаковать первыми и к тому, что навалятся уже на них, оказались не слишком готовы. Это послужило позже темой для серьезного разговора на совещании командиров кораблей, а в тот момент едва не закончилось трагически — во всяком случае, шанс потерять один, а то и пару кораблей у имперцев был.

Откуда взялись еще четыре корабля адеров, никто тогда так и не понял. Лишь позже, прокручивая записи, Ковалев смог восстановить их действия и поневоле зауважал того, кто командовал этой маленькой эскадрой. Виртуозно проведя свои корабли по тонкой грани, отделяющей мощную энергетическую аномалию, след от когда-то, давным-давно взорвавшейся звезды. Как он это сделал, было вообще непонятно — мастерство пилотов было нереальным, имперские пилоты потом лишь восхищенно крутили головами. Пилоты адеров сумели провести на высоком сверхсвете свои корабли по коридору, в котором вязли рассеянные лучи радаров, а ширина этого коридора не превышала сотни километров, что, по меркам космоса, было меньше, чем игольное ушко. Конечно, если бы этот участок контролировали специально и обшаривали узконаправленными лучами, адеров бы, несомненно, обнаружили, но никто не ожидал появления здесь еще одного противника и, в результате, имперскую эскадру застали врасплох.

Эти корабли были меньше тех, которые только что были уничтожены имперцами, но заметно больше тех, что встречались землянам раньше. Если проводить условную классификацию и обозвать ранее встреченные корабли эсминцами, а уничтоженные сейчас — крейсерами, то корабли вновь прибывшей группы можно было отнести к классу лидеров, легких крейсеров, которые в свое время строились на земле для усиления групп эсминцев. Впрочем, насколько правильна эта классификация, оставалось пока что только гадать — пленные еще не были допрошены, да и трофейные компьютеры выпотрошить не успели чисто физически. Однако несомненным достоинством вмешавшихся в схватку кораблей была их неожиданно высокая скорость — они превосходили по этому показателю все ранее встреченные имперцами корабли не только адеров, но и вообще всех известных негуманоидных рас. Более того, их ходовые характеристики вплотную приближались к возможностям имперских кораблей, а вот это было уже серьезно и очень, очень опасно. Насколько такое положение вещей опасно как раз и показал случившийся тут же бой.

В принципе, землян спасла автоматика, вовремя включившая защитное поле — люди просто не успели отреагировать, когда вражеские корабли внезапно оказались совсем рядом и открыли огонь. Однако за тысячные доли секунда автоматические охранные системы успели не только рассчитать курс кораблей противника, но и прийти к выводу, что вероятность атаки слишком высока. В таких случаях автоматика сама могла принимать решение о пассивной защите, и в результате залп адеров пришелся в экстренно начавшее формироваться защитное поле.

Конечно, напряженность защитного поля не успевшей выйти на рабочий режим оборонительной системы оказалась очень невысокой, какие-то проценты от максимальной. И, соответственно, поле одного из крейсеров, словившего сосредоточенный залп сразу трех кораблей противника (четвертый врезал по линкору — безрезультатно, конечно) не выдержало, хотя и сделало все, что могло, значительно ослабив. И все же обстрелянному кораблю досталось. Точным попаданием какой-то из кораблей противника проломил поле крейсера и сделал здоровенную дыру в борту корабля, разом уничтожив почти половину батарей зенитных орудий и чудом не задев жилых помещений, однако времени добить поврежденный корабль противник уже не имел — имперские корабли, очнувшись от шока, открыли огонь из всего, что имели, хотя и не слишком точно. И оставалось адерам лишь использовать преимущество в скорости и постараться проскочить прежде, чем имперские корабли сумеют их перехватить. Этот маневр и был противником с блеском проделан, и корабли адеров умчались прочь, счастливо уклонившись от данного им вслед нестройного залпа. Вот таким ярким и эффектным, хотя и мало что меняющим в диспозиции штрихом и закончилось то сражение.

Ну а дальше рамантика дальних странствий как-то вдруг резко закончилась и на смену ей пришли суровые будни. Вместо парадной пробежки по сопредельным государствам, имперским кораблям пришлось наскоро латать пробоины и идти на соединение с остальной эскадрой, да еще и тащить с собой трофей. А он, зараза, был большим и тяжелым и, будучи пришвартованным к борту линкора, здорово смещал центр масс корабля, сильно мешая только маневрировать.

Чуть позже выяснилось, что и повреждения крейсера оказались не столь безобидны, как думали раньше. Бункера военных, да и не только военных кораблей, будучи заполнены высококачественным топливом, имеют одну неприятную особенность — в них иногда начинается цепная реакция. Явление, в принципе, давно известное и достаточно легко решаемое — поглотители нейтронов, как в обычном ядерном реакторе. Надо сказать, что в этом отношении имперские технологии ничем принципиально не отличались от земных, разве что были реализованы на более высоком техническом уровне. Те же стержни-поглотители, которые в земных ядерных реакторах изымают излишек нейтронов, здесь не давали начаться проблемам в бункерах кораблей. Однако проблема оказалась в том, что у поврежденного корабля стержни отказались вставать на положенное им место. То есть все тестовые программы указывали на исправность систем, но механизмы работать отказывались. Вот тебе и сверхнадежная имперская техника. Повезло еще, что Ковалев набирал в механики специалистов-ядерщиков, благо после известных событий девяностых годов их не у дел оказалось много. Да и пенсионеров с огромным опытом, которые не отказались продолжить жизнь в новом качестве, гарантирующем и лучшие условия жизни, и куда большую ее продолжительность, было в достатке. Конечно, корабельные двигатели я земные реакторы имели не слишком много общего, но все же эти люди были неплохо подготовлены, и натаскать их серьезного труда не составило.

Вот такой вот престарелый (это, конечно, по земным меркам) слесарь от физики, привыкший не слишком доверять аппаратуре и периодически проверять все сам, и обнаружил угрозу и тем самым спас корабль от неминуемого взрыва. Правда, произвести ремонт на ходу было нереально, но как раз такая ситуация теми, кто проектировал имперские корабли, была предусмотрена. Позже, копаясь в библиотеке линкора, Ковалев обнаружил и причину такой предусмотрительности — оказывается, еще на заре космических полетов было несколько инцидентов с цепной реакцией в бункерах, некоторые из которых привели к гибели кораблей. Тогда-то и были внедрены системы, если не предотвращающие последствия подобных аварий, хотя бы снижающие вероятность их возникновения. Проще говоря, была внедрена система экстренного сброса содержимого бункеров или, если по каким-то причинам это будет невозможно, отстрела самого бункера. На протяжении не самой короткой истории космоплавания эти системы применялись не раз, доказав тем самым свою необходимость. Был зафиксирован даже случай невольной диверсии с помощью такой вот аварийной системы, когда во время очередной проблемы с сепаратистами экстренно взлетающий с захваченной ими базы корабль «забыл» на этой самой базе аварийный бункер или, точнее, отстрелил его прямо у причала. В результате внутреннего взрыва от базы мало что осталось, командир корабля получил орден и повышение, а во всех портах были приняты меры по предотвращению подобных инцидентов. Весьма разумная предосторожность, надо признать.

Сейчас, правда, обошлось без эксцессов — люки аварийного сброса открылись штатно и несколько тысяч тонн топлива просто рассеялись на огромном пространстве — скорость корабля к тому моменту была уже довольно солидной. Провели и экспресс-расследование, в ходе которого выяснилось, что происшедшее — не результат конструктивных недостатков или чьего-то злого умысла, а всего лишь следствие повреждения в бою. Такое случается крайне редко, однако Ковалев отдал приказ провести немедленную и внеплановую проверку всех систем. Все согласно старой истине: гром грянул — мужик перекрестился.

Ну, ничего, что могло бы привести к серьезным последствиям, не нашли, правда. Так, куча мелких неисправностей, сопутствующих любому кораблю в любом походе, неважно, дальнем или не очень, вне зависимости от подготовленности к нему корабля и экипажа, даже при использовании самой совершенной техники. Эти мелкие, досадные проблемки стары, как мир, и сопутствуют человеку, наверное, со дня сотворения мира. Однако, хотя ничего и не нашли, нервов случившееся потрепало людям изрядно и по пути назад все были как на иголках. Теперь желание Ковалева провести доковый ремонт кораблей уже никому не казалось перестраховкой.

Ну а сам Ковалев тем временем пытался анализировать собственные действия и приходил к неутешительным выводам. По всему выходило, что, несмотря на общие успехи кампании, он проявил себя далеко не с самой лучшей стороны. Говоря по чести, его действия тому, чего стоило ожидать от имперского адмирала, совершенно не соответствовали. Возможностям и действиям удачливого и хорошо вооруженного пирата, решившего наложить лапу на несколько планет — да, на все сто, но никак не адмирала.

Самому себе Ковалев мог признаться — так, как действовал он, можно сколотить крошечное королевство, которое будет держаться на страхе, но восстановить империю не удастся. Возможно, получится завоевать двух-трех соседей, если удастся укомплектовать трофейные корабли наемниками-землянами, то это будет не так и сложно. А дальше — все. Основные возможности Ковалева держатся на его мобильности, а мобильность обеспечивается только его эскадрой — мощной, быстроходной, но маленькой. В такой ситуации создать государство большое и устойчивое нечего даже и думать — периферийные колонии, оказавшись вне оперативной досягаемости центра, ударятся в сепаратизм со страшной силой. И вариантов тут два — или иметь большое количество кораблей, которые будут достаточно быстроходны, чтобы легко достигать любой точки империи, или распрощаться с мыслью об империи. Во всяком случае, тактически все именно так и обстояло. А вот стратегически… Ну не стратег был Ковалев, тактик — да, приемлемый, но не стратег. А значит, надо было с этим что-то делать. Но все это — потом, в перспективе, а пока что Ковалеву больше всего хотелось одного — как страшный сон забыть о кровавой работе и налагаемой ею ответственности, давящей на плечи подобно бетонной плите, и хоть ненадолго оказаться дома…

 

Конец второй части.

 


Глава 11 | Дилетант галактических войн | Глава 1