home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Глава 7

 

Имперская эскадра браво шуровала сквозь пространство. Как и положено командиру, впереди, на лихом коне шел Ковалев. В роли коня выступал его флагман — линкор «Громовая звезда», и заменой четвероногому копытному он был более чем неплохой. Во всяком случае, заметно более быстрой.

Сзади, немного отстав, хищным полумесяцем скользили узкие, стремительные тени трех крейсеров, прекрасных в своем смертоносном совершенстве. Эти четыре корабля, ушедшие в дальний бросок, обладали одним несомненным достоинством — их скорость и радиус действия были практически одинаковы, а значит, в эскадре, которая всегда равняется по слабейшему, не было ярко выраженного слабого звена и обузой друг другу никто не будет.

Вообще, движение на сверхсветовых скоростях имеет свою специфику. Если при маневрах на планетарных скоростях корабль разгоняется, а затем продолжает движение с постоянной скоростью неограниченно долго и потому двигатели нужны ему только для разгона, торможения ну и, если что, корректировки курса, то уже при субсветовом полете кораблю приходится периодически запускать двигатели на разгон просто для поддержки скорости — космос отнюдь не так пустынен, как принято считать. Мельчайшие частицы, газовые облака, например, несмотря на всю свою ничтожную плотность, уже способны подтормаживать несущийся на колоссальной скорости корабль, каждая молекула бьет при этом по лобовой броне не хуже кувалды. Но самое интересное начинается, когда корабль преодолевает световой барьер. Физика при этом становится совсем иной, ее законы никакими Эйнштейнами с Ландау не описаны, не доросла еще земная наука до этого. С чисто утилитарной точки зрения главным здесь является то, что всевозможные магнитные, гравитационные и прочие силовые поля начинают играть для корабля ту же роль, что для корабля морского играет вода. Проще говоря, создают сопротивление внешней среды. Затраты энергии на преодоление этого сопротивления достаточно велики, и потому двигатели корабля при полете на сверхсветовых скоростях вынуждены работать непрерывно. Чем выше скорость — тем серьезнее сопротивление и тем большее количество энергии требуется на ее преодоление. Вот и получается, что если для обычной ракеты запас топлива определяет скорость полета, то для сверхсветовика от него зависит автономность или, проще говоря, расстояние, на которое корабль может удалиться от базы.

Конечно, не так и много топлива жрут двигатели имперского производства, да и пополнить его запас не столь уж сложно — имперские конструкторы предусмотрели вариант, при котором кораблю придется действовать вдали от баз. Достаточно заполнить бункера корабля любым радиоактивным материалом — и умная машина сделает все остальное. Сама произведет обогащение, сама переработает… Но это не самый лучший вариант — слишком мал выход собственно топлива из, скажем, урановой руды, да и не всегда ее можно найти, а, скажем, слаборадиоактивные базальты вообще паршивое сырье. Так что все эти заправки чем попало — не более чем аварийные полумеры, всегда предпочтительнее заправиться нормальным топливом, выработанным реактором базы.

Итак, четыре корабля… Вообще, дальние рейды — это не совсем то, для чего предназначены линкоры. Их задача медленно-медленно подойти, не торопясь разнести все на запчасти и так же неспешно удалиться, а «длинной рукой» эскадры был линейный крейсер. Но Ковалев не рискнул посылать в этот рейд «Удар», потому что слабое место любого линейного крейсера — его защита, а с чем им придется столкнуться, Ковалев не знал и рисковать не хотел. К тому же, и «Громовая звезда», и «Империя» доставали до цели их полета, и даже не совсем на пределе дальности, так что решил адмирал не рисковать зря, а отложить ненадолго визит домой и испытать оружие своего линкора на новом противнике. И вот теперь, оставив за старших при основной эскадре Шерра и Шурманова, он малыми силами двинул в рейд. В разведку, а возможно, на войну — это как получится.

Конечно, если быть честными, случившаяся неприятность была хренова главным образом своей непредсказуемостью — ожидание чего-то подобного уже давно, с самого первого дня появления имперской эскадры в местном нетоптаном курятнике висело в воздухе, только, скажем так, в чуточку иной форме эту проблему ожидали. А так… Ну, что получилось — то и получилось. Или, согласно закону Мерфи, «если какая-то неприятность может произойти — она происходит». В общем, в войну вмешалась третья сторона.

Такой вариант рассматривался давно. С разгромом и полным уничтожением флота Диктатора, его не самая большая, но и отнюдь не карликовая страна осталась фактически без защиты. Орбитальные крепости не в счет, без прикрытия мобильных ударных подразделений флота прогрызть подобные укрепления — дело времени, а при достаточных силах и не такого уж большого времени. В том же, что силы будут достаточными, никто и не сомневался — только дурак пойдет на штурм, не обеспечив себе подавляющего перевеса в силах. Правда, еще от отчаяния могут полезть, но это будет уже не война, а пародия. Пока был жив Диктатор, а его корабли представляли из себя грозную силу, особой защиты планетам, правда, и не требовалось — никому не захочется испытать на себе ярость ответного удара гигантского по местным местечковым меркам флота. Ну а теперь, когда флот Диктатора перестал существовать, подобная политика нераспыления ресурсов на защиту каждой отдельно взятой планеты грозила аукнуться с самой негативной стороны. Имеющиеся орбитальные крепости были немногочисленны и довольно слабы, а в поддержку к ним при планетах оставалось, в лучшем случае, по два-три корабля, что трудно было считать серьезной военной силой.

Ковалев рассчитывал подгрести под себя территорию Диктатора раньше, чем соседи сообразят, какой им выпал шанс, но вот не получилось — две периферийные системы с шестью планетами еще оставались сами по себе. И одну из этих систем, аж с четыремя планетами, контролировали теперь бывшие мирные и доброжелательные соседи Диктатора, решившие погреть руки на чужом пожаре. Нет, похвально, конечно, знать азбучные истины политики, но Ковалеву такие расклады не понравились — те планеты он уже считал своими и отдавать их кому попало вовсе даже не собирался.

Положительным (а может, и отрицательным, пока не ясно) моментом было то, что нападавшие не были людьми, а значит, с ними можно было не церемониться. Точнее, церемониться Ковалев не стал бы в любом случае, но жестокий геноцид планет, заселенных людьми, сильно испортил бы в глазах остальных имидж реаниматора империи. С другой стороны, с чужаками сложнее — неясно ни чего от них ожидать, ни какими силами они реально обладают. Проще говоря, нарваться можно. Известно, что логика их сильно отличается от человеческой — уже одно это было опасно. Хотя, к счастью для адмирала, как раз про эту цивилизацию информации было довольно много.

Внешний вид ее представителей, арр-гахов, как они сами себя называли — помесь краба со скорпионом двух с лишним метров в высоту. Бронированное, покрытое хитиновым панцирем тело на четырех паучьих лапах, мощная конечность, украшенная устрашающего вида клешней и девять тонких, гибких щупалец с присосками. По свидетельствам очевидцев, несмотря на кажущуюся тонкость силой эти щупальца обладали невероятной. На конце каждого щупальца — тонкий костяной шип, выделяющий порцию несильного яда, моментально заставляющего пораженного им человека терять ориентацию. Действие само по себе проходило через пару часов, но в бою порой и пара секунд — непозволительная роскошь. Панцирь сам по себе — отличная броня, но арр-гахи не имели предубеждения и против бронежилетов и прочих средств защиты.

В бою арр-гахи пользовались весьма эффективным кинетическим оружием — что-то наподобие крупнокалиберных пулеметов или мелкокалиберных пушек, благо рост, сила и вес позволяли им и справляться с отдачей, и таскать на себе внушительный боезапас. Бронетехникой они, правда, почти не пользовались — да и какой в той бронетехнике смысл, если каждый арр-гах сам себе БТР? Зато авиация у них была паршивая — крабики, как ни странно, плохо переносили перегрузки.

Однако, если надо было, арр-гахи не боялись и рукопашной. Более того, именно в рукопашной они завоевали себе славу непобедимых бойцов. Еще в имперские времена были у них и серьезные стычки с людьми, и жестокие войны с другими расами. Арр-гахи тогда отстояли свои границы и заставили себя уважать, хотя и понесли при этом немалые потери. Что же, свобода стоит крови, и арр-гахи тогда сделали свой выбор, достойный с любых точек зрения.

Средой обитания арр-гахов были планеты земного типа — кислородная атмосфера, много воды и наличие суши, да и температуры примерно те же. Словом, вот здесь они были конкурентами и людям, и подавляющему большинству других рас. Однако к дележу большого космического пирога арр-гахи опоздали — развивались они не то чтобы медленно, просто в космос вышли чуть позже других. Результат оказался закономерен — все их государство насчитывало три жутко перенаселенных планеты в двух системах, причем две планеты были как раз в их родной системе. Для того чтобы приспособить для жизни вторую планету из этой сладкой парочки, арр-гахам пришлось затратить колоссальные усилия на изменение ее климата. Надо отдать должное их инженерам — с задачей они справились неплохо, хотя, конечно, искусственная среда остается искусственной, как ни крути.

Конечно, на заре своей космической экспансии звездолеты арр-гахов посетили немало миров, однако почти все попытки закрепиться в других системах закончились провалом — арр-гахам чувствительно дали по щупальцам, чтобы не тянулись куда попало. Место везде было занято, и надо было или пытаться уходить в глубокий космос, или смириться с тем, что есть — сил, чтобы воевать, у крабообразных на тот момент просто не было. В глубокий космос уйти, конечно, было можно, арр-гахи не были трусами, но их звездолеты на тот момент не отличались ни скоростью, ни надежностью, ни сколь либо приемлемой автономностью. Да и неизвестно было, что там, вдали, за горизонтом… Словом, экспедиции ушли и не вернулись, и арр-гахам пришлось смириться с тем, что они остаются вечным карликам на задворках большого мира.

При всем при том, несмотря на богатые военные традиции, арр-гахи были народом достаточно миролюбивым — за последние столетия, включая период после крушения империи, не было ни одной войны, которую бы они начали. Да, границы свои держали крепко, от наездов со стороны отбивались храбро, но наружу не лезли, хотя и не закукливались в себе — их торговые корабли можно было встретить очень далеко от родных планет. Торговали арр-гахи грамотно, с выгодой, но честно, и партнерами считались надежными. Естественно, их купцы занимались также и сбором информации, на это — совершенно нормальная ситуация, во все времена торговля и шпионаж шли рука об руку. В приличном обществе на это и внимания-то обращать не принято.

Но всему на свете приходит конец, Соломон был прав.[28] Пришел, очевидно, конец и миролюбию арр-гахов — ну не смогли они, похоже, удержаться от соблазна и раззявили пасть на такие привлекательные, нужные им и притом практически незащищенные планеты. Их флот, который до того никто не принимал в расчет, отчасти из-за его малочисленности и не слишком высокого технологического уровня, а отчасти — из-за сложившегося веками образа миролюбивых торговцев, который арр-гахи тщательно культивировали, провел молниеносную и, судя по всему, тщательно спланированную и великолепно осуществленную операцию. Результатом этого действа стал захват ближайшей к владениям арр-гахов человеческой системы. Несколько кораблей, правда, успели из нее вырваться, поэтому в тайне начало военных действий сохранялось недолго, но это было уже неважно — процесс, что называется, пошел.

Очень паршивым при данном раскладе были три вещи: во-первых, у Ковалева просто не было свободных сил для реализации операции по освобождению планет. Своих кораблей было не так и много, да и поврежденных в боях среди них хватало, а трофейные в большинстве не были еще приведены в порядок, да и наличных войск для проведения широкомасштабных планетарных боев, особенно со столь грозными противниками, как арр-гахи, пока не хватало. Во-вторых, свою роль играл фактор времени — наверняка завоеватели усиленно укрепляли оборону захваченных планет, да и населению планет вряд ли сейчас было сладко. Ну и в-третьих, Ковалев просто не мог оставить такое поведение арр-гахов безнаказанным — и из-за того, что воевал он, в принципе, за империю и, соответственно, за людей, которые, пусть формально, являлись ее гражданами, и потому, что сейчас за ситуацией наблюдали буквально все. Прояви Ковалев слабость, и многочисленные соседи моментально решат, что его можно гнуть через колено. Увы, но как раз в этом логика всех живых существ, считающих себя разумными, совпадает. Падающего толкни… Так что, если не среагировать максимально жестко, то результат будет однозначен — сразу же навалятся со всех сторон и, как ни крутись, разорвут на кусочки.

Так что реагировать было необходимо, реагировать быстро, жестко и притом малыми силами. Нужен был нестандартный ход. Что же, люди, откуда бы они ни были родом, всегда отличались способностью найти способ быстро и качественно сделать гадость ближнему своему. Ну а уж дальнего отпинать — так это сам Бог велел. К тому же были в происходящем и свои положительные моменты: во-первых, в случае успеха на примере арр-гахов можно было показать всем, что случается с теми, кто осмеливается бросить вызов человечеству вообще и империи в частности. Во-вторых, страх перед атакой извне с одной стороны и жестокая, но справедливая политика империи с другой могли создать ситуацию, когда соседи предпочтут скорее присоединиться на добровольных началах, чем иметь проблемы, а самому Ковалеву создадут имидж защитника и спасителя. Поэтому Ковалев, немного подумав (а думал он всегда быстро), серьезно посчитав (а вот реальные варианты он всегда рассчитывал долго и аккуратно, предпочитая проиграть в скорости, но выиграть в безопасности для своих людей) и посоветовавшись со своим штабом, громогласно, так, чтобы слышали во всех подконтрольных ему мирах и за их пределами, заявил:

— Я никогда не мешаю другим топиться, если этим они не мешают мне.

Фразу он, правда, безбожно сплагиатил из старой книги,[29] но менее актуальной она не стала. А те, кто хорошо знал адмирала, поняли ее смысл сразу: арр-гахам выносился приговор. Правда, Ковалев еще сам не решил, будет приговор смертным или просто поставит крест на арр-гахах, как на космической цивилизации, но то, что они станут показательным примером для остальных — это точно.

Подготовку к контрудару имперцы начали незамедлительно. Вначале Ковалев хотел использовать для этой цели свой линейный крейсер, но, по здравому размышлению, решил отказаться от этой мысли. Слишком слабая защита этого корабля совершенно не перевешивала его достоинств с точки зрения скорости и дальности. С другой стороны, имперские линкоры все равно были быстроходнее любого вражеского корабля, так что фактор защиты вновь выходил на первое место.

В качестве ядра ударной эскадры, после отказа от линейного крейсера, предполагалось использовать оба имеющихся под рукой линкора, но, по зрелому размышлению, отказались и от этого. В самом деле, если не справится один корабль, то он всегда сможет отступить и, даже если и получит повреждения, это не будет критичным для операции в целом. Если же плюху словят оба линкора, то о сколь либо сбалансированной эскадре можно забыть и миссия окажется даже не под угрозой срыва, а просто сорвана. По той же причине Ковалев отказался от включения в состав эскадры авианосцев — штурмовые действия не планировались, да и вероятность контакта с истребителями, способными причинить вред отлично бронированным ударным кораблям считался крайне маловероятным. В результате остановились на варианте из одного линкора и трех крейсеров — с одной стороны, достаточно мощная группировка, способная решать в дальнем рейде практически любые задачи, с другой, потеря любого из этих кораблей и даже всей ударной группы смертельной для эскадры не была.

Из двух имеющихся под рукой линкоров, Ковалев остановил выбор на «Громовой звезде». И привык он к своему флагману, и считал давным-давно проверенный в деле корабль надежнее. К тому же «Империя» была не только новым, но и неповрежденным кораблем, «Громовую звезду» же все равно планировали гнать на базу для профилактического ремонта. На рейд же его возможностей, если адмирал не ошибся в оценке противника, хватало за глаза. Так что выбор был сделан однозначный и линкор начали спешно готовить к броску.

Шерр, правда, пытался настоять на том, чтобы тоже пойти в этот рейд, но тут уж Ковалев проявил твердость и заявил доктору, что адмирала, случись что, можно найти и другого, а вот Шерра в их операции заменить будет куда сложнее. Доктор прислушался к аргументам адмирала и увял, хотя и выглядел недовольным. Впрочем, когда он выглядел довольным? Раз в год по большим праздникам?

Так что буквально через два дня наскоро собранная эскадра решительно рванула в сторону границы с арр-гахами — не форсируя двигатели, но и не тормозя. Вначале их сопровождали два корабля обеспечения и два эсминца, но вскоре, после того, как часть бункеров боевых кораблей показали дно, запас топлива с грузовиков был перегружен на линкор и крейсера, а корабли обеспечения под охраной эсминцев вернулись к основной эскадре. Теперь небольшая ударная группа осталась одна, и результаты ее похода зависели только от мужества и профессионализма экипажей. Ну и от удачи, естественно.

 


Глава 6 | Дилетант галактических войн | Глава 8