home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



Последствия

Приняв командование армиями на западе, фельдмаршал Модель обосновался в штабе группы армий «Б». Через день или два он позвонил мне и сообщил, что получил очередное послание из ставки фюрера. «Они там не могут думать и говорить ни о чем, кроме событий 20 июля. Теперь они считают подозреваемым Шпейделя». Модель, как сумел, объяснил Кейтелю, что не может в такой серьезной ситуации лишиться начальника штаба. В результате Шпейдель оставался на своем посту, ожидая, когда пришлют замену, до первой недели сентября. Перед отъездом он зашел ко мне попрощаться и сказал, что получил приказ возвращаться домой. По прибытии его немедленно арестовало гестапо.

Вскоре после отъезда генерала Шпейделя поступил новый приказ, на этот раз касающийся меня.

Мне предписывалось сдать командование генералу Вестфалю и 13 сентября явиться на доклад в ставку фюрера. Не могу сказать, что меня это обрадовало. Первым делом я отправился в Кобленц повидать фельдмаршала Рундштедта, который снова вернулся на пост главнокомандующего на западе и как раз занимался организацией своего штаба. Фельдмаршал был чрезвычайно раздосадован тем фактом, что меня вынуждают покинуть свой пост, причем как раз в тот момент, когда он вернулся к командованию. Он немедленно отправил протест командованию вермахта и потребовал, чтобы меня оставили его начальником штаба. Ответ не заставил себя долго ждать – просьба фельдмаршала была отклонена. В качестве причины отказа было указано, что я неоднократно выражал желание принять непосредственное участие в боевых действиях. В той обстановке это было не слишком убедительно.

9 сентября я уехал из Кобленца и отправился в Марбург навестить семью – кто знает, что будет дальше! Воскресенье 10 сентября я провел дома, вздрагивая от каждого телефонного звонка. Всякий раз, когда мимо дома проезжала машина, я подходил к окну, чтобы увидеть, не останавливается ли она у моей двери.

11 сентября я сел в поезд, идущий в Берлин. Из-за бомбежки в Касселе произошла длительная задержка. Пришлось позвонить и предупредить, что я, скорее всего, не успею на специальный поезд, который каждую ночь отправляется из Берлина в Восточную Пруссию. Движение ненадолго восстановилось, но в Потсдаме поезд пришлось покинуть, поскольку дальше были повреждены пути. Выходя из вагона, я неожиданно услышал голос, требовательно вопрошавший в темноте: «Где генерал Блюментрит?» Признаюсь, мне потребовалось несколько секунд, чтобы собрать все свое мужество и ответить. Ко мне сразу же подошел офицер в сопровождении вооруженного автоматом солдата. Офицер вежливо объяснил, что имеет приказ сопровождать меня в Берлин – в гостиницу «Адлон». По прибытии туда портье отдал мне ожидавший меня запечатанный конверт. В нем лежал билет до Ангербурга, что в Восточной Пруссии. Я решил, что это достаточный повод слегка расслабиться. Но облегчение было временным. Как бы там ни было, я не знал, какой сюрприз ожидает меня в ставке.

Ночью я сел на специальный поезд, который утром 13-го благополучно прибыл в Ангербург. На вокзале меня встретил адъютант фельдмаршала Кейтеля и отвез к другому специальному поезду, где я смог позавтракать и оставить багаж. Мне было сказано, что фюрер слишком устал, чтобы принять меня, но я могу при желании посетить совещание, которое, как обычно, будет проводиться в полдень. Я решил так и поступить.

Перед домом, где всегда проходили эти совещания, я заметил группу генералов, направился к ним и доложил о прибытии генералу Гудериану, недавно ставшему начальником Генерального штаба. Он не пожал мне руку. Кейтель и остальные стояли молча. Гудериан громко заявил: «Не понимаю, как вы осмелились здесь появиться после всего, что произошло на западе». В ответ я показал ему телеграмму с приказом явиться на доклад. В этот момент к нам подошел офицер СС и сообщил, что фюрер все-таки решил принять участие в совещании. Через несколько минут мы увидели Гитлера. Он медленно и устало шагал через лес в сопровождении пяти или шести человек.

Повернувшись ко мне, Гудериан мрачно изрек: «Вот и докладывайте лично фюреру». К моему немалому удивлению, Гитлер встретил меня приветливой улыбкой. «Знаю, вам пришлось изрядно натерпеться на западе. Авиация у союзников на высоте, этот факт нельзя не признавать. Я хочу поговорить с вами после совещания».

Когда совещание закончилось, Гудериан сказал: «Заходите ко мне, поговорим о делах на Восточном фронте». Но я ответил, что они меня не интересуют, во всяком случае в настоящий момент. Затем я имел десятиминутный разговор с Гитлером, который снова был удивительно приветлив.

Когда я вышел, оказалось, что генералы в полном составе ждали меня в коридоре. Всех интересовал только один вопрос: что сказал фюрер. Я ответил, что он был исключительно дружелюбен. После чего генералы тоже стали всячески демонстрировать свое дружеское расположение, а Кейтель даже пригласил меня на чашку чая. Я ответил, что собираюсь в тот же вечер уехать домой, и добавил, что уже два года не проводил отпуск с женой и детьми. На что Кейтель тут же заявил, что это невозможно. Последнее меня очень удивило, поскольку всего лишь несколько минут назад фюрер лично позволил мне ехать домой. По окончании отпуска я должен был вернуться в распоряжение фельдмаршала фон Рундштедта и принять под командование армейский корпус на западе. Кейтель попросил меня подождать полчаса и отправился к фюреру. Выйдя от него, он отпустил меня.

В беседе Кейтель упомянул фон Клюге и сказал, что располагает документальными доказательствами его предательской деятельности. Кейтель сказал, что есть радиоперехват передачи из штаба союзнических войск, в которой содержится приказ вступить в контакт с фон Клюге. «Поэтому фельдмаршал так долго отсутствовал в тот день под Авраншем», – добавил он. Я ответил, что его подозрения абсолютно беспочвенны и несправедливы и что единственной причиной задержки фон Клюге была бомбежка, из-за которой он был вынужден провести несколько часов в укрытии, откуда не мог связаться со своим штабом, поскольку его рация была повреждена. Не приходилось сомневаться, что Кейтель не поверил ни одному моему слову.

Перед отъездом я нанес визит Йодлю. Не подав мне руки, Йодль заявил: «Устроенное вами шоу на западе вряд ли можно назвать хорошим». Я решил не оставаться в долгу и ответил, что Йодль вполне мог приехать и лично оценить ситуацию. Кстати, он был крайне удивлен, узнав, что я еду в отпуск.

От Йодля я вернулся в поезд Кейтеля, чтобы забрать багаж. Ординарец, доставивший по моей просьбе бутылку кларета, с улыбкой спросил: «А вы знаете, что на том же месте, где вы сидели во время завтрака, в последний раз сидел полковник Штиф?» И я почувствовал, что мне, скорее всего, фантастически повезло. Даже находясь дома в Марбурге, я еще долго вздрагивал от каждого телефонного звонка. Успокоился я, только вернувшись на фронт и приняв под командование новый корпус.

С тех пор и до самого конца войны мы чувствовали, что над нашими головами сгущаются тучи подозрения. В марте 1945 года, когда я командовал армией в Голландии, из штаба вермахта неожиданно поступила телеграмма, предписывающая мне немедленно сообщить о местонахождении моей семьи. Это звучало как открытая угроза – создавалось впечатление, что мои близкие будут взяты в качестве заложников. Взглянув на карту, я убедился, что американцы уже подходят к Марбургу – примерно в 60 милях от него. И я не ответил на телеграмму, заключив, что моя семья будет в большей безопасности с американцами.


20  июля | Битвы Третьего рейха. Воспоминания высших чинов генералитета нацистской Германии | * * *