home | login | register | DMCA | contacts | help |      
mobile | donate | ВЕСЕЛКА

A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я


my bookshelf | genres | recommend | rating of books | rating of authors | reviews | new | форум | collections | читалки | авторам | add
fantasy
space fantasy
fantasy is horrors
heroic
prose
  military
  child
  russian
detective
  action
  child
  ironical
  historical
  political
western
adventure
adventure (child)
child's stories
love
religion
antique
Scientific literature
biography
business
home pets
animals
art
history
computers
linguistics
mathematics
religion
home_garden
sport
technique
publicism
philosophy
chemistry
close

реклама - advertisement



14

АМИНА

Яркий утренний свет врывался через окно. Ставни были плотно заперты, но их верхнюю часть украшала ажурная резьба в виде геометрического рисунка. Проникавшие сквозь отверстия солнечные лучи били прямо в глаза девушке, лежавшей на кровати. Адхара проснулась и тщательно оделась. Мгновение она сомневалась, не лучше ли было бы во дворце носить женское платье, но потом решила, что в своих старых вещах она, по крайней мере, будет чувствовать себя уверенней. Девушка замешкалась немного, решая, как поступить с кинжалом, и именно в этот момент раздался стук.

Амхал! — промелькнуло в голове Адхары, и она кинулась к двери. На пороге комнаты перед ней стоял молодой человек в белой рубашке. Он был явно моложе девушки, в его взгляде сквозило высокомерие.

— Его высочество, принц Неор, хочет тебя видеть. Меня послали сообщить, что он ждет тебя на дворцовых бастионах.

Адхара остолбенела от неожиданности. Она попыталась сосредоточиться. Неор — тот самый человек, что сидел в кресле на колесиках, самый странный из всей королевской семьи. Чего ему от нее нужно?

— Я не знаю, где находятся бастионы… — растерянно пробормотала девушка.

Юноша позволил себе улыбнуться, и в его улыбке промелькнула едва различимая насмешка.

— У меня распоряжение привести тебя, я подожду за дверью, — отчеканил он. Затем юноша повернулся спиной к девушке и вышел из комнаты.

Адхара повязала волосы лентой и направилась к выходу.

Внутренняя отделка дворцовых переходов постепенно менялась. Стены этажа, на котором она провела эту ночь, были покрыты плесенью, чуть выше оштукатурены, а уже в крыле знати щедро украшены лепниной и роскошной отделкой. То тут, то там висели гобелены, стояли золотые канделябры, на полу — красные ковры, на потолке — великолепная мозаика.

И повсюду сверкало золото.

Возможно, ему что-то известно обо мне? А может, я родом из этих мест? Или он узнал меня и поэтому хочет арестовать, как преступницу?

В голове девушки роилось множество смутных предположений, отчего кровь неистово пульсировала у нее в висках.

Молодые люди вошли в просторный светлый зал. Одна из его стен была сплошь увешана зеркалами в золотых рамах, а другая, напротив входа, состояла из множества витражей. Снизу сквозь белое стекло в комнату проникал свет, а верхняя ее часть была представлена в виде картины, сложенной из множества прозрачных цветных кусочков, соединенных между собой свинцовыми полосками в виде фигур животных. Там были изображения сражающихся друг с другом драконов и их всадников и выстроившихся на поле брани войск. Адхара, очарованная великолепной работой, едва не потеряла из виду своего спутника.

Прямо из зала имелся выход на балкон длиной никак не меньше двадцати локтей. Он был огорожен кирпичным парапетом, украшенным богатым ажурным орнаментом, а под балконом простирался огромный сад, сочная зелень которого приятно контрастировала с млечной белизной летнего неба. Но даже ночная гроза не сумела справиться с удушающим зноем.

Неор сидел за столом, покрытым белоснежной скатертью. На столе стояла корзина с фруктами, два огромных куска сыра, только что испеченный хлеб, наполнявший воздух дивным ароматом, и две тарелки.

Паж низко поклонился принцу и вышел, а Адхара осталась стоять у внешнего края балкона, вся в лучах солнечного света.

— Подойди поближе, — позвал принц девушку.

Она с опаской шагнула вперед. Где же Амхал? И лишь оказавшись всего в нескольких шагах от принца, Адхара вспомнила о придворном этикете и опустилась на колени.

Но Неор остановил ее:

— Не стоит. Мы ведь одни.

Смущенная девушка встала на ноги. Ее взгляд остановился на сидевшем перед ней человеке. На вид ему было лет тридцать, хотя его лицо было совсем юным, но высохшее тело, похоже, с трудом держалось в кресле. Ноги мужчины, едва проступавшие сквозь длинную тунику, имели особенно жалкий вид.

Принц улыбнулся:

— Так, значит, это правда, что ты ничего не помнишь…

Адхара посмотрела на него рассеянным взглядом.

В ответ принц указал девушке на стул:

— Садись. Ты наверняка голодна.

Адхара послушно села, она не имела ни малейшего представления о том, правильно ли она себя ведет и уместно ли сидеть с принцем за одним столом. Неор взял хлеб бледными худыми руками и разломил его на куски. У него были длинные и изящные пальцы. Принц положил в рот маленький кусочек хлеба.

— За все тринадцать лет, что я сижу в этом кресле, ты — первый человек, кто так на меня смотрит.

Адхара покраснела. Она не сомневалось в том, что совершила оплошность.

— Но в этом нет ничего плохого, — поспешил добавить Неор. — Вообще-то все стараются не смотреть на меня, считая, что если они будут разглядывать меня с любопытством, то нанесут мне оскорбление. Вот так я и привык быть невидимым. Люди, если того требует крайняя необходимость, с некоторым смущением смотрят мне прямо в лицо, а во время церемоний предпочитают сосредоточивать свое внимание либо на одежде королевы, либо на улыбке моей дочери, нежели на моем больном теле.

Адхара опустила глаза. Прямо перед ней стояла миска с теплым молоком. От его запаха, смешанного с ароматом хлеба, у нее сильно заурчало в желудке.

— А ты запросто смотришь на мои ноги и думаешь, что же это за кресло. И даже вчера ты не побоялась устремить на меня свой взгляд.

— Я очень сожалею, что вела себя так невежливо. Я в самом деле не хотела…

Принц поднял руку:

— Мне это нравится, то есть я хочу сказать, мне нравится быть объектом любопытства. Я люблю, когда на меня смотрят не с жалостью, а с обычным интересом, словно я такой, как все остальные. Вот поэтому я и обратил на тебя внимание. — Принц положил в рот еще один кусок хлеба. — Ешь, пожалуйста.

Адхара медленно обхватила руками миску и сделала один глоток. Теплое и такое сладостное молоко оказалось отменным на вкус.

— Вчера вечером я расспросил Миру о тебе, и он рассказал, что ты пытаешься разузнать о своем прошлом и нуждаешься в работе.

Девушка продолжала молча разглядывать принца. У него были прекрасные темно-зеленые глаза, обрамленные длинными ресницами, и неизменная полуулыбка на губах, в его лице великолепным образом слились черты его отца и матери.

— Я испытываю огромный интерес к людям, которые пренебрегают условностями, существующими в обществе. Они — другие, они — сами по себе, так же как и я, — продолжал Неор уверенным тоном.

Адхара взяла нож, отрезала кусок сыра, отправила его в рот и с удовольствием прожевала.

— Поэтому я сам решил поручить тебе одно задание, которое, по моему мнению, окажется весьма подходящим для такой девушки, как ты.

Удар в самую точку.

— Спасибо… — Адхара зажмурила глаза, надеясь, что это было единственно верным поступком в данной ситуации.

— Полагаю, что ты вчера успела заметить Амину, мою дочь.

«Невоздержанная» девочка, как назвала ее мать. Адхара согласно кивнула.

— Знаешь, она тоже особенная. Быть может, она слишком много унаследовала от своей бабушки, либо такова ее реакция на мой миролюбивый характер и мою вынужденную неподвижность, но она не в состоянии приспособиться к порядкам придворной жизни. Она бьется, словно рыба на песке, ощущая свою непонятость окружающими, а порой дело доходит до неповиновения в самом худшем его проявлении.

Адхара никак не могла взять в толк, а какое отношение все это имеет лично к ней.

— Она очень одинока, Адхара, а быть одиноким в двенадцать лет очень плохо. Ее мать… ну, ее мать женщина очаровательная, но она слишком скована рамками этикета… А я всегда очень занят. Ни я, ни Феа, мы не можем дать ей того, в чем она нуждается.

Адхара проглотила еще один кусок сыра.

— Может, тебе это удастся.

Кусок встал у нее поперек горла.

— Мой господин, — девушка не была уверена, было ли такое обращение уместным, — я совсем не разбираюсь в придворной жизни, сказать по правде, я вообще ничего не знаю и не вижу, как…

— Ты ведь ненамного старше ее. Ты ничего не знаешь о светском обществе как раз потому, что не принадлежишь к нему. Ты такая же, как и она.

— Мой господин, сказать по правде…

— Я не требую от тебя ничего невозможного. Ты просто будешь ее фрейлиной.

Адхара положила нож на стол.

— Я даже не знаю, что значит быть фрейлиной!

Неор улыбнулся:

— Вот именно.

Адхара посмотрела на принца как на сумасшедшего. Он был самым необычным человеком, когда-либо увиденным ею в жизни с момента ее пробуждения на лугу. Другие, даже Амхал, были до некоторой степени предсказуемы, понятны, но он…

— Будь с ней рядом, — уже вполне серьезно добавил принц. — Играй с ней, разговаривай, а еще изучай ее. Я не прошу ничего другого.

Со стороны все казалось предельно просто. Но…

— Я ведь не принцесса. По крайней мере, насколько я в этом разбираюсь.

— Именно поэтому.

— Я одеваюсь как мужчина.

— Она находит это восхитительным.

Адхара не сдавалась:

— Но вы даже не знаете меня. Вы впервые видели меня только вчера, а сейчас приглашаете сюда, предлагаете еду и поручаете мне вашу дочь.

Неор лукаво улыбнулся:

— Жизнь возле окна учит быть наблюдательным. Я весь день наблюдаю за всеми и все понимаю. Мне достаточно видеть то, как ты подошла ко мне, непосредственность, с которой ты меня изучала, даже то, как ты берешь в руки нож и режешь сыр, чтобы понять, что ты — именно тот человек, который нужен. Сейчас я знаю о тебе намного больше, чем ты сама о себе знаешь.

Адхара изумлялась все больше.

— Боязнь всего нового, твоя неспособность оценить меня, понять то, о чем я прошу, и то, о чем я тебе говорю, твоя любовь к Амхалу и твоя ревность к Мире.

Адхара переменилась в лице.

Неор похлопал ладонями по поручням кресла.

— Собственно, потому, что мое тело приковано к этому креслу, мой мозг, ни на мгновение не останавливаясь, все изучает, исследует…

Девушка сидела неподвижно, а принц как ни в чем не бывало снова принялся за еду.

Съев хлеб, он снова внимательно посмотрел на девушку:

— Я вовсе не собирался ставить тебя в неудобное положение. Я лишь пытался убедить тебя.

Адхара посмотрела на залитый солнцем сад, на накрытый стол и на человека, который оказывал ей доверие, по ее мнению незаслуженно.

— Я не думаю, что окажусь на высоте.

— Попробуй. Ведь это мне решать, на высоте ты или нет.

У девушки внезапно возникло сильное желание сбежать.

— В тебе живет только страх. Страх перед столкновением с людьми, перед тем, что увидят в тебе и что увидишь ты. Но ведь нет ничего дурного в том, чтобы быть слабым, а ты далеко не такая немощная, как думаешь.

Девушка уставилась на корзину с фруктами. В конце концов, разве у нее был выбор? Оставаясь во дворце, она, по крайней мере, сможет видеть Амхала сколько захочет.

— Я попробую.

— Вот и хорошо. А теперь ешь. Я представлю тебя дочери, как только ты позавтракаешь.

Адхара видела, как принц выпил содержимое миски, и только после того, как он поел, она отважилась довести до конца свою трапезу.


Девушка шла на шаг позади коляски Неора. Принц передвигался только благодаря усилиям своих худых рук. Казалось, что он уже привык к такому тяжелому труду.

Может, мне следует помочь ему толкать коляску… Они были едва знакомы, но она уже знала, что принц вряд ли этого захочет.

Они проходили мимо целой вереницы залов, отделанных золотом и украшенных зеркалами и фресками. Адхара почти сразу потеряла ориентацию, ослепленная красотой отливающей всеми цветами парчовой обивки стен вкупе с роскошью окружающего убранства. Затем они оказались в коридоре с массивными канделябрами. И наконец, белая дверь. Принц подъехал вплотную к дверному косяку и дернул за шнур. Зазвонил колокольчик. Должно быть, его никто не слышал, поскольку из комнаты доносился беспорядочный гомон из возбужденных, перебивающих друг друга голосов…

Принц посмотрел на Адхару с улыбкой:

— Я бы сказал, что мы можем войти. Должен попросить тебя открыть дверь.

Девушка вышла вперед, ухватившись за позолоченную ручку, и толкнула дверь.

На первый взгляд эта комната ничем не отличалась от остальных, разве что была очень светлой. На стенах — обивка кремового цвета, на потолке — орнамент с обычными цветочными мотивами, а еще огромные окна.

Повсюду царил невероятный беспорядок. На кровати с балдахином из светлого дерева все было перевернуто, атласная простыня наполовину сползла на пол. Повсюду были разбросаны игрушки, куски пергамента и одежда.

И в центре всего этого бедлама восседала Амина в своей короткой ночной рубашке, из-под которой торчали худые ноги. Прямо перед ней стояла явно измученная горничная, а в другом углу, сжав кулаки, Феа.

Все трое разом обернулись навстречу Неору.

Амина бросилась к отцу.

— Скажи же ты им, что я не хочу идти на примерку платья, — накинулась она на Неора.

Принц обнял ее хрупкие плечи и вопросительно посмотрел на жену.

Женщина подняла глаза к небу.

— Все та же история с девичьими капризами! — воскликнула она раздосадованно и, обернувшись к Амине, добавила: — Ты всегда говоришь, что хочешь быть воспитанным человеком, тогда прекрати вести себя как маленькая! Взрослые понимают, что существуют еще долг и обязанности…

— Ненавижу этого портного! Он колет меня булавками и возится очень долго, а я все это время должна стоять как столб. Но тогда зачем еще одно платье, ведь у меня их не счесть!

Феа собралась уже было ответить, но Неор опередил ее. Он посмотрел Амине прямо в глаза:

— Ты же знаешь, что это никуда не годится…

Вмиг на лице девочки возникло ожесточенное выражение.

— Твоя мать права, есть обязанности, которые нужно выполнять, и пошив новых платьев для церемоний — одна из них.

— Это дурацкая обязанность.

— Быть может, но она займет всего один час твоего времени. Обещаю тебе.

Амина фыркнула:

— Ты же всегда говоришь, что внешность не важна. Тогда почему я не могу ходить в платьях, которые нравятся мне?

— А если внешность не важна, тогда для чего ты придумываешь все эти небылицы про платья?

Девочка замолчала, и Неор мгновенно воспользовался возникшей заминкой.

— Сделаем так: я скажу портному, чтобы он не занимал тебя больше получаса, а ты за это время будешь умницей и позволишь снять с тебя мерки. По рукам? — И принц, улыбаясь, протянул дочери руку.

Амина, немного поразмыслив, также протянула руку и крепко сжала отцовскую ладонь.

— А теперь оденься, потому что нам нужно поговорить. — Затем принц обратился к жене и горничной: — Наедине.

Однако и теперь не обошлось без помех. Стоя за дверью, Адхара улавливала эхо очередной перепалки на предмет выбора платья, но в конце концов Феа и горничная с мрачными лицами покинули детскую, а Неор и Адхара снова появились в ней.

Амина сидела на кровати в совершенно непривычном одеянии: на ней была вся в кружевах и рюшах женская рубашка, а поверх нее — туго затянутый корсаж с длинными рукавами. Однако помимо этого на ней были еще и брюки. Неор, сдерживая улыбку, приблизился к дочери.

Адхара не спеша проследовала за ним. При виде девочки у нее заметно поубавилось решимости. Что ей следовало делать? Потакать прихотям этой маленькой фурии? Разговаривать? Помогать Феа убеждать свою дочь одеваться как женщина и выполнять свои обязанности принцессы? Она снова посмотрела на девочку, в любую минуту готовую к нападению, в эти подвижные глаза, и едва не испугалась.

В ответ девочка метнула на Адхару свой полный недоверия взгляд.

— Что ты хочешь мне сказать? — спросила Амина, повернувшись лицом к отцу.

— Я просто хочу представить тебе одного человека. Это — Адхара.

Амина смерила девушку пристальным взглядом, а потом снова сосредоточилась на отце.

— Ну и что дальше?

— Мне бы очень хотелось, чтобы ты ей помогла.

Амина насторожилась.

Неор объяснил дочери ситуацию во всех подробностях. Он рассказал о событиях, пережитых Адхарой за последний месяц, и о том, что эта девушка ничего не помнит.

— Поскольку друзья Миры мне очень дороги, я бы очень хотел, чтобы ты немного позанималась с ней и вы подружились, — сказал он в заключение.

К счастью, Адхаре ничего не оставалось, как просто восхищаться принцем. Он очень достойно развернул ситуацию в свою пользу, и теперь Амина смотрела на отца с горящими глазами.

— Она одна в чужой стране, и до тех пор, пока Верховная Жрица не уделит ей свое внимание, мне бы очень хотелось, чтобы рядом с тобой она не чувствовала себя так одиноко. Как по-твоему, ты справишься?

Ответ был написан на лице у девочки. Адхара подумала о том, как одинока эта девочка, если она с такой готовностью доверяется незнакомому человеку, лишь бы только положить конец собственной отчужденности.

Тем не менее Амина продолжала жеманиться.

— Ну, я не знаю… Моя мама не дает мне покоя с этими уроками по истории, хорошим манерам, верховой езде… Когда же я смогу уделить ей внимание?

— Не нужно делать из этого трагедию, у тебя вдоволь свободного времени.

— Да, но если бы ты мог избавить меня от некоторых из них…

— Не перегибай палку. Я всегда тебе говорил, что каждый должен исполнять свои обязанности. Ну же, я всего-навсего прошу тебя посвятить немного твоего времени Адхаре, и это мне вовсе не кажется таким уж невозможным.

Амина улыбнулась, словно соизволила сделать великое одолжение:

— Я попробую.

— Очень хорошо, — сказал Неор с удовлетворением. — Тогда оставляю вас одних. Позднее я подумаю над тем, как лучше проинструктировать ее по поводу твоих занятий и обязанностей. Вероятно, она также будет посещать вместе с тобой некоторые уроки.

Неор направился к двери, и Адхара проследила за ним с таким же выражением лица, с каким утопающий смотрит на удаляющееся судно, с которого только что свалился.

Дверь не успела еще закрыться, как Амина подскочила к девушке:

— Ты и в самом деле ничего не помнишь? А почему ты так одеваешься? Твой кинжал просто чудо! А ты умеешь драться? Я, например, учусь, правда, тайком от мамы. А почему у тебя такие глаза? Это — волшебные чары? Или это такая болезнь? А волосы? Ты их перекрашивала?

Адхара инстинктивно попятилась назад. Она была явно подавлена.

— Да… мне нравится… что-то…

Но потом она даже перестала отвечать.

Амина, перемещаясь по комнате как ураган, продолжала спрашивать в том же духе минут десять. Девочка рассказала, что ее уроки фехтования проходят успешно, что ей ужасно нравится драться, что ее мать-мучительница пишет стихи, но никому их не показывает, а брат — ужасный зануда.

— Ты пойдешь со мной?

Адхара была явно сконфужена.

— Пойти… куда?

Амина от души расхохоталась.

— Ну конечно же прятаться от этого невыносимого учителя!


13 КОРОЛЕВСКАЯ СЕМЬЯ | Предназначение Адхары | 15 ПОДРУГИ